Стать Некромантом

Начало Начал

Из глубин Тьмы возник неясный силуэт. Абсолютная тьма, где нет ни света, ни времени, ни самого понятия пространства, беззвучно окружала существо. Всё, что существовало здесь – это бездонная и неподвижная Тьма, казавшаяся вечной.

Но вскоре в этом бесконечном мраке начались изменения. Завесы Тьмы стали раскрываться, как если бы кто-то разрезал полотно. Из расщелин хлынули потоки энергии, каждый из которых оказался уникален. Одни походили на неистовые бурные реки, и разливались на все стороны; другие, словно песчаные вихри, кружились в хаотичном танце; третьи переплетались тонкими нитями, дрожащими, как паутина.

Эти энергии, несмотря на различие, имели одну цель – создание жизни. Первой жизни. Они начали медленно соединяться, переплетаться, формируя единое целое. Сфера, сотканная из энергии разных видов, постепенно уплотнялась и приобретала серый оттенок.

Внутри блеснула яркая, мощная вспышка, потрясшая всю конструкцию. Если б не безжизненная, немая Тьма, то грохот от столкновения магических Сил разнёсся бы далеко окрест. Сфера зашевелилась и начала вибрировать, словно в ней что-то стремилось вырваться наружу. Магические разряды проносились по её поверхности, заставляя её дрожать и вращаться. Казалось, она вот-вот разорвётся, но затем неожиданно замерла.

Внутри сферы стало что-то проявляться. Неизвестное существо, новорожденное и не понимающее своего предназначения, ощупывало окружение. Его руки касались стен, оставляя тонкие трещины, которые становились всё глубже. Сфера затрепетала, отзываясь на тёплое прикосновение существа, и разлетелась на тысячи осколков, растворяющихся во Тьме.

Освобождённое существо замерло, оглядываясь вокруг. Ему непонятно, зачем оно здесь и что ему предстоит. Почему оно здесь? Для чего? Губы шевелились, но никаких звуков не последовало. И вновь, и вновь, и вновь Тьма продолжала поглощать все его попытки. Не видя другого выбора, существо стало думать, и в его разуме, словно искры, начали вспыхивать ответы. Оно осознало, что является Творцом этой новой Вселенной. Перед ним чистый холст, который он должен заполнить множеством миров и формами жизни. Но как?

Сотворённое Создатель сконцентрировал внутреннюю энергию, направив в свою ладонь. На её поверхности появился алый огонёк.

«Хаос» — это слово само возникло в голове Творца. Именно так назывался первый источник Силы, что откликнулся на его зов. Истинный, чистый, первозданный Хаос, которому суждено стать первоосновой творения.

Огонёк разгорелся, превращаясь в необузданную мощь. Пламя разрасталось, вытесняя Тьму, преобразовывая её. Пламя разрасталось, оставляя за собой звёзды, как мириады точек на этом огромном холсте. И они устремились друг к другу и завертелись вокруг массивного объекта, что выглядел, как остаток абсолютной Тьмы.

«Единство миров… галактика» – слова сами находили путь в голове Творца.

Творец направил своё внимание на одну из первых звёзд, собрав вокруг неё энергию, чтобы создать крошечную огненную сферу. Остановившись, она застыла в немом ожидании. Раскалённые реки лавы стекали в углубления, а шар медленно остывал. Одной лишь мыслью Творец преобразовал поверхность в мягкую землю. Появились вулканы, а вскоре и атмосфера, а вода окончательно остудила тлеющую твердь. Образовались два великих океана и бесчисленное множество рек, морей, озёр, прудов и впадин в глубинах океанов. Три огромных континента покрылись густой зеленью, деревья становились всё выше и выше, словно хотели дотянуться до облаков. И Творец создал новую звезду совсем рядом с этим миром. Хоть она и состояла из Хаоса, но в ней заложена иная его Грань. Жизнь.

Творец работал, словно одержимый. Он без устали создавал всё новые и новые миры, привнося в них больше разнообразия, меняя размеры и даже форму. Сколько у него ушло времени? Мгновения? Бездны?

Пришло время для нового творения. Первой его попыткой создания разумной жизни стали элевы, а за ними появились и апореи. Они – первые расы, появившиеся в этих мирах, но, несмотря на их уникальные способности и потенциал, со временем Творец разочаровался в собственных детищах. Он счёл их недостойными и несовершенными для своих планов и, не раздумывая, решил их уничтожить. Но истребление получилось не таким, как он ожидал. Горстка элевов в целой Вселенной осталась в живых и скрылась от взора Творца.

Не останавливаясь, он продолжил созидание. Спустя бездну времени Творец создал демонов, которые стали олицетворением нестабильного Хаоса. Однако отсутствие единого облика у них вызывало сомнения. Тогда Творец решил смягчить влияние Хаоса и создал эльфов, которые унаследовали титул Перворождённых.

За эльфами последовали сцерры, гномы, хаоромы, амедеи, трейллы и другие расы, каждая из которых имела свои особенности и предназначение. Последними Творец создал людей и завершил свою работу.

Когда создание завершилось, Творец сотворил двенадцать существ, прозвав их «Богами», что стали его наместниками. Эти Боги должны поддерживать порядок и следить за вселенной. Право же созидать доступно исключительно Творцу, который создал крайне замысловатое заклинание, позволявшее мирам самостоятельно образовываться в просторах расширяющейся Вселенной, которую он прозвал Эстеррат. Сам же Творец исчез, и даже его наместники не знали, где он.

Задолго до пролога

Люди появились лишь спустя миллиарды лет после создания первого мира. Среди всех рас они самые неприспособленные. Физически они уступали оркам, гномам и эархам, в магии не могли сравниться со сцеррами и хаоромами, а в красоте проигрывали эльфам. Их кузнечное мастерство было слабым, мышление медленным, стрелки и мечники из них никудышные; высшая магия и постижение сущности мира для них попросту недоступны из-за ограниченности их разума. Эльфы и другие расы даже утверждали, что люди настолько плохие менестрели, что лучше отдаться дикому зверю, чем слушать их песни. Одним словом, люди уступали всем во всём.

Тем не менее, у этой расы имелась одна особенность, делавшая их уникальными. Творец наделил их способностью учиться всему. Гномы не могли овладеть высшей магией, но они сильны и трудолюбивы, хоть вместе с тем и безмерно ленивы; эльфы отличные стрелки и маги, но их возможности ограничены; орки сильные воины, среди них порой рождаются шаманы, но они редко становятся хорошими магами; тролли искусные охотники и следопыты, но пением не славились, да и магией почти не владели.

Каждая раса обладала своими сильными и слабыми сторонами. Творец создал этот мир с соблюдением баланса, или, по крайней мере, его подобия. Ни одна из рас не могла так быстро освоить другие ремёсла, как люди. Они почти не имели ограничений, сдерживающих их развитие. Без врождённых талантов они могли научиться практически всему. Конечно, это касалось не всех людей, но в целом их раса оказалась наиболее свободна в плане возможностей.

Однако Творец понимал, что столь способная раса может захватить все миры, нарушив баланс. Поэтому он наложил на людей жёсткие ограничения по продолжительности жизни: обычный человек редко жил более ста лет. Люди быстро старели, слабели и страдали от множества болезней, в отличие от других рас. Эльфы и сцерры жили тысячелетиями, а орки, гномы и хаоромы — столетиями. Лишь людским магам удалось продлить свою жизнь на ещё один век.

Когда люди только появились, им пришлось нелегко: другие расы презирали их, считая, что столь слабый вид исчезнет. Только сцерры предложили свою помощь, и она оказалась неоценимой. Они изучали язык людей, обучали их ремёслам, а их маги – ар’ше – помогали постигать магию.

Прошло несколько тысяч лет с момента создания человеческой расы. С каждым поколением их знания и умения усиливались. Это происходило так быстро, что другие расы перестали относиться к ним пренебрежительно, хотя всё ещё не воспринимали всерьёз.

***

— Архимаг Сальвенто, приветствую Вас! — коротко поклонился высокий мужчина.

— Выпрямься, магистр Эльтран, — устало произнёс старец. — Нет нужды в поклоне, мой мальчик.

— Но… Вы же Архимаг! Вы — сильнейший маг в мире! — чуть не воскликнул Эльтран и тут же попытался исправиться. — Сильнейший… среди людей. Вы мудрее меня, старше, и в магии Вам нет равных. Вы овладели высшей магией, как никто из людей. Мой поклон не из лести, а от чистого сердца.

— Конечно, я польщён, но, всё же, сделай одолжение старику: не кланяйся. Хотя бы в такие моменты, когда нас никто не видит. В присутствии других магов соблюдай этикет, но не здесь.

— Хорошо, Архимаг, — сказал Эльтран, скрывая лёгкое смущение.

Сальвенто едва заметно улыбнулся и направился к неказистому, грубо сделанному деревянному столу. Он налил себе жёлтую жидкость из кувшина в кружку и выпил её залпом, скривившись от вкуса. Архимаг как можно скорей стукнул кружку обратно на стол, и протяжно выдохнул.

— Для горла, — пояснил он, слегка хрипя. — Болит, кашляю, ещё и уши побаливают. Магистр-лекарь уверяет, что это средство поможет.

— А помогает? — с осторожной надеждой спросил Эльтран.

— Не знаю, — честно ответил Архимаг, пожав плечами. — Пью всего два дня. На вкус — горький и кислый лимон. Чувствую, что время на восстановление не сократится, пью я эту… жидкость… или нет. Ладно, магистр, пойдём, — он указал на лестницу.

Они начали подниматься по излюбленной старцем спиральной лестнице Фиолетовой Башни. Эльтрану казалось странным, что Сальвенто, владея магией перемещения, предпочитал идти пешком. Поднявшись в кабинет Архимага и выйдя на балкон, они остановились, любуясь видами.

— Красота, правда? — спросил Сальвенто, глубоко вздохнув.

— Да, Архимаг, это действительно прекрасно, — ответил Эльтран, ощущая умиротворение.

Зависло долгое молчание. Эльтран не решался заговорить, а Сальвенто, не отрывая взгляда от пейзажа, словно пытался запомнить каждую деталь. Он стар. Очень стар для человека. Множество глубоких морщин покрывало его лицо, короткие белоснежные волосы едва шевелились от порывов ветра, немного согнут в спине, но вот глаза… его пронзительные зелёные глаза, казалось, навсегда остались молодыми.

— Эльтран, я хотел тебе кое-что сказать, — наконец нарушил молчание Сальвенто. — Мне двести четыре года, и я чувствую, что мой конец близок. Даже с моими магическими способностями я не смогу обмануть смерть.

— Нет, учитель! — воскликнул Эльтран. — Ведь без Вас наша раса ослабеет. На данный момент нет никого, кто мог бы сравниться с Вами по Силе и знаниям. Вы наш предводитель и учитель!

— Успокойся, мой мальчик. Для вашего поколения магов главное – сохранить мир с другими расами. Мы молоды как раса, но у нас есть огромный потенциал, который нужно развивать. Наша главная слабость – короткая жизнь. Столько всего я хотел ещё сделать. Столько планов… А теперь мне надо подготовить нового Архимага. И я выбрал тебя, — Сальвенто замолчал, а увидев изумление магистра, добавил: — Когда мой учитель Альгедо выбрал меня, я чувствовал то же, что и ты сейчас. Я сомневался, но это часть пути.

— Я не готов, учитель. Я просто не справлюсь. Выберите Альвена! Он способней!

Сальвенто вздохнул:

— Да, Альвен хорош, но он безрассуден и вспыльчив, хоть и талантлив. Эта черта не подходит Архимагу. Нам всё ещё приходится доказывать, что мы достойны места под солнцем, мой мальчик. Остальные расы смотрят на нас с высока. Да, люди слабы, но это временно. Я… мне было видение. Я видел, как один человек затмит всех, даже Богов. И он докажет, что люди способны превзойти остальных! Но, возможно, что моё «видение» – лишь плод воспалённого разума старого человеческого мага, солнцем вспыхнувшая в одну из ночей из-за лихорадки...

— Нет, учитель, — твёрдо возразил Эльтран. — Не верю, что у Вас просто ослабел рассудок. Уверен, что Ваше видение истинно. Но когда же нам ждать его прихода?

— Мы не доживём до этого дня, как и наши потомки. Это всё, что мне известно, — грустно ответил Сальвенто. — Что ж, идём, Эльтран. Мне многому надо тебя обучить.

Многое поведал умирающий Архимаг своему ученику. Передав знания, он упокоился на Холме Великих Чародеев рядом со своим учителем и прадедом. На Эльтрана взвалилось огромное бремя: делиться знаниями с новыми поколениями, поддерживать мир с другими расами и развивать магию. Перед смертью Сальвенто просил его передавать видение о великом человеке следующим Архимагам.

Сальвенто вошёл в легенды как величайший маг своего времени.

Пролог

Двенадцать лет…

Минуло ровно двенадцать лет. С самого начала он не принадлежал себе. С рождения он жил среди разбойников, словно раб. Жалкая жизнь, но всё же жизнь. Он не знал ни имён родителей, ни как они выглядели и гадал, любили ли они его хоть немного. Ему лишь сказали, что его нашли в корзинке на дороге, ведущей в великий людской город Валаре, а рядом лежали два трупа.

Он не знал собственного имени и сомневался, что родители успели его наречь. Разбойники тоже не стали утруждать себя этим, называя его просто Приютёныш или Малец. Однажды один из шайки, изрядно напившись, сказал ему, что найденные рядом тела принадлежали, скорее всего, не крестьянам или странникам, а магам. Мальчик сразу предположил, что его родители могли быть из Энефера, города всех людских магов. Но почему они покинули его? Может, они просто хотели отдохнуть от магии, или же решили сбежать навсегда? А возможно ли такое, что они разозлили могущественного мага, и тот пожелал им смерти? Правду узнать невозможно. Никто в лагере не знал ничего больше, чем он уже слышал. Оставалось только гадать, от чего ему становилось лишь хуже.

Эти мысли хоть немного отвлекали его от суровой реальности, где он выполнял приказы, надеясь, что тогда его меньше будут бить. Однажды один из разбойников, сильно пьяный, решил «позабавиться» с Мальцом. Тот закричал и отчаянно сопротивлялся, даже сумев ударить пьяницу пяткой в нос. На его крик прибежали другие и, увидев происходящее, один из них оттолкнул нападавшего:

— Что ты творишь?! — рявкнул он.

— А-а что такого? Д-дай по-овеселиться! — пробормотал пьяный.

Вместо объяснений тот получил удар в челюсть. Затем ему без лишних церемоний отрезали «инструмент». Никто не пытался ему помочь, и он умер от потери крови в ту же ночь. Подобные «забавы» среди разбойников запрещены, хотя насилие над пленёнными женщинами никто не осуждал. Спасший Мальца разбойник вскоре умер от необработанной раны, полученной в налёте на деревню.

Почему разбойники вообще взяли его с собой, а не оставили умирать в корзине? Этот вопрос терзал его снова и снова, но спрашивать он больше не осмеливался – могли побить. Чем тише он вёл себя, тем безопаснее был его день.

«Возможно, мои родители устали от магии?» — размышлял он. — «Но почему тогда я ничего не умею? Ведь мне уже должно быть… лет… двенадцать, да? Или, может, одиннадцать? Кто же говорил… Мендир! Он сказал как-то, что меня нашли девять лет назад. С того момента прошло… раз… три весны, а сейчас ранняя осень. Значит, мне двенадцать… Или даже тринадцать?»

— Эй, Приютё-ён-ныш! Принес-си ме и-ис-счо кружу эля. Да жива двай! — раздался грубый голос Валиса, одного из самых ненавистных ему разбойников.

Мальчику не оставалось ничего, кроме как повиноваться. Он наполнил кружку и отнёс её Валису, который, покачиваясь, взял любимый напиток, быстро облизнул губы, причмокнул и выпил всё залпом.

— Ма-алец, ты чго-о глазёшь-то, а? — заметил разбойник стоящего Приютёныша, который словно чего-то ждал. — Думаешь, я те ма… мин… ма-анетку дам? Да ты от меня даже «спасибо» не услышишь! А ну пашёл, и и-исо ля принси! — зло бросил Валис, швырнув в него кружку. Мальчик поймал её на лету и, уходя, усмехнулся: «Тем не менее, «спасибо» ты всё же сказал».

После трёх кружек эля Валис оставил его в покое. Мальчик вернулся на своё место в углу палатки, не выказывая эмоций. За двенадцать лет он привык к унижениям и побоям. Проявленные чувства только разжигали разбойников, а посему надо стараться сохранять каменное выражение лица. С разбойниками шутки плохи, особенно с этими, что величали себя «Иллитиалы». Что означало это слово, он не знал, и уверен, что и сами разбойники понятия не имели. Они все ему омерзительны. Он презирал каждого, желая им сдохнуть самым мучительным образом.

Его вновь позвали поднести еды другому. Собственно, это самый обычный для мальчика день. Всякий раз после удачного набега у разбойников появлялся жуткий аппетит. Казалось, они могли сожрать живьём самое крупное животное, а из костей сварить суп в тот же день. Чуть полегче становилось, если они возвращались с женщинами. Есть и пить они, правда, не переставали, но значительную часть времени уделяли другим утехам. Наигравшись же с ними, разбойники их либо убивали, либо отпускали в лес совершенно голыми и без оружия.

«Иллитиалы» довольно часто разъезжали, бродили по королевству людей и грабили деревни. Несколько раз, объединившись с одним или двумя отрядами других разбойников, они нападали на небольшие и плохо защищённые города. Хотя ходили слухи, что они даже пару раз совершали набеги по ту сторону границы. На другие расы. Доказательств этого в виде каких-либо трофеев у них, понятное дело, не имелось. Скорее всего, то лишь обычные слухи, которые распускали они сами, дабы навести больше трепета на людей.

Поздно ночью палатка погрузилась в относительную тишину, и лишь громкий храп разбойников наполнял её. Мальчик свернулся калачиком на старой тряпке и попытался уснуть. Мысли о родителях возвращались каждую ночь. Он пытался представить их лица, придумать им имена, но образы в его голове постоянно менялись. Почему его не убили, а забрали с собой? Зачем растить младенца, чтобы потом сделать из него раба, а не воспитать как воина? Эти вопросы не давали ему покоя целыми днями, и по ночам он всегда старался отогнать их от себя.

Эта ночь оказалась редкой, ибо ему приснился сон. Самый настоящий сон, а не то, что он себе воображал. Рядом родители, и они гуляют по какому-то городу. Проходят мимо красивых больших домов, и все прохожие их приветствуют…

— Приютёныш…, — послышался похрюкивающий голос Валиса с другого конца палатки. Мгновенно проснувшись, Малец поднялся и осторожно пошёл к мужчине.

Обходя разбойников, что лежали, словно мёртвые кто на земле, кто на столах, а некоторые так и вовсе сидели, уснув с кружкой в руках, мальчик медленно и уверенно дошёл до Валиса, который спал с пунцовой пропитой рожей, из которой, казалось, можно выдавить как минимум полкружки эля.

— Приютёныш…, — вновь произнёс разбойник, несколько раз причмокнув и захрапел.

Тошнота и отвращение подступили к горлу, и мальчик увидел на столе небольшой кинжал, а голову стрелой пронзила дерзкая мысль. Может, отомстить? Пока есть шанс? Он медленно потянулся к оружию и когда оставалось только схватиться за рукоять, то Малец замер. Убить это порождение шлюхи и самому, скорее всего, погибнуть, или же дождаться более подходящего момента? С одной стороны, он ненавидел собственную жизнь, так что смерть могла стать для него избавлением. С другой же стороны, тогда он точно никогда ничего не узнает о своём прошлом.

«Ещё рано»

Вернувшись в свой угол, он старался уснуть как можно скорей, дабы вновь увидеть тот сон. Но в этот раз всё иное…

Он не видел ни родителей, ни себя. Ему казалось, будто он вселился в чьё-то тело и смотрел на всё его глазами. Он находился в деревянной хижине с соломенной крышей, где женщина кричала от боли. Рядом две другие женщины: одна пожилая, другая молодая. Мужчина, чьими глазами мальчик видел происходящее, держал роженицу за руку и шептал слова утешения:

— Всё будет хорошо, любимая. Я рядом.

Мальчик не видел лица мужчины, но ощущал исходившую от него любовь и заботу. Неведомо как, но он догадался, свидетелем чего он стал. Он моргнул и раздался короткий шлепок. Вновь моргнул, и вскоре раздался крик новорожденного. Мальчик ощутил радость и гордость отца:

«Дивный малыш… в нём заложен огромный магический потенциал. Осталось только дать ему имя»

Имя? Какое? Какое имя?!

Мужчина передал ребёнка жене и смотрел на них.

«Для мага имя многое значит. Нельзя наречь его неведомо как. Но я не могу понять, что же у тебя должно быть за имя…»

Мужчина услышал шёпот тысячи голосов. Они говорили все одновременно, некоторые тише, иные же громче, и невозможно их разобрать и понять. Малец забеспокоился, но вскоре почувствовал улыбку мужчины.

И всё оборвалось. Он проснулся со слезами на глазах, понимая, что видел день своего рождения, но так и не узнал собственного имени. С первыми лучами солнца палатка начала оживать. Первые двое разбойников, проснувшись, стали жаловаться на головную боль, шатаясь и с трудом передвигаясь по палатке. Они пообещали друг другу больше не злоупотреблять так с выпивкой.

«Интересно, сколько лет они дают такие пустые обещания не пить?»

Новый день начался, как и все предыдущие: подать, унести, принести… Но сон о рождении не выходил у него из головы. По ночам, закрывая глаза, он шептал себе: «Я хочу вернуться в тот сон, я хочу вернуться в тот сон, я хочу…». Увы, но ничего не удавалось, как бы он ни старался. Он засыпал и просыпался каждые несколько часов. Его охватило странное, неведомое доселе чувство, словно он мог и вовсе обходиться без сна. Даже чувствовал он себя прекрасно, не испытывая никакой усталости. Хотя, если обратить внимание, то сердце забилось чаще и сильней, да и дышать порой становилось трудней, словно его грудь кто-то медленно сжимал. И он почувствовал нечто странное. Нечто иное, что постепенно расходилось по телу.

«А может это призраки моих родителей явились ко мне?»

И следующая ночь не походила на предыдущие. Внезапно его тело охватила резкая боль, словно изнутри его разрывал огонь. Мышцы сводило судорогой, внутренние органы переворачивались, а кости вот-вот должны были сломаться. Боль была настолько сильной, что он не мог закричать – его словно парализовало. Это длилось мгновение, но казалось вечностью. Создавалось впечатление, будто что-то сдерживало предательский крик боли. Он хотел сорваться с губ мальчика, но застрял где-то там в самых недрах.

Всё прекратилось резко. Казалось бы, после такого надо потерять сознание и спать, словно мёртвый, но Малец вдруг ощутил необычайную бодрость и прилив сил.

«Что… что это было? Я умет? Нет… что бы это ни было, я… я чувствую себя… прекрасно?» — это состояние заставило мальчика немного опешить, ибо его никогда не испытывал. — «И я… наверное… даже…»

Мальчик вытянул одну руку вперёд ладонью вверх и на кончиках пальцев показалось несколько слабых искр, постепенно становившихся всё больше и больше, и превратившихся в небольшие язычки пламени.

«Я маг!» — подумал он с восторгом.

Пламя само собой не гасло, и ему пришлось потрясти для этого рукой. Это точно не сон? Боль чувствовалась. Значит, всё взаправду. Не теряя времени, Малец осторожно высунул голову из палатки. Двое бодрствуют и охраняют лагерь. Вернувшись назад, он размышлял.

«Как быть? Что сделать? Не могу же я выбежать, показывая им средний палец с небольшим языком пламени на нём. Хотя, подпалить их задницы я бы не отказался. Но это невозможно, ведь меня… заметят…» — мальчика осенила гениальная идея.

Закрыв глаза для большей сосредоточенности, он стал проделывать небольшие и не замысловатые взмахи руками вокруг себя, словно огораживая от остального мира. Откуда он знал, что и как делать – не понятно, но мальчик об этом не задумывался. Он просто уверен, что поступал правильно.

Глубоко вздохнув, он аккуратно вышел наружу и спокойно прошёл мимо одного караульного. Тот никак не отреагировал на дерзкого Мальца, а продолжал вяло стоять на месте, иногда озираясь по сторонам.

«Не видят? Точно?»

Ускорив шаг, он поспешил покинуть лагерь. Увы, порой разбойники выходили из палаток (в основном, чтобы отлить), и приходилось замедляться, дабы его не услышали. По неопытности, он сперва решил, что его не только не видно, но ещё и не слышно. На этом чуть и не попался, но успел среагировать. Он слышал, как из двух шатров доносились истошные женские крики и мольбы о пощаде, а разбойники только смеялись. Собравшись, было, удивиться девушкам в лагере, он всё же вспомнил, как давеча некоторые «Иллитиалы» говорили, что «увидели в лесу двух баб, и давай хватать их». Но нельзя отвлекаться. Нельзя! В конце концов девки сами виноваты, что бродили одни.

«Ещё чуть-чуть, пройти ещё немного»

Оставалось совсем немного, чтобы покинуть лагерь, а вот что будет после – он ещё не думал. И не важно! Главное – покинуть лагерь незамеченным, остальное же его не интересовало.

Солнце уже начало вставать за горизонтом, и только отойдя на достаточное расстояние от лагеря, Малец остановился.

«Да! Я сделал это! Я, не обучавшийся магии, сумел обмануть кучу разбойников! Я – истинный маг! И я стану величайшим среди всех…»

— Что ты здесь делаешь? — внезапно раздался голос рядом с ним.

Мальчик так и замер. Невозможно! Его не могли увидеть! Нет. Обращались к кому-то другому.

— Я тебя вижу. Не скрывайся, — вновь заговорил кто-то.

«Сзади…»

Медленно развернувшись, он увидел перед собой невысокого старика с длинными седыми волосам и небольшой щетиной. Не худощавый, но и не крупный, с ясными, как у молодого, голубыми глазами. Несколько морщин рассекали суховатое лицо, а голос спокойный, даже нежный (особенно учитывая, как обычно разговаривали с мальчиком). В нём чувствовалась магическая Сила. В руке он держал деревянный посох. Простой, но в то же время изящный, с несколькими тонкими металлическими нитями, проходившими по нему странным узором, а навершие – небольшой камень лунного цвета.

— Говорю же, я тебя вижу. Не пытайся прятаться, — спокойно сказал старик, развеивая заклинание одним движением руки.

Не зная, что возможно развеять заклинание, мальчик почувствовал, будто бы его раздели, лишили одежды, защиты… и шанса спастись.

— Ну-ну, не пугайся ты так. Я не причиню тебе вреда. Кто ты и что делаешь здесь? — но ответ он так и не получил. — Ты местный? Совсем недавно какие-то разбойники напали на хутор неподалёку. Ты оттуда? Тебе удалось спастись?

— Д-да…, — робко ответил мальчик и моментально вспомнил, как разбойники его избивали за ложь. — Нет…

— Так кто же ты? И откуда? Ты в курсе, то здесь совсем близко расположен лагерь разбойников?

— Я знаю. Я… оттуда…

— Что? — изумился старик. — Давай-ка присядем вон на те камни. Ух! Рассказывай.

Удивительно, но мальчик принялся рассказывать и не мог остановиться. Впервые в его проклятой жизни его о чём-то спросили, попросили поделиться. А кроме того, этот старик – первый в мире человек, что заговорил с ним по-доброму и с интересом задавать всё новые и новые вопросы.

— Бедный, бедный мальчик. Тяжелая судьба тебе выпала. И как ты только всё это выдержал? А не важно! К тебе больше не притронется ни один разбойник! Даю своё слово! Теперь ты под моей защитой, — важно произнёс старец.

— А кто… вы? — спросил мальчик.

— Я, мальчик мой, колдун. Ох, прости старика… совсем забыл представиться. Зови меня Анарс.

— А здесь вы… почему? Вы как-то связаны с той деревней?

— Я лишь вечный странник в этом мире, мальчик мой. И я не имею никакого отношения к той деревне.

— Странник…?

— Путешественник, если тебе так понятней.

— И вы не боитесь разбойников? – полюбопытствовал мальчик.

— А должен? Какими бы страшными они ни были, но против магии им несдобровать. Конечно, если их несколько сотен и среди них имеются чародеи, то могут возникнуть некоторые сложности…

— И как вы нашли меня? — перебил мальчик колдуна.

— Почувствовал. Ходил себе по лесу и ощутил магический толчок. Это… как бы объяснить… чем-то схоже с мощным кратковременным порывом ветра. Притом, в твоём случае, весьма внушительным таким порывом. Я аж изумился и мне стало любопытно, какую именно магию применили, для каких целей и, главное, кто?

— И… что вы скажете? Мне удалось?

— Тут… сложно…, — чуть скривил лицом старый колдун. — Коль обратить внимание на силу магических колебаний, что я ощутил, то я ожидал увидеть здесь нечто, скажем так, разрушительное. Огненные шары, потоки магии или даже эфирные стрелы, к примеру. Но невидимость… Окажись среди разбойников маг, то тебе не удалось бы покинуть их лагерь. Однако ежели учесть, что ты ничему не обучался и каким-то непостижимым образом сам догадался, как применить данное заклинание, то да… тебе всё удалось. И даже сверх того.

— Это всё потому, что я сын настоящих магов, — не без удовольствия пояснил мальчик. — Но… как уменьшить этот самый толчок? Как сделать так, чтобы даже другие маги меня не почувствовали? Это возможно?

— Для того, кто рос средь разбойников, да притом прислужником, и не обучался магии, ты задаешь много, на удивление, правильных вопросов, — Анарс искренне улыбнулся. — Да, это возможно.

— И что нужно сделать для этого? Как-то по-особенному настроиться?

— Мальчик…, — Анарс немного осёкся. — Не удобно обращаться к тебе так, а звать тебя Приютёнышем или Мальцом и подавно не собираюсь. Тебе нужно имя. Есть какое на примете? — мальчик покачал головой. — Что ж, сейчас что-нибудь подберём. Арем… нет. Не то. Уйстро, — старый колдун присмотрелся к лицу мальчика. — Тоже не подходит. Делор… Атерос… Заха…, — и колдун принялся размышлять дальше.

Из всех перечисленных имён больше всего мальчику понравились Атерос и Анетрес. По неведомой причине имена на букву «А» казались ему более благозвучными и в какой-то степени даже величественными.

— Эльтран! — осенило старого колдуна. — Да, будешь теперь Эльтраном. Это имя сильного мага, моего предка, который прославился в давние времена. Ты будешь носить это имя и станешь его достойным!

— Как-то оно не очень мне нравится…

— Привыкнешь, — махнул рукой Анарс. — Я тоже своим не слишком доволен. Однако же ты получил имя одного из сильнейших магов прошлого. Можешь гордиться.

Мальчик удивлённо замер, обдумывая всё. Эльтран. Он – Эльтран. Теперь его так зовут. Имя казалось ему близким, каким-то правильным, как будто он действительно носил его всю жизнь.

— Но я… никогда о нём не слышал, — неуверенно проговорил он.

— А это не имеет значения, — ответил Анарс с улыбкой.

Старец встал, опёршись на посох, и протянул руку мальчику.

— Что ж, Эльтран, у тебя есть два пути: можешь взять меня за руку, мы уйдём отсюда и я буду обучать тебя магии, но знай, что учитель я довольно строгий и требовательный, либо можешь пойти дальше своей дорогой и пытаться разобраться в магии самостоятельно.

Эльтран, колебавшийся всего мгновение, решительно взял протянутую руку Анарса. Они вместе отправились вглубь леса, вдаль от лагеря разбойников, оставив позади прошлое и безымянное существование.

Обретя имя, Эльтран почувствовал себя настоящим, новым человеком. Он словно ожил. Впервые в жизни он ощутил, что у него есть цель. Ему предстояло многому научиться, чтобы… что? Что он сделает в дальнейшем с полученными знаниями и Силой? Как распорядится ими и на что направит? Лишь время покажет.

Глава I. Узреть незримое

— Отрази моё заклинание.

— Но, Анарс, ведь ты меня ещё не учил этому!

— Знаю, мальчик мой… знаю, – спокойно произнёс старец и с навершия его посоха слетел небольшой сгусток Силы, по форме напоминавший стрелу.

Заклинание стремительно направилось к Эльтрану, но тот старался не показывать растерянности. Магическая стрела приближалась и ученик лишь вытянул вперёд одну руку, и волшба старца развеялась дымом, только коснувшись ладони мальчика. Анарс широко улыбнулся и сказал:

— Отлично, мальчик. Отлично!

— Я мог погибнуть! – огрызнулся Эльтран.

— Не мог, – махнул Анарс рукой. – Я не так и много вложил в данное заклинание, дабы оно тебя убило. Лишь бы рано.

— И почему ты мне этого не сказал? Я…, – мальчик на мгновение замолк, изменился в лице, стал выглядеть чуть уверенней. – Я даже почти испугался за свою жизнь.

— В том-то и дело, Эльтран. Знай ты, что это безопасно, то маловероятно, что тебе удалось бы развеять заклинание. А теперь мне интересно узнать… это была чистая случайность или нет? – Анарс совершил короткий взмах рукой, и волна пламени стремглав понеслась к его ученику. Эльтрану хотелось думать о себе, что он просто стоял на месте, будучи спокойным, как гора, что «ни один мускул на его лице не дрогнул». Но это не так. Мальчик волновался и боялся, так как понимал, что это заклинание уже не такое шуточное, как предыдущее.

Волна пламени уже совсем близко, а он так и не придумал противодействия. Но решение, как и прежде, пришло само собой. Выставив руку, он создал небольшой невидимый барьер впереди. Заклинание ему показалось странным, ибо защита не в виде сферы, как он изначально предполагал, а больше походило на миндалевидный щит. Со стороны казалось, что Эльтран не просто блокировал огонь, а рассекал его какой-то волшбой так, что разделённые волны пламени проходили дальше, не затронув мальчика.

Всё кончилось быстро. Даже слишком быстро. Эльтран, успешно противостоявший вот уже второму заклинанию учителя, улыбнулся и снял защиту. Ох, зря… зря он это сделал, ибо стоило только развеяться огню, как из ладони Анарса вырвалась синяя стрела.

«Опять?!»

Эльтран не успел ничего сделать, ибо заклинание оказалось слишком стремительным. Учителю достаточно совершить короткий и быстрый взмах рукой (хотя, если говорить совсем откровенно, то даже не рукой, а пальцем!), чтобы сотворить волшбу. Эльтран же, даже будучи столь талантливым, как о нём говорил старец, не считал себя даже полноценным учеником.

Стрела попала в левое плечо и пробила его навылет. Мальчик напрягся до предела, чтобы не закричать от дикой боли, разнёсшейся по всему телу, и ему казалось, что сотни тончайших и острейших ножей пронзали его. Но помимо этого заклинание нанесло урон и по чему-то большему. Сначала оно медленно подползало туда, но потом стремительно вцепилось в… душу? Эта боль оказалась куда хуже физической, и она непонятная, странная, необъяснимая. Это нельзя сравнить или же как-то объяснить. Нельзя сказать: «Такое чувство, будто тебе изнутри прокручивают кости»; или же: «Как будто кто-то схватил изнутри за сердце и медленно начал его сжимать». Эльтран уверен, что схватили не только сердце, но и его целиком. Пытались сжать всего его. В то же время он чувствовал некое внутреннее содрогание, непонятный трепет, боль, удушье, и то, что из него что-то словно пыталось вырваться наружу, дабы сбежать как можно дальше, прекратив страдания. Вот, что он, примерно, ощущал.

Эльтран лежал на земле, сам не понимая, когда это успело произойти. Плечо болело, но крови нет. Тем не менее, оно болело и мальчику даже казалось, словно ему просто оторвали руку. Напряжённый, точно натянутая до предела тетива лука, его лицо побагровело. Но не выдержал мальчик и с губ сорвался предательский крик. Веки сделали донельзя тяжёлыми, всё помутнело, мир померк.

«Нет!» – мысленно закричал он.

— Глупец, что же ты делаешь? – внезапно услышал он голос учителя в голове.

Эльтран чуть повернул голову. Всё болело и тело отказывалось слушаться. Краем глаза он видел размытые очертания спокойно идущего в его сторону Анарса. Но он не слышал ни его шагов, ни стука посоха.

— Хватит сопротивляться. Расслабься и усни на короткое время. Иначе ты можешь умереть от перенапряжения. Ты ещё слишком мал и твоё тело к подобному не готово.

Умереть? Да, осознание подобного исхода оказалось стремительным, точно удар кнута, но он не собирался вот так просто сдаваться. Эльтран сам не понимал, почему он себя так вёл? Ведь и вправду стало бы куда легче, позволь он себе закрыть глаза, чтобы не мешать учителю делать то, что тот собирался. Вроде как глупо беспокоиться, но какое-то странное упорство не позволяло ему показать слабину, как если бы от этого всерьёз что-то зависело. Это проявилось в нём очень давно ещё среди разбойников. Он не знал никакой иной жизни, кроме рабской (хотя он не имел представления и о том, как на самом деле жили рабы), и тем не менее, поначалу пытался сопротивляться. И лишь когда его несколько раз побили за подобное поведение, мальчик переменился. Нет, он не смирился со своей участью, но перестал проявлять эмоции и старался всегда выглядеть хладнокровным и спокойным. Это стало его сутью. И теперь, находясь в добрых старческих руках и понимая, что учитель не желал ему зла, он всё равно продолжал сопротивляться. Выживет – вот и славно, а коль умрёт… то это тоже неплохо. Уже неплохо. Как ни как, он сделал то, чего хотел: сбежал от разбойников.

Анарс навис над учеником и начал ворожить. Веки сделали совсем тяжёлыми, словно налились свинцом, и мрак полностью окутал Эльтрана, и тот не смог воспротивиться этому.

— Засыпай…

«Усыпляющее заклинание» – напоследок подумал мальчик и уснул.

***

Человек в длинной тёмно-синей мантии с золотыми узорами стоял перед другими людьми и заканчивал речь. Говорил он о вещах, которые проходивший мимо и не понял бы. Возможно, они даже показались бы стороннему наблюдателю глупыми и нелепыми.

— …Истину изрекаю, ибо мне было видение! Братья и сёстры, ликуйте! Ибо близок день! Мы все очень долго ждали и теперь терпение наше окупится сполна! Скоро, очень скоро они вернутся во всей своей красе и мощи! Ждите, братья и сёстры. Ждите! – на этих словах он закончил свою речь и удалился. Примечательно то, что на протяжении всего монолога его разведённые в стороны руки чуть сияли фиолетовым.

…Он шёл по длинному коридору, освещённому множеством факелов, завернул за угол, уткнулся в стену, прошептал какое-то словно и потайной проход открылся. Войдя в просторную, но плохо освещённую комнату, дверь позади него закрылась. Семь фигур, одетых в невзрачные серые мантии стояли полукругом, и лишь один из них скрывал лицо капюшоном. Пришедший человек остановился перед ним, поклонился и застыл в этой позе.

— Выпрямись, – сказала одна из фигур.

— Говори, – произнёс другой.

— Повинуюсь, – человек в тёмно-синей мантии коротко кивнул. – Мы сумели найти того, о ком, судя по всему, говорится в пророчестве.

Семёрка стояла молча. Как же его раздражали подобные моменты! Его выводило из себя, что хозяева могли так сея вести в столь важные и ответственные моменты. И ведь молчание это могло длиться не одну минуту и означать что угодно. Он уверен, что в такие моменты они переговаривались между собой при помощи мыслеречи.

— Так ты уверен, что нашёл того, кто нужен, или же это лишь предположение?

— Я… уверен. Судя по… кхм… Мы выяснили, что он находится в одном из людских королевств, а именно в Рейрсе. Неподалёку границу королевств туэров и эльфов. Помимо этого рядом море Луны в котором, как нам стало известно, есть небольшое поселение амедеев. Но самое страшное – логово люкров, что в Оронском лесу, – он взял на себя смелость продолжить говорить. Семёрка не любила, когда он много говорил после ответа на их вопрос.

— Нас не интересует местоположение, Мор. Когда он уже будет здесь? – к удивлению, голос одного из семерых довольно спокоен.

— Кхм… я уже отправил небольшой отряд, дабы не вызвать подозрений и чтоб их было не так легко засечь. Если всё пойдёт по плану, то через месяц он предстанет перед вами.

— Долго, – недовольно на выдохе произнёс одноглазый член Семёрки, стоявший справа от Мора.

— Понимаю, мастер, но я отправил одних из лучших! Путь не близкий, ибо им предстоит пройти два небольших людских королевства, и владения, что принадлежат не самым дружественно настроенным к нам расам. Да и в Рейрсе не мало люкров. Им придётся обходить их логова. Вы ведь лучше меня понимаете, что сражаться с этими тварями – не самое разумное занятие. Тем более когда на кону подобное… Всё должно пройти аккуратно. Поэтому и такой большой срок.

— Так уж и быть, Мор. Месяц. Пусть твой отряд постарается, иначе они ответят за провал своими головами, как и ты. – пригрозила ему фигура, стоявшая в центре. То была женщина с обритой головой.

Человек в тёмно-синей мантии сглотнул, посмотрел на всех семерых, в очередной раз поклонился и ушёл, по пути представляя, что за муки его могли ждать перед отсечением головы.

***

— Что ты хочешь мне сказать?

— Ваше Величество, мы нашли его.

— Отлично! Докладывайте!

Кхм… Прощения прошу, Ваше Величество, но Вы уверены, что можно говорить о таком телепатически? Может, лучше встретиться, дабы я передал Вам всё лично?

— Мои маги наложили сеть очень сложных защитных заклинаний, дабы никто не смог подслушать. Так что говори!

— Как Вам будет угодно. Итак, он находится на границе нашего королевства аккурат рядом с лагерем разбойников на границе с двумя королевствами.

— Хм… хорошо. Думаю, что с разбойниками проблем не возникнет. Когда он окажется у вас в руках?

— Я соберу отряд, который обычно используется в карательных целях и возглавлю его лично, Ваше Величество. Полагаю, максимум две седмицы, и он будет перед вами.

— Это очень хорошие новости, Прит. Но скажи, а вы уверены в том, что это тот самый?

— Кхм… Ваше Величество, не могу быть уверен полностью, но крайне велика возможность того, что это он. Все наши амгикусы указали на это самое место. Некоторых я проверял отдельно ото всех. Все указали на границу королевства. Быть может, они лишь нашли очень одарённого мага, но пока они не увидят его лично – нельзя быть уверенным.

— Правдивы слова твои. Найди его и приведи ко мне. Ежели это тот, кто нам нужен, то мы публично казним его. Да поторапливайся, ибо он может уйти, пока ты будешь добираться до него.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество. Магикусы пристально следят за тем местом. Он прибег к какой-то магии и теперь им не составит труда отслеживать магические эманации.

— Очень хорошо, Прит. Сделай всё, что нужно. Докладывай о выполнении задания каждый день!

— Как прикажете, Ваше Величество. Но позвольте спросить: как быть с разбойниками?

— А что с ними не так? Они стоят на пути к цели. Ты ведь сам сказал, что нужный нам человек рядом с их лагерем.

— Так точно, Ваше Величество, просто… эти разбойники недавно уничтожили одну деревню нашего королевства. Негоже оставлять подобное безнаказанным.

— Этот человек – главная цель. Важней этого нет ничего! Найди его и приведи ко мне! Остальное возымеет значение лишь после.

— Слушаю и повинуюсь, Ваше Величество!

***

— Что ты видишь, Веал? – обратился воин-сцерр к ар’ше.

— Я сумел перехватить их телепатический разговор. Я даже опечален, ибо защита оказалась… весьма посредственной. Даже ты, столь плохо владея магией, сделал бы лучше, нежели эти люди.

— Не надо говорить, у кого получилось бы лучше. Что им известно? Куда нам идти? И хватит сидеть в темноте!

Веал щёлкнул пальцами и из ниоткуда появилось несколько огненных шаров размером с голову взрослого человека. Маг посмотрел на молодого воина. Это самый что ни на есть обычный представитель расы сцерров. Светлая кожа, длинные уши, раздвоенные примерно с середины так, что с каждой стороны у сцерров по два острых кончика. Ростом почти два метра, стройный, с отчётливо выделяющимися мышцами, но при этом не крупными. Тёмно-красная радужка глаз с крестообразными зрачками, немного вьющимися серебряными волосами почти до плеч. Словом, это самый обычный воин-сцерр. Но вот он же – ар’ше, маг сцерров. Нет, не то чтобы он разительно отличался от молодого Менера, но всё-таки ар’ше – довольно редкие представители своей сцерров. Сама-то раса по себе итак-итак владела магией, но вот такие, как он… это маги всех Четырёх Стихий, Сил природы и высшей магии от рождения. Они живут гораздо дольше, но расплачиваются тем, что не могу иметь потомство.

— Менер, люди этого королевства хотят убить его.

— Я не понимаю, Веал, зачем им его убивать? Ведь он же, если пророчество всё-таки не врёт, должен стать великим магом расы людской. И он сможет всем доказать, что люди – достойная раса, что они не так слабы, как считают другие. А вместо того, чтобы помочь ему, уберечь и обучить, они хотят его смерти… Я не понимаю людей, Веал.

— Не только ты. Я сам их зачастую не понимаю. Они безрассудны, порывисты, нелепы, не редко смешны. Но есть пророчество, которым поделился со мной непосредственно Архимаг Сальвенто давным-давно. Мы сидели и долго говорили. И он показал мне то, что видел сам. Я увидел, как человек будет повелителем не только всех Стихий, не только какого-то одного направления магии, а будет абсолютным хозяином самой магии. Случится то, чего не было ещё никогда. По Силе он уподобится Богам, Менер.

— Но не станет ли он представлять опасность и для нас? – справедливо поинтересовался молодой воин.

— Всё возможно, Менер, – не стал отрицать очевидного ар’ше. – Коль пророчество появилось, то оно сбудется. Сейчас ли, через сотню или тысячу лет, но сбудется. Подобные вещи не являются сильным магам просто так. То были не просто слова умирающего человека, ибо я видел то же, что и он. Неисповедимы пути судьбы и не нам решать вместо неё и тем более перечить ей.

— Тем не менее, если этот человек превратится в угрозу, то это значит, что подобное случилось по нашей вине, Веал.

— Именно поэтому мы и должны помочь ему. К тому же не забывай, что люди очень зависят от собственного окружения. Они – то, что вокруг них. Творец не стал сковывать молодую расу какими-либо условностями в поведении, и даровал им совершенную свободу действий. Лучше ли они от этого, чем мы? Возможно. А быть может, Творцу просто уже не хотелось утруждать себя, создавая их, и потому он сотворил их на скорую руку.

— Люди слабы, Веал, и ты это знаешь. Если бы не мы некогда – от них не осталось бы и следа.

— Возможно, Менер. А может они, будучи в столь удручающем положении, добились бы куда большего, нежели с нашей поддержкой?

— Вопросы. Как обычно я слышу от тебя одни лишь вопросы вместо каких-либо чётких ответов на мои слова.

— Не редко правильный вопрос куда ценней ответа в виде целого трактата.

— Возможно, Веал. Но вопрос не даёт никаких ответов, а лишь способен породить всё новые вопросы, которые также могут остаться без ответа.

— И именно бесконечные вопросы и стремление найти на них ответы помогают нам развиваться. Только представь, в каком состоянии бы пребывали все расы, если б перестали задавать всё новые и новые вопросы? Как и полагается воину, ты жаждешь понятных и точных ответов. Увы, Менер, но подобное почти невозможно. А ежели и можно дать однозначный ответ на вопрос, то зачем тогда его задавать, коль он и так очевиден? Ты сказал, что люди слабы и без нашей помощи они бы ничего не добились. Возможно ты прав, но я рассматриваю иную слабость. Они не хотят утруждаться, пытаются добиться расположения вышестоящих рас, но те им отказывают. Это же королевство так и вовсе решило проявить лояльность перед Богами в надежде, что те снизойдут до них и ниспошлют им своё благословение. Если это и в самом деле человек из пророчества, то что случится, коль они доберутся до него и убьют? Ежели это действительно он и ему суждено стать столь великим, то лучше не перечить воле судьбы.

— Да, я всё прекрасно понимаю, Веал. И именно по этой причине я здесь с тобой. Но даже моего понимания бывает недостаточно и хочется получить чётких ответов. Когда выдвигаемся?

— Они надеются, что прибудут к границе королевства за неделю… Но я буду следить за ними и постараюсь отвести их и запутать. Надеюсь выиграть нам ещё немного времени. Может, неделю, а лучше две. Мы не должны с тобой являться к нему. Надо дождаться, когда он сильней раскроется.

— И как долго нам ждать этого?

— Не знаю, Менер. Возможно, день, неделю, а может и месяц ждать придётся…

— Месяц… Месяц бесполезного прожигания времени. Хорошо, Веал. Я буду с тобой, что бы ни случилось.

— Благодарю тебя, Менер.

***

Старый маг взмахнул рукой и перед ним разорвалась сама ткань мира, предоставив возможность лицезреть иное существо. Пусть заклинание и выглядело так, словно больше годилось для перемещения в другие земли, на самом же деле оно предназначалось для тайных разговоров с возможностью увидеть своего собеседника. Разумеется, тайные они, если никто не стоит рядом. В остальном же как-то отследить или же подслушать их разговор магическим образом – попросту не получится.

Когда заклинание стало стабильным, а силуэт визави перестал расплываться и сделался отчётливым, то старый маг видел представителя иной расы, который, всё же, очень походил внешне на человека. Да, лицо немного вытянутое, гладкое, слегка худощавое и несколько резковатое, а волосы короткие и светлые. Могло сложиться впечатление, что он общался с человеком, но нет. Имелось два серьёзных отличия. Во-первых, глаза. Они небесно-голубые с лёгким перламутровым отблеском, что людям совершенно не свойственно (во всяком случае маг не знал таковых). Второе же отличие более примечательное. Крылья. Два лебединых крыла за спиной не оставляли более сомнений, что старец говорил с представителем иной расы.

— Здравствуй, Хаоран! У меня хорошие вести! – довольным голосом начал говорить человек.

— Приветствую, достопочтенный Дейл. Я тебя внимательно слушаю, мой человеческий друг, – голос Хаорана хоть и довольно приятный для ушей, но порой будто бы слышался свист, как от порывов ветра. Дейл не понимал, специально ли так поступал его визави и немного искажал собственный голос при помощи магии, или же так было всегда.

«Человеческий друг» – эти слова всегда немного смущали старого мага и резали ему слух. Хоть Хаоран и произносил их без какой-либо ненависти и неприязни, но самому Дейлу не слишком-то приятно слышать их. Однако что он мог поделать? Как ни крути, но он, Дейл, являлся человеком, а Хаоран был хаоромом – представителем одной из старейших и сильнейших рас.

— Я более чем уверен, что нашёл того, кто нам нужен. Ночью я убедился в этом. Хоть и был я на грани, готовый признать свой провал, но надежду не терял. И терпение моё окупилось сполна.

— Ты уверен в нём?

— Более чем, – кивнул старик. – Именно о нём и говорится в пророчестве.

— И всё же, а ежели ты ошибаешься? – старец понимал, что Хаоран задал этот вопрос не из действительных сомнений, а лишь потому, что в случае провала, хотел бы заранее понимать, как действовать в дальнейшем.

— Даже если я ошибся и он не является человеком из пророчества, то из него можно сделать поистине могущественного мага. Потенциал в нём очень велик. Даже несмотря на то, что он только начал раскрываться. Не столь уж и важно, великий Хаоран, о нём иль нет говорится в пророчестве, ибо мы в любом случае сумеем сделать из него сильного мага.

Его собеседник молчал и эта нависшая тишина не понравилась старому магу.

— Что ж, Дейл, я тебе верю, хоть и зародилось зерно сомнения в душе моей касательно сего человека. Как ни как, но изначально вся наша кампания держалась на том, что нам нужен тот, о ком говорится в пророчестве. Тем не менее… Сомневаюсь, что он на многое способен, коль лишь сейчас в нём стали пробуждаться способности, да к тому же он человек… Но ежели ты говоришь, что из него получится достойный маг, то это может всё нивелировать. Я доверяю тебе, мой человеческий друг. Думаю, лишним маг не будет для нас. Однако я…, – крылатый хаором на мгновение замолк, словно пытался подобрать подходящие слова, либо же, наоборот, искал альтернативу, чтобы ненароком не оскорбить собеседника, – …я надеюсь, что он тот самый. Коль это окажется так, то со временем можно осуществить наши планы.

— Да. И тогда всё сбудется. Скажи же теперь мне, благородный Хаоран по прозвищу Кровавое Крыло, когда ты явишься?

— Где ты находишься?

— Королевство Рейрс, на границе с землями туэров и эльфов. Недалеко от нас есть озеро, которое столь велико в размерах, что его называют морем Луны.

Хаоран Кровавое Крыло потёр подбородок. Почти моментально всё рассчитал в голове и сказал:

— Я отправлюсь в нашу ближайшую к тебе крепость и призову неистовые ветры. Пять дней.

— Отлично, Хаоран. Буду ждать, – Дейл взмахнул рукой, и фиолетово-синее свечение развеялось в воздухе. Нужно подготовиться, ведь вождь Кровавое Крыло всегда точен. А это означало, что у него всего лишь пять дней, чтобы подготовить Эльтрана к, возможно, самой важной встрече в его жизни.

***

Ему вновь снился сон про своё рождение, и всё точь-в-точь как в прошлый раз: лиц не разглядеть, слышны лишь голоса, никаких имён… Ничего. Но к его удивлению, сон на этом не оборвался, а продолжился. Хоть это и трудно назвать полноценным сном, так как стремительно проносившиеся перед взором картины и неправильные, невнятные звуки весьма проблематично считать таковым. Крики, чьи-то уродливые лица искажённые гневом, лежащая на земле… служанка? Она вся в крови. Несколько странных свечений в виде магических стрел, убитые нападающие, рёвы ярости и страха, несколько мёртвых тел пред отцом и… убитая мать. Неистовый крик отца, пробирающий в глубины души, мощный взрыв от какой-то странной волшбы… и всё.

Увиденное стало для него истинным кошмаром. Сын магов проснулся в холодном поту, дыхание и сердцебиение участились.

«Ничего не понимаю…»

И непонятного тут более чем достаточно. Если Эльтран не ошибся, а он уверен в собственной правоте, то вот уже второй раз он увидел день своего рождения. Но ведь это не то! Ему говорили, что его нашли на дороге, ведущей в столицу-столиц – Валаре. Это он узнал давно. Но что же тогда это за сны? Откуда они? Почему они снились ему? Почему именно сейчас? Из-за раскрывшихся способностей?

Он чувствовал, что ещё не восстановился после столь странного начала обучения, а потому решил поспать ещё немного.

— Проснись, Эльтран… Ты восстановился… пора продолжить обучение… я знаю, что ты не спишь…, – откуда ни возьмись в голове мальчика прозвучал голос Анарса.

— Проснись! – прокричал учитель, и Эльтран моментально вскочил на ноги, хоть и сам того не желая.

Старый колдун стоял возле него и лишь кивнул, давая тем самым понять, чтобы мальчик следовал за ним. И они ушли ещё глубже в лес. Учитель шёл всё дальше и дальше, углубляясь в него.

— Что ж, мальчик мой, вчера ты себя очень хорошо показал…, – продолжая идти, заговорил Анарс.

— Пф, хорошо?! – перебил мальчик учителя. – Как это? Я не сумел отразить последнее заклинание! Я слаб!

Вместо ответа колдун ударил мальчика посохом в живот. Эльтран сложился пополам, сильно закашлял и ловил ртом воздух. Учитель ждал, пока мальчик не пришёл в себя, чтобы продолжить путь, и вновь заговорил:

— Вчера я не столько обучал тебя, сколько хотел посмотреть на твои возможности. Обучение же твоё начнется именно сегодня, и я хочу преподать тебе первый урок: никогда не перебивай учителя. Второе: если тебе сказали, что ты себя хорошо проявил – значит так оно и есть. Не оспаривай мнение учителя. Третье: всегда будь готов к внезапным нападениям. Всегда будь готов отразить их, перенаправить, контратаковать, развеять, парировать. Никогда, слышишь, никогда не расслабляйся! Когда гуляешь в одиночку по лесу или по городу, всегда будь готов к тому, что на тебя могут напасть. Когда ешь, когда пьёшь, медитируешь, справляешь нужду, тренируешься фехтованию иль волшбе… проклятые люкры, да даже в постели с красавицей – никогда не расслабляйся! Я бы даже сказал, будь особенно бдителен рядом с красавицей, – учитель поднял вверх указательный палец, тем самым словно давая своим последним словам большей значимости. – А также особенно осторожным будь во время сна. Ты меня понял?

Мальчик не до конца пришёл в себя, ибо боль всё ещё осталась. Превозмогая её, он поднял взгляд и кивнул.

— Вот и отлично. А теперь выпрямись! Так. Стой смирно! Славно. А теперь, прежде чем мы дойдём, у тебя есть какие-нибудь вопросы?

Эльтран ненадолго задумался. Вопросы-то у него имелись, несомненно, но стоило ли их задавать учителю в этот самый момент, или лучше подождать некоторое время? Пока мальчик размышлял, он получил очередной удар посохом в левый бок.

— Четвертое: если тебя о чём-то спрашивают, то отвечай мгновенно!

Эльтран сузил глаза и со злостью посмотрел на Анарса, за что и получил очередной удар в то же самое место.

— Пятое: не смотри на других так. Особенно на своего учителя. Не показывай, что ты зол на кого-то. Подавляй свою злость, не позволяй взять вверх над разумом, ибо она может окутать твой взор тёмной пеленой. Ты будешь видеть лишь врага, но не остальных. Это может сделать тебя слабым.

Лицо мальчика сделалось абсолютно спокойным и непроницаемым всего за несколько мгновений.

— Вот! Так-то лучше, – одобрительно произнёс Анарс, довольный столь быстрой переменой. – Повторяю свой вопрос: тебе есть, что спросить?

— Да, учитель.

— Я тебя слушаю.

— Скажи мне, Анарс…

Ещё один удар.

«Он хочет меня убить»

— Шестое: не обращайся к учителю, да и к старшим на «ты». Особенно к учителю! И не называй учителя по имени. Это дозволено исключительно в том случае, если тебе дадут разрешение на подобное обращение.

— Учитель, меня тревожат мои сны. Я… я, конечно, не до конца уверен, но…

И снова удар.

Бок жутко болел, но Эльтран старался не выказывать своих чувств. Но как же ему хотелось выругаться, оскорбить треклятого Анарса за подобное обращение. Однако в тоже время он понимал, что колдун делал это не забавы ради, а из желания воспитать своего ученика.

— Седьмое: если ты в чём-то не уверен – молчи тогда лучше! Ты должен быть либо абсолютно уверен, либо молчать. А теперь скажи: ты уверен в своих снах?

— Да, учитель, уверен.

— Хорошо. Продолжай.

— Я видел во сне день своего рождения. Я видел всё из глаз моего отца. Мать, две женщины… Лицо своей матери я так и не разглядел, но я понял, что меня не успели никак наречь. Но потом, когда я уже оказался в маминых руках, отец стал слышать что-то. Ему что-то нашёптывали. Я ничего не мог разобрать из всего этого. Было жутко, учитель, но я пытался… я честно пытался. А мой отец… он всё понял. Он всё расслышал и я почувствовал, что он был доволен. И мне хочется узнать, учитель, можете ли вы выяснить, что же ему нашёптывали голоса?

С виду Анарс оставался спокойным, но Эльтран не знал, что внутри у него всё металось из стороны в сторону, ибо с подобным даже ему, старому магу, не доводилось сталкиваться. Мальчику приснилось то, как он родился… да ещё и видел всё глазами отца. Немыслимо!

— Мальчик мой, как это ни печально, но, увы, я не в силах тебе помочь. За этим надо обращаться к иным расам, а они людей не очень любят. Но, насколько мне известно, эльфы, сцерры и ещё некоторые расы называют это воспоминаниями крови. Однако никогда прежде подобные воспоминания не проявлялись у людей. Во всяком случае, я раньше о подобном не слышал.

— Но мне говорили, что меня нашли лежащим в корзинке на дороге в Валаре, а рядом были тела двух людей! И что это были мои родители.

— Не знаю, Эльтран, – пожал плечами старец. – Точно ли то были твои родители? Быть может то, что тебе приснилось – произошло на самом деле. Родителей убили, тебя оставили на месте, а мимо, спустя время, проходили двое других, чужих тебе людей, услышали плач младенца и решили взять тебя с собой, дабы отдать в приют в Валаре. И по пути напали и на них… Как знать, быть может, всё обстояло именно так?

Мальчик со злости сжал руки в кулаки, но, вспомнив недавний урок учителя, как можно быстрей постарался успокоиться.

— Тогда скажите мне, пожалуйста. Вчера… когда вы испытывали меня, и я не сумел отразить последнее заклинание… оно пробило мне плечо, было больно… очень больно. Но помимо этого, я испытал и нечто иное, гораздо более болезненное. Ваше заклинание ударило куда-то ещё. Пострадало не только моё тело, но и то, что тут, – он пальцем ткнул себя в грудь, – внутри. Учитель, это была душа?

Поначалу Анарс удивился тому, что ученик столь резко сменил тему разговора и не стал дальше спрашивать его по собственные сны. Но быстро старый колдун осознал, что тем самым Эльтран пытался отвлечься от тех мыслей. К тому же, как ему казалось, мальчик понимал, что всё равно однозначного ответа ему не получить.

— Нет, мой ученик, это не душа. Конечно, она существует. Её не может не быть. Но моя магическая стрела попала по твоей астральной форме, – мальчик скорчил гримасу непонимания, и Анарс, вместо того, чтобы объяснить юному ученику о столь непростой форме существования магов, вновь ударил его посохом.

— Восьмое: никогда не показывай, что ты удивлён. Даже нет… вообще не показывай своих эмоций. Так тебя могут прочесть, словно открытую книгу. Ты должен оставаться загадкой для своих врагов до самого конца. Ты меня понял? Вот и славно. А теперь слушай. У каждого мага есть кроме телесной формы иная – астральная. Через неё можно выходить в Астрал, бродить по нему, быть рядом с тем, с кем хочешь, защищать других, воевать и в ней ты видишь иначе, ибо это форма чистой магии. Благодаря ей можно увидеть магические нити, переплетающиеся магические волокна мира и любого иного мага, если, конечно же, тот не закрыт от других. В Астрале ты можешь путешествовать по всему миру, но ты очень уязвим. Видишь ли, выходя в Астрал, твоё тело остаётся здесь, а посему к нему можно легко подойти, его легко ранить и уничтожить. Или же любой из блуждающих духов и прочей нечисти сможет вселиться в твоё тело и завладеть им без какого-либо сопротивления. Когда случается подобное, то это называют одержимостью, и от неё надобно избавиться. Но тут есть всего два исхода. Первый: ты тоже вселяешься в своё тело и начинаешь внутреннюю борьбу. Второй: ты не сможешь вернуться, если эта нечисть сильнее тебя, и тогда вся надежда на находящегося рядом мага, который сумеет изгнать её. Однако если ничего не получится, то… кхм… твоя астральная форма погибнет. Коль случится именно так, то тогда погибнешь и ты. Ты перестанешь существовать, станешь ничем. Извини, но я не знаю, как лучше всего объяснить подобную гибель. Со временем, набравшись опыта, ты и сам всё прекрасно поймёшь.

— Но тогда в чём разница между душой и астральной формой? – полюбопытствовал Эльтран.

— На самом деле, разницы нет… почти. Душа и астральная форма представляют суть одного и того же – внутренней энергии, внутренней Силы самого мага. Но душе есть у любого разумного существа, а астральной формы у них может и не быть, коль они не владеют магией. К тому же душа не может сама покинуть тело и начать бродить по миру.

Эльтран слушал очень внимательно, ловил каждое слово, каждый жест учителя, каждый взгляд. Нельзя, нельзя, нельзя потерять ни одной ниточки сказанного!

— Так, мальчик, довольно. Я вижу, что у тебя ещё остались вопросы, но мы отложим их для следующего дня, ибо пора начать обучение. Мы и так много времени потеряли.

— Последний вопрос, учитель. Может нам стоило бы уйти подальше? Ведь неподалёку лагерь разбойников.

— А ты их боишься?

— Я? Нет! Просто я не смогу их победить… пока что.

— А я здесь что, для красоты нахожусь?

На том и решили.

Анарс остановился, поднял посох над головой и принялся описывать им широкие круги, произнося странные слова. Навершие засветилось лунно-зелёным светом, и из камня стала исходить пыльца такого же цвета.

Ученик заметил, что вокруг всё стало меняться: лес искажался, и складывалось впечатление, что всё просто плыло перед глазами. Трава увядала, листья на деревьях пожелтели, после чего почернели, а сами почтенные старцы леса скрючились, высохли прямо на глазах. Эльтран ничего не понимал, но ему очень интересно.

Ни с того ни с сего дунул сильный ветер. Листья обратились в прах, развеялись по ветру, а вслед за ними последовали и деревья. Бледно-коричневая пыль, подхваченная воздухом, унеслась куда-то очень-очень далеко, скрывшись в глубине леса.

Анарс прекратил очерчивать круги и остановился, продолжая что-то говорить. Крикнув «эйатеррес», он воткнул посох в землю и по ней пронеслась волна, от которой трава обратилась в прах, моментально подлетела на целый аршин и просто исчезла, буквально растаяв в воздухе. Зелёное земное покрывало исчезло, словно его никогда здесь и не было.

Эльтрану пришлось зажмуриться и прикрыть глаза руками. Когда же он открыл их, то увидел, что они с учителем стояли посреди чистой голой чёрно-серой степи. Это пустая земля без жизни.

— Начнём, Эльтран.

***

Отряд из двух десятков человек пробирался через лес. Все одеты в лёгкие тёмные одежды и каждый хорошо вооружён. Они уже довольно долго не могли покинуть лес, хоть это и должно было случиться в начале дня. Однако уже близился вечер, а конца деревьям всё не видать.

«Что же это творится?! Ничего не понимаю… Мы уже должны были выйти из этого треклятого леса, а вместо этого уже весь день блуждаем по нему и не можем выбраться! Что же это такое? Неужели он узнал? Неужели он запутывает нас? Всё возможно… С таким человеком и не такого ждать нужно. Но, если он тот самый, то почему же не испепелит нас на месте? Почему не направит всех мыслимых и немыслимых существ, дабы те избавились от нас? Почему, в конце-то концов, не сделает так, чтоб небеса стали объяты пламенем и нам прямо на головы не обрушился огненный дождь?! Ведь это будет самым меньшим, на что станет способен человек из пророчества. Или же он просто издевается над нами? Ар-р-р-! Проклятый человеком! Проклятое пророчество! Нужно было нас уничтожить сейчас, а не вести по лесу, ибо мы уничтожим тебя! Как жаль, что я не могу понять эту странную волшбу!»

***

Дюжина мужей скакали на вороных лошадях, преодолевая огромные расстояния за день. Отряд небольшой, но все как на подбор: высокие, подтянутые, прекрасные воины как кулачного боя, так и фехтования, а помимо этого ещё и весьма хорошие маги.

Они предпочитали не терять времени, а потому скакали целыми днями и ночами, останавливаясь лишь на несколько часов, дабы поспать и дать отдохнуть лошадям. Конечно же, то не простые скакуны. О, нет, ибо каждая из них стоила целого мешка золота, так как по скорости с ними не могли сравниться другие. Эта порода гораздо выносливей и намного быстрей чем какая-либо ещё, но даже таким требовался отдых. А ведь помимо этого Мор наложил на них заклинание, дабы сделать их ещё выносливей. Однако всё равно необходимо знать меру, ведь по окончании волшбы все эти красавцы попадали бы замертво.

Остановившись для очередного отдыха, командир отряда уставился на лес, так удобно расположившийся прямо на границе королевства.

— Командир Веленес, – обратился к нему один из воинов. – Вот мы уже и возле леса Атор. Если так пойдёт и дальше, то у нас уйдёт не месяц, а намного меньше времени.

— Да, Сеол, ты прав. Но не забывай, что нам ещё нужно его найти. Мы знаем, что он в королевстве Рейрс, на самой его границе, а рядом море Луны и Оронский лес. Область не столь и велика, но будь у нас целый легион, то мы бы нашли этого человека за один или два дня.

— Простите, командир, но что, если он сдвинется с места? – предположил воин.

— За это не волнуйся, Сеол. Если это случится, то Мор меня предупредит.

— Командир, разрешите спросить?

— Спрашивай, друг мой.

— Веленес, – Сеол опустился до шёпота, – а ты уверен, что это тот самый?

— Никто в этом не уверен полностью, – спокойно ответил командир.

— А если это тот самый… из пророчества… то, как считаешь, что станет с нашей расой?

— Я не знаю, что случится в дальнейшем, но думаю, что мы возвысимся. На нас будут смотреть как на равных.

— А нужно ли оно нам?

— О чём ты, Сеол? – приподняв бровь, спросил командир.

— Зачем нам становится равными другим? Почему бы не возвысится над остальными? Почему бы не стать лучше них и не занять доминантное место?

— Хм… Неужели ты полагаешь, что это так легко? Возможно, однажды нам, людям, удастся дойти до подобного. Однако сперва остальные должны нас воспринимать как равных. Без этого не удастся пройти дальше.

— И человек из пророчества поможет? Окажется ли его могущество достаточным, чтобы совершить подобное?

— Как говорят, он уподобится Богам. Как считаешь, Сеол, если человек по Силе не будет им уступать, то к чему это может привести?

— Но… Веленес, а если это не тот? Либо, даже если тот самый, то вдруг пророчество оказалось ложным и не будет никакого возвышения? Может он наоборот, уничтожит нашу расу.

— Сеол, твои страхи мне понятны, но они беспочвенны. В пророчестве также сказано, если упрощать, что он поставит остальные расы на колени.

— Хорошо, они склонятся ниц перед нами. А потом? Что будет после? Почему один человек должен будет решать судьбу целой расы? И почему он должен нам помочь, если наши правители не желают объединиться?

— Сеол, отринь сомнения, друг. Нужно просто верить. Этого более чем достаточно.

***

— Эльтран, магия – очень сложная и нестабильная вещь. На освоение и понимание только одной её ветви может уйти вся жизнь! – учитель выдержал небольшую, но значимую паузу, хихикнул и продолжил. – Некоторые люди, коих я имел удовольствие знать лично, уверяли, что на идеальное освоение одного только огненного шара – самого примитивного боевого заклинания стихии Огня – они тратили несколько лет. Но, поверь, я видел результат. они столь прониклись этим простым и элементарным, на первый взгляд, заклинанием, что его одного хватало на уничтожение целой группы! представь только: метнул огненный шар и разом избавился от, допустим, десяти солдат. Поразительно!

Судя по интонации Анарса, это было что-то из ряда вон выходящее, удивительное. Однако мальчик не изменился в лице. Да и не сказать, что внутри у него колыхнулось хоть что-то. Были, или же есть и по сей день, такие маги, что уничтожали одним жалким огненным шаром группы воинов и что с того? Или же учитель ожидал, что Эльтран выпучит глаза и широко раскроет рот? Вот чего-чего, но вести себя подобным образом он точно не собирался. Анарс это понял и решил прервать столь затянувшееся неловкое молчание.

— Так вот, мальчик мой, магия, как я уже сказал, вещь очень сложная и нестабильная. Не редко многое зависит и от места в котором ты находишься, так как в некоторых землях магической энергии больше, в иных же – меньше. Есть и такие, где магия просто отсутствует. Также подозреваю, что многое зависит и от самого мира. Все маги знают, что существует великое множество миров, но одинаковы ли они? Коль даже у нас существуют особые места, где энергии больше, то могут ли существовать миры, где она попросту отсутствует?

Анарс замолк и смотрел на ученика. Пусть тот и обладал огромным потенциалом, но ему, как ни крути, всего лишь двенадцать лет, да к тому же он не рос в городе всех людских магов – Энефере, и не воспитывался, как подобает будущему чародею. И потому колдун начал сомневаться, что ему интересно его слушать. Двенадцать лет… хотя порой казалось, что за этой личиной ребёнка на самом деле скрывался уже повидавший многое мужчина. Эльтран моментально запоминал всё сказанное Анарсом, даже если мальчику это было не интересно. Те восемь «уроков», с которых началось обучение, он запомнил и высек в памяти. А характер! Эльтран не любил, когда ему приказывали (но исполнять распоряжения учителя приходилось, увы), пытался сбежать из лагеря разбойников, хотя он всю жизнь пробыл невольником, их прислужником и иного существования попусту не знал. Почему? Почему он решил сбежать? И что бы с ним стало? Чтобы он делал в этом огромном и сложном мире? А может, он попал бы в руки к другим разбойникам? Или даже к работорговцам! Он мог бы столкнуться с какими-нибудь дикими зверями: с ужасающим ааром, либо большеглотом, или даже с люкром. Случиться с ним могло всякое, но даже несмотря на всё это (или же просто не задумываясь), мальчишка решил рискнуть и покинуть лагерь, дабы зажить так, как было бы угодно именно ему. Колдун понимал, что бесполезно пытаться изменить ученика, ведь тогда это могло бы привести к нежелательным результатам, а он не хотел допустить подобного. Частично, но Эльтран наконец свободен. Частично, ибо ученик обязан слушаться своего учителя. А как он себя вёл вчера будучи раненым. Пусть это упорство и мешало старцу залечить рану, но всё-таки колдун оценил его поступок и силу воли.

Анарс не мог понять, откуда в этом юном создании такое своеволие? Откуда такое желание биться до конца? Откуда такая твердолобость? Да, Сила в нём велика, но откуда, спали его Творец, в мальчике такой характер?! Неужели унаследовал от отца?

Прекратив бессмысленные размышления, учитель принялся рассказывать о различных магических вещах. Он говорил о видах магии, направлениях, потоках Силы; говорил о взаимосвязи энергии со всем существующим вокруг них, и, быть может, даже с иными мирами (если подобное вообще возможно и они действительно соединены друг с другом, как некогда уверял один из прошлых Архимагов). Поведал о том, что даже простейшее заклинание, применённое в каком-то конкретном месте, могло отозваться разрушительным эхом в другом, и так далее, далее, далее. Эльтран не раз ловил себя на мысли «а, собственно, зачем это всё знать?». Его всё это не интересовало, ибо он хотел научиться магии, научиться творить заклинания, а не просто знать про них. Но что же он мог сделать? Учитель есть учитель, и коль он всё это рассказывал – значит, может пригодиться в будущем. Эльтран слушал и старался запомнить услышанное через силу, хоть его и клонило понемногу в сон от этой унылой тирады о магии и её видах, взаимосвязях, потоках, нитях и прочем.

Когда же учитель закончил говорить, то он, сделав несколько глубоких вдохом и выдохов, опёрся на посох и продолжил:

— Ладно, мальчик мой, к этому всему мы ещё вернёмся. Теперь же перейдём к боевой и защитной магии, - старик вновь выпрямился, вытянул одну руку вперёд ладонью вверх, и в ней показалась небольшая искорка, превратившаяся в огненный шар.

— Начнём с магии Четырёх Стихий. В первую очередь – с Огня. Огонь – очень мощная магия. Это и разрушение и жизнь. Обуздать его довольно тяжело, ибо только твёрдые духом и телом могут подчинить пламя. Но, если у тебя это получится, – Анарс совершил едва заметное движение большим пальцем и огненный шар закружился вокруг колдуна, оставляя за собой короткий пламенный шлейф, растворявшийся в воздухе, – то тогда подчинить остальные три Стихии станет проще, ибо Вода – мягкая субстанция, не столь сокрушающая, как Огонь. Для неё нужно быть лишь столь же мягким и податливым. Земля – магия тверди этого мира, да и всех иных тоже, а потому надобно быть крепким телом для её освоения. Воздух же сродни Огню. Нет, не тем, что это и жизнь и разрушение, но тем, что это тоже очень сильная магия… Воздух тоже непокорен. Для него нужно иметь крепкий дух и тело, как и для Огня. Возможно, тебе интересно узнать: а почему бы не начать с Воздуха? Отвечу: боевые заклинания Огня куда мощнее для защиты и нападения, а посему…

«Учитель, ты считаешь Огонь сильнейшей Стихией? Но как можно разделить все эти четыре Первоэлемента? Каждый из них силён по-своему. И мощный порыв Воздуха может задуть Огонь, Вода – погасить, Земля – засыпать. Нет из этих четырёх братьев и сестёр более мощного элемента. Если маг достаточно силён и искусен в своей Стихии, то он сможет одолеть других, разве нет? И не будет ли магия сильней, коль объединить все Первоэлементы в одно заклинание? И вообще… возможно ли подобное?»

Мысль сама собой возникла в голове мальчика, да так стремительно, так естественно, что он далеко не сразу осознал это. Произнеси он это вслух, то, пожалуй, все бы задумались над его словами и даже опытные маги принялись бы думать над его словами и спорить друг с другом. Откуда ему это ведомо? Откуда он знал про возможность соединить все Первоэлементы? И мысли эти столь естественны. Всё казалось таким логичным и понятным, словно Эльтран уже десятки лет являлся магом Четырёх Стихий.

Учитель заметил некое изменение в своём ученике. Тот смотрел на него, прямо на него, и со стороны могло показаться, что мальчик внимал каждому слову Анарса, ловил каждое его движение, каждый жест, но взглянув в его глаза становилось понятно, что это не так. Он витал где-то там, далеко-далеко, бродил по перепутьям собственных мыслей. Естественно, это разозлило колдуна и он сильно ударил мальчика посохом в бок. В очередной раз.

— Эльтран! – прогремел голос учителя. – О чём таком важном ты задумался, что перестал меня слушать?!

— Я… не переставал вас слушать… учитель, – крепко прижав руку к травмированному боку, сквозь зубы выдавил из себя мальчик, за что получил очередной удар, но теперь с другой стороны.

— Девятое: никогда, слышишь, никогда не ври своему учителю! Не надо обманывать тех, кто доверяет тебе, кто решил составить тебе компанию, кто обучает тебя. Никогда! А теперь ответь, о чём ты задумался?

Молчал он всего лишь долю секунды, но за этот короткий миг успел многое обдумать. Сказать правду? Можно, но тогда он, скорее всего, вновь получил бы удар посохом, а бока и без того безумно болели, да и слушать очередную речь о том, что Огонь – сильнейшая Стихия, ему не хотелось. Обмануть? Это лучше, но ведь учитель сказал ему никогда не обманывать других, особенно его. Так можно ли один раз солгать? Впрочем, как Анарс поймёт, обманули его или нет? Эльтран понимал, что проверить это возможно, но подозревал, что для подобного придётся прибегнуть к сложному заклинанию, которое позволяло проникать в чужой разум. Оно ведь сложное… да? Ежели так, то Анарс не поступит подобным образом, ибо заклинание потребует слишком много энергии, а это означает, что появляется шанс быть обнаруженными.

«Хотя как можно не заметить внезапно образовавшееся поле в глубине леса?»

— Учитель… простите меня, но… я задумался над тем, почему разбойники оставили меня в живых тогда…

Анарс опешил, непонимающе приподнял одну бровь. Подобного он не ожидал услышать, а потому решил уточнить:

— Я не совсем тебя понимаю, Эльтран. Объясни.

«Вроде сработало»

— Учитель… тогда… двенадцать лет назад они нашли меня… разбойники. Мне сохранили жизнь, вырастили меня, даже несмотря на то, что я был новорожденным. Пусть и рос я в качестве раба, но… скажите, учитель, почему они оставили меня? Почему не оставили лежать на дороге подле своих мёртвых родителей?

Старик опёрся на посох, закрыл глаза и тяжело вздохнул. Он всем видом давал понять, что подобного вопроса не ожидал и не слишком-то желал услышать от ученика.

— Видишь ли, – неуверенно начал колдун, – я не знаю. Право слово, Эльтран, как я могу знать, что было на уме у разбойников? Окажись средь них хоть один маг, пусть и не самый искусный, то одного только взгляда на тебя оказалось бы достаточно, дабы понять, что в тебе заложен не малый потенциал. Почему тебя не убили вместе с родителями? Мне не ведомо. Разбойники и наёмники живут по собственным законам, а детоубийц средь них не очень много. Конечно, встречаются и такие, но это весьма редко. Можно задаться логичным вопросом: неужели оставлять младенца посреди дороги, дабы тот умер от голода, или чтоб его растерзали дикие звери – по чести? Увы, я не отношусь ни к кому из этого… отребья, а потому не знаю, каковы обычаи на самом деле.

Мальчик не знал, как реагировать на услышанное. С одной стороны он понимал, что слова учителя совершенно реалистичны и, скорее всего, всё обстояло примерно так. С другой же стороны, ему безумно хотелось узнать, как всё произошло на самом деле.

— Учитель… вы сказали, что достаточно только на меня взглянуть, дабы увидеть во мне большой потенциал. Именно поэтому вы решились помочь мне и обучить?

— Я увидел в тебе огромный потенциал и понял, что из тебя может вырасти прекрасный маг! – не раздумывая ни секунды, ответил Анарс. – Хотел ли я тебе помочь выбраться? Хотел. Но сделать выбор должен был ты сам. Хотел ли взяться за твоё обучение? Конечно! Каждый наставник мечтает вырастить достойную себе замену. А теперь скажи: я ответил на твой вопрос?

Эльтран кивнул.

— Славно, мальчик мой. Продолжим же наше обучение! Мы говорили о магии Огня и начнём с огненных шаров. Запомни: Огонь внутри каждого из нас, как и остальные Стихии. Главное – суметь обуздать пламя, что внутри тебя. Делай так, как я скажу: закрой глаза, расслабься. Хорошо. Попытайся заглянуть внутрь себя и увидеть свой внутренний огонь. Не ошибись, ибо есть и другие Стихии! Нам нужен Огонь и только он.

Эльтран делал всё, как ему говорили: пытался сосредоточиться, увидеть то, что скрыто от простых глаз, увидеть то, что составляло саму его суть. И он увидел. Время перестало для него существовать, ибо он очутился в изначальной внутренней пустоте, как прозвал это место учитель. Она не представляла из себя ровным счётом ничего, кроме кромешного ничто, кое было столь сильно схоже с Тьмой. И в этом непонятном месте мальчик совершенно один. Попытавшись сдвинуться с места, он не сумел понять, ему это удалось или же нет. Он уверен, что совершал движения, что поднимал ноги и ставил их вперёд, но, тем не менее, не возникало ощущения, что он действительно сдвинулся с места.

«И где же я? Почему ничего не видно? Хоть что-нибудь должно ведь произойти!»

И это «что-нибудь» произошло.

Перед ним возникла резкая вспышка. Потом вторая. Третья. Четвёртая. С каждым разом становилось всё ярче и ярче, и с каждым разом цвет менялся. И из вереницы вспышек появилась странная бесцветная сфера размером с целый замок правителя королевства. Неподвижный, бесцветный купол будто бы ждал… чего?

Мальчик медленно подошёл к нему, осторожно коснулся пальцами и в следующее мгновение отскочил назад. У него появилось чувство бесконечного падения, но никакого удара о землю не последовало. Это произошло из-за очередной вспышки, но на этот раз оказавшейся более яркой, нежели все предыдущие, и Эльтран даже ослеп на время.

Медленно открыв глаза, он увидел сферу, состоявшую из мириад нитей, переплетающихся, кружащихся, извивающихся подобно змеям, и они все различных цветов. Сфера словно была живой и она будто бы кружилась в неведомом никому танце, маня за собой и завораживая. И от неё повеяло теплом и холодом, любовью и ненавистью, радостью и грустью, добротой и злобой, огнём и водой, землёй и воздухом, страхом и безрассудством, трусостью и храбростью, подлостью и честностью, безграничной мудростью и столь же безграничной глупостью, жизнью и смертью. Она сияла, манила Эльтрана к себе, будто любящая мать, желавшая обнять сына.

Медленно подойдя к этому диву, он осторожно коснулся кончиками пальцев одной «змейки» и она тотчас же замерла. Приложив же ладонь, вся сфера остановилась, словно по чьему-то приказу. «Змейки» медленно приближались к ладони, переплелись меж собой, и Эльтран почувствовал тепло в руке, медленно расползавшееся по всему телу. Было приятно… очень приятно и хорошо. В кой-то веки он обрёл покой, как ему показалось. Но всё резко прекратилось, стоило нитям Сил молниями метнуться в разные стороны. Ладонь мальчика обожгло, и он невольно отступил назад на несколько шагов.

«Змейки» соединялись и расходились, всё ускоряя темп. Сфера начала уменьшаться, став в величину с кулак Эльтрана. Более не видно дивного и странного танца Сил, ибо всё слилось воедино.

Ничего не понимая, мальчику хотелось покинуть это жуткое место и вернуться в реальность, но он не знал, как это сделать, а потому оставалось лишь наблюдать, как небольшой шар стрелой метнулся в его сторону, ударил в грудь и вошёл внутрь, не оставив на теле никаких следов. Дрожащий от происходившего, трясущийся Эльтран с трудом заставил себя опустить взор, чтобы посмотреть на грудь. и увидел он весьма яркое разноцветное свечение. Сфера Сил не обжигала, не причиняла никакой боли, но, тем не менее, мальчик не выдержал и потерял сознание.

Очнувшись, он увидел нависшего над ним учителя. Взволнованный Анарс аж вонзил посох в землю рядом с лежавшим учеником, а его дрожащие руки судорожно мелькали перед взором мальчика то вверх, то вниз, и от них исходило нежно-золотистое сияние.

— Слава Творцу, Эльтран, ты жив! – учитель помог мальчику сесть и подал ему бурдюк с водой. – Заставил ты меня поволноваться, мальчик, – продолжил говорить старец, пока его ученик пил воду. – Расскажи же, что случилось? Что ты видел?

И Эльтран рассказал. Во всех подробностях рассказал.

Глаза Анарса сделались круглыми, широко раскрытыми, и казалось, что они вот-вот вылетят из орбит. Услышанное явно ввело старого колдуна в некое непонятное состояние. Старец не мог понять, как себя вести и что делать. Ещё совсем недавно он боялся, переживал за своего ученика, ибо считал, что тому не удастся выжить после подобного. Колдун ведь не этого добивался! Он не планировал, что Эльтран так скоро увидит это, ибо ещё слишком рано. Но теперь, услышав всё, он радовался и чуть не пустился в пляс.

— Учитель… а что всё это было? Что это за сфера? – принялся расспрашивать его Эльтран.

— О… видишь ли…, – улыбка исчезла с лица колуна и дальше он говорил в свойственной ему манере. – Эльтран, это… кхм… это всё твоё естество. Твоя сущность.

— Я вас не понимаю…

— Каждый, кто наделён магической Силой, обладает некими… ограничениями, скажем так. Кто-то не сможет изучить ничего, кроме определённых направлений. Иные же могут постичь почти всё, но окажутся недостаточно сильны. Конечно, можно изучить тот вид магии, что тебе хочется и к коему ты не имеешь предрасположенности, но надо обладать настоящим талантом и придётся приложить усилие, как… как если бы тебе пришлось держать на собственных плечах небосвод.

— И что же эта сфера говорит обо мне?

— А она говорит о том, Эльтран, что ты крайне способный и талантливый. Возможно, даже настолько, что сможешь изучить не одно магическое направление. Но теперь скажи: ты видел среди тех нитей Сил, как ты их назвал, что-то похожее на пламя?

— Учитель… простите меня, но… там было столько цветов, что я не запомнил их все. Лишь на некоторые успел обратить внимание. Всё произошло столь стремительно, что я не успел ничего предпринять! И я… я…, – следующие слова стали для мальчика одними из самых сложных, – испугался и растерялся, учитель. Но я более чем уверен, что такая там была!

— Хорошо, мой мальчик, хорошо. Отдохни ещё немного и мы продолжим.

***

— Что ты видишь, Веал?

— Я вижу людей и слежу за ними. Мне удалось запутать их, а потому они прошли всего лишь половину леса, – старый ар’ше позволил себе лёгкую улыбку. – И никто из них не может понять, что же творится и почему они столь сильно заплутали. Ох, люди-люди… Раса с не малым потенциалом, не малыми Силами, но возомнившая себя венцом творения Творца. Теми, что должны стать сильнейшими средь всех рас. Большинство из них отказываются от нашей помощи нынче, Менер…

— А ведь коль не мы, то им бы не удалось достичь и десятой доли тех познаний в магии, которые у них сейчас есть. Но, Веал, я не понимаю, почему же тогда мы им всё ещё помогаем?

— Мы – сцерры. Вторая по старшинству раса среди всех. Да, мы тоже гордая раса, порой, возможно, даже высокомерная, но нас отличает от всех остальных то, что мы готовы помогать другим, даже не прося ничего взамен. Если люди хотят постичь магию, что ж… мы должны помочь им, ибо у них есть потенциал, в отличие от множества иных существ. Магия не принадлежит какой-либо расе, Менер, ибо она общая. Как знать, быть может, если потоки Силы сойдутся определённым образом в определённом месте, по которому совершенно случайно будет проползать червь, то это сможет его изменить, сделать иным? Но кем именно? Жутким монстром иль разумным существом? То неведомо никому. Сила дана всем, и она для всех, Менер. Именно она и объединяет самого слабого мага с Богами и даже с Творцом. Изначально не существовало никаких различий между высшими существами и такими, как мы. Сильнейшие из магов могли бы по Силе уподобиться им и тоже стать сверхсуществами, как мне говорил мой учитель. Но всё изменилось, когда пришли новые Боги. После гибели Первого Поколения их место заняли эльфы… и мы все знаем, к чему привело подобное: Перворождённые возомнили себя главенствующей над всеми расой, избранными, лучшими, ибо так сказали Боги. Менер, они создали множество Законов, которые стали разделять меж собой всех и вся. Не было больше истинного единства с Силой, ибо теперь для каждой расы она своя, и уподобиться им, «великим Наместникам Творца», никто не сможет. Но то ложь и обман, ибо изначально всё было иначе. Мы свободны, мы достаточно сильны и мудры, дабы обходить эти Законы, и коль есть возможность помочь в этом другим, то мы обязаны так поступить! Такими же свободными расами являются лишь орки, хаоромы, амедеи и саалиты. Хоть орки таковы из-за своего скудного магического таланта, но обладают отменной силой воли.

— Так может нам стоит поговорить с ними и объединить усилия?

— Ради чего, Менер?

— Хотя бы ради того, чтобы пойти войной против прихвостней Богов вроде людей из королевства Рейрс!

— Нет. Прольются океаны крови. И не забывай, что некоторые расы, такие, как тролли или гномы, не придерживаются ничьей стороны. Им плевать на Богов, на тех, кто против них и на тех, кто на их стороне. И скажи: как ты собираешься заключить союз с хаоромами? Они нас ненавидят издавна и некогда даже пытались истребить всю нашу расу. Нас осталось не так уж и много, дорогой мой Менер, а кроме того, хаоромы считают себя высшей расой. И ты, гордый воин, сможешь отринуть в сторону всё то, что происходило в прошлом? Сомневаюсь. Хочешь поговорить и заключить союз с остальными? С орками? Да, они ещё не забыли, что такое честь и справедливость. Мы могли бы договориться с ними. Но среди них почти не бывает магов, а идти против Богов ордой сильных воинов – бессмысленно. Они уничтожат всю эту несметную рать одним щелчком пальцев. Амедеи? Невозможно, ибо эта раса обитает исключительно под водой, а потому им просто плевать на всё то, что происходит на суше. Саалиты? Ты прекрасно знаешь, что это весьма жестокая раса, практикующая самую жуткую магию из всех, да к тому же довольно скрытная. Их крайне трудно найти и неизвестно точно, где именно они обитают. Согласен, их жуткие практики оказались бы совершенно не лишними против Богов, но они не согласятся на подобное.

— Но, Веал, что же нам тогда делать?

— Я отвечу тебе, Менер: сейчас нам надо позаботиться об этом мальчике.

***

— Итак, Эльтран, ты уже видел то пламя, что внутри тебя. Теперь же тебе нужно подчинить его себе, и тогда, мальчик мой, ты сможешь творить чудеса, – воодушевлённым голосом сказал Анарс, а последние слова решил закрепить лёгкой магической пылью, появившейся из воздуха вокруг ученика.

Старец лишь стукнул разок посохом по земле, и вокруг него появилось несколько пылающих шаров.

— Всё не так уж и сложно, как может показаться, Эльтран, – огненные шары закружились вокруг него. – А теперь попытайся вновь заглянуть внутрь себя, но найди лишь Огонь! Закрой глаза и подготовься. Сделал? Хорошо, мальчик, хорошо. А теперь аккуратно схвати эту… «змейку». Да, вот так. Что она делает?

— Она… обвивается вокруг моей руки и медленно… ползёт к лицу, – Эльтран говорил неуверенно и веки его дрожали.

— Попытайся силой мысли подчинить её себе. Когда сделаешь, то…

— Ар! – вскрикнул мальчик, и лицо его скривилось от боли.

— Что случилось? – обеспокоенно спросил колдун.

— Она пожирает меня! Больно! Я… будто бы попал… в пламя! – издав короткий выкрик, Эльтран потерял сознание.

Очнувшись, он видел вокруг себя лишь сплошной огонь. И вновь он всё осознал неведомым образом. Он понял, что очутился внутри той пылающей «змейки».

«Что случилось? Как? Почему же моя сущность поглотила меня?»

Мальчик ни то лежал, ни то стоял, и не мог пошевелиться. Хоть его и окружало пламя, но оно его не обжигало. Даже жарко не было. Он будто бы попал внутрь огромного огненного шара.

«И что теперь мне делать? Я ничего не могу тут! Я не могу даже шевельнуться… И что теперь? Я погибну? И не остаётся ничего иного, как ждать смерти?»

Огненные стены принялись медленно сжиматься. Осторожно, словно подкрадываясь к мальчику.

«Смерть так близка… Возможно, именно такова моя судьба? Но я увижу родителей»

Пламя вокруг сужалось значительно быстрей.

«Погибнуть… здесь… внутри себя… быть выжженным своей же сущностью… Интересно, а такое случалось когда-либо с другим магом? Жутко и смешно. Всё равно, что люкр станет пожирать самого себя. И погибну тут…»

Веки отяжелели, мысли словно затуманивались. Эльтрану стало сложно даже думать.

«Умереть… Нет! Я двенадцать лет прожил среди разбойников, был их рабом и не сдался! Выжил! Так почему я отступаю сейчас? Почему я струсил?! Мне ещё многого надо достичь. Я должен узнать про родителей! Должен узнать, кто именно убил их и почему!»

Пылающие стены остановились, будто бы в нерешительности, как если бы усомнились в том, что удастся сжечь мальчика.

«Нет. Нет-нет-нет! Я не сдамся! Я буду бороться до конца. Если мне и суждено погибнуть сегодня, то я не сдамся столь легко. Это моя суть и я внутри неё, ведь так? Эта «змейка» – часть этой самой сути, а это значит, что я могу контролировать её!»

Эльтран напрягся и пытался силой мысли подчинить себе огненную Силу.

«Подчинись!» – прокричал он.

Огненные стены вновь неуверенно зашевелились.

«Подчинись!» – повторил ученик колдуна.

Всё вокруг закружилось в бешеном танце. Стремительно. Быстро.

«Подчинись! Я приказываю тебе!»

Пламя продолжило свой бег, кружась вокруг мальчика.

«Я Эльтран, сын магов, приказываю тебе подчиниться мне!»

Огонь ускорился, диковинно переплетаясь языками пламени, вновь сужаясь и приближаясь к Эльтрану. Из огненной стены показался чей-то лик, искажённый, как решил мальчик, ни то гневом, ни то болью. Сын магов не испугался и смотрел прямо в лицо опасности. Казалось, что прошла целая вечность, но огненные лицо не исчезало, и столь пристально смотрело на Эльтрана, словно пыталось испепелить его взглядом.

«Нельзя отворачиваться первым. Нельзя»

Искажённый лик смотрел мальчику прямо в глаза, и за мгновение вспыхнул мистическим бледным пламенем, да столь ярким, что невольно пришлось зажмуриться. Огненные стены пропали, но лицо осталось, и когда Эльтран посмотрел на него вновь, то так и замер, ибо видел самого себя. Но, раньше пылающий лик искажали гнев и боль, а теперь он растянулся в улыбке. Лицо сделало короткий кивок, пытаясь тем самым что-то сказать Эльтрану, после чего обратилось в «змейку» и вошло в голову мальчика прямо меж глаз.

Придя в себя, ученик колдуна вновь увидел нависшего над ним Анарса.

— Эльтран! Слава Творцу, ты живой! Что случилось? Что ты видел на этот раз?

«А действительно ли он волнуется за меня или же просто использует, дабы опробовать на мне новые виды заклинаний? И почему он каждый раз удивляется тому, что со мной что-то произошло? Неужели он не знал, что именно должно случиться?» - ни с того ни с сего пронеслось в голове мальчика, но он ему всё рассказал.

— Учитель, вы ведь поняли, что случилось, ведь так?

— Догадываюсь…, – коротко ответил Анарс, отошёл на несколько шагов назад и пустил с рук струю пламени.

Ученик хоть и не ожидал подобного, но не растерялся. Пламя почти вплотную приблизилось к нему, но замерло в полуметре, развернулось и метнулось обратно в заклинателя. Учитель изумился такому и Эльтран услышал короткий вскрик и испугался, что с Анарсом могло что-то случиться. Он вытянул одну руку вперёд и пытался вновь подчинить себе пламя.

«Повинуйся!»

Огонь отозвался тотчас же, и струя всепожирающего пламени остановилась, после чего ушла под землю. Когда заклинание исчезло, Эльтран имел удовольствие лицезреть изумлённое лицо Анарса. Возможно, ему это и показалось, но он увидел испуг.

«А ещё учил меня быть всегда готовым к нападению»

Но учитель быстро вышел из оцепенения, гордо выпрямился и заговорил:

— Что ж, Эльтран, я, признаться, потрясён. Хорошо. Коль ты так овладел Огнём, то теперь поступим иначе.

Учитель вытянул одну руку вперёд ладонью вверх, и крохотные язычки синего пламени заплясали на кончиках пальцев. Быстро перебежали в центр ладони и соединились, став единым целым. Опустив руку, Анарс следил за тем, как небольшой синий огонёк висел в воздухе и разрастался. Учитель не прибегал к помощи посоха, а лишь что-то бубнил себе под нос, да так, что Эльтран даже при всём желании не смог ничего расслышать. Рука опущена, но мальчик заметил, что колдун совершал короткие и довольно быстрые движения пальцами, словно их схватило судорогами.

Синий огонь разросся, превратился в большую пылающую стену и стал кружить вокруг учителя. Остановившись перед мальчиком, собрался и принял вид Анарса, став его огненным двойником. Именно такое Эльтран видел недавно, но то было только лицо, а тут полноценный огненный элементаль.

«Элементаль? Откуда я знаю такое слово?» – сразу же поймал себя на этой мысли ученик, и спустя миг пламя учителя погасло.

— Всё увидел? – холодно спросил колдун.

— Да, учитель.

— Хорошо. Вот тебе задание: ты должен повторить это. Тебе надо призвать такого же элементаля, как я сейчас. Можешь придать ему свой облик или мой – мне всё равно, но он должен быть. И именно в той же последовательности, что я тебе сейчас показал. Ибо первое: небольшие огоньки могут помочь тебе во время рукопашного боя. Применяешь это простенькое заклинание и может загореться противник. Второе: небольшой язык пламени можно использовать, когда ты находишься в тёмном помещении без освещения. Третье: огненная стена – защитное заклинание. Четвёртое: то, что эта стена стала кружиться вокруг меня, так же относится к защите, но только уже чуть более высокого уровня, ибо тут защищаешь себя со всех сторон. И, наконец, пятое: огненный элементаль – боевое заклинание… даже нет, не столько боевое, сколько призывающее. Призвав его, ты получаешь мощного защитника, исполняющего всё, что ты ему скажешь! Главное – суметь подчинить его себе.

— Но, учитель, ведь вы не объясняли мне, как всё рабо…

Анарс ударил его посохом, не дав возможности договорить.

— Знаю. Ты должен понять это всё сам. Я показал тебе одно заклинание, состоящее из пяти разных. И на этом довольно. Дальше разбирайся сам и попытайся повторить. Завтра с первым лучом восходящего солнца я вернусь и искренне надеюсь, что увижу всё, что я тебе дал.

— То есть, я остаюсь здесь один на всю ночь?

— Именно. Лучше начни как можно раньше, а я отойду, помедитирую, – Анарс перестал опираться на свой посох, тяжело вздохнул и зашагал прочь. – И смотри, не медли. Солнце через час начнёт садиться, – напоследок кинул он.

***

Девушка с белыми волосами и небесно-голубыми глазами шла по коридору замка. Она взволнована, ибо отец не часто вызывал её, да и когда такое случалось, он лишь отдавал ей приказы или же хотел кое о чём спросить. Когда она дошла до массивных дверей из толстого красного дерева с металлическими обшивками, двое стражников открыли их. Внутри всё выглядело довольно странным: деревянные столы и стулья частично сломаны и от них оторваны куски, золотая утварь потускнела, пол под ногами скрипел, но не был в столь ужасном состоянии, дабы провалиться, потолок же покрывали трещины, но он держался. Лишь трон сохранял целостный благородный вид. Сделанный из хорошего дерева, которое принято называть «тенбардис», что можно перевести, как «чёрное изнутри дерево», обитый величественным пурпурным бархатом, подлокотники в виде львиных голов, а на спинке красовалась надпись из золотой нити на каком-то из старых человеческих диалектов.

Представ перед отцом, она встала на колено, опустила голову и сложила белоснежные крылья за спиной.

— Отец, я прибыла по вашему приказу, – раздался её чудный голосок.

— Вижу, Альва, вижу. Встань, дитя моё.

— Что хотели, повелитель?

— Альва, ты и твои братья отправляетесь в другие крепости. Я недоволен действиями моих наместников. Мне стало известно, что некоторые из них втайне заключили перемирие с некоторыми племенами орков, а также вступили в торговое соглашение с гномами. Всё это без моего дозволения, как ты понимаешь. И они медлят с выполнением моих приказов. Ты должна разобраться в случившемся и избавиться от них.

— Отец… но ведь я могу понадобиться вам! – возмутилась девушка.

— Альва, – строго произнёс отец её имя, лишь чуть-чуть повысив голос, и девушка опешила.

— Харан и Мерн уже знают? – тихо спросила дочь.

— Да. Они всё знают и уже отправились в крепости Аейр и Виистран. Ты отправляешься в крепость Сентерос. Немедленно.

— Как вам будет угодно, вождь Хаоран.

***

Попытка за попыткой заканчивалась неудачей и за всё это время мальчику не удалось достичь большего, нежели каких-то жалких пару синих искр, что очень сильно его бесило и выводило из себя.

— Подчинись! – прокричал Эльтран, но вновь ничего не получилось.

— Подчинись! Подчинись! ПОДЧИНИСЬ!

Он повторял это слово снова и снова, будто бы оно составляло основную часть заклинания. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, а он так и не продвинулся дальше. Эльтран совсем обессилел, а потому лёг на землю и моментально уснул.

Мальчик вновь очутился в изначальной пустоте, где ничего вокруг не было. Но вновь появилась та странная сфера вместе с переплетающимися нитями различных Сил. Одна из «змеек» отделилась от остальных, приблизилась к Эльтрану и приняла человеческую форму. Облик самого мальчика. Пылающий двойник подошёл к человеку и смотрел на него.

— У меня не получается…, – уставшим и подавленным голосом произнёс ученик колдуна.

— Ты и не пытался, – у двойника точь-в-точь такой же голос, как и у мальчика.

— Что?! Не пытался?! – Эльтрана очень задели эти слова. – Я несколько часов пробовал повторить это заклинание! И достиг лишь того, что даже язычки пламени на всех кончиках пальцев не удается сделать! У меня…

— Ты и не пытался, – спокойно повторил визави.

— И что же мне делать? – иронично спросил мальчик, не желая говорить с этим непонятным существом, которое являлось ни то огненным элементалем, ни то результатом его воображения, ни то двойником, что таился внутри него.

— Попытайся.

Эльтран терял терпение и желал ударить пылающую копию. Осознавая то, что это не принесло бы никаких результатов, он остановился и не стал этого делать.

— Не пытался? Не пытался?! А что же я тогда делал? Игрался?!

— Ты делал то, что видел. Не заглядывая.

— Не заглядывая? Куда не заглядывая?

— Загляни и увидишь.

Двойник издевался. Он воистину издевался. Мальчик собирался вновь закричать на него, но остановился.

— Загляни и увидишь, – повторил пылающий человек, и Эльтран понял смысл этих самых слов.

Сын магов подошёл поближе, принялся пристально смотреть в глаза огненному двойнику. Они чем-то завораживали. То был словно ураган Силы. Огромный водоворот немыслимых энергий, каскад заклинаний, огненный шторм, пылающие смерчи, горящие моря и океаны, свет солнца, тепло, жизнь. Всё столь непривычное, странное, но Эльтран понял, что это все грани Силы Огня. В этом можно разглядеть все мыслимые и даже немыслимые ветви данной Стихии.

Проснулся же мальчик незадолго до восхода солнца с широкой улыбкой. Анарс пришёл, как и обещал, с первым лучом восходящего небесного светила. Учитель лишь встал перед учеников, и взгляд его говорил «покажи». И Эльтран показал. Он в точности сумел воспроизвести то сложное заклинание, которое ему продемонстрировали вчера. Только огненный элементаль получился иным. Без ног, лишь огненный столп заменял их, грудь же очень широка, огромные руки, голова без лица. Учитель молча смотрел на это, а когда мальчик закончил, то лишь произнёс:

— Неплохо.

Сказано очень холодно, сухо, без эмоций, и Эльтран даже опечалился, ибо надеялся увидеть, как Анарс широко раскроет глаза от удивления, но нет.

— Идём дальше, – всё тем же сухим голосом произнёс колдун.

***

Лес Саэль позади и теперь приходилось прорываться через невесть откуда взявшееся болото. Прит пусть и довольно молод, но уже успел показать себя с лучшей стороны и как воин, и как маг, хоть не совсем являлся таковым. Он всегда выполнял приказы, не расстраивал короля и завершал порученные ему задания, так что в этот раз исключений быть не могло.

«Да, ты хитёр, нечего сказать. Заставил нас бродить по лесу дольше намеченного, а теперь устроил нам болото! Но это нас не остановит. Мы до тебя доберёмся. Странно только, что ты не соизволил наслать на нас рать всевозможных монстров… Неужели думаешь, что какое-то жалкое болото нас остановит? Что оно само нас убьёт? Или что мы повернём назад? Нет! Мы дойдём до конца и схватим тебя, дабы увести в столицу на публичную казнь!»

***

Анарс многому успел научить своего ученика за следующие два дня. Конечно, всё относилось к магии Четырёх Стихий, но этого более чем достаточно.

Как-то ночью Эльтрану вновь приснился сон про день его рождения, и он был точь-в-точь тот же, что и в прошлый раз. Не больше, не меньше. Мальчик не знал, что делать, ибо, если это и вправду сон про его рождение, то получалось, что его всё это время обманывали. Все эти двенадцать лет. Но зачем? Ради чего?

Как всегда утром его разбудил Анарс, и они пошли к созданному учителем полю. Колдун стоял и что-то говорил, но Эльтран не слушал, и учитель, как ни странно, заметил это, а потому проявил недовольство, но мальчик никак не отреагировал на удар посохом в бок.

— Эльтран! Что случилось? Почему ты меня не слушаешь?

— Простите, учитель… просто… меня кое-что беспокоит.

— И что же?

И Эльтран рассказал про свой сон в мельчайших подробностях. Анарс же внимательно слушал, периодически гладя навершие посоха.

— Учитель… не могли бы вы мне всё же сказать, что это за сон? – в голосе мальчика слышались нотки мольбы и надежды.

— Ох… Эльтран… откуда ж мне знать? Хотя… есть у меня ещё одно предположение. Видишь ли, такие, как мы… мм… не совсем обычные люди, очень нравимся иным расам. Им нравятся те, в ком заложен большой магический потенциал. Так вот, иные расы считают нас, людей, ничтожными, и когда рождаются такие, как ты или я, то они стремятся переманить к себе или же уничтожить. Думаю, что какая-то из иных рас следит за тобой и специально насылает такие сны. Правдивы ли они? Ложны? Кто ж разберёт. Да, подобное вполне возможно… Существует магия снов, хоть ею почти не пользуются и мало кто ею владеет, но всё-таки. Только зачем они дают увидеть тебе именно такое – я понять не могу. Хм… хотя… только если… Коль они следят за тобой, то, полагаю, они в курсе, что тебе прежде говорили совершенно иное касательно твоих родителей. Возможно подобным образом они хотят запутать тебя или даже свести с ума. Когда человек в таком состоянии, то им проще управлять. Хитро… хитро, нечего сказать.

— Но всё равно… зачем? Зачем столько сложностей ради меня?

— Ради тебя? – приподнял старец одну бровь. – Нет, мальчик мой, дело не только и не столько в тебе, сколько в нашей расе. Как я и сказал, людей многие презирают или же просто недолюбливают. Что случится с нами, если у нас окажется много сильных магов? Мы сможем быстрей всем овладеть, усовершенствовать нашу магию и наконец сровняться с прочими расами. Полагаешь, они этого хотят?

— Но, коль так, то почему с вами всё в порядке? Почему за вас они не взялись? – весьма справедливый вопрос задал ученик.

— Откуда ж мне знать, – пожал плечами колдун. – Может, они и пытались что-то сделать со мной когда-то давно. Настолько давно, что даже я при всём желании успел бы с десяток раз это забыть. Может, я не показался им настолько серьёзным соперником.

— То есть… вы хотите сказать, что я… сильней вас?

— Потенциал в тебе огромен – это факт, – кивнул Анарс. – Но твоё будущее не ведомо никому, а потому сказать, сильней ли ты меня, аль нет – я тоже не могу.

Эльтран хотел что-то сказать, но учитель властным жестом поднятой руки остановил его.

— Довольно, мальчик. Сегодня у нас обучения не будет. Мы ждём. Вскоре за нами явятся.

— Явятся? – переспросил ученик. – Но кто?

— Один мой давний друг. Он хаором. Вождь одного из кланов. Да, я совсем недавно говорил, что иные расы нас не очень любят, некоторые так и вовсе презирают, но этот не таков. Он научит тебя магии Воздуха как никто другой! – учитель тотчас же хмыкнул и добавил:

— Если он, конечно же, согласится тебя обучать.

— А… он может отказаться?

— Разумеется. Ему нужны лишь достойные ученики. Тем более никогда прежде не было, дабы он брался за человека.

Анарс поднял голову вверх, закрыл глаза и почувствовал дуновение резкого и сильного ветра.

— Он скоро придёт, – произнёс учитель.

И вправду прошло совсем немного времени, как Эльтран увидел там, вдали, летающий остров. На нём много зелени, множество величественных древ, а в центре возвышался холм с замком. Помимо этого на острове имелись и иные постройки и даже каменные стены, но по мере приближения громадины разобрать что-либо становилось всё трудней и трудней.

Остров плыл по воздуху весьма быстро для своих габаритов, и от одного только вида можно понять, что эта летающая крепость неприступна. Да и то, как сумел кто-то поднять эдакую громадину в воздух, вызывало лишь восхищение и уважение.

Оттуда вылетело несколько крылатых существ, кои устремились к мальчику и старцу. Когда они приземлились, Эльтран сумел разглядеть представителей иной расы. Они в светлых одеждах, с довольно длинными светлыми волосами; глаза – небесно-голубые, пара лебединых крыльев за спиной. Все высокие, стройные и у каждого с боку висел одноручный меч. Всего их полдюжины. Приземлившись, они поприветствовали Анарса на чужом языке, и колдун ответил им, чем немало удивил ученика. Один из хаоромов подошёл к мальчику сзади, взял его за подмышки и устремился ввысь, и ещё одни взял учителя.

Эльтран летел, пусть и не на собственных крыльях, но летел. Он свысока смотрел на могучие исполинские деревья, на то поле, где обучался ещё вчера, и где-то там, позади них располагался временный лагерь разбойников. То, что испытывали ученик Анарса в это время довольно трудно описать. Сперва он был напуган, ибо боялся, что его случайно выронят и он упадёт на землю и разобьётся насмерть, но вскоре страх растаял, как утренний туман и он не испытывал ничего иного, кроме радости. Лишь тогда он стал похож на двенадцатилетнего мальчика, не серьёзного, не хмурого, скрывавшего свои эмоции, а радующемуся новому и захватывающему, улыбающемуся.

Только ступив на летающий остров, в лицо Эльтрану ударил сильный порыв ветра. Их сопроводили в замок, не впечатливший мальчика внешне.

«Надеюсь, внутри-то он приличней»

Снаружи замок самый что ни на есть обыкновенный, без изысков, без каких-либо символов. И, увы, как он выглядел снаружи, таким же он оказался и внутри: скучным, обветшалым, точь-в-точь таким же, как у людей. Складывалось впечатление, что хаоромы просто нашли этот замок и применили магию, которая подняла его вместе со всей территорией вокруг в воздух.

Они прошли через гостиный зал, поднялись по лестнице, перешли в другую часть строения, вновь поднялись по лестнице, прошли по коридору и остановились перед массивной дверью с металлическими обшивками. Сопровождающие учителя с учеником коротко поклонились и пошли обратно, а двое стражей открыли двери, и Анарс первым переступил порог. Помещение ужасное, дряблое, умирающее, и лишь трон остался в приемлемом состоянии. Совсем не этого ожидал Эльтран от первого замка, в котором ему довелось побывать. Он много слышал о них, представлял в мыслях нечто совершенно дивное, помпезное, золотую и серебряную утварь, мебель из невиданных пород деревьев, красивейшие шторы и скатерть, а тут… разочарование.

У окна стоял хаором и смотрел куда-то вдаль.

— Здравствуй, Дейл, – повернувшись, обратился крылатый к учителю Эльтрана.

Ученик тотчас же устремил взор на колдуна, но тот лишь мельком посмотрел на него и едва заметно кивнул, подразумевая «об этом позже».

— Приветствую и тебя, мальчик. Позволь представиться, – важным голосом говорил хаором. – Я Хаоран по прозвищу Кровавое Крыло, вождь клана Эйстерер. Рад принять тебя в своём доме.

— Благородный Хаоран, согласен ли обучать этого мальчика? – старый колдун задал ему самый важный из всех вопросов, ибо от ответа вождя зависело многое.

Хаором пристально смотрел на Эльтрана. Его небесно-голубые глаза засияли, и мальчик ощутил нечто странное, словно что-то незримое и неосязаемое вошло внутрь него. Ему стало не комфортно, его будто бы медленно пытались задушить, не хватало воздуха, стало душно, а в его тело словно вселилось нечто и теперь ему не хватало места внутри себя же самого. Мальчик уверен, что лишь маги смогли бы ощутить подобное, и он абсолютно прав. К счастью, вскоре это прошло, и глаза вождя перестали сиять.

— Да, Дейл, я возьму его на обучение, мой человеческий друг, – даже Эльтрана смутили последние слова Кровавого Крыла, коробили слух и оставляли неприятный осадок. – Можешь отправляться в свои покои. Мальчик же пусть останется за дверью и ждёт.

— Благодарю тебя, вождь Хаоран, – коротко поклонился старый колдун, осторожно взял Эльтрана за локоток, и они оба вышли из комнаты.

Глава II. На крыльях ветра

«Что случилось?! Нет… Нет! Не может быть!»

Приту пришлось остановить отряд.

«Неужели решил скрыться?»

— Ждите здесь! – раздражённо бросил он остальным.

Командир отошёл от отряда, приложил пальцы к вискам, закрыл глаза и сосредоточился. Телепатия не столь и простая магия, как может порой показаться. Она требует максимальной концентрации, сосредоточенности, внимания и нужно суметь мысленно представить собеседника, дабы установить с ним магический контакт. Проблема лишь в том, что чем дальше тот, с кем надо поговорить, тем сложней проложить к нему магический мост.

Лишь спустя почти две минуты ему удалось установить связь.

— Ваше Величество, тревога! Мы…

— Да-да, знаю… Он исчез.

— Господин, и что же делать?

— Ещё совсем недавно он был на всё том же месте и резко исчез. Ищущие не могут найти его.

— Может… он переместился в другое королевство?

— Исключено, Прит. Ищущие увидели бы след от волшбы… Но его нет.

— Как же быть?

— Продолжайте путь, Прит. Если он не переместился – значит он не очень далеко от лагеря разбойников. Как только узнаю что-либо – сообщу.

— Слушаюсь, Ваше Величество!

***

— Веленес, ты меня слышишь? – раздался голос в голове.

— Так точно, Мор.

— Он исчез.

— Что? Как?

— Не телепатически, Веленес.

— Понимаю.

Отряд остановился. Пока его люди слезали с лошадей и принимались за свои дела (кто-то отошёл справить нужду, кто-то сидел и точил оружие, остальные же устроились поудобней и решили поесть), Веленес отошёл подальше от них. Найдя подходящее место, он ждал.

— Задача усложняется, – внезапно донеслось позади. Командир отряда обернулся и увидел, как перед ним из клубов чёрного дыма показался человек в тёмно-синей мантии с золотыми узорами. Его всегда удивляло, как Мору удавалось так перемещаться.

— Что случилось?

— Он в руках хаоромов.

У Веленеса непроизвольно дёрнулся один глаз.

— Как так? Им-то он зачем?

— Не знаю, но они не хотят его смерти. Сейчас он на одном из их летающих островов.

— И как же нам до него добраться?

— За это не волнуйся, я что-нибудь придумаю. Остров совсем рядом с лагерем разбойников. Продолжайте идти к нему, но поторопитесь, ибо вскоре они могут сдвинуться с места. Я наложу заклинания на ваших лошадей, дабы те не знали усталости и скакали быстрее.

— Слушаюсь, – командир коротко поклонился.

— Замечательно. Ах да, вот ещё что: за ним гонятся и другие. Думаю, ты понимаешь о ком я говорю, ведь так?

Веленес кивнул.

— Если увидите их, то убейте, – после этих слов тело Мора стало расплываться и он растворился в воздухе.

***

Старый ар’ше сидел на коленях и медитировал, а воин-сцерр терпеливо ждал. Вокруг мага закрутились странные волокна фиолетового цвета, а из-под закрытых век вырывался слабый бледно-синий свет. Молодой сцерр не смел тревожить старца, ибо это могло вырвать его из медитации. В такие моменты нельзя произнести и звука, нельзя зажечь факелы и даже дышать приходилось определённым образом, дабы не помешать ар’ше. Помимо этого Менер не мог и выйти из пещеры, дабы потренироваться фехтованию, ибо Веалу могло стать плохо, а если ему не оказать своевременную помощь, то он мог и вовсе погибнуть.

Медитация могла занимать как несколько минут, так и много часов или даже пару дней. К счастью, в этот раз всё прошло довольно быстро.

— Менер, возникли некоторые проблемы, – старый сцерр зажёг факелы и встал. – Мальчик у хаоромов.

Лицо воина-сцерра осталось подобно каменному изваянию.

— И не у простых хаоромов, а у Хаорана.

И тут камень треснул, ибо подобного Менер не ожидал. Он прекрасно знал имя вождя клана «Эйстерер» – самого сильного из всех четырёх имевшихся. И хоть лично встретиться с ним ему не доводилось, но Хаоран уже успел стать живой легендой. Более того, Кровавое Крыло всеми считался сильнейшим из живущих существ мира.

— Да, Менер, это печально. Я не знаю, чего именно хочет он от мальчика, но, чует моя душа, ничем хорошим это не закончится.

— Веал, а ты не смог проникнуть в их крепость и узнать, что там творится?

— Нет. Конечно, это реально, но… видишь ли, Хаоран не глуп. Пусть он и младше меня, но весьма умён и безумно талантлив. Кровавое Крыло наложил очень тонкую магию Воздуха на свою крепость. Она сработает, если кто-либо осмелится хотя бы приблизиться к ней даже астрально, или попытается заглянуть внутрь магическим взором. Хаоран узнает об этом, и тогда нам нужно будет молить всеразличные Силы, дабы он не уничтожил нас, ибо поверь, расправа будет ужасной.

— И как нам быть?

— Хм… тот отряд, что жаждет смерти юнца… можно воспользоваться ими. Их король сейчас сильно волнуется, ибо они потеряли мальчика из виду. Он буквально выжимает из Ищущих всё, что только возможно и невозможно…, – Веал увидел непонимание на лице воина. – Ищущие… по-нашему – Эйлиары. Так вот, я их запутывал всё это время, но теперь же намерен поступить наоборот. Я постараюсь раскрыть для них дорогу, чтобы они как можно быстрее очутились возле летающего острова.

— Ты считаешь, что это поможет?

— Искренне на это надеюсь. Нам важно, дабы они устроили суматоху на острове Хаорана. Мы сумеем этим воспользоваться и постараемся проникнуть в крепость Кровавого Крыла и забрать мальчика.

Менер коротко кивнул, одобрив идею ар’ше, после чего вышел наружу, дабы потренироваться, ведь вскоре его навыки окажутся крайне необходимы.

***

Эльтрана поселили в отдельной комнате в южной части замка, а Анарс… точнее Дейл, располагался не далеко от покоев вождя. Ещё с порога мальчик чуть было не раскрыл рот, ибо поверить не мог, что это его комната. Его и больше ничья. Конечно, никаких изысков, никаких колотых иль серебряных блюдец не имелось, как и изящной мебели из красного дерева, обитой бархатом либо шёлком, аль настенных ковров с золотыми узорами… Словом, самая обыкновенная комната для жилья. Но даже так он мог представить себя истинным принцем, ибо столь роскошных покоев у него никогда не было. Справедливости ради надо сказать, что у него в принципе никогда не было собственной комнаты. На кровати лежала новая одежда, но ему хотелось спать. Только-только приземлившись в мягкую и чистую кровать, на пороге возник Дейл, испортив отдых.

— Умойся и оденься. Сегодня начинается твоё обучение.

«Уже? Эх… а кровать такая мягкая… Наверно, это всё равно, что лежать на облаке…»

Хоть слова Дейла его не обрадовали, но выбора не было. Колдун терпеливо ждал уже бывшего ученика, и когда к нему подошёл чистенький мальчик в новой одежде, старец коротко мотнул головой, давая понять, дабы тот шёл за ним.

«Видимо, учитель тут далеко не в первый раз. Он не сбился с дороги, не ошибся в этом переплетении коридоров и ходов» – подумал мальчик, так как Дейл даже на несколько мгновений не останавливался на месте, а уверенно шёл в нужное место.

Они спустились в огромное круглое помещение, разделённое на несколько частей: около десятка отдельных небольших арен для тренировок, огороженных невысоким деревянным забором, перед входом к каждой тренировочной площадке располагалась стойка с оружием; ещё около полудюжины арен квадратной формы, абсолютно пустых и без ограждений, но Эльтран почувствовал и даже увидел магические стены вокруг них. Значит, те площадки предназначались для тренировок в магии. Кроме этого в самом центре помещения находилась большая арена, предназначенная для проведения состязаний, как предположил мальчик. И именно там стоял Хаоран Кровавое Крыло.

Колдун с бывшим учеником подошли к нему, и Дейл коротко поклонился, и Эльтран последовал его примеру.

«Надеюсь, я правильно всё делаю? Учитель по дороге просто сказал, что надо будет повторить за ним…»

Кровавое Крыло стоял прямо и гордо, со сложенными крыльями, но и он ответил им поклоном, хоть и совсем коротким. Тем не менее, Эльтран удивился даже такому поведению. Вождь жестом дал понять мальчику, чтобы тот подошёл к нему, и принялся подробно осматривать своего нового ученика. Он ходил вокруг него медленно, словно ему предлагали породистого скакуна, а привередливый вождь желал лично осмотреть его, дабы проверить и принять окончательное решение.

— Ты годишься мне в ученики, Эльтран, – наконец заговорил хаором и остановился перед ним. – Ты довольно крепко сложен для человека твоих лет. Ты вынослив, храбр, не обделён силой духа и у тебя твёрдый характер. Я вижу, что ты готов биться до конца и не будешь сдаваться ни перед чем. Это очень хорошо, мой человеческий ученик. И в тебе заложен не малый потенциал, мальчик, – хаором развернулся и отошёл на несколько шагов. – Не знаю, каков был замысел Богов или даже самого Творца, когда ты появился на свет, Эльтран, но из тебя может получиться очень могущественный маг. Я не исключаю даже, что средь людей ты сможешь стать одним из сильнейших. Но, – он развернулся, – поверь, не познав магию иных рас, не выучившись у них, ты не будешь столь могуч, Эльтран. А теперь покажи мне Магию Воздуха. Покажи, на что ты способен.

— Что именно хотите увидеть, учитель?

— Я же сказал: покажи, на что ты способен, – несколько раздражённо ответил Хаоран. Похоже, он не любил говорить одно и тоже дважды.

Эльтран поклонился и приступил.

Он вытянул руки чуть в стороны перед собой и принялся бубнить заклинание. В абсолютно закрытом помещении подул лёгкий ветерок, грозящий перерасти в настоящий ураган. Вокруг Эльтрана сгустился и уплотнился воздух, закружился, отделился от заклинателя. Небольшой смерч собрал всю пыль с помещения, и даже чуть не прихватил оружие со стоек, но Хаоран намертво закрепил их магией одним лёгким мановением руки.

Когда же вся эта круговерть растворилась, тело Эльтрана расплылось, искажалось, и мальчик разделился надвое. Воздушный двойник отошёл в сторону, а за ним последовал второй, третий и четвёртый, окружив молодого мага. Они все как живые: наносили удары, уворачивались, отпрыгивали в сторону, перехватывали атаки, контратаковали. Они «ломали» друг другу руки и ноги, сворачивали шею, пробивали тело насквозь ударом руки, а «убитые» двойники падали и вновь вставали.

— Довольно, – приказал Хаоран и все копии растворились в воздухе, стоило ему взмахнуть рукой. – Это всё на что ты способен? – обратился вождь к запыхавшемуся мальчику.

— Не совсем, учитель. Ещё я могу при помощи Воздуха прижать кого-нибудь к земле, или же отбросить на несколько метров. А также…, – Эльтран воодушевился и хотел перечислить все свои умения, но этому не суждено было случиться.

— Достаточно. Я понял, что ты можешь. Дейл, я ожидал, что ты лучше его подготовишь, – хаором укоризненно посмотрел на старого колдуна, опиравшегося на посох.

— Прошу простить, достопочтенный Хаоран, но у нас было мало времени на обучение. К тому же магию Воздуха мы изучали последней, ибо…

— Ты надеялся, что этому научу я, – докончил за него вождь. – Я всё понимаю, хоть и несколько опечален. Эльтран, знаешь ли ты о крыльях ветра? – мальчик покачал головой. – А о рассекающем порыве? – и вновь отрицательный ответ. Кровавое Крыло сузил глаза и, как показалось мальчику, посмотрел на него с неприязнью. – Тысяча игл, раздирающий поток, длань ветра, небесный удар, доспехи ветра, призыв неистовых ветров… Ты хотя бы слышал об этих заклинаниях?

— Не обо всё, учитель. Лишь о тысяче игл и небесном ударе. Остальное же мне неведомо.

— Дейл, как ты допустил подобное? Ты ведь знаешь наши основные заклинания Воздуха, а посему хотя бы их перечисление не должно было составить тебе труда, – грозно произнёс Кровавое Крыло, и Эльтрану показалось, что его душа вот-вот уйдёт в пятки. – Как бы там ни было, я уже назвал тебя своим учеником, а посему обучу. Учти, Эльтран, что учиться у меня очень тяжело. Из ста учеников до конца доходит не больше семи.

— Простите, учитель… но что значит «до конца»?

— В конце будет проверка твоих знаний и умений, Эльтран, которую принимаю я лично. Уже только до этого момента доходит не больше семи моих учеников, но успешно всё заканчивается в лучшем случае для двоих.

Мальчик хотел спросить, что же такого особенного и сложного в этой самой проверке, но в этот раз ему не хватило храбрости, ибо он понимал, что такой вопрос не пришёл бы учителю по душе.

— Так вот, Эльтран, я спрашиваю тебя сейчас, ибо потом не будет пути назад: ты выдержишь?

— Да, учитель! – без тени сомнения ответил мальчик.

— Превосходно. Надеюсь, что ты правильно оценил свои возможности, мой человеческий ученик. Начнём же! Но прежде я вынужден попросить уважаемого мною Дейла Эйтера покинуть тренировочный зал, ибо обучение, тем более индивидуальное, надобно проводить наедине с учеником.

Эльтран, услышав полное имя предыдущего учителя, внимательно посмотрел на него, едва заметно приподняв брови от удивления. Ему как-то довелось слышать пьяный разговор трёх разбойников. Говорили они о городе, в котором жили только маги расы людской – Энефере. Говорили о том, что нынешний Архимаг, судя по всему, сошёл с ума, ибо те союзы с иными расами, что и так держались на тончайших нитях, были разорваны. Не одно поколение Архимагов трудилось, дабы достичь хотя бы иллюзии перемирия и показать, что люди достойная раса, вполне подходящая на роль союзника. Очень много лет они стремились к этому, и казалось, труды их не были напрасны, что вот-вот будет заключён полноценный союз с одним племенем орков и с гномами (хаоромы считали себя высшей расой, а потому они с нелюбовью относились ко всем, но особенно – к эльфам и сцеррам), но Архимаг всё испортил. Как именно? Если верить пьяным разговорам, то он просто махнул на них рукой, заявив, что люди превосходно справятся и без остальных. Чем руководствовался высший маг – не мог понять никто. Кто-то считал, что его подчинили своей воле, иные же утверждали, будто бы тем самым Архимаг хотел показать, сколь велика может быть Сила людей; некоторые же просто говорили, что волшебник под старость лет окончательно лишился рассудка.

Но всё это не столь важно, ибо Эльтрана поразило другое: Архимага звали, насколько помнил мальчик, Демиус Эйтер, а имя колдуна – Дейл Эйтер. Получалось, что они родственники? Но, коль это так, то почему Дейл стал странником? Почему не жил в великом городе людских магов? Почему отказался от семейного имени?

Пока мальчик вспоминал и размышлял, колдун поклонился вождю хаоромов и покинул тренировочное помещение. Хаоран вновь взмахнул рукой, и свет всех арен, кроме центральной, погас. Эльтрану очень нравилось, когда вождь делал нечто подобное. Ему доставляло удовольствие смотреть за тем, как одним лёгким движением руки можно творить столь сложные и масштабные заклинания. Поразительно и то, что в огромном помещении не было ни факелов, ни ламп, а свет исходил из… из ниоткуда.

— Надеюсь, Дейл рассказал тебе хотя бы о Стихии Воздуха? – мальчик коротко кивнул. – Прекрасно. То, что ты обуздал Силу Воздуха внутри себя я уже понял и увидел. Умеешь ли ты поднимать своё тело в воздух?

— Никак нет, учитель.

— Начнём с этого. Здесь нет ничего сложного, мой человеческий ученик. Тебе нужно призвать сгустки Воздуха к себе и сконцентрировать их под собой.

Хаоран, едва успев договорить, тотчас же начал подниматься над полом. Крылья его оставались сложенными, и Эльтран не заметил, чтобы вождь совершал какие-либо движения руками. Когда же Кровавое Крыло поднялся в воздух на два человеческим роста, он завис и продолжил говорить:

— Кроме подобного можно ещё и ходить по воздуху, – вождь отошёл на несколько шагов назад и пристально смотрел на ученика. – Твоя очередь, – коротко приказал Хаоран, указав рукой перед собой, тем самым словно приглашая мальчика подняться.

***

Двадцать человек стремглав проносились через лес и великую равнину, преодолевая все незначительные препятствия, и не встретив сопротивления. Им стало значительно проще продвигаться к цели. Это радовало, но в тоже время и пугало.

«Ничего не понимаю… Ещё пару дней назад мы не могли преодолеть один небольшой лес, а сейчас… Такое чувство, будто сама природа помогает нам, указывает лёгкую дорогу, направляет. Порой мне кажется, что всё распускается пред нами, открывая затаённые тропы, о которых никто не может и не должен знать. Но я взволнован… неужели он ведёт нас? Заводит в ловушку? Направляет нас в лапы неминуемой гибели? От такого человека можно ждать всего! Но ведь он пропал и наши Ищущие не в состоянии его пока что отыскать. Коль он ушёл, то ему больше нет надобности вести нас извилистыми путями. Может, всё так и должно быть? Но если это ловушка, то как понять, когда она должна сработать? Неужели придётся постоянно чувствовать себя в опасности и быть наготове?»

***

Мальчик пытался сосредоточиться. Закрыв глаза, он отбросил любые мысли и стал призывать Воздух. Подул лёгкий тёплый ветерок, окутавший его с головы до ног. Эльтран переставал ощущать пол под ногами, мир немного качнулся, и наступило такое ощущение, будто бы он находился в воде. Ощущение лёгкости, невесомости, и чувство того, как он начал подниматься ввысь.

— Эльтран! – раздался громоподобный голос Кровавого Крыла.

— Мальчик открыл глаза, потерял сосредоточенность и упал на каменный пол. Хаоран подошёл к нему, опустился и недовольно смотрел на ученика.

— Плохо, человек. Очень плохо. Во-первых, тебе нужно закрывать глаза и долго сосредотачиваться для столь простого заклинания. Во-вторых, тебя очень легко вывести из этого состояния. Стоило тебе открыть глаза, как ты тотчас же свалился, подобно набитому мешок.

Эльтран смотрел на Хаорана и видел в его глазах презрение. Оно было столь явным, что даже слепой бы заметил, что Кровавое Крыло недолюбливал людей. Быть может, даже считал их животными. Но тогда почему он взял мальчика в ученики? И почему общался с Дейлом? Видимо, даже вождь хаоромов допускал исключения.

Спустившись, Хаоран протянул руку своему ученику, предлагая помощь. Эльтран потянулся к ней, но хаором моментально её схватил и вывернул так, что человек лёг на живот, и лицо его скривилось от боли. Хаоран вывернул ему кисть и держал, так ещё и положил ногу ему меж лопаток, и принялся давить, а руку развернул ладонью к себе (даже чуть сильней провернул) и тянул на себя.

— Запомни, человек: не надейся на помощь от других. Будь то хоть твои родители, твои братья, лучший друг, учитель… Если тебе предлагают помощь – откажись от неё. Добивайся всего сам, – он резко отпустил Эльтрана и тот прижал руку к груди, продолжая кривиться от боли. – Единственный на кого ты можешь целиком и полностью положиться – это ты сам! Другие помогут тебе не из жалости, не от того, что они твои друзья, но из презрения, ибо думают, что ты сам не в состоянии подняться. Так не надо доказывать им их же правоту! Покажи, что ты не нуждаешься в их «заботе». Именно из-за того, что вы, люди, принимаете помощь от других, вы и демонстрируете свою слабость. Ни одна из иных рас не поступала так. И посмотри на нас, – гордо произнёс вождь. – Мы выше вас, мы могущественнее. Будь наша воля, то от вас не осталось бы и следа. Единственная раса, что вам когда-то помогла – сцерры, но их нынче довольно мало. И против объединённой мощи всех остальных рас вы не сумеете устоять. Насколько мне известно, ваш Архимаг разорвал союз с какой-то из рас, за что я его уважаю, ибо он единственный из вашего рода, кто не побоялся остаться один, дабы доказать, что он на многое способен. Будет ли он в скором времени воевать с другими – я не знаю, но могу сказать точно, что эльфов он не тронет. Не мудрено, ибо сами… Боги, – вождь произнёс последнее слово сквозь зубы, с таким отвращением, что судя по всему, наместников Творца он ненавидел куда больше, нежели кого бы то ни было, – на их стороне и помогают им.

Учитель говорил и говорил, а Эльтран лишь делал вид, что слушал его. На самом же деле, вскоре он перестал что-либо разбирать в этой гневной и полной отвращения к другим речи.

— …Довольно пустых слов. Поднимайся! Пробуй ещё раз.

Мальчик попробовал, но учитель вновь остался недоволен. Вождь клана «Эйстерер» не щадил своего юного ученика и заставлял повторять одно и тоже заклинание по многу раз. И таким образом, столь однообразно, прошло немало времени, и Эльтран уже достиг не малых, как ему казалось, успехов, но Хаоран не разделял его взглядов. И вот, когда ученик уже не мог стоять на ногах от изнеможения, вождь разрешил ему отдохнуть пару минут. Не позволив мальчику даже наполовину восстановить силы, Кровавое Крыло продолжил обучение.

— Забудь о ходьбе. Перейдём к тысячам игл. Тебе надо сконцентрировать Воздух перед собой, разделить на тысячи тончайших игл и пустить в цель.

Взмахом руки, Хаоран перенёс толстую деревянную дверь из одного угла помещения на центральную арену. Не отрывая глаз от ученика, он немного развернулся и вытянул руку к цели. Эльтран увидел, как сгустки воздуха заплясали позади вождя и стрелой метнулись к двери, по пути приняв вид игл. Они пробили дерево насквозь, практически не оставив от него и следа.

Поставив новую цель, Хаоран жаждал увидеть нечто подобное и от ученика. Это заклинание Эльтрану далось довольно быстро, и Кровавое Крыло остался доволен. Конечно, иглы мальчика оказались не столь мощными и всего лишь оставили в двери множество не сквозных дыр, но для первого раза это весьма неплохо.

И на этом завершился первый день обучения. Мальчик вернулся к себе в комнату, где его ждали новые одежды и наполненная горячей водой бадья.

«Как горячо! Придётся подождать…»

И так прошла целая неделя. Эльтран старался быть хорошим учеником, из кожи вон лез, дабы овладеть всеми заклинаниями. Порой Хаоран был слишком жесток и требователен, ломал пальцы, когда его «человеческий ученик» с десятой попытки не мог сотворить заклинание, а кое-что и на нём показывал, ибо пребывал в абсолютной уверенности, что каждый маг должен на себе опробовать хотя бы часть собственных заклинаний, чтобы понять, сколь они болезненны и действенны. Конечно же, смертельно опасная магия применялась исключительно на тренировочных деревянных истуканах, либо досках. После подобных изуверских тренировок к мальчику в покои всегда приходил целитель, и за ночь все раны проходили.

За всё это время Эльтран ни разу не увидел Дейла. Он не знал, здоров ли его прошлый учитель, аль нет, и начал даже волноваться за старца.

За эти дни юный маг узнал очень многое.

Раздирающий поток очень похож на тысячу игл и даже выглядел почти также. Но новое заклинание представляло из себя направленный нескончаемый поток Воздуха, которым можно либо сбить цель, либо, если заклинание достаточно мощное, медленно содрать кожу, к примеру, или же всё можно сделать быстро.

Длань ветра далась сыну магов сразу же, ибо, как выяснилось, это заклинание он применял в первый же день обучения у Анарса, поставив барьер от его потока пламени. Иными словами, это защитное заклинание, представляющее из себя сконцентрированный сгусток Воздуха, застывший вокруг мага и защищавший его.

Небесный удар они не практиковали, ибо, как сказал вождь, это заклинание применяется только в том случае, если заклинатель находится в воздухе (и с тем ещё условием, что необходимо подняться на несколько десятков – а лучше сотен - метров). Хаоромам пользоваться крыльями ветра либо ходьбой, за редкими исключениями, не требовалось, ведь у них имелись крылья. Чего не скажешь о человеке. При помощи же небесного удара можно без особых проблем уничтожить небольшой городок… если ты, конечно, достаточно силён.

Доспехи ветра похожи на длань, но сгусток Воздуха тесно прилегал к заклинателю, точно доспехи. В таком состоянии можно творить и прочую волшбу, но такая защита отнимала слишком много Сил и требовала большей концентрации.

Рассекающий порыв, по мнению Эльтрана, лучшее из того, чему его обучил Хаоран. Это заклинание, как и предыдущие, абсолютно невидимо для простых людей. С его помощью можно разрезать почти всё: тысячелетний дуб, латные доспехи, или даже толстую железную дверь. Плоть и кости в пояснениях уже не нуждаются. Но, как и вся иная волшба, всё зависело от Сил самого заклинателя. Чем они выше – тем могущественнее заклинание. Жаль, конечно, что не мог рассекающий порыв пробиться через магический барьер, хотя Кровавое Крыло уверял, что это возможно.

Крылья ветра, как и ходьба по воздуху, никак не давались мальчику. Боевая и защитная магия удавалась почти без проблем, но вот остальное представлялось ему в виде лабиринта.

Когда очередной день подошёл к концу, прежде чем покинуть тренировочный зал, мальчик набрался смелости.

— Простите меня, учитель. Позвольте спросить.

— Спрашивай.

— Учитель, а где же Анар… то есть Дейл?

— Дейл Эйтер? Он здесь, в замке. Целыми днями он только то и делает, что медитирует и постигает самого себя, свои возможности. Хочет увидеть предел собственных Сил.

— Простите… Предел?

— У меня проблемы с речью или же я сказал это на родном языке, а не на всеобщем, на коем говорят все люди? У каждого существа есть предел своих возможностей, Эльтран. Кто-то не может постичь магию Земли, кто-то Астрала, иным же недоступна ментальная магия. Подобные пределы есть у всех, даже у столь одарённых, как ты.

— Учитель, когда я смогу увидеть магистра Дейла?

— Магистра? Интересно. Увидеть его можешь хоть сейчас. Мы закончили тренировку. Тебя отведут к нему.

Кровавое Крыло дважды хлопнул в ладоши и на пороге появился очень худощавый хаором. Вождь приказал проводить мальчика к Дейлу, и тот низко поклонился и повёл Эльтрана в покои колдуна. Когда они дошли, то хаором постучал в дверь и сразу же открыл её. Старец сидел на голом полу на коленях с закрытыми глазами, а посох его медленно кружился вокруг, слабо сияя.

— Наконец-то ты пришёл ко мне, мой мальчик, – спокойно сказал Дейл, не открывая глаз. – Альсанте, благодарю, что привёл его ко мне. Можешь идти.

Хаором коротко кивнул и покинул комнату мага, закрыв за собою дверь. Посох остановился перед бывшим учителем и старец открыл глаза.

— Здравствуй, мой мальчик. Неделю уже тебя не видел, – он опирался о посох, дабы встать, но и Эльтран подошёл к нему и помог. – Как проходит обучение? Ты присаживайся, присаживайся, – мальчик не сел, а буквально рухнул в кресло и почти что лежал в нём. – Вижу, Хаоран не щадит тебя. Многому он успел обучить?

— Да, учитель.

— Я тебе больше не учитель, так что можешь звать меня просто Дейл.

— Учи… Дейл, я хотел спросить вас, почему вы представились мне под другим именем? Почему не сказали, как вас зовут на самом деле?

— Мы столько дней не виделись и ты решил сразу заговорить об этом? Я не думаю, что с этого стоит начинать…

— Простите, учитель. Когда мы только-только попали сюда, то я помню, что учитель Хаоран называл вас Дейл Эйтер. У Архимага, как я слышал, семейное имя тоже Эйтер. Я предположил, что вы родственники. Скажите, пожалуйста, учитель, почему вы отказались от своего настоящего имени?

Старец приподнял бровь от неожиданности, так как не думал, что мальчик столь внимателен к подобным… мелочам.

— Видишь ли…, – начал говорить колдун, но замолк, пытаясь сосредоточиться и рассказать обо всём бывшему ученику. – Демиус… да, ты прав, Эльтран, он мой родственник. Скажу даже больше – он мой родной брат. Младший. Некогда мы с ним очень сильно… кхм… поссорились, после чего я, разъярённый, решил пройтись по городу. По пути я встретил пару – юношу и девушку. Они были очень молодыми. Постарше тебя, но всё равно очень молоды. Юноша что-то показывал подружке. Какую-то магию, которой он недавно овладел. Он попытался создать шаровую молнию, но это получилось так… так… бездарно, что я, как магистр, как будущий Архимаг не сумел сдержаться, подошёл к ним и объяснил, как сотворить подобное заклинание. Стоит отметить, что мы тогда были не в Энефере, а в одном портовом крупном городе. Так вот, я решил показать, как сделать правильно. Однако проблема заключалась в том, что я был очень зол на своего брата, а потому на краткий миг я отвлёкся, вспомнив нашу с ним ссору, и я… я… словом, я случайно убил их обоих. Не спрашивай, как именно! Мне и так тяжко вспоминать это и рассказывать тебе. За такой поступок мне пришлось, согласно правилам, отречься от семейного имени, и я более не был преемником Архимага, – вспоминая тот роковой день, глаза колдуна заблестели, заслезились, в голосе его звучала боль и скорбь. Ему в самом деле трудно рассказывать обо всём.

— Простите, Дейл… не хотел… не думал… что всё… так…

— Как жаль, что твоё сожаление не в силах всё исправить. Пусть это и прозвучит не совсем правильно, но, если бы всё так не случилось, мальчик мой, то я не прогуливался бы недавно в лесу, что под нами, а следовательно, не встретил бы тебя и неизвестно, чтобы с тобой случилось за эти две-три недели. Но то было давно, а прошлое невозможно вернуть. Расскажи же мне теперь, чему тебя научил великий Хаоран?

О, Эльтран рассказал обо всём, даже о том, как его порой наказывали за неудачи. Судя по выражению лица Дейла, старый колдун прекрасно знал, что так всё и будет, а потому не особо удивился подобным методам.

— Да, Эльтран, Хаоран очень строг и как учитель, и как вождь. В его клане царит порядок, который никто не смеет нарушать. Его ученики не бездельничают, ибо им всегда есть над чем поразмыслить и обучение, особенно личное, длится весь день. Но не волнуйся, мальчик мой, и не бойся. Не сдавайся, ибо всё это пойдёт тебе во благо. Кровавое Крыло знает, что делает. Он воспитывает достойных магов. Год обучения у него – всё равно, что обучаться у обычных магов лет, эдак, пять, если не больше. Что ж, коль больше ничего нет, то я хотел бы…

— Дейл, а почему вы не появлялись всю неделю?

— Медитировал, Эльтран. Хотел заглянуть внутрь себя и увидеть предел своих возможностей.

— А что из себя представляет этот предел?

— Каждое разумное существо имеет границу своих возможностей. К примеру, гномы хорошо владеют магией стали и рун, потому их оружие и ценится столь высоко, равно как и доспехи, но на большее они почти что не способны. Бывают редкие исключения, но это не то. Или возьмём Перворождённых, сиречь эльфов. Они прекрасные целители, отменно владеют магией Земли и природы, но остальное для них труднодоступно. Хаоромы – магистры магии Воздуха, гремлины – хорошие травники и алхимики, орки – отменные воины, тролли – охотники и следопыты, сцерры – маги Земли, амедеи – маги Воды, а учитывая, что это подводная раса, то не сложно догадаться, что плавают они как никто более, кэрты – отличные прыгуны, менейры – маленькие и очень проворные существа – огры – огромные и сильные, саалиты – маги Астрала, ментальной магии, а также некромантии, люди… по правде сказать, я даже не знаю, что бы такого выделить в людях, ибо мы, Эльтран, самая не приспособленная раса. У нас нет никаких врождённых навыков, нам приходится всему учиться. Но, в отличие от остальных, мы можем постигнуть больше, чем другие. В этом и заключается наше главное преимущество. К великому сожалению, нам на это требуется слишком много времени, мальчик мой, а живём мы не так долго, нежели большинство иных рас. Лишь наши маги могут жить около двухсот лет. Мне вот уже сто двенадцать, Эльтран. Да, сейчас я слабее, нежели пятьдесят лет назад, но то лишь физические силы, – колдун гордо выпрямился и приподнял голову, – а вот моя магическая Сила сейчас велика, как никогда прежде! С возрастом она растёт, Эльтран, но и тут очень многое зависит от врождённых навыков каждого и от его потенциала. Пока что даже истинные маги не могут жить тысячу лет, но я верю, что настанет день, когда мы докажем всем остальным, что мы сильнее них, и что люди пусть и молоды, но очень сильны.

— Учитель… а можно ли как-то преодолеть этот предел? Можно ли постичь то, что невозможно?

— Увы, не знаю точно, Эльтран. Сильно сомневаюсь, что такое возможно, ибо пределы устанавливал сам Творец, а Сила его безгранична. Если кто-то сумеет переступить через эту самую границу, то это будет означать, что по могуществу он уподобился нашему Создателю, что даже звучит невероятно. Проще выжить в мире, где одни лишь люкры. Что ж, отправляйся к себе, умойся и поспи, ибо завтра у тебя продолжится обучение. У Хаорана не бывает перерывов в тренировках, так что лучше тебе уйти пораньше, дабы дольше поспать. Знай, Эльтран, что я верю в тебя и надеюсь, что ты оправдаешь мои ожидания.

— Спасибо, магистр Дейл, – поблагодарил его бывший ученик, и покинул покои старца.

***

Двенадцать всадников скакали целыми днями и ночами, отдыхали крайне редко. Мор постарался на славу, наложив столь прекрасное заклинание на всех лошадей. Его заслуги не подвергались сомнениям, но командир Веленес никак не мог понять, зачем вдруг хаоромам понадобился человек из пророчества? Они ведь не из добрых помыслов поступили так, разве нет? Или же он ошибался? Они его не убили и смерти ему явно не желали, но для чего же он им?

«А может они хотят возвысить свою расу над остальными? Может, не хотят нашего восхождения? Вполне возможно, ибо хаоромы никогда не отличались любовью к нам. Высокомерная и гордая раса. В этом они уступают лишь эльфам. А может… может они лишь временно оставили его в живых и ждут, когда он полностью пробудится, а потом собираются провести сложный ритуал, дабы забрать все его Силы себе? Неведение – самое худшее из всего, что только возможно!»

— Веленес! – отвлёк его голос Сеола.

— Что случилось?

— Смотри! Там, вдали! Это летающий остров!

— Истинно так. Мы уже совсем близко к крепости хаоромов. Вперёд!

***

Довольный скорой встречей с человеком из пророчества, Прит заставил отряд ускориться. Он знал, что этот человек вместе с хаоромами на их летающей крепости. Его это пугало, но он был в предвкушении, ибо жаждал столкнуться с летающей расой и помериться с ними силами. Что ж, вскоре его желание могло сбыться, а потому он заблаговременно представлял, как будет сражаться с ними, какие заклинания станет применять, и какие песни станут слагать о его славной победе.

***

Старый ар’ше и воин-сцерр пробирались через лес, приближаясь к крепости Кровавого Крыла. Они изначально находились рядом с Эльтраном, так что путь отнял у них мало времени. Лес этот оказался густым, деревья довольно высокими и пышными, но летающий остров они прекрасно видели. Крепость эта величественно возвышалась над всеми, ходящими по земле. Она словно служила доказательством могущества хаоромов, ибо кроме них никто не поднимал в воздух такие глыбы. И крепость эта окружена сетью замысловатых заклинаний, которые даже ему, мудрому магу сцерров, распутать довольно затруднительно.

— Менер, мы уже на месте. Не будем выходить на поле неведомо как здесь появившемся. Останемся в лесу, дабы нас не заметили. Скоро другие люди сюда явятся и попытаются забрать мальчика. Если они его получат, то нам нужно будет отобрать его у них, а ежели он пропадёт – нагнать его.

— А если он останется у хаоромов, Веал? – поинтересовался воин.

— Тогда… тогда надо выждать подходящий момент и быстро напасть. Как именно всё будет разворачиваться в таком случае – обсуждать и раздумывать сейчас глупо.

***

Где-то на просторах Вселенной в месте, над которым не властно время.

В центре площади сделанной из белого мрамора величественно стояла статуя из цельного алмаза в пять метров высотой. Она изображала Творца, стоявшего и следящего за первым из сотворённых им миров. Создатель стоял гордо, прямо, протянув длань над этим куском земли, словно пытаясь его защитить. Загадкой оставалось то, как возникла статуя, ибо ни одна из рас не была столь искусна, дабы сотворить подобное. Даже гномам не доводилось видеть столь огромной драгоценности. И помимо этого алмазного изваяния рядом находилась чаша, наполненная наичистейшей водой. Высотою в половину человеческого роста, достаточно широкая, дабы двенадцать существ стояли вокруг и смотрели в неё.

— Что скажете, братья и сёстры? Как нам следует поступить?

— Старший брат Эллариэль, они все обленились. Каждый возгордился по-своему, а потому они перестали изучать и постигать новое. Предлагаю напустить на них порождения тёмных сил. Во-первых, это поможет проверить, насколько справедливо хвастовство каждого. А во-вторых, что даже важнее, тем самым мы очистим Вселенную от слабых и жалких, от недостойных…

— Брат Маэль, ты предлагаешь устроить массовое убийство?

— Сестра Айэла, это не так, ибо убийство подразумевает элементарное лишение жизни, которое ни к чему не приведёт. Я же предлагаю подвернуть их испытанию, которое также может их и истребить. Это пойдёт лишь во благо, ибо они станут развиваться, будут стремиться к новому, и останутся только лучшие, достойнейшие. Да, погибнут мириады, но потомки станут сильнее.

— Как можно называть массовое убийство благом, Маэль?

— Сестра Вирейэль, и ты против? В чём же беда, сёстры? Неужели вы забыли, что и нам, всем нам некогда пришлось убивать? И руки каждого из нас запятнаны кровью тысячи тысяч существ.

— Ты говоришь об ином. Тогда мы поступили правильно, ибо желали лучшей жизни другим, в первую очередь нашим собратьям. А теперь ты предлагаешь напустить на них неведомо что? Тёмные порождения? Выродков, коих даже Тьма отвергла?

— Я не говорил, что мы будем трогать братьев и сестёр наших меньших, Айэла. К ним не приблизится ни одна тварь, ибо они – достойнейшие из достойных! Я предлагаю подвернуть испытанию всех других. Что скажешь теперь, сестра?

— Ты выдаёшь уничтожение за испытание. Ты хоть понимаешь, чем это может обернуться? Миры утонут в великих океанах крови.

— Если они окажутся слабыми, то утонут! Если же нет, то выживут. Всё не столь уж и сложно, сестра. Или же ты испытываешь приязнь к этим поганым хаоромам? Или же грязным и отвратительным оркам? Рас великое множество, Айэла, и не все они достаточно сильны.

— Довольно, Маэль! Тебя мы выслушали. А что скажет брат Фиретейл?

— Я согласен с Маэлем. Напустим нечисть.

— Покорнейше благодарю, брат. Остальные? Вот видишь, Айэла! Семь против четырёх!

— Не забывай, что старший брат имеет право на запрет, даже если все согласятся.

— Я всегда помнил об этом, сестра. И что же ты скажешь, достопочтенный Эллариэль? Согласен ли ты со мной?

— Согласен. Все расы, как ты верно заметил, обленились, возгордились своим мнимым могуществом и Силой. Так проверим же, сколько правдивы их слова. Итак, коль сей вопрос решён, то осталось ещё кое-что, даже куда более важное. Братья и сёстры, я увидел того, о ком говорят людские пророчества. Увидел прямо в Чаше Познания.

— Что?! – хором изумились остальные.

— Истину изрекаю, грядут скверные времена, если мы ничего не предпримем.

— Простите, уважаемый Эллариэль, но чем так опасен сей человек? Неужели он может представлять такую угрозу нам?

— Как ни печально и ужасно это звучит, сестра Сейла, но да. Если пророчество сбудется, то он сумеет тягаться по Силе и могуществу с нами.

— Но, Эллариэль, ведь мы некогда одолели наших предшественников, хоть это и считалось невозможным. И где они теперь? Канули в небытие!

— Брат Хорсейл, нас было двенадцать, прошу не забывать. А этот… человек… всего один. Он в одиночку будет равен нам по Силе.

— Прощения прошу, высокоуважаемый старший брат, но мы уже столько раз находили «человека из пророчества». За последние тысячелетия их было великое множество. Каждый раз в некоторых мирах всплывало непонятное пророчество относительно одного человека. Но никто не знал, как его должны звать, как он будет выглядеть и даже каким именно магом он будет.

— Я всё прекрасно помню, Маэль, и ты напрасно решил, что память моя уже не та, что прежде. Я помню абсолютно всё. Сейчас же всё иначе, братья и сёстры, ибо в этот раз я видел человеческую тень, что накроет наши замки и уничтожит нашу Обитель.

— Ты не видел лица, достопочтенный Эллариэль?

— Чаша Познания не показала мне его. Но я увидел эту тень, а потому я говорю, что в этот раз всё иначе. Раньше мы лишь узнавали о «людях из пророчества» от наших слуг, теперь же я лично говорю вам о нём.

— И что будем делать, Эллариэль?

— Ждать, сестра Айэла, ибо это случится не столь уж и скоро. Быть может, падение Обители и вовсе не произойдёт, если мы успеем вмешаться. Мы должны узнать о нынешних «людях из пророчества», и понять, кто из них представляет наибольшую угрозу. Когда же человек будет найден, то я решу, как именно нам стоит поступить, ведь, согласно Законам Творца, мы не имеем права лично вмешиваться в жизнь простых смертных.

— Как скажешь, старший брат.

***

Отряд Веленеса стоял в большом и будто бы мёртвом поле, неведомо откуда взявшимся в глубине леса. Вся дюжина воинов смотрела на летающий остров, висящий над ними. Он завораживал и впечатлял, заставлял проникнуться уважением к расе хаоромов, ведь надо обладать огромной искусностью, дабы поднять в воздух столь большой кусок земли.

— Вот мы и на месте! Нас мало, но каждый из нас стоит нескольких десятков воинов! Перед нами крепость хаоромов, а у них тот, о ком говорится в пророчестве. В крепости будет много крылатых, а посему нам нужно действовать быстро. Нападём одновременно с нескольких сторон. Делимся на шесть групп по двое в каждой. Берём крепость в кольцо, нападаем одновременно. Бить по воинам, а также по казармам. И не забывайте: ни в коем случае не стоять на месте. Постоянно двигайтесь и нападайте! Не останавливайтесь! Сеол, ты пойдёшь со мной. Мы должны найти человека из пророчества.

Все разбились по парам, сели на вороных лошадей и ждали приказа.

«Мор, не знаю, что за заклинание ты применил, но тебе удалось разобраться с нашей проблемой»

— Вперёд!

***

Эльтран находился вместе с Хаораном в тренировочном зале и пытался научиться ходьбе. Конечно, он уже мог подниматься в воздух на пару метров и делать несколько шагов, но Кровавому Крылу этого недостаточно. Но с каждым днём заклинание давалось ему всё лучше и лучше.

— Достаточно. Через несколько дней овладеешь ходьбой в совершенстве. А сейчас я научу тебя крыльям ветра. С их помощью ты сможешь летать. Для полётов не обязательно иметь собственные крылья, как у нас. Научившись этому заклинанию, Эльтран, ты будешь летать, рассекать воздушные потоки, станешь равен нам. Гордись, мой человеческий ученик, ибо прежде никто из расы людской не достаивался чести обучиться этому заклинанию. Даже Дейл Эйтер им не владеет. Тебе надо сконцентрироваться. Лучше концентрируйся, Эльтран, иначе… Представь каким ты станешь, упав с высоты облаков. Для крыльев ветра требуется куда больше Сил. Уже лучше, мой ученик. Призови воздушные потоки, подчини их своей воле и собери в единое целое у себя за спиной, придав им форму крыльев. Когда тебе это удастся, ты сможешь летать. Нет, Эльтран! Я не доволен, – слишком часто приходилось мальчику слышать эту фразу от великого учителя, но он уже привык. – Ещё раз! Снова не то. Я покажу тебе, как надо.

Эльтран внимательно смотрел на вождя, ибо прекрасно знал, что ещё раз он ничего показывать не будет. Надо всё запоминать сразу.

— А теперь повтори! – приказал учитель.

Закрыв глаза, мальчик стал прислушиваться к неслышимому для обычных людей шороху от проходящих воздушных потоков. Вот они, прекрасные и чёткие. Они проходили всюду, были везде. Он подчинял их, собирал воедино и даже с закрытыми глазами видел всё вокруг: другие арены, учителя Хаорана, стойки с оружием. Видел каждый уголок, каждый камешек, каждую трещину в стенах.

«Воздух способен проходить сквозь материю… Обуздав его, приобретёшь глаза и уши, видящие и слышащие за много лиг» – неожиданно вспыхнуло в голове.

Эльтран концентрировал покорившиеся сгустки у себя за спиной, мысленно придавая им форму лебединых крыльев точь-в-точь как у вождя хаоромов. Он видел себя со стороны. Видел, как позади него задрожал воздух, сгустился, сделался едва заметным, расплывчатым. Если присмотреться, то крылья его всё же не совсем походили на лебединые.

Словно пытаясь их размять перед дальним полётом, Эльтран взмахнул ими разок, другой, третий. Когда же он ускорился, то перестал чувствовать пол под ногами и поднялся в воздух. И это не была ходьба по Воздуху, так как мальчик строго следил за этим и доверял своим чувствам. И только-только Эльтран собирался открыть глаза и облететь всё помещение, как остров затрясся. Перестав концентрироваться на заклинании, крылья тотчас же пропали. Падая, мальчик побоялся сломать себе что-либо, но Кровавое Крыло подхватил его волшбой и аккуратно, что не характерно для него, опустил ученика на пол.

— На нас напали, – спокойно, даже слишком спокойно, произнёс вождь. – Эльтран, оставайся здесь и продолжай тренироваться.

Хаоран спокойным шагом покинул помещение, оставив мальчика одного. Побродив немного, Эльтран решил всё же выполнить то, что ему велел учитель. Но вместо пройденных заклинаний он решил попробовать кое-что другое. Ему стало любопытно опробовать то, чему его не учил Кровавое Крыло.

Сев на колени для большей сосредоточенности, расслабившись, уловив воздушные потоки, Эльтран вновь увидел помещение. Начальная часть выполнена, но на этом его идея не ограничивалась. Управляя потоками Воздуха, он вывел его наружу через имевшиеся небольшие трещины в стенах, и увидел то, что творилось там, снаружи. Он видел небольшой отряд вооружённых людей верхом на чёрных лошадях с кожистыми крыльями. Они кружили вокруг крепости, посылая в неё множество заклинаний, убивая хаоромов и пытаясь разрушить казармы. Стена вокруг замка уже пробита в двух местах. Хоть нападавших мало, но действовали они слаженно.

***

Отряд Веленеса разделился на несколько пар, рассредоточившись в разные части летающего острова. Первым напали те, что располагались с западной его стороны. У обоих имелись необычные посохи: чуть более длинные, нежели обычные, стальные навершия внешне напоминали руки и крепко держали инкрустированные камни. Да и основания тоже стальные, напоминавшие тем самым копья.

Описав широкую дугу посохом, камень засветился и из него вылетела красная магическая стрела, врезавшаяся в одну из казарм. Второй всадник разбирался с хаоромами, пока те пребывали в растерянности, и успел избавиться от нескольких. Когда же белокрылые вылетели за ними, то люди разлетелись в разные стороны. Один залетел под летающий остров, а другой кружил рядом с хаоромами, дразня их и вызывая на бой. Полдюжины хаоромов вылетели по его душу, и воин Веленеса принялся отводить их подальше от замка. По пути ему приходилось постоянно уворачиваться от направленных в него заклинаний. Резко развернувшись, он полетел в лобовую атаку, поднял посох над головой и ослепил крылатых яркой вспышкой. Некоторые хаоромы остановились, прижали руки к глазам и трясли головами, другие же продолжили полёт будучи ослеплёнными. Всадник не останавливался, развернул посох и стал использовать его как копье. Пролетая мимо, он пронзил одного хаорома, и его чуть не выбило из седла. Слепота прошла и пятеро крылатых устремились за человеком, которого, к их великому изумлению, всё никак не могли нагнать. Уж слишком быстрой оказалась лошадь, а потому оставалось надеяться исключительно на магию. Все одновременно выставили руки вперёд и спустили общее заклинание. Шар небесно-голубого цвета летел к человеку, который в самый последний момент свернул в сторону, и заклинание хаором разрушило небольшую башню замка.

«Вождь будет в гневе» – моментально пронеслось у каждого из пяти хаоромов в голове. Дабы хоть как-то смягчить гнев вождя, им просто необходимо избавиться от человека.

Они столь увлеклись погоней за одним нападавшим, что напрочь забыли про второго, ждущего под островом. Увидев брата по оружию, улетавшего от пяти хаоромов, он, наконец, вступил в битву. Оказавшись достаточно близко к крылатым, человек пустил два коротких заклинания, пробив одному тело насквозь, а другому почти оторвав одно крыло. Хаоромы поразились столь примитивной хитрости, а потому растерялись, остановились и развернулись. Воин Веленеса, пролетая мимо, перерезал одному из них горло.

«Что-то вы слабоваты. Ещё совсем зелёные, что ли?» – высокомерно подумал человек и продолжил нападать.

Хаором пустил мощный поток воздуха во всадника, чуть не сбив его, но лошадь успела сманеврировать. Белокрылый совершил скачок вперёд, почти вплотную приблизился к человеку и рубанул мечом по крылу вороного скакуна.

Второй воин Веленеса сражался с другим хаоромом, пустив в него синий поток Силы. Хоть он и поставил защиту, но сдерживать подобное заклинание долго невозможно, да к тому же он ощутил, как позади него творилась иная волшба.

«Он убил Териара! Проклятая тварь!»

Когда воздушный поток позади него принял форму копья и полетел в него, воин сорвался с места. Заклинание пробило одного хаорома насквозь, и тот камнем падал наземь. Всадник подлетел как можно ближе ко второму крылатому, запрыгнул ему на спину и принялся его душить.

— Это тебе за моего брата!

Хаором метался из стороны в сторону, пытался сбросить человека. Пальцы всадника почти наполовину впились в горло, и он резко дёрнул руку в сторону, разорвав его. Из отвратительной раны обильно вытекала кровь и хаором начал падать. Человек отцепился от него, и его в воздухе подхватил конь.

***

— Кто это такие, Веал? – обратился молодой сцерр к ар’ше. – Разве за ними ты следил и пытался запутать?

Маг молчал и пытался прислушаться к творимому вокруг. Глаза его закрыты для большей сосредоточенности, и он пытался разглядеть всё, что происходило наверху, магическим взором. Он видел каждого человека, каждого хаорома, каждую нить от творимых заклинаний.

— Нет, Менер, это не они. Это иные. Они… скорее всего, не желают смерти мальчику. Он им зачем-то нужен.

— Откуда тебе это ведомо?

— Отряд из королевства Рейрс вот-вот прибудет, ибо я слежу за ними. Кто напал на Хаорана – я не знаю, но если бы они желали смерти мальчику, то их было бы куда больше и они пытались бы уничтожить весь летающий остров. Вся эта битва нужна лишь для того, чтобы двое воинов проникли в замок и забрали «человека из пророчества».

— Быть может, нам пора вмешаться?

— Ещё рано.

— Не считаешь ли ты, Веал, что потом уже будет слишком поздно? Когда прибудет второй отряд людей, то здесь начнётся настоящая резня в которой, быть может, погибнет и мальчик.

— Этого не случится. Оставайся здесь и жди.

— Как скажешь, Веал, – хоть молодому сцерру это не нравилось, но он полностью доверял ар’ше.

***

«Что такое?! На крепость уже напали?! Это не наши, иначе бы меня предупредили. На чём это они там? Хм… летающие лошади… Как интересно. Я знаю лишь одних, кто мог сотворить столь необычное заклинание, и кто тоже ищет человека из пророчества. Они хотят опередить нас и забрать его себе! Ну что ж, пусть забирают. Пусть выхватят его из цепких крыльев хаоромов и спустятся на землю. Тут-то мы их и схватим! Это очень сложное заклинание – заставить обрести крылья тому, у кого их нет и быть не должно. Долго оно не продержится. Максимум – до завтрашнего утра. Но учитывая, сколь активно они нападают, то в скором времени заклинание выдохнется, лошади будут истощены, а то и вовсе помрут. Давайте, давайте, убейте побольше хаоромов, нанесите крепости значительный урон, заберите человека из пророчества и спустите на землю. А мы подождём»

***

Веленес и Сеол аккуратно приземлились в небольшом лесу на юго-западной части летающего острова. Как смогли укрыли коней, достали мечи и принялись пробираться к замку.

— Командир, Сила исходит вон из той башни, – указал Сеол, так как он лучше ощущал подобные магические колебания. – Видимо тот, кто нам нужен, находится именно там.

— Хорошо, Сеол. Нам надо пробраться к нему. Основные силы хаоромов сейчас направлены на уничтожение нападающих, так что проникнуть в замок, надеюсь, будет попроще.

Быстро осмотревшись и прижавшись к деревьям от пролетевшей над ними группы хаоромов, воины побежали к вратам в стене, что окружала замок. На посту лишь двое. Оказавшись достаточно близко, Веленес достал два метательных ножа и швырнул их, попав одному прямо в шею, а второму в ногу. Командир побежал дальше, а Сеол на ходу нанёс удар мечом по лицу раненному хаорому, опустившегося на одно колено.

Конечно, их можно упрекнуть в том, что они не воспользовались заклинанием невидимости, дабы проникнуть в замок, но с другой стороны, разве так оказалось бы лучше? Поступи они так, то смогли бы пробраться внутрь без каких-либо проблем? Конечно, вокруг творилось истинное безумие магической канонады, но есть вероятность, что смогли бы почувствовать применённую ими магию. А потому лучше осторожней, медленней всё сделать, но увеличив шансы на успех операции.

Добежав до одной из разрушенных казарм, они укрылись внутри неё и выжидали. Командир следил за пробежавшим мимо небольшим отрядом белокрылых, а Соел должен удостовериться, что их не обнаружили.

— Ну же, выродки, взлетайте, – шептал Веленес, но ничего подобного не случилось.

Отряд остановился у ворот и они увидели двоих убитых. Один из них кто-то крикнул, указывая на замок. Не требовалось знать чужого языка иль владеть прекрасным слухом, чтобы понять, что защита замка должна в скором времени возрасти. Ничего не оставалось, кроме как действовать немедленно.

Увы, одной лишь сталью тут не справиться, а потому командир отряда убрал меч в ножны, достал посох и приступил вместе с Сеолом к волшбе. Веленес бубнил себе под нос заклинание и тёмно-красный камень в навершии засветился. Выкрикнув последнее магическое слово, он указал на отряд хаором и под их ногами загорелась земля. Лишь двое среагировали и вовремя взлететь, остальные же сгорели заживо. Веленес не успевал произнести очередного заклинания, но этого и не требовалось, ведь Сеол уже занимался этим. Белокрылым не дали и разлететься в разные стороны, как их пронзили десятки невидимых кинжалов.

Одобрительно кивнув, командир убрал посох и вновь обнажил меч. Только они вышли из укрытия, как они увидели одного из всадников за которым летело трое хаоромов. Человек, увидев командира, резко взлетел вверх, дабы крылатые его не заметили.

На входе в замок всего один стражник. Сеол быстро и ловко выпрыгнул из-за укрытия и ударом меча рассёк хаорома от плеча до бедра. Оказавшись внутри, они гли очень осторожно, вдоль стен, дабы полы под ногами не заскрипели.

«Неужели здесь уже никого не осталось? Все покинули замок и участвуют в сражении?»

Пройдя коридор, очутившись в другом конце замка, они поднялись по закрученной спиралью лестнице в нужную им башню и остановились.

— Готовься, Сеол. Сейчас мы встретимся с ним, заберём и сбежим отсюда как можно скорее, – прошептал Веленес и открыл дверь.

***

Эльтрану надоело смотреть за битвой и он решил найти Хаорана. Пришлось напрячься, ибо поиски оказались не столь простыми, как того хотелось, ведь вождя хаоромов окружала целая сеть защитных чар. Благо, ученик не собирался оказывать на него какого-либо воздействия, а потому границу он не перешёл бы. Поднявшись по закрученной спиралью лестнице, Кровавое Крыло вошёл в покои Дейла. В самом начале всё виделось не чётко, размыто, но когда Хаоран заговорил со старым колдуном, то всё резко изменилось, стало ясным и он слышал каждое слово. Мальчик видел и слышал всё так, будто бы сам стоял там, вместе с ними. Внимательно слушая их разговор, Эльтран ужаснулся.

— Дейл, ты уже знаешь, что на нас напали, – это не вопрос, но утверждение. Непонятно только, зачем Кровавое Крыло произнёс его, но да ладно.

Дейл же, в свою очередь, кивнул.

— Кто это такое? Их мало, но они довольно сильны. Я уже потерял слишком много хаоромов, нежели рассчитывал.

— Достопочтенный…

— Говори сразу по существу, Дейл. Мне сейчас не до высокопарных слов и вежливости, – злобно произнёс вождь.

— Я не знаю кто это, но я более чем уверен, что им нужен Эльтран.

— И для каких же целей он понадобился им?

— Быть может для тех же, что и нам? – предположил колдун, и мальчик насторожился.

— Думаешь, они тоже хотят сделать из него идеальное оружие, дабы уничтожить всех тех, кто встанет на их пути?

«Что-что-что? Что только что сказал учитель?»

— Вполне возможно.

— Мы ведь преследуем благородные цели, Дейл. С помощью мальчика хотим либо избавиться, либо поставить на место возгордившихся эльфов, возомнивших себя высшей расой, достойнейшими из достойных. А что эти будут делать? Это ведь люди… Вас превыше всего интересует лишь господство над миром и другими расами. Вы хотите доказать, что не так слабы. Да, этот мальчик, быть может, и докажет это, но если вы с его помощью приступите к уничтожению других рас, то… Дейл, тогда даже… Боги… не будут стоять в стороне и ждать. Они уничтожат вас. Сомнут. Растопчут, а тела сожгут не оставив даже пепла.

— Не знаю, Хаоран, но боюсь, что не только они гонятся за Эльтраном. Есть ещё кто-то. Они насылают на него сны…

— Сны? Считаешь, что кто-то столь искусен в магии снов, что решил к ней прибегнуть? Ты же понимаешь, что для подобного требуется слишком много Сил. В стократ проще явиться лично и попытаться забрать у нас мальчика.

— Я всё прекрасно понимаю, Хаоран, но иного объяснения я не вижу. Я не верю, что это память крови, ибо, как тебе известно, у людей таковой нет. Во всяком случае, прежде мне не доводилось слышать о подобном.

— Отложим эти сны на другой раз, Дейл. На нас напали и нам надо отбиться. Эльтран не должен попасть к ним в руки, иначе все наши планы на истребление эльфов и вознесение наших рас канут в пустоту.

На этом их разговор не закончился, но мальчик не стал слушать дальше. Он почувствовал себя преданным, обманутым. Оба учителя притворялись благодетелями, в то время как они лишь поработители. И это куда хуже, нежели когда он был средь разбойников. Те хоть не скрывали свои мотивы и открыто называли Эльтрана рабом.

Мальчик ещё некоторое время сидел на полу и не двигался, ибо не верил в услышанное. Они его обманули, а ведь он им доверял, уважал их, делал всё, что они говорили. Он старался, дабы учителя им гордились, а на самом деле…

«Нет! Я не стану вашим оружием! Никогда!»

***

Командир Веленес вместе с Сеолом ворвался в комнату, и они увидели невысокого старца с посохом в руке, а рядом стоял хаором. Командир почувствовал, как от старика исходили огромные волны Силы. Пока Хаоран ничего не предпринял, Сеол напал на него, взмахнул посохом и белокрылого окружило пламя. В образовавшейся суматохе Веленес подбежал к Дейлу.

— Нам нужно уходить!

— Кто ты? – спокойно спросил старец.

— Я пришёл за вами! Нам велено доставить вас в убежище!

— Убежище? Мне? – Дейл коротко взмахнул рукой, и Веленеса отшвырнуло к стене.

Кровавое Крыло всего разок взмахнул крыльями и пламя спало. Сеол перевернул посох и хотел заколоть вождя, да только тот без проблем увернулся, совершив всего один шаг в сторону, и перехватил древко.

— Жалкий человечишка! Неужели ты решил, что сможешь меня так одолеть? Одна лишь подобная мысль – оскорбление для меня! – злобно прошипел вождь хаоромов.

Сеол сделал небольшой шаг вперёд, ударил ребром ладони по посоху, избавившись от стального наконечника, отпрыгнул назад и вновь взмахнул магическим оружием. Камень в навершии засветился и с него сорвался огненный шар. Хаоран без труда отбил заклинание и метнул в человека часть посоха с наконечником, попав ему в левую руку.

Дейл подошёл к Веленесу, магией прижав к стене и не давая ему пошевелиться.

— Кто вы такие? Зачем вам человек из пророчества? – спросил бывший учитель мальчика.

— Пророчество… оно… должно сбыться! Он ниспослан нам самой Силой! Мы должны возвыситься…

— Нет, вы не получите Эльтрана. Мальчик наш, – произнёс колдун и сжал пальцы, пытаясь раздавить человека магией.

Сеол, увидев это, быстро кинул к Веленесу, размахнулся и ударил посохом. Дейлу пришлось обратить внимание на второго человека, и он едва успел выставить под удар руку, дабы остановить посох магией. Когда заклинание колдуна перестало прижимать его к стене, Веленес упал на четвереньки.

— Командир, бегите! – резко закричал Сеол.

Не теряя ни секунды, Веленес всё же исполнил последний совет друга и бросился к окну.

— Стой! – проревел Кровавое Крыло, но его заклинание распороло лишь воздух, так как человек выпрыгнул. Веленес падал и его подхватил вороной конь, унося прочь.

***

Эльтран вышел из тренировочного зала и стал осторожно пробираться через замок, пытаясь найти выход. Он старался не сталкиваться с хаоромами, а потому всякий раз, услышав звук шагов, становился невидимым и прижимался к стенке, или же прятался за углом. Пусть это место для него оставалось кромешным и ужасным лабиринтом, тем не менее мальчик хорошо научился ориентироваться в нём, так что до главного входа он добрался относительно быстро. Как он успел узнать, столь запутанную сеть коридоров строили люди ещё восемь веков назад, но с какой именно целью – он не стал вдаваться в подробности. У входа в замок он увидел мёртвого хаорома и на мгновение остановился, дабы посмотреть на него.

— Чтоб вас всех вырезали, – яростно проговорил мальчик и плюнул на труп.

Над ним то и дело пролетали хаоромы, гнавшиеся за людьми верхом на чёрных крылатых лошадях. Подобное зрелище показалось ему не совсем обычным, но удивляться некогда. Он старался не обращать внимания на различные заклинания, звуки схлестнувшихся в бою мечей, крики боли, чью-то брань. Но всё-таки Эльтран впервые увидел настоящую битву. Видел и слышал её, мог вдохнуть, почувствовать. Не так он представлял себе её. Порой разбойники (напившись, разумеется) пытались петь различные песни и баллады о славных воинах и сражениях. Хоть Эльтрану жутко не нравилось слышать те, словно предсмертные стоны десятка умиравших животных, но то, о чём они пели ему нравилось. В них говорилось про героев, что доблестно сложили свои главы на поле сечи ради победы. Говорилось о том, сколь смелы и мудры они были, какие тактику и стратегию избирали, как могли прямо во время боя придумать что-либо новое, необычное, прибегнуть к хитрости, которая не являлась бы при этом подлостью, ибо «не подобало герою падать столь низко, дабы засылать шпиона своего во вражье войско». Конечно же, в тех песнях также говорилось и о тысячах других погибших, но всё звучало так легко, так просто говорилось о смерти, о самопожертвовании, что у Эльтрана невольно сложилось впечатление, что война – это легко и даже интересно (ведь он часто представлял, что он уж точно смог бы пережить любой бой и повести за собой остальных, вдохновляя их). Но выйдя из замка в самый разгар сражения, слыша предсмертные проклятия и видя, как трупы один за другим подбитыми птицами падали вниз, а за ними тянулся кровавый шлейф и отрубленные конечности, слыша даже хруст от ломавшихся при ударе костей, мальчик понял, как сильно он ошибался.

Эльтран аккуратно дошёл до опустевшей казармы, зашёл внутрь, увидел оставшийся стиле и два ножа. Взяв их и держа кинжал наготове, выбежал наружу, кинувшись к южным воротам. На страже всего лишь один хаором, явно не желавший ввязываться в битву, и Эльтрану не составило особого труда незаметно приблизиться к нему сзади. Сжав стилет поудобней, он занёс его, но пересилить себя и вонзить его хаорому в спину всё же не смог. А потому он ударил его рукояткой в висок. Как же хорошо, что они не носили шлемы! Иначе ничего бы не получилось. Белокрылый мешком упал на землю и из раны его пошла кровь, но мальчик этого не видел. Эльтран побежал к краю острова. Он не задумывался, почему у ворот стоял только один хаором, почему в замке ему почти никто не встретился, почему Хаоран и Дейл не следили за ним всё это время. Его в тот момент всё это не волновало, ибо он хотел лишь одного – покинуть этот треклятый остров, убежать как можно дальше от колдуна и вождя хаоромов.

«Вы меня обманывали. Вы оба меня обманывали! Этого я вам не прощу. Вы хотели сделать из меня своё оружие… Превратить в меч… Дейл только отлил металл, а Хаором стал ковать… или как там это всё делается! Они ковали меня для глупых целей и стремлений. Обучали, и очень хорошо обучали, хоть и не долго. Но ничего, паршивые выродки, вы падёте от своего же меча»

Приблизившись к краю острова, Эльтран собирался с разбегу прыгнуть вниз и применить крылья ветра, но он понимал, что не столь искусен в этом. Не исключено, что он мог бы разбираться насмерть.

«Рискнуть? Нет, слишком опасно. Если отвлекусь, то погибну. Применить ходьбу по воздуху? Уж этим-то заклинанием я почти овладел. И буду с ним медленно спускаться вниз на землю… как по ступеням… Нет, не годится. Меня без труда поймают. Что же делать? А если…»

Мальчик свернул в сторону к стоявшей на самом краю обрыва группе хаоромов. Они выжидали, и когда увидели пролетевшего под ними всадника, то поочерёдно устремились за ним. Эльтран с трудом успел запрыгнуть на спину последнему. Хаором так изумился наглости мальчика, что не успел расправить крылья, и они вместе стали падать вниз. Эльтран ухватился как можно крепче, обвил ногами талию крылатого, одной рукой держал его за волосы, а стиле приставил к горлу.

— Лети вниз! Приземляйся, не то убью! – пригрозил мальчик.

Хаором уже расправил крылья, но не поверил Эльтрану, а потому развернулся и возвращался обратно в крепость. Все прекрасно знали о необычном человеческом мальчике, коего обучал сам вождь. Лишь потому крылатый не попытался сбросить его, а решил вернуть обратно, прямо в руки Хаорану. Решив доказать серьёзность своих слов, мальчик перестарался. Он хотел слегка оцарапать белокрылого, но не рассчитал силы и рана получилась глубже, чем хотелось. Хаором схватился обеими руками за глотку и стал жадно ловить ртом воздух, подобно рыбе на суше.

— Разворачивайся и опускайся! – прокричал ему над ухом Эльтран, не понимая ещё, что он натворил.

Хаором и вправду развернулся и даже полетел к созданной Дейлом поляне. Кровь обильно лилась сквозь пальцы, и вскоре крылатый погиб всё ещё находясь достаточно высоко в воздухе.

— Эй! Ты что?! Очнись! Мы ведь разобьёмся!

Эльтрана охватила паника. Ледяные когти страха со скоростью мысли вцепились в него. Рассудок на мгновение помутнел от ужаса, но уже в следующий миг всё изменилось, и он сосредоточился. Страх растаял, взгляд сделался пронзительным и тяжёлым. Эльтран отпустил хаорома и оказался в свободном падении. Он закрыл глаза, дабы лучше сосредоточиться. Ветер бил в лицо, сгустки воздуха собирались у него за спиной, приобрели форму крыльев. Взмахнув ими раз, второй, третий, четвёртый, он получил полный контроль и расправил их, поймав воздушный поток. Сколько чувств одолели его в тот миг – трудно сказать. Всё то, что он ощутил, когда хаором подхватил его в первый раз, и они полетели в летающую крепость навстречу новому учителю, не шло ни в какое сравнение с тем, что испытывал Эльтран в этот самый миг. Радость и гордость от того, что он сумел подчинить это заклинание, и опьянение от собственного полёта.

Увы, всё длилось не долго, ибо он пока не мог хорошо управлять крыльями ветра, а посему просто летел вперёд, не в состоянии свернуть в сторону. Он хотел приземлиться на поле, да только оно осталось позади. Попытавшись изогнуться, дабы развернуться и полететь обратно, он почти потерял контроль над заклинанием и начал падать. Крылья то пропадали, то вновь появлялись.

Эльтран приземлился глубоко в лесу, задев верхушки деревьев, да ещё и ударился ногой о ствол. Он упал на землю весь израненный и с повреждённой ногой, прокатился по инерции немного вперёд, врезался в дерево и остался лежать, будучи без сознания.

Глава III. Четыре охотника

«Что же случилось? Как же мы так ошиблись? В замке я почувствовал только одного человека… и принял его за того, кто нам нужен. Ошибся. Такое могло случиться с каждым, даже с Мором, ибо Сила того старца велика. Но где же тогда нужный нам? Как его назвал тот колдун? Эль… Эльтан? Эльтран? Почему оно кажется мне знакомым? Но я не пойму, почему я его не почувствовал в замке? Его спрятали? Вполне возможно. Удивительно и то, что старец назвал его мальчиком. Неужели тот, кто нам нужен, ещё столь молод? Нужно обратиться к Мору»

Командир Веленес летел вместе с оставшимися шестью воинами как можно дальше от летающей крепости хаоромов. За ними гнались, но их не столь уж много, так что отбиваться стало значительно проще. Командир на лету закрыл глаза, полностью доверившись коню, приложил пальцы к вискам и пытался связаться с Мором.

— В чём дело, Веленес? – раздался голос в голове, и он явно раздражён.

— Мор, беда!

Командир как можно подробнее пересказал всё случившееся.

— Его зовут Эльтран, говоришь? Помнится, так звали одного из Архимагов Энефера очень-очень давно.

— И как это связано?

— Пока не знаю, но постараюсь выяснить. Значит, в замке Хаорана есть второй человек. Искренне надеюсь, что мы обнаружили именно его, а не этого старика. Я попытаюсь найти след. Избавьтесь от хаором и спрячьтесь где-нибудь в лесу, но не уходите слишком далеко от летающего острова.

— Слушаюсь.

Завершив разговор, Веленес приказал развернуться и уничтожить всех крылатых. Когда всё было кончено, отряд приземлился в лесу. Они устали, снимали с себя одежду, дабы осмотреть и обработать раны. Во время отступления пал ещё один воин, так что всего отряд Веленеса насчитывал пятерых, не считая его самого.

«Сеол… мой давний друг… ты отдал жизнь, чтобы спасти меня. Благодарю тебя. Я этого никогда не забуду. И клянусь, твои убийцы будут наказаны!»

***

Двадцать мужей всё ещё ждали в лесу и пристально следили за сражением, пытаясь найти нужного человека. Прит постоянно связывался с Его Величеством и докладывал о положении дел. Король решил, что всё шло весьма неплохо: хаоромы погибали один за другим, другие люди также несли потери, что, несомненно, только облегчало задачу отряду Прита. Но увидев, что всадники принялись отступать, командир отряда принялся всматриваться в каждого человека, не пренебрегая магическими способностями, но так и не увидел того, кто им нужен. Естественно он не знал, что Эльтран – мальчик, не знал даже его имени, но внешне, как полагал Прит, «человек из пророчества» не должен походить на всадника с посохом-копьём, да к тому же Сила из него должна бить ключом.

Его огорчило и рассердило то, что он никого не увидел, но вдруг Прит ощутил чью-то магию. Он почувствовал очень большую энергию в ком-то, и она пронзила его, точно стилет меж рёбер. Командир принялся искать источник Силы и нашёл его. С южной части острова кто-то сбежал, направляясь в лес… И этот кто-то летел.

«Странное заклинание. И я не могу разглядеть отсюда его лица… Но я клянусь всем, что только возможно в этом мире, что это он! Да, я абсолютно в этом уверен. Хоть ты и улетел глубоко в лес, человек из пророчества, но от нас не скроешься!»

— Вперёд! – отдал приказ Прит.

Воины ударили по лошадям и поскакали за командиром.

«Ты мой!»

***

— Веал, нам пора вмешаться.

— Ты прав, Менер, пора… но подожди ещё чуть-чуть, – спокойным голосом ответил маг-сцерр.

— Чего же ждать? Если мы не вмешаемся, то от острова может ничего и не остаться, и придётся искать тело этого Эльтрана в развалинах.

— Ты в этом уверен? Хаоран не глуп и далеко не слаб. По Силе он вполне может зваться сильнейшим из всех в мире. Конечно, я не знаю, жив ли до сих пор его учитель…

— Причём тут Фартарес?

— Если он жив, то…, – голос Веала задрожал и впервые Менер увидел, чтобы ар’ше испугался. – Забудь про него, мы говорим о Хаоране. Он недооценил противника. Только посмотри, это ведь люди и их всего дюжина. Кровавое Крыло не принял их за серьёзную угрозу, но, как видишь, он ошибся. Надо признать, потери у него велики, и я даже удивлён этому. Но сколь бы сильны не оказались эти люди, остров им не уничтожить, ибо если они не отступят в скором времени, то в бой вступит сам Хаоран, и тогда…, – старый ар’ше замолк, тем самым давая понять молодому воину, что ничем хорошим вмешательство вождя не закончится.

Воин-сцерр устремил взор на оставшихся в живых всадников. Они перегруппировались и улетали прочь.

— Неужели они услышали тебя, Веал? – усмехнулся Менер.

— Разумеется, – кивнул маг-сцерр. – Но с ними нет мальчика. Видимо случилось что-то серьёзное, коль они уходят без него.

Они смотрели на уносящихся прочь людей и за летевшими следом хаоромами. И Веал почувствовал.

— Менер, я чувствую его! Он сбежал с острова! – глаза ар’ше широко раскрылись и он схватил молодого сцерра за руку.

— Сбежал? Но как?

— На одном из заклинаний хаоромов. Я… я вижу его. Ох, Эльтран, ты ведь плохо владеешь этим заклинанием! Он летит на юг… Менер! Он падает! – Веал сильней сжал пальцы, державшие руку молодого сцерра. – Он не может больше удерживать заклинание. Надо торопиться, пока другие не поймали его!

***

Из ниоткуда появилось высокое существо. Худощавое, с немного вытянутым лицом, волосы блестели, словно чистейшее золото, а от лучей солнца они светились подобно небесному светилу; уши длинные и заострённые, глаза сияли небесно-белым светом.

— Старший брат Эллариэль, приветствуем, – молвил за всех Маэль, и низко поклонился.

— Добрые ль вести принёс ты, брат, коль так скоро созвал нас всех, оторвав от дел своих? – поинтересовалась Айэла.

— Можно сказать и так. Я собрал вас всех, ибо надобно вновь поговорить о «человеке из пророчества». Я провёл немало времени у Чаши Познания в надежде, что она откроет мне лик этого человека. И я узрел множество различных лиц.

— Почему их было множество?

— Потому что Чаша показала всех возможных претендентов, что могу исполнить пророчество. Но один из них заинтересовал меня больше остальных.

— Брат… но уверен ли ты…

— Уверен, Саваэль, уверен. Узрите же то, что видел я! – Эллариэль взмахнул рукой над Чашей, и Боги увидели… Увидели, и потеряли дар речи.

— Видите, братья и сёстры? Он учится быстро. Слишком быстро даже для человека. Но не это пугает. Присмотритесь к нему и постарайтесь ощутить всю ту исполинскую Силу, что вложена в него.

Нависло долгое молчание. Тишина давила и оглушала, и сравнима была она с той, что существовала в самом начале, когда во Вселенной царила лишь абсолютная Тьма.

— Пугающие вести принёс ты, высокоуважаемый старший брат, – нарушила тишину Вирейэль. – Нет более места сомнениям! Он и есть тот человек из пророчества. Это столь же ясно, как и то, что Творец сотворил всё сущее во Вселенной. Меня теперь терзает иное: что нам делать?

— Сестра, он один из многих. Я лишь сказал, что именно этот человек показался мне наиболее могущественным, нежели остальные. К тому же он пока ещё не до конца осознал себя, но он на пути к этому. Когда же это свершится, то мне неведомо, чем подобное обернётся не только для нас, но и для всех. Вмешаться напрямую мы не имеем права, ибо Творец строго-настрого это запретил.

— Позволю напомнить, о мудрый старший брат, что не можем вмешиваться лично до тех пор, пока нам не бросят вызов в открытую.

— Истину глаголешь, сестра Мейре. Что же предлагаешь? Спровоцировать его обнажить свой меч против нас, дабы он прокричал во всеуслышание, что бросает нам вызов?

— Можно и так поступить, великий брат, но я предлагаю иное: не стоит дожидаться момента, когда он станет столь могущественен, что осмелится тягаться с нами Силой. Я предлагаю избавиться от него с помощью иных рас. Мы не имеем права вмешиваться напрямую в жизнь смертных, но мы можем их использовать. Можно завести его в пещеры люкров, либо наслать на него орды нечисти.

— Или же, – злобно улыбнулся Маэль, – можно превратить его во всеобщего врага, – все Боги с непониманием посмотрели на него, и тот принялся объяснять:

— Мы решили, что ниспошлём испытание мирам Вселенной и нашлём на них орды нечисти. Так почему бы нам не сделать так, дабы все подумали, будто это его вина? Пусть думают, что это он повинен в том, что ожили мертвецы и что нечисть явилась в их мир из-за него. Но «людей из пророчества» много, а осуществить подобный план гораздо легче, нежели пытаться завести их в ловушку. К тому же, коль этот человек и вправду так силён, то не исключено, что он сумеет выжить. Но что он будет делать, если целый мир ополчится против него? Его шансы значительно уменьшатся, братья и сёстры. Одолеть целый мир ему сейчас не по силам. Да и даже если бы он был способен на подобное, то пошёл бы он на подобное? Согласился бы уничтожить родной мир и убить всех его обитателей? Что скажете?

— Брат Маэль, ты хитёр, как всегда. Мне нравится твой план. Проведём же голосование! Что ж, единогласно.

— Он ещё так молод, – прошептала Айэла, глядя на него из Чаши.

— Эллариэль, известно ли тебе, где именно сейчас находится этот самый человек? – поинтересовался Маэль.

— Да, брат. Он в лесу, – взмахом руки над Чашей, старший их Богов создал карту целого мира и ткнул пальцем в небольшую его часть, – вот здесь.

***

Отряд Веленеса нёсся в часть леса, что южнее летающего острова. Командир торопился, ибо уже знал, что королевство Рейрс тоже охотилось за Эльтраном и они совсем близко. Мор сумел узнать, что этому мальчику всего двенадцать лет. Двенадцать! Конечно, Веленес предполагал, что нужный им человек окажется молодым, но и подумать не мог, что настолько.

«Маленький мальчик… Столь юный, но уже такой могущественный. Неужели подобное возможно? Неужели именно от него будет зависеть возвышение нашей расы? Неужели он уже настолько силён, что даже Хаоран Кровавое Крыло заинтересовался им? Но… для чего? Зачем он вождю? Ладно, выясним потом. Надо торопиться. Надо торопиться!»

***

Эльтран лежал на земле без сознания. Вроде как он даже что-то видел, словно сон. Что именно он видел в этом состоянии – он забыл, стоило ему прийти в себя. Вновь ли наслал кто-то на него ложные воспоминания о дне своего рождения, аль то нечто иное, новое – он не знал, и не особо стремился узнать, так как имелись проблемы поважней. У него болело всё тело. Оно выло, ныло, Эльтран весь покрыт царапинами, несколько пальцев рук сломаны, неестественно вывернуты, рёбра тоже болели. Попытавшись встать, он тотчас же упал.

— Давай… давай… вставай! Ты… должен… встать и… идти! – злостно бубнил Эльтран.

Мальчик приподнялся. Медленно. Неуверенно. Опирался на левую, чуть более здоровую руку.

— Вставай! Ты… должен! Иначе… найдут…

Великое и непонятное упрямство Эльтрана помогло ему. Мальчик аккуратно встал и попытался сделать первый шаг.

— Давай! Иди же! Иди… ничтожество! Какое же… ты тогда… идеальное оружие… если не можешь… даже… твёрдо стоять на ногах?!

Боль прошла. Исчезла. Растворилась каким-то необъяснимым образом, и Эльтран смог ходить, хоть и хромал на одну ногу. Он едва сумел разглядеть очертания летающего острова за пышными деревьями, и шёл в противоположную сторону. Идти тяжело, да и шёл он весьма медленно, а когда решил немного отдохнуть, то услышал весьма характерный звук.

«Ветка! Они где-то уже рядом. Надо торопиться»

Эльтран поторопился, но вновь услышал звук сломанной ветки, на этот раз значительно ближе. Конечно, окажись то исключительно человеческий слух, то это означало бы, что враги вот уже в нескольких метрах от него. Но уже бывший ученик Хаорана использовал Воздух, дабы слышать всё вокруг себя на приличном расстоянии. Оставалось непонятным, кто именно гнался за ним. Конечно, можно применить Воздух и чтоб видеть всё вокруг, но много Сил уходило на поддержание собственного тела. Скорее всего его преследовали люди, ибо хаоромы ходили очень осторожно и тихо, и они больше предпочитали летать. Да, это должны быть люди. Но… зачем? Для чего они, собственно, напали? Что за цель преследовали? Неужели всё ради него? Им тоже нужно «идеальное оружие»? Но зачем?

«А может я им нужен для чего-то иного? Может они наоборот хотят мне только помочь, а не превращать в оружие? Мы ведь из одной расы. Как знать, возможно лучше…»

Но Эльтрану не позволили докончить мысль, ибо он услышал чьи-то шаги. Множество шагов. Решив пренебречь осторожностью, он всё же попытался вновь приручить ветер, дабы разузнать, кто же подошёл к нему столь близко. Прислонившись к дереву и сосредоточившись, ему удалось моментально взять под контроль Стихию. Он увидел десятка два человеческих фигур, но рассматривать их некогда, ибо они уже совсем рядом. Настолько, что их можно увидеть и без магии.

Нарушив магическое правило осторожного выхода из подобных заклинаний, Эльтран моментально прервался, отскочил от дерева, в которое вонзился короткий арбалетный болт, нацеленный ему в плечо, и побежал прочь. Он слышал чей-то истошный вопль: «Поймать!». Болты со свистом распарывали воздух, пролетая в сантиметрах от мальчика. Его не пытали убить, ибо целились по ногам. Поразительно, но хромота моментально прошла и Эльтран бежал как обычно.

Мальчик резко сворачивал то вправо, то влево, старался не бежать по прямой, но один арбалетный болт попал ему в предплечье, а другой оцарапал ногу. Заклинание Воздуха начинало слабеть, а ведь именно оно не позволяло попасть в него (во всяком случае, он на это надеялся). Эльтран игнорировал боль, не обращал внимания на идущую из руки кровь. В очередной раз свернув в сторону, он увидел впереди другой отряд. Их немного, всего шестеро. Проклиная всех и вся, он вновь свернул и пытался убежать прочь.

***

Человек в тёмно-синей мантии с золотыми узорами прошёл по тёмным коридорам и оказался в большом мрачном помещении, где полукругом стояли семь высоких фигур в серых одеяниях и с накинутыми капюшонами.

— Владыки, как быть с… мальчиком? – Мор всё ещё не мог поверить в то, что человеком из пророчества оказался двенадцатилетний мальчик.

— Ты передал Веленесу наши слова? – раздался шипящий голос стоящего посередине, кой являлся самым главным средь этой семёрки.

— Так точно, повелитель, – поклонившись, ответил Мор.

— Отлично, а теперь слушай. То, что это всего-навсего двенадцатилетний мальчик – воистину поразительно. В столь юном возрасте обладать такой большой Силой – означает многое. Его возраст таков, что нам будет проще переменить мальчика на нашу сторону. Будет проще заставить его доверять нам.

— Что же касается его имени, – прогремел женский голос, – то Эльтраном звали одного Архимага Энефера пару тысяч лет назад. Тот старик, о котором сказал тебе Веленес, по описанию похож на Дейла Эйтера, родного брата Демиуса Эйтера, нынешнего Архимага.

— Мы считаем, что имя мальчику дал именно этот старик, – проговорил третий.

— Но что же он делает у хаоромов? – недоумевая, спросил Мор.

— Не у простых хаоромов. Это Хаоран Кровавое Крыло, истребитель сцерров и сильнейший из существующих нынче вождей, – решила уточнить женщина.

— Мы точно не знаем, зачем ему понадобился Эльтран. Хаоран ненавидит эльфов и сцерров, к людям относится с презрением, и более всего ему ненавистно то, что Боги помогают Перворождённым. Ему невыносима сама мысль о том, что эльфы могут получить всё, что только захотят, стоит им лишь попросить Богов об этом. Но он прекрасно понимает, что выступить против них – значит обречь себя на верную смерть.

— Владыки, но что же там делает Дейл Эйтер?

— То нам неведомо. Он может помогать Хаорану или же преследовать собственные цели.

— А теперь, Мор, – прогремел шипящий голос главы, – возвращайся к своим делам и не мешай нам. Если ты понадобишься, то мы тебя позовём.

Ничего иного не оставалось, кроме как низко поклониться и как можно скорей покинуть комнату, дабы не разгневать владык.

***

Двое сцерров проносились по лесу подобно теням. Мягко. Бесшумно. Молодой воин держал руку на эфесе, готовый в любой момент дать стали запеть.

— Веал, что станем делать? Людей довольно мало, но они не так уж и слабы.

— Не волнуйся, Менер. Да, их мало. Да, они не так уж и слабы. Но Сила тех, кто атаковал остров, заключается в их посохах. А так это просто воины. Сильные воины, обладающие склонностью и чувствительностью к магии. А вот другие… Особый карательный отряд Его Величества, как сказал Прит. В него вошли только лучшие солдаты, не обделённые магическими способностями.

— Мы справимся?

— Всенепременно, Менер, – спокойно ответил старый ар’ше.

***

Эльтран безостановочно бежал вглубь леса. Он потерял достаточно крови (особенно для своего возраста), но темпа не сбавлял и поддерживал себя магией. Более того, боль постепенно отступала, а раны, хоть и медленно, но заживали. Преследователи не отставали и оба отряда гнались за ним. Забавно то, что эти люди совсем близко друг к другу, однако не вступали в бой, а усердно и старательно пытались нагнать мальчика.

«Не отстанут… Клянусь самим Творцом – будут преследовать до конца. А меня надолго не хватит. Надо что-то придумать. Использовать магию против них бессмысленно, ведь я очень устал и меня не хватит на всех. Даже если удастся избавиться от одного отряда, то второй меня уж точно схватит. А что, если…»

Мальчик вновь свернул в сторону и бежал, что было сил. Он приближался к одному из людей Веленеса, перепрыгнул через него при помощи Воздуха и рванул дальше. Таким образом он хотел заставить два отряда столкнуться друг с другом. Всевидение Воздуха закончилось, так что Эльтран не видел всего того, что там творилось, да он и не горел желанием лицезреть бойню.

***

— Ваше Величество, у меня срочная весть!

— Внимательно слушаю тебя, Прит.

— Мы нашли его!

— Отлично! Просто превосходно! Прит, по возвращении ты…

— Простите, Ваше Величество, но это ещё не всё. Это… это маленький мальчик.

— Что?! Быть такого не может!

— Но это так! Ему с виду лет десять. Может чуть больше.

— Неужели Ищущие ошиблись?

— Не могу знать, Ваше Величество, но Сила, исходящая от этого мальчика, очень велика. Более того, он был в крепости Хаорана, а также за ним гонятся и другие.

— Интересно. Либо мы все ошиблись, либо это он.

— Какие будут указания?

— Ничего не изменилось. Схватите его и приведите ко мне!

— Как прика…

— Прит! Прит! Куда ты пропал?! Прит!

***

Веленес вместе с остатками отряда бежал по следу мальчика. Они его уже обнаружили, но тот сбежал. Увидев испачканную одежду и арбалетный болт в предплечье, командир удивился стойкости мальчика, ведь тот уже должен был обессилеть от потери крови. Это поразительно, но куда больше его удивило то, что Эльтран лишь ускорялся, что окончательно убедило Веленеса в том, что этот мальчик тот, кто им нужен.

«Выносливости ему не занимать. Не могу не восхититься этим»

И внезапно раненный мальчик резко развернулся и принялся бежать прямо на них. Командир отряда отдал приказ остальным остановиться. Он хотел как-то поймать Эльтрана, но тот перепрыгнул через одного солдата и убежал прочь. Не успел Веленес и удивиться подобному, как к ним приблизился другой отряд людей, большой. Он знал, что это воины королевства Рейрс, самого презираемого даже людьми. Забавно то, что их никто не воспринимал всерьёз, ибо оно закрыто, а потому никто не знал, что происходило там внутри. Конечно, несколько раз Веленесу доводилось сталкиваться с ними будучи наёмником много лет назад. Сражались они очень неплохо, хорошо обучены и жаждали доказать Богам, что верны им. Именно по этой причине их не любили многие иные расы. Они хотели, дабы Боги помогли им хоть вполовину также, как эльфам. Согласно пророчеству, один человек должен стать столь могущественным, что по Силе уподобится им и, более того, свергнет их. Веленес не знал, верил ли король в подобное, но тем не менее, тот пытался показать Богам, что не допустит подобного.

Отряд Веленеса насчитывал всего лишь шесть душ, в то время как у Прита два десятка воинов.

«Мы справимся. Мы должны справиться» – убеждал себя командир.

***

Прибегнув к телепатии, Прит приказал воинам разделиться на два отряда: один должен поймать мальчишку, а второй расправиться с противником. Он же сам ушёл вместе с первой группой, ибо нагнать Эльтрана – задача первостепенной важности. Веленес же остался, дабы сражаться, а за мальчиком отправил всего лишь одного человека. Увы, их на порядок меньше, так что выбора нет.

Обнажив мечи, отряд Прита вступил в бой. Их вдвое больше, но тем не менее, силы примерно равны. Да, для того, чтобы прибегнуть к магии им не требовались посохи, но эти магические атрибуты противников очень сильны.

Как только отряд Прита обнажил мечи, Веленес вместе с остальными пустили в ход посохи. Камни в их навершиях засветились, и из них исходила разноцветная пыль, образовавшая перед ними огненную стену. Послышалась брань, воины королевства Рейрс сыпали проклятия на врагов, но они всё же бросились через пламя. Перепрыгнули, и огненные языки лишь лизнули десяток человек, но вот двум другим не повезло. Пламя жадно пожирало их с ног до головы, словно желая хоть на краткий миг погасить неутолимый голод. Два пылающих чучела закричали, завопили в предсмертной агонии, заметались из стороны в сторону, кувыркались по земле в надежде погасить огонь, но всё тщетно. Подобную волшбу невозможно погасить столь примитивными методами, ибо для этого требовалась магия. Крики умирающих ужасали, но никто из отряда не остановился хоть на краткий миг, дабы посмотреть на погибающих товарищей.

Мечи и посохи-копья схлестнулись в битве. Отряд Веленеса старался как можно чаще прибегать к магии. Подули сильные ветра, всё в округе задрожало, земля заходила ходуном. Воины королевства теряли устойчивость, а потому сражаться врукопашную крайне неудобно, так что они тоже взялись за магию. Пусть она и не столь сильна, но им не требовалось никаких иных средств для творения волшбы, кроме знаний и слов.

Раздался скрип, словно кто-то прошёлся по старому деревянному полу. Ветви деревьев ожили, зашевелились и пронзили одного человека Веленеса. Тот перед смерть успел что-то крикнуть и инкрустированный в посохе шар дрогнул. По нему пронеслась паутина трещин. Тот, кто оживил дерево, остановился. Тело свело неожиданной и мощной судорогой, кожа будто бы трескалась, покрываясь красными бороздками из которых медленно шла кровь. Хрустальный шар в посохе лопнул, а одновременно с ни разорвало на куски и воина Прита.

Пока всё складывалось в пользу Веленеса, ведь он потерял лишь одного, а противник аж троих. Но командир понимал, что нельзя радоваться и восхваляться, ибо сражение только началось и случиться могло всякое.

Их посохи вновь засветились, вновь содрогнулась земля и из-под неё вылезло три шипа. Один пронзил голову прислужнику Богов, другому лишь оторвало руку, третий же, совершенно случайно, едва успел спастись, ибо в то самое мгновение он рванул к одному из воинов Веленеса, дабы заколоть его. Однако же он потерял устойчивость и упал, и в него выпустили магическую стрелу пурпурного цвета. Воин королевства даже не успел ничего понять, как его рука сама схватила метательный нож и швырнула его в надвигающуюся смерть. Надеялся ли он рассеять таким образом заклинание или же хотел избавить от человека? Увы, он и нам не знал ответа на этот вопрос, а брошенный им нож разбил инкрустированный в наврешие посоха шар. Покрывшись трещинами, он разлетелся на тысячи кусков и выпустил из себя Силу. От подобного человек из отряда Веленеса отлетел на несколько метров и ударился затылком о камень. Пущенная же им волшебная стрела развеялась подобно мороку и лёгкий, тёплый ветерок осторожно прошёлся по лицу воина королевства, который вот-вот должен был умереть. Прислужник Богов открыл сильно зажмуренные глаза и не мог поверить в случившееся. Увидев лежащего противника, он тотчас же подошёл к нему и вонзил меч в живот, при этом злорадно улыбаясь. Даже не поступи он так, то воин Веленеса вскоре бы умер. Не успел он и вынуть из мёртвого тела оружие, как сбоку по нему прошлась волна. Злорадная улыбка так и не сошла с его лица, даже когда он разделился надвое.

Лежащий на земле человек без руки корчился от боли, держать за оторванную конечность. И по непонятному и внезапному желанию, он потянулся за мечом, но не успел и коснуться рукояти, как ему в затылок вонзился посох-копьё.

Бой длился не очень долго. Казалось бы, что всё складывалось в пользу отряда Веленеса, но это оказалось не так. Оставшиеся воины королевства объедини свои Силы и использовали одно мощное заклинание, уничтожившее посохи врагов, после чего быстро добили их при помощи магии. Почему они не додумались поступить так в самом начале – они и сами не могли понять. Быть может, желали сразиться достойно, по чести, но впоследствии не захотели умирать. Не владей они магией, то отряд Веленеса победил бы. Им хватило бы для этого пары взмахов посохами. Но, увы, этому не суждено было сбыться. Сам же Веленес погиб, но перед смертью успел сообщить Мору о поражении, и он искренне надеялся, что Эльтран убежал достаточно далеко.

***

Эльтран бежал и бежал. Он не обращал внимания на усталость, боль и слабость, ибо ему хотелось лишь одного – выжить. Но вскоре его стали одолевать дурные мысли.

«А зачем мне оставаться в живых? Ведь, в таком случае, погоня не прекратится. Я стану их врагом и… и что я смогу сделать против них? Их слишком много. Быть может тогда стоит остановиться и позволить им убить меня?»

Остановившись и прислонившись к дереву, он ждал. Эльтран знал, что его план удался лишь частично. Мальчик надеялся, что его преследователи будут столь увлечены уничтожением друг друга, что позволят ему убежать достаточно далеко. Он ошибся. Он посчитал себя умнее, и ошибся. С полдюжины воинов в тёмных одеждах добрались до него, окружили и смотрели на мальчика с недоумением. Один из них – судя по всему, что являлся командиром – подошёл к нему и принялся осматривать. Прит смотрел на Эльтрана как на диковинное существо, которое прежде никто не видел. Отойдя от него, он прошептал: «Не может быть», и коснулся пальцами висков. В этот самый момент мальчик ощутил магический толчок.

«Интересно, что же он делает? Пытается поговорить с кем-то? Хочет получше меня рассмотреть магическим взором? Или же это нечто иное? А без разницы…»

Краем глаза он заметил странный силуэт позади одного из шестерых воинов. Один человек наложил на себя заклинание невидимости и подкрался к людям королевства. Быстрый блеск стали и один из людей в тёмной одежде издал короткий всхлип, и упал с перерезанным горлом. Не успели остальные отреагировать на случившееся, как в следующее мгновение пал другой с коротким ножом во лбу. Командир отряда прервал волшбу и выискивал невидимого врага. Тот же, в свою очередь, проткнул копьём-посохом третьего, после чего пустил в Прита волшебную стрелу. Его невидимость спала, ибо поддерживать её и дальше и использовать магию он не мог. Командир успешно отразил заклинание, а воин-маг Веленеса колдовал. Навершие посоха засветилось, и вокруг всех людей образовалась огненная стена.

«Зачем мне жить? Может будет лучше, если я войду в огонь и позволю ему поглотить меня? Зачем мне жить… Кто будет горевать по мне? Кто прольёт слёзы над моим изувеченным трупом? Кто? Зачем мне жить… Затем, чтобы стать сильнее и отомстить Дейлу и Хаорану за то, что они обманывали меня!» – мысли и настроение Эльтрана менялось резко и часто. То он думал о том, дабы покончить с собой или же позволить себя убить, то стремился жить дальше, чтобы добиться чего-либо.

Сорвавшись с места, он перепрыгнул через огонь. Ни один язык пламени не коснулся его. Даже наоборот: пылающая стена будто бы открыла на краткий миг путь мальчику, дав ему возможность спастись. Огненная стена позади ещё бушевала, и слышался чей-то предсмертный крик, но Эльтран не оглядывался. Он бежал всё глубже в лес, смотря лишь перед собой, и старался не задаваться вопросом, преследовали ли его, аль нет.

«Плевать! Плевать! Не об этом мне сейчас надо думать, а о том, как я отомщу! Нужно обдумать всё как следует, и уничтожить моих врагов одним точным ударом! Преследование… Я уже избегал их, смогу вновь. А когда я…»

Но Эльтран не успел додумать мысль, ибо дорога перед ним резко пошла вниз. За долю мгновения мальчик успел представить, что падает с обрыва на скалы, но это, благо, оказалась просто яма, хоть и приличных размеров. Кувыркаясь, он несколько раз ударился о что-то и очутившись внизу стонал от боли. Всё тело ныло, левый бок болел, но явственно чувствовалось, что из него что-то выпирало, пусть и не сильно, но всё-таки. Пальцы руки отказывались шевелиться, вторая относительно в норме, одна нога не двигалась вообще, а другая чуть вывернута не самым приятным образом. Он хотел поднять голову, но у него ничего не получилось.

«Вот теперь-то точно всё…»

И над ним нависли двое представителей иной расы. Высокие, больше похожи на эльфов (судя по описаниям, кои мальчику доводилось слышать), да вот только зрачки у них крестообразные, и по два относительно длинных и заострённых кончика на каждом ухе. Иная раса… Другая… раса…

«Это они! Они! Дейл, как бы я его ненавидел, говорил про них! Они следили за мной! Они насылали на меня странные сны… Это очень нехорошо! Спастись!»

Мальчик, скрипя зубами, всё же пытался встать, но не сумел даже головы поднять.

«Всё. Теперь точно конец…»

Молодой сцерр наклонился и постарался взять Эльтрана на руки, но тот лишь скривился от боли и закричал, стоило Менеру только коснуться его. Воин-сцерр сразу же убрал от него руки. Веал приблизился к лицу Эльтрана, осмотрел его (в этот момент его глаза стали полностью белыми) и прошептал:

— Держись, Эльтран. Сейчас тебе будет очень больно…

Мальчик не успел удивиться тому, что сцерр знал его имя, как тот принялся чертить круги и проводить различные жесты руками над его телом, и человека свело дикой судорогой. Эльтран чувствовал, как его кости задвигались, крутились изнутри, мышцы словно рвались, дабы вновь соединиться, равно как и связки. Суставы с мощными и громкими щелчками вставали на место, сломанная рука восстановилась, два ребра перестали пытаться пробиться через кожу, вывихнутые пальцы, ступня, смещённый позвоночник, вывернутая нога… Словом, всё заживало. Всё это длилось всего несколько мгновений, но Эльтран мог поклясться, что прошел не один час. Молодой сцерр пытался его удержать, но даже ему это давалось с трудом.

Всё резко пропало, когда Эльтран оказался на пике боли. Он ощутил спокойствие и лёгкость. Боль сменилась опьянением, и он перестал что-либо чувствовать. Казалось, что отруби ему даже ногу – он ничего бы не ощутил. И только в самом конце затянулись раны на теле мальчика. Старый сцерр довольно улыбнулся и кивнул Менеру. Эльтран помнил, как тот наклонился и взял его на руки, но что было дальше – затерялось во мраке.

***

Человек в тёмно-синей мантии забежал в тайный зал владык. Все семь высоких фигур стояли по своим местам подобно каменным изваяниям. Мор даже задался вопросом, а они когда-нибудь сходили с места? Или же они знали, что он вот-вот придёт?

— Мы знали, – ответил главный в семёрке, явно прочитав мысли слуги, который даже поклониться не успел. Мор на мгновение растерялся, замешкался.

— Что за вести ты принёс нам? Что заставило тебя бросить всё и примчаться сюда, оторвав нас от дел своих, которые, как ты можешь догадаться, очень и очень важны и отложения непростительны.

— Повелители, – Мор поклонился и старался отдышаться. – Тот отряд, что мы отправили за мальчиком, пал! Все погибли, даже Веленес.

— Кто это сделал? – раздался спокойный женский голос.

— Королевство Рейрс, – с нескрываемым презрением ответил Мор.

Нависла долгая, мёртвая тишина. Мору казалось, что он мог расслышать шум текущей в его теле крови.

— Что ж, – наконец раздался шипящий голос председателя, – мы отправим другой отряд. Но в этот раз не людей.

— Не людей? Позвольте спросить…

— Не позволяю. Ты их увидишь. Более того, в этот раз ты лично возглавишь отряд.

Мору эта затея не понравилась, но ослушаться он не мог.

— Как прикажете, повелитель…

***

Старый колдун остался в покоях Хаорана и смотрел на разъярённого вождя. Тот не привык к тому, что кто-то смог столь легко напасть на его крепость, перебить охрану замка и очутиться в его башне, так ещё и рискнуть сразиться с ним. Брат Архимага не исключал и того, что подобного никогда не случалось с Кровавым Крылом, но он не мог не отметить храбрость нападавших, равно как и сам Хаоран. Числом их значительно меньше, но всего за несколько минут нанесли летающему острову существенный урон. Погибло шестеро людей и не менее тридцати хаоромов. Немыслимые потери!

«Кровавое Крыло этого так просто не оставит. Он обязательно выяснит, кто повинен в этом нападении и тогда… я не позавидую им. Но Хаоран не глуп и он умеет признавать собственные ошибки. Больше подобное с ним не повторится»

Интересно то, что вождь не разносил комнату, не кричал так, чтоб аж стены дрожали, но его глаза говорили за него. Взгляд у Кровавого Крыла и без того весьма тяжёлый, а после произошедшего смотреть ему в глаза сродни казни.

— Дейл, – голос Хаорана оставался спокойным, но от него веяло Силой, больше подходящей для разрушения, – я вынужден признать, что эти люди сражались отважно. Как жаль, что они оказались ничтожными трусами. Они напали внезапно, без предупреждения. Конечно, если бы мы знали о нападении, то ни один хаором не погиб бы. Но я понимаю, что таково человеческое естество: бояться выступать в бой открыто, лицом к лицу, как подобает законам чести и доблести. Вы таковы, какими вас создал Творец, но это не означает, что вы не можете измениться. И поверь мне Дейл, коль вы останетесь такими, то никто не сочтёт вас достойной расой.

— Кхм… достопочтенный Хаоран. Да, люди ещё слишком молоды, оттого и столь глупы и зачастую сперва делают, а только потом рассуждают. Многие из нас живут лишь данным днём, не думая о том, что случится хотя бы завтра. Но не стоит всех приравнивать к таковым, ведь, по меньшей мере, я не такой.

— Да, ты не такой. Первый и единственный человек на моей памяти, отличающийся от остальных. Искренне надеюсь, что Эльтран последует твоему примеру. Но вас будет лишь двое, Дейл. Вас слишком мало, ибо в одиночку изменить целую расу не дано никому.

— Я считаю, что нет ничего невозможного, Хаоран.

— Быть может и так, но это не повод для бахвальства и пустых похвал. Коль хочешь верить в подобное – верь, но не стоит согревать себя мыслями о том, что именно тебе удастся это совершить. Но отложим данный разговор на более спокойные времена, мой человеческий друг. Нам надобно осмотреть остров.

Выйдя – они увидели десятки бездыханных тел хаором, пару разрушенных казарм, множество оврагов и борозд на земле от всей творимой магии. Стены вокруг замка пробиты, и сам воздух, казалось, пропитан смертью.

«А они оказались довольно сильны» – подумал Дейл и продолжил осматриваться. – «Постойте! А это что такое?»

Колдун уловил витающую в воздухе магию. Её составляющая оказалась очень интересной, непривычной и в то же время очень знакомой. Каждая раса оставляла собственный след, зримый лишь для других магов (и то не для всех), и следы эти различались. Сама волшба могла быть абсолютно одинаковой (к примеру, простой огненный шар), но то, как её составляли изначально – могло отличаться.

«Интересная магия… Это нечто до боли знакомое, нужно только вспомнить…»

— Прошу прощения, вождь, – обратился один хаором к Кровавому Крылу. – Мы нашли это, – крылатый воин опустил голову и вытянул вперёд руки с посохом-копьём, в навершии которого инкрустирован зелёный шар.

— Позвольте я возьму, вождь, – обратился Дейл и, как только тот кивнул, осторожно взял диковинное оружие из рук воина.

Колдун стал досконально осматривать посох, не упуская ни одной детали. Мысленно он оценил работу неведомого мастера. Всё сделано добротно, на совсем. Да и камень тут очень необычный. Могущественный. Проводя рукой над посохом, колдун забубнил. Магические нити хоть частично и разрушились, но окружали инкрустированный камень.

— Нет, не может быть, – только и сумел изумиться старец.

— В чём дело, Дейл?

— Этот камень… в нём заложена большая Сила, Хаоран. Он способен на многое.

— Разве это поразительно? – равнодушно спросил вождь. Очевидно, что возможности полудрагоценного камня его нисколько не интересовали.

— Именно так! Вложить такую Силу в этот предмет очень не просто. Для этого нужно знать некоторые тонкости, иначе посох взорвётся, уничтожив всех и вся вокруг себя. Тот же, кто наделил сей камень подобной магией, знал, что и как нужно делать.

— И что с того?

— А то, мой друг, что такое ведомо только Архимагам.

— Ты хочешь сказать, что твой брат, Демиус, создал эти посохи?

— Нет, вождь, это не он. Я бы узнал его магический след ещё до того, как взял бы посох в руки. Это кто-то другой. Можно было бы предположить, что это бывший Архимаг, но он погиб. Либо же это тот, кто не познал почти всё, дабы занять сей пост. Возможно, этот человек должен был некогда стать Архимагом и его даже обучали, но впоследствии от кандидата отказались.

— Я слышу беспокойство в словах твоих, Дейл Эйтер.

— И ты не ошибся, вождь. Кто-то равный мне и моему брату, а может даже некто из старшего поколения, захотел заполучить себе Эльтрана. Разве подобное может не беспокоить?

— Может. А может это посохи, что были созданы одним из людских Архимагов прошлого много веков назад, а напавшие на нас заполучили их. Кто бы это ни был, он поплатится за совершённое сегодня. А теперь вернёмся к Эльтрану. Я хочу удостовериться, что мой ученик в добром здравии и не пострадал.

Когда они вернулись в тренировочный зал, Хаоран и Дейл не верили своим глазам, ибо нигде не видели Эльтрана. Колдун осмотрел всё помещение, но так его и не нашёл.

«Как это понимать? Неужели они добрались до него?»

Но Кровавое Крыло уже уловил след от магии мальчика и поспешил подняться на поверхность, а Дейл пошёл за ним. Хаоран дошёл до южной части летающего острова и остановился на самом краю, смотря в лес.

— Что такое, Хаоран? Ты его почувствовал?

— Да, – сдержанно ответил вождь. – Он применил крылья ветра и улетел туда, в лес.

— Он применил? То есть, Эльтран сам сбежал? Но… почему?

— Ты так и не понял? Ещё в тренировочном зале, когда я покинул его, он применил всевидение и слух Воздуха, подслушав наш с тобой разговор в башне. Он услышал, что мы собираемся сделать из него идеальное оружие для достижения собственных целей. Я уверен, что именно это и побудило его сбежать.

— Разве он настолько силён и искусен в подобном, дабы незаметно для нас применить такое заклинание?

— Для своего возраста он сильней, нежели мы думали, Дейл. И не забывай, что мы были очень заняты, а потому я не ожидал, что нас будут подслушивать. Тем более, что так поступит мой ученик. У нас были более важные дела.

— И что теперь?

— Дейл, ты самый умный человек из тех, коих я знал лично, но порой ты, как истинный представитель расы людской, задаёшь неуместные и глупые вопросы. Надо найти его, – и Хаоран отдал приказ всем в крепости, чтобы отправились на поиски Эльтрана в лес. И его должны доставить живым.

***

Менер нёс Эльтрана на руках и следовал за Веалом обратно в убежище. Путь туда не столь и близкий, предстояло обойти созданное Дейлом поле, а пробегать прямо перед носом Кровавого Крыла маг-сцерр не горел желанием. Пока они бежали, ар’ше почувствовал магический толчок. Он был достаточно опытен, дабы понять, что кто-то телепортировал в лес немалый отряд.

— Менер, надо поторапливаться!

Веал понимал, что переместили не людей, а каких-то жутких существ, с которыми ему совсем не хотелось видеться. Сцерры одновременно остановились перед огромным и протяжённым холмом, который, казалось, распростёрся на целую версту, а то и две.

— Не хорошо, Менер. Очень не хорошо, – тревожно произнёс ар’ше.

— Логово люкров… Что будем делать? Эльтран всё ещё не пришёл в себя. Так нам не пробиться через него, а если идти в обход, то уйдёт слишком много времени.

— Ты прав. Но я не хочу рисковать, а потому…

Договорить ему не удалось, так как его отвлекли звуки шагов. Что-то очень нерасторопное, крупное, но довольно быстрое приближалось к ним; то существо сопровождали и другие, более мелкие, а следом, судя по тяжёлым шагам, шли великаны. Сцерры сами по себе обладали великолепным слухом, который уступал лишь эльфам, а вот ар’ше могли при помощи магии усилить ощущения настолько, что в целом лесу не удалось бы скрыться.

«Они знают, где именно находится Эльтран? У них особое чутьё, или же сам заклинатель сумел найти мальчика? И сколько же их? Как они выглядят? На что они способны? Сумею ли я один справиться с ними?»

Маг-сцерр повернулся к Эльтрану, что всё также лежал на руках молодого воина без сознания, и коснулся пальцами его головы. Мальчик еле-еле открыл тяжёлые веки. Открыв глаза, он увидел, как крестообразные зрачки пристально смотрели на него. Эльтран задёргался, забился на руках Менера, пытаясь выбраться, и воин-сцерр отпустил их. Пока человек жаловался на боль в спине после приземления, ар’ше укоризненно посмотрел на Менера. Веал помог мальчику встать, а тот только-только замыслил побег, как застыл на месте и не смог пошевелиться.

— Послушай, Эльтран, ты сейчас в большой опасности. За тобой многие гонятся…

— Зачем я им нужен?! – резко перебил он Веала, послав к воронам всё то, чему учил его Дейл.

— Одни хотят тебя убить, другим ты нужен для собственных целей, – туманно ответил ар’ше.

— Свои целей? Это вы о том, как Хаоран и Дейл задумали сделать из меня своё идеальное оружие?

— Мы не знаем, зачем ты понадобился Хаорану, но вполне возможно, что и для этого. Постой! не спрашивай сейчас ничего! Не время и не место. Ты был без сознания, и я разбудил тебя, ибо сейчас мы не может позволить себе таскать тебя на руках. За тобой гонятся очень жуткие твари, и если ты попадёшь к ним в лапы, то я даже представить боюсь, что они будут с тобой делать. Ты должен пойти с нами. На обходной путь времени уже нет, ибо они вот-вот явятся. Остаётся только одно – прорываться через логово люкров.

— Почему я должен вам верить? – задал Эльтран вполне справедливый вопрос.

— Разве похоже, что я тебя обманываю?

— Дейл тоже не был похож на такого ублюдка, а что в итоге? Он меня обманул! Предал!

— Эльтран, поверь мне, прошу тебя, я не обманываю. Я не собираюсь делать из тебя своё идеальное оружие. Мне нет в этом никакой нужды. Я не хочу, дабы другие использовали тебя, или же чтоб тебя убили. Я лишь хочу помочь тебе.

— Помочь для чего?

— Сказано ведь, мальчик, что ты сейчас в опасности. Немедленно дай ответ: ты с нами или же нет? Ежели нет, то мы оставим тебя и уйдём, иначе ты всё равно попытаешься ведь сбежать.

«Издеваться вздумал?»

Эльтран нарочито молчал, скрестив руки на груди, и собирался важным тоном произнести «нет», но было уже поздно. Позади Менера появилась тварь с шестью лапами. Высокая, толстая, с восьмью глазами, без ушей и рта, тёмно-серого цвета, с редкими, но прямыми и твёрдыми волосами по всему телу, что придавало ему сходство с ежом, хоть оно больше походило на огромного паука. На спине же существа располагался паланкин, в которой сидел человек в тёмно-синей мантии, покрытой золотыми узорами.

Вместе с этим монстром появились и другие: одни низкие (ростом чуть выше Эльтрана), жилистые, с двумя ушами на одной стороне и тремя на другой, одной парой ярко-жёлтых глаз, и у всех на лицах зловещая улыбка, обнажавшая два ряда острых колообразных зубов. Таких существ большинство. Также имелось несколько летающих, больше похожих на огромных летучих мышей, но с непропорционально маленькой головой льва. И всего лишь двое великанов, что на пять, а то и шесть, локтей выше Менера. Лица, если их можно назвать столь нормальным словом, у них мерзкие, перекошенные. Рты постоянно открыты, и из них высовывалось всего два-три тупых зуба, а с уголков губ постоянно капала зеленоватая слюна. Великаны довольно тучны, но физической силой явно обладали не малой. У них всего две руки, но в одной они держали по огромному щиту, хоть и ржавому, а во второй по довольно новому мечу. И, если приглядеться к ним, то создавалось впечатление, что они состояли из кусков гнилой плоти различных рас. Подобный отряд одним только видом мог деморализовать почти любого.

— Сцерры! Отдайте мальчика и тогда вы останетесь живы! – воскликнул Мор.

Менер лишь оскалился и схватился за рукоять меча, но ар’ше вовремя его остановил.

— Ответь мне, неизвестный, зачем он вам? – поинтересовался Веал.

— Этого вам знать не нужно. Могу сказать лишь то, что с ним ничего не случится. Мы не убьём его, как того хотят другие. Эльтран будет жить у нас и обучаться.

— Зачем вам это? Я сомневаюсь, что вы жаждете обучить его из одной лишь доброты.

— Сцерр, я начинаю терять терпение. Я не обязан сейчас разговаривать с вами и пытаться убедить добровольно отдать мне мальчика. Я не обязан сохранять вам жизни. Но я делаю это, ибо некогда вы сильно помогли людям. А теперь спрашиваю в последний раз: вы отдадите мне Эльтрана или предпочтёте умереть?

Нависла тяжёлая тишина. Менер держал руку на эфесе меча, Веал пристально смотрел на человека в тёмно-синей мантии, а мальчик лишь уставился в землю, понимая, что он всё равно не жилец.

— Менер, готовься! Когда я прибегну к магии, дабы ослепить их всех на время, ты должен будешь избавиться от человека. Если его убьём, то этими существами никто не будет управлять и они либо разойдутся, либо нападут друг на друга.

— Я жду, Веал.

Маг-сцерр тянул время, делая вид, что размышлял над предложением. На самом же деле он готовил заклинание и одновременно с тем рассматривал иные варианты. Как знать, быть может ему удалось бы использовать сразу несколько заклинаний и уничтожить большую часть отряда нечисти за раз. Или же, и это самый худший вариант, им придётся переместиться в логово люкров. Именно для такого случая Веал рассматривал магическим взором обиталище этих жутких существ, видел все прорытые ими тоннели и заблаговременно искал самый подходящий для телепортации. Коль придётся уйти под землю, то нужно переместиться как можно глубже, иначе их смогу обнаружить по магическому следу.

Как только он нашёл нужный тоннель, резко завыл ветер. Листья на деревьях зашелестели, сорвались; трава шелестела и даже вековые деревья заскрипели от столь неистового напора.

«Хаоран» – понял Веал.

— Менер, нам придётся прорываться через логово люкров, – предупредил ар’ше молодого сцерра и готовил заклинание.

Мор поднял голову и увидел не менее сотни пролетевших над ним хаоромов. Веал услышал тревогу в голосе незнакомца, когда тот сказал: «Нет… Только не он!». Командир нечисти отвлёкся и это идеальный момент.

— Сейчас!

Менер схватил Эльтрана за руку и вплотную подошёл к старому сцерру. Тот произнёс заготовленное заклинание, и все трое растворились в сером дыму.

Заклинание перемещения сработало так, как того хотел маг-сцерр. Они оказались достаточно глубоко, дабы их невозможно было выследить сверху.

— Теперь всё надо сделать быстро, иначе столкнёмся с люкрами, – прошептал Веал. – Эльтран, держи Менера за руку и не отпускай. Если услышишь или увидишь нечто странное – дай знать. Здесь очень опасно.

«В кромешной темноте что-нибудь увижу…»

Ар’ше создал огненный шар, освещавший дорогу, и старался идти как можно быстрее, но то и дело останавливался, аль сбавлял шаг и осматривался. Он изучил систему тоннелей ещё на поверхности, так что знал, куда им лучше идти. Но его настораживало то, что они до сих пор не встретили ни одного люкра.

— Скажите, а что из себя представляют эти люкры? Почему их все боятся? – не сдержался мальчик.

— Не желаю я тебе встретиться с ними, – прошептал маг. – Это жуткие твари, неведомо зачем сотворённые и ниспосланные в наш мир.

— Но коль говорить о них, – вмешался Менер, – то эти твари живут под землёй, и эти тоннели прорыли сами. Они не высоки, сильны, с толстой кожей, которую далеко не всякое оружие пробьёт или заклинание. Передвигаются на поверхности довольно медленно, но копают быстро. Подобное логово они могли создать за одну седмицу в зависимости от того, сколько их.

— Они живут небольшими группами, Эльтран, – добавил маг-сцерр. – Но здесь намного больше. Сотни две… не меньше.

— Разве это много? – изумился мальчик.

— Поверь, Эльтран, даже дюжина – уже проблема.

«Даже дюжина… Для сильного мага не должно быть никаких преград, а двести жутких тварей не должны представлять угрозы» – высокомерно подумал Эльтран, ибо уверен, что вскоре смог бы мановением руки уничтожить даже тысячу люкров.

Что ж, мальчик, ты жаждал встречи с обитателями логова, так исполнится же твоё желание!

Земля из-под их ног ушла вниз, и все строе провалились. Благо падали не долго, и оказалось не столь высоко, так что никто не пострадал, но огненный шар Веала погас. Первым вскочил на ноги старый сцерр и осмотрелся. При помощи магии он видел всё вокруг, и темнота ему не мешала, но увиденное очень ему не понравилось. Вокруг них шевелились существа, и хоть Эльтран не видел ничего, но всё слышал. Тяжёлые шаги, звуки, что раздражали слух, ибо они похожи на трение ржавых доспехов друг о друга, клацанье зубов.

— Не бойся, Эльтран. Всё будет нормально, – услышал мальчик голос сцерра в голове.

«Значит, всё ужасно» – невольно пронеслась мысль.

Веал создал небольшой сгусток синего света и поднял его как можно выше. Тьма отступила и Эльтран увидел… Увидел тех самых люкров, коих боялись, наверное, все. Ростом на голову выше мальчика, тёмно-коричневого цвета. Они передвигались на четырёх конечностях; тело как у насекомого (пожалуй, это нечто среднее между тараканом и пауком). Задняя пара ног очень толстая, ступни широкие, передние же конечности значительно тоньше, но Эльтран уверен, что сломать их не так уж и легко. Хоть существа и передвигались на четвереньках, тела у них непропорционально длинные и передняя половина приподнята. Ещё две руки на груди и они длинные, а вместо кистей на них костяные кирки. К слову, только после этого мальчик обратил внимание на то, что на передней паре ног вытянутые пальцы с когтями. Вполне возможно, что люкры могли стоять на мощных задних ногах, хватать тонкой конечностью с пальцами жертву, а костяными кирками убить её. Кожа толстая, больше похожа на панцирь, шершавая, с множеством небольших шипов. Не нужно быть мудрецом, дабы понять, что простым оружием их не пробить. А коль верить словам сцерров, то даже магия против них почти бесполезна. Голова крупная, причудливой чуть треугольной формы, вытянута вперёд и похожа на какую-то ящерицу. Зубы у люкров внушительных размеров, шилоподобные, плотно прилегали друг к другу, из-за чего постоянно виднелись. Когда же они открыли пасти, то Эльтран увидел, что их два ряда на верхней челюсти, и три на нижней; язык разделён на три части и покрыт густой прозрачно-жёлтой слизью. Вместо глаз у люкров словно зияющие небольшие провалы.

Мальчик испугался по-настоящему. Ему стало жутко, холодно и он даже задрожал. Менер медленно приблизился к нему и встал перед ним. Веал пристально осматривался, стараясь разглядеть в этой сплошной шевелящейся куче хоть малейший просвет для спасения. Но такого не обнаружилось. Их окружало несколько дюжин люкров, что представляло из себя серьёзнейшую проблему.

— Менер, плохи наши дела. Нам надо прорываться. Следи за Эльтраном и не подпускай к нему эту мерзость.

— Я не позволю тебе одному сражаться с ними, Веал. Даже ты со всеми не справишься.

— Делай как я сказал! – резко ответил маг-сцерр.

Старый ар’ше следил за застывшими люкрами, которые, точно змеи, замерли, выжидая подходящего момента для нападения. Сцерр тщательно готовил заклинание и пустил его в ход, когда двое люкров широко раскрыли уродливые пасти, сильно высунули вперёд язык и поднял их вверх, и Эльтран увидел там небольшое раскрывшееся отверстие. Что это такое и для чего – ему не довелось узнать, так как земля под ногами задрожала и рухнула, унеся за собой две дюжины люкров сзади и по бокам от них. Задрожал и весь тоннель, свод зашевелился от этой тряски и обрушился, придавив несколько тварей. Земля перед тремя беглецами пришла в движение, набухла, поднялась и резко разошлась надвое, отбросив жутких существ к стенам тоннеля, а появившиеся сталагмиты проткнули их, пробив насквозь и буквально пригвоздив их. Ар’ше знал, что люкры наиболее уязвимы именно снизу, но не везде, а только между двумя парами ног. Конечно, от подобного они, скорее всего, не погибли, но маг-сцерр выиграл достаточно времени.

— Бежим! – прокричал Веал.

Они пробежали по образовавшейся борозде и свернули в первый левый тоннель. Дюжины глоток люкров издавали клокочущие звуки, словно призывая остальных из логова. Хоть они и передвигались медленно, но только не в этом месте. Существа могли переходить из одного тоннеля в другой в кратчайшие сроки, и двигались они значительно быстрей, нежели на поверхности, а потому быстро нагнали беглецов. Веал пустил в ход магию и обрушил весь тоннель позади, перекрыв дорогу. Первый люкр высунул голову всего через несколько секунд, и маг-сцерр мысленно выругался на родном языке. Убегая, он не переставал посылать в тварей каскад различных заклинаний: то обычные огненные шары, то волшебные стрелы, копья, магические барьеры, стены огня, ледяные преграды, сталактиты и сталагмиты, как-то он даже разжижил, так сказать, землю под ногами, но люкры не особо стремились тонуть в ней. Пусть это всё слабо помогало, но тем не менее, время выиграть удалось. Лучше всего против них себя показала молния. Она далеко не всегда убивала тварей, но останавливала их и заставляла биться в конвульсиях. Будь его воля, то он применял бы исключительно это заклинание, но, увы, оно требовало слишком много Сил, а её Веал и так успел потратить немало.

Они всё бежали и бежали. Один тоннель сменялся другим, на место одной группы люкров приходила другая. Ар’ше устал, а Менер так и не вступил в бой, ибо твари просто не доходили до него. Кроме того, ему сказали, что он должен оберегать Эльтрана, а молодой сцерр не мог ослушаться старшего.

Приходилось прибегать к довольно сильной магии, дабы справиться с люкрами. Всякий раз, когда жуткие существа приближались, Веал старался разбросать их в разные стороны, прибить к стенам, или же – что куда сложней – телепортировать их в другую часть логова. Подобное не могло длиться долго и земля перед магом-сцерром набухла, и из неё показался люкр, затем ещё один, и ещё и ещё. От неожиданности ар’ше отбросило назад, но Менер успел его подхватить. Всё длилось не слишком долго, но этого времени хватило, чтобы люкры их окружили. Твари появлялись из-под земли, прорывали тоннель сверху, подбегали отстававшие. Веал понимал, что справиться со всеми ему не удастся, да и Сил оставалось не так уж и много. Он судорожно вспоминал подходящие заклинания и пытался понять, помогут ли они, аль нет. Некоторые люкры выпрямились, поднялись, встали на задние ноги и ростом превосходили даже сцерров на дну-две головы.

— Менер, будь рядом с Эльтраном и проследи, чтобы с ним всё было хорошо.

— Но как же ты?

— За меня не волнуйся.

Веал поднял вверх руку и стал бубнить странные слова. Произносил он их быстро и не чётко, так что мальчик ничего не мог разобрать. Глаза старца закрыты, а рука засветилась тусклым красным светом, становившимся всё ярче и ярче. Люкры почуяли неладное и направились к нему. Потянулись к сцерру тощие руки, остальные же твари раскрыли пасти и высунули языки. Веал громко выкрикнул последнее слово заклинания, и с руки его сорвался алым свет, пронёсшийся по всему тоннелю и большей части логова. Свет этот проникал в самих люкров. Глаза каждой твари вспыхнули ярко-красным, и они набросились друг на друга. Жуткие непонятные утробные звуки и клокотание наполнили собою всё логово. Они грызли, кусали, били, кололи своими руками-кирками, пытались даже задушить друг друга, не щадя самих себя. Несколько люкров вновь раскрыли пасти, подняли языки и плюнули чем-то непонятным. Это похоже на прозрачно-жёлтую слизь, испарившуюся на лету, и превратившуюся в зеленовато-жёлтый дым.

— Вдохни как можно глубже и не дыши, – быстро повелел Менер Эльтрану.

Воин-сцерр шёл впереди, за ним Эльтран и в конце Веал. Шли не очень быстро, ибо вокруг всё ещё полно обезумевших от заклинания люкров. Оторванные конечности всё время пролетали возле беглецов, повсюду лежали изуродованные тела итак не самых приятных на вид существ.

Все трое шли вперёд, но Эльтран не мог надолго задерживать дыхание, а посему выдохнул и вдохнул вновь. Менер услышал это, развернулся и злобно посмотрел на него, но было уже поздно – мальчика парализовало. Он не мог шевелить ни руками, ни ногами, не мог повернуть голову и даже отвести взгляд в сторону. Он мог только дышать и размышлять. Менер взял его на руки, а Веал указывал путь.

«Эти люкры плюнули какой-то дрянью, и я потерял контроль над собственным телом? Что же это за уродливые и жуткие создания? Зачем их вообще надо было создавать? Каким же поразительным и пугающим разумом обладает Творец…»

Пока он смотрел наверх и размышлял обо всём подряд, сцерры остановились и только после этого вновь начали дышать. Оставалось лишь дивиться тому, сколь долго они могли задерживать дыхание.

— Менер, ты должен прорубить нам выход. Мы на поверхности, так что я не могу прибегать к магии, иначе нас тотчас же обнаружат, – пояснил ар’ше. – Отдай мне мальчика и приступай. Моё заклинание скоро перестанет действовать и тогда люкры кинутся за нами.

Когда проход был готов, молодой сцерр забрал Эльтрана обратно и они пробежали через лес. Быстро, бесшумно, почти незаметно, точно тени. Преодолев целую версту – остановились перед огромным камнем и, на всякий случай, осмотрелись. Мальчик почти пришёл в себя и мог хотя бы вертеть головой. Увидев, что бегут прямо на монолит, он испугался.

Очутившись в пещере, он хотел о чём-то спросить сцерров, но не мог ещё произнести и слова. Царила кромешная тьма, но они шли уверенно и даже спускались куда-то. Остановились. Поставив Эльтрана на землю, Веал щёлкнул пальцами и тотчас же загорелись огненные шары, освещая всё вокруг.

«А не так давно боялся, что нас обнаружат…»

Мальчик ещё не до конца пришёл в себя после люкров, но маг сцерр лишь повёл рукой над ним и всё прошло. Огромная усталость навалилась на него неподъёмным грузом, вялость и сон.

— Сказано же тебе было не дышать некоторое время, – обвиняющее сказал Веал, но по глазам видно – старый маг рад, что с мальчиком всё в порядке. – Не говори ничего. Ты устал. Я тоже. Нам надо отдохнуть и поспать. Когда проснёшься – мы с тобой поговорим, и я отвечу на все твои вопросы. А теперь засыпай, – ар’ше вновь провёл рукой над головой мальчика и тот уснул.

Глава IV. Крупицы знаний

Кровавое Крыло свернул шею второму великану и осмотрелся. Итого убито лишь четверо хаоромов и ранено двое. Неплохо, учитывая, что потери у неприятеля в десятки раз выше. Несколько тварей сумели сбежать, в том числе и тот человек в тёмно-синей мантии, что командовал ими. Но ничего, Хаоран ещё доберётся до него. Позже. Предстояло ещё найти Эльтрана. Где же он? Куда мог уйти? Ещё недавно вождь чувствовал его присутствие, а также ещё двоих сцерров. Но уже не было никого, и он не мог отследить их магию. Остался лишь едва различимый силуэт от заклинания перемещения.

«Люкры…» – осенило вождя. – «Тут рядом их логово. Куда ещё могли они подеваться? Только туда. Коль они смогли переместиться в логово, то это означает, что среди сцерров есть ар’ше. Треклятая раса! Как жаль, что мы не избавились от вас поголовно. Неужели ар’ше решил, что логово люкров спасёт их? Вечно там прятаться они не смогут, так что рано или поздно, но им придётся выйти оттуда»

Казалось, что подобное нисколько не волновало Хаорана. Ему всё равно, где именно находились сцерры вместе с Эльтраном. Он уверен, что сумеет их поймать. Вождь отдал приказ, чтобы хаоромы кружили вокруг логова люкров.

***

— Ваше… Ваше Величество! Беда… Беда!

— Успокойся. Что случилось? Какого люкра ты пропал в прошлый раз?!

— Ваше Величество… На нас напали! Мальчик сбежал. Большая часть моего отряда уничтожена. Более того, тут в воздухе полным-полно хаоромов! Осмелюсь предположить, что они тоже ищут мальчика. Мы ничего не сможем сейчас сделать. Как нам быть, мой король?

— Сбежал? Сбежал?! Я разочарован, Прит.

— Прошу простить меня. На нас напали внезапно! Мы с трудом успели хоть что-то предпринять, дабы остаться в живых. Мальчик воспользовался этим и сбежал. Ваше Величество, скажите, как нам быть?

— Ты подвёл меня, Прит. Тебя ждёт наказание…

— Мой… мой король… прошу Вас, дайте мне шанс и ещё людей и я всё исправлю!

— С чего ты решил, что я позволю случиться подобному? Быть может я вскоре подготовлю новый отряд и передам командование другому легату.

— Я гораздо ближе, я знаю, как выглядит мальчик. Нападавшие на нас уничтожены, и теперь мне мешают лишь хаоромы. Да, Вы можете собрать новый отряд, но пока они доберутся сюда всё может закончиться.

— Допустим. Однако если я отправлю тебе новый отряд, то по его прибытию всё тоже может закончиться.

— Истинно так, Ваше Величество. Но тут остаюсь я вместе с несколькими воинами. Даже если по прибытии подкрепления мальчишка будет схвачен хаоромами, то мы будем следовать за летающим островом.

— Справедливо. Что ж, Прит, так и быть. Ещё один шанс.

— Благодарю Вас…

— Не спеши благодарить. Спрячьтесь где-нибудь и ждите. В скором времени я соберу дополнительный отряд и вышлю его к тебе. А до тех пор не показывайтесь на глаза хаоромам, но следите за ними. Если найдёте мальчика, то немедленно доложи мне об этом.

— Прошу простить, Ваше Величество, но дерзну попросить Вас прислать, по меньшей мере, два отборных отряда.

— Ты хочешь, чтобы я отправил к тебе столько людей?

— По меньшей мере – два отряда… И желательно, чтобы в каждом было по два боевых мага и по одному целителю, повелитель. Поймите, тут полно хаоромов! Совсем рядом с нами их летающий остров! Без боевых магов нам точно не справиться.

— Так и быть, Прит, я вышлю вам аж четыре отряда по двадцать человек в каждом. Но учти, если мальчик вновь ускользнёт от тебя или же если ты потеряешь всех вверенных тебе людей, то Прит, тогда уж лучше сразу отправляйся в логово люкров, ибо иначе мои придворные маги сделают с тобой такое, что даже ужас от этих мерзких тварей покажется тебе Обителью Богов!

— Сл… сл… слушаюсь-сь… Повелите-ель…

***

Мор с оставшейся горсткой нечисти скрылся в лесу от Кровавого Крыла. Конечно, он понимал, что стоило вождю только захотеть, и их вскоре найдут. Но в то же время он прекрасно сознавал, что Хаорану куда важней найти Эльтрана.

Укрывшись как можно дальше, он стал концентрироваться и переместил свою астральную проекцию в потайной зал, где семеро высоких фигур ждали его, как всегда.

— Что на этот раз? – недобрым голосом спросил центральный.

— Повелители, на нас напали хаоромы! Сам Кровавое Крыло возглавляет поиски мальчика! Срочно нужно подкрепление! Надо отправить как можно больше нечисти. И чем больше и сильнее – тем лучше!

— Мор, не кажется ли тебе, что ты забываешься? Ты требуешь, чтобы мы сделали всё то, что ты говоришь?

— Прошу прощения, повелители, но я говорю правду. Нужны дополнительные силы. Чем больше – тем лучше. И как можно скорее! Тогда я успею…

Но Мор не сумел договорить, ибо его астральную проекцию свело дикой болью и судорогой. Он чувствовал всё так, будто бы страдало его тело из плоти и крови.

— Ты забываешься, Мор, – прогремел женский голос.

Человек в тёмно-синей мантии корчился в агонии и тяжело рухнул на колени, а затем опустился на четвереньки и склонил голову.

— Теперь всё как надо, – молвил всё тот же женский голос и боль отступила. Но Мор не рискнул хотя бы поднять взгляд на них.

— Что ж, слушай. Мы оценили ситуацию, а посему оставайся там. Постарайся не попадаться на глаза Кровавому Крылу и тем более не нападай ни на кого из хаоромов. Тогда он вас не тронет. Всё, что тебе нужно – ждать. Мы создадим новых существ и отправим тебе. Всё понял?

— Так… точно… повелители…, – убитым и полным усталости голосом проговорил Мор.

***

Эльтран проснулся резко, так как кошмары не оставляли его в покое. Он вновь видел день своего рождения (если это и вправду был он), но в этот раз мальчик ощутил то пламя, что пронеслось и жадно пожирало всех на своём пути. Он чувствовал нараставший жар и лишь дивился тому, сколь всё было реально.

«Ничего не понимаю… Дейл сказал, что эти сны насылали на меня маги из другой расы… возможно… Но вот же они, рядом со мной! Они не желают мне зла, они помогли мне, так зачем же им продолжать насылать на меня такие сны? А если это не они? Если то, что я видел – случилось на самом деле? Тогда получается, что Дейл… мне соврал… Но зачем? Нежели и эта ложь входила в его план, дабы вместе с Хаораном превратить меня в идеальное оружие? Но… если это и не сон вовсе, а всё происходило на самом деле, то почему мой отец не сумел справиться с каким-то людишками? Он ведь был сильным магом! Иначе и быть не может!» – вопросы, вопросы… сплошь и рядом одни только вопросы без единого ответа.

Осмотревшись, Эльтран осознал, что находился в другой части пещеры. Здесь оказалось намного просторней, имелась нормальная мебель, а по стенам расставлены факелы. К тому же удивительно сухо и тепло.

«Без магии тут явно не обошлось»

Из помещения вёл лишь один коридор, уходивший вверх. Значит, они спустились ещё ниже? Что ж, оно и понятно, ведь стоило магу-сцерру прибегнуть к магии, как Кровавое Крыло и отряды людей вычислили бы её след. Но что же всё-таки на уме у сцерров? Какие цели они преследовали? Там, в лесу, Веал сказал, что не собирается использовать мальчика аль убивать его. Даже наоборот, эти двое стремились помочь ему… Так они сказали. Но зачем им это? Да и какой им-то смысл от этого? Но, кроме всего прочего, Эльтрану интересно узнать: кто гнался за ним и что каждому из них нужно и почему?

— Это просто, мальчик, – раздался уже знакомый голос Веала. – Одни – довольно странная группа людей под названием «Ха-каре-мар». О них я знаю не столь уж и много. Непонятные люди, одержимые идеей некоего Пришествия. Кого или чего именно – трудно сказать. И я не могу понять суть их названия, Эльтран. Ведь гильдии, ордена, братства не называют себя абы как, особенно если у них важные цели. Это должно нести некий смысл, должно отражать идею и суть, а тут… С языка сцерров я никак не смогу перевести «Ха-каре-мар». На эльфийском из этого всего можно выделить только «мар», что означает «озарение». У хаоромов «ха» переводится на всеобщий язык, как «великий». Но что именно за «каре» я не могу понять. Перевод каждого слова есть, но их не получается связать воедино, дабы понять смысл. Единственное только, либо это сокращённо от гномьего «каейеремере», что означает «вождь». Но тогда мы получаем «Великого Вождя Озарение». Или же они объединили два разных слова? Может, «ка» тут действует как отрицание – если обратиться к языку троллей – а «ре» означает «жизнь». Итого «Великой Смерти Озарение», – Веал серьёзно задумался, но увидев безразличное лицо мальчика тотчас же изменился. – Прости, Эльтран, тебе же совершенно не интересно происхождение названия. Как я уже сказал, эти люди одержимы неким Пришествием. Во главе стоит необычная семёрка: шестеро в ней – люди, а седьмой, являющийся самым могущественным средь всех, не имеет к вашей расе никакого отношения. Это всё я успел узнать, пока ты спал, Эльтран, так что не удивляйся тому, что мне столь мало известно. Я попытался найти этих семерых и у меня это получилось. Когда же я хотел пробиться через их барьеры, чтобы понять, кто они и сколь сильны, то именно на седьмом моя волшба разбилась. Очень запутанная магия. Я уверен, что смог бы пробиться через неё тоже, но тогда нас обнаружат и они вышлют сюда армию нечисти. Этот седьмой точно не сцерр, не эльф, не гном и не орк. Хаором? Я так думал, но потом понял, что ты нужен Кровавому Крылу, и зачем тогда другому хаорому мешать ему? Ведь клан Хаорана самый могущественный, да и он сам является сильнейшим из всех вождей.

Помимо них на тебя охотится королевство Рейрс. Там живут люди, но все до единого превозносят эльфов и стараются показать себя перед Богами в лучшем свете, дабы те смилостивились над ними и оказали поддержку. Они тебя хотят убить из-за пророчества одного Архимага давности. На самом деле остальным ты нужен, я полагаю, по этой же причине.

— Но почему все решили, что это я? – недоумевающе спросил Эльтран.

— Ты очень юн и для своих лет слишком силён. Далеко не все маги даже спустя полвека достигают того, чем уже владеешь ты. Ты очень быстро учишься, кое-что сумел осознать сам, и когда особые маги, которые ищут определённых существ, пытались найти необычного человека, который бы подошёл для пророчества, то все их взоры устремились на тебя, Эльтран. Именно поэтому ты и притягиваешь к себе внимание.

И также ты нужен Хаорану и Дейлу. Кровавое Крыло ненавидит эльфов, считает их ничтожными и жалкими, ибо Боги им помогают. Его раздражает то, что Перворождённые не постигают что-либо сами, а лишь просят об этом и получают. Но начинать с ними войну вождь не торопится, ибо знает, что владения эльфов охраняются сильной магией. Ты же, как «человек из пророчества» должен будешь стать столь сильным, что поставишь на колени любую расу. Думаю, что именно для этого ты и нужен Хаорану. Для осуществления его безумных планов. Но я всё никак не могу понять, почему Дейл Эйтер помогает ему?

Ты также интересовался нами, ведь так? Надеюсь, ты мне поверишь, если я скажу, что мы не причиним тебе вреда и не хотим превращать в идеальное оружие для безумных целей? Мы лишь хотим помочь тебе развиться и стать сильнее.

— Почему я должен верить? Дейл и Хаоран тоже самое говорили, и что в итоге? Веал, а зачем вам, сцеррам, это нужно? Зачем вы помогаете мне?

— Всё просто, Эльтран… Я дал слово. Я хорошо знал того Архимага вашей расы, коему было видение о приходе подобного человека. Сальвенто был весьма способным магом, именно потому я согласился обучать его. Его преемником стал магистр Эльтран (в честь которого тебя назвали). Одарённый, но не настолько, как Сальвенто. Были у него ученики и сильней, но мой друг выбрал, скажем так, дипломата, а не могущественного мага. Да, Архимага Эльтрана ни в коем случае нельзя назвать слабым, но все основные союзы между людьми и иными расами заключены именно им. В вашу магию он ничего не привнёс, увы. Хм… отвлёкся… Прости. Архимаг Сальвенто первым делом поведал мне о своём видении и я обещал ему, что если на своих тысячелетиях мне доведётся встретить «человека из пророчества», то я помогу ему всем, чем смогу.

— Тем не менее, Веал, зачем тебе это?

— Видишь ли, Эльтран, просто… просто таково пророчество. Не бывает такого, что сильный маг внезапно увидел нечто столь значимое. Видения и сны различны меж собой, и опытному магу не составит труда различить их. К тому же когда-то мы, сцерры, не верили в силу пророчеств, ибо ещё ни разу они не сбывались. Но однажды один ар’ше сказал, что ему было видение. Он видел, что от былого нашего величия останутся лишь руины и пепел, а раса наша будет уничтожена. Никто не поверил ему, ибо ещё никогда не бывало у нас пророчеств. И что же случилось в итоге? Почти всё сбылось. Хаоромы объявили нам войну и хотели истребить всю нашу расу. Города и королевства были уничтожены. Пророчество сбылось, хоть и не полностью, ведь не все сцерры убиты. Однако нас осталось очень мало. И теперь мы хотим помочь тебе, так как некогда сами допустили ошибку и не послушались мудрого ар’ше. Но многие сцерры считают, что если мы не будем вмешиваться в ваше пророчество, то оно нас и не заденет. Однако если ты попадёшь в плохие руки, то тогда из тебя сделают убийцу. А коль тебя убьют и пророчество не сбудется, то неведомо, к каким последствиям это может привести.

Эльтран довольно долго молчал и не знал, что и ответить. С одной стороны, можно было бы поблагодарить сцерра, но он не исключал вероятности того, что всё обман.

«Если уйду, то… что буду делать? Хаоран и Дейл ищут меня, да к тому же ещё две группы людей. Самому сбежать ото всех не получится. А если сцерры всё же врут? И уйти не могу, и оставаться боязно… Что ж, я уже знаю, как себя ведут лжецы, так что смогу всё распознать. Да… пока безопасней так»

Он лишь сдержано кивнул, тем самым поблагодарив сцерров за всё и давая понять, что он останется с ними.

Маг-сцерр сидел отдельно от Эльтрана и медитировал. Мальчик же погрузился в глубокие думы. Как быть? Что делать? До конца доверять сцеррам нельзя, ведь так? Но и сомневаться в их искренности пока не приходилось, но всё-таки…

«А где же второй? Как его… Менер. Его всё нет и нет. Не случилось ли с ним чего-нибудь часом?»

Мальчик тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Он волновался за какого-то сцерра? Серьёзно?

«Да что же с тобой?! Очнись! Да, пока что они добры и помогают мне, но неизвестно, что будет потом. Может они такие же, как и Дейл. Или даже хуже! И тогда придётся пожалеть, что я не остался с хаоромами…»

— Как себя чувствует мальчик? – внезапно донеслось до ушей Эльтрана.

Из коридора появилась высокая фигура второго сцерра. Старый ар’ше тотчас же открыл глаза и засыпал Менера вопросами.

— Что ты видел? Где был? Почему пропадал так долго, а не явился вчера, как я тебе и говорил? Тебя никто не видел?

— В лесу нынче опасно. В небе кружат хаоромы, а также где-то здесь затаились другие, что гонятся за Эльтраном. Я подобрался к полю и смотрел на летающий остров. Хаоромы до сих пор трудятся там, но большая их часть занята поисками мальчика. Так же, как я понял из разговора крылатых, Кровавое Крыло знает, кто помогает Эльтрану. Разбойники несколько дней назад ушли с этих краёв, и следы их ведут на юг.

— Тебя никто не видел?

— Пару потерявшихся из отряда нечисти и один хаором, решивший отдохнуть. Не стоит за них беспокоиться, Веал.

— Будь осторожней в дальнейшем.

— Разумеется, Веал. А теперь прошу простить меня. Надо отдохнуть и поспать, – молодой сцерр коротко поклонился, после чего исчез в коридоре.

Можно ли доверять сцеррам? От этого вопроса Эльтран никак не мог избавиться, ибо всё ещё сомневался. Что же делать дальше? Как поступить с Дейлом? С Хаораном? С разбойниками, что двенадцать лет отравляли ему жизнь? Куда податься теперь? Когда прекратится эта бессмысленная погоня за ним? Как быть с «Ха-каре-мар»? с королевством Рейрс? И, это интересовало его больше всего, что же со снами? Правда ли всё было так, аль это результат чей-то волшбы?

— Я могу дать тебе ответы на некоторые вопросы, – внезапно раздался голос Веала. Эльтрану не очень-то и нравилось, что ар’ше мог так легко читать его мысли, но, увы, пришлось с этим смириться. Во всяком случае, пока что он смирился.

— Я тебя слушаю, – сухо проговорил мальчик.

— Полагаю, если я скажу, что ты можешь нам доверять – это ничего не изменит, ведь так? Не буду пытаться доказать тебе это, но надеюсь, что однажды ты поймёшь, что мы тебе не враги и желаем помочь. Как поступить с теми, кто гонится за тобой – решать тебе и только тебе. Я не могу тебе указывать, но могу с уверенностью сказать, что сейчас ты с ними не справишься. Ты ещё слишком слаб, как физически, так и магически. Дейл не столь уж и молод, но знания его весьма велики, и поверь, в магии он куда изощренней, нежели показывал тебе. Семёрка из «Ха-каре-мар» – очень странные личности. Точнее, только один из них представляет наибольшую опасность. И опасен он уже тем, что мы не знаем, представителем какой расы он является. Не зная врага, Эльтран, бессмысленно нападать. Королевство Рейрс пусть и не отличается силой и великой армией, но в одиночку тебе с ними не справиться. Но все эти преграды меркнут по сравнению с самой главной из них – с Хаораном. Тебе сейчас глупо даже думать о том, чтобы сразиться с ним, ибо он слишком силён.

— Но Веал, ты же сам сказал, что я тот, о ком говорится в пророчестве, верно? А это значит, что настанет тот день, когда я смогу уничтожить Хаорана и всю его летающую крепость. Так почему ты сомневаешься?

— Юн ты ещё, Эльтран, а потому и безрассуден. Пойми вот что: мы считаем, что ты тот, о ком говорится в пророчестве, но знать точно мы не можем. Собственно, никто иной тоже не знает. И я же сказал, что ты сейчас не сможешь одолеть его.

— Если никто точно не знает, то почему тогда все идут за мной?! Почему я им нужен?!

— В тебя заложена огромная Сила, которая притягивает взоры ищущих. Когда я пытался найти следы «человека из пророчества», то увидел тебя. Я уверен, что с остальными произошло тоже самое. Но в отличие от них, я допускаю возможность того, что все ошиблись, а настоящий «человек из пророчества» бродит по миру и совершенствуется, либо ещё даже не родился. Но, тем не менее, ты достаточно силён, а поэтому тебя попытаются использовать для собственных целей. Хоть я и обещал помочь «человеку из пророчества», но ежели ты таковым не окажешься, то даже тогда я не хочу, дабы случилось нечто подобное. Не хочу, чтобы тебя использовали для непонятных целей.

— Всё равно не понимаю… если никто не уверен, то зачем гнаться за мной?

— Я и сам не всегда всё понимаю, мальчик, – признался Веал. – Порой всё так сложно, так запутанно и непонятно, что ты просто не в состоянии осознать, что происходит на самом деле, а что является иллюзией и бредом. Если ты хочешь, то я отвечу на остальные твои вопросы.

Эльтран кивнул.

— С разбойниками тебе будет легче всего справиться, ведь среди них нет магов, но всё равно ты нуждаешься в подготовке. Ты должен владеть не только начальными магическими навыками, но и более сложными заклинаниями, а также тебе надобно обучиться владению оружием. но, Эльтран, неужели тебе так хочется отомстить им всем: разбойникам, Дейлу, Хаорану, королевству, «Ха-каре-мар»? ты этого хочешь?

— Все мне не нужны. Первых трёх перечисленных тобой более чем достаточно.

— Да будет так. У тебя есть причины для этого и коли ты этого хочешь, то я не стану тебя переубеждать. Ты волен сам выбирать свою судьбу и свой путь. Но знай, податься тебе некуда и идти сейчас тоже. В лесу слишком много врагов и выбраться ты не сможешь. Это можно сделать только телепортацией. Но в этот раз я не смогу тебе помочь, ибо перемещение другого существа на большое расстояние требует подготовки с того, кого переносят. То есть тебе надобно обучиться и только тогда я смогу применить это заклинание. Иначе случиться с тобой может нечто иное… В лучшем случае – ты умрёшь.

— Неужели может быть то-то хуже?

— Для магии нет ничего невозможного, Эльтран. Может случиться такое, что ты попадёшь в место между жизнью и смертью, очутишься в совершенно ином мире, падёшь в кромешный мрак или Пустоту, и тогда никто не сможет тебе помочь, а ты станешь вечным узником тех мест. И то, что тебя интересует больше всего – твои сны. Я не знаю, реальны ли те события, аль нет. Но я могу помочь тебе это узнать. Каждое разумное существо, Эльтран, запоминает увиденное в течение жизни. Так устроен разум. В нём хранится всё, что ты когда-либо видел и слышал. Однако, дабы ты не сошёл с ума от всего этого, большая часть знаний уходит в темноту.

— Веал, как мне всё вспомнить? – оживился мальчик.

— Я могу ввести тебя в особый сон, и ты увидишь больше, нежели раньше, а также сумеешь понять, реальны ли те события или же нет. Ты согласен?

Эльтран незамедлительно кивнул, и так и не подумал, что это могла быть ловушка. Как поступить, если этот «сон» окажется обманом для того, чтобы создать подходящий момент и убить Эльтрана, либо перевести его в другое место, где уже готов жертвенный алтарь?

Маг-сцерр подошёл к мальчику, положил руку ему на голову и стал шептать странные слова. По его тощей руке пробежались голубоватые потоки Силы, проникавшие в голову Эльтрана. Мальчик закрыл глаза и уснул крепким, магическим сном.

Вокруг царил сплошной непроглядный мрак, и было невозможно понять, очутился ли он вновь во сне или же нет. Ему очень комфортно, тепло, и казалось, что в этом мраке можно провести всю жизнь. И Эльтран согласен жить так. Тишина, спокойствие, тепло. Никто не гнался за тобой, не желал твоей смерти и не пытался превратить в идеальное оружие для непонятных целей. Не надо нервничать, переживать за что-либо, думать о мести. Самое интересное заключалось в том, что и сам Эльтран не мог понять: он спал или же нет? Но всё начало рушиться, меняться. Покой сменился страхом, на место тепла пришёл холод. Мальчик всё ещё ничего не видел вокруг, но слышал отдалённые голоса и не мог их разобрать. Тёмные завесы спали, и он увидел лицо мужчины, державшего его на руках.

«Отец?»

Эльтран чувствовал, что это он. Раньше во снах он видел всё творящееся, но именно его глазами. Теперь же всё поменялось и он глядел на высокого (как ему показалось) мужчину, с относительно длинными иссиня-чёрными волосами, собранными в хвост. Черты лица довольно резкие, глаза карие и от них веяло лишь теплом, заботой и любовью. И был он худ, но Эльтран уверен, что его отец хорошо владел не только магией, но умел и драться.

Он некоторое время подержал мальчика на руках, после чего подошёл к своей любимой и передал его ей. И Эльтран увидел… увидел её. Нежная, прекрасная, даже несмотря на её усталость, измученная, она нашла в себе силы улыбнуться ребёнку. Сапфирового цвета глаза, длинные чёрные растрёпанные волосы с соломой в них.

«Парализуй меня люкр! Мама… мама! Как же ты прекрасна! Как же я рад, что вижу тебя!»

Он не находил нужных слов, дабы передать всё то, что чувствовал в тот миг. Стоило только женщине взять малыша на руки, как Эльтран ощутил чудесный покой и умиротворение. Так хорошо ему не было даже в том мраке, из которого его вырвали несколько мгновений назад.

«Как бы мне хотелось, чтобы это длилось вечно»

Но он знал, что этому не суждено сбыться и вскоре случится кое-что ужасное. Ему не хотелось даже думать об этом, ибо он наслаждался каждой долей мгновения рядом с родителями. Уловив пристальные взгляд отца, мальчик ощутил магические толчки, направленные в него.

«Осматривает меня. Смотрит, каков мой магический потенциал и думает над именем» – понял Эльтран, так как запомнил этот момент.

— Эльверо, что ты видишь в нём? – обратилась мать к мужу.

— Огромный магический потенциал, Ларейн. Он станет великим магом, – с гордостью ответил отец.

— Как его назовём?

— Пока не знаю, дорогая. Я ещё не сумел разглядеть какое имя ему нужно дать. Ты ведь знаешь – чем сильней маг, тем более особенным должно быть его имя.

«Эльверо и Ларейн. Отец и мать. Их имена… Что бы ни случилось, я буду их помнить! Даже тысячу жизней спустя!»

Всё вокруг затряслось, стены сарая содрогались, солома стала приподниматься в воздух, огонь небольших факелов разгорелся, облизывая потолок, но не поджигая его. Ларейн покрепче прижала сына, а Эльверо метался из стороны в сторону и магическим образом пытался выяснить происходившее. Сарай наполнился едва уловимым шёпотом, кой, разумеется, мальчик не сумел разобрать. Однако то, что случилось после, перевесило всё остальное. Он увидел, как чья-то исполинская рука тянулась к отцу. Она показалась из потолка и был виден только палец, да и тот не полностью. Почти прозрачный, едва заметный, Эльтран уверен, что кроме него больше никто её не видел. Но присмотревшись, он заметил, что палец не принадлежал человеку. Да, отдалённо похож, но на нём длинный коготь, а вместо кожи – переливающаяся тёмными цветами чешуя. Воображение Эльтрана отчётливо представило, как обладатель этой руки разрубал цепь гор, вырывал из земной тверди огромные куски, вполне подходящие хаоромам для использования их в качестве летающих островов. Несмотря на всю грозность и могущество, существо осторожно коснулось кончиком когтя лба Эльверо, и мужчина застыл на месте. Когда же рука исчезла – всё успокоилось. Лампы вновь горели размеренно, солома упала наземь, а стены более не тряслись. Лицо же отца несколько изменилось.

«Что случилось? Неужели он что-то узнал?»

— Эльверо, что это было? – взволновалась мать.

— Не волнуйся, Ларейн. Всё хорошо. Ты даже не представляешь, насколько хорошо, – улыбаясь, ответил отец и подошёл к ним. – Мне сказали его имя, – мужчина погладил сына по голове и глаза его были полны надежд.

И тут началось. Стену сарая разнесло в щепки от заклинания, отбросив одну из женщин, что помогали во время родов. Отец – честь ему и хвала – успел среагировать и поставил магический щит, прикрывший лишь их троих. Женщину же ту отбросило к противоположной стене и вслед в неё пустили несколько арбалетных болтов. Эльтран отчётливо услышал звук натягивающейся тетивы и нападавшие принялись стрелять в его отца. Тот же, как истинный маг, сжёг стрелы ещё в воздухе и пустил в ответ магическую стрелу. Послышалась брань и крики. Из зияющей дыры в сарай ворвалось несколько вооружённых людей, и Эльтран чуть не обезумел, увидев символы на их одеждах: пять красных змей, пересекающихся друг с другом и с направленными ввысь головами.

«Они! Это они! «Иллитиалы»! Так вот кто повинен в том, что произошло с моими родителями?!»

Разбойников было с дюжину, если не больше. Окружив семью, они напали. Эльверо одним лёгким движением отшвырнул одного из них при помощи магии на добрых десять метров и снёс им разгоревшуюся стену сарая. Второй напал сзади и подошёл почти вплотную, но отец успел отойти в сторону от удара, развернулся к нападавшему лицом, перехватил меч и быстрым движением перерезал тому горло. Остальные же решили напасть вместе. Не самое разумное решение. Лучше б нападали парами и друг за другом, чтоб оставить как можно меньше шансов Эльверо на победу.

Отец Эльтрана пару раз крутанулся с мечом, выставив его вперёд, и все разбойники отпрыгнули назад либо остановились. Воспользовавшись этим, маг применил пугающее заклинание: половина из оставшихся в живых разбойников начала разлагаться на глазах. Кожа сперва побледнела, после чего стала мертвенно-серой, покрылась непонятной и вонючей слизью, отслаивалась от тела, обнажая одну за другой отваливавшиеся мышцы.

— Вперё-ё-ёд! – прокричал один из нападавших, и в сарай ворвалось ещё больше разбойников.

Они атаковали и атаковали, стараясь не дать ни секунды на отдых несчастному отцу. Даже магия слабо помогала ему или действовала не так, как долго. Он посылал в разбойников странные фиолетовые свечения, принимавшие облик длинных стрел; огненные шары, потоки пламени, даже призвал своего огненного элементаля. Но что-то шло не так. Что-то мешало его магии проявиться во всей своей разрушительной красе.

Погибли многие, но и Эльверо не обошёлся без ран, хоть они и не смертельны. Но даже окажись они таковыми – ему было бы всё равно, ибо он должен защитить семью.

— Стоять! – пригрозил один разбойник, что оказался сообразительней остальных, ибо он подбежал к матери с сыном и приставил кинжал к горлу Ларейн. На его возглас остановился не только Эльверо, но и остальные нападавшие.

— Маг, посмотри сюда! У меня в руках жизнь твоей жены. Если он дорога тебе, то брось оружие!

Разбойник либо не учёл, либо забыл, что женщина тоже являлась магом, хоть она сильно ослабела после родов. Ларейн выхватила кинжал у мужчины при помощи магии, и вонзила его ему в голову. И тут же в неё полетел арбалетный болт, попав прямо в горло.

— Ларейн! – воскликнул отец мальчика и прибег к разрушительному заклинанию. Он выпустил огромную огненную волну, пронёсшуюся по округе и пожиравшую всё на своём пути. Эльтран видел, как огненная смерть надвигалась и на него, но не тронула. Он чувствовал жар от пламени, но не более того. Вокруг новорожденного будто бы образовался невидимый купол, защитивший его.

Когда заклинание отца развеялось, взору мальчика открылось следующее: от сарая не осталось ровным счётом ничего, деревья вокруг, трава и даже камни обратились в прах, а земля подобна раскалённым углям.

Эльверо стоял недалеко от сына и тяжело дышал. Из носа, рта и ушей шла кровь. Мужчина обессилел, ему трудно даже передвигаться, но, тем не менее, он подошёл к сыну, всё ещё лежавшему на руках мёртвой жены. Отец рухнул на четвереньки и смотрел на неё.

— Ларейн… О, Ларейн! Зачем же ты так поступила? – Эльверо не сдерживал слёз утраты. – Я бы применил заклинание и испепелил бы их всех… и ты бы осталась жива. Ларейн… милая моя Ларейн… Кто бы ни был повинен в твоей смерти, знай, я отомщу за тебя, – глаза мага пылали жаждой мести. – Мальчик мой, не бойся. Всё будет хорошо, – он гладил Эльтрана по голове, надеясь успокоить сына, хоть тот и не плакал. Хотя, быть может, тем самым Эльверо пытался успокоить себя самого.

«Я и не боюсь»

— Они заплатят за то, что сделали с ней. Они…

Договорить ему не дал подкравшийся сзади разбойник. Он схватил Эльверо одной рукой за волосы, потянул на себя, а другой приставил к горлу кинжал. Отец смотрел своему чаду прямо в глаза и плакал. Не успел Эльтран и осознать происходившее, как Эльверо перерезали горло и отбросили тело в сторону. Его убийца наклонился, чтобы рассмотреть мальчика.

«Валис? Валис! Ты! Ты убил моего отца! Я всегда тебя ненавидел, а теперь буду ненавидеть ещё больше! И не будет мне покоя, пока я не убью тебя и всех, кто повинен в смерти моих родителей!»

— Так это он и есть? Тот самый? – недоверчиво спросил Валис.

— Да, это он, – раздался чей-то голос со стороны, но мальчик не видел говорившего, так как его взгляд в прошлом был устремлён лишь на разбойника.

«Проклятье! Надо повернуть голову и увидеть! Ну же… давай! Поворачивай!»

Увы, но невозможно управлять прошлым.

— Что-то не похоже, что этому сосунку предстоит стать великим магом, – фыркнул разбойник.

— Ты сомневаешься во мне?

— Кхм… что вы! Никак нет! Просто хочу сказать, что я ничего в нём не видел.

— Видеть затаённое тебе не дано, Валис. А посему делай то, что я говорю. Забирайте мальчика.

«Да поверни же ты голову, идиот!»

— А что делать с этими?

— Эльверо и Ларейн… Я некогда знал их. Достойные были маги, достойные. Как бы там ни было, но они маги, а посему я предам их тела огню.

— Как скажешь.

«Поворачивай!»

И на этом всё резко оборвалось. Мрак накрыл прошлое.

Эльтран сделал глубокий вдох, как если бы провёл слишком много времени под водой и его организм требовал воздуха, и буквально вскочил с кровати. Рано. Слишком рано он вернулся.

— Что случилось?! Почему я опять здесь?! – недовольно воскликнул мальчик.

— Успокойся, Эльтран. Я вернул те…

— Зачем?! Ещё рано! Я не успел увидеть всего!

— Пробудь ты там ещё хотя бы минуту, то мог бы погибнуть.

— Надо было рискнуть, Веал! Когда теперь я узнаю, кто возглавлял тогда разбойников?!

— Эльтран, пойми, я не мог рисковать. Ты не должен погибнуть.

Но сын магов его не слушал. Он метался из стороны в сторону и с губ его то и дело слетали проклятия. Успокоившись, он просто рухнул на стул и принялся плакать.

— Эльтран, мальчик, скажи, что ты видел?

И Эльтран рассказал. Всё в мельчайших подробностях рассказал. Маг-сцерр некоторое время молчал, дабы понять, что лучше всего спросить ещё у мальчика.

— Скажи мне, – наконец нарушил он молчание, – то, что ты видел – было на самом деле? Как знать, быть может, ты увидел лишь то, что хотел увидеть?

— Веал, это исключено. Так было на самом деле. Я знаю… я… чувствую, – Эльтран не знал, как ему объяснить всё то, что он ощущал. Он просто знал, что всё так и было.

— Жаль, что твои родители покинули этот мир, так и не побыв с тобой подольше.

— Да… жаль…

— И что ты теперь намерен делать?

— Ты ещё спрашиваешь, Веал? Я должен найти разбойников и убить их. Особенно Валиса. Но прежде надо будет у него узнать, кто отдал им приказ.

— И ты убьёшь его?

— Да.

— А если ему отдал приказ кто-то ещё? А тому приказали другие?

— Тогда я найду и убью их всех, – твёрдо ответил мальчик.

— Даже если эта цепочка будет простираться до горизонта?

— Меня это не остановит.

— А если ты потеряешь нить? Если ты зайдёшь в тупик и не будешь знать, кого убить следующим. Как поступишь тогда?

— Найду того, кто знает. Если понадобится – убью абсолютно всех.

— Хорошо, Эльтран. Как я уже говорил ранее, это твой путь. Ты сам волен вершить свою судьбу. Я же, со своей стороны, предлагаю тебе свою помощь.

— И чем же ты мне можешь помочь, Веал?

— Я обучу тебя магии, Эльтран. Настоящей магии. Ты станешь сильнее, а твой скудный арсенал магии Четырёх Стихий пополнится. Но и не только он. Эльтран, я помогу тебе заглянуть ещё глубже внутрь себя и увидеть, какое из множества направлений является твоим. К чему у тебя наивысший потенциал. А Менер обучит тебя фехтованию и бою без оружия. Что скажешь?

— Готов начать хоть сейчас! – вскочил мальчик.

— Понимаю, но после этого заклинания тебе нужно успокоиться. Такое рвение, конечно, похвально, но тебе надо отдохнуть простым человеческим сном. А завтра мы начнём твоё обучение.

***

Маэль зашёл в комнату, полностью сделанную из белоснежного мрамора. В центре стоял стол, рассчитанный на семерых и полностью сделанный из золота, собственно, как и вся иная мебель с посудой. Высокий потолок покрыт мозаикой, олицетворяющей Творца и создаваемый им мир. Необычной эту иллюстрацию делало то, что она двигалась. Творец неторопливо размахивал руками, описывая круги, смотрел на мир с различных сторон; и сам мир постоянно менялся, превращаясь из угольно-чёрного шарообразного куска в дивную планету, покрытую водой, с несколькими континентами, с лесами, равнинами, горами и облаками. Маэль знал, что достигнув момента сотворения, мозаика возвращалась в изначальное состояние и всё повторялось вновь. Под потолком в воздухе висела огромная люстра из алмазов с множеством свечей, которые всегда горели и никогда не заканчивались. Окна закрыты плотными и тяжёлыми занавесками кремового цвета.

Маэль никогда не понимал, зачем требовалось всё это, особенно люстра, коль учесть, что в помещении всегда светло и без свечей. Но он смирился с этим, хоть ему и нелегко принять подобное. Всё-таки старший брат Эллариэль гораздо старше любого из иных Богов, а потому, считал Маэль, ему простительны подобные ненормальные глупости. Сам же Мрачный Бог (как его порой называли остальные), не любил подобной обстановки и предпочитал тёмные, мрачные, угнетающие цвета, а замок у него высокий, с множеством шпилей и причудливыми крылатыми статуями на них, что называли «горгульями». Он находил их интересными, но больше всего его забавляло само слово. Такое… несуразное, но при этом гармоничное. Его всегда восхищало то, как простые смертные умудрялись придумывать подобные слова.

В самом же конце комнаты Эллариэль восседал на своём любимом мраморном троне, сиденье и спинка которого накрывала необычная бархатная ткань золотого цвета. Пьедестал довольно высок, и на нём вырезано одиннадцать фигур с искривлёнными от боли и страха лицами, и вознесёнными вверх руками, просящими старшего из Богов о пощаде и милосердии. Маэль полагал, что в пьедестале заточены души предыдущих Богов. Он коротко поклонился перед старшим братом.

— Эллариэль, ты хотел меня видеть, – это не вопрос, но утверждение.

— Маэль, – начал старший брат, встал с трона и спустился к гостю. – Я хотел поговорить с тобой относительно того человека из пророчества.

— Может лучше обсудить это вместе с остальными?

— Нет, Маэль, их мнение мне уже давно ведомо. И то, что они могут предложить – я тоже знаю. Меня интересует иной взгляд на всё это. Ты всегда был самым сообразительным и хитрым средь нас.

— Эллариэль, моя хитрость меркнет по сравнению с твоей мудростью и силой, – чуть улыбнулся Маэль, слегка поклонившись.

— Тогда скажи мне, почему я сомневаюсь? Почему меня гложет червь сомнения, медленно изъедающий изнутри? Быть может, мы ошиблись с этим человеком?

— Разве Боги могут ошибаться?

— Ошибиться может кто угодно. Начиная от простого скудоумного человеческого крестьянина и заканчивая самим Творцом, – парировал старший брат. – К тому же скажи, разве мы столь сильно отличается от некоторых смертных? Мы могущественней, мы неизмеримо старше, а потому у нас больше знаний, нежели у смертных. Но ведь даже средь таких рождаются порой особенные, что возвышаются над остальными. Разве нельзя сказать о таких, что они оказались мудрее нас? Мы все лично видели и ощутили на себе мага-сцерра из далёкого мира, что в совершенстве познал магию Тьмы и почти слился с нею. Есть и другие, что намного старше меня.

— И что же заставило твой разум усомниться? – Маэль постарался вернуть Эллариэля к теме разговора, так как старший брат легко отвлекался и мог долго говорить о чём-то другом.

— А то, Маэль, что уже на протяжении многих лет мы ищем тех «о ком говорится в пророчестве». Не забывай, что этот юноша далеко не первый. Были и другие, и, как ты помнишь, из множества миров. Будь это бреднем старика в одном единственном мире – мы бы и бровью не повели. Тем не менее, во множестве миров находятся люди, что предрекают одно и то же, и пророчества их звучал зачастую столь нелепо, что становится тошно. Но изрекаемое множеством глупцов заставляет задуматься: а может всё-таки это возможно? Только за последние тысячелетия мы разобрались с тридцатью семью сотнями «людьми, о которых говорилось в пророчестве». И постепенно их становится всё больше и больше. И вот теперь вновь объявился некто могущественный в одном из миров. И что же нам делать, Маэль? Неужели нам придётся вечно вылавливать их и убивать, дабы пророчество – если оно верное – не сбылось?

— Кхм… уважаемый старший брат, уж не предлагаешь ли ты опустить руки?

— Знаешь, брат, этого бы мне очень хотелось, ибо мне начинает надоедать эта погоня, кажущаяся мне бессмысленной тратой времени.

Эллариэль подошёл к окну и шторы сами раздвинулись, открывая вид на бесконечные океаны пушистых облаков. Конечно, в Обители Богов нет и не могло быть облаков, собственно, как и рек, гор, озёр, океанов, пустынь или равнин. Это не было даже миром. Обитель скорей походила на большой остров, находившийся где-то в иных реалиях и пространствах, куда почти никто не мог добраться. Но Бог на то и Бог, что в состоянии создать для себя то, что ему хотелось, а Эллариэля успокаивали облака. Он находил в них что-то безмерно прекрасное и величественное, а главное – непорочное. Недаром ведь многие расы в различных мирах считают, что конец света наступит, когда им на голову упадут облака.

— Может тогда нам стоит избавить от всего рода людского? – предложил Маэль. Эллариэль наполовину повернулся к нему и философски приподнял одну бровь.

— Ты предлагаешь истребить целый вид? Просто так?

— Во-первых, брат, не просто так, а с целью того, дабы мы точно знали, что пророчество не сбудется. Во-вторых, лично мне людей не жалко. Это слабая и ни к чему не приспособленная раса. В-третьих, разве Творец не поступил некогда так же давным-давно? А почему? Потому что счёл те расы несовершенными, недостойными жизни. Так почему бы нам не оказать услугу Вселенной и не поступить подобным образом с людьми?

— Не забывай, что Творец создал людей последними. И он сохранил им жизнь, хотя мог убить одним движением руки. Но тем не менее, они живы, а это значит, что Творец в них что-то увидел. Не нам решать так просто кому жить, а кому умереть. Когда Творец вернётся и увидит, что мы уничтожили несколько рас лишь из-за того, что посчитали их недостойными, он избавится от нас. К тому же не нам сомневаться в его Воле и разуме. Именно потому мы и собираемся устроить всем расам испытание нечистью, дабы проверить, какие из них достойны, а какие нет. И если люди выживут – значит, они имеют право на существование. Я смотрю с пренебрежением на все расы, кроме эльфов., Маэль, и ты это знаешь. Однако мы должны быть объективны. Наши предшественники таковыми не были. Былые Боги слишком возгордились, возомнили себя сильнейшими, а на все расы, даже на сородичей, им было плевать. Таковым не был лишь Бог-сцерр, но в остальном он не отличался от других. Они мешали…

— Да, они мешали, Эллариэль, но не ты. Ты ведь был с ними. Ты знал их всех. Ты был для них братом, как и мы для тебя. Но что случилось в итоге? В итоге ты и сверг остальных.

— Я сделал это исключительно из любви к своей расе, Маэль! – воскликнул старший брат и от голоса его содрогнулись стены, а облака принялись меняться, приобретая грозный тёмный вид. – Если бы я так не поступил, то что бы стало с эльфам? Ещё пятнадцать тысяч лет назад они были слабыми, но сейчас… сейчас всё иначе. Эльфы, наконец, стали сильными, достойными звания Перворождённых. Но с другими всё иначе. Они не хотят постигать нового, не хотят развиваться. Им нравится жить в болоте, Маэль, а потому наш долг, как Наместников Творца, помочь им исправиться. Но отец наш создал слишком много различных рас, а потому мы должны проверить, все ли из них достойны права на существование.

— Я это прекрасно понимаю, Эллариэль. Как и все остальные. Но не о том мы хотели поговорить. Брат, ты спрашивал меня относительно этого мальчика, о котором, быть может, говорится в пророчестве. Так вот: предлагаю не опускать руки, а продолжать действовать. Увы, мы лично не можем убить его пока он сам не бросит нам вызов, но если это случится, то это будет говорить о том, что он стал достаточно силён, дабы тягаться с нами. Нельзя этого допускать! Моё предложение с нечистью поддержали все, Эллариэль.

— Истинно так. Наслать начисть и обвинить во всё этого мальчишку.

— Почему бы не сделать так, дабы нечисть тоже желала ему смерти? Не всё ли равно как и кто его убьёт? Коль случится так, то можно сказать, что он, будучи наделёнными великой Силой обладал слабым умом, а посему призвал великое множество существ, но управлять ими всеми не смог, собственно, как и погубить. И поэтому его же собственная армия его и убила.

— Подобное сгодится лишь для одного мира. В остальных же всё будет идти так, как мы и рассчитывали.

— А если появятся новые «люди из пророчества»? что будем делать тогда?

— Обвиним и их в появлении нечисти.

— А ежели таковых окажется слишком много? – не останавливался Маэль.

— Выявим самых сильных средь них и постараемся избавиться.

***

Дейл остался на летающей крепости хаоромов и медитировал. Он надеялся таким образом почувствовать Эльтрана. Так… нужно найти магический след мальчика. Вот он уловил чёткий силуэт, ведущий от острова прямиком в лес, после же бродил по нему и столкнулся с кем-то. Судя по магическим переплетениям волокон – на людей. Они хотели его поймать, но Эльтран сумел ускользнуть от них.

Колдун не мог не восхититься выносливостью мальчика. Даже несмотря на то, что его приземление отнюдь не было мягким (старик не уверен, но предполагал, что мальчик сломал несколько костей), так его ещё ранили люди, но потерял для своего возраста слишком много крови. А он всё бежал себе и бежал. Казалось, что Эльтран игнорировал всё это. И опять же Дейл задавался вопросом: откуда в этом маленьком мальчике столько упрямства и выносливости? Он ведь не знал никакой иной жизни, кроме рабской с разбойниками, но, тем не менее, пытался убежать. И убежал бы, не почувствуй старый колдун магический толчок. И во время их обучения Эльтран проявлял огромную выносливость не то что для своего возраста, но даже для большинства взрослых чрезмерную. Что уж говорить про тренировки с Хаораном. Даже сам Кровавое Крыло явился к Дейлу и сказал как-то, что мальчишка с огромным потенциалом. И особенно отметил то, что Эльтран старался изо всех сил не проявлять эмоций. Больно ему иль радостно, страшно – лицо почти всегда оставалось подобно каменному изваянию.

След вёл всё глубже в опасный лес, и только после того, как мальчик столкнулся с другой группой людей, Дейл почувствовать, что его бывший ученик применил магию выносливости и подавления боли. Он его этому не учил, равно как и Хаоран. Но не было времени дивиться подобной сообразительности двенадцатилетнего мальчика, ибо он наткнулся на других существ. Колдун некоторое время не понимал, кто это такие, но потом озарение снизошло на него… Сцерры. Всего двое, но оба очень сильны. Разумеется, он не понимал, зачем им нужен мальчик. Собственно, не понимал также, зачем Эльтран нужен кому-то ещё. След мальчика и сцерров оборвался возле логова люкров. Никаких иных выводов и быть не могло: они переместились туда.

«Ох, Эльтран… что же ты наделал… Да, мы хотим создать из тебя своё оружие, но ведь это будет во благо всем людям. Ты должен будешь доказать нашу силу, и ты же сплотишь нашу расу. Надеюсь, что рано или поздно, но ты это поймёшь и вернёшься к нам»

***

— Иди за мной, – спокойным голосом произнёс ар’ше и Эльтран послушался.

Подойдя к стене пещеры, Веал провёл перед ней рукой и она зашевелилась. Камни стали змеями расползаться в разные стороны, открывая проход. Они спускались вниз по образовывавшимся прямо на глазах ступенькам, а сцерр поднял руку над головой и она засияла, освещая всё вокруг. Каменная преграда перед ними стремительно расползалась, и они спускались всё ниже и ниже. Эльтрану очень понравилась эта магия. Она выглядела необычной и сильной.

Спустившись достаточно глубоко, маг-сцерр несколькими взмахами рук преобразил пространство. Огромная невидимая стрела, достойная того, дабы быть выпущенной из баллисты, превратилась в тысячи тысяч змеек. Когда всё было кончено, перед Эльтраном предстало обширное помещение с высоким потолком. Здесь и летать можно, и бежать, и применять всеразличную магию. Тренировочный зал Хаорана показался бы маленькой хижиной по сравнению с тем, что только что сделал ар’ше.

«Как же они все одинаково мыслят» – подумал Эльтран. – «У всех огромные тренировочные залы. Просто огромные и… и всё»

— Вот и наш зал для обучения.

Маг-сцерр щёлкнул пальцами и всё помещение осветилось множеством огненных шаров.

— Начнём со Стихии Земли. Нет, я не буду просить тебя показать то, на что ты способен. Я это пойму по ходу обучения. Эта магия, как и все остальные, очень могущественна, если уметь ею пользоваться. Сцерры – мастера магии Земли. Более того, – ар’ше вытянул правую руку, и она тотчас же обратилась в камень, – мы можем изменять наши тела подобным образом, – рука вновь преобразилась. Пальцы соединились, создав каменный шип. После же изменённая рука Веала разрослась и превратилась в щит.

— Это, Эльтран, то, чем может пользоваться большинство сцерров. Мы – ар’ше – можем гораздо больше.

— Например то, как ты создал это помещение? – мгновенно подхватил мальчик.

— Именно, – кивнул Веал. – Но, как не сложно догадаться, это далеко не последнее из моего арсенала. Я могу как воевать, так и защищать, созидать и даже лечить Магией Земли. Боевых заклятий вполне хватает. Это и рука-шип, что я только что показывал, и просто шипы, поднятые из-под земли и пронзающие тела врагов. Также можно научиться подчинять себе землю так, что ты сможешь вырвать её кусок, придать ему, допустим, форму идеально круглого шара и бросить в стены крепости врага. Коль говорить о созидании, то это подразумевает создание элементалей. Помимо этого, также надо уметь строить и такие пещеры, как эта. Я считаю, коль захотеть, можно построить что угодно, даже целый замок. Только представь себе, Эльтран: огромный замок выходит из-под земли и в нём можно жить. Останется лишь обустроить его изнутри и всё. Увы, но ещё никто не прибегал к подобному. Подозреваю, большинство просто не подумали об этом, а у других ничего не получилось. Увы, я отношусь к последним. Из защитной магии я надеюсь, что мы успеем кое-что изучить. Например, заставить землю под твоими ногами подняться и окружить твою руку, ведь ты не можешь её преобразить, как мы. А также создавать каменный щит или же полностью окружить себя им, чтоб получились доспехи Земли. Но несколько иначе выглядит целительство, Эльтран. Когда речь заходит о целительстве при помощи Земли, то подразумевают не ту землю, по которой ты ступаешь, а весь мир. Трава, деревья, растения, поля, даже пустыни – всё относится к миру, в котором мы существуем. И это всё можно использовать, дабы залечить раны, Эльтран. Возможно, ты спросишь: «А в чём тогда отличие между обычными целителями от магов Земли?». Всё дело в том, что целитель Земли черпает Силу у самой природы, в то время как обычный целитель избавляет от ран и недугов, отдавая на это собственную энергию. Но тут нельзя забывать и о том, что маг Земли, исцеляя кого-либо, становится временным вместилищем для Сил своей Стихии. Эта Сила проходит через него, дабы потом преобразиться и излечить другого. Но, если забрать слишком много, то будешь чувствовать себя отвратительно, когда всё закончится. Однако, есть определённый момент: если рана слишком серьёзная и сложная, то, излечив её, можно забрать слишком много Сил у природы вокруг тебя и она умрёт. К примеру, несколько деревьев может погибнут от подобного залечивания раны. Маги Земли также отличаются от простых целителей и тем, что могут залечивать раны самой земли и всей природы, расходуя собственные Силы. Ведь если она погибнет, то исчезнет и всё остальное.

И они приступили к обучению. Эльтран тренировался, изучал новое, совершенствовал старое. Дейл помог ему в самом начале, Хаоран принялся закалять ученика, а Веал оказался очень добр к нему и спокоен. За целую неделю обучения он ни разу не избил мальчика, и даже не накричал на него. Однако Эльтрану надоела магия Земли. Вот уже целую неделю они изучали исключительно её. Он терял терпение, ибо его пожирала жажда мести. Притом жажда эта требовала скорой мести, а не ожидания, длиною в несколько лет. Мальчик начинал терять над собой контроль, стал резким, нервным. Старому ар’ше всё трудней становилось его контролировать и привить ему терпение. Сцерр держался и старался принять мальчика таким, каким он был, но…

— Эльтран! Ты ведь хочешь отомстить? – сурово спросил сцерр. Впервые послышался металл в его голосе.

— Да! Хочу! Больше, чем что-либо ещё! – воодушевлённо и уверенно ответил мальчик.

— Но ты ещё не готов, – холодно проговорил Веал

— Не готов?! Ты меня вот уже неделю обучаешь этой скучной магии Земли! Я очень многого успел достичь, и я могу справиться с разбойниками теперь, – гордо заявил мальчик. – Дай мне что-нибудь интересное! Покажи Огонь! Научи разрушению!

— С разбойниками? Неужели ты забыл, что также должен справиться с Дейлом и Хаораном? И ведь ещё неизвестно, закончится ли твоя месть на этом. С разбойниками ты, быть может, и сумеешь справиться, но твой магический след уловят и тогда другие явятся за тобой. Ты не сможешь справиться ни с Дейлом, ни, тем более, с Кровавым Крылом.

Мальчик сурово и даже с неким пренебрежением смотрел на учителя, обиженно скрестив на груди руки.

— Я справлюсь с ними, если придётся!

— Неужели? Докажи!

— В… в смысле?

— Мы с тобой сразимся. Разрешаю абсолютно всё. Магия, мечи, рукопашный бой, пыль в глаза… всё!

— И… я должен тебя победить…? – замешкался мальчик.

— Нет, Эльтран, ты должен меня убить.

— У… у… убить? Как это?

— Я сказал это на непонятном тебе языке? – строго произнёс ар’ше. – Убить – значит сделать так, чтобы я больше не двигался, не дышал, а лежал на земле и медленно остывал, пока окончательно не превращусь в разлагающийся и воняющий труп!

Подобная речь не свойственна Веалу. Никогда прежде Эльтран не слышал от него таких слов, и тем более никогда раньше маг-сцерр не был столь суров и явно озлоблен поведением мальчика. Даже вечно спокойный и невозмутимый Менер, мирно сидевший в сторонке и наблюдавший за обучением, сильно изумился.

— Менер! Дай этому несносному, высокомерному мальчишке меч, – воин-сцерр не посмел ослушаться.

— А теперь готовься! И не забудь: ты должен меня убить. Только так ты сумеешь доказать, что уже готов выступить против Хаорана. Ты атакуешь первым.

Эльтран сильно замешкался, долгое время стоял на месте и не знал, что делать и с чего начать. Как ему быть? В глубине души он понимал, что этот бой проигран, так и не успев начаться, но ведь и отступать нельзя. Если бы он сдался, отказался от боя с Веалом, то что случится потом? Он также откажется от боя с Дейлом и Хаораном? А может, Эльтран так и вовсе отступит от всех тех целей, что он поставил и ещё поставит перед собой в будущем? Подобного допускать нельзя, и мальчик уже тогда это понимал, а потому уж лучше сразиться, проиграть за несколько секунд и продолжить обучение.

«Подождите! Почему я думаю… нет, почему я уверен в том, что не сумею одолеть Веала? Да, он намного старше меня. Да, он владеет иными стихийными магиями лучше меня. Но у меня есть цель! И стремление добиться её! Так что Веалу не победить меня. Мне слишком многое ещё предстоит сделать»

Мальчик призвал неистовый ветер прямо под землёй. Казалось бы, что подобное невозможно, но это ведь магия, а для неё не существовало ничего невозможного. Именно этому и обучил его Веал за эту неделю. Надо пересилить себя, заставить мыслить иначе, не думать о том, что возможно, а что нет. Именно так Эльтран и поступил, и ветер оказался такой силы, что сбил бы с ног любого, даже самого крепкого орка. А ар’ше стоял спокойно на месте и даже не шелохнулся, и лицо его оставалось невозмутимым. Мальчик оскалился и прибег к тысячам игл. Они направились к Веалу, но благополучно разбились о незримый щит. Незримый он не только от того, что его не видно, но и потому, что ар’ше не совершил ни единого взмаха рукой, и даже губы его не шевелились. Щит появился, как предполагал Эльтран, от одной только мысли старого сцерра.

«Это не честно! Ему достаточно только подумать о заклинании, как оно случится! Ничего, Веал, сейчас ты увидишь, что я ещё умею»

Следом полетел огненный шар, столь же благополучно разбившийся о защиту. Выругавшись, мальчик применил поток пламени. Из выставленных вперёд рук вырвался бушующий огонь. Оранжевые язычки голодными зверями устремились к цели, но разбились всё о ту же защиту. Надеясь выиграть время, Эльтран не прекращал пускать пламя, а Веал стоял себе спокойно и даже не думал контратаковать.

«Считаешь себя неуязвимым? Сейчас получишь у меня!»

Пока поток огня не закончился, маг-сцерр ничего не видел. Пламя оборвалось резко, и перед ар’ше уже почти вплотную стоял его ученик с занесённым в бок мечом. Удар! И Эльтран застыл с широко раскрытыми глазами. Веал не просто остановил меч, он поймал клинок превращённой в камень рукой.

«Этот удар должен был рассечь его от плеча до пояса!» – подумал мальчик, не понимая, что совершить подобное не столь уж и просто, и на подобное нужно намного больше тренироваться.

На лице Веала заиграла издевательская, как показалось Эльтрану, улыбку. И у него возникло неотвратимое желание снять её любым способом. Для начала требовалось отобрать меч обратно, но ар’ше держал его мёртвой хваткой. Видя попытки ученика забрать оружие назад, Веал отпустил клинок и Эльтран приземлился на спину. Разумеется, подобное он воспринял как оскорбление, а потому разозлился пуще прежнего. Он встал, принял боевую стойку и медленно, шаг за шагом, стал приближаться к ар’ше. Когда их разделяло всего пару метров, мальчик пустил струю огня под ногу сцерру. Тот всё же отпрыгнул немного назад, чтобы не сгореть, и именно это и нужно было Эльтрану. Молниеносный рывок и он уже достаточно близко для смертельного удара. Веал развернулся к ученику спиной, и тот совершил быстрый колющий выпад, достигший цели. Эльтран радовался, ибо меч пронзил учителя, но…

«Разве это должно быть столь легко? Разве оружие столь просто проходит через плоть? Я не почувствовал никакого сопротивления»

Совершив несколько шагов вперёд, Веал развернулся и продемонстрировал мальчику распоротый плащ. Коротким взмахом руки он отбросил Эльтрана.

«Проклятье! Эта магия и мой навык в фехтовании ещё слишком слабы. Тогда я покажу ему то, чему он сам научил меня»

Эльтран откинул меч в сторону и принялся творить заклинание. Земля под ногами задрожала, с десяток каменных комков вырвались из неё и поднялись в воздух. Быстрый жест в сторону Веала и вырванные куски полетели в сторону сцерра, на лету удлиняясь и приобретая форму стрел. Сцерр небрежно махнул рукой, и весь труд мальчика обратился в песок. Эльтран вытянул обе руки вперёд, ладонями вниз, и чуть развёл в стороны. Пальцы его сжались, напряглись и из-под земли показались две каменные глыбы, превосходившие Веала в высотку почти вдвое. Эльтран быстро соединил ладони, и монолиты столкнулись друг с другом, попутно расплющив сцерра. От этого ар’ше не спастись. Две глыбы объединились, стали единым целым, и где-то там, внутри, находились останки мага-сцерра.

— Прости, Менер, что убил его, но он сам этого хотел, – довольным голосом произнёс Эльтран и направился к выходу.

Не успел он сделать и нескольких шагов, как глыба задрожала, покрылась паутиной трещин, а затем просто обернулась в песок. Веал стоял как ни в чём не бывало, и лишь его одежда запачкалась, а на нём самом ни царапины.

— Мне это надоело, – сурово проговорил сцерр и взмахнул рукой.

Вокруг Эльтрана закружились, завертелись четыре Первоэлемента. Огонь, Вода, Воздух и Земля кружились вокруг мальчика столбами, постепенно ускоряясь и объединившись в единое целое. Резко взлетели вверх до самого потолка и единым смерчем, соединившим в себе все Стихии, направились на человека. Эльтран невольно сдавленно закричал и сам упал на спину в преддверии смерти. Смерч замер в локте над его головой.

— Думаю, этого вполне достаточно. Ты проиграл, мальчик.

И страшное заклинание рассеялось подобно утреннему туману.

— Я же сказал, что ты ещё не готов. Не нанёс мне ни одной царапины.

— П… простите меня, учитель, – виновато произнёс мальчик, привстав и чуть опустив голову. – Я… понял свою ошибку. Клянусь всем, чем возможно, больше я вас не подведу!

— Крайне рад это слышать. Сейчас отдохни. Завтра продолжим… с магии Огня.

Огонь являлся, пожалуй, самой буйной из всех Четырёх Стихий. Веал обучил Эльтрана многому, но, разумеется, не всему. После же последовали и остальные Первоэлементы. Пусть Веал и хорошо обучал его, но мальчик понимал, что это всё лишь капля в великом океане магии. Менер же, как и полагалось, обучал мальчика фехтованию и простому рукопашному бою. Он не отличался той железной терпимостью, что в избытке имелась у Веала, но тем не менее, дальше обычных гримас недовольства и злобы, что его ученик не мог с первого раза запомнить элементарнейшее движение, он не заходил.

Так прошло аж три месяца. За это время Эльтран изучил достаточно заклинаний, а также мог весьма уверенно держать в руках меч. Кроме этого, он стал доверять сцеррам, и даже полюбил их, как семью, которой у него никогда раньше не было. Разумеется, от своей великой мести мальчик не отказался, но осознав прошлую ошибку, решил не торопиться.

Закончив магию Четырёх Стихий, Веал поведал немного о ментальной магии, магии Астрала, Тьмы, Света, магии призыва, анимагии, но ар’ше рассказал ученику лишь теорию. Также поведал про иные расы, у кого какие сильные и слабые стороны, кое-что сказал и про различных существ вроде люкров. Увы, но всё ограничивалось лишь объяснениями, ибо в первую очередь от мальчика требовалось иное.

— Эльтран, теперь нам нужно понять, кем ты должен стать.

— Веал, я не совсем понимаю о чём ты.

— Каждый маг имеет своё направление в магии, в котором он сильней всего. Кто-то рождается одним из истинных магов, кто-то колдуном, иные же рождены для ментальной магии. Конечно, можно узнать лишь склонность к тому или иному виду магии, а изучить ты можешь то, что захочешь. Я обучил тебя Стихиям, Эльтран, но это лишь для того, чтобы знания твои превосходили познания остальных. Теперь же нам надо узнать, что именно ты за маг.

— И как это узнать?

— Некогда мы, сцерры, имели собственную Каэтеар… Академию Магии, если говорить на общем языке. Там были специальные маги, определявшие направление для каждого сцерра, поступившего туда. Насколько мне известно, нечто подобное появилось у вас в Энефере. Я не знаю, сколь правильно и точно там определяют направление магии для любопытных. Но учитывая, что путь не близкий и опасный, а переместить тебя туда я не смогу из-за столь большого расстояния, то тебе придётся самому разобраться в себе, мальчик мой.

— Как?

— Помнишь, ты говорил как-то, что во время первых обучений с Дейлом ты сумел заглянуть внутрь себя и увидеть огромную разноцветную сферу с множеством змеек, как ты их назвал? – Эльтран кивнул. – Теперь надо сделать то же самое. Я погружу тебя туда, а ты должен понять свою суть.

— Я тебе доверяю, Веал. Начнём сейчас?

— Да, Эльтран, сейчас.

***

«Что же это такое?! Мы уже столько времени ищем этого паршивого мальчишку! Уже зима успела наступить, хоть и раньше положенного. Как только мороз усилится – хаоромы не смогут слишком долго находиться вне крепости. Какая ирония, что мы, столь великолепная и великая раса, обладаем такими слабыми к морозу крыльями. Но когда я найду тебя, мальчик, а это непременно случится, то я убью сцерров с небывалой радостью»

— Вождь! Вождь Хаоран! – донеслось сзади.

— Зачем ты явился? – наполовину развернувшись, сурово спросил Кровавое Крыло

— Похоже, что мы нашли логово сцерров!

— Что? Где?

— Примерно в четырёх лигах отсюда.

— Четыре лиги? Так близко? Хитры сцерры. Понимают, что чем ближе прячешься к врагу – тем больше вероятность того, что тебя не найдут. Собирай всех. Выступаем через час. Я хочу, дабы до захода солнца Эльтран вновь был с нами.

***

Прит с восьмью десятками прибывших в его распоряжение воинов и магов медленно пробирался через лес. Деревья почти оголены, снег тонкой белой пеленой покрыл всё вокруг. Конечно, пробираться в такое время и вообще прятаться, учитывая, что не имелось никакого прикрытия от природы – всё равно, что выйти в чистое поле. Но не зря Прит настаивал на том, чтобы в каждом отряде имелись маги. Они поставили невидимые купола. Дабы скрыться от хаоромов и «Ха-каре-мар». Однако Прит предпочитал не лгать самому себе, а потому понимал, что он боялся, по-настоящему боялся именно Хаорана. Всякий раз, когда над ними пролетал очередной хаором, все четыре отряда застывали на месте и не выказывали никаких признаков жизни. Конечно, следы их шагов оставались на снегу, но в такие моменты маги быстро избавлялись от них.

Отряды королевства Рейрс медленно, но верно шагали, оставляя позади лигу за лигой. Разбить полноценный лагерь они не могли, равно как и развести костёр, но маги на то и мастера своего дела, что создавали единый большой купол под которым находились все восемьдесят воинов. Самое приятное в том, что внутри него тепло из-за огненных шаров. Нехватки в пище они не испытывали, но провианта не хватило бы больше, нежели на месяц, а потому маги принесли с собой особый отвар, глоток которого позволял чувствовать сытость двое суток. В остальном же лес крайне щедр и богат на живность. Всего магов двенадцать, а столько волшбы, казалось бы, должно было привлечь внимание Кровавого Крыла, ан нет. Половина из них поддерживала заклинание, а другая половина накладывала целую сеть отводящих нитей, дабы никто не смог случайно их ощутить.

Но когда прошло столько месяцев, не принёсших никаких результатов, восемь десятков переведённых на другой конец королевства воинов и магов возмущались. Прит же пытался их уверить в том, что мальчик всё ещё был где-то рядом. Хоть маги и соглашались с ним, ибо никаких следов, уходящих за пределы леса они не находили, но всё-таки…

— Позвольте обратиться.

— Говори, Селер.

— Прит, хоть мы и принесли достаточно припасов, в том числе особый отвар, но этого всего не хватит надолго. Да, лес довольно богатый, но охотиться приходится с особой осторожностью и вдалеке от хаоромов. Если мы не выполним поручения, то придётся вновь обращаться к королю, либо возвращаться.

— Нет! Ни о каком возврате и речи быть не может! Стоит мне показаться на глаза Его Величеству, как он убьёт меня самым изощрённых способом. И как это ваши припасы кончаются? Неужели вы не рассчитали, что поиски могут затянуться на месяцы?

— Видишь ли, этот отвар не растёт на деревьях, – парировал маг. – Отвар готовится несколько лет и требует постоянного контроля. И потому наша Гильдия не позволяет забирать из запасов слишком много. К тому же мы рассчитывали, что мальчишка найдётся, самое большее, за два месяца. Осень оказалась короткой и довольно холодной, а зима наступила на три седмицы раньше ожидаемого.

— Приношу извинения, что этот мальчик скрылся, не оставив за собой явного следа из хлебных крошек, и что он не выходит с криками «я здесь! Вы меня ищите? Так вот он я!», – язвительно проворчал Прит. – К тому же тут постоянно хаоро…

— Летун! – предупредил отряд один из воинов, следящих за небом, и все резко замерли. – Ещё один, – добавил он, понизив голос.

— И ещё! – подхватил его другой человек.

— Да это целая центурия!

— Интересно, – пробубнил Прит, но Селер его услышал.

— И что же тут интересного?

— Вы, маги, в самом деле ничего кроме своих заклинаний и колбочек не понимаете? Подумай сам: обычно нам попадается от силы четверо хаоромов за день. А их тут пролетело, возможно, с сотню. И все в одну сторону. Хоть я и не провидец, но уверен, что они что-то нашли и мы должны узнать, что именно. Быть может это тот самый мальчик.

— А если это не мальчик?

— А ежели всё же он? Предположим, что мы решили не следовать за ними и останемся здесь. Если выяснится, что они нашли убежище мальчика, то они заберут его к себе на летающий остров, и тогда нам не удастся забрать его. А ежели мы пойдём и посмотрим, куда направилась целая центурия хаоромов, то тогда станет понятно, ошиблись они или же нет. Коль они нашли мальчика, то надобно его отобрать до того, как они полетят к крепости. Вперёд! – скомандовал Прит, и все принялись быстро собираться.

***

Погрузившись в особый сон Веала, очутившись в глубинах собственной же сущности, Эльтран осматривался, дабы найти ту сферу, но её нигде не видать.

«Не понимаю… И где всё? Может Веал ошибся со своим заклинанием и направил меня не туда? Или же мне надо что-то сделать? Но что?»

Глубокий вдох, сосредоточенность, спокойствие. Он пытался призвать все Силы, что имелись в нём, но ничего не получалось. Разумеется, это очень огорчило мальчика, и он даже начал беспокоиться, что никогда уже не сумеет узнать, кем именно он должен стать.

«Ничего не получается. Надо как-то вернуться и рассказать об этом Веалу. Наверно он ошибся… но как же ар’ше мог так ошибиться? И… как же мне теперь вернуться?»

Эльтран бродил из стороны в сторону в кромешной темноте, пробовал использовать магию, но у него ничего не получалось; пытался много раз призвать свою же сущность. Осознав, что это бесполезно, мальчик принялся думать о том, как вернуться обратно к сцеррам. Не выдержав этой гробовой тишины и кромешного мрака, Эльтран крикнул, что было мочи:

— Сфера! Покажись!

И она показалась.

Резкая вспышка из ниоткуда оказалась столь мощной, что мальчик отлетел назад. Если бы в этом месте существовали стелы или же пол, то Эльтрану бы стало очень больно от удара. Яркий свет ослепил его, круговорот внезапно появившейся Силы так давил на мальчика, что тот не мог дышать некоторое время. Перед ним предстал настоящий смерч, сотканный из различных магических нитей, кружащихся на месте, образовав огромный хобот, начало которого затерялось где-то там, в тёмной выси. Смерч ускорился, уменьшился и резко расплющился, создав небольшой порыв тёплого ветерка. Лишь после этого Эльтран вновь смог дышать нормально, а перед ним находилась та самая сфера с множеством извивающихся змеек Силы, в центре которой находился небольшой бесцветный шар.

Мальчик медленно подошёл к ней, коснулся рукой и тотчас же отскочил назад. Его будто бы обожгло, а сам танец Сил не прекращался. Змейки всё также извивались, завораживали, тянули к себе. Боль в руке его беспокоила меньше всего, ибо куда важней ему получить ответ на вопрос «что теперь?». Он не мог покинуть это место, не мог войти в сферу или даже коснуться её. Так как быть? Что делать? Как ему узнать?

— Странно… рука больше не болит, – вслух заметил мальчик, осматривая ладонь.

Тишина.

— Что ж, как быть? Что делать будем, Эльтран? – он заговорил вслух, дабы прервать гнетущее молчание. – Ну же, ты ведь столь одарённый. Настолько, что тебя хотели превратить в идеальное оружие, а другие стремились убить, ибо боялись, что ты можешь стать слишком сильным. Конечно, ведь ты «человек из пророчества». Так давай же, покажи!

Ничего не произошло.

— Что передо мной? Сфера со множеством переплетающихся змеек Силы, и в центре находится какой-то непонятный бесцветный шар. Что это может означать? Быть может, шар должен заполниться одной из Сил? А что, если это – пустой сосуд, в который мне надо поместить то, чем я буду пользоваться в дальнейшем? Странно звучит…

Эльтран принялся обходить сферу, осматривая её. Ничего не понятно.

— Она – воплощение моих способностей, да? Или же… нет? А так у всех магов? В смысле… все сталкиваются с такой сферой, по которой передвигаются эти змейки? Если так, то что же, изначально все маги такие же способные, как я? И потом приходится выбирать что-то одно? А нельзя всех змеек положить в эту бесцветную сферу?

Мальчик попытался воздействовать на все Силы внутри себя, но они не поддавались.

— Давай! Ну же! Двигайтесь к шару!

Ничего.

— Будь всё проклято! – прекратил Эльтран попытки и пытался понять, как покинуть это место.

«Веал! Веал! Забери меня отсюда! Я ничего не понимаю!»

Он пытался связаться со сцерром мыслеречью, но ответа так и не получил.

— Не слышит… Получается, что я застрял здесь? И теперь я навеки останусь тут… в царстве кромешной Тьмы… Но впрочем, – в этот момент голос Эльтрана изменился, стал мощнее, взрослее, хоть сам мальчик это заметил не сразу. – Однако является ли это место Тьмой? Нет, это не она. Здесь просто чернота, а Тьма – она иная.

— А впрочем, – теперь голос стал чуть мягче, – не является ли Тьма просто отсутствием Света? Что, если бы здесь всё озарял именно Свет? Это на что-то бы повлияло? Что-то бы изменилось? Я бы видел всё, что вокруг. Видел бы границы этого пространства и понимал, насколько оно велико.

— Но в то же время, – вновь голос сделался мощным, – озаряя всё Светом я бы видел границы и понимал, что меня поместили в темницу. Я бы видел, что я взаперти. А сейчас, пока вокруг царит темнота, я не вижу никаких ограничений. Возможно, границы здесь имеются, но также возможно, что они лишь воздвигнуты у меня же в голове. Желая озарить всё Светом, я добровольно загоню себя в темницу из которой выбраться не смогу. Оставаясь же в темноте я могу не волноваться об этом и представлять, что никаких границ и не существует.

— Но в то же время, – голос вновь стал мягче, – я не знаю, имеются ли эти самые границы или же нет. Так неужели лучше пребывать в самообмане и надежде, что меня здесь ничего не держит и я не упрусь в стену, нежели осветить всё вокруг и воочию увидеть сколь велико это помещение? Лучше прозреть и увидеть горькую реальность, нежели продолжать странствовать в темноте и надеяться, что ограничений нет.

— И всё же, – голос наполнился мощью, – если я увижу, что меня окружает, сколь велико пространство, в котором я нахожусь, разве захочу я потом что-то изменить? Разве захочу совершенствоваться? Разве захочу постигать и развиваться, постепенно продвигаясь всё дальше и дальше в кромешной темноте, дабы самолично проверить, имеются ли здесь границы и сколь они велики? Знание, полученное собственным путём – величайшее из даров.

— И всё же, – мягкий голос, – мудрецом называют того, кто способен довольствоваться и пользоваться знаниями, оставленными другими, и кто обучается на ошибках других, а не на собственных.

— Однако, – мощный голос, – подобные мудрецы не достигают величия и остаются просто мудрецами, передающими знания прошлого будущим поколениям, но не привносящие в них ничего. Лишь совершая ошибки и учитывая их, дабы не допустить подобного в будущем, я смогу по-настоящему совершенствоваться и развиваться.

И он замолк надолго.

«Что… что… произошло? О чём я говорил? Как я мог такое сказать? Откуда… откуда это в моей голове?»

Отвлекла его засиявшая сфера со змейками, посмотрев вглубь которой, Эльтран увидел, что бесцветный шар стал словно заполняться чем-то. Оно какое-то не яркое, тёмное, но что именно – узнать не удалось, ибо мальчик пришёл в себя. Он проснулся столь резко и внезапно, что Веал невольно дёрнулся, чуть не ударив его рукой. Эльтран, едва увидев его, улыбнулся и обнял, словно тот приходился ему дедушкой.

— Эльтран, ты узнал? – мальчик посмотрел на сцерра и лишь кивнул. – Превосходно! И что же ты узнал?

Ар’ше смотрел ему в глаза, которые на мгновение заполнились чёрным дымом. Конечно, это не сам Эльтран сделал, а Веал особым образом узрел его сущность.

— Значит, Тьма. Что ж, хорошо. Надеюсь, ты не ошибся, – голос сцерра, как показалось мальчику, несколько изменился. Как если бы он что-то осознал в тот самый миг. Но что именно?

— Я уверен, что всё идёт так, как и должно, ибо я…

Менер ворвался и взволнованно воскликнул, не дав мальчику возможности договорить:

— Хаоромы! Нас нашли!

— Что? как скоро явятся?

— Они уже приземляются перед входом в пещеру!

— Задержи их так долго, как сможешь, – молодой воин кивнул, обнажил меч и побежал обратно наверх. – Эльтран, идём в тренировочный зал. Тебя надо увести отсюда как можно дальше.

— Но как?

— Перемещение, Эльтран, перемещение.

— Но… неужели я готов?

— Для перемещения на маленькие расстояния самостоятельно – готов, но не на большие. Да и сам ты пока не владеешь подобным заклинанием, так что я сделаю это.

Спустившись, Веал быстро вычертил пентаграмму словно из синеватой чуть светящейся пыльцы и поместил в её центр мальчика. Что творилось наверху – он не знал, да и просто не хотел об этом думать. Однако ар’ше понимал, что и он и Менер погибнут, но перед этим им предстояло отнять жизнь у многих хаоромов. Лучше всего – и у самого Кровавого Крыла. Пусть Эльтран будет зол на это, ибо желал сам расправиться с вождём, но тогда хаоромы перестанут охотиться на него.

Произнеся множество магических слов на родном языке, ар’ше провёл несколько взмахов руками, и пентаграмма засветилась, и с её линий стала подниматься голубоватая Сила, постепенно окутывавшая мальчика. Тончайшая, словно шифон.

— Теперь слушай меня, Эльтран. Скоро заклинание перенесёт тебя в другое королевство. Ты сделал свой выбор, а посему тебе надобно обучиться. Ты должен попасть в Энефер, в Академию Магии или как она там у вас называется, и выбрать любое тёмное магическое направление.

— А как же вы? – с наворачивавшимися слезами спросил мальчик.

— Мы останемся тут, дабы унести с собой как можно больше хаоромов, Эльтран, – честно ответил Веал. – Нет… не надо плакать. Когда обучишься – быть может, сумеешь взывать к моему духу, аль к Менеру, – попытался подбодрить его сцерр, хоть и знал, что подобное попросту невозможно.

Сказать что-либо ещё он не успел, ибо уже пошли в бой заклинания хаоромов, дабы пробить новый коридор, ведущий вниз. Всё вокруг затрепетало, свод покрылся трещинами и медленно осыпался.

— Стой на месте! Вскоре заклинание перенесёт тебя! А я задержу их.

— Я буду скучать, Веал…

— И я тоже, Эльтран. Я тоже, – сцерр-маг как можно быстрее отвёл взгляд от мальчика, дабы тот не увидел его слёз, и рванул к только что проделанному хаоромами коридору, из которого тотчас же показались крылатые.

Мальчик хотел посмотреть хоть немного на бой Веала, но этому не суждено было сбыться, ибо заклинание перемещения сработало. У Эльтрана появилось ощущение, что его всего вывернули наизнанку и тянули вверх. Голова словно оказалась под громадным камнем, всё померкло и в какой-то момент мальчику показалось, что он умер. Когда же он очнулся, то ему в глаза ударило яркое солнце.

Глава V. Белый волк

Он не знал, как долго пробыл без чувств. Не знал, куда его отправило заклинание Веала. В новом месте холодно. Царила зима. Это означало, что сцерр перенёс его не на другой конец континента. На небе светило солнце, лучи которого упорно, будто бы специально, били Эльтрану в глаза. Мальчик с трудом встал, ибо перемещение лишило его сил, как физических, так и магических (даже несмотря на то, что заклинание творил не он).

«Где я? Куда мне теперь?»

Не придумав ничего, он решил идти в сторону, куда заходило солнце, сиречь на запад. Пока Эльтран шёл, небесное светило успело скрыться за горизонтом, ввергнув мир во мрак, а мальчик всё не останавливался. Он измотан, хотел отдохнуть, но понимал, что уснув, он мог замёрзнуть насмерть или же какие-нибудь дикие звери вполне способны напасть на него. Он даже не задумался о том, как долго пробыл без чувств на морозе, и как так случилось, что он не заледенел и никто на него не напал. Если бы хоть тень подобной мысли пронеслась в его голове, то он бы понял, что магия защищала его от подобного, даже если он сам того не сознавал. Однако его мысли полностью поглощены думами о том, что на него могла напасть какая-либо тварь, чтобы сожрать. Это могли быть даже люкры. Они не уходили в спячку зимой, не мигрировали с замёрзших земель в тёплые места. Люкры чувствовали себя превосходно в любую погоду.

Пробираясь через лес, в который его любезно переместило заклинание ар’ше, Эльтран периодически слышал волчий вой. Из раза в раз он становился всё громче и пронзительней, и мальчик беспокоился, ибо в логове люкров с ним были двое сцерров, но в этот раз он оказался совершенно один. Надеяться можно лишь на себя самого, но сколь глупа надежда на того, кто с трудом передвигался. У него нет оружия, а Сил хватило бы на пару огненных шаров. А если волк не один?

…Ближе, всё ближе волчий вой…

Всё это время мальчик ничего не ел и не пил. Его желудок возмущался, а Эльтран всё никак не мог его заткнуть. Он как-то видел пробежавшего недалеко от него зайца, но догнать всё равно не получилось бы, а тратить магические Силы на него не хотелось.

«Всё! Не могу больше так! Нужно поспать хоть самую малость! Но как же мне защититься от диких зверей? Я не смогу залезть на дерево, и даже если бы смог, то откуда мне знать, что они не сумеют подняться туда за мной? И как я могу быть уверенным в том, что не упаду?»

Наплевав, в итоге, на всё, Эльтран создал два огненных шара и оставил их над землёй. Пока снег таял, а земля сохла и согревалась, мальчик думал о сцеррах. Менер однозначно погиб, а как же Веал? Быть может, ему удалось выжить? Может, ар’ше сумел справиться с целой армией хаоромов? Ведь он весьма стар, а посему мудр и силён в магии. Но, ежели они погибли оба, то… как это произошло? Жизни скольких хаоромов они успели забрать с собой? Убил ли Веал Хаорана? И была ли смерть мучительной, аль крылатые проявили милосердие и всё сделали быстро?

Пока он предавался думам и воспоминаниям о тех месяцах, что провёл вместе с ними, земля уже успела высохнуть и даже согреться от огненных шаров. Эльтран сел, прислонился к стволу дерева и оставил пылающие сферы рядом, дабы не замёрзнуть, а заодно надеялся, что дикие звери, завидев огонь, не сунутся к нему.

***

Кровавое Крыло терял терпение. Маг-сцерр упорно не хотел отвечать куда переместил Эльтрана. Что с ним только не делали, как только не пытали – всё без толку. Несмотря на свой преклонный возраст, Веал оказался очень крепок и хорошо держался. Но надолго ли?

— Сцерр, – обратился к пленному Хаоран, – просто скажи, где сейчас Эльтран и тогда твоя смерть будет быстрой, клянусь Ветрами.

Веал, уже полумёртвый, избитый, искалеченный, тело которого покрывало множество ран, решил не расходовать свои силы на пустые слова. Хаорану это не понравилось, ибо воздух вокруг мага-сцерра тут же сгустился, принял форму тончайших игл.

— Ты настолько старше меня, но так глуп. Неужели ты не понимаешь, что твои мучения закончатся, как только ты скажешь мне, где сейчас Эльтран. Неужели ты вправду считаешь, что я не смогу его найти? Ты уверен, что ему удастся скрываться от меня вечно? Поверь мне, сцерр, что я сумею его отыскать и вернуть, это лишь вопрос времени. Тем не менее, за ним охотятся и другие, настроенные иначе и желающие ему смерти. А посему я хотел бы ускориться, но ты должен мне сказать, где он? Я весьма терпелив, но ничто не длится вечно, а посему…

Иглы принялись медленно вонзаться в тело сцерра, причиняя огромную боль. Притом боль эта была одновременно как физическая, так и душевная. Заклинание Хаорана должно было быть медленным и мучительным. Вонзаясь, проходя миллиметр за миллиметром, иглы постоянно вращались. Пробив кожу и мышцы, они добрались до органов и костей, однако они словно затупились и стали несколько крупней прямо в теле Веала, и принялись надавливать на них, не пронзая, но продолжая вертеться. Когда же магия Хаорана развеялась, вождь хаоромов с уважением посмотрел на сцерра.

— Что ж, старец, попробуем иначе, – сказал вождь и коротко кивнул соплеменнику, сразу скрывшемуся в коридоре пещеры.

Вернувшись, рядом с ним шли двое других крылатых, волочащих Менера. Молодой воин представлял из себя скверное зрелище. Веал выглядел куда живее, нежели молодой сцерр, ибо тот весь в синяках и ранах, лишён одного глаза, с оторванным ухом, левая рука сломана в кисти, локте и, если маг-сцерр правильно разглядел, даже в плече. На нём отсутствовала верхняя одежда, и можно увидеть жуткие раны на боках – следы от вырванных рёбер. Правая нога переломана, неестественно вывернута.

— Скажи мне, где Эльтран, и тогда ваши смерти будут быстрыми. И не придётся больше никому из вас мучиться.

— Вождь…, – очень слабым голосом заговорил Веал.

— Наконец-то камень треснул, – довольным голосом произнёс Хаоран.

— Ты… не… понимаешь… вождь…

— Интересно, что же именно?

— Эль…тран… не тот… о ком… говорится…

— Не тот? А кто же он тогда?

— Прос…то… сын… истинных… магов… наделённый огромным… потенциалом…

Кровавое Крыло приподнял бровь и недоверчиво посмотрел на сцерра.

— Ты, верно, издеваешься надо мной?

— Нет… вождь… это правда…

— Тогда почему ты не хочешь говорить, где он? Коль он не является тем самым человеком, и мы все ошиблись, почему ты не хочешь прервать мучения? Что заставляет тебя не сдаваться? Что поддерживает в тебе твоё упорство?

— Потому что… как бы… то ни было… ты… не оставишь… его в покое… решишь… сделать воином… я не могу… этого… допустить…

— И ты готов пожертвовать вашими жизнями, лишь бы я не добрался до человеческого мальчика?

— Мы… знали… на что шли…

Кровавое Крыло лишь хмыкнул.

— Отпустите его, – приказал он хаоромам, что держали Менера. – Хоть я ненавистно отношусь к вашей расе, но ваша стойкость достойна уважения, а потому я позволю вам умереть, как подобает. Дайте воину меч. Сцерр, у тебя одна попытка, дабы убить меня. Я безоружен, буду стоять на месте и не прибегну к магии. Да, ты истощён, изранен, но, думаю, на один удар тебя должно хватить.

Менеру выдали меч, и Хаоран встал перед ним на расстоянии удара. Воин-сцерр не мог поверить в подобное, но решил воспользоваться моментом. Пусть его ведущая рука сломана, правой он сражался немногим хуже. Постаравшись поймать равновесие на повреждённых ногах, он сосредоточился и принялся думать. Как лучше атаковать? Провести рассекающий удар? С одной стороны, это лучше, ибо возможно рассечь Хаорана и нанести ему весьма серьёзную рану, быть может, даже смертельную. Но замах для этого требовался достаточно широкий, что в его случае невозможно. Нужно замахнуться, а также сделать хотя бы шаг вперёд. Слишком много движений и его ноги могли не выдержать. Колющий удар? Он быстрее и требует меньше физических затрат, но надо сделать хороший выпад, что тоже не хорошо. А если ноги не выдержат и он упадёт в сторону? Тогда в лучшем случае Менер лишь оцарапает вождя.

Решив не рисковать так сильно, воин-сцерр замахнулся и сделал шаг. Всё случилось так, как он и боялся: нога не выдержала, боль оказалась жуткой и резкой, и он принялся падать вбок. Но даже в такой ситуации он немного развернул руку, чуть выпустил рукоять и схватился за навершие и сумел попасть. Увы, но он лишь оставил Хаорану несерьёзную рану, идущую от левого бока к животу.

— Истинный воин, – произнёс вождь, склонившись над сцерром.

Взяв его меч, Хаоран пронзил ему сердце. Веал закрыл глаза, дабы не видеть этого, но он слишком хорошо слышал последние глухие всхлипы молодого сцерра. Кровавое Крыло закрыл мёртвому глаза и что-то прошептал над бездыханным телом.

— Достойному воину – достойная смерть. Пусть он и был измучен пытками и изранен, но всё равно решился убить меня. Я же, как и обещал, стоял на месте и не двигался, сцерр. Признаться, я удивлён, что он попытался рассечь меня. Я ожидал выпада. Ещё совсем немного и ему удалось бы сразить меня, – Кровавое Крыло смотрел на оставленную Менером рану. – Прежде, чем мы с тобой распрощаемся, ответь: откуда тебе ведомо, что Эльтран не тот, о ком говорится в людском пророчестве?

Ар’ше не мог произнести и слова, ибо смотрел на труп молодого воина, который рос у него на глазах и которого он лично обучал основам магии сцерров. Хаоран же это прекрасно понимал, а потому не торопил Веала. Будь он на месте пленного, то и сам поступил бы также.

— Он… сделал выбор… вождь…, – заговорил сцерр. – Он избрал… Тьму…

— И что же в этом особенного?

— Я был знаком… с тем Архимагом… коему было видение… Сальвенто сказал… что человек из пророчества… не будет… ни Тьмой… ни Светом… ибо истинная мощь… заключается в том... дабы постичь всё... Эльтран же... сделал свой выбор...

— И лишь из-за того, что сказал человеческий старец, возможно, из желания запутать тебя и других, ты решил, что Эльтран – не тот?

— Я в этом… уверен… Хаоран…

— Что ж, да будет так. Ты не расскажешь мне, куда переместил мальчика, но я найду его, ты ведь знаешь это. Пусть у меня уйдёт больше времени, но я его найду. Что же касается тебя, то я выполню обещание и позволю тебе умереть достойно в бою. Нет, не со мной, ар’ше, ибо мне ты уже проиграл в магии, а в оружии я подавно сильней. Я даже дам тебе шанс спастись. Тебя бросят в логово люкров, и лишь от тебя будет зависеть, выживешь ты аль нет. Даю слово, что мои воины не помешают тебе выбраться оттуда, и они не будут ждать тебя на поверхности, чтобы добить.

***

Когда хаоромы пробивались в скрытую пещеру, Прит с отрядом находился недалеко, однако на разведку с собой взял только одного. Они пробирались осторожно, не торопясь, стараясь не поднимать лишнего шума. Заняв удобную позицию, они смотрели, как крылатые ворвались в укрытие сцерров и мальчишки. Прит ощутил мощные толчки энергии, ибо там творилась весьма сильная волшба. Командир отряда лишь прикусил губу и думал о том, как справиться с хаоромами, коль придётся сражаться.

Всё закончилось на удивление быстро. Магические эманации прекратились. Прит ждал. Он напрягся, готовясь в любой момент отдать приказ воинам, а заодно прибегнуть к магии, но никто не вышел с его заветной целью. Вскоре крылатые вывели одного из сцерров и принялись его пытать. Никаких магических истязаний, лишь умелые руки и холодная сталь. Лицо молодого сцерра кривилось от жуткой боли, но с уст его не сорвалось ни единого звука, а палачи всё спрашивали его про Эльтрана.

«Проклятье!»

Сцерр лишь рассмеялся и сказал, что мальчик уже далеко.

— Уходим, – прошептал командир отряда, а Менеру стали вырывать рёбра.

— Ваше Величество, мальчика здесь больше нет.

— Что? Как так? Прит, ты меня вновь огорчаешь! Я прислал тебе столько людей, а ты упустил его!

— Прошу прощения, мой король, но мальчик несколько месяцев был скрыт ото всех, даже от хаоромов. Они только что нашли убежище сцерров, где прятался человек из пророчества. Разумеется, Кровавое Крыло победил, но мальчика там уже не оказалось.

— И где же он?

— Не могу знать, Ваше Величество. Хаоромы пытают одного сцерра, но тот молчит. Он не скажет им, куда пропал мальчик.

— Быть может, там имелись другие ходы?

— Невозможно, ибо тогда хаоромы точно нашли бы пути. Вдобавок, когда они пытали сцерра, то спросили у него «куда вы переместили Эльтрана»?

— Переместили?

— Так точно, Ваше Величество. Нужно, чтобы Ищущие постарались отыскать след.

— Я отдам приказ. Что же касается тебя, Прит… Возвращайся обратно.

— Как Вам будет угодно.

«Проклятье! Хорошо, если меня просто лишат звания…»

***

Мальчик спал крепким сном, и даже холод не мог помешать ему. Огненные шары продолжали гореть, но тепла от них исходило не слишком много. До поры до времени всё было спокойно, и Эльтрану ничего не снилось, но он стал слышать какие-то голоса. Они что-то ему шептали будто бы замогильным голосом. В какой-то момент он уверился, что шёпот на ином языке, но кое-что он сумел разобрать: «Умер… следуй… он приведёт…»

Бывают ощущения, когда сознаёшь, что ты не один, или же, что за тобой следят. У Эльтрана было такое же чувство, но он ощутил это пока спал. Понимать, что рядом с тобой есть кто-то без твоего ведома – уже не самое приятное чувство, а будучи спящим так и вовсе кошмар. Проснувшись, Эльтран принялся медленно открывать глаза. На него смотрели два ярко-жёлтых глаза, и в свете огнешаров блеснули обнажённые клыки. От неожиданности мальчик дёрнулся назад, да только ударился головой о ствол дерева. Огненные шары тотчас же погасли, и теперь он видел лишь два сияющих глаза.

«Волк?»

Немного привыкнув к темноте, ему удалось увидеть хотя бы очертания животного. Волк, вроде как, крупный (Эльтран не знал точно, ибо никогда прежде их не видел) и белый.

«Что… что происходит? Всё ещё не напал?»

Белый волк подошёл и лизнул ему лицо. Подобное запутало Эльтрана ещё больше. Коль зверь всё ещё не перегрыз ему глотку, значит оно и не собиралось его убивать? А коль учесть и то, что волк его лизнул, то можно ли утверждать, будто мальчику нечего опасаться? Но с чего бы так…

Не успел Эльтран встать, как волк прижался головой к его ноге и тёрся об неё. Мальчик нерешительно поднял руку и решился погладить зверя. Тому это явно понравилось: волк не отходил, подставляя разные части головы. Получив долю ласки и счастья, зверь отошёл и принялся трясти головой куда-то в сторону.

— Ты хочешь… чтобы я шёл за тобой? – совершенно серьёзно спросил его Эльтран, после чего осёкся, ибо откуда волку понимать язык? А он, как оказалось, понимал, и притом очень хорошо. В качестве ответа – зверь ударил лапой по земле.

— Не понимаю… это значит «да»?

Снова удар лапой.

— Значит, это «да». Зачем мне следовать за тобой? – Эльтран сразу же поймал себя на мысли, что задал наиглупейший вопрос, ибо ответить животное не могло. Нужно задавать лишь конкретные вопросы, на которые есть только два ответа: да или нет.

— Это мне поможет?

Удар лапой.

— А ты не… кхм… не нападёшь на меня?

Волк необычно посмотрел на мальчика, словно задавая тем самым вопрос «ты шутишь?». Взгляд оказался столь точным, что Эльтран чуть не принял зверя за человека. Волк же дважды ударил по земле.

— Ты приведёшь меня в город?

Удар.

— В Энефер?

Два удара.

«Коль не туда, то куда именно? Жаль, что он не может мне ответить»

— Тебя прислал Дейл? – на всякий случай поинтересовался Эльтран.

И вновь два удара.

— Тебя прислал Веал?

Удар. Лицо мальчика засияло от счастья.

— Веал… он жив?

Волк лишь печально опустил голову, коротко заскулил и дважды ударил по земле, очень нехотя и вяло.

— Погиб…, – глаза мальчика увлажнились, заблестели от навернувшихся слёз.

«Не время и не место узнавать, как он послал за мной этого волка… Надеюсь, потом смогу узнать»

— Хорошо. Веди меня.

В течение всего того времени, что они бродили по лесу, волк добывал мальчику пищу. Как-то они набрели на небольшой незамёрзший пруд. Эльтрана подобное не удивило, да он даже и не задумался об этом, и решил испить из него. Вода очень холодная, но мальчику она понравилась. Сделав несколько глотков и собравшись уйти, его остановили два больших глаза, глядевших на него из-под воды. Волк почувствовал неладное и отдёрнул мальчика. Не успей он сделать это, то Эльтрана схватила бы уродливая, болотно-зелёная рука с четырьмя пальцами с перепонками.

Не поймав добычи, обитатель пруда вылез на поверхность. Существо напоминало человека (конечно, не только люди передвигались на двух ногах, не только у них две руки и одна голова, и эльфы сказали бы, что существо по строению напоминало эльфа, но Эльтран был человеком, а потому рассматривал других со своей стороны), покрыто мелкой чешуёй болотно-зелёного цвета. Лицо довольно плоское, нос отсутствовал, имелись два больших глаза с двумя зрачками в каждом. Вместо ушей словно рыбьи плавники, круглый рот с кольяподобными зубами, а волосы представляли из себя короткие и тонкие щупальца, постоянно извивавшиеся. На шее с обеих сторон красовались жабры, а на плечах имелись причудливые наросты непонятного Эльтрану происхождения. Ноги весьма мускулистые, на ступнях длинные пальцы с перепонками.

«Амедей» – понял мальчик, ибо Веал, равно как и Дейл, немного рассказывал ему про эту расу.

Амедеев мало кто видел, а потому никто точно не знал, каковы их повадки, каковы их сильные и слабые стороны. Большинство даже сомневались, что эта раса вообще могла говорить. Они жили в воде, и даже глупцу понятно, что пловцы из них отменные. Существовало мнение, будто у них есть весьма крупный город где-то в глубине одного из океанов, но так ли это – никто не знал. Амедеи питались преимущественно рыбой, но Дейл рассказывал, что как-то видел одного представителя этой расы, поедавшего оленя. Колдун даже описал, как это выглядело: амедей широко раскрыл круглый рот, его кольяподобные зубы зашевелились, выдвинулись вперёд, словно уставившись на жертву, и подводный житель прильнул к мёртвой туше. Зубы амедея соединились, и тот вырвал целый кусок. Закончив трапезу, он вернулся в озеро, а Дейл решил осмотреть тело животного, и увидел, что амедей съедал не определённые части тела, а вырывал куски отовсюду: отсутствовал один глаз, пробита щека, откушено ухо, два следа в шее, ноги и туловище покрыты в разных местах. Говоря коротко: зрелище не из приятных. Кроме того, каждый из этой расы являлся магом Воды, но заканчивались ли на этом их умения – неизвестно. Живут поодиночке или же группами – неизвестно, трудно ли их убить – неизвестно, чем они опасны – неизвестно, наделены ли разумом – неизвестно.

Раскрыв рот и что-то ни то выкрикнув, ни то прошипев, амедей кинулся на мальчика. Волк набросился на подводного жителя, повалил его и вцепился в шею. Один мощным движением он оторвал от неё кусок справа, и ударом лапой вонзил длинные когти ему в голову. Из ран амедея потекла тёмно-зелёная, дурно пахнущая кровь. От этого запаха тухлой и гнилой рыбы волку стало отвратно. Зверь метнулся к пруду, окунул туда голову и трясь ею, пытаясь очиститься. В это время амедей зашевелился, встал и вновь направился к мальчику. Его словно не беспокоили эти раны, после которых погибал, пожалуй, любой представитель другой разумной расы. Подводный житель даже не прижал руку к шее, дабы остановить кровь. Впрочем, из раны её итак стало вытекать меньше. Взволнованный и обеспокоенный Эльтран метнул в него огненный шар, но тот развеялся в воздухе, только прикоснувшись к чешуйчатому телу. Волк вынул голову из воды и понимал, что догнать амедея ему не удалось бы. Зверь несколько раз топнул лапой по земле, и из-под неё, прямо перед мальчиком вылез каменный шип, пронзивший подводное существо насквозь.

«Да что же это за волк-то такой?»

Так и оставив амедея висеть, они поспешили убраться.

После этого с ним ничего больше не случалось. Эльтран честно практиковал выученные у Веала заклинания, проверяя, каковы они, если использовать меньше или же больше Силы. Также мальчик представлял различные возможные варианты, когда ему придётся прибегнуть к магии. К примеру, как лучше поступить, если ты против одного человека (простого воина)? А ежели против мага? А если этот маг владеет магией Земли, или же, быть может, окажется Повелителем Стихий, каким был Веал? Что делать, если тебя окружили? Эльтран постоянно думал об этом, представляя себе всеразличные ситуации и то, как бы он с ними справился. Ему казалось, что он подготовит себя к реальным сражениям подобным образом.

За все дни пути они видели множество деревень и хуторов, но волк не пускал в них мальчика. Эльтран не понимал подобного поведения зверя, но решил с ним не спорить и шёл дальше. Когда же они дошли до границы леса, он увидел стены и башни какого-то города.

— И где же мы? – негромко спросил Эльтран.

— Этот город называется Фейер, – ответил кто-то рядом.

Мальчик обернулся и увидел, как провожавший его зверь менялся. Волк встал на задние лапы, постепенно превратившиеся в человеческие ноги, тело стало как у людей, морда сделала более плоской, шерсть же превратилась в белую мантию. На голове – аккуратно собранные длинные белые волосы почти до пояса и белая борода до груди. Лицо покрыто нитями морщин, а глаза на долю мгновения засияли и стали серыми. В руке мага из ниоткуда появился деревянный посох.

— Ничего особенного в нём нет, но здесь есть один маг, который напрямую связан со Школой Магии в Энефере. Он-то нам и нужен.

Мальчик смотрел на высокого старца не в силах произнести хоть слова. Он просто хлопал глазками, ибо впервые увидел подобное преобразование.

— О, прости меня, Эльтран, – обернулся маг к мальчику. – Забыл представиться. Териус Са-Акраан.

— Очень… приятно…, – наконец вышел из оцепенения Эльтран.

— Пойдём. Нам надо ещё войти в город и найти этого мага.

Без лишних вопросов и всё ещё под впечатлением от увиденного, Эльтран последовал за ним. Они шли через заснеженное поле, и стены города постепенно приближались, равно как и башня Ратуши. На сторожевых башнях – коих с дюжину – горели жаровни и стража обратила внимание на них.

— Териус… скажите мне, – всё же решил заговорить мальчик, – тогда, когда вы явились ко мне…

— В образе волка? Да-да. Видишь ли, Эльтран, я анимаг. Могу превращаться почти в любое животное, кроме тварей вроде люкров. Зачастую подобные трансформы весьма интересны и забавны, но… хм… Эльтран, ты ведь знаешь кто такие анимаги?

— Немного, но я хотел спросить вас о другом. Тогда… вы дали понять, что вас прислал Веал.

— Истинно так. Я понимаю, что именно тебе интересно: как Веал – да вознесётся его душа – послал меня к тебе. Я знаю его довольно давно. В какой-то степени он даже был моим учителем. Отчасти, разумеется. Не буду надоедать тебе рассказом о том, где и при каких условиях мы познакомились. Скажу лишь, что с тех пор мы сдружились. Как только он нашёл тебя, то передавал мне всю информацию на случай своей смерти. Так сказать, подготовил меня и говорил, чему тебя обучил. Я знаю абсолютно обо всём, Эльтран. Прежде, чем переместить тебя, он мысленно связался со мной и сказал, где тебя искать. Я тебя нашёл и вот теперь нам нужно встретиться с этим магом.

— А вы его знаете?

— Лично – нет. На самом деле не особо люблю общаться с людьми. Особенно с магами. Особенно если они из Школы. Воображают из себя самых могущественных, но на самом деле являются кучкой бездарных глупцов. Считают, что, коль окончили особую Школу – непременно они лучшие. Уверен, что ты бы с лёгкостью одолел не менее половины учеников. Что же касается нужного нам мага, то я знаю лишь то, что зовут его Кристоф Мейдер.

— А зачем нам в Школу?

— Не нам, а тебе, Эльтран.

— Если она так плоха и от неё нет смысла…

— Смысл в том, что там ты будешь в безопасности. А во-вторых, ты получишь доступ к библиотеке, в которой много ценных фолиантов. В-третьих же, ты познакомишься и с другими направлениями магии, так что сможешь выбрать наиболее тебе понравившееся.

— Скажите, а почему вы так долго были в облике волка?

— Хотел посмотреть на то, как ты будешь себя вести. Кроме того, в шкуре волка намного теплее в это время года.

«Теплее… а я замерзал»

— А тёрлись вы тогда об меня, чтобы дать мне понять, что не причините мне вреда?

— На самом деле я люблю, когда меня гладят… особенно в обличии волка. Это очень приятно. И, возможно, не совсем осознанно, я надеялся на то, о чём ты сказал.

«Просто прелестно…»

Они дошли до врат города, где их остановили шестеро стражей, а дозорные башен на всякий случай натянули луки.

— Стоять! – гаркнул один из стражей и подошёл к ним. – Кто такие? Чего изволите в Фейере?

— Приветствую! Меня зовут Териус Са-Акраан, а это мой внук Эльтран, – услышав это, мальчик приподнял одну бровь от удивления, но тут же поспешил опустить её. – Мы здесь, дабы отдохнуть, пополнить наши запасы, на время найти крышу над головой, а то, знаете ли, в скором времени холода станут ещё суровей, да и, если я всё правильно понял, метель грядёт сильная и затяжная, - Териус говорил довольно тихо, так что мужчине в доспехах пришлось подойти ещё ближе, почти вплотную, дабы хорошо расслышать старика.

— Э… вы маг? – поинтересовался стражник.

— Немного, – улыбнулся Териус.

— Коль так, как бы, коль маг, то требуется, значит, получить разрешение от главы города. Так что, господин маг, вам надобно подождать…, – Териус сделал вид, что всё понял, но ответ его обеспокоил.

— Я всё понимаю, почтенный. Но поймите и вы – скоро станет ещё холодней, так ещё и метель, может даже буря. Мы не переживём подобного вне стен града. Сколь долго придётся ждать? День-два? Сомневаюсь. Не меньше седмицы, я полагаю. А похолодает уже сегодня. И тогда мы можем не дожить до завтра.

— До ближайшего хутора, значит, идти не далеко. Коль выдвинетесь сейчас, то уже к ужину будете там.

— Это не тот ли хутор с разрушенной старой мельницей?

— Да-да, именно он.

— Мы там уже бывали, почтенный, и нам дали понять, что нас не желают видеть, – страж удивился подобному, и анимаг объяснил:

— У них в этом году весьма скудный урожай, так что еды довольно мало, и им едва ли хватит на самих себя, а кормить странников они не хотят. Даже за помощь с нашей стороны.

— Э как… не думал, что у них всё настолько плохо, – почесал страж в затылке.

— Теперь понимаете, почтенный? Нам больше некуда идти. Другой хутор ещё дальше, а метель может начаться совсем скоро. Пусть я и немного владею магией, но не смогу защитить нас от неё.

— Я… даже не знаю, право слово. Никогда раньше подобного у меня не было. Извиняйте, господин маг, но коль сказано, то…

— Да-да, коль сказано – надо выполнять. Я всё прекрасно понимаю, но мы ведь пробудем в городе не долго. Как только метель утихнет – мы уйдём, – Териус посмотрел на шею воина и незаметно указал на неё. – Извините, почтенный, но у вас мешочек на шее вот-вот выпадет.

Мужчина явно не понимал, о чём говорил старый маг, и искренне удивился, когда опустил глаза. Приоткрыв нежданную вещицу, он увидел там четыре золотые монеты, после чего поспешил убрать мешочек под доспехи. Вот так дела! Четыре монеты. Четыре! Этого ему хватит на целый год… либо на месяц хорошей жизни.

— Ох, спасибо вам, добрый человек. Чуть было не потерял всё, – широко улыбаясь, сказал мужчина. – Ну что ж, коль вы не маги, – стражник проговорил это чуть громче, дабы остальные его услышали, – и хотите лишь отдохнуть, да и укрыться от лютых холодов, то добро пожаловать, – он жестом дал понять остальным, чтобы те расслабились и никакой опасности нет.

Страж же прошептал:

— Не говорите никому, что вы маг. А если и скажете, то вы получили разрешение на вход в град. Никто не попросит вас его показать, ибо все знают, что без оного нельзя пройти в Фейер. Ежели другие стражники будут надоедать, то скажите, что вас пропустил дозорный командир западных ворот Эндор Бейр. Я подтвержу. Остальным ни-ни! – он грозно потряс пальцем. – Хорошо, господин маг?

— Всё запомнил, многоуважаемый Эндор, – с улыбкой проговорил Териус, после чего он и Эльтран вошли в город.

Разумеется, старый маг спросил у стражника относительно гостиницы, и они пошли «прямо до того-о большого дома, а после повернуть направо и идти прям до конца, к южной стене, там и будет, значит, гостиница». По дороге Эльтран не удержался и спросил у Териуса:

— А это правда, что холода будут суровей и что грядёт метель?

— Конечно же нет, Эльтран… но что мне мешает это устроить? – ехидно улыбнулся маг. – Не волнуйся, надеюсь, мы тут недолго пробудем. Нам надо найти того кудесника и сделать так, дабы ты прошёл в Школу Магии.

— А как тебе удалось повесить ему на шею мешочек с золотом?

— Просто материализовал его и всё. К тому же золото там не настоящее.

— Как это?

— То лишь иллюзия. Очень качественная, должен заметить. Даже если он попробует монеты на зуб – они будут как настоящие. Но это лишь до тех пор, пока мы здесь. Как только мы покинем город – они превратятся в четыре маленьких уголька.

— Хм… хитро, – одобрительно кивнул Эльтран.

— Разумеется. Это и значит быть магом.

Гостиница показалась Эльтрану до безобразия простой. Вся деревянная, без какой-либо роскоши, а владелец так и вовсе жуткий пьяница, выглядевший так, словно целый месяц просидел в куче навоза. На первом этаже, который представлял из себя трактир, пахло просто отвратительно. Всюду грязь, кого-то тошнило от того, что выпи слишком много, а в другом конце помещения двое мужчин дрались. Мальчик искренне надеялся, что в их комнате всё иначе. К великому счастью третий этаж пусть и пах, но не столь смрадно. Эльтран даже собирался предложить Териусу вернуться обратно в лес, но промолчал.

Старец повелел мальчику оставаться в комнате, а сам вышел. Мальчик не знал, чем себя занять. Он не учел ни читать, ни писать, практиковать магию тоже не следовало, так что единственное, что он мог – думать. О родителях – Эльверо и Ларейн, об их смерти, о том, как разбойники нашли их и, собственно, зачем гнались и убили? Быть может, им просто заплатили? Возможно. Но кто? И не стоял ли за этим ещё кто-то? Некто более могущественный и властный? А если разбойники напали по собственным соображениям? Несколько странно для них. Да, «Иллитиалы» считались весьма безумными, но напасть на двух магов – даже для них слишком странно. В видении Эльтрана они не мародёрствовали, да и ему жизнь сохранили, а мальчик никогда не видел, дабы они приводили с собой младенцев. Нет, они не по собственному желанию напали тогда. Валис с кем-то говорил… но с кем?

Далее. Многие считают, что он – тот, о ком говорится в пророчестве, будь оно не ладно. О пророчестве Эльтран знал не слишком много. Конечно, Веал ему как-то рассказывал про него, но мальчик мало что понял, ибо посчитал пророчество полной нелепицей. Он искренне не понимал, как один человек сможет стать настолько могущественным. И как это он должен свергнуть Богов? Вернее, он станет настолько сильным, что уподобится им и сможет от них избавиться. Разумеется, Эльтрану хотелось верить, что он добьётся подобного, однако пусть он ещё мало, но понимал, что это всё звучало слишком громко. А ежели все ошиблись? Ежели он не тот, за кого его все приняли, и настоящий человек из пророчества бродил по миру, становясь всё сильней и сильней, пока взоры преследователей устремлены на Эльтрана?

И что делать ему в Школе Магии в Энефере? Да, надобно обучиться, но только чему именно? Как сказал Веал, надо обучиться тёмному направлению. Но какому именно? И какие вообще существовали тёмные виды магии?

«Да где же этот Териус?!»

Небесное светило уже давно исчезло из виду, и ночь расправила свои крылья, а старого мага всё не видать. Сам не ведя причины, Эльтран не желал спать. Он терпеливо ждал анимага, постоянно борясь с сонливостью. Когда же Териус вернулся и застал сонного мальчика, сидящего на кровати, то посмотрел на него, как на диковинную зверушку.

— Ты почему не спишь? – это первое, что услышал от него Эльтран.

— Тебя ждал, Териус.

— Зачем?

— Хотел узнать, есть ли какие вести…, – мальчик зевнул. – И где ты, проклятый, пропадал так долго?! – Териус устало выдохнул и тяжело сел на кровать. Он выглядел так, словно ему пришлось отбиваться от разбойников на большой дороге.

— Во-первых, устраивал более суровую зиму и наводил метель. Утром заклинание вступит в силу и будет держаться одну седмицу. Во-вторых, пытался узнать, где находился этот Кристоф Мейдер. В полдень он любит, как мне сказали, бывать на главной площади. Сидит себе там под каким-то деревом и сидит. И ему совершенно всё равно, что сейчас зима. Так же узнал, что он маг Стихии Воды, ранее был наставником в Школе Магии, недавно ушёл оттуда, но людей, которые могут тебе помочь туда попасть, он знает. Собственно, это самое важное для нас. Однако даже за эти небольшие знания мне пришлось отдать немало золотых… А владелец трактира – сволочь, коих ещё поискать. Но ничего, – Териус вновь улыбнулся, но на этот раз искренне и с усмешкой, – за такую наглость он завтра весь день будет страдать поносом, – старик хихикнул, явно довольный собой.

— Ты столько времени пробыл с этим трактирщиком?

— Что ты, Эльтран! Конечно же нет! Это заняло крайне мало времени.

— Что же ты делал тогда столько часов?!

— Осмотрел город, и… хищные дивные девы овладели моим рассудком, лишив меня дара речи и даже возможности самостоятельно ходить. Воспользовавшись моей беспомощностью, они подло увели меня в своё логово, где истязали и пытали различными способами, чьей изощрённости позавидовал бы сам Творец, – Териус говорил как жертва, которой пришлось рассказать обо всём перед тьмой людей. Он даже возвёл руки ввысь, словно прося высшие силы смилостивиться над ним и помочь.

— Я тебя не понял…, – анимаг с громким выдохом опустил руки, посмотрел на мальчика и пояснил:

— Я был с девами, что торгуют собственным телом, Эльтран.

— Ты был… со шлюхами? Какая мерзость!

— Не говори так про прекрасных дам.

— Но они же шлюхи!

— Я и не спорю, но называть их подобным образом – крайне низко для достойного мужа. Ночные бабочки, жрицы любви, кудесницы любовных утех – называй их так.

— Это не изменит того, что они шлюхи!

— Через пару лет и ты станешь забегать к ним, – усмехнулся Териус.

— Никогда!

— Увидишь, Эльтран, увидишь. Возможно, ты и сам не поймёшь, что это случилось. Просто однажды ты очнёшься в чужой постели рядом с прекрасной кудесницей, она посмотрит на тебя, нежно проведёт рукой по щеке и сладким голосом скажет: «Мне было очень хорошо». После же, смотря на тебя, пытаясь утопить в омуте своих дивных глаз, добавит: «Если хочешь – можем повторить… за пять серебряников». И что делать дальше, как именно поступить – решай сам. Я решил… и повторил. После чего вновь решил повторить.

— Не хочу больше ничего слышать об этом!

— Что ж, тогда ложись спать.

— Теперь мне не уснуть!

— Почему же?

— После того, что ты мне рассказал? Я уверен, что стоит мне только закрыть глаза, как я увижу тебя с…

Териус провёл рукой перед лицом мальчика, и тело Эльтрана обмякло. Анимаг подхватил его, дабы тот не ударился об пол, уложил на кровать и накрыл одеялом. Благодаря заклинанию старца, Эльтран спал крепким сном без сновидений.

Ближе к полудню Териус и Эльтран гуляли по главной площади города. Заклинание анимага действовало, но не в полную силу, ибо он ждал нужного момента. На подобных площадях деревьев, как правило, не бывало, но одно всё же гордо возвышалось в самом центре. Десять саженей в высоту и толщиной в четыре человеческих обхвата. Листья не опали с дерева. Наоборот, они обильно украшали его, а по цвету они зеленовато-серебряные. И под этим самым символом тепла и лета сидел человек, прислонившись к нему спиной. Эльтрана поразило то, что мужчина весьма высок, широк в плечах, а прилизанные назад каштановые волосы лишь частично покрыты сединой. Само лицо с мягкими чертами, кожа светлая, почти как у аристократов, веки закрыты, и он явно наслаждался погодой.

«Я ожидал увидеть старого скрюченного годами мага, но не столь молодого и крепкого мужа»

— Пройдись по площади, Эльтран, а я поговорю с Кристофом. Но не уходи далеко.

Маг Воды не сразу обратил внимание на подошедшего к нему анимага, и он так же держал голову приподнятой. Но Териус из тех, кто мог даже мертвеца пробудить, так что Кристоф открыл глаза и посмотрел на старца. Эльтрана поразили его небесно-голубые глаза, точь-в-точь как у хаоромов. Пусть в них не виделось надменности и презрения, как у того же Хаорана, но взгляд у человека довольно холодный и неприятный. Как бы там ни было, Териус сумел достучаться до него и они принялись общаться.

Дальнейшее перестало интересовать Эльтрана, а потому, закончив рассматривать то чудесное дерево, он обратил взор к другим зданиям. Он надеялся, что хотя бы на центральной площади они будут отличаться от всего того, что доводилось им повидать. И он не ошибся. Их трактир-гостиница полностью сделан из дерева, большинство других зданий только наполовину каменные, то тут, в самом сердце города находились поистине неплохие дома. Все они жилые и принадлежали лишь власть имущим, либо крайне богатым людям, которые, ввиду своего состояния, как раз и обладали властью. Притом не редко официальной.

Засмотревшись, Эльтран перестал обращать внимание на дорогу и столкнулся с другим юношей, кому с виду не более пятнадцати лет.

— Проклятье! – выругался тот.

Ростом чуть выше Эльтрана, одет в добротные, даже дорогие одежды. Лицо отталкивающее, с выдвинутой вперёд верхней челюстью, нос с внушительным горбом, так ещё и искривлённый, и крупные, мясистые щёки. Тот мальчик вообще слегка полноват, и, судя по всему, не любил следить за собой, ибо стоило ему открыть рот, как все вокруг должны были бы умереть, сгнив заживо. Во всяком случае, именно так показалось Эльтрану.

«У него во рту, судя по всему, стая крыс померла… Ужас! Аж глаза режет! И волосы больше похожи на растрёпанную солому»

— Ты што, не видишь дороги перед собой? – из-за изменённой челюсти, аль из простого неумения нормально говорить, разодетый юноша не мог выговорить букву «ч» и вместо неё получалась протяжная «ш». кроме того и с некоторыми другими буквами у него имелись проблемы.

— Немедленно исвинись!

— Извиниться? – тихо переспросил Эльтран.

— Ты меня не рассышал? Или се я говорю непонятно?

— Непонятно. Говоришь быстро, искажённо, и мне не всегда удаётся сразу тебя понять, – не колеблясь, ответил мальчик. – Но, ежели тебе от этого полегчает, то я извиняюсь, что не заметил тебя и врезался.

— Што ты скасал? Искасёно? Ещо и на «ты» говоришь! Ты смеешь общаться со мной, как с равным? И што это са исвинение такое? Тебе надобно пасть на колени!

— Пасть… на колени? – искренне удивился мальчик.

— У тебя што, ушей нет? А, есть. Пады на колени и моли меня о прощении!

И этого Эльтран не захотел терпеть. Он схватил уродца за локоток и злостно прошипел:

— Я тебе не раб, дабы поступать так! Тебе надо – ты и «падь на колени», урод, – он оттолкнул заносчивого юнца от себя и собирался вернуться к Териусу.

— Да как ты…, – взбесился тот, выхватил стилет и метнулся к Эльтрану.

Мальчик без труда увернулся от удара сверху-вниз и очутился сбоку от разодетого юноши, который на некоторое время потерял равновесие и завалился слишком сильно вперёд, чуть не упав. Приняв устойчивую позицию, он проделал рассекающее движение. Эльтран отступил назад всего на шаг, и лезвие стилета блеснуло перед животом, но его не задело. Уродец, как его окрестил для себя Эльтран, замахнулся для этого движения слишком сильно, так что его занесло немного в сторону.

«Он впервые держит эту штуку в руках?»

Парень в дорогой одежде продолжал рассекать воздух, но Эльтрана даже не поцарапал. Вокруг них образовалось довольно плотное кольцо людей, смотревших на внезапное зрелище. Никто не пытался разнять двух мальчишек. Даже Териус и Кристоф стояли среди зрителей и наблюдали. Коль анимаг не остановил Эльтрана – вполне вероятно, что он решил воспользоваться моментом, дабы показать магу Воды, на что способен его «внук». Но нельзя исключать и того, что ему самому интересно взглянуть, чему обучили мальчика Менер и Веал. А может старец просто считал, что проблема — это проблема самого Эльтрана, а посему и разбираться с ней следовало ему самому?

Бывший ученик Дейла успешно увернулся от очередной атаки, после чего схватил заносчивого уродца за кисть, и второй рукой ударил его по локотю. Юноша вскрикнул, даже почти завизжал как поросёнок, и кинжал выпал из его рук. Прокричав что-то неразборчивое, богач попытался дотянуться до Эльтрана второй рукой. Плохая идея. Тот лишь зашёл ему за спину, всё ещё не отпуская руку и даже надавливая на локоть, и немного крутнулся с уродцем. Остановившись, мальчик резко развернул богача так, дабы тот встал к нему лицом и ударил пальцами в горло, но не слишком сильно, ибо убивать глупца он не собирался. Заносчивый юнец рухнул на колени, обхватив горло и сильно кашляя. Эльтран же взмахом руки воззвал к Силам природы и из-под гранитной брусчатки вылезло множество лиан, обхвативших руки и ноги уродца, не давая ему даже возможности пошевелиться. От очередного взмаха рукой показался небольшой каменный шип, нацеленный прямо в голову. Богатенький мальчик испугался и сильно зажмурился.

Не было боли, не было ощущения потери жизненны сил, никакого резкого и колющего удара не последовало, и лишь ледяной ветер бил по лицу. Жив… он остался в живых. Открыв глаза, он увидел перед собой каменный шик, а рядом стоял Эльтран и смотрел на него с презрением. Заклинание исчезло, и лианы потянули юношу вниз, опустив его на четвереньки.

— Теперь ты понял, кто из нас «пады на колени»?

— Довольно! – прокричал кто-то из толпы. Лианы спали и уродец вскочил, подбежав к мужчине. – Мэтью, объяснись!

— Я… я… он оскорбил меня! Он… маг, папа! Видишь, што он тут натвориль?!

— Да, ущерб серьёзный. На восстановление площади в этом месте уйдёт не менее восемнадцати золотых монет. И как тебе только хватило наглости поступить подобным образом, так ещё и с моим сыном?

— Я лишь бродил и погрузился в думы. Вашего сына я не заметил, за что я уже принёс ему свои извинения, – на удивление вежливо отвечал Эльтран.

— И ты решил прибегнуть к магии? Побоялся, что мой сын изобьёт тебя?

— Вы ничего не видели? Он был вооружен стилетом, но, видимо, даже не понимает, как им пользоваться. Скажи ему, что это зубочистка – принялся бы ковыряться им во рту. А к магии я прибёг, дабы он знал своё место.

— Да ты! Ты оскорбил моего сына, а теперь смеешь дерзить мне? Это ты не знаешь своего места, выродок крестьянский! Коль складно говоришь и знаешь несколько умных слов – ты решил, что можешь вести себя, как знатный человек?

И Эльтран не выдержал. Он создал вокруг шеи мужчины огненное кольцо.

— Скажу тебе то же, что сказал твоему уродцу, – глаза мальчика пылали злобой. – Я тебе не раб!

Кольцо начало сжиматься, прикоснувшись к коже. Появился запах подпалённой кожи, а мужчина почти по-женски ни то завопил, ни то взвизгнул от боли. Лишь после этого огненное кольцо растворилось в воздухе.

— Стража-а-а! – надрываясь, закричал мужчина.

— Хватит! – раздался другой голос, и бежавшие стражники резко остановились. – Вернитесь на посты, – приказал он им, и все воины поспешили послушаться. – Холс, ты не имеешь права называть свободного человека рабом, равно как и не смеешь требовать от него вести себя подобным образом, – это говорил тот самый маг, с которым хотел встретиться Териус.

— Свободного? Да какой из него…

— Самый что ни на есть, – перебил мужчина Холса. – И как уже было сказано, он извинился перед твоим сыном. Но своими словами теперь именно вы оскорбили его, а посему я требую, дабы вы просили прощения.

Не веря собственным ушам, Эльтран повернулся и пристально посмотрел на мага.

— Кристов, ты не можешь требовать от меня такого! – брызжа слюной, завопил Холс.

— Могу и требую. И мне плевать, что ты казначей города. Это не даёт тебе права принижать других.

— Ты хочешь оскорбить меня перед всеми? Из-за кого? Из-за какого-то мальчишки?! О, я понял… я всё понял. Он маг, как и ты! Именно поэтому…

Договорить ему не позволили, ибо Кристов создал водный кнут (Эльтран и сам не сразу поверил в это) из воздуха и хлестнул им Холса по щеке, оставив царапину. Казначей вновь завизжал. Перечить более бессмысленно, и он извинился перед Эльтраном. Правда, это звучало с нескрываемым гневом, да и довольно тихо. Его отпрыск последовал примеру отца.

— Эльтран, принимаешь извинения? – поинтересовался Кристоф, и мальчик лишь помотал головой из стороны в сторону. – Мэтью, Холс, полагаю, если вы опуститесь на колени и попросите прощения, то тогда он примет их, – в его голосе чувствовались нотки наслаждения.

«Каков! Уверенный, сильный, на градоначальника не похож, но даже стража делает так, как он говорит»

— Что?! Ты ума лишился, Кристоф?! Да как ты смеешь! Что бы я и мой мальчик извинялись подобно рабам?! – маг воды вновь хлестнул Холса, но по второй щеке.

— Коль откажешься, то Эльтран имеет полное право вызвать на дуэль твоего сына. И как ты знаешь, биться надо насмерть, ибо нет ничего важнее чести. Твоему сыну шестнадцать лет. Он уже год как стал мужчиной, но этот мальчик ведёт себя несоизмеримо мужественней, нежели ты и Мэтью вместе взятые. Полагаю, мы оба знаем, кто останется стоять на ногах. И ежели случится именно так, то я тоже вызову тебя на дуэль, Холс, ибо ты усомнился во мне и неоднократно оскорбил своим мерзким языком перед всеми.

Казначей аж покраснел от гнева. Он весь дрожал от распираемой злобы, но понимал, что ничего сделать не мог, а потому с великим трудом опустился на колени и потянул за собой сына. Пожалуй, это был самый сложный в его жизни поступок. В этот раз Эльтран принял извинения.

Люди постепенно расходились, а униженные Холс и Мэтью поспешили убраться с площади. По пути в них то и дело тыкали пальцами простолюдины и высмеивали. Эльтран прибег к магии Воздуха, дабы услышать, что про них говорили, и заодно подслушал, как отец сказал сыну:

— Какой позор! Не будь ты моим единственным наследником – придушил бы собственными руками! За такое унижение ты поплатишься. Месяц сидеть не сможешь и побоишься из дому выйти на люди! – эти слова подействовали на Эльтрана подобно целительному заклинанию.

— Ты хорошо проявил себя, мальчик, – похвалил его Кристоф. – Достопочтенный Териус, так вот он каков, ваш внук.

— Совершенно верно, уважаемый Кристоф.

— И зовут его Эльтран. Как я полагаю, назван в четь Архимага древности?

— Вы совершенно правы.

Мальчик заметил, как анимаг принялся совершать короткие движения пальцами, продолжая при этом говорить. Подул сильный ветер, снег валил стеной, и невозможно ничего разглядеть дальше нескольких метров. Толпа поспешила разбежаться.

— Приглашаю вас к себе в гости, господа, – прокричал Кристоф, чтобы его слова оказались услышаны.

К счастью, дом мага оказался совсем рядом с площадью, а заодно и Ратушей. Дом в два этажа, сделан из камня бежевого цвета, и притом весьма добротно. Сколько Эльтран не присматривался, он не смог найти ни одной трещины или хотя бы скола. Всё сделано строго, без какой-либо помпезности, имя владельца не вырезано на кресле и не вышито золотыми нитками на скатерти; окна небольшие и помещены в простенькие на вид рамы (хотя средь богачей считалось общепринятым иметь огромные окна, размером чуть ли не с целую стену). Внутри оказалось весьма уютно и комфортно, но опять же, без излишков и роскоши. Мебель явно из хорошего и дорогого дерева, но не кричащая нечто вроде «посмотрите на меня! Я стою больше, нежели простолюдины получат за десять лет!», и никаких следов износа и обветшалости. Либо дом новый, либо Кристоф очень хорошо следил за ним.

Камин горел, а потому внутри очень тепло. Стряхнув с себя снег, маг Воды лёгким движением руки выдвинул три кресла к очагу и предложил гостям сесть и погреться.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель. Не желаете ли часом выпить чего-нибудь? Могу предложить вам крепкого грона, или же милл, эль, медовуху.

— Благодарю вас за столь радушный приём, – Териус изобразил некую нерешительность, но всё же спросил:

— А не будет ли у вас столь любимого мною дарна?

— А-а, неужели нашёлся ещё один ценитель столь прекрасного напитка в этом городе? Конечно же, найдётся. А что желаешь ты, Эльтран?

— Уважаемый Мейер, пожалуй, лучше не давать ничего мальчику, кроме обычной воды. Он ещё успеет попробовать горячительного питья, а пока он нужен мне в трезвом уме. Мы недолго пробыли на холоде, а лучше дарна и грона ничто не согревает. К тому же я считаю, что Эльтран славно разогрелся с эти… как его там… Мэрк?

— Мэтью, – поправил его Кристоф.

— О, да-да, точно. Старость, дорогой, старость! Память уже не та.

— И часто вы ограничиваете Эльтрана в чём бы то ни было?

— Довольно часто. Я хочу, дабы мой внук привык, что не всегда будет кому ему помочь. Я хочу, чтобы он в час нужды смог справиться сам, а не лежал истекая кровью на земле и моля Творца спуститься к нему на помощь.

— Смело, Почтенный Териус. Но вы ведь знаете, что маги, в большинстве своём, люди весьма… кхм… своеобразные. Вы должны знать, что они баловни, не редко нуждающиеся в помощи от других. Конечно, любой маг, даже самый ужасный и отвратительный, этого никогда не признает, а стоит им покинуть свою обитель или даже город магов, он же Энефер, и выйти в большой мир, как они не могут ничего предпринять. И я имею в виду то, что они будут напуганы, ибо смотреть на мир через магические шары, зеркала, изучать его при помощи множества фолиантов – одно, но совершенно иное – очутиться в нём. Ужасает и то, что подобные книги, также посвящённые практической магии и другим расам, пишут те, кто не покидал стен города! Вы когда-нибудь видели амедея?

— Доводилось, – скривив лицо, ответил Териус и вытер губы.

— Значит, вы должны знать, что от них исходит весьма дурной запах, а их кровь и того смрадней. Но что написано у некоего Варгара Кизуара? Он даёт весьма смутное описание их внешности, составленное из более старых записей его предшественников, а также со слухов различных странников, которые якобы виделись с этой подводной расой. О смраде ни слова в его труде! А ведь этой… книге – да простят меня настоящие авторы великих фолиантов, что я посмел употребить это слово в отношении писанины этого Варгара – более шестидесяти лет. Молодые маги её читают, пользуются ею и верят сказанному. Уж не знаю от чего, но молодых магов не принято заставлять познавать мир. И я был таким некогда. Меня не отправляли в далёкие королевства, и даже в другие города я путешествовал исключительно в закрытой повозке. Про другие расы я знал крайне мало, плохо умел применять боевую и защитную магии против простого оружия. Сражаться на дуэлях против других магов – одно, и совершенно всё иначе складывается при битве с простыми воинами или, хуже того, наёмниками, коим не ведома честь, и они прибегают к различным уловкам. Всё узнавать мне пришлось самому, что несколько раз чуть не стоило мне жизни. Мальчику очень повезло, что у него такой дедушка. Возможно, Эльтран этого сейчас и не осознает, но ваше учение пойдёт ему на пользу. Взять того же Мэтью: баловень, привыкший, что к нему должны обращаться как к принцу, а без служанок он и уборной найти не сможет, я уверен.

— Любопытно, – заговорил Териус. – А он вообще знает, что та странно болтающаяся штука у него между ног нужна не только для того, чтобы мочиться?

— А вы думаете, там что-то есть?

Оба мага рассмеялись.

— И как только такие живут в этом мире…, – нарочито обречённым видом выдохнул Териус.

— Я задаю себе точно такой же вопрос. Но чего ожидать? Его отец – казначей города, а Мэтью единственный наследник имущества и титула. Отпрыск уже год как является совершеннолетним, отец пытался найти ему достойную невесту, знатную, из хорошей семьи, но кому нужен эдакий…, – Кристоф замолк, пытаясь подобрать подходящее слово.

— Уродец? – подсказал ему Эльтран.

— Пытался подобрать что-то чуть менее оскорбительное, но для него такого слова не существует. Да, такой уродец никому не нужен из знатных семей. Если бы хоть что-то мог, то, быть может, Холс добился бы успеха, но Мэтью не умеет и не знает ничего. Что ж… уважаемый Териус, думаю, довольно говорить о недостойных. Слишком много внимания мы им уделили. Сидите, грейтесь, отдыхайте, а я принесу дарна.

Пока Кристофа не было, Эльтран принялся осматривать комнату и его внимание привлёк широкий шкаф, заполненный книгами. Он смотрел на корешки, на буквы, написанные словно золотыми чернилами.

— Какая-то из них тебя заинтересовала? – спросил Териус.

— Возможно… Не знаю. Я не умею читать.

— Что? Как же так? Ты хорошо говоришь, правильно, чётко, знаешь достаточно слов. Если тебя определённым образом одеть, то ты будешь не отличим от знатного человека, – Эльтран уставился на камин и даже покраснел от собственной безграмотности. – Веал не научил тебя?

— Мы изучали магию, а Менер учил меня фехтованию.

Старый маг быстрым движением коснулся его лба двумя пальцами. Даже не коснулся, а словно слегка ударил его. Ткнул так, что невольно мальчик дёрнулся, чуть не упав и не унеся с собой кресло. Голову кололо, но вскоре перестало.

— У меня нет времени учить тебя грамоте, а посему я передал тебе свои знания. Теперь ты можешь читать и писать на всеобщем языке, а кроме того можешь понимать язык сцерров, орков, кое-что из гномьего и совсем чуть-чуть эльфийского. Говорить на них ты сейчас не можешь, но на слух воспримешь.

Послышались шаги за открытой дверью, ведущей в подвал. Пока Кристоф не поднялся, Териус добавил:

— Пока всё идёт хорошо, Эльтран, – прошептал анимаг. – Говори только когда тебе зададут вопрос. Если же тебя спросят о чём-то на что тебе трудно дать ответ или же выдумать его – не переживай. Я помогу.

Хозяин дома вернулся с серой бутылкой в руках, поставил две кружки на стол и наполнил их болотно-серой жидкостью. Она пенилась и шипела, а также от неё исходил небольшой, почти незаметный дымок.

— За хозяина сего славного дома, – молвил Териус, подняв кружку. – Дабы путь ваш не был тернист и полон опасностей. А коли таковые возникнут, то желаю вам избавиться от них, да так, дабы о ваших подвигах слагали баллады, – Эльтрану подобные слова показались излишними и слишком высокими, но он доверял анимагу.

— Покорнейше благодарю вас, – вежливо и с широкой улыбкой ответил Кристоф, после чего оба мага осушили кружки. Териуса аж передёрнуло, будто бы его на мгновение свело дикой судорогой.

— О-ох! Превосходно! Давно я не пил столь чудесного дарна.

— Однозначно, эта бутылка весьма хороша. Проблема дарна в том, что если его передержать, то он превращается в сильный яд. Знаете, как именно он действует? Нет? Если оставить его бродить слишком долго, то человека сведёт жуткая судорога, особенно в спине. Изо рта пойдёт розовая пена. Из глаз, ушей, носа и из каждой поры в теле пойдёт кровь. После чего начнётся жуткая тошнота. Говорят, что кто-то так сильно отравился, что в итоге изрыгнул из себя собственные же кишки. Однако если дарн передержать не так сильно, то он парализует жертву. Почти также действует и секрет люкров, которым они плюются языком. Такой дарн тоже обездвиживает, но сохраняет чувствительность. А теперь представьте: бросить такого человека на раскалённые угли. Он не может пошевелиться и что-либо сделать. Идеальное приспособление для пыток. Ну да ладно, мы ведь не напиток обсуждать собрались, верно? – Териус кивнул. – Так что же вас привело в сей град, уважаемый?

— О, право слово, пустяки. Нам лишь хотелось отдохнуть от дороги, достопочтенный. А то ведь мы, без малого, две седмицы в пути. Да и мои скудные знания в стихийной магии помогли понять, что зима станет суровей и что грядёт сильная метель. Вот мы и решили остановиться тут на некоторое время, дабы отдохнуть и отсидеться.

— Метель в самом деле грянула внезапно. Но, скажите вот ещё что, уважаемый Териус. На площади вы подошли ко мне явно уже зная, кто я такой. Какова была причина для этого? Ведь мы так толком и не поговорили из-за событий, произошедших вскоре.

— Вы абсолютно правы, уважаемый Кристоф. Я поинтересовался у одного трактирщика относительно магов в городе. Мне назвали только ваше имя и сказали, где вас можно найти. Я хотел узнать у сильного стихийного мага: как долго продлятся эти холода? – анимаг нагло врал и даже не покраснел. Хитёр был Териус.

— Видите ли, я маг Воды, а не Воздуха. Увы, в этом я не смогу вам помочь. Всё-таки ещё со времён Школы я посвятил себя именно этой Стихии. А позже я принялся изучать некоторые заклинания из других направлений магии, чтобы облегчить себе жизнь.

— Школы? – маг в белом сделал вид искреннего удивления. – Вы имеете в виду Школу Магии в Энефере, ведь так?

— Совершенно верно.

— О, я слышал, что туда принимают лишь способнейших. Что ж, примите мою высочайшую похвалу, мэтр Кристоф, – старец приложил руку к сердцу. – Сам я не могу похвастаться таким достижением.

Слова анимага возымели действие: мага Воды переполняла гордость, хоть он и пытался это скрыть.

— Я польщён вашими словами, но я прекрасно чувствую, уважаемый Териус, что вы посильней меня будете.

— Да что вы, мэтр Кристоф! Даже если это и было бы так, то лишь из-за моего преклонного возраста. Я уверен, что в мои годы вы будете задавать движение мировому океану, и с его же помощью можете рассекать горы.

— Увы, но в Школе нас такому не учили. Хотя, быть может, я и смогу научиться сам чему-то подобному.

— Я в этом и не сомневаюсь. Также надеюсь, что и мой внук много добьётся.

— Вы хотите отдать его в Энефер?

— Совершенно верно, мэтр.

— Да будет вам, достопочтенный, называть меня «мэтр». Никогда не любил подобного обращения. Для вас я Кристоф. Что же относительно Школы, то… Коли вам надобно туда, то надо двигаться на юг. Вы могли давно повернуть в ту сторону, и сейчас были бы в поселении. Уверен, вас бы приняли с радостью. А так получается, что вы прошли лишние полдня пути.

— Поселение? Вот как… Я не знал о нём, достопочтенный. Мне известно лишь про этот город. Я слышал, что он самый защищённый и большой на несколько сотен лиг вокруг. Я не стал рисковать.

— Понимаю вас. Пусть вы и проявляете строгость, но заботитесь о внуке. Это достойно похвалы. А на какое направление конкретно вы хотите отправить Эльтрана?

— Я даже и не знаю, – пожал плечами «дедушка», после чего повернулся к мальчику. – Ну что, куда именно хочешь?

Эльтран некоторое время колебался. Что ответить? Что он и сам не знал, на что именно идти? Или же опозориться и сказать, что он просто не знал, какие вообще виды магии бывают, кроме четырех Стихий? И пусть Кристоф начнёт перечислять по памяти все имеющиеся? Нет, так дело не пойдёт. Веал говорил, что ему, Эльтрану, надо заглянуть внутрь себя и понять, кем он должен стать. Ну, заглянул, и что в итоге? Это ему ничего не дало.

«Тьма» – вспомнил он.

— Мне хотелось бы пойти на тёмное направление, мэтр Кристоф.

— Тёмное? – философски приподнял тот одну бровь. – Что ж, их много.

— Прошу прощения, мэтр, но не могли бы ли вы перечислить все имеющиеся?

И Кристоф перечислил. Все одиннадцать направлений, что изучали в Школе: колдовство, ведовство, магия мрака, магия разрушения, тёмная алхимия, магия астрала (точнее «магия астрала с целью применения её к тёмным Силам»), тёмные жрецы, магия Хаоса, познающие Тьму (разбирающие саму магию на несколько основ и изучающие их; разумеется, предпочтение отдавалось тёмным потокам), сульхиджи (происходит от древнего слова «sulkhiradzhiolors», что можно примерно перевести как «создание нового»; это направление занималось выведением новых видов животных, но в основном они создавали монстров, а также изучали нежданно-негаданно появившихся новых страхов и разбирали их строения, составляли огромные записи с исследованиями и наблюдениями, дабы понять способности и слабости каждого) и некромантия.

— Магия разрушения, либо колдовство, – после некоторых раздумий ответил Эльтран.

— Что ж, каждое из них по-своему интересно, и каждое нужно. Я некогда был наставником в Школе Магии. Я мог бы помочь Эльтрану попасть в Школу.

— Да? Уважаемый Кристоф, я буду вам вечно благодарен!

— Не спешите благодарить, Териус. Если он подходит для Школы, то тогда я помогу, а ежели нет, то не серчайте. Подойди ко мне, мальчик.

Кристоф взял Эльтрана за руки и посмотрел ему в глаза. Взгляд мага Воды стал тяжёлым, ледяным и суровым. Возможно, ему казалось, что он выглядел жутко и грозно, но мальчик за все годы жизни с разбойниками и не такое видал. Тем не менее, ему очень не нравилось, когда на него смотрели подобным образом. Обычно, после этого его избивали.

Глаза хозяина дома блеснули, и Териус увидел незримую для обычных людей магическую нить, идущую от Кристофа к Эльтрану. Мужчина изучал мальчика, смотрел на его потенциал. Маги таковы, что даже продемонстрируй им высшие чудеса волшбы – не поверят в тебя, пока не заглянут. По крайней мере, именно таковы людские маги.

Когда же нить исчезла, Кристоф отпустил Эльтрана и устроился в кресле поудобней.

— Я могу сказать, почтенный Териус, что Сила в нём велика. Если он направит её в правильное русло, то тогда сможет стать поистине могущественным магом. Удовлетворите моё любопытство и скажите, кем были его родители?

— Их звали Эльверо и Ларейн, – спокойно произнёс имена старец, а вот Эльтрана передёрнуло. Кристоф поднял глаза, словно пытаясь вспомнить.

— Не припомню таких. Какими магами они были?

— Ларейн – магом Воздуха, а вот Эльверо старался изучить все четыре Стихии, и вместе с этим практиковал ментальную магию и магию разрушения.

«Интересно, а Териус сейчас говорит правду или же выдумывает?»

— Вот даже как… Интересно. Достойные маги. Как жаль, что столь ценные и одарённые ученики ускользнули от моего взора. И где они сейчас?

— Кхм… видите ли, уважаемый… они погибли давным-давно. Эльтран был тогда совсем маленьким, даже новорожденным. Я взял его себе, но по ряду обстоятельств не смог оставить. Пришлось отдать его своему очень хорошему другу, который и обучал моего внука.

«Веал и вправду всё поведал Териусу обо мне. Интересно, он придумывает всё на месте, или же готовил речь в течение дня?»

— Соболезную вашей утрате. Думаю, его родители могли бы гордиться им. Если мальчик пожелает, то сможет стать поистине могущественным. И его поведение с Мэтью и Холсом – пропасть мне за то, что вновь говорю про них! – достойно уважения. Ему было явно безразлично, кто стоял перед ним и он не собирается терпеть оскорблений. И это в столь юном возрасте…

— Благодарю за теплые слова.

Эльтрану очень приятно услышать столько лестных слов в свой адрес, но в то же время его сердце заполнилось печалью, ибо перед глазами вновь пронеслась гибель матери и отца. Внутри всё сжималось, всё его существо злилось вновь и вновь на «Иллитиалов», но выказывать подобное перед Кристофом нельзя. И лучше напрочь забыть про этих треклятых разбойников (да наградит их Творец кровавым поносом), ибо ему нужно многому научиться, после чего он непременно отомстит.

— Я помогу Эльтрану попасть в Школу Магии. Приходите ко мне завтра. Я напишу рекомендательное письмо с которым вас пропустят без каких-либо проблем.

Старый маг в очередной раз поблагодарил Кристофа. Он понимал, что тот делал это не столько из-за большого сердца и желания помочь, сколько для себя. Ведь в письме будет фигурировать его имя, и, следовательно, каждый успех Эльтрана пойдёт на пользу самому Кристофу. А уж если мальчик воистину сумеет стать могущественным и сильным магом, то тогда, вполне возможно, что Демиус выберет в качестве своего преемника именно его, Кристофа Мейера. И пусть маг больше не являлся наставником в Школе, но кто сказал, что для становления Архимагом нужно непременно быть в ней мэтром?

Метель не утихала, а Териус и Кристоф продолжали разговаривать между собой в основном о магических премудростях. Старец рассказывал кое-что из области анимагии, его молодой собеседник же поведал несколько секретов магии Воды. Эльтрану оставалось только слушать и запоминать, что тоже весьма неплохо.

После незаметных манипуляций пальцами руки метель чуть-чуть спала, но случилось это после захода солнца. За всё это время они успели о многом поговорить, а Эльтран внимательно слушал и не перебивал, не встревал в их разговор.

Попрощавшись с добрым хозяином дома, «внук» и «дедушка» покинули его обитель и вернулись в трактир-гостиницу.

***

Двенадцать фигур вновь стояли вокруг чаши познания. Мириады звёзд то проносились над ними, то объединялись и плавно текли, подобно спокойной реке, то разрывались на тысячи тысяч частей. Волны всеразличных Сил двигались в пустоты Вселенной, оставляя за собой магические шлейфы, растворявшиеся в пространстве и образовывавшие после себя белые точки звёзд. Океаны магии тихо и мерно ползли по Вселенной.

— Братья и сёстры, я созвал вас сейчас, ибо возникли кое-какие проблемы, – начал Эллариэль. – Во-первых, тот юноша из мира Тертернириэль о коем мы говорили недавно. Так вот, он уже осознал себя и стремится к своей судьбе. Во-вторых, в ещё нескольких мирах появились те «о ком говорится в пророчестве». Они были и раньше, но обнаружились самые сильные из всех существовавших нынче. Если быть точным, то за последнее время они появились в ещё тридцати семи тысячах трёхстах девяносто двух мирах.

— Неприятные вести принёс ты, достопочтенный старший брат. Это существенно усложняет наши планы.

— Истинно так, ибо пусть мы и Боги, но и мы не в силах работать не покладая рук на протяжении множества лет. Ведь даже Творец устал от работы, что уж говорить о нас.

— Но мы будем придерживаться нашего плана?

— Будем, – подтвердил Эллариэль.

— Но, достопочтенный старший брат, пока мы всё подготовим для данных миров, появятся и другие «люди из пророчества», я уверена! И что же будем делать тогда? Создавать и насылать нечисть до тех пор, пока она не уничтожит всю расу людскую?

— Зачем? – вмешался Маэль. – Зачем устраивать вечное испытание, сестра? На нынешних мирах мы проверим все расы, а последующих мы будем уничтожать.

— Через наших братьев эльфов? Ты готов пожертвовать их жизнями, дабы убить одного человека? И неужели ты забыл, что, если убить человека из пророчества, то его душе будет постоянно перерождаться из раза в раз и становиться только сильнее?

— Пророчество… перерождение… судьба… Братья и сёстры, скажите мне, что есть это пророчество? – нарушил своё молчание Эллариэль. – Точнее, пророчества? В каждом мире оно своё. Кто-то уверяет, что этот человек «станет по силе равен Богам», или же «постигнет в совершенстве тёмную и светлую магию». Существуют же и совершенно абсурдные пророчества, например: «самый честный средь рода людского станет пророком и гласом Верховного Бога, и устами своими будет изрекать он Волю Его и поведёт за собой народы и поставит их на путь верный…». «Однажды придёт человек, ни светлый и ни тёмный, что познает непостижимое, и будет Сила его столь велика, что он уподобится Богам…». И так далее, далее, далее. Пророчеств неисчислимое множество. Какое из них наиболее верное – не знаем даже мы. Но единственное нам ясно: рано или поздно, но объявится человек, который будет, быть может, самым великим средь своей расы. Но чего именно нам ждать от него – неведомо. Нигде не говорится, что он непременно уничтожит нас. То лишь домыслы и дополнения других.

— Брат, но тебе ведь было видение. Ты же видел, что явится человек, который уничтожит нас…

— Быть может из-за того, что мы постоянно вот уже столько лет охотимся на «людей из пророчеств» мой рассудок решил подшутить надо мной. Возможно, что это не было истинным видение, но то был мой взбудораженный разум.

— Думы о подобном заставили тебя усомниться в собственных словах и даже мыслях?

— А разве мы не можем ошибаться? Ошибиться может кто угодно, я уже говорил вам это, но повторяю. Я увидел нечто, что окрестил видением, напугавшим меня и вас. Теперь же, поразмыслив о различных пророчествах, о том, сколько их уже было и сколько ещё будет, я и пришёл к подобному выводу. Нужно думать не о самих пророчествах, а следить за теми, кто должен воплотить их. За сильнейшими из людей.

— И что предлагает премудрый старший брат?

— Испытания никто не отменял. Что же касается людей, то будем обращать внимание лишь на самых сильных средь них. В первую очередь на человека из мира Тертернириэль. Кроме него пристально следим за мирами: Царис, Сальфенто, Якрейн, Юджол, Фхакрос, Селио, Гринтро и Ульбо. Остальные миры нам пока не интересны. Помимо этих девяти миров нечисть наслать на ещё десять миллионов основных. Маэль, когда это свершится, то ты должен будешь проследить, дабы наши твари пробыли в каждом из них не более десяти местных лет, после чего они должны исчезнуть.

— Будет сделано, Эллариэль. Но как быть с теми девятью?

— Как только «люди из пророчества» будут мертвы в каждом из них – нечисть должна исчезнуть.

***

Отряд Прита совсем близок к столице королевства. Они не искали мальчика, ибо Ищущие всё ещё не напали на след перемещения, и оставалось лишь дивиться тому, сколь искусно старый сцерр проделал заклинание. Однако рано или поздно, но мальчик отыщется и тогда он приведёт его связанного прямо в тронный зал, после чего его публично казнят. Когда же всё будет сделано, когда человек из пророчества будет убит, Боги обратят взоры в сторону королевства Рейрс и протянут длани свои, прикрывая все их земли от края д края и защищая их. На самом деле ему не хотелось возвращаться, ибо он боялся, что король прикажет убить его. Но за что? Прит ведь нашёл мальчика, а то, что сцерр его переместил неведомо куда – не его вина.

Король взывал к нему, пытался установить телепатический контакт, и Приту пришлось остановиться, дабы достичь наибольшей сосредоточенности.

— Здравия желаю, Ваше Величество! – как-то слишком по-военному заговорил командир.

— Осмелился бы ты пожелать мне какой-либо хвори. По дороге ничего не случилось? Все отряды целы?

— Так точно, мой король. Все вверенные мне люди сейчас здесь со мной. Никто не нападал на нас. Маги хорошо знают своё дело.

— Превосходно. Далеко вы от города?

— Дня два пути, может чуть больше, аль меньше.

— Поторопитесь, Прит!

— Будет сделано! Позвольте узнать, повелитель…

— Позволяю.

— К чему у Вашего Величества возникли подобные вопросы?

— К тому, что тебе может понадобиться каждый воин

— Вы… Ищущие нашли след?

— Именно! Торопитесь в город, Прит. В скором времени мы узнаем точно, где сейчас этот мальчишка и наши мастера переместят вас к нему.

***

Кровавое Крыло не добился ровным счётом ничего. Его особые маги постарались заглянуть в память мёртвых Веала и Менера, да только ничего это не дало. Старый маг-сцерр оказался очень предусмотрителен. Настолько, что сумел как-то избавить собственную память не только от знания, куда он отправил Эльтрана, но также всё связанное с мальчиком. Иными словами, останься он в живых и увидь Эльтрана вновь, то просто не узнал бы его. Хаорану пришлось отправить большой отряд в логово люкров, дабы забрать мёртвое тело Веала, пока его не съели, и, как выяснилось, напрасно. Хаоран всегда считал, что подобное под силу лишь его отцу – да станет душа его едина с Ветром – и учителю.

Летающая крепость более не находилась над созданным Дейлом полем, а медленно плыла по воздуху во восток. Вождь уверен, что ар’ше переместил мальчика в другое королевство, быть может даже не человеческое. Племя Кровавого Крыла трудилось без устали по всему миру. Пусть хаоромов и не столь много, как того хотелось бы вождю, но он уверен в силе своей расы и в умениях. Пока одни пролетали десятки лиг ежедневно, дабы найти Эльтрана, другие же прибегали к магии, и лишь некоторые пытались обнаружить магические нити от человеческих магов из королевства Рейрс в надежде, что они найдут мальчика.

Единственный из всей людской расы, кого Хаоран мог назвать другом, тоже старался отследить магические выбросы. Он прекрасно запомнил следы Эльтрана от заклинаний. Но увы, как никто из живых существ не мог держать в одиночку под контролем всю магическую реальность во всём мире, так и ему не дано почувствовать следы дальше определенного расстояния. Разумеется, у каждого разные грани чувств, зависящие от умений и знаний. Дейл же ничего не чувствовал, а это значило, что Эльтран где-то очень-очень далеко. Быть может даже в далёком-далёком городе Тирис, до коего добираться месяца два на летающем острове. Подобных парящих в воздухе твердынь у Хаорана вполне достаточно, но вождь ничего не почувствовал и не обнаружил.

Помимо этого Дейла мучил ещё один вопрос: кто же организовал нападение на остров? Людей мало, даже слишком мало для полноценного штурма крепости, но тем не менее, они смогли нанести не малый урон и убить многих хаоромов. Да, они напали внезапно. Да, они явились верхом на крылатых лошадях (что тоже весьма поразительно, ибо это означало, что средь них очень могущественный маг). Да, у них имелись посохи с очень мощными магическими камнями в навершиях. Колдуна волновали не сами люди, напавшие на них, но именно их покровитель. Эти камни обладали поистине великой Силой. Тот посох до сих пор находился в опочивальне Дейле, и он до сих пор так и не сумел разораться в той хитросплетённой сети заклинаний, что наложены на него. Он сумел обойти защиту посоха и наложил собственную, так что брат Архимага мог использовать сие исконно магическое оружие. Но ведь куда интересней ему узнать о том, кто создал их. Множество попыток разгадать секрет окончились ничем. Не могли помочь даже хаоромы, хотя один из них ответил, что это невиданные ранее заклинания, очень старые, будто бы древние Силы на стороне этих людей. В подобное Дейл не верил, но не исключал, что, возможно, некое очень старое существо помогало им. Быть может, это саалит, ведь змееподобная раса живёт довольно долго, а учитывая, что средь них много некромантов, то они могли жить не меньше ар’ше. Или же то один из магов-сцерров? Они живут несколько тысячелетий.

Когда последний раз случалось так, чтоб вопросы один за другим обрушивались без единого ответа, Дейл уже и подзабыл. Ни то когда только-только начинал постигать магию, ни то ещё в бытность учеников в Школе Магии. Давно это было, давно. Многое изменилось, появились новые направления в магии, новые предположения, старая магия совершенствовалась. Но даже несмотря на всё это, Дейл всегда разбирал любое заклинание на составляющие и на основы, после чего пытался обратить их в первородную субстанцию, и выяснял, какой расе она принадлежала и для чего служила. Но понять всю магию, наложенную на посох, колдун не мог. Он видел сеть заклинаний, опутывавших инкрустированный камень, видел все эти тончайшие нити, их переплетения, узелки. Видел всё, кроме начала и конца. Любое заклинание, наложенное на какой-либо предмер, со временем теряло первозданную Силу, а магические волокна становилось проще узреть и разобраться в них. Посох явно весьма старый. Возможно даже старше самого Дейла. Но волокна не столь отчётливы, не столь зримы, и потому колдуну не за что зацепиться. Подобное можно сравнить со стеклянной магической сферой: гладкая, ровная, её невозможно развязать. Это идеально! Превосходное, идеальное сплетение. Такой можно только разбить, что и попытался сделать Дейл, но у него ничего не получилось.

Постичь всё то, из чего состоял посох – стало для него чуть ли не важней поимки Эльтрана, ибо он понимал, что станет намного сильней, когда подобное свершится. Но ежели этого не будет, то он всё равно мог воспользоваться посохом, усилив собственные заклинания.

***

Мор, возглавив новый отряд нечисти, двигался неведомо куда в поисках мальчика. Хозяева сказали, что Эльтрана более нет поблизости, и приказали следовать в сторону далёкого Тириса, ибо семёрка считала, что перенести мальчика могли именно в те дальние края. Вот уже долгое время ему не отдавали новых приказов, что его очень беспокоило.

Шло время, день сменялся ночью, а ночь днём. Нечисть во главе с человека брела довольно медленно и относительно тихо. Единственные звуки, что разносились – хруст сминаемого снега, и противные ни то стоны, ни то лёгкие завывания тварей. Кто хлюпал, кто произносил нечто вроде замогильного «у-у-у», так же шелест кожистых крыльев существ, больше похожих на летучих мышей, низкие стоны, некоторые даже выли почти как волки, и так далее и тому подобное. Нечисть имелась всеразличная, на любой извращённый вкус. Как и уже известные маленькие твари, великаны с перекошенными рожами, летающие существа и паук, на котором восседал в паланкине Мор. Помимо них хозяева создали ещё нескольких. Человеческого телосложения, высокого роста, с головы до ног покрыты толстым панцирем, вместо правой руки по костяному мечу, а за место левой огромные щиты. Существа среднего роста, колени выставлены назад и задраны вверх, как у кузнечиков, с очень широкой и жирной грудью (в то время как животы настолько впавшие, что нижние рёбра аж прорывались через кожу), горбатые, с длинными лицами и обвисшими щеками, глаза же большие и бледно-красного цвета. А таких существ Мор увидел впервые: тварь вдвое, а то и втрое шире человека (и при этом ширине не от тучности), от грудной клетки тело делилось надвое, превращаясь в двух различных монстров – один довольно мускулист, другой же худощав; у накаченного три глаза по три зрачка в каждом, всю его половину тела покрывали руны, в руке же он держал весомую булаву; худощавый с двумя буркалами, без рун, и вооружён длинным мечом с лезвием нефритового цвета. Также можно увидеть отродий не ниже двух метров, с буграми мышц, каждая из которых больше головы Мора. Глядя на них казалось, что они вот-вот лопнут подобно перезревшим ягодам. Они в тяжёлых латных доспехах покрытых рунами, на головах рогатые шлемы, из уголков губ вперёд и вверх выпирали здоровые клыки, в обеих руках по двуручному топору, и впервые Мор увидел, что оружие может быть настолько огромным, что не уступало своему обладателю. Маленькие летающие твари, имеющиеся в изобилии, по комплекции очень походили на соколов, но летали они значительно быстрей; перья, как любили выражаться сказители «чернее самой чёрной ночи». Также в рядах Мора имелось нечто похожее на студень тёмно-серого цвета с множеством щупальцев, неисчислимым количеством глаз, кои находились внутри полупрозрачного тела этого непонятного нечто; не было ног, но оно как-то ползло; собственно, рта и ушей также не видать.

Мор сидел в паланкине на спине паука и лишь изредка отдавал безмолвные приказы. Ему скучно. Безумно скучно. С этой нечистью невозможно поговорить, они лишены чувств, не чувствовали боли. Идеальные воины, но совершенно отвратительные собеседники. Конечно, на то их и создавали такими, дабы они воевали. Мужчина, как ему казалось, на грани и мог в скором времени сойти с ума. Однако ослушаться хозяев он не мог, а посему оставалось терпеливо двигаться дальше.

***

Маг Воды сдержал слово и на следующий день передал рекомендательное письмо, закреплённое личной печатью, а также, что куда важней, оставил рунную подпись. Териус и Эльтран покинули город спустя два дня после получения письма, и «дедушка» купил двух резвых лошадей, дабы быстрей добраться до Энефера.

Так как они почти всё время проводили с Кристофом, Эльтран просто не мог задать старцу несколько вопросов. И вот время настало. Ведь до Энефера скакать не один день, так что мальчик выяснил, что анимаг что-то да и выдумал относительно его родителей, а именно: он не знал, каким именно магом была Ларейн, и с отцом тоже приврал, ибо, скорее всего, Эльверо являлся магом Огня, а относительно разрушения «дедушка» лишь предполагал. Что же касательно самой речи, то Териус придумал её прямо во время общения с Кристофом, не планируя ничего заранее.

— Это глупо, ибо если выстроить план разговора заблаговременно, попытаться предвидеть все возможные ответы твоего визави всё равно невозможно, и коль тебе дадут совершенно иной ответ, не совпадающий с тем, что ты представил у себя в голове, то тогда весь твой «план» окажется бесполезным. Если отвалится часть стены – ещё можно успеть её починить, но в нашем случае, Эльтран, рушился бы сам фундамент, и ничего иного не оставалось бы, кроме как бежать из разрушающегося дома. А с дарном я соврал. Это ужасный напиток, – признался маг. – Но, судя по дому и внешнему виду Кристофа было не трудно догадаться, что он любит то, от чего большинство откажется. Когда же он спросил нас, что мы будем пить, то он назвал жидкости более-менее схожие между собой. Обычно предлагают всё разной крепости, а не близкое, к тому же он не спросил, будем ли мы пить обычную воду. Я решил, что и вино, и эль, и медовуха для него суть одно и тоже, и эти напитки ничем не отличаются от воды, сиречь он не чувствует их вкуса. Такое я наблюдал лишь у тех, кто пил этот дарн. И я не ошибся. И пока он отходил за бутылкой, я успел составить в голове примерные вопросы, на которые хотел получить ответы. Что ж, я не ошибся ни в чём, а врал ему так, как даже помощники короля бы не смогли. Для того, кто прошёл Школу и уж тем более являлся там мэтром – Кристоф крайне глуп и наивен. Самоучка-анимаг никак не смог бы обучиться предугадыванию погоды, ибо воздействие на силы природы и, по сути, умение говорить с ветрами, относится не к низшим уровням и самому это выучить ещё никому не удавалось.

— То есть, ты…

— Да, я тоже учился в Школе. Да и окончил её на несколько лет раньше положенного, ибо там было скучно и неинтересно, а также слишком легко для меня. Кристофу же я наговорил всего этого, дабы он посчитал себя, так сказать, особенным. Как бы там ни было, мы получили то, что нам было нужно и теперь нас ждёт Энефер! Если не будем медлить, то через две седмицы окажемся на месте, Эльтран. Или даже через десять дней.

— И что будет после того, как мы там окажемся?

— Предоставим рекомендательное письмо и сделаем так, чтобы тебя приняли в Школу Магии.

— А что потом?

— Ты останешься в Энефере, будешь там обучаться и жить.

— А как же ты?

— Что же касается меня, мальчик мой, то я буду странствовать по миру и заниматься тем, что тебе не нравится.

— Я не понимаю…

— Буду посещать кудесниц любовных утех, и, быть может, буду и дальше познавать мир.

— Да сколько ж тебе лет, что ты всё ещё можешь посещать шлюх?!

— Жриц любви! – поспешил поправить анимаг. – Девяносто четыре. Я несколько моложе Архимага Энефера, и для мага ещё не слишком стар. Но будь мне и полтора века – я и дальше смогу ходить по прекрасным девам. Магия, Эльтран, великая вещь.

Шло время, а мальчик и старец всё скакали и скакали. Небесное светило успело семь раз спрятаться за горизонтом, дабы ночь распростёрла свои крылья и объяла ими мир, даровав всем его обитателям покой и сон. Старый маг наложил на лошадей заклинание выносливости, и скакуны преодолевали намного большее расстояние, нежели смогли бы.

Половина пути позади, равно как и множество небольших поселений, в некоторых из которых останавливались маги, дабы поесть и отдохнуть, а с первыми лучами солнца анимаг будил мальчика и они, после утренней трапезы, выдвигались в путь.

Разговаривали довольно редко, да и не о чём было. Эльтран лишь немного больше узнал о молодости анимага, о его обучении в Школе Магии и о том, как их с Веалом пути пересеклись. В остальном же Териус молчал, ибо счёл излишним рассказывать мальчику какие бы то ни было философские домыслы. К примеру, известно, что существовало множество миров (хоть и не все верили в это и полагали, будто бы кроме их клочка земли более никаких и нет), разбросанных по всей Вселенной, а коли так, то нет ли часом иной Вселенной? Имел ли наш Великий Порядок Миров границу, или он постоянно расширялся, в результате чего зарождались всё новые и новые миры?

Или же, если оставить разговоры и думы о высоком и спуститься с небес на землю… Не было смысла говорить с Эльтраном о великом магическом взаимодействии, о великом Балансе, кой относился ко всем живым существам и даже к Богам; о чашах Сил, что должны существовать в каждом из миров; об идеальной концепции объединения всех четырёх Стихий в одну единую (что само по себе считалось невозможным, ибо Огонь не мог слиться с Водой, также как и мягкий Воздух не мог стать единым целым с твёрдой Землёй). Но старца интересовало всё же несколько иное. Некромантия. Это относительно новое направление в магии, а для расы людской она стала доступна лишь пару веков назад. Что она представляла из себя – старый маг не совсем понимал. Да, он знал, что некромантия заключалась в познании смерти и инобытия, воскрешению и упокоению мертвецов, и то, что самые умелые маги Смерти могли жить намного дольше других. Как ему некогда сказал Веал, они могли жить даже дольше ар’ше, что уже звучало как небылица. Саалиты уверены, что высшие некроманты людской расы вполне способны прожить тысячу лет. Правда то, аль вымысел - невозможно узнать, ибо, как уже сказано, данная магия стала доступна людям лишь два столетия назад, да и неизвестно, жив ли самый первый из некромантов людей. Увы, он не знал никакого из изучавших Смерть, и даже сталкиваться с ними ему не доводилось, а в Школе это направление появилось вскоре после его ухода. Обо всём ему рассказал некогда Веал, которому перешли некоторые знания от саалитов. Но змееподобная раса хитра, ибо они не обучали ар’ше, но лишь поделились с ним информацией. Как же хотелось Териусу увидеть некромантию лично!

Заход солнца в этот раз несколько иной. Небесное светило окрасило весь небосвод в нежно-красный цвет, и Эльтран попросил остановиться. Он смотрел на небо и несколько раз издал звуки удивления. И как только раньше он не замечал такой красоты? Териус смотрел то на него, то на закат, и искренне завидовал Эльтрану, ибо мальчик радовался такой простой и обыденной вещи. Лишь во второй раз анимаг увидел, что Эльтран ведёт себя соответственно возрасту.

В спину Териусу полетел арбалетный болт. Старый маг с невероятной для его годов изворотливостью развернулся и взмахнул посохом, испепелив её в воздухе. Но вслед за первой последовали и другие. Стальные наконечники рассекали воздух и летели в старика в белых одеяниях, но тот поставил перед собой ледяной щит, в который и воткнулись болты.

Териус хотел что-то крикнуть Эльтрану, да только в него уже летело несколько огненных шаров. Ледяная преграда разлетелась на тысячи осколков с первого же удара, обратившись на лету в капли воды. Пока в него летели остальные пылающие сферы, анимаг призвал образовавшиеся капли обратно к себе, объединил, превратив в стену. Огненные шары угасали от удара об неё, оставляя после себя лишь густой серый дым.

Мальчик тоже не остался без дела. Увидев первого вооружённого человека верхом, то сразу пронзил его каменным шипом. Тот вошёл в висок и небольшая часть шпиля показалась на противоположной стороне черепа. Лошадь удалось не задеть, и та поскакала дальше, оставив всадника висеть на шипе. Эльтрана тотчас же скрутило. Да, некогда он убил одного хаорома, но то была случайность. В этот раз лишил другого человека жизни осознанно. И даже понимание того, что если не поступить так, то тогда они убьют его, но от этого ему легче не стало. Ему с великим трудом удалось сдержаться, дабы не выплеснуть содержимое желудка.

— Убираемся отсюда! – прокричал Териус.

Они пытались оторваться от нежданно-негаданно нахлынувших врагов, но те не отставали и средь них имелись маги. Старец почувствовал, что те стали плести какое-то общее заклинание, вскоре сорвавшееся с посоха одного из них. Исполинская полупрозрачная рука метнулась к нему и Эльтрану, норовя схватить, а может и раздавить. Времени слишком мало, дабы добротно разобрать заклинание на составляющие, а посему оставалось лишь оценить его на глаз. Воздух, частички Земли и, если Териус не ошибся, некая астральная проекция. Что ж, нужно действовать.

На скаку он спрыгнул с коня и, только-только коснувшись земли, обратил в большого белого медведя. Остановился, встал на задние лапы, а передние поднял вверх, после чего тяжело ими топнул и зарычал. Рык страшен и силён. Казалось, что сам воздух испугался столь неистового возгласа и решил убежать, попутно прихватив исполинскую руку. Заклинание магов остановилось, её каменная оболочка кусками отрывалась и, уносимая мощным ветром, летела в скачущий отряд. Астральная рука покрылась сияющими прожилками и растаяла в воздухе. Маг, что выпустил данное заклинание, закричал от боли и схватился за руку. Он потерял контроль над лошадью и не удержался в седле, свалился. Такова цена астральной магии, равно как и ментальной. Если проекции будет нанесён урон, то пострадает и сам маг. Хотя, стоило заметить, что коль говорить об астральной, то заклинатель лишь испытывал жуткую боль, либо, возможно, мог получить небольшую травму, но не более. А вот ментальная куда опасней, ибо полностью переносилась на мага. Так, к примеру, из-за рассеянной анимагом руки, Прит мог лишиться и собственной, либо ему бы переломало все кости.

Пока медведь думал, чтобы сделать дальше, один из магов отряда слез с коня, подбежал к командиру и принялся ворожить.

— Целитель, – со злостью прошипел Териус и обратил в орла.

Пока анимаг взлетал ввысь, камни, что покрывали астральную руку, ударили по части отряда. Лошади бесились, брыкались, пытались свалить наездников и ускакать прочь. Некоторым удавалось добиться подобного, другим же пришлось и дальше терпеть всадников на себе. Камни попадали по разным частям тела, но двоим пробили головы насквозь.

Поднявшись достаточно высоко, орёл развернулся и пикировал на отряд. Он нанёс удар когтями по лицу одном воину, выпрямился, пролетел меж двумя другими, перерезав им глотки. Люди Прита, взбешённые подобной дерзостью, пустили в ход арбалеты и заклинания. Орёл уворачивался как мог, но одна стрела его всё-таки достала, пробив крыло. Териус старался поддерживать себя в воздухе, но постепенно падал. Отлетев подальше от отряда, он начал перевоплощаться обратно в человека, но ему в спину пустили зелёную магическую стрелу, от которой старый маг не успевал увернуться. Зелёный росчерк врезался в невидимую защиту, и рядом стоял Эльтран. Его лошадь ускакала прочь, и анимаг взбесился подобным поступком. Он, видите ли, остался, дабы избавиться от преследователей или хотя бы остановить их, а этот мальчишка вернулся! Но гнев моментально улетучился, ибо Териус вспомнил, что письмо Кристофа у него.

— Эльтран, возьми это! – старец протянул мальчику небольшой свиток. – Отправляйся в Энефер немедленно! Я задержу их.

— Нет, Териус, я не уйду. Я не брошу тебя. Мы справимся, и ты сам передашь письмо, – ответил Эльтран, не взяв рекомендательное письмо.

Анимаг собирался возразить, но времени у них на подобное не имелось. Отряд Прита принялся окружать их, и они хотели убить Териуса. Старый маг успешно отражал или сжигал арбалетные болты и магические стрелы. Это длилось недолго и несколько спешившихся смельчаков решили избавиться от старца при помощи честной стали. Пусть рука Териуса была и ранена, когда он пребывал в облике орла, он собирался драться с помощью посоха. Эльтран же не растерялся, достал одноручный меч анимага, весьма умело парировал атаку воина, быстрым движением контратаковал и рассёк ему грудь. Мальчика вновь передёрнуло. Тогда он убил человека магией и на расстоянии, но в этот раз всё произошло совсем близко. Кровь попала ему на лицо, а бездыханное тело рухнуло наземь. Снег окропился алым.

Териус не стоял на месте и орудовал посохом и магией. Одного воина рассёк так называемым водным лезвием, появившимся буквально из воздуха. Заклинание Воды оставило за собой небольшой шлейф из капель, две из которых превратились в ледяные иглы и вонзились в глаза второму воину, что посмел замахнуться на него топором, но Териус обратился в змею и удар рассёк лишь воздух, а сам маг обвивал тело жертвы, сдавливал его и укусил в шею. Тут подбежал четвёртый и замахнулся мечом, норовя рассечь анимага. Тот быстро ослабил хватку, превратился в сокола и улетел вверх, а удар человека пришёлся на боевого товарища.

Эльтран не хотел прибегать к магии а потому сражался исключительно мечом. И всё-таки Менер очень хорошо обучил мальчика, пусть и длилось это не долго. Он делал всё так, как его учили: парировал атаки, из защиты переходил в моментальную контратаку, уворачивался, заходил порой врагу за спину, старался предвидеть следующий удар. Пусть Эльтран всё делал как надо, как его обучили, но ему удалось убить лишь одного. Как ни крути, но перед ним обученные воины, уже не раз сражавшиеся. Однако обучай мальчика не сцерр, а кто-либо из людей искусству владения мечом, то тогда бы он пал после второго удара. Ему не хватало опыта в настоящих сражениях. Он прибегнул к магии Воздуха, дабы быстро осмотреться вокруг и, самое главное, увидеть Териуса. Помимо анимага он заметил, как к нему сзади подходил другой воин. Огненное кольцо тотчас же образовалось вокруг его шеи и сжалось. Голова покатилась по земле, тело кулем рухнуло, а Эльтран продолжал сражаться.

Териус пикировал на того, что случайно ударил по боевому товарищу и в метре от него обратился во льва, свалил воина королевства на спину, впился зубами в горло и одним мощным движением оторвал приличный кусок. Дюжина воинов окружила его, но они не спешили нападать. Териус принялся вновь превращаться в орла, собирался взлететь, но маги нанесли совместный удар молниями. Вновь став человеком, Териус со стоном смотрел на опалённую левую руку и бок. Воины посчитали, что старец более не опасен и с улыбками на устах приближались к нему, дабы нанести финальный удар. Несколькими короткми взмахами анимаг обрушил на двенадцать воинов град ледяных стрел. Когда заклинание закончилось, в правую руку Териуса ударила магическая стрела, оторвав её в предплечье.

Когда Эльтран справился с противником и увидел обожжённого и раненного «дедушку», он кинулся к нему, но его перехватили двое солдат, отобрали меч и пытались удержать. Мальчик сопротивлялся, брыкался как мог и, возможно, сумел бы вырваться, но подошёл третий и ударил его кулаком по лицу. Эльтран потерял сознание. Его подхватили и привели прямо к Приту, у которого рука стала ярко-красной после уничтожения созданного им заклинания.

— Вот и мальчик, – коротко проговорил воин.

— Уж вижу, что не девочка! – прошипел маг. – Связать и на лошадь.

Он подошёл к лежавшему и полумёртвому Териусу вместе с ещё несколькими магами, уставился на старца и восхищался его мастерством и храбростью.

— А ты славно сражался, анимаг. Не ожидал я такого. Но т-ты всё равно п-проиграл, – ликующе произнёс раненый Прит.

Териус откашлялся кровью, приподнял веки и произнёс:

— Выступи ты… со мной… один на… один… всё… закончилось бы… быстро… и моей… победой… но ты… трус…

Прит не стал слушать старца до конца, взял посох и приложил навершие к телу Териуса. Из инкрустированного в него камня стали бить короткие молнии. Тело анимага забилось в конвульсиях, голова металась из стороны в сторону так, что казалось, будто она вот-вот оторвётся, изо рта же пошла розовая пена. Прит видел, что старый маг погиб, но он не останавливался. Молнии всё били и били до тех пор, пока тело Териуса не загорелось и пламя не принялось пожирать его.

Глава VI. Перекресток Судеб

— Ваше Величество, он у нас! – поспешил поведать королю радостную весть его покорный слуга.

— Уж не послышалось ли мне?

— Никак нет, повелитель. Мы схватили мальчика и сейчас мчимся в столицу. Через три… нет, две недели будем на месте.

— Превосходно, просто превосходно, мой верный Прит. Когда всё будет кончено, ты станешь командиром седьмого легиона. Ты это заслужил.

— Я… я… право же…

— Довольно разговоров! Торопитесь в столицу.

— Слушаю и повинуюсь, мой король!

Эльтран скакал позади Прита на вороном коне, связанный по рукам и ногам специальной магической верёвкой, которая не позволяла ему прибегнуть к магии. Вместе с ним в седле сидел один воин, и их окружало ещё с десяток всадников.

Проведя больше половины дня в пути, Прит приказал остановиться на ночлег. Развели костры, ели, проверяли оружие, затачивали, коль считали необходимым. Один из воинов снял меховой плащ, постелил на землю и положил на него Эльтрана. Хоть тот и являлся пленником, но нужен королю живым, а ежели долго лежать на снегу – можно подхватить серьёзную хворь, которая покончит с ним раньше положенного.

«Что это за верёвка такая? Из-за неё я не могу пользоваться магией?»

— Съешь, дитя, – Прит протянул ему еду. – Так ты не будешь чувствовать голода целый день. Может, даже два.

— Где… где я?

— Мы далеко ушли. Надо отдохнуть после такой битвы и от дороги.

Эльтран поднял глаза и уставился на до сих пор алую руку командира.

— Старый маг оказался силён. Кем он тебе приходился? Учителем? Дедушкой? А может, и тем и другим?

— Д… другом…, – выдавил из себя Эльтран.

— Даже так? Что ж, и куда же вы…

— А куда… вы… меня ведёте? – не дал договорить ему мальчик.

— В королевство Рейрс.

«Королевство… королевство… что-то безумно знакомое… никак не могу вспомнить…»

— Зачем?

— Разве не понятно, дитя из пророчества? Чтобы убить тебя.

«Конечно! Рейрс – безумное королевство поклоняющееся Богам и стремящееся добиться их расположения»

— Коль… хотите убить… то почему бы…

— Почему бы не сейчас? Нет, мальчик, ещё рано. Ты должен предстать пред очами Его Величества. Тебя надобно казнить по особому ритуалу, дабы смерть твоя не навлекла на нас страшных бед. И мы казним тебя перед множеством людей, и каждый из них впоследствии сможет сказать своим детям аль внукам, что лично видел, как человеку из пророчества отсекли голову.

— Какая честь, – язвительно произнёс Эльтран. – Столько всего для меня одного. Но вы меня не убьёте.

— Что ты сказал? – рассмеялся Прит. – Тебе не скрыться от нас сейчас и не сбежать. И даже находясь в таком положении, ты смеешь надеяться на благополучный исход? Воистину ты человек из пророчества, ибо слишком самонадеян и уверен в собственных силах.

— Разбойники тоже не думали, что я сбегу, но мне удалось.

— Интересно. Что же выведет тебя с эшафота? Что за силы спасут тебя? Все ищущие обратили свои взгляды на тебя, а кроме них ещё Кровавое Крыло, «Ха-каре-мар» и даже двое сцерров. Последние мертвы. Думаешь тебя спасёт кто-то другой? Или же ты полагаешь, что все ошиблись и ты не «человек из пророчества»?

— Всё возможно, командир. Но вы меня не убьёте.

«Ну же, рассердись. Приблизься ещё. Мои руки связаны спереди, так что я смогу выхватить кинжал»

— Ха! Даже если тебя пощадят и отпустят – во что я совсем не верю – то зачем тебе жить после? Что ты будешь делать? Тебя просто выкинут за пределы города. Тебе не к кому идти, у тебя никого не осталось, как я полагаю. Или же ты вернёшься к Кровавому Крылу? Коль так, то зачем было сбегать от него? Ты останешься один в этом большом мире. Или ты считаешь, что даже так сумеешь выжить?

— Сумею. У меня слишком много дел.

— Интересно, все ли «люди из пророчества» считали себя непобедимыми, как ты сейчас? Да, было множество магов, что кричали о том, что именно о них говорится в пророчестве. Проклятье! Был даже один крестьянин, уверявший всех в этом! Они все притворялись непобедимыми героями, кои существовали лишь в древние времена, либо в балладах и сказаниях. Но те, кого мы называем героями, сражали за что-то. У них была цель и свой долг перед королевством они ставили превыше собственных целей.

— Я никому ничего не должен. У меня нет королевства, я никому не служу. Именно поэтому я лучше них. Я не хочу становиться героем. У меня собственные цели, и мне нет дела до других. Погибнут ли они из-за моих действий на пути к цели или нет – меня не интересует.

— Думаешь те самозванцы, что выдавали себя за «человека из пророчества» не говорили ничего подобного? Не все, конечно, но многие согласились бы с тобой и поддержали. Вы мните себя столь могущественными, но рано или поздно на вас обрушивается смертоносная лавина реалий, показывающая, что вы не столь всесильны, как пытаетесь уверить в этом других и даже самих себя.

— Лавину можно и остановить.

— Как жаль, что и ты столь глуп. Хотя не мудрено, ведь ты маленький мальчик. Но мне очень интересно посмотреть, как ты остановишь надвигающуюся на тебя лавину, дитя из пророчества.

«Что? Уходишь? Нет!»

— И это всё? Всё, что ты можешь сказать мне? Знай, что лавина погребёт именно тебя, а не меня.

— Уверен в этом?

— Уверен, раб никчёмного короля.

— Что ты сейчас сказал? – Прит пристально посмотрел в глаза мальчику.

— Что твой король никчёмен и слаб.

Командир отряда вновь приблизился к мальчику, но остановился.

— Ты хоть знаешь, как зовут моего короля?

«Проклятье!»

— Какая мне разница? Все короли одинаково ничтожны и жалки. Им самое место в логове люкров.

— Что-то пытаешься сделать, не так ли? Но что? До этого ты вёл себя иначе. А сейчас стал так резко дерзить и оскорблять моего повелителя. Хочешь вывести меня из себя? Но зачем? Чем тебе поможет моё бешенство?

«Проклятье! Догадался… Я слишком надавил»

Прит приказал восьмерым следить за мальчиком и удалился прочь.

Весь оставшийся путь Эльтран ни с кем не общался, да и воины королевства не проявляли желания со своей стороны.

Показались стены города, ворота, высокие круглые башни, стоявшие на расстоянии в полёт стрелы друг от друга, а кроме того, столицу окружал широкий и глубокий ров, наполненный водой.

Увидев отряд Прита, стража тотчас же принялась опускать ворота. Огромная деревянная плита тяжело рухнула прямо перед прибывшими. Железная решётка поднялась, стража отдала командиру честь и тот вошёл в город. Он позволил воинам и магам разойтись кто куда, но оставил при себе двоих, что тащили Эльтрана. Прит шагал по главной улице, ведущей прямо в замок, в котором он некогда проводил очень много времени, ибо являлся одним из стражей Его Величества. В остальном же Прит не являлся истинным командиром армии, но отчего-то король доверял ему больше, нежели остальным. Ведь иначе он бы не отправил его на столь важное задание, разве нет? Войдя в просторный приёмный зал, который нынче пустовал, он предстал пред светлыми очами повелителя.

— Мой король, – Прит опустился на одно колено. – Как я Вам и обещал, мальчик пойман и доставлен к Вам.

Король не являлся старцем, и с виду ему едва перевалило за пятый десяток. Лицо благородного человека, но не воина, с короткими волосами, лишь частично покрытыми сединой. Обычного телосложения, и, конечно же, в дорогих белых одеждах с золотыми узорами, пурпурным плащом с мехом горностая. Само собой разумеется, что его голову украшала золотая корона с драгоценными камнями.

— Превосходно, Прит. Как я и обещал, ты станешь легатом. Как только мальчика казнят, я объявлю об этом и лично вручу тебе бордовый плащ с новым мечом.

— Покорнейше благодарю моего повелителя за столь щедрое вознаграждение. Это огромная честь.

— Так, значит, это и есть «человек из пророчества»?

— Так точно, повелитель.

— Встань-встань. И этот мальчишка должен стать настолько силён, что остальные расы склонятся пред его могуществом?

— Так говорится в пророчестве, Ваше Величество.

Король встал с трона, подошёл к Эльтрану и принялся осматривать его. Тот представлял из себя не лучшее зрелище: побледневший, с кругами под глазами, появившимися от недостатка сна, стеклянным взглядом, словно он готовился, что его душа вот-вот воспарит куда-то ввысь.

— Не похож он на того, кто должен достичь столь большого могущества. Ещё немного, и он будет выглядеть как живой труп.

— Ваше Величество, ведь мы долго были в дороге, и, вдобавок, связали его особой верёвкой, дабы он не мог прибегнуть к магии. Кроме того, дитя из пророчества почти ничего не ело.

— Странный он. А с верёвкой вы всё правильно сделали. Что ж, моя стража отдаст его магам, дабы те осмотрели мальчика. Завтра в полдень его прилюдно четвертуют и лишат головы.

— Завтра? Но позвольте, повелитель, ведь, как мне ведомо, нужно провести специальные обряды, дабы после его смерти на наше королевство не обрушились какие-либо напасти.

— Истину глаголешь ты, Прит, но обо всё этом прекрасно знаю. Как только ты сказал, что поймал мальчика, я приказал магам подготовить всё необходимое заблаговременно. Они осмотрят его и за ночь всё будет доделано должным образом.

— Прошу простить меня за то, что я посмел усомниться, повелитель, – Прит пал на оба колена и склонил голову.

— Прощаю. Ты долго был в пути. Пойди, омойся, отдохни. Ежели понадобишься – я тебя позову.

— Будет исполнено, повелитель.

Прит и двое магов из его отряда поклонились и покинули зал. Король дал знак страже, и те взяли Эльтрана и унесли. Они отвели его в подземелье, больше приспособленное для пыток, нежели для магических действий. Его положили на каменный алтарь, а рядом стояло трое магов. Они не скрывали лиц, но мальчик не пытался даже всмотреться в них и запомнить. Ему всё равно.

Сперва развязали руки и сковали их, а после и ноги. Казалось бы, свобода, ан нет, ибо магией он всё также не мог пользоваться. Когда стража вышла за дверь, три фигуры принялись осматривать его очень и очень тщательно, проводили над ними руками, использовали странные порошки фиолетового и синего цветов, а также небольшой хрустальный шар. Чем больше времени проходило, тем сильней таяла надежда Эльтрана на спасение. Он не знал, как выбраться из подобной ситуации. Он перестал верить в то, что случится нечто небывалое, что могло бы спасти его. Глупости всё это, ибо, как некогда учил его Хаоран, коль не сможешь помочь себе сам, то надеяться на других нет смысла, ибо ты им не нужен, и каждый будет думать о том, как бы спастись самому. Но… но ведь Веал, Менер и Териус пожертвовали собой ради него! Быть может, никто не делал ничего подобного для вождя хаоромов и потому он уверен в собственной правоте? А какой смысл от подобных дум, коль ответы ему не удастся получить. В полдень его казнят и на этом всё закончится.

***

Белокрылый хаором забежал в тронный зал, где Кровавое Крыло и Дейл о чём-то говорили. Вождю не нравилось, когда кто-либо врывался подобным образом, и, как правило, наказывал их. Но мог и простить, если дело наивысшей важности и не требовало отлагательств.

— Вождь! У меня важные вести!

— Надеюсь, что это так, иначе ты будешь наказан за то, что явился ко мне без должного уважения и без моего дозволения, – голос Кровавого Крыла спокоен, а взгляд его холоден, что делало его слова более устрашающими.

— Дело касается Эльтрана, – вождь мельком посмотрел на Дейла и кивнул хаорому, дабы тот продолжил. – Я с крепости Дерхом, и три дня назад мы обнаружили сильные магические всплески. Разобрав их, нам стало понятно, что в одиннадцати лигах от острова произошла магическая битва. Все эманации были распознаны. Там творилось очень много магии, вождь. Так же на место битвы был отправлен небольшой разведывательный отряд. Обнаружены тела убитых людей. Они облачены либо в мантии, как любят людские маги, либо в кожаные одежды с эмблемой белого богомола на чёрном фоне.

— Королевство Рейрс, – прошипел Хаоран.

— Так же мы нашли обугленное тело одного мага, с которым, как мы предполагаем, и сражались прихвостни Богов. Но больше ничего не нашли. Никаких следов. Они будто бы сквозь землю провалились! И никаких следов перемещения так же не обнаружено.

— Купол невидимости, – задумчиво произнёс Дейл. – Хаоран, королевство оказалось довольно хитрым. Они воспользовались куполом, который заметал все их следы. Но до Рейрса так быстро добраться невозможно. Значит, они ещё в пути.

— И это всё? Только один обугленный труп? Никаких следов мальчишки?

— Простите, вождь, но магические следы привели лишь к тому телу. Полагаю, мальчика схватили и везут в столицу.

— Уверен ли ты, что там Эльтран?

— Уверен, вождь. Иначе королевство Рейрс не стало бы нападать на одного единственного человека, да к тому же так скрываясь. Они схватили кого-то очень важного. За кем именно они сейчас гонятся?

— Молись Ветрам, чтоб ты оказался прав. Отправь отряды на поиски.

— Уже сделано, вождь. Несколько отрядов, дабы они нашли людей вместе с мальчиком по пути к их столице, но пока всё безрезультатно.

— Если на них купол невидимости, то вы не найдёте их, – бросил Дейл.

— Но отряды будут продолжать поиски!

— Какая крепость ближе всего к их столице?

— Крепость… Тирим.

— Я прикажу отозвать ваши отряды, а ты отправляйся в Тирим. Собери достаточно хаоромов и следи за столицей Рейрса. Как только увидишь идущего на эшафот Эльтрана – нападите на город и заберите его.

— Вождь, а ежели мы не успеем?

— Успеете, – вмешался Дейл. – Из-за купола невидимости они не могут передвигаться быстро. Прошло всего три дня, а до столицы им ещё не меньше двух недель добираться. Может чуть меньше. Ты же, молодой хаором, будешь в крепости уже… через пять дней, так? Может, через шесть – не важно. Ты успеешь явиться туда, отдохнуть и собрать отряд. Так что делай, что тебе приказал вождь.

— Немедленно отправляюсь!

Белокрылый уходил, но Хаоран решил кинуть ему в след:

— За то, что ты столь непочтительно ворвался ко мне…, – хаором остановился и молил все Ветра, дабы вождь смилостивился над ним. – Ты будешь прощён, если там действительно окажется Эльтран.

***

Прит лежал в постели с молоденькой девушкой-подавальщицей из трактира, в который он отправился, дабы порадовать себя великолепным элем. Легат. Командир легиона. Достойная должность для достойного человека. Когда же ночь страсти минула, Прит лежал и мечтал о будущем.

«Легат. Превосходно. Седьмой легион. Не считается слабым, но до высот ему ещё далеко. Ничего. Под моим командованием он возвысится так, что слава о нём поднимется выше башен! Это будет сильнейший легион, и от одного только его присутствия на поле сечи враги будут бежать трусливыми зайцами. Я же получу достойную должность. Став легатом, я получу шанс пробиться в политику. Нужно будет лишь прославиться, как великий полководец, а дальше… как знать, быть может, я…»

— Прит! – почти громоподобно раздался в голове голос короля.

— Слушаю, Ваше Величество!

— Немедленно ко мне!

— Повинуюсь.

Буквально спихнув с себя девушку, он поспешил одеться и направился к замку. Он не знал, почему его вызвали в столь ранний час. Солнце ещё даже не показалось за горизонтом. До казни осталось не меньше шести часов.

«Голос у повелителя разгневанный. Возможно он недоволен потерями, кои случились из-за того мага? Всё-таки около двух дюжин людей погибло, а это одни из лучших. Есть повод гневаться»

Представ пред Его Величеством, будущий легат увидел рядом с ним связанного Эльтрана, которого держал лишь один стражник.

— Прит! Кого ты привёл?! – ещё чуть-чуть и из глаз короля вырвались бы молнии.

— П… простите…, – с трудом выдавил из себя командир. – О… о чём Вы?

— Этот никчёмный мальчик не тот, кто нам нужен!

Невозможно передать, сколь удивлён оказался Прит, услышав это. Если б не солдатская выдержка, то он бы выпучил глаза от удивления и раскрыл бы рот так широко, как только смог бы.

— Этого… не может быть! Ваше Величество, ищущие наткнулись на его след. Именно на его! Я лишь шёл по нему и…

— И в итоге это не тот, кто нам нужен!

— Но, прошу прощения, почему придворные маги решили, что он – не тот?

— Ибо сами Боги сказали им это!

— П… п-повелитель… Не может быть, чтобы мы все так ошиблись! Хаоран, сцерры, «Ха-каре-мар»… Надо его убить, как полагается!

— Глупец! Смеешь ставить под сомнение слова Богов?! Какой смысл от его смерти, если это ничего не изменит? Боги не будут милостивы к нам, даже если мы его убьём хоть тысячу раз. И не волнуйся, казнь состоится, но не для этого мальчика. Забирай его вышвырни вон из города!

— С… слушаюсь… повелитель…

Рядом с ним никого и Прит тащил мальчика в одиночку через весь город. Дойдя до врат, стража опустила мост и командир подталкивал Эльтрана в спину да так, что на середине пути тот упал.

— Вставай! И проваливай с глаз мои!

Эльтран лежал на мосту, будто бы и не слыша мужчину.

— Вставай я сказал! Ты… из-за тебя я лишился всего, чего только можно желать. Уважения, должности, статуса… всего! Вставай, пока я не разрубил тебя на куски и не кинул в ров!

А мальчик всё также лежал и взгляд его совершенно стеклянный. Смотря на него казалось, будто бы ему абсолютно плевать, что с ним станет. Прит не выдержал, достал меч и замахнулся. Вода изо рва зашевелилась, забурлила, поднялась и устремилась прямо на командира, сбросив с моста. Тот, кому ещё недавно король доверял, судорожно колотил руками по водной глади. Прит не умел плавать и потому боялся воды, но он ещё не знал, что на это Эльтран не собирался останавливаться. Вокруг него всё вновь заволновалось. Рябь становилась всё сильней, и огромная водная рука подняла командира на добрый десяток метро, сжала, да так, что кроме истошного крика человека послышался звук ломающихся костей. Заклинание Эльтрана развернуло командира лицом к воде, и ударило об неё. Раздался звук, который, пожалуй, можно сравнить с выстрелом из пушки, и вода фонтаном устремилась вверх. Когда всё прекратилось, во рву показалось тело Прита с неестественно вывернутыми руками и ногами, даже кости виднелись, и всё окрашивалось вокруг него в алый цвет. Эльтран же стоял на краю моста и наблюдал. Мальчик рассчитал всё верно, предвидел действия командира и нанёс удар, когда тот этого не ожидал. Глупцы сняли с него верёвки, ибо посчитали, что он настолько ослабел, что не сможет применить ни одно заклинание.

Смотря на безжизненное тело Прита, он вспоминал о том, что произошло всего несколько часов назад. Эльтран лежал на алтаре, а маги проводили ритуал. И вот, когда всё было завершено, один из них произнёс последнее слово Силы и капнул на него водой лазурного цвета, но ничего не произошло. Все трое магов смотрели на мальчика в недоумении, а потому окропили его ещё несколько раз. Что должно было случиться – Эльтран не знал, но всё шло явно не так, как того хотели маги.

— Ты в чём-то ошибся! – завопил один из них.

— Нет, это невозможно! Я знаю текст в совершенстве!

— Но посмотри, никакого эффекта нет! Ты что-то забыл. Какой-нибудь ингредиент? А может ты ошибся и использовался в неправильной последовательности? А рисунок? Все контуры чёткие? Не упустил ни единой линии?

— Всё правильно и я ни в чём не ошибся, – твёрдо стоял на своём маг.

— Он прав. Я всё видел и слышал. Ошибок не было.

— Тогда в чём же дело?

— Пожалуй в том, что сей мальчик не тот, кто нам нужен.

— Что-о? – хором спросили двое других.

— Мы не могли так ошибиться.

— Понимаю, но я сам не ведаю, как такое вышло.

— И что нам делать? Всё равно его казнить? Скажем, что это о нём говорится в пророчестве, так что пусть подыхает?

— Это было бы хорошо… НО! Я более чем уверен, что где-то в мире есть настоящий человек из пророчества. И он очень хорошо скрывается. Следовательно, рано или поздно, но мы о нём узнаем. И что тогда скажем королю? Признаемся, что мы ошиблись, но, дабы спастись на время, решили соврать?

— А что мешает быть сразу двум людям?

— В пророчестве сказано лишь об одном. Двух претендентов единовременно быть не может. И король это прекрасно знает. Обмани мы его сейчас с этим – он с нас потом шкуры сдерёт заживо. Ты вынесешь подобные страдания? Я – нет. К тому же, после казни настоящего человека из пророчества, мы должны впасть в милость Богов, а её сейчас не последует.

Двое других некоторое время стояли молча.

— Так и быть. Скажем правду.

— Скажем ему, что Боги послали нам знак. Разыграем небольшое представление, дабы убедить его в этом.

— Превосходно. Надо снять с него оковы.

— Да, но всё равно нужно связать его вновь магической верёвкой.

— Неужели? Посмотри на него. Он измучен и устал. Истощён почти полностью. Сейчас он не сможет прибегнуть к магии. Верёвку эту мы оставим себе. Сами ведь знаете, что сделать нечто подобное – весьма кропотливое и долгое занятие, а его повяжем простой. Этого будет достаточно.

Да, Эльтран сумел их обмануть. Пусть он и вправду безумно устал, но не настолько, чтобы лишиться возможности творить волшбу. На убийцу Териуса он всегда бы нашёл Силы.

Лучники со стен и башен вышли из оцепенения и принялись стрелять по нему. Мост стал подниматься, и стража уже ждала его с обнажёнными мечами. Они считали, что мальчику некуда бежать. Эльтран спрыгнул с моста и применил крылья ветра. Он не думал о том, получится ли данное заклинание, попадёт ли в него хоть одна стрела или же он упадёт в ров. Он ни о чём не думал в тот момент, и просто улетал, куда глаза глядели, а капитан стражи надрывался, отдавая приказы.

***

Четверо хаоромов зависли высоко-высоко в небесах. Под ними не торопясь проплывали океаны облаков, но их это нисколько не смущало. Они умели обращаться к Ветрам, дабы те показывали им всё то, что творилось на земле. Далеко не каждый хаором мог использовать Воздух на столь высоком уровне. Подобными умениями обладала лишь горстка, и они, как правило, становились разведчиками. А внизу, затаившись в лесу, ждали приказа две сотни белокрылых. Разведчики следили за столицей королевства Рейрс вот уже целую неделю, и лишь вчера увидели отряды Прита. Как только Эльтран вошёл в город, они предупредили об этом сородичей с крепости Тирим и ночью те явились.

Они видели, что солнце вскоре покажется за горизонтом, но на земле для людей всё ещё царила ночь. Удивительно, но мальчика уже выводили, но не на эшафот. Лишь один человек вёл его, связанного, к воротам. Хаоромы услышали слова Прита и увидели, как Эльтран убил его и улетел прочь.

— Боюсь, что новости не понравятся вождю…

Кровавое Крыло был вне себя от ярости. Он разнёс большую часть опочивальни, ведь подобное поведение ему не свойственно. Хаоран всегда старался оставаться спокойным и рассудительным, но в этот раз не смог сдержаться. Вождь не мог поверить, что так легко обманулся. Не мог поверить, что ошибся, и что ошибка эта стоила жизней многих хаоромов. Дейл стоял рядом с ним и также не верил в подобное. Как они могли так ошибиться? И ведь ошиблись не только они! Сцерры, королевство Рейрс, ещё какие-то люди… Все! Все приняли Эльтрана не за того, кем он являлся. Он лишь сын магов, сиречь являлся истинным магом, очень талантливым и наделённым огромным потенциалом. Но не «человеком из пророчества».

Хаоран немного успокоился. Он перестал громить всё вокруг себя, что уже само по себе весьма добрый знак.

— Мы найдем настоящего человека из пророчества.

***

Мор со злобной гримасой возвращался в крепость «Ха-каре-мар», что находилась в лесу Мевере чуть севернее озера Семи Змей. Некогда там располагались владения сцерров и по их легендам в этом озере родили те самые Великие Змеи, каждая из которых являлась олицетворением одной из видов магии: Огонь, Вода, Воздух, Земля, природа, Астрал и искажение. Также они верили, что именно из этого места их раса и брала своё начало.

«Ошиблись! Мы ошиблись! Семёрка ошиблась. Даже хозяин не понял, что мальчик не тот, кто нам нужен. Как же они могли допустить такую оплошность? И я ведь видел этого мальчика, ощущал его Силу. Она велика. Очень велика. Но, коль не о нём говорится в пророчестве, то какой же исполинской Силой будет обладать тот самый? Трудно даже вообразить… За этим Эльтраном мы гнались уже так долго. Удастся ли нам вообще найти того, кто нам нужен? Остаётся лишь ждать. Ведь не я виноват в том, что нам пришлось столько искать этого Эльтрана»

***

Эльтран летел весь день и всю ночь без отдыха. Крылья ветра дались ему в этот раз играючи. На протяжении почти всего полёта дурные мысли гложили его, изъедали изнутри, не давали покоя и заставляли ненавидеть себя. Он ненавидел себя за всё: за смерть Веала и Менера, за гибель Териуса, за то, что королевство Рейрс вместе с «Ха-каре-мар» гнались за ним, за то, что Хаоран и Дейл обманули его. Проклятье! Он испытывал к себе неприязнь даже за то, что не являлся настоящим «человеком из пророчества». Будь он им, то его лишили бы жизни, и он бы воссоединился с родителями. Эльтран даже стал подумывать о том, чтоб самому отнять у себя жизнь.

«Нет… я не могу. Не могу убить себя. И я поклялся отомстить за гибель родителей, а потому мне нельзя умирать. Я… сдержу данное слово и убью всех, кто повинен в их гибели. А также отомщу Кровавому Крылу и Дейлу, королевству Рейрс, и по возможности отыщу «Ха-каре-мар». Столько всего нужно сделать, столько всего… Я просто не имею права умирать»

Приземление оказалось не таким мягким, как ему хотелось. Он устал и проголодался, а с высоты ему не удалось бы найти какой-либо дичи в лесу, так что пришли идти пешком. Лишь спустя пару часов ему улыбнулась удача и он поймал двух кроликов. Создав небольшой ледяной нож, он разделал туши и зажарил. Закончив трапезу, на него навалилось неотвратимое желание поспать, так что он создал два огненных шара, сел, прижавшись спиной к дереву, и уснул.

Глубокой ночью его разбудило два пьяных голоса. Сам того не ведая, Эльтран использовал магию Воздуха, дабы слышать всех и вся вокруг. Прислушавшись, он испытал неподдельное отвращение к этим людям.

— Эй… а н-ну ка дав-вай, мжет, ищё пар-ру кроликов… ну… того…

— Поймаем шо ль?

— Не-е-е… снчала из лука их… значит… тыц! Так и по-оймаем…

— Слухай… У меня это… как его… о! Идея есть…а давай, мжет всё-т-таки ещо по брдюку с вином?

— Па-адажди!

— Ты э-эт чего?

— Смри туды! Вишь огонь? О-о-о… Кто эт там-то, ась? Пойдё-ём…

Мальчик не сразу понял, что пьяницы увидели его огненные шары, но они приближались к нему и мальчик поспешил погасить их и хотел уйти, но рядом с его головой в ствол дерева вонзилась стрела.

«Достаточно метко, учитывая, что они пьяны»

Вторая стрела попала в снег совсем рядом с ногой. Очередная угодила перед ногами, следующая чуть правее, и так продолжалось, пока охотники не приблизились к нему.

«Какая точность! В таком состоянии и так хорошо стрелять, чтобы не позволить меня убежать»

— Дерьмовый мир! Ни а-адной стрлой не попали!

— Смтри ка, Дентрос, мальчик…

— И к-ак занесло его сюды-то?

Сам же Эльтран стоял и не обращал внимания на пьяниц. Они всё говорили и говорили. О чём? Пожалуй, обо всём и ни о чём одновременно. К тому же далеко не всё из их разговора Эльтран сумел понять. Он собирался прибегнуть к крыльям ветра, как вдруг услышал:

— Д-двай забер-рём с собой, а? Бдет по дому помгать… Ту убрётся, там помоет… авось и ед-ду гтовить умёт… Бдет прям как этот… как его… служок…, – и мальчик не выдержал.

Совершив движение рукой, точно что-то отшвырнув от себя, Эльтран применил заклинание и один из пьяниц отлетел на несколько саженей. Второй не успел даже понять, что случилось, как незримое лезвие отсекло ему голову. Тело охотника рухнуло в снег, окрасив его алым.

Он убил человека. Пьяного, безмозглого человека, но в этот раз его не передёрнуло, не было желания излить содержимое желудка на снег. Всего за одно сражение ему удалось закалиться? Он мог отнимать жизни с лёгкостью?

«Нет места жалости и состраданию в столь суровом и безжалостном мире. К тому же, как я могу быть добр после всего со мной произошедшего? А что ждёт меня в дальнейшем? Скольких придётся убить? Сколькие ни в чём не повинные люди, не навредившие мне, падут от меня только из-за того, что им отдали приказ? Нет! Я буду сильным!»

Охотник, коего Эльтран отшвырнул, кряхтел и ныл, пытаясь подняться.

— Что? Дентрос! Что с тобой?!

Очередным мановением руки, мальчик создал огненное кольцо, схватившее пьяницу за шею. Он подошёл к нему и вгляделся в полные ужаса глаза.

— П… прошу, отпусти! Не убий мя! Ума-аляю. Я… хочу жить! – речь его сделала почти полностью внятной Эльтрану, но от запаха, казалось, можно и самому опьянеть.

«Можно подумать Веал, Менер и Териус не хотели жить, подобно тому, как хочешь ты. Или же мои родители. Но они не опускались до такого. Не молили. Ты жалок!»

— Ответь на вопросы и тогда я подумаю.

— Спршивай! Отвечу! На всё отвчу! – глаза его заблестели надеждой.

— Откуда ты?

— Из хутора! Во-он оттудова, – пьяница указал в сторону. – Идти часа два-три.

— И что же вы хотели сделать со мной? Служонка? – грозно спросил мальчик. Мужчина замешкался, не знал, что и ответить.

— Ну тк это… паймите, прош-шу… пьяны, не соображали… Язык – дело такое… слова… вылетают…

— Быть может, мне тогда стоит тебе его отрезать?

Глаза охотника расширились от испуга, и он задрожал пуще трусливого зайца.

— Ответь на последний вопрос и ты свободен: где находится Энефер?

— Эн… что?

— Хм, не знаешь.

— Помилуйте?

— Нет, – холодно произнёс мальчик и сжал руку в кулак. Кольцо сомкнулось и голова мужчины упала в полуметре от тела. Магией Земли он создал довольно глубокую яму и сбросил туда тела. Мановением руки всё затянулось и он пошёл к хутору.

Мужчина не соврал, и идти в самом деле оказалось не далеко. Солнце вскоре начнёт озарять горизонт, а Эльтран уже добрался до места. Хутор окружён неким подобием стен (они представляли из себя лишь небольшие срубленные стволы маленьких деревьев, соединённых верёвками), а также имелось нечто вроде ворот.

— Стой! Кто таков?! – остановил Эльтрана один из двух вооружённых людей (назвать их стражами мальчик просто не мог)

«Не ожидал такого радушия»

— Здравы будьте! Позвольте войти, добрый человек, и побыть у вас, самое большее, два дня. Я довольно долго в пути и безумно устал. Хотелось бы хоть чуть-чуть побыть в тепле и уюте.

— Э-э-э… не, малой, извиняй. Нельзя вот так вот чужаков-то впускать.

— Прошу, спасите! Я… я странствовал с дедушкой, но по дороге на нас напали. Во-он в том направлении, в трёх днях пути отсюда! Он погиб, а меня взяли с собой…, – Эльтрану удалось выдавить из себя пару слезинок. – С трудом сумел сбежать! Вот уже несколько дней почти без отдыха брожу!

— Э-э-э… ну, подожди, малый. Я с головой нашим поговорю. Нир, присмотри за ним, – обратился он ко второму.

Эта небольшая сцена всё же подействовала на мужчину. Оставалось лишь придерживаться данной истории и попытаться растрогать главного в хуторе.

Когда же этот самый голова явился, Эльтран продолжил свой рассказ. Он поведал Корту (так звали главного) о том, что они с дедушкой собирались отправиться в Энефер, что Териус был добрым человеком, который никогда никому не причинял вреда. Рассказал также, что он сам являлся магом, а потому они хотели попасть в Школу Магии.

— Дедушка Териус был удивлён моему дару магии, ведь в нашем роду никогда не было магов… Он посчитал это неким знаком и страстно хотел, чтобы я обучался в Школе Магии, – говорил Эльтран, выдавив из себя ещё немного слёз.

— Но где же твои родители?

— Они… они…, – тут он заплакал по-настоящему. – Умерли, когда я был совсем мал. По дороге на них напали и…, – он резко замолк и отвернул голову в сторону, не желая смотреть Корту в глаза.

Таким образом мальчику разрешили пожить некоторое время в хуторе. Голова хоть и выглядел суровым, но оказался довольно сердобольным, ибо сам чуть не заплакал от истории Эльтрана.

На следующий день мальчик поинтересовался, почему у хутора имелась «стража» и зачем им нужны «стены». Он, конечно, мало что понимал, но раньше ему с Териусом такие поселения не попадались. По словам Корта, много лет назад разбойники часто нападали на них, отбирая большую часть урожая. И вот пришлось выстроить хоть какую-то стену и обучить мужчин сражаться. Но разбойники исчезли шесть лет назад.

— А не знаете ли вы часом, что это были за разбойники?

— Как же не знаю. Назывались «Фентрес». Эмблема – две алые головы волком, смотрящих друг на друга.

Эльтран пробыл в хуторе ровно три дня. Кто-то заговорил о двух охотниках, что так и не вернулись. Пришлось вновь соврать. Мальчик сказал, что видел их мельком ночью, и они пробежали не далеко от него, невесть куда направляясь. Однако один из них сказал Дентросу, что в той стороне, дескать, водится отличная дичь. О какой именно он говорил – мальчик не знал. Прятался же он от них потому, что подумал, будто бы они одни из тех, кто убил его дедушку.

— Достопочтенный Корт, если хотите, то я могу показать вам место, где я их увидел.

— Нет нужды, Эльтран. Отдыхай. Эти двое постоянно пьют. Либо они нашли где-то несколько бочонков эля и не хотят возвращаться, пока всё не выпьют, либо действительно нашли очень ценную добычу. Я пока скажу Альере, что Ульфо ещё не пришёл.

— Простите, Альере?

— Это дочь Ульфо. Он единственный, кто у неё есть. Мать погибла во время родов. А сама девочка очень слабая и хрупкая. Быстро заболевает зимой.

— Очень жаль это слышать. Надеюсь, её отец вскоре объявится.

Как бы там ни было, Эльтран не испытывал ни капли сожаления, даже когда узнал о дочери. Он посочувствовал ей лишь потому, что она потеряла мать при рождении. Её отец же был жалким и никчёмным человеком, за которого должно быть стыдно.

Решив не задерживаться в хуторе и пробыв там три дня и узнав, где находился Энефер, утром он отправился в путь. Ему дали провизии в дорогу, но на коня надеяться не стоило. И не мудрено, ведь, если дарить лошадей каждому заглянувшему – не ровен час и самим остаться без них. Корт хотел разубедить Эльтрана на столь дальний и трудный путь, предложил даже остаться, но мальчик отказался.

«Что ж, месяца через два буду на месте. Как раз зима должна закончиться»

***

Солнце приятно согревало, а неподалёку весело пели птички. Глаза закрыты. Он спокоен и умиротворён, и наслаждался царившей вокруг идиллией. Ему некуда торопиться, ведь всё и так шло своим чередом.

Подул лёгкий ветерок, а он продолжал лежать в траве. Лишь здесь, на это небольшом континенте посреди Терфольского океана царило вечное лето. На этой земле не знали, что такое снег, метель аль даже холод. Но также и нельзя сказать, что в Эйлисе (так назывался континент) царила жуткая жара. О, нет. Климат тут всегда умеренный и комфортный. И именно здесь он лежал, отдыхал, набирался сил и продолжал постигать себя посредством медитации.

Не столь уж давно ему открылась истина. Теперь он знал, кто он такой и что за судьба ему уготована. Изначально он не поверил в это, ибо считал подобное невозможным и даже абсурдным, глупым, смехотворным, но потом… Постепенно, шаг за шагом он начинал верить. За последний год его Сила возросла в разы, его знания становились всё обширнее сами по себе, пусть в это и невозможно поверить, но это было так. Порой ему не приходилось утруждать себя чтением каких-либо трактатов и фолиантов, и знания сами наполняли его. Разумеется, о не мог знать всего и сразу, а посему ему тоже приходилось читать магические книги, хоть и значительно реже, нежели остальным.

Увы, но идиллию прервали грубые голоса. Он нехотя, лениво встал и осмотрелся. Его окружило с сотню людей. Все почти полностью обнажены, с красноватой кожей, как если бы они слишком долго лежали на солнце. Оружие до смешного примитивное: длинные палки с заострёнными на них камнями, каменные или костяные ножи да небольшие топоры. Тем не менее, их сотня, а он один. Казалось бы, это весомый повод для беспокойства, но он не переживал.

Один из дикарей вышел вперёд и стал что-то говорить на родном языке. Он не понимал его речи, но после нескольких предложений прибег к магии, и смог не только разобрать чуждую ему речь, но и сам принялся отвечать.

— И что же вам надобно от меня? – поинтересовался он, судя по всему, у вожака.

— Иноземец, ты не должен находиться тут.

— Неужели? Мне очень хочется узнать – почему?

— Духи открыли нам твой секрет, иноземец.

— Духи? Вы серьёзно? Вы шутите?

— Разве похоже, что я шучу?

— Что ж, достопочтенный, коль сами… духи, – это слово он произнёс с некоторой насмешкой, – открыли вам мою тайну, то, пожалуй, ты понимаешь на что я способен. Однако ежели вам столь противно моё присутствие, то я уйду.

— Нет, не уйдёшь. Духи сказали нам, что может случиться, останься ты в живых. А потому нам надо тебя убить.

— Убить? Зачем же прибегать к столь серьёзным методам?

— Потому что духи нам так сказали. Ты не можешь быть величественней них.

— Как жаль… Нападайте.

В него метнули то, что местные считают копьями. С четыре десятка. Но древки ещё на половину пути разлетелись в щепки, а каменные наконечники превратились в песок. И никто из краснокожих не дрогнул, что достойно похвалы. Первый десяток бойцов кинулся в атаку, а он всё стоял себе неподвижно, точно какой-то истукан. Один из дикарей занёс топор и готовился ударить иноземца по голове, но тот в последний момент лишь парой коротких шагов ушёл с линии атаки и оказался почти за его спиной. Быстрый и мощный удар ребром ладони по шее, короткий хруст от сломанного шейного отдела позвоночника, и дикарь замертво рухнул на землю. Второй же подбежал и попытался пырнуть иноземца ножом в живот, но тот вновь отошёл с линии и оказался лицом к лицу с атакующим, схватил руку с оружием, а свободной ударил пальцами в горло и те по фалангу вошли внутрь. Третьему он свернул шею, четвёртому нанёс удар ладонью в грудь, но так, что сердце спустя несколько секунд не выдержало и лопнуло. Краснокожий погиб, так и не поняв толком, что с ним случилось.

Коль он так силён, то почему не прибег к магии, дабы уничтожить всю сотню одним разом? Он мог бы, но решил не пользоваться магией некоторое время. Ему хотелось разобраться при помощи мастерства в рукопашном бою, а заодно оружия. Свой меч он оставил на другом конце мира, однако что мешало ему отобрать примитивные копья, ножи и топорики? Вот у двух следующих напавших он отобрал каменный и костяной ножи, и тут же перерезал людям глотки. Конечно, оружие не идеальное, но для короткого сражения вполне годились.

Дикари же принялись осторожничать. Они окружили его более плотным строем, сузив круг. Их с две дюжины, и они выжидали подходящего момента. Справиться с иноземцем прямыми атаками, как они сражались с другими племенами, у них не получилось, так что оставалось попытаться победить иначе. Они представили его диким зверем за которым долгое время гнались, но всё же сумели его окружить. Осторожно. Осторожно. Настоящий зверь мог напасть на одного или двоих и увлечься расправой над ними, а остальные бы вонзили примитивные копья со спины и с боков. Но они имели дело с человеком, а это, как известно, намного опасней.

«Надо отдать им должное. Даже видя, что я голыми руками расправился с их сородичами, они не отступили. Жаль только, что вы послушались тех, кто притворялся вашими духами»

Его пытались дразнить, хотели, чтобы он допустил ошибку и отвлёкся. Один за другим несколько краснокожих на один или два шага выходили из кольца вперёд и якобы пытались достать светлокожего копьями. То спереди, то слева, то справа, они постоянно менялись. Он понимал, что они хотели его отвлечь. Пытались заставить поверить, что перед ним – новая угроза. Ежели не обращать внимания на тех, что сзади – они нападут и убьют его. Если же он совершит ошибку и повернётся, посчитав, что на него нападают со спины, то непременно подставит спину другим, и те воспользуются моментом. Он делал вид, что полностью увлечён происходящим перед ним, а потому трое дикарей сзади напали на него одновременно. Иноземец моментально развернулся и ловко проскользнул между двумя, попутно перерезав им глотки, развернулся и метнул костяной нож третьему прямо в пах.

И вновь его взяли в плотное кольцо. Это продолжалось и продолжалось. Иноземец не торопился, не спешил расправиться со всеми всего за минуту. Все это он воспринимал лишь как тренировку, но против настоящих людей. Увы, уже некоторые из дикарей погибли. Он надеялся, что краснокожие одумаются и отступят, но в то же время понимал, что это совершенно бессмысленно.

Он уже отправил к праотцам чуть меньше половины дикарей. За всё время они не нанесли ему и царапины. И вот, вонзив нож в голову очередному, они отступили.

«Хвала Силе, хватило ума»

Отступление оказалось не долгим. Они лишь отошли на некоторое расстояние от иноземца, после чего подули в рог. Земля заходила ходуном, и из-под неё вылезло несколько огромных червей с круглыми ртами и тысячами кольяподобных зубов. На них толстый панцирь, но иноземец понял, что его можно пробить почти любым заклинанием. Черви с высотой в двадцать локтей, а то и больше; тело покрыто множеством костяных щупалец, которые, на удивление, оказались довольно гибкими.

На этом всё не закончилось. Из леса показались странные животные. Похожи на кабанов, но в три раза выше, и тела у них скорей как у волков, покрыты густой и длинной шерстью. Шесть глаз – две пары спереди, третья сбоку; четыре клыка сверху и два снизу. Этих тварей много. Очень много.

«Они хотят, чтобы я пустил в ход магию. На телепортацию времени не остаётся. Даже мне требуется некоторая подготовка… Хотите узреть на что я способен? хорошо» – эти мысли явно не предназначались дикарям, но он прекрасно всё понимал и знал, кто стоял за всем происходящим.

он коснулся земли и она задрожала. Из-под неё вылезло несколько червей, призванных им. Элементали. Они могли принимать всеразличные формы, ведь всё зависело от призывателя. Каменные гиганты кинулись на других, состоявших из плоти и, возможно, крови. Один элементаль набрал скорости и метнулся к червю, по пути изменившись и став словно живым огромным копьём. Он вонзился в тело другого червя, пробил его насквозь, после чего обратился в песок и более не поднялся. Другой элементаль обвил свою жертву и сдавил так сильно, что тот буквально лопнул.

Пока черви разбирались меж собой, странные животные приближались. Конечно, они не смогли избежать участи быть раздавленными каменными гигантами, но иноземец уже работал над заклинанием. Заклинанием, которое должно показать его мощь. Жесты тут излишни. Только слова на одном из старинных диалектов невесть какой именно расы.

— Сул ха ареема, квио тсем унабаларис а хеллер э дран ма эне сурве!

Конечно же знания одних только слов недостаточно и надобно иметь много Сил для определённых заклинаний, а также суметь пропустить через себя эти потоки и преобразовать в то, что тебе нужно. Но у него всё прекрасно получилось. Небеса резко сменились с голубого на цвет кипящей (как его прозвали бы сказители, окажись они где-то рядом и следя за битвой) крови, и в следующее мгновение запылали. Пламя разлетелось и быстро покрыло поле боя. Огонь оказался столь неистов, что дикарям, стоявшим с разинутыми от удивления ртами и выпученными глазами, показалось, что оно что-то шептало им. Но шёпот сменился яростным криком сонма глоток, проникающим в саму душу и пускающим корни благоговейного страха. И это краснокожим очень не понравилось. Но всё это не остановило странных животных, и они продолжали нестись к цели, желая лишь одного – уничтожить её. Для этого их и создали. Для этого их и призвали.

И вот с горящих небес низринулся вниз огромный огненный шар. Только коснувшись земли он разорвался, моментально испепелив с десяток странных тварей. За первым последовал второй, и третий, и четвёртый. Огненный дождь обрушился на эти земли с небес и моментально испепелял любого. Все каменные черви превратились в песок, а наделённые плотью сгорали. Иноземца, разумеется, пламя не трогало. Вокруг него ровный круг зелёной земли.

Кругом царила настоящая симфония пламени. Оно словно танцевало, плясало в неистовом всепожирающем вальсе. Сам заклинатель перестал что-либо видеть за этой огненной стеной, но прекрасно понимал, что остаться в живых после такого не смогла бы ни одна тварь. Он сумел погасить пламя и увидел, что все черви и странные животные сгорели так, что от них не осталось даже пепла, а земля выгорела, обуглилась, тлела, и от неё исходил жар и дым. Ступая по ней, светлокожий подошёл к дикарям и те пали на колени, склонившись пред ним. Возможно, они приняли его за какого-то великого духа, явившегося из посмертного мира.

— Видишь, вождь, до чего вы меня довели? – злобно прошипел он.

— П… прости меня, Спрадо! – краснокожий говорил, не смея поднять головы. – Мы… мы не знали… Духи… обманули нас… Злые духи…

— Нет, вождь, не духи.

— Но… но тогда кто?

— Тебе это знать не обязательно. Но за то, что вы не выполнили их приказ, они покарают вас.

— Прову, великий Спрадо, помоги нам!

«Уже второй раз называет меня Спрадо. Видимо, это один из главных духов»

— Именно это я и собираюсь сделать.

— Благодарим тебя, – вождь коснулся лбом земли и, похоже, собирался приложиться ещё и грудью.

— Не волнуйся, вождь, вам не будет больно. Я всё сделаю быстро.

— Что, Спрадо? Я тебя не понимаю, – дикарь поднял голову.

— Вы не выполнили их приказ. Они не поблагодарят вас за старания, за попытку, не помогут в хозяйстве, не помогут с урожаем. О, нет, мой дорогой вождь, как раз наоборот. Они убьют вас, но сперва замучают. Конечно, не лично, нет. Они не могут явиться сюда сами, но у них много прихвостней. Как именно они поступят – я не знаю. Быть может, нашлют на вас орду различных жутких тварей, либо лишат вас урожая и заразят вас всевозможной хворью. Всё твоё племя будет уничтожено, но они заставят вас испытать такие муки и такую боль, которую я даже врагам не пожелал бы. А посему поверь, уж лучше вы погибнете от моей руки, нежели достанетесь им. Больно не будет. Даю вам слово.

Вождь некоторое время просто стоял на коленях, не в силах что-либо сказать. Когда же он всё обдумал, то принял решение:

— Хорошо, Великий Спрадо, мы примем смерть от рук твоих. Это честь.

Иноземец смотрел на них и проклинал себя за то, что ему предстояло совершить. Уничтожить всё племя, истребить всех: женщин, мужчин, детей, старцев. Никогда прежде ему не доводилось делать что-либо подобное, но, увы, таковы реалии, что порой приходится идти на подобное во благо. Выбор не велик: либо умереть жуткой смертью от рук прихвостней Богов, либо быстро и без боли от человека.

***

До Энефера ещё далеко, хоть Эльтран и прошёл немало лиг. Путь на удивление чист, и это не нравилось мальчику, так как он не верил, что подобное вообще возможно. Постоянно опасался, готовился к тому, что вот-вот хотя бы один разбойник выпрыгнет ему на встречу, но подобного не случалось. Всё казалось спокойным. Однако в прошлый раз подобное спокойствие оказалось ложным и погиб Териус. По ночам он сходил с тракта, как и прежде, очищал землю от снега и ложился в окружении огненных шаров.

Уснув, Эльтран увидел сон в котором он лежал на том же самом месте под деревом и пытался уснуть, но ничего не получалось, а вскоре так и вовсе его окутал густой серый дым. Огненные шары пропали во мраке и повеяло холодом. Вокруг всё чёрно-синее, не видать ни солнца, ни луны, ни звёзд, но лес, пусть и очень слабо, но освещался неведомым образом. Снег пропал, и вместо этого белого покрывала показалась лишь мёртвая, серая земля. Деревья оголены, скрючены, множество из них черны как после пожара, и казалось, что на каждом из них изображён какой-то лик, искажённый гневом или болью. Кроме Эльтрана там ни единой души, но и сам мальчик стал сомневаться в том, что всё ещё числился средь живых.

Лишь когда он встал на небе, пробиваясь через плотные завесы мрака, появилась полная луна. Она озаряла всё вокруг бледным светом, и Эльтран увидел небольшую тропу.

«Что… что это всё значит? Что это за место?»

Тропа под лунным светом засияла ещё ярче, точно пыталась заманить мальчика.

«Мне это не нравится»

Он поступил так, как мало кто решился бы: не позволил тропе заманить себя, а потому пошёл через мёртвый лес. Мальчик уверен, что на той освещённой луной дороге его ждала куда большая опасность. С первым же шагом Эльтран погрузился во что-то почти на всю стопу. Это что-то оказалось очень густым и склизким. Преодолевая отвращение, он шёл дальше, хоть и медленно. Каждый шаг давался с трудом.

«Я сплю и мне надо проснуться, чтобы вернуться в реальный мир»

Но что было реальностью? Быть может его перенесло туда, в другое место, в другой мир? Быть может он вовсе и не спал под деревом возле тракта, ведущего в Энефер. Ведь чувствовал он странную жижу под ногами, столь мерзкую, и чувствовал он холод вкупе с запахом застоявшейся, тухлой воды.

Увязнув в жиже уже на всю стопу, он увидел в дали жёлтые и зелёные точки. Их становилось всё больше. Последовал утробный вой и рык. Жёлтые и зелёные точки приближались к Эльтрану, и оказавшись достаточно близко, он сумел разглядеть, кому именно они принадлежали. Одни похожи на больших волков с разодранной шкурой; иные же ростом с самого мальчика, передвигались, подобно паукам, на восьми лапах, имели три хвоста как у скорпиона, и две собачьи головы по три глаза на каждой. Кроме них он увидел огромных змей.

«Кобры. Просто великолепно»

Эльтран не стал испытывать судьбу против такого сонма тварей, применил крылья ветра и постарался улететь как можно дальше. Казалось бы, он спасся и угроза миновала, но то лишь иллюзия безопасности. Капюшоны кобр запульсировали, разделились надвое и одна пара переместилась на середину тела, превратив их в крылья, а из ниоткуда появились весьма крупные летучие мыши.

Воспользовавшись всевидящим Воздухом, Эльтран увидел, что змеи приближались к нему. Он продолжал лететь вперёд, перевернулся на спину, дабы взглянуть в лицо опасности и пустил в ход несколько огненных шаров, которые с шипением потухли, стоило им прикоснуться к змеям. Огненный поток, магические стрелы, рассекающиеся воздушные порывы также оказались бессильны. Заклинания Эльтрана лишь замедляли тварей на несколько мгновений.

Как спастись во всё этом? Как остаться в живых, когда вся твоя магия бессильна против таких чудовищ? В чём тогда смысл постигать новое и совершенствовать старое, если даже слабых на вид летучих мышей и змей не получилось уничтожить? Это очень сильно деморализовало Эльтрана.

Пустив в ход огромное количество различных заклинаний, Эльтран осознал, что летел он, по ощущениям, довольно долго, но совершенно не устал. Магические Силы не покидали его, он не истощался. Казалось, что в этом месте потоки энергии поистине бесконечны и они сами текли к тебе, пропитывая собой, позволяя творить любое ведомое заклинание без лишних хлопот. Но какой смысл от подобного безграничного источника, коль знания эти ничем не помогли Эльтрану от летающих кошмаров?

«Как же быть, как же быть… Думай!»

Земля под Эльтраном принялась надуваться. Вся эта мерзопакостная густая вонючая жижа набухла в нескольких местах. Медленно показались пузыри воздуха. Они лопнули столь громко, что казалось, будто сотня кнутов единовременно рассекли воздух. Эльтран едва успел среагировать и отлететь в сторону от резко появившихся щупалец, по размерам превосходивших летающих змей. Одно из них сумело его задеть, ударив сверху и сильно оцарапав правую руку и бок. Из-за этого мальчик потерял контроль над крыльями ветра, завертелся, стал падать, задел ветки нескольких деревьев, поцарапавших ему грудь, а одно из них неглубоко вонзилось ему в плечо.

На краткий миг он потерял сознание. Теперь он видел всё происходившее вокруг иным зрением, магическим. Всё окрасилось в фиолетовый, лунный свет пропал, жуткие существа всё также летели за ним, и Эльтран видел их всех, словно не существовало никакой непроницаемой завесы мрака. Он видел даже тех, что находились под землёй. Каждое их щупальце, их длинные тела. Одна из этих тварей быстро двигалась вперёд, чтобы опередить мальчика. И тут Эльтран очнулся, восстановил крылья ветра, поднялся повыше и избавился от вонзившейся в плечо ветки, на лету прижигая рану. Удивительно, но зрение осталось прежним и он видел движущийся под землёй ужас, постепенно продвигающийся к поверхности.

Земля вздула ещё сильней, показался огромный пузырь, лопнувший с хлёстом, разнёсшимся далеко окрест. и появился гигантский червь в тридцать метров ростом – и это только та часть, которая вышла на поверхность – со множеством щупалец, на каждой из которых тысячи мельчайших костяных наростов, больше похожих на шипы. Круглая пасть, раскрытая полностью, демонстрировала пять рядом зубов, и они выдвинулись вперёд, точно клыки у змей. Он готовился к чем-то подобному, а потому быстро отлетел в сторону и огромная туша пронеслась мимо, но в пасть червя попала большая часть тех летающих кошмаров, что с самого начала гнались за мальчиком. Червь погружался обратно под землю, и длинное тело существа продолжало выходить из-под земли, и казалось, что ему нет конца.

«Тропа! Нужно лететь туда! Надеюсь, что это мне как-то да и поможет!»

Червь развернулся и вновь устремился к мальчику, а хвоста его всё не видать. Громадина вновь вылезла и попыталась проглотить Эльтрана, но тот вновь успел увернуться, пусть щупальца дважды его и задели, и подземный гигант продолжил гнаться за мальчиком на поверхности. До тропы осталось совсем чуть-чуть, но червь на удивление быстр. Никакие заклинания не помогали хотя бы на долю секунды замедлить этого великана, и ему не страшна даже сильнейшая волшба на которую способе человек.

Тропа, всё также освещаемая луной, уже в сотне метрах от него, но червь оказался слишком близко. Гигант разинул жуткую пасть и продолжал гнаться за мальчиков. Из зияющего провала показалось несколько десятков длинных языков. Пару этих чёрных отростков коснулись Эльтрана, лизали ему пятки и почти схватили, но тот пересёк границу леса и тяжело приземлился, даже скорее рухнул, на тропу. Червь же ударился о невидимый барьер, и его голова размозжилась, разлетелась на множество кусочков, но ни один из них не осквернил собою тропу. Сам же Эльтран, видя случившееся полузакрытыми глазами, потерял сознание.

Очнувшись, он первым делом осмотрел раны, но не обнаружил их. Бок, плечо, грудь – всё зажило само по себе, не оставив никаких следов. Одежда – да, не восстановилась и лишь по ней Эльтран понимал, что ему всё не померещилось.

«Твари!»

Он вскочил, ибо испугался, что его могли окружить те жуткие существа, но таковых не обнаружилось. Он совершенно один на той тропе, руки его светились лунным светом и ему тепло.

«Вот оно как… Я боялся идти по тропе, ибо она словно манила к себе и я посчитал её опасной. А на деле вон как получилось…»

Идя вперёд по дороге и особо не осматриваясь, он думал лишь о том, куда попал и куда его должна привести тропа. И так, пытаясь найти ответы на собственные вопросы, Эльтран осознал, что очутился на огромном круглом перекрёстке. Осмотревшись, он насчитал восемь дорог.

«Что же тут происходит? Куда я попал? Что это за перекрёсток и куда мне идти? Как выбраться отсюда?!»

Как быть? Пойти по другой тропе? Но по какой именно? И куда она выведет? А может лучше просто остаться на месте и ждать неведомо чего?

Лёжа в центре перекрёстка и сокрушаясь на всё сущее, проклиная самого себя за столь скудные знания, Эльтран решил, что застрял там навсегда. И до ушей его донёсся чей-то голос. Кто-то говорил вслух! Быть может тот человек тоже невесть как попал в это место и не знал, как выбраться? Либо просто являлся умалишённым и потому говорил сам с собой. Но голос приближался, становился всё отчётливей и Эльтран понял, что неизвестный напевал невесть что. Что-то на чуждом ему языке, пусть он и показался ему довольно певучим, но всё-таки мальчик не любил, когда чего-то не понимал. А неизвестный всё напевал и ему удалось расслышать несколько слов.

«Странный язык…»

И тот, кто пел, резко замолк, а Эльтран устремил взор на одну из дорог по которой спокойно шёл человек в его сторону. Лунное сияние позволило ему его рассмотреть. То мужчина, с виду не старше девятнадцати-двадцати. Высокий, с короткими русыми волосами. Сам по себе худой, черты лица довольно плавные, но скулы несколько остры. Глаза тёмно-серые, подобно грозовым облакам.

— Здравствуйте, мальчик, – вежливо обратился к Эльтрану новоприбывший.

— Я не…, – собирался возразить сын магов, но передумал. – Кто… кто ты?

— Кто я? Я тот, кто связан с тобой замысловатым узлом Судьбы.

— Не понимаю…

— Вскоре всё поймёшь и я расскажу тебе все, что знаю сам. Но сперва скажи мне, будь добр, каково твоё имя?

— Эльтран.

— Эльтран, – неизвестный одобрительно кивнул. – Звучит красиво. А какое у тебя полное имя?

— Я не знаю. Не уверен, что оно у меня есть, – чуть смутившись, ответил мальчик.

«Подождите! Почему я с такой лёгкостью сказал ему об этом и отвечаю на вопросы?»

— Вот, значит, как… Не расскажешь ли ты мне, Эльтран, почему?

— Расскажу, но ответь теперь ты мне: как тебя звать?

— Селестос.

— Что ж, Селестос, и где же я? Что это за место?

— Это, дорогой мой Эльтран, иномирие.

— И что это означает?

— Иномирие, Эльтран… Каждый из миров делится на несколько… кхм… скажем так, слоёв. Тот, в котором обитаешь ты, я, ведь род людской и иные расы – мир материальный, бренный.

— Проще говоря – реальный, – попытался обобщить Эльтран.

— Реальный? – переспросил Селестос и засмеялся. – А это, по-твоему, нереально? – он артистично развёл руками, словно пытался объять всё вокруг.

— Но ты же сам сказал…

— Подожди! Я сказал, что тот мир – материален и бренен, но про то, что это место нереально, я не говорил. Оно столь же реально, сколь и дуновение ветра там, в бренном мире. Только тут реальность творишь ты сам. Ты сам творец в этой части иномирия. Скажи мне, Эльтран, что видишь вокруг себя?

— Мрак. Всё вокруг вымершее, тёмное, лес черен и мёртв, деревья засохли и скрючились, в лесу обитают чудища, коих никакая магия не берёт. Полная луна озаряет собою всё вокруг, а тропа с перекрёстом ярко сияют.

— Неужели? Это твоя реальность, хоть я и не понимаю, почему ты создал её таковой. Я же вижу вокруг себя эльфийские леса с тысячелетними деревьями и изумрудной рекой, не торопясь текущей на границе моей тропы.

— Что? Но… почему тогда мы видим всё так?

— Я вижу вокруг себя лишь то, что хочу, – с улыбкой ответил Селестос. – М-м-м… позволь посмотреть какова твоя реальность.

И, не дожидаясь согласия, Селестос щёлкнул пальцами и увидел всё вокруг себя таким, каким видел Эльтран.

— Мда-а… как же всё прискорбно. Добровольно захотеть видеть такое захотят лишь совершенно ненормальные и умалишённые безумцы. Ты же, я вижу, не таков, а следовательно, твой разум без твоего дозволения обустроил всё именно так. В этом иномирии мы сами решаем, как всё должно выглядеть, Эльтран. Если же этого не знать, то окружение станет олицетворением твоего душевного состояния. Это лишь одна из реальностей, один из слоёв, скажем так. Мы, маги, способны пользоваться и призывать Силы из различных измерений. У тебя недавно случилась трагедия, да? Вижу, что я прав. Прошу, расскажи мне обо всём.

И Эльтран поведал Селестосу свою историю. Они сидели на перекрёстке перед небольшим костром, разведённым новоприбывшим. Сын магов всё говорил и говорил. Он рассказал ему всё с самого начала: про разбойников, про то, как почти сбежал, как Дейл его поймал и стал обучать, про Хаорана, про побег… словом, всё, что только случилось с ним. Да, Селестос был для него никем, но он открылся ему, ибо почувствовал, что ему можно доверять, а также сам Эльтран ощущал потребность в этом. Он хотел с кем-то поделиться. Единственное, о чём он умолчал – о той неведомой исполинской нечеловеческой руке, что коснулась его отца. Закончив повествование, Эльтран уставил на костёр и следил, как плясали языки пламени и молчал.

— Соболезную твоим потерям. Как бы жестоко это не прозвучало, но такова судьба. Тебе пришлось пережить столько всего, что твой разум, всё ещё потрясённый потерями, обустроил иномирие именно так. Монстры, от которых ты убегал – плод твоего воображения, ставшие реальностью здесь. А не смог ты их одолеть потому, что не нацелен на победу. Ты думал лишь о том, как бы спастись самому. Поверь, не улетай ты от них, остановись на месте в полной решимости победить – ты бы их уничтожил. Хватило бы даже мысли, дабы они растворились подобно мороку. Ведь это твои кошмары. И теперь, зная всё это, не хочешь ли ты попробовать изменить своё окружение?

— Меня всё устраивает…

— Как пожелаешь. Но вернёмся к твоей истории. То, что тебя приняли за человека из пророчества – лишь лишний раз доказывает, что наши судьбы связаны. Разумеется, ты не тот, кто им нужен.

— Откровение… Можно подумать, я и сам не понял этого. А ты знаешь о ком говорится в пророчестве?

— Конечно, знаю.

— И о ком же?

— Ты сейчас разговариваешь с этим человеком, – улыбаясь, ответил Селестос.

— Ты, верно, шутишь?

— Хм… значит, видеть внутреннюю Силу других ты ещё не умеешь. Странно, что этому тебя не обучили.

И Селестос поведал ему свою историю. Она оказалась не столь богата, как у Эльтрана, но также не лишена печальных событий.

Всё случилось чуть менее года назад, как раз когда у Эльтрана пробудились Силы и он сбежал от разбойников. Селестос жил в Валаре – великом городе людей. Отец – весьма хороший портной, а мать – врачеватель. Помимо родителей и его самого, в семье ещё три младшие сестры. В целом жизнь у Селестоса была довольно тихой и мирной, магических способностей за ним не наблюдалось, однако именно год назад они проявились во всей красе. Сначала ему приснился сон в котором неведомый голос поведал, что именно о нём говорится в людском пророчестве, и что ему предстояло принять свою Судьбу. Он долго не мог поверить во всё это, и проснулся от жуткой головной боли. Голоса раскалывалась, болела так, как никогда прежде. Казалось, что сотни тончайших игл медленно вонзались в неё, доходили до мозга и пронзали его насквозь. После же заболело всё тело. Кости зашевелились сами собой, будто бы тело менялось, становилось прочней, мышцы тоже напряглись так, что Селестос ждал, когда же они лопнут, либо разорвутся. Его сводило дикой судорогой, изо рта показалась белая пена, глаза закатились. Разумеется, на крики сына прибежали родители, а также проснулись сестрички. Отец пытался удержать чадо, но всё тщетно, ибо в его сына вливались неведомые им Силы. И Селестос вновь закричал, но этот крик оказался громче раската грома. Возможно, весь огромный город услышал его. В груди что-то засияло, запылало, и вырвалось пламя, пронёсшееся по окрестностям всепожирающей волной. Его дом вместе с родителями и сёстрами моментально сгорел дотла, а также с десятками других зданий. От этого пламени не было спасения. Даже каменные дома обращались в пепел. Что произошло дальше и как спасся город – Селестос не знал, ибо очнулся уже на другом конце мира. Там к нему явилась некая сущность, на самом деле являющаяся воплощением самой силы, принявшей облик густого дыма. Сущность заговорила с ним и объяснила ему всё, сказала, что именно о нём говорилось в пророчестве древнего Архимага. Когда же сущность исчезла, оставив Селестоса совершенно одного, он лишь сел на землю и долгое время рыдал, ибо понимал, что натворил и кто погиб из-за него.

Много времени он провёл так, разбираясь в самом себе, отвечая на постоянно возникавшие вопросы. И, как выяснилось, Селестос знал если не всё, то очень многое, хоть и не обучался магии нигде. Пусть и не сразу, но он принял Судьбу. После года тяжёлых обучений и испытаний себя же самого, он решил отдохнуть на небольшом континенте посреди океана. Но всю идиллию прервали местные жители, которые хотели его убить, ибо «так повелели духи». Селестос рассказал об этом, так же не опустил и то, что ему пришлось лично убить всё племя, дабы они пали лёгкой и быстрой смертью без мук.

— То есть… всего несколько часов назад ты лично казнил сотни людей?

— Да, Эльтран, – не без сожаления произнёс Селестос.

— Ты не похож на убийцу.

— Я этим не горжусь, поверь, но это было правильно. Я оказал им услугу, ведь не было никакой боли и никаких мучений. Они погибли быстро, как я и обещал.

— Но… кто же говорил с ними от имени духов?

— Это были Боги, Эльтран. Надеюсь, ты знаешь про них?

— Знаю, но не много, ибо Веал не любил их упоминать, а Хаоран просто ненавидел.

— Да, он может их ненавидеть. Все нынешние Боги – эльфы, а посему они оказывают огромную поддержку своим сородичам, а остальных пустили в вольное плавание, даже не указав направления.

— Почему?

— А кто ж их поймёт…

— Но разве не могут они лично убить тебя?

— Лично – нет, ибо таков один из Законов Творца. Ни один Бог не имеет права вмешиваться в дела смертных, даже если оные задумали их свергнуть. Только если эти самые смертные не бросят вызов открыто. Разумеется, таковые имелись, но я не из их числа. Я терпелив. Я буду ждать, пока не стану достаточно силён. Настолько, что смогу тягаться по могуществу с ними.

— Но зачем они тебе? Если ты будешь так силён, то для чего тебе свергать их?

— Я и не хочу их свергать, Эльтран. Я лишь хочу знать, что моего могущества хватит, дабы сразиться с ними на равных. Однако когда этот день настанет, они будут всеразличными методами пытаться избавиться от меня, ибо побоятся.

— И как же ты собираешься понять, что достиг нужной грани?

— Я поставил для себя несколько, скажем так, испытаний. Например, пылающее небо с обрушивающимися на землю огненными шарами – одно из них. Но кроме этого есть ещё многое. К примеру, собираюсь постичь магию Четырёх Стихий так, что одним заклинанием смогу соединить все четыре Первоэлемента и создать всесокрушающую магию. Кроме этого ещё планирую выучить несколько древних языком иных рас, дабы понять некоторые заклинания древности. Также планирую одолеть сильнейшее существо в нашем мире, сиречь Хаорана.

— Что-о?! Хаоран – мой! – оскалился Эльтран, а Селестос лишь рассмеялся.

— Твой? Ты надеешься одолеть Кровавое Крыло? Пойми, Эльтран, пусть он не столь стар, как многие эльфы, но легендами при жизни просто так не становятся. Его дед объединил десятки разрозненных племён и те бились под его знамёнами. Его отец продолжил дело своего отца и укрепил племя. А Хаоран улучшил, лично поднял в воздух не менее дюжины островов, расширив тем самым владения племени. Кровавое Крыло сумел одолеть сцерров, почти полностью истребив их всех, что не удавалось его предкам. Кроме того, я предполагаю, что он хочет подчинить себе оставшиеся три великих племени. Как именно – я не знаю. Либо попытается переманить вождей на свою сторону, либо просто убьёт их и подчинит племена. Говорят, что по могуществу он не уступает тому, кто его обучал – Фартаресу, коего ещё прозвали Гвардейцем Небес. Про него уже давно не было никаких вестей, а потому многие полагают, что он мёртв. Фартарес мог в одиночку одолеть не менее десяти ар’ше, коль верить легендам про него! Теперь понимаешь, сколь велика мощь Хаорана?

— Я это прекрасно понимал и до твоей тирады, Селестос. Но это ничего не меняет. Он меня предал, как и Дейл, а посему мне надо с ним покончить!

— А как же убийцы твоих родителей?

— А что они? Их я всё равно убью. Сначала разбойников, через них отыщу тех, кто приказал им расправиться с родителями.

— А если эта цепь велика? Если тебе придётся убить десяток заказчиков и тысячи ни в чём не повинных людей, которые лишь выполняли приказы, за которые им платят? Ты убьёшь и их?

— Ты говоришь точь-в-точь как Веал. Я убью их всех! Довольно! С меня хватит! Нет места милосердию и пощаде!

— А с чего ты взял, что тебе хватит духу убить всех невинных?

— С чего ты решил, что они невинные? Если они выполняли чужие приказы – это не значит, что их души не запятнаны. Они могли ослушаться, ничего не делать, но вместо этого решили поступить так, как им приказали. Такие люди хуже рабов, ибо у последних не всегда есть выбор. Эти же люди могут выбирать: подчиниться и поступить не по чести, низко и мерзко, или же ослушаться. Так пусть пожинают плоды своего слабоволия. К тому же пока, быть может, и не совсем хватит духу, но я уже на пути к этому.

— Да? Расскажи.

И Эльтран рассказал. Поведал Селестосу о тех несчастных охотниках возле хутора, коих он убил, по сути, просто так. Потому что хотел стать бездушным орудием.

— Мда… Эльтран, ты неправильно поступил. Подожди! Не возражай. Я всё объясню. Это были два пьяных охотника, которые, осмелюсь предположить, после пойманной хорошей дичи решили отдохнуть и напиться. Ты же их убил. Что ж, что сделано – то сделано. Но теперь подумай! У одного из них была дочь, которая его ждала. Каким бы пьяницей он ни был, она ждала возвращения отца. А ведь тебя умоляли о пощаде. Умоляли, Эльтран! Да, быть может, он повёл себя не как подобает честному мужу, но всё же он человек. Он – представитель твоей расы. У вас в жилах течёт кровь одного цвета, как бы ты не хотел, чтобы было иначе.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, Селестос, но, как я уже говорил, для меня это ничего не значит. Уж слишком много горя мне пришлось хлебнуть и вытерпеть. А так, скажи мне на милость, неужели мои родители заслуживали смерти? Или же Веал и Менер. Териус. Великим магом он был, я видел. Великим и мудрым, хоть и блудливым. А что теперь? Он тоже мёртв. Убит, между прочим, людьми. Его погубила собственная раса, не пожалела, не смилостивилась над старцем. И они хотели публично казнить меня! Хаоран и Дейл меня предали, но вдобавок убили и сцерров, которые мне помогали. Королевство Рейрс убило старого анимага, который просто выполнял предсмертную просьбу друга. Разбойники… убили моих родителей, которые им не сделали ровным счётом ничего! Да будут прокляты Творец и Боги, они даже не знали их! И скажи мне, где была милость с их стороны? Так почему же я должен быть добр к ним?

— Да, Эльтран, ты прав. Быть добрым к ним тебе незачем, но я говорил про тех несчастных охотников, которые тебе ничего не сделали. Да, они тебя оскорбили, но ты должен был понять, что они пьяны и глупы, а хуже пьяного глупца… Их убивать не было никакой необходимости. Поверь, рано или поздно, но призраки убитых явятся к тебе. Я знаю, ибо мне являются все десятки семей, что были сожжены мною.

— И как ты с этим борешься?

— Я до сих пор не знаю, Эльтран. Порой мне кажется, что я не борюсь с ними, а позволяю являться ко мне снова и снова, дабы они меня терзали. Я лишь стараюсь поступать правильно, помогать нуждающимся…

— Довольно разговоров о милосердии и правильных поступках, – отмахнулся мальчик. – Зачем мне прислушиваться к словам того, кто всю жизнь провёл в тепле и уюте? В окружении любящей семьи? Зачем мне прислушиваться к словам того, кто почти год развивался, совершенствовался и изучал магию, пока за мной половина мира гналась? Кто-то пытался убить, иные же хотели сделать из меня оружие, чего жаждали третьи я до сих пор понять не могу. А что делал ты всё это время? Нежился на вечнозелёном континенте? Разве имеешь ты право учить меня, что я сделал правильно, а где ошибся? Ты не прошёл десятой доли того, что довелось испытать мне. Так что нечего меня учить! – Эльтран немного успокоился. – Ответь мне, Селестос, коль ты столько всего знаешь. В самом начале ты сказал, что наши судьбы связаны. Что ты имел в виду?

— Как я уже говорил, Эльтран, ты сейчас в иномирии, но не совсем в простом. Ты увидел тропу, которая вывела тебя сюда. Это место зовётся Перекрёстком Судеб. Те, кто встречаются здесь – связаны узами Судьбы. Тут восемь дорог, каждая из которых означает свой путь. Я пришёл с тропы Величия. Другие же дороги: Мудрость, Сила, Богатство, Нищета, Странствие, Могущество. И та, с которой пришёл ты – Помощь. Это значит, что тот, кто явится с тропы Величия, дабы стать поистине великим, повстречает на своём пути пришедшего с тропы Помощи, который поможет ему стать великим.

— Глупость какая. То есть я должен тебе ещё как-то помочь?

— Ты уже помог, Эльтран. Почти на год все устремили свои взоры на тебя и не заметили при этом меня. Они были уверены, что ты и есть тот самый человек, о коем говорится в пророчестве, но ошиблись. За всё это время я успел многому научиться и многое постиг. Теперь же, если они явятся за мной, то я смогу дать им отпор. Даже Хаорану придётся потрудиться, чтобы поймать меня. Но те, что связаны узами самой Судьбы, никогда не расстанутся навечно. Я не знаю когда и при каких обстоятельствах, но мы с тобой вновь встретимся, – и Селестос сдержанно улыбнулся.

Глава VII. Школа магии

Эльтран резко встал и глубоко вздохнул, как если бы долгое время пробыл без воздуха. Голова трещала, звенела так, словно в ней работали кузнецы подгорного народа, сиречь гномы.

«Селестос… знать бы теперь взаправду всё это было аль нет? И, ежели нет, то кто смог вырвать меня из реального мира и поместить в это самое иномирие, обустроив всё таким образом? Кому может хватить могущества? Хаоран? Быть может, но я более чем уверен, что он знает правду обо мне, а посему ему с Дейлом такие сложности не нужны. Или же они ничего не знают и продолжают искать меня? Тогда, если могут наслать подобные сны, они должны знать, где я нахожусь, так? И они бы уже были здесь, стояли передо мной.

А если это не они, то… кто? Королевство Рейрс – точно нет. Уж они-то знают, что я не тот. Кто остаётся ещё? Веал как-то говорил про них, и я даже сталкивался с ними… «Ха-каре-мар». Может, это они? Но сколько же Сил нужно потратить на такую волшбу! Однако… учитывая, что они могут создавать различных монстров, то, думаю, умеют менять реальность аль забирать кого угодно к себе в это самое иномирие. Если это они, то, получается, они знают где я и могут скоро объявиться! А знают ли они правду обо мне?

Как же болит голова…

Однако… а если… это всё случилось по-настоящему… что тогда? Неужели я и в самом деле связан с Селестосом – тем, о ком говорится в пророчестве – узами Судьбы? Он сказал, что я пришёл с пути Помощи. Я должен ему помочь, но чем? Да, я уже оказал ему помощь, но как быть, если это ещё не всё?

Так… довольно этих мыслей! Сейчас не время. На одном месте лучше не находиться слишком долго, ведь я не знаю, могут ли другие найти меня по уходу в иномирие. Энефер… Туда надо идти. Дорогу мне подсказали ещё в хуторе, и я её не забыл. Но… но ведь у меня нет рекомендательного письма, кое пришлось добывать для меня Териусу. И что же получается… я лишь напрасно потеряю столько времени? Нет! Как бы там ни было, я пойду туда! Не знаю как, но поступлю в Школу Магии! Я должен хотя бы попробовать! Ради Веала и Териуса»

Чуть больше месяца потребовалось Эльтрану, дабы добраться до Энефера. Будет излишне описывать весь его путь через множество деревушек, ибо ничего примечательного и стоящего внимания более не случалось. На него не нападали разбойники, не попался кто-либо из иной расы, да и на логово люкров мальчик более не натыкался. Словом, дорога обычная и даже скучная. В какой-то степени Эльтран даже привык к погоне, но сознавал, что если за ним кто и охотился, так это лишь «Ха-каре-мар» (и то он усомнился в этом). Эти мысли его несколько опечалили. Сейчас всё стало как-то донельзя простым, обыденным, пресным. Ведь он и не знал, что из себя представляла подобная жизнь. Жизнь простого человека, идущего своей дорогой, оказалась скучна и даже чужда. Ещё недавно он являлся магом, за которым гнались многие сильнейшие люди и нелюди мира, а до этого являлся рабом для разбойников. Но вот ему предстала возможность попробовать эту самую простую жизнь, и пока что она не особо нравилась Эльтрану.

«Было намного интересней, когда все охотились за мной…»

Показалась высокая башня пурпурного цвета. Вскоре увидел мальчик и стены, которые оказались велики, а по толщине, он чувствовал, не уступали и великому городу людей – Валаре. Множество сторожевых башен, но только кроме привычных лучников и арбалетчиков на каждой из них находился маг. Массивные стальные ворота с вычерченными на них рунами.

Разумеется, стоило Эльтрану подойти к воротам, как стража тотчас же стала задавать один вопрос за другим. Кстати, оно состояла преимущественно из простых воинов, и лишь пару магом стояли позади них. Зачем нужны маги? А кто ж их поймёт. Эльтран устал отвечать на вопросы. Он даже сказал, что недавно у него погиб дедушка, но от него не хотели отставать и продолжали штурм. Почему он пришёл в Энефер? По пути он узнал, что не возбранялось просто прийти и посмотреть на великий город всех людских магов. Почему он не стал говорить, что хотел поступить в Школу… дать определённый ответ не получится. Быть может, он боялся, что его засмеют и отправят обратно. Может он думал, что так и вовсе убьют на месте за подобную дерзость.

Осмотрев мальчика как можно тщательней, проверив, что он не вооружён, стража пропустила его, но приставила к нему одного мага, который должен следить за ним и сопровождать постоянно и везде до поры до времени. Разумеется, это «до поры до времени» могло длиться до тех пор, пока Эльтран не покинет город.

«Либо пока не умру»

По пути ему встречались города, но все они оказались донельзя одинаковыми, и главным отличием в них являлась, и то не всегда, Ратуша. Энефер же оказался другим. Вместо Ратуши там находилось Башня Архимага (или, как её ещё называли, Пурпурная Башня) в которой, как ни трудно догадаться, обитал сам достопочтенный Демиус Эйтер, брат Дейла, являвшийся также и главой города. Площадь вокруг Башни огромна, сделана из необычного камня, и издалека могло показаться, что она серебристая. Дома попадались как обычные, так и совершенно диковинные. То дверь в виде пасти дракона аль иного существа, то дом будто бы имел собственные крылья; у одного имелась небольшая башенка – всего с десять метров высотой – но спиральной формы, будто бы её скрутили, как тряпку, чтобы выжать. На улицах полным-полно магов, облачённых в мантии различных цветов и с различными символами на них. Каждый дом, каждый камешек был насквозь пропитан магией.

Маг, точнее магичка (как пренебрежительно прозвал её для себя Эльтран, ибо она ещё молода и явно ничего не умела), что сопровождала его, должна постоянно находиться рядом с ним. Звали же её Арва. Ей лет пятнадцать-шестнадцать, обычной внешности, сама по себе довольно милая, но слишком часто волновалась, казалось бы, по пустякам. Носила жёлтую мантию с вышитым знаком (одна единственная линия длиною с указательный палец на груди с левой стороны) из ткани пурпурного цвета. Как выяснил Эльтран, это знак послушника. Даже не адепта (там две линии, вторая располагалась под первой и она чуть длинней), а это означало, что Арва пока что не могла называть себя полноценной ученицей Школы Магии, ибо таковыми становились только следующей ступени, сиречь адепты. Послушники выполняли всякие мелкие поручения наставников Школы, а взамен получали, самое большее, благодарность с их стороны. Арву обучили лишь создавать огненные шары, и только после этого её отправили к страже у ворот – авось кто-то да и пожалует с недобрыми намерениями. Некоторые из стражников не упускали возможности поприставать к юной чародейке, но впоследствии у них всегда нагревались латы в области задницы. Однако это не всегда их останавливало, а даже наоборот, они начинали приставать с удвоенным рвением. Так что она даже рада, что её приставили к Эльтрану.

— Арва, скажи, а зачем всё это? Меня осмотрели, оружия при мне нет, так зачем тебя прицепили ко мне?

— Ой, видишь ли, Эльтран… кстати, не могла не обратить внимания, что тебя зовут как одного из Архимагов древности… Хороший то был Архимаг, хороший, – девушка довольно часто отвлекалась от темы разговора и начинала рассуждать о чём-то или же вспоминать из уроков истории. Это не раздражало мальчика, скорей даже забавляло. Особенно когда она понимала, что уже очень далеко отошла в сторону, извинялась по нескольку раз подряд, и продолжала говорить по теме.

— О-о-ой… Прости, Эльтран… опять отвлеклась. Так вот, просто таков указ Архимага Демиуса. Коль явится кто с той стороны стен и будет проситься в город, то… о-о-о, как же он там говорил… а! вспомнила! …и будет проситься в город, что надобно приставить к нему стража на неопределённое время до тех пор, пока гость либо не покинет Энефер, либо не перестанет быть подозрительным. А ежели явится маг, то надобно приставить к нему мага.

— И ты всё запомнила слово в слово? – не удержался мальчик и легонько хихикнул. Не любил он правила, ибо они, по его мнению, сковывали человека, как раба. Нельзя говорить и вести себя определённым образом. Рьяных исполнителей правил он считал великими глупцами и «безвольными животными», но к Арве относился иначе. Быть может потому, что она девушка, хотя куда вероятней, что она просто забавляла его своим поведением, а потому и относился он к ней несколько несерьёзно.

— А что такого? Указы надо бы запоминать. Чем подробней – тем лучше.

— Глупость всё это, – махнул Эльтран рукой и решил заговорить о нужном. – Слушай, Арва, мне надо в Школу Магии. Проведёшь меня туда?

— В Школу? Но… Эльтран, нас направили в гостиницу для таких вот, как ты.

— Это ж как понимать «для таких как я»? – резко остановился мальчик и жёстким взглядом посмотрел на девушку.

— Нет-нет, не пойми меня неправильно… не то сказать хотела… О-ой… Ты ведь не местный. И ты ещё под наблюдением будешь. В той гостинице только такие же, как и ты.

— А может стоило бы меня сразу в темнице запереть? Коль я под наблюдение! Конечно, я ведь представляют явную опасность для всего Энефера! Как дуну – смету весь город к распроклятым люкрам! – он повысил голос и проходившие мимо ученики Школы останавливались, дабы посмотреть на ненормального мальчика.

— Ну, Эльтран, не злись…, – засуетилась Арва, пытаясь его успокоить и обвиняя себя в том, что не смогла объяснить всё нормально сразу же.

— Да как же тут не злиться?! Меня, я смотрю, и за человека не считают! Перед вратами задавали множество вопросов, даже осмотрели меня, дабы убедиться в том, что я не вооружён! Что, в Энефере настолько все трусливы, что боятся тринадцатилетнего мальчика? – он понимал, что подобное поведение нельзя назвать достойным, но отступать не собирался. К тому же он надеялся привлечь внимание других, особенно наставников Школы.

— Не смей так говорить! – властно гаркнула Арва. – Указ есть указ!

— Мне плевать на такие указания, – отмахнулся Эльтран и демонстративно плюнул на площадь. – Не хочешь вести меня в Школу – ладно. Сам найду дорогу.

— Эй! Эльтран! Ты что это делаешь? А ну вернись, а ни то мне придётся применить Силу!

В ответ на эти возгласы мальчик развернулся к ней боком, посмотрел в глаза и фыркнул. Он направлялся прямо к Пурпурной Башне. Арва этого не выдержала и метнула небольшой огненный шар на дорогу совсем рядом с ним. Заклинание взорвалось в метре от него. Эльтран остановился, развернулся к девушке и его взгляд очень ей не понравился, но всё-таки, как ни как она старше, а следовательно мальчик должен её слушаться. Кроме того, коль она старше, то должна быть сильней, разве нет?

— Не делай так больше, – злобно прошипел Эльтран.

— Делай, что я говорю! – Арва постаралась предать голосу убедительности и властности, но это получилось крайне скверно. Ей не по себе от происходившего. Она не привыкла к подобному и не ожидала, что такое вообще могло случиться, а Эльтран это понял.

Всё больше учеников останавливалось, дабы посмотреть на «умалишённого» мальчика. Они постепенно образовывали кольцо вокруг него и перешёптывались друг с другом. Никто из них не собирался даже пытаться успокоить его.

— Арва, не смей мной командовать!

Послушница пустила очередной огненный шар, но уже нацеленный Эльтрану в ногу. Её бы не оторвало, но появилась бы приличная обожжённая рана. Мальчик играючи перехватил неуверенно составленное заклинание девушки и метнул в неё же. Казалось, что он целился в ногу, но на самом деле в самый последний миг собирался резко разбить огнешар о дорогу. Он хотел поступить так, но вдруг из толпы зрителей показался один юноша постарше Эльтрана и поставил защитный барьер перед Арвой. Огненный шар разбился об него, и сын магов обратил внимание на вмешавшего ученика. У того на мантии красовались две пурпурные линии.

«Адепт. Что ж, так даже лучше»

— Хватит! Делай то, что велит тебе послушница! На тебе нет мантии даже с одной линией, а посему ты должен слушаться тех, кто выше по рангу и старше по возрасту! Так что…

— А ежели не послушаюсь, то что заставишь меня? – бесцеремонно перебил его Эльтран. Тот не выдержал такой наглости и пустил в наглеца ледяные иглы, появившиеся из воздуха. Мальчик лишь презрительно улыбнулся этому и выставил щит льда, о который благополучно разбилось заклинание. Адепт не смог скрыть удивления, равно как и все остальные ученики. Видимо, все приняли Эльтрана за мага Огня, а он, оказывается, Водой владел! Юноша создал два водных хлыста и принялся размахивать ими, пытаясь достать Эльтрана, да тот лишь взмыл вверх на крыльях ветра.

«И это адепт? Какое разочарование! Уверен, что практической магией он владеет не лучше младенца, а вот теоретическую знать будет. В теории и я могу обратить гору в прах, а вот на самом деле… мне такое не по силам. Пока что. Но да ладно. Я всё это начал именно для подобное дуэли. Показать себя с наиболее сильных сторон мне, увы, не удастся, ибо противник нужен серьёзней. Сейчас и этого глупого адепта хватит. Главное – дабы меня увидел кто-либо из наставников»

Он посмотрел на собственную ладонь и поднял её чуть выше головы. Из-под земли показалась каменная рука, схватившая адепта, а следом за ней вылез и каменный шип, уткнувшийся ему в горло, но не более того. И правильно, ведь Эльтрану его смерть не нужна. Это лишь демонстрация способностей.

Ученик Веала аккуратно приземлился перед изумлённым адептом и столь же ошарашенной Арвой. Впрочем, остальные ученики пребывали в таком же состоянии.

— А я ведь предупреждал…

В следующее мгновение шипы распались, превратившись в груду мелких камешков, а самого Эльтрана неведомой силой прижало к земле. Он опустился на четвереньки, а обратно подняться не смог.

— Тери! Объясни мне, что тут происходит? – показался из толпы зрителей мужчина в летах.

— Этот мальчик… напал на нас.

— Что-о?! – возмутился Эльтран, но больше ничего сказать не смог, ибо мужчина усилил заклинание, прижав его к земле полностью.

— Почему он напал на вас?

— Откуда мне знать? Это же жалкий бездомный бродяга! По нему видно.

«Вы издеваетесь? Тогда никчёмный мальчишка казначея вёл себя также, и в Энефере тоже такие жалкие куски дерьма имеются?»

— Прошу прощения, наставник Форн, – раздался тихий голосок Арвы, – но на самом деле я начала первой…

И девушка принялась рассказывать. Она разнервничалась и потому рассказала с самого начала. Совсем с начала: как ей всегда хотелось поступить в Школу Магии, как она об этом мечтала, учила историю Школы и знала про многих Архимагов, о том, сколь трудно было для неё попасть туда…

— Говори по делу, Арва, – прервал её наставник. Девушка несколько раз извинилась, после чего рассказала всё с того момента, как к городу подошёл Эльтран.

Форн слушал её очень внимательно, а когда она закончила, то отпустил мальчика.

— Благодарю за честность, Арва. Ты не должна была прибегать к магии на улице, ибо это запрещено!

— Знаю, наставник Форн, знаю. Творить волшбу вне учебных часов и вне стен Школы без дозволения наставника запрещено, – дословно процитировала девушка.

— А что касается тебя, Тери, то придётся прибегнуть к наказанию за обман. Арва, тебя это тоже касается. Пять ударов плетью каждому.

«Сурово, но справедливо. Но выдержит ли она…»

— Простит! – неожиданно даже для себя вмешался Эльтран. – Наставник… Форн, верно? Не надо наказывать Арву. Она… делала то, что должна. Я… на самом деле, спровоцировал её и сделал это специально. Накажите меня вместо неё.

Услышав всё это, девушка изумилась и глаза налились слезами.

«О, прелестно… сейчас, небось, расплачется»

Но этого не случилось. Арва сумел взять себя в руки и сдержать слёзы.

— Твой поступок достоин похвалы. Но она провинилась, разве нет?

— И я провинился. Значит, меня тоже следует наказать, верно?

— Верно, – кивнул наставник.

— Тогда накажите меня за мою вину… и за неё тоже.

— Десять ударов плетью? – наставник подобной храбрости изумился.

— Пусть будет десять, – смело кивнул мальчик.

— Хм. Как тебя зовут?

— Эльтран.

— Вот так имя у тебя. Так и быть, ты получишь десять ударов, а Тери пять. Идите за мной. Наказание вступит в силу немедленно.

Это произошло прилюдно на площади перед Школой Магии, что располагалась не очень-то далеко от Башни Архимага. Палач своё дело знал и бил хорошо, больно. Однако Эльтран уверен, что это лишь половина от его силы. И его и Тери привязали поочерёдно к столбу для наказаний, предлагали специальные палки, обмотанные тряпками зажать в зубах, дабы случайно от боли не откусить язык. Эльтран гордо отказался, уверив, что вытерпит, а его никто и не собирался переубеждать. Эльтран пытался всячески себя показать. Коль для этого нужно терпеть десять ударов плетью – пусть.

И нанесли ровно десять ударов. Это оказалось на порядок больней, нежели он предполагал. Настолько, что до крови прокусил себе нижнюю губу, но всё же первые пять ударов он не издал ни звука. Видимо, это не очень понравилось палачу, и следующий взмах плетью оказался значительно сильней предыдущих. Тут-то Эльтран не выдержал и предательский крик всё же вырвался наружу. Довольный палач оставшиеся удары нанёс слабей.

Эльтрана развязали и двое стражей унесли его в сторону, а в это время уже привязывали Тери. Ученик Веала ничего не видел, ибо его уводили прямиком в Школу Магии, но прежде, чем они вошли внутрь, мальчик услышал сильный крик адепта, сорвавшийся с первого же удара. От этого Эльтран едва заметно улыбнулся, да и ему просто стало приятно.

Привели его в небольшое помещение Школы, аккуратно положили на кровать животом вниз, и вокруг него тотчас же появились двое магов, что принялись осматривать раны.

— Ничего особо серьёзного не наблюдаю.

— Палач бил не сильно. Пострадала кожа и поверхностные мышечные волокна. Но посмотри сюда.

— О, видимо этот удар оказался самым сильным. Ещё бы чуть-чуть и палач дошёл бы до костей.

— Ничего страшного, излечим так, что следов не останется.

Они стали применять заклинание, которое напомнило Эльтрану волшбу, творимую Дейлом в самый первый день их обучения, когда тот пробил ему плечо. Всё перед взором поплыло, свет померк.

— Хорошо. Что ж, можно…, – конца фразы он не услышал, ибо уснул крепким сном.

***

— Мы ощутили магический выброс большой силы!

— Судя по всему, это дело рук человека!

— Волшба очень мощная!

— Терейры, информация принята. Начинаем детальное распознавание творимой магии. Приблизительное время завершения распознавания – один восход солнца.

— Мельты, вас понял. Соейлы, выходите на разведку.

— Вас поняли, Терейры. Укажите место.

— Терфольский океан, континент Ар Мерма.

— Вас поняли, вылетаем немедленно.

Множество хаоромов общались меж собой, находясь в пределах крепости. Терейрами звались те, кто обнаруживал различные всплески Силы вблизи крепости. Мельты занимались распознаванием магии. Они разбирали ее на составляющие части, находили следы, устанавливали, чьих она была рук, и пытались поймать след заклинателя, коль таковой им был нужен. Соейлы же – разведывательный отряд хаоромов.

— Как я понимаю, появились хорошие вести?

— Быть может, Харан. Соейлы вылетят из крепости с минуты на минуту.

— Пусть подождут немного, я хочу отправиться вместе с ними.

— Простите, но вождь ведь приказал вам оставаться в крепости до тех пор, пока он не даст вам позволения ее покинуть.

— Если это след того, кто нам нужен, и если мы его поймаем, то, поверь, отец будет очень доволен. К тому же в крепости командую я! Приказываю Соейлам задержаться, дабы я подготовился.

— Как пожелаете, Харан.

***

— Ваше величество, есть срочные вести!

— Я тебя слушаю, Крос.

— Ищущие ощутили волшбу огромной Силы!

— Где?

— Посреди Терфольского океана, Вечнозеленый континент.

— Есть ли какая-либо опасность поблизости?

— Так точно, Ваше Величество. Не далеко от него находится один из летающих островов хаоромов. Я уверен, что они отправятся посмотреть на место свершения магии.

— Проклятье! Крос, ты отправляешься на континент немедленно вместе с пятью лучшими магами. Передай Шардару, что бы применил все доступные ему Силы, дабы переместить вас на место!

— Слушаю и повинуюсь.

***

Он стоял на крыше крепости. Взгляд, казалось, устремлён в бесконечную даль, но никто бы этого не увидел со стороны, ибо он не снимал капюшона. Он сосредоточился. Творилась сильная волшба, но очень далеко от него. Он закрыл глаза, но всё видел магическим зрением. В таком состоянии от него не могла ускользнуть ни одна магическая нить, и ни одно колебание магических волокон не осталось бы незамеченным. Он крайне редко прибегал к подобному, ибо это требовало больших затрат Сил и не давало ответов на нужные ему вопросы.

Далёкий континент посреди самого большого из океанов. Континент, где никто не знал, как выглядит снег. Множество дикарей и лишь один-единственный маг. Краснокожие стояли в стороне, а мужчина применил достаточно мощное заклинание. Небеса запылали и осыпали землю огненным дождем.

«Достойное заклинание. Очень даже достойное. Ну же, еще чуть-чуть…»

Творитель этой великой волшбы продолжал поддерживать волшбу. Оставалось совсем немного и…

«Попался!»

Хозяин «Ха-каре-мар» прочитал сущность этого человека так, словно перед ним раскрытая книга и сомнения отпали.

«Это он! Тот, о ком говорится в пророчестве. Теперь ты не скроешься от меня. Переместись моментально даже на другой конец мира – я все равно тебя найду»

Глава Семерки применил особое заклинание поиска, нацеленное именно на Селестоса. Оно прицепилось к нему, подобно маленькому и незаметному паразиту. Когда «человек из пророчества» расправился с тварями, Хозяин увидел, что к континенту летели хаоромы, а люди из королевства Рейрс готовились к телепортации. Он всё это видел и чувствовал в тот момент, но ждал перемещения самого Селестоса. Тот же телепортировался в лес Мармаран – бывшее владения сцерров.

***

Селестос отправился к одному из разрушенных зданий сцерров, спустился в уцелевший подвал, подошёл к стене и взмахнул перед ней рукой. Камни обратились в прах и он достал оттуда меч. Оружие выглядело совершенно обыкновенным, но таковым на деле не являлось, ибо в нём содержались не малые магические запасы, к которым Селестосу приходилось прибегать лишь единожды. В основном же он пользовался им как самым обычным мечом.

«Боюсь, что в скором времени мне вновь придётся прибегнуть к этой Силе»

Он не знал насколько могло хватит этих самых Сил. На ещё два применения? Пять? Десять? Тысячу?

Позади него свершилась замысловатая волшба. Человек из пророчества увидел астральную проекцию высокого существа, облачённого в тёмно-серую мантию, а лицо его скрыто капюшоном.

— Здравствуй, Селестос, – чуть ли не прошипел незваный гость.

— Кто ты? – безо всяких приветствий и коротких поклонов бросил человек.

— Можешь звать меня Шарашас. Разумеется, это не моё настоящее имя, – хоть лица незнакомца не видно, но Селестос почувствовал через его голос, что его собеседник улыбнулся.

— Почему бы не назвать истинного имени? Чего ты боишься?

— Мальчик, поверь, я прошёл через такое, о чём ты даже и не подозреваешь. И то дела давно минувших дней. Я ничего и никого не боюсь, просто моё истинное имя вызовет для меня не самые приятные воспоминания.

— Я должен растрогаться?

— Как тебе будет угодно.

— И что же привело тебя ко мне, Шарашас? И как ты сумел найти меня?

— Найти было не трудно. Твою волшбу почувствовали, пожалуй, все, кто обладал сей возможностью. Но я предполагаю, что ты прекрасно понимаешь, что именно привело меня к тебе.

— Допустим, но уверен ли ты…

— Абсолютно, Селестос. Откуда, по-твоему, мне ведомо твоё имя? Ты, конечно, очень сильный маг, но ты не учёл того, что кто-то может заглянуть в тебя и прочитать твою истинную сущность, пока ты творишь заклинание. Что я и сделал. Так я узнал и твоё имя, и увидел через сотни магических переплетений, что именно о тебе говорится в том пророчестве.

— А моё перемещение в это место ты просто отследил и пошёл следом?

— Совершенно верно, – коротко кивнул Шарашас.

— Что тебе нужно от меня?

— Всё просто, Селестос, я хочу, чтобы ты присоединился ко мне и помог.

— Помог? Но в чём? И откуда ты?

— Я возглавляю «Ха-каре-мар».

— Знакомое название…, – задумался Селестос и почесал в затылке. – А, вспомнил! Вы одни из тех, кто гонится за Эльтраном!

— Мы гнались за ним, – поспешил поправить его Шарашас. – Сей мальчик нам без надобности. Он – не тот. Мы ошиблись.

— И не вы одни.

— Истину глаголешь. А теперь позволь ответить на твой другой вопрос.

— Я – само внимание.

— Благодарю, – искренне ответил Шарашас.

«Он не человек. Как пить деть… нелюдь»

— Я хочу, чтобы ты помог мне в возрождении моей расы.

— Вот, значит, как… А не собираешься ли ты ещё и убить с моей помощью Богов?

— Боги мне без надобности. Эти глупые дети – ничто.

— Смелые заявления.

— Имеющие под собой гранитное основание, Селестос.

— И какое же?

— Не здесь, человек. Тут надо быть крайне осторожным. И стены имеют уши.

— Ты столько всего уже сказал и лишь сейчас обеспокоился этими стенами? Какое мне до всего этого дело?

— А такое, смертный, что у тебя есть возможность спасти целую расу. И не только в этом мире, но и во всей Вселенной.

— Высокие и громкие слова, Шарашас, но не более. Зачем мне вам помогать? И как я сумею возродить целую расу?

— Коль ты нам поможешь, то твою семью воскресят из мёртвых и вы вновь будете вместе.

У человека ком встал в горле и он не мог выговорить и слова.

«Мою… семью…? Нет! Врёт! Однозначно врёт! Воскресить их невозможно»

— Я не вру, Селестос, – ответил Шарашас, словно прочитав его мысли.

— Их воскресить невозможно! Их испепелило Пламя Хаоса, а туда нет пути никому из смертных и даже бессмертных. Пожалуй, это по силам только Творцу.

— Правильно мыслишь, Селестос. Но что, если я скажу тебе, что есть некто, кто по силе почти равен Творцу?

— Но он не равен ему, ведь так? Даже если бы я хотел тебе поверить, то не смог бы, ибо таких не бывает. Их существование может оказаться очень опасным.

— Верно, и Творец лично уничтожил бы такого. Но этот иной и Создатель не может его убить.

— Как интересно… Почему же?

— Не столь важно, Селестос. Придёт время – узнаешь. Не раньше.

— И как же мне тебе верить, коль ты недоговариваешь столь, определённо, важную и интересную информацию?

— Я и не прошу, чтобы ты мне верил. Я прошу лишь помочь мне и ты всё увидишь сам.

— Ты мне так и не сказал, как я могу спасти целую расу во всей Вселенной.

— Есть несколько способов. Один из них довольно рискованный, но без тебя у нас может ничего и не получиться.

— Что же во мне такого особенного? Я что, величайший средь всех существ Вселенной?

— Люди… Вы так любите зазнаваться, мнить, будто бы от вас может зависеть всё в мире и даже вне его. Нет, Селестос, во Вселенной имеются существа намного могущественней тебя…

— Так обратитесь к ним, а меня оставьте в покое, – перебил он Шарашаса.

— …Но они отказываются нам помогать, – словно ни в чём не бывало, продолжал говорить глава Семёрки. – Им нет до нас никакого дела, Селестос. Они слишком велики и могущественны, а беды простых смертных им чужды. Даже древнейшие из эльфов, о которых тебе доводилось слышать – ничто по сравнению с ними. Даже Боги боятся этих существ. И мы решили найти «человека из пророчества». Тебя надо обучить, направить весь твой колоссальный потенциал и Силу в нужное русло и тогда, в скором времени, ты сможешь свергнуть всех Богов и занять их место, коль на то будет твоя воля.

— Шарашас, ещё недавно ты говорил, что и стены здесь могут иметь уши, а сейчас говоришь о свержении владык Вселенной.

— Они не владыки, а лишь глупые дети. Стены могут иметь уши, и ежели Боги нас слышат, то пусть знают, что та Сила, стоящая надо мной, столь огромна, что даже Творцу не удастся с нею совладать. А ежели я не раскроюсь, даже Боги не смогут понять моего происхождения.

«Если великие существа отказались им помочь, так с чего бы мне поступать иначе? Семья… увидеть их вновь… Нет! Он врёт! Я не уверен, что даже Творец сможет их достать из Хаоса!»

— Так каково будет твоё решение, Селестос?

— Шарашас, я не буду вам помогать. Коль так вожделеешь спасти свою расу – сделай это без меня.

— Очень жаль, Селестос. Но что ж, я не откажусь от своей идеи и буду ждать, когда ты согласишься. Как передумаешь – просто позови меня.

После этих слов астральная проекция главы Семёрки развеялась в воздухе.

***

Первое, что увидел Эльтран придя в себя, так это стоявшего рядом с ним наставника Форна.

— Наконец-то ты очнулся. Ещё час назад проснулся и тотчас же уснул, а я стою, как полоумный, и жду.

— Наставник, – коротко кивнул мальчик, всё ещё лежа в кровати.

— Наставник…, – усмехнулся маг. – Ты не можешь меня так называть, Эльтран, ибо не являешься учеником Школы Магии. Посему разрешаю тебе обращаться ко мне по имени.

— Как вам будет угодно, – вновь коротко кивнул мальчик.

— Будет тебе, Эльтран. Я прекрасно помню, как ты сказал бедняге Тери о том, что против твоей воли тебе никто не смеет указывать. Как я понимаю, ты весьма своеволен, самостоятелен и не признаёшь, когда тебе указывают, что делать. Исходя из всего этого я сильно сомневаюсь, что ты любишь кланяться другим или хотя бы даже кивать им, как делаешь сейчас со мной. Зачем тебе всё это? Хочешь угодить мне?

«Вот проклятый маг. Что ж, надо вести себя как всегда. В конце концов, как я могу уважать того, кого вижу впервые?»

— Никак нет, Форн. Я лишь отдаю дань уважения тому, кто знает намного больше меня и чьи возможности превышают мои собственные. Полагаю, двух кивков вполне достаточно.

— Что ж, допустим, что так. Вынужден признать, против Тери ты себя очень хорошо проявил. Показал, что владеешь заклинаниями каждой и Четырёх Стихий, что уже говорит о многом. А также видно, что творить всю эту волшбу тебе не составляло труда.

— Какой же тут труд, когда весь город пропитан магией? – усмехнулся Эльтран.

— Да, пожалуй, ты прав. Скажи мне, кто тебя обучал? Самому всё это выучить невозможно. Следовательно, у тебя был учитель, притом не один. Кто? Родители?

И вновь пришлось рассказывать всё с самого начала. Про смерть родителей, про разбойников, про побег (разумеется, про Дейла он не сказал ни слова, и побег в этой истории увенчался абсолютным успехом), про то, как его нашли сцерры и помогли, обучили, а после рассказал и про Териуса.

— Териус? Териус Са-Акраан? Ты встретил его? – прежде каменное лицо Форна треснуло, и он искренне удивился, услышав это имя.

— Так точно, Форн. Анимаг Териус.

— Не скажи… Он не только анимагией занимался. Много чего ещё умел.

— Откуда вы его знали?

— Как это откуда? Некогда он был одним из наставников Школы. Правда прошло уже очень много лет… Я тогда только-только поступил сюда. Отучился два цикла, а Териус потом ушёл, но я прекрасно его помню. Из наставников он поразил меня больше всех. точнее, его познания. Но не о том сейчас. Что было дальше?

Закончил мальчик рассказ тем, как оказался перед Энефером. Разумеется, он не говорил, что его считали «человеком из пророчества», не сказал, что некоторое время пребывал в плену королевства Рейрс. Наставнику незачем это знать.

— Значит, тебя рекомендовал Кристоф Мейдер? Помню такого. Молодой маг, но Стихией Воды владеет очень хорошо. А рекомендательно письмо потерялось, когда убили Териуса… Прискорбно. Очень. Особенно омрачает смерть столь мудрого мага. А на счёт рекомендательного письма не волнуйся, ибо я напишу новое. Я видел тебя в деле, Эльтран. Для своего возраста магией ты владеешь достойно. На каком направлении хочешь обучаться?

— Тьма, – коротко и ясно, безо всяких промедлений ответил он.

— Отлично. Я наставник по колдовству. Интересует эта ветвь магии? Будешь обучаться у меня. Уверен, ты станешь прекрасным колдуном через несколько десятилетий.

«Колдовство… да, я ведь хотел пойти на это, но… столько всего произошло за это время. Селестос сказал – если это был не морок – что я не тот, о ком говорится в пророчестве, да и королевство Рейрс прежде сказало то же самое. Получается, что мне не придётся надеяться, что некие иные Силы будут помогать мне. Я могу положиться только на себя и свои знания. А чем ты старше – тем больше тебе ведомо, как мне говорили и Дейл, и Веал, и Териус. Как долго живут колдуны, даже самые сильные? Две сотни лет – предел. Хватит ли двух веков, дабы стать поистине могущественным магом? Конечно же, Дейл будет мёртв уже даже через несколько десятилетий. Но ведь и он колдун! Сколь эффективна данная магия против него? Нужно применить нечто совершенно иное. И я не должен забывать, что надобно прожить долго, дабы обучиться большему. Что там как-то говорил Териус относительно некромантов? Верховные могут жить тысячу лет? Хм…»

— Про простить меня, наставник Форн, но вынужден вас разочаровать. Я выбираю некромантию.

— Магия мёртвых? Ты уверен? Учти, для нас это новая магия, а посему познания в ней не столь велики, как в том же колдовстве. Быть может, ты всё же передумаешь?

— Простите, но нет. Неведомое, малоизученное меня как раз и привлекает.

— Воистину ты обучался у Териуса, ибо он сказал нам тоже самое на первом цикле, объясняя свой выбор анимагии. Тогда это являлось новым направлением, и мало кто им интересовался. Некромантия… Да будет так, но знай, если он тебе не понравится, аль не оправдает твоих ожиданий, то можешь перейти на другое направление.

Говоря «другое направление» наставник Форн явно подразумевал колдовство. Видимо, ему очень хотелось, чтобы Эльтран обучался именно у него. Хотел достойного ученика, сильного, способного, не так ли, наставник?

— Ты уже пришёл в себя, а потому тебе пора в гостиницу. Всё в ту же, куда собиралась отвести тебя Арва. Она ждёт тебя внизу. Иди, а я в скором времени напишу рекомендательное письмо и приду к тебе.

— Благодарю, – без поклона, Эльтран просто встал с кровати и покинул помещение.

Девушка и вправду ждала его снаружи, и увидев Эльтрана, она не смогла сдержать слёз в этот раз. Обняла его крепко-крепко, принялась благодарить и говорить, что ещё никто не делал ничего подобного для неё.

«Только этого мне и не хватало… Рыдающая девица! Что может быть ужасней?»

А Арва всё благодарила и благодарила, пока Эльтран не высвободился из её объятий и не попросил провести в гостиницу, ибо он устал и хотел спать.

— Да-да, разумеется, Эльтран! Идём, идём, – чуть ли не подпрыгивая, протараторила девушка, на ходу вытирая слёзы рукавом мантии.

Пока они шли к гостинице, мальчика взглядами провожали другие ученики. В основном то ненавистные взгляды, но некоторые явно прониклись уважением к Эльтрану. Нашлись даже те, кто побаивался его. Пару восхищённых девичьих глаз он то ли не заметил, то ли не обратил на них никакого внимания и спокойно шёл рядом с Арвой. Гостиница простая, деревянная, но внешне радовала глаз тем, что не обветшалая, а комната оказалась очень чистой, и там стоял сильный хвойный запах.

Поужинав в комнате, надежда на отдых и сон улетучилась вместе со стуком в дверь. Эльтран надеялся, что это наставник Форн, но каково же было его разочарование, когда из-за двери выглянула Арва. Она должна, по правилам, всегда быть рядом с ним, но это не означало, что и жить им положено вместе, так что её комната прямо напротив. Она зашла поинтересоваться, всем ли доволен мальчик, а тот лишь махнул рукой и несколько раздражённо буркнул: «Сойдёт». Арва же явно не думала уходить, зашла к нему, села напротив и стала задавать уточняющие вопросы: «Точно всё нормально?», «Может тебе принести чего?», «Комнату побольше не хочешь?» и так далее и тому подобное.

С горем пополам, но Эльтран отбился от веерной атаки вопросов, но Арва всё равно не оставила его и стала пытать другими:

— Откуда ты родом? Где твои родители? Почему тебя назвали в честь одного из Архимагов? На какое направление ты хочешь пойти? Что тебе сказал наставник Форн? Почему ты мне помог?

«Будь ты проклята, женщина, оставь меня в покое! Даже в логове люкров было проще!» – яростно пронеслось у мальчика в голове, но поучения Териуса не прошли даром, а потому нагрубить подобным образом девушке он не мог.

И вот уже в который раз Эльтрану пришлось вдаваться в рассказ относительно своей жизни. Арве он говорил не так много, как Форну, но и сказанное очень впечатлило её. Особенно не выдержала она, услышав о гибели родителей. Послушница вновь расплакалась и прижала мальчика к себе, постоянно гладя по голове.

«Это не меня, а её утешать придётся… Да ты меня сейчас задушишь!»

Благо, вся эта трогательная сцена длилась не долго, и девушка сумела вновь взять себя в руки. И Эльтран закончил свой рассказ на том, как выбрал направление некромантии.

— Магия смерти? Эльтран, но почему? – судя по всему, Арве не совсем понравился выбор мальчика.

— Меня она привлекает, – пространно ответил Эльтран.

— Но… ты ведь знаешь, что тебе придётся вскрывать тела убитых? Придётся призывать к жизни давно умерших!

— И что с того?

— Ты не считаешь, что это неправильно?

— Убивать моих родителей после того, как я родился – тоже было неправильно. Убивать Териуса, хоть он уже не мог ответить – так же неправильно, – очень раздражённо ответил Эльтран, и принялся вертеть пустой миской от еды в руке. Она из глины. Глина – Земля, а значит, с ней можно сделать что угодно. Точнее, можно было, но её обожгли и теперь она твёрдая. Иными словами, мальчик решил делать хоть что-то, лишь бы отвлечься от Арвы.

— Конечно, тоже верно…, – опешила девушка и хотела сказать что-то ещё, но в комнату без стука вошёл наставник Форн, держа в руках свёрнутый лист.

— Эльтран, всё готово, – счастью мальчика не было предела. И дело вовсе не в том, что он сумел попасть в Школу Магии. Его порадовало то, что пришёл другой человек. Он увидел другое лицо, услышал другой голос! Как же это прелестно.

— Теперь ты являешься учеником Школы Магии направления некромантии. А также я договорился, чтобы тебе сразу присвоили ранг адепта.

— Ого! Эльтран, это здорово! Поздравляю тебя! – вновь обняла его девушка, только в этот раз обошлось без слёз.

— Да, Арва, коль ты здесь, то и для тебя есть вести. Тебя так же делают адептом.

Девушка сначала не поверила словам мастера, а потом радостно подпрыгнула на месте и похлопала в ладоши.

— Эльтран, тебе надобно умыться, после чего тебе выдадут мантию, а через несколько дней приступишь к обучению.

Никакого торжественного мероприятия не последовало. Не трубили в трубы, не били в барабаны, не запускали в небо разноцветные красивые заклинания, не было никакой особой дорожки, усыпанной лепестками роз для новоставшего ученика Школы Магии. Он понимал, что надеяться на подобное несколько нелепо, но всё же хотел, чтоб сделали хоть что-то особенное. Эльтрану выдали тёмно-серую мантию – цвет направления некромантии – с нашивками из двух линий пурпурного цвета и привели в аудиторию. Вместе с ним там лишь девять учеников и они старше него. По недавним событиям они все слышали про Эльтрана и смотрели на него неуважительно. Дело вовсе не в его внешности. Просто остальные ничего не знали о его происхождении. Будь Эльтран чуть постарше, то понял бы, что они так себя вели, ибо завидовали ему. Только представьте: явился мальчик тринадцати лет из ниоткуда, прошёл в город, устроил драку, понёс суровое наказание и вместо того, чтоб вышвырнуть его за пределы Энефера, его излечили целители, так ещё и устроили в Школу Магии уже после начала учебного цикла. Его покровитель – один из наставников, и уже только это являлось поводом для зависти. Кроме того очень выводило других из себя то, что ему всего тринадцать лет, в то время как раньше пятнадцати (сиречь по достижению совершеннолетия) крайне редко кого-либо принимали, тем более таким образом. Столь завистливо-неуважительно смотрели на него все, кроме одной девушки, улыбнувшейся, как только Эльтран посмотрел на неё.

«О, Творец, только не это!»

Разумеется, это никто иная, как Арва.

Столы расставлены полумесяцем перед наставником, и единственное свободное место осталось именно рядом с бывшей послушницей. На тот момент Эльтран проклинал весь мир, ибо думал, что она будет его постоянно отвлекать.

«Что она тут делает? Ей же не нравится некромантия!»

Прежде чем приступить к первому дню обучения, вернёмся немного назад. Пока Эльтран готовился к обучению, наставник Форн постарался объяснить правила Школы.

— Запрещено ввязываться в магические и вообще любые драки с другими учениками Школы;

— Нельзя применять магию самому вне пределов Школы;

— Выполнять все указания своего наставника и не спорить с ним;

— Прославлять Школу и показать всем, что ты – достойный маг;

— По окончании обучения, став полноправным магом и покинув стены Энефера, не порочить достойное имя Школы, Архимага и наставника.

Имелись и другие правила, которые Эльтран пропустил мимо ушей. Тех пяти вполне достаточно. Кроме этого Форн рассказал ему и о других направлениях, и о том, что каждое из них имело мантию своего цвета. Так, как уже известно, у некромантов она тёмно-серая, у магов Хаоса – огненно-красная, колдовства – болотно-зелёная, магия разрушения – тёмно-алая и так далее. А ученик Школы обязан знать какой цвет к какому направлению относился. Зачем? Считалось очень дурным тоном не знать подобных вещей. А если с тобой заговорит ученик другого направления? Ошибку могли воспринять как оскорбление.

Также наставник колдунов рассказал и о рангах. Самый низкий – «послушник», далее шёл «адепт», после же «низший маг» (добавлялась третья линия), «маг» (три линии перечёркиваются одной), «маг второй ступени» (перечёркиваются двумя линиями), «маг третьей ступени» (перечёркиваются тремя линиями), «маг высшей ступени» (линии заменялись небольшой обводкой в виде ромба), «маг верховной ступени» (добавлялся второй ромб так, что получалось что-то вроде цепи), «наставник» (два ромба заключались внутрь треугольника), и, наконец, «Архимаг» (треугольник с ромбами заключался в круг).

Напоследок Форн сказал мальчику, что на некромантию довольно редко собиралась группа. Мало кого интересовала эта малоизученная магия, но Эльтран к ним не относился. У него свои цели, и он должен их достичь. Группа набиралась от силы раз в два года, да к тому же её урезали вдвое. И вот Эльтран оказался последним для полного набора и старта цикла некромантии.

«Какая удача!»

Возвращаясь к первому дню обучения, стоит также сказать, что Эльтран, как ни странно, немного опоздал на занятие. Хоть наставник ничего не успел сказать, но это не меняло того, что опоздание составило две минуты. В Школе подобное не приветствовалось.

— Вы, я так полагаю, Эльтран? – спросил наставник, которого звали Мельфрод. – Проходите, садитесь, но впредь старайтесь не опаздывать, – совершенно монотонно произнёс он.

Сев рядом с Арвой, он готовился внимать каждому слову. Девушка же явно радовалась тому, что Эльтран сидел рядом с ней. Словно у него был выбор…

— Итак, приступим. Прежде всего, хочу обратить ваше внимание, что некромантия – довольно новое направление в целом. Людской расе она открылась не столь уж и давно. Чуть более двухсот лет назад маг, который всю жизнь занимался познанием Тьмы, решил обратиться к саалитам с просьбой обучить его некромантии. Разумеется, эта раса сперва приняла человека за ненормального, но Сольтейрн Атерракский обращался к ним вновь и вновь до тех пор, пока саалиты не согласились обучать его. Как ни сложно догадаться, всё не столь и просто. Саалиты не сказали, что после завершения обучения ему предстоит пройти обряд посвящения. Суть заключается в следующем: после несколько лет постижения некромантии, саалиты подвергали ученика, скажем так, испытанию. В первое полнолуние зимы Сольтейрна зарезали на алтаре, сложенном из костей различных существ и ему предстояло вернуться обратно в мир живых, используя все те знания, что вложили в него за это время, тем самым доказав, что он достоин того, дабы постигать некромантию и дальше. И, как не сложно догадаться, он сумел вернуться… Ты что-то хочешь спросить, Эльтран? – обратил внимание наставник на поднятую руку мальчика.

— Так точно, наставник Мельфрод. Не могли бы вы сказать, как выглядело то место, откуда вернулся Сольтейрн?

— Увы, но первый некромант рода людского так и не сказал, что то за место. Это должно быть тайной для каждого изучающего магию мёртвых.

— А вам довелось пройти это… испытание?

— Нет, Эльтран. После того, как с десяток учеников Сольтейрна погибли на подобном алтаре, Архимаг запретил использовать данный метод инициации.

— Но как тогда понять, кто достоин этой магии, а кто нет?

— В Школе столь радикальные методы не практикуются. Вместо этого в конце каждого года проходит экзамен по пройденному материалу. А для экзамена пятого цикла каждому будет дано персональное задание и в течение всего последнего года обучения вам надо его выполнить. В связи с тем, что во всей Школе я единственный наставник по некромантии, то кроме меня финальный экзамен будет принимать непосредственно Архимаг Демиус Эйтер.

— Но ведь, если я правильно понял, то это не будет означать, что я достоин, разве нет?

— Эльтран, то – обычай саалитов. Как видишь я не проходил их обряда, но способен на то же, на что и они. Достаточно вопросов. Если они возникнут, то задашь после.

Продолжим. Сольтейрн Атерракский погиб и возродился, после чего его обучение у саалитов продолжилось. Эти змееподобные существа прониклись уважением к человеку, и стали обучать по-настоящему. Минуло двадцать лет и Сольтейрн вернулся в Энефер с ходатайством открыть новое направление. Предыдущий Архимаг взволновался, увидев, что из себя представляет некромантия и отказал Сольтейрну. Архимаг же Демиус позволил первому некроманту расы людской обучать других. Магия мёртвых включает в себя так же поднятие мертвецов из-под земли с целью служения призвавшему. Но, кроме этого, главное оружие некромантов – предсмертные муки. Чем больше погибших и чем мучительней была смерть – тем больше Силы может почерпнуть некромант и обратить её в свою пользу. Кто именно погиб – не важно. Это может быть как человек, так и эльф, орк, гном, либо же любое животное, что может испытывать страх и боль. Сольтейрн же полагал ещё, что вершины некромантии достигнет тот, кто сумеет вбирать в себя Силу от гибели всего окружающего мира. Предположим, рядом с вами применили мощное заклинание магии Огня, которое выжгло целое поле. Маги Земли, а также Природы, уверяют, что каждое растение, дерево, да и сама земля – живые. Они подобны живым существам, просто отличаются от нас. Конечно же, Сольтейрн Атерракский прекрасно знал об этом, и потому полагал, что когда-нибудь некроманты сумеют воспользоваться гибелью окружающего мира.

Что ж, введение закончено, а теперь настоятельно рекомендую всё записывать. Итак, некромантия. Слово происходит от языка саалитов: «неш», «кхом» и «Анатиял» (у саалитов произносится как «Анатшиялис»), что можно перевести как «ставшие слугами Смерти»…

Эльтран сидел и слушал. У него не было ни пергамента, ни пера, как у других, так что оставалось запоминать.

— Эльтран, – прошептала Арва и легонько пнула его ногой. – Посмотри под стол, там и пергамент и чернила с пером.

— …Некромантия представляет из себя способность обращать смерть себе во благо. Представьте, что вы на поле битвы. Две армии столкнулись и бьются. Разумеется, погибших будет много, и смерть каждого – мука. Конечно, гораздо больше Сил можно выкачать из кого-либо посредством пыток со смертельным исходом, но что поделать. На войне маловероятно, что подвернётся такая возможность. Так вот, чем больше погибших – тем больше Силы смерти будет витать вокруг. Любой грамотный некромант воспользуется такой удачей. Таким образом, вы сумеете создать заклинания из арсеналов некромантии. Вынужден признать, пока они довольно скудны.

Некромантия может быть защитной и атакующей. К защитной относится: щит праха, костяной доспех и костяная стена. К атакующим: копьё праха, лик смерти и черепа. Вне этих категорий – воскрешение мёртвых. Так же ходят слухи, что Сольтейрн научился убивать других одними лишь словами. Разумеется, то не просто слова, но и особые концентрации Силы. Конечно, это лишь молва никем не подтверждённая, а с просить у самого первого некроманта расы людской невозможно, ибо, по распространённой версии, он погиб. Одни говорят, что Сольтейрн обратился в прах, иные утверждают, что он сам превратился в ходячего мертвеца, не наделённого магическими силами и разумом, кто-то считает, что старый некромант просто покинул Энефер и ушёл в неизвестном направлении. Как бы там ни было, его никто не видел вот уже почти восемьдесят лет.

Кроме слов в некромантии широко распространены руны, а также магические построения. Но об этом поговорим в другой раз.

Как я уже говорил ранее, главное оружие некроманта – предсмертные муки убитых. Но как быть, если посмертных Сил погибших в бою недостаточно для волшбы? Как быть, если нужно больше, много больше того, что удалось собрать с поля сечи? Ответ прост: мученичество. Вам надо взять одного человека аль нелюдя и применить пытки. Добровольное самопожертвование вам ничего не даст. Исключение – если доброволец решил умереть в муках. Для пыток можете взять пленника или же одного из защитников королевства, за которое вы сражаетесь. Разумеется, пыткам тоже будем обучаться.

«Видимо, Арве не слишком понравились эти слова. Вон как её передёрнуло от отвращения. А я что… меня всё устраивает»

А наставник всё говорил, и притом довольно долго. Углублялся в магию саалитов, чуть подробней рассказал про мученичество, поведал также про быт змееподобной расы, но обо всём говорил мало.

—…На сегодня, думаю, достаточно. Задание к следующей седмице такое: знать историю возникновения некромантии, основные определения и знать взаимодействие магической составляющей некромантии. На сим окончено.

Пока все собирались, мальчик подошёл к нему и решил кое-что разузнать.

— Наставник, разрешите задать вопрос.

— Спрашивай, Эльтран, – всё столь же невозмутимым голосом отозвался наставник. Он всё занятие был таким, и это несколько пугало. Могло показаться, будто он не живой.

— Я хотел бы побольше узнать про защитную и боевую некромантию. Так же очень хочется узнать, можно ли за раз воскресить тысячи мертвецов? Если да, то сколь большие жертвы должны быть? Особенно хочется знать, возможно ли на самом деле убивать одним словом?

— Много вопросов задаёшь, Эльтран. Это, конечно, похвально, но ты стараешься опередить события. Что, надеешься завершить весь цикл обучения всего за несколько дней? Думаешь, тебе это по силам?

— Я не говорил, что смогу обучиться так быстро…

— Но ты об этом подумал, разве нет? Ты самый молодой ученик в Школе на данный момент, Эльтран. Понимаю, ты горд этим и, возможно, мнишь себя особенным. Быть может, ты начал так думать ещё во время обучения у сцерров магии Четырёх Стихий. Не удивляйся, ибо я говорил с наставником Форном. За короткий срок ты достиг хороших результатов, но неужели ты думаешь, что с некромантией будет также? Нет, Эльтран, некромантия – совсем иная магия. Если остальные направления подчинены более-менее схожим концепциям, то эта совсем иная. Она действует по иным правилам и принципам.

— Я верю, что, коль поставить перед собой подобную цель, то это окажется возможным, – уверенно парировал Эльтран.

— Хорошая вера, мальчик. Она очень сильно поможет тебе в жизни, но не стоит переоценивать себя. Уверенность в собственных силах очень важно, но сколь бы велика она не была у любого короля людской расы или же сильнейшего из воинов, они не смогут раздвинуть горы голыми руками. Пусть их уверенность будет представлена в виде статуи, что будет литой бронзы прочней и поднимется выше царственных монументов, ибо это ничего не изменит и не поможет им в достижении данной цели. Если будешь стараться, то лет через десять, возможно, сумеешь достичь не малых высот. Старайся, Эльтран, и тогда сможешь сравняться с самим Сольтейрном Атерракским. Коль достигнешь высочайших высот и сумеешь жить целое тысячелетие, то тебе удастся даже превзойти его.

— Я не могу столько ждать, наставник!

— Терпение, Эльтран – неотъемлемая часть некромантии. Некромант должен быть холоден разумом и душой, и, что также немаловажно, для изучающих магию мёртвых нет места чувствам. Коль надо убить кого – убей. Сделай это из долга, ибо иначе можешь погибнуть сам, либо умрут другие, что пошли за тобой. Сожалеть о содеянном будешь после.

— На счёт этого можете не волноваться, наставник, – ухмыльнулся мальчик, возомнив себя хладнокровным и безжалостным убийцей. – Но всё же, неужели нельзя ускорить моё обучение?

— Довольно вопросов. Отправляйся лучше вместе с остальными. У вас скоро базовая магия Воды.

Разочарованный ответом, он собрался и вышел из аудитории. Конечно же, за дверью его ждала Арва.

— Эльтран, о чём ты там расспрашивал наставника? Идём скорее! У нас сейчас основы магии Воды.

— Эти фокусы мне без надобности.

— Ну что же ты! Всякие знания нужны.

— Только не мне.

— Зачем тогда поступил в Школу?

— Мне не нужны базовые знания неучей! Я должен постичь вершины мастерства, и чем скорее – тем лучше!

— Но ты ведь не сумеешь постичь их, не имея базовых навыков, – не давала слабины девушка.

— Сумею, Арва. Ведь меня сразу стали обучать сильной волшбе.

— Но некромантия – совсем иное! Она малоизучена, не так понятна людям, как другие направления. Ты не сумеешь постичь вершины мастерства, ибо таковая сейчас просто отсутствует. Некромантия довольно страшная магия, Эльтран, и…

— Коль она страшна, то почему ты её выбрала, Арва? На тебе была иная мантия. Природа, если не ошибаюсь. Почему решила выбрать некромантию?

— Ну… потому что… ты её выбрал…, – покраснела девушка.

— То есть… просто из-за меня?

— Не просто! Эльтран, ты младше меня, а магией владеешь намного лучше и больше знаешь. Я… подумала, что… быть может… ты будешь меня обучать тому, что знаешь сам… А будь мы на разных направлениях, то виделись бы очень редко.

— Э…, – на мгновение растерялся Эльтран и не знал, что и ответить. Ему очень приятно слышать подобное, но это означало, что он потратит некую часть свободного времени на то, чтобы её обучить чему-то. Такого он допустить не хотел. – Вот, значится, как. Арва, я не наставник. Я знаю не столь уж и много, как тебе может показаться. Те, кто меня обучал, знали несоизмеримо больше меня, а потому могли хорошо обучать.

— Но я…

— Я не гожусь в наставники. Я могу увидеть, как кто-то творит магию и смогу её повторить, но не более того. Объяснять не умею, – на этом он поспешил закончить и поинтересовался, где же аудитория магии Воды.

На занятии по основам магии Воды Эльтран сидел чуть ли не в развалку и с трудом сдерживался, дабы не уснуть. Наставник Брод говорил очень медленно, будто бы объяснял всё пятилетним детям и старался разговаривать не спеша, дабы его поняли. А ещё Эльтрану безумно скучно. Про все эти взаимодействия и взывания к магии Воды он знал уже давно. Кое как, но он сумел дожить до конца, и далее его ждали основы магии Огня, завтра же – Земля и Воздух.

«У нас что, дни магии Стихий?!»

Как выяснилось, Эльтран очень близок к истине. На самом деле на первом цикле обучения обязательно изучали все Четыре Стихии вне зависимости от выбранного направления. Разумеется, эта новость совсем не понравилась мальчику, ибо он уже догадывался, чему будут его учить.

«Нет уж, меня такое не устраивает! Должен быть выход. Я не могу отвлекаться на другие направления»

Со второго цикла обучения несколько видоизменялось, и за день изучали лишь одно направление. А пока что приходилось довольствоваться несколькими видами магии сразу. Обучение проходило пять дней в седмицу, остальное время у учеников свободно и они могли делать всё, что заблагорассудится (разумеется, в разумных пределах). И именно в один такой свободный день, когда Эльтран бродил по коридорам Школы вместе с Арвой – которая прицепилась к нему точно пиявка – на них наткнулся уже знакомый ученик.

«Тери»

— Здравствуй, одарённый мальчик, – со злобой прошипел юноша.

— Хочешь, дабы я тебя опозорил пуще прежнего? – спокойным голосом спросил Эльтран.

— То была чистая случайность! Вдобавок, ты пользовался всеми Стихиями, а я только одной. Если ты и впрямь столь силён, то докажи.

— Хоть сейчас…

— Нет! Завтра в полдень жду тебя на арене, Эльтран. Никаких показательных демонстраций своих познаний во всех Стихиях. Только магия Воды и ничего более, – сказал Тери и ушёл.

Арва наконец-таки вышла из оцепенения и пыталась отговорить Эльтрана от выхода на арены (эта самая арена представляла из себя место для проведения дуэлей). На ней разрешалось применять магию, а также сражаться голыми руками, но запрещалось пользоваться оружием, и, как правило, бой шёл до первой крови. Как не удивительно, но мальчик не послушался её, а потому на следующий день его ждал бой. Хотя, что это должен был быть за бой с этим… неучем Тери? Он, Эльтран, обучался у Дейла – как бы не противно было вспоминать и произносить это имя – и у Веала, а потому у него преимущество перед этим парнем.

Про дуэль особо рассказать нечего. Как и ожидалось – Тери слишком слаб по сравнению с Эльтраном, и тот почти играючи справился с ним. Почти, ибо адепт всё же сумел задеть его водным кнутом и рассечь щеку, но то не смертельно. Ах да, стоит также указать, что сражались до признания поражения. Лишь таким образом можно победить, ибо убивать никто не собирался, и это просто запрещено правилами.

Эльтран прижал Тери огромной водной рукой к полу и стал сдавливать его, но молодой маг воды явно не собирался признавать поражения. После этого Эльтран решил прибегнуть к иным методам. Вода стала небольшими струйками заходить в уши и нос бедняги Тери, а кроме этого несколько капель превратились в тончайшие иглы и начали медленно пронзать его голову. Тот хотел закричать, но не мог, ибо изо рта беспрерывно сочилась жидкость. Эльтран, в виду своей безграничной щедрости и альтруизма, смилостивился над ним и позволил говорить, а вот иглы и дальше впивались адепту в голову.

— Сдаюсь! – надрываясь, прокричал Тери, и всё заклинание Эльтрана сошло на нет.

Наступило очередное занятие по некромантии, которого мальчик ждал с нетерпением. К библиотеке никого из них не пускали – это прерогатива только обучающихся на пятом цикле или уже окончивших Школу – так что довольствоваться приходилось лишь полученными от наставников книгами.

Начал наставник Мельфрод с вопросов. Он задавал вопросы исключительно по тому, что давал выучить самостоятельно и что рассказывал в прошлый раз. Эльтран честно ответил на них, чем не смогло похвастаться большинство. Арва же, несмотря на всю свою нелюбовь к некромантии, так же отвечала на все вопросы наставника.

— Что ж, с заданием некоторые из вас справились. Кто его не осилил – должны будут к следующему разу ответить на другие вопросы письменно. Пергаменты с заданиями я выдам в конце, а сейчас продолжим обучение.

Рунные письмена в некромантии – обычное явление. Как известно, руны обладают определёнными магическими Силами, а грамотно написанные и хорошо составленные могут оказаться поистине могущественными. Всего в рунном алфавите некромантов расы людской насчитывается тридцать шесть рун. Разумеется, она упрощена так, дабы нам было проще в ней разобраться, ибо та, которой пользуются саалиты, намного больше. Как говорил сам Сольтейрн, она насчитывала более трёхсот рун. И это лишь то, что было доступно самому некроманту. На самом же деле. Сейчас точно можно сказать, что их алфавит гораздо больше того, что знал сам Сольтейрн. Увы, но история возникновения рунной письменности у саалитов нам не ясна. Но об этом вам будут рассказывать на следующем цикле обучения.

Магические построения. Это так же часто присутствует в некромантии и является незаменимым атрибутом. Существует много конструкций, но есть те, которыми пользуются чаще всего. Некоторые из них будем рассматривать в это цикле, но пристальное внимание уделим им лишь на четвёртом и пятом циклах. И запишите, какие именно мы будем учить на протяжении всего времени: Алтар, Митра, Джеоха, Анаил, Тейе, Орабалариа, Адонай, Дафур, Мандала, Варкан, Элора, Ламо, Каолос, Амелиет, Раздар, Тхетна, Арвис, Фарха, Бенейр и Хромро. Все это вам нужно будет знать в совершенстве к концу пятого цикла.

Дальше наставник Мельфрод вновь углубился в магию саалитов, а также, наконец, стал рассказывать про саму некромантию. Рассказал про копьё праха и щит праха. «Самые базовые из арсеналов некромантии», как сказал наставник. Но, кроме всего прочего, даже копье праха в самых начальных стадиях при грамотном использовании сильнее, нежели основа основ боевой магии Огня – огненных шаров.

Так прошли долгих, для самого Эльтрана, два месяца обучения. Лишь некромантия его интересовала, а магия Четырёх Стихий вовсе не занимала. Он прекрасно владел базовыми навыками и даже более мощными заклинаниями. И вот, когда один из наставников этих Первоэлементов взбесился от того, что, дескать, мальчик ничего не записывал и не учил того, что велено, Эльтран взял на себя смелость открыто заявить, что он итак знал базовые навыки. Разумеется, наставник Фортос – учитель Огня – не поверил адепту и потребовал доказательств. Как ни удивительно, но Эльтран не мог показать именно того, что потребовал от него наставник. Не потому, что не знал такого заклинания. О, нет-нет-нет, всё куда проще: он просто не знал названий, ведь в Школе тот же огненный шар могли назвать «пламенеющей сферой»; но особенно раздражало название «стена Иштора», что означало просто огненную стену. Махнув рукой, он стал показывать всё, что умел.

На кончиках пальцев заплясали язычки пламени. Они собрались в ладони и превратились в огненный шар, разлетевшийся на тысячи искр. Оранжевые пылинки заплясали в воздухе и заблестели, уподобившись крохотным светлячкам. Увидев удивление на лицах остальных учеников, Эльтран решил продолжить творить чудеса. Все сияющие пылинки собрались вокруг его шеи и рук, превратившись в огненное кольцо и пылающие кандалы. Наставник побоялся, что подобное обожжёт ученика, но судя по выражению лица мальчика, с ним всё хорошо. Оковы и кольцо превратились в змей, принявшихся обвивать заклинателя с головы до ног. И завершил Эльтран грандиозное представление созданием огненного элементаля, чем поразил даже наставника, ибо подобное заклинание относилось к высоким разрядам магии. Как правило, такое изучалось на четвёртом цикле.

Также свои способности Эльтран продемонстрировал и другим наставникам Четырёх Стихий, что обучали его цикл и группу. И все, как один, немало удивлялись его талантам. А ученики из раза в раз смотрели на всё им творимое с раскрытыми ртами и явно завидовали самому младшему средь них. Однако зависть эта перестала преисполняться злобы и ненавистью. Наоборот, все прониклись уважением к нему и обращались чуть ли не по любому поводу. Будь то проблема с самостоятельным заданием от какого-либо наставника, аль просто личный интерес. Вначале это раздражало Эльтрана, и он хотел, чтобы его оставили в покое, но после он понял, что ему очень приятно подобное отношение к нему.

И так уж получилось, что сам Архимаг, только услышав о столь юном даровании, заинтересовался им и решил навестить лично. Почему он не сделал этого раньше? Его просто не было в Энефере последние пять месяцев, потому он ничего и не знал о таком одарённом мальчике. Демиус Эйтер очень стар для простых людей, но как маг, в принципе, в расцвете сил. На родного старшего брата Дейла не похож ничем. Без длинной белой бороды, но вместо неё имелась небольшая щетина; волосы короткие, а не длинные, но такие же седые. Лицо у него чуть вытянутое, в то время как у Дейла оно более круглое. Морщин на удивление мало, и они не глубоки. Серебряная мантия с золотыми узорами и пурпурной вышивкой на груди, означающей символ Архимага. Белый деревянный посох с изящной резьбой, а в навершии инкрустирован кроваво-красный камень.

— Здрав будь, мальчик, – поприветствовал Демиус адепта, только-только показавшись на пороге в его комнату. Подобного визита тот не ожидал, а потому растерялся, ибо не знал, как себя повести. Всё-таки к нему явился не абы кто, а, пожалуй, сильнейший из людских магов.

— Здравствуйте, великий Архимаг, – вскочив с письменного стола и уронив стул, он выпрямился и низко поклонился. Ему не хотелось так поступать, но он посчитал, что так надо.

— Тебя зовут Эльтран, ведь так? – Архимаг вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Лёгким мановением руки он поставил стул обратно и пододвинул к себе.

— Абсолютно верно, Архимаг.

— Ты, Эльтран, – Демиус сел и принялся пристально осматривать юного талантливого ученика, – очень меня заинтересовал.

— Крайне рад слышать, Архимаг, – вновь поклонился мальчик, но в этот раз коротко и быстро.

— Я хотел кое-что узнать о тебе. Решил лично поговорить с тобой. Ответь: тебя назвали в честь одного из Архимагов древности? Если да, то кто? И кто тебя обучал? Кто твои родители?

И Эльтрану вновь пришлось всё рассказывать. Снова с самого начала, что успело ему за последние месяцы надоесть, но сейчас он не мог молчать иль отказаться говорить. Архимаг мог о многом ему поведать, так что пришлось пересилить себя и вновь всё рассказать.

— Стой-стой, Эльтран. Твоих родителей звали Эльверо и Ларейн? – мальчик кивнул, и он увидел, как глаза Архимага на мгновение загорелись, а уголок губ растянулся в лёгкой и короткой улыбке.

«Он их знал?»

— Знавал я их. Способные были маги, способные. Что правда – то правда. Вижу, что их немалый потенциал перешёл к тебе. Позже, Эльтран. Позже я всё расскажу тебе про них. А пока продолжай.

Ничего особенного в их разговоре не было. Демиус интересовался историей жизни мальчика. Так и прошёл вечер, но в его завершение случилось нечто очень волнительное, необычное и даже чудесное.

— Эльтран, иди ко мне в ученики. Я обучу тебя всему, что знаю. Если будешь и дальше столь быстро обучаться и проявлять инициативу, то будешь новым Архимагом, когда меня не станет.

— Я… я… и не знаю… что ответить…

— Ты ещё и думаешь, что ответить? – рассмеялся Демиус. – Мальчик, каждый маг мечтает услышать эти слова. Зачем тебе некромантия? Иди на обучение ко мне.

— То есть… если я соглашусь, то не буду изучать магию мёртвых?

— Тебя это смущает?

— Сказать по правде… да. Я хочу изучать некромантию, Архимаг Демиус.

— Коль такого твоё желание, то я не стану тебе препятствовать. Будешь и дальше обучаться у наставника Мельфрода, а остальному научу тебя я.

— Я… польщён, великий Демиус, но, право же, мне нужно время, чтобы всё осмыслить… Мне даже не верится, что всё это правда.

— Хорошо, мальчик, я тебя не тороплю. Думай, соль потребно. До встречи, Эльтран. Надеюсь, увидевшись в следующий раз, ты меня не разочаруешь и оправдаешь ожидания, – тепло улыбнувшись напоследок, Архимаг встал и ушёл, оставив Эльтрана в недоумении наедине с собой.

Продемонстрировав свои способности по Четырём Стихиям, Эльтрана освободили от обучения на первом цикле, так что он мог полностью посвятить себя некромантии. Однако после разговора с Демиусом он сам не свой. Почти не общался даже с Арвой, хотя всё ей рассказал, на что девушка ответила возгласами и радостными воплями, уверяя, как это хорошо и надо бы соглашаться. Но Эльтран всё думал и думал.

Кстати, надо отметить, что за эти два с лишним месяца он всё-таки согласился обучать Арву. Её и только её, хотя все ученики с первого некромантии обращались к нему с этой же просьбой, но он им отказывал. Единственное, что Эльтран делал – помогал им с заданием и отвечал на вопросы, но не более того. Арву же обучал тайно ото всех, и взял с неё слово, что она никому ничего про это не скажет. Девушка несколько неуклюжа, но она честно старалась. Эльтран же, в силу неопытности и малых лет, не умел хорошо объяснять все те принципы и взаимодействия этих Первоэлементов, так что в какой-то степени Арве приходилось додумываться самой.

В конце очередного урока Эльтран вновь обратился к наставнику и стал спрашивать о том, как можно быстро изучить некромантию. Его интересовал срок, не превышавший трёх лет.

— Эльтран, это невозможно. Сколь бы талантлив ты ни был, но некромантию постичь за такой короткий срок просто невозможно. Даже саалитам – создавшим данное направление – требуется несколько десятилетий, дабы постичь её на высоком уровне. Нам, людям, потребно с сотню лет для таких высот. За три года возможно обучиться лишь тому, что есть у нас в Школе, но, как ты должен понимать, этого крайне мало.

Не удовлетворившись ответом, мальчик молча покинул аудиторию.

Стояла глубокая ночь, когда Арва лежала в гостинице в комнате, что напротив Эльтрана. Она не спала, а повторяла в голове всё то, чему научил её мальчик. Девушка часто так делала, ибо пребывала в полной уверенности, что мысленный повтор занятий способствовал лучшему его усвоению. Дверь с лёгким скрипом открылась, и Арва резко села на кровати, уставившись на незваного гостя и готовя боевое заклинание.

— Арва, – раздался голос Эльтрана, – мне нужна твоя помощь.

***

Крос вместе с другими пятью магами стоял посреди выжженной равнины. Земля под их ногами превратилась в угли, которые до сих пор не остыли. Если бы не магия, то люди не смогли бы находиться там долго. Вокруг разбросаны обугленные тела странных животных внушительных размеров, а также среди них имелись и огромные черви, ранее не виданные Кросом.

«Если это всё сделал один человек, то боюсь подумать, сколь огромна его Сила. И хватит ли нас на него? Быть может, стоило взять с собой сотню магов?»

Один из шестёрки достал посох и стал совершать взмахи рукой над камнем в навершии, остальные же решили пройтись и осмотреться. Пока тот маг пытался разобраться творившуюся на этом месте волшбу и хотел отследить того, кто всё это устроил, Крос принялся рассматривать трупы животных.

«Очень и очень странно. Никогда прежде о таких не слышал. Что же за силы сотворили этих бестий?»

— Крос! Смотри! – воскликнул один из магов, указывая на небеса.

— Хаоромы, – прищурился предводитель отряда. – Не хорошо. Сколько ещё времени требуется Элару?

— Точно не знаю, Крос.

Командир отряда коротко выругался и сжал руки в кулаки.

— Что ж, придётся отбиваться от крылатых.

Хаоромы, только увидев людей, тотчас же прибегли к боевым заклинаниям. Небольшой отряд Кроса сумел отразить первый удар, выставив магические щиты, однако и они не абсолютны. Белокрылые прибегли к более мощному чародейству, задействовав тысячу игл, раздирающий поток, удар Ветра и многое другое. Конечно, большую часть магические щиты приняли на себя и выстояли, но вот удар Ветра оказался очень силён, и, в итоге, одного из шестёрки буквально вбило в обугленную землю, и он более не поднялся.

— Встаём кольцом вокруг Элара! – скомандовал Крос, и оставшиеся в живых четверо магов окружили пятого, разбиравшегося в творимой ранее волшбе. Сам же Элар ничего не слышал и не видел, ибо полностью погрузился в местность и магические следы.

Образовав кольцо и поставив более мощные магические щиты, люди, наконец, перешли в нападение. Крылатые не торопились спускаться на мёртвую землю, а продолжали посылать заклинания с высоты. Разумеется, достать их очень трудно. Ни одна стрела, кроме той, которую выпустили бы из баллисты, не долетела бы до крылатых. Но ведь у отряда Кроса имелось куда более мощное оружие – магия. Где бесполезна честная сталь и стрела – поможет именно магия.

Командир отряда проделал несколько взмахов руками, проговорил магические слова и выставил раскрытые ладони в сторону хаоромов, будто бы отталкивал их от себя. Сотворённое им заклинание обернулось клубящимся синим пламенем и ударило по крылатым, моментально испепелив группу. Пролетев ещё дальше – оно растаяло в воздухе. Остальные белокрылые не замедлили с контратакой, но трое магов уже подготовили соответствующие щиты. Заклинания хаоромов отразили от них, отскочили обратно, устремившись в самих заклинателей. Крылатые этого явно не ожидали, а потому многие погибли от собственной волшбы. С дюжину тел подбитыми птицами попадали вниз, но Харан, сын Хаорана, не хотел сдаваться. Разумеется, такое заклинание отняло немало Сил у людей, но продержаться ещё немного они могли.

Несколько хаоромов спустились-так на землю, обнажили мечи и одним длинным прыжком приблизились к людям. Магией решили не пользоваться, ибо она отразилась бы от щитов, так что оставалось только скрестить клинки.

Обнажив полуторный меч, Крос побежал навстречу к хаоромам (всё-таки он не столько маг, пусть и способный, сколько воин). Окружив человека, двое белокрылых напали одновременно. Один из людей пустил магическую стрелу в крылатого, а Крос, довольно ловко увернувшись, нанёс мощный рубящий удар и рассёк хаорома от плеча до рёбер. Парящие в воздухе враги вновь прибегли к заклинаниям, всё ещё отражавшихся от щитов обратно, но в этот раз ни один из них не погиб. И вскоре последовал очередной удар Ветра от Харана. Сын вождя вложил много Сил в это заклинание ценой собственного состояния (он потерял сознание). Его стремительно поддержали и отлетели с ним в сторону. Удар Ветра буквально снёс все выставленные людьми отражающие щиты, после чего остальные хаоромы пустили целый град заклинаний.

— Крос! Мы не продержимся! Выведи нас отсюда! – почти хором закричали трое магов, но их командир занят. Удар! И он расправился с очередным крылатым. Маги выставили новые щиты от обрушившейся лавины заклинаний, но их надолго не хватит, а Элар всё ещё не закончил свою работу.

«Выбора нет»

Крос поставил сильнейший щит, который только знал, на Элара и себя, а остальным магам не повезло. Заклинания хаоромов накрыли их всеуничтожающей волной, почти играючи пробив выставленные ими барьеры. Одного из них разорвало на куски, другого словно разрезало невидимыми мечами, а третий лишь отлетел далеко-далеко и со всей силы врезался в дерево. Командир уже почти несуществующего отряда не мог более рисковать, а потому схватил Элара за плечо.

— Шардар, ты меня слышишь?!

— Так точно, Крос.

— Немедленно возвращайся нас!

Мастер телепортации – честь ему и хвала – не замедлил с приказом. Всё вокруг Кроса сделалось сначала белым, а затем сменилось привычной обстановкой из дерева и камня. Он вернулся в замок Его Величества и, чувствовало сердце, короля не обрадуют его вести.

***

— И всё же, Эльтран, плохая это затея, – Арва всё никак не успокаивалась и пыталась уговорить его отказаться от своей идеи, но, казалось девушке, куда проще договориться с безмозглым люкром, нежели с этим мальчиком.

— Слушай, Арва, коль считаешь это всё безумием и столь упорно пытаешься меня переубедить, то почему всё-таки пошла со мной?

Девушка остановилась, немного потопталась на месте, опустила взгляд и еле слышно прошептала.

— Потому что ты попросил… Но это не значит, что я не считаю тебя безумцем! И я не перестану уговаривать тебя отказаться от затеи…

— Не переубедишь ты меня, – спокойно ответил Эльтран, словно пропустил мимо ушей слова Арвы. – Если боишься или же не хочешь попасть в неприятность – можешь возвращаться в гостиницу. Не волнуйся, я всё пойму и не буду осуждать тебя несмотря ни на что.

— Нет! Я пойду с тобой! – не колеблясь ни секунды, отчеканила девушка.

Они осторожно пробирались по коридорам Школы, подходя к залу, где обучали некромантии. К счастью обучающие помещения, равно как и другие, не закрывали, ибо ещё ни разу в Школе не случалось того, что задумал Эльтран.

Всё это время его и девушку скрывал купол невидимости, поставленный мальчиком. Само собой разумеется, что какой-нибудь опытный маг, случайно проходивший мимо, почувствовал бы творимую волшбу, но ночью по коридорам Школы бродили лишь простые стражники, не наделённые магическим потенциалом. Но неужели никто не ощутил такую магию? Это заклинание не столь колоссальное по энергетическим затратам, и дабы почувствовать его в городе наполненном магией, нужно специально настроиться.

Очень тихо открыв дверь, Арва и Эльтран вошли в аудиторию. Мальчик подошёл к столу наставника и стал в нём копошиться.

— Эльтран, может не надо? Всё-таки сам Архимаг Демиус хочет взять тебя в свои ученики! Подумай сам, ведь ты можешь стать Архимагом через несколько десятилетий! Об этом мечтают все…

— Я не из их числа, – равнодушно ответил Эльтран, доставал из ящика в столе пару книг, положил в дорожный мешок и закинул за спину.

— Но всё же, Эльтран. Стать Архимагом означает…

— Да-да-да… высшая ступень в иерархии людей. Верховный повелитель всей расы людской нашего мира, вне зависимости от королевства. Тот, кому повинуются даже короли, хоть Архимаг является предводителем негласно… Но, Арва, меня это вовсе не интересует.

— А что тогда? Цель жизни для всех иных магов – стать Архимагом или хотя бы обучаться у него. Ты можешь получить и то и другое. Если не в этом, то в чём смысл у тебя?

— Месть, – коротко ответил мальчик. Говорить что-либо ещё аль пытаться переубедить Арва перестала стараться. Всё равно без толку.

После аудитории некромантии Эльтран хотел заглянуть ещё в одно место. На самом деле даже в два, но он отчётливо понимал, что попасть в Башню Архимага ему не удастся, а посему от данной затеи пришлось отказаться. С библиотекой же должно быть попроще.

Спустившись в самый низ (где и находилось книгохранилище) перед мальчиком и девушкой предстала массивная деревянная дверь. Эльтран приложился к ней всем весом и Арва попыталась помочь, но всё тщетно.

— Закрыто, – пробубнила девушка.

— Неужели? – с сарказмом спросил мальчик.

— Может, давай всё же…

Эльтран махнул рукой в её сторону, давая понять, чтоб девушка замолкла, после чего наклонился к замочной скважине и легонько подул в неё. Ветер послушно повиновался и стал воздействовать на замок. Вскоре дверь открылась и перед взором адептом предстали нескончаемые ряды книжных шкафов.

— Вот это да…, – только и нашлось что сказать Арве.

— Как же мне найти нужные?

Сделав шаг, перед ними из ниоткуда возникло некое существо. Оно словно состояло из мрака и тени, слегка светилось тёмно-синим светом, а вместо глаз располагались две белые точки. Ни рта, ни ушей, ни носа или даже ног. Оно просто парило над полом.

— Что вы делаете здесь, адепты? – спросило существо. После каждого произносимого им слова его тело сияло чуть ярче. – Вам ещё рано. Нельзя тут присутствовать…

Эльтран решил не церемониться и создал огненное кольцо вокруг его шеи. Существо тихо и сдавленно завыло. Благо, оно оказалось восприимчивым к магии.

— Молчи! А теперь слушай меня. Мне нужны книги по некромантии… и колдовству. Всех пяти циклов. А также фолианты, доступные лишь наставникам, с особенными видами заклинаний. И, пожалуй, не откажусь от книг про иные расы, с описаниями особенностей каждой из них, территориями проживания. А также мне не помешает бестиарий и сборник о нечисти. Принеси мне всё это и тогда оставлю в живых.

Существо, казалось, злостно прошипело, но улетело прочь.

— Эльтран, а ты сумеешь осилить столько книг? На каждую нужно не менее года, дабы всё запомнить и выучить. К тому же, уж слишком много ты решил взять. Тяжело будет таскать.

— Не волнуйся, Арва, я всё сделаю, – как всегда самоуверенно ответил мальчик.

Существо вскоре вернулось, а позади него парили все затребованные книги. Адепт осмотрел их и остался доволен. Правда, фолианты наставников, а также бестиарий и книга по иным расам оказались слишком увесистыми, но что поделать. Коль хочешь постичь многое, придётся многое узнавать и нести на себе. Он не Селестос, коему знания достали сами собой.

Сложив полученные книги в мешок, Эльтран снял огненное кольцо с существа, после чего тот закричал очень громко. Всё его тело изменилось в цвете с тёмно-синего на небесно-голубой, из глаз будто бы вырвались струи белого пламени, а крик больше походил на вой, только очень утробный.

— Проклятье! – воскликнул мальчик и пустил огненный шлейф на хранителя библиотеки. Существо задёргалось, запульсировало, стало менять облик, то превращаясь в нечто человекоподобное, то в простую тёмную массу.

Эльтран схватил Арву за руку и побежал обратно наверх. По пути им встретился один стражник, перегородивший им путь. Мальчик не растерялся, махнул рукой в его сторону, и мужчина отлетел на две сажени, врезавшись в стену.

— Зачем ты это сделал? – спросила девушка, всё продолжая бежать за мальчиком.

— Я ведь его не убил! Так что же тебя не устраивает? – почти обиженным голосом ответил Эльтран.

Прежде, чем добраться до крыши западного крыла Школы, на их пути встретилось ещё несколько стражей, коих Эльтран играючи раскидал в разные стороны. Он старался не переусердствовать с Силой, ибо не хотел расстраивать Арву, убивая их прямо у неё на глазах.

Ночной мир едва освещался неполной луной. Эльтран стоял на самом краю крыши и готовился покинуть Энефер.

— Арва, послушай меня. Немедленно возвращайся в гостиницу! Если что, то ты пыталась меня переубедить, а я тебя усыпил. Что случилось потом – ты не знаешь. И, Арва… лучше переведись на другое направление. Некромантия не для тебя.

— Эльтран… будь осторожен, – прошептала девушка.

Молодой адепт смотрел ей прямо в глаза, немного вытянулся и поцеловал её в щёчку. Девушка от этого моментально покраснела, а мальчик закрепил мешок за спиной, после чего сделал шаг и вместо того, чтобы камнем падать вниз, он взлетел ввысь, а за спиной виднелись два полупрозрачных крыла.

«Проклятье! А книги-то тяжёлые…»

— Я буду скучать…, – напоследок пробубнила Арва.

Эльтран её не слышал и не видел, как на крышу к девушке вышло несколько стражников, схвативших её. Она не успела закричать, ибо ей прикрыли рот, а сын магов довольно быстро покинул город и был уже далеко.

Глава VIII. Самосовершенствование

Элар и Крос стояли на коленях перед Его Величеством и ждали. Король разъярён, ибо погибли одни из лучших воинов-магов. Крос не умолчал, что ему пришлось пожертвовать ими, ибо, в противном случае, Элара бы убили, и тогда след нужного им человека не удалось бы отыскать, но правитель королевства всё никак не успокаивался и продолжал осыпать их проклятиями.

— Элар! – гаркнул король. – Скажи мне, где этот человек? Ну же, обрадуй мой слух. Скажи, что другие погибли не напрасно, прикрывая твою паршивую шкуру! – немного успокоился король.

Мастер по поиску магических следов и распознаванию магии немного замешкался. Он прекрасно понимал, что с ним могло случиться в случае ошибки. Те ищущие, что нашли Эльтрана и вели всех по его следу довольно длительное время, уже украшали собою главные ворота столицы.

— Ваше Величество, я сумел распознать, куда именно переместился человек из пророчества…

— А ты уверен, что это тот, кто нам нужен? Быть может это просто очень могущественный маг. Архимаг, к примеру, или кто-то равный ему.

— Уж в этом-то я уверен, повелитель, – Элар поклонился ещё сильнее, дабы король не увидел его лица. Конечно же, он не уверен, но посмей он так сказать, то тотчас же очутился бы рядом с ищущими на стене.

— Отлично! Говори же!

— Я сумел распознать, куда был направлен магический скачок, но, прошу простить меня, коль такое вообще возможно, я не могу сказать точного, – на этом слове Элар особенно сконцентрировал внимание, – местоположения.

Щека короля дёрнулась, а за ней последовала и верхняя губа. Казалось, что Его Величество готовился оскалиться, подобно дикому зверю.

— Сперва ты попытался показать себя столь ценным магом, сумевшим выполнить задание, а теперь пытаешься вылить на меня ночной горшок, полный дерьма?! – с каждым произнесённым словом король всё больше гневался и чуть ли не плевался.

— Не серчайте, повелитель. Мне не хватило нескольких минут. Точного месторасположения указать не могу, но мне ведомо королевство, в котором он остановился и даже лес! – попытался оправдаться Элар.

— Так чего ты молчишь?! Говори, презренный! Пока я не приказал вырвать тебе язык, а заодно и тот обрубок, что делает тебя похожим на мужчину!

— Восточная часть мира. Бывшее королевство сцерров – Алмадея. Лес Тристоф.

— Тристоф? Там, где была столица сцерров?

— Совершенно верно, Ваше…

— Сожри меня люкр! Это же огромный лес! Чтобы осмотреть его полностью может уйти не меньше месяца!

— Прошу прощения, что встреваю, господин, – присоединился к разговору Крос, – но осмелюсь предположить, что он остановился на руинах одного из городов тех земель. Точнее, руинах того, что сцерры называли городами. А таковых там всего четыре, насколько мне известно. Самым крупным городом была столица. Полагаю, человек из пророчества именно там, но надобно осмотреть все города.

— Молись Богам, Крос, чтобы ты оказался прав. Ты и Элар лично займётесь этим! Местоположение известно, но территория огромна. Потому разрешаю взять столько людей, сколько сочтёшь нужным. Но учти, потеряешь и их, а сам останешься в живых… Пожалеешь, что не погиб вместе с остальными. А если вернётесь ни с чем, то, Элар, ты будешь украшать главные ворота вместе с другими ищущими. А теперь прочь с глаз моих! Видеть вас больше не могу.

***

Девушку ели по коридорам под землёй из потайного пыточного зала. Благо, пытали не всем богатым арсеналом мастеров-палачей, но, тем не менее, на ней много синяков, порезов, ран, а также выжженная клеймом на левой лопатке буква «О», что значило «Отверженная». Она не видела ничего, ибо глаза закрыли плотной чёрной тряпкой. Девушка поняла лишь то, что её подняли вверх по ступенькам. Скрип открывшейся двери. С неё сняли повязку и толкнули в спину.

— Ай-ай-ай, что за негодяи! – раздался старческий голос. – Что же они с тобой сделали, девочка…

— Архимаг Демиус! – изумилась девушка и поспешила поклониться.

— Что же творится, Арва? Тебе задали всего один-единственный вопрос: «Куда отправился Эльтран?». Почему не хочешь отвечать?

— Архимаг, я скажу вам то же, что и тем палачам… Я не знаю.

— Арва, не стоит мне врать.

— Я и не вру, Архимаг.

Это чистая правда. Девушка и в самом деле не знала, куда отправился Эльтран, ибо тот ей ничего не сказал. Но разве мог бы кто-либо поверить ей?

— Арва, понимаю, что тебе нравится этот мальчик, но он предал всех нас! Всю Школу, весь город, весь род людской, включая меня и даже тебя!

— Архимаг, я это прекрасно понимаю, но я и в самом деле не знаю, куда отправился Эльтран.

— Но ты ведь была с ним, – попытался подловить её Демиус.

— Нет, Архимаг. Я… я просто… просто услышала странные звуки, доносящиеся… из комнаты… комнаты Эльтрана. Вышла посмотреть, а он идёт куда-то. Поднимается на крышу с мешком каким-то и улетает. Я собиралась крикнуть ему в след, но тут появились стражники и схватили меня, прикрыв мне рот, – удивительно, но всегда говорившая правду, стеснительная, неуверенная в себе Арва словно куда-то испарилась и её место занял кто-то другой.

— Врёшь, – коротко и спокойно произнёс Демиус. – Хранитель библиотеки видел тебя.

Возможно, в тот самый миг Арва пожалела, что Эльтран его не убил.

— Когда я вышла за ним и попыталась его остановить, то он… схватил меня и натянул на шею магическую верёвку, которая сдавливала меня, стоило ему лишь пожелать. Выбора не было и пришлось идти с ним.

— Зачем ему столько книг с собой?

— То мне не ведомо, Архимаг.

— И он даже в полголоса не обмолвился, куда собирается?

— Никак нет. Но… простите, Архимаг… разве вы не можете отследить магический след?

— Коль мог бы – тебя бы тут не было.

— Жаль… А может быть так, что кто-то ему помогает? Я не могу поверить, что маленький мальчик сумел перехитрить вас так, что вы не в состоянии отследить его. Уверена, ему кто-то помогает, – с издёвкой спросила девушка.

— Конечно бы какой-то недоучка ни за что бы не смог так сделать. То, что его кто-то прикрывает, я понял сразу же. Может, это сцерры или даже хаоромы… Да много кто ещё может!

— Тогда я вам точно не смогу помочь, Архимаг Демиус, – имя и звание старца девушка произнесла без почтения.

— Безгранично жаль, дорогая Арва. Тебя больше пытать не будут, но и в Энефере тебе более нет места. Я обо всём распоряжусь. Можешь оставаться тут и отдохнуть.

Архимаг встал и вышел из комнаты. Закрыв за собой дверь, он оставил двух стражей, а третьему тихо сказал:

— Пусть её отведут в Валаре и сдадут в бордель. Никакой платы не брать. Но пусть сперва с ней поработают целители.

***

Селестос некоторое время стоял на месте и думал о том, что произошло. С ним говорил глава Семёрки из «Ха-каре-мар», нелюдь, который, судя по всему, очень стар… даже древен. Но всё-таки, что же ему надо? Не верилось Селестосу, что лишь «возрождение расы» на уме у Шарашаса. Слишком смутно звучало это, и задача представлялась слишком сумасшедшей.

«А может он не врал и в самом деле преследует именно эту цель? Как знать, как знать… но право же! Как можно воскресить целую расу во всей Вселенной? И Шарашас сказал, что они предлагали это и другим существам… которые могущественней меня… но почему те отказались? Не думаю, что просто так. Не будь это опасно, согласились бы. Хотя, учитывая, что это столь сильные и, скорее всего, древние существа, то, думаю, у них много своих странностей. Но всё же это ничего не меняет! Единственное, что меня привлекает в предложении Шарашаса, так это то, что они меня будут обучать и направлять мой потенциал… Надо обдумать его предложение. Если он и вправду столь стар, то сколькому же сумеет меня обучить!»

На поверхности творилась волшба, бьющая руины того здания, в подвале которого находился Селестос. Всё затряслось, с потолка посыпалась пыль и камешки, несколько плит со стен отвалились и с грохотом рухнули на пол. Человек из пророчества поспешил на поверхность и не увидел того, что осталось от дома. Из подвала он сразу очутился на улице. Смарагдовые и лазурные листья внушительных размеров на исполинских дубах на улицах древней столицы, а его самого окружало множество людей.

«Ничего особенного в них нет. Возможно, я даже смогу избавиться от всех одним единственным заклинанием»

Он обратил внимание на одного человека, стоявшего во второй шеренге. Мужчина закрыл глаза и пытался установить с кем-то телепатическую связь.

«Интересно»

Человек из пророчества применил довольно замысловатое заклинание, дабы уловить ту нить, что вела от Кроса к королю. Самое сложное – не позволить себя обнаружить. Он должен столь искусно влиться в эту телепатическую нить, чтобы его присутствие оставалось незаметным. Это ювелирная работа, очень точная, осторожная, к которой подходили бережно.

— Ваше Величество, мы нашли его!

— Отлично, Крос! Я даже усомнился, что ты добьёшься успеха.

— Мне схватить его и привезти в столицу?

— Нет, Крос. Убейте его на месте и принесите мне его голову!

— Но… мой король, а как же последствия?

— Ничего не будет, ибо нам помогут Боги. Выполняй приказ!

— Слушаю и повинуюсь!

«Так легко? Я перехватил ваш разговор с такой легкостью? Неужели вы считаетесь магами?»

Не дожидаясь полного разрыва телепатической связи Кроса с королём, Селестос напал первым. Короткое слово сорвалось с его губ, и земля под ногами солдат ожила, опутала их множеством лиан, не давая возможности пошевелиться, а после принялась душить. Заклинание схватило не всех, но многих, ибо ему не хотелось расправляться с этой небольшой армией одним махом. Остальные воины не сразу поняли в чём дело – столь неожиданным для них оказался подобный удар. Коротким взмахом руки Селестос подчинил себе траву. Она выпрямилась, благодаря невероятному заклинанию стала твёрдой и от едва уловимого движения пальцев резко метнулась вверх, пробив вооружённых воинов в доспехах. Железо не спасло, и люди попадали наземь, постепенно окрасившуюся красным.

«Это ещё не всё, дорогие мои. Я пока только играюсь с вами»

Замысловатыми жестами он образовал вокруг себя жёлтую пыль, размеренно кружившуюся рядом. Она разлетелась в разные стороны, прилипала к лицам воинов и проникала под кожу. Мужчины побросали оружие, сняли шлемы, принялись чесаться, словно одержимые. Изо рта, ушей и ноздрей потекла кровь; у кого-то глаза выпадали из орбит, у других они буквально вытекали. Язык во рту разлагался с устрашающей скоростью, обратившись в кучу тухлого мяса; уши отделились от головы, волосы выпали, на лице образовалось множество язв и волдырей. Кожа отваливалась вместе с мышцами, оголяя уже изъедаемый жуткой волшбой череп. От подобного зрелища некоторые воины, коих только-только коснулось жуткое заклинание Селестоса, принялись чесаться с таким остервенением, что буквально рвали сами себе кожу до мяса.

Зрелище далеко не из приятных. Как и следовало ожидать, многие солдаты королевства побросали оружие, щиты, сняли плащи, дабы быстрее убежать как можно дальше от этого человека, коего, казалось, изрыгнул сам Первозданный Хаос. Они уверены, что простой человек, даже сильный маг, не мог сотворить столь безумного и жуткого заклинания.

Первоначально против Селестоса стояло около трёхсот человек, а он уже успел уничтожить две трети этой небольшой армии. Он мог вновь заставить небеса запылать и обрушить на людей огненный дождь, но ему хотелось проверить новые навыки и заклинания.

Воины в панике и великом ужасе разбегались кто куда, и человек из пророчества не мешал им. Конечно, он понимал, что они вернутся с полноценной армией. Понимал, что имелись маги, пытавшиеся разобрать творимую им волшбу, чтобы придумать, как лучше всего справиться с ним. И ладно. Хотят его поймать или убить – пусть попробуют. Селестос понимал, что и Кровавое Крыло в скором времени узнает о том, где он и ему не хотелось сражаться против великого вождя хаоромов, ибо он ещё не готов к подобной встрече.

Крос попытался убежать вместе с остальными, но лианы опутали его ноги и руки, опустив на колени. Селестос медленно, нарочито высокомерно шёл к нему. Он специально оставил командира в живых, ибо хотел ему кое-что сказать.

— Слушай меня, Крос. Не удивляйся, что я знаю твоё имя. Слушай меня, и тогда останешься в живых. Оставьте меня в покое! Тогда с вами ничего не случится. А ежели рискнёте вновь напасть… Что ж, ты видел на что я способен. Так знай, это лишь часть от всей моей истинной Силы. Так и передай королю. Придёте с армией – уничтожу всех до единого!

Человек из пророчества отпустил его и тот сломя голову кинулся к остальным воинам. Селестос же лишь смотрел на его латную спину. Он решил остаться на месте, но знал, что, быть может, королевство Рейрс вновь рискнёт выступить против него, а также к ним присоединится и Хаоран. Лишь битвы с вождём не желал Селестос, ибо понимал, что её исход мог оказаться не в его пользу.

«Я буду ждать»

***

Белокрылый стоял перед огромным зеркалом и взмахнул рукой. Магические потоки послушно повиновались его воле, окутали зеркало и в нём показался сам Хаоран.

— Здравствуй, отец, – поклонился он великому вождю.

— Здравствуй, Харан. Чем можешь порадовать меня, сын?

— Мы вышли на след человека из пророчества и отправились на место. Я лично возглавлял отряд, но его там уже не было, а также нам пришлось сразиться с людьми.

— Ты посмел ослушаться меня? – Кровавое Крыло искренне удивлён, ибо никогда прежде его дети не позволяли себе подобного. – Я велел тебе оставаться в крепости, дабы ты навёл там порядок!

— Отец… Вождь Хаоран, я сделал это, ибо всем сердцем жажду схватит человека из пророчества и привести его к вашим ногам!

— Так почему же он ещё не у моих ног?

— Он… Я не знаю, где он…

— Что за люди с которыми вы сражались?

— Не знаю, вождь. Но мы победили! Хотя, вынужден признать, бились они очень даже достойно.

— Победа над ними не значит ничего. Не престало орлу восхвалять себя за убитого зайца. Вы не отследили его?

— Мы не успели, ибо люди нам помешали.

— Хоть ты и мой сын, но это не означает, что можешь проявлять глупое своеволие, Харан.

— Я… всё прекрасно понимаю, отец. Позволь… дай мне ещё немного времени и тогда я приведу человека из пророчества к тебе!

— Если я не найду его раньше.

На этом силуэт Кровавого Крыла исчез и Харан остался один. Он не выдержал и разбил зеркало, проклиная всех и вся, особенно тех людей, что ему помешали.

***

Кровавое Крыло восседал на огромном кресле, больше похожим на трон, и слушал доклад одного из терейра.

— Вождь, мы обнаружили волшбу большой Силы. Конечно, несравнимо с тем, что было на континенте Ар-Мерма, но мельты уверяют, что это дело рук одного и того же человека!

— Значит, человек из пророчества вновь показался?

— Судя по всему да, вождь.

— Где он сейчас?

— Лес Тристоф. Он на руинах столицы сцерров.

— Вылетаем немедленно! Солнце только начнёт клониться к закату, как мы уже окажемся там.

— Вождь, вы уверены, что хотите отправиться туда? Быть может, не стоит рисковать, и…

Кровавое Крыло хлопнул по подлокотнику, пустив магическую воздушную волну, сбившую терейра с ног.

— Что же я за вождь такой, коль не буду присутствовать вместе с моими хаоромами в столь опасном деле? Собирай большой отряд, ибо будет битва.

***

— Шарашас, уверен ли ты, что нам не стоит вмешиваться? – спросил Главу один из Семёрки.

— Конечно уверен. Если мы сейчас вмешаемся лично, то от этого только проиграем.

— Но на него напала целая армия! Если мы избавимся от них, то он, скорее всего, ответит благодарностью и поможет нам, – раздался женский голос.

— Нет, не поможет. Селестос не такой. Он поймёт, что мы это сделали лишь для того, дабы он присоединился к нам. Ему требуется время, и он сам придёт к нам.

— И всё же, Шарашас, ты ведь сказал ему о наших намерениях, ведь так?

— Разумеется.

— И как только он отказался?

— Просто… отказался. Сказал, что его это не интересует.

— Но как же так, Шарашас?! Ведь такое дело… он нужен нам восьмым, дабы мы сумели пробить защитные барьеры магической двери под этим самым местом! Там же кладезь знаний и магии! Сколькому мы сумели бы обучиться! На нашей стороне достаточно людей, но почти все одурманены и не знают, как мы используем их.

— Он посчитал, что я вру. А если не вру, то, повторяю его слова «значит не просто так то место запечатали и не пожелали, дабы его вскрыли и воспользовались тем, что находится внутри».

— Пф! Глупый мальчишка!

— Абсолютно согласен с тобой, но нам надобно набраться терпения и тогда он присоединится к нам. Даю своё слово.

— Однако, Шарашас, зачем нам нужен именно человек из пророчества? Неужели нельзя было использовать того самого Эльтрана, за коим мы столь долго гнались?

— Мы могли бы попытаться, но поверь мне, этого бы не хватило. Да, мальчик очень способный и сильный, но нам нужен тот, кто могущественней него. Даже если предположить, что с ним удалось бы открыть дверь, воспользоваться всеми имеющимися там артефактами мы не сможем. Эльтран способный, но ему надобно всему учиться. Селестос же, как человек из пророчества, обладает знаниями сам по себе, и с каждым днём они лишь множатся. Ему достаточно будет посмотреть на артефакты, дабы понять, что они из себя представляют и каков принцип их работы. Именно потому нам нужен именно он.

***

Селестос едва успел скрыться за стеной разрушенного здания, как следом тотчас же пролетели сотни стрел.

«Вот это да! Не ожидал я, что они отправят за мной такую большую армию и в столь короткий срок. Тела предыдущего отряда не успели как следует остыть, а они прислали целый легион. Много же Сил ушло у мастеров по телепортации на перемещение этого войска, но ничего… теперь пути назад нет ни у них, ни у меня»

Когда последняя стрела рассекла воздух, Селестос вышел из укрытия, окутал себя магическим щитом, совершил замысловатые движения руками. Сильный ветер ударил в лица напавших, а позади человека из пророчества появилось несколько десятков его призрачных силуэтов, и они, вооружённые эфемерными мечами, кинулись на врагов. Хоть тела их и полупрозрачны, да и оружие не материально, но убивали они по-настоящему.

Началась кровавая резня. Призракоподобных двойников Селестоса также можно ранить и даже убить, будто живых людей. Предсмертные крики, всхлипы и вздохи десяток глоток погибающих солдат; призрачные же силуэты погибали молча и бесшумно, просто растворяясь дымом в воздухе. Погибло достаточно верных воинов королевства, но их сюда явился целый легион (а это аж семь тысяч душ в Рейрсе), так что Селестосу предстояло ещё слишком много работы.

Не дожидаясь момента, когда все его силуэты оказались бы уничтожены, человек из пророчества приступил к новому действу. Взмахи руками сопровождались магическими словами. Под ним задрожала земля, руины города зашевелились, оставшиеся станы попадали наземь, превратились в груду камней и соединялись воедино. Ожившая груда постепенно поднималась вверх, создавая нечто наподобие человека, только на два-три локтя выше и гораздо шире.

«Каменные големы, уничтожить их!» – мысленно отдал он приказ.

Големов более чем достаточно, а одно такое создание стоило, по меньшей мере, трёх дюжин людей. Но можно ли останавливаться на подобном? Затрещали деревья, могучие дубы, жившие уже многие тысячелетия, словно пробуждаясь ото сна.

— Что тебе надобно, человек? Зачем ты разбудил нас? – обратились они к нему.

— Духи Тристофского леса! Я, Селестос, вырвал вас от сна, дабы вы защитили свой лес от вторгшихся захватчиков!

— Ты хочешь спасти лишь себя самого.

— Верно, я хочу спастись. Но когда меня не станет, эти люди подожгут весь лес, дабы даже воспоминание обо мне было выжжено! Неужели вы это подустите?

— Возможно, ты глаголешь истину, человек. Но силы наши не столь велики нынче. Мы сможем привести лишь наших древних хранителей, не более. После чего мы вновь уснём.

— Большего я от вас и не прошу.

С вершин исполинских дубов попадали вниз стражи. Тонкие, высокие, полностью в листьях, тела представляли из себя переплетённые ветви. Воины королевства удивились новым солдатам, пришедшим на помощь Селестосу. Но самое страшное то, что они не знали точно, как бороться с этими напастями. С деревьями можно разобраться при помощи огня, но как быть с каменными големами?

Яснее ясного, что оружие здесь бесполезно. В бой пошла магия. Огненные шары рассекали пространство и ударялись о деревянных стражей, и те тотчас же вспыхивали, но пламя их не останавливало. Древние защитники леса. Даже объятые огнём, продолжали беспощадно атаковать врагов. Кого-то протыкали ветками-пальцами, иных же разрывали на куски, третьих хватали и бросали на других, аль ударяли со всей силы о землю. Лишь когда пламя поглощало их настолько, что стражи не могли более ничего сделать и рассыпались на части, обращаясь в угли, люди могли вздохнуть с неким облегчением. Каменных големов уничтожить оказалось куда сложней. Огнешары им нипочём, равно как и всеразличные магические стрелы и прочие подобные заклинания. В рядах солдат пробежал страх. Если маги ничего не предпримут, то эти истуканы сомнут весь легион.

Над головой одного из воинов пронеслась тонкая струйка воды и врезалась в голема. Конечно, это его не остановило, но камень на груди треснул. Последовали рассекающие порывы воды, ударявшиеся подобно кнуту о каменных истуканов. Вода постепенно рассекала камень – с такой силой применялись заклинания. И когда пал первый из големов, все воины издали радостный клич. Казалось бы, что существ, призванных при помощи магии Земли, можно одолеть аналогичными заклинаниями, ан нет. Это первое, что попытались сделать маги легиона, но заклинание Селестоса оказалось слишком хорошо составленным для подобного.

«Хм… надо же, хватило ума сообразить. Что ж, тогда получайте»

Готовя новое поражающее сознание заклинание, Селестос развел руки в стороны, произнося слова Силы. Воинам показалось, что сам воздух задрожал. Всё поплыло пред глазами, словно они смотрели на водную гладь. И из ниоткуда позади человека из пророчества образовалась волна, высотой не менее десяти мужей, надвигавшаяся на легион. Маги взволновались, окружили себя широкими магическими защитными куполами, в которых могло поместиться с сотню человек. Они искренне надеялись, что защита выдержит столь сильный напор. Часть войска принялась молить Богов о помощи, но те глухи к мольбам. Оставшиеся големы превратились в груды камней, а воины бросали оружие, пытаясь добежать до магов, ведь не всем повезло оказаться с ними рядом. Однако это удалось далеко не всем.

Волна Селестоса ударилась об авангард армии. Людям ломало кости, их выворачивало, некоторые словно сложились пополам, три защитные сферы магов не выдержали и были смяты. Поток воды проносился дальше, превратившись будто бы в стремительную реку, уносившую трупы врагов. Она устремилась в лес, а тела убитых порой врезались в деревья и оставались там. Хуже всего пришлось именно авангарду легиона и следующим нескольким защитным сферам, так как самый мощный удар пришелся именно на них. Остальные же держались, хоть и оказались под водой. Один из магов, что сумел создать достаточно мощную защиту, увидел, как мимо проплывали один за другим трупы его товарищей. И один воин оказался жив. Его не переломало, но вскоре он непременно должен умереть от нехватки кислорода. Воин проплыл совсем рядом со сферой и, борясь со слабостью и даже с течением, пытался плыть к ней в надежде на спасение. В него врезалось тело мёртвого товарища, унося его прочь. Маг только и увидел, как в этот самый момент человек потянулся ещё сильнее к нему, открыл рот и, логичней всего предположить, что выкрикнул: «Нет!».

Вода ушла вглубь леса, и Селестосу показались десятки защитных сфер, которые сразу же испарились, и оставшиеся в живых воины вздохнули с облегчением. Селестос тоже опёрся на меч и тяжело дышал. Пусть он и являлся человеком из пророчества, но такие заклинания отнимали слишком много Сил. Конечно, мало кто смог бы повторить такое, но, тем не менее, могущество Селестоса не неограниченно.

Маги с выжившими солдатами расселись и разлеглись на сырой земле, уставшие и обессиленные. Был отправлен целый легион! Семь тысяч человек! А выжило меньше половины. Селестос не собирался щадить их, как поступил с Кросом и сотней воинов в прошлый раз. Он хотел показать пример всем остальным, ему лишь нужно немного отдышаться и восстановиться.

Неистово подули ветры и в небе показались хаоромы. Обострив чувства, Селестос почувствовал… почувствовал его. Приближался тот, с кем он не хотел сталкиваться.

«Кровавое Крыло…»

***

Эльтран уже несколько дней пребывал в каком-то неведомом ему лесу неизвестно какому из королевств принадлежащему. Зима отступила не столь и давно, а вокруг уже всё зелено. Сын магов сидел под небольшим деревом и читал. Все эти дни он ничем иным не занимался, кроме чтения и практики. Далеко не всегда ему удавалось проделать заклинание с первого или даже с десятого раза, но он честно старался. Благо, в лесу достаточно дичи, словить которую не составляло труда, да и пруд с речкой неподалеку.

Мальчик вычерчивал на земле магические фигуры, изучал руны, занимался колдовством, некромантией, изучал иные расы, читал бестиарий. Пытался применить на практике всё, о чем только говорилось в фолиантах, даже если то считалось невозможным. Как-то он попытался отобрать жизненную силу у дерева. Не одну седмицу потратил он на это, но сумел иссушить лишь несколько ветвей. Считалось, что маги могли черпать Силы из природы столь диким (как это назвали бы эльфы и сцерры) способом, но на деле такое почти ни у кого не получалось, если верить книгам. Некоторым магам удавалось умертвить лишь небольшое дерево и только. Эльтран же преуспел пока с травой и листьями, и то получалось не всегда и требовало много времени. Но ежели он добивался успеха, то от них исходил бледноватый дымок, и зелень постепенно чернела и погибала. Этот самый дым входил в грудь мальчика, разносясь по всему телу и наполняя его как магической, так и физической силой. Прилив этот столь незначителен, что Эльтран почти ничего и не чувствовал.

«Ничего, времени у меня в избытке»

После же он взялся за костяной доспех – одно из основных защитных заклинаний некромантии. Мальчик произнес все нужные слова, даже вычертил на земле руны саалитов, дабы усилить волшбу, но ничего не получалось. Попытка за попыткой, фиаско за фиаско, но результата не последовало. Не подул лёгкий ветерок от творящейся волшбы, не заколебались магические волокна, не задрожала земля. Ничего. А ведь он заранее подготовился и разложил трупы нескольких животных совсем рядом.

«Не понимаю! Почему не получается? Я ведь делаю всё точь-в-точь как написано в книге, а результата никакого»

Копьё праха также ему не далось, и Эльтран не понимал причины подобных неудач. Надо создать прах и придать ему форму копья, если говорить совсем коротко. Но мальчик испытывал трудности с самого начала!

Уставший и озлобленный, он завалился спать. Стоило ему сомкнуть веки, как он сразу же оказался в ином месте. Осмотревшись и вспомнив те чувства, что он испытывал ранее, всё стало ясно.

«Я вновь внутри своей сущности»

Снова появилась знакомая сфера с переплетающимися змейками Силы. Одна из них вырвалась вперёд, направившись к Эльтрану. Змейка белого цвета… точнее, цвета человеческой кости. Приблизившись, она превратилась в двойника мальчика.

— Здравствуй, Эльтран, – молвил тот.

— Приветствую… Эльтран…, – несколько неуверенно произнёс человек.

— Что ты хочешь от меня?

— Я? Я… ничего…

— Тогда почему явился сюда и призвал меня?

— Я этого не делал… Эльтран! – обращаться к двойнику собственным именем казалось абсурдным и явным признаком сумасшествия. – Кто или что ты?

— Я – это ты, – начал отвечать двойник, ноги его превратились в дым, и он стал кружить вокруг мальчика. – Я – та сущность, что ты пытаешься раскрыть и постичь. Я тот, кого ты должен пробудить и впустить себя, подобно тому, как ты принял впервые своё огненное естество. Я некромант.

— Кхм… некромант. Отлично! Скажи мне, как постичь некромантию? Подскажи.

— Ты должен до всего дойти сам. В некромантии нет той концепции познания одной общей сути для какой-либо Стихии, которую можно было бы применить к остальным. Здесь всё сложнее. Ты должен почувствовать, проникнуться к этой магии…

— Как это сделать быстро?

— Быстро? Ты шутишь? Путь некроманта долог. Если ты хотел обучиться быстро чему-либо – мог выбрать любое другое направление в Школе, Эльтран.

— Но я не могу долго ждать! Я должен…

— Я всё знаю, что ты должен, – перебил двойник, остановившись перед ним. – Но некромантия не любит спешки. Выбирай: либо откажись от этой затеи и стань сильнейшим колдуном и отомсти тем, на кого тебе хватит Сил… или же наберись терпения, изучай некромантию, достигни высот и тогда, Эльтран, даже Архимагу будет тяжело противостоять тебе. Выбирай!

— Я… я… колдовство… меня не интересует. Но оно ускорит достижение моей цели. Но будет ли этого достаточно, чтобы победить Хаорана? Я… колдовство… Нет! Я продолжу изучать некромантию! – скрепя зубами и сердцем выдавил из себя мальчик. Двойник широко улыбнулся, приблизился и коснулся двумя пальцами его лба. Глаза Эльтрана заполнились сплошным ровным сиянием цвета кости. Когда всё исчезло, мальчик стал взлетать вверх, отдаляясь от двойника.

— Мы с тобой ещё увидимся, — пообещал тот напоследок.

Эльтран открыл глаза, резко и глубоко вздохнул. Солнце уже вовсю сияло и пекло, птички на деревьях весело пели, а недалеко от него пробегали различные животные.

«Я изучу некромантию!»

Мальчик полон уверенности. Он сидел днями и даже ночами под деревом и читал книги, что взял с собой. Сперва он решил изучить всё то, что не связано с некромантией, ибо, как посчитал Эльтран, разобраться в магии Смерти намного сложнее, нежели с остальной, а посему и времени она требовала больше. Другие же направления должны даться ему значительно проще и быстрей. Разумеется, он не собирался тратить десятки лет на это, но надеялся, что будет становиться сильнее, коль не забрасывать практику иных видов магии и продолжать постепенно совершенствоваться.

***

Огромная статуя Творца из цельного алмаза стояла посреди мраморной комнаты, а рядом всё также находилась Чаша Познания. Эллариэль мог менять это место на свое усмотрение, а посему оно представляло из себя то площадь, то помещение, то словно висело где-то в космосе, а рядом буквально проплывали галактики. И статуей этой всё также любовались Боги. Один из них, коего звали Чейрос, вот уже много тысячелетий изучал этот образ и то, как он сделан. И каждый раз он восхищался данной работой. Эту статую создали не они и даже не прошлые Боги, к коим относился и Эллариэль. Как сказал старший брат, когда он вместе с былыми Наместниками Творца впервые появился в Обители, то эта статуя уже стояла и предстала пред ними во всей своей красе. Кто её создал неведомо даже ему, но верил он вместе с предыдущими братьями и сёстрами, это сам Творец создал статую самого себя же, дабы постоянно напоминать своим детям, кто истинный хозяин Вселенной и кто всё сотворил. Также существовало мнение, что при помощи этой статуи можно воззвать к нему, но все попытки окончились неудачей.

Чейрос вновь обошёл весь образ, детально присматриваясь к каждой частичке и восхищаясь проделанной работой. Сколько времени прошло, а он всё не переставал входить в состояние эйфории. Другие Боги, конечно, тоже любовались статуей, но не так. Созерцание прекрасного прекратилось, когда явился последний из Богов, и все обернулись к нему.

— Старший брат Эллариэль, да будет мягка твоя поступь! – хором отчеканили все одиннадцать Богов.

— Да будут ваши сердца чисты, - ответил на приветствие древнейший из них.

— Что скажешь ты нам, высокоуважаемый старший брат?

— Человек из пророчества из мира Тертернириэль, имя коего Селестос, всё совершенствуется и совершенствуется. Он уже заставил небо запылать и низвергнуть на землю огненный дождь. Сейчас же он сражается с людьми из королевства Рейрс.

— Прошу прощения, Эллариэль. Не то ли это королевство, что отчаянно пытается заполучить наше расположение к себе?

— Это они, сестра Маэтрис. Как я уже сказал, сейчас Селестос сражается с ними. Они послали на него всего лишь один легион, сиречь семь тысяч душ. Глупцы даже не подозревают, что для Селестоса они не составят столь огромной опасности, как им того хотелось бы. Конечно, человек из пророчества потерял немало Сил, но ему нужно немного времени, дабы их восстановить. Но также к нему летят хаоромы во главе с Кровавым Крылом.

— Кхм… брат Эллариэль, не знаешь ли ты, зачем Хаорану понадобился человек?

— Быть может, он хочет убить его? – раздался женский голосок.

— Исключено, сестра Айэла. Ему нужен этот человек. Для чего – мне не ведомо, но не трудно догадаться. Он хочет помочь ему развить свои таланты и натравить его на нас.

— Великая ирония Сущего! Мы – Боги, а не может точно знать того, что мечтает сделать какой-то жалкий смертный выродок… Воистину Творец жесток! – раздался голос Маэля.

— Но ему-то это зачем?

— Всё просто, Чейрос. Хаоран ненавидит эльфов и считает их недостойными, а также думает, что раса хаоромов высшая и лучшая.

— Глупость! Всем известно издавна, что нет никого выше эльфов!

Чейрос пристально смотрел в Чашу и видел, как белокрылые рассекали воздух и были уже совсем близко к Селестосу.

— Много же их там, Эллариэль. Хаоромы без проблем уничтожат остатки легиона. Как думаешь, как поступит человек из пророчества?

— Не могу этого знать, брат.

— Тогда нам ничего не остаётся, кроме как просто стоять и смотреть, - не без удовольствия произнёс Маэль, и не сводил глаз с Чаши.

***

Кровавое Крыло завис над полем сечи и смотрел на остатки легиона.

«А он силён. Очень силён. Но ещё недостаточно, дабы справиться с Богами, но ничего… Это только начало!»

Хаоран отвёл одну руку назад, будто бы собираясь ударить лежачего, после чего направил раскрытую ладонь вниз на одну сотню воинов, что собрались вместе под куполом во время наводнения. Людской маг успел уловить творимую волшбу и даже выставил магический щит, но заклинание Хаорана прошло сквозь него без малейшей задержки. Вся сотня людей почувствовала, что на них давила незримая сила. Словно огромные каменные плиты обрушились на их хрупкие (для такой ноши) плечи и стали давить, давить до тех пор, пока смерть не настигнет их. Солдаты и маг прижались к земле от заклинания Кровавого Крыла, и они закричали. Сотня глоток неистово завопила от дикой боли. Простым человеческим взглядом это невозможно разглядеть, но Селестос видел жуткую волшбу, которую применил вождь.

«Небесный удар…»

Люди королевства всё кричали и кричали, бранились, взывали к Богам, к королю, ко всем мыслимым и немыслимым Силам, но ничего не помогло. Незримые потоки Воздуха продолжали давить на них. Их тела не выдержали, и Хаоран раздавил людей, превратив в кровавое месиво вперемешку с костями, доспехами и оружием.

Другие маги пустили в него магические стрелы, которые вождь с лёгкостью отразил, и на лице его показалась гримаса недовольства. Он ожидал чего-то большего, нежели просто магические концентрации Силы в виде стрел. Кровавое Крыло плавно сгибал и разгибал поочередно пальцы, как если бы он играл на лютне. Незримые концентрации Воздуха приняли формы мотыг и стали вспахивать землю, попутно задевая людей и рассекая их надвое. И так, не торопясь, издеваясь над врагами, Кровавое Крыло прошелся заклинанием по нескольким образовавшимся отрядам. Большая площадь оказалась вспахана, и в ней лежало, самое меньшее, три сотни людей. Хаоран лишь недовольно фыркнул, ибо никакого сопротивления ему не смогли оказать. И эти людишки еще хотели доказать, что являлись достойной и сильной расой. Если бы было возможно, то крылья вождя неистово хохотали от столь глупых мыслей этой жалкой расы.

Короткое движение кистью и очередная воздушная рассекающая волна пронеслась под вождем, разрубая воинов надвое. В другую часть от остатков легиона Хаоран пустил видимые даже для простых смертных иглы Воздуха (это же заклинание называлось «тысяча игл»). Тысячи тысяч их пронеслось, пробивая пытавшихся спастись людей насквозь. Их не спасали даже огромные тысячелетние дубы, ибо для Воздуха не существовало преград. Но Кровавое Крыло столь искусен, что мог мгновенно менять свойства заклинаний данной Стихии, делая их то мягкими, то твёрдыми. Стволы древних древ оставались нетронуты, на них не осталось даже царапины, но стоило иглам пройти на другую сторону, как они тотчас же приобретали свою пробивную мощь вновь.

И так, буквально играючи, Хаоран лично уничтожил уже с полтысячи солдат, но удовольствия не получил. Ему нравилось сражаться, что нельзя было сказать о его отце и дедушке, ибо они предпочитали командовать, обдумывать стратегии, и каждый пытался сделать воинов племени сильней. Хаоран же любил находиться в пылу сражения, любил убивать достойных противников, но, увы, подобная возможность выпадала ему не часто, ибо трое других вождей не переходили ему дорогу, а средь людей кто бы оказал достойный отпор? На ум приходил один лишь Архимаг. Быть может, Дейл Эйтер смог бы хорошо сразиться с ним, но лишь потому, что тому знакомы нравы и способности хаоромов.

— Мне это надоело… Жалкое зрелище. Добейте их!

Сотни белокрылых тотчас же сорвались и устремились вниз, попутно посылая в людей заклинание за заклинанием. Хаоромы наносили магические удары, поднимались обратно в воздух и потом вновь били магией. Нашлось несколько смельчаков, что решили вступить в рукопашный бой против остатков легиона, но, разумеется, так шансы становились все же более-менее равны, а посему несколько хаоромов погибло.

Последний из людей королевства пал замертво, и крылатые приземлились. Трупов оказалось столько, сколько Селестосу прежде не доводилось видеть. И это еще учитывая, что большую часть смыло водой, которую он наслал на легион! Неизвестно, совершено случайно ли, аль что-то направило его взор, но он увидел командира легиона – Кроса. Тот лежал на земле с отсеченной рукой и половиной тела.

«Видимо ваш король не столь и милосерден и умен, коль послал столько людей на верную смерть»

Мягко приземлившись и сложив крылья, Хаоран подошел к человеку.

— Приветствую тебя, человек из пророчества, – почтительно произнёс вождь, прижав кулак к груди. Приличия ради, Селестос ответил тем же.

— Что же надобно великому вождю хаоромов?

— Ты, человек.

— Как бы удивительно это не звучало, но я догадался. Зачем я вам? Хотите моей смерти? Что ж, вам придётся попотеть, – Селестос поднял меч и готовился к нападению, но Хаоран лишь недовольно хмыкнул.

— Ты меня не понял, человек. Желай я твоей смерти, то не стал бы говорить с тобой. Мне это без надобности. Наоборот! Ты должен жить! Я хочу помочь тебе.

— С чем именно?

— Я хочу обучить и направить тебя.

— В обучении я не нуждаюсь. Придёт время – сам всё познаю. И в направлении тоже мне нет нужды. Я знаю свой путь.

— Неужели? И каков же он, твой путь?

— Всё просто, Хаоран. Ты знаешь, что я человек из пророчества. Следовательно, скорее всего, ты знаешь и само пророчество. Отсюда я осмелюсь предположить, что тебе ведом и мой путь.

— Всё верно, человек. Но неужели ты считаешь, что сможешь тягаться с ними? Ты не сумел одолеть даже один легион, а на что ты надеешься против них? – убедительности ради, вождь хаоромов на мгновение поднял глаза вверх.

— Я это прекрасно понимаю, Хаоран. Поэтому я и не спешу идти к ним прямо сейчас. Ещё не время.

Селестос прекрасно понимал, что, коль верить пророчеству полностью, то он должен будет свергнуть Богов. Но его это нисколько не интересовало, и ему плевать на Наместников Творца. Хотят творить безумие – пусть, лишь бы его не трогали. Он же жаждал лишь знаний и Силы, без свержения высших существ. Но как быть, коль сами Боги пытались тебя убить? Притворились духами краснокожих и натравили их на него. Это значило лишь то, что они его и верили пророчеству. Хотя, он не исключал вероятности того, что они не воспринимали всерьёз пророчество, но решили не рисковать и всё же избавиться от возможной угрозы. И как же им объяснить, что ему не хотелось воевать с ними?

— Надо же, человек, столь юный, но не обделённый рассудком. Редкость.

— И всё же, что тебе надобно от меня, вождь?

— Прежде, будь добр, назови своё имя. Не обращаться же мне к тебе постоянно «человек из пророчества».

— Растаракран, – не растерявшись, соврал Селестос.

— Лжёшь, – коротко произнёс вождь. – Так поступаюсь подлецы и трусы. Я был о тебе лучшего мнения. Каково твоё истинное имя?

— Что ж… Селестос.

— Правда. Превосходно. Пойдём со мной. Я обучу тебя, и ты сможешь быстрее достичь своей цели. Тебе нужно лишь ответить мне «да», и мы отправимся в крепость, где начнётся твоё настоящее обучение.

— А если я откажусь, что тогда?

— Ты умрёшь прямо здесь.

— А теперь, вождь, лжёшь ты. Вы меня не убьёте, ибо я всё равно вам нужен. Не важно, буду я с вами иль нет, но вы нуждаетесь во мне. Ты знаешь, что рано или поздно я стану достаточно могущественен, дабы бороться с ними, а это тебе и нужно. Ты предлагаешь мне обучение, однако я могу выбрать более долгий путь. Я встану на него и добьюсь поставленной задачи, а также исполню своё предназначение. Если убьёшь меня, то неизвестно, когда вновь появится человек из пророчества. Не исключено, что ты не застанешь его.

— Что ж, твоя истина. Но зачем тебе ждать ещё неизвестно сколько лет, если я могу помочь тебе и спустя пятилетие ты станешь достаточно силён? Ты отличаешься от всех прочих представителей расы людской достаточной сообразительностью, так примени её и сейчас. Так у тебя уйдет, быть может, лесть лет, если не больше. С моей помощью – не больше пяти. Я вижу, сколь огромен твой потенциал и твоя Сила. Предыдущий мальчик был очень талантлив, но ему далеко до тебя.

«Предыдущий мальчик? А, так ты про Эльтрана…»

— Хм… такое щедрое предложение, Кровавое Крыло. Чтобы отказаться от него нужно быть полным глупцом. Но, видишь ли, ты считаешь, что я хочу стать сильнее, дабы свергнуть их, ибо об этом говорится в пророчестве. На самом же деле мне нет до них никакого дела. Пусть существуют себе, пусть помогают эльфам, пусть делают, что им заблагорассудится.

— И тебя я счёл разумным? Ты не понимаешь, человек. Они не оставят тебя в покое, не дадут тебе спокойно жить. Хочешь ты их свергнуть или же нет – не имеет никакого значения, ибо они будут пытаться убить тебя. Ты представляешь для них угрозу, с которой надобно бороться.

— Как бы там ни было, но твоя помощь меня не интересует. Я постигну всё сам и без тебя.

— Ты и не представляешь…

Кровавое Крыло не успел закончить, ибо Селестос пару раз провёл мечом перед лицом вождя. Тот отскочил назад, после чего человек из пророчества произнёс слово Силы и растаял в воздухе подобно утреннему туману.

Вновь оказавшись на вечнозеленом континенте, где ещё недавно пылали небеса, он принялся размышлять. Хаоран не оставит его в покое и будет продолжать преследование, пока не схватит Селестоса. Не будь Кровавое Крыло столь безумен в своих намерениях по свержению Богов, то тогда можно было бы присоединиться к нему. Вождь очень силён и как учитель был бы прекрасен. Селестос также понимал, что для больших знаний и великого могущества у него уйдет много лет. Но как много? Может и в самом деле требуется десятилетие? Может больше времени? Хаоран же абсолютно уверен, что за пять лет Селестос сумел бы достичь высочайших высот.

«Нет. Хаоран не отличается любовью к людям… Но он ненавидит Богов всем сердцем и душой, так что люди – меньшее из бед. К тому же коль можно использовать одного, дабы избавиться от них всех, то, думаю, он согласился бы заключить договор с таким человеком. Ясно одно: в одиночку мне не справиться. Мне нужна помощь. Эльтран? Да, мы с ним связаны нитями Судьбы, но разве могу ли я лично воззвать к нему и попросить прийти ко мне на помощь? Может и могу, но что-то мне подсказывает, что ещё не время. К тому же, как знать, чем именно он сейчас занят. Мы непременно встретимся вновь, но не сейчас… В данный момент мне нужна несколько иная помощь»

Селестос закрыл глаза и стал концентрироваться и взывать к другому существу.

— Я же сказал, что ты сам позовёшь меня, – раздался спокойный шипящий голос позади человека.

— Шарашас, мне нужна помощь.

— Я уже всё знаю.

— Так ты мне поможешь?

— Всенепременно, Селестос. Но! Поможешь ли ты мне тоже? Если ты не забыл, у меня была к тебе просьба о помощи.

— Я… не…, – замялся парень.

— Если нет, то не надейся, что и я протяну тебе руку в час нужды.

— Согласен, сожри тебя люкр! Согласен!

— Превосходно, человек. Прежде, чем мы переместимся, я должен тебя предупредить. Кроме меня есть ещё шестеро. Они люди, так что слабы. И они считают, что наша главная задача – открыть тайную дверь под стенами замка, где таятся огромные знания и артефакты. А после они хотят пробить барьер этого мира, дабы путешествовать по иным.

— Ты обманываешь тех, кто тебе помогает?

— Не совсем. Тайник там в самом деле есть, но открыть его могу лишь я один. Я лишь умолчал о своих истинных намерениях. Но тебя я не обманываю, Селестос.

— Откуда мне знать?

— Если бы я лгал, то ты бы это почувствовал. Ты достаточно силён для подобного. У тебя будет ещё достаточно времени, дабы понять, что я с тобой честен. А теперь нам пора.

Глава Семерки коснулся плеча человека, и они переместились прямо в тайный зал, в котором находились остальные члены Совета. Шарашас представил им Селестоса и все остались довольны. Они предчувствовали знания, надеялись заполучить те исполинские Силы, что таились под замком.

— Как я и обещал, я привёл человека из пророчества. Он сам вызвал меня и согласился присоединиться. А теперь, прошу меня простить…

— За что, Шарашас?

Последнее, что они успели – задать вопрос, после чего Хозяин, как величал его Мор, махнул рукой в сторону одного из Семерки, и того рассекло на несколько частей. Второму прокрутило голову невидимыми руками, сломав шею. Третьего просто ударили о каменные стены, но так сильно, что множество костей сломались, в том числе и позвоночник, и шея, еще и очень сильный удар пришелся на затылок. Четвертого незримая веревка обхватила вокруг шей и подвесила под самым потолком. Пятого ударила каменная плита и расплющила о другую стену. Шестому Шарашас просто направил ладонь в его сторону, после чего сжал ее в кулак. Сильная судорога прошлась по телу члена Совета и капюшон спал. Селестос увидел женщину, глаза которой стали кроваво-красными, а все лицо сделалось бордовым. Из глаз, ушей, рта, ноздрей, из кожи на её лице вытекала кровь. Женщина хотела что-то сказать напоследок, но не смогла, после чего закатила глаза и рухнула на пол.

— Не волнуйся, Селестос. Просто они нам не нужны и будут только мешать. Теперь же никто и ничто не будет отвлекать от твоего обучения. Мы даже сходим в тот тайник знаний. Это тебе поможет.

— Если ты столь могущественен, то зачем нуждался в них? – справедливо поинтересовался Селестос.

— Разве не очевидно? Использовать их, прикрыться ими, а самом сбежать. Моя цель много выше их глупых амбиций и стремлений. К тому же в самом начале, вскоре после того, как я прибыл в этот мир, мне потребовалось довольно много времени, дабы привыкнуть к нему. Я не мог пользоваться Силой в полной мере, и мне требовались союзники. Эти шестеро оказались самыми алчными и жадными до Силы, что я и использовал. Также они очень хорошо следили за большей частью мира, пытаясь найти «человека из пророчества». Я же был занят иным. Не надо вопросов. Я тебе всё расскажу, но не сейчас. Идём.

Перед уходом Шарашас щёлкнул пальцами и все шесть трупов растворились в воздухе, будто их и не было.

***

Прошло, ни много ни мало, три года. Эльтран подрос, окреп, волосы длиной до плеч. Все эти годы он провёл в лесу, который, как выяснилось, принадлежал одному из людских королевств – Мирих, что северней Рейрса. В нём много всеразличной дичи, и, как и положено, там любил охотиться сам король. Разумеется, Эльтран всё время избегал встреч с его величество и его охотниками. Даже когда они несколько раз выходили на след мальчика, тот просто взлетал ввысь и аккуратно перелетал от дерева к дереву.

За это время Эльтран многое сумел постичь. В некромантии он разобрал почти все знаки, руны, и освоил все заклинания, которые только имелись. Он не знал лишь волшбу, к которой прибегали мастера некромантии. Про это ничего не говорилось в книгах, но он уверен, что таковая имелась. Подобное незнание раздражало его, но он понимал, что это до поры до времени. Нет ничего невозможного, и старания оправдают себя. Возможно всё, что можно захотеть и пожелать. А ещё Эльтран осознал, что нет никакого бессмертия (имелось в виду абсолютного бессмертия, когда тебя никто и ничто не способно убить, сколь бы это не было могущественней тебя). Даже Творца можно убить – нашелся бы тот, кто достаточно силён или хитёр.

Мальчик выучил все атакующие и защитные заклинания некромантов и нашёл их весьма интересными и действенными даже против сильных магических щитов. То же копьё праха – не просто концентрация магических взаимосвязей, протекающих в мире. Главной составляющей являлся прах убитых, наполненный предсмертными муками и страданиями, что делало заклинание гораздо сильней, а посему пробить даже хорошо составленный магический щит – не должно составить столь огромного труда. Конечно же, как и всегда, всё зависело исключительно от Силы каждого мага.

Руны и магические знаки Эльтран счёл не столь и интересными. Да, они необходимы для больших и массовых заклинаний, или же для одиночных (хотя бы поднятие мертвеца из могилы), но всё равно он надеялся, что в будущем сможет обходиться без них. Он желал научиться убивать одним лишь словом, а кроме того желал поднять мертвеца из могилы, но рядом с ним ни единого трупа.

«Коль нет, придется самому сделать»

Мальчик встал и пошел на юг леса, ибо он знал, что в тех краях очень часто охотились люди, а ему, как ни крути, требовался материал для наглядного применения знаний на практике.

Искать пришлось недолго. Охотники крайне редко вели себя тихо после удачной охоты. Эльтран спокойным шагом вышел к ним и все трое жителей королевства замолкли. Сидя у костра, на котором жарились два кролика, они смотрели на мальчика… нет, то уже не мальчик. Эльтран стал мужчиной, достойным носить щит и меч, ибо он уже год как являлся совершеннолетним.

— Что тебе надобно в этом лесу? Знаешь ли ты, что эти земли принадлежат Его Величеству Карлу-Меру Нильетерну III? – троица, судя по всему, напрочь забыла о кроликах и сконцентрировала всё своё внимание на Эльтране.

— Прошу меня простить, доблестные мужи, но у меня нет выбора, – совершенно спокойным голосом проговорил Эльтран, после чего с его рук сорвалось бледно-зеленое заклинание, издалека напоминавшее стрелу. Вот только вместо наконечника человеческий череп. Лик смерти – одно из атакующих заклинаний некромантов, показало себя против деревьев очень даже неплохо. Оно не пробивает насквозь доспехи, оставляя в теле огромную дыру, не отрывает конечности, не разносит в щепки всё, что стояло на пути. О, нет, всё куда проще и не столь зрелищно. Стоило соприкоснуться с этим заклинанием, как жизнь начнёт медленно тебя покидать. Если, допустим, жертва успевала частично увернуться, и заклинание задевало руку, то ее можно смело отрезать до самого плеча. Но охотник не ожидал ничего подобного, и лик смерти попал ему в грудь. Лицо человека скривилось от страха перед неизвестным, но криков от предсмертной агонии не последовало. Он побледнел, губы посинели, волосы поседели, а глаза обесцветились. Лик смерти прошёл насквозь и растаял в воздухе, а побледневшее тело несчастного тотчас же рухнуло наземь.

Двое других закричали и хотели что-то предпринять, но Эльтран уже прибегал к очередному заклинанию. Голова погибшего зашевелилась, задергалась из стороны в сторону, и послышались звуки ломающихся костей. Кожа потрескалась, стала рваться, равно как и мышцы и череп вырвался на волю. Он набрал скорость и врезался в лицо другому охотнику. Тот мгновенно упал на землю, ударившись при этом спиной. Дыхание прихватило. Из сломанного носа струится кровь. Тяжело дышать. Окровавленный череп вновь показался, завис над ещё живым человеком и вцепился тому в глотку.

Третий поступил мудрее и решил сразу убежать. Но, увы, Эльтран не собирался никого жалеть, так что очередной взмах рукой, и череп превратился в прах, собрался и приземлился на ладонь заклинателя. Он закинул руку назад, и прах превратился в копьё. Эльтран метнул его в убегавшего, пробив несчастного охотника навылет.

Что ж, у сына магов появилось аж три трупа, но он выбрал второго, коего погрыз череп. Молодой некромант сел на колени, забрал нож у охотника и принялся чертить магический знак, постепенно произнося Слова на языке саалитов. Когда он завершил конструкцию, Эльтран принялся говорить громче, и с каждым произнесённым Словом невидимые никому более, кроме некромантов, магические нити стали медленно пронзать мёртвое тело, распространяясь и вдыхая в него новую «жизнь». Эти нити должны соединить охотника с миром мёртвых и живых.

И умертвие открыло белые глаза, бессмысленно уставившись в небо.

— Встань, – приказал Эльтран.

Поднятый мертвец повиновался, но делал это крайне неуклюже. Неупокоенный несколько раз упал, но вновь вставал, дрожа, как при сильнейшем ознобе.

— Иди и возьми тело своего павшего друга.

Оживший мертвец вновь повиновался и всё столь же неуклюже пошёл к охотнику, убитому копьем праха. На удивление всё это расстояние неупокоенный преодолел без единого падения, но быстрей идти тоже не стал. Живой мертвец поднял тело с поразительной лёгкостью, словно то какой-то младенец и понёс к господину.

— Отлично, положи на землю, – умертвие подчинялось. – Исчезни, ты мне более не нужен.

Но что-то пошло не так. Оживший мертвец не рухнул мёртвым грузом на землю, дабы вернуться в мир мёртвых. Его глаза покраснели и он, как показалось Эльтрану, с ненавистью посмотрел на того, кто его оживил. Доля секунды понадобилась мертвецу, дабы бросить тело на землю и совершить резкий скачок вперед к своему господину. Их отделяло всего около пары саженей, которые мертвец преодолел практически одним прыжком. Неупокоенный схватил Эльтрана за руку, да так сильно, что, казалось, еще немного, и переломают все кости. Юный некромант не стал медлить, применил заклинание из разряда Стихии Воздуха. Короткое движение свободной рукой и кисть поднятого мертвеца отделилась от него. Тот не закричал, ибо мертвецы не испытывали ровным счётом ничего. Ни страха, ни боли, ни радости, ни любви. Идеальные воины. Умертвие вновь прыгнуло на заклинателя, и тот с трудом успел отойти в сторону. Неизвестно почему, но у созданного им мертвеца прибавилась скорость, пропала та неуклюжесть, что имелась в начале, и он стал значительно ловчее. Перед Эльтраном будто бы живой человек, прошедший суровую школу каких-нибудь убийц, способных подкрасться совершенно бесшумно, которые незаметны ни во тьме ночной, ни при свете дня, выполняющие заказы за немалые деньги. Эльтран считал, что это скорее вымысел, ибо не верилось ему, что простой человек мог без магии достичь таких высот. Но его умертвие будто бы стало таким убийцей. Молодой некромант очутился буквально на долю мгновения быстрее и когда неупокоенный вновь прыгнул на него, человек успел произнести обратное заклинание, предназначенное для упокоения оживших мертвецов, и охотник превратился в груду праха.

Были у Эльтрана и успехи и неудачи, но каждый раз он не отчаивался, а старался понять, где допустил ошибку и пытался её исправить. Далеко не все заклинания стали ему доступны, но, тем не менее, за эти три года самостоятельного обучения он очень вырос в магическом плане и научился большему, нежели в той же Школе. Пожалуй, Эльтран мог соперничать даже с некоторыми наставниками Школы, как ему казалось. Увы, но этого недостаточно, дабы победить Хаорана, а потому ему предстояло ещё многое. Вновь убиты невинные, но он не мог поступить иначе, ибо он должен проверить способности в некромантии на практике. Порой он использовал для этого животных, но они ему не интересны, ибо не представляли из себя никакой угрозы. С воскресшим мертвецом всё пошло несколько иначе, нежели написано в книгах и нежели он надеялся, но в целом он остался доволен.

«Что ж, Эльтран, ты готов вернуться в мир»

Он сжёг все книги, кроме одной – той, что принадлежала наставнику по некромантии. Он считал её самой значимой из всех, ибо остальные запомнил почти слово в слово. Убедившись, что все страницы превратились в пепел, Эльтран развеял их по лесу ушёл.

Глава IX. Игра Богов

— Братья и сёстры, вот мы всё и увидели. Хаоран хочет натравить Селестоса против нас. Тот же, в свою очередь, обратился к некоему Шарашасу, который переместил человека неведомо куда. Скажите же мне, братья и сёстры, как думаете, кто такой Шарашас и какие цели преследует?

— Осмелюсь заметить, уважаемый старший брат Эллариэль, что Шарашас ни слова не сказал о нашем свержении.

— Но он обещал помочь Селестосу!

— Верно, сестра Айэла, верно. Но и ему нужна помощь человека из пророчества. Увы, мы не знаем, что именно за помощь. Да и странный этот Шарашас. Я абсолютно уверен, что он не человек. более того, сомневаюсь, что он представитель одной из рас, кои нам ведомы. Это делает его крайне опасным.

— На что ты намекаешь, брат Маэль? Думаешь, пока мы были заняты людьми из пророчеств, где-то на другом конце Вселенной появилась, ни с того ни с сего, новая раса, обладающая такими Силами и знаниями, что даже мы не можем проникнуть через их защиту и увидеть, кто же это такие, да ещё и способный заметать магические следы даже от нас? Ты это хочешь сказать?

— Эллариэль, ты как всегда умён и догадлив. Да, именно это я и имел в виду.

— Это исключено, Маэль. Творец создал заклинание, которое созидает всё новые и новые миры, но оно не должно творить новые расы.

— А если это самое заклинание изменилось? Или, быть может, один из Океанов Сил, что плывут себе в пустотах Вселенной, случайно стал частью этого заклинания и сделал его нестабильным, вследствие чего оно и создало новую расу, а? не забывайте, братья и сёстры, что мы говорим о Творце и его заклинании. А они у него очень даже изощрённые и замысловатые.

— Твоя истина, брат. Но всё же не думаю, что выброс такой Силы остался бы нами незамеченным.

— Тогда остаётся лишь один логичный вывод. Мы имеем дело с одной из уничтоженных лично Творцом рас.

— Исключено. Творец лично взялся тогда за это, а он не мог так ошибиться. Обе древнейшие расы уничтожены, а на их место первыми пришли мы, эльфы. Это ведомо даже некоторым смертным магам.

— Тогда заклинание Творца случайно создало новую расу. Это мы упустили, и как давно это произошло – сказать не можем. Мы не знаем, как они выглядят, не знаем их истинных способностей и планов. Более логичного ответа я не вижу.

— Допустим, что это так. С Шарашасом мы будем разбираться позднее, ибо сейчас не знаем, где он находится вместе с Селестосом. Но в скором времени они себя проявят. У них просто не будет иного выхода, ибо наш план уже почти выполнен. Нечисть готова, осталось лишь выпустить её в миры.

— Прости, Эллариэль, но Селестос сказал, что не хочет свергать нас. Быть может, он говорил правду? Если да, то зачем нам его смерть?

— Сестра Айэла, ты поверила ему? Он сказал это Кровавому Крылу лишь для того, чтобы тот оставил его в покое. Не уверен, что вождь ему поверил, равно как и я. Люди очень коварны, сестрёнка. Чейрос, не скажешь ли ты мне, что творится в других мирах с людьми из пророчеств?

— С превеликим удовольствием, старший брат. Как таковой в них нет ничего особенного. Селестос, однозначно, самый сильный средь них. Но стоит отметить, что человек Катарион из мира Ульбо не обделён магическим потенциалом и Силой. Пожалуй, после Селестоса он сильнейший. После же идут Явр из мира Царис, Тон из Якрейна и Тевара из Юджола. Остальные не достойны нашего внимания. Но, кстати сказать, двое, а конкретно Марсол из Сельфенто и Цетро из Селио погибли. Одного убили во время битвы, которая развязалась из-за него же, а второго сожрало стадо диких пхеров (это такие существа, похожие на волков, только вместо шерсти у них чешуя, по паре ушей с каждой стороны, четыре глаза и вдоль позвоночника выпирают небольшие наросты, похожие на шипы роз).

— Превосходно. Двумя мирами меньше. Кроме этих двух миров засылаем нечисть во все остальные с «людьми из пророчества», а также в ещё… миллион других миров. Больше всего надо отправить в Тертернириэль к Селестосу!

***

Эти три года проходили довольно своеобразно. Эльтран всё это время провёл в лесу, занимаясь самосовершенствованием. После того, как он проверил способности по боевой некромантии на тех трёх людях, то решил покинуть свою обитель и отправиться на поиски. Кого именно? А не всё ли равно. Врагов у него предостаточно, хоть они давно перестали интересоваться им.

Селестос же провел эти три года в крепости Шарашаса, и представитель неведомой расы обучал его, пытался направить весь его магический потенциал в нужное русло. Глава уже несуществующей Семерки сдержал слово и показал Селестосу потайной зал, представлявший из себя огромную библиотеку. Он слышал, что в Школе Магии располагалось самое ценное книгохранилище из всех, но, увидев тайный зал Шарашаса, человек из пророчества усомнился в этом. В тех книгах можно почерпнуть немало интересного, но, как ни трудно догадаться, это всё меркло по сравнению с тем, что порой показывал ему Шарашас. Нет, это не какие-то новые, совершенно неизвестные никому в мире направления в магии, это не заклинания, которые могли обратить полмира в пепел, но объяснение самой концепции магии с той стороны, с которой ранее Селестос её и не знал. Полученные знания помогли ему творить заклинания гораздо быстрее, некоторые же давались ему даже мгновенно, стоило лишь подумать о них.

Но ни Эльтран, ни Селестос не знали о том, что задумали Боги. Человек из пророчества почувствовал странные колебания магических волокон мира, а вот некромант-самоучка не ощутил ровным счётом ничего. Тем не менее, Селестос не сумел понять происходившее. Если бы не человекоорудия Шарашаса во главе с Мором, то все запланированные бедствия Наместников Творца прошли бы и мимо них. Стало известно, что множество погостов пробудились и лежавшие в них мертвецы вылезли из могил. Шарашас предположил, что некроманты решили показать свои возможности и пойти войной против простых людских магов. Это казалось самым логичным, но Башня Смерти (там, где обитали некроманты всех рас, кроме саалитов; разумеется, об этом месте не знал почти никто) оставалась спокойной. Кроме того, помимо оживших мертвецов стало слишком много всеразличной нечисти. Некоторые ужасы полностью схожи с теми, коих создавал сам Шарашас несколько лет назад для Мора. Если бы не нечисть, то бывший глава Семерки решил бы, то Силы некромантов вышли из-под контроля и распространились по миру, пробудив спящих под землей. Нечисть же всё изменила, но он не сразу понял, что послужило причиной их появления. Безумные твари свирепствовали уже чуть больше полугода, и, заметив, что от них страдали все расы, кроме эльфов, Шарашас всё понял. Тем не менее, он не вмешивался и продолжа обучать Селестоса, который так же не особо заинтересован творившимся в мире.

Эльтран жил эти годы в лесу, а нечисть туда не совалась. Боги ведь отдали им приказ уничтожать иные расы кроме эльфов. А леса – отличное место для постройки будущих поселений Перворождённых. Все-таки эльфийская кровь давала знать о себе, ведь эта раса больше всего ценила природу во всех ее проявлениях, а Наместники, не стоило этого забывать, относились именно к ним.

Покинув лес, Эльтран увидел перед собой обширное поле, усеянное трупами. Множество людей и всеразличной странной нечисти лежали там: кто с оторванными руками, ногами, головами, то тут то там разбросаны щупальца, где-то лежала невероятно накачанная рука с огромным двуручным мечом, оторванный орлиный клюв в разы больше положенного, голова летучей мыши, множество растрёпанных кожистых крыльев, раздавленные человеческие тела, вывернутые головы людей, разрезанные надвое и еще многое, многое иное.

«Это ещё что значит?»

Дабы пройти через это представление смерти, Эльтрану пришлось применить заклинание, позволявшее ему не дышать некоторое время, ибо смрад от разложившейся плоти и непонятной субстанции, из которой сделаны несколько монстров, невыносим. Чувствовать он перестал, но глаза щипало, даже кололо, и казалось, что их разъедало.

Только подумав о том, дабы взлететь на крыльях ветра, как его стали окружать различные твари. Благо, их немного, но ранее Эльтрану слышать и тем более сталкиваться с ними лично не доводилось. Из оружия у него лишь нож, добытый у охотника. Стрелять из лука мальчик не умел, так что его он оставил лесу. Самым главным его оружием являлась именно магия, которая, логичней всего предположить, лучше всего действовала против этих тварей, нежели стрелы и сталь.

«Надеюсь, мне не придётся подбирать к каждому из вас определённые заклинания»

Первым напало существо, что вдвое больше самого Эльтрана. Оно держало в каждой руке по огромному двуручному топору. Сама тварь же жутко накачанная, и казалось, что эти бугры мышц вот-вот лопнут. Существо похоже на орка, только кожа лица словно натянута поверх черепа, и у твари отсутствовали клыки, а глаза заполнены чернотой, словно состояли из обсидиана. Менер говорил, что не во благо быть слишком мускулистым, ибо в таком случае движения становились неуклюжими и медлительными. Пока такой воин занесёт руку для удара, противник может успеть оббежать вокруг пару раз и нанести несколько колющих ран стилетом. Что ж, видимо это правило не относилось к этой твари, ибо двигалось оно на удивление шустро для своей комплекции, но Эльтрана всё-таки обучал сцерр, и обучал хорошо.

Монстр занес оба топора и ударил. Эльтран чуть отпрыгнул назад. От такого удара бугая (как прозвал он это чудище для себя) аж земля немного задрожала, но человек устоял на ногах. Монстр напрягся, достал оружие и приготовился к очередному удару. Но на этот раз, дабы человек не сумел повторить трюк, нечисть решила атаковать несколько дальше, нежели в прошлый раз. Этим и воспользовался Эльтран, хоть его новый трюк слишком опасен. Совершив один глубокий шаг вперёд, он оказался между существом и топорами, что просвистели позади. По пути он достал нож и всадил отобранное оружие ему прямо в чёрный глаз. Тварь спокойно выпрямилась, достала маленький ножик и выбросила его как можно дальше. Эльтран же поспешил применить лик смерти. Бугай размахивал перед собой руками, надеясь тем самым рассеять заклинание. Разумеется, его попытки не увенчались успехом, и как только зелёный череп прошел сквозь него, то болотного цвета кожа бугая побледнела, глаз из черного превратился в серый и мёртвое тело страшилища с грохотом рухнуло наземь.

Следующими напали существа вдвое ниже человека, с четырьмя ушами, двумя ярко-желтыми глазами, тремя рядами крючкообразных зубов, довольно длинными и тонкими пальцами с когтями. Семь тварей окружили Эльтрана и стали подпрыгивать и кружиться вокруг него. Некромант-самоучка применил всевидящий Ветер, чтобы контролировать всё вокруг. Одно существо прыгнуло на него, и еще двое просто побежали. Эльтран создал два щита прямо перед бежавшими на него тварями. Остановив их, призвал копьё праха и, держа его в руке, развернулся к тому, что прыгнул. Взмах! Мёртвая нечисть приземлилась не землю, и маленькое туловище почти разрублено надвое (хоть правильней сказать, что копьё Эльтрана поглощало то, с чем соприкасалось). Голова твари задёргалась и череп его вырвался, направившись на сородичей. Впившись одному в шею, череп разгрыз её, а второму с лету снесло полголовы. Пока маленькие существа пытались разобраться с неожиданной напастью, Эльтран вовсю ворожил. Два миньона и бугай зашевелились, задёргались и поднялись. Всё также неуклюже, как совсем недавно с тем человеком, но что ж поделать, человек всего лишь начинающий некромант. Поднявшись, умертвия уставились пустыми взглядами на заклинателя.

— Уничтожить остальных, – услышав короткий и простой приказ, ожившая нечисть потопала к другим тварям. Конечно, трое оживлённых не смогли бы одолеть всех собравшихся, но потрепать должны их изрядно.

«Там, где падет нечисть, поднимется новое умертвие»

Так и случалось: погибшая тварь тотчас же воскресала, дабы пополнить ряды Эльтрана. Несколько существ сумели пробиться через оживших мертвецов прямо к человеку и попытались прикончить его. Какое-то летающее создание, больше похожее на ската, но обладающее четырьмя хвостами, летело к нему, но тот запрыгнул существу на спину, создал в ладони небольшой огонек и направил его вниз. Язычок пламени разгорелся и постепенно прожигал ската. Существо будто бы не обращало на это никакого внимания и просто продолжало лететь вперёд. Оно даже не пыталось скинуть с себя человека. Довольно скоро запахло пережаренным мясом, и вскоре огонь выжег в теле ската дыру, диаметром с кулак взрослого человека. Существо стало плавно опускаться, а Эльтран полетел к другим монстрам.

Его умертвия перебили вот уже чуть больше половины взявшихся из ниоткуда тварей, но всё равно предстояло ещё поработать.

«Нельзя упускать такой шанс»

Эльтран висел в воздухе, совершил несколько взмахов руками и три мёртвых тела превратились в прах, который сразу метнулся к заклинателю и окружил его густой сферой.

«Посмотрим, сможете ли вы пробиться через щит праха, а пока…»

Некромант-самоучка просто закрыл глаза и сосредоточился. Он видел каждую убитую тварь, чувствовал, как некое подобие жизни покидало их, но…

«Они ничего не чувствуют! Не испытывают никакой боли, никаких страданий. Это… просто нечисть, созданная кем-то непонятно для чего. Нечисть, умеющая лишь одно: убивать. И… так… это интересно. Линии жизни, что пронзают их насквозь, как и любое другое живое существо, абсолютно схожи с теми, коими пользуются в некромантии! Неужели другие некроманты решили показать, на что они способны? Решили продемонстрировать свои возможности? Нет. Маловероятно. Не думаю, что некроманты опустились бы до этого. Нет смысла. Ведь их никто не трогает. Многие даже побаиваются их, а маги смерти, тем временем, сидят себе где-то и спокойно практикуют и совершенствуют свою волшбу. Не знаю, насколько я близок к правде в своих домыслах, но я просто отказываюсь верить, что эти… твари – дело рук тех, одним из которых решил стать и я. Но тогда кто же их создал? Хаоран и Дейл? Нет. Исключено. Колдуны не владеют такой магией. Создавать новое… это сульхиджи. Они занимаются выведением новых созданий. Но опять же, неужели Демиус настолько обезумел, что решил, будто бы Энефер сумеет в одиночку противостоять, по сути, всему миру? И зачем ему это нужно? Желай он объявить войну другим расам, то зачем было убивать других людей? Вон сколь щедро их трупы покрыли это поле… Точно! Как же я сразу не догадался…»

Эльтран вновь стал концентрироваться, но на этот раз он не обращал внимания на нечисть, а переключился на людей. Да, они уже мертвы, если верить магическому взору, несколько недель. Казалось бы, ничем помочь эти трупы не могли, разве что пополнить мёртвое войско. Но ведь не зря Эльтран столько времени уделил магии смерти. Конечно, его знания довольно скудны, но кое-чему он все же научился.

Он увидел и почувствовал… Почувствовал те предсмертные муки и страдания, что испытывали люди, погибшие от рук этих ужасов. Их страданиями пропитана сама земля вокруг. Оставалось лишь вобрать это всё в себя. Концентрация не столь ощутима и мощна, как от свежего убитого, но и этого должно хватить.

Нити некромантов плавно направлялись к Эльтрану от каждого убитого человека, соединяясь и входя в его грудь, наполняя силой предсмертных мук, которой могли пользоваться только некроманты. Эльтран мог поклясться, что слышал множество голосов в голове, полные боли и страданий. Брань, крики умирающих, надежды на победу, муки, что воин более не увидит любимую жену и двоих детей; кто-то жалел, что пошёл в войска, вместо того, чтобы остаться дома и стать портным, какой-то неизвестный воин перед смертью думал о том, что так и не успел заглянуть в бордель к жрице любви по имени Мельта. Попались даже два фрагмента солдат, сожалевших о том, что пошли в армию вместе с любимым мужчиной (эти мысли крайне противны Эльтрану, но, как ни крути, такие люди тоже имелись). Все эти предсмертные мысли и чувства обрушились на молодого мага огромной всесносящей волной, и выдержать даже такой напор оказалось сложно. Легко ли пронести через себя мысли тысяч умерших? Кому-то покажется, что да, но в действительности не только в мыслях дело, ибо некромант чувствовал всё то, что и эти же люди. Одним отрывало руки, миньоны пожирали других заживо, бугаи одним ударом превращали головы людей в кучи ошметков; иных же терзали, мучили, сдирали с них кожу, вырывали ногти, ломали пальцы, лишали мужского органа, и когда боль их становилась столь невыносимой, что сменялась опьянением – воин, переставая её чувствовать, на последних секундах жизни вспоминал кого-то или же что-либо, желая вновь вернуться в определённое место, к определенному человеку, вновь очутиться в чьих-то объятиях, аль буквально утонуть в огромном бочонке эля или же вина; некоторые жаждали прикоснуться к женским телам, иные думали о том, что они умирали, так и не наделав детей. Разве легко пронести все эти чувства и мысли через себя?

Нечисть же почувствовала назревающую волшбу, что должна обернуться против них. Все существа, умеющие летать, кинулись к некроманту-самоучке в надежде пробиться через его защиту и убить прежде, чем тот сотворит заклинание. И нечисти появлялось всё больше, и Эльтран не понимал, откуда они взялись и где прятались. Скаты, летающие змеи, мантикоры (существа, с хвостами скорпионов, головами и телом льва, и серыми кожистыми крыльями), огромные летучие мыши, гиппогрифы (они больше похожи на птиц, только передвигались по земле на четырех больших и массивных орлиных лапах, перья по всему телу очень прочные, и считалось, что их оперенье прочней кольчуги, длинный слегка изогнутый клюв, и два глаза), и еще несколько иных существ, о коих прежде даже читать не доводилось. Одни похожи на некую чёрную субстанцию, не имеющую ни рта, ни ног, а наделённые лишь способностью предавать своему телу несколько иные формы. Эти непонятные существа отрастили себе четыре крыла и взмыли в воздух, дабы пробиться к человеку. Множество небольших (размером с голову самого Эльтрана) жуков, похожих на скарабеев, кружащих и пытавшихся пробиться через защиту. Имелись также два весьма крупных существа, коих Эльтран сперва принял за трёхглавых драконов, но присмотревшись – увидел вместо чешуи у них перья, как у гиппогрифов. Длинные шеи, головы как у баранов, только морда вытянута вперёд куда больше, пасть чуть шире, дикий оскал с двумя рядами клыков, и на них также загнутые назад рога, но концы их устремлялись вверх на затылке. По бокам каждой головы имелась грива как у льва, раздвоенные языки, как у змей, по два глаза ярко-красного цвета на каждой из трёх голов, все четыре лапы словно от рептилий, а крылья кожистые. Сами же существа перламутрово-бежевого цвета.

Иными словами, Эльтран столкнулся со множеством диковинных тварей, о коих слышать не слыхивал. Он не собирался изучать их и лишь надеялся, что грядущее заклинание сможет покончить с ними. Щит праха держался, хоть в нём и появилось несколько маленьких прорех, но они столь незначительны, что даже скарабеи не могли просочиться в них. Он заканчивал приготовления для собственного заклинания, о коем не вычитал ни в одной из книг. Собрать всю посмертную Силу с поля боя ему не удалось, ибо вместить в себя столько он просто не мог на тот момент. Чертя рукой перед собой один из магических знаков некромантии, он произносил слова:

— Теехша сасстхе уохша эк хаа дес Анатиял!

Произнеся последнее слово, заклинание вступило в силу. Щит праха закружился и разрастался. Летающие существа первыми попали под удар, и стоило волне праха прикоснуться к ним, как эта часть тела тут же им пожиралась, не оставляя ничего, даже костей. Не менее сотни летающих существ оказались уничтожены жуткой и необычной волшбой Эльтрана, которая всё также увеличивалась в размерах. Деревья, трава, все иные растения, даже камни становились частью заклинания. Оно не пожалело даже тех умертвий, что сражались на стороне некроманта-самоучки. Нечисть даже не пыталась убежать. Существа смотрели, точно каменные истуканы, как сфера праха надвигалась на них и уничтожала. Вскоре не осталось ни одной твари.

«Превосходно! Всё оказалось даже лучше, нежели я мог надеяться!»

А прах всё не останавливался и расширялся, продвигаясь всё дальше. Эльтран попытался остановить его словами Силы, но это не помогло. Сфера распространялась, пожирая на своем пути всё, в том числе и тела давно убитых людей. Это выглядело столь пугающе, что Эльтран не рисковал даже выходить из нее, ибо думал, что заклинание поглотит и его, чего он допустить никак не мог.

«Это очень нехорошо…»

Все попытки остановить сферу праха оказались тщетны. Заклинание вышло слишком сильным, нестабильным и неконтролируемым, дабы Эльтран сумел обуздать и остановить его. Даже собрав остатки предсмертных мук погибших людей – он не добился ровным счётом ничего. А волшба продолжала ползти дальше. Лес позади, в котором целых три года прятался и жил человек, постепенно превращался в ничто, в мёртвую степь, а с другой стороны, сфера Эльтрана почти добралась до столицы королевства.

«Интересно, а город вымер, аль еще держится?»

Ответ на вопрос пришёл с первыми огненными шарами, разбившимися о надвигавшийся прах. За ними последовали и другие, устроив истинный разноцветный фейерверк. Зелёные, фиолетовые, красные, оранжевые, жёлтые заклинания разбивались о сферу, не остановив её даже на секунду.

«Не остановят… не знаю, смог бы даже сам Архимаг Демиус справиться с таким заклинанием»

Его сфера принялась обращать в прах стену города. Маги и стражники разбегались, не желая умирать столь жутким и неведомым образом. Они толкались, сбивали друг друга, спрыгивали со стен, травмируя и ломая ноги. Лишь горстка самонадеянных кудесников решилась остаться, дабы остановить надвигающуюся напасть. Увы, не справились, а лишь пополнили ряды погибших. Часть стены вместе с тремя башнями поглотило.

«И как же её остановить? Она поглощает всё живое, превращая его в прах и делая частью себя, и тем самым расширяется. Она постоянно растёт и… А почему я не додумался сразу?»

Эльтран прибег к единственному решению, что осенило его голову: забрать Силы. Больше ничего не оставалось. Некромант-самоучка пытался отобрать у сферы те Силы, что она постоянно получала от поглощения. Удивительно, но она остановилась. Подули сильные ветра, и прах стало уносить, но в этот раз, соприкоснувшись с ним, ничто не уничтожалось. Заклинание потеряло Силу и более не могло убивать, но всё в радиусе аж целой лиги оказалось уничтожено. На этих землях более не вырастет трава, не возвеличатся новые деревья. Этого места животные станут избегать, ибо его коснулась сама Смерть. А столицу королевства вскоре уничтожит внезапно нахлынувшая нечистью, ибо в стене зиял огромный проход, который люди не успеют залатать.

«Что ж, надо учесть, что это заклинание стоит применять лишь в том случае, ежели ничего иного не останется»

Эльтран некоторое время смотрел на плоды своих трудов, после чего улетел прочь. Он не захотел остаться, дабы посмотреть, как нечисть ворвётся в город спустя несколько дней и снесет всё, не оставив от него даже руин. Он не захотел оставаться, дабы помочь отбиться от орды тварей, ибо это его не заботило, ведь у него полно собственных дел, кои, как он считал, не требовали отлагательств.

***

— Вождь Хаоран, у меня важные вести! – проговорил белокрылый, не успев войти в покои Кровавого Крыла. Вождь коротко кивнул, дав понять, дабы тот продолжал.

— Терейры почувствовали очень странную волшбу не далеко от столицы людского королевства Мирих.

— Это Селестос?

— Никак нет. Стоило мельтам взглянуть на составляющую этого заклинания, как даже без всяческих углублений в них стало ясно, что это не человек из пророчества. Это нечто совершенное новое, ранее не виданное нами.

— Есть предположения?

— Нет. Мы не знаем, кто сотворил такую странную волшбу, и что она из себя представляет. Соейлы уже вылетели, дабы осмотреть местность.

— Дальнейшие подробности меня не интересуют. Всю информацию передайте Дейлу. Думаю, он найдёт подобное весьма занимательным. Найдите Селестоса! А ежели станет известно, кто сотворил это заклинание и что именно оно из себя представляет – доложите.

— Как прикажете, вождь, – поклонился хаором и удалился.

Дейл выслушал доклад от одного из соейлов, и ему стало безумно интересно разобраться со всем этим. Он попросил, дабы соейл написал всё в мельчайших подробностях на бумаге. Когда его просьбу выполнили, колдун вчитывался в каждую строчку.

— Интересно, – бубнил старец себе под нос. – Безумно, безумно интересно. Кто-то уничтожил абсолютно всё в радиусе целой лиги не оставив никаких следов! Невероятная волшба! Просто невероятная. Никогда не сталкивался с таким. Кто же повинен во всём этом? Как уверяют хаоромы, это не человек из пророчества, ибо у него совсем иной след от заклинаний. А это… всё вымерло. Будто сама… А, быть может, это некроманты? Решили испытать новое заклинание? Но зачем? Столько лет от них не было вестей, и тут сразу такое! Заклинание такой мощи, что даже мне вместе с Демиусом пришлось бы попотеть, дабы справиться с ним. Но, коль это было испытание, и бедолагами оказались жители столицы Мириха, то почему они не уничтожили весь город? Вдобавок, вот уже около полугода неисчислимые орды нечисти разгуливают по миру. Откуда они взялись – не ведомо никому. Стали поговаривать, что это человек из пророчества наслал эти страхи на нас, ибо цель его – уничтожение всего. Но зачем это Селестосу? Что ж, пока Хаоран ищет его, я буду разбираться с этим заклинанием.

***

— Селестос, ты чувствуешь?

Человек из пророчества кивнул.

— В ход пошло заклинание некромантов, – всё тем же спокойным голосом продолжил говорить Шарашас. За все эти три года Селестосу ещё не доводилось слышать, дабы его тайный учитель оказался чем-то недоволен аль кричал на кого-то. Даже когда Мор являлся к нему с плохими вестями, Шарашас лишь предупреждал его, что, повторись промах в очередной раз, того ждут жуткие муки. Но говорил это столь холодно и безразлично, что человеку в тёмной мантии становилось не по себе. Учитывая, сколько раз Мор допускал промахи, то от него не должно было остаться в мире даже малейшей частички.

— И что им нужно?

— Им – ничего. Это не из Башни Смерти.

— Саалиты?

— Тоже нет. Им незачем пытаться уничтожить целый город. На них усиленно нападает нечисть, так что им хватает собственных проблем.

— А кто же тогда сотворил такую волшбу?

— Тот, с кем ты связан узами Судьбы.

— Эльтран? – искренне удивился Селестос. Он не слышал о мальчике вот уже три года. Они виделись лишь на Перекрёстке Судеб и всё. Человеку из пророчества пришлось скрыться, дабы Кровавое Крыло не достал его, да и королевство Рейрс не убило. – Зачем ему это понадобилось?

— Не знаю. Я ведь был всё это время здесь, как и ты. Отправлять астральную проекцию не стал, ибо я допускаю, что столь могущественное заклинание смогло бы уничтожить даже её.

— Оно настолько сильное?

— Ты ведь всё прекрасно чувствуешь, Селестос.

— Да, Шарашас, но не такие нюанс. Столь детально чувствовать чужую волшбу на таком огромном расстоянии я пока не могу.

— Заклинание очень мощное даже для такого мага, как Эльтран. Оно уничтожило всё в радиусе нескольких километров. Как я вижу, лишь городские стены пострадали. Сама столица не пострадала от заклинания.

— Чего добивался Эльтран?

— Не знаю. Но могу предположить, что всё вышло из-под контроля, ибо желай он уничтожить город, то так бы и поступил, применив заклинание непосредственно в столице, аль прямо у её стен, а не у границы леса. К тому же он остановил эту волшбу.

— Интересно. Он говорил, что пойдёт на тёмное направление, но я не думал, что его выбор падёт на некромантию. Но разве не должен был он закончить сейчас третий цикл обучения? Не думаю, что его уже обучили такой высокой волшбе.

— Правильно думаешь. Прощения попрошу у тебя, Селестос, ибо следил за Эльтраном втайне от тебя. Он покинул Школу спустя два-три месяца, забрал с собой целый мешок книг и отправился в лес поблизости столицы королевства Мирих. И все эти три года он совершенствовал свои навыки и усиленно изучал некромантию вместе с несколькими иными видами магии. Для того, кто решил обучиться всему сам, он достиг поистине огромных успехов за столь краткий срок. Но держать под полным контролем поднятых им же мертвецов он ещё не может.

— Вот, значит, как. Сказать по правде, я не думал о нём, ибо знаю, что судьба ещё сведёт нас.

— И какова может быть цель?

— Как знать… Авось он поможет мне в возрождении твоей расы, Шарашас. Быть может, поможет мне победить Богов, ежели те не перестанут пытаться меня убить. Возможно даже, что он обучит меня той же некромантии. Я не знаю, что именно произойдёт. и почему ты не говорил мне, что следил за ним?

— Ты уже сам ответил на этот вопрос, Селестос. А потому я посчитал эти знания излишними для тебя.

— Допустим, что ты поступил правильно. И что думаешь делать?

— С ним? Ничего. Он мне не нужен. Но я следил за ним лишь потому, что ты связан с ним судьбой. Вот и всё.

— Как неожиданно всё обернулось. Эльтран, сам того не желая, создал заклинание колоссальной Силы… Ладно, будь что будет. Теперь скажи, что творится в мире?

— Всё как всегда. Они уничтожают города и убивают всех, кроме эльфов.

— Их не тронули? Странно…

— Ничего странного. Сначала я думал, что некроманты замешаны в этом, но Башня Смерти молчит и никаких магических эманаций там не было. Эльтран также не смог бы сотворить их. А когда я увидел, что эльфы остались нетронутыми, то я всё понял.

— Боги…, – договорил Селестос.

— Верно. Именно они наслали нечисть в этот мир и теперь уничтожают другие расы.

— Зачем им это?

— Чтобы избавиться от тебя.

— Каким образом?

— Так ты не знаешь… Что ж, нынче почти на каждом углу городов кричат, что это ты повинен во всех этих бедствиях.

— Что-о?!

— Да, это правда. Боги сделали так, что виновным оказался именно ты, Селестос. Они не могут напасть на тебя лично, ибо ты не бросил им вызов. Использовать эльфов они также не хотят, ибо не позволят пролиться крови собратьев. Так что они поступили весьма просто. Наслали нечисть, уничтожающую всех и вся, и обвинили во всём тебя, Селестос. Уже почти каждый знает, как ты выглядишь. Все маги пытаются найти тебя, выйти на твой след. И если это случится, то можешь не сомневаться, что все рас выступят против тебя. Не исключено даже, что они объединятся в единую армию. Лишь Хаоран и Дейл знают, что ты не виновен.

Человек из пророчества в бешенстве. Он не хотел верить в услышанное. Такая подлость, такая низость. Боги ещё более жалкие и никчёмные, нежели он считал. Теперь нет места сомнениям: Боги должны погибнуть. Все до единого! Это дело чести и принципа. Увы, но они не желали оставлять его в покое, ибо видели в нем угрозу, от которой надобно избавиться.

— Ты это сделаешь, Селестос, – понял его мысли Шарашас. – Но не сейчас. Пока ты не готов. Не забывай, что главным испытанием для тебя станет битва с Кровавым Крылом. Он очень силён. Ты убедился в этом лично три года назад.

— Скажи мне, Шарашас, почему ты не сказал мне всего этого раньше?

— Ты меня не спрашивал.

— И что с того? Это очень важно, Шарашас, и скрывать подобное от меня – неуважительно! Если появятся ещё какие вести обо мне – сразу дай знать! Иначе, клянусь самой Силой, никакой помощи от меня ты не получишь и твоя раса вымрет окончательно!

— Это невозможно, Селестос, ибо м бессмертны. Да, нас можно убить, но м не может состариться и умереть. Даже эльфы смертны, хоть и могут жить сотню тысяч лет. Самому старому из Перворождённых, коего я знал, было немногим больше девяноста тысяч лет. Но даже если погибну я, аль другие мои сородичи, моя раса не вымрет окончательно.

— Интересно, почему же?

— Какой смысл мне объяснять это тебе сейчас? Возможно, ты всё узнаешь в своё время. Я же сейчас просто дал понять, что твои слова не имеют особого смысла. Но твоя помощь нам нужна, потому я выполню твою просьбу, Селестос. Коль что узнаю – сразу передам. Про Эльтрана тоже говорить?

— Про Эльтрана… Только если что-то очень важное. Ты ведь знаешь, что судьба – капризная дама.

— Хорошо, Селестос.

— Ах да, вот ещё что… у меня к тебе некоторая просьба…

***

Эльтран пролетал над полями и лесами, над озёрами и реками. По пути ему приходилось несколько раз вновь сражаться с внезапно появившейся нечистью. Повторять то заклинание, что уничтожило всё вокруг, он не стал, и прекрасно справлялся при помощи имеющегося арсенала. Благо нечисть оказалась уязвима ко всем боевым заклинаниям некромантов, коими владел Эльтран.

Пролетая, человек увидел крупную деревню, окружённую массивной стеной. Вокруг лежало множество трупов убитых чудовищных существ, и людей погибло не мало. Шёл бой, но они сражались не с различными кошмарами.

«Ожившие мертвецы? Они-то что тут делают?»

Некромант-самоучка не мог не остановиться, дабы посмотреть на это всё. Нечисть, конечно же, не такая, кою делал её он сам. Нет. Эти умертвия быстрее и, судя по всему, у них имелись некие зачатки разума, ибо живые трупы не просто напирали на защитников деревни, а пытались уворачиваться, дабы перехватить оружие и, допустим, впиться гнилыми зубами в горло. Либо ими кто-то управлял, но Эльтран не видел никаких нитей, что соединяли нежить с заклинателем.

«Неужели за эти три года некроманты научились создавать живых покойников, наделённых, пусть и малым, но разумом? Наставник в Школе про это не говорил ни слова. Неупокоенные всегда, даже от лучших некромантов, получались неуклюжими и медлительными, а тут такое!»

Умертвия полностью окружили деревню, а лучники всё пускали одну стрелу за другой, но безуспешно. Даже те, кому хватило разума стрелять огненными стрелами, тоже не добились значимых результатов, ибо пламя действовало на слишком медленно и даже гори нежить несколько часов и не обратись в прах – это не уничтожило бы их.

«Вот и выдалась замечательная возможность проверить свои навыки»

Эльтран полетел к обречённому поселению и приземлился прямо позади живых мертвецов. Сотни мёртвых и бездушных взглядов тотчас же уставились на него. Часть умертвий продолжала штурмовать деревню, остальные же кинулись на новоявленного человека. Эльтран лишь ухмыльнулся и выставил руку в сторону одного из прущих на него неупокоенных. Тот остановился, задёргался, и его разорвало на куски, обращаемые в воздухе в прах, соединившиеся воедино в руке мага и принимая форму копья.

«Посмотрим, поможет, аль нет»

Рассекающий удар копьём праха по груди первому приблизившемуся умертвию, и тот сразу же рухнул замертво в этот раз умерев окончательно. Ещё удар, и другой лишился головы. Призвав появившиеся ресурсы от вновь убитых мертвецов, он создал еще одно копьё во второй руке и на всякий случай окружил себя щитом праха, лишив умертвий возможности даже приблизиться к нему. Непонятным для него образом, нежить поняла, что сражаться с молодым магом бессмысленно, а потому неупокоенные развернулись и присоединились к другим крушить стены деревни.

«Догадливые твари»

Эльтран отошёл немного назад, снял с себя защиту и избавился от оружия. Прах, коего в избытке на земле, подлетел в воздух, стал собираться. Направив руку на левый фланг нежити, он пустил в их сторону сконцентрированные остатки погибших. Как и ожидалось – стоило его новому заклинанию соприкоснуться к неупокоенному, как тот становился частью его волшбы. И так эта волна пронеслась от края до края оживших мертвецов. Эльтран взлетел, ибо нежить окружала деревню ещё с трех сторон, а он нуждался в полном обзоре местности.

Широкими взмахами он истреблял ряды живых мертвецов одни за другими, и в скором времени не осталось ни одного ходячего трупа. Эльтран позволил себе лёгкую улыбку, которая быстро сошла с его лица, ибо заклинание вышло из-под контроля и не рассеивалось, как того требовалось.

«Неужели опять?»

Огромный сгусток праха навис над хутором, и люди затрепетали, пожалуй, даже больше, нежели во время борьбы с нежитью. То был враг осязаемый, коего можно сразить, пусть на это и ушло бы слишком много времени. Да и смерть от них пусть и ужасная, но понятная. А над ними нависло нечто новое и неведомо, что случится с ними, если заклинание начнёт их пожирать. Такова природа большинства людей – бояться нового, невиданного, малоизвестного.

Прах навис над всей деревней и стал медленно спускаться, словно желая поиздеваться над людьми и растянуть тем самым собственное удовольствие. Молодой маг попытался вновь вытянуть все Силы из заклинания, но в этот раз не сработало. Почему? Как он предположил, всё дело в том, что в этот раз слишком много, так сказать, свежей энергии от предсмертных мук людей. Ещё наставник Школы говорил, что чем раньше умерло существо – тем больше Сил с него можно получить. Эльтран приложил немало усилий, дабы на короткое время взять прах под контроль и хотя бы увести его от поселения людей. Получилось. Туча принялась пожирать всё, на что натыкалась по пути, становясь от этого только больше.

«Нужно что-то придумать»

Жуткая волшба некроманта вновь стала двигаться к деревне, и Эльтран приземлился прямо между вышедшим из-под контроля заклинанием и поселением. Вытянул обе руки вперёд в надежде хотя бы остановить надвигавшуюся смерть. Тёмная туча замедлилась и остановилась окончательно. Удерживать прах крайне тяжело. Эльтран напрягся, покраснел, из носа пошла кровь, глаза стали наливаться красным. А прах начал потихоньку, сантиметр за сантиметром, продвигаться вперёд, преодолевая заслоны Эльтрана. Некромант-самоучка приложил ещё больше усилий, одновременно с тем вбирая в себя предсмертные муки и страдания умерших от нежити людей, преобразовывая их в Силу.

«Если и это не поможет, то остаётся только смерть»

Эльтран поставил несколько магических стен, которые должны сдержать прах хотя бы на несколько секунд, чего должно хватить для нового заклинания. Руки его запылали ярко-красным огнём, и он постарался как можно скорее пустить пламя в цель, ибо его могло сильно обжечь.

Огонь моментально напал на тучу праха и стал выжигать её. Жители деревни смотрели на пляску огня с широко раскрытыми глазами. Пожалуй, они впервые видели, чтобы огонь уничтожал прах. Алое, точно кровь, пламя выжигало, изничтожало жуткое заклинание. И когда всё кончилось, Эльтрану удалось развеять Пламя Хаоса, после чего он, обессиленный, рухнул наземь и уснул.

Кругом царила столь знакомая темень, а рядом находилась хорошо знакомая сфера.

«Вернулся…»

— Здравствуй, Эльтран, – раздался голос двойника-некромант позади.

— Здравствуй. Вот мы и встретились вновь…

— Как я и говорил, – кивнул двойник.

— И что в этот раз я тут делаю?

— Ты сам являешься сюда, когда считаешь нужным. Точнее, твоё сознание делает это за тебя.

— И что же оно хочет от меня в этот раз? И почему оно делает что-то без моей воли и моего дозволения?

— А ты подумай.

— Неужели это касается тех двух заклинаний некромантии, что вышли из-под моего контроля? – человек изобразил наигранное удивление и немного скривил лицо. На самом деле он не знал, прав ли, но ничего иного в голову не приходило.

— Абсолютно верно, Эльтран.

— И что же? Что теперь? Сотворил я два заклинания о которых нигде не вычитал… потерял над ними контроль, и что с того? Я ведь всё исправил.

— Да… подумаешь, одно уничтожило всё в радиусе почти пяти километров, сделало большую брешь в стене столицы королевства Мирих, которой воспользовалась нечисть и город вскоре оказался уничтожен. А второе заклинание чуть не погубило тебя самого. И неизвестно, сумел бы кто-либо остановить его, кроме других некромантов. Если, конечно же, они бы успели вовремя.

Эльтран сжал кулаки от ярости и оскалился. Каждое слово двойника пропитано ядом и издевательством, показывая насколько жалок и ничтожен незадачливый молодой маг.

— Неужели я создал нечто такое, что даже опытные некроманты не смогли бы справиться с этим? – попытался немного возвысить себя Эльтран.

— Разумеется, нет. Ты должен понять, что чем больше живого прах поглощает, тем сильнее становится, и тогда некромантам пришлось бы очень солоно.

— И что же теперь? – прошипел сквозь зубы Эльтран.

— Думай.

— Что я должен понять из нашего разговора? Что я ещё слишком молод и слишком мало знаю, дабы пытаться творить новые заклинания? Что лучше заниматься более детальным изучением самой некромантии и хотя бы научиться шести боевым и защитным заклинаниям, и суметь оживлять мертвецов так, дабы они твёрдо стояли на ногах и не пытались потом убить меня?!

— Да, – коротко ответил двойник, совершенно спокойным голосом, чем и вывел Эльтрана из себя. Тот размахнулся и хотел ударить своего визави, да только кулак прошёл сквозь двойника, немного исказив его образ.

— Ты ответил на свой вопрос. Пора очнуться.

Копия Эльтрана стала отдаляться и погружаться во мрак вместе со светящейся сферой Сил.

Проснувшись в небольшой комнате, лёжа на кровати, Эльтран попытался встать, но не удержался на ногах и упал. Рядом с ним находилась женщина преклонного возраста, тотчас же подошла к нему и помогла подняться. Уложив молодого мага обратно в кровать, она покинула его и позвала кого-то.

Голова немного кружилась, пред глазами будто стоял туман, руки и ноги отказывались слушаться. Ему трудно даже поднять голову, дабы посмотреть на только что зашедшего в комнату мужчину.

«Как же заклинание обессилило меня»

— Спасибо, Файте, что следила за ним. Можешь пойти отдохнуть. И пусть Яро отправляется к Маркусу и доложит, что наш гость проснулся, – произнёс мужчина, стоя на пороге и лишь после этого подошёл к кровати.

— Здравствуйте, магус. Меня зовут Торон, я хотел поблагодарить вас за то, что вы спасли нашу деревню.

— Это лишнее, – уставшим голосом ответил Эльтран. Ему не хотелось ни с кем говорить или даже принимать слова благодарности. Он просто должен полежать и отдохнуть.

— Скажите мне, пожалуйста, какими судьбами занесло вас к нам? Мы видели, что вы парили в воздухе на едва заметных крыльях… Сперва мы приняли вас за хаорома, но когда вы спустились и принялись сражаться с нежитью, то мы увидели, что вы человек. Так что же привело вас сюда?

— Просто… путешествую.

— И куда же вы держите путь?

— Торон, прошу, не мучай меня вопросами. Мне сейчас не до этого…

— А… да, конечно! Простите. Может, хотите что-нибудь поесть?

— Нет.

— Кхм…, – отказ, судя по всему, несколько смутил мужчину, но он всё же принял такой ответ. – Ежели изволите что-либо, то скажите об этом Файте. Она будет рядом с вами, пока вы не поправитесь.

— Торон, а кто такой Маркус? – спросил Эльтран, ока мужчина не ушёл.

— А, так это голова деревни нашей. Он скоро придёт к вам. У него… кхм… есть кое-какие вопросы, – он вышел и закрыл за собой дверь.

«И снова придется с кем-то разговаривать и тратить своё время… Эх, не будь я обессилен, то покинул бы эту деревню, дабы не разговаривать с каким-то там главой»

Вскоре к нему и вправду пришёл другой мужчина вместе с женщиной. Как выяснилось, то его жена. Они засыпали Эльтрана словами благодарности, но увидев равнодушное лицо поняли, что ему всё равно. Что ж, исходя из ситуации, Маркус попросил жену оставить их одних.

— Как я понимаю, ты пришёл ко мне не только для благодарности, Маркус?

— Истинно так. Хотел предложить вам остаться у нас и помогать отбиваться от нежити...

— Определённо нет. я не хочу задерживаться тут. Как восстановлюсь – покину вас. И пойми одно – я сделал это не ради вас, но для себя. Я хотел посмотреть, удастся ли мне одолеть такую толпу живых мертвецов. Удалось.

— И только? Но… Магус, вы ведь спасли нас от того жуткого заклинания, кое сами же и сотворили. Думаю, будь вам всё равно на нас, то не стали бы ничего предпринимать и позволили бы ему нас уничтожить.

— Правильно думаешь. Я ведь некромант, Маркус, а нам чужды жалость и какие-либо эмоции, ибо они лишь мешают магам Смерти. Заклинание вышло из-под контроля, а посему я просто обязан был подавить его.

— Честность… Но ваша мотивация не важна. Несмотря ни на что, можете оставаться сколь заблагорассудится. Не будем говорить другим обо всём этом, ибо они прониклись к вам уважением, так как считают, что вы рисковали жизнью, дабы спасти всех нас. Пусть думают так и дальше. Людям нужна надежда, а ежели они узнают правду, то наша деревня вымрет и без всякой нежити иль нечисти. Но у меня для вас другое предложение. Вам ведь нужна практика по уничтожению живых мертвецов, я правильно понял? Что ж, я могу в этом помочь. Не особо далеко от нас есть четыре довольно крупных погоста, в которых погребено множество людей с семи хуторов и деревень окрест, включая и нашу. Можете умертвить окончательно мертвецов?

— Зачем мне это делать для вас?

— Не для нас, но для себя, – парировал Маркус. – Вы ведь сами сказали, что это отличная практика. Вдобавок, дабы вам не было обидно, мы выдадим вам чистую одежду, оружие какое только пожелаете, и немного серебряных монет, когда всё сделаете. В дорогу. Извините, с золотом у нас проблем, самим едва хватает, и уж тем более у нас нет лунной монеты…

— Что это ещё за монета такая?

— А вы не знаете? Они крайне редки, а лунными их называют потому, что их чеканят из металла, что упал с небес. Одна такая монета стоит как двадцать золотых, если не больше.

— Интересно, но мне такая монета без надобности. Сколько серебра дадите?

— Кхм… двадцать монет.

— Согласен.

— Отлично, – широко улыбнулся Маркус. – Скажите только, как вас звать?

— Дейлос, – немного поколебавшись, ответил Эльтран.

Он решил не называть настоящего имени, так как прекрасно понимал, что Демиус искал его, и скорее всего Архимаг узнает, что кто-то умертвил неупокоенных в этой области. Хотя, чего обманывать самого себя, он также узнает у местных, как выглядел их спаситель. И, тем самым, сможет понять, что здесь был именно он, Эльтран. Но мало ли других начинающих некромантов в мире? Как знать, быть может, у других некромантов расы людской имелись ученики, кои бродили по миру и практиковались в связи с внезапно хлынувшей нежитью. И даже когда Демиус узнает о том, кто явился упокоить погосты, Эльтран будет уже далеко.

— Что ж, Дейлос, о вас будут заботиться как подобает. Когда почувствуете себя достаточно окрепшим и готовым выступить на погосты – дайте знать.

— А не нападут ли на вас умертвия до моего выздоровления?

— Не думаю. Нежить нападает примерно раз в две седмицы. Весьма интересно то, что они меняются. Сначала нападает нежить, а потом нечисть всеразличная. Конечно, и те и другие – огромная проблема для нас. Атакуют разные хутора и деревни, потому мы поддерживаем своих соседей, коль им требуется помощь. Нежить убить крайне трудно, но у них нет летающих существ, аль, к примеру, огромных тварей с секирами или булавами, которые могут с лёгкостью пробить ворота.

— Нежить можно испепелить.

— Мы пытались, поверьте. Слишком долго они горят. Могут успеть убить многих наших.

— И как же вы выживаете?

— Пытаемся продержаться до восхода солнца. Нежить почему-то отступает с первыми лучами и возвращается на погосты. А нечисть… их, благо, мы убиваем. Правда как-то они чуть не прорвали стены…

— С нежитью поступайте проще: режьте их на кусочки. Достаточно отрубить руки, ноги и голову. Они не умрут, но перестанут быть проблемой.

— Дейлос, поверьте, мы так и делаем. Но пока удастся изрубить одного, мы можем потерять также одного. Нас не столь уж и много осталось, а постоянно обращаться за помощью к соседям мы тоже не можем, ибо и их не столь много.

— Почему бы не обратиться к королю непосредственно? В столице должно быть большое войско.

— В том-то вся и проблема, что на них напирает нечисть и нежить. Они окружены и сами могут пасть в любой момент. В городе пять легионов – сиречь, двадцать пять тысяч солдат – а также ещё шесть легионов распределили в главный торговый, портовый и производственный города королевства. Всем остальным остаётся уповать лишь на самих себя и местную дружину.

— Печально быть на вашем месте.

— Я бы тоже так сказал, если б не знал, что нечисть и нежить распространилась по всему миру и нападает на все расы.

— Так откуда же она появилась?

— То нам не известно. Но до меня дошли слухи, что во всём виноват человек из пророчества?

— Что-что? Из пророчества? – удивился Эльтран и решил переспросить.

— Истинно так. Вы, я думаю, слышали о нём. Человек должен стать настолько силён, что сумеет бороться даже с Богами. Только вот вместо того, чтобы стать нашей надеждой и спасением, он решил погубить всех нас. Говорят, что он изучает тёмную, жуткую магию, которой и создаёт все эти кошмары и поднимает мёртвых из могил.

— Чтобы пробудить мёртвых – нужно владеть некромантией.

— А что мешает ему изучить её? Он ведь человек из пророчества! А посему должен обладать огромным могуществом!

— И вы верите, что это всё – его рук дело?

— А кто ещё мог сотворить подобное? Архимаг точно бы не стал уничтожать собственную расу.

«Нет, это не Селестос. Он не владеет некромантией. Даже ему не удалось бы изучить ее столь глубоко за три года»

— Ежели возникнут какие-либо пожелания, Дейлос, то только скажите.

Эльтран не удостоил главу хутора прощанием, а просто опустил голову на подушку и уснул.

Спустя седмицу, полностью восстановившись, переодевшись в новые одежды, вооружившись полуторным мечом и кинжалом, Эльтран отправился на упокоение погостов. Узнав направления, он взмыл в воздух и полетел как можно быстрее, дабы поскорее со всем расправиться. Как ему сказали, днём нежить не покидала погостов.

Долетев до первого кладбища, он увидел умертвий. Их очень много, что не обрадовало молодого мага. Как он подумал тогда, разупокоенных не менее тысячи.

«Что ж, работа предстоит не лёгкая»

Некромант-самоучка завис в воздухе и стал подбирать заклинания к некоторым неупокоенным, пытаясь обратить их на свою сторону. И когда несколько десятков умертвий стали повиноваться ему, Эльтран обратил их против других живых трупов. Осознав всю бесполезность подобного манёвра, человек призвал черепа, вырвавшиеся из голов подчинённых умертвий. Черепам приходилось в буквальном смысле разрывать на кусочки оживших мертвецов, дабы обезвредить их. Увы, столь массовым заклинанием упокоения Эльтран не владел, а потому пришлось идти долгим путем.

С каждым разорванным на части умертвием – ряды летающих голов пополнялись. В таком состоянии тратить Сил на подчинение приходилось крайне мало, так что он сберегал собственную энергию. И когда черепов стало с несколько сотен, они проносились по рядам нежити, точно коса по траве.

Справился он относительно быстро. Солнце должно спрятаться за горизонтом не ранее, чем через два часа, а последний неупокоенный разорван и доставлен черепами в огромную кучу. Даже тех, кто ещё не вырвался из могил, вытащили из-под земли и свалили в ту гору, и Эльтран испепелил их Пламенем Хаоса, кое уже хорошо себя зарекомендовало. Однако – и это факт – данное заклинание отнимало у много Сил, а ведь впереди три погоста!

«Ничего, я справлюсь» — уверял себя Эльтран и правильно делал, ибо усомнись он в собственных возможностях, то точно бы не добился успеха.

Второе кладбище находилось рядом с первым. Увидь кто-либо из живых и разумных существ молодого мага Смерти, за которым тянулась вереница из сотен летающих черепов, то точно бы лишился рассудка и дара речи от увиденного.

Добравшись до нового погоста, Эльтран повторил всё то же, что и в прошлый раз. Черепа разорвали нежить на кусочки, после чего свалили их в кучу, а он испепелил её. Здесь работы существенно меньше, да к тому же теперь у него собственная армия летающих черепов.

Эльтран приземлился на крышу одного-единственного склепа и сел, дабы немного отдохнуть. Закрыв глаза, он попытался сосредоточиться и найти Силу, которой пользуются некроманты, но безуспешно. Живые трупы не испытывали боли, они не умирали в муках и не страдали, так что пытаться вычерпать Силу из них – всё равно, что пытаться зачерпнуть воды ведром с отсутствующим дном. Как только догорело Пламя и от кучи мертвецов не осталось даже пепла, черепа Эльтрана стали падать вниз, попутно обращаясь в горстки праха.

«Что ж, видимо Сила в них иссякла. А вот это может пригодиться»

Спустившись вниз и собрав прах в небольшой мешок, кой он столь предусмотрительно попросил у жителей деревни, Эльтран отправился дальше. Там он уже решил справиться иными силами. Посчитав, что тратить время на убийство посредством копья праха каждого из нежити – слишком долго, он рискнул и сразу применил Пламя Хаоса на всё кладбище. Да, это потребовало не малых Сил, но, вот ведь удача, погост попался довольно маленьким. Там всего с пять сотен захоронений, так что радиус действия Пламени большим не требовался.

Когда всё догорело, молодой маг едва держался в воздухе. На секунду он потерял контроль над крыльями и те исчезли. Не находись Эльтран всего в нескольких метрах над землей, то точно повредил бы себе ноги, а так он отделался лишь резкой болью и некоторое время прихрамывал.

«Надо немного отдохнуть. Уф… боюсь, что до последнего погоста придётся идти пешком. Так… южный, западный и северный погосты уничтожены. Остался только один… Главное – не заблудиться. Проклятье! Солнце скоро сядет и тогда нежить станет значительно агрессивней, да к тому же вновь нападёт на деревню»

По пути к последнему погосту ему попадались живые мертвецы, и с каждым разом их становилось всё больше и больше. Это означало, что они постепенно выступали к деревне. И так, не торопясь, уничтожая нежить уже по дороге, он добрался до последнего погоста. Он оказался очень похожим на первый, хотя там, как ему сказал Маркус, на сотню захоронений меньше. Однако Эльтран почувствовал, что что-то здесь не так. Чутьё подсказывало ему, что это кладбище не такое, как предыдущие. Тут словно сконцентрировалась особая Сила, которая должна… а что она должна сделать? Создать умных умертвий? Или же сделать их сильнее и быстрее? Облачить в доспехи и выдать оружие каждому? Неизвестно, но эти магические следы очень не понравились некроманту-самоучке.

Первая шеренга неупокоенных, на удивление довольно ровная, словно ими пытался кто-то командовать, волочилась навстречу единственному живому существу. Тот открыл мешок и создал два коротких (чуть короче метательных дротиков) копья, дабы ими удобно орудовать, и кинулся на умертвий первым. Каждый удар сопровождался злобным выкриком и окончательно умерщвлённым трупом. Полетели в разные стороны головы и конечности, разрубленные тела падали на землю и обращались в прах.

С десяток живых трупов окружили Эльтрана. Тот провёл короткую рассекающую атаку одним копьём и убил двоих, после чего метнул оружие в третьего. Прах пробил того насквозь и полетел еще дальше, попутно прихватив ещё пару-тройку трупов. Второе копьё он кинул в того, что стоял слева, после чего развернулся к другим, выставил руку вперёд и применил тысячу игл. Незримые потоки воздуха пробивали умертвий насквозь. Всего за несколько мгновений от дюжины живых мертвецов остались лишь кровавые ошмётки на земле. Развернувшись и быстро взмахнув рукой, Эльтран пустил волну пламени по нескольким десяткам неупокоенных.

Так продолжалось довольно длительное время, ибо Эльтрану тяжело противостоять такой армии в одиночку подобным образом. Но что ж поделать, коль взялся за работу и заявил, что справишься сам – так выкручивайся и справляйся. Сбежишь – и грош цена твоим словам и обещаниям. А пасть настолько даже в собственных глазах Эльтран не мог себе позволить. К тому же ему интересно, удастся ли одолеть армию подобным образом. Сражайся он исключительно сталью, даже окажись она особенной, против нежити, то он ни за что не справился бы. С магией намного проще.

И вот когда последний неупокоенный окончательно упокоился, Эльтран вздохнул с облегчением.

«Вот это да… Не думал, что так сильно устану. Благо Веал научил меня заклинанию выносливости, дабы я мог держаться гораздо дольше простых людей»

Эльтран не выдержал и сел на землю, пытаясь отдохнуть и отдышаться. Но непонятное чувство не покидало его. Он всё ещё ощущал чьи-то странные сети заклинаний, что витали в воздухе. Все умертвия уничтожены, и более не было никого и ничего рядом, но что-то не давало ему покоя.

«Силы у меня ещё остались. Как раз сумею долететь до деревни. И даже ещё останется немного. Денёк-другой отдохну, а потом…»

Резко раздался истошный крик, доносившийся откуда-то с погоста. Эльтран резко встал, обнажил меч и готовил заклинание. Он оглядывался по сторонам, но никого не видел. Нависла жуткая, давящая своим хладом тишина. Снова раздался крик. И не понятно, то от ярости, аль от боли, или же это некий боевой клич. Земля под ногами слегка колебалась. Не сильно, упасть от подобного невозможно, но толчки ощущались.

«Что же, сожри меня люкр, тут творится?!»

Ответ пришёл сам, а точнее бежал к единственному поистине живому существу на погосте.

«Это еще что такое?»

На Эльтрана мчалось высокое (примерно в пять метров ростом) создание, полностью сделанное из костей. В глазах пылало ярко-зелёное пламя, и точное такое же виднелось у него в груди, а от него разносились ветви к рукам и ногам.

«Костяное существо… оно… похоже на каменного голема!»

Костяной голем вновь издал свой нечеловеческий, потусторонний крик. Быть может, именно так и кричали бы живые мертвецы, коль могли бы. Пасть широко раскрылась и из нее вырвалась струя зелёного пламени, выжигая всё перед големом. До самого Эльтрана огонь не добрался, но создал перед ним пылающую стену. Она светила столь ярко, что пришлось невольно прикрыть глаза руками. Из этого огня выбежала нежить, сжала кулаки (у голема имелось пять пальцев), готовясь уже ударить по человеку, который заблаговременно взлетел вверх.

«Интересно. Весьма интересно. Похоже, что это некромантия. Но какая-то очень странная. Даже в книге наставника и в бестиарии о таких не говорилось. Костяной голем... Я даже не знаю, что с тобой делать»

Нежить остановилась и уставилась на зависшего в воздухе Эльтрана. Он вновь закричал каким-то низким басовым голосом, и изрыгнул струю пламени вверх. Эльтран почти успел увернуться. Почти, ибо зелёный огонь попал по одному эфемерному крылу, и от него не осталось и следа, словно оно было настоящим и материальным. Некромант-самоучка упал на землю, а костяной голем уже бежал на него. Человек едва успел отпрыгнуть в сторону и развернуться, дабы ударить тварь мечом, да только сломал клинок, превратив полноценное оружие в небольшой кинжал.

«Сожри меня люкр!»

Голем занёс обе руки над головой, будто бы желая вбить человека в землю. Эльтран успел отпрыгнуть в сторону, но от удара гиганта земля задрожала, и устоять на ногах не получилось.

«Что ж, посмотрим…»

Эльтран не успевал встать, дабы увернуться от вновь занесённых рук голема. Он устал, с трудом шевелил руками и желал поскорей уснуть. У него лишь один шанс, и он искренне надеялся, что всё получится так, как подобало. Несколькими движениями руки он создал весьма крупное копье праха и пустил его в голема. Оно пробило грудь гиганта именно в том месте, где располагалась большая концентрация зелёного огня. Эльтран надеялся, что оно заменяло нежити сердце, а следовательно, коль его уничтожить, то и сам голем должен погибнуть. Существо застыло на месте с занесенной рукой. Его будто бы парализовало, как от той непонятной слизи-пыли люкров. Зелёное пламя немного трепыхалось внутри него, но вскоре погасло. Конечности и голова более не поддерживались эдаким замысловатым заклинанием и тварь с грохотом рухнула на землю, превратившись в груду костей.

«Весьма… интересно…»

Эльтран с трудом встал, ибо потратил немало физических и магических сил, и теперь оставалось только надеяться, что оставшейся энергии хватит, дабы долететь до деревни.

***

— Что я могу сказать. Селестоса мы так и не обнаружили, но в остальном всё идёт весьма неплохо.

— Совершенно верно, старший брат Эллариэль, – как один произнесли остальные.

— Только меня смущает этот человек… этот мальчик, что уничтожил четыре погоста в людском королевстве. Сильный маг.

— Прошу прощения, Эллариэль, но он некромант. Так что не столь уж и удивительно, что…

— А призывать Пламя Хаоса могут многие некроманты? – сурово спросил старший из Богов, и Чейрос немного попятился, заволновался, ибо выдержать такой взгляд старшего – крайне тяжело. Да, со стороны могло показаться, что Эллариэль чаще слушался остальных, нежели сам принимал решения, но это не так. Старший брат очень умён. А то, что, по сути, не редко всё решали одиннадцать других Богов – лишь с разрешения самого Эллариэля, ибо, как полагали остальные, он решил немного отдохнуть после своего восстания (которое куда правильней назвать предательством, ибо напали нынешние Боги внезапно и били в спину). Но – и это знали все – если старший брат разозлится, то в гневе своём он мог испепелить с десяток миров, которые столь неудачно подвернули под его горящую руку. Ярость, что дремала внутри него, столь велика и неистова, что сам Эллариэль не жаждал выпускать её, иначе тогда неведомо даже ему, что могло случиться.

— Ничего страшного, высокоуважаемый старший брат, – тотчас же подхватил Маэль. – Приглянись к нему хорошенько, и ты увидишь, что в нём нет ничего особенного. Это лишь очередной маг. Да, он силён для своих лет, но разве мало таких?

— Твоя правда, брат. Оставим его, ибо он нам не интересен. Итак, пока что нечисть и нежить справляется со своими обязанностями. Одно людское королевство уничтожено, небольшая пещера гномов в Драконьих Клыках очищена, одно из трёх поселений сцерров, три летающие крепости хаоромов – но острова Кровавого Крыла сумели отбиться от сильного напора нечисти – и два поселения троллей и орков уничтожены. В скором времени мы выпустим подводную нечисть, дабы та разобралась с амедеями. Но пока что сложнее всего нашим выкормышам приходится с саалитами. Особенно легко они расправляются с нежитью благодаря некромантии.

— Всё идёт как должно, так ведь, Эллариэль?

— Совершенно верно, Айэла. Саалиты в мире Тертернириэль показали в данный момент себя наиболее сильными и приспособленными. Однако ещё рано что-либо говорить. В этом мире мы отзовём нечисть и нежить только после того, как погибнет Селестос! Кстати, Чейрос, он уже признан общим врагом?

— Так точно, старший брат. Почти все в мире знают, как выглядит «тот, кто повинен в этих кошмарах», – процитировал он людей, и на лице его заиграл смешок. – Так что покажись Селестос где-либо – его тотчас же увидят и попытаются убить. Знай мы точно, где он, то можно было бы всё проделать так, дабы все расы объединили свои войска и напали на него, но увы…

— Ничего страшного, он ещё себя проявит. Не устоит перед соблазном попрактиковаться и покрасоваться новыми заклинаниями. Как обстоят дела в других мирах?

— Мало что изменилось. Катарион из Ульбо всё ещё держится и оказывает большую помощь всем, стоит увидеть ему нуждающихся. Явр из…

— Чейрос, меня они не интересуют. Доложи, что творится в мирах, а не с «людьми из пророчеств».

— Как скажешь, брат. В мире Ульба всё без изменений. Все расы ещё живы, но люди изрядно потрёпаны. Если так пойдёт и дальше, то в течение пяти местных лет они будут уничтожены. В Царисе раса гномов пала под мощным натиском нечисти. Они собрались все до единого в пещере Кра-мара и были втоптаны в грязь. В Якрейне никаких изменений. В Юджоле оказались уничтожены расы мельтов и кэртов. Фхакрос страдает от затянувшейся вот уже на двадцать лет жары. Множество рек иссохли, а потому дать достойный отпор нечисти и нежити они не в состоянии. Половина всех рас уже уничтожена. Благо в этом пустынном мире нет эльфов. Полагаю, именно потому он в подобном упадке. В Гринтро уничтожена только раса фемов. Что же до остальных миров, то лишь в тысяче трёхстах двадцати двух уничтожено хотя бы по одной расе полностью, в остальных же некоторые на грани вымирания, но ещё держатся. Однако стоит отметить лишь два мира – Цаезроргос и Туильма, ибо в них отбили все атаки нежити и нечисти. Лишь в этих двух мирах все жители догадались объединиться, дабы дать отпор внезапно грянувшим чудовищам. И, хочу заметить, что это случилось менее чем за две седмицы, уважаемый Эллариэль. Коль так пойдёт и дальше, то даже посчитай мы необходимым избавить от некоторых рас, в этих мирах предлагаю их сохранить, ибо они поистине едины и мудры.

— Рано ещё говорить о подобном, Чейрос. В каждом мире должно пройти ещё несколько местных лет, дабы мы смогли что-либо решить. Кроме мира, где живёт Селестос, разумеется. Что ж, благодарю тебя за довольно исчерпывающий доклад. На сим закончим!

Глава X. Воздаяние

Солнце не успело показаться на горизонте, как один из сторожевых постучал в дверь дома главы деревни. Маркус сонным, но одновременно с этим и достаточно суровым взглядом посмотрел на стоявшего у порога не молодого стража.

— Прощения прошу, но там это… похоже вновь твари…

— Что? – едва разборчиво спросил Маркус.

Стражник пытался что-то объяснить, но получалось у него весьма скверно.

— Да что же там, порази тебя кровавый понос, творится?! – не выдержал Маркус. Стражник попросил главу следовать за ним. Видимо, случилось нечто совершенно невероятное, коль воин не смог даже объясниться.

Поднявшись на стену в ночных одеждах, Маркус увидел, что к ним что-то, а может кто-то, летел.

— Кретины! Это же Дейлос! – радостно воскликнул Маркус.

— А ежели не он, а, глава?

— Кто же ещё это может быть? Вы ведь все видели, что магус Дейлос умеет летать, подобно птице. Это он, я уверен!

Некромант-самоучка парил не очень-то и высоко, то и дело постоянно на секунду падая и вновь выравниваясь. И вот в пятидесяти саженях от хутора он рухнул и немного прокатился по земле. Глава приказал пятерым стражникам побежать к нему, дабы помочь. Те мялись на месте некоторое время и боялись выйти за стену, но Маркус всего разок гаркнул на них, подобно былому вояке, пригрозил объявить их предателями и вышвырнуть вон из деревни. Как ни странно, но это подействовало. Вооружённые мужи подошли к спокойно лежащему телу, осторожно подняли и в деревню.

Очнувшись всё в том же доме, Эльтран, едва увидев лицо Маркуса, принялся мысленно его проклинать, ибо не хотел ни о чем говорить, но желал лишь погрузиться в сон и восстановить Силы.

— Здравствуйте, Дейлос. Наконец-то вы очнулись.

— Долго я…, – Эльтрану тяжело выговаривать слова. Всё тело болело, физических и магических сил почти не осталось.

— Весь день, – ответил глава деревни на так и не заданный до конца вопрос. – Прощения прошу, магус, но не соизволите ли поведать, что случилось на погостах?

Пока Эльтран говорил, Маркус сидел и с удивлением смотрел на него, а услыхав про костяного голема так и вовсе потерял дар речи и лишь хлопал глазками, не зная, что и сказать.

— Что ж, – после долгого молчания начал он, – благодарю вас, магус Дейлос. Вы оказали нам огромную услугу. Вот ваша плата, – глава достал мешочек, который весьма характерно звенел. – Скажите же мне, пожалуйста, куда собираетесь направиться?

— Кхм… не знаю. Мне… нужны разбойники… кои величают себя… «Иллитиалы».

— А-а-а… знаю таких. Как-то они наведывались к нам.

— Знаешь? – Эльтран резко изменился в лице. – Знаешь, где они? – это зацепка! Маркус мог подать один конец верёвки, а Эльтран, идя по ней, мог добраться до конца – прямо к разбойникам.

— Увы, но нет, – нить словно начала рваться волокнами. – Но знаю, где вам могут дать ответ. Столица нашего королевства – Зетро. Там точно будет знающий человек в торговом квартале.

— Отлично! Где столица?

— Кхм… видите ли, Дейлос, на них постоянно нападает нежить и нечисть. Я не уверен, что они примут кого-либо... И я не могу быть уверенным в том, что вам вообще удастся подобраться к стенам города, минуя толпы нежити и нечисти.

— Я смогу залететь.

— Коль явитесь таким образом – вас могут счесть за врага.

— Мне нужно лишь узнать, где искать разбойников. Остальное меня не интересует.

— Но ежели вас объявят врагом, то придётся сражаться против людей! Вы сможете убить десятки тысяч воинов?

— Ещё не пробовал.

— Можно поступить иначе. Я напишу письмо, в котором укажу, что вы – мастер по истреблению нежити.

— В этом нет нужды, – махнул рукой Эльтран.

— Но дело ещё вот в чём. Коль укажу, что вы некромант, то вас могут попросить защитить город. Вас впустят внутрь и примут, понимаете?

— Я не выполняю чужих приказов! – огрызнулся Эльтран.

— Это я уже понял, но вы сможете потребовать с них плату. Золота они дадут не мало. Вдобавок сумеете узнать, где ваши разбойники. Не воспринимайте это как приказ. Считайте, что вас попросили оказать услугу, а взамен вам заплатят.

«А может и вправду поступить так? В конце концов очередная практика будет не лишней. К тому же у столицы, чувствую, будут тысячи умертвий! И получу информацию о разбойниках. В конце-то концов авось узнаю про них пораньше и тогда просто покину столицу»

— Пиши письмо, – коротко бросил Эльтран и уснул.

В этот раз понадобилось куда больше времени на восстановление, нежели раньше. Лишь спустя две недели он окончательно пришёл в себя и был готов покинуть деревню. Маркус не обманул и действительно дал Эльтрану мешочек с деньгами, а также письмо. Помимо этого, Эльтран попросил одноручный меч и новые одежды, а также коня, чем немало удивил деревенского главу. А молодой маг просто не хотел тратить Силы на перелёт, ибо, коль верить словам Маркуса, город должны осаждать тысячи умертвий. Против такой армии понадобится каждая капля Силы.

Башни столицы показались спустя почти целую седмицу. Эльтран сразу же увидел толпы живых мертвецов. Как и предполагалось, по пути ему несколько раз встретилась нечисть, а также один раз он наткнулся на разбойников, коих, видимо, не особо беспокоило творившееся вокруг. Нечисть, нежить и все прочее не волновало их, ибо пока есть с кого вымогать деньги – они не остановятся, даже если мир начнёт рушиться. Собственно, разве орды жутких существ нельзя назвать разрушением мира? Эльтран не стал предупреждать их и сразу приступил к убийствам. Классика Четырёх Стихий и почти все разбойники мертвы, а оставшиеся в живых подверглись допросу. Эльтран надеялся, что хоть кто-то из них да знал, где находились «Иллитиалы», но, увы, всё тщетно. Собрав Силу предсмертных мук, он сохранил их в глубине собственной сущности и берег. Однако вскоре к ним пришлось прибегнуть, ибо на него напал большой отряд нечисти. Средь них имелись твари и с щупальцами, и великаны в семь-десять метров ростом, существа с длинными когтями, коими они потрошили жертвы, огромные летающие головы с несколькими щупальцами на концах которых находились глаза, уже известные скаты, летучие мыши, мантикора, гиппогриф, странная серая субстанция, бугай.

Разобравшись с нечистью, Эльтран решил не идти дальше по тракту и поднялся на холм, дабы хорошенько осмотреться. Город окружён большой серой массой оживших мертвецов. Нечисть ежели и была там, то очень малым числом. Тысячи с трудом передвигавшихся наполовину загнивших тел бродили подле стен и пытались пробить массивную каменную преграду, дабы ворваться в град и разорвать людей на кусочки.

«Что ж… это действительно интересно. Чувствую, что работы предстоит много»

Привязав жеребца к дереву и забрав из походного мешка все необходимые ему вещи, Эльтран размышлял. Он принялся чертить кинжалом магическую конструкцию. Ничего замысловатого, но при грамотном использовании этого могло хватить.

Закончив знак, Эльтран пришел к выводу, что этого недостаточно и принялся выписывать вокруг некромантские руны. «Роен тейл ан арах сше Анатиял», что можно дословно перевести как «да обратит в прах их Смерть». Руны засияли тёмно-золотым светом, но даже этого не хватило бы на всю нежить. Пришлось нарисовать ещё пять рисунков, да так, что первый оказался в самом центре, а остальные Эльтран соединил меж собой линиями, образовав классическую пентаграмму. И вокруг неё пришлось вычертить очередные руны. «Ахн сумо э хио моррет ту майхне сше Тхаро пеш мерр» – «я взываю к магий погибших, дабы использовать их Силу для себя». Казалось бы, ничего особенного и высокопарного, но на самом деле, как только Эльтран закончил чертить руны, они тотчас же вспыхнули тёмно-золотым и стали работать как надобно. Земля, трава, деревья, камни – всё, что находилось вокруг, помнили убитых по близости, и всё впитало в себя их страдания и предсмертные муки. Эльтран узнал об этом из книги наставника, но на понимание ушло куда больше времени. Это лишь звучало легко, а на деле провернуть подобное весьма затруднительно. Сила предсмертных мук накапливалась в магическом чертеже Эльтрана, но он столкнулся с некоторыми трудностями.

«Всё равно не хватает… неведомо, как давно тут погибали существа и достаточно ли сильна память о них. Увы, придется поступить иначе...»

Отвязав коня, он вернулся к пентаграмме, но более не заходил внутрь. Надо забрать из нее Силы и направить на нежить, дабы уничтожить не меньше половины одним заклинанием. Быстрым и коротким взмахом, Эльтран перерезал горло коню так, дабы тот пролил несколько капель крови на созданную конструкцию и не погиб сразу, ведь, чтобы усилить готовящееся заклинание, животное должно мучиться и страдать перед смертью.

«Прости меня» – Эльтрану в самом деле жаль несчастное существо, которое ни в чём не виновато. Но иного пути он не видел. Как говорил наставник в Школе Магии: «Некроманты не должны испытывать жалости, или даже жалея кого-то, свою работу надо выполнить».

Конь задёргался, брыкался, вставал на дыбы, метался из стороны в сторону, но Эльтран направлял его заклинанием подальше от пентаграммы, иначе, если хоть одна из нарисованных линий прервётся, то и вся работа пойдет насмарку. А ведь времени ушло не мало, да к тому же вторую лошадь аль какое-либо иное животное в лесу будет не так уж и просто найти. Нежить-то однозначно распугала их, и те убежали на невесть сколько лиг.

Жеребец рухнул неподалеку от магического рисунка и более не шевелился. Пентаграмма засияла ещё сильнее и вскоре сияние обратилось в небольшие языки золотого пламени. Теперь Эльтран не рисковал переступать черту, ибо не знал останется ли он после этого в живых. Хоть в книгах ничего про гибель заклинателя и не говорилось, но испытывать судьбу не хотелось.

«Удивительно всё-таки, как всё может измениться лишь от одной свежей смерти»

Самоучка схватил магические нити заклинания и стал направлять их. Эльтран умел учиться на собственных ошибках, а потому не стал ждать, когда знак наберёт слишком много Сил, ибо боялся, что впоследствии волшба выйдет из-под контроля, как это уже случалось с прахом.

Незримые нити двигались к нежити и пронзали умертвий насквозь. Он старался не оставить ни одного разупокоенного. И когда заклинание себя исчерпало, Эльтран резко дёрнул рукой, задействовав магические нити. Стражники города пребывали в великом изумлении, когда неупокоенные ни с того ни с сего стали обращаться в прах. Один за другим умертвия погибали, но на всех это не подействовало. Точнее, лишь чуть меньше половины из живых мертвецов обратились в прах, а остальные попадали мёртвым грузом на землю и более не поднимались. На ногах остались стоять лишь с десяток живых мертвецов, но, благо, с ними защитники града сумели справиться и сами.

Пентаграмма погасла, а Эльтран вытер обильно льющийся пот со лба. Казалось бы, что ничего столь особенного не применено, дабы пот лил ручьём, но это лишь иллюзия. На самом деле Эльтран чувствовал себя очень и очень уставшим. Даже несмотря на то, что заклинание не использовало его собственных Сил. Увы, но таковы правила, относящиеся к некромантам: как только начинаешь прибегать к столь масштабным заклинаниям, то волшба волей-неволей высасывает твои Силы, дабы некромант мог направлять заклинание и применить его как должно. Эльтран ещё не столь силен, дабы применить такую магию, почти не потратив собственной энергии. Несмотря на всё, он безумно доволен и горд собой. Всё сработало даже лучше, нежели он ожидал. И ведь подобному заклинанию не обучали в Школе Магии, а наставник мог лишь догадываться, что такое вообще возможно. Конечно, ведь тот не покидал стен Энефера, и, думалось молодому некроманту-самоучке, даже у наставника меньше практики, нежели уже у него.

Стража, разумеется, насторожилась, стоило им увидеть Эльтрана. Тот же спокойно подошёл к воротам и буквально приказал:

— Впустите!

— Кто таков?

— Тот, кто только что вас спас! – огрызнулся молодой маг. Удивительно, но этого вполне хватило.

Эльтрана удивило то, что стражники стали отдавать ему честь, стоило к ним приблизиться. Защитники города поочередно били себя кулаком в грудь, тем самым благодаря спасителя. И как только ворота позади Эльтрана закрылись, к нему подошёл мужчина в латных доспехах с крупным серебряным правым наплечником.

— Приветствую вас, – отдал честь и он. — Позвольте поблагодарить вас от имени за то, что избавили нас от нежити. Я – капитан стражи южных врат города.

«И его нисколько не смутило, что я не похож на столетнего мага?»

— Благодарности меня не интересуют. Отведите меня в гостиницу. Я долго был в пути и устал. Хочу поесть и отдохнуть.

— Конечно, магистр! Прошу прощения, но как вас зовут?

«Магистр? Дожили…»

— Звать меня Дейлос и я не магистр, так что не надо меня так величать.

— По званию, быть может, и нет, но для меня вы – магистр, ибо за раз уничтожили армию живых мертвецов!

— Хорошо, люкр с тобой, – отмахнулся маг. – Отведи меня в гостиницу.

Капитан стражи лично провёл Эльтрана в жилой квартал и приказал владельцу поселить гостя в лучшей комнате и ни в чём ему не отказывать. Владелец же, узнав, что капитан привел не абы кого, а спасителя города, тотчас же принялся буквально плясать вокруг Эльтрана, сдувая с него пылинки. Страж, коего звали Яир, лично провёл спасителя града к комнате.

— Надеюсь, вас устраивает, магистр? Если что – только скажите! Сразу же разберусь.

— Всё хорошо, капитан, благодарю. Скажи владельцу, что я хочу есть. Пусть подадут мне мяса. Много мяса и вина.

— Сделаю, магистр Дейлос. Мне ещё надо доложить Его Величеству о случившемся…

— Ах да! Вот еще что, – Эльтран полез в сумку и достал небольшой свёрток. – Передай это письмо королю.

— Как скажете, магистр, – в очередной раз поклонился капитан и оставил молодого мага в одиночестве.

«Интересно. Делает всё, что я ему скажу, словно я легат»

Плотно поев, Эльтран развалился на кровати и уснул. Быть в пути почти неделю и сотворить заклинание такого уровня – не столь уж и просто. Теперь надобно хорошо отдохнуть и приготовиться к грядущему… чему именно? А не важно. Что бы ни случилось, он будет готов. Но как же забавно, что к нему обращались столь высоко. Магистр. Далеко не все наставники в Школе являлись магистрами, а его стали величать подобным образом. Приятно.

«Но странно, что меня так легко впустили. Даже не потребовали, дабы я доказал им, что являюсь некромантом. Неужели они столь наивны?»

На следующий день к Эльтрану вновь явился капитан стражи южных врат.

— Приветствую вас, магистр Дейлос! Надеюсь, я не побеспокоил вас?

— Нет, Яир.

— Его Величество прочитал письмо, что вы передали, а также очень подробно выслушал мой доклад. Король благодарит вас от имени всего королевства за спасение и желает вознаградить. Сто золотых монет, любое оружие из арсеналов, любые одежды, и любой скакун в вашем распоряжении. Можете выбирать, коль надобно, магистр.

— Благодарю его величество за столь высокую оценку моих возможностей, но меня это все не интересует. Капитан, я хочу узнать, где находятся разбойники «Иллитиалы». Поспрашивайте кого-нибудь в торговом квартале. Мне это важнее всего! Их эмблема – переплетающиеся змеи, устремленные головами вверх.

— Кхм… странная цена за спасение города, но, коль вам так надобно, то сегодня же получите ответ, магистр! Уж я-то постараюсь.

Капитан сдержал слово и ближе к вечеру сказал, что «Иллитиалы» не столь уж и далеко от них. Столица королевства располагалась на северо-западе, на юге же, сразу за границей, находились остатки от бывшего королевства людей, что звалось Уэрос. Оно уничтожено много столетий назад хаоромами, и, коль верить капитану, то именно с тех земель крылатая раса стала создавать летающие острова-крепости. Один купец, зашедший в город четыре дня назад, до того, как их окружила нежить, столкнулся с двумя разбойниками. Он не знал, как те звались, но сумел разглядеть эмблему, описанную Эльтраном. И когда купец хотел воспротивиться разбойникам и дал отпор, от чего и лишился одной руки, один из них, усмехаясь, сказал, что, ежели тому захочется вернуть себе вещи, то пусть приходит в уничтоженное хаоромами королевство.

«Превосходно! Просто прелестно!» – Эльтран поблагодарил Яира и решил прогуляться по городу.

Люди ему показались весьма мрачными и нервными, что не удивительно. Большинство из них худые, голодные, бледные. Однако стражники столь уважительно его встретили. А молва о «спасителе города» давно разнеслась по всем улицам, и каждый знал, как выглядел магистр некромантии. На него засматривались, глядели с восхищением, а некоторые даже со страхом.

«Не повезло им всё-таки. Целая армия неупокоенных напала на них, и я это застал. А сколько было уже отбито таких атак? Как сказал капитан, два легиона полностью уничтожены. Десять тысяч солдат… за полгода. Конечно, очень даже неплохо, но за последний месяц количество нападений увеличилось, да и теперь нападают настоящими армиями! Что ж, теперь я знаю, куда мне надо отправляться, так что…»

— Простите, милсдарь, – перебила размышления Эльтрана какая-то женщина. Худощавая, быть может, от силы лет на десять старше самого некроманта, в старой поношенной одежде, и с измождённым лицом. Рядом с ней, держа её за руку, стояла маленькая девочка лет пяти-шести. – Это вы тот, кто спас нас от армии живых мертвецов вчера? - голосок у нее слабый, ибо женщина измучена.

«Неужели попросит денег или еды?»

— Да, это я, – несколько холодно ответил Эльтран, не понимая, что ей надо. – Вы что-то хотели? – вместо ответа женщина опустилась на колени, приложила лоб к ноге молодого мага и тем самым ввела того в ступор.

— Благодарю вас, магус, благодарю, – она приподняла голову, и Эльтран увидел, что глаза её полны слёз. – Вы спасли нас от армии, которую неведомо смогли бы мы отбить, аль нет. Вы подарили нам всем надежду. Вы спасли меня и мою маленькую дочку, и миллион людей. Я вас никогда не забуду, и девочка не забудет. Я буду рассказывать ей о том, как вы заступились за всех нас. Спасибо вам, – она вновь приложила голову к ноге. – Благодаря вам все вновь поверили, что у нас есть надежда выжить. Они этого не показывают, ибо отвыкли благодарить тех, кто этого достоин. Мы уже несколько месяцев живём в великом страхе... Из-за этих ужасов за стеной я потеряла мужа...

Хоть и обучали в Школе тому, что некромант должен быть подобен камню и не чувствовать ничего, но что-то очень тёплое загорелось в груди Эльтрана. Он не понимал, что это… но ему стало приятно. Его благодарили. Искренне, от всей души и сердца. И, увидев женщину с ребёнком, другие последовали её примеру. Люди один за другим подходили к Эльтрану и опускались то на одно колено, то на оба колена и прижимали головы к земле. Даже проходившие мимо стражники останавливались, дабы отдать честь, и стояли на месте, не уходили.

— Встаньте... прошу, встаньте! – произнес Эльтран, стараясь придать голосу холода, но получалось не очень-то уверено. – Вы все, встаньте! Не нужно..., – он не мог подобрать слов. Он растерялся, не знал, как себя вести в подобной ситуации. Он даже подумал, что лучше бы вышел сразиться с целым легионом живых мертвецов, используя лишь копьё праха. И вместо того, чтобы договорить, Эльтран очень осторожно и мягко положил руку ей на голову, после чего поспешил вернуться в гостиницу.

«Меня… поблагодарили… искренне. Я… это почувствовал. Впервые ощутил себя нужным для кого-то… Подожди! Что за сопли разводишь, Эльтран?! Ты некромант! Ты не должен ощущать ничего и не должен жалеть других! У тебя есть цель, которую надо достичь. Ты знаешь место, пусть и не слишком точное, но знаешь. Так чего же ты стоишь под впечатлением от какой-то плаксивой девки с ребёнком?! Собирайся и уходи»

Перед входом в гостиницу его уже ждал капитан Яир.

— Приветствую, магистр! – отдал честь не молодой уже вояка. – Прощения прошу, но у нас к вам огромная просьба…

— Не интересует, – небрежно перебил его Эльтран, зайдя в гостиницу. – Я покидаю город немедленно.

— Что? – удивился капитан.

— Что слышал, Яир! Я узнал, где находятся «Иллитиалы», более мне тут делать нечего, – Эльтран чуть не выбил дверь от комнаты и принялся в спешке собираться.

— Но… мы надеялись…

— Думаете, коль я спас вас разок, то теперь останусь в городе и буду всё время помогать отбиваться? – сурово бросил Эльтран. – Ошибаетесь. У меня полно собственных дел, которые не приемлют отлагательств! Я собираюсь и ухожу.

— Кхм… прощения прошу вновь, но… вы нужны нам сейчас, магистр! – почти умоляюще заговорил Яир. – Разведчики доложили, что огромная армия нечисти и нежити надвигается на нас! Они не ведают усталости, а потому через два дня будут у стен города! Их в разы больше, нежели было вчера. Мы не справимся без вас…

— У вас ведь есть маги, так?

— Да, но…

— Вот и отлично! Коль они не совсем безмозглые и наделены хоть толикой таланта, то придумают что-нибудь. А теперь прочь с дороги!

Капитан стражи немного помялся, и вроде как собирался возразить, но в итоге одумался и отошёл в сторону. Эльтран вышел из гостиницы и применил крылья ветра. Улетая, он, по старой уже привычке, не оглядывался назад, и не видел, как множество людей смотрели ему в след и плакали, ибо понимали, что в скором времени они все умрут.

***

Сотни летающих скатов летели на небесный остров, а вместе с ними несколько химер, два десятка гиппогрифов, тысячи жуков и летучих мышей. Крепость окружена, но хаоромы не думали отступать и отдаваться без боя на съедение тварям.

Сотня белокрылых летела и истребляла нечисть всеми возможными. Рассечённые трупы скатов падали на землю, гиппогрифы с проткнутыми телами от стрел Воздуха присоединялись к ним. Удалось даже убить одну химеру, а также пару сотен жуков и летучих мышей. Но из ста хаоромов в живых осталось лишь две дюжины. Кровавое Крыло находился в башне вместе с Дейлом, и они наблюдали за битвой. Вождь крылатых пребывал в бешенстве.

«Столько потерь! Столько потерь! Паршивая нечисть! Ничтожные Боги! А то, что именно они наслали эти тварей на наш мир – у меня нет даже тени сомнения. Нечисти негде было развиваться и уж тем более им не удалось бы стать столь многочисленными за короткий срок! На такие орды нужно столетие, если не больше. Даже люкров не столь много, хоть их почти не трогают. Но ничего… я отомщу. Пусть только Селестос попадет в мои руки и тогда, Боги, вы падёте! Я сделаю всё, что в моих силах, дабы вас не стало. Мне плевать какова окажется цена. Надо ли будет убить все племена хаоромов в моём мире и множестве других – я пойду на это, лишь бы вас более не стало! Я готов сделать такой шаг, дабы грядущие поколения не познали вашего гнёта и тирании. Клянусь пред всеми Ветрами, что вы падёте от моей руки!»

— Дейл, оставайся тут и старайся разобрать, какими заклинаниями были сотворены эти существа.

Первый учитель Эльтрана коротко кивнул, а Кровавое Крыло коротким движением выбил окно и вылетел наружу, дабы присоединиться к битве. Конечно, в крепости гораздо больше крылатых, нежели одна сотня, но вождь не хотел рисковать всеми, а потому послал в бой самых молодых, чтобы те применили теорию на практике и закалились в бою. Разумеется – и это весьма очевидно – кроме этого ему не хотелось терять бывалых воинов племени, ибо они могли пригодиться для куда более страшной битвы в будущем.

Увидев, что сам вождь вылетел на бой, оставшиеся в живых молодые хаоромы воодушевились и с боевыми криками кинулись на нечисть вновь. Кровавое Крыло достал два одноручных меча, которые чуть длиннее обычного, слегка изогнутыми клинками, узкое у самой гарды, оно постепенно расширялось и разделялось посередине на два отдельных лезвия. Оружие выглядело необычно, и его изготовили специально для вождя.

Пролетая мимо тварей, Хаоран разрубал нечисть клинками. Очередной взмах меча, усиленного магией, и рассекающая воздушная волна пронеслась дальше по тварям, срубив даже одну химеру.

Довольно быстро оружие стало тёмно-серым от крови тварей, которая к тому же очень густая и больше походила на слизь. Одним резким взмахом, Хаоран очистил мечи и вложил их в ножны. Вождь принялся размахивать руками, творя подряд множество заклинаний. Одних существ рассекало незримыми волнами, других протыкали тысячи игл, третьих сносило раздирающими потоками, иных же расплющивало прямо в воздухе (это несколько иная форма длани Ветра; вождь сконцентрировал заклинание, создав две огромные ладони, которые как раз и давили тварей). Нечисть сталкивалась друг с другом, их раздирали неистовые потоки Ветра, пронзали тысячи тысяч игл, концентрации Воздуха пробивали их тела насквозь и даже химеры не могли противостоять силе Кровавого Крыла.

Когда не осталось ни одной твари, Хаоран с великой яростью в глазах осмотрел всё. Вся земля под ним усеяна мёртвыми телами нечисти и почти сотней хаоромов. Лишь семеро молодых воинов племени остались в живых в итоге и видно, что им тяжело держаться в воздухе. Один из них всё же не выдержал, его крылья обмякли, и камнем пал вниз.

«Никчёмный» – коротко и гневно подумал Кровавое Крыло.

— Возвращайтесь в крепость! – приказал он оставшимся, и те без колебания выполнили его приказ.

«Боги, это всё, что вы можете?! Тысячи никчемных тварей, не умеющих сражаться? Коль это так, то вы куда слабее, нежели я думал о вас»

Пронзительный низкий звук, повторяющийся и при этом довольно мелодичный, чем-то похожий на пение китов. Хаоран почувствовал мощные колебания Воздуха и это всё ему не нравилось. Постепенно звуки становились всё громче и в конце переросли в один сильный выкрик. Мощная воздушная волна пронеслась по округе, сгибая даже могучие деревья, а сам воздух задрожал, расплылся, как если бы Хаоран смотрел на водную гладь, либо глядел на искажающие испарения над костром.

«Это ещё что такое?»

Там, вдали, густой серый туман окутал собою всё и из него стали появляться новые орды летающих тварей. Они, точно обезумевшие, неслись к летающему острову, словно хотели снести его одним ударом.

«Их как будто что-то вдохновило или же придало им сил»

Тысячи скатов, сотни гиппогрифов и химер, десяток тысяч огромных летучих мышей вкупе со змеями, множество странной летающей серой субстанции, а потом… в тумане показался силуэт огромных, исполинских размеров. Казалось, что по размерам оно как один из небольших летающих островов хаоромов. Хаоран понимал, что по сравнению с надвигавшейся напастью, все новые орды тварей – ничто.

«Уберегите нас Ветры, это ещё что за тварь?!»

***

Эльтран летел к уже не существовавшему королевству Уэрос в надежде, что «Иллитиалы» не покинули его. Он пробыл в пути от силы полдня, но увидел вдалеке шевелящуюся серую массу нечисти и нежити. Их слишком много.

«Пять полных легионов города не сумеют отбиться… Их сметут серой волной. Даже если все маги столицы встанут на защиту града и жители от мала до велика, кои в состоянии держать оружие… продержатся в лучшем случае одну седмицу. Что ж, не повезло, увы»

Молодой маг летел всё дальше и дальше, отчетливо представляя, как рано или поздно, но бугаи разрушат ворота города вместе с великанами, как летающие твари будут постепенно избавляться от стражников, как серая волна прорвется через брешь врат и сровняет город с землей. А ещё он видел, как та женщина с дочкой зажались в угол комнаты, в жалкой надежде, что нечисть и нежить минует их стороной. Как мать душит собственного ребенка, ибо она не желала, чтобы та умерла в мучениях от пожирающего её разупокоенного иль какой-либо иной твари. Видел, как несуразное существо подходило к плачущей женщине, смотревшей на ребенка, которого собственноручно лишила жизни, а губы её прошептали: «Мы надеялись на тебя».

Эльтран тряхнул головой, стараясь отогнать дурные мысли и образы. В конце концов, не его это дело. Он узнал, где «Иллитиалы», перед этим спас город, так что всё честно. Услуга за услугу. Но, коль всё столь прекрасно, то почему перед глазами постоянно возникал образ той женщины и её дочки? Почему их лица преследовали его, не давали ему покоя? И почему он столь много думал о них? Неужели великая стена, за которой Эльтран скрывал свои чувства и эмоции – кроме резких вспышек гнева – дала трещину, постепенно разраставшуюся под напором?

— Чтоб весь мир захлебнулся в крови..., – злобно прошипел он.

Столица королевства пыталась укрепиться как только это возможно. Они выволокли на площади города несколько катапульт, а на стены выставили баллисты. Все мастерские работали почти без отдыха. Делались новые стрелы для лучников, болты для арбалетчиков, пока они располагали временем – поставлялись запасы камней для катапульт. Легаты отдавали распоряжения легионам, для обороняющихся готовили специальные запасы провизии, солдаты натачивали оружие и старались обучить владению мечом тех, кто впервые взял его в руки, сиречь простых граждан города, коих позвали на защиту.

В городе жизнь не прерывалась ни на секунду. Все метались из стороны в сторону, дабы успеть сделать каждый своё дело, а легаты без устали гоняли солдат и обучали жителей града. Командир Яир всё так же стоял на посту и следил, дабы его часть стены была полностью готова к встрече с жуткими тварями.

— Командир! – раздалось с одной из башен. – К нам кто-то летит!

— Что? Сколько их?

— Всего один, капитан.

— Лучники и арбалетчики, гото-овьсь! Стрелять по моей команде!

Разумеется, Яир не знал, да и не мог знать, что к ним летел Эльтран. Он решил вернуться в обреченный город, дабы помочь его отбить. В конце-то концов он все-таки некромант, пусть и самоучка, но он мог справиться один с армией нежити, как уже было продемонстрировано. Да, в этот раз на город шла орда в десятки тысяч… Зато какая практика! Ему должна помочь армия города, так что пусть и смутные, но шансы имелись.

«О, Творец, что же я делаю? Вместо того чтобы лететь к разбойникам, я повернул назад, ускорился за счёт магии, дабы опередить тварей и подготовить город к обороне… Никудышный из меня некромант. Всего лишь разок искренне поблагодарили и всё, стал мягкосердечным и даже чувствительным. Тьфу на меня! Но уже поздно что-либо менять»

Эльтран опустился и стал лететь медленней, дабы Яир разглядел его. Командир южной стены удивился, но быстро пришёл в себя и улыбнулся. Приподнятая рука медленно опускалась, и последовал приказ опустить луки и арбалеты. Эльтран же приземлился перед капитаном.

— Здравствуй, Яир.

— Здравствуйте, магистр, – отдал честь мужчина. – Рад, что вы вернулись невредимым. Как прошла ваша разведка?

— Всё отлично, – Эльтран мгновенно подхватил командира. – Завтра примерно к полудню к стенам подойдет нечисть и нежить. Их много, Яир, очень много. Только неупокоенных десяток-другой тысяч.

- Чего расслабились?! – гаркнул Яир солдатам. – По делам!

Пока воины расходились и возвращались к своим обязанностям, командир врат подошёл к Эльтрану и тихо спросил:

— Прошу прощения, но, коль всё столь плохо, то почему вы вернулись?

— Потому что никудышный из меня некромант, командир. Неправильный некромант. Пожалел я вас в итоге и решил помочь отбиться…

— Что ж, безмерно благодарен вам, магистр.

— И так, что у вас тут происходит?

— Мы выставили по стенам больше лучников и арбалетчиков, также наконец закончили с баллистами на башнях, а за стенами внутри города катапульты с приличным запасом метательных камней.

— Разместите больше войск к южной стене, командир. Именно по ней будет нанесен основной удар. Надо постараться сразу убить как можно больше этих тварей. Нечисть и нежить предпочитают больше идти напролом по одной стороне. Окружать целенаправленно они не станут.

— Я передам ваши слова легату, магистр.

— Превосходно. Далее, кроме этого, соберите масло. Обливайте им камни баллист, поджигайте и так метайте. Лучники пусть тоже обзаведутся горящими стрелами. Далее, держите несколько вспомогательных стрелков на стенах, башнях и внутри города, ибо у нечисти есть и летающие существа и их много. Они доставят немало хлопот, а если лучников и баллист с катапультами не будет, то нам придется очень солоно, командир. Баллисты должны будут бить по самым крупным существам нежити и нечисти. Будут и великаны в десять метров ростом, так что…

— Всё прекрасно понял, магистр, – Яир невольно улыбнулся. Не ожидал он от столь молодого человека такого рвения и лидерства. – Как быть с нежитью?

— С ними буду разбираться я лично. Ваша первостепенная цель – нечисть.

— Вновь убьете их одним ударом?

— Если тебе нужна моя скоропостижная смерть, то я могу попробовать. На приготовления нужно много времени. Конечно, я сейчас вполне успею всё сделать, но это заклинание забирает слишком много Сил. После него я не смогу более помогать вам, да и не думаю, что мне под силу справиться с такой ордой неупокоенных. Сколько итого солдат у нас?

— Пять полных легионов, магистр. То есть, двадцать пять тысяч мечей, а вместе с обычными гражданами, на которых хватило оружия, получится около ста тысяч.

— Отлично! А теперь…

Эльтран прервался, ибо почувствовал странную волшбу. Там, вдалеке, откуда шла жуткая серая волна существ, применено непонятное и даже жуткое заклинание. Оно сродни некромантии, но только несколько иное.

«Сожри меня люкр! Да они же поднимают ещё больше мертвецов! Теперь их, самое меньшее, тысяч пятьдесят будет! А нечисти-то сколько…»

Он рассказал о творившемся Яиру, и тот стал мрачнее тучи. Если до сих пор можно было надеяться на победу, то теперь она очень сомнительна.

— Не унывать, капитан! – гаркнул Эльтран, ибо понял, что Яир уже собрался к праотцам. – Это ещё ничего не значит! У вас есть цель, ведь так? Вы хотите защитить свой город и остаться в живых. А потому у вас куда больше шансов добиться её, нежели у этих безмозглых тварей, только и умеющих, что просто идти от города к городу, пытаясь их уничтожить.

— Но они ведь разрушили уже много городов, Дейлос, – обречённо произнёс Яир.

— В тех городах не было меня, – гордо парировал Эльтран, дав понять, что он поможет им всем, чем только мог, и что с его помощью им удастся победить столь сильного врага. Ему надо приободрить перво-наперво командира, а там и простые солдаты наберутся уверенности. Яир тяжело вздохнул, встал по стойке «смирно».

— Приказывайте!

За день они успели многое сделать. Перегруппировали все легионы и граждан, перенаправили основные силы на южную стену. Яир доложил королю, что вернулся некромант, на что правитель отреагировал моментально. Он издал указ, в котором говорилось, что отныне командующим армией назначался магистр Дейлос и все легаты и солдаты должны выполнять его приказы.

Конечно, Эльтран не читал ни одного трактата о военном искусстве, о правильной стратегии и тактике. Он просто действовал так, как считал правильным, вдобавок он, как ни как, уже сталкивался с этой нечистью, а потому знал, чем им можно противостоять.

Расставив всех солдат и дав каждому легиону отдельные указания, Эльтран приказал Яиру идти за магами, коих в городе оказалось не столь уж и много. Всего чуть больше трёх десятков, но и их должно хватить. В конце концов, лучше всех с нечистью справятся именно они.

— Яир, и где маги? – обратился некромант к идущему на него капитану.

— Вот они, магистр, – командир указал на тридцать подошедших магов в темно-синих рясах. Все были с опущенными капюшонами, и Эльтран внимательно рассматривал каждого из них.

— Это всего лишь адепты, Яир, а где их наставники?

— Прошу прощения, но они не вышли, обосновав это тем, что у них куда более важная задача.

— Какая же, хотелось бы мне знать?

— Не могу знать, магистр.

— Ты, – Эльтран посмотрел на одного из адептов, – что они там делают?

— Я не могу говорить об этом с кем попало, – постаралась гордо произнести девушка. – Даже с наделенным особыми полномочиями от короля.

— Слушай меня сюда, обделённая умом и талантом девка, – Эльтран решил не церемониться и не проявлять уважения, аль галантности. Нет времени на подобную ерунду. — Думаю, ты слышала о том, что я одним заклинанием уничтожил более двух тысяч неупокоенных, ведь так? – девушка кивнула. — Так вот, вы не столь и сильно поможете в защите города, если с вами не будет ваших никчёмных учителей. Я вижу по вам и чувствую, что вы с трудом огненный шар создадите, что уж говорить о более серьёзных заклинаниях. Яир! Возвращайся к их наставникам и скажи, что я жду их у южных врат немедленно! Коль закроются и не захотят выходить – разрешаю послать отряд, дабы их схватили. Не выйдут иль окажут сопротивление – будут объявлены предателями и казнены немедленно. И уж я-то постараюсь, чтобы смерть их оказалась мучительной, истинно некромантской. Выполнять!

— Слушаюсь!

Волей-неволей, но Эльтран и вправду стал эдаким командиром. Невозможно сказать, что ему всего шестнадцать лет. Сам же молодой некромант не обращал на это никакого внимания, словно всё так и должно быть, словно он занимается этим вот уже много лет.

Увидев Яира вновь, рядом с ним шёл небольшой отряд воинов, силою несущих пятерых магов.

«Видимо решили, что я пошутил»

Пришлось объяснять, что либо они помогут, либо Эльтран убьёт их ритуальным методом некромантов. Как и следовало ожидать, маги согласились, ведь трудно не поверить тому, кто превратил ногу одного из них в кусок гниющего мяса. Крики старого мага ужасны, и лишь когда он согласился помочь, Эльтран прекратил жуткую волшбу. Увы, восстановить ногу не мог ни он, ни другие маги, а посему от неё пришлось избавиться.

«Ничего страшного, это послужит уроком для остальных. Сам виноват. Он настолько же туп, насколько и стар»

Восстановив мага, исцелив то, что ещё возможно, его отвели на стену.

Полдень наступил, по меньшей мере, час назад и на горизонте показалась серая масса, неторопливо приближающаяся к городу. Никакого строя и порядка, все шли абы как. Никаких боевых позиций и построений, всё совершенно беспорядочно и хаотично. Но одного не отнять – количества. Их с сотню тысяч! А в городе лишь двадцать пять тысяч умеющих сражаться воинов. Настоящих солдат. И порядка ста тысяч граждан, коим вручили оружие.

«Что ж, будь, что будет…» – подумал Эльтран и пристально следил за надвигавшейся ордой.

Их разделяло расстояние примерно в лигу. Казалось бы, достаточно, ан нет… Защитникам города с каждой секундой становилось всё страшнее и страшнее, но разве можно их винить в этом? Все они – люди, все они смертны, у многих семьи с которыми они не хотели расставаться. Но больше всего пугала именно неизвестность, ибо неведомо никому из них, как именно они умрут: от честной стали бугаев или же из них будут медленно и мучительно высасывать кровь огромные летучие мыши? А может среди этих тварей есть одна огнедышащая, пламя которой наносит не только физическую боль, но и душевную, что в десятки раз хуже? И, как знать, быть может, это пламя выжигало саму душу, саму сущность человека подобно драконам (по крайней мере, так написано в бестиарии, кое прочитал Эльтран) и… что тогда? Что ждет их по ту сторону жизни? Куда они попадут в таком случае? В Царство Покоя? В Мир Духов? Но как, коль душа будет выжжена… что же будет тогда? Что?

Эльтран приказал, дабы граждане перестали трястись от страха, подобно осенним листьям на ветру, и пригрозил, что в таком случае лично поубивает их, да столь мучительным образом – достойным некромантов – что им даже и не снилось. Пусть и не сразу, пусть и не так, как хотелось бы, но это сработало. Конечно, Эльтран всё прекрасно понимал, но как командир, не имел права показывать слабину и неуверенность. Можно бояться, дрожать от страха и проклинать всех и вся за то, что вернулся к обречённым, но исключительно мысленно и никак иначе! Снаружи подобен граниту, внутри же терзаем сомнениями.

«Нормально ли это? Нормально ли моё состояние и поведение? Правильно ли я поступаю? Быть может, я должен был показать, что и мне страшно, но я не собираюсь отступать? Но тогда зачем им сражаться, коль даже мне, некроманту, что спас их город, страшно? Глупости. Я должен показывать им уверенность. Как бы я сам реагировал на командира, что признается в страхе? Честность. Да, я был бы честен с другими, но сейчас не тот случай. Сейчас я должен показать, что я не боюсь надвигающейся орды, что мы сможем дать им отпор. Если командир не уверен в победе, то на что можно надеяться простым солдатам?

Нежить… я должен избавиться от нежити. О, Творец, сколько же их там! Десятки тысяч! Я даже не знаю, удастся ли мне справиться с ними… Но ничего, я должен сделать всё, что только могу. Эти люди… та женщина с дочкой… они надеются на меня, и я не должен их подвести. Если им суждено умереть, то я должен предотвратить это! А если не получится… то умереть вместе с ними»

Чуть меньше лиги оставалось до удара. Эльтран поднял руку вверх и стремительный язык пламени сорвался с ладони. Сигнал получен и несколько лучников подожгли стрелы и выстрелили с холма, попав на сотню метров перед надвигающейся серой ордой. Пламя быстро распространилось и первую шеренгу тварей (коль таковая вообще имелась) встретила огненная стена. Эльтран подготовил этот трюк, распорядился, дабы разлили много масла в том месте, и чтоб на протяжении почти двадцати саженей нечисть и нежить столкнулась со стеной огня. Разумеется, это не совсем обычное масло. Его некогда получили после долгих алхимических экспериментов высшие маги города. Синее пламя очень сильно и, как уверяли сами маги, могло прожигать даже стены городов… за день. Да, это дольше, нежели хотелось бы, но всё-таки они этого добились.

Лучники побежали в сторону города, желая вернуться за более-менее безопасную стену, но на них напало несколько скатов и те пронзили их мечеподобными хвостами.

— Быстрая смерть, – спокойно отозвался Яир и отдал честь храбрецам. Его примеру последовали и остальные, кроме Эльтрана. Как бы жутко это не звучало, но он вбирал в себя предсмертный ужас от гибели солдат и забирал тот скудный запас Сил, что остался после них. Ему некогда оплакивать их или же отдавать им честь, ведь каждая капля Силы могла ему пригодиться, а потому нельзя ни в коем случае упускать подобную возможность.

Существа горели в синем огне и многие обратились в пепел, даже не успев пройти всю пылающую площадь. Ожившие мертвецы, бугаи, миньоны, даже великаны погибали один за другим во всепожирающем пламени. Эльтран видел всё благодаря всевидящему Воздуху. Сообщив об увиденном Яиру, его подслушали другие и на стенах столицы послышалось радостное перешёптывание.

«Они уже думаю, что победа за нами… что ж, пусть надеются, так им будет спокойней некоторое время, пока они не поймут, что всё не столь уж и хорошо, как может показаться»

Остальные не видели того, что доступно Эльтрану и, быть может, высшему магу Воздуха столицы. Да, твари погибали сотнями, даже тысячами, но огненная преграда не останавливала их ни на секунду. Следующие шагали по пеплу поверженных существ и шли дальше погибать. И так, постепенно, огонь спадал, ибо слишком велико войско, и они либо втаптывали пламя, либо прах от убитых постепенно гасил его. И с каждым разом твари проходили всё дальше, уже перестав обращаться в пепел, но падая замертво, аль будучи в предсмертном состоянии. Следующие шеренги шагали по ним, втаптывая их в обугленную землю, превращая в гнилые мерзопакостные ошмётки, вперемешку с костьми, мышцами и прахом. И когда показались первые существа, вышедшие из огня, они с абсолютным безразличием шли вперёд, объятые синим пламенем. Упав на землю, некоторые продолжали ползти, но их тут же давили следующие шеренги.

— Пламя спадает, Дейлос, – обратился к молодому некроманту один из высших магов города. Он не величал его «магистром», ибо считал, что это звание должна присудить специальная коллегия магов или же сам Архимаг Демиус.

— Благодарю за очевидное, – ехидно ответил Эльтран, чем очень разозлил не молодого уже мага, но тот, благо, сумел взять себя в руки и успокоиться.

Огонь полностью спал и серой массе ничто не мешало двигаться дальше. Их потери исчислялись тысячами, но что такое капля по сравнению с целым озером?

— Катапульты! – прогремел Яир, которого Эльтран назначил своим главным помощником и советчиком. Ядра весом в один талант, сиречь двадцать шесть килограммов, облили маслом и ждали команды. Серой волне оставалось чуть больше пятисот метров. Четыреста метров…

— Огонь! – выкрикнул Эльтран. Снаряды быстро подожгли и пустили в ход. Небольшой огненный дождь посыпался на тварей (кстати сказать, масло использовали то же, кое подожгли на поле) и синие росчерки собирали первую жатву. Увы, не все снаряды достигли цели, но в целом одна катапульта избавлялась от полдюжины существ за раз.

— Баллисты! – приказал легат третьего легиона, и громадные стрелы полетели с башен. Старались целиться в великанов, но тут уж как повезёт. Расстояние всё-таки не маленькое, а потому попасть не столь уж и легко.

Катапульты и баллисты работали не переставая и постоянно посылали синие росчерки на великую армию из нечисти и нежити.

— Лучники и арбалетчики, гото-овьсь! – скомандовал Яир и ждал.

Как и следовало ожидать, первыми в бой кинулись летающие создания. Десятки тысяч летучих мышей и жуков одним скопом полетели к стене, а позади них скаты, гиппогрифы и химеры. Все пятеро высших магов одновременно выставили перед летунами огромную огненную сеть, через которую те пробиться не могли, а потому просто сгорали и падали на землю обугленными грудами.

— Стреляйте! – вновь скомандовал Яир и тысячи стрел и болтов взметнулись ввысь, обрушившись на орду. Миньонам хватало трёх-четырёх попаданий, или же одной, но в голову; с бугаями куда сложнее… даже десяток стрел не мог повалить их наземь, а что уж говорить о великанах! Странных серых субстанций это не брало и всё словно увязало в них, становясь частью тела, а от великанов так вовсе отскакивало большинство.

— Поменять снаряды катапульты до трех талантов! – раздался голос легата второго легиона.

Сказано – сделано. Семидесяти восьмикилограммовые снаряды могли избавиться от бугаев и даже причинить вред великанам.

Скоп летучих мышей и жуков не пытался обойти огненную преграду, не пытался залететь сверху аль с боков. Они нападали совершенно прямолинейно, отлетали назад и врезались в заклинание со всей силы. Увы, но эта пылающая сеть не состояла из той смеси, что изобрели маги. Обычный огонь, ничего более, а посему действовал он не столь эффективно.

«Они не собираются нас окружать. Я был уверен, что основной удар придётся сюда, и твари из-за количества станут медленно брать город в кольцо…»

— Легат Авер и Сол, разнесите весть в остальные части города, дабы большая часть стражи подошла к нам и пусть приведут катапульты! Эти твари не будут окружать столицу, а просто станут таранить всей массой южные ворота! – легаты всё поняли сразу и принялись выполнять приказ, хоть им и не очень нравилось подчиняться какому-то мальчишке, который совсем недавно начал считаться мужчиной.

Когда к мелким летучим существам присоединились твари покрупней (химеры, гиппогрифы и мантикоры), то они принялись пытаться прорвать магическую сеть. Как оказалось, против этих крупных летающих ужасов огонь действовал крайне неэффективно. Арбалетчики пускали болты преимущественно на летунов, а лучники на пеших существ, катапульты с баллистами убили нескольких великанов, но их оставалось ещё очень много. Они вооружены громадными дубинами, коими весьма удобно пробивать ворота и крушить стены.

Сеть магов не выдержала и лопнула, и тысячи летунов хлынули смертельной волной на людей. Огненные шары, молнии, водные плети, каменные глыбы и стрелы полетели в них, ибо их слишком много и перво-наперво нужно избавиться от них. Скаты пролетали над головами лучников и рассекали их хвостами; гиппогрифы атаковали когтями и клювом; химеры же куда разнообразней, ибо кроме когтей, кои по остроте не уступали гиппогрифам, имели аж три головы, каждая из которых атаковала по-своему: одна пускала молнии из раскрытой пасти, вторая плевалась какой-то малоприятной прозрачно бело-зелёной субстанцией, заставлявшей доспехи буквально плавиться, а кожа медленно растворялась от неё, и люди погибали в жутких мучениях, третья же пускала костяные шипы прямо изо рта.

— Маги, окружите меня и поставьте все мыслимые и немыслимые щиты, какие только знаете! Я начинаю плести заклинания против нежити.

Те повиновались, ибо знали, что лучше Эльтрана никто не справится с разупокоенными.

«Так, пора. С летунами уж как-нибудь они справятся, а вот с ожившими мертвецами… Увы, другие некроманты не решаются помочь, так что остаётся надеяться только на себя. Я должен справиться, должен! Хотя бы только ради той женщины с дочкой»

Погибло уже достаточно людей, а потому Сил мёртвых накопилось достаточно, дабы начать творить волшбу. Тела убитых людей зашевелились, задёргались, головы быстро мотались из стороны в сторону, и черепа вылетели, часть которых направилась на летунов, а вторая половина на пеших воинов нечисти. От такого зрелища многим стало не по себе, кого-то даже стошнило.

«Они решат, что я такой же монстр… И пусть. Чудище, спасшее город от чудищ»

Бугаи уже вовсю ударяли огромными секирами по воротам, но гибли один за другим. Следующая группа этих мощных существ пробивалась через трупы сородичей, зачастую хватая их и отталкивая подальше, дабы те не мешались, и продолжала работу умерших. Черепа направились на нескольких слишком близко подошедших великанов. Десятиметровые гиганты замешкались, размахивали руками в надежде уничтожить творения некроманта, так сильно досаждавшие им.

Несколько черепов Эльтрана залетели в горло одному великану и стали грызть его изнутри. Они кусали, пробивались наружу, разрывали органы огромной твари. Великан стал плеваться густой серой кровью и вскоре рухнул на землю, придавив с дюжину других существ, а черепа прогрызли себе путь наружу через его спину.

Другого же летающие костяшки Эльтрана лишили зрения, так что гигант принялся размахивать дубиной, убивая нечисть во множестве. Так и остался этот великан без зрения и просто уничтожал всех, кто попадался ему под руку. Те же, решив не терпеть подобного, напали на ослепленного здоровяка.

«Хорошо. Это поможет выиграть время, а теперь…»

Концентрации Сил недоступных более никому кроме некроманта стали собираться вокруг Эльтрана и пустили свои щупальца к тысяче неупокоенным, проникая им в головы. Живые мертвецы задёргались в конвульсиях, развернулись и стали атаковать своих же. Таким образом удалось обратить малую часть нежити на свою сторону, но этого не хватало.

«Нужно заклинание помощней»

Молодой некромант рассёк себе ладонь кинжалом и принялся чертить сложную магическую фигуру. Она требовала точности и аккуратности, ибо иначе всё могло выйти из-под контроля, аль вовсе не сработать. Фигуры подобного типа можно применять только во время крупных битв, когда множество существ умеющих чувствовать боль и страх погибают. Конечно, Эльтран находился не совсем в подходящем месте, но выбирать не приходилось. Одиннадцатилучевая звезда, особые руны в каждом треугольнике, всё это собрано в два круга – один касался кончиков лучей, а другой больше, и именно внутри него находилась вся вышеописанная конструкция, а в промежутке меж ними Эльтран написал рунами саалитов замысловатое предложение. Рядом с каждым из кончиков лучей пришлось начертить дополнительные руны.

А тем временем черепов уже не осталось, да и последнего обращенного на сторону некроманта разупокоенного разорвал на куски великан. Летунов стало на порядок меньше, но всё же они убили достаточно людей. Сложнее всего оказалось справиться с химерами, ибо простые стрелы не могли пробить их перьев, оставалось надеяться только на баллисты. Две башни уничтожены этими существами при помощи молний и разъедающей слюны. Благо прорех в стене города не образовалось. Еще пару баллист уничтожили молниями.

Скаты вернулись к основным силам орды, опустились на землю и им на спины забрались миньоны. Летающие твари залетали внутрь города, стараясь залететь как можно глубже. Миньоны спрыгивали с их спин и начинали бродить по столице в надежде убить кого-либо. Первый легион и еще десять тысяч ополченцев рассредоточены по всему городу как резерв и на случай, если твари пролезут внутрь. Что ж, для чего собирали – на то и понадобились. Одного ската с миньонами подбило множеством стрел, и тот падал, да только эти мелкие твари соскочили с летуна и один из них на лету нанес удар по лицу лучнику.

Все воевали кругом, никто не остался в стороне, кроме, разве только тех стражников, коих оставили на северной стене (должен же хоть кто-то следить за ней и предупредить, если твари станут нападать с той стороны).

Эльтран собирал больше Сил вокруг себя от погибших людей и перенаправлял их в магический рисунок. Кровь, из которой магическая композиция и была составлена, будто бы закипела. Очередные незримые щупальца стали проходить сквозь множество нежити и даже нечисти. Магическая фигура всё копила и копила Силы, но тянуть с их выплеском Эльтран не мог, так что заклинание вступило в силу. Нет, неупокоенные и различная нечисть не обратились в прах, не попадали наземь мёртвым грузом. Заклинание обратило всю нежить – до которой только сумело добраться – и остальных существ в берсерков. Глаза их загорели ярко-красным и все, кого коснулась эта волшба, принялись нападать на других. Нечто подобное проделал некогда Веал с люкрами, и Эльтран повторил его заклинание.

Десяток бугаев напали на одного великана, нанося одновременные удары чудовищными секирами по ногам. Огромная туша упала, и бугаи принялись отрубать тому голову. Живые мертвецы разрывали на части миньонов и других умертвий. Диковинные серые шевелящиеся бесформенные массы били друг друга всем, что только имелось в их телах: копья, камни, стрелы, кинжалы, части от доспеха. Они всё вбирали в себя и использовали это для боя. Щупальца от заклинания коснулись даже нескольких химер и гиппогрифов. Одним выстрелом молнии химера уничтожила две дюжины летучих мышей. Одним плевком разъедающей слюны задело несколько десятков скарабеев.

В орде творился полый беспорядок и хаос. Много тварей обезумело и они нападали на своих же, а те, в свою очередь, защищались. Оторванные куски, конечности, головы и даже разорванные тела разлетались по сторонам, словно конфеты для детей в праздник Блегардаса (по рассказам Веала, в этот день принято дарить подарки детям, коим не исполнилось ещё и тридцати лет, а в конце дня обязательно собирали их всех на главной площади и разбрасывали конфеты и различные сладости). На стене раздались ликующие возгласы и крики. Заклинание Эльтрана очень воодушевило воинов, а потому они принялись сражаться усердней. Особенно радовало то, что серая орда почти перестала обращать на город внимание.

Молодой некромант рухнул на колени и плюнул кровью. Яир тотчас же подошел к нему, а магуса свело дикой судорогой. Он прогнулся в спине, поджал голову, и его стошнило кровью.

— Что случилось, магистр? – забеспокоился капитан.

— Я потерял… много Сил… но ничего, – заговорил Эльтран, чуть придя в себя. – Я справлюсь.

Одна из молний химеры врезалась в стену совсем рядом с некромантом. Камни разлетелись в разные стороны, попадая как в людей, так и в нелюдей. И в стене появилась первая серьёзная трещина. Конечно, надо ещё поработать булавой великана, дабы расширить проход и сделать его от земли, чтоб тварям не пришлось карабкаться по стене. Тем не менее это не особо мешало многочисленным миньонам, которые собрались внушительной горой у трещины, и принялись карабкаться вверх. Часть третьего легиона тотчас же сгруппировалась у стены. Мелкие шустрые твари легко взбирались вверх, но воины не позволяли им пройти в сам город и убивали существ на месте.

Молодой некромант смотрел на плоды своих трудов и остался доволен. Конечно, всю орду это не остановит, но всё-таки пока всё шло более-менее хорошо. Не мало людей погибло, защищая город, но тварей пало куда больше. Коль всё будет идти так и дальше, то у них имелся шанс.

Земля задрожала. Резко. Внезапно. На горизонте показался густой серый туман, не торопясь приближавшийся к столице. Откуда он взялся – не понятно, и таил ли он что-либо в себе, аль нет – также оставалось неизвестным. Прислушавшись, некромант услышал звук падающих деревьев. Как будто кто-то расчищал себе дорогу.

— Что это такое, магистр? – несколько запаниковал Яир.

— Понятия не имею, – недоуменно таращась на всё это, ответил Эльтран.

Туман приближался, а вместе с ним усиливалась и дрожь земли. Что-то очень и очень большое надвигалось на них, и это ни капли не нравилось некроманту. Нечисть, вся без исключения, издала боевые кличи, после чего напала на людей с удвоенной силой. Они перестали грызть и разрывать друг друга, и глаза всех окрасились красным.

«Словно их что-то вдохновило или же кто-то ввел их в состояние берсерков»

Всё ближе и ближе густой туман. Как бы Эльтран не старался применить всевидящий Воздух, он оказался бессильным.

И вот показался силуэт огромных размеров в том тумане. На его фоне даже десятиметровые великаны казались низкоросликами и не представляли из себя серьёзной угрозы. Туман остановился на обугленном поле, а силуэт становился всё более отчётливым. Первым из этой непроглядной пелены показалась исполинская нога нового существа, и Эльтрану стало не по себе. Возможно, впервые за долгое время он по-настоящему испугался.

«О, Смерть, дай мне сил…»

***

Летающий исполин вышел из тумана и все хаоромы лицезрели это нечто. Оно и вправду чем-то похоже на кита, но как таковой схожесть осталась лишь в виде головы и хвоста. Туша же раздута и больше схожа с телом гусеницы; шесть пар ласт – две у головы и четыре у хвоста, вместо кожи голову и хвост покрывали сегментные панцири. На его морде множество длинных усиков, как у сомов. Так же на теле исполина огромное количество постоянно пульсировавших коконов. Тварь издала очередной вой, в этот раз перешедший в рёв. Громадная пасть раскрылась, и Хаоран увидел десять рядов зубов имевших форму острых конусов, как у акул. Пасть раскрылась столь сильно, что, казалось, это существо могло за раз если не проглотить весь летающий остров, то откусить его половину – точно.

Коконы на гусеницеподобном теле исполина запульсировали ещё сильней, раздулись и лопнули. Из них появились всё те же летучие мыши, жуки, летающие кобры, гиппогрифы и химеры.

«Да разорвут меня все Ветры, оно создает новых существ! Что ж, Эмельмет, пусть ты и велик и создаешь этих летающих тварей, но и тебя можно убить, и я это докажу» – Кровавое Крыло прозвал эту громадину Эмельмет, что переводится с языка хаоромов как «Порождающий».

Летающий исполин медленно, словно с издевкой, приближался к крепости белокрылых.

— Все, кто может – выступить на защиту крепости! – прогремел вождь, и тотчас же взмыли сотни хаоромов. Даже особый отряд, состоявший из пары сотен ветеранов, которых он берёг всегда как резерв на самый крайний случай, выступил, ибо от этой битвы зависела, пожалуй, жизнь всего племени.

«Я должен убить Эмельмета! Иначе этим ордам не будет конца, а когда громадина долетит до острова, то не оставит от него ничего»

Кровавое Крыло пустил несколько рассекающих волн и разрезал сотни летунов, но этого недостаточно. Применив удар Ветра, Хаоран превратил в кровавые ошмётки одно скопище летучих мышей и жуков, коих около тысячи. Конечно, сколь бы силен не был вождь хаоромов, но даже у него имелся предел дозволенного. Кровавое Крыло прекрасно понимал, что, примени он такой удар ещё раз десять, то тогда, скорее всего, не сможет сражаться и останется лишь один путь… но к нему прибегать ему не хотелось, ибо он берёг его для самого важного сражения в своей жизни.

Воины племени хаоромов сражались отважно, пусть погибали многие, потери оказались даже слишком большими нежели того хотелось бы Хаорану, но уж лучше пусть погибнет множество слабых и останется горстка сильнейших, нежели всех поглотит Порождающий.

Три хаорома окружили одну химеру, и каждый из них пытался отрубить по одной голове жуткой твари. Та же, в свою очередь, метала молнии, плевалась кислотой и костяными иглами. Двое хаоромов сумели увернуться, а вот третьему повезло меньше – несколько капель жуткой слюны попали на крыло и стали проедать его. Белокрылый задёргался, принялся быстро бить ладонями по крылу, как если бы пытался потушить огонь. Капля кислоты перешла и на ладонь, и хаором летал из стороны в сторону, и начал падать по спиральной траектории. Тем не менее, химеру удалось одолеть, но на одного из белокрылых напал скоп летучих мышей, второй не успел и удивиться этому, как его со спины пронзил скат мечевидным хвостом, и длинное костяное лезвие торчало из груди бедолаги.

Две дюжины хаоромов решили уничтожить скопище жуков и летучих мышей. Одна половина отвлекала нечисть на себя, а другая творила одно общее заклинание. Те, что отвлекали, пытались держать тварей вместе, сохраняя скопище, дабы заклинание убило сразу всех. Троих погибших хаоромов буквально поглотили этой огромной волной летающих существ, и даже кости их не посыпались не землю. Дюжина собрала заклинание и пустила его на нечисть. Жуки и летучие мыши набухли, надулись и лопнули все до единого, а густая серая жижа, что текла в них, омертвила землю внизу. Деревья скрючились и прогнили, трава и все растения почернели.

Кровавое Крыло пролетал через всё пространство боя, попутно уничтожая нечисть, но перво-наперво его целью являлся Эмельмет. Гигант, победа над которым должна принести ещё больше чести и славы великому вождю, приближался к острову, всё ещё порождая новых существ. Стоило кокону лопнуть, как вскоре на его месте появлялся новый.

Летающий исполин выпустил ещё несколько сотен тварей из себя. Хаоран уничтожил и их заклинаниями, одного гиппогрифа зарубил мечами, после чего метнулся на спину химере и одним коротким взмахом руки лишил ее всех голов. Множество жуков и мышей, а также кобр окружили вождя, но тот лишь завис в воздухе, стал концентрировать вокруг себя Силы Воздуха, и после одного коротко хлопка руками они задействовались. Мириады воздушных игл разлетелись в разные стороны и пронзали летающих тварей насквозь. Вновь обильно полилась серая кровь, и бездыханные тела ниспадали на землю.

«Только ты и я»

Хаоран пустил в Эмельмета стрелу Воздуха, но та превратилась лишь в едва заметные клубы дыма, стоило удариться о панцирь исполина. Тысячи игл и раздирающий поток так же оказались бесполезны.

«Крепкий. Очень крепкий…»

Концентрации Сил Воздуха приняли форму огромного кулака. Кровавое Крыло размахнулся им как можно сильнее и ударил по голове чудища. Тот отшатнулся, остановился и стал мотать уродливой мордой из стороны в сторону, словно пытаясь прийти в себя. Эмельмет уставился на Хаорана и только тогда Кровавое Крыло обратил внимание, что у исполина огромное множество чёрных буркал, идущих почти одной линией по всей голове. Гигант разинул пасть и вновь заревел. Вождь хаоромов с трудом сумел удержаться на месте, ибо его чуть не снесло созданной Гигантом воздушной волной. Эмельмет летел на вождя с раскрытой пастью и явным намерением его сожрать, да только получил от него удар молнией прямо в язык. Порождающий закричал от боли, задёргался. Вождь нашёл подобную реакцию весьма неожиданной, ибо он не думал, что Гигант что-либо ощутит.

«Значит, тебе можно причинить боль и даже ранить. А это означает, что тебя моно и одолеть»

Очередная молния полетела в голову Эмельмета, да только рассеялась на множество искр об его панцирь.

«Плохо… Панцирь не может пробить даже молния. Что ж, попробуем иначе»

Гигант заревел еще яростней, и вновь вздулись коконы на его теле. Они пульсировали с каждым разом все сильней и постепенно становились крупней. Времени в обрез, ибо вскоре на вождя хлынет очередная орда тварей, а тратить драгоценные запасы Сил на них ему не хотелось.

Хаоран метнул очередную молнию в тело исполина, но на этот раз более мощную. Чудище задергалось в конвульсиях, заревело, а на боку гусеницеподобного тела у него словно вырвали внушительных размеров кусок. Множество коконов лопнули, а оставшиеся замерли, будто бы лишились жизни. Эмельмет приоткрыл пасть и вывернул её изнутри странным и непонятным образом, да так, что теперь все двадцать рядов зубов направлены в сторону вождя. И тварь стала стрелять ими, подобно одной из голов химер. Кровавое Крыло успел выставить множество барьеров и щитов, но зубы постепенно прорывали всю выставленную вождём защиту. Вот и один из них уже одолел щиты, оцарапав руку. Другой пробил ногу насквозь, третий застрял в плече, ещё один оставил довольно внушительную рану на боку, а последний оцарапал лицо в опасной близости от глаза. На пару сантиметров левее, и тогда остался бы Хаоран с одним глазом, если, конечно, ему удалось бы выжить. Несколько зубов пробили ему крылья, от чего вождю стало трудно держаться в воздухе.

«Один удар… он нанес мне лишь один удар, а я почти повержен!» – пронеслась ужасная мысль в голове вождя, когда всё прекратилось.

Эмельмет вобрал зубы обратно и уставился на вождя. Он смотрел на него пристально и бездействовал. Кровавое Крыло не понимал, чего ждала тварь, ведь ему оставалось не столь уж и много, дабы добить его.

— Хаоран, – произнёс исполин, едва шевельнув ртом. Белокрылый поражен этому, но ещё больше его удивило то, что было в этом голосе что-то… очень отстранённое. То, что не принадлежало этому миру и какому-либо ещё. Да, конечно, эти твари сами явились неведомо откуда, но тут другое. Та мощь, та Сила с которой произнесено его имя являлось чем-то высшим, надменным, стоящим над всеми и вся.

«Боги» – понял Хаоран.

Именно они обратились к нему через Эмельмета. Боги. Сами Боги смотрели на него, на его битву.

«Что же им надо всё-таки? Но я не ошибся в своих догадках. Нечисть и нежить и вправду посланы ими!»

И тут раздался громогласный смех. Исполин, а точнее Боги, сейчас смеялись над вождём, которого они почти победили всего одним ударом. А ведь Кровавое Крыло считался сильнейшим в целом мире. Хотя он сам понимал, что его учитель смог бы победить вождя всего парой заклинаний. Но про Гвардейца Небес мало кто знал и его уже давно никто не видел, от чего он считался мёртвым.

«Вы смеете смеяться надо мной?! Вы, жалкие трусы, которые не могут выступить против своих врагов лично, а потому посылают на несчастный мир неисчислимые орды нечисти и нежити, дабы те выполнили за них всё! Я уничтожил сегодня уже очень многих ваших тварей, сражаюсь с сильнейшим из них, и вы ещё смеете смеяться надо мной?!»

Кровавое Крыло будто обезумел. Ярость бушевала в нём, и успокоить её могла лишь смерть всех Богов. Увы, но этому не суждено случиться столь скоро, а вот летающий исполин очень даже близко.

«Это послужит вам предупреждением!»

Крылья вождя раскрылись и пусть они пробиты зубами Эмельмета, он резко взлетел вверх, пустил с рук цепь молний. Одна за другой они ударялись в тело Гиганта, и большие куски малоприятной плоти разлетались в стороны вместе с той серой жижей, что заменяла ему кровь. Эмельмет вновь задёргался, заревел от дикой боли, а Хаоран всё атаковал да атаковал. Он нашел самое уязвимое место у Порождающего и нещадно бил по нему.

Кровавое Крыло развёл руки в стороны и на ладонях его заплясали молнии. Направив обе руки в сторону исполина, вождь применил особое заклинание. Две молнии слились воедино, став в разы сильней, и нанесли решающий удар. Плоть и кровь разлетелись, взметнулись вверх и посыпались вниз дождём. Тела Гиганта более не существовало, ибо Хаором разорвал надвое Эмельмета. Хвост с мощным звуком рухнул на землю, превратив множество величественных древ в щепки, и образовав вокруг себя яму радиусом в полверсты. А вот голова осталась висеть в воздухе и дальше.

«Что?»

Едва успел удивиться этому вождь, как длинные усики на морде ожили, зашевелились и стали бить по величайшему средь представителей хаоромов, точно кнутом. Два, три, четыре, пять ударов выдержал Хаоран, а ведь они пробивались почти до костей. Долго он так не мог держаться, а потому пришлось вновь концентрировать вокруг себя Воздух и превратить его в мириады игл. Два усика, что оказались ближе всех, стали подобны старому дырявому тряпью. В этот раз Эмельмет не ревел от боли, но пытался достать вождя оставшимися усами. Кровавое Крыло отлетел как можно дальше, дабы тварь его более не достала, да и немного отдохнуть тоже хотелось. Всё же, как бы ни был велик и силён вождь, но могущество его не безгранично, а потому он не должен расходовать Силы понапрасну.

Исполин вновь приоткрыл пасть, дабы вывести ряды зубов, но Хаоран ждал именно этого момента, а потому тотчас же ударил объединенной двумя руками молнией и попал прямо в стенку горла Гиганта. Тот вновь задёргался, бился в конвульсиях, а Кровавое Крыло, воспользовавшись моментом, подлетел к нему сверху и применял небесные удары, только усиленные в десяток раз. Конечно, Сил приходилось расходовать куда больше, но это того стоило. Одним ударом вождь оставил существенную вмятину в панцире Гиганта. Удар, и ещё один, и ещё, и ещё… Уже более десятка этих заклинаний применил вождь хаоромов, и голова Эмельмета частично приоткрылась. Панцирь ломался, разлетался в стороны, обнажив серую массу, из которой и состояло существо.

Собрав остатки Сил, вождь сложил крылья и стал камнем падать вниз, не отпуская магическую концентрацию. В сотне метрах над головой летающего Гиганта Хаоран отвёл руки за спину, резко выпрямился, сложил ладони и замахнулся так, словно хотел нанести удар топором. Раздался резкий и громкий свист рассекаемого воздуха. Незримая волна с убийственной силой и мощью прошлась вниз, разрезав голову Эмельмета надвое. Обе половинки с грохотом рухнули на землю, и из них на и так омертвевшую землю вытекала отвратительная серая жижа.

«Победил…» – только и успел подумать Кровавое Крыло, как веки его закрылись, и он стал падать вслед за мертвым Гигантом.

***

Огромное копыто, заменяющее человеческую ступню Гиганту, первым показалось из тумана. Следом появились шесть рук исполина, в одной паре – самой верхней – он держал огромные молоты, в нижней имелись внушительных размеров мечи, а вот оставшиеся две руки посередине пустовали.

И вот исполин, под ногами которого дрожала сама земля, показал себя во всей своей устрашающей красе. Огромное существо, ростом не меньше семидесяти саженей; таз очень массивный и длинноват, ибо у Гиганта четыре ноги с копытами, а сзади аж восемь хвостов, больше похожих на постоянно извивающиеся щупальца. Огромное вытянутое тело с буграми мышц, полностью покрытое сегментным костяным панцирем, на плечах также имелись костяные выросты в виде трёх шипов, плавно устремлявшихся вверх на каждой стороне. Голова – череп, ибо без кожи, больше схожа по строению с человеческой, и в глубине зияющих глазниц горел ярко-жёлтый огонь, а вечно виднеющиеся кольяподобные зубы, не прикрытые губами, создавали впечатление, что чудище всё время злобно улыбалось. Четыре рога на лбу – и столько же на затылке – устремлялись вверх, и подобно костяным выростам на плечах, они чуть изогнуты. Ещё пара, что брала начало от висков, направлялась вниз почти соприкасаясь с головой. Последние два рога, начинавшиеся примерно из углов нижней челюсти, устремлены вперёд, но также изогнуты дугой. Могло показаться, что всё это – шлем, надетый на Гиганта, дабы устрашать врагов.

— Помогите нам Боги, – прошептал Яир, словно надеясь, что это поможет.

— Им нет до нас дела, командир, – холодно ответил Эльтран. – Не надо надеяться на кого-то извне. Так и помереть недолго… Единственный на кого ты можешь положиться – это ты сам! Лишь на свои силы, волю и мужество, иначе, потеряв надежду на себя и ища помощи у неизвестных и слишком высоких Сил, ты рискуешь погибнуть, так и не дав достойного отпора, капитан.

Эльтран говорил не слишком громко, но, тем не менее, несколько воинов, стоявших к нему ближе всех, слышали каждое слово молодого некроманта. И все до единого задались вопросом: «Откуда этот малец всё это знал?». И вправду, откуда? Он говорил как мужчина, повидавший слишком многое на своем веку. Пусть подобное и случалось раньше, но лишь в этот раз сам Эльтран обратил на это внимание.

«Откуда я это взял? Откуда это в моей голове? И почему у меня чувство, будто бы я уже говорил эти слова? Или слышал их… Ладно, не до того сейчас! Надо придумать, как победить этого великана… Если я всё правильно учил, то на языке саалитов слово «великан» будет «шессер». Что ж, Шессер, посмотрим, так ли ты опасен, как выглядишь»

Эльтран ещё не знал, каким заклинанием лучше ударить, да и цель слишком далеко. Но одно ясно: ни в коем случае нельзя позволить Шессеру подойти к столице, иначе от нее не останется ничего. Благо новых тварей не появлялось, но нечисть и нежить бились очень яростно. Заклинание Эльтрана более не действовало, ибо, как предположил молодой некромант, мощь Гиганта придала всем окружившим город бестиям силу, что не позволяла подчинить их.

— Яир, передаю тебе командование пока меня не будет! – объявил Эльтран. Командир южной стены в сдержанной манере собирался возразить, но некромант его опередил. – Да, я отправляюсь к Великану. Не спорь! Во время битвы – я ваш командующий, ведь так сказал король. Ты знаешь, как обороняться от тварей.

Яир с трудом держал себя в руках, дабы не закричать, что это безумие и, скорее всего, молодого некроманта не ждало ничего кроме гибели, но, тем не менее, солдатская выучка за многие годы не прошла даром. Он сумел оставить всё в себе и лишь коротко кивнул. Эльтран взлетел, направившись к новой, ещё совсем не изученной цели, что уже само по себе безумие.

Пришлось пробиваться через скопище летучих мышей и жуков. Он выжег тварей и направлялся прямиком к Гиганту. Тому до города оставалось чуть больше версты. Шессер шёл медленно, словно позволяя обречённым людям надеяться на победу, которая с каждым следующим сотрясанием земли ускользала от них, как песок сквозь пыльцы.

А позади Эльтрана продолжала кипеть жестокая битва. Пару великанов всё-таки разнесли трещину в стене и расширили её. Теперь через неё могли пройти без проблем в шеренгу два бугая, или же пять-шесть миньонов. Нечисть обезумела, её стало трудней убить, даже отрубив им голову тело могло продолжать двигаться некоторое время и этого вполне хватало, дабы убить очередного человека. На оборону бреши в стене встал целый легион, и многие лучники со стен старались убить как можно больше тварей. Дюжина стрел попала в одного бугая, но тот всё не падал, а продолжал рассекать людей огромной секирой.

Слева от южных ворот стену вновь пробили, но на этот раз это сделали три великана. Стрела баллисты попала одному из них в шею. Но было поздно, ибо в стене зияла очередная брешь, через которую тотчас же стали прорываться миньоны вкупе с неупокоенными. Ряды нежити заметно поредели, но их всё равно оставалось очень и очень много. Четвёртый легион встал на защиту левой бреши, и им приходилось крайне тяжко, ибо живые мертвецы всё текли и текли нескончаемой разлагающейся серой массой, а убить их, как известно, весьма затруднительно. Лучники и маги старались избавляться от летунов, что, надо отметить, у них получалось очень даже хорошо. Главной проблемой являлись химеры, ибо даже молнии не сразу пробивали их прочные перья. Требовалось нанести несколько ударов, дабы трёхглавый монстр рухнул.

Эльтран решил оказать очередную помощь столице, а потому вновь призвал черепа и направил их на оба прорыва. Кроме этого, он поднял из мёртвых пару сотен миньонов и два десятка бугаев, направив их на вражескую армию.

«Этого мало, но уж извините. Мне сейчас понадобится очень много Сил, и расходовать их я не имею права. В конце концов, если я сейчас проиграю и не убью Шессера, то тогда и вы не продержитесь…»

Исполин всё шагал себе и шагал, не обращая ни малейшего внимания на летевшую в его сторону мошку.

Молодой некромант сконцентрировался и пустил в ход первое боевое заклинание некромантов – лик смерти. Череп, объятый зеленым пламенем (именно так оно выглядело со стороны), летел прямо в грудь Шессера и разбился об его костяной доспех.

«Не хорошо…»

Эльтран попробовал вновь применить лик, и вновь неудача. Одно заклинание за другим, но все зелёные черепа разбивались об исполина, и не важно, целился ли он в грудь, аль оголённую руку, ногу или голову. Это заклинание даже не заставило его остановиться хоть на долю секунды.

И решил пустить он в ход простые черепа, вырванные из мертвых существ. Сотни устрашающих кровавых костяшек взмыли вверх и направились на Шессера. Со всего разгону они разбивались о доспех Гиганта, не оставив на нём даже царапины. Эльтран устремил черепа к шее чудища, но и это не давало результатов, ибо кожа его слишком крепка для столь слабых челюстей. Эльтран отозвал заклинание, дабы не тратить на его поддержание Сил. Теперь осталось лишь одно… последнее боевое заклинание из арсеналов некромантии. Эльтран магией собрал вокруг себя прах с того места, где бушевало синее пламя, принялся концентрировать его и метнул в Гиганта. На лету приняв форму огромного копья, достойного быть вложенным в ладонь Шессера, оно пробило навылет правую руку гиганта в локте. Конечность вместе с гигантским молотом рухнула наземь, разносясь тяжёлым грохотом далеко окрест.

Яир увидел этот момент, увидел, как отделилась исполинская рука, и издал радостный возглас. Ему тут же вторили другие воины и так тысячи глоток перекрыли рёв и рык жуткой нечисти, а после люди принялись рубить их с утроенной силой. У них есть шанс! Магистр Дейлос сможет победить Гиганта и тогда расправиться с нечистью и нежитью будет проще простого. Гигант уязвим, а значит его можно убить! Можно!

Остановившись, Шессер равнодушно посмотрел на оставшуюся часть руку.

«Он такой же. Этот Гигант ничего не чувствует, как и другая нечисть! Что ж… Сил ужаса и боли с него собрать не получится» - хоть это и казалось очевидным с самого начала, некромант всё же надеялся, что Шессер будет разительно отличаться, а именно в чувствительности он и видел разницу. Но не судьба, некромант, не судьба.

Гигант уставил взор на человека, раскрыл чудовищную пасть и в глубине этой чёрной, как казалось, бездны зажегся огонь. Шессер выдохнул пламя, но Эльтран успел поставить защиту. Из секунды в секунду пламя становилось всё горячее, пот лил ручьём, но Эльтран и не думал сдаваться.

Исполин остановился и увидел, что некромант всё так же завис в воздухе, цел и невредим, только лишь вспотел. Гигант взмахнул второй рукой с молотом и резко опустил. Эльтран увернулся, но от удара тяжелейшего оружия по земле прошлась мощная волна, дошедшая до столицы. Стены зашатались, воинам тяжело стоять на ногах и некоторые сорвались вниз прямо в жуткую серую массу. Образовалась ещё одна брешь, а две предыдущие чуть расширились. Создав вновь огромное копьё праха, Эльтран метнул его во вторую руку Шессеру. Её также оторвало в локте, и она упала с тяжёлым грохотом на землю. Гигант уставился пустым и равнодушным взглядом на обрубок. И исполин поступил совершенно неожиданно: он схватился средней парой рук за обрубки и оторвал их от тела по плечи. Самое удивительное в том, что кровь не вытекала со столь серьёзных, даже чудовищных, ран, и они тотчас же покрылись костяными пластинами, защитив чудище от уязвимых мест.

«Да что же ты за тварь такая?! Что за бездна изрыгнула такое отродье? Чей ум настолько изощрён и ненормален, что сумел придумать тебя? И как, чтоб меня заживо сожрали люкры, тебя убить?!»

Очередное копьё праха ударило в грудь гиганта и рассыпалось по поверхности панциря-доспеха. Шессер неведомым образом стал покрывать руки, ноги и шею защитой, ведь до этого они были оголены, и демонстрировали бугры мышц, поверх которых тёмно-серая кожа. Сегментные костяные панцири выходили из-под толстой кожи гиганта, и Эльтран лишь выругался на это, проклиная и того, кто сотворил столь жуткое чудище.

Друг за другом летело десяток копей, но ничего не менялось. Они также обращались в жалкую пыль от панциря исполина. Раздался странный утробный звук, и Эльтран мог поклясться, что Гигант смеялся. Смеялся над ним, над его жалкими попытками спасти уже итак обреченный город. Шессер выставил две свободные руки перед собой и хлопнул ими. Могло показаться, что был нанесен удар плетью огромных размеров – столь мощен и резок оказался хлопок, от которого образовалась сильная воздушная волна, отшвырнувшая Эльтрана словно какое-то насекомое. Некромант закружился, потерялся в пространстве и с трудом сумел вновь призвать незримые крылья ветра, дабы выровнять положение.

«Как же мне с тобой поступить? Что делать? Похоже, нет иного выбора…»

Отлетев ещё немного назад, он призвал прах с пепелища, сконцентрировал его вокруг себя, направил на лес, дабы он разросся и окреп, а после наслал на Шессера. Заклинание, которое оба раза выходило из-под контроля, достаточно сильно и должно пробиться через панцирь. Всю голову и плечи исполина покрывал чёрный прах, но Гигант не размахивал руками, дабы отогнать эту дрянь. Наоборот, он остановился и стоял каменным изваянием.

«Ну же, ну же… чего ты стоишь? Чего ждешь? Падай!»

Где-то через этот густой чёрный покров проблескивало ярко-красное свечение. И все вспыхнуло великим Пламенем Хаоса. Всю голову исполина окутал огонь. Огонь, который мог выжечь окончательно весь прах, сколь бы странно и нелепо это не звучало. И Эльтран ругался так, что сапожники явно остались бы им довольны. Вся голова пылала ярко-красным пламенем, придавая и так малоприятной внешности Гиганта ещё более устрашающий вид.

Огонь спал, разрушив заклинание Эльтрана, и в ход пошли мечи Великана. Благо, чудище и впрямь несколько неуклюже, хотя, конечно же, учитывая его габариты, тварь оказалась относительно быстрой. Один удар следовал за другим, и Эльтрану становилось всё трудней уворачиваться. Он не мог даже отступить назад, ибо боялся, что его заденет один из клинков, что означало лишь смерть.

Когда Шессер подошёл поближе, то кроме мечей в бой пошли и две свободные руки. Он размахивал ими, точно пытаясь прихлопнуть назойливое насекомое. И исполин всё же достал человека. Молодой некромант получил сильный удар ладонью Гиганта, и это отбросило его в сторону на десятки метров. Эльтран потерял сознание, а вот его подсознание пыталось если и не лететь, то хотя бы призывать тень тех крыльев, которыми пользовался человек, дабы разбиться насмерть.

Некромант зацепил несколько верхушек деревьев, упал в чистое поле и прокатился по инерции ещё немного. Шессер же, избавившись от назойливой мошки, продолжил идти к столице. Воины города увидели, что нигде не видать Дейлоса, а Гигант вновь принялся идти к ним. Все тотчас же пали духом и уже наложили мысленно руки, готовясь умереть.

— А ну не пускать сопли! – прогремел командирский голос Яира. Да, он тоже подавлен, но нельзя показывать это другим. Всё-таки, как ни как, но именно его назначили полководцем во время отсутствия Дейлоса, и ему предстояло поднимать боевой дух воинов. – Неведомо нам, погиб или нет магистр! Нечего оплакивать его и нас раньше времени! А даже если и пал магистр Дейлос, то это ещё не должно означать, что нужно опустить руки и считать себя мертвецами! Магистр, столь молодой, но уже мужчина поболее каждого из нас, посчитал бы нас трусами! Он, совершенно чужой нам человек, встал на защиту города и всего королевства! И он не струсил. Ни один мускул на его лице не дрогнул, увидев серую орду и Великана! И если он погиб, то это случилось, защищая нас. Так не будем же считать себя покойниками, братья! Мы должны стоять до конца, ибо нет пути назад. Покажем, что наши друзья погибли сегодня не зря и что жертва магистра не была напрасной! За королевство! За наш родной дом!

Пусть и не все, но большинство воинов его поддержали, и солдаты стали передавать слова Яира другим, тем, кто не слышал его пламенных слов.

Вокруг кромешная тьма и лишь где-то там, вдали, вновь виднелась уже знакомая сфера со всё также переплетающимися змейками Сил.

— С возвращением, Эльтран, – прозвучал ставший уже привычным голос.

— Что мне делать, некромант? – сразу же спросил человек двойника.

— А ты разве не знаешь?

— Откуда, сожри тебя люкр, я могу знать?! – вспылил Эльтран. – Отвечай быстрей! Мне нужно спасти город и людей.

— Спасти? Город? – силуэт поплыл вокруг молодого мага. – Людей? Можешь врать другим, Эльтран, но я – это ты, и я прекрасно знаю, что не ради этого ты сражаешься, – двойник остановился перед человеком и пристально посмотрел тому в глаза. – Ты делаешь это ради себя, ибо хочешь доказать самому себе, что ты уже достаточно силен, дабы сразиться против Хаорана, коль выпадет шанс. Это твоя первостепенная задача. Но… ты также делаешь это ради нее… точнее, ради них. Мать и дочка. Неужели тебя, закалённого юнца, повидавшего для своих лет так много и пережившего такое, о чём другие даже помыслить не в состоянии, обучающегося в Школе Магии некромантии, где учили быть совершенно хладнокровным, равнодушным ко всему и всем, столь сильно зацепила эта пара людишек? Можешь не отвечать, я и так всё знаю, – ухмыльнулся двойник.

— Как мне победить Гиганта?!

— Заклинание ты уже знаешь…

— Отлично! Какое именно?

— Ты знаешь, Эльтран. И не забывай, что я не могу говорить тебе всё открыто, иначе ты не станешь истинным некромантом. Но дам подсказку… закляни глубже.

— В смысле? О чём ты?

— У всего должна быть собственная сущность, – ответил двойник, и стал отдаляться.

Эльтран очнулся, и на него тотчас же обрушилась лавина боли. Даже чтоб пошевелить рукой приходилось прикладывать не малые усилия и большую силу воли.

«Кх… давай, вставай. Вставай, ты можешь. Надо… спасти их…»

Шессер очень близок к столице. Оставалось преодолеть небольшое расстояние, и можно начинать орудовать исполинскими мечами, разрубая камень и уничтожая город. Защитники же гибли в большом количестве, но и нечисти падало замертво не меньше.

— Пятый легион! Разделитесь на две части и спешите на поддержку к третьему и четвёртому легионам, а также прихватите с собой ополченцев! Каждый по пять тысяч. Также пусть десять тысяч ополченцев встанут на третью брешь ко второму легиону. Быстро! – распоряжался Яир и продолжил рубить карабкавшихся вверх по стене города миньонов.

— Летит! – радостно прокричал один легионер и указал в сторону летевшего обратно Эльтрана. Увы, радоваться возвращению некроманта некогда, а на того солдата, что указал на возвращавшегося мага, прыгнул миньон, повис у того на спине и вцепился зубами в горло.

— Магистр Дейлос, крайне рад видеть вас живым, – уважительно произнес Яир, рубанув по очередной твари, стоило Эльтрану приземлиться рядом.

— Разойдитесь! Мне нужно место!

— Но, магистр, твари лезут на стены, мы…

Эльтран посмотрел вниз и увидел приближающихся миньонов. Недолго думая, он спалил нечисть и создал огненную преграду перед стеной там, где он стоял.

— Теперь не полезут сюда

Солдаты разошлись, предоставив как можно больше пространства для молодого некроманта. Тот проводил указательным пальцем по воздуху, указывая под собой, и на камне вычерчивалась простая магическая фигура. Нет времени на создание сверхсложной композиции, сумевшей вобрать в себя много Сил.

…Шессер всё ближе. Ещё совсем чуть-чуть…

Эльтран быстро дочертил фигуру, закрыл глаза и концентрировал в ней Силу предсмертных мук убитых, коей вполне хватало. Магическая пятнадцатилучевая звезда вспыхнула зелёным пламенем, становясь всё ярче и разгораясь. Хоть и много Сил вобрал Эльтран в эту конструкцию, но этого недостаточно. Для такого заклинания необходимо больше.

«Мало, даже этого будет мало для такого… У всего должна быть собственная сущность… я понял, что ты имел в виду, мой двойник-некромант. Это будет великая волшба! Только нужно ещё с пять тысяч погибших, либо тысячу, но умерщвленных в великих муках. Да, людей сейчас погибает не мало, но это происходит медленно… Шессер успеет приблизиться и без проблем прорвётся в город, разрушая всё на своём пути, а моё заклинание будет готово на половину… в лучшем случае…»

Молодой некромант рассказал об этом Яиру, и лицо командира южной стены сделалось мрачнее тучи. Он надеялся, что магистр Дейлос покончит с Гигантом, а вон, оказывается, как всё повернулось.

— Скажите, магистр, если ещё тысячу людей погибнет, то этого хватит?

— Хватит, – совершенно уверенно произнёс Эльтран, хоть в глубине души он и не исключал обратного.

— Что ж, будет вам ваша тысяча, Дейлос, – сказал Яир и отдал честь. Эльтран всё понял, но не стал препятствовать, а лишь коротко кивнул.

— Постараюсь выиграть для вас время, Яир.

Капитан побежал прочь со стены и принялся быстро собирать десять сотен людей. Эльтран же позаимствовал часть Силы с магической фигуры, создав очередное копье праха. Оно не столь внушительно, как те, которыми он лишил Шессера рук, но всё же.

«Куда же ему его метнуть? Он весь в броне… только…»

Заклинание некромантов попало прямо в глаз Шессеру. Исполин остановился, приложил свободную руку к глазнице, из которой текло нечто ярко-жёлтое и пылающее.

Более тысячи людей во главе с Яиром спрыгнули со стены, обрушившись прямо на головы тварям, и кинулись в самую гущу серой массы. Да, они шли умирать, но это вовсе не значило, что они погибнут без боя. Отрезанные головы миньонов разлетались в разные стороны; проткнутые насквозь бугаи ревели от ярости и голыми руками разрывали людей. Миньоны пытались свалить их, дабы жертва меньше сопротивлялась потрошению. Великаны, не мудрствуя лукаво, убивали одним ударом, превращая людей в ошметки.

Эльтран чувствовал, как свежая Сила погибших витала вокруг, и принялся жадно её собирать в созданную им конструкцию. Нельзя терять времени, ибо такая Сила куда могущественней, нежели даже десятки тысяч умерших день назад. Свежая кровь, свежие муки только-только умерших – величайшая и ценнейшая энергия для таких, как Эльтран. Кроме этого, он следил за добровольно ушедшими на смерть. Они сражались славно и доблестно, хоть у них не было никаких шансов по ту сторону стены. Капитан Яир пал, буквально утонув в серой массе врагов.

«Ваш подвиг будут помнить»

Жидкое пламя перестало течь из глазницы Шессера, и там вновь плясал жёлтый огонь. Гигант продолжил идти к городу. Молодой некромант ждал гибели ещё нескольких десятков людей, а исполин уже подошёл к столице, взмахнул мечом и разгромил одну из башен.

…Ещё десять человек…

Второй удар исполинским мечом, и Шессер рассёк часть все той же южной стены, и в эту брешь тотчас же хлынула орда нечисти.

«Готово!»

Заклинание вступило в силу. Зелёное пламя ярко вспыхнуло и взметнулось вверх. Подул сильный ветер, на котором волосы Эльтрана сильно развевались, а всех стражей, что стояли рядом с ним, сносило и они падали на камни, окрашенные в непонятный уже цвет от крови людей и нечисти. Ветер перерос в настоящий ураган. Из всех высших магов столицы в живых остались двое. Они видели, как на лице некроманта появился череп, словно его кожа сделалась полностью прозрачной, а заодно и мышцы; волосы же начали седеть, а глаза запылали зелёным огнем.

Тысячи трупов, лежащих пред стеной города, обратились в прах, направившийся на Гиганта, занёсшего меч для очередного удара. Прах окутал его полностью, с ног до головы, но это его не остановило, и Шессер принялся опускать руку, дабы прорвать стену в очередном месте.

«Ну же, сработай как надобно»

Прах облепил всё тело исполина с головы до ног и входил в него, пролезая под костяными пластинами. Гигант несколько задёргался, и рука с оружием оторвалась. Она пролетела вперёд, задев около двух дюжин домов, частично аль полностью обрушив их. Эльтран очень взволновался за мать с дочкой. Его не волновали остальные, что прятались в подвалах аль соседних домах. Его не волновало, что рука с мечом, пролетев над ними и описав столь неудачно целый круг, рассекла здания и вполне возможно, что добралась и до подвалов, убив невесть сколько людей. Его не интересовали другие, его не интересовал их страх, их мольбы, их жажда жить. Лишь мать с дочерью беспокоили всё ещё живую, не очерствевшую душу некроманта.

Шессер замер, вновь равнодушно уставившись на очередной обрубок. Перенеся взгляд на Эльтрана, чудище раскрыло пасть, дабы изрыгнуть пламя, но огонь внутри него погас. Огромные кольяподобные зубы выпадали, рога почернели, осыпались, костяной доспех будто бы гнил и пластины спадали с тела Гиганта. Восемь хвостов задергались, будто бы испытывали жуткую боль, после чего покрылись зеленоватым налётом и застыли. Вскоре всё тело Шессера покрывали зелёные извивы, трещины и язвы. Исполин более не шевелился, а вместе с ним замерла и вся нечисть с нежитью. И когда трещины дошли до головы – пламя Гиганта в глазницах погасло.

Неведомо сколько времени стоял так Шессер, ибо все люди смотрели на него затаив дыхание и ждали дальнейшего. Послышался треск. Левые ноги гиганта раскололись на мириады осколков, а его тело рухнуло на бок и разбилось, подняв столп пыли и праха. Земля затряслась столь сильно, что почти вся южная стена столицы обрушилась, погребя под завалами многих из оставшихся в живых на ней защитников; и здания, что располагались ближе всего к Гиганту (а это, стоит заметить, преимущественно производственный квартал) рушились. Огромное чудище погибло, а вместе с ним вся оставшаяся в живых нечисть и нежить падала замертво, словно их лишили всей той Силы, что придавала им некое подобие жизни. Летающие существа падали подбитыми птицами, сталкиваясь друг с другом по пути к земле. Летучие мыши по непонятной причине лопались в воздухе, словно перезревшие вишни, скарабеи дождём посыпались вниз, убив нескольких зазевавшихся людей. Химеры падали, ударялись порой в стену или в какое-нибудь здание, частично снося его. Порой мёртвые туши обрушивались на защитников города.

— Ура-а-а! – не выдержал и закричал один из ополченцев. Ему тотчас же вторили тысячи глоток. Все радовались победе. Все, кроме Эльтрана, ибо у него совсем не осталось сил, дабы выпрямиться и гордо осмотреть побеждённую орду. Некромант просто рухнул на бордово-серый от крови камень и потерял сознание.

Молодой некромант очнулся и увидел небосвод. Столь спокойное звёздное небо умиротворяло и успокаивало, жаль только «магистр Дейлос» не мог насладиться этим зрелищем, ибо его несли.

— Сто… стойте…, – прохрипел Эльтран. Воины, переглянувшись, всё же послушались спасителя города. Голова кружилась, и неистовая боль разошлась по всему телу.

Закрыв глаза, Эльтран видел все те потоки от предсмертных мук, что витали вокруг. Их осталось не столь уж и много, ибо почти все ушло на заклинание, уничтожившее Шессера. Эльтран видел их как бледные иль перламутровые сгустки туманов. Нельзя позволить, дабы столько добра пропало, а потому он вобрал всю оставшуюся Силу в себя и использовал для поддержания собственного тела. Таким нехитрым образом, он мог стоять на ногах, ходить и даже внятно говорить.

Некромант понимал, что долго заклинание выносливости не продержится, ибо Сил у него крайне мало, да и физически он истощён, но приятной неожиданностью являлось осознание, что на теле никаких ран после битвы с Шессером.

«Видимо маги залечили их, пока я был без сознания»

Эльтран вернулся к месту битвы и вновь поднялся на стену. От южной части мало что осталось. Везде горы трупов, как людей, так и тварей, даже несмотря на то, что многих погибших пришлось обратить в прах для последнего заклинания. Полуразбитое тело Гиганта всё также лежало на левом боку. Исполин похож на громадных размеров скульптуру, ибо ничего от живого и даже неживого – того, что обычно есть в нежити или нечисти – в нём не осталось.

«Вот так-то… даже тебя удалось одолеть»

Осмотрев город, Эльтран остался недоволен столь серьезным разрушением. Производственный квартал, по сути, уничтожен. Кузницы, пекарни, амбары с продовольствием, портные, сапожники – всё это перестало существовать, и надо отстроить заново. А сколько жилых домов уничтожено! В самой столице лежали тысячи трупов скарабеев, несколько химер похоронены под завалами зданий, кои они сами и разрушили при падении, а от летучих мышей остались лишь серые лужи крови-слизи.

«Далеко же пролетела твоя рука и многое натворила, даже несмотря на то, что ты ею больше не управлял»

Солдаты с ополченцами стояли внизу и смотрели на Эльтрана – на того, кто спас их город и всё королевство. И каждый из них встал по стойке «смирно» и одни принялись бить кулаком по груди, а другие же ударяли мечами о щиты. Один за другим, так поступили все без исключения жители столицы, и пусть некромант и не видел, но каждый воин, каждый ополченец и простой гражданин отдавал честь ему, Эльтрану. Многие из них находились на другом конце города, некоторые так и вовсе все еще боялись выйти из дому, а посему не видели магуса лично. Это всё не важно, ибо сам жест означал куда больше, нежели простая благодарность. Даже оставшаяся пара высших магов, кои поначалу недоверчиво смотрели на некроманта и сомневались на его счет, воздавали ему почести. Посмотрев на толпу, Эльтран пытался найти в ней ту мать с дочерью, но не увидел.

«Наверно они на другом конце города. Хоть бы с ними было все хорошо! Опасности больше нет, так что теперь-то они будут в безопасности»

Стоило Эльтрану спуститься вниз, как заклинание перестало действовать, и тело обмякло, но его тотчас же подхватило множество рук. Они аккуратно взяли ослабевшего некроманта и медленно понесли через город – прямо во дворец самого короля, где теперь он мог отдохнуть и восстановиться.

В полдень следующего дня Эльтран очнулся. Он всё так же обессилен и чувствовал себя невероятно уставшим. Некромант лежал на просторной большой и добротной кровати, комнату ему предоставили почти что королевскую, и вместе с ним в помещении находилось трое людей. Слуги тотчас же принялись допытывать мага многочисленными вопросами: «что-нибудь принести?», «наполнить вам бадью?», «не нужно ли ещё подушек?», «есть и пить не желаете?» и, наконец, вопрос, который заставил Эльтрана очень усомниться в умственных способностях этих людей: «с вами всё в порядке?».

— Конечно же, я в порядке! Всего-лишь потерял много физических и магических сил, мне трудно даже двигаться, так как боль начинает отдаваться по всему телу. Я не смогу творить волшбу еще… хм… три-четыре седмицы – точно! Голова всё время пульсирует, а в целом всё отлично и чувствую я себя просто великолепно, – с иронией произнёс Эльтран, но, судя по всему, слуги этого не поняли.

— О, так это же отлично, магистр Дейлос!

«Дожили…»

И так Эльтрану пришлось провести в окружении этих слуг аж два дня. Только спустя это время он хоть частично восстановился и мог вновь ходить, а посему поспешил как можно скорее покинуть опочивальню. Молодой некромант, хромая, ходил по улицам города. Все его узнавали и мужчины отдавали честь ударом кулака в грудь, а женщины просто коротко кланялись. И всё это время он пытался найти ту женщину с ребенком, но в южной и восточной частях их не было.

Он направился в северную часть, дабы посмотреть, как шли дела на месте разрушенных от летающих тварей домов. По дороге он увидел женщину, стоявшую к нему спиной, а за руку она держала маленького ребёнка.

«Слава Творцу! С ними всё в порядке»

Он обрадовался и хотел к ним подойти, но не стал. Решил, что им нужно отдохнуть, да и забот, пожалуй, хватает, а потому пошёл дальше.

В северной части города кипела работа, равно как и везде. Люди разбирали завалы домов и из-под них доставали всё новые и новые тела, хотя иногда и попадались выжившие. Оторванная рука нанесла куда больше урона, нежели предполагал некромант. Да и падавшие летающие существа оказались ничуть не лучше.

— Как у вас дела? – спросил Эльтран у одного из стражей.

— Здравия желаю, магистр! – отдал честь воин. – Устали очень… трудимся не покладая рук в три смены! Из-под обломков вытащили много трупов. Тут и старики, и женщины с детьми…

— Кстати, а где трупы? Я здесь их не вижу.

— Так мы это… Выносим погибших за стену. Здесь и без того иной раз шагу не ступить, а ежели ещё и мёртвых ложить тута на землю, то всё…

— Звучит логично. Продолжайте работать, – кивнул Эльтран и пошёл дальше.

«Интересно, много ли людей погибло?»

Выйдя за стену, молодой некромант увидел несколько рядов аккуратно выложенных трупов. Их примерно с сотню, а может и чуть меньше. Эльтран немного прошёлся мимо, смотря на тела.

«Столько погибших в той части города, которая не участвовала в сражении… Сколько же всего людей… умерло…»

Эльтран потерял дар речи, ибо увидел посреди выложенных тел тех, кого не хотел.

«Нет… Нет-нет-нет! Постойте! Я же… я же видел вас недавно… Вы стояли ко мне спиной… спиной…»

У женщины всё лицо превращено в сплошную кашицу из крови и костей, шея разорвана, живот вспорот и вывернуты кишки; одной ноги просто нет, а на второй отчетливо виднелись следы от кольяподобных зубов. А вот лицо дочери осталось не тронутым, но нижняя половина тела отсутствовала. Словно бугай схватил маленькое беззащитное дитя и разорвал надвое. Хотя, если присмотреться, то видны следы зубов. Эльтран смотрел на них в полном оцепенении и не хотел верить в увиденное. Он сомневался, считал, что ошибся… но это не правда. Эльтран прекрасно помнил лица и смог бы распознать их из тысяч похожих, уж столь глубоко в сердце и душу проник тот момент благодарности. Он упал на колени подле тел, не обращая ни малейшего внимания на боли, эхом отдававшие по всему телу.

«Подвёл… я вас подвёл… Спас первый раз, а вот потом не сумел, хоть и вернулся в город исключительно ради вас, дабы вы выжили. Вы… вы были полны надежд и смотрели на меня, как на истинного спасителя города. Да, город я спас и много жизней не унесла серая орда, но… в чём смысл, коль вы погибли? И что теперь делать? Как мне должно себя чувствовать? Стоит радоваться, что спас сотни тысяч жизней, и горевать, ибо не удалось помочь тем, кому хотелось… Простите меня»

Эльтран сидел так с опущенной головой. Он не мог смотреть на тело матери с дочкой, а глаза сделались влажными. Пожалуй, впервые по его лицу прошлись слёзы не за собственных родителей, а за других людей. Сердце, как ему казалось, почти не билось, и Эльтран чувствовал, будто сам умрёт от всего произошедшего. Сколь бы крепок он ни был, как бы хорошо не обучали его в Школе, и сколько бы всего не пришлось ему пережить, а всё равно не удалось зарыть свои чувства глубоко в душе. Столь глубоко, что даже армии люкров не удалось бы провести тоннели к ним.

Увиденное очень деморализовало Эльтрана, и он потерял всякое желание что-либо предпринимать и совершать. Почти месяц он только то и делал, что лежал в предоставленной ему опочивальне. Ему не хотелось выходить наружу, и как-то раз даже сам король явился к нему, поблагодарил за спасение города, но некромант лишь молча лежал себе и глядел в потолок.

«Не спас… хоть и старался так, как никогда прежде… не спас…»

Эльтран постоянно думал о женщине с ребёнком и всё время винил себя. Если бы только он сразу догадался применить то заклинание! Окажись достаточно силен, дабы оказать Шессеру более достойное сопротивление или хотя бы остановить его продвижение к городу. Если бы, если бы… Слишком много «если».

Уснув, он вновь очутился внутри своей же сущности и пред ним вновь стоял знакомый двойник-некромант.

— И что теперь? – на этот раз сей вопрос задал именно он, а Эльтран лишь стоял себе перед ним с абсолютно стеклянным взглядом.

Двойник медленно подошёл и уставился ему в глаза, будто бы пытаясь в них что-то прочитать и понять.

— Ты винишь себя. Я это понимаю и чувствую твою боль. Да, ты виноват, что всё-таки не сумел сдержать данного слова, хоть ты лично им ничего не обещал, но поклялся себе. Но, что сделано – то сделано, и ты не сможешь повернуть время вспять. И даже если бы и мог… неизвестно, чем бы всё обернулось в итоге. Быть может, тогда полгорода было бы уничтожено, Эльтран, а ты спас очень многих. То, что сделал ты – не могут совершить большинство из живущих. Возможно, даже Архимагу не удалось бы нечто подобное. Если бы ты только знал…, – двойник не договорил, а лишь печально покачал головой.

Молодой некромант продолжал стоять, не выказывая никаких признаков жизни. Он не моргал и даже не шевелил глазами.

— Эльтран! – прорычал двойник, да так, что даже сфера всеразличных Сил задрожала, исказилась, испугалась его крика. И лишь после этого Эльтран удостоил своего визави вниманием.

— Да что же с тобой творится?! Как ты можешь вести себя таким образом, зная, что тебе ещё многое предстоит сделать?! Или ты уже забыл? Разбойники, королевство Рейрс, Дейл и Хаоран! И как ты собираешься справиться с ними со всеми, будучи в таком состоянии?!

— Никак…, – мертвенным голосом проговорил Эльтран.

Двойник не выдержал, глаза его запылали бледным пламенем, и он ударил с размаху тыльной стороной ладони по лицу молодого некроманта, и тот отлетел на добрых две сажени. Он встал и продолжал смотреть куда-то перед собой стеклянным взглядом.

— Жалкий мальчишка! Стоило тебе потерпеть всего одно личное поражение, как ты поник духом и стал слаб! Ты не достоин тех учителей, что отдали за тебя свои жизни. Ты недостойный сын своих родителей, мальчик.

Лицо Эльтрана скривилось, он оскалился подобно дикому зверю и смотрел на двойника с ненавистью.

— Недостойный? Я недостойный?! – он принялся наносить удары по двойнику, но кулаки лишь проходили сквозь призрачное тело. – Я даже не знаю, кем они были!

— Тебе достаточно знать, что Эльверо и Ларейн являлись сильными магами и крайне способными, а ещё они безгранично любили своего единственного ребенка, хоть и провели с тобой до ужаса мало времени. Так неужели они гордились бы тобой нынешним? Столь жалким и ничтожным. Нет! Отец бы отказался от тебя! Очнись же ты, наконец! За всю свою жизнь тебя будет ждать немало разочарований и даже провалов, и нельзя ни в коем случае падать духом и накладывать на себя руки, Эльтран. Тебе ещё многое предстоит. И ноша эта может оказаться непосильной, – не успел человек спросить, что именно имел в виду двойник, как тот стал отдаляться.

Проснувшись, молодой некромант сразу встал на ноги и его тотчас же окружили слуги. Ему принесли чистые одежды, поднесли еды с вином.

Эльтран будто бы ожил. Он вернулся к жизни, вновь стал бродить по улицам города. Его приветствовали все и отдавали честь даже спустя целый месяц. Город сильно преобразился, ибо обломки южной стены почти полностью разобрали, густой серой жижи на улицах вместе с потрохами, а также трупы скарабеев и прочих тварей осталось мало, рука исполина около центральной части пропала, а вот гигантский меч перенести не удалось. Что ж, со временем они придумают, что с ним делать и как именно поступить.

Прошла ещё одна седмица, прежде чем Эльтран окончательно пришёл в себя. Волосы на голове так и остались тёмно-серыми после того грандиозного заклинания, но это нисколько не смущало его. Перед уходом его навестил король вновь и просил остаться.

— Простите, король, но я не могу. Я и так задержался здесь дольше, нежели хотел. Теперь предстоит искать разбойников, кои мне нужны. И, что-то мне подсказывает, что на вас больше не будут нападать, а ежели и появится нечисть, аль нежить, то уж точно не орда. Не более пары тысяч. Но что такое пару десяток сотен, по сравнению с тем, что довелось пережить.

— Понимаю, магистр Дейлос, понимаю. Что ж, очень и очень жаль. Но даю слово, что город не забудет героя, спасшего…

— Я не герой, король, – перебил правителя королевства Эльтран, и тому явно это не понравилось, но он промолчал. – Герои – командир южных врат Яир и та тысяча воинов, что пошли вместе с ним на верную смерть, дабы моё заклинание вобрало достаточно Сил. Вот они – герои, а не я. Так что, король, почтите лучше их память и всех погибших в той бойне и пусть про этих отважных мужей будут слагать песни менестрели, и да пусть каждый житель града знает, что лишь благодаря им они всё ещё живы.

Эльтран вышел из замка и взлетел, улетая прочь, а в след ему три легиона в полном вооружении подняли мечи, копья, топоры вверх и принялись стучать ими по щитам.

Молодой некромант летел к южной границе королевства, дабы попасть в бывший Уэрос. Он надеялся, что «Иллитиалы» не ушли далеко. Поля и реки оставались далеко позади, равно как и хутора с деревушками. Эльтран довольно редко останавливался, дабы отдохнуть, аль найти еды.

Летел молодой некромант полтора дня. Замедлившись, он пристально осматривался, пытаясь найти следы разбойников. Солнце уже скрылось за горизонтом, позволив крыльям ночи ввергнуть земли во тьму. Всё это время он прибегал к всевидящим ветрам и пытался найти след. Минус данного заклинания в том, что, увы, особо далеко им увидеть что-либо нельзя, так как некромант не являлся великим магистром данной Стихии. Эльтран применял его всего лишь на пол-лиги, но ему помогло не заклинание, а собственные глаза. Он увидел вдали множество огоньков. На хутор или, тем более, город это не похоже. Конечно, быть может, то другие разбойники или же просто много охотников собралось за дичью, но всё же посмотреть стоило. Нависая прямо над лагерем, Эльтран прибег к заклинанию, дабы как можно более чётко рассмотреть одежды людей, и увидел…

«Иллитиалы» – мысленно прошипел некромант. – «Видимо, наконец-то мне благоволят высшие Силы, ибо вы уже много времени тут находитесь. Даже слишком много. Без малого шесть, а то и семь седмиц. Что ж, хороший знак»

Молодой некромант стремглав бросился вниз на ничего не подозревавших разбойников. Скорее всего, большинство из них, как всегда, выпивали, но разве должно это помешать его мести? Ни в коем случае!

Огненный росчерк пылающего шара, пущенного Эльтраном, ударил в голову одному из них, наполовину разорвав её, а другую часть обуглив. Тело с лишенной частью затылка кулем рухнуло наземь, а некромант продолжал пускать огнешары. Одни убивали людей, а другие нацелены на палатки. Не малая часть лагеря «Иллитиалов» запылала, люди походили на живые факелы и с криками разбегались кто куда, неистово размахивая руками, аль кувыркаясь по земле.

Молодой некромант приземлился, достал подаренный королем меч из ножен и сразу сорвался с места. Несколько разбойников пришли в себя и стали понимать, что случилось. Они пытались зарезать незваного гостя, но Эльтран с лёгкостью парировал их атаки и моментально наносил контрудар.

«Спасибо тебе, Менер, что обучил владению мечом! Ты, как и Веал, был хорошим учителем… жаль только, что я тогда являлся никудышным учеником, но я буду тренироваться и вы, как учителя, будете мной гордиться!»

Двое разбойников нападали одновременно, а третий стрелял из коротких арбалетов. Магией Эльтран отвёл болт, увернулся от размашистого удара топором, вонзил меч в живот атакующему. Очередной арбалетный болт устремился к нему, и он её сжёг на лету, уже направляясь ко второму разбойнику. Тот попытался отрубить мчавшемуся на него некроманту голову, скрестив оба меча перед собой и разведя их в стороны, словно то были какие-нибудь ножницы. В последний момент ученик Менера сумел остановиться и отклониться назад, но оба острия оставили на его щеках небольшие царапины. Стремительный выпад вперед и очередной разбойник отправился к праотцам. Послышался очередной пущенный болт. Некромант быстро развернулся и провел рукой в сторону арбалетчика. Красная волна обратила болт в щепки, а самого разбойника рассекло надвое.

И так, не особо торопясь и словно смакуя каждый момент, наслаждаясь каждой пролитой во имя мести кровью, Эльтран избавлялся от них. Это всё доставляло ему истинное, изощрённое удовольствие, граничащее с маниакальной страстью убивать. Сколько ему пришлось ждать! Месяцы! Даже нет… годы! И теперь, когда он здесь, в лагере разбойников, кои повинны в гибели родителей, он не остановится и не оставит в живых никого, особенно Валиса.

Уже четыре десятка разбойников убито, а другие сгорели в палатках. Некоторые попытались сбежать, но Эльтран увидел их при помощи всевидящего ветра, настиг и уничтожил. Вокруг не осталось ничего, кроме пепелища. Всё догорало, но Валиса среди этой шайки встретить не довелось.

«Где же ты? Я знаю, что ты здесь!»

— Валис! – прогремел голос Эльтрана. – Выходи! Довольно прятаться, подобно жалкой крысе! Выйди на бой, как и подобает мужчине, если ты вообще таковым являешься. Никакой магии не будет. Клинок против клинка!

Ответа не последовало. Молодому некроманту пришлось довольно долго ждать, но ничего это не принесло. Валис не мог сбежать, просто не мог, ибо Эльтран вылавливал всех, кого видел. А за пару минут преодолеть расстояние в целую версту простому человеку не по силам, даже если тот жутко напуган.

— Что ж, тогда я просто выжгу всё в округе, а потом буду идти на твой поросячий визг!

Эльтран не врал. Он и вправду принялся творить заклинание, но несколько медлил. Начал испепелять лишь всё вокруг себя, постепенно расширяя площадь огня. И вот где-то в двадцати саженях от него раздался легкий шорох. С помощью ветра он увидел очередного разбойника, последнего, судя по всему, оставшегося в живых. Некромант взлетел и набросился на него, повалив на землю. Тот достал одноручный меч, который Эльтран легко выбил из его неуклюжих рук при помощи магии Воздуха. Последний разбойник остался безоружным, упал на колени и принялся молить о пощаде.

— Ты просишь пощады, Валис? Ну уж нет! Не дождёшься!

— Да кто ты такой? Зачем ты уничтожил нас? – почти сквозь слёзы спросил тот.

— А ты меня не узнаёшь? О, прости, я сменил цвет волос и несколько повзрослел… но неужели ты забыл Приютёныша?

Эльтран видел, как Валис выпучил глаза от удивления и как его била сильная дрожь.

— Да-да, это я, – издевался некромант.

— Что… что ты хочешь?

— Ты прекрасно знаешь, чего я хочу, – Валис опустил голову, дожидаясь, когда ему её отрубят. – Но прежде ответь мне: кто отдавал вам приказы убить моих родителей?!

— Что? – разбойник не мог поверить своим ушам, и в сердце его зародилась надежда. – Кхм… я скажу, но взамен ты меня оставишь в живых. Согласен?

— Посмотрим, каков будет ответ. Говори!

— Анарс! Это всё Анарс! – сразу же принялся вопить Валис. – Не знаю точно зачем, но именно он приказывал нам. Он победил предыдущего предводителя и занял его место, после чего приказал забрать ребёнка, который вот-вот должен родиться. Мы ничего не понимали, а те, кто оспорил его решение, были убиты.

Теперь настало время удивляться самому Эльтрану. Этого он не ожидал, а потому растерялся. Анарс… Дейл… старик… колдун… Приказал им забрать младенца? Он и являлся предводителем разбойников? Но ведь… они случайно встретились тогда в лесу, разве нет? Как так вышло, что за столько лет, Эльтран ни разу не видел истинного главу разбойников? Про него и никогда не говорили. Складывалось впечатление, что «Иллитиалы» действовали из собственных соображений и так, как решит большинство.

«Значит… старик скрывался… Дождался, когда во мне проснутся Силы, и сразу же объявился, притворившись, что просто проходил мимо…»

— Ну что, Приютеныш, – пробубнил Валис, хлюпая носом, – ты меня отпустишь?

Вместо ответа молодой некромант лишь взмахнул рукой и рассёк последнего разбойника напополам. Как ни как, но он не давал обещаний.

«Дейл… Так это ты, паршивый старик, отдавал приказы! Из-за тебя я остался без семьи! Но, зачем ты это делал? Исключительно потому, что считал меня тем самым человеком из пророчества? Но как же ты пришёл к выводу, что это именно я? Детей магов очень много и любой из них мог оказаться на моём месте. И если ты давно стал изгнанником, то как обнаружил родителей? Дейл… Дейл…»

— Дейл! – прогремел подобно раскату грома некромант. Теперь для него главной целью являлся тот, кто первым взялся его обучать – Дейл Эйтер.

Глава XI. Переплетенные Судьбы

Пустота… Тишина… Спокойствие… Неизвестность…

Даже ему неизвестно, жив ли он, аль нет.

«Где я? Что происходит? Неужели я отправлюсь к своим предкам? Мёртв? Возможно. Жив? Не исключено. Так что же происходит? Что должно случиться?»

Ни жив, ни мёртв. Возможно, подобное состояние можно назвать одним из самых пугающих, ибо ты сам не знаешь, что с тобой и к кому себя причислить – к живым, или же к мёртвым. На что надеяться? Что вскоре чудодейственным образом ты откроешь глаза, глубоко вздохнешь и продолжишь править племенем? Или же ты увидишь предков? Отца, деда, былых друзей и соратников, с коими тебе довелось сражаться плечом к плечу? Быть может, хаором после смерти увидит даже мать. Увидит ту, что родила его.

Он не чувствовал ничего: ни дуновения ветра, ни тепла солнца, ни собственного тела. Мысль – единственное, что осталось при нём. Будто бы из тебя вырвали одну часть, не обладающую телом, и оставили в какой-то неизвестной бездне.

Безмолвие… Тишина… Покой… Страх…

Великий страх даже для него. Страх перед неизвестностью. Как бы ему не было стыдно перед самим же собой, но он боялся, как никогда прежде.

…БОЛЬ…

Резкая, внезапная, словно в него попала невесть откуда выпущенная стрела. Боль, пронзающая всё тело и содрогнувшая даже душу.

Бездна отступила, и её место занял яркий ослепляющий свет с неразличимыми голосами, слившимися для него в единый поток.

—…ан… вы …шите… меня? – раздалось откуда-то.

Свет постепенно переставал ослеплять, и мир обретал ясность, цвета и очертания.

— Вождь Хаоран, вы меня слышите? - повторился голос.

— Чего… тебе, Рарн? – прохрипел Кровавое Крыло. Он постарался пошевелить рукой, но боль эхом разнеслась по ней, и ему казалось, что в него вонзили множество игл.

— Не вставайте, вождь! Вам надобно лежать и отдыхать.

— Ты… смеешь указывать мне?! – злобно прошипел Хаоран.

— Для вашего же здоровья! Вам надо восстановиться! – не испугался хаором.

— Что… случилось после… гибели Эмельмета?

— Все твари погибли, отец, – раздался мелодичный голос дочери вождя. Она подошла к кровати Хаорана и поклонилась ему.

— Приветствую сильнейшего средь сильнейших! Хаорана по прозвищу Кровавое Крыло, объединителя племен в единый тиейл и первого Эрме расы хаоромов! – после этих слов все до единого белокрылые опустились на одно колено и опустили головы.

— О чем это ты Альва?

— Отец, после того как ты убил Гиганта, вся летающая нечисть дождем попадала на землю. Словно их лишили той жуткой волшбы, что поддерживала в них жизнь. Тебя, падающего вслед за Гигантом, поймали двое и вернули в крепость. Весть о твоей, пожалуй, величайшей победе разнесли все Ветры и каждый хаором знает о той грандиозной битве. И теперь иные племена признают твоё превосходство и просятся встать под твои крылья, а также они готовы склонить свои главы пред первым Эрме в истории нашей расы.

Этого, признаться, Кровавое Крыло совсем не ожидал. Тиейл – единство всех племён хаоромов в мире. Когда все объединятся ради общих целей. Такое уже случалось прежде, давным-давно, ещё когда прадед Хаорана был простым воином, былые вожди существовавших тогда семи племён объединились, дабы выступить против эльфов. Увы, ни к чему хорошему это не привело, но тогда тиейлом правили семеро вождей. Теперь же главы других трёх племен изъявили желание объединиться вновь! Спустя столько лет… К тому же его, Хаорана, признали величайшим и предложили ему стать первым в истории Эрме – вождем вождей, сиречь королем хаоромов. Альва права, ибо подобного ещё не случалось.

— Церемония состоится тогда, когда того изволит Эрме, – предугадав вопрос, заранее ответила дочь.

— Превосходно. Я дам знать, когда сей знаменательный день должен наступить.

***

— Он сумел одолеть его…

— Да, сумел.

— И что же делать? Теперь все племена подчиняются ему, а это большое войско…

— Маэль, неужели ты волнуешься за это? Хаоран почти погиб – значит не всё так сложно.

— Ты прав, старший брат, но…

— Никаких «но»! Дадим ему немного времени. Пусть возвысится, посчитает себя непобедимым. Тогда-то и нанесём удар. К тому же, без Селестоса Кровавое Крыло лишь очередной смертный, ненавидящий нас, но не способный противостоять. Разве мало подобных ему во Вселенной?

— Истины слова твои, но с такой армией он сможет уничтожить всех эльфов в мире!

— Думаешь, ему это удастся, Чейрос? Да, его армия возросла, но не забывайте, что такое уже бывало. Чем всё закончилось? Мы помогли своим братьям и те уничтожили ту несуразную коалицию изнутри. Мы подсказали им, как развратить некоторых вождей и командиров их войск, дабы великое единое племя разорвало само себя же. И сколько раз случалось подобное в других мирах? Сотни тысяч раз! Всегда находятся те, кто достаточно самовлюблён и заносчив, дабы посчитать, что может тягаться с нами. И мы встречали тех, кто превосходил по способностям этого Хаорана.

— Старший брат, а куда пропал Селестос? По меркам мира Тертернириэль его нет вот уже три года, – решила перевесит разговор в более нужное русло одна из Богинь.

— Ничего, Айэла, рано или поздно, но он покажется.

— Но сколь силён он будет к тому моменту? Пророчества…

— Ни что иное, как бредни никчёмных людишек! – злобно перебил её Эллариэль. – Эти ничтожные смертные, дабы зародить в своих душах гнилое семя надежды на возвышение напридумывали всевозможных пророчеств! Это всё глупости, которые не годятся даже детям вместо сказок. По сути, каждый сильный маг может отнести себя к «человеку из пророчества», а таковые приобретают Силу по чистой случайности! Равно как и все иные существа во Вселенной. И Селестос – не исключение. Он – всего лишь возгордившийся человек. Мы потратили столько тысячелетий на поиски таких людей и их уничтожении, что даже не задумались: что есть пророчества? Но совсем недавно мы всё поняли. Искать «людей из пророчеств» – глупо и отнимает слишком много времени и Сил. НО! Как я уже сказал, в каждом мире рано или поздно появляются те, кто жаждет свергнуть нас, или же считает себя настолько сильным, что сможет тягаться с нами.

— И что же ты предлагаешь? Убрать всю нечисть?

— Нет, Маэль. Испытание останется, но мы более не будем прислушиваться к каждому шороху о «людях из пророчества». Считают себя таковыми – и пусть. Мы же будем следить лишь за теми, что решили нас свергнуть, либо просто хотят сразиться с нами.

— Разве такое возможно, брат?

— Всё возможно, Чейрос. Ещё до того, как вы стали Богами, мы столкнулись с пятью магами различных рас. Они оказались настолько сильны, что каждый из них мог достойно сразиться с нами один на один. Я и сейчас помню их имена: сцерр Виардон изучал магию Тьмы и Разрушения, саалит Сашшассе некромантию, разумеется. Они являлись самыми опасными из тех пятерых. Также был орк-маг (да-да, братья и сёстры, такие тоже существуют!) Киар-Зах Бергарр – приверженец так называемого созидательного разрушения. Тролль Го’Зок Чииура, верховный жрец племени и великий целитель, и последний – амедей Зеа Ки Уро, маг Воды.

— И как же так случилось, что они стали настолько могущественны? – поинтересовалась Айэла.

— Я не знаю, сестра. Никто из нас этого не знал. Мы занимались тем, для чего и были сотворены Творцом – следили за Вселенной и созидали. Эти пять магов появились внезапно, бросили нам вызов и сразу же оказались пред вратами нашей Обители. Сапфировые Ворота пали, а мы насылали на них орды различных существ, кои только имелись в нашем распоряжении, но они истребили их всех. Как я и сказал, самыми опасными были сцерр и саалит. Они вдвоем убили одного из Богов, кой решил сразиться с ними лично, дабы поставить на место возгордившихся смертных. Бедный гном Бигир Толстобрюхий, как мы его звали. Они убили его, а треклятый некромант поднял тело из мёртвых и поставил себе в служение.

— Но вы победили, Эллариэль, иначе мы бы тут не стояли.

— Абсолютно верно, Маэль, но потеряли одного из братьев, огромное войско существ, что были нам покорны, и остались посреди частично разрушенной Обители.

— Именно после этого вы и стали следить за особо сильными магами?

— Нет, Маэль, ибо остальные Боги посчитали, что то единичный случай и более подобного не повторится. Но я понимал, что рано или поздно, но явятся другие… Остальные Боги не хотели помогать иным расам, не хотели даже пытаться следить за ними, дабы не допустить нападения вновь, и я не выдержал. Что же было дальше – вы прекрасно знаете, ибо участвовали в их свержении вместе со мной вскоре после того, как нашли замену павшему гному.

Нависло неловкое молчание, и Айэла вновь решила взять всё в свои руки.

— Скажи нам, Эллариэль, как быть с тем молодым некромантом, что сумел одолеть Гиганта?

— А чем он тебя смущает?

— А тем, – вмешался Маэль в разговор, – что он в одиночку сумел столько всего натворить, брат. Он обращал нежить в прах, переводил нашу орду на свою сторону и, что самое главное, он одолел Гиганта!

— И что в этом такого, Маэль?

— Он очень силён для своих лет, Эллариэль. Быть может, что он ничем не будет уступать Селестосу! И как знать, вполне возможно, что он станет настолько силен, что сумеет тягаться с нами по могуществу.

— Селестоса мы не видели вот уже три года по меркам этого мира, так что нам неведомо сколь силён он стал. Быть может, этот молодой некромант лишь слабый котёнок по сравнению с ним. Но всё же ты прав, Маэль. Он очень силён и откуда в нём столь огромный магический потенциал – я не могу понять. Селестос получил часть Океана Силы из пустот космоса при рождении, а этот… Эльтраном именуемый, получает Силы непонятно откуда. Да и имя это, Эльтран – не настоящее. Его не успели наречь родители, а потому я не вижу его истинного имени.

— Быть может, нам стоит обратить своё внимание на него?

— Не думаю, что в этом есть потребность. Он желает лишь отомстить за гибель родителей. Но, коль тебе так хочется – можешь присматривать за этим мальчиком, Чейрос.

***

Дейл шёл к покоям Хаорана вместе с полученным несколько лет назад посохом. Он не опирался на него, но просто касался им пола, используя его, казалось бы, как некую атрибутику, дабы выглядеть несколько солидней. Хотя, конечно же, он мог прибегнуть к его Силе в любой момент. Вначале оно казалось ему неудобным из-за нижней части, сделанной под копье, но хаоромы это исправили. Они удалили стальной наконечник, и посох стал самым что ни на есть деревянным, без каких-либо эдаких ухищрений. Тем не менее, испытывать магическое оружие ему ещё не доводилось. Даже во время атаки нечисти он не помогал белокрылым отбивать крепость, но отнюдь не из желания, дабы Эмельмет уничтожил всех белокрылых вместе с ним. О, нет. Дейл почувствовал, как где-то очень-очень далеко творилась небывалая прежде волшба. Колдуну удалось лишь понять, что это заклинание из арсеналов некромантии. Применив все мыслимые Силы, коими он владел, старец увидел тогда Эльтрана. Брат Архимага немало удивился, увидев бывшего ученика.

«Некромантия… малоизученная магия. Неужели он поступил в Школу и учился там? Нет, это практически невозможно! Попасть туда нелегко, тем более с застенок города! А если он всё же поступил туда? Он должен быть сейчас на четвертом – если не на третьем! – цикле обучения. И я сильно сомневаюсь, что Демиус позволил бы обучать в Школе такой волшбе! А, главное, этот магический след как две капли воды схож с тем, что некогда обнаружили хаоромы. Я говорил с ними, меня даже отвели на место творения того заклинания. Ох, Эльтран… Ты всё-таки можешь стать очень могущественным магом» – подумал он тогда, и за эти седмицы мнения своего не изменил.

Подойдя к покоям Кровавого Крыла, кой всё еще пребывал в несколько истощённом состоянии, двое стражей открыли ему двери.

— Приветствую сильнейшего! – воскликнул старец, едва перешагнув через порог. – Как твое здоровье, Хаоран?

— Здравствуй, Дейл, – медленно проговорил будущий король хаоромов, но не удостоил гостя взглядом. – С какой целью ты решил прийти?

— Прошу прощения у тебя, но я пришёл, дабы попрощаться.

— Попрощаться? И куда ты отправляешься?

— На юго-восток, Хаоран. Я нашёл Эльтрана.

— Эльтрана? Зачем он тебе нужен, Дейл?

— Он стал очень силен, Хаоран. Хочу, дабы он вернулся к нам.

— Мне он без надобности, – демонстративно отмахнулся будущий Эрме.

— Поверь, Хаоран, он очень даже может пригодиться. Я собираюсь отвести его к Демиусу, дабы сделать в будущем из него Архимага. И тогда твоё великое племя вместе со всем Энефером сумеет добиться многого, вождь. Быть может, нам даже не понадобится Селестос.

— Хм… Демиус хоть и стар по вашим меркам, но не на столько, дабы терять пост Архимага.

— Всякое может случиться, уважаемый Хаоран. Кроме того, как ни как, но мы с ним братья. Коль Эльтран присоединится к нам, то я поговорю с Демиусом, дабы он добровольно передал пост. Конечно, сперва он подготовит юного некроманта, но, учитывая его таланты, больше пяти лет ему не понадобится.

— Поступай как хочешь, – совершенно безразлично ответил Кровавое Крыло.

— Кхм… что ж, Хаоран, я благодарю тебя за все годы, что ты позволил прожить здесь. Я найду Эльтрана, и он вновь будет с нами.

— Посмотрим, Дейл. Но одно я могу сказать тебе точно, – Кровавое Крыло повернулся к старцу, и бывшему учителю Эльтрана показалось, что перед ним лежал мученик, а не герой и величайший из хаоромов. – Ты всегда будешь приятным гостем в моем дворце. И не важно, придешь ты один, аль с Эльтраном. Ты… мой единственный друг из расы людской. И я надеюсь, ты будешь на моей коронации?

— Всенепременно, мой друг, – поклонился Дейл и покинул комнату вождя.

***

— Что скажешь, Шарашас?

— Эльтран сумел отбиться от нечисти и нежити, а также одолел Гиганта.

— А он силен, – тихо произнёс Селестос.

— Да, силен. Но не сильней тебя.

— Но всё равно, Шарашас! Если я не ошибаюсь, то ему всего лишь шестнадцать лет, а он уже вон чему научился! И притом научился сам, без чьей-либо помощи.

— Неужели это… как вы, люди, это называете… а! Зависть?

— Нет, Шарашас, я ему не завидую. Просто… это выглядит довольно странно. Ведь это я «человек из пророчества», а Силой Эльтран не обделен…

— Не только это, Селестос. У него есть цель. Цель, ради которой он готов на всё. Это и придает ему еще больше сил.

— Хм… возможно.

— А теперь, Селестос, ответь: в чём заключается твоя цель?

— Вернуть свою семью, – не колеблясь ни секунды, ответил человек.

— Очень хорошо. Но тогда почему ты медленней познаёшь всё, в отличие от Эльтрана? Потому что понимаешь, что за пару лет всего не добиться. Эльтран же это не признаёт и не верит в это. Ему важен каждый день, ибо он не знает, будут ли его враги живы завтра. Поэтому он столь быстро обучается. В твоём же случае в спешке нет необходимости.

— Потому что он ещё мал, Шарашас. Пройдет два-три года, и он поймет, что всё не столь и просто. А потому станет медлить.

— Вполне возможно. Но я также не исключаю, что он этого не признает. К тому же есть вероятность, что за это время он успеет отомстить.

— Не знаю, Шарашас. Боюсь, что Кровавое Крыло слишком силён для него. Я прекрасно помню то видение, что ты мне показал. Не знаю даже, сумел бы я одолеть того летающего Гиганта…

— Да, Хаоран очень силен. А получив все остальные племена хаоромов в этом мире – он станет ещё сильнее, ибо через него пройдут Силы Ветров.

— Всё равно одолеть можно кого угодно, даже Богов.

— Да, Селестос. Их тоже можно убить.

— Кстати, Шарашас, как там всё продвигается с моей просьбой?

— Всё отлично. Всё готово, остается только ждать.

— Превосходно! Благодарю тебя, Шарашас.

— Но уверен ли ты, что он сейчас…

— Уверен. Очень даже уверен.

***

Эльтран летел как можно скорее. Конечно, он не мог знать, где находился Дейл, кой являлся его первостепенной целью. Да, колдун - основной, но не единственный. С разбойниками покончено, но то лишь начало. Список врагов у некроманта не мал, так что терять времени нельзя. Пусть он и не знал, где именно находился Дейл Эйтер, но местоположение короля Рейрса уж точно известно. Но как же поступить? Просто ворваться и начать убивать всех и вся кто только встанет у него на пути? Или же действовать аккуратно и по возможности тихо, подобно искусным наёмным убийцам?

«А может достаточно уже убивать почти всех подряд? Может, стоит попробовать сделать всё осторожно? И так уже многие погибли… да, пусть я некромант и не должно быть места жалости и состраданию в душе моей, но всё же… это сейчас ни то и ни другое, а лишь здравый рассудок. Многие погибли из-за меня и по моей вине, но да ладно. Тут целый город будет мешать мне, а столько времени и Сил я терять не могу. Надо убить короля и отомстить тем самым за Териуса. Старый анимаг… жаль его, очень жаль. Многому мог я обучиться у него. Интересно, а увидев меня нынешним, как бы он отреагировал? Что бы подумал обо мне? А Веал и Менер? Стали бы они гордиться мной, как учителя? Думаю, что смотри они на меня глазами наставников, то остались бы довольны моими навыками. Однако коль смотреть со стороны живого разумного существа, то… боюсь, что мои мысли и действия встревожили бы их. А коль так, то каким мне следует быть? Как поступить? Что делать? Я бы многое отдал, чтобы получить ответы от них, от моих учителей и друзей»

Лишь глубокой ночью Эльтран увидел башни столицы и потому приземлился в лиге от города. Как бы странно это не звучало, но на всём пути ему не попалась ни одна нечисть. Ни летающая, ни пешая… даже каких-нибудь червей-переростков с двумя головами и линией чёрных глаз на всё тело не попалось. После той великой битвы за столицу и победой над Шессером, вся нечисть будто бы решила остановиться. Неведомо, куда она запропастилась, точно сквозь землю провалилась!

Стоило ему приблизиться к воротам, как на него тотчас же направили с десяток луков и арбалетов. Стрелы и болты готовы в любой момент сорваться и исполнить смертельную песнь.

— Кто такой? Зачем пожаловал? – донеслись со стены стандартные вопросы. И вновь пришлось прибегнуть к методам Териуса, сиречь врать. Что вот, мол, он такой бедный и несчастный, по дороге его ограбили разбойники и даже коня ему не оставили, и так далее в лучших традициях погибшего анимага.

— Не, извиняй. Нельзя нам кого попало впускать. Точнее, можно, но как бы…, – говоривший почесал в затылке, явно не находя слов дабы изъясниться как надобно.

— Прошу вас, добрый человек! – почти заплакал Эльтран, дабы представление выглядело убедительней. – Впустите меня ненадолго! Мне бы хоть пару деньков отдохнуть да постараться монетку заработать. Иначе не проживу до следующей ночи, как есть – не проживу!

Стражник вновь почесал в затылке, после чего обратился к другому мужчине и о чём-то с ним перешёптывался. Закончив секретничать, он отдал приказ, и мост медленно опустился.

Эльтран вступил на него и, дойдя до стражника, принялся благодарить его и желать всех благ и всего лучшего «человеку, чье сострадание и доброту невозможно измерить никакими монетами мира». Видно, что слова эти, быть может, и несколько приятны мужчине, но всё же от монетки он не отказался бы. Но что поделать, коль человека обокрали треклятые разбойники. О-ох, окаянные, даже в столь жуткое время не щадили бедных людей.

— Ладно-ладно… достаточно меня благодарить. Иди в город, значит, в гостиницу «Щит и меч». Вот тебе серебряная монетка, на пару ночей там в самый раз. Идёшь прямо, значит, через семь… или восемь? Не! Все-таки через семь домов поворачивай направо и идешь до конца самого. А там, в общем, налево и идешь до тех пор, пока вывеску-то не увидишь…

— Покорнейше вас благодарю, добрейший средь добрейших! Клянусь, что никогда вас не забуду! Простите, а как вас величать?

— Зачем тебе это? – удивился страж.

— Хочу наречь в вашу честь своего будущего сына!

— Вот так да, – ещё больше изумился мужчина. – Твоему сыну достанется лучшее из всех имеющихся имён. Зовут меня Хрумпельштутбойз.

В очередной раз поблагодарив стражника, Эльтран заверил, что так и назовёт своего сына.

«Хрум… хрюк… А, проклятье! Какое ужасное имя. Ещё и без двух стаканов дарда не выговоришь»

Если бы только кто знал, как же противно пришлось Эльтрану в тот момент. Хорошо хоть поклон отвешивать не пришлось, иначе точно бы не выдержал и заявил бы о себе во всеуслышание. А увидь его кто-либо из знакомых, то точно бы не поверил в подобное.

Дойдя до гостиницы, некромант расплатился и отправился спать. Всё-таки он немало времени провёл в пути и изрядно подустал.

«Что ж, самая лёгкая часть выполнена. Теперь осталось лишь вывести этого паршивого короля за стены своего замка и тогда… Думаю, что об аккуратности можно будет забыть. Быстро убью его и сразу же улечу куда подальше, дабы найти Дейла. Дейл… Паршивый старик! Именно ты повинен во всём! Но ничего… придёт время. А ежели тебе вздумается отправиться к праотцам, то не волнуйся, я достану тебя даже оттуда и вволю развлекусь! И Хаоран поплатится, что хотел использовать меня как свое идеальное оружие. А также я отомщу ему за гибель Веала и Менера – тех, кто стали для меня истинными учителями и друзьями. Но сейчас надобно расплатиться с королем за Териуса»

На следующий день Эльтран отправился на главную площадь города, что возле дворца Его Величества, и пытался придумать, как бы проникнуть внутрь незамеченным. Можно, конечно, как всегда, пройтись тараном, сметающим все преграды на своём пути; можно попробовать убить одного из стражей и взять его доспехи; можно… Точно! Как же он мог забыть?! Невидимость. Тогда и взлететь можно, не опасаясь быть обнаруженным.

Подожди! Ведь в городе немало магов, и неужели они не почувствуют внезапных колебаний магических волокон? Конечно, приятно считать, что ты настолько силен, что можешь запросто спрятаться так, что местные маги совсем ничего не смогут понять, но… пришла, наконец, пора, дабы сначала всё хорошенько обдумать, а не действовать в первую очередь, как зачастую поступал Эльтран прежде. Достаточно пролито крови невинных по его вине. Война шла только против нечисти и нежити, но не против друг друга.

«Нужно как-то отвлечь внимание магов…» – Эльтран устремил взор вверх и увидел, как совсем рядом с городом мерно плыло пушистое облако. Некромант улыбнулся и принялся действовать.

И вновь стоило отдать должное старому анимагу. Териус научил Эльтрана небольшим манипуляциям с погодой. По крайней мере, молодой маг мог призывать сильный дождь аль метель, и при этом не нужно бояться быть обнаруженным. Конечно, например, Архимаг или же Дейл почувствовали бы едва уловимые колебания, но оставалось надеяться, что в столице Рейрса столь искусных магов нет, иначе вся его затея обречена на провал с самого начала.

Небольшая магическая формула, произнесённая Эльтраном, и облака сменились, стали грозными, тёмно-серыми, разрослись десятикратно. Они скрыли солнце, погрузив весь город и близлежащие земли в полумрак. Люди непонимающе оглядывались и перешёптывались. Сверкнула молния, а за ней последовал и мощный раскат грома, да столь сильный, что в некоторых домах, наиболее старых, выбило окна. Один старик, находившийся на площади, с глухим хрипом схватился за грудь в области сердца, пытался что-то произнести, но лишь согнулся и мёртвым грузом рухнул на брусчатку. Люди засуетились. Как только хлынул ливень – всё спокойствие и аккуратность сошли на нет. Граждане города разбегались в разные стороны, пытаясь скрыться от дождя так, словно то не вода вовсе, а жидкое пламя.

Эльтран отметил, что несколько переборщил с заклинанием. Такого эффекта он не ожидал, ибо ливень оказался настолько силён, что невозможно разглядеть что-либо дальше нескольких метров. Люди разбегались, некоторые даже кричали, словно их ошпарило кипятком. Эльтран невольно представил себя маленьким мальчиком, нависшим с палкой у муравейника и разворошившим его.

Зайдя за угол и убедившись, что его никто не видел, он применил купол невидимости и полетел к замку. Залетев через открытое окно, некромант принялся быстро бродить по нему, пытаясь найти короля. Комната за комнатой, зал за залом – нигде его не было. Осталось надеяться, что его величество ожидал в противоположной части замка.

«А где вся стража?»

Мысль заставила Эльтрана остановиться. И вправду, а где они? Единственные, кого видел некромант, это пару латников у входа в замок, а внутри совершенно пустынно, словно тут уже давно никто не живет. Эльтран стал гораздо аккуратней и следил за каждым углом, откуда могли напасть.

Осмотрев ещё пару комнат, он поднялся выше, прошёл по коридору, повернул направо и увидел двух стражников перед массивной дверью.

«Отлично! Король будет тут, я уверен!»

Медленно доходя до дверей, Эльтран держал наготове заклинание, дабы быстро избавиться от воинов. Но подойдя поближе заметил, что с ними что-то не так. Пусть он и невидим, но его присутствие можно ощутить или же услышать, если маг окажется недостаточно аккуратным. Стража же стояла, вплотную прижавшись в стене. Очень странно. Словно…

«В них нет жизни»

Действительно, ибо стоило присмотреться и поднять забрало, как некромант увидел бледное лицо со стеклянными глазами. Второй точь-в-точь такой же. Кто-то или что-то убило их, и притом так, что даже стражники этого не поняли и неведомым образом продолжали стоять, создавая иллюзию жизни.

Дурной знак, некромант. Очень дурной. Это всё очень не нравилось Эльтрану, но пути назад нет. Он должен войти в зал, дабы убедиться. Избавившись от невидимости, он открыл дверь, и увидел просторное помещение, в которое его некогда привёл Прит. На троне сидел король с перерезанным горлом.

— Наконец-то ты пришёл, – внезапно раздался мужской голос по залу и за троном показался человек с головы до ног одетый в иссиня-чёрные одежды.

«Нет… они тёмно-серые… или чёрные? И они словно движутся… Как огромный рой муравьёв, если смотреть на них издалека»

— Кто ты? – постарался как можно равнодушней спросить некромант.

— Моё имя тебе ничего не скажет, Эльтран. Я всего лишь убийца.

— И кто же, хотелось бы мне знать, приказал тебе убить короля?

— Приказал? Ты, верно, путаешь. Мне не приказывают, мне платят за заказ.

Эльтран смотрел ему в холодные зеленые глаза – единственную открытую часть лица. Он пытался разглядеть того, кто скрыл лик за тряпками, но ничего не получилось. Стоило прибегнуть к магии, как мужчина пред ним превращался в безликую чёрную тень для магического взора.

— Против меня магия бессильна, Эльтран, – спокойно проговорил убийца и указал на серебряный перстень левой руки. – Неплохая плата за работу. По крайней мере, чтобы меня убить магией нужно очень хорошо постараться.

— Кто заказал короля и зачем?

— Глава «Ха-каре-мар» заплатил, – не колеблясь ни секунды, ответил убийца.

«Так просто? Он так просто взял и сказал, кто заказчик? Не-ет, это слишком хорошо, дабы быть правдой. Насколько мне известно, эти убийцы могут сдать кого-либо, только если им предложат за это плату, которая будет не меньше той, что они уже получили. Ох! Как же жаль, что я оставил всё оружие в лесу! Что ж, придется импровизировать»

Убийца, быть может, хотел сказать что-то ещё, но Эльтран напал. Небольшой магический всплеск и трон, вместе с мёртвым телом короля разлетелся на куски. Неизвестный отлетел на пару метров, но от магии и вправду не пострадал. Некромант быстро выбежал из комнаты, схватил меч у стражника и вернулся в помещение, но мужчины нигде не видать.

Эльтран медленно подходил к останкам трона и дверь позади него закрылась. Едва успел некромант обернуться, как к нему уже тянулись руки убийцы. Быстрый взмах мечом, но мужчина с завидной ловкостью увернулся от удара и оказался сбоку. Короткий пас рукой, и незримая концентрация Силы направилась к нему, но отразилась обратно в заклинателя. Некроманта сильно ударило в грудь, и он добротно отлетел назад. Привстав и рыча подобно дикому зверю, ученик Менера молнией метнулся к убийце и занёс меч. Вот он уже совсем близко… Обманный колющий удар с последующим переходом в рассекающий… Убийца скрылся из виду! Он не отошел в бок, как ожидалось, а буквально растворился в воздухе и через мгновение оказался за спиной некроманта, схватил его за плечи и потянул слегка к себе и вниз, словно встряхивал тряпку. Ученик Менера не ожидал такого, не сумел удержаться и падал на спину, а убийца изящно отошел в сторону, дабы некромант не приземлился на него. Молодой мальчик кувыркнулся назад, выпрямился, но в горло ему уткнулось острие меча.

«Так вот оно что… Твоя одежда совсем не обычна. Расплывалась, видоизменялась, и цвета даже меняет, сливаясь с окружением»

— Это бесполезно, Эльтран, – всё также спокойно и совсем без какой-либо отдышки произнес мужчина. – Да, не спорю, ты весьма неплохо орудуешь мечом для своих лет, и мне бы было крайне интересно сразиться с твоим учителем. Увы, ты слишком медленный и нерасторопный для меня. Мне даже не пришлось парировать твои атаки. А теперь, если ты закончил выделывать из себя великого воина, идём, – убийца убрал меч обратно в ножны.

— Куда идти? Ты… не убьешь меня? – полюбопытствовал Эльтран.

— Иначе ты был бы уже мертв. Идти нам в крепость «Ха-каре-мар». Коней я оставил в лесу. Выедем сейчас и через седмицу окажемся на месте.

— А с чего бы мне идти с тобой?

— Мне за это заплатили.

— А как же король?

— Два заказа. И оба по просьбе твоего друга.

— Моего… друга? – Эльтран не мог понять, о ком говорил мужчина, ибо друзей ведь не было. По крайней мере, живых.

— Звать его Селестос.

Эльтрана будто бы облили ледяной водой. Селестос… Четыре года о нём ничего не было слышно, и с тех пор как они встретились на Перекрёстке Судеб, их пути более не пересекались. Да и Эльтран уж подумал, что Перекрёсток и разговор с Селестосом ни что иное, как бредни и морок. А тут на тебе.

— Я… не верю…

— Он просил передать, что ваши Пути судьбы вновь пересекаются, и пришло время исполнить предначертанное каждому из вас.

Тут уже спорить невозможно. Не смог бы убийца сам это всё узнать, аль, тем более, выдумать. Не смог бы.

— Веди, – кивнул ему некромант.

***

Кровавому Крылу значительно полегчало. Конечно, боль всё ещё давала знать о себе и не спешила прощаться с будущим королем хаоромов, но Хаоран хоть мог ходить, пусть и прихрамывая. Крылья ему залечили, как смогли. Конечно, они не продырявлены как раньше, но шрамы от зубов Эмельмета остались, равно как и на теле от ударов усиков Гиганта, хотя могло показаться, что это следы от кнута.

Вождь шёл по извилистому коридору вниз, прямо к центру острова. Остановившись перед массивной каменной дверью, он взглянул на множество рун, выгравированных на ней. Стражи нет, ибо никто не знал об этом месте, даже дети будущего Эмре. А вход в этот тайный коридор располагался прямо под троном вождя, и открыть его можно лишь произнеся определённые слова.

— Трэ-эле-есон-рон’крэ, – произнёс Кровавое Крыло и руны вспыхнули янтарным светом и дверь открылась. Помещение весьма неплохих размеров и, коль его обустроить, вполне подошло бы для покоев короля. В его центре находился небольшой алтарь, на верхушке которого нарисована пятиконечная звезда с удлинёнными боковыми лучами. Пентаграмма же находилась внутри прямоугольника, а в её центре – шар, и с каждого из пяти углов проведена к нему линия. Из центра этого знака поднималась небольшая каменная колонна высотой в треть локтя, вся покрытая странно переплетающимися линиями небесно-голубого цвета. Сверху же висел в воздухе такой же небесно-голубой кристалл размером с кулак взрослого человека. Линии колонны пусть и обрывались на верхушке, но прокладывали, казалось, особую магическую лестницу к этой драгоценности. Небесно-голубая пыль, закрученная небольшой спиралью, проникала в кристалл и становилась частью её.

«Вот он, мой величайший артефакт… Вот уже шестьдесят лет он копит Силы и изо дня в день становится лишь прекрасней. Сколько труда вложено, сколько времени ушло. Конечно, дабы осуществить задуманное мне понадобится ещё четыре десятилетия, но ничего… Скоро я стану королём хаоромов. Увы, Сил это мне не прибавит, но я знаю, что нужно сделать, дабы ускорить процесс. Когда же кристалл набрёт достаточно Сил – я, Хаоран Кровавое Крыло, покажу, что значит иметь цель и твёрдой поступью идти к ней, а стальной рукой расчищать себе путь от всяческих преград!»

***

Дейл подошёл к Зетро – столице королевства, кое совсем недавно подверглось жуткому испытанию, и изумился. Не нужно быть некромантом, дабы понять, сколь могущественные Силы оказались задействованы здесь. Десятки тысяч живых мертвецов и ничуть не уступающее количеством всеразличной нечисти. Придя на место жестокой битвы, он почувствовал всю ту Силу, к которой прибег молодой некромант.

«Просто поразительно! За четыре года столь высоко постичь некромантию самостоятельно. Да, Эльтран, а ты оказался куда способней, нежели я мог себе вообразить»

Южную стену разбирали, собирались перестроить, но в качестве временной защиты перед ней на скорую руку выставили высокую деревянную преграду, достаточно широкую, дабы на ней расположить лучников, и даже имелись башни. Разрушенные здания сносили окончательно и, как планировалось, на их месте появятся новые постройки. Промышленный квартал, пострадавший больше всех, переделывался очень быстро, что весьма логично и не удивительно. Рядом с замком короля расчистили место, дабы его стало побольше, ибо там должны установить несколько статуй: спасителя города (сиречь некроманта Эльтрана); всем воинам и ополченцам, столь отважно сражавшихся в Серой Битве (как её уже успели прозвать); памятник всем погибшим в тот день; а также будет скульптура, предназначенная той отважной тысяче людей, что добровольно спустились к нечисти и геройски пали, дабы некромант сумел применить последнее заклинание.

Воспользовавшись магией, Дейл сумел попасть в столицу и пытался найти того, кто мог бы подсказать, куда отправился Эльтран. Несколько дней поисков знающего человека дали-таки плоды.

— Вроде как интересовался он какими-то разбойниками. «Иллитиалы» их звать, вот. Ну, я и сказал капитану Яиру, а именно он расспрашивал меня о них, ибо того желал магистр Дейлос, что они, значит, за южной границей нашего королевства. Уэрос, слыхали о таком королевстве? Его же некогда хаоромы уничтожили, и земли превратили в свои летающие острова. Туда, видать, и отправился спасший наш город, да будет жизнь его долгой.

Услышав об этом, Дейла передернуло.

«Зачем ему эти разбойники? Что он хочет? Неужели… этот мальчик всё узнал? Но как?! Кхм… что ж, как бы там ни было, но мне нужно быть готовым ко всему. Значит, ты представился как Дейлос, мальчик? Я польщён»

***

Они скакали молча и сложными лесными тропами. Останавливались довольно редко и ненадолго.

«Что же я делаю? Зачем держу путь к «Ха-каре-мар»? Неужто и вправду из-за Селестоса? Но я не могу быть абсолютно уверен в правдивости слов убийцы. Но, всё-таки, убить меня – пустяк для него. Я должен быть готов ко всему!»

Они приблизились к самой что ни на есть простой пещере где-то в лесу, слезли с коней. Убийца шлёпнул по ним и те ускакали прочь. Мужчина зажёг два факела, специально приготовленные для них, и вошёл в пещеру. Дойдя до тупика, наёмник достал из кармана талисман, вставил в потайное отверстие и пред ними открылся освещенный проход. По пути Эльтрану попадались люди в тёмно-синих мантиях. Они не смотрели на него, а он пытался вглядеться в их лица, но те, по большей части, скрыты. Однако некромант сумел разглядеть некоторых из них и их вид ему не понравился. Бледные, худощавые, со стеклянными глазами, те люди похожи больше на оживших мертвецов. Так бы и подумал Эльтран, но он не обнаружил ни капли некромантской магии в них.

«Что это такое? Почему они такие?»

Когда же им навстречу вышел мужчина в такой же тёмно-синей мантии, но с золотыми узорами на ней, Эльтран вспомнил его, хоть и видел всего единожды.

— Всё сделано. Король мёртв, магуса привёл, – произнёс убийца и подтолкнул Эльтрана в спину.

— Превосходно! Благодарю за проделанную работу, коя достойна высочайших похвал.

— За хорошую плату надо и работу выполнять как должно, – произнёс наёмник, и Мор отдал ему второе кольцо. Оно тоже серебряное, но с инкрустированным опалом.

— Надеюсь, вы понимаете, что сможете воспользоваться им лишь единожды?

— Я это прекрасно понимаю. Буду столь же аккуратен, как и прежде, дабы не потерять его, – коротко кивнул убийца и оставил некроманта с Мором.

Эльтран смотрел вслед убийце и поражался его мастерству. Его одежда весьма необычна, да к тому же у него кольцо, оберегающее его почти от любой магии. А второе? Что оно должно сделать? Да к тому же им можно воспользоваться всего один раз.

«Сильный воин. Возможно, через несколько лет я найду тебя, и мы сразимся вновь»

Этому не суждено сбыться, ибо наёмник, отойдя, примерно, на тридцать шагов, буквально взорвался. Это произошло у правого бока, но тело почти разорвало надвое.

— Не оставлять же его в живых, – спокойно произнёс Мор. – Идём, Эльтран, тебя ждут.

Они пошли к очередному тайному проходу и спустились вниз, оказавшись в просторном помещении, где их уже ждали. Высокая фигура в тёмных одеждах и с накинутым капюшоном, скрывающим лицо, поприветствовала некроманта, перед этим приказав Мору оставить их.

— Рад познакомиться с тобой, Эльтран. Меня зовут Шарашас.

— Где Селестос? Мне сказали, что он хочет меня видеть.

— Да. Это так. Он попросил меня об одолжении, и я с радостью его выполнил. Идём, Селестос ждет тебя за той дверью, – глава указал на дверь, что позади него.

Эльтран стоял на месте и не шевелился. Сомнения терзали его.

«А вправду ли там Селестос? Как знать, быть может, меня ждем лишь смерть…»

— Твоя смерть мне без надобности, некромант, – словно прочитал его мысли Шарашас. – Ты нужен… А-а-а!

Глава «Ха-каре-мар» закричал от боли, задёргался, сложился пополам, обхватив живот длинными руками.

— Да, Эльтран, ты нужен мне, – раздался голос и из двери показался Селестос.

Некромант заметил, что «человек из пророчества» почти не изменился. Лишь волосы стали длиной до лопаток и собраны в хвост. Держал Селестос в руке посох, навершие которого инкрустирован янтарём. Человек проводил свободной рукой над камнем, и по янтарю прошлась небольшая трещина.

— Селестос! – взревел Шарашас. – Что ты делаешь?!

— То, что должно. Все эти годы я пытался понять, кто ты и какие цели преследуешь. Точнее, каковы твои истинные цели. Я нашёл твою слабость, – Селестос указал на посох, – но я не понял, представителем какой расы ты являешься. Ты хочешь возродить свою расу? Возможно, ты из мира, что на другом конце Вселенной. Мало ли сколько раз появилось и не стало. Но ты назвал Богов глупыми детьми. Значит, ты очень древний. Что ж, когда-то давно, задолго до эльфов существовали две расы. Но Творец лично уничтожил их, ибо посчитал неудачными, несовершенными. Ты – один из них? Я долго пытался прощупать твоё естество, Шарашас. Очень долго. Это не похоже ни на одну из известных мне рас.

— Не важно, Селестос! Ты предал меня! Обманул! Не сдержал данного Слова! – глава более не корчился от боли, а лишь выпрямился и смотрел на того, кого обучал последние годы.

— Да, Шарашас, я предаю тебя, ибо не верю в твои намерения и не знаю, чем обернётся в итоге возрождение твоей расы. А теперь ответь: ты один из представителей тех двух рас?! – короткими взмахами рукой над янтарем, «человек из пророчества» оставил на камне ещё одну небольшую трещину. Хозяин сдавленно зарычал и резко дернул головой в сторону.

— Д… да… Селестос…

— Хорошо. Дела идут. Какая именно из рас?

— Хр-р-р! Элевы-ы!

— О даже как! Эльтран, мог бы ты когда-либо подумать, что пред тобой будет стоять представитель самой первой расы, что создал Творец? – с улыбкой спросил Селестос. – Шарашас, сними капюшон. Давно интересно взглянуть на твою личину.

— Да как ты…, – хотел возразить глава, но янтарь в навершии покрылся ещё двумя трещинами. Шарашас завопил от боли, задергался вновь и капюшон сам слетел с головы.

Эльтран и Селестос увидели его. Лицо покрыто чешуей будто бы мраморного цвета; четыре жёлтых глаза, одна пара с крестообразными зрачками (точь-в-точь как у сцерров), а вторая с круглыми. По всей голове вдоль скальпа тянулась линия небольших костяных отростков, больше похожих на маленькие рога. Два ряда кольяподобных зубов сверху и один снизу, а само лицо больше похоже на лик саалитов, также же несколько вытянутое, а вместо носа – шесть небольших отверстий. Ушей не видать и для людей осталось неизвестным, как именно Шарашас их слышал. На голове, кроме костяных отростков – длинные тоненькие щупальца, уложенные назад и постоянно извивающиеся.

— Мда… Шарашас. Теперь-то я понимаю, почему Творец решил уничтожить вас, – язвительно произнес Селестос, на что глава «Ха-каре-мар» лишь злобно зашипел и показал длинный язык, разделенный на пять частей.

— Глупый смертный! Ничтожество! – кричал представитель древнейшей расы.

— Но теперь я верю в то, что ты хочешь возродить свою расу. Однако ответь, каким именно образом ты хотел это сделать? И зачем тебе был нужен я?

— Не важно! А-а-а-а!

Председатель вновь забился в конвульсиях, сложился пополам, неистово крича от боли. Янтарь в посохе постепенно трескался, но, понимал Селестос и, пожалуй, сам Шарашас, что долго камень не продержится.

— Ты…, – начал председатель, когда человек из пророчества перестал мучить его, – должен был… помочь…

— Как?!

— Переселение! Сын Создателя должен был забрать твою душу и жизненную Силу, и заменить её душой одного из нас! Но ты не готов! Я обучал тебя, дабы подгото-овить…

Эльтран стоял и не совсем понимал происходящего. Единственное, что абсолютно ясно – так это то, что Селестоса хотели использовать для собственных целей. Что делать? Просто стоять и смотреть, как будут развиваться события и дальше? Аль помочь Селестосу… но чем? Что он мог предпринять против представителя неведомой ему раннее расы, вымершей давным-давно. Сам Творец уничтожил их.

«Селестос, знать бы только, для чего всё это тебе нужно. Зачем ты привёл меня сюда? С какой целью? И как понимать то, что передал мне убийца относительно вновь пересёкшихся Путей судьбы?»

— Вот, значит, как. Шарашас, интересно узнать, и как бы это всё помогло возродить твою расу?

— Только ты – ничем не поможешь… Нужно больше.

— Десяток? Сотня? Тысяча?

Шарашас вновь замолк, и Селестос заставил его говорить.

— Миллио-оны!

— И откуда бы ты набрал столько существ?

— Я… нет! Не могу сказать!

Янтарь вновь трескался и Шарашас закричал. Крик резок и полон боли. Эльтран всё никак не мог понять, как связан председатель с посохом. Вернее, яснее ясного, что это его посох, но почему он причинял ему такую боль?

«И почему никто не прибежал? Селестос поставил заклинание?»

— Всё-ё-ё ра-а-авно не… А-А-А!

— Говори, Шарашас, и тогда твои муки закончатся, – совершенно спокойно произнес Селестос, продолжая мучить хозяина Мора.

— Нас мно-о-ого!

— Сколь много?

— Достаточно… на сотню миров по одному аль двум…

— Я думал, что Творец уничтожил вас всех.

— Не… не совсем… Мы… спаслись. Некоторые лишь спаслись…

— И что же будет, когда вы возродите свою расу?

— Новая жизнь…

— И что…

Селестос не успел задать вопрос, ибо в помещение забежало с дюжину людей в тёмно-синих одеяниях во главе с Мором. Эльтран достал меч и приготовился к бою. Мор первым кинулся на некроманта, замахнулся, и молодой маг отрубил ему руку, после чего пронзил мечом. Его тело бездыханно рухнуло на пол. Остальные собирались напасть, но раздался истошный крик Шарашаса. Янтарный камень в навершии посоха покрылся сетью трещин и разлетелся на сотни кусков. Шарашас завопил ещё сильнее, хоть и казалось, что громче уже некуда, и рухнул мёртвым грузом на пол. Все люди в тёмно-синих одеяниях словно последовали примеру хозяина и повалились наземь вслед за ним. Выглядели они в тот момент неестественно, странно. Словно тряпичные куклы.

— Увы, но не все ответы я получил, – все также спокойно произнёс Селестос, отбросил остатки посоха в сторону и подошёл к Эльтрану.

— Селестос, что тут творится?

— Всё просто, Эльтран…

И человек из пророчества принялся рассказывать. Сказал, что произошло после их встречи на Перекрестке Судеб, рассказал о битве с легионом королевства Рейрс, как Хаоран хотел, дабы Селестос перешел на его сторону, и обо всем остальном.

— Но, зачем ты нанял убийцу, дабы тот убил короля? И для чего тебе понадобился я?

— Просто… Эльтран, мы следили за тобой. Пусть и не всё время, но следили. Ты некогда взял на себя весь удар тех, кому нужен «человек из пророчества», тем самым дав мне время для совершенствования своих навыков. Вот я и решил оказать тебе помощь со своей стороны. Пусть она и не столь велика, но всё-таки.

— Кхм… вот значит как. Благодарю тебя, Селестос, но я бы прекрасно справился сам.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, Эльтран. Я лишь решил хоть как-то отплатить тебе за ту помощь, что ты мне оказал. И вот ещё что: я чувствую, что нашим Путям судьбы вновь суждено пересечься, некромант. Хаоран… всё еще жив и, самое худшее, все остальные племена хаоромов признали его своим верховным вождем и вскоре он станет первым в истории королем хаоромов. А это ничего хорошего не означает, Эльтран. Он направит всех белокрылых на иные расы, с целью уничтожения аль порабощения. Он ненавидит Богов и будет пытаться сделать всё возможное и даже невозможное, дабы свергнуть их.

— И что ты предлагаешь? Убить его?

— Именно! Мы сделаем благое дело. Вдобавок ты отомстишь за тех сцерров, что помогали тебе.

— Это успеем сделать. Ответь вот на что… кто такие элевы и почему уничтожение навершия посоха убило этого… Шарашаса?

Селестос рассказал всё, что знал про эту расу. Увы, знания его довольно скудны, ибо почти ничего не известно про них, но всё-таки кое-что он поведал.

— А к посоху я давно приглянулся, – пояснял человек из пророчества. – Присматривался и сумел понять спустя три года, разгадав весь тот замысловатый клубок переплетающихся заклинаний, что находилась в навершии, так сказать, душа Шарашаса. Конечно, это не совсем та душа, что у нас и у всех остальных рас. Это… скорее огромная концентрация магических Сил, кои представитель древнейшей расы черпал для применения заклинаний. Конечно, и это тоже не совсем верное определение, но я пока ещё не могу всё сопоставить как надобно и понять окончательно, что же это было.

— Такие подробности меня сейчас не интересуют. Что будем делать теперь?

— Нам надо найти Хаорана, – твёрдым голосом ответил Селестос.

— Нам? – несколько удивился некромант. – Думаешь, что наши судьбы вновь должны пересечься ради этого? Думаешь, по отдельности мы с ним не справимся?

— Не думаю, Эльтран, но знаю. Он… тебе надо было видеть, как он расправился с тем летающим Гигантом. Сейчас же он должен стать королём хаоромов, объединив остальные племена.

— Кхм… Селестос, ты, видать, забываешь, что и я, как ни как, но одолел Гиганта. И сделал это…

— Черпая Силы у погибших, а на твоё последнее заклинание понадобилось убить ещё тысячу людей, – прервал Эльтрана человек из пророчества, но в голосе его не звучало ни раздражения, ни злости. — Я всё видел. Да, не спорю, ты великолепно показал себя. НО! Всё-таки ты прибегал к Силе погибших людей во время битвы, а это всё же не твои источники энергии, а взятые. Хаоран же использовал исключительно собственные возможности, собственный потенциал. Именно поэтому я столь взволнован, когда говорю о нём. Не знаю даже, сумел бы я справиться с этими Гигантами, но всё же…

— Ерунда! – настаивал на своём Эльтран. – Хаорану неведома некромантия, так что в этом моё преимущество. Не думаю, что ему удастся отбить мои боевые заклинания. В конце-то концов, копьё праха и направленный прах не выдержал даже Гигант, с которым сражался я, – несколько надменно произнёс Эльтран. Селестос же его не перебивал и особо не спорил.

«Малец ты ещё, Эльтран. Наделён огромным потенциалом, почти не уступающим моему, юн и высокомерен после пары побед. Но нас ждёт худшее, Эльтран. То, по сравнению с чем даже битва с Гигантом покажется тебе рутинным боем. Хаоран очень опасен! Не понимаю даже, для чего ему нужен был я… Коль так пойдет и дальше, то ему нужно всего несколько десятилетий самосовершенствования и познания магии высочайшего порядка. И тогда… думаю, он сможет тягаться, по крайней мере, с одним из двенадцати Богов. Они не бессмертны. О, нет… это я уяснил уже давно. Их тоже можно ранить и убить, пустить им кровь, мучить, заставить страдать и молить о быстрой смерти. Просто это нелегко – вот и вся разница. Да что там Боги! Даже Творца можно убить! Только кому это надобно и для каких целей? Ну да ладно, на него всё равно никто не покушается. А вот против Богов хочет выступить Хаоран. Но что это ему даст? Он что, займёт их место и установит свои Законы, вследствие которых хаоромы станут главенствующей расой Вселенной? Мне не надобны Боги, как и самому Эльтрану… Но, учитывая, что Хаоран одержим манией свержения Наместников Творца, то тогда надо его остановить, ибо, уверен я, его становление новым Богом будет в стократ страшнее и хуже, нежели то, что есть сейчас. Нельзя ожидать ничего хорошего от того, кто видит вокруг себя лишь врагов, и одержим какой-либо манией.

Интересно всё получилось. Вот уже столько лет существует это пророчество, столько погонь было за «теми, о ком говорится в пророчестве». И всё с целью чего? Для чего существует пророчество? И вообще, что есть эти пророчества? Судя по нему, я – тот, кто будет по Силе равен самим Богам и сумеет свергнуть их рано или поздно. Но нужно ли это мне? Нет. И сами Боги стали заложниками этой сказки, этой… в какой-то степени, выдумки, дабы зародить зерно надежды в расу людскую. Хотя, как знать, быть может, составивший пророчество и вправду видел что-то, аль ему сказали. Но всё же, пророчества сами по себе не несут никакой силы. Это всё живые существа, что будут верить в них, сами того не ведая, наделяя их этими силами, дабы те осуществились хотя бы на половину. Но это лишь моё мнение, и я не уверен в собственной правоте»

Люди в тёмно-синих мантиях так и лежали хладными трупами.

— А с ними что? Разве умерли? – поинтересовался Эльтран.

— Именно. И притом мертвы уже давно. Они почти как живые мертвецы. Не нуждаются в еде, почти не спят, делают всё, что им скажут.

— Почти… то есть это не разупокоенные, верно? – Селестос кивнул. – Тогда почему они поступали так?

— Магия, Эльтран. Шарашас применил какое-то особое заклинание подчинения. Оно действует не сразу, и надо периодически его применять, дабы оно со временем стало постоянным. Конечно, такие «люди» живут не слишком долго, ведь они ничего не едят и почти не спят, но заклинание поддерживает в них силы. Разумеется, не все такие, как эти. Были и нормальные, способные говорить, двигаться, сражаться. Но с тех пор, как я оказался здесь, все стали превращаться вот в таких, – Селестос указал на один из трупов. Бледный, худощавый, со впавшими щеками, иссохшей и потрескавшейся кожей, и глазами, лишёнными жизни.

— И где таких людей только набирают…

— В городах. Никогда не встречал там зазывателей в тёмно-синих одеяниях?

— Я в основном по лесам и деревням путешествовал, Селестос.

На том и закончили, и направились к выходу. Человеку из пророчества не терпелось вдохнуть свежего воздуха, ибо все эти годы он не покидал пещеры.

— Солнце, воздух, – почти прошептал он, остановившись на месте с запрокинутой головой и закрытыми глазами, – как же давно я этого не чувствовал. Три года… три года провёл в пещере. Ни солнца луч, ни сияние полной луны не мог я лицезреть, и не мог ощутить на себе. Дуновение тёплого аль хладного ветра… Превосходные ощущения!

Стоя на месте и наслаждаясь природой, Селестос пытался убедить себя, что поступил правильно. Неизвестно, к чему могло бы привести возрождение расы элевов. Шарашас обещал воскресить его родителей, и «человек из пророчества» не исключал подобной возможности, но, даже если глава «Ха-каре-мар» говорил правду, и подобное возможно, он не хотел рисковать целой Вселенной ради собственных желаний. Уж лучше он будет жить и дальше, а с семьей встретится после смерти.

— Ладно, пошли, Эльтран, – перестав наслаждаться окружающим миром, сказал Селестос и пошёл прямо.

— Но куда нам? Ты хоть знаешь?

— Нам? – улыбнулся компаньон. – Ты всё-таки решил отправиться вместе со мной?

— А у меня есть выбор? К тому же я хочу убить Хаорана! Я должен отомстить за гибель Веала и Менера.

— Отомстишь, не сомневайся.

— Но прежде, Селестос, у меня есть более насущное и важное дело, – «человек из пророчества» недоумевающее приподнял одну бровь. – Дейл. Дейл Эйтер, брат Архимага, – с нарастающим гневом, почти по-змеиному прошипел Эльтран.

— Что же в нём такого важного?

Теперь пришла очередь некроманта рассказывать о том, что открылось ему совсем недавно. Селестос внимательно, как и всегда, слушал.

— Мне искренне жаль, Эльтран. Дейл… да, он заслуживает смерти, пожалуй, как никто иной. Тогда сначала нам надо найти его, а там и на Кровавое Крыло выйдем.

— Они были вместе, Селестос. Оба обучали меня, а Дейл живёт на том летающем острове, где и Хаоран.

— Хотелось бы мне сказать, что так даже лучше, ибо мы сможем избавиться сразу от двоих, но, увы, не могу быть уверен в этом. Но нам всяко необходимо найти их.

— А как именно?! – сорвался некромант на крик, не выдержав, ибо злоба, великая злоба переполняла его.

— Дейл был твоим учителем, Эльтран. Можно будет попытаться проложить очень сложный мост от тебя к нему, ибо следы его волшбы должны были остаться у тебя где-то глубоко в памяти, если, конечно, он их не стёр. И тогда мы сможем понять, где он.

— Так начинай! – воодушевился сын магов.

— Терпение, Эльтран. Я всенепременно сделаю всё, что только смогу, дабы помочь тебе…

— Дейл исключительно мой! Я сам должен его победить!

— Да будет так. Но нам надо попасть в город, на рынок, дабы приобрести… кхм… пару ингредиентов. И тогда все сделаем.

— Отлично! – согласился Эльтран. Он пребывал в таком состоянии, что согласился бы объединиться даже с Гигантом или безмозглыми люкрами, дабы убить старого колдуна.

— А теперь я спрошу тебя, Эльтран: ты поможешь мне победить Хаорана? Это будет не лёгкая битва, но мы спасём бесчисленное множество рас и миров.

— Мне нет дела до иных рас и миров. Помоги мне, и я помогу тебе, Селестос.

— Превосходно! – воскликнул «человек из пророчества», хоть слова молодого некроманта не столь уж превосходны для него.

Пошли пешком, не прибегая к магии, ибо не хотели, дабы их магические следы заметили другие, а к тому же им предстояло о многом поговорить, многое обсудить, решить, хоть и очень приблизительно, как быть, как лучше поступить, каков примерный план действий, и как именно им одолеть двух столь сильных соперников. Увы, времени могло оказаться недостаточно, ибо нечисть и нежить всё ещё свирепствовала.

Глава XII. Ученик и учитель

Дейл не торопясь шёл через лес. Он догадался, почему Эльтран искал разбойников. Мальчик каким-то образом узнал, что именно они убили его родителей. Конечно, быть может, некромант хотел лишь отомстить им за все годы унижений. А может прознал и про Дейла? Быть может, разбойники ему нужны лишь для того, чтобы узнать, где находился колдун? Как знать, как знать… Но, если Эльтрану ничего не ведомо, то ему достаточно лишь найти разбойников, а там дело за малым. И когда молодой некромант узнает от них, что именно Дейл отдавал приказ, то тогда Эльтран точно захочет убить его.

«Но ничего, ничего. Я буду готов. Если не получится убедить тебя перейти на мою сторону, хоть я в это верю всё меньше и меньше с каждой минутой, то тогда будь готов к схватке, мальчик. Как бы силен ты ни был, но опыт зачастую значит куда больше, нежели сила и молодость»

Бывший учитель Эльтрана подошёл к большому полю – тому самому, которое сам же создал для обучения несколько лет назад. Дошёл до его середины, взмахнул рукой и из-под земли вырос огромный плоский камень. Колдун сел на него и ждал.

«Всё закончится там, где и началось»

***

Кровавое Крыло уже полностью оправился после своей, пожалуй, величайшей битвы и сидел на троне, глубоко задумавшись о чём-то. В помещении он совершенно один, и его стали терзать различные мысли, в том числе и тревожные.

«Эрме… первый король в истории моей расы. Боги, тайный кристалл, Селестос, Дейл и Эльтран… Что же будет потом? Что меня ждет после коронации? Смогу ли я сделать из нескольких племен единый и могущественный тиейл? И, коль так, то получается, что я создам империю хаоромов. Оправдает ли она мои надежды? Сумею ли я поставить на колени остальные расы и стать полноправным хозяином сего мира? Я уже полностью восстановился, а это означает, что во время коронации другие вожди не смогут воспользоваться тем, что я ослаблен. Не смогут напасть. Точнее, напасть смогут, но теперь-то уж точно не осмелятся. Ведь я восстановился. Я сильней их троих вместе взятых! Однако собирались ли они прикончить меня во время коронации или же то лишь мои догадки? Хотя уже не важно. Это меня интересует меньше всего…

Боги! Они-то мне и нужны. Но удастся ли мне собрать достаточно Сил, дабы противостоять им всем сразу? После коронации территория возрастёт, как и моё влияние, и я смогу продвигаться быстрее, но всё-таки, всё-таки… Мне понадобится ещё лет пятьдесят, а это не малый срок. Главное – не допустить, дабы Боги сумели разрушить все мои планы. Они высокомерны и надменны, так что надо воспользоваться именно этим. Будут думать, что всё идет по их плану, что они могут контролировать мою жизнь и убить в любой момент, но я их удивлю. Кристалл – вся моя надежда. Так тщательно скрываю его, под такими сложными защитными заклинаниями… но не мной сотворен он был. Точнее, я его доработал и довёл до совершенства, а сам же кристалл, как сосуд, создал кто-то иной. И, я понимаю, что он намного древней, нежели может показаться. Для чего именно его создали – я не знаю, и не стремлюсь узнать. Не столь уж и важно, кем и когда сотворенный, кристалл послужит мне.

И всё-таки мне нужен Селестос! Что бы там ни было, он мне нужен! Тогда все случится намного раньше, и Боги не смогут, не успеют ничего противопоставить мне. Хотя, я сейчас понимаю, что и Эльтран мне бы не помешал. Лучше всего – Эльтран вместе с Селестосом. Это было бы идеально! Где же ты, человек из пророчества? Что делаешь и куда путь держишь? Насколько сильней ты стал за эти годы? А как поживает мой ученик?

Эльтран… Дейл отправился за ним. Где же ты, мой человеческий друг? Мой единственный друг расы людской. Отправился за Эльтраном… но зачем он тебе? Дабы этот маленький некромант помог нам? Но чем поможет-то? Как ты думаешь, что я собираюсь сделать с Селестосом, когда он окажется в моих руках? Буду обучать? Помогу ему чем-то ещё? Мы с ним вместе свергнем Богов? Но то пророчество, а вот Эльтран… Мне нужна лишь его Сила для кристалла, лишь так он способен помочь мне. А на что рассчитывает Дейл? Или… нет, не верю! За все эти годы он ни разу не обманул, не предал… Глупо… Или же не глупо? Ведь всякое возможно. Дейл – человек, а они все лжецы и предатели. Быть может, старый колдун и был мне другом, но увидел в чем-то собственную выгоду и решил обмануть, предать меня? Он хочет найти Эльтрана, объединиться с ним и свергнуть меня, дабы отнять мой кристалл?! Нет… нет-нет-нет, ведь это глупо. Столько лет я знаю колдуна. Он не поступит так. И никто кроме меня не знает о кристалле. Сколь бы талантлив ни был колдун, даже ему не удалось бы прознать про моё тайное оружие.

И всё-таки… а вдруг Дейл узнал каким-то образом? Ведь он всё же довольно сильный маг, пусть и человек. И времени у него предостаточно, дабы всё осмотреть и прочувствовать. Сколько дней он просиживал в комнате, что я ему предоставил. Чем он там занимался? Коль верить его словам, то пытался прощупать и понять, из чего состоял тот магический посох. Неужели на это требовалось несколько недель?! А после он пытался разобрать различные магические следы, что были обнаружены хаоромами, и хотел найти через них Эльтрана. У него было достаточно времени, дабы осмотреть весь остров, а заодно посмотреть на него магическим взором. Быть может, он сумел как-то прознать и про кристалл! Все эти годы он мог использовать меня, дабы с моей помощью найти человека из пророчества и самому воспользоваться им! Иначе зачем помогать мне? Он ведь человек, а посему думает низменно, примитивно, не заботясь о всём мире и тем более иных мирах. Ему хочется лишь возвышения собственного. Даже не своей расы. Не-ет… люди не таковы. Они не могут думать так величественно и благородно, как хаоромы. Каждого из них интересует лишь собственная… что у них? Шкура? Иначе почему колдун решил покинуть меня именно сейчас, незадолго до коронации? Он прекрасно понимает, что это величайший день в истории всех хаоромов нашего мира, и в столь важный момент он уходит на поиски нашего бывшего ученика, дабы… дабы попытаться вернуть его? Или же использовать против меня? Разве истинный друг ушёл бы в столь исторический момент? На крепости, во время обучения Эльтрана, я несколько раз чувствовал, что кто-то смотрел на остров магическим взглядом. Но каждый раз не мог понять, кто это и как далеко от меня. Кто мог оказаться столь искусным магом? Дейл. Кто мог понять, что я пытаюсь отследить след? Дейл. Судя по всему, маг прекрасно понимал устройство острова и где именно следовало искать что-то необычное. Кто столь хорошо знал остров из не хаоромов? Дейл! Паршивый человечишка! Теперь мне всё понятно! Притворяясь моим другом, ты прознал про оружие столь колоссальной мощи, что не сумел устоять перед ним и алчешь им завладеть. Что ж, желай этого и дальше, ибо я понял твой коварный план. И теперь, зная всё это, когда ты явишься ко мне на церемонию, первое, что я сделаю будучи Эрме – убью тебя»

Кровавое Крыло сидел на троне и думал о предательстве Дейла. С оскорблений его сбил звук от резко открывшихся дверей. Приподняв взгляд, Хаоран посмотрел на двух сыновей, коих не оказалось рядом, когда отец чуть не погиб. Их не было рядом, когда он очнулся и пришёл в себя. Лишь спустя столько дней они решили явиться к нему.

— Приветствуем тебя, отец! Победитель Гиганта, сильнейший средь хаоромов и будущий Эрме! – одновременно сказали братья.

— Прости, что не явились раньше, – извинился старший из них – Харан.

— Мы лишь несколько дней назад закончили отбиваться от волн тварей, – добавил второй сын – Мерн.

Вождь смотрел на них тяжёлым, осуждающим, казалось бы, взглядом. Несколько дней назад закончили отбиваться? Почему ему об этом никто не доложил? Кровавое Крыло медленно встал и подошёл к сыновьям. Те поспешили опуститься на одно колено и склонили головы.

— Встаньте, – спокойно приказал вождь и, когда два брата выполнили приказ отца, великий вождь обнял их.

— Вам незачем оправдываться, дети мои, – прошептал Кровавое Крыло. – Скоро будет церемония, – произнёс отец и отошёл обратно к трону. Конечно, он не доволен тем, что они пришли столь поздно, но всё-таки возбуждение от грядущей церемонии перекрывало всё, даже предательство Дейла.

— Мы непременно будем там, – заявил Харан.

— Иначе и быть не может, – добавил Мерн.

— А где Альва, отец?

— Она навещала меня, пока я лежал без сил. Я повелел ей отправляться обратно в свою крепость. Она придёт на церемонию, вы же оставайтесь у меня, ибо через несколько дней коронация.

— С великой радостью примем твое предложение, отец, – поклонился Мерн.

— Не сомневаюсь, что вы в великой радости, дети мои, – иронично улыбнувшись, Хаоран рухнул обратно на трон. И всё-таки он несколько изменился. Даже полностью восстановившись, он будто всё ещё пребывал в уставшем после боя состоянии.

— Отец… с тобой всё в порядке? – поинтересовался Харан. – Ты скверно выглядишь, будто бы не спал целую седмицу.

— Всё в порядке, сын. Просто… много забот и дел пред церемонией.

— Что ж, коль так, то мы вдвоём возьмем на себя все заботы и дела на пару дней, а ты отдохнешь, – предложил Мерн. – В конце-то концов, тебе надобно предстать на церемонии во всей красе и величии, отец.

— Есть истина в словах твоих, сын. Воспользуюсь вашим предложением и отдохну.

— Не волнуйся, отец. Мы тебя не подведем, – очень важным голосом сказал Харан.

— Я в вас и не сомневаюсь, дети мои, – ответил вождь, встал с трона и не торопясь зашагал к двери.

***

Лучи сотворённого искусственного солнца отблескивали от алмазной статуи Творца, освещая её и придавая величия. Свет преломлялся и разделялся на различные цвета. Двенадцать же фигур всё также стояли пред Чашей Познания и неотрывно глядели в неё. Они не обращали внимания на Эльтрана, когда тот уничтожил разбойников и хотел лично расправиться с королем Рейрса. А вот его выход вместе с Селестосом из пещеры не остался для них незамеченным.

— Вот и он, – сказала Сейла.

— И как только он умудрялся так долго прятаться? – пробубнил Саваель.

— А не все ли равно, братья и сёстры? – обратился ко всем Эллариэль. – Некто, коего звали Шарашас, мёртв, а, следовательно, некому соблазнять Селестоса на наше свержение. Ведь именно это непонятное и диковинное существо пыталось убедить его в этом.

— Значит ли это, что нам стоит перестать гнаться за ним?

— Нам и нет в этом нужды. Он и так объявлен общим врагом, так что его убьют и без нашего участия. Кроме того, он хочет избавиться от Хаорана. Будем надеяться, что они поубивают друг друга.

— Истинно, старший брат, – тотчас же поддержал его Маэль. – Но, всё-таки я категорически советую обратить внимание на…

— Маэль, в этом нет нужды. Селестос нам не помеха. Пророчества – глупость, с какой стороны не посмотри. А ежели ты про этого Эльтрана, то…

— Прощения прошу, высокоуважаемый старший брат, но я говорил не о них. Я имел в виду будущего Эрме, сиречь Хаорана. Он воистину силён, пусть мы и не считали, что его возможности столь высоки. А вдруг у него есть затаённый в рукаве кинжал, а? Быть может, он лишь выжидает подходящего случая, дабы выпустить его и перерезать нам глотки.

— Откуда столько страха и волнения в гласе твоём, Маэль?

— А оттуда, Вирейэль, что я, похоже, единственный, кто хоть немного серьёзно относится к смертным. Хаоран силён, и спорить с этим глупо. Он одолел нашего Гиганта, пользуясь лишь своими Силами! Тот некромант одолел Гиганта только потому, что применял Силы погибших, а не свои собственные. Кровавое Крыло сильнее и опытнее мальчика. К тому же теперь он воистину станет могущественным и тогда…

— Довольно, Маэль! – прогремел голос старшего брата. – Твои доводы не обоснованы как подобает. Ты исходишь лишь из того, как считаешь сам. Гиганта он победил – не спорю. Да, Крыло довольно силён для смертного, но не более. Селестос не уступает ему по Силе.

— Но Селестос не ставит себе главной целью наше свержение! – всё настаивал на своем Маэль.

— Довольно! Не желаю более слышать об этом. Кстати, Чейрос, как там тот самый молодой некромант, что так приковал твое внимание?

— Мы уже увидели, что он вместе с Селестосом вышел их пещеры. Я сумел узнать, что сейчас они держат путь к бывшему учителю некроманта – Дейлу Эйтеру, брату Архимага людского их мира. После же Селестос желает избавиться от Хаорана, ибо считает его слишком опасным…

— Про Хаорана я прекрасно знаю, – перебил Чейроса старший брат. – Видишь, Маэль, всё складывается так, как надобно именно нам. Они убьют Дейла, найдут Хаорана и убьют и его. И тогда твои страхи можно будет посчитать лишь минутной слабостью.

— Кхм… очень на это надеюсь, Эллариэль.

— Вдвоём они должны одолеть будущего короля хаоромов, – уверенно произнёс старший брат.

— А если они не смогут? – раздался тоненький голосок Айэлы.

— Сестрёнка, – нежно обратился к ней Эллариэль. Она являлась его любимой сестрой, что вызывало некую зависть у других, но древнейшему Богу на это плевать, – не думай об этом. Очень сомневаюсь, что слова Маэля оправдаются и Крыло применит якобы затаённый кинжал. Вдобавок против него будут двое очень даже сильных магов, а это уже значит многое.

— Всё же надеюсь, брат, что ты не ошибаешься, – раздался хриплый голос одиннадцатого Бога – Тарнара.

— Хватит думать об этом, брат. Тебе сказали, что всё будет как угодно нам, значит так и будет, – голосом, достойным наилучшего певца, буквально пропел Ястор, двенадцатый Бог. Его голос всегда крайне красив и мелодичен, но только говорил он крайне редко, как и Тарнар. Два брата-близнеца, абсолютно похожие внешне, но совершенно противоположные по голосам.

— Да будет так! Нам же, братья мои и сёстры, остаётся лишь наблюдать за зрелищем, что разыграется в скором времени на усладу наших очей.

***

Они миновали лес и небольшой городок, в котором приобрели двух лошадей. Эльтран не понимал, почему они шли пешком, а не летели к цели. Не выдержав, он задал этот вопрос Селестосу.

— Нет нужды зря тратить Силы, Эльтран. Наслаждайся миром, наслаждайся красотами природы во всём её многообразии.

— Я сейчас думаю о другом, Селестос, так что любоваться этими красотами буду потом, – несколько резко ответил молодой некромант.

— Пойми ещё вот что: коль начнёшь пользоваться магией – есть вероятность, что тебя обнаружат. Конечно, она крайне мала, но всё-таки есть. А мы не знаем, охотится ли Хаоран аль Дейл за кем-то из нас.

— Что-то не припомню я, дабы раньше тебя это волновало, Селестос.

— Твоя правда. Сейчас я не хочу лишний раз рисковать.

— Да и люкр с тобой, – отмахнулся Эльтран, – когда мы прибудем в город? Да и куда именно мы вообще скачем?

— В Валаре. Да-да, великой град людской в нашем мире, а прибудем мы туда завтра.

Валаре – величайший средь людских городов, как уже сказал Селестос, да и сам Эльтран это знал. Прежде ему там бывать не доводилось, а потому некроманту не терпелось увидеть его. Он так и представлял себе огромные дома с различной гравировкой на камне, с чудными крышами, то изогнутыми, то подобные морским волнам, либо вытянутыми наверх, как в цирке. Красивые мостовые, брусчатки, множество небольших прудов, река, по которой ходили шлюпки, перевозя людей с места на место, дабы они не торопливо осматривали старинные дома, выполненные в различных стилях, с арками и колонами, обставленные скульптурами. Люди же, в его представлении, должны там одеваться красиво, быть может, даже необычно. Одежды из хороших тканей, дорогих, разных цветов. Дамы с пышными нарядами, придающие им большей солидности, и простой красоты. Девушки же иные, в лёгких одеждах, быть может, даже в некоторых местах оголены. Например, Эльтран воображал себе не прикрытые тканью спины, либо руки аль ноги, быть может, даже грудь не полностью скрыта. Как одевались мужчины – его не интересовало, но он хотел бы увидеть их в чуть более темных одеждах, дабы они просто выглядели серьёзными, как и положено, в представлении Эльтрана, кормильцу и главе семьи. А главные улицы постоянно украшены чем-либо, словно на них не прекращался праздник. Люди же сами по себе хоть и серьёзны, но приятны в общении, интеллигентны. Иными словами, Эльтран представлял себе этот город как нечто небывалое, даже волшебное.

Когда же они прибыли туда и без проблем прошли через ворота, некромант отметил, что стены вокруг города воистину велики и мощны: с двадцать саженей в высоту, если не больше, и эдак с пять-шесть шагов в толщину. Внутри же Валаре не отличался ничем особенным, лишь дома, как правило, не ниже трёх этажей. Столь великим делало град не какая-то архитектура, не вид и поведение людей, а именно размеры. Город огромен, и в нём жило, как уверял Селестос, почти два с половиной миллиона людей.

Они проходили по торговому кварталу. Рынок внушительных размеров, как ни трудно догадаться. Сонмы людей метались из стороны в сторону и постоянно задевали Эльтрана с Селестосом, и, если второму на это всё равно, то некроманта подобное обращение сильно раздражало.

«Пх! Чтоб вас люкры сожрали! Бегаете из стороны в сторону, пытаясь найти наименьшую тухлятину и обменивая одну гниль на другую! И во всей этой якобы важной суматохе не замечаете никого кроме себя любимых и не думаете более ни о ком! Ни капли приличия в вас нет, словно это вы провели большую часть своей жизни, будучи рабами разбойников»

И хоть Эльтрану безумно хотелось убить для начала с десяток людей, вырвать из них черепа и пустить их пировать свежим мясом, он не мог поступить подобным образом. Некромант понимал, что вполне мог сделать нечто подобное, но тогда его объявят всеобщим врагом, что крайне нежелательно, ибо помешает планам. А люди всё проходили мимо, задевая его, и шли они быстро, словно боялись опоздать на важную встречу с самим королём. Ежели шли не поодиночке, а вместе с кем-то, то так и вовсе смотрели друг на друга и бежали, не обращая почти никакого внимания на дорогу. Толкались, громко разговаривали, спорили друг с другом или же с продавцами, некоторые за сломанную медную монетку готовы были перегрызть глотки. Впечатление о городе становилось всё хуже и хуже, и он перестал казаться Эльтрану чем-то необычным и волшебным уже спустя два часа. В дальнейшем же некромант только убеждался в собственной правоте.

Лишь спустя несколько часов нудной ходьбы от одной лавки до другой, Селестос, наконец, купил какую-то странную серебряную пыль, обошедшуюся не столь уж и дёшево.

— Так, хорошо, Эльтран, это позволит мне проложить нить от тебя к Дейлу, – пояснил человек из пророчества.

— Так пошли же отсюда, а то мне не по себе от всяких рынков аль просто многолюдных мест! Ещё чуть-чуть и поубиваю всех вокруг! – прошипел Эльтран, с трудом сдерживая злобу.

— А я думал, что некроманты – самые терпеливые средь всех, – с легкой усмешкой сказал Селестос. – А оказалось, что даже четыре часа походить не можешь. Потерпи ещё чуть-чуть, Эльтран, осталось найти особую воду, дабы раскрыть в тебе память от магии Дейла и всё. Завтра всё сделаем.

— Уж лучше поторопись, Селестос, ибо ещё пару часов таких вот толчков и тогда начну убивать!

Пока Селестос пытался вразумить и успокоить молодого некроманта, они всё бродили по рынку, как «человек из пророчества» узрел одну лавку с кучей колб и сосудов с разноцветными жидкостями. Лавка алхимика – именно то, что им и нужно.

— Здравствуйте, уважаемый, – вежливо обратился алхимик к Селестосу. Лавкой владела женщина, годившаяся магам в матери.

— Здравы будьте. Скажите, у вас есть что-нибудь, дабы открыть память о магическом следе?

— Хм… быть может и имеется, но сколь стар магический след?

— Около четырех-пяти лет.

— Не свежо… не хорошо. А маг был сильным?

— Весьма, – кивнул Селестос..

— Хм…, – алхимик всё время теребила кончики волос и осматривала эликсиры. – Пожалуй, есть у меня эдак два средства, но они дорогие, и не могу дать уверенности, что оба помогут.

— Это можно проверить, уважаемая, – улыбнулся Селестос. Алхимик лишь посмотрела на него недоверчиво. – Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Только… достаньте, пожалуйста, два пустых небольших сосуда и капните по пять капель от каждого эликсира в них. Не волнуйтесь, я вам заплачу за это.

Алхимик принялась выполнила просьбу Селестосу. Она не задавала вопросов, ибо ей самой стало крайне любопытно узнать, что же это за метод такой.

— Эльтран, нужно пару капель твоей крови.

Некромант также не задавал вопросов, лишь пожал плечами и протянул руку. Короткий укол кинжалом и Селестос подставил под палец Эльтрана один из сосудов. Ничего не произошло. Повторив тоже самое со вторым настоем, жидкость зашипела, запузырилась и будто бы закипела.

— Отлично! Это вот и возьмем.

Женщина смотрела на Селестоса удивлённым взглядом, ибо даже она не знала о таком методе проверки. И тут «человек из пророчества» понял, что женщина перед ним – простой продавец, но никакой она не алхимик. Являйся она одним из них, то точно бы знала о такой методике.

— Действует лишь с такими вот сильными настойками, – пояснил человек из пророчества и потянулся за мешочком денег. Алхимик запросила аж четырнадцать золотых монет, а на такие деньги можно купить приличный домик в какой-нибудь деревушке. Но что ж поделать, подобные эликсиры и настои трудно создавать, требуется много ингредиентов, некоторые из которых надо высушивать определённым образом и держать так почти год, а смешав всё – надобно ждать три-четыре года, чтобы эликсир настоялся и набрался нужных сил. И ведь всегда имелся шанс допустить ошибку.

Поблагодарив продавщицу, Селестос с Эльтраном покинули рынок и искали гостиницу.

— Вот и всё, Эльтран. Выспимся и завтра же примемся искать Дейла.

— Славно.

— Да… смотри, там, вроде как, мы сможем переночевать, – Селестос указал на четырёхэтажное каменно-деревянное здание. На четвёртом этаже имелся небольшой балкон, на котором стояла лицом к городу девушка в… довольно вызывающем наряде.

— Молодец, Селестос, из всех мест ты выбрал именно то, где есть шлюхи.

— И что в этом такого?

— Всё нормально, просто смотри не переусердствуй ночью, а то завтра не сможешь провести этот ритуал… или заклинание, не знаю, что у тебя там…

— За это не переживай, Эльтран, – с улыбкой ответил Селестос.

Они покинули город на следующий же день и отправились в лес. Селестос предстал несколько сонным и вялым после интересной ночи, а вот Эльтран не разделял его взглядов и отношения ко всему, ибо для него самое главное в жизни – найти Дейла и убить. И в целом он больше придерживался мировоззрения некромантов, а потому ходил серьёзный и угрюмый.

Найдя более-менее ровное место, человек из пророчества проводил рукой, словно что-то чертил. Казалось, что небольшая невидимая мотыга прошлась по поляне. Появился довольно большой круг, внутри него квадрат, касавшийся своими углами линий окружности, а внутри него перевёрнутый квадрат, больше похожий на ромб, внутри которого располагалась четырёхгранная фигура. И так друг за другом центр круга состоял из пяти квадратов. По краям располагалось восемь не совсем классических звёзд (они шестиугольные и состояли из двух треугольников). От каждой такой звезды проведена линия к основному рисунку, пробивающая его и соединяясь в самом центре пятого квадрата. Слышать и тем более видеть такую магическую фигуру ранее некроманту не доводилось, а потому он нашёл её весьма занимательной.

— Вот и готово. Эта конструкция предназначена для сложных заклинаний памяти, – пояснил Селестос. – Встань в самый её центр на перекрестке линий.

Селестос подал Эльтрану эликсир, тот вошёл в центр и ждал. Друг некроманта закрыл глаза, расставил руки в стороны и что-то шептал. Подул лёгкий тёплый ветерок, трава слабо гнулась и будто бы направлена к сложной магической фигуре со всех сторон, несколько листьев сорвалось с деревьев, и они закружились вокруг конструкции Селестоса. Эльтран видел множество магических волокон, окруживших его и плавно двигавшихся. Нити вошли в линии рисунка, и тот засветился мягким жёлтым светом. Некромант чувствовал волну Силы, что проходила по нему. Селестос опустил руки и открыл глаза.

— Выпей, – почти повелительным тоном произнес «человек из пророчества».

Эликсир оказался очень горьким и неприятным на вкус, но осушив колбу, Эльтран выпрямился и застыл на месте. Он видел, как жёлтая аура обволакивала его, а потом…

Боль. Резкая, внезапная, жуткая. Словно все мышцы тела медленно растягивали, и Эльтран мог бы поклясться, что чувствовал, как рвалась каждая из них столь же медленно. Было ещё нечто ужасно колючее, словно в него вонзали длинную иглу в голову. Молодой некромант хотел закричать, да не мог – настолько сильным оказался паралич. Селестос почувствовал тень той боли, что испытывал Эльтран и прекратил творить волшбу. Магическая фигура более не светилась и погасла, ветер утих, листья попадали наземь, а Эльтран всё стоял себе и стоял на месте. И даже глаза его не двигались.

— Эльтран! Что случилось?! Эльтран! – надрывался Селестос и тряс друга, а тому всё нипочём.

Молодой некромант оказался в уже знакомой темноте с теми же извивающимися змейками Силы. Бледный двойник приближался к нему медленно, и от каждого его шага разносился звук, словно он в сапогах с железными вставками ходил по залу с мраморной плиткой.

— Здравствуй, – поздоровался он, но, как показалось Эльтрану, ему это всё порядком надоело. – Эх… ну и когда же? Как долго ещё ждать? – спросил он будто бы самого себя, но обращаясь к человеку.

— Что… чего ждать?

— Тебя, глупый малец, – в этот раз двойник донельзя раздражительный и вёл себя иначе.

— А… но ведь… вот он я, здесь.

— Вот именно, что ты здесь, в то время как должен быть там. Эльтран, уже долго всё это длится, и мне, право же, надоело.

— Объясни, наконец, что именно тебя не устраивает?! И почему я очутился здесь, а не узнаю сейчас, где Дейл?!

Двойник лишь немного опустил голову и презрительно улыбнулся.

— Глуп ты ещё, Эльтран. Не понимаешь ничего. И Дейл тебе сейчас не нужен. У тебя есть более важное дело…

— Что?! Что может быть важнее мести?! Немедленно верни меня обратно!

— Ты мне смеешь указывать в моём же мире? – оскалился двойник, и их обоих окружила сфера бледного пламени.

— Да, смею! – твёрдо заявил Эльтран. – Пусть это и твой мир, но ты – часть меня, как и всё здесь, а значит рано или поздно я подчиню всё себе.

— Как же жаль, что я не могу ничего тебе сказать, мальчишка! Хотя, какой смысл? – пламя стало спадать. – Всё равно бы ты ничего не понял.

— А ты скажи, и увидим, пойму я, аль нет. Я весь во внимании.

— Не могу, как бы прискорбно это не звучало. Скажу лишь то, что ты медлишь, мальчик. Огонь ты приручил почти сразу, а вот с множеством иных Сил ничего не делал… Я подожду. Некромантия не любит спешки, но ты бы уже мог давным-давно слиться со всеми остальными потоками Сил, и тогда вполне вероятно, что смог бы всё сделать и без помощи Селестоса. Но ты ещё не осознал…, – двойник поспешил замолчать, пока не сказал, судя по всему, лишнего.

—Что же я должен осознать?! И зачем мне сливаться с другими источниками Сил? Я и так достаточно силён и смогу одолеть Дейла, а вместе с Селестосом мы одолеем и Хаорана.

— Глупец! Хочешь знать, что важнее мести? Всё, Эльтран! Абсолютно всё, тем более в своей совокупности!

— Мне ничего не нужно, лишь гибель ещё двоих.

— Пф… поступай, как знаешь. Я и так сказал слишком много. Надеюсь, что рано или поздно, но ты поймешь всё… Иначе это ничем хорошим для тебя не закончится.

Эльтран начал отдаляться, и он видел, что его двойник мялся, явно хотел сказать что-то, что-то очень и очень важное.

— Последняя моя помощь тебе, мальчик! – не выдержал двойник. – После этих слов мы с тобой более не увидимся. Дейла ты встретишь там, где началось твоё становление. И знай, что тысячеглавый дракон неторопливо продвигается к своей цели, по пути теряя черепа, и до входа в замок останется лишь две головы, а внутрь войдёт лишь с одной.

Некромант очнулся лёжа на земле, и увидел, что Селестос проводил над ним рукой, сияющей тёплым синим светом.

— Эльтран! Хвала всем Силам! Что случилось? Почему всё пошло не так?

Молодой некромант ещё не совсем пришёл в себя, немного потряс головой и уставился на человека из пророчества.

— Не… не знаю… я думал… что так и должно быть… Но потом…

И он рассказал об очередной встрече с двойником, но промолчал о последних словах относительно тысячеглавого дракона.

«К чему это было сказано? Для чего? И зачем мне это нужно? Быть может, к нам двигается некая опасность, которую двойник обрисовал как дракона?»

—…Там, где началось твое становление? – переспросил Селестос. Эльтран лишь кивнул, а после глаза его широко раскрылись, словно он что-то осознал. Некромант резко вскочил, в глаза ненадолго помутнело, а голова закружилась. Он взял меч и призвал крылья ветра.

— Подожди! Куда собираешься?

— Я отправляюсь к Дейлу, Селестос. Я понял, где он.

— Отлично! Скажи, где, и мы…

— Нет! – перебил его Эльтран. – Дейл – мой и только мой. Я сам должен справиться с ним. Попытаешься вмешаться – убью, – и некромант взлетел.

***

Всё происходило на самой крупной крепости Хаорана – Айреане. Он редко бывал там, ибо остров пусть и висел в воздухе, но он столь огромен, что заставить его двигаться довольно трудно, а Кровавое Крыло любил бывать в гуще сражений вместе с войском, или же просто следить за битвой и отдавать приказы. Но что ж поделать, ведь слетятся, пожалуй, почти все из других трёх племён хаоромов, дабы отдать клятву верности первому Эрме и встать под его крылья и сражаться во славу великого тиейла.

Вот уже прибыли все вожди остальных племён вместе со своими воинами, вдобавок там имелись и хаоромы самого Хаорана. Сам же Кровавое Крыло ждал в опочивальне, и его дочь – Альва – должна сказать ему, когда всё будет готово.

«Как же здесь сейчас много крылатых. Племя «Антро» присутствует семь тысяч хаоромов, «Варантары» – двенадцать тысяч, «Субейлы» – десять тысяч, и моих – с двадцать тысяч. И это лишь те, кого взяли на церемонию, а так-то армии куда больше. Сейчас здесь почти пятьдесят тысяч хаоромов, а на деле армия единого тиейла окажется раза в три больше. Сто пятьдесят тысяч солдат готовых пойти в бой по одному моему приказу. Немалая армия, немалая. Останется лишь набраться терпения и Сил, и тогда…» – на лице Кровавого Крыла заиграла злобная улыбка, не предвещавшая ничего хорошего.

И пока он вдавался в сладкие думы о том, что же он сможет натворить с такой армией, в комнату вошла Альва, и тотчас же опустилась на колени.

— Встань, дитя мое, – довольно нежно произнес вождь.

— Отец… благородный вождь, всё готово. Все свидетели знаменательного события для нашей расы собрались и ждут лишь, когда величайший окажет им честь своим выходом.

— Очень хорошо, Альва. Скажи мне только, Дейл здесь?

— Дейла Эйтера мне видеть не довелось, отец.

Кровавое Крыло сжал кулаки и от злобы даже его сложенные крылья задрожали. Альва не рискнула говорить что-либо ещё отцу, ибо понимала, что тот крайне зол, хоть и не понятно почему.

«Жалкий человечишка! Решил меня перехитрить? Хочешь похитить мой кристалл во время церемонии, когда все будут заняты? Нет! Этому не бывать! Я наложу такую цепь заклинаний вокруг своей крепости… только попытайся хотя бы магическим взором заглянуть сюда – сразу же найду тебя!»

Альва чувствовала мощные толчки Силы от отца, но продолжала стоять тихо-смирно в стороне и ждать. Коль отец так поступал, значит, так нужно. Потоки воздуха сконцентрировались, сгустились и незримой сферой окружили весь летающий остров. Альва предположила, что Хаоран беспокоился о нападении кого-либо, или же чего-либо. Неужели великий отец волновался, что вновь нападёт Гигант?

— Я готов, Альва. Пошли, дитя моё. Незачем столько ждать.

***

Эльтран летел на огромной скорости, не жалея Сил. Незримые потоки воздуха подталкивали его, дабы он быстрее добрался до цели.

«Там, где началось моё становление. Конечно же! Дейл! Ещё чуть-чуть, ещё совсем чуть-чуть и тогда ты поплатишься за гибель моих родителей! Дейл… Дейл…»

Некромант летел весь день и всю ночь, преодолев огромное расстояние, и он увидел… Искусственно созданное самим колдуном поле в лесу, а в самом его центре, сидя на большом камне, непосредственно он – виновник всего.

«ДЕ-Е-ЕЙЛ!!!»

Подлетев поближе, Эльтран пустил в него огненный шар, следом за которым полетело несколько ледяных игл, созданных из воздуха. Разумеется, бывший учитель отразил заклинания играючи, но из-под земли стал появляться каменный шип, нацеленный прямо в голову старцу, да только он так и остался в земле, показавшись лишь на несколько сантиметров. Чтобы подавить заклинание Эльтрана, брату Архимага хватило лишь одного легкого удара посохом по земле. Пусть Дейл являлся преимущественно колдуном, но магией Четырёх Стихий владел на довольно высоком уровне.

«Хм, ладно»

Некромант приземлился прямо перед бывшим учителем и тот посмотрел на него с великим изумлением.

— Эльтран? Ты ли это? Что… зачем ты пытался меня убить?

— Ты прекрасно знаешь, старик, – холодно ответил некромант.

— Где ты был все эти годы? Почему сбежал тогда из крепости Хаорана? Эльтран… я искал тебя всё это время, и вот ты сам явился ко мне. Как же хорошо, мальчик! Как же хорошо! Идём со мной Эльтран. Вернёмся к Хаорану, ты продолжишь свое обучение и тогда…

— Довольно, старик! Хватит делать вид, что старческая память проделала в тебе столько дыр. Ты всё прекрасно понимаешь и знаешь. Знаешь, почему я сбежал от Хаорана и почему сейчас хочу убить тебя!

— Эль… Эльтран, – растерянно проговорил Дейл. – Я и вправду не понимаю ничего… Что… зачем тебе моя смерть? Что я сделал тебе столь ужасного? Ты был мне как внук, ты…

— Молчи! Что сделал? Что ты мне сделал?! Ты приказал убить моих родителей, паршивый старик! А теперь…, – вместо слов Эльтран достал одноручный меч и уверенно пошёл к Дейлу. Тот выглядел растерянным и даже испуганным. Старый маг отошёл на несколько шагов, не отрывая взгляд от бывшего ученика, и на лице его остался испуг.

«Что же это с ним?»

Некромант остановился, ибо почувствовал что-то… что-то окружало его и… гримаса страха слетела с лица Дейла и он вновь стал тем самым колдуном, что обучал мальчика несколько лет назад. Множество нитей обвило молодого некроманта и Эльтрану стало трудно двигаться, а заклинание колдуна медленно прижимало его к земле.

«Агх! Вставай! Поднимайся!»

Эльтран медленно поднимался, а те магические нити, что обвили его и прижали, постепенно рвались. Дейл поспешил прибегнуть к Силе посоха. Камень в навершии сиял всё ярче, и один сконцентрированный луч янтарного цвета сорвался с него и устремился прямо к Эльтрану, который ещё не успел полностью встать. Освободив лишь одну руку, некромант быстро взмахнул ею перед собой, создав магический щит. Луч Дейла ударился о защиту, но не рассеялся, как ожидалось. Заклинание колдуна оказалось нескончаемым и продолжало исходить из посоха. Луч окутал собою всю защитную сферу некроманта и сумел все же прорваться, ударив Эльтрана прямо в грудь. Разумеется, этот удар оказался гораздо слабее, нежели предполагалось, но этого вполне хватило, дабы отбросить бывшего ученика на несколько метров.

Упав на спину, Эльтран совершил обратный кувырок, поднялся, и тотчас же сорвался с места, занеся меч для удара. Старый маг быстро ударил посохом по земле, и из-под нее прямо перед колдуном появилась каменная плита. Молодой некромант перепрыгнул её – не без помощи магии Воздуха, разумеется – и с занесённым над головой мечом готовился рассечь бывшего учителя. Дейл же сделал то, чего от него точно не ожидалось: быстро развернул посох, который уже несколько удлинился, а деревянное основание стало стальным, как у копья, и попытался проткнуть некроманта, пока тот находился ещё в воздухе. Стремительно призвав крылья ветра, Эльтран отлетел назад. Это произошло настолько резко, что некроманту показалось, будто его пытались сложить надвое, хотели свести оба плеча вместе. Данный трюк оказался весьма болезненным, и молодому магу казалось, что его тело могло сломаться. Для себя он учёл, что в дальнейшем ни за что не будет совершать столь резких призывов подобных заклинаний.

Колдун не терял времени даром, сделал полшага вперёд. Коротким выпадом посоха со стального острия сорвалась тонкая магическая стрела. Как ни крути, но Дейл гораздо опытней почти семнадцатилетнего Эльтрана. Некромант пытался идти напролом, особо не думая и надеясь силой подавить силу, а вот старец, наоборот, обдумывал каждый шаг, а также старался продумать как можно больше вариантов битвы и её исходов. Словом, Дейл просчитывал ходы и самого Эльтрана, и всё шло в его пользу.

Некромант едва успел прийти в себя и отразить заклинание колдуна, как в него уже выпустили несколько огненных шаров. Нервные короткие движения руками и огнешары пролетали мимо, но один всё же зацепил его. Правого бока коснулось несколько языков пламени, и они оставили след на теле. Поразительно, ибо то не простой ожог, но казалось, будто некий зверь нанес ударил лапой с тремя когтями, и только после бок некроманта обожгло.

Увидев стремительно приближающуюся фиолетовую стрелу, Эльтран выругался. Такие он не любил больше всего, ибо это так называемые астральные стрелы, как их любил называть сам Дейл. Суть в том, что это заклинание не просто могло причинить боль материальной оболочке, сиречь телу, но также наносило удар и по астральному естеству магов, а, как некогда говорил старый колдун, потеря аль гибель астральной проекции – есть смерть для мага. Да и, чего греха таить, к изучению Астрала Эльтран даже не приступал.

Широкий рассекающий удар мечом – и с лезвия сорвалась синеватая волна. Она разрезала стрелу Дейла и надвигалась на самого колдуна. Тот стоял себе довольно спокойно, перевернул посох и выставил навершием вперед. Синяя волна врезалась в камень и заклинание развеялось. Эльтран попытался вытащить из-под земли четыре каменных шипа, но Дейл даже не позволил ему начать. Брат Архимага вонзил стальное острие посоха в землю, и шипы отказались повиноваться некроманту, зато стали слушаться колдуна. Один за другим, появляющиеся без какого-либо порядка, каменные шипы пытались достать находящегося в воздухе Эльтрана, но тот уворачивался.

«Признаюсь, я тебя недооценивал, старик. Но это ещё не всё, что я могу»

Сложные концентрации воздушных масс собрались в руке Эльтрана и превратились в воду. Да-да, в самую что ни на есть настоящую, обычную воду.

«Вода – это жизнь, так что она повсюду. В деревьях, в листве, в воздухе и даже камнях. Сейчас посмотрим…»

Не успел он докончить мысль, как несколько каменных игл устремилось к нему. Единственное, на что хватило реакции – метнуть весь водный шар в Дейла. Уворачиваться в этот раз оказалось сложнее, ибо игл много и они постоянно вырывались из-под земли. Приходилось лихо закручиваться и выделывать множество трюков, дабы остаться в живых. Водная сфера Эльтрана двигалась к Дейлу, но старый колдун не обращал на неё никакого внимания, ибо посчитал просто отвлекающим манёвром аль неудавшимся заклинанием. Однако шар оказался направлен прямо в голову старику, на лету превратился в большой кусок льда с шипами, и очень походил на булаву. Колдун с трудом успел предпринять что-либо, ибо растерялся всего на долю мгновения, что чуть не привело его к смерти. В спешке он выставил небольшой огненный щит, о который растаял лёд, так и достигнув цели.

Дейл вытянул руку с раскрытой ладонью в сторону некроманта и с неё сорвался мощный поток воздуха, принявший несколько иные свойства и немного почернев. Могло показаться, что на Эльтрана направлен густой тёмно-серый туман. Заклинание колдуна пробило защиту некроманта, и тот отлетел на пару десятков метров. Крылья ветра отказывались продолжать держаться и вскоре развеялись. Лишь благодаря ходьбе по Воздуху удалось не разбиться от падения наземь, а относительно аккуратно приземлиться, хоть он и сделал вид, что упал на спину.

Брат Архимага смотрел на казавшееся безжизненным тело бывшего ученика и не верил, что сумел убить его таким заклинанием. Да, он постарался на славу и вложил достаточно Сил, чтобы пробить защиту некроманта, но волшба-то не смертельная. Не мог, ну не мог Эльтран умереть от такого.

— Тебе ещё многому нужно научиться, мальчик, – издевательски произнёс Дейл и легко коснулся острием копья-посоха земли. Некромант почувствовал колебания под собой, вскочил и отпрыгнул в сторону. Увы, но перехитрить старца не удалось.

«Попробуем иначе»

Эльтран применил заклинание из арсеналов некромантии, и зеленый пылающий череп устремился к Дейлу. Тот лишь вновь выставил вперед посох, и с навершия сорвалась пыль янтарного цвета, собравшаяся воедино в виде стены перед колдуном. Зеленый череп разбился об неё, но и сам щит Дейла растворился в воздухе. Некромант пустил в ход магические стрелы, но их старый маг отбил играючи. Собрав воду из воздуха, Эльтран придал ей форму длинного кнута и хотел стегануть им колдуна, но тот лишь окружил себя сферой и удары некроманта не причиняли Дейлу никакого вреда.

«Сожри меня люкр! Что же делать? Как быть? Он оказался сильнее, нежели я думал… надеялся быстро одолеть его, но… В который уже раз совершаю подобную ошибку. Переоцениваю свои возможности. И ведь здесь не призвать к себе на службу живых мертвецов, не наслать на колдуна черепа, и даже Силы предсмертных мук здесь нет, как нет и… Подожди! Вроде бы есть…» – некромант вспомнил о небольшом мешочке, что носил при себе на всякий случай, достал его и высыпал большую часть праха на ладонь.

Копье праха (пожалуй, самое эффективное средь всех трёх боевых заклинаний некромантов) приближалось к Дейлу. Оно небольшое и несколько тонкое, ибо материала недостаточно, но оставалось надеяться, что старый колдун не сможет отбить это. Бывший учитель Эльтрана выставил перед собой несколько магических щитов, но копье пробило их, лишь немного замедлившись и ослабев. Дейл с поразительной для его лет скоростью сделал единственное, что оставалось: выставил вперед посох, подставив навершие прямо под удар. Копьё врезалось в него, и раздался небольшой хлопок… Брата Архимага немного оттеснило назад, прах благополучно распался, оставив на полудрагоценном навершии посоха небольшую трещину.

«Ох! Будь у меня сейчас столько же Сил и материала, как при обороне столицы пару месяцев назад, то сейчас бы от этого старикашки не осталось ровным счетом ничего!»

Совершая множество движений рукой над навершием, камень Дейла засиял тёмно-зелёным светом, кое превратилось в пламя. Молодой некромант выставил обе руки вперёд и поставил магический щит, который поддерживал ежесекундно, тратя собственные Силы. Огонь мощный и неистовый, ибо щит, даже с постоянной подпиткой от Эльтрана, постепенно слабел и грозился разорваться на части. Лишь одним заклинанием колдун сумел остановить молодого некроманта. Тёмно-зеленое пламя постепенно выжигало магическую защиту, и образовалось несколько прорех. Пламя Дейла должно с секунды на секунду пробить магический щит.

Магический росчерк, больше похожи на молнию, но оранжево-огненного цвета, ударил прямо под ноги старому магу. Тот от неожиданности отпрыгнул назад и не понимал, что произошло. Когда же из ниоткуда появился Селестос – всё встало на свои места.

— Не смей! – завопил Эльтран, стоило ему увидеть друга. – Дейл мой! Я сам должен убить его, без чьей-либо помощи! Не смей мешать мне, Селестос, иначе я убью и тебя, даю слово!

Старый маг лишь приподнял одну бровь и осмотрел новоприбывшего молодого человека с ног до головы.

— Селестос… так вот как ты выглядишь. Что ж, подожди еще немного. Я разберусь с этим глупым мальчиком, а потом мы с тобой поговорим.

Друг Эльтрана лишь сжал кулаки от ярости, но сделал то, чего требовал от него некромант. Как ни крути, но малец прав… То его бой, и только его. И ему, Селестосу, не стоит вмешиваться, ибо иначе месть будет не полной.

Колдун повернулся обратно к Эльтрану, а тот уже сломя голову бежал на него с занесённым мечом. Брат Архимага пускал огненные шары один за другим, но некромант уворачивался от них, и вот, когда он подошёл слишком близко, Дейл развернул посох и навершием быстро ударил по земле. Всё перед глазами его бывшего ученика расплылось, сделалось не чётким, а спустя мгновение запылало, но он успел совершить прыжок, подталкиваемый Воздухом, и очутился за спиной бывшего учителя. Не до конца приземлившись, некромант нанёс рубящий удар сверху-вниз. Колдун только и успел, что на полшага отойти в сторону. Эльтран, только коснувшись земли, сразу же замахнулся на второй удар, но старик развернулся и совершил выпад в ногу некроманта. Тот зашипел от боли, но меч не выпустил и продолжил движение. Лезвие лишь с глухим звоном ударилось о подставленное навершие посоха, и клинок раскололся на несколько кусков. От удара Дейла вновь занесло, и он отошел на несколько шагов. Некромант опустился на одно колено. Рана на ноге кровоточила, но он быстро прижёг её магией. Прожжённый бок тоже доставлял небольшие неудобства, но всё это не столь существенно.

Встав, дабы продолжить бой, Эльтран вдруг почувствовал что-то странное. Это нечто новое и непонятное, а, главное, чужое. Не сразу успел сообразить некромант, что именно Дейл творил очередную волшбу.

«Когда же он успел?!»

Нечто давящее и угнетающее сомкнулось вокруг него. Собирался Эльтран взлететь, да не смог. Крылья отказывали призываться, равно как и любое другое заклинание. Дейл выпрямился, посмотрел на бывшего ученика.

— Попался, – коротко произнёс он, и выставил вперёд посох. Эльтран почти ничего не слышал, и лишь отдалённые звуки донеслись до его ушей. С навершия посоха сорвалось необычное заклинание. Похож, это удар Воздуха, но абсолютно чёрный, словно это чистейшая Тьма. Селестос широко раскрыл глаза от удивления и хотел, что-то предпринять, но он ничего бы не успел сделать. Сам же Эльтран ничего не понимал и не осознавал, что на него надвигалось, ибо он не мог творить заклинаний, и это его напугало и дезориентировало больше всего.

Чёрный сгусток ударил в грудь Эльтрана и отбросил его словно пушинку. А Селестос стоял и со всё нарастающей злобой смотрел, как чёрная волна постепенно рассеивалась, а тело его друга пролетело несколько саженей, рухнуло на землю и не поднялось.

***

Кровавое Крыло вышел к собравшимся, поблагодарил их за то, что они явились на столь знаменательное событие.

— Рад, что вы все здесь, что вы собрались в этот день великий, сородичи, – громогласно произнес Хаоран.

Будущий Эрме вышел на поле пред его огромным замком, где его встретили трое других хаоромов.

— Приветствуем великого вождя, – почти хором проговорили они.

— Я вождь племени «Антро», Тарсо Солнцеглавый, – представился один из них. Его прозвище заслуженно, ибо волосы у него цвета золота, а при лучах дневного светила сияли подобно солнцу. На самом деле про Тарсо ходили слухи, будто бы он лишь наполовину хаором, а на вторую половину эльф, поскольку у белокрылых не было ранее никого со столь яркими волосами, но среди эльфов они не редкость.

— Вождь племени «Варантар», Пхако Душераздиратель, – второй хаором являлся самым крупным и мускулистым средь них всех. Кровавое Крыло слышал о нём. Такое прозвище вождь получил потому, что любил убивать злейших врагов посредством душевных мук и пыток, после которых душа и вправду будто бы разрывалась на куски.

— Племя «Субейл», Варгос Однокрылый, – этот самый старый средь всех. Конечно, хаоромы стареют намного позже людей, но лицо Варгоса покрывало множество глубоких морщин, глаза утратили тот небесно-голубой цвет и стали почти серыми. А в одной из битв ему отрезали правое крыло, за что он и получил своё прозвище. Но Варгос являлся прекрасным магом, так что создать лишь одно крыло ветра ему не составляло труда. И хоть считалось, что хаором, что не может летать на собственных крыльях – не имеет права считаться хаоромом, вождь Варгос доказал обратное.

— Рад вас всех лицезреть, – вновь громогласно заявил Хаоран

Вокруг них столпилось великое множество белокрылых, некоторые стояли на земле, иные же, кому не хватило места, висели в воздухе и наблюдали.

Для начала каждый из вождей рассказал великому Кровавому Крылу про собственное племя, где они обитали и какими землями владели, кто был первым вождем и так далее, далее, далее. После же они принялись рассказывать про своих предшественников из своего рода. У хаоромов всё довольно просто: если погибший вождь не оставил преемника, то все мужчины племени сражались меж собой, но не насмерть. В конце двое оставшихся бились до самого конца и выживший становился новым вождем. Каждый хаором обязан знать историю своего рода, имена каждого из предков, а также обязательно нужно знать о самой великой битве каждого из них. В конце концов, каждый из вождей закончил повествованием о себе. Самым не многословным оказался Пхако, ибо он являлся лишь вторым главой племени из своего рода (его отец, Пратос, сверг былого вождя чуть менее двухсот лет назад).

Выслушав их всех, как и полагало обычаям хаоромов, Кровавое Крыло принялся рассказывать о себе и своём племени. Так уж заведено, что, коль происходило объединение племён, то вожди обязательно должны рассказать обо всём. Суть в том, что, объединившись, получалось единое большое племя, зачастую с двумя вождями. То есть в таких случаях существовало два командира, которые должны стать друг другу буквально братьями. А у братьев не должно быть секретов друг от друга. Каждый из вождей должен знать сильные и слабые стороны другого, должен знать подконтрольную им территорию, дабы осознать зону влияния. А про величайшие из побед говорилось по большей части для того, дабы вожди имели представление о реальной силе друг друга.

Хаоран говорил долго. Очень даже долго, ибо его род правил вот уже около трёх тысяч лет. Не будет преувеличением сказать, что именно его древний родственник и создал их племя, которое стало наиболее сильным при прапрадеде Хаорома – Хаороте Крушителе.

Прошло немало времени, прежде чем все четыре вождя прошли всю эту церемонию приветствия и представления, и как только Кровавое Крыло закончил, начались самые главные слова.

— Хаоран Кровавое Крыло, – хором заговорили все трое вождей, – согласен ли ты взять на себя роль первого в истории нашей расы Эрме?

— Согласен!

— Клянешься ли ты пред всеми Ветрами сплотить наши племена в единый тиейл?

— Клянусь!

— Будет ли разум твой хладен, а рука твоя тверда как сталь?

— И рука моя не дрогнет!

— Сделаешь ли ты всё возможное и даже невозможное для процветания и величия нашей расы?

— Пред Ветром и Небом клянусь именем всего своего рода! А клянётесь ли вы мне в верности? Клянётесь ли исполнять приказы? Клянётесь ли чтить мои обычаи и делать всё для процветания великого племени?

— Мы, три вождя иных племен, – заговорил Варгос Однокрылый за остальных, ибо являлся самым старшим, – желающие встать под твои могущественные крылья, клянёмся пред всеми Ветрами и великим Небом, что будем чтить тебя и весь твой род; будем беспрекословно повиноваться и исполнять твои приказы, дабы великое племя стало впоследствии мощнейшей силой в это мире, и мы, Тарсо Солнцеглавый, Пхако Душераздиратель и я, Варгос Однокрылый, клянёмся перед всей нашей расой в верности тебе, великий Эрме. И если помыслы наши будут не чисты к тебе, либо кто-то осмелится предать, то пусть Неистовые Ветры мучают и терзают душу изменника на веки вечные! Да будет так!

— Да будет так! – повторил Хаоран, и все трое вождей опустились на колени, склонив головы. Все другие хаоромы последовали их примеру, а те, что находились в воздухе, просто опустили головы.

— Я, Хаоран Кровавое Крыло, сын Хаотана Чернодушего, принимаю ваши клятвы верности и признаю вас всех частью великого тиейла!

Как только Эрме замолчал, все белокрылые встали, расправили крылья, подняли вверх мечи и хором закричали:

— Во славу Ветров и Неба! Во славу Эрме!

***

Эльтран лежал неподвижно и Селестос не ощущал ни малейшего признака жизни в нём. Дейл злорадно улыбался своей искусно проделанной ловушке, хоть ему и безмерно жаль ученика.

— Что ж, – повернулся старый колдун к Селестосу, – так вот ты какой, человек из пророчества. Хаоран рассказывал о тебе. Впечатляет, очень даже впечатляет. Но почему же ты отверг предложение вождя присоединиться к нему? Он ведь…

— Одержим свержением Богов, всё просто. От одержимого собственными целями с непонятным в итоге исходом – ничего хорошего ждать не надо. Я не помогу ему, а тебя вот с удовольствием убью.

— Убьешь меня? А на кой тебе это?

— Ты убил моего друга, – коротко ответил Селестос и обнажил свой меч.

— А-а-а, вот, значит, как. Друга… Да, друг – это серьезно. А знаешь ли ты его историю? Знаешь, что он предал меня и…

— Я всё прекрасно знаю, Дейл, и не надо мне врать. Это ты и Хаоран предали его, бедного маленького мальчика. А теперь, надеюсь, ты успел отдохнуть, ибо сейчас тебя ждёт очередной бой.

— Глупец! Церемония Хаорана завершилась ещё два дня назад. Жаль, что я не сумел попасть на неё… Вскоре он обретёт такое могущество, что тебе будет в самый раз обучаться у величайшего в нашем мире. Даю тебе последний шанс. Присоединяйся к нам!

— Готовься, Дейл, ибо я буду нападать, – спокойно проговорил Селестос, а колдун лишь тяжело выдохнул и поставил посох перед собой.

Безмятежность… пустота… одиночество…

Вокруг лишь множество лиг безжизненных земель без единого дерева, пусть даже иссохшего или скрюченного, небеса заволокло иссиня-чёрными тучами.

— Где я? Что происходит? Кто я?

Он не понимал ровным счётом ничего, даже про себя благополучно забыл.

Его внимание привлёк единственный холм в округе. Присматриваясь, он увидел там, на самой вершине, некое существо в изодранном тёмном балахоне, а лицо скрыто капюшоном. Более ничего нельзя разглядеть в этом тёмном месте.

Грянула мощная вспышка молнии, осветившая всё в округе на долю секунды, но и этого оказалось достаточно, дабы узреть лицо незнакомца. Лицо – сплошной череп без кожи и даже глаз. Зияющие глазницы вселяли благоговейный ужас даже в некроманта. Существо подняло руку и потянулось в его сторону Эльтрана, будто бы пытаясь дотянуться до него. Костяшки пальцев засветились под сиянием внезапно появившейся луны. Рука постепенно вытягивалась и вытягивалась, желая достать его.

«Что происходит? Смерть? Анатиял? Но зачем? Как? Откуда я знаю, как её зовут… «не» «кромэ» «Анатиял» … Некромант. Да, я некромант… Эльтран… так меня звали. И я… умер? Меня убили? Но кто убил?»

Не замечая как, но Эльтран сам приближался к Смерти, медленно подлетая к ней.

«Я помню, что сражался с кем-то. С кем-то очень сильным… он… был стар… колдун с посохом… я попался в ловушку… и он… был моим учителем… Дейл!»

Некромант остановился на половине пути к холму, а Смерть всё ждала.

«Дейл! Вспомнил! Нет, я не могу умирать именно сейчас!»

— Не сейчас, – обратился он к Смерти. – Еще много дел. Я не имею права умирать именно сейчас!

Она смотрела на него пустыми глазницами, и по спине Эльтрана прошлись мурашки. Смерть медленно опустила руку и растворилась во мраке.

Глубокий вдох. Солнце ярко светило и ослепляло. Тело отказывало шевелиться. До его ушей донеслись слова: «Готовься, Дейл, ибо я буду нападать».

«Селестос…»

Он почувствовал, пусть и сам не знал как, что Селестос сорвался с места и бежал на Дейла. Раздался звук, похожий на шипение, словно какой-то растворитель алхимиков разъедал что-то. Человек из пророчества отпрыгнул и собирался напасть повторно.

— Нет! – прокричал Эльтран, найдя в себе силы.

Селестос и Дейл замерли в недоумении. Они одновременно уставились на тело некроманта и тот зашевелился. Кряхтя и постоянно бранясь, Эльтран сумел встать, но стоял на ногах он крайне неуверенно и вяло.

— Селестос… отойди в сторону! Он мой! Я… ещё жив.

Человек из пророчества поразился выносливости и живучести молодого мага, но, преодолев оцепенение, убрал меч обратно в ножны и отошёл как можно дальше. Эльтран не погиб, а это означало, что его бой с колдуном не завершен. Пусть Селестосу этого не хотелось, но ему пришлось отойти, дабы дать другу возможность завершить начатое.

— Дейл… мы с тобой ещё не закончили, – злобно прошипел Эльтран, и колдуну стало не по себе от его взгляда, полного ненависти и уверенности, что теперь-то он покончит с ним. – Мне долго ещё ждать?! Нападай, коль не трус! – прорычал некромант.

«Я слишком устал… нужно восстановить Силы… хватит на два сильных удара, или же на несколько послабее. Ну же, Дейл, начни действовать»

Старый колдун совершил пару неуверенных движений посохом. Бледно-зелёная магическая стена надвигалась на Эльтрана, и уж она-то должна, как того ожидал брат Архимага, испепелить бывшего ученика. Некромант сжал руку в кулак и выставил вперед. Его объяло пламя, и Эльтран раскрыл кулак таким движением, словно высыпал что-то наземь. Огонь быстро распространялся и надвигался прямо на Дейла, с каждой секундой становясь всё неистовей. Огненная волна пробила заклинание колдуна играючи, хоть и утратила немало вложенных в него Сил, но это не страшно, ибо не для этого оно нужно.

Дейл, увидев надвигающуюся волну огня, поспешил выставить вокруг себя несколько щитов от пламени. Эльтран же, тем временем, высыпал оставшуюся горстку праха из мешочка на ладонь, рассыпал ее перед собой и совершил движение обеими руками, будто бы отталкивал от себя нечто тяжелое.

Прах ожил и направился к колдуну. По дороге он поглотил траву, и даже камни, делая их частью себя и становясь лишь больше. Пламя уже спало, и запыхавшийся и вспотевший старец не успел что-либо предпринять против нового заклинания. К тому же это некромантия, да ещё такая, о которой даже Архимаг не мог знать. Прах окружил его и стал медленно проникать под кожу. Дейл закричал от жуткой боли и пытался отбиться от странного заклинания, но безрезультатно. Против такого он не знал защиты аль противовеса.

«И почему я сразу не додумался?»

Кожа на лице Дейла несколько вздулась, потемнела, загноилась. Колдун выронил посох, два пальца на его левой руке стали совершенно черными и отвалились. Некромант питался Силами мук старика, а того уже подкашивало, и он с трудом стоял на ногах.

«Нет, это ещё не всё»

Эльтран погасил заклинание, и колдун рухнул на четвереньки. Как именно ему удалось рассеял жуткую волшбу – его, Эльтрана, не волновало, ибо вот-вот должна свершиться месть. Он медленно подошёл к побеждённому учителю.

— Ты проиграл, Дейл, – несколько высокомерно сказал Эльтран.

Колдун лишь приподнял взгляд и совершил быстрый и короткий взмах рукой в сторону некроманта. Чёрная рассекающая волна сорвалась с пальцев, но Эльтран сумел вовремя среагировать, так что атака Дейла лишь оцарапала ему правое плечо. Некромант ударил его коленом по лицу, но не слишком сильно, ведь он нужен живым.

— Глупый старик! Думал взять меня таким жалким трюком? Ты в итоге проиграл!

— Так чего же ты ждёшь? Убей меня…, – прохрипел старый колдун.

— О, нет, это было бы слишком просто и милосердно – лишить тебя жизни в сию минуту. Я придумал для тебя кое-что куда интересней. Нет, я не буду прибегать к некромантским мучениям с целью получения от жертвы большого количества Силы мук. Меня это не интересует. Селестос, мне понадобится твоя помощь.

— Сделаю всё, что смогу.

— Перенеси его в логово люкров, друг мой. Я, увы, не владею заклинанием столь моментального перемещения с места на место, да и, владей я им, сейчас не смог бы применить.

— Все сделаю.

Дейл смотрел на Эльтрана с лицом полным ужаса и просьбой, мольбой убить его прямо сейчас и здесь, а не отдавать на съедение жутким тварям, но некроманту всё равно.

Селестос подошёл к колдуну, положил руку ему на плечо и переместился в логово люкров, оттолкнул брата Архимага от себя и растворился в воздухе. Старого мага окружило с десяток люкров. Заклацали зубы, зашевелились существа и медленно приближались к жертве. Как же колдун проклинал себя. Какими только словами не обращался к себе, что только не пытался придумать, дабы остаться в живых, но так и не пришло ему в голову ничего достойного. Как ему лучше поступить: отдаться жутким существам на съедение, или же попытаться хоть что-то предпринять? Как бы там ни было, люкры приближались и по всему логову раздался истошный, полный ужаса и отчаяния вопль Дейла.

Глава XIII. Содрогнувшееся небо

Лицо Эльтрана озаряла весьма глупая улыбка, но это его нисколько не беспокоило. Он победил! Лишь это имело значение. Он одержал победу над бывшим учителем, сразил его, отомстив за родителей. Однако, когда воодушевление от победы начало исчезать, некроманта глодал один момент.

«Дейл… он ведь убил меня? Убил. Так почему же я воскрес? Я помню прекрасно куда попал и что видел. Смерть… Анатиял… но почему она лично почтила меня своим присутствием? Чего она хотела? Просто забрать меня в мир мёртвых? Нет! Не думаю, ибо… не знаю как, но я ощутил, что она… просила меня взять её руку и отправиться вместе с ней… Но зачем? А может, это то самое испытанием, что проходят все истинные некроманты? Коль так, то прошёл ли я его? Если я вернулся к жизни, то, получается, прошёл. Ведь так? Как же плохо думается… И почему из раза в раз я получаю лишь всё больше вопросов, но меня никто не удостаивает ответами?!»

Во время радости и раздумий появился Селестос. Он отправил Дейла в логово люкров и уже вернулся, дабы поздравить молодого некроманта.

— Мои поздравления, Эльтран! Ты победил и отомстил за гибель родителей.

— Да… Это наконец-то свершилось, – задумчиво ответил некромант. – Но, отчего же у меня некая гнетущая, изъедающая изнутри пустота? Почему я не чувствую покоя? Почему моё сердце и душа негодуют и алчут чего-то от меня? Неужели я не обрету покоя до тех пор, пока не отомщу за всех?

— Ты про тех сцерров, что обучали тебя и помогли?

— Именно про них. «Ха-каре-мар» уничтожен, правитель королевства Рейрс пал, пусть и не от моей руки, и Дейл мёртв. Теперь осталось отомстить за Веала с Менером.

— И ты надеешься, что обретёшь покой после смерти Хаорана?

— Я не знаю, но надеюсь на это, Селестос. Я не могу знать этого, пока оно не случилось. Лишь тогда я смогу понять, обрёл ли я покой, аль нет.

— А что будешь делать после?

— Пока не знаю, – пожал плечами некромант. – Может, продолжу самосовершенствоваться, дождусь, когда умрет Архимаг и попрошусь к новому в учителя Школы Магии. А может, останусь сам по себе.

«Он не понимает… Если весть о том, что именно он убил Дейла дойдет до его брата, то тот сделает всё возможное, дабы отыскать и покарать убийцу. Но даже если этого не случится, то после того, как мы убьём Хаорана, точнее, если мы его убьем, то в таком случае весь тиейл пойдёт против нас, а у Кровавого Крыла трое детей, для которых смерть убийцы отца будет первостепенной задачей и делом чести. И есть ещё трое вождей, а они, я уверен, не упустят возможности повоевать за право стать новым Эрме. Эльтран этого не понимает… Должен ли я сказать ему об этом? Должен ли разрушить его мечты на свободное и спокойное будущее? Или же лучше промолчать какое-то время, дабы не расстраивать молодого мага?»

— Хорошие думы, – вслух сказал Селестос. – А я еще не решил, что буду делать… даже представить себе не могу. Хотелось бы, конечно, спокойной жизни, но не думаю, что смогу к ней вернуться. Уж слишком много всего случилось.

— Не волнуйся, Селестос, я верю, что ты найдешь себе место в этом мире, – с абсолютной уверенностью и улыбкой на лице сказал некромант.

— И я надеюсь, Эльтран. Очень надеюсь, – улыбнулся ему в ответ «человек из пророчества». И всё-таки он решил не рушить мечты молодого мага. К тому же, коль всё пройдет как следует, то он примет удар всего мира на себя: пусть Демиус охотится за ним, дабы отомстить за гибель брата, пусть дети Хаорана и другие вожди возжелают его головы из желания отомстить за гибель великого Эрме, и пусть всё королевство Рейрс гонится за ним с криками «цареубийца!». Пусть всё будет так. Пусть весь мир ополчится на него – лишь бы Эльтрана не трогали, ведь тому итак пришлось пройти через многое. Он понимал, что не видать покоя двоим, так пусть хоть один из них получит благое и спокойное будущее.

***

Спустя два дня после церемонии Хаоран посетил главную крепость Пхако Душераздирателя, сохранивший статус вождя, как и остальные двое, но подчинявшийся исключительно самому Эрме. Племя Пхако – самое злобное и жадное до сражения, а также оно второе по величине в мире, после племени самого Кровавого Крыла.

Стоит немного рассказать о племенах, что превратились в единый ныне тиейл. Каждое из них шло собственным путём. «Варантар» перво-наперво брали неистовостью и жаждой крови; «Субейл» больше предпочитали пользоваться магией; «Антро» старались особо ни с кем не враждовать и пребывать в мире с иными расами. Племя же самого Хаорома брало не столько количеством, сколько умением каждого воина. Как установил ещё прапрадед нынешнего Эреме – Хаорот Крушитель, надобно посылать в бой много воинов и притом неопытных, не успевших окропить мечи вражьей кровью, аль тех, кто не побывал хотя бы в пяти сражениях. «Слабые умрут, сильные останутся» – как говорил прапрадед. Так что вся сорокатысячная армия Хаорана делилась на несколько частей.

Легалла [что можно перевести с языка хаоромов как «легион»] – самая многочисленная. В одном легалле насчитывалось по пять тысяч мечей и все являлись новичками, что ещё не побывали в пяти битвах. Всего у Кровавого Крыла четыре таких «легиона» (именно их и не допустили к церемонии, ибо они не удостоились такой чести). Далее шли дармахи [«две тысячи»] – основа армии Хаорана. Восемь полных дармахов, умеющих сражаться и работать в команде. После же шли тееи (или как их еще называли – ахи) [«тысяча»] – закалённые бойцы, побывавшие в дюжине битв. Всего имелось три ахи (сиречь, три тысячи ветеранов). И напоследок остались элитные десять сотен воинов, собранные вместе в единый аморат [«погибель»]. Эта тысяча бойцов побывала в двадцати, а то и больше, сражениях, и все там – ветераны, коим позавидовали бы многие.

Однако стоит ещё сказать, что кроме этой сорокатысячной армии имелось кое-что ещё. Сотня. Элитная сотня воинов, подчинявшаяся исключительно Хаорану, а их командир имел полное право убить кого угодно из других отрядов – пусть даже истребив целый легион – если бы счёл это нужным. Они звались анэрэ декаре [«небесные рыцари»] и являлись самой сильной частью войска. Многие там даже старше Хаорана, и притом намного, и помнили нынешнего Эрме ещё совсем маленьким бескрылым мальцом, а их командир для Кровавого Крыла чуть ли не второй отец. Рыцари всегда выполняли команды и никогда не спорили с решением вождя, даже если оно казалось чудовищным. Когда Хаоран стал главой племени, то все из анэрэ декаре принесли клятвы верности отдельно от остальной армии. В этот отряд отбирались лишь лучшие из лучших, и количество боёв не значит ровным счётом ничего. Лишь достижения и мастерство владения оружием и магией играли первостепенную роль для них, а тренировались они на отдельной крепости, дабы никто им не мешал.

Прапрадед Эрме создал великолепную концепцию отрядов и их назначений для хаоромов своего племени. Легаллы всегда составляли авангард армии, они шли первыми в бой, набирались опыта, учились сражаться сообща. И при этом Хаорот Крушитель не интересовался их потерями. Падут двое аль целый легион – не значило для него ничего. Он всегда желал, дабы основу его армии составляли хорошие воины, а не кучка глупцов, что сама подставлялась под сталь и магию.

Стоит ещё сказать, что у хаоромов нет такого понятия как «мать». Женщины для них – не более чем сосуд для продления рода. Довольно частое явление – иметь несколько детей от разных крылатых дев, да и жили женщины-хаоромы на специальных крепостях, отдельно ото всех. Исключение – дочери самих вождей. Да, может показаться жестоко и грубо, но таков уж порядок у данной расы, а женщины на своих островах чувствовали себя очень даже хорошо. Они не отказывали себе ни в чём, и любые их капризы выполнялись.

Изначально у Хаорана было шестеро детей от пятерых женщин, но двое, что родились от одной, погибли через неделю (по неведомым причинам, если у одной крылатой девы рождается более одного ребенка, то они погибают в течение месяца). Третий же оказался физически слишком слаб и по размерам уступал остальным трём, так что Хаорану пришлось собственноручно лишить его жизни, ибо дети вождя обязаны быть сильными, иначе это покажет его слабость. Слабый ребёнок – значит слабый отец, а вождь не может считаться таковым.

Кровавое Крыло просто бродил себе и осматривал главную крепость иного племени. Его всё устраивало: мощные стены, хорошая охрана по периметру, сменяемая дважды в день, а ночью усиленная вдвое, да и на острове каждый хаором знал, что ему надобно делать. Он остался доволен крепостью Пхако, но его голову изъедали черви сомнений и мрачных дум.

«Ну и где же ты, Дейл? Почему не явился на церемонию? Неужели хотел, но увидел, что я окружил крепость великой волшбой? Нет! Тогда бы я почувствовал твой взгляд. Тут нечто иное… забыл о приглашении? Исключено! Колдун никогда ничего не забывал. Всё ещё гонишься за Эльтраном, ибо считаешь, что без помощи мальца-некроманта не сумеешь справиться со мной? Ха! Я уже полностью восстановился, так что тебе меня не одолеть. Только если сам Селестос присоединится к ним. Хм… и где же человек из пророчества? Три года ничего не слышал о нём… Не нравится мне всё это. Надобно быть готовым к внезапным нападениям в любое время»

***

Селестос и Эльтран, как всегда, шли лесами, но нынче сами не ведали куда. Эльтрана всё также терзают вопросы, кои он старательно отгонял от себя, словно дурной сон, но, как и полагалось таким сновидениям, они постоянно возвращались.

Они не знали, где именно находился Кровавое Крыло, а потому Селестос предложил единственно верное решение – дойти до первого же попавшегося летающего острова и всех там перебить. Коль там нет Хаорана, то они пойдут дальше, и так до тех пор, пока не встретят Эрме. Или же, оскорблённый подобной наглостью и дерзостью, Хаоран самолично явится во время очередного штурма двух людских магов. Одно из двух, и Селестос больше склонялся ко второму. Он знал, что Крыло уже несколько дней, как являлся первым королём расы хаоромов, и каждый остров крылатых – его королевство, часть великого тиейла. Селестос также понимал, что Хаоран стал опасен, как никогда. По скромным подсчётам, пусть и весьма неточным, Селестос пришёл к выводу, что армия насчитывала около двухсот тысяч хаоромов.

«Мы справимся. Должны справиться. Даже если придётся нам погибнуть, дабы убить Хаорана, я согласен пойти на это. Извини, Эльтран, что не говорю тебе о таком варианте стечения обстоятельств, но я просто не могу сказать, иначе неизвестно как ты отреагируешь на это и как себя поведёшь. Смерть Хаорана крайне важна. Пожалуй, это нынче важнее, чем что-либо ещё»

Прошла целая седмица, а им не попался ни один из островов. Конечно, Селестос не тешил себя напрасными мечтаньями о том, что им за два-три дня попадётся летающая крепость, да притом та, в которой находился сам Хаоран, но мечтать ведь не запрещено.

По пути им никто не встретился: ни разбойники, ни какие-нибудь вооруженные армии, даже нечисти с нежитью не видно столько дней. Селестос знал, что твари Богов продолжали наступать на города иных рас. Кто-то отбивался, кто-то нет. Гномы на севере в Драконьих Горах не особо потрёпаны, ибо скрывались за мощными стенами. Саалиты чувствовали себя, пожалуй, лучше всех, ибо от нежити им значительно легче отбиваться, нежели кому-либо ещё, а нечисть не наносила столь колоссального урона, как предполагалось. Одно небольшое королевство, что находилось прямо на границе трех иных и территориями обделена (там всего лишь столица, два города и с десяток деревень) полностью уничтожено, что нисколько не удивительно. До двух путников также дошли слухи о том, что после гибели короля Рейрса началась борьба между высшими сословиями за престол, ибо король не оставил преемника, и к этой внутренней борьбе добавилась и нечисть, так что, как считали многие, королевству ещё не долго осталось существовать. Сцерры скрывались в лесах, но одно небольшое поселение также уничтожено. Орки усиленно готовились к встрече с исчадиями безумного гения Маэля. Тролли обустраивали пещеры, рыли дополнительные проходы для отступления. Раса менейров оказалась на грани вымирания. Гномы южных земель – около моря Семилунаты – укрепляли стены города, делая их всё толще и толще, а также готовили специальные смеси, дабы уничтожать нежить чуть быстрее, нежели обычно (эти гномы единственные, что обитали не в недрах гор, а на поверхности). Кэрты же совершенно неприспособленны для сражений, потому единственным шансом спастись для них было бегство, что они и делали, пусть и не всегда удачно. После грандиозной и уже легендарной победы Хаорома над летающим Гигантом, твари перестали нападать на хаоромов. Кто-то говорил, что страдали даже жившие под водой амедей. Разумеется, эльфов все эти ужасы обходили стороной.

Но не то волновало Селестоса. Нежити и нечисти всё ещё полно в их мире, а вот уже семь дней минуло, и с ними не столкнулись. Это больше всего пугало человека из пророчества.

«Словно нам расчищают дорогу»

У Эльтрана скверный вид. Он обессилел, кожа стала тёмно-серой, сухой, дышал некромант тяжело и редко, и даже идти ему удавалось с трудом. Раньше ничего подобного не проявлялось, и Эльтран лишь иногда жаловался на усталость, но вот в один не слишком солнечный день он столь разительно преобразился. В лесу не жарко, да и шли они не столь и долго, а Эльтран сильно вспотел. На вопросы Селестоса молодой маг отмахивался и уверял, что с ним всё в порядке, и он просто не успел восстановиться после битвы с Дейлом. Но когда кожа стала менять цвет, человек из пророчества понял, что с его другом что-то не так. Он пытался убедить некроманта остановиться и позволить ему его осмотреть, но тот отказывался. Посреди спора Эльтран рухнул наземь, точно куль с мукой. Селестос тотчас же подбежал к нему и принялся осматривать. Привести друга в чувство ему не удавалось. Тот едва дышал, губы его посинели, кожа стала ещё более серой, пальцы рук словно сделаны из льда, а лоб его горел так, словно там загорелся огонёк Хаоса. Внимание Селестоса привлекла небольшая чёрная линия справа на шее. Сняв с некроманта рубашку, он увидел, что рана на плече, которую Дейл нанёс самой последней, стала чёрной, и будто бы пустило корни. Небольшие чёрные ветви задели часть правой груди, сзади дошли до лопаток, немного спустились по руке почти до локтя, перешли на бок, и пробирались к шее.

«Яд Тьмы! Какой же я глупец! Надо было ещё три-четыре дня назад посмотреть, что же с ним… Он уверял, что всё нормально и просто устал… Надо было заклинанием прижать его к земле и осмотреть! Ан нет, не сделал так»

Наступила ночь, а Селестос всё никак не мог сообразить, что же сделать с Эльтраном. Он разжёг костер и старался более не отходить от некроманта ни на шаг. Капли пота стекали с лица друга, и его жутко трясло. Селестос оторвал рукава со своей рубашки и использовал их вместо тряпок. Магией он призвал воду из воздуха и облил лицо Эльтрана. Зубы некроманта забились друг о друга, изначально редкое дыхание участилось, сердце тоже начало биться сильней и чаще.

«Да что же это! Ну не знаю я, как быть! Не знаю, как вывести этот яд из тебя… Таких заклинаний я не знаю!» – сокрушался Селестос, проклиная себя за неведение, как вдруг его осенило – «только если…»

— Я ненадолго, – сказал он зачем-то вслух, хотя Эльтран его не слышал, и скрылся в лесу.

Человек из пророчества бежал, постоянно осматриваясь. Он искал кое-кого. Пробежать пришлось немало, прежде чем он увидел одинокого волка, спокойно лежавшего на травке. Остановившись, Селестос совершил короткий жест рукой и вверг зверя в очень глубокий сон.

«Отлично!»

Волк тяжелый для него, и Селестос думал, как лучше поступить. Он мог бы взять Эльтрана и привести сюда, к зверю, но сомневался, что подобное пошло бы некроманту на пользу. Либо стоило рискнуть и переместиться посредством магии к самому Эльтрану. Человек из пророчества решил воспользоваться второй возможностью, надеясь, что рядом не было хаоромов.

Немного передвинув Эльтрана поближе к волку, Селестос сел на колени, положил одну руку на рану некроманту, а другую на спину зверю. Отдышавшись и придя в себя, человек из пророчества принялся что-то бубнить. Слова водопадом срывались с его губ и левая рука, засияла золотистым светом. Лицо Селестоса на долю мгновения скривилось, словно ему причинили некую боль, которая возрастала по мере усиления сияния. Золотистый свет медленно проходил от одной руки Селестоса к другой, и переходил в волка. Вскоре сияние погасло, и Селестос с облегчением выдохнул. Создав небольшой огненный шар, он осмотрел плечо Эльтрана и с радостью заметил, что там остался лишь небольшой след от волшбы, который со временем пройдёт. С волком же всё обстояло иначе. На нём появилась рана, уже пустившая ядовитые и смертельные корни. Не желая, дабы животное долго мучилось, Селестос вонзил ему кинжал в голову.

Когда Эльтран пришёл в себя, костёр уже давно погас, а солнце в самом зените. Рядом с беспокойным лицом сидел человек из пророчества и смотрел на него.

— Се… Селестос…, – сонным голосом промямлил некромант. – Что такое? Почему… мы не в пути?

Пришлось всё объяснять. И когда некромант выслушал друга, то лишь удивился находчивости Селестоса и догадливости. Сам же он не помнил ровным счётом ничего, что происходило последние два дня.

— Это же надо! Просто взял и перенаправил заклинание от одного к другому! Воистину ты человек из пророчества. Я бы ни за что не догадался.

— Во-первых, не говори так, ибо нам неизвестно, как поступил бы ты, окажись на моём месте. Быть может, ты всё понял бы быстрей меня и нашёл бы иной способ справиться с данной волшбой. А во-вторых, даже мне это было не столь уж и просто. Потратил много Сил, устал, и ощущения не самые приятные, Эльтран. Меня даже дважды стошнило. Но ты жив и это самое главное. Завтра мы продолжим наш путь, а пока отдыхай и набирайся сил.

— А ты знаешь, куда нам идти? – поинтересовался некромант.

— Нет, – честно ответил Селестос. – Но нам ведь нужно найти лишь один такой остров, а там поймём всё остальное. Перебьем всех там, потом во втором, третьем, четвёртом и так далее до тех пор, пока не найдём Хаорана или же пока он сам не явится к нам, дабы лично разобраться с теми, кто осмелился пойти против его великого тиейла.

— Пусть приходит, – улыбнулся некромант, – мы с ним справимся, Селестос! Вместе мы страшная сила для наших врагов.

— Мы еще не сражались бок обок, Эльтран.

— И что? Я сердцем чувствую, что так и будет! Человек из пророчества и почти человек из пророчества вместе!

— Значит, так оно и будет, – Селестос лишь улыбнулся такому пылу и непоколебимости.

***

Кровавое Крыло места себе не находил. Не будет преувеличением сказать, что он до полусмерти избил Тара – отвечающего за безопасность крепостей его племени.

— Как такое вообще могло случиться?! – разгневался Эрме, и казалось, что вот-вот глаза его начнут метать молнии. – Кто-то напал на аж три крепости, перебил всех воинов, что там находились, пусть их и было всего по несколько сотен, и эти выродки всё ещё живы?! Скажи, зачем мне оставлять тебя в живых после такого?

— Эрме… прос… простите…, – с трудом выговаривая, ответил Тар. – Я… не знаю, кто это! После… вашей коронации… никто бы и не подумал… что найдутся безумцы…

— А они нашлись! Безумцы и глупцы есть всегда, вне зависимости от того, кто правит! Ты должен был сделать все крепости неприступными, особенно после того, как был сформирован великий тиейл!

— Эрме… я… не подумал…

Решив долго не разбираться, Кровавое Крыло просто резко махнул в сторону Тара и того разрезало надвое.

— Столь серьезные ошибки непростительны.

«И что же за наглецы осмелились бросить мне вызов?! Перебили ведь всех на тех крепостях! Что ж, все слабые погибли. Я более чем уверен, что тут замешан Дейл. Ничего, ничего, теперь стоит ему показаться возле любого из моих островов, как я тут же узнаю об этом и лично разберусь с ним!»

Лишь спустя почти месяц после казни Тара к Хаорану забежал один из хаоромов с дурными вестями:

— Эрме! Нам только что передали, что на них напали!

— Где? – тотчас же встал Кровавое Крыло с трона.

— Южнее эльфийского королевства, крепость Иелерэ.

— Я вылетаю! Выслать туда один легалл, что ближе всех.

— Слушаюсь, мой…

Кровавое Крыло не стал дослушивать, взмахнул рукой, и хаором вылетел из помещения Эрме, а дверь за ним захлопнулась. Произнеся замысловатые слова, трон послушно отодвинулся и Хаоран спустился вниз. Дойдя до кристалла, он пристально вгляделся в него.

«Очень надеюсь, что мне не придётся прибегать к этому… Берёг для иных целей, но, коль ничего другого не останется, то придётся воспользоваться»

Кровавое Крыло положил небесно-голубой кристалл в кожаный мешочек на поясе, и поднялся обратно. Перед уходом он объявил, что во время его отсутствия крепостью будет управлять его дочь – Арва. Расправив крылья, Хаоран взлетел и устремился к эльфискому королевству. Лететь не близко, но на то он и Эрме, что мог позволить себе то, что не под силу более ни одному крылатому, а потому очень скоро Кровавое Крыло окажется на месте и лично разберётся с наглецами.

***

Они подходили к очередному летающему острову, и каким-то неведомым образом Селестос чувствовал, что сегодня всё закончится. Чутьё подсказывало ему, что либо он с Эльтраном останутся стоять на своих ногах, либо Хаоран.

«Или же, как любят говорить орки: «вернусь с топором, окроплённым кровью моих врагов, или же отправлюсь к предкам». Во всяком случае, вариантов исхода немного. И не будет такого, что мы все останемся в живых… О, нет. Сегодня бой до победного конца, и всем будет всё равно, сколько Сил потеряет каждый, аль сколько воинов падёт от нас…»

— Эльтран, вот оно.

— Что оно? Я не понимаю.

— Хаоран будет сражаться с нами сегодня.

— С чего ты решил?

— Не знаю. Просто чувствую.

— Чувствуешь… И пусть! Вдвоём мы оторвём ему крылья, – уверенно произнес сын магов.

— Да, Эльтран, мы его должны победить. Итак, действуем как всегда?

— Угу, – закивал некромант. – Научи потом перемещаться столь же быстро, как это делаешь ты, а, Селестос?

— Всенепременно, Эльтран, но лучше после боя, хорошо?

— Само собой разумеется. За родителей я отомстил, так что теперь не тороплюсь. О, я забыл у тебя спросить… мне интересно, а перемещениям ты научился у Шарашаса? Или же владел ими и раньше?

— Владел, Эльтран, но Шарашас научил меня быстрей прибегать к этой волшбе.

— И это помимо всего прочего, чему ты у него обучился…

— Да. Иначе глупо было бы просто так отсиживаться у него чуть больше трёх лет.

— Да-да. Я начинаю?

— Начинай. Но, Эльтран, будь осторожен, – Селестос относился к молодому некроманту как к младшему брату.

— Не волнуйся. Кстати! Не забывай, в прошлый раз я обогнал тебя, как и в позапрошлый, – поспешил напомнить некромант.

— Лишь дважды, и у меня ещё есть время и шанс. Сегодня постараюсь и убью больше крылатых, нежели ты.

Да, они соревновались в том, кто сколько хаоромов убьёт. Пока что лидировал Эльтран, но и то лишь потому, что Селестос не пытался соревноваться, а так, подсчитывал через раз для отчёта перед некромантом. А вот его друг наоборот, хотел побеждать в этом споре.

Эльтран призвал крылья ветра и взлетел. Скоро, очень скоро состоится одна из сложнейших битв в его жизни, если не самой сложной, как уверял Селестос.

Хаоромы занимались своими делами. Кто тренировался, кто просто прогуливался по острову, иные же что-то очень горячо обсуждали меж собой, но никто не почувствовал никаких магических напряжений вокруг, а потому Эльтран под куполом невидимости подлетел к ним вплотную и начал действовать.

Подобной тактикой они воспользовались ещё при нападении на первую крепость. Некромант подлетал и объявлял начало действия, а Селестос, пользуясь суматохой и неразберихой в первые минуты, быстро перемещался на остров и старался перебить как можно больше хаоромов. После данного вступления начиналось самое интересное.

Эльтран избавился от невидимости и, пролетая над частью острова, направил руки в сторону белокрылых, и с ладоней его сорвалось пламя. Это самый что ни на есть обычный огонь без каких-либо ухищрений. В такие моменты Эльтран походил на небольшого дракона, кой, пролетая, низвергал из пасти всеиспепеляющее пламя. Хаоромы загорелись быстро, подобно сухому сену, забегали из стороны в сторону, закричали перед смертью. Некоторые из них взлетели в воздух, надеясь тем самым сбить огонь, но всё тщетно. Пламя пожирало белые крылья и хаоромы горящими факелами падали обратно.

Как и на предыдущих трёх крепостях, хаоромы не ожидали подобного нападения. Они, конечно же, знали, что появились неизвестные, что истребляли один остров за другим и пытались подготовиться к встрече, но такого они точно не ожидали. Первый удар получился внезапным и очень сильным. Белокрылые метались из стороны в сторону, пытались разобраться в произошедшем, а заодно всеми силами старались не погибнуть. Один из хаоромов хотел привести остальных в чувство и перегруппировать их, но тотчас же получил от Эльтрана ледяной стрелой в глаз.

Несколько огненных шаров рассекло воздух и врезалось абы куда. Один угодил прямо в голову белокрылому, другой задел крылья второму и тот стал падать вниз, третий просто разбился о землю, не причинив никому вреда, четвёртый ударился о стену крепости, оставив лишь кровь и чёрный след от копоти. Эльтран наполовину сжал руку в кулак и совершил рассекающее движение, точно пытался ранить кого-то невидимым кинжалом. Рассекающая волна оставила приличный след на земле острова, попутно разрезав полдюжины хаоромов.

«Остров не столь и велик, так что мы быстро управимся. Ну что ж, Селестос, пора бы и тебе вступить в битву»

— Начинаю, – раздалось в голове Эльтрана.

Селестос умел общаться одной только мыслью на довольно внушительном расстоянии, а вот некромант этому никак не мог научиться, так что всё время, когда они штурмовали крепости, ему оставалось надеяться, что Селестос сам поймет, когда можно присоединиться. Радовало то, что человек из пророчества ещё ни разу не ошибся и всегда точно угадывал подходящий момент.

Позади одного хаорома сконцентрировался серый густой дымок, из которого появился Селестос. Белокрылый не видел его, ибо пребывал в ужасе и следил за полетом Эльтрана. Человек из пророчества левой рукой закрыл ему рот, приподнял голову и быстрым движением перерезал глотку. Кровь обильно полилась из раны, и хаором вскоре погиб, булькая и всхлипывая. Исчезнув, Селестос вновь появился перед другим и столь же быстро полоснул его по горлу.

Оказавшись между восьмью хаоромами, одному он также прошёлся по шее, как только появился, второму, что стоял совсем рядом с первым, вонзил кинжал в сердце, вытащил и сразу же метнул его в третьего, попав рукоятью в переносицу. Селестос обнажил меч, увернулся от удара и провёл рассекающую атаку по спине противника по диагонали. Хаором, которому рукоять кинжала попала в переносицу, встал, и хотел напасть, да только человек вытянул руку в его сторону и в животе белокрылого образовалась довольно внушительная дыра. Половина убита. Пятый занёс меч одной рукой и напал, но Селестос отрезал ему её в локте, быстро развернулся и рубанул по шее. Перехватив его меч из отрубленной руки до того, как та коснулась земли, человек из пророчества побежал на остальных. В ход пошла магия Воздуха, но Селестос предусмотрительно выставил магические щиты от нее, так что все попытки хаоромов были смехотворны. Двое стояли друг напротив друга и собирались одновременно атаковать бегущего на них человека – один в область шеи, второй по ногам, на случай, если Селестос вздумает проскользнуть по земле на коленях и попутно перерезать им животы. Всё оказалось бы правильно, но человек из пророчества в последний момент совершил прыжок и выгнулся вперед, как если бы он собирался нырнуть в воду, и в воздухе рассёк хаоромов: одного по груди, а другому наискось срубил часть головы. Остался ещё один, который, превозмогая страх и желание бросить меч и улететь куда глаза глядели, решил напасть на Селестоса. Тот лишь выставил руку в его сторону и сжал её в кулак, сломав крылатому шею.

Да, Селестос в такие момент не столь добр, как всегда. Оно и понятно, ведь шёл бой, а в такое время нужно забыть о том, каков ты на самом деле и стать жестоким и бессердечным, даже если тебе самому это противно. По крайней мере, так считал сам Селестос и всегда придерживался данного правила.

Эльтран же пролетал из стороны в сторону и продолжал осыпать врагов градом заклинаний, вместе с тем посматривая за Селестосом. Некромант прекрасно знал, каков тот во время боя. Селестос, что предстал пред всеми с окровавленным мечом в руке – совершенно другой человек, а не тот спокойный и добрый, коим он представлялся всем остальным. Это воин, готовый умереть в любой момент, но по взгляду видно, что перед смертью он заберёт с собой как можно больше врагов. Такое преображение поражало Эльтрана, который почти всегда одинаков. А ещё некромант не понимал, зачем Селестосу порой выделывать столь сложные, как ему казалось, движения. Вот он перепрыгнул через мечи двоих хаоромов, замысловатым образом вывернулся и убил их. Что ж, допустим, что это нормально. Но вот Селестос появился из серого дымка перед другим белокрылым, моментально прыгнул, да так, чтобы в воздухе суметь прокрутиться один раз, и в это время рассёк противника от плеча до бедра. Да, выглядит довольно красиво и зрелищно, но зачем? Зачем?! Для чего ему всё это выделывать? Неужели нельзя просто лёгким движением руки рассечь врага незримыми магическими волнами? Перед кем красоваться в бою?

После штурма третьей крепости Эльтран не выдержал и задал этот вопрос Селестосу. Тот лишь ответил, что тем самым держал себя в форме, дабы оставаться всё таким же ловким и быстрым. Мол, хочется порой просто фехтовать, сталь против стали без всякой магии, или же с самым её минимумом. Но Эльтран категорически этого не понимал, ибо, коль есть магия, то зачем тогда тратить физические силы против этих жалких пешек? Не лучше ли приберечь их для самого Хаорана? Ведь с ним только магией не справиться, и придётся совмещать магию с мечом.

«Ладно, Эльтран, забудь. Это его дело, так что пусть поступает так, как хочет. Ты же думай о другом. И коль так подумать, то пока что всё идёт просто отлично!»

Эта мысль чуть не стойла ему жизни, ибо один белокрылый метнул в некроманта копьё Воздуха. Если бы не Селестос, честь ему и хвала, то вполне возможно, что Эльтран бы камнем падал вниз. Друг поставил ему моментально небольшой щит, о который и разбилось копьё, и продолжил сражаться с хаоромами, которые не гнушались пытаться одолеть человека из пророчества посредством магии.

Эльтран совершил короткое движение рукой и стоило ему сжать её в кулак, как хаором остановился, схватился за горло, ибо задыхался, и вялым телом падал вниз ко многим погибшим сородичам.

Так продолжалось относительно долго. Селестос старался зачистить сам остров, а Эльтран в основном разбирался с теми, кто парил в воздухе. Пока всё шло хорошо, хотя, надо признаться, некромант уже немного да подустал, а человек из пророчества, кажется, наоборот, полон сил. Конечно, некромант питался предсмертными муками убитых хаоромов, но то восполняло лишь его магические Силы, а ведь во время полёта тратятся и физические, пусть и не столь много, но всё-таки.

Селестоса окружило много белокрылых, и человек из пророчества чувствовал, что не справится со всеми, а магические Силы он берёг для Хаорана, ведь ему не дано, подобно Эльтрану, восполнять их за счёт погибших противников, пусть некромант и пытался обучить его.

— Эльтран! Помоги!

Молодой некромант пополнял Силы, пусть их и не так много, как при обороне города от нежити и нечисти, но всё-таки. Это позволило ему за секунды преодолеть расстояние, отделявшее его от Селестоса. По пути он старался убивать хаоромов. Вот один получил от него огненный шар прямо меж лопаток, другого рассекло водным кнутом, на небольшую группу некромант направил тысячу игл и все белокрылые, продырявленные от магической концентрации Воздуха, попадали вниз.

Приземлившись подле Селестоса, Эльтран обнажил меч, добытый при штурме первого летающего острова.

— Селестос, как всегда? – поинтересовался некромант. На самом деле это довольно глупый вопрос, ибо раньше они не меняли тактику в таких случаях, так с чего бы вдруг должно это случиться теперь? Но таков уж Эльтран – любил переспрашивать лишний раз и задавать такого вот рода вопросы просто для того, чтобы удостовериться, что он ничего не перепутал, аль что не прослушал чего.

Вместо ответа Селестос лишь повернулся к нему спиной и принял боевую стойку. Эльтран также отвернулся и приблизился к нему вплотную. Давний метод «спина к спине».

— Как и прежде, не трать магических Сил, Эльтран. Чую, что Хаоран скоро почтит нас своим присутствием, и тогда нам понадобится каждая капля Силы.

— Ты это говорил и в прошлый раз, – язвительно ответил молодой маг.

Белокрылые окружили их, но нападать не торопились. Знали, проклятые, что случилось с другими тремя крепостями.

Хаоромы решили взять их магией. С две сотни оставшихся в живых крылатых одновременно сконцентрировались и направили на людей каскад всеразличных заклинаний. Стрела Воздуха, тысяча игл, небесный удар, неистовый поток, раздирающий поток, копьё Воздуха, рассекающие воздушные порывы, промелькнуло даже пару молний. Словом, очень много различной волшбы пустили в ход. Такой град заклинаний смёл бы почти любого, но ведь Селестос и Эльтран не простые люди. Стрела Воздуха, а следом за ней и вся остальная волшба разбивалась о незримый щит людей. Осознав, что магией их не взять, хаоромы обнажили мечи и кинулись на них.

Род людской очень любит рассказывать о великих подвигах и героизме других людей, которых никогда не существовало (а может таковые и имелись, но спустя множество лет их деяния претерпели столь большие изменения, что уже и не понятно, правда ли такое было, аль нет). В них всегда существовала страшная беда (то город вот-вот вымрет от голода, то другое королевство собирается напасть, или же есть некое жуткое чудище живущее, к примеру, в лесу, и пожирающее всяк туда входящего) и в час наибольшей нужды, буквально из ниоткуда появлялся великий герой, что спасал обречённых. Есть один сказ о двух воинах-братьях, которые помогли небольшой деревушке отбиться от разбойников. Считалось, что их невозможно победить, когда они стояли спиной к спине. И вот, во время очередного налёта разбойников, братья вышли почти против сотни людей и сражались. «И два воина прижались один к другому спиной, и окружавшие их разбойники с занесёнными мечами и неистовыми криками кинулись на них. И бой этот был подобен искусству – столь же прекрасен и грациозен в исполнении братьев. Казалось, что они танцуют, и был этот танец – танцем самой Смерти, ибо разили они разбойников. Движения чётки и отточены до блеска, по сравнению с которым даже сияние золота тускло и мрачно. Казалось, что они понимают друг друга одними лишь мыслями…»

Да, красивый сказ, нечего сказать. Но не трудно догадаться, что он претерпел много изменений, и сказители добавили красивых сравнений и образов. Но разве не всё ли равно, насколько приукрашена повесть, коль другим интересно её слушать? Разве не всё ли равно, коль другие черпали вдохновение в подобных историях, пытались равняться на её героев? Не все люди столь глупы, чтоб не понимать того, что подобная история, вполне вероятно, лишь чей-то вымысел и не более того.

Однако если бы кто-либо из людей увидел Эльтрана и Селестоса во время биты, то тотчас бы вспомнил сей сказ о двух братьях. Движения столь же отточены и верны, их атаки подобны искусству, как, к примеру, трогательная песнь менестреля, или же картина художника, вложившего в труд частичку души. Разумеется, для большинства это просто кровавая битва, но для некоторых людей искусства, аль воинов, видевших в сражениях и нечто прекрасное, это могло стать чем-то большим.

Эльтран и Селестос танцевали тот самый танец Смерти, о котором говорилось в сказе. Все удары хаоромов удавалось парировать и нанести контрудар. И, если Эльтран не убивал крылатого сразу, а лишь, к примеру, отрубил тому кисть, то Селестос обязательно на развороте добивал. Они всё время двигались и вращались, как если бы танцевали вальс, только спинами друг к другу. И не мудрено, ведь хаоромы были всюду, а потому приходилось всё время менять положение, дабы достать их всех, а заодно защититься.

Селестос парировал очередную атаку и быстрым движением полоснул по животу хаорома. Это не смертельно, но кровь обильно лилась, и даже показались кишки. Времени на добивание нет, ибо слева шёл другой. Удар – и голова с небесно-голубыми глазами отлетела в сторону. Эльтран же нанёс удар мечом снизу-вверх прямо по лицу хаорома, наполовину разрезав его. Повернувшись вместе с Селестосом, отрубил ногу другому, и, развернувшись вновь, снёс часть черепа тому, кого не добил Селестос, который же, в свою очередь, добил безногого.

Казалось, что эти двое понимали друг друга одной лишь мимолетной мыслью. Им не нужно говорить друг другу, что делать. Они прекрасно понимали всё сами и подобны родным братьям, а ведь научиться такой сложной парной работе – дело не из простых. У многих уходил не один десяток лет, а они… взяли мечи и начали сражаться. Конечно, Эльтрана обучал Менер, а сцерры всегда являлись хорошими воинами, да и за все эти годы некромант не останавливался, продолжал тренироваться. Селестос же, как человек из пророчества (в кое он сам уже не верил и считал его лишь надеждами людей древности, а про себя говорил, что Силы ему просто досталось больше, нежели всем остальным) мог многое, стоило ему лишь этого захотеть, и даже обучение ему не всегда требовалось.

Бились они не столь и долго, нежели ожидали. Последнему хаорому Эльтран пронзил живот, а Селестос снёс голову. Всё кончено, а Кровавое Крыло так и не объявился.

— И так, мы сделали это вновь, – запыхавшись, сказал Эльтран и вытер обильно льющийся пот со лба.

— Да, сделали, – вполне спокойным голосом отозвался Селестос.

— Ну и, где же Хаоран?

— Терпение, Эльтран. Чувствую, скоро он явится.

— Кстати, на моём счету сегодня двести сорок семь убитых.

— Двести пятьдесят два, – парировал Селестос, а лицо Эльтрана несколько исказилось: глаза сузились, губы плотно сжались.

— Вот увидишь, если придется еще одну крепость штурмовать, то тогда уж я…

Но Эльтран не договорил, ибо шелест тысяч крыльев донесся до его слуха. Люди осмотрелись и увидели, к ним стремительно приближались хаором. Полёт скоординирован, каждый из крылатых понимал, что делать и слушался старшего. Очень походило на мурмурацию. Их несколько тысяч, они окружили остров, но не спешили нападать. Все белокрылые висели в воздухе и ждали… но чего?

— Селестос, – тихо обратился к нему Эльтран, – а мы справимся с таким количеством?

— Если прибегнуть к магии, то, возможно… но Хаоран может объявиться и одолеть нас ослабленных, – справедливо заметил человек из пророчества и в какой-то момент, в самом деле, посчитал, что именно в этом и заключался план великого Эрме: ослабить людей, дабы потом явиться и добить их.

Раздался свист. Очень и очень мощный, словно гигант размером с гору пустил огромную стрелу. Подули мощные неистовые ветры, чуть не снёсшие людей. И Селестос явно ощущал чей-то гнев, чью-то ярость. Сам воздух дрожал от этого.

— Хаоран, – понял Селестос. – Готовься, Эльтран.

С дюжину хаоромов разошлись, и в образовавшемся проходе показался сам Хаоран. Он замедлялся, и приземлился на острове, пройдясь по инерции вперёд.

— Как я и думал, – с гневом начал Эрме. – Эльтран и Селестос. Прихвостни Дейла! А где же он сам?

«Дейла? Прихвостни?»

— О чём ты, король хаоромов? Мы не…

— Этого паршивого старика можешь поискать в логове люкров! – перебил Эльтран друга. Это не красиво, но его посмели назвать прихвостнем треклятого колдуна! Непростительно.

— В логове люкров? – искренне удивился Эрме и принялся что-то бубнить себе под нос.

Эльтран прекрасно помнил, каким перед ним предстал Хаоран несколько лет назад, когда тот обучал его. То был могучий вождь, не терпевший неповиновения и требовавший точных исполнений приказов. Да, методы его жестоки и тех, кто посмел ослушаться, аль не выполнить приказ, он карал довольно суровыми способами. Но всё-таки тогда это был могущественный вождь с сильной волей и холодным рассудком. Его боялись, его уважали, и сам Эльтран относился к таковым до сего момента. Сейчас же Хаоран походил на безумца. Побледнел, глаза немного потеряли тот небесно-голубой цвет, несколько обесцветились, длинные волосы будто бы потускнели, а взгляд стал совершенно бешеным. То он схож с затравленным зверем, то походил на безумного гения, решившего уничтожить мир невероятным и глупым образом.

«Прав был Селестос, когда сказал, что ты стал одержим идеей свержения Богов. Ты теперь король хаоромов, стал намного сильнее, но эта власть и мощь лишили тебя рассудка. И Дейл… ты решил, что мы заодно с колдуном, что бы… что? Свергнуть тебя? Ты уже не тот гордый и великий вождь, коим я тебя запомнил. Нет, вру… Ты всё также горд, я уверен, но нет в тебе былого величия, которым я восхищался»

— Что ж, допустим, но зачем вы нападали на мои крепости?!

И вот вновь… совсем недавно великий хаором ненавидел старого колдуна и считал их двоих – его приспешниками, а теперь он словно бы забыл о нём. Сильно же, очень сильно изменился Кровавое Крыло.

— Чтобы ты явился к нам.

— Пф! В этом все вы, люди. Боитесь явиться к кому-либо напрямую и вызвать на бой. Уж лучше нанести удар со спины. Вы всегда были такими, и останетесь таковыми до скончания времён. И даже если сами Небеса обрушатся на вас, вы не изменитесь. Что ж, крысам – крысиная смерть.

И весь легалл зашевелился и полетел к людям. Селестос и Эльтран не растерялись: они одновременно развели руки в стороны и принялись творить одну и ту же волшбу. Точнее, Эльтран в данном случае использовался как первичная опора и подпитка для заклинания, а всё остальное выстраивал сам Селестос. Эту комбинацию человек из пророчества разработал незадолго до штурма первой крепости, как раз на такой вот случай, если белокрылых станет слишком много.

Несколько коротких и прерывистых слов слетело с уст Селестоса, и он резко поднял руку вверх. С ладони сорвался огненный росчерк, взлетевший чуть выше замка, и лопнул, быстро расползаясь по округе. Эльтран же продолжал подпитывать это заклинание, так что ему приходилось одновременно забирать Силы от предсмертных мук, оставленных после боя, и перенаправлять их в творимое заклинание. Молодой некромант всё сделал как подобало, а Селестос составил заклинание абсолютно правильно, ибо вскоре весь летающий остров окружила огненная сфера.

Подобный пламенный купол стал хорошей защитой. Весь легалл остался за её пределами и хаоромы не подлетали слишком близко, ибо жар от огня велик. Казалось бы, столь сильное пламя должно медленно и мучительно убивать Эльтрана, Селестоса и Хаорана, ан нет. Все трое чувствовали себя вполне комфортно. Заклинание на самом деле куда сложнее, нежели могло показаться, ибо это не пламя вовсе. Точнее, оно не то, которое привычно простым людям. Магический огонь можно наделить любыми свойствами, а потому Селестос сделал так, что эта пламенеющая сфера пропускала воздух и жар внутри не ощущался. Однако ежели прикоснуться к ней, то сгоришь. Потому можно не беспокоиться, что орда хаоромов погасит огонь.

— Хм… хитро, – Хаоран одобрил такой ход, да и само заклинание его заинтересовало.

— Неужели великий Эрме столь сильно нас боится, что не хочет даже попытаться сразиться лично? – с издёвкой спросил Селестос.

— Что-о-о?! Я боюсь?! – взревел Хаоран и обнажил мечи. – Позволяю вам напасть первыми. Можете использовать как магию, так и меч.

Эльтран первым бросился на короля хаоромов. Решив справиться как можно скорее, он обратил несколько мёртвых хаоромов в прах и метнул копьё в Эрме. В этот раз заклинание гораздо лучше того, что использовалось против Дейла. Волшба некромантов приближалась к Кровавому Крылу, который стоял себе спокойно, как если бы в него пустили совершенно обыденное, простое заклинание. Эльтран очень удивился, увидев, что копьё оказалось отбито в сторону. Хаоран просто скрестил мечи и подставил их под удар. Копьё праха отскочило от них в сторону, словно пущенная стрела от округлого и гладкого щита.

Пришла очередь Селестоса. Тот пустил с рук поток огня, от которого Эрме уже поставил щит, и одновременно с тем друг Эльтрана творил другую волшбу. Трава под ногами Хаорана зашелестела без ветра, а земля позади него немного вздулась. Щит короля хаоромов сдерживал пламя, а сам Эрме вонзил оба меча в землю, и вся зелень в радиусе пяти метров вокруг него раскрошилась и разлетелась в разные стороны. Земля позади Хаорана вздулась ещё сильнее, и из неё вылетел массивный камень. По расчётам Селестоса, монолит должен снести Эрме с ног и придавить. Кровавое Крыло показал себя хорошо и тут. Быстро развернувшись, он выставил руку на летящий к нему валун. Незримые потоки Воздуха проходили внутрь камня, и заклинание Селестоса обратилось лишь в песок.

Как и ожидал человек из пророчества, противник очень силен. Битва будет тяжелой.

— И так, – начал Эрме, взяв мечи, – теперь моя очередь.

Скрестив клинки над головой, Хаоран быстро опустил их, словно нанося удар. С лезвий сорвался воздушный порыв. Люди выставили защиту, но удар Хаорана снес её, пусть и сам развеялся в итоге, однако Эльтрана отшвырнуло на добрую сажень, а Селестос просто пошатнулся и несколько отступил назад.

Только придя в себя, перед человеком из пророчества уже стоял Хаоран. Великий Эрме принялся атаковать двумя мечами. Селестос с трудом успевал парировать удары аль уворачиваться от них. Сталь то и дело проносилась то перед ним, то над головой, то по бокам. Кровавое Крыло даже не предоставлял возможности для контрудара. Но, чувствовал человек из пророчества, враг игрался с ним, издевался, не пытался убить сразу или хотя бы нанести рану. Он будто бы говорил «ты всё ещё цел лишь благодаря мне, ибо я могу сделать с тобой что угодно и когда угодно».

Как знать, сколь долго сумел бы продержаться Селестос, если бы не Эльтран. Молодой некромант кинулся на Эрме, нанося один стремительный удар за другим. Человек из пророчества поудобней перехватил меч и тоже принялся нападать. Против двоих сразу Хаорану оказалось уже трудней сражаться, но, тем не менее, он держался, и пока что не удалось хоть на шаг заставить его отступить. Кровавое Крыло стоял на месте и парировал атаки двумя мечами, и чувствовал себя, судя по всему, весьма неплохо.

Когда король хаоромов отвёл очередную атаку, Селестос замахнулся чуть больше и нанес удар по диагонали снизу-вверх, усилив его магией. Такой мощный удар пусть и удалось парировать Эрме, но он всё-таки отступил на полтора шага. Эльтран хотел этим воспользоваться и нанести колющий удар в грудь, но король отбил выпад и сам перешёл в атаку.

Отшвырнув некроманта при помощи магии, он остался один на один с Селестосом. Хаорана не интересовал бывший ученик, а вот человек из пророчества напротив – занимал всё его внимание, ибо он сильнее какого-то там выродка, коего вождь обучал некоторое время. Кровавое Крыло закружил, продвигаясь к Селестосу и поочередно атакуя мечами. Человеку пришлось пользоваться магией, дабы успевать парировать или же хотя бы уворачиваться.

Эльтран встал и решил пустить в ход магию. Да, мечом он владел довольно неплохо, особенно учитывая, что тренировали его не столь уж и долго, но магия ему нравилась куда больше.

«Главное – не задеть Селестоса»

Короткая каменная стена двигалась к сражавшимся. Увидев заклинание Эльтрана, человек из пророчества отпрыгнул назад, сообразив, что некромант что-то задумал. Зашевелилось несколько трупов убитых хаоромов, и с два десятка мертвецов направились на Эрме. Кровавое Крыло взбесился такому вопиющему неуважению и мерзости. Не мудрено, ведь Эльтран оживил тех, кому надобно оставаться мёртвыми, да к тому же это его, Хаорана, сородичи!

Кровавое Крыло что-то яростно прокричал, и одним коротким движением рассёк всех неупокоенных воздушным потоком. Разумеется, это их не убило, но несколько приостановило. Вновь Эрме задействовал концентрации Воздуха, дабы они проникали в тела восставших из мёртвых, посредством ужасного заклинания, сородичей. Он провернул кисть руки, немного сжав пальцы, и все тела обратились в кучу мяса, не могущую сделать ровным счётом ничего.

Этого времени хватило Селестосу, дабы подготовить каскад заклинаний, а Эльтран продолжал свою некромантию. Трупы задёргались, законвульсировали, головы их лопнули, и устремилось множество черепов на Эрме. Кровавые летающие костяшки вывели Хаорана из себя, а потому он применил к Селестосу раздирающий поток, довольно быстро пробив защиту человека из пророчества, и тот отлетел на несколько метров. Кровавое Крыло пустил в ход молнии. Синие росчерки врезались в черепа, и они взрывались, попутно уничтожая несколько ближайших некромантских созданий.

На этом фантазия Эльтрана не закончилась. Вновь задёргались тела, из них вылетели кости, и некромант направил их к королю. Кровавые костяшки окружили Хаорана и соединялись воедино, образовав вокруг него стену. На самом деле это защитное заклинание некромантов – костяная стена, просто ранее Эльтран к нему не прибегал, ибо считал глупым и не особо находил применение, так как обычный магический щит создавался мгновенно, а тут ещё поди найди столько костей. Однако некромант решил использовать заклинание несколько с иной целью и попробовал хоть на время запереть Эрме.

Обратив несколько трупов в прах, Эльтран принялся в третий раз творить то заклинание, коим он одолел Гиганта. Прах набирался Сил и двигался к Хаорану, который уже разнёс костяную сферу. Мертвецкий прах (как уже успел прозвать молодой некромант собственную выдумку) окружил короля. Эльтран улыбнулся, ибо пребывал в уверенности, что король хаоромов попался и ему не выжить, но что-то пошло не так. Хаоран сумел как-то подобрать достойный щит, дабы прах не стал проникать внутрь него, но избавиться от заклинания некроманта он не мог.

Придя в себя после удара, Селестос собирал вокруг себя Силу. Лицо его частично обезображено раздирающим потоком, как и правая рука и бок. Фиолетово-синяя магическая концентрация устремилась к Эрме, пробила защиту и ударила того в грудь. Человек из пророчества вложил в это заклинание столько Силы, что Хаоран отлетел так далеко и так сильно, что врезался в стену замка и даже пробил её.

— Отлично, Селестос! Осталось только добить его. Останься здесь, друг, ты ранен. Я всё сделаю, – и некромант взлетел.

Селестос с трудом стоял на ногах, но соображал, как и прежде. Это тот редкий случай, когда он не пытался сдержать и остановить Эльтрана, ибо тоже верил, что Кровавое Крыло ослаблен, а может даже при смерти после такого заклинания, так что добить его не трудно.

Вот Эльтран подлетел к замку, и когда он был совсем близко бреши в стене, Селестос ощутил нечто, что напугало его. Какой-то странной Силе дали волю, и это ни к чему хорошему не должно привести.

— Эльтран! Убирайся оттуда! – закричал человек из пророчества в его голове, но уже поздно. Внутри замка показалось небесно-голубое сияние, исходившее из каждого окна, меж каждых камней, а после всё взорвалось.

***

Хаоран медленно и неуверенно встал, спихнув с себя пару камней от разбитой стены, кашлянул кровью и злобно зашипел.

— Ну, ничего, ничего, – оскалившись, бубнил он себе под нос, и рука его потянулась к небольшому мешочку. – Я вам сейчас покажу, жалкие людишки…, – Эрме немного трясущимися руками достал тот самый кристалл небесно-голубого цвета. На удивление на нём ни царапинки, ни трещинки.

— Жаль, конечно, что приходится прибегать к нему именно сейчас… Селестос… ты должен был стать сильнее и тогда мой кристалл быстрее бы вбирал в себя Силы. Он бы забирал их у тебя. Быть может, я даже согласился бы убить тебя, дабы кровь твоя разлилась по нему, и тогда... о-о-о… ну ничего, ничего… Коль не стану по Силе равен самим Богам сейчас, то у меня будет существенно больше времени на подготовку. Стать полубогом – тоже недурственно.

Кровавое Крыло сильно сжал кристалл и шептал заклинание. Эльтран уже подлетал к крепости, но Хаоран не обращал на это внимания. Сеть трещин покрыла ценнейший артефакт, и вскоре он лопнул, оставив после себя лишь пыль. Вся та колоссальная мощь, что была принята им, перешла к Эрме. Кровавое Крыло свело сильной судорогой от столь резкого и огромного прилива Сил. Он то сгибался, то прогибался дугой в спине, и казалось, что вот-вот позвоночник, равно как и всё тело, не выдержит и сломается. Всю комнату заполнил небесно-голубой свет, озаривший все вокруг, а после, энергия вырвалась наружу.

***

Селестос едва успел поставить магический щит Эльтрану, да только это не особо-то и помогло. Защиту пробило играючи, крылья ветра исчезли, а самого некроманта мощной волной отшвырнуло на многие сотни метров. Некроамнт потерял сознание и направлялся прямиком к огненной сфере. Человек из пророчества хотел что-нибудь предпринять, но к нему уже мчался Хаоран. Эрме несколько изменился: глаза его залил сплошной небесно-голубой свет, крылья стали раза в три больше, никаких ран не осталось, лишь одежда несколько потрёпана и порвана, и Сила… колоссальная Сила бушевала внутри него.

«Что же это такое?»

Кровавое Крыло злобно улыбнулся и взялся за мечи.

Бесчувственный Эльтран долетел до огненной сферы, коснулся её головой, но пламя не принялось жадно пожирать некроманта. Наоборот – сфера лопнула, подобно мыльному пузырю, и тысячи тысяч огненных языков бросались на всё круживших вокруг острова хаоромов. Белокрылые закричали от боли, но ничего поделать не могли. Пламя это невозможно погасить. И вот в считанные секунды от целого легалла не осталось ничего. Пять тысяч хаоромов огненным дождём попадали вниз.

Придя в себя, Эльтран поспешил вновь призвать крылья ветра, но они оказались слабы, а потому он падал вместе с другими. Один из горящих хаоромов, что ещё не погиб, метался по сторонам, пытаясь сбить пламя, и неистово кричал от боли. Всё бы ничего, но он летел в сторону некроманта, пусть и сам того не замечая. Эльтран не хотел стать живым факелом, а потому сгустком Воздуха оттолкнул его, и белокрылый врезался в горящий падающий труп сородича. Тем не менее, крылья ветра хоть и слабы, но они были, так что молодому магу удалось приземлиться относительно нормально.

Хаоран атаковал, но, как показалось Селестосу, атаки эти несколько вялые и издевательские. Эрме хотелось поиздеваться над противником, показать сколь силен он стал. Селестос увернулся от очередной рассекающей атаки, но Хаоран сумел поцарапать его по скуле. И понеслось… Кровавое Крыло ускорил темп, нанося небольшие и не глубокие раны человеку из пророчества, а тот в лучшем случае парировал или уворачивался от двух из десяти атак. Весь израненный, Селестос пустил небольшой магический выброс перед собой и переместился как можно дальше от Хаорана. Король хаоромов злобно улыбнулся подобной выходке отчаяния, расправил крылья и взлетел.

Замерев в воздухе, он смотрел на Селестоса. Немного занеся назад сжатую в кулак руку, король хаоромов резко выставил её вперёд и разжал, указав прямо на человека. Мощная концентрация потоков Воздуха и иных магических Сил собралась в этом небесном ударе. Селестос переместился на другой конец острова, а удар Эрме сровнял с землёй крепость, оставив от неё лишь небольшой кратер с грудой камней. Не дожидаясь повторного удара, Селестос переместился в небольшой лес острова и спрятался там. Король хаоромов замер с занесенной рукой и искал его.

— Неужели сбежал, трусливый человечишка?

Но Хаоран ошибался. Селестос появился из тумана прямо над его головой и приземлился ему на спину. Они стали падать, и человек из пророчества нанёс несколько ударов по лицу королю, достал кинжал и собирался перерезать ему глотку, но Кровавое Крыло схватил клинок голой рукой. Он не обращал внимание на кровь из ладони, расправил крылья и устремился вверх.

— Долго ты не продержишься.

Выхватив кинжал, Хаоран хотел вонзить его в человека, да тот отпустил короля. Пока не стало поздно, он переместился куда глаза глядели. Приземление нельзя назвать столь уж мягким, но он остался жив, что уже само по себе очень и очень хорошо.

Некромант очень переживал за Селестоса, за того, кто стал ему очень хорошим, а, главное, единственным другом. И потерять его ему не хотелось. Призвав крылья ветра, он полетел обратно на остров, хоть ему тяжело и всё тело болело.

Король хаоромов приземлился рядом с человеком из пророчества и смотрел на него. Ему не хотелось быстро избавляться от Селестоса. Он хотел поиздеваться, потешиться, показать свою Силу и тем самым дать понять человеку, что нападать на него, Хаорана, было глупой затеей.

Взмахнул мечом и, коснувшись остриём земли, Селестос описал почти полукруг. Земля тотчас же сорвалась с места, направилась на короля хаоромов подобно морской волне. Кровавое Крыло лишь лениво взмахнул рукой, не оставив от заклинания и следа, а его враг переместился ему за спину. Почувствовав место перемещения, Хаоран хотел увернуться, но до конца не смог, а потому на его боку красовалась довольно внушительная рана. Белокрылый коротко вскрикнул, зашипел почти как змей, и пустил в Селестоса воздушную волну, да только тот исчез. В этот раз человек из пророчества появился сбоку от Эрме, но тот успел уловить направление магических колебаний, и буквально со скоростью мысли развернулся к нему и ударил рукой в грудь, да столь сильно, что пробил её насквозь. Окровавленная рука Хаорана чуть ли не по локоть выходила из спины ошарашенного Селестоса. Через несколько мгновений он умрёт. Человек из пророчества чувствовал поступь, чувствовал каждый шаг Смерти. Она приближалась к нему, протягивая костлявую руку. Прежде, чем взяться за неё, мысли бешено запрыгали в его голове, проносились так, что он не успевал за них ухватиться.

«Что… проиграл… Хаоран… как я мог?... смерть… жить… так глупо… надежда… надо постараться… мама… папа… пророчество… я… хаоромы… три крепости… Эльтран… надо… умираю… должен!...»

Некромант находился очень близко от места сражения, а потому видел всё. И когда рука Хаорана пробила Селестоса насквозь, то сердце больно кольнуло. С губ хотел сорваться крик, но некромант онемел. Он увидел, как его друг бессильно опустил голову, и тело его засияло фиолетово-синим светом. Магические выбросы очень сильны и с трудом сдерживались. Селестоса распирало изнутри, Сила рвалась наружу, стремилась высвободиться от бренного тела. Хаоран поспешил вытащить руку, но что-то ему мешало. Она намертво застряла в теле человека, и Эрме ничего не мог с этим поделать, как бы ни старался. Взрыв. Фиолетово-синие змейки волн извивались и закружились вокруг них, и стремительно бросились в разные стороны, оставляя за собой чёрные обугленные следы и забирая магическую энергию из всего вокруг. Весь остров омертвел, почернел, лишился тех Сил, что поддерживали его в воздухе. Он медленно, но, верно, стал падать. Хаоран, пошатываясь, стоял на месте. Его крылья наполовину будто бы загноились, кожа стала бледно-серой, глаза теряли то яркое сияние, но Эрме оставался жив.

Вид полуживого короля хаоромов вывел Эльтрана из оцепенения, и он стрелой помчался к нему. Кровавое Крыло увидел второго человека, даже выставил щит, но с рук некроманта сорвалась ярко-красная молния, пробившая защиту и ударившая Хаорана в крыло. Оно не загорелось, но начало плавиться. Перья превратились в сплошную тягучую чёрную массу, перемешанную с кровью и кожей, кости последовали следом, расплавились, превратились в бесформенную жижу. Капли всей этой мерзости изъедали землю сразу по мере прикосновения к ней, и прожигали королю хаоромов бок. Крик Хаорана был ужасен. И теперь он воистину стал Кровавым Крылом.

Приземлившись, некромант не остановился и сразу побежал к противнику, на ходу вытащив меч. Короткий взмах рукой, и лик смерти устремился к королю. Это заклинание ему ещё удалось отбить, и получилось даже парировать несколько атак Эльтрана. Кровавое Крыло вновь бился, словно с ним ничего не случилось, по крайней мере, на несколько мгновений всё выглядело именно так. Эрме парировал несколько атак, но меч некроманта доходил до цели, и на Хаоране красовалось несколько свежих ран. Кровавое Крыло неистово закричал, нападал с каким-то бешенством, словно в нём пробудились затаённые Силы, но это не так. Эльтран чувствовал, как жизнь медленно покидала его противника, а использовал белокрылый оставшиеся запасы Силы для, как говорится, последнего рывка. Но даже в таком состоянии Эрме сумел дважды ранить некроманта.

«Плевать на боль! Плевать на всё! Убить! Отомстить! УБИТЬ! ОТОМСТИТЬ!»

Отбив атаку противника, Эльтран быстро вонзил меч тому в живот. Хаоран закричал, но ещё держался на ногах и замахнулся для очередного удара. Некромант отпустил оружие, немного отошёл в сторону, вместе с тем остановив атаку короля двумя руками, ударил тому в локоть и выхватил клинок. Быстрое рассекающее движение по ноге, и Эрме опустился на колено.

— За Менера! – закричал некромант, и проткнул Кровавому Крылу правое плечо. Король же, казалось, более не чувствовал боли, ибо никаких проклятий с его стороны не доносилось, равно как и криков боли. Он лишь постарался развернуться и оставшимся мечом рассечь человека.

Эльтран вновь загасил его движение, нанес мощный удар в локоть, да так, что сломал ему сустав. Некромант перехватил второй клинок и нанёс довольно глубокую рану на левом боку Хаорану.

— Это за Веала!

Некромант совершил короткий круговой шаг с разворотом и оказался лицом к лицу с королем хаоромов.

— А это за Селестоса!

Быстрый проблеск стали перерезал горло Кровавому Крылу. Развернув меч для удобства, Эльтран ударил вновь на уровне глаз, наполовину разрезав череп, и, занеся клинок назад, последним движением вонзил сталь в самое сердце белокрылого. Бездыханное тело завалилось на бок. Сомнений быть не могло – Хаоран повержен.

Остров же всё падал. Не торопясь, но изрядно накренившись, а посему всё стало переваливаться и катиться по наклонной. Некромант как можно скорее отыскал тело Селестоса, которое, на удивление, не разорвало на куски после столь мощного магического выброса. Он взял мёртвого друга, а его меч повесил себе на бок, призвал крылья ветра и улетел. Летающий остров упал, и от этого содрогнулась земля, а столпы дыма и пыли взмыли ввысь, казалось, к самым небесам.

Эпилог

Эльтран с трудом дотащил тело друга как можно глубже в лес. Остатками магических Сил он выкопал яму, аккуратно положил туда Селестоса и закопал. Достав меч человека из пророчества, некромант вонзил его в землю.

«Селестос… друг мой… прости, что не сумел спасти. Прости, что явился слишком поздно…»

Уже был вечер, когда Эльтран решил сделать кое-что для друга. То, к чему он ранее никогда не прибегал.

— Я сделаю это для тебя. Проведу обряд, дабы душа твоя не знала более мук и страданий и не скиталась по миру. Я отправлю её в Царство Мёртвых.

Самое хорошее в данном заклинании то, что не нужно чертить никаких сложных магических фигур, аль говорить многоуровневые и замысловатые предложения. Всё просто, но учитывая, что Эльтран не очень-то хорошо умел пользоваться данным методом, то он решил не рисковать и произнести его на языке саалитов.

Подул хладный ветер, зашелестела листва, и прямо на могиле появился едва различимый силуэт.

— Селестос? – удивленно прошептал некромант.

— Да, Эльтран, это я, – даже после смерти он не переставал улыбаться. – Точнее, это душа, а не тело. Я мёртв, Эльтран, и нет мне пути назад, как было у тебя.

— Но… но как? Почему? Вернись, Селестос! Мы одолели Хаорана, друг мой. Теперь можно начинать жизнь с чистого листа. Ты ведь хотел самосовершенствоваться и дальше, помнишь? Возвращайся… Ведь… ты мой единственный друг… единственный настоящий друг, коих у меня никогда не было…

— Я бы с радостью, Эльтран, но, увы, не могу. Я не некромант, да и на меня были другие планы.

— Что? О чем ты?

— Мне не удастся вернуться в мир живых.

— Но я ведь вернулся!

— Потому что, во-первых, ты некромант, а во-вторых, ты не был так мёртв, как я. Да, Дейл убил тебя, но в тоже время и не убил… как бы тебе объяснить… ты был на самой грани между жизнью и смертью. Ты сказал, что тебе рано умирать. Что ж, тебя вернули обратно, но со мной так невозможно сделать. Мы с тобой многим схожи, но столь же многим мы совершенно различны.

— И что мне делать теперь?

— Увы, Эльтран, но теперь, боюсь, на тебя ополчится весь великий тиейл. Не могу сказать, как будут разворачиваться события, ибо у Хаорана есть трое детей и трое иных вождей, от которых можно ожидать всякого. Но есть и хорошая новость: Архимаг Демиус не знает, что именно ты убил его брата.

— Да и если бы и знал, что с того? Дейла изгнали из Энефера, за то, что он…

Селестос рассмеялся.

— Это тебе сам Дейл такое сказал? И ты поверил ему? – Эльтран лишь непонимающе захлопал глазками.

— О чём ты? – спросил некромант.

— Не в одном только Дейле дело, Эльтран. Демиус… Он способен видеть потоки Сил, что вливаются в ещё не родившихся людей. Почувствовать, сколь сильным магом окажется уже родившийся ребёнок – не столь и сложно. Нынешний Архимаг же способен всё увидеть задолго до рождения.

— То есть, он…

— Да, Эльтран. Он обратил внимание на твоих родителей. Он увидел, что в тебя вливались почти океаны Силы, и его это заинтересовало. Демиус вспомнил о пророчестве древнего Архимага и поделился чудесной находкой со своим старшим братом.

— И тогда они…

— Они захотели заполучить тебя. Для каких именно целей – мне не ведомо. Подозреваю, что хотели исполнить пророчество и превратить тебя в сильнейшего представителя расы людской.

— Но родители сбежали…

— Именно. Твоя мать увидела жуткий сон, в котором у неё отобрали только что родившегося ребёнка. И они решили покинуть Энефер.

— А Дейл отправился за ними…

— Верно.

— Постой… Но ведь… когда я был в Школе Магии… Демиус видел меня. Он явился ко мне и общался со мной. Он знал, кто мои родители! Почему он ничего не предпринял?

— Так ты ведь сбежал из города ночью, – улыбнулся друг некроманта. – Разве можно ожидать подобного поведения от мальчика?

— Демиус… Вот почему я не ощутил удовлетворения от победы над Дейлом…

— Возможно, – кивнул Селестос.

— Селестос… почему ты погиб? Ведь ты же человек из пророчества! Мы с тобой…

— Связаны узами судьбы. Да, Эльтран, это так. На счёт пророчества – ты знаешь моё отношение к этой глупой сказке. А вот относительно Перекрёстка Судеб хочу сказать вот что: я ошибся, Эльтран. Тебе уже известно, что там несколько различных путей. Я явился с Пути Величия, а ты с Пути Помощи. И ты помог мне… все гнались за тобой, и это дало мне достаточно времени, дабы я подготовился к более серьёзным битвам. И мы встретились с тобой на Перекрестке. Но лишь умерев я осознал другое, Эльтран. В конце концов, мы сами творим свою судьбу. Те дороги, с которых мы пришли не значат ровным счётом ничего в дальнейшем. Каким бы Путем ты ни пошел, он всегда может измениться. Всё зависит лишь от тебя самого. И ты изменил свою дорогу, друг мой.

Некромант чувствовал, как у него начала кружиться голова. Он устал, без сил, восстановление займёт очень много времени, остатками Сил хотел упокоить душу Селестоса, а тут вот какое откровение пошло. Верх оказался низом, так сказать, чёрное – белым, день – ночью, земная твердь превратилась в воду.

— И что же теперь?

— Выживи, друг мой, выживи. Я верю, что тебе это удастся. Да, будет даже сложней, нежели было до этого, но ты справишься.

— А что же ты?

— А я отправлюсь в Царство Мертвых, Эльтран. Мне разрешили ненадолго прийти сюда.

— Разрешили? Кто?

— Та, чьими Силами ты пользуешься.

— Анатиял?

— Она не представилась, но выглядела именно так, – отшутился Селестос. – И, Эльтран…, – голос друга вдруг сделался серьёзным и даже полным сочувствия. – Я видел их. Они гордятся тобой, – и Селестос растаял, словно утренний туман.

После эпилога

— Вот видите, братья и сёстры, всё оказалось даже лучше, нежели мы могли предположить, – улыбнулся старший Бог.

— Истинно так, уважаемый Эллариэль, – поддержали его остальные.

— Селестос мёртв и даже Хаорана убили. Теперь, брат Маэль, можешь успокоиться и перестать дрожать.

— Я и не дрожал никогда! Я лишь предпочитаю учитывать все возможные варианты исхода событий, вот и всё.

— Как скажешь, брат, как скажешь.

— Что ж, Эллариэль, что же будем делать теперь? – поинтересовалась Айэла.

— Как это, что будем делать? – развел плечами старший брат. – Селестос и Хаоран мертвы, пророчество, как я и думал, оказалось не более чем глупостью, ибо самым сильным средь всех нами замеченных людей мог бы стать именно Селестос. Хаоран, конечно же, удивил своим артефактом. Очень мощный кристалл. Остаётся только дивиться, как Кровавое Крыло умудрялся столько лет скрывать его от нас. Но более нам нет нужды беспокоиться. А теперь мы можем всецело посвятить себя очищению Вселенной, братья и сёстры. Испытание продолжается и будет продолжаться. Но, как я когда-то сказал, из мира Тертернириэль нечисть и нежить изгоняется после смерти Селестоса. Коль я это сказал, значит, будет так! Завтра от них не останется и следа. А вот в остальных мирах мы оставим эти напасти, и через десятилетие, аль несколько столетий, но мы увидим плоды наших трудов.

— Да будет так, как ты сказал, высокоуважаемый старший брат.

— Прощения прошу, Эллариэль, – обратилась к старшему брату Вирейэль, – но меня теперь несколько тревожит этот молодой некромант.

— Неужели и ты туда же, сестра? Этот мальчик очень интересен и очень силён, не спорю. НО! этот юнец не одерживал грандиозных побед сам. Гиганта он победил, пронося через себя Силу предсмертных мук от тысяч погибших, и перенаправил её в одно заклинание, коим и убил Гиганта. Далее, Дейл. Старый колдун убил его, убил! Но Эльтрана воскресили… пусть он и был между жизнью и смертью, но как часто Смерть возвращала кого-либо к жизни? Крайне редко! На самом же деле некромант проиграл битву Дейлу. А с Хаораном всё получилось куда интересней. Если бы Кровавое Крыло не убил Селестоса и не спровоцировал тем самым магический выброс, то и тут Эльтран не одолел бы столь сильного противника.

— Как всегда, уста твои изрекают истину, старший брат.

— Именно! Коль так, то итого постановляю: из мира Тертернириэль нечисть и нежить изгоняется, испытания в остальных мирах остаются. Также заявляю, что более мы не будем следить за всякими людьми из пророчества и будем заниматься наложенными на нас самим Творцом обязательствами. На сим можно закончить и разойтись.

Заглянув в далекое будущее

…Росчерк ярко-зелёной магической молнии пронзил пространство космоса…

…Ярко-белая магическая волна двигалась ей навстречу…

…Взрыв! Целая галактика уничтожена…

…Белая, почти прозрачная кровь стекала с его руки…

Злобная улыбка заиграла на его лице, и он лизнул руку с кровью поверженного противника.

Он завис в пространстве Вселенной, точно в воздухе, хоть в космосе подобного не существовало. Сложнейшие магические концентрации собирались у его рук. Несколько вселенских Океанов Силы истощилось. Множество нитей сорвались с его ладоней и зацепились за ткани Вселенной.

Он задал направление.

Толчок вперёд!

Эхо боли пронеслось по всему космосу.

Ещё один толчок!

Донеслись странные, потусторонние крики боли, не принадлежащие ни одному из обитавших во Вселенной существ. Это нечто большее, стоящее над всеми и вся, даже над самим Творцом.

Повторный толчок вперёд!

Всё содрогнулось. Стены Вселенной затряслись, множество звёзд погасло, несколько солнц взорвалось, пару галактик кануло во мрак, планеты сместились со своих орбит.

И вновь толчок!

Всё зашевелилось. Пришло в действие невиданное прежде во всей Совокупности Вселенных заклинание.

Он остался доволен. Улыбка сменила злорадство. Всё шло, как и надобно

Выставив одну руку вперёд, он вновь указал направление, и подули магические ветра.

Вселенная зашевелилась, медленно поползла, куда ей было указано.

Неисчислимые орды всеразличных существ издали победные кличи во всю мощь глоток. Тысячи тысяч триллионов их разбросанно во всей Вселенной.

Один за другим истощались и опустошались Вселенские Океаны Сил, дабы волшба поддерживалась.

Он опустил руку и любовался на собственное творение. Вселенная поплыла в пространстве Силы и двигалась лишь в ему известном направлении, на встречу к другому.

— Скоро, – прошептал он, – очень скоро мы встретимся с тобой и станем новыми Владыками, брат мой!