Старший брат

Глава 1

Лента соцсети пестрела фото с букетами подруг и видами тайских пляжей. Море, песок, стеклянные бокалы с фруктовыми коктейлями, разбавленные миллионами роз и пионов. Как вдруг палец замер над постом: «Не терпится поделиться радостью. С сегодняшнего дня я отец. Полюбуйтесь на мою красавицу Лилю».

В горле встал комок, а в глазах защипало. Девушка упрямо стерла так и не выступившую влагу, поставила лайк и продолжила листать ленту.

Лиля редко плакала и еще реже делала это на людях. Даже в детстве разбитые коленки заставляли ее стиснуть зубы покрепче и идти вперед. Глядя на маленькую упрямицу, мама качала головой, приговаривая: «Нельзя быть такой бесчувственной. Ты же девочка», словно пол давал безлимитную квоту на слезы.

Упорство и умение не давать волю чувствам превратили Лилю в профессионала, с которым считались. Но все имеет цену. Как в песне: «не везет мне в смерти»... Впрочем, с любовью у Лили тоже складывалось непросто. Родители все чаще намекали дочери иногда оставлять корону дома, так как ее блеск отпугивает парней. Лиля же с усмешкой всякий раз отвечала, что настоящему мужчине она помехой не станет, а особо пугливые не будут отнимать драгоценное время.

***

Пятьсот дней назад

– У меня отличная новость! – трещала подруга в трубку, заражая возбуждением и Лилю, идущую по мартовской слякоти к машине. – Помнишь, я говорила про «Альту»? Так вот, мне птичка нашептала, что они ищут человека с опытом. Ты ведь не передумала сменить работу?

Лена, лучшая подруга, говорила про компанию с крупной клиентской базой «Альта Премьер», куда Лиля пару раз отправляла резюме, но тогда не было вакантных мест. Теперь оно появилось. Лиля в тот же вечер связалась с контактным лицом. Еще через пару часов договорилась с менеджером о времени собеседования. События происходили с такой скоростью, будто кто-то нажал кнопку ускоренной перемотки.

Утром пятого апреля Лиля, точнее Лилия Александровна, стояла на проходной в ожидании пропуска, рассматривая свой обновленный нюдовый маникюр.

– Вы, наверное, Лилия? – послышался приятный мужской голос, чистый, немного низкий. – Пройдемте. Я Алексей, вас назначили в нашу группу.

Лилия перевесила пальто на левый локоть и протянула руку для приветствия молодому человеку в идеально выглаженной рубашке:

– Приятно познакомиться, Алексей. Надеюсь, вы расскажете, как устроена здешняя кухня?

Пока они шли по коридору, Лиля внимательно слушала. Алексей подстраивался под ее шаг, ведя к офису, а она отметила, что даже на каблуках еле достает до его плеча. И тут же отругала себя за эту безумную мысль: «Никаких служебных романов, нам работать в одной связке. Не более того». Алексей же отвечал с легкой улыбкой, не слишком медленно, но и не тараторя. Девушке импонировало, что провожатый после пары вопросов о рабочих подробностях начал общаться с ней на равных, словно уже считая полноправной коллегой. Показывал расположение лифтов и кулеров, между прочим провел по коридору с указанием дамских комнат и наконец открыл дверь, приглашая Лилю вперед.

– Вы обронили, – сказал он без тени упрека, протягивая пропуск, выпавший из ее пиджака.

– Спасибо, – потупилась она, пряча карточку в карман брюк, откуда та точно не выскочила бы.

Алексей сделал вид, что ничего особенного не случилось, и начал по очереди представлять коллег, направляясь к пустому рабочему столу. Офис встретил Лилю формальным «привет» и предложением совместного перерыва на кофе-чай. Руководство «Альты» заботилось о сотрудниках, оборудовав специальную комнату отдыха с миниатюрной кухонной зоной и диванами.

Вот там, расположившись на одном из них с чашкой черного кофе без сливок, Лиля прислушивалась к разговору коллег. Старая привычка наблюдать за обстановкой со стороны помогала быстро понять местную иерархию.

«А вот и главный провокатор», – сделала она мысленную пометку, услышав Евгения, топ-менеджера.

– Удивлен выбором отдела по найму. Думают, раз брюнетка, значит серьезнее? Им лучше знать, – он с философским видом отпил чай из чашки в черную полоску. – Так когда в декрет?

Лиля сделала огромное усилие, чтобы не поперхнуться и не забрызгать белоснежную блузку кофе, к слову, чуть кисловатым. Она приготовилась ответить наглецу нейтрально-шутливым «Декрет – это своеобразный способ ваших сотрудников уйти от дедлайна или добиться отпуска?», но ее опередил Алексей.

– Жень, не замечал за тобой склонности раздавать ярлыки. Или боишься, что Лиля за месяц обойдет тебя по продажам? Судя по рассказам о вас, Лилия Александровна, – он одарил ее внимательным взглядом, – мы можем рассчитывать на квартальную премию.

– С готовой клиентской базой-то? – попытался защититься Евгений. – Любой бы смог.

– Как будто у тебя ее нет, – припечатал Леша, заставив Лилю довольно улыбнуться.

«Приятно, когда за тебя заступаются, – подумала она, бросив украдкой взгляд на неожиданного защитника. – Интересно, он со всеми так?»

Со временем выяснилось, что Алексей в компании вроде психолога или адвоката. Ей казалось странным, как у парня с огромной душой, в которой находилось место каждому, не было девушки. «Неужели подозревают в скрытом эгоизме? Впрочем, я бы тоже сомневалась, не узнай Лешу лучше», – думала Лиля, отпивая кофе из специально купленных для нее капсул. Кто был инициатором? Ответ очевиден – Алексей Шатов.

Заметив, что Лиля редко приносит еду из дома, а заказные обеды ей не особо нравились, хотя девушка и не показывала виду, в один из майских дней, Леша подошел к ее столу с предложением:

– Лиля, я вчера увидел пиццерию рядом с офисом. У них проходит акция на бизнес ланчи. Не хочешь присоединиться?

– Пожалуй можно посмотреть, что там предлагают, – ответила она, украдкой глянув в сумочку на контейнер с одиноким бутербродом.

Совместные обеды, а иногда перерывы в кофейне, не просто продолжились, а стали случаться чаще. Леша делился неожиданными лайфхаками и особенностями работы со сложными клиентами. Лиля не переставала отмечать, как непринужденно чувствует себя в его обществе. За кофе ей рассказывали не только о работе, но и о коллегах: например, что Женя суров лишь внешне, а на самом деле боится запарки если кто-то в команде забыл про сроки; Оля злая только одну неделю в месяц, но ключ к ее сердцу лежит через темный шоколад с миндалем.

Как-то разговор с мамой перешел к новой работе Лили. Это не было их любимой темой, так как все заканчивалось неприятным осадком для обеих: для одной – горечь осознания, что она в очередной раз не удостоилась звания хорошей дочери, для другой – подтверждение опасений, что мечта нянчить внуков в очередной раз разбилась об амбиции Лили.

– Мама, кажется, у меня появился старший брат, – не в силах сдержать расплывающуюся улыбку произнесла Лиля, нежно погладив исправно работающий ноутбук.

Две недели назад из-за переживаний, что ее рабочему инструменту, где хранились данные по клиентам и доброй половине жизни, пришел конец, пропал сон. Сколько раз Лиля нажимала кнопку «пуск», уговаривая ноут продержаться до зарплаты. Сколько скрытого отчаяния и выпитых ромашки с валерианой Лиля прятала за равнодушным выражением лица. Пока это не заметил Леша, отправивший теперь уже подругу в сервисный центр, где техники решили проблему за час.

– Старший брат значит? – спросила мама таким тоном, что Лиля как наяву увидела скептически поднятую бровь.

– Именно, – произнесла она с нажимом то ли уверяя мать, то ли подавляя собственные мысли. – Леша – отличный друг.

Она сама не заметила, как обходительный коллега стал светлой частью ее жизни. Настолько неотъемлемой, что ей было известно, в какое время можно выпить вместе кофе, заботливо приготовленный для нее; когда он напишет что-то в мессенджер.

– Лиль, прости за бестактность, – сказала Оля в комнате отдыха после их успешной сделки. – Но вы с Алексеем так гармонично смотритесь вместе. Из вас получилась бы неплохая пара.

Лиля с трудом спрятала улыбку, вспомнив, каким разным бывал мужчина, не покидающий ее мысли. У всех случались черные полосы в жизни, и Леша – не исключение. Например, день, когда он чуть не сломал ручку, пока изо всех сил сдерживался при разговоре с клиентом.

«Он меня достал! – Лиля вздрогнула, услышав, как рядом выругался Леша, отключая телефон. – Быстрее бы уже отправить заказ и забыть этого умника. Не будь пресловутой этики, послал бы его по матушке».

Она с сочувствием взглянула, как Алексей устало откинулся на спинку компьютерного стула, прикрывая глаза. Лиля и сама так нередко делала, разве что ругаясь на собеседников мысленно и не стесняясь в выражениях, так как ее никто не слышал. Вдруг она заметила то, от чего на душе стало по-особенному тепло: Леша беззвучно шевелил губами, а мимика говорила, что диалог продолжался уже в голове.

Даже посиделки в комнате отдыха с Олей не шли ни в какое сравнение с обедами в обществе Леши. Он стал безотказной скорой помощью. «Леш, у меня движок в машине барахлит, случайно не знаешь хорошего мастера?» «Леш, а, Леш, клиент сто одиннадцать всегда требует скидку или это только со мной?» Их чат обновлялся каждый день.

Бзз — завибрировал телефон, вызвавший волну мурашек предвкушения. «Новое сообщение. Леша».

– Он даже смотрит на тебя по-особенному, – добавила Оля после паузы и замолчала.

– Допустим, ты права, но я считаю, что мужчина должен сделать шаг первым, – ответила Лиля.

В душе прорастали сомнения. А ведь действительно: у Леши всегда было для нее время, даже если помощь выходила за рамки обязательной галантности и услужливости. Их переписка давно вышла из разряда деловой, превратившись в дружескую, с шутками и темами, понятными только им двоим. «А если и правда между нами что-то есть? – проскочила мысль, вызывая покалывание на кончиках пальцев. – Не будь дурой. Если Оля права, он давно бы признался. А если нет, то выставлю себя глупой выдумщицей того, чего никогда не было».

Вечерами, оставшись наедине с мыслями, Лиля вела борьбу. Но на каждое ее «нет» в памяти всплывало очередное событие, заставляющее сомневаться в собственной правоте.

И так продолжалось бы бесконечно долго, если бы, вернувшись после новогодних каникул, ее не встретил непривычно пустой стол Алексея. Лиля потянулась к телефону, чтобы справиться о здоровье «старшего брата», и замерла над клавиатурой. Ее остановили слова Олега – приятеля Леши: «Наш Алексей уже не один. Его невеста переезжает сюда из Кирова».

«Что? – застучало у Лили в висках, а сама она не могла пошевелиться. Словно ведро ледяной воды выплеснули без предупреждения. – Невесты? Как?!»

Она не подала виду, насколько больно ей сейчас внутри. Казалось, сердце от новости разбилось на тысячу осколков, оставляя глубокие кровоточащие раны на душе. Весь день Лиля, набирая сообщения клиентам, не переставала думать: «А я же говорила, что у нас ничего нет. Мы просто друзья»… Пальцы до побелевших костяшек сжали компьютерную мышь с невысказанным: «Я для него просто друг. И у него теперь есть невеста». «Невеста», – зубы до боли закусили щеку, так что во рту чувствовался солоноватый привкус.

– Лиля, не хочешь выпить кофе? – вырвал из кошмара голос Оли.

– Прости, Оль, – ответила она, улыбаясь внешне и судорожно придумывая причину. – Клиент объявился. Не хотелось бы упустить.

Но стоило Лиле оказаться дома и скинуть каблуки, как она свернулась комочком на диване, давя рыдания в подушку: «Леша скоро женится. У него есть невеста. И она… не я». Дрожащие пальцы набрали сообщение, на голосовое не было сил:

– Лена, можем поговорить?

Подруга поняла намек, и скоро Лиля с небрежным пучком в волосах и в любимой домашней футболке рассказывала на кухне о случившемся, глядя сквозь бокал с ярко-красным напитком.

– Вот так, – упавшим голосом, глотая слезы, прошептала Лиля. – Мой старший брат скоро женится.

– Ну и дурак, – припечатала Лена. – Если не смог разглядеть того, что вы еще с осени перестали общаться как коллеги.

– А может, он и не хотел, – всхлипнула Лиля, делая большой глоток вина. – Может, это я придумала себе сказку, где мы будем вместе. Разве влюбляются в младшую сестру?

– Все, что ни случается – к лучшему, – философски ответила Лена. – Кто знает, какие у него тараканы. Все пройдет, пройдет и это. А ты сильная, Лиля. Ты самая сильная из моих знакомых. Но этот придурок еще получит удар в карму.

– Не надо, – прервала подругу Лиля. – Леша тоже заслужил счастье.

Не сдержавшись, она отставила бокал и разрыдалась, уткнувшись лицом в колени.

Утром Лиля критически осматривала лицо и накладывала плотный макияж. Затем, встав перед зеркалом, представила, что отражение – Леша. Улыбнувшись, произнесла: «Привет, Леш. Я слышала новости». Голос предательски сорвался, а пальцы задрожали. Она стиснула зубы, скомандовав: «Не годится! Еще раз. И не забываем про улыбку. Привет, Леша»…

Они продолжили общаться как и прежде. То есть Леша общался, будто между ними все как и раньше, а Лиля отлично играла роль, что они друзья или брат с сестрой. Легко ли это давалось? Нет, и еще раз нет. Но ей хотелось сохранить хотя бы дружбу со светлым парнем, вошедшим в ее жизнь.

Ближе к свадьбе Лиля познакомилась и с Аней, той самой невестой. Миловидная девушка с огромными карими глазами, в которой не было ни грамма амбициозности, отличавшей Лилю. От нее веяло домашним уютом и простотой.

– Мне Леша о вас столько хорошего говорил, – как-то поделилась Аня, придя в перерыв в их излюбленную кофейню. – Хотела бы я быть на вас похожа.

Лиля кивнула, рассматривая рисунок баристы на капучино. Вряд ли собеседница поймет, как ей повезло, что она не похожа на «успешную» неудачницу, проморгавшую свое счастье. А было ли оно? Лиля все чаще задавалась этим вопросом. И чем больше проходило времени, тем сильнее крепли сомнения.

Приближалось лето. Май щедро дарил тепло и солнечные дни. А Лиле хотелось сбежать на край света, в первую очередь от себя.

«Как отказать старшему брату? – думала она, выслушивая просьбу помочь с организацией свадьбы. – Больнее уже не будет».

Следующие три недели пролетели как в тумане. Через руки Лили и ее решающее слово проходило меню банкета, посадка гостей, включая молодых, и даже прослушивание плейлиста. На вопрос, почему бы Леше не обсудить это напрямую с невестой, последовал ответ: «Я хочу сделать сюрприз. А кто лучше знает, что понравится девушке, как не другая девушка с отменным вкусом?»

В день торжества Лиля стояла, осматривая свой лавандовый коктейльный наряд. Говорят, фиолетовый называют цветом одиночества. Что ж, тогда он идеален для чужой свадьбы. Почти как траурный черный, но с очень тонким подтекстом. «Ты сможешь», – шепнула она отражению с непроницаемым выражением лица. «Играй так, чтобы сама поверила, что это не фальшь». Лиля знала, вечером ее не спасет даже любимое шардоне, но она же «сильная девочка» и способна справиться с болью. Но сможет ли она поднять бокал за новобрачных? Сможет ли смотреть на их танец?

«Я смогу», – произнесла Лиля, подхватывая клатч и нанося любимые духи.

Флер свадьбы стал для Лили своеобразными похоронами надежды, где каждый тост – как удар молотка по крышке гроба. Она смотрела на Аню, восхищенно шепчущую Леше очередное спасибо за свадьбу ее мечты, и старалась не думать.

Когда наступило время расходиться, Лиле пришлось задержаться, чтобы выслушать поток благодарности от жениха и невесты. Она просто кивала с дежурной улыбкой, такой же, которую надевала для важных переговоров – обычная вежливость и ни грамма чувств.

– Лиля, – начал Леша. – Не знаю, как тебя благодарить. Ты сделала даже больше, чем мы… – с этими словами он нежно обнял Аню за талию, заставив Лилю надеть дополнительный слой брони. – …Больше, чем мы надеялись. Если у нас будет дочь, то мы назовем ее в честь тебя.

– Желаю исполнения мечты, – произнесла она и с трудом сдержала облегченный выдох, заметив такси. – Всего вам хорошего.

***

Лиля прокомментировала фото Оли в модном купальнике, который невероятно ей шел, а та неожиданно ответила. «Уже прошло восемь месяцев, как мы работаем в разных отделах, – подумала Лиля с улыбкой, вспомнив первый офис в "Альта Премьер". – Как быстро летит время».

На экране высветилось уведомление от шефа:

– Лилия Александровна, вы не могли бы отправиться в командировку в начале следующей недели? Завод в Нижнем попросил прислать специалиста, чтобы проследить за правильностью установки оборудования.

Лиля вздохнула: поездка в марте на завод не радовала. С другой стороны, вспомнилось фото счастливого отца, с которым они по-прежнему работали в одном здании. После той свадьбы Лиля добилась перевода в другой отдел под предлогом более интересных проектов. В отличие от предыдущего, здесь нередко приходилось выезжать на место с проверками, но объекты чаще находились внутри области.

– Хорошо, Игорь Борисович, – быстро набрала в ответ. – Наконец-то появится шанс увидеть Нижний Новгород.

– Отлично. Вас встретит наш человек. Билеты вышлю на почту.

Начальник сэкономил, и Лиле пришлось пятнадцать часов ехать фирменным поездом. На ее счастье, в это время вагон был полупустым, и ночь прошла относительно спокойно. В восемь утра проводник объявил: «Через полчаса поезд прибывает на Московский вокзал Нижнего Новгорода».

Когда появились здания, пассажиры начали собираться. Лиля поправила макияж и, придерживая рукой чемодан, всматривалась в людей на перроне.

Бзз – завибрировал телефон в кармане.

– Доброе утро, – начиналось сообщение с неизвестного контакта. – Вагон 5?

– Все верно.

– Иду.

«Прекрасно, – подумала Лиля, в ожидании уточнений. – Даже не спросили, во что я буду одета». Она выглянула в окно с надеждой, что провожатый держит лист с ее именем, но никого с плакатом «Герасимова Л. А.» поблизости не нашлось.

Но стоило ей поставить чемодан на перрон, его тут же подхватила рука в черной кожаной перчатке.

– Добро пожаловать в Нижний, Лилия Александровна, – прозвучал приятный мужской голос, в котором послышались знакомые нотки.

Она подняла глаза, и на мгновение сердце замерло. На нее смотрел молодой мужчина, напоминающий… Алексея.

– Устали с дороги? – заботливо спросил он, по-своему расценив ее молчание и отводя в сторону от толпы. – Глупый вопрос. Надеюсь, вам хотя бы удалось поспать.

– Да. Не переживайте, – вернула самообладание Лиля. – В вагоне было тихо.

– Тогда, может, сначала завтрак, а потом в гостиницу? Ой, простите, я не представился. – мужчина протянул руку: – Дмитрий. Дмитрий Шатов.

– Шатов? – произнесла Лиля фамилию, отозвавшуюся тупой болью в сердце.

Но Дмитрий либо не услышал, либо решил, что перрон с лужами талого снега не лучшее место для долгих разговоров, и повел Лилю к парковке, где дожидалась белая «Хонда». Ехали они молча. Точнее, Лиля молчала, а Дмитрий решил не утомлять гостью рассказом о достопримечательностях города и уверенно вел авто по улицам, пока не остановился перед кофейней Kofetaym.

Оставив верхнюю одежду в салоне, Дмитрий подал Лиле руку, помогая выйти из машины, и повел в зал. Она все еще изучала меню, как подошел работник кафе.

– Позвольте мне проявить гостеприимство, – сказал Дмитрий. – Если не согласны, говорите. Девушка, – обратился он к официантке, – американо для меня, капучино с корицей без сиропа для спутницы и две порции блинчиков на ваш выбор.

Лиля кивнула, подтверждая, а на языке вертелся вопрос:

– Откуда вы знаете про корицу и капучино? Может, я люблю черный кофе?

– Интуиция, – улыбнулся он.

Деловая поездка прошла гладко. Дмитрий оказался прекрасным специалистом, который считывал указания Лили с полуслова. А она старалась не вглядываться в его профиль, чтобы случайно не вскрыть почти затянувшийся рубец. Только работа, деловые вопросы и ничего личного.

Далее – путь на вокзал в знакомом салоне с хвойным ароматом и тонким запахом кожи. Вечерний Нижний Новгород. Дмитрий, стоящий на перроне. И наконец утро в родном Санкт-Петербурге, возвращающее в вереницу обычных дней.

Вечер первого апреля нарушился сообщением. «Дмитрий?» – воскликнула Лиля, увидев, от кого сообщение.

– Привет. Подскажи, где в Питере можно выпить приличный кофе?

«Это какая-то несмешная первоапрельская шутка», – Лиля скептически подняла бровь. Но следом пришло продолжение:

– Жду в «Пироговом дворике» на Купчинской. Надо же с чего-то начинать.

«Он что, в Купчино? – продолжала недоумевать Лиля. – Как его вообще занесло в мой район? Может, стоит рискнуть?» Любопытство с трудом, но смогло победить скепсис. «В конце-концов, в кафе неплохо и одной посидеть», – убеждала она себя.

Одевшись удобно, но со вкусом, Лиля подвела губы, поправила прическу и вышла на улицу в легком предвкушении. Давно, очень давно она не устраивала внезапных выходов в город.

Едва переступив порог, Лиля увидела его. Дмитрий поднялся из-за столика, махнул ей рукой, приглашая. А стоило ей присесть, рядом опустилось облако розовых пионов.

– Извинения за внезапность, – произнес он. – Дата еще такая.

– Спасибо. Но что, если бы я не пришла? Куда бы отправился букет?

– По адресу, – невозмутимо ответил Дмитрий, – который я заранее потребовал от своего младшего брата.

Лиля подняла глаза на Шатова. Значит, ее подозрения подтвердились, и схожие черты лица с одинаковой фамилией не были случайностью.

– С кофе я действительно угадал, – словно прочитав ход ее мыслей, поспешил ответить Дима. – В остальном же… После того как ты уехала, у меня состоялся разговор с Лешкой. Слово за слово. И вот я здесь.

Лиля сидела в растерянности. Ей хотелось оставить цветы на столе и демонстративно уйти. Глупо? Возможно. Но ситуация в целом казалась еще глупее.

– Лиля, я задам всего один вопрос. Мне не важно прошлое. Только настоящее. Ты и я. После твоего приезда в Нижний я понял, что хочу узнать тебя лучше. Согласна ли дать этот шанс?

– Отношения на расстоянии? – усмехнулась она.

– Это можно решить позже, – возразил Дима, не сводя с нее глаз. – Сначала ответ на первый вопрос. Ну так как?

– Пожалуй, да.