Star Effect

Глава 1. Часть 1.

Сначала это ощущалось как обычная задержка — неприятная, но терпимая. Потом прошло десять минут. Потом двадцать. И где-то между этими отметками на корабле будто бы изменился воздух: будто все члены экипажа замерли на вдохе и никак не могли выдохнуть.

Инерционные демпферы работали, но корпус всё равно время от времени отзывался короткой дрожью. Свет на секунду тускнел, потом возвращался. По интеркому проходили обрывки докладов: слишком быстрые, слишком ровные, экипаж был на грани срыва.

Шепард сам поймал себя на том, что уже несколько минут держит пальцы сжатыми в кулак, хотя повода для этого не было. Не страх — скорее настойчивое предчувствие, будто впереди в темноте кто-то натянул тонкую струну и вот-вот дёрнет. Он разжал ладонь, вдохнул и заставил себя делать единственное, что мог — ждать.

Стандартный прыжок, который должен был занять пару мгновений, очень сильно затянулся, и паника по этому поводу уже достигла апогея. Никто не мог сказать точно, почему. Последняя подлянка Коллекционеров и Прото-Жнеца? Критические повреждения, полученные кораблём? Или всё же сработала минимальная вероятность и сбойнул сам ретранслятор, отправив их прямиком в ад?

Шепард не знал причины и никак не мог на неё повлиять. Этот факт раздражал его больше всего. Он ненавидел такие ситуации, когда всё, что он мог сделать, — это сидеть и ждать. Но больше всего его бесила несправедливость вселенной.

Он был всего лишь мертвецом, воскрешённым группой психов во славу их амбиций. Он был готов вернуть этот полученный кредит и вернуться в ту тьму, из которой его выдернули. Но его команда… С ним в этот самоубийственный вояж отправилось тридцать человек. Двадцать пять из них выжили, пройдя насквозь системы защиты Коллекционеров, выполнив миссию и дав человечеству ещё один шанс в предстоящей битве. И сейчас Джон проклинал злобную судьбу, которая предначертала экипажу «Нормандии» закончить свои жизни в короне какой-нибудь неизвестной звезды. Невероятная удача, что они ещё живы. И она не может длиться вечно.

Прошел час. Тишина на корабле стала зловещей. Привычный гул двигателей сменился настораживающим затишьем, прерываемым лишь треском повреждённой электропроводки и голосами команды в общем канале корабельной системы, пытающейся удержать корабль от распада. Он специально его не отключал — иллюзия контроля. Капитан знает, что происходит на его корабле, и готов в любую секунду оказаться рядом.

— Шепард, у меня есть идея, — из коммуникатора раздался голос Тали. В её голосе слышались усталость, страх и нерешительность.

Коммандер положил свой старый шлем, найденный на месте крушения прошлой «Нормандии», на стол и ответил:

— Слушаю.

— Мы с профессором и инженерной командой думаем, что сможем дать обратный заряд на ядро.

Шепард подумал секунду и решил, что всё же не ослышался.

— Жду вас в БИЦ, — резко, сухо, но он сейчас не смог бы иначе.

Он сорвался с места и направился к лифту на вторую палубу. В обычной ситуации он бы срезал своих безумных учёных, только услышав такое предложение. Он был биотиком и точно знал, что бывает с экипажем, если резко увеличить массу корабля. А именно это и предложили его «умники». Впрочем, сейчас он был готов на любой способ их спасти. Любой, даже если он выглядел как самоубийство.

Помещение БИЦ, на удивление, практически не пострадало, в отличие от лаборатории Мордина и рубки управления. Экраны мерцали ровным синим светом, и только тревожные алые индикаторы на главном терминале нарушали идиллию. Это также наводило Шепарда на мысль, что судьба пытается вернуть его на тот свет, а вместе с ним туда полетит и вся его команда.

Мордин и инженеры влетели в БИЦ через секунду после того, как туда зашёл коммандер.

— Можем затормозить ядром, — выпалил саларианец; его большие глаза блестели от возбуждения и страха. Он тараторил в привычной для его расы манере. Что было показательно, ибо профессор и бывший оперативник ГОР уже достаточно долго работал с людьми, чтобы привыкнуть к их «тормознутой» манере речи. Но в текущих реалиях его можно за это простить. — Импульсное повышение массы корабля прервёт прыжок! При достаточном повышении массы заданная в начале прыжка энергия будет недостаточна для продолжения движения. Если скомпенсировать это двигателями, то мы сможем вернуться на досветовую скорость!

— Перегрузка будет катастрофической, — парировал Шепард; его взгляд скользнул по лицам Тали и инженеров, ища подтверждения. — Нас размажет тонким слоем по палубам, а сам корабль спрессует в тонкий блин. Если мы и выживем, то только для того, чтобы умереть от декомпрессии в глубоком космосе.

— Теоретически перегрузку можно скомпенсировать биотическим полем, — вступила Тали; её пальцы уже летали по интерфейсу главного терминала, выводя сложные уравнения. — Если все биотики на корабле сконцентрируют свои силы и создадут общее поле, сфокусированное на жилых отсеках и ключевых системах… Мы сможем нейтрализовать инерцию. Ненадолго. На микросекунды. Но этого может хватить.

— «Может»? «Теоретически»? — скривился Шепард. Мысленно он уже прикидывал силы: он сам, Джек, Миранда и Самара. Он в этой цепочке самый слабый. Работая парами, они смогут удержать небольшие пространства. Вот только…

— Капитан, — голос Мордина стал тише, но не потерял своей пронзительности. — Статистические шансы на успех данного предприятия составляют приблизительно 12,7%. Шансы на гибель в течение следующего часа при бездействии — 99,99%.

Цифра зависла в воздухе, тяжёлая и безжалостная. Впрочем, он не сомневался, он просто проклинал себя за то, что должен был сделать.

Шепард перевёл взгляд на Тали. За забралом шлема не было видно её лица, но он был уверен, что в её взгляде он не увидел бы сомнения в своём капитане. Вот только сможет ли она его простить, если аварийный выход пройдет не без потерь. Сможет ли она простить себя?

— Хорошо, делаем, — прозвучал приказ. — Сколько это займёт времени?

— Не больше десяти минут.

— Тали, координируй инженеров. Мы не можем затягивать прыжок ещё больше. Забирайте всех, кто нужен: в инженерном отсеке сконцентрируется большая часть экипажа, он должен быть готов к перегрузкам. Вас будут держать Самара и Джек. Я и Миранда будем охранять хрупкие косточки Джокера. Профессор, на вас и СУЗИ — синхронизация действий пилота и инженерной команды. Ошибка недопустима. Выполнять.

Они тут же бросились исполнять приказы. Шепард же остался один в центре БИЦ, глядя на голографическую проекцию корабля. Он активировал общекорабельную связь, вызвав медотсек:

— Доктор Чаквас, у вас семь минут, чтобы переместить раненых в рубку управления. Нас ждут перегрузки. Я и Миранда будем держать тех, кто соберётся там. Остальные будут в инженерном отсеке.

— Шепард! У меня трое на искусственном жизнеобеспечении, ещё пятеро без сознания!

— Выполняйте приказ, доктор.

Он отключил связь и глубоко вздохнул. Его лёгкие заполнил запах страха и каких-то газов. Утечка, подумал он, отправляя приказ Миранде организовать биотиков. Краем глаза он зацепился за своё отражение в потухшем экране терминала. На его броне, заляпанной копотью и почти стёртой, красовался символ N7.

Он был готов. Когда решение было принято, он точно знал, что нужно делать. Это всего лишь ещё одна миссия. Задача — спасти экипаж «Нормандии». Любой ценой. И цену он уже понял и принял.

— Коммандер, — голос Миранды из динамика прозвучал спокойно и твёрдо, как и всегда. — Инженеры готовы, весь экипаж в рубке или инженерном отсеке, но доктор Чаквас отказывается покидать…

— Значит тащите в рубку силой, у нас нет времени.

— Да, сэр.

— Мордин, начинайте отсчёт, — он вывел канал с профессором на общую связь и направился к рубке.

— Отсчёт от ста, подготовиться к перегрузке.

Шепард подошёл к хмурому Джокеру, который одновременно что-то читал с нескольких вирт-окон.

— Сара осталась в медотсеке, её нельзя отключать от СЖО, — сказал он, стоило коммандеру подойти к пилотскому креслу.

— Мы знали, что это билет в один конец. Остальные тут?

— Да, — Джокер кивнул, не отрываясь от приборов.

— Семьдесят.

— Мы многих потеряли, Джефф. Наша задача сейчас — спасти остальных.

— Шестьдесят пять.

— Я знаю, кэп. Я знаю…

— Шестьдесят.

В рубку вошёл Джейкоб, таща на плече бессознательную Чаквас; следом за ним зашла и Миранда.

— Я ввела сержанту Паттел большую дозу обезболивающего, — Шепард кивнул: это не могло её спасти, но, по крайней мере, давало уйти не так болезненно.

— Двадцать.

Шепард поднял руку, создавая вокруг собравшихся в рубке купол отчуждения, в центре которого находился Моро. Миранда не стала отставать, и всех присутствующих обволокло голубоватое сияние.

— Пять, четыре, три, два…

— Аминь, — прошептал Шепард, прежде чем небеса навалились на его плечи.

Глава 1. Часть 2.

Шепард очнулся резко; от внезапно накатившей лёгкости стало тошно. Мгновение назад они с Мирандой, уподобившись атлантам, держали на себе небосвод: до дрожи в коленях, до сведённых судорогами плеч, до лопающихся глаз они вкладывали все силы в поддержание щита, что не дал ядру «Тантал» раздавить их в смятку.

Сейчас Джону хотелось полежать на таком уютном полу, но вот только обстоятельства были резко против. Рядом прозвучало несколько резких шагов, а затем — звук открывающейся перегородки. Шепард приподнял голову и среди лежавших тут и там и тихо матерящихся тел выхватил взглядом Чаквас. Оглушённая ранее майор очнулась первой и тут же побежала в свою вотчину.

— Джефф… — голос Шепарда прозвучал хрипло, устало. И, судя по всему, его не услышали. Приподняв голову, коммандер увидел картину: Джокер, бледный как полотно, судорожно вцепился в своё кресло одной рукой, в то время как пальцы второй бешено скакали по панели — больше в нервном тике, чем в попытке реанимировать системы. — Отчёт! — прокаркал Джон. — Джокер! Состояние корабля?

— Жив… — просипел пилот, не отрываясь от потухших экранов. — Чёрт возьми, мы живы… Да, мать вашу! Я, сука, лучший пилот в этой грёбаной вселенной… Надеюсь, все это видели, ибо я отказываюсь повторять. А ещё я сломал себе ребро. Или все…

— Какой хрупкий. Хотя у меня, кажется, тоже пара пластин треснула, — проворчал турианец, переворачиваясь на спину и вставая на четвереньки.

— Моро, что с кораблём?!

— А? Д-да, я не знаю. Питания нет. Если реактор не сдох, то реанимируем, но система жизнеобеспечения пашет. Судя по тому, что мы не плаваем в невесомости, ядро тоже в норме… И питание на него, значит, идёт, значит, реактор жив. Основная магистраль сдохла, значит… СУЗИ… СУЗИ! — позвал он ИскИн. — СУЗИ не отвечает.

В этот момент шлюз снова открылся, и в рубку ворвалась доктор Чаквас с огромной сумкой на перевес. Мазнув взглядом по Джону, она бросилась к бессознательной Миранде и начала над ней колдовать.

Истерики от доктора ждать не стоило, но Шепард точно знал, что, когда опасность для экипажа окажется позади, она устроит ему головомойку — и не сказать, что незаслуженно.

С этими мыслями Джон, кряхтя, поднялся на ноги и, едва не покачнувшись, направился помогать доктору. Впрочем, тут его помощь не требовалась: все оказались относительно целыми.

— Миранда, организуй ремонтные работы, — Шепард повернулся к своему заму, лицо которой вновь превратилось в фарфоровую маску. — Нужно реанимировать связь и сканеры. Все, кто может держать паяльник и могут работать в космосе, должны быть готовы к выходу. Джейкоб, подготовь скафандры для внешних работ. А я пойду проверю наших инженеров.

— Есть, коммандер.

Шепард хлопнул Джейкоба по плечу и направился к лифту. И только подойдя к нему, он понял, что сглупил. Какой к дьяволу лифт, когда на корабле обесточено всё до самого последнего терминала.

— Так… Где-то тут должен быть технический тоннель, — пробормотал Джон, мечась от стены к стене. Несмотря на то, что корабль был построен «Цербером», планировка являлась типично альянсовской, и требования безопасности применялись аналогичные. Через несколько минут он нашёл чёртов люк и спустился на третью палубу. Он вышел прямо у медблока и не смог пройти мимо: он с силой открыл дверь и едва не зажмурился от открывшегося вида. Торфанский Мясник не боялся крови, но раздавленное тело бедной Сары что-то колыхнуло в нём.

— Простите, сержант. Так было нужно, — действительно, так было нужно. Больше всего он боялся, что они успели вылететь в межгалактическое пространство. А выбраться из тёмного космоса у них шансов не было: всё, что у них осталось бы, — это бросать жребий на то, кто застрелится первым.

Возможно, промедли они ещё пару минут, и так бы и случилось, и экипаж начал бы медленно сходить с ума от безысходности. Впрочем, Шепард до сих пор не был уверен, что они успели прервать прыжок.

— Так было нужно, сержант, — он взял несколько тюбиков панацелина и продолжил свой путь. Он, безусловно, мог отдать приказ на перенос СЖО в рубку, возможно, даже Тали придумала бы, как это сделать, не отключая от него Сару, но время играло против них.

Стоило командиру выбраться из тоннеля, как лампы замигали ровным светом, а из динамиков раздался синтезированный «голос» ИскИна:

— Энергоснабжение восстановлено. Система жизнеобеспечения — в норме, уровень гравитации — в норме, целостность обшивки — 73%, двигательные системы — отключены, оружейные системы — не отвечают. Уровень тревоги повышен до оранжевого. Экипажу требуется немедленно приступить к аварийному ремонту.

— И нахрена я только полз… Мог бы просто подождать… — Шепард поднялся на ноги, отряхнулся от собранной пыли и в который раз за сегодня тихо выматерился на злодейку судьбу. — Тали, приём.

— На связи Легион, Шепард-коммандер. Создательница Тали’Зора оказывает первую помощь членам экипажа. Безвозвратные потери отсутствуют, состояние команды — приемлемое. Дополнительные ресурсы не требуются.

— Принято, Легион, — облегчённо вздохнул Шепард-коммандер. — Передай Тали, что жду в БИЦ всех, кроме дежурной смены инженеров. Нужно организовать ремонтные работы.

И, отключившись, побрёл обратно на верхние палубы — на этот раз на лифте.

***

— Итак, — Миранда вывела схему на уцелевший голодисплей. — Наружный слой обшивки обгорел по левому борту, по правому есть несколько пробоин, трюмовые секции D-3 и E-1 — разгерметизированы, гермозатворы в норме. Нос едва поцарапан, но сенсоры ослепли. По двигателям: конвертеры целы, блок левого радиатора поведен, часть рёбер под замену. Маневренные сопла оплавлены, но вроде работают, а вот турбина реверсной тяги сплавилась в ком. Реактор жив и даже работает без колебаний, гравитация стабильна, ядро МЭ в безопасном режиме. Электросеть в полном порядке — благо перед манёвром Тали отрубила энергоснабжение.

Больше потерь, слава космическим богам, не было. Шепард опасался, что в инженерном будет жарко, потому и отправил туда сильнейших биотиков, но команда отделалась несколькими ожогами и морем мата. Единственное, Джек лишилась сознания; по словам матриарха, «девочка слегка перенапряглась». Хотя, как выразилась Чаквас, сама юстициар «выглядела как слегка ошпаренная креветка», после чего злобный доктор законопатил обоих биотиков в медотсек «на подумать о вечности».

— Нам нужен ремонт, — Мордин постучал стилусом по находящемуся у него в руках планшету. — Внешний патч обшивки, замена сопла № 5, временная комм-антенна, чистка сенсоров. Чем раньше — тем лучше.

— Добро, — сказал Шепард. — За работу, команда, солнце ещё высоко, — он ткнул пальцем в иллюминатор. — И оно не сядет, пока мы не сможем опустить эту чёртову перегородку.

Не мудрёная шутка слегка разрядила гнетущую атмосферу.

***

В шлюз они вышли всемером: Шепард, Тали, Джейкоб, Грюнт и двое техников. Магнитные ботинки щёлкнули о металл — и мир стал простым: чёрный холод, белые звёзды и едва заметные полосы страховочных строп. «Нормандия» в глазах Шепарда выглядела котом после драки: потрёпанная, взъерошенная, но с чётким пониманием, что она — самый страшный зверь в этом дворе.

— Кто-то забыл написать на корпусе: «Не трогать. Я кусаюсь», — пробурчал Джейкоб, проверяя крепление ремкомплекта.

— Напишем, когда вернёмся, — отозвалась Тали. — Фирменным почерком Джокера.

— Не, — отозвался тот в канале. — Мой почерк — национальное достояние.

— Протестую, — влез в эфир Мордин. — Каллиграфия выше среднего. Не отвлекаться. Таймеры пошли, не тратьте кислород понапрасну.

«Зря ты так, док», — подумал Шепард. Корабельные регенераторы кислорода работали штатно, а даже если нет, то резервная биосистема не дала бы загнуться от недостатка воздуха. А лишняя шутка сейчас точно не помешает.

Они поползли по обшивке как муравьи. Чёрные царапины уходили вглубь, оставляя в некоторых местах рваные раны в броневых листах; местами металл вспух пузырями, как кожа после ожога, и такие «раны» приходилось обрезать и менять на запасные листы. Их как раз и тащил на себе Грюнт: пусть гравитации в открытом космосе не было, но «заплатка» была достаточно объёмной, чтобы привлечь крогана в качестве грубой рабочей силы не выглядело глупой идеей.

Тали взяла один такой лист, зафиксировала скобами и аккуратно «прошила» край сварочным аппаратом.

— Держится, — сказала она и вдруг добавила тихо: — Ненавижу ремонтные работы в открытом космосе, без надёжного металла под ногами.

— У тебя под ногами корабль, — напомнил Шепард. — Просто мы на его шкуре.

— Я предпочитаю его внутренности, — буркнула она, — там тепло и пахнет маслом.

— Романтика, — ехидно рыкнул Грюнт и протянул парочке инженеров ещё один лист.

Тали тем временем запустила небольшого ремонтного бота в броневую рану — тот пискнул, как мышь, и засветил мягким светом.

— Если этот «мышонок» утащит мою зарплату, — пообещал Джейкоб, — я подам на него в суд.

— Внешний суд, — мрачно уточнил Шепард. — Космическая юрисдикция.

Смех в канале прозвучал коротко — больше как дань уважения командиру. Работа шла шаг за шагом: один заплаточный лист, второй. Джейкоб, подпершись коленом, менял сопло реверсного кластера — пальцы работали вслепую, но бывший инженер умел работать в любых условиях.

— Ещё четверть… ага… щёлкни ты уже, зараза… — Он резко выдохнул, когда временный магнитный захват намертво зафиксировал заменённую деталь. — Готово. Какое-то время продержится.

— Прекрасно, — Тали уже развернула складную «антенну», собранную в лаборатории, что называется, из того, что было. — Временный лидар на ближний диапазон. Джокер, ловишь?

— О-о-о, я снова зрячий! — отозвался он. — Правда, будто близорук и смотрю только одним глазом.

— Ты пока пощупай одним глазом систему. Может, что найдёшь. Нам бы не помешала посадка — желательно там, где мы могли бы достать материалы для фабрикатора.

— Ага, а ещё — где хороший бар, тёплая сауна и красивые девочки, — хохотнул пилот. — Ай-ай, кэп, режим поиска борделей активирован.

— Трепло, — Тали тем временем добралась до сенсорного «носа», сняла обгоревший кожух. На удивление, начинка осталась цела: понадобилось подпаять пару проводков да заменить сам кожух. — Вот теперь смотрите нормально, — в её голосе прозвучала улыбка. — Мордин?

— Данные идут, требуется время, — саларианец тараторил, будто встревоженный.

— А теперь плохая новость, — Джейкоб ткнул пальцем в самую большую пробоину. — Этот шрам нам не закрыть без стапеля.

Пробоина была получена во время сражения: один из дронов Коллекционеров их протаранил, пробив броню и дойдя до трюма. Абордаж они отбили, но как выковырять незваного гостя из корабля в открытом космосе — никто не представлял. Даже Тали лишь развела руками, а ведь Мигрирующий флот на таком беглом ремонте жил.

— Закроем чем есть, — махнул рукой Шепард. — И будем жить аккуратнее. Выбора, в любом случае, нет.

Они шли дальше. Магниты цокали, сварка шипела, голос Джокера фоном что-то бубнил про тень астероида и кривую орбиты, и тёмную сторону луны, на которой живут Десептиконы. Вся романтика чёрного космоса была в распоряжении команды, порождая в голове мысли, что «Нормандия» — это живой организм, а люди — всего лишь рыбы-прилипалы, сейчас чистящие его панцирь. «Стоп, это ведь…»

— Джокер!

— Кстати, кэп, — не отреагировал тот на недовольство командира, — я составил текст предупреждающей надписи. «Вон от нашего корабля. Он заразный».

— Добавь: «Мы укусим», — предложила Тали.

— «И засудим», — подкинул Джейкоб.

— Записал, — довольно сказал Джокер. — Плакат готов. Надо только выжечь.

— Вот и займёшься, после того как найдёшь нам стоянку с красивой сауной и тёплыми девочками, — сказал Шепард, испытывая психическую потребность снять шлем и вытереть трудовой пот. — Всё, последний лист — и домой.

Они вернулись в шлюз все — через «вечность по корабельным часам». Где-то далеко ругался кто-то из техников — жизнь налаживалась. В медблоке Чаквас, не поднимая глаз, диктовала ассистенту дозировки. Джек спала, глубоко, с упрямо сжатыми губами — как человек, который собирается набить морду всему миру сразу после пробуждения.

— Ну что, — спросил Джокер. — Мы официально вновь красивее любого камня в этой галактике?

Шепард оглядел своих людей. Даже Грюнт выглядел довольным.

— Хорошая работа, — сказал он. — Пойдём разорим Руперта на паёк, а потом — отбой. Тали, ты слышала?

— Да, капитан… — вздохнула главная трудоголичка Нормандии.

Глава 1. Часть 3.

Капитанская каюта всегда была уголком умиротворения в хаосе корабельной жизни. «Нормандия» — это не крейсер, но и она часто взбрыкивала, требуя от экипажа постоянного контроля и готовности к любым неожиданностям. Тем сильнее Шепард ценил время, проведённое наедине с собой в своём личном уголке. Ровно шелестела вентиляция, на стене негромко тикал антикварный хронометр, а на столе остывал кофе; единственное, что немного наводило тоску на капитана, — опустевший аквариум: рыбки перегрузок закономерно не пережили. Да и сбежавшего куда-то хомяка, скорее всего, тоже расплющило в каком-нибудь углу.

Шепард спокойно пролистывал на планшете сухие отчёты, скрашенные неофициальными комментариями, по типу: «Первым едим крогана: и мяса много, и нормальный паёк сэкономим» — оставленный коком на отчёте о запасе провианта. Выделились и инженеры, которые под дурным влиянием кварианки начали мнить себя ценнейшими членами экипажа; в принципе так оно сейчас и было, но комментарии в духе «Требуем ящик цилиндров М5АШ20, иначе эта посудина дальше не летит» Шепард считал излишними.

— Кэп, — прервал его лёгкую медитацию Джокер довольным голосом, — нашёл нам ш-и-и-ка-а-арный камешек: железа — во! Льда как в дрянном виски, и вся эта прелесть приправлена огромными пятнами редкозёмов. Бери лопату и кидай в фабрикатор. Встаю на курс.

— Принял. Давай только без фанфар.

— Есть, кэп!

Не успел он убрать планшет, как на него прилетело новое сообщение от Миранды: «Коммандер, прошу подойти в лабораторию. У профессора кое-что есть».

Мазнув взглядом по сообщению, Джон вздохнул и отбил короткое «Сейчас буду», почему-то был чётко уверен, что бывший ГОРовец радостных новостей ему не даст.

Спустившись до второй палубы, он миновал забитый персоналом БИЦ и, отмахавшись от уставных условностей, зашёл в лабораторию. Стоило ему зайти в освещённую холодным светом комнату, дверь за ним заблокировалась.

— Ну и что у нас плохого? — отметил он предосторожности, обращаясь к стоящим среди оранжевых голограмм Лоусон и Солусу.

— Кратко, — начал Мордин привычной скороговоркой, — свёл данные спектрального анализа ближайших светил с каталогами — ноль совпадений; смещение состава по Z, избыток альфа-элементов, аномальные изотопные линии кислорода… — Наверное, он заметил тоску в глазах коммандера и, прервавшись, закончил медленно и максимально просто: — Мы очень и очень далеко, коммандер. Мы не смогли опознать ни одной известной нам звезды, нет ни единого знакомого рисунка, ни одного ориентира… — он немного помялся, что для него было нетипично.

— Мы с профессором полагаем, — осторожно подхватила Миранда, — что затянувшийся прыжок выкинул нас где-то в десяти миллионах световых лет от точки запуска.

Цифра резанула Шепарда по сердцу. Десять миллионов? Если он правильно помнил, то ближайшая галактика находилась всего в двух с половиной миллионах световых лет, и если их действительно выбросило так далеко, то обратной дороги уже и нет… Вряд ли строители ретрансляторов добрались настолько далеко.

— Пока это всего лишь теория, — торопливо вставил Мордин.

— И оценки очень оптимистичны, — хмуро закончила Миранда, — мы можем оказаться намного дальше.

Шепард на секунду прикрыл глаза и резко припечатал:

— Я запрещаю обсуждать этот вопрос с экипажем. Пока мы не имеем точных доказательств — это всего лишь теория. И мы не будем её распространять.

Миранда кивнула.

— Я уже отдала приказ СУЗИ отвечать на вопросы экипажа максимально расплывчато, а также следить за состоянием людей и распространяемыми слухами. Разрешите ввести в курс дела Келли Чэмберс?

Шепард поморщился: навязанному ему секретарю-психологу он не доверял. Прежде всего потому, что она была человеком сугубо гражданским, а во-вторых… Шепард, как и любой другой военный, а в особенности штурмовик, терпеть не мог психологов.

— Привлеките её, но обоснуйте как беспокойство об экипаже. Про ваши теории — ни слова. А то кто будет её из истерики выводить? — Миранда ухмыльнулась, а Шепард продолжил: — Пока работаем так: профессор — продолжайте исследования, в крайнем случае найдите нам какой-нибудь пригодный для жизни камень. Обоснуем колонию, чёрт возьми. Вот через пару тысячелетий наши охренеют, когда сюда доберутся. Миранда — мораль и порядок. Если кто-то спросит «где мы», ответ простой: «на задании».

Мордин хотел было сказать, что для поддержания популяции их слишком мало, а саларианцы, турианцы, кварианцы и кроганы вообще находятся на корабле в комплектации «одна штука», но не успел — у Шепарда щёлкнуло устройство связи:

— Эм… кэп, — вернулся Джокер, — наш «вкусный» камушек уже кто-то обжил. И, похоже, давно. Сканеры выцепили под коркой сеть тоннелей: шахтные стволы, ответвления, круглые залы, кольцевые карманы. На поверхности — ровные платформы, бери и садись, но в эфире тишина, да и тепловых меток тоже нет.

Шепард приказал СУЗИ вывести ему голограмму астероида. Внешне космический скиталец выглядел типично — камень и камень, но данные углублённого сканирования показывали огромную сеть, превращающую обычный с виду булыжник в изъеденное червями яблоко.

— И каков шанс, выскочив на миллионы световых лет от дома, напороться на другую цивилизацию?

— В теории… — начал было профессор, но Джон его перебил.

— Теории потом, — отрезал он. — Практика — на стол. Джокер, на тихом ходу — без звука и пыли. Гаррус, — вызвал он турианца, — готовь десантную группу: Легион, Самара, Грюнт, ты и я. И нам, похоже, предстоит первый контакт. Пусть Легион загрузит всё, что нужно.

— Принято. / Есть, — ответили они синхронно.

«Нормандия» мягко изменила вектор, идя только за счёт работы ядра. Атмосфера на корабле снова изменилась, стала более деловой и немного предвкушающей. Шепард подумал, что лучше уж новые приключения, чем тоска о, возможно, никогда более не посещённом доме.

***

Шлюз за спиной закрылся, отрезая десант от привычных и родных звуков работающего корабля. Пару секунд сенсоры брони привыкали к новой обстановке, калибровались датчики, усиливался слух и перебирались комфортные для пользователя спектры зрения.

— Джокер, статус? — спросил Шепард.

— Слышу вас на десятку, коммандер, картинка чистая. — голос Моро потерял легкую раздолбайность, лучший пилот Альянса перешел в боевой режим. — Выхожу на низкую орбиту.

Шаттл критически пострадал, поэтому страховать их должна была сама «Нормандия», единственный минус заключался в том, что главный калибр фрегата развалил бы эту каменюку на куски, так что все что мог сделать Моро это пустить в ход лазерную систему ПРО.

Высадились они прямо у парадной – выравненная каменная площадка, со следами деятельности. Тут и там виднелись следы гусениц, лунки подключений к энергоузлам и прочие небольшие признаки техногенного происхождения.

Заходя в помещение базы, они выстроились клином, идя попарно. Первой парой печатали шаг Легион и Грюнт, самые живучие члены экипажа, в добавок у гета были отличные сенсоры, а Грюнт был достаточно силен чтобы тащить на себе «гаврюшу» — огромную дуру предназначенную для вскрытия броневых переборок, обычно их устанавливали на инженерных ботов, но в этот раз нашелся оператор подостойнее. Слева шли Гаррус и Самара, поводя дулом своей винтовки Гаррус уделял внимание каждой тени, в то время как Самара положа руку ему на плечо готовилась в случае необходимости прикрыть всю группу биотическим щитом. Шепард же был в арьергарде, не привычная позиция для штурмовика, но он давно уже осознал свою роль командира, и перераспределял роли более эффективно.

Первый тоннель встретил их шлифованными стенами из какого-то металла, который анализатор Легиона не смог определить. Никаких маркировок, никаких знаков, только иногда на развилках попадались чужие знаки, не то буквы, нет цифры, то ли указания направления, то ли пожелание пойти в жопу. Проходы были достаточно широкими чтобы по ним мог проехать небольшой грузовичок, так что даже кроган чувствовал себя в туннеле достаточно комфортно.

Они вышли в большое помещение на первый взгляд выглядевшее как давно брошенный ангар. По всему пространству тянулись длинные лотки и карманы под рамные конструкции, на стенах — лунки не понятного Шепарду назначения, а вдоль пола —магистрали, как будто бы для маглева. Легион опустился на колено у решётки в полу, и активировал сканер

— Следы органики. Биополимерная плёнка, азотные соли, микрорельеф от корневых сеток.

— Я видел как на Цитадели некоторые дельцы переделали нижние уровни под гидропонику, — откликнулся Гаррус. — Тут похоже было что-то похожее.

— Самообеспечение или перевалочная станция? – задал риторический вопрос коммандер.

— Возможно даже станция снабжения, на той схеме что составила СУЗИ таких залов много и если назначение одно …

— Но зачем организовывать ферму на астероиде? В конце концов проще развернуть небольшие фермы на орбите планет, используя энергию звезды, или переоборудовать корабль, — выразила недоумение Самара.

— Возможно у них нет подходящих технологий, — Шепард подумал о том что на астероиде не было гравитации, что могло говорить в пользу этой теории, — отправили какой-нибудь ковчег, а на месте прибытия не оказалось подходящих планет, организовали пункт снабжения, отправились на разведку, затем вернулись и все забрали.

— Может быть, — Самара явно не очень верила в подобное, но спорить с командиром не стала.

Следующий коридор подарил им новую пищу для размышлений на полу и некоторых участках стен остались глубокие борозды царапин, как будто кто тащил что-то габаритное и постоянно шаркал им об стены. В некоторых местах листы коридорной обшивки были грубо срезаны, показывая толстые кабели энергоснабжения.

— Работали быстро, — хмыкнул Грюнт, проводя перчаткой по оплавленной кромке металлической панели. — Забирали всё, что не прикручено.

— А то, что прикручено, откручивали и тоже уносили, — добавил Гаррус, отмечая срезанные под корень крепления какого-то оборудования.

Следующий поворот — и коридор открыл перед ними ряды дверей. Одинаковые, как солдаты на параде. Внутри оказались лишь грубо прикрученные к полу койки да пустые ниши, видимо, под шкафы.

— Забирали своё или чужое, — тихо сказала Самара. — Но забирали всё.

Пустота в жилых отсеках логично привела их туда, где пустоту обычно заполняют решениями. Центр управления поселением, как решил Шепард, встретил их тишиной. Пульты управления были демонтированы целиком; от стоек остались лишь следы креплений. Как сухожилия по стенам тянулись оголённые провода. Местами варварски срезанные кабели питания торчали космами изолята.

— СУЗИ, ты пишешь? — сказал Шепард.

— Идёт видеофиксация, канал стабильный — ответила она.

— Нашла какие-то совпадения? – на что Шепард, разумеется, получил отрицательный ответ.

Из центра путь вывел их туда, где принятые решения воплощаютсяв жизнь. Кольцевой зал был девственно пуст, лишь на полу красовалось разметка, судя по всему под контейнеры, а под потолком монументом человеческой неблагодарности висел грузовой кран. С базы забрали все, а вот его демонтировать не стали.

Пройдя дальше, они вышли в то помещение, которое и сдало эту базу с головой. Распахнутый шлюз диаметром в километр, сюда о‑видимому, садились грузовозы на загрузку.

— Джеф, забирай нас отсюда, мы ничего не нашли.

— Что никаких подарков на Рождество? – съязвил Джокер

— Почти, позже отправим инженеров ободрать местные стены. Пусть потом профессор попытается определить, что это за сплав.

— Принято, иду на посадку, — они уже несколько часов шлялись по просторам чужой брошенной базы, и казалось бы миссия закончена, как вдруг — Стоп, Шепард есть энергетическая засветка, слабая будто искра… Ага, поймал какую-то передачу… Черт его знает что это за белиберда, Кэп, но источник сигнала где-то в полукилометре от вас. Проверяем?

— Подбирай нас, — подумав сказал Шепард. – Опасности для Нормандии не было, иначе давно бы прилетела какая-нибудь ракета – Выбросишь поближе к источнику сигнала, и попробуй дать точные координаты.

— Принято, триангулирую.

Шлюз принял их нерадостно: атмосферу не закачивали, так как высадка должна была произойти буквально через полминуты.

На месте сигнала они и обнаружили как выразился Джокер «Рождественский подарок»

— Поздравляю, команда, мы нашли местного жителя, — Шепард скептически посмотрел на гуманоидоподобного робота, — ну или их игрушку.

— Грузим на борт? – опасливо поинтересовался Гаррус, мало ли может на базе произошло восстание машин? Это как раз бы объяснило ту скрупулёзность, с которой её отчистили от всего потенциально полезного.

— Да, пусть инженеры с профессором его расковыряют.

Дроид оказался на удивление легкий, даже в при наличии гравитации, Шепард мог спокойно тащить его одной рукой, что и проверил вернувшись на корабль.

Сдав трофей, Шепард отдал команду на отдых десанту и быстро приведя себя в порядок отправился в лабораторию.

— Ну что у нас уже есть?

Ответил на вопрос жизнерадостный Солус:

— Если принять за данность что каждый вид стремиться произвести андроида похожего на себя, то можно с уверенностью сказать, что новый вид может выглядеть таким образом.

Мордин вывел голографию высокого двухметрового гуманоида с непропорционально большой головой и тонкими конечностями

— Это конечно очень хорошо, но есть что-нибудь…, эм… более практическое – усомнился в ценности полученной информации Шепард.

— Материал нам не знаком, — ответила Тали, — Очень прочный при этом легкий. Вес этого железного бош’тета шестьдесят килограмм. Платформа универсальная, может грузить, может копать, может стрелять, только дай подходящий инструмент. Но манипуляторы категорически не подходят для тонкой работы, паяльник может быть ему еще можно поручить, но что-то более тонкое – точно нет.

— То есть это рабочая лошадка, а не прислуга для богатеев?

— В точку! Еще мы нашли у него на шее несколько разъемов, один похож на энерго канал, второй — на технически порт. Батарея у него прекрасная, но почти сдохла. Если собрать подходящий переходник, то в теории сможем запустить

— Отставить, запускать, — Шепард внутренне вздрогнул: мало ли, на что этот терминатор способен. — В мозгах его поковырялись?

Тали развела руками:

— В основе платы какой-то кристалл, тоже нужен переходник, и еще время на то чтобы сопоставить языки программирования, время на то чтобы ломануть лёд, и расшифровать данные.

— Работайте. Можете загрузить СУЗИ на полную мощность. Вам кто‑то из инженеров нужен? — получив отрицательный ответ, коммандер приказал сформировать группу добытчиков — ободрать пару листов непонятного металла с базы да накопать нужных им минералов. Фабрикатор на фрегате был слабенький, но был. Так что пару бронелистов они сварганить способны, пока умные головы занимались расшифровкой техники чужих, грубая сила отправилась копать от заката и до обеда.

Глава 1. Часть 4.

Двенадцать суток спустя «Нормандия» наконец-то вышла к своей цели. В голове того андроида им удалось раскопать координаты ближайшей населенной системы, и это были единственные данные, которые СУЗИ смогла вытащить из поврежденного чипа.

Двенадцать суток они шли между звездами на сверхсвете, глотая космическую пыль. Два парсека — едва ли не предельная дальность перехода, который можно совершить, не сбрасывая заряд, накопленный ядром эффекта массы заряд. Инженеры матерились, Джокер их терпел, как терпят люди синоптиков, вещающих о том, что в этот буран лучше остаться дома. Лучше оно может быть лучше, но на работу то ходить нужно.

На краю системы «Нормандия» аккуратно вышла из сверхсвета и сразу включила маскировочный контур. СУЗИ распахнула сенсоры, и на экране мягко сложилась картина: жёлтая звезда, и несколько слуг-планетоидов, кружащихся вокруг своей королевы.

— Признаки естественной среды с локальными очагами деятельности, — отчеканила СУЗИ.

— Планета с минимальной техногенной активностью; обжитость подтверждается непрямыми признаками, — сухо уточнил Гаррус, не отрываясь от тактического экрана.

Шепард коротко кивнул, видеть Гарруса в рубке управления было непривычно, но видимо даже турианца начала напрягать неизвестность. Дежурная смена готовилась отослать приветственный пакет — тот самый, который посылают на всех частотах и во всех форматах, когда не знаешь, твой собеседник как и ты думает головой и говорит словами через рот или жестами и через задницу. И в этот момент с поверхности планеты стартанул грузовик. Не красавец, но впечатляющ, короткий корпус делал его меньше Нормандии по длине, но к брюху был приторочен огромный контейнер, судя по размерам на пару килотонн груза.

— Транспортный класс, — отметила СУЗИ. — По массе сопоставим с «Нормандией». Конфигурация — неизвестная.

Из-за облаков резвыми москитами вылетели еще несколько точек и сразу же рванули к грузовозу, выстроившись по бортам и чуть сзади, двое справа, двое слева

— Перехват или эскорт? — задал риторический вопрос Шепард,

Первые секунды прошли спокойно. Истребители заняли места и вели себя как конвой: держали дистанцию, не толкались, не тыкали стволами, просто вели свою цель. Только продолжалось это не долго. В один момент транспорт дёрнулся и попытался заложить «змейку» сбрасывая «доброжелателей». Тогда у ведущих двоек мигнула глотка — и вакуум разрезали вспышки гигаватных разрядов. Сразу со всех сторон, огненные всполохи вгрызлись в тело грузовика и тот вспыхнул небольшой звездой.

— Если они так встречают гостей, — сказал Джокер ровно, — то, я против местного туризма.

— Зафиксировано, — обстановка не располагала к шуточкам и коммандер остался серьезен. — Держим дистанцию.

— Огонь велся по двигателям, детонировало содержимое подфюзеляжного контейнера, — предоставила свои выводы СУЗИ.

— Кто-то угнал военный транспорт? – пробормотал бывший СПЕКТР, и уже громче: — Можешь дать более четкую картинку?

СУЗИ вывела на обзор данные боковых сенсоров. Две точки развернулись прямо к ним без потери скорости, время сближения отображалось прямо под визуализацией истребителей. Четыре гантелеобразные фигуры не оставляли им и шанса удрать.

— Джокер, какого черта эта радость культуриста нас видит?

— Не знаю, кэп. Идем на ядре, засветки не даем, они могли увидеть нас только визуально.

— Сто метровый корабль на дистанции в две минуты? Это невозможно!

— Ловлю поток данных, — Джокер не отвлекаясь от пультов разворачивал корабль, а тем временем связисты делали свою работы. – Скорость передачи слишком большая, не могу принять.

Тут в дело подключился ИскИн корабля.

— Пакет в буфере, — сказала она. — Смысл не установлен. Начинаю сопоставление.

— Работаем по протоколу первого контакта, — отдал команду Шепард. — Джокер, лечь в дрейф. Отвечать приветственными пакетами на всех диапазонах и способах, без координат и без биометрии. Джокер держи ухо востро, но без провокаций.

— Принято, — ответили все в рубке.

«Гантели» шли очень быстро, по оценке СУЗИ за пятнадцать секунд они развили скорость в треть от световой, Шепард бы поразился этой технологии, особенно с учетом того, что «Нормандия» не фиксировала ни единого следа нуль элемента в системе. Но по расчетам их должны были настигнуть всего через пять минут. Если бы «Нормандия» успела сбросить заряд, то Шепард приказал бы уйти на сверхсвет, но в этот раз контакта было не миновать.

***

Эта смена на главной линии связи на базе Раго выпала лейтенанту Калу Веррику, и он не знал радоваться ли ему что в их тихом углу наконец-то появилась нестандартная для него работа, или проклинать коменданта составляющего порядок смен.

Во-первых, совершенное внезапно стандартный досмотр покидающего планету корабля привел к его детонации, и тут же заработали все параноидальные имперские системы. Идущий по инерции корабль был идентифицирован как сообщник контрабандиста и соответственно дежурный офицер майор Карно отправил СИДы на его перехват.

И тут началось странное. Корабль не отвечал на сигналы, а в ответ слал какую-то белиберду причём на совершенно идиотской скорости.

— Майор? — в дверях возник командир гарнизона полковник Рем Соран, высокого роста и немного пухлого телосложения, гроза всех военнослужащих на этой планете — Что у нас?

«И принесла, тебя не легкая» — подумал лейтенант.

— Досматриваем корабль, сэр. Один корабль пытался вывести с планеты бак с тибанной, мы подозреваем наличие сообщника. Второй корабль сходного класса находиться в дрейфе в девяти мегасвет от планеты. Истребители уже вышли на перехват.

— Господин полковник, разрешите доложить, — встав из вахтенной ямы обратился к командиру Кал, и получив кивок продолжил — Не наш формат связи, сэр. Предварительно — попытка установления связи вне известных протоколов.

— «Вне известных?» — Соран шагнул ближе, будто сам мог увидеть и расшифровать сигнал. — Здесь нет «вне известных». Здесь есть гарнизон, устав и контрабандисты, которые украли тибанну с наших складов.

— Сэр, а как насчёт циркуляра по процедурам первого контакта?

Соран посмотрел на лейтенанта со всей ненавистью сосланного в глушь аристократа к местному варвару, а потом холодно улыбнулся.

— Циркуляр, лейтенант, был создан еще при республике, многие сотни лет назад, и за последние годы не применялся ни разу. А это – Соран ткнул пальцем в экран прибора – лишь попытка очередного преступника, выиграть себе лишние секунды его жалкой жизни. Думать об исполнении циркуляров — моя служба. А вы обеспечите мне канал связи с дежурной группой десанта. И не смейте засорять терминалы этим мусором, вам ясно?

— Да, сэр, — ответил он, но рука замерла перед кнопкой удаления данных. Секунду подумав он выделил входящий поток на отдельный канал.

***

Истребители аккуратно без суеты в рабочем режиме взяли «Нормандию» в клещи.

— Работают как по учебнику, — отмечает Гаррус.

— Красиво идут, — ухмыляется в ответ Джокер. — Интересно, взрываются они так же красиво, Кэп?

— Проверять не будем, — отрезает Шепард. — Приветственный пакет идет?

— Передача активна, — коротко СУЗИ. — Отправляю на всех частотах, ответ по предложенным каналам отсутствует. Входящий поток не удаётся расшифровать.

Время текло медленно будто патока.

— Ну и долго мы будем так висеть? — бормочет Гарус.

— По крайней мере в нас не стреляют, - отвечает Миранда.

Тем временем СУЗИ засекла старт с планеты очередного корабля.

— А вот и делегация по встрече. Встречаем хлеб да солью?

— Именно, — облегченно выдыхает коммандер.

И тут у кого-то толи сдали нервы, толи кончилось терпение. От одного из истребителей раздалась очередь выстрелов прошедших рядом с обшивкой. Предупредительный выстрел, но Джокер в моменте об этом даже не подумал. Вжав кнопку форсажа он параллельно активировал ПОИСК заставляя вражеские истребители уворачиваться от лазеров а не палить по ним. К удивлению Джокера, ни один из них не смог попасть по целям, в первый раз умная система подвела команду.

— Асы, мля, - не то восхищенно, не то осуждающе выдохнул пилот

— Рвем когти? – уточнил Гарус

— Не сможем, - констатировал Шепард, — подготовится к абордажу.

«Если только нас не предпочтут разорвать на куски как того бедолагу» - подумал он.

— Еб***!!!

Нецензурный возглас Джокера совместился с сильным ударом, Шепард упал, со всей силы долбанувшись лбом об палубу, не успев подставить руки. Пилот в дьявольском кульбите вывел корабль из под удара. Прямо перед ними в каких то километрах, что в рамках космоса считалось «протяни руку и возьми» материализовался огромный треугольной формы корабль, и только невозможная реакция Джеффа Моро позволила им не размазаться об неожиданное препятствие.

— …да чтоб тебя, — выдыхает Джокер. — Кэп, это чертов крейсер. И..., Стоп какого дьявола?! Кэп, мы не движемся! - Он бросает «Нормандию» вниз, затем на крыло но все попытки четны. — Нас держат, — Джокер уже рычит сквозь зубы, глуша мат, и бьет кулаком по подлокотнику. — Муха в паутине, не вдохнуть не пёрнуть.

И от бессилия, отдает ПОИСКУ команду на огонь, лазеры скрежещут об защитное поле их захватчика, озаряя корабль синеватым сиянием

— И их щиты держат энергетическое оружие, — стучит когтями турианец принудительно отключая лазеры и блокируя их для разнервничавшегося пилота.

— Стоим, — тоскливо вздохнул Шепард. — Работаем по протоколу. СУЗИ на все частоты.

— Принято.

Через пару минут, космос пришел в движение. На обзорных экранах было видно как «Нормандию» силой тащили прямо к приветливо раскрытой пасти ангара звездного крейсера.

— Входящий визуальный блок, — коротко докладывает СУЗИ. — Последовательность: покинуть корабль, сдать оружие у трапа, следовать по указателям. Получен языковой пакет — в обработке.

— Чтож, надеюсь дальше обойдемся без стрельбы.

Глава 1. Часть 5.

Коммандер Виктор Тарэн гордился своей работой. Выходец из аристократического дома, он с юности грезил флотом, а не шелестом шёлковых перчаток у подножья трона власть имущих. Во флоте, правда, интриг оказалось больше, чем в любом дворце. Именно они, интриги, и вытолкали подающего надежды капитана во вспомогательную эскадру Империи — на задворки галактики, охранять пустыри, которые на столичных картах обозначают ленивой штриховкой. Тарэн же не считал их «никому не нужными». Он слишком хорошо понимал цену работы, которую делал сам, его экипаж и другие корабли под командованием адмирала Висковиса. Достаточно хорошо чтобы не раздувать трагедию из-за того что его сослали на край галактики только из-за того что он представитель элиты планеты возглавлявшей Сепаратистов шесть лет назад.

ПЗР «Тёмный Феникс» патрулировал край Неизведанных Регионов, те маршруты по которым с дальних планет в Центр идет метал и тибанна. и те места, где никто не знает, что именно может прилететь из темного космоса.

Иногда они натыкались на таких гостей - небольшие корабли, упрямой и кусачей породы. Во времена Республики здешние миры сильно истощились, налёты пиратов с той и другой стороны разорили фермеров, уничтожили торговлю и превратили в рабов многих честных граждан. Торговля ушла из этих мест, а приличные миры Среднего Кольца местами стали похожи на планеты Внешнего сектора.

Империя забила пробоины гарнизонами и конвоями, но пустотная падаль помнит хлебные места. Потому «Феникс» стоял здесь не ради отчётности — звездный разрушитель был дверью, которая открывается перед честными и порядочными и больно бьет в нос тех кто пришел в дом с дурными намереньями.

«Хотя с учетом протяженности территорий мы больше похожи ни калитку в дырявом заборе» - подумал коммандер.

Сегодня он в очередной раз убедился, что он всё делает правильно. Когда его ПЗР только вышел из гиперпространства, на зеленом уровне тревоги, обычном при выходе из прыжка, когда не предполагается боевого столкновения, об них чуть было не размазался какой-то безумец. И он был горд, что его офицеры отреагировали мгновенно и вместо того, чтобы дать ему отчёт о просадке щитов на пару процентов при столкновении с неожиданным объектом, отчитались о захвате небольшого корабля гравилучами.

«Скорее всего, несчастный случай» - подумал он; так бывает на рубеже, где каждый думает, что успеет ещё на один рывок: «Но все же стоит провести досмотр»

Он уже хотел вернуть вахте привычный размеренный ритм, когда с Раго поступил сигнал. На проекторе появилась объемная фигура коменданта — полковник Рем Соран. Усы, блеск пота на лбу, тугая складка у рта. Люди такого склада любят порядок ровно до такой степени который позволял им чувствовать себя значимыми.

— Коммандер Тарэн, — выдал он с нажимом, — я требую немедленно передать нарушителей под контроль гарнизона. Они вторглись в мою зону ответственности.

«Нарушителей?» — успел подумать Виктор. Вслух сказал другое — ровно, с той самой вежливостью, которой отвечал офицеру ИСБ при поступлении на флот:

— Под вашим контролем, полковник, этот борт не был. Если вы не смогли его захватить, то вряд ли сможете удержать. Но не переживайте, я с удовольствием вам помогу, мы проведём досмотр, и, если ваши подозрения подтвердятся, передадим задержанных вам, как ответственному за порядок в системе, как того и требует Устав.

Соран на глазах наливался злостью; слово «помощь» для него звучало, как оскорбление. На это и рассчитывал Виктор. Он не любил людей подобных полковнику, в отличии от него комендант Раго своей ссылкой тяготился, и не упускал не единой возможности утвердить в системе свою власть и потешить эго. Местный губернатор грешил тем же.

Внезапно, с нахальством рядового влезшего в беседу генералов, в канал вклинился другой голос — не ком офицера «Феникса», которому Тарэн порой позволял отступления от устава ради скорости, а лейтенанта связи гарнизона.

— Господа, — произнёс он торопливо, — входящий пакет со стороны второго борта расшифровывается. Это не молчание. Это попытка связи в несовместимом формате: частоты вне стандартной сетки, скорость передачи ниже нашей, ключ шифрования открытый. По каналу идёт визуальная инструкция, а в потоке — языковой пакет. Господа, это первый контакт.

— Что ты… — сорвался Соран. — Я приказал удалить этот бред! Какой к сарлаку первый контакт?!

Виктор не любил, когда нарушают порядок доклада. Но полковника Сорана не любил больше.

— Полковник, — сказал Тарэн всё так же спокойно, — циркуляр Имперского Сената по процедурам первого контакта действует и здесь. Отправьте весь полученный пакет на «Тёмный Феникс» без фильтрации. Лейтенант, дублируйте поток на мой шифровальный блок напрямую. Первый контакт веду я. — Соран на секунду застыл в непонимающем шоке, чем Виктор и воспользовался: — А вас Полковник я уведомляю, что отчет о данном инциденте направится в ИСБ, поэтому рекомендую… - он недобро усмехнулся и двусмысленно закончил: - привести дела в порядок.

Проекция резко исчезла. На боковом терминале капитанского «трона» побежали сырые массивы получаемых данных.

— Его удар там не хватил? – прозвучал ехидный голос твилека-артилериста.

— Пока еще нет, лейтенант, — пробормотал себе под нос коммандер, отправляя сообщение по созданному связистом-гарнизона каналу. Именно поэтому он отдал приказ продублировать передачу ему на личный терминал, уровень шифрования и правила хранения данных при подобных передачах обеспечивали некоторую конфиденциальность. К моменту начала расследования ИСБ у него, Виктора, должны быть все логи и приказы, которые этот имбецил полковник подписывал своим шифром, и он очень надеялся, что обиженный комендантом лейтенант поймет, что при текущем начальстве у него нет перспектив.

Виктор не любил интриги, но взращённый у подножья графского трона он умел плести их паутину. Тарэну нужна была нормальная база снабжения, не отягощённая негативно настроенным комендантом. Его не любили на Ансионе и Гаиллатере, и он очень надеялся протолкнуть лояльного к нему человека хотя бы на Раго. Иначе его Победа скоро развалится без должного обслуживания.

«Не удовольствия для, только ради дела» - оценил он свои действия, принимая дополнительные данный, о которых в системе не останется не единого следа. Его новый друг – лейтенант Кал Веррик, об этом позаботится.

— Операторам гравилучей, доставьте задержанного к первому стыковочному отсеку, - начал он отдавать приказы. – Майор Васкис подготовьте комитет по встрече. Мне нужен дроид переводчик, сколько времени уйдет на перепрошивку под новый пакет?

— Сэр, я не уверен… Данные еще не до конца расшифрованы, - ответил ему дежурный связист.

— Плевать, - перебил его Виктор. - Дроид исправит в процессе, а горячие головы удержат штурмовики, а даже если не удержат, то помогут решить недоразумение. Наши гости уже нервничают, - он обратил внимание на чуть дрогнувший индикатор заряда щитов. Пушки слабенькие, едва дотягивают до мощности легких ПРО.

— Сэр, разрешите возглавить делегацию, — обратилась к нему его зам, капитан Рэм Лорей.

— Причина?

— Это может быть опасно, вполне возможно полковник прав и это, — она рукой указала вахтенную яму связиста, — всего лишь уловка чтобы выиграть время.

— Не волнуйте, капитан, - Тарэн благожелательно улыбнулся, — если кто-то стучится в дверь то это необязательно вор, особенно если дверь стоит в открытом космосе и не окружена забором.

Вспомнив свои мысли о дырявой калитке и усмехнувшись свои мыслям, коммандер открыл личные записи и добавил заметку для своих будущих мемуаров: «На краю Империи важны не орудия. Важно, чтобы когда дверь откроется — никто не выстрелил первым»

Глава 1. Часть 6.

Шепард покидал корабль вместе с Самарой и Тали. Он считал, что именно эти представители его экипажа наиболее подходят для осуществления первого контакта. Он мог бы взять с собой Миранду, но полагал: раз на его корабле собрались представители нескольких рас, то и первая делегация должна быть смешанной.

Вообще, согласно протоколам Цитадели, он должен был взять и крогана, и турианца с дреллом. Но лицо Гарруса было сильно обезображено, и непонятно, как на это могли отреагировать их радушные хозяева.

Может, у них во главе угла стоит эстетика. Может быть, наоборот, они приняли бы его шрамы как вызов и тоже сочли нужным выставить самого сильного и страшного, а не умного и рассудительного собеседника. Поэтому Шепард предпочёл перестраховаться, взяв с собой с виду безобидную Самару и тихую, спокойную кварианку.

В качестве «мускул» он видел себя. Всё-таки, несмотря на запреты Цитадели на проведение исследований в области генной инженерии, он был искусственно усиленным человеком — пусть и на предельно допустимые этими законами проценты. Хотя, чёрт его знает, что «менгеле» из «Цербера» накрутили в его генах. И вообще, он сейчас больше машина или человек?

Когда шлюз опустился, открывая стыковочный коридор, Шепард едва удержал челюсть на месте. По бокам от трапа их встречали два ряда солдат в идеально белой броне. Все они были одного роста, броня придавала объёма, и казалось, что этот маленький отряд может стереть в порошок небольшую армию. Но это мало волновало Шепарда. Он сам, надев тяжёлую броню, был больше похож на танк, чем на человека. Удивило его другое: в самом конце строя, с приветливой улыбкой, стоял офицер в темно-сером мундире. Это был человек, самый натуральный человек.

— Эм… Джон…

— Да, Тали, — ответил он шокированной кварианке по их каналу, — это определённо человек.

Рядом с офицером стоял андроид — массивный, чёрного цвета, совершенно не похожий на того, которого они нашли на брошенной базе. Этот экземпляр был раза в два больше, и по нему сразу было видно: платформа, хоть и универсальная, предназначена прежде всего для боя.

Офицер заговорил первым. Речь незнакомая: резкая, чуть «лающая» на согласных и неожиданно певучая на связках. Команда, естественно, ничего не поняла. Перевод взял на себя андроид — с небольшой задержкой после конца фразы, немного ломаным, но вполне понятным английским:

— Коммандер Виктор Тарэн, капитан звёздного разрушителя «Тёмный Феникс», рад приветствовать вас на его борту.

«Звёздный разрушитель… — подумал Шепард. — Какое претенциозное название». Он был уверен, что этот корабль относится к классу крейсеров, возможно даже линкоров, но называть его «звёздным разрушителем» по меньшей мере опрометчиво.

— Коммандер Шепард, к вашим услугам. Являюсь спектром Совета Цитадели и… полномочным представителем Альянса Систем.

Выждав, пока дроид закончит переводить, Виктор протянул Шепарду руку. Дроид не успел спросить, есть ли в их культуре традиция рукопожатий, как Шепард без зазрения совести и задней мысли протянул свою навстречу. По-хорошему следовало бы снять перчатку, но он был в броне. И тут он вспомнил, что до сих пор не снял шлем. Быстро сверившись с данными о составе атмосферы, он понял, что она идеальна для дыхания человека, и отдал приказ на разгерметизацию скафандра.

Увидев человеческое лицо, офицер даже глазом не моргнул. Наоборот — его улыбка стала на градус теплее.

Он крепко пожал предплечье Шепарда и махнул рукой в сторону выхода из ангара.

— Прошу пройти в мой кабинет. Думаю, переговоры лучше вести в удобном, предназначенном для этого месте.

Шепард согласился, и после того как один из солдат в белой броне просканировал их каким-то устройством — «видимо, проверял на предмет оружия», — коммандер Тарэн повёл их по кораблю, через андроида проводя небольшую экскурсию.

— Добро пожаловать на звёздный разрушитель типа «Победа», одного из гордых защитников Галактической Империи, готового дать отпор любой угрозе в этой галактике.

Шепард вспомнил о Жнецах. Безусловно, Властелин, с которым они сражались у Цитадели, был больше этого линкора процентов на пятьдесят. Но он не мог сравнивать огневую мощь. Прежде всего потому, что СУЗИ так и не засекла главный калибр «Победы». Всё, что смогли увидеть сенсоры их корабля, — это с десяток батарей, расположенных по бортам, и работающих на непонятных принципах.

Шепард подозревал, что это лазерные пушки, но на каких дистанциях они эффективны? Система «Поиск» могла работать только на предельной дальности в сто километров — дальше её лучи были совершенно неэффективны. Если здесь та же схема, то, подойдя на такую дистанцию, Жнец распилит «звёздный разрушитель» одним залпом.

Тем временем Виктор продолжал рассказывать о своём корабле:

— Шесть тысяч членов экипажа непрерывно несут службу на борту, обеспечивая боеспособность корабля, и способны обеспечивать себя и корабль всем необходимым на протяжении двух лет в открытом космосе — без поддержки основных сил.

Последняя часть сильно удивила. Два года в отрыве от основных сил? Без баз снабжения? Без дозаправки? Для каких целей такой корабль? Или у них здесь нет ретрансляторов, переходы между системами занимают очень много времени, и им требуется высокая автономность, потому что перелёт может занять месяцы или даже годы?

Шепард без задней мысли спросил, какая автономность для военного корабля у них считается нормальной.

— Два года — это минимум для кораблей подобного класса, — ответили ему. После этих слов лицо Самары тронула лёгкая улыбка.

«Он смутился», — прозвучало в наушнике Джона. — «Возможно, этот корабль — старая модель».

Шепард не уловил никаких признаков в голосе и мимике их сопровождающего, но решил поверить азарийскому матриарху.

Так, за ничем не примечательным разговором — по мнению Тарэна, — они дошли до его каюты. Команда же ловила каждое слово, ища нужные крупицы информации, и, войдя в каюту, не сразу сообразила, что выбивается из привычной картины.

Если Шепард считал свою каюту на второй «Нормандии» излишне роскошной, то сейчас даже азари посчитала, что подобный шик на космическом корабле излишен. Тали же эта расточительность доступного пространства чуть не привела в истерику.

Во-первых, «каюта» оказалась огромным помещением с четырьмя проходами в другие комнаты; посередине стоял огромный голографический стол, на котором шевелились фигурки солдат и техники. «Тактический симулятор», — отметил коммандер. Его взгляд скользнул по барной стойке из натурального дерева, с угловатым андроидом за ней и наткнулся на два огромных стеллажа, заполненных моделями космических кораблей, и его взгляд намертво к ним прикипел.

Интерес не остался незамеченным.

— Коммандер Тарэн предлагает позже показать вам свою коллекцию. После того, как обсуждение основных вопросов закончится.

— Очень любезно с его стороны, — задумчиво ответил Джон, краем глаза отмечая, как осуждающе дёргаются его спутницы. К его удивлению, он уловил едва заметные гримасы усталости на лицах сопровождающих Виктора офицеров, а тот, наоборот, предвкушающее улыбнулся — чем добавил себе в глазах Шепарда ещё один балл.

Они зашли в одну из смежных комнат, куда угловатый андроид сразу же занёс чашки с чем-то дымящимся, едва уловимо напоминающим кофе.

— Итак, господа и дамы. Позвольте ещё раз поприветствовать вас на борту звёздного разрушителя «Тёмный Феникс».

Глава 1. Часть 7.

Виктор привёл гостей к себе в каюту. Разумеется, на «звёздном разрушителе» были помещения, более подходящие для переговоров, но он не был дипломатом, и, судя по всему, его гости тоже. А Центр управления операциями точно не то место, куда можно впускать представителей другого государства. К тому же Виктор недолюбливал конференц-зал — слишком много эха, слишком много протокола и слишком много следящих устройств. Тарэн хоть и ценил работу спецов ИСБ, но находил их несколько навязчивыми.

Тем более, капитанская каюта на «звёздном разрушителе» была просторной и имела отдельный кабинет. Шепард вошёл оглядываясь по сторонам без зазрения совести. Его взгляд прилип к огромному стеллажу, уставленному моделями звёздолётов. Виктор сразу увидел в нём собрата-коллекционера. Десятки разнообразных моделей не могли не задеть ни единой струны его души, и Шепард, сам того не заметив, уже проникся к коммандеру Виктору симпатией. Коллекции — странно надёжный язык: если у офицера хватает терпения собирать хрупкие корабли и хранить их в достойном виде, то у него обычно хватает терпения не ломать настоящие.

— Итак, — начал Виктор, когда все уселись за столом. — Прежде всего я хотел бы принести извинения за инцидент, произошедший на орбите Раго. Прошу понять, мы на самой границе, а из неизвестного космоса иногда приходит всякое. Так что некоторые мои сослуживцы предпочитают сначала стрелять, а потом задавать вопросы.

Извинения были насквозь формальными — Шепард это прекрасно понимал, хоть и не был дипломатом.

— Ничего страшного, — ответил он. — Мы понимаем ситуацию. Мы появились неожиданно, шли тихо, подобно ворам, а не так, как пристало представительной делегации. Не держите зла, но мы не знали, какой приём нас ждёт. И, судя по всему, предосторожности были не лишними.

Виктор смущённо развёл руками.

— Боюсь, что так. К сожалению, новых контактов на официальном уровне не было очень давно. Разумеется, мелкие торговцы, контрабандисты, иногда пираты заходят в Неизведанные регионы и устанавливают там какие-то свои связи, зачастую сразу же дискредитируя имперскую власть. Впрочем, это уже другая тема. Итак, ещё раз рад приветствовать вас на борту моего корабля. Позвольте поинтересоваться уровнем ваших полномочий, прежде чем мы перейдём к делу. Также уведомляю: я всего лишь командир этого соединения и не имею права заключать какие-либо договоры — только выслушать вас и донести предложения начальству.

— Я являюсь спектром Совета Цитадели, — сказал Шепард. — Имею полномочия изложить доступную информацию об объединении государств и предложить ассоциацию с ним. Но, как вы понимаете, прав на заключение договоров у меня нет.

Мои спутницы: юстициар Самара — представитель Республики Азари; кварианка Тали’Зора нар Райя — представитель Мигрирующего Флота. Они — часть моей команды, и я могу говорить от их лица. Если потребуются уточнения по их государствам, они внесут дополнения. Также на моём борту находятся представители расы кроганов, дреллов, турианцев и представитель общности гетов. Все общедоступные данные о наших государствах мы передадим, когда наш бортовой ИИ полностью расшифрует языковой пакет, который вы прислали.

Виктор кивнул. А Шепард подумал, что из него никогда не выйдет дипломата. Вот как он отреагировал на слова об ИИ? Судя по наличию андроидов, возможно, здесь не действуют запреты, подобные законам Цитадели? А количество рас на борту «Нормандии»? Неужели на флоте Империи подобная сборная солянка в порядке вещей?

— А вы, я так понимаю, человек. Позвольте уточнить, коммандер Шепард: с какой планеты?

— Моя родина — Земля, — ответил он. — Мы соседи с турианцами и азари. Об Империи я услышал сегодня впервые.

Виктор понимающе кивнул.

— Видимо, вы с одной из тех дальних планет, которые заселяли во время активной экспансии. Хотя удивительно, что ковчеги добрались так далеко. Мы искренне полагали, что в Неизведанных регионах нет человеческих колоний. Приятно осознать, что это не так. Значит, Совет Цитадели — союз нескольких государств? Можете назвать точное число?

— В Совете — четыре полноправных члена и около десяти ассоциированных, — сказал Шепард, пытаясь уловить в голове тот факт, что они, кажется, нашли таинственных архитекторов-сеятелей, заселивших Землю.

— Интересно, — Виктор негромко простучал пальцами по столешнице, зародив небольшую паузу, и Шепард не удержался.

— А как в вашей культуре относятся к пирамидам? — от вопроса опешили все, начиная от кварианки и заканчивая спутниками Тарэна.

— Что, простите?

— Ну, — Джон немного смутился, — пирамидальные архитектурные сооружения — в качестве храмов, гробниц… дворцов.

— Хм, насколько я знаю, пирамидальная архитектура самая распространённая в галактике, но в последние несколько лет Император ввёл моду на дворцы подобной формы. А почему вы спрашиваете?

— Кхм… да так, у нас на планете много древних построек подобной формы.

— Которые использовались для жертвоприношений, — неожиданно вставила Самара.

— Ну-у, — задумчиво протянул Виктор, — могу предположить, что ваши предки были выходцами с Набу. Может быть, с Зиоста. В любом случае, если у вас эта информация не сохранилась, то вы её уже не найдёте. Последняя волна дикой экспансии была очень давно.

— Пятнадцать тысяч лет назад, — уточнила первый помощник Рэй Лорей.

— Благодарю. В таком случае позвольте и мне небольшое отступление. Ваш корабль сильно повреждён. Мои техники утверждают, что урон не похож на наши орудия — скорее физические снаряды, чем плазменные. Вы были в бою?

— Да. Мы были на миссии и вынуждены совершить экстренный прыжок, который пошёл не по плану. Так мы и оказались здесь.

— Вас выбросило прямо в систему Раго?

На это командир «Нормандии» лишь покачал головой.

— Нас выбросило примерно в пяти световых годах отсюда. Там мы нашли вашу брошенную базу и координаты, по которым добрались сюда.

— Прошу прощения, но никаких имперских объектов на таком расстоянии от Раго нет, тем более брошенных. Я бы знал: это мой сектор ответственности.

Шепард с Самарой переглянулись.

— База была на астероиде, — пояснил он. — Там всё вывезли подчистую. Единственное, что мы нашли, — сломанного робота; в его голове и оказались координаты.

— Да? — Виктор заинтересовался. — Что за робот?

Шепард пару раз коснулся омнитула и вывел голограмму знакомого Виктору дроида B1.

— А, жестянка. Скорее всего, вы наткнулись на одну из лёжек местных контрабандистов. Мы их гоняем уже несколько лет и вынуждаем срываться с привычных мест. Они любят обустраиваться на астероидах: незанятых атмосферных планет тут немного, а отсутствие гравитации позволяет легко перегружаться.

— Не похоже это место на приют контрабандистов. Огромные залы — судя по всему, под выращивание пищи, большие ангары и склады под хранимую продукцию…

— Говорите, в пяти световых годах? — Виктор наклонился. — Можете показать вектор?

Он вывел карту. Стол ожил, оказавшись голографическим терминалом, раскрывая карту галактики, испещрённую отметками, маршрутами и контурами. Тарэн быстро увеличил сектор, где они находились.

Шепард же на секунду потерял самообладание: масштаб Империи действительно был галактическим, это оказалось не фигурой речи. Карта была густо прошита метками, и если символ на планете, которую сейчас показывал Виктор, означал имперское присутствие, то минимум каждая десятая система была под её контролем.

— Секунду… Если я правильно понимаю, — он указал кистью, — вот в этой системе мы очутились после прыжка.

— Ах, — разочарованно выдохнул Виктор. — Тогда вы правы: это были не контрабандисты. Производители спайса. Выращивали его органическую разновидность, собирали и перерабатывали. Мы вышли на них недавно, но когда прибыли, лёжка уже опустела. Почти всё вывезли. Печально… Возможно, вы всё-таки сумели добыть что-то из мозгов дроида?

— К сожалению, мы не сразу разобрались в ваших технологиях, и блок данных оказался сильно повреждён.

— Полагаю, в голове этой жестянки и не могло быть много ценного. B1 выпускали массово, на складах они пылятся миллиардами. — Виктор невольно сморщился, вспоминая ту операцию. Их на том астероиде встретили только несколько десятков B1, брошенных там, видимо, от недостатка места на кораблях — штурмовики с ними разобрались быстро. Но чтобы хоть немного окупить рейд, он тогда приказал инженерам снять всё, что не прикручено. В запале срезали даже часть панелей обшивки — металл лишним не бывает. Конечно, снабжение во флоте прекрасное, но вспомогательное соединение на окраине всегда вынуждено крутиться, чтобы сохранять свою боеспособность.

Наступила неловкая пауза, которую нарушила капитан Лорей.

— Позвольте поинтересоваться ещё и вашим… протоколом, почему ваша спутница не снимает шлем? Атмосфера на корабле пригодна для почти всех гуманоидов, если, конечно, вы не метанодышащие.

— Нет, что вы, — смутилась Тали. — Просто я… мне нельзя снимать скафандр.

— Ослабленный иммунитет, — пояснил Шепард. — Их народ слишком долго жил в космосе. Иммунная система практически не работает.

— Интересно, — наклонил голову Виктор. — Я не медик и о подобном ранее не слышал. Впрочем, некоторые люди живут на кораблях десятилетиями, а некоторые и поколениями не ступают на землю. Если позволите, передам информацию нашим медикам — вдруг у нас есть методы, которых нет у вас.

— Благодарю, — сказала Тали, опустив голову.

— Что ж, коммандер Шепард, — Виктор наклонился вперёд, — понимаю, что следующая просьба может прозвучать двусмысленно, но прошу понять меня правильно. Я несу службу на рубеже, и мне крайне пригодились бы данные ваших сенсоров: звёздные карты, гравитационные аномалии, гипермаршруты — всё, чем вы готовы поделиться, не нарушая своих директив. Из Неизведанного космоса лезет всякое: пираты, налётчики, контрабандисты, работорговцы. Но рано или поздно оттуда может выйти что-то серьёзнее, и я хочу знать о возможных угрозах заранее. Если вы поделитесь подобной информацией, Империя будет настроена к будущим переговорам максимально благожелательно.

Шепард на миг взглянул на Самару, внутренне усмехнувшись, вывел на омнитуле проекцию Властелина.

— Это «Властелин». Корабль расы жнецов. Мы столкнулись с одним несколько лет назад и выяснили, что это всего лишь разведчик. Подобные корабли приходят из тёмного космоса, из межгалактической пустоты. Все данные, что у нас есть, мы передадим. По нашим оценкам, их количество превышает два десятка тысяч.

— Десятки тысяч линейных кораблей… — Виктор тихо присвистнул и тут же одёрнул себя. — Ценная информация. Благодарю. Не уверен, что Империя сможет помочь Совету Цитадели, но, по крайней мере, мы подготовим собственные рубежи.

Шепард грустно усмехнулся. При всём желании помочь они бы не смогли: слишком далеко находится его родная галактика. «Зато здесь ему поверили сразу, а не крутили пальцем у виска», — с грустью подумал он.

— Итак, коммандер, — продолжил Виктор, — прежде всего мне хотелось бы понять, где проходят границы вашего союза. Даже если вы не официальные дипломаты и попали к нам случайно, это не значит, что отношения стоит оставлять на уровне «знаем о существовании». К сожалению, это не входит в мою компетенцию, но прежде чем докладывать о вас выше, мне нужны опорные данные, чтобы командование выделило ресурсы для дальнейших переговоров.

— Мы очень далеко, коммандер Тарэн, — спокойно ответил Шепард. — Пока ещё не сориентировались. Если вы предоставите свои карты, мы сможем дать вам наводку. Пока же, боюсь, мы — единственные представители Совета, с которыми вы можете говорить.

— Прискорбно, — кивнул Виктор. — Позвольте ещё один вопрос. С чем была связана ваша миссия?

— А какое это имеет значение? — приподнял бровь Шепард.

— Значительное. Если вы находитесь в состоянии войны с другим государством, направлять посланников исключительно к вам неосмотрительно: противная сторона может воспринять это как угрозу, и двери для Империи захлопнутся. Я говорю прямо — я военный, а не политик. Но я обязан подумать об этом сейчас. Если Империя ввяжется в войну по моей вине, я буду нести ответственность за все жизни, что в ней потеряем.

Собеседник набирал очки в глазах Шепарда и открытостью, и отношением к делу.

— Нет, активной войны мы не ведём. Пока, — ответил он. — Как я и сказал, мы готовимся к встрече флота жнецов. И наша операция была связана со спасением похищенных граждан.

— Работорговцы, — понимающе качнул головой Виктор.

— Хуже, — с отвращением сказал Шепард. — Их перерабатывали.

Виктор скривился.

— Сущности, видящие в других только сырьё, — самое прискорбное, что порождает космос. Но даже с ними иногда приходится считаться. Хотя, видят звёзды, я предпочёл бы, чтобы некоторые их миры познакомились с огненным штормом.

На этих словах в глазах Виктора промелькнуло нечто этакое, что заставило даже его собственных офицеров опасливо на него покоситься. Но видение было мгновенным, а потому он продолжил:

— Далее я хотел бы уточнить следующее…

Глава 1. Часть 8.

Они разговаривали около трёх часов. Сменялись темы и интонации: от карт и протоколов связи до какая кухня популярна среди элит; от истории Цитадели и Империи к особенностям налогообложения на дальних рубежах; от гипермаршрутов к тому, как у разных флотов пахнет машинное отделение. Чашки с кафом пустели и снова наполнялись — и в какой-то момент беседа иссякла естественным образом в том моменте, когда собеседники поняли, что смогли выжать из противной стороны все что можно.

Виктор после окончания переговоров как и обещал повёл Шепарда к стеллажам. На верхних полках — крохотные истребители; ниже — изящные корабли ни то представительский эскорт, ни то космические бордели гордо именуемые яхтами;

— Все модели выполнены в масштабе один к трем тысячам, - сказал Виктор нажимая несколько кнопок на боковой панели и из стеллажа. Стеклянные панели раскрылись и полки начали выезжать вперед открывая вид на самые лучшие экземпляры.

— Ваш любимый? — ухмыльнулся Джон, глазами показывая на один экземпляр, он сам души не начал в реплики Нормандии.

— «Феникс», — тепло протянул Виктор. — я заказал эту модель, как только вступил на мостик этого корабля в роли старпома. Смотрите.

Он что-то нажал и корабль взмыл в воздух.

Шепард восхищенно цокнул языком.

— Если ты скажешь, что он еще и стреляет, то я зааплодирую — Шепард решил, что более неформальное обращение сейчас будет уместнее.

— Я думал об этом Джон, — легко перенял манеру Виктор.

— Прошу, зови меня Шепард. Просто Шепард.

— Хм, хорошо… — удивился он, — Так вот Шепард, я думал об этом, к сожалению всё что могло получиться это лазерные фонарики. Конечно есть стрелковые дроны подобных размеров, но у меня был выбор между полной репликой или сомнительный функционалом, как ты понимаешь я предпочел эстетику.

— Хорошо тебя понимаю, — они понимающе переглянулись. Пусть даже сейчас их разговор дублировался дроидом, но два человека легко наши общий язык.

— А это разведчик «Лезвие бритвы», — Виктор переставил на свет небольшую модель с широким хвостом двигательного отсека. — Не слишком красив, зато упрям и злобен как крайт. На самом деле это ударный корабль – канонерка, если хочешь. Но во флотах используется как передовой патруль. Маскировочных систем нет, зато достаточно живуч.

— Упрямство и мощные пушки лучшая защита — согласился Шепард, но взгляд его прицепился к огромному экспонату — Говоришь все экспонаты в одном масштабе?

Виктор нажав еще несколько клавиш, наиграно откашлялся и представил следующего «гостя»

— Коммандер, позвольте Вам представить: Супер линкор серии Доверитель, дух-покровитель верфей Куата, — он как заправский коммивояжёр представил экспонат, — девять километров в длину, восемь сотен тяжёлых турболазерных орудий, восемь десятков ионных орудий и по сотне лазерных пушек на каждом борту, венчает этот апофеоз имперской мощи десять ракетных установок способных начать бой на дистанции до светового часа.

Шепард не удержался: поднял взгляд от модели к открытой двери кабинета, где на голографическом столе, всё ещё висела карта сектора. Корабль подобных масштабов был крайне впечатляющих, а дистанция боя… Корабли Цитадели начинали быть эффективными где-то на дистанции в миллион километров что составляет около пяти сотых от световой минуты.

— Значит охраняет верфи? — спросил он.

— Да. Доверитель был построен пятьдесят лет назад Куатом, — пояснил Виктор. — не на продажу как все тогда думали, а для собственных нужд, скорее это была рекламная акции, в то время когда их конкуренты оседлали массовые серии, Куат же предложил рынку кое-что поспецифичней. Это было еще во времена Республики.

— Кэп, — прервал разговор знакомый голос, по каналу связи постучался Джокер. — Вы там надолго? Или вас вероломно взяли в плен и требуют выкуп? Тут к нам коллекторы ломятся, я так думаю не спроста. Гнать их в шею?

— Спокойно, — ответил Шепард. — Кто ломится?

— Три хмурых гуся. Пара белых, один серый. Вежливо ломятся, к слову. Но ломятся. Говорят, у них «теоретический интерес». Тали кстати уже куда-то утащили и готов поспорить на свое кресло она ушла добровольно.

Шепард машинально посмотрел на Виктора. Тот уже поднял ладонь — «вижу».

— Старпом, как там наши гости, — спросил Виктор по своему кому, глядя в глаза Шепарду, — ведут себя прилично?

— Капитан-лейтенант Лорей на связи, — отозвалась Рэй. — Док заинтересовался феноменом нашей гостьи в скафандре, и умолял её посетить медблок, пришлось пообещать ей устроить экскурсию по машинному отделению, ввиду ваших инструкций я сочла это приемлемым.

— Та-а-к, — начал что-то подозревать Виктор: — Дальше.

— Старший лейтенант Грима был сильно раздосадован подобным отношением к его вотчине и цитирую: «раз так пойду и я поковыряюсь в их движках».

— Лорей! — прорычал коммандер Тарэн, — приведите старшего техника в чувства, разбирательство по его поведению и вашей халатности пройдет позже…

— Не стоит, — вмешался Шепард и вернулся на канал с Моро, — Джефф, пусти гостей. Пусть Миранда проведет им небольшую экскурсию и обозначит возможности на предмет обмена технологиями и расходниками.

Виктор скептически посмотрел на Шепарда, но дал отбой отбой старпому.

— Бардак, — извиняющее констатировал он. — Но обмен между разрушителем и фрегатом опасная идея.

— Почему же? — Несказанно удивился Шепард

— Потому, - хмуро ответили ему, — когда ваш каптенармус говорит про ящик, наш имеет ввиду тонну. — И не удержавшись Виктор всё-таки улыбнулся, — а потом происходит обмен ящика офицерских пайков на пять тон сублимированных овощей.

Шепард засмеялся:

— А потом один страдает от того куда деть все это богатство, а второй долго думает не продешевил ли.

Отсмеявшись, они несколько секунд они стояли молча — каждый додумывал своё. Виктор первым повернулся обратно к витрине и напоследок провёв пальцами по «Фениксу» отдал команду на свертку.

— Мы много говорили, — произнёс он негромко, — А теперь позвольте высказать свои мысли прямо. Как офицер офицеру. — Шепард согласно кивнул, предвкушая недоброе. — Вы не можете вернуться домой. Не знаю по какой причине, но не можете. Или у вас неисправны двигатели или навигационная система.

Шепард не стал играть словами.

— Как вы поняли?

— Логические рассуждения, когда мы затрагивали темы общих границ и расположение на карте, ваша спутница очень отчетливо излучала тоску. Это наложилось на ваши слова, отсюда и вывод который вы сейчас подтвердили.

— Неужели вы эмпат, - саркастически спросил командир Нормандии — или следователь?

— Проходил углубленный курс ксенопсихологии, — спокойно ответили ему — Но все же почему вы так сомневаетесь в возможности возвращения?

— Вы правы, наши движки не позволяют пересекать большие расстояния. Сюда нас забросила стационарная система, что-то вроде катапульты. И да, как я и говорил ранее мы не можем отследить даже вектор, по которому нас сюда закинуло.

— Тогда, — Виктор посмотрел Шепарду прямо в глаза, — позвольте внести предложение. Я могу поспособствовать установки на ваш корабль внешнего разгонного кольца. Много обещать не могу но не ниже пятого класса обещаю. На таком движке сможете за месяц перечь галактику из конца в конец. Вернетесь домой героем, принесшим домой новую технологию

— Щедро, — скептически сказал Шепард, подумав, что таким образом он привел бы домой на хвосте целый флот с неясными намерениями — и что же взамен?

— Не много, — поморщился Виктор, — мне нужны люди. Желательно не связанные уставом имперского флота. У меня слишком мало кораблей на весь сектор ответственности и слишком много недоброжелателей в секторальном руководстве. Выполните для меня несколько заданий и получите гипердрайв.

— В Империи нормально привлекать наёмников к боевым задачам? — спросил Шепард в лоб.

— Да это привычная практика, наследство от корпуса юстиции. В центр приходит отчёт: «эскорт обеспечен, доставка выполнена, потери среди списочного состава отсутствуют». И всех всё устраивает. Право найма дано тем, кто отвечает за участок — и спрашивают тоже с нас. Я беру на себя репутационный и финансовый риск, вы — профессиональный. И каждый получает то, что ему нужно.

— Я не могу дать ответ сейчас, коммандер Тарэн. И я не могу принимать подобное решение самостоятельно, мой экипаж может счесть это изменой присяге. — ничего подобного подумать официальные террористы и преступники не могли, но Виктору ни к чему это было знать.

— Ответ не нужен сейчас, — добавил Виктор. — Понимаю, у вас экипаж, разные расы на борту, разные принципы. Но я могу обещать, что те кто захочет остаться в империи после выполнении нескольких миссий может рассчитывать на имперское подданство, а при некоторой удаче и место в имперской армии.

Шепард кивнул, и на этом они посчитали разговор исчерпанным.

Глава 1. Часть 9.

В БИЦ царила гробовая тишина. Шепард только что закончил своё выступление и внимательно следил за реакцией экипажа. Мордин торопливо что-то набирал на планшете, то и норовя его уронить; Заид задумчиво правил ногти ножом; Тали нервно перебирала пальцами, периодически косясь на информационные панели.

«Нормандия» сейчас висела на замках стыковочного коридора, намертво прикованная к «Фениксу»; это был редкий случай, когда индикаторы близости огромного объекта не вызывали тревоги.

Сейчас здесь собрались все — абсолютно весь экипаж: от последнего техника до кока, которого невозможно выманить из своей каптёрки. Даже сбежавшая из медотсека Джек и другие раненые остались — несмотря на безуспешные увещевания доктора вернуться в койки.

— Итак, что вы об этом думаете? — вопрос стал спусковым механизмом, но…

— Поразительно. Это невозможно, но генетические профили совпадают более чем на семьдесят процентов. Различия — в пределах природной вариативности. Это люди, определённо люди, но…

— Благодарю, проф, — сказал Шепард. — Но я спрашивал не об этом.

— Тебе решать, — сухо отозвался Гаррус. — Ты командир, но лично мне всё равно. Мы сделали, что нужно, и обратно нас и так особо никто не ждал. Самоубийственная миссия предполагает… невозможность вернуться. А так, если этот Тарэн говорит, что на том астероиде производили наркотики, то я не против прострелить пару голов.

«Ответ в духе настоящего вигиланта», — подумал Шепард, но тут дёрнулась Тали.

— Говори.

— Нам нужно вернуться, — выдохнула она. — В нашу галактику. Я говорила со здешними медиками — они в каком-то неописуемом восторге, умоляют поучаствовать в их эксперименте, говорят, что я их счастливый билет в какую-то корусантскую Академию наук. — Тали подняла взгляд на коммандера и твёрдо продолжила: — Они уверяют, что могут избавить мой народ от иммунной недостаточности, и если это так — я обязана доставить лекарство на Флот.

— Кстати о вопросе возвращения, — подала голос Келли Чамберс, — это вообще реально? Нас так возбудила новость, что в этой галактике доминирующая раса — человек, что мы совсем не принимаем во внимание, что нас выкинуло несказанно далеко.

— Ретрансляторы работают парно, — сказала Миранда спокойно, хотя в душе её терзали противоречивые эмоции. — Есть точка выхода и входа. Если бы в этой галактике не было пары нашему, мы бы сюда не попали.

— Вообще-то мы прервали прыжок и… — Миранда взглядом велела саларианцу заткнуться. — А… да, конечно. Теория имеет смысл: если есть вход, то есть и выход.

— Скажешь — сделаем, — сказал Джейкоб, возвращаясь к теме найма у местных сил.

— Я не против контракта, — пожал плечами Заид. — Я, конечно, уже староват, но упускать возможность исследовать чёртову новую галактику… Ну уж нет, я точно в деле.

— Приключения! — подняла руки вверх Касуми. — Если не придётся заполнять анкету из трёх томов, я всеми руками за!

— Если будет кого бить — я в деле, — рыкнул Грюнт.

— Джек? — спросил Шепард.

В ответ она оттопырила средний палец:

— Хер вы от меня избавитесь просто так, поняли?

— Альтернатив немного, — ровно произнесла Самара. — Найм не противоречит Кодексу, но если нам прикажут делать то, что нарушает мир и порядок в галактике…

— Здесь не Цитадель, юстициар, — холодно напомнила Миранда.

— Но понятия о чести и совести те же.

Старпом хотела было уже ответить, но их прервал Шепард:

— Отставить пререкания. Самара, я тебя услышал. Дальше. Легион?

— Прагматично, — сказал Легион. — Союз повышает шансы найти решение. Риски управляемы. Основная задача этой платформы — доставить информацию Общности, Шепард-коммандер.

С галёрки высунулся Джокер:

— Кэп, вариант «лечь и притвориться мёртвыми» остаётся резервным. На случай, если эти ребята решат, что мы им уже не нравимся слишком сильно.

— Смею всем напомнить, — встрял со своим веским словом Руперт Гарднер, — что среди нас один только дрел может святым духом питаться. А корабельные запасы медленно, но верно подходят к концу. Так что вариант «лечь и притвориться мёртвым», — он скептически посмотрел на пилота, — может обернуться «лечь и сдохнуть».

— Ну насколько я понял, кислородных планет тут полно: заезжай и живи кто хочешь. Можем основать колонию да кукурузу выращивать, — предложил Томас Хоторн.

— И ждать космолёт с тушёнкой как манны небесной, — съязвила доктор Чаквас, — а тем временем медикаменты тоже не бесконечны. Моё мнение: пока мы не нашли путь домой — вставать на обеспечение у местных.

— Вот только за еду мы ещё воевали, — скривился аналитик Мэтьюз, но развивать мысль не стал.

Шепард обвёл взглядом присутствующих и констатировал:

— Голосов «против» я не услышал. Значит, единогласным решением заключаем контракт. Обсуждать условия идём я, Миранда и Тали. Что у нас по обменному фонду? Аванс нам вряд ли дадут просто так, а корабль нужно привести в порядок.

— Есть небольшой запас нуль-элемента.

— Панацелин их не заинтересовал: удивлённо поцокали языком — да и только.

— Что это значит? — нахмурился Джон.

— Мне показалось, что посыл был в духе: «Вот эти гуманойды дают…». Кажется, у них есть более совершенный аналог.

— Эй, народ! — привлекла внимание воровка. — Вы о чём? У нас полный трюм пушек из другой галактики — местные богачи с руками оторвут ради шанса заиметь такой ствол себе в коллекцию!

— Никакой другой галактики, — рубанул Шепард. — Местные считают, что мы из Неизведанных регионов, местной окраины. Потерянные колонисты, чтоб их. Пусть так и будет дальше.

— Но идея здравая, — вступилась за предложение Миранда. — Нужно сравнить местное вооружение с нашим и предложить на обмен. Джейкоб…

— Займусь, — кивнул чернокожий оружейник.

— Кстати, Тали, — коммандер обернулся к кварианке, — ты ведь была у них в инженерном? Есть что сказать?

Джону показалось, что под шлемом Тали восхищённо закатила глаза. Она экспрессивно встряхнула руками:

— У них рукотворное солнце вместо реактора! — на этих словах главный энергетик чуть не задохнулась.

— В смысле термояд?

— Это у нас термояд, — отмахнулась кварианка. — Нет, у них, в принципе, тоже но… Если кратко, то КПД несопоставим. Зато топливом мы у них разжиться можем. Они используют какую-то хитрую смесь, но иногда дозаправляются водородом где придётся. Нам подойдёт.

— Добро… — сказал Шепард, размышляя о возможном технологическом разрыве. Кажется, старпом Виктора говорила, что последний виток колонизации был пятнадцать тысяч лет назад… То есть они уже тогда активно развивали космическое пространство. — Так, нам нужно больше информации. Миранда, попробуем выторговать доступ в местный космонет, или как он у них тут называется. Ты ответственная за поиск и анализ информации: нам нужно всё — вооружение, политическое устройство, жизнь и обычаи. Абсолютно всё. Вадим и Томас — тебе в помощь; задач для них пока не предвидится, а вникать в обстановку нужно. Вопросы есть?

— Никак нет / Нет, кэп / Не-а, — вразнобой ответил экипаж.

— Бардак, — в стиле Виктора, но с улыбкой на лице, укорил Шепард.

Глава 1. Часть 10.

Шепард лежал на своей койке и думал о прошедших переговорах. Разговор с Виктором дался легче, чем ожидалось: говорить с ним было на удивление просто, даже подозрительно просто, и Шепарду приходилось себя частенько отдёргивать, обдумывая прозвучавшие предложения на предмет второго дна. В такие моменты очень выручала Миранда, она ловко ловила моменты, когда её командир начинал «плыть» и брал время «на подумать», и тогда она вступала в игру.

При мысли о Миранде губы Шепарда тронула ехидная улыбка. Привыкшая считать себя совершенством Лоусон была не готова к тому, что попадёт в общество людей, где её генетические улучшения делают её не мисс-совершенство, а только приравнивают к серой массе.

При разговоре о контроле над исследованиями в области генной инженерии Виктор лишь пожал плечами. «Планет много, всех не отконтролируешь», — сказал тогда он. По словам Тарэна, подобная генная терапия, которую прошла Миранда, была обязательной на многих мирах Центра и Внутреннего Кольца, а где не обязательна, там доступна. Но это касалось только этого региона космоса, про остальные же Тарэн умолчал.

Результат переговоров Шепарда немного озадачивал, — если с солдатской частью всё было понятно: их без вопросов поставили на довольствие, выдав чип-идентификатор, по которому они имели право получить в любом имперском гарнизоне или на базе полагающийся им паёк, — то вот если посмотреть с другой стороны…

Крайне неожиданной вышла техническая часть переговоров. Имперские спецы, обнюхав «Нормандию» со всех сторон, смотрели на неё как на кадавра, с долей восхищения и презрения. Чуть не дошло до драки между главными инженерами, — Тали категорически не понравилась фраза: «Е***** тарантас, движок на эро…», — которую произнёс имперец, глянув на ядро «Тантал». Как оказалось, в этой галактике нет «идиотов, использующих чёрную дыру вместо двигателя», по словам того же имперца. Но Шепард сомневался, что дело именно в этом, потому что очень уж резво они согласились обменять грамм нуль-элемента на несколько ящиков местной взрывчатки и три десятка стволов различных наименований. Коммандеру казалось, что он очень сильно продешевил.

Бронекостюмы тоже вызвали вопросы, прежде всего потому, что имперцы назвали их броню «картоном», на что уже возбудился Джейкоб. Показательные стрельбы привели к печальным результатам. Имперскому штурмовику было абсолютно плевать на стрельбу из стандартного «Мстителя», дробовик становился опасен только при стрельбе в упор, а про пистолетные патроны даже говорить не следовало. Когда же оружейник «Нормандии» потребовал себе комплект на пробу, он долго и обстоятельно плевался: во-первых, в отличие от их скафандров, в броне не было предусмотрено экзоскелета, и хоть броня весила всего десяток килограмм, двигаться в ней было откровенно тяжело. Во-вторых, имперцы запихнули в шлем какой-то идиотский способ идентификации, который намертво блокировал систему, если неправильно отстучать языком или не отморгать правильный код доступа.

Панацелин жителей этой галактики тоже не впечатлил, что глубоко ранило Чаквас: то, что генетики Альянса создали тяжёлым трудом в обход всех мыслимых законов Цитадели, здесь добывали в промышленных масштабах едва ли не из естественных источников. Так что их медблок пополнился специальной камерой, а запасы «Нормандии» отяготились цистернами местного чудо-вещества и синтеплоти.

Самое неприятное всплыло во время испытаний стрелкового оружия. Щиты. Их, родные, тщательно пестуемые кинетические барьеры, которые спасали от пуль, обломков и дурной удачи, при взаимодействии со снарядами местного вооружения творили абсолютную дичь. Высокотемпературная плазма, которую метали местные бластеры, при контакте с кинетическим щитом вела себя как и положено сгустку энергии, а именно — прошивала барьер, не заметив, но вот только иногда поле «эффекта массы» как-то воздействовало на то поле, которое позволяло плазме преодолевать большие расстояния одним сгустком, не рассеиваясь до соприкосновения с целью. Когда же не везло и поля вступали в резонанс, происходил взрыв удивительной мощи. Им объяснили, что подобного эффекта достигают на дорогих образцах за счёт особой регуляции электромагнитного поля снаряда, получая эффект разрывной пули.

Когда переговоры дошли до разговора о персональных средствах защиты, Виктор развёл руками: «Наёмники в этом вопросе сами по себе». Максимум, что он смог предложить, — пехотные противогазы, которые числятся на балансе звёздного разрушителя, но ни разу не использовались. Тали взяла. Как подозревал Шепард, из-за врождённой прижимистости.

Вместо альтернативы их щитам они получили совет — снять их и помолиться космическим богам, чтобы не напороться на редкие пулевики. Но за это коммандер не переживал, — их броня должна была держать такие попадания, но штурмовую группу он все равно предпочтет видеть в тяжёлом варианте.

Вообще, в пехотной вариации щиты здесь были экзотикой: ввиду распространённости бластеров кинетические барьеры были не так востребованы, а батарея нужного класса для щитов лучевых стоит дороже проектора, а проектор — раз в двадцать дороже стандартной винтовки. Виктор обмолвился, что у них завалялась парочка дроидов с комбинированным дефлектором, и он даже готов их пожертвовать своим наёмникам (вооружение не уставное, а трофейное), но настоятельно не рекомендовал каннибализировать механизм щита, ибо пустить эту консервную банку в серию позволило только то, что сумасшедший инсектойдный гений, изобретший эту машину, в погоне за доступностью не экранировал ни батарейку, ни сами проекторы, так что живое существо, которое осмелится использовать этот щит, загнётся от радиации в течение часа. Шепард подумал и, к удивлению Тарэна, принял подачку, мысленно представляя ужас тех неудачников, на которых понесётся неуязвимый ко всему кроган, ему то радиация до лампочки, светиться не начнет.

Под конец Шепард решил понаглеть и затребовал аванс наличкой.

— Шепард, имей совесть. Я и так в вас вкладываюсь как в любимую невесту, — сказал тогда Тарэн. — Какой, во имя пустоты, аванс?

— У меня тридцать человек на грани нервного истощения, Виктор, и прежде чем снова пускать их в бой, нужно пустить их в увольнение, а солдат без денег на чужой земле — это стихийное бедствие, — во время переговоров они разговаривали по-свойски, без титулов и масок. Ну, по крайней мере, так казалось Шепарду.

— Тут на протяжении трёх тысяч парсеков одни гарнизоны или бандитские притоны. В одних вам по головам настучат, а в других шумите на здоровье — только пользу принесёте. Шепард, у меня в бюджете не было заложено найма субподрядчика, я вас финансирую за счёт запасов «Феникса». Чтобы установить гипер на ваше корыто, мне придётся влезть в долги. В таких условиях ни о каком авансе не может идти и речи. Разве что…

— Разве что? — выплюнула Тали: пренебрежительное отношение к «Нормандии» её раздражало.

— Я могу предложить обменять ваш корабль на что-то из секторального резерва, — постучал он пальцами по подлокотнику, — крейсер вряд ли достану, а вот фрегат… Что-то вроде «Центакса»… «Небулон» вы не потянете, там экипаж под сотню… Думаю, у адмирала Висковиса найдётся парочка корелианских корветов в хорошем состоянии. По габаритам как ваша «Нормандия» — двадцать человек справятся с эффективным управлением. Скорость хорошая, броня прекрасная, — начал он рекламировать товар.

— Не пойдёт, — отрезал Шепард, он не собирался менять «Нормандию» на что-либо, но ему особенно сильно не понравилась какая-то мелькнувшая в глазах Виктора эмоция.

— Как скажешь, — согласился он тогда, — но об авансе тогда точно не может быть и речи. Я слишком рискую.

— А мы рискуем остаться с голым задом в открытом космосе. Не всё, что нам может понадобиться, мы можем затребовать по этому контракту, а значит…

— Стоп! Я тебя понял, — поднял руку Тарэн. — Сделаем так. Я выделю вам отделение штурмовиков и офицера из ИСБ; они, конечно, не в моём подчинении, но договорюсь. Форма службеза отрезвляюще действует на снабженцев — получите всё, что нужно. — «А ещё он за нами проследит, чтоб не сбежали», — додумал невысказанное Шепард, но кивнул. — Также выделю вам до кучи техника с астродроидом, а то пока разберётесь с нашей навигационной системой, в звезду какую-нибудь нырнёте.

— У нас нет свободных кают.

— Не важно, — отмахнулся он. — Штурмовики ребята неприхотливые, а ИСБшнику будет полезно вспомнить полевой опыт, а то засиделись они на моём корабле без дела.

В его голосе мелькнула та самая неприязнь кадрового офицера к безопасникам, которая преследует военных на протяжении всей истории.

Принять на борт штурмовиков было просто: солдаты, если имеют понимание, что командир корабля для них царь и бог, проблемой не являются. А вот имперский безопасник… Шепард только закончил тяжелейшую работу по перетягиванию на свою сторону террористов и бывшего ГОРовца, которые, как известно, бывшими не бывают, — так тут ещё один персонаж нарисуется. Техник? Чужой техник — проблема Тали. Пусть кварианка показывает новичку, куда лучше не совать свои ковырялки.

Единственное, что не удалось добыть команде переговорщиков, — доступ в местный «Голонет». Как сказал Виктор: «У нас военный канал связи, и настроить вам ограниченный доступ мы не можем». Он соврал, Джон понял это чётко и ясно. Пока он только не понял, почему их хотят держать в информационном пузыре. Либо Тарэн хочет ввязать их во что-то незаконное, либо использовать в тёмную. Первое предположение разбивается об подписанный контракт, где чёрным по белому обозначены права и обязанности сторон, а отдельным пунктом выделено: «Наниматель несёт ответственность за несоблюдение наёмниками имперских законов, а также законов местного самоуправления». Сборник законов, кстати, занимал бешеный объём и до сих пор загружался в банки памяти СУЗИ.

Шепард перевернулся на бок и на мгновение позволил себе роскошь ни о чём не думать. Лишь на мгновение. Накатывающийся сон прервал пискнувший омнитул, который удалось настроить на местные средства связи.

«Договорился насчёт сухого дока. За двое суток всё сделают. Отделение к вам подниму завтра в 0900. После можете падать на Раго. Там о вас уже знают, коды и задание будут у «молчи-молчи». Спокойной ночи».

«Спокойной», — хмыкнул Шепард. Часы они синхронизировали сразу после первого контакта, так что опозданий не будет.

Он погасил омнитул и, закрыв глаза, подумал: «Да, Шепард, мы больше не в Канзасе».

Интерлюдия №1

Виктор отбивал пальцами чёткий ритм имперского марша и размышлял о своём новом приобретении. Он подозревал, что Шепард откажется от его щедрого предложения, но, как это ни удивительно, в своих предположениях он ошибся.

Видимо, он расставил правильные акценты и верно оценил состояние его корабля, а также самого Шепарда.

Они оказались от своего дома слишком далеко, что бы у них ни случилось, вернуться назад в скорейшем времени они не смогут. Из Неизведанных регионов дипломатических миссий не было уже очень-очень давно, и Виктор прекрасно это понимал, а значит, пришедшие оттуда могли быть или беглецами, или же разведчиками; а разведчики выходят на контакт только когда поняли, что их бросили, или пути назад нет, а миссия провалена или потеряла смысл.

Неудивительно было и то, что Шепард начал торговаться. Неприятно, но ожидаемо. Впрочем, то обеспечение, которое он запросил, не выходило за привычные рамки договоров с наёмниками: оружие, медикаменты, боеприпасы, ремонт техники за счёт нанимателя. Обеспечение деньгами он запросил на уровне экипажа кораблей, что было намного дешевле, чем обходились иные наёмники, но тут Виктор смог сэкономить, сунув им контрразведчика в качестве «открывашки» к армейскому снабжению.

У Тарэна не было возможности оценить команду «Нормандии» в деле, но он подозревал, что их квалификация крайне высока. Это было видно по тому как держались «делегаты». Да и тот дроид, которого Шепард притащил, явно был непрост: мощная конструкция, толстая броня, убийца, а никак не протокольник.

В любом случае изначально Тарэн был готов к торгам, видит космос, как хорошо, что он не отмахнулся от возможного обмена, подстёгиваемый предрассудками своего старпома о варварах с дикого космоса.

Шепард не мог расплатиться ничем иным, как технологиями, и на удивление им было что предложить. Прежде всего Шепард попытался всунуть им какую-то разновидность бакты — ничего особенного, эффективность на уровне кольто, но он на всякий случай взял пару контейнеров. Позже отправит домой, на Сирено, в частную лабораторию, и если они смогут синтезировать это вещество, то можно будет подать на патент. После такого его определённо попытаются убить: новые конкуренты корпорациям «Залтин» и «Ксуфра» не нужны, правительству Манаана это тоже не понравится, и его имя наверняка поднимется в списках охотников за головами на одну позицию с высшими офицерами Империи. Но все эти страхи разбивались о бескаровую уверенность в том, что имперская канцелярия будет счастлива разбередить болото фармацевтического рынка. В крайнем случае можно будет отдать привилегию тем же корпорациям за пару процентов от оборота, хотя с учётом возможных оборотов даже пять сотых процента за год могут обернуться личной планетой на окраине галактики.

В целом технологии пришельцев его не заинтересовали — его люди плотно исследовали корабль. Искусственный интеллект оказался неплох, но не превышал возможности дроидов со снятыми ограничениями на развитие; у Виктора был один такой, дроид-тактик, замаскированный под бармена. Тарэн часто рубился с ним в тактические игры, когда была возможность. Оружие… Масс-драйверы были интересны, но не более. Он также взял несколько образцов «для оценки» — в высшем командовании есть любители диковинок, что-то можно будет продать, что-то преподнести в знак «величайшего уважения».

Самое ценное, что смогли предложить пришельцы, — это миллиграммы и граммы эро. Этого вещества на корабле было столько, что за вырученные деньги можно было бы построить целый флот новых звёздных разрушителей.

Инженер, который проверял системы «Нормандии», пришёл на отчёт в расстроенных чувствах и сходу предложил «взорвать к херам это корыто и разобрать на запчасти». И, честно сказать, у Виктора руки чесались так поступить, когда он узнал, за счёт чего двигается «Нормандия». А также чесались руки добраться до навигационных систем и найти этот клондайк, где эро добывается в таких количествах. Барон? Да, заполучив себе месторождение эро, он просто купит себе титул графа Сирено вместе с должностью губернатора, а может, даже и моффа, если найдёт, с кем из высшего эшелона власти можно безопасно поделиться прибылью.

Но Виктор смог перебороть жадность и рассудить логически. Во-первых, если Шепард не врёт и действительно координаты их миров найти не удастся, то захват корабля приведёт лишь к захвату ядра. И то, если команда не решит подорвать корабль. А уж когда ядро эро такого размера пойдёт вразнос… «Феникс» точно не уцелел бы. Во-вторых, сам корабль, несмотря на «ущербность конструкции» — по словам того же техника, — был достаточно интересен: именно ядро «Тантал» позволяло кораблю летать таким образом, чтобы не давать засветку ни на одной сигнатуре — отличный козырь в любой игре. Энергетическое потребление было невысоким, и если реактор работает на холостом ходу, подпитывая только жизненно важные системы корабля и само ядро, ни одна система в Империи его засечь не сможет. Стоит навешать на них ещё пару систем оптической маскировки — и даже ни один истребитель, как это произошло на орбите Раго, не сможет засечь «Нормандию». А после такого, да ещё если установить под крылья парочку протонных торпед… Козырная карта превратит всю колоду в краплёную.

Развив эту мысль, Виктор решил, что пролоббирует у Висковиса модернизацию корабля наёмников, а если не получится — профинансирует за свой счёт. Конечно же, только в том случае, если команда согласится принять имперское подданство или протекторат дома Тарэн, что было бы даже желательней. Пару миллионов он наскребёт из неучтённых трофеев. А в крайнем случае обратится к своему покровителю, чего делать, правда, категорически не хотелось.

— Коммандер, выход из гипера через пять минут, — вырвал его из раздумий голос старпома.

— Ваша смена закончилась, Лорэй, — не поворачиваясь к ней, сказал он. — Почему вы ещё на мостике?

— Сэр, я…

— Отправляетесь в свою каюту и получаете выговор за несоблюдение корабельного распорядка, — Виктор не стал слушать оправдания. Их работа была слишком ответственной и слишком нервной, чтобы нарушать тщательно разработанный распорядок. И так слишком часто приходится это делать, глотая горстями стимуляторы, а после чистя печень, загружая лишней работой медиков. — Если вы мне понадобитесь, я вас вызову.

— Да, сэр.

— Трудоголичка, — послышалось от одного из пультов, когда шлюз за старпомом закрылся.

— Вам тоже выговор, лейтенант Гли, за неуважение к старшему офицеру, — всё так же спокойно и не отрывая взгляда от капитанского пульта сказал коммандер.

— Да, сэр! Простите, сэр!

Этот тви’лек его откровенно бесил: в имперском флоте с каждым годом становилось всё меньше и меньше инородцев; после Войн клонов, когда большинство нечеловеческих рас поддержали сепаратистов, расизм начал цвести буйными красками. Это сказалось на многих офицерах-инородцах: они просто не выдерживали такого отношения к себе и уходили в отставку. Гли не был исключением, вот только неприязнь к дискриминации выразилась у него в поведенческих девиациях, что дополнительно отразилось на его карьере. В его возрасте и с его стажем нужно уже коммандерские регалии носить, а не нашивки лейтенанта. Тарэн рад был бы от него избавиться, но офицеров на его участке категорически не хватало. И тви’лек, при всей своей невыносимости, был прекрасным артиллеристом, не допустившим ни одной пущенной «в молоко» ракеты, что заставляло мириться с его присутствием.

— Штурман, обратный отсчёт, — скомандовал Виктор, глядя на данные экрана.

— Всему экипажу приготовиться, — раздался по общему каналу голос кормчего. — До выхода в реальное пространство семь, шесть, пять, четыре, три, два, один.

— Отчёт по присутствию.

— Сигнатура стандартная. На орбите Ансиона находится ИЗР класса «Воспрещающий» — «Верный Щит». Фиксирую присутствие крейсера типа «Гозанти» — это «Багровый Ворон», сэр!

— А «Сей-Нисс»? — нахмурился Тарэн.

— Сэр, ИЗР «Сей-Нисс» в системе отсутствует.

Значит, адмирала на базе нет. Это было нетипично. Пиор Висковис редко покидал свой сектор: либо его вызвали в секторальный штаб на Билбринджи, либо на Корусант.

— Отправьте приветственный пакет на «Щит» и базу на Ансионе. и свяжите меня с «Багровым Вороном».

Вскоре на его личном терминале появилось плоское изображение.

— Рад приветствовать вас, коммандер Тарэн, — улыбнулся с экрана мужчина в возрасте.

— И я рад вас видеть, капитан Вергилио. Какими судьбами на Ансионе? Разве ваш рейс не должен был закончиться позже? — Виктор понятия не имел о маршрутах других кораблей и соединений, но предпочитал делать вид загадочного и осведомлённого.

— Нет, мы завершили патруль и по новому приказу прибыли на базу. Теперь ждём нового командира.

— Прошу прощения? — удивился Виктор. — Вас переводят?

— На капитанский мостик «Ворона» нашли образцового офицера, — усмехнувшись, ушёл от ответа капитан.

«Проклятье! Как не вовремя!» — подумал Тарэн. Вергилио был одним из немногих командиров других кораблей, кто ровно относился к выходцу с Сирено и с кем удалось установить доверительные отношения.

— А не подскажете, где адмирал Висковис и кто его замещает?

— Адмирала вызвали на Билбринджи, у нас, вроде как, ожидается пополнение. Обещают прислать Арквитенсы. А адмирала замещает контр-адмирал Рено Кох.

— Ясно, — значит, придётся висеть на орбите. Этот поганый криф будет оттягивать их заявки до последнего и на ремонт поставит в конец очереди. Если бы была возможность, он бы направил «Феникс» на верфи Билбринджи вслед за адмиралом: право слово, двадцатичасовой переход был хорошей альтернативой общению с Кохом. Но «Феникс» был приписан к базе Ансиона, и с этим ничего нельзя было поделать. — Вы, я так полагаю, ждёте возвращения адмирала?

— Да. Обслуживание провели, трюмы заполнены, висим, скучаем.

— Тогда приглашаю вас и ваших офицеров в нашу кают-компанию. Устроим вам хорошие проводы.

— С удовольствием, коммандер, — улыбнулся Вергилио. — На звёздных разрушителях прекрасные зоны отдыха — не то что на нашей «птичке».

— Экипаж в шесть тысяч предполагает, знаете ли, определённую необходимость в качественном отдыхе!

— Это точно. Когда стучаться к вам в гости?

— А давайте через час. За это время разберёмся с бумагами и будем ждать адмирала.

— Принято, коммандер. Конец связи.

— Конец связи.

***

Мичман Илай Вэнто стоял у переборки и наблюдал, как лейтенант Траун собирается к выходу. Тот действовал без суеты, впрочем они не опаздывали.

— Судя по составу приглашённых, — тихо сказал Траун, — капитан Вергилио берёт с собой не весь офицерский состав. Почему нас двоих?

— Возможно, капитан хочет представить вас тому, кому доверяет, — осторожно предположил Илай. — А может, наоборот: по просьбе коммандера Тарэна показывает ему перспективных офицеров. На звёздном разрушителе всегда хватает лакун которые некем заполнить.

— Любопытно, — кивнул Траун. Взгляд Венто мазнул по небольшой капсуле ультразвукового диффузора, замаскированного под усилитель проектора голотерминала, со схематично напечатанной эмблемой ворона — оттенок красного неравномерно выцвел. «Снабжение такими мелочами живет отдельно от флотской логистики» - подумал мичман, отмечая для себя тот факт что даже лейтенант Траун нарушает устав в подобных мелочах: «Но без таких мелочей жизнь на корабле становиться на каплю унылее»

Они вышли в коридор. Крейсер находился в режиме ожидания новых приказов и нового командира. Оборудование и экипаж находились в схожем состоянии, никто не знал отправят ли их в утиль или они еще послужат империи на этом корабле.

— Мичман, — спросил Траун он как бы между делом. — А вы знаете, почему коммандера Тарэна прозвали «Пиромантом»?

Илай вздрогнул. Он косо посмотрел на чисса, пытаясь понять, что стоит за подобным интересом. Но лицо синекожего инородца было неприступны.

— Вы слышали про операцию у Тарибу? Малозначимая планета на периферии, в квадрате К3. Бывший осколок Конфедерации.

Траун слегка кивнул.

— Слышал. Тогда имперский флот понёс значительные потери.

— Значительные? — горько усмехнулся Илай. — Предварительная разведка не предполагала наличие у местных чего-то хоть отдаленно похожего на противокосмическую оборону. На бумаге — идеальная операция: мало людей, ничего ценного, далеко от гипермаршрутов. Высадка штурмовиков и дождь из наград… И навсегда забытый кусок Конфедерации, чья ценность заключалась лишь в отметке об успешной операции в личных делах.

Они свернули в коридор ведущий к ангару. Мимо прошла пара техников с кейсами. Траун взглядом проводил их, отметив нестандартную маркировку на контейнерах. Пополнение припасов пошло явно не по плану и догружаться пришлось чем было.

— Но не получилось, — спокойно уточнил он.

— Да, — выдохнул Илай. — Когда флот вошёл в систему и вышел на орбиту планеты, вскрылись замаскированные позиции ПКО. Турболазерные башни, ракетные шахты и ионые пушки. Первый удар принял «Тёмный Феникс». Тогда коммандер Тарэн ещё был капитан-лейтенантом, первый помощник капитана корабля. Ракета угодила в мостик. Не знаю, как она прошла щиты, но прошла пробив бронепереборки. Разгерметизация. Коммандера Квакса отправило в вакуум как и большую часть офицеров. А Тарэн… коммандер Тарэн выжил. Выбрался из-под обломков, добыл дыхательную маску, встал у пультов и начал командовать. Даже не перебираясь на резервный мостик. Системы Феникса ещё держались, а точки ПКО уже были засвечены.

Они остановились у турболифта, ожидая зелёного сигнала. Траун слегка наклонил голову — жест, который Илай уже научился узнавать: он был заинтригован.

— И?

— И он заорал в общий канал, — коротко сказал Илай. — «Залейте всё огнём. Больше огня. Больше огня». Когда подоспело подкрепление, «Феникс» уже превратил крупнейший континент Тарибу в стеклянную пустошь. Его еле остановили. — Мичман повёл плечом. — С тех пор его и зовут «Пиромант».

Загорелся сигнал и двери ушли в сторону.

— Разве после такого его не должны были отдать под трибунал?

— Должны были. И отдали, — кивнул мичман Венто. — Только… неожиданно за него вступились. По слухам в генеральном штабе тогда мимо проходил Лорд Вейдер и по какой-то причине заинтересовался процессом. «Этот офицер превратил ваше абсолютное поражение в пиррову победу. И если вы судите его — полагаю, заслуженно судить и вас». Говорят так он сказал. — Илай хмыкнул.

— Вы не верите, - кивнул Трану.

— Про лорда Вейдера ходит больше слухов чем про «Пироманта». Но коммандера Тарэна восстановили в звании и поставили командиром «Тёмного Феникса». А потом отправили сюда. На медвежий край.

Они миновали обзорный экран на котором красовался «Тёмный Феникс». Серый гигант медленно разрезал пустоту. Траун задержал взгляд на выступающем мостике: профиль слегка нештатный, скорее всего после того боя секции меняли блоками.

— И дальше его ждали «крайне важные» поручения? — спросил он с непередаваемой интонацией, которою Илай понял совершенно верно.

— Дальше — да. Он вырос в чине, но задания… — Мичман Венто развёл руками. — Никчёмные и малозначимые. Или они так выглядят. Может быть так что на самом деле никто кроме «Пироманта» по мнению командования справится там не мог...

Траун кивнул, словно поставил последнюю отметку в личном деле.

— Вот как, — сказал он ровно.

Дальше шли молча. Палуба слегка вибрировала от их шагов и от редких шагов встречных.

У трапа шаттла их уже ждал капитан «Багрового Ворона».

— А, лейтенант Траун. Мичман Вэнто. Наконец-то, — улыбнулся Вергилио. — Надеюсь, вы готовы к походу по гостям?

— Так точно, сэр, — ровно ответил Траун. — Полностью готовы.

— Прекрасно. Прошу за мной.

Внутри шаттла было людно: почти весь офицерский состав «Ворона», за исключением старпома и его зама. Заметив немой вопрос на лице мичмана, Вергилио пояснил:

— Старший лейтенант Дейланд, остался на борту. Хочет ещё раз всё проверить перед прибытием нового капитана.

— Уже известно, кого назначили, сэр? — спросил Илай.

— Да, — кивнул Вергилио. — На «Ворон» переводят Филию Росси. Выпускница Академии Райтала по ускоренной программе; войну не застала, офицерский патент получила уже после окончания Войн клонов. Служила на корабле сопровождения стратегических грузов.

— И после этого — сразу на боевой крейсер? — уточнил Траун.

— Видимо, мы чего-то не знаем о грузоперевозках, — сухо усмехнулся Вергилио.

«Или у неё очень высокие покровители в штабах», — подумал мичман, глядя в иллюминатор на серый корпус звёздного разрушителя.

Большинство прибывших офицеров сопроводили в общую зону отдыха. Их же капитан провёл в кают-компанию для старшего состава. Там, у низкого стола, их уже встречал сам «Пиромант».

— Рик, друг мой! — экспрессивно раскинул руки коммандер.

— Виктор, здравствуй, здравствуй!

Они тепло обменялись рукопожатиями. Виктор скользнул взглядом по гостям:

— Представь же мне своих спутников.

— Разумеется. Коммандер Тарэн, позвольте представить лейтенанта Трауна — главный артиллерист «Багрового Ворона». Крайне перспективный офицер. И его адьютанта, мичмана Илая Вэнто. — слегка приукрасил он положение чисса.

— Адьютанта? С каких это пор лейтенантам полагаются адъютанты? — приподнял бровь Виктор.

— Не полагаются, — спокойно ответил Траун. — Но приказом ректора Академии мичмана Вэнто назначили моим переводчиком. После выпуска я недостаточно уверенно говорил на общегалактическом.

— Сейчас говорите вполне сносно. Хотя этот акцент…

— Благодарю за похвалу, — без тени улыбки сказал Траун. — Но иногда помощь мичмана всё ещё необходима. Особенно в некоторых нюансах жизни Империи и флота.

— Что ж, прошу, — Виктор жестом указал на глубокие кресла вокруг стола.

Илай, устраиваясь, непроизвольно провёл пальцами по подлокотнику. Натуральное дерево. На кораблях такая роскошь встречается редко. Впрочем, кто месяцами, а то и годами не сходит на планеты, тот обустраивает дом там, где может.

— Вергилио, — продолжил Виктор, — это те самые перспективные офицеры, о которых ты рассказывал около года назад?

— Они самые.

— Помню этот курьёз, — прищурился Тарэн. — Экзот, получивший плашку лейтенанта прямо при поступлении в академию. Не подскажете, отчего такая честь?

— Решение ректора, — ровно ответил Траун. — С учётом моего прежнего командного опыта.

— На вашей родине? Доминации Чиссов, полагаю? — кивнул Виктор. — Слышал. У графа Дуку одна из ближайших сподвижниц была оттуда — знали?

— Нет, не слышал — проявил живой интерес Траун.

— Об этом не распространяются, но генерал Сев'ранс Танн была верной сторонницей графа и принесла Конфедерации немало побед. Погибла на Кранте. Родом, если память не мне не изменяет, с Ксиллы.

Траун едва заметно напрягся — микродвижение, спина стало чуть ровней. Мичман это уловил только потому что уже слишком долго был рядом с инородцем.

— Забавно, — сказал лейтенант. — Я полагал, Империя ничего не знает о Доминации.

— Бросьте, — усмехнулся Виктор, принимая у дроида бокал и предлагая гостям. — Ваше государство существует сколько? Двадцать пять тысяч лет? Колониальные корабли отправилась на Ксилу еще когда республика не сложилась. Может контактов и нет — но изгнанники попадаются. К слову, — он кивнул на поднос, который поднес дроид — угощайтесь.

Илай было отказался, но, встретив выжидательный взгляд Тарэна, взял низкий стакан с двуслойным коктейлем — мутно-жёлтая основа и тонкая красная корона сверху.

— Не переживайте, — мягко продолжил Виктор. — Ничего такого, что могло бы повредить Доминации, я не знаю. Иначе меня здесь не было бы.

— В каком смысле? — прищурился Траун.

— В прямом, — улыбнулся Тарэн. — Меня бы убили. Я знал Танн подростком, она дала мне несколько уроков тактики, и рассказала пару историй о своей родине — вот и все. – Он отхлебнул из бокала, - так я и узнал что чиссы это человеческий подвид, только, – он пощёлкал пальцами подбирая слова. – Натурализованный. Кстати именно потому я нашел забавным тот факт что вас приняли за нечеловека.

И в этот момент Илай понял что коммандер не намного старше самого мичмана, бородка и усы придавали ему лишний десяток лет, но если в войну клонов он застал в детском возрасте, то сейчас ему не больше двадцати пяти или семи.

— Могу поинтересоваться, как же вы познакомились?

— Можете, — ответил Виктор но тему развивать не стал.

— Коммандер Тарэн — из древнего дома планеты Сирено, — с ухмылкой пояснил Вергилио. — его благородие Барон Тарэн.

— «Древнего» — неправильная формулировка, — уточнил Виктор с лёгкой усмешкой. — Будь мы древними, носили бы графские титулы. Пару тысяч лет назад мой предок сколотил состояние и купил баронство. Вот и всё.

— И как же вы попали во флот? Если не ошибаюсь, Сирено был столицей Конфедерации?

— Абсолютно верно, лейтенант, — ответил Тарэн уже жёстче. — И в конце войны Сирено… примирили. — нервно потирает пальцами друг о друга. — Лорд Вейдер лично обеспечил лояльность новых глав великих домов.

Вергилио мгновенно увел разговор в сторону — к перестановкам в Седьмом секторальном флоте, к назревающим спорам между адмиралами. Траун слушал и отмечал интересные детали, Илай же старательно пытался понять контекст. Сам же пытался сложить в голове портрет их приветливого хозяина: безумец-пироман, образцовый командир, ставленник «верхов» или богатый барон, купивший эполеты и сосланный за никчёмность на край обжитого сектора? Однозначного ответа не выходило. Одно было ясно: капитан Вергилио ему доверял — а такая рекомендация кое чего стоила.

— Кстати, любопытный курьез, — словно щёлкнул пальцами Виктор и перевёл внимание обратно на младших гостей. — Лейтенант Траун, вам понравится. Вчера из Неизведанных регионов вывалился разведкорабль, с делегацией. Я сперва решил — ваши, Доминация наконец-то вспомнила про дипломатию. Ан нет. Совершенно незнакомые виды. Пять рас на одном борту. Из разных государств прошу заметить, объединённых в какой-то союз.

Траун вскинулся и едва заметно подался вперёд:

— Коммандер, вы могли бы описать их?

— Зачем описывать, — Виктор махнул дроиду. — Могу показать.

Вспыхнули голлопроекторы. В воздухе выросли фигуры в полный рост: несколько гуманоидов, одна хрупкая затянутая в обтягивающий скафандр, вторая с забавным гребнем н голове, третья большая ящероподобная фигура с огромным горбом — чем-то напоминающий трандошанина, но крупнее; следующей выросла фигура амфибии пучеглазая, чем-то похожая на представителей расы Иши с планеты Тибрин.

— Они прислали приличный пакет о своей культуре, — невесело заметил Виктор. — Но картой гипер-маршрутов не поделились. Но судя по тому, как двигался их корабль, карты у них и нет — ходят практически на досветовой.

— Коммандер, — тихо сказал Траун, не отрывая взгляда от голограмм, — с высокой степенью уверенности могу сказать: в Неизведанных регионах таких рас нет.

В комнате на секунду стало очень тихо. Только шуршал чем-то дроид. Виктор перевёл взгляд с голограмм на лейтенанта и почти незаметно улыбнулся уголком губ.

— Вот как, — произнёс он. — Расскажите же, на чем основана ваша уверенность...

***

Коридоры «Тёмного Феникса» давили совей тишиной. Корабль будто чуткий зверь реагировал на настроение своего хозяина и старался не попадать ему под горячую руку. Виктор шёл в свою каюту быстрым чеканным шагом и всё возвращался к словам Трауна: «В Неизведанных регионах таких рас нет». И его позиция была достаточно обоснованной, достаточно для того чтобы раздуть искру подозрений в полноценный костер.

Он и сам цеплялся за нестыковки. По данным, что прислал Шепард, одни только азари вышли в космос не меньше двух тысяч лет назад — скорее больше. Подробностей исследования звезд расами Цитадели им дали мало, подозрительно мало, но этого достаточно чтобы сделать определенные выводы.

Столько несхожих видов не «вылупляются» пачкой в соседних системах. Даже если допустить, что все они — из одного сектора (чистый бред, но пусть), за две тысячи лет развития и космической экспансии молодые и голодные расы бы непременно ткнулись хотя бы в Доминацию Чиссов. А если бы Доминация сними сталкивалась — следы контакта просочились бы и в Империю. Чиссы в свою очередь не всегда жили в изоляции, да и рисковые торговцы, что уходят в тёмный космос за звоном кредитки, время от времени приносят крупицы сведений. В крайнем случае о подобных случаях знал бы Траун, который поразительно много знал о жителях неизведанного космоса.

Вывод складывался сам: если «Нормандия» и её разношёрстный экипаж — не из Неизведанных регионов, то они действительно пришли издалека. Вопрос только насколько.

У себя Виктор запер дверь, пересёк кабинет и нырнул в узкий «глухой» уголок за шкафом — к квантовому передатчику, привязанному к одному единственному шифроканалу. Он постоял в темноте, дал сердцу немного успокоиться, сжал кулак пытаясь унять тремор. Стоит ли тревожить покровителя? Стоит. Если речь идет о другой галактике, тем более если это не исследованный «огненный кулак», то ставки возрастают в разы и его мелкая игра с командой наемников уже ничего не значит.

Он опустился на одно колено и нажал кнопку вызова. Минуты тянулись тугими нитями, а Виктор даже не смел поднять головы. Наконец в воздухе вспыхнула темно синяя голограмма.

— Говори.

— Лорд Вейдер, у меня срочные новости…

Глава 2. Часть 1

На пышущую предвкушением скорого ремонта «Нормандию» наконец-то вступило пополнение. Восемь, блестящих доспехами, богатырей во главе с таким же сверкающим сержантом; огромный, страшный как смерть офицер в сером мундире и с металлической блямбой какого-то имплантата на правом виске; и немного дёрганый юноша в типичном комбинезоне техника, впереди которого катилось какое-то ведро.

— Лейтенант Каэл Ригор, Имперская служба безопасности, — отсолютовал офицер, не выдавая никаких эмоций: — Приписан к вам в качестве консультанта в рамках вашей миссии.

— Коммандер Шепард, — не стал протягивать руку Джон. — Коммандер Виктор обозначил, что вашей задачей будет улаживание возможных недопониманий между нами и местными властями.

— Это тоже часть моих обязанностей, — холодно улыбнулся лейтенант, показывая стройный ряд жемчужно-белых зубов. — Сержант! — гаркнул он в сторону, и тут же к офицерам подошёл штурмовик с точно такой же бронёй, как и у других.

— Взвод «Альфа-три-восемь», сержант CT-2169. Отделение к выполнению боевой задачи готово!

Шепард от такого приветствия немного опешил.

— А имя у тебя, сержант, имеется? — спросил Шепард.

— Личный номер CT-0129/2169.

— Я это услышал в первый раз, а имя-то у тебя есть? — и, не дожидаясь ответа, обернулся к лейтенанту за объяснениями. Тот, впрочем, заниматься ничем подобным не собирался.

— Техник второго класса Аден Прау, — не оборачиваясь, здоровяк представил другого спутника, что неуверенно мялся чуть позади.

— К в-выполнению задачи г-готов, м-м… к-коммандер? — заика искоса покосился на безопасника, но тот только уголком губ дёрнул, не отрывая взгляд от командира «Нормандии».

— Зовите меня Шепард, — сказал Джон. — Я не в вашей системе званий, поэтому считаю такое обращение уместным.

— А? Д-да, х-хорошо, Ш-шепард! А это… — он постучал по катящемуся впереди него ведру, оказавшемуся роботом, — ас-с-стродройд R4-K3. Можете з-звать его Эр-Фо: он всё равно понимает только би-бинарный писк. - Дроид прожужжал что-то обиженное и открыл маленькую панельку с бегающими значками, на которой крупно вспыхнуло: «R4-K3 приветствует командира корабля». И следом помельче: «Прошу не пинать меня ногами, у меня есть шокер и лазерный резак».

— Какое вежливое ведро, — хмыкнул Гарус, тоже вышедший встречать гостей вместе с доброй половиной экипажа: пополнение интриговало всех.

— Эм… — юноша снова покосился на безмятежного офицера ИСБ. — У него м-матрица личности немного с-сбойная, но работает прек-к-красно, только иногда… вот такое в-выдаёт…

К концу фразы он окончательно сдулся, хотя Ригор в его сторону даже не повернулся.

«Жёстко у них контрразведка работает, раз так парнишку успели запугать», — подумал Джон.

— Миранда, проведи пополнение в каюты, — сказал он, перехватывая на себе внимание толпы. — Келли составит им расписание ориентации по кораблю. После посадки на планету соберёмся в БИЦ и обсудим предстоящую миссию. Время и детализацию пришлю отдельно.

— Принято, коммандер, — кивнула Лоусон. Она скользнула взглядом по лейтенанту ИСБ, оценивая человека. Лысый; лицо обезображено рваным шрамом, который тянется от правого виска до подбородка; форма идеально выглаженная, имплант блестит хромом; сапоги начищены до блеска; глаза — как у серийного убийцы в ломке. — Лейтенант, прошу вас и ваших людей следовать за мной. Соблюдайте разметку трапов, не выходите на технические мостики и не прикасайтесь к оборудованию без разрешения. Оружие требуется сдать нашему оружейнику…

— Исключено, — холодно бросил Ригор.

— Это общее правило для экипажа «Нормандии», — ответил Шепард, встретив его взгляд без всякой вежливой улыбки. — Оружие хранится в спецхране, взрывчатка — в криосоставе во избежание случайной детонации. Стрельба на борту — исключительно по приказу командира корабля или в случае непосредственной угрозы жизни экипажа. Это мой корабль, лейтенант, — надавил он голосом.

ИСБшник не отреагировал. Он долго смотрел в глаза Шепарда, а потом сказал:

— Зафиксировал. Сержант, довести до личного состава.

— Есть! — коротко отозвался CT-2169.

R4-K3 возмущённо пискнул, высветив: «"Не прикасаться к оборудованию" не соотносится с миссией этого астродроида».

— Соотносится, — прочитав, сказала Миранда. — Я не позволю неизвестной технике подключаться к нашему оборудованию без контроля.

— Он п-понял, — торопливо вклинился Аден Прау, будто прикрывая своего «друга». — Эр-Фо иногда… проя-а-вляет инициативу.

— У нас инициативу проявляют после приказа, — отрезала Лоусон. — Прошу за мной.

Штурмовики развернулись синхронно, словно одна машина. Сапоги чётко выбивали ритм; тихо шурша колёсиками, катился следом астродройд, подвывая на бинарном о тягостной дроидской судьбе; техник семенил справа от него, озираясь так, словно каждая заклёпка в обшивке могла неожиданно спросить с него отчёт. Таким образом вся честная компания имперцев, возглавляемая Мирандой, покинула ангар.

— Они будут драться? — спросил Грюнт, гипнотизируя взглядом закрывшуюся переборку.

— Будут, — тихо сказал Джон. — Но сначала — посмотрим, какие они в рутинной службе.

— Скука, — резюмировал кроган. — Разумный лучше всего проявляет себя в бою. Я бы посмотрел на этого лейтенанта в деле.

— И до этого дело дойдёт. Тарэн сказал, что на ремонт мы встанем дня на два, думаю, на их базе есть полигон для боевого слаживания.

— О-о-о, — предвкушающее потёрли руки Грюнт и Джейкоб; Гарус тоже дёрнул головой в одобрительном жесте.

— Коммандер, — по внутренней связи раздался голос Джокера, — нам прислали время посадки. Нам пять часов ещё висеть в пустоте.

— Не понял, — искренне удивился Шепард. — Виктор сказал нам садиться сразу после загрузки пополнения.

— Ну, видимо, у местного начальства своё видение.

— Вот и повод задействовать нашего нового пассажира, — усмехнулся турианец, — проверить в рутине.

Джон выдохнул и двинулся к лифту. Не успел он дойти до узла связи, как его перехватила:

— Коммандер, я составила ознакомительную брошюру для пополнения, прошу согласовать для отправки и… — она замялась. — Мне стоит провести с ними вводный по этике на борту?

Шепард нашёл подобный вопрос забавным, особенно с учётом того, кто его задавал — психолог ультраправой организации. Вдвойне забавным делало этот вопрос то, что большая часть экипажа «Нормандии» дома так или иначе признаны преступниками или нежелательными элементами: киллер-дрел, вигилант-турианец, сумасшедший учёный-саларианец, работавший на главном пиратском притоне галактики, человек — организатор одной из крупнейших ОПГ, стыдливо именующейся ЧОПом, и профессиональная воровка. Несколько геномодов, нарушающих законы Цитадели, одним своим существованием на этом фоне смотрелись блекло, ровно как и остальной экипаж — члены террористической организации. Кварианка с гетом в этом параде неблагонадёжности тем более терялись.

— Пока терпит. Нам придётся какое-то время побыть на планете.

— Это хорошо, — кивнула психолог. — Экипаж уже начал нервничать, так что отдых на земле пойдёт всем на пользу. Там же подходящая нам атмосфера?

— Да, подходящая. Что касается вводных бесед, то даже не начинайте, Чамберс: мы не знаем, какие здесь царят порядки. И, несмотря на то что это наш корабль, лезть в чужой монастырь со своим кодексом мы не будем. Я ясно выражаюсь? — он строго посмотрел на психолога.

— Я поняла, — она немного потупилась, а Шепард продолжил: — Также приглядывайте за Джек: она явно попробует надкусить новичков. Да и лейтенант этот тоже может её спровоцировать.

— Я поняла, коммандер. Разрешите идти? — немного обиженно секретарь имитировала воинское приветствие, что раздражило Шепарда ещё больше.

— Идите.

БИЦ встретил его привычными звуками: аналитики наконец-то получили привычную работу, разбирая, систематизируя и осмысливая оперативные данные, полученные с «Феникса». На центральном голографическом столе крутилась проекция Раго: серо-зелёный шар с сетью редких огней — совершенно не обжитый мир. Он поставил обе ладони на край стола, уткнулся взглядом в отметки.

— Коммандер, — в БИЦ появилась Миранда. За ней шёл Ригор; освещённый оранжеватым цветом голограмм, он казался ещё угрожающее. — Новоприбывшие размещены. Судовой распорядок донесён. Внести их вахтовые списки?

Шепард посмотрел на ИСБшника:

— Что скажете, лейтенант?

— Бойцы в полном вашем распоряжении. Скажите «драить палубу» — будут драить палубу, — безэмоционально ответил он.

— Хорошо… — какое-то время просверлив Ригора взглядом, Шепард продолжил: — Начальство Раго отказало нам в срочной посадке, аргументировали это тем, что… — Джон сверился с пересланным Джокером сообщением, — что их док не предназначен для кораблей нестандартной модификации и им требуется время…

— Врут, — перебил его лейтенант. — Там стандартная посадочная площадка и модульная верфь для работы в атмосфере. Коммандер Тарэн инициировал проверку командира гарнизона офицерами ИСБ; такие проверки проводятся офицерами из других секторов. Полагаю, он решил, что я — тот самый офицер, и теперь тянет время, чтобы подчистить хвосты. К сожалению, я ничего сделать в этой ситуации не могу: отговорка, хоть и формальная, но даёт обоснование в отказе на посадку на базе.

Как заметил Джон, лейтенант коммандера «Феникса» возможно не жаловал; он это никак не показал, но вот интонация, когда речь коснулась его недавнего собеседника, чуть-чуть, но изменилась, что это значило осталось только гадать.

— А если не на базе? Моим людям не помешает потоптать почву, пока мы опять не ушли в долгий рейс. Да и раз у нас появилось время, нам не помешало бы боевое слаживание с вашей группой.

Лейтенант задумался, посмотрел на парящую голограмму и взглядом попросил разрешения. Джон кивнул. Раскрутив шар планеты, Каэл ткнул пальцем точку на импровизированном глобусе.

— Вот здесь небольшое плоскогорье. Штурмовики и космопехота проводят там учения во время плановых ротаций. Ваш корабль легко там сядет: горы, болота, леса; есть даже небольшой полигон, имитирующий городскую застройку. К вотчине полковника эта территория не относится, так что можем пользоваться относительно свободно.

— Относительно?

— Претензию нам предъявить попытаются, — он осклабился, — но ими же и утрутся.

— Хорошо, — Шепард не понял подобной реакции лейтенанта, но заметку сделал; если лысый — типичный властолюбец, то, возможно, Виктор его им сунул в надежде, что они его где-нибудь потеряют. — Джокер, отправь диспетчеру, что мы садимся в квадрате Z96. Координаты отправляю, точное место определи сам.

— Ищем что-то конкретное?

— Полянку для пикничка, — усмехнулся Джон, — чтобы и костерок разбить, и по банкам пострелять. — Сказав это, он с небольшим вызовом посмотрел на лейтенанта: — Вы как, лейтенант Ригор, участвуете в подобных развлечениях?

— С превеликим удовольствием, — Шепард первый раз видел на лице человека типично кроганскую улыбку.

***

Шепард смотрел на безвольно лежащую тушу крогана и решал крайне сложную задачу: является ли эта туша достойным укрытием или безопаснее остаться за широким стволом многовекового дерева.

— Контакт! — крикнул Джейкоб в канал связи.

Это была их третья тренировочная схватка: имперские штурмовики против десанта «Нормандии». Как оказалось, штурмовому корпусу в общем не полагается усиление бронетехникой, и они более привычны к работе в пехотном строю, так что предварительная подготовка команды была признана одноуровневой.

После того как Шепард и присные почти в сухую раскатали штурмовиков с помощью бластеров, переданных им с «Феникса», на «городском» полигоне, Джон было решил, что и не так уж они и круты. Но, перейдя в болота и лишившись виртуозной снайперской поддержки, уже экипаж «Нормандии» начал огребать на орехи. Только Мордин, стряхивая пыль со всех стереотипов о «земноводных жабах», показал класс, превратив позорное поражение в доблестное. И сейчас, во время третьей схватки в лесистой местности, ситуация тоже складывалась не в пользу «Нормандии».

Бластерный огонь, переведённый в оглушающий режим, был для выходцев из другой галактики непривычным; пуля, выпущенная из масс-драйвера, имела совершенно другую баллистику, поэтому десанту сейчас приходилось заново учиться стрелять. Опять же, лишённые возможности вести снайперскую стрельбу, Гарус и Легион перешли на более близкую дистанцию, где штурмовики их превосходили за счёт большего опыта обращения с оружием.

Бой вели в формате «десять на десять»; со стороны имперцев парадом командывал, как это неудивительно, лейтенант Ригор — и делал это на удивление хорошо для безопасника. Их команда уже лишилась крогана и дрела, при этом не забрав ни единого штурмовика. Нет, конечно, они с Самарой могли вдарить биотикой, но Шепард приказал пока придержать подобный козырь, если новоиспечённые друзья окажутся не очень благопорядочными.

— Шепард, Самара выбыла, отступаю к третьей позиции! — снова голос Джейкоба.

— Грюнт тоже выбыл. Перегруппировываемся. Все на точку три!

В этот раз они разделились на пять двоек; три двойки распределились по территории в секретах, а Миранда, Гарус, Легион, Мордин должны были оборудовать позиции на приснопамятной третьей точке.

Они практиковались в разновидности «захвата флага», вот только цель была не захватить цель, а зачистить укреплённую позицию. В этот раз «Нормандия» была в роли обороняющихся.

— Есть / Понял, — послышалось в канале нестройно, но он не услышал еще одного голоса.

— Заид, приём! Заид! — но в ответ тишина. — Проклятье, Массани выбыл!

Шепард высунул ствол бластера из-за ствола и пустил несколько болтов в кусты, где мелькнула белая кромка, и змейкой припустил на заранее подготовленную позицию. Джейкоб в начале ржал над идеально белой бронёй, но вот только современная война предполагает использование всевозможных средств обнаружения, а композит штурмовиков был покрыт каким-то слоем, который размывал силуэт на картинке их визоров, и приходилось стрелять куда придётся. Можно было, конечно, снять шлем, но Грюнту прилетело как раз в незащищённую голову.

Шепарда что-то толкнуло в плечо, и он, закрутившись юлой, пропахал борозду в земле. Но от попадания он не отрубился: то ли броня погасила часть заряда, то ли напичканная имплантами тушка не подвела. Перекатившись на пузо, он развернулся и стал поливать огнём предполагаемое местоположение противника. Оттуда ответили, и Шепард припал к земле, как к родной матери, которая никогда не удостаивалась таких проявлений сыновьих чувств.

— Шэп! Пятёрка у нас! Ты где? — взволнованный голос турианца.

Пятёрка? У Шепарда не складывалась математика. Как он и полагал, их попытались взять в клещи. Джейкоб ещё не успел дойти до позиции — значит, его противники пока только наступают ему на пятки; Самару выбили быстро. А значит…

— Джейкоб, у тебя трое?

— Все четверо, кэп! — шипит он в ответ. — Зажали!

«Какого дьявола?..»

— Коммандер, вы мой пленник, — раздался со спины голос Ригора.

Шепард медленно обернулся и увидел стоящего в паре метров от него лыбящегося здоровяка в оливковой кирасе, тёмных очках и всё в той же фуражке.

— Я же видел штурмовика…

Лейтенант ухмыльнулся и, отпустив бластер, что-то нажал на зажатом во второй руке пульте. К ним подлетел «шлем» штурмовика. Шепард откинул забрало и ошарашенно перевёл взгляд с летающей головы на лейтенанта.

— Дроид-искатель, он же «Марксман-N», — Ригор снял «шлем» с дроида, который оказался летающим шаром размером с ту самую голову.

— Он и стрелять может?

— Может, — лейтенант подал руку Шепарду, и тот без лишних экивоков её принял. — Их сейчас снова начали массово выпускать. В помощь гарнизонам в комендантские часы и для полицейской службы.

— Ты, значит, один на нас вышел? Силен. Ты как крогана умудрился завалить? Они ребята тяжело убиваемые, а парализатор Грюнту должен быть как… — он замялся с подходящей ассоциацией, — как водичка в морду. Неприятно, да и только.

— Повезло, видимо, — пожал плечами оттаявший лейтенант. — Я вообще вас двоих, когда засекли, хотел на себя оттянуть, пока остальные точку штурмуют, но получилось как получилось.

— Удача — признак мастерства, — усмехнулся Джон, вдыхая до безумия вкусный аромат инопланетного леса. В наушнике матерился Гарус, но по условиям схватки обозначить себя Шепард никак не мог.

Пока они сходили за кроганом, пока привели его в чувство, схватка была окончена. Четырёх противников обороняющиеся всё-таки приласкали оглушающими, но результат был, мягко говоря, неутешительный.

— Нужно организовать учебные стрельбы, — почесал лысину подобревший лейтенант. — Правда, тибану мы выбить для этих целей не сможем. Газ здесь строго нормируется, особенно на наёмников.

Шепард махнул рукой:

— Успеется. Я, насколько понял, нас на преступный элемент натравят? Как у них с бронёй?

— А никак. Что сопрут — то и носят, чаще вообще без ничего бегают.

— Тогда на вылазку идём с нашим снаряжением. Со стрельбами разберёмся потом.

Ригор кивнул, принимая, но тут неожиданно высказался Грюнт:

— Нужен реванш!

— Нужен, — тут же согласился Шепард. — Но сначала нужно пожрать. А потом разобьёмся на смешанные группы. Сержант?

— Так точно, Шепард, — именно сержант отдал свой шлем ИСБшнику, и сейчас команда «Нормандии» могла наблюдать лицо заслуженного ветерана. Джон оценивал его возраст в районе шестидесяти. Кожа обветренная, с пигментными пятнами; волосы полностью седые. Шепард был в полном шоке, что человек столь почтенного возраста мало того что не вышел на заслуженный отдых, так ещё и тянет лямку не на какой-нибудь кабинетной работе, а в штурмовых частях.

«Нужно будет уточнить этот момент у Ригора. Может, у них тут рекрутская повинность… солдат раз и навсегда?»

В столовую направились двумя колоннами. И расселись тоже своими группами. Шепард только выхватил Миранду и Каэла, усадив за отдельный стол. К ним, ничтоже не сумняшеся, подсела психолог Келли.

— Ну что, лейтенант, как оцениваете прошедшие учения?

— Не моя специальность, Шепард. Но ваша подготовка хороша. Для нашей цели — так уж точно.

Шепард было хотел задать заинтриговавший его вопрос про ветерана-штурмовика, как он перехватил остекленевший взгляд Миранды. Пробежав глазами по помещению, он понял, что вся столовая тупо пялится на штурмовиков. Переведя на них взгляд, Шепард тоже обомлел. Во-первых, «ветераном» был не только сержант: все солдаты, снявшие шлемы, оказались заслуженными старцами; а во-вторых, они были на одно лицо. Досконально одинаковые.

— Они клоны? — неверяще спросила Миранда.

— Ага, — лейтенант, пренебрегая этикетом, набросился на пайку. — А хорошо у вас кормят. У нас даже офицерские пайки не отличаются разнообразием.

— И много у вас их?

— Пайков? — не понял лейтенант. — Да пара видов офицерских, да стандартная паста — для рядового состава. У нас на выдаче синтезаторы стоят: те, у кого мозгов хватает, вкус настраивают, но по сути это всё равно белковая паста с витаминами.

— Думаю, Миранда спрашивала всё-таки про клонов.

— А? — лейтенант обернулся на жадно вкушающих пайку штурмовиков, не обращающих внимания на непонимающие взгляды. — Да почитай две трети штурмового корпуса.

— И долго они служат? — подозрительно уточнил Шепард.

— Так всю жизнь, — пожал плечами Ригор. — Эти — из первых партий, ветераны Войн клонов. Ещё лет пять-десять прослужат, но их уже пора в центры подготовки переводить — молодняк из людей натаскивать. Но коммандер Тарэн за них бьётся из последних сил. На ИЗР ведь как? Целый полк штурмовиков по штату положен, а у него только батальон; остальные — космопехота из армейских.

— Стоп! Погоди, лейтенант. Так этот номер, который мне их серж назвал, — это не личный номер военнослужащего?

— И он в том числе. Первые две буквы — это код специальности, дальше — производственная серия и номер в партии. Если в штурмовики попадает доброволец, то код формируется так же: специальность, номер учебной части и личный номер.

— А почему именно клоны? Почему не роботы — или, как вы их называете, дроиды? У вас распространён пацифизм среди населения или какие-то предубеждения к военной службе? — заинтересовалась Чамберс.

Лейтенант посмотрел на психолога как на обнаруженного в каше таракана.

— Что-то вроде. — Он чуть сморщился. — Около тысячи лет назад Галактическая Республика начала сокращать армию. В итоге к началу гражданской войны десять лет назад армии у Сената вообще не было как таковой: где надо — обходились наёмниками. А потом накатило восстание сепаратизма, и их армия как раз состояла из дроидов. Это — к вопросу, почему наши войска не состоят из них.- словно поставив точку Ригор вернулся к еде.

Повисла короткая пауза. Шепард стиснул стакан и перевёл взгляд на сержанта. Тот ел по-армейски быстро, словно время было ограничего, чувствовалась привычка, так как клоны еще и успевали переговариваться.

— Значит, всю жизнь, — тихо сказал Джон. — Понятно.

— Нас создали ради служения, — произнёс CT-2169, всё-таки услышав разговор. Он встал, подошёл к «офицерскому» столу и обратился к лейтенанту: — Господин лейтенант, разрешите обратиться к командиру корабля?

ИСБшник отмахнулся от клона, и тот принял этот жест как одобряющий.

— Мы были созданы для защиты Республики, это наше назначение и долг — так нас учили. Республика стала Империей, но для братьев ничего не изменилось. Мы служим, мы защищаем, и жизнь наша не хуже прочих.

— А имя-то у тебя есть, сержант? — Шепард пока не понял, как относиться к клонам: с одной стороны — фактическое рабство без права выбора, промытые мозги взамен свободы воли, с другой — они не тяготятся своим положением... наверное.

Клон опасливо покосился на безопасника; тот был крайне увлечён содержимым своей тарелки и делал вид, что его совершенно не интересует разговор.

— Братья зовут меня Чимбик, — он посмотрел Шепарду в глаза. — Моих братьев зовут Блиц, Серп, Квар, Кирпич, Вектор, Дук и Штопор.

— Собачьи клички, — презрительно прошептала Миранда.

— А восьмой? — ни клон, ни Шепард не отреагировали на это высказывание.

Клон улыбнулся:

— Номер. Он категорически не приемлет «собачьи клички».

— Спасибо за объяснение, сержант. Возвращайтесь к приёму пищи.

Штурмовик ударил кулаком в грудь и, крутанувшись на пятках, вернулся к своему столу.

Шепард же перехватил взгляд внимательных глаз «молчи-молчи». Он никак не мог определиться с отношением к этому персонажу: с одной стороны — душегуб душегубом, вот только вряд ли им отправили именно такого; ужасающая внешность оттягивала внимание от пытливого ума, заставляя воспринимать лейтенанта бездушным монстром. При этом Ригор менял лица как перчатки: вот он — бездушная машина, вот — берсерк, вот — душа компании; и это всего за несколько часов их знакомства.

— Кэп, — в ухе раздался голос Джокера, — на базе всё-таки проснулись. Нам дали добро на посадку в ремонтный док. Просят старшего офицера с сопровождением явиться к коменданту. Красиво говорит, однако.

— Красиво — это хорошо, — сухо сказал Шепард. — Готовность на взлёт — пятнадцать минут.

— Понял, кэп.

Шепард поднялся из-за стола и обратился к присутствующим с командой ускориться и пройти в каюты и на посты, быть готовыми к перегрузкам.

Штурмовики ушли первыми, не отставая, поднялся Ригор.

— Лейтенант, — окликнул его Шепард. — А какое прозвище у вас?

— А с чего вы решили, Шепард, что оно у меня есть? — прищурился безопасник.

— Интуиция. А ещё в обществе, где бойцы привыкли давать себе имена, их офицер не может избежать такой же печати, — он кивнул на закрывшиеся двери, куда только что вышли клоны. — Так всё-таки?

Лейтенант несколько секунд побуравил Шепарда взглядом, а после осклабился и произнёс:

— Струна, - и резко развернувшись покинул столовую.

Шепард какое-то время смотрел ему вслед

- Струна, значит. Ну-ну. Посмотрим насколько ты ему соответствуешь.

Глава 2. Часть 2.

— Итак, наша цель, — совещание в БИЦ вёл лейтенант «Струна». «Нормандия» сверкала новеньким корпусом и огромным хулахупом на своей талии и была готова доказывать вселенной, что её рано списывать со счётов. — Планета Римахор V — единственная урбанизированная планета в этом секторе. Хотя, так сказать можно только с большой натяжкой. Город на планете всего один, и в нём сконцентрировано 80% населения, около ста миллионов. Планета аграрная, большая часть суши отдана под сельскохозяйственные угодья. Местные крайне бережно относятся ко своим правам землевладельцев, и на своей земле они — закон.

— Местечковые лендлорды, — фыркнула Миранда, — и как они относятся к власти Империи?

— С пренебрежением, — ответил Ригор. — Местный губернатор долго запрашивал дополнительные силы, но потом запросы прекратились. Отчитался перед гранд-моффом, что справился имеющимися силами. Сейчас на планете расквартирован корпус имперской армии.

— Символически.

— Что? — не понял безопасник.

— Присутствие символическое, — пояснил Шепард. — Тридцать тысяч на планете с населением свыше ста миллионов — это даже не смешно.

— Да, — Ригор кивнул и усмехнулся. — Особенно с учётом того, что на каждого жителя приходится десяток дроидов. Именно поэтому гранд-мофф не отдал приказ об увеличении присутствия. Планета не сильно значимая — поставщик биосырья и продовольствия в ближайшие сектора, но не больше. Воевать за неё с местными смысла нет. У нас есть подозрение, что губернатор Соларис закрыл глаза на определённую деятельность. В сверхсекторе увеличился оборот крутагу — это органическая разновидность спайса. Мы должны расследовать, не расположен ли его источник на Римахоре.

— Почему подозрение пало на эту планету?

— Сельскохозяйственный мир, слабое имперское присутствие, не слишком законопослушное население. Вернее, — дёрнул щекой лейтенант, — слишком вольно трактующее те или иные законы. Но Коммандер Тарэн заподозрил губернатора Солариса не просто так. Две недели назад на орбитальной станции «Калий-II» задержали грузовоз, досмотровая группа проверила груз, был заявлен — экстракт талкана, по факту в контейнерах было спрятано несколько канистр с крутагу. Контрабандист пытался прикрыться именем Солариса.

— Тогда почему на планету летим мы, а не группа ваших коллег? — нахмурился Шепард.

— Потому что официальные показания не были зафиксированы, задержанный скончался прямо в карцере.

— Классика, — хмыкнул Заид.

— Загвоздка в том, что грузовоз направлялся на Римахор, то есть загружался не там. Возможно, покупатель сорвался, возможно, партия ушла не целиком, а может, перевозчик хотел обмануть нанимателя, а имя губернатора приплёл только чтобы потянуть время. Мы бы не дёрнулись с такими зацепками, но в плоскости орбиты Римахора висит незарегистрированный навигационный буй. Номер списан двадцать лет назад. Засекли абсолютно случайно — авария на патрульной «бритве» вынудила экипаж выйти в ближайшей населённой системе, они и засекли сигнал. Больше маяк не работал, из всех свидетельств — запись в логах патрульного корабля… — лейтенант поднял взгляд на бывшего СПЕКТРа. — …который погиб вместе со всем экипажем в очередной стычке с пиратами, даже чёрного ящика не осталось.

— Прелестно.

— Ну и на сладкое. За последние месяцы в сверхсекторе выросли случаи передоза по органическому крутагу, но вот есть нюанс: чтобы насмерть упороться этой дрянью, нужно выжрать её столько, что и сказать страшно. Во всех зарегистрированных случаях смертельных исходов — одна и та же «грязь» в примесях: паразитная фракция грибка с маркёром Myco-Δ4. Это штамм из старых республиканских коллекций, которые по бумаге должны быть уничтожены.

Тут оживился Мордин:

— Биооружие? Органика несёт «акцент» среды. Пыльца, споры, микроэлементы воды. По соотношению изотопов можно сузить регион. На Римахоре оно было применено?

— Нет, на Римахоре даже боевых действий никогда не было. А этот боевой вирус был «уничтожен» больше полутора тысяч лет назад. Возможно, повторюсь, только возможно, на Римахоре велись какие-то исследования силами корпораций, во всём сверхсекторе только эта населённая планета подходит под нужные для этого критерии.

— То есть у нас никаких доказательств, одни домыслы и догадки. Потенциально контакт с древним био-оружием.

— Типичный вторник, — поддакнул командиру Гаррус.

— И как вы предлагаете действовать, лейтенант? Завалиться с фанфарами во дворец вашего губернатора? Для тихой высадки наш корабль не подойдёт, с таким обвесом на талии «Нормандия» привлечёт внимание, стоит нам только войти в атмосферу.

— А вот об этом нам поведает техник Прау. Аден?

— О, д-да, к-конечно. Кома-андер, ваше ядро… В смысле, ядро в-вашего корабля, оно с-состоит из эр-ро. Это же в-вещество используется в генераторах гра-в-витационной тени, на ИЗР типа «Во-оспрещающий».

Он выжидающе уставился на Шепарда.

— И-и?

— Техник Прау. Экипаж «Нормандии» не знаком с нашей техникой.

— О! Да, к-кончено, п-прошу прощения. В общем, генератор гра-авитационной тени. Он создаёт граат-тационную аномалию, имитируя очень мас-ссивные объекты. В р-результате чего срабатывает автоматика гипердра-айва и… — Аден несколько несуразно взмахнул руками, — …и гиперпрыжок прер-рывается. Я вместе с Тали’Зора вас Р-Райей осмотрел ядро, и м-мы уверены, что сможем до-оработать, чтобы…

— Шепард, — перебила его Тали, — они предлагают повторить то, что мы провернули при аварийном выходе из прыжка, только в этом случае выбить из гипера должны другие корабли, которые будут проходить через систему, где мы зависнем.

Шепард несколько мгновений подумал и обратился к ИСБшнику:

— Кого будем брать на абордаж? И, самое главное, где?

— Вот здесь, — лейтенант Струна вывел голограмму сектора и подсветил одну из систем. — Прыгнуть в Римахор можно со многих систем, но только три из них располагаются достаточно далеко от основных гипермаршрутов, чтобы можно было доставить груз без сильной опаски напороться на патруль. Все их охватить мы не сможем, так что возьмём самую перспективную: через систему X20-5649 быстрее всего добраться до Римахора, если стартовать с этих векторов, — ещё несколько десятков систем были подсвечены. Встанем в засаде и будем надеяться на скорый улов.

— Тихая охота, — на лице Шепарда заиграли жвалы, — не слишком продуктивное занятие. Какие у нас варианты, и сколько времени будем висеть, если добыча не появится? И на что мы рассчитываем?

— В штабе сверхсектора, наверняка, есть человек моффа, а у Тарэна нет подходящих не засвеченных трофеев. Так что, если мы хотим пролезть на планету тихо, придётся ждать, а надеемся мы на не слишком законопослушного перевозчика. «Нормандия» слишком приметная, так что в порт лучше зайти на чем-нибудь попроще..

— Кто такой мофф? — задала вопрос Миранда, на что имперец поморщился.

— Официально должность планетарного и секторального администратора зовётся «мофф», но по факту закрепилась так, что те, кто управляет планетой, зовутся губернаторами, те, в чьём секторе ответственность — несколько планет или планеты особой значимости, — зовутся моффами. Де-юре они равны в иерархии, по факту же…

— Всё измеряется влиянием и глубиной карманов.

— Да, — согласился с Мирандой лейтенант, — во главе сверхсектора стоит гранд-мофф, он обладает всей полнотой гражданско-военной власти. Аналогично — моффам в своей зоне ответственности.

— И как, не бунтуют с карманными армиями за спиной? — уточнил Заид, что неплохо понимал человеческие пороки, а также знал истину, что чем дальше начальство, тем более о себе мнит подчинённый.

— Иногда, — по-птичьи повернул голову в его сторону Ригор. — И нам нужно убедиться, что Соларис попал в список этих «иногда».

Какое-то время на БИЦ накатилась тишина, которую прервал командир.

— Джокер, вставай на крыло, координаты, — он кивнул на голограмму, где до сих пор светилась золотом нужная система, — у тебя есть. Лейтенант, я хочу, чтобы вы передали всю информацию по этому моффу Соларису моим аналитикам, я не одобрю действия на планете, пока у меня на руках не будет всего расклада.

На такое заявление лейтенант усмехнулся, в его глазах читалось: «да куда ты денешься?». Но он всё же кивнул.

На этом первое совещание сводной команды было завершено.

***

Зависнув камнем в выбранной системе, космический хищник приготовился к прыжку, вот только добычи всё не было и не было. Инженеры под руководством имперского техника и с помощью каких-то суперсекретных чертежей, предоставленных Ригором, прилепили к «Танталу» чудо-устройство — выглядело это как продукт запретной связи дизельпанка с демоном бездны. По крайней мере так эту бандуру воспринимали Шепард и большая часть инженеров. Кварианка же была в восторге, Коммандер подозревал, что это взыграло чувство ностальгии. Хоть как-то на мигрирующем флоте должны были обходиться?

И вот этот продукт труда нескольких разных конструкторских мыслей превращал их корабль по массе в чёртову звезду, насмерть блокирующую все возможные гиперпрыжки. Правда, это было так только в теории, которую проверить они не могли, ибо у них не было второго гипердрайва, который можно было бы рискнуть пустить в свободный путь.

Сейчас команде оставалось только ждать, и, как бывает в любом коллективе, у которого нет срочных задач, люди (и не люди) начали придумывать себе развлечения. На «Нормандии» появилась новая мода под названием «доконай штурмовика»: каждый член экипажа считал своим долгом подойти к одному из бойцов и спросить о тяжести клонической жизни. Шепард препятствовать не стал и даже сам поучаствовал: бойцы были ценным источником информации, правда, этот источник был грамотно перекрыт имперской контрразведкой. То ли Ригор настропалил группу перед погрузкой на «Нормандию», то ли просто их настолько качественно подготавливают.

Более уверенные в себе личности, вроде Лоусон и Чамберс, попытались взять приступом лейтенанта, поочерёдно пытаясь заговорить, обольстить, а то и соблазнить офицера ИСБ. Тот держался стоически и, кажется, умудрился в себя влюбить психолога, по крайней мере та столько рассказала ему о корабле, экипаже и родной организации, что Шепард всерьёз подумывал о возможности выкинуть лысого верзилу в шлюз. Но ещё больше он думал о том, как подговорить Самару на ментальное изнасилование их гостя. Это, конечно, некрасиво по отношению к юстициару, но очень уж Коммандера раздражало отсутствие информации при наличии его источника. Именно по этой причине он поступил, как надлежит грамотному офицеру: выбрал самую слабую точку во вражеской обороне и ударил прямо в неё. Техник Аден Прау, несмотря на нервозность и дефекты дикции, оказался тем ещё болтуном. И Шепарду вместе с Тали легко удалось с рассказов о местной инженерии перевести разговор на более обыденные вещи, которые многое могут рассказать о жизни.

Где Аден пробовал самые вкусные стейки, где никогда не стоит покупать «настоящий» корелианский виски, почему он мечтает побывать на Корусанте, почему одни корпорации так не любят Империю, а другие не препятствовали национализации. Слова техника стелились ровным потоком и рисовали картину вполне нормального государства — не идеального мира, но и не антиутопии по Оруэллу, — пока Аден не рассказал про такую «прекрасную» планету, как Бракка.

— Подожди, — Шепард непроизвольно сжал кулак и наклонился ближе к технику, как будто бы собирался его ударить. — То есть в Империи разрешено рабство?

К этому моменту они сидели в небольшом закутке в инженерном отсеке, где дежурная группа могла перевести дух. Аден, почувствовав неладное, ощутимо занервничал.

— Н-ну, нет, но как бы д-да. В смысле… — техник, смущаясь и постоянно запинаясь, рассказал, что Империя декларирует неприемлемость использования рабского труда в просвещённом обществе и что эксплуатация разумного разумным неприемлема, но вот дело в том, что далеко не всех жителей галактики имперская власть признаёт разумными, да и есть разные культурные особенности.

— Это какие же? — Шепард сразу вспомнил четвероглазых уродов, у которых работорговля тоже была «важной культурной особенностью».

— Н-ну самый яркий п-пример — Рилот, о-они всю свою историю торгуют своим нас-селением. А-а твилечки… — техник изобразил руками нечто округлое и сильно покраснел, — в общем, республика за-апрещала, запрещала, да с-сделать не с-смогла. А так на торговлю имперская ком-миссия выдаёт специальную лицензию, и торговать за пределами обозначенных территорий нельзя, и ввозить на тот же Корусант рабов нельзя. Или в-вот х-хаты. Они тысячи лет Республике проблемы с-создавали: работорговля, н-наркотики, п-пиратство… а вот сейчас даже налоги платят, вот!

Аден сдулся и исподлобья посмотрел на красного от бешенства Шепарда; было видно, что технику стыдно за эту сторону своей родины, но сделать он тут ничего не мог и даже не станет пытаться.

— В-вы не под-думайте, это не частая практика, просто избавиться от неё не получается. Многие планеты живут только за счёт работорговли. Или вот клоны — они же тоже по сути своей рабы, но они стоят на довольствии и получают жалование, как обычные штурмовики.

Шепард встал и, чтобы не набить морду своему собеседнику, покинул тот отсек, хотя, судя по звукам, которые услышал Джон, прежде чем закрылась переборка, Адену всё равно предстоит быть битым.

— Эй, кэп. Чего такой смурной? — в лифте он встретил Джейкоба.

— Да вот, пог-говорил с нашим пас-сажиром, — с шипением выдал он.

— И чего?

— А того! Наши новые друзья, оказывается, не гнушаются работорговлей.

— Людьми? — напрягся церберовец.

— Не уточнял. Культурные, блядь, особенности у некоторых рас. Не признанными имперскими властями разумными.

— А-а-а, — протянул Джейкоб. — А чё ты паришься тогда?

Шепард резко обернулся к оружейнику.

— Поясни, — подозрительно спокойно произнёс он.

— Шепард, это же ксеносы. Я, насколько понял, в этой галактике люди — титульная раса, так какая нам разница, кто из этих чешуйчатых, пернатых и хрен ещё знает каких торгует своими соплеменниками. Главное, что они людей не кабалят и не жрут, а на остальное мне, уж прости, плевать с высокой колокольни.

Шепард уже и забыл, с кем имеет дело: его экипаж на восемьдесят процентов состоял из идейных сторонников идеи превосходства человечества над остальными; за всеми прошлыми перипетиями он как-то упустил этот факт из виду. Вернее, помнил, но не осознавал, насколько сильно его мировоззрение отличается от мировоззрения его экипажа.

Джон молча покинул лифт и направился за ответами. Выслушав претензию, лейтенант Ригор, прямо глядя Коммандеру в глаза, спросил:

— Что лучше — рабство или геноцид?

— Оба варианта — дрянь, не уходите от ответа, лейтенант!

— Вот именно, Шепард. Оба варианта — дрянь. Вот только когда восстаёт целая планета и не собирается сдаваться даже под прицелом эскадры звёздных разрушителей, у нас есть выбор: поработить целый народ и вывести самых активных трудиться на другие планеты под присмотром гарнизонов или залить планету плазменным огнём. Что бы ты выбрал, Шепард?

— Я бы выбрал не допускать восстания!

— Именно этим я и занимаюсь, — лейтенант встал и навис над разгорячённым Шепардом. — ИСБ выискивает крамолу, роет носом пыль в поисках коррупционных схем, ищет идиотов, которые ради собственных амбиций подрывают авторитет Империи. Ищет проклятых тварей, коих оттеснили от властной кормушки и что всеми путями ищут, как бы к ней вернуться. Но мы не всесильны и потому допускаем ошибки. Именно потому порабощён Джаабим и Кашиик, именно поэтому утонула в огне Тарибу, именно из-за наших ошибок пострадают ещё многие и многие миллионы разумных, Шепард. Из-за наших ошибок — из-за того, что не сможем или не успеем предотвратить, из-за того, что нас слишком мало, из-за того, что даже среди нас порой заводятся твари, которых приходится линчевать. Но усвойте одно, Шепард: галактика никогда не была радужным местом. Здесь всегда кто-то кого-то жрал, кто-то кого-то убивал. За идею, за территорию, за еду, за деньги, ради удовольствия. Целые планеты жили работорговлей, целые расы построили своё могущество на страданиях других. И цель Империи — прийти и наступить таким уродам на горло. Прийти и бронированным сапогом раздавить их амбиции, которые могут утопить в крови планеты и сектора. Мы только вышли из спячки, Шепард: тысяча лет мира сделали Республику беззубой, но сейчас все те акулы, что сколотили состояние в эпоху безнаказанности, сидят по своим норам, боясь высунуть нос. И я не позволю какому-то выскочке, прилетевшему с дикого космоса, рассуждать, какие мы отвратительные варвары.

Шепард уже было собрался высказать, что он думает о подобных лозунгах, но их прервал голос СУЗИ по громкой связи:

— Внимание! Обнаружено три неопознанных корабля! Всему экипажу приготовиться к бою!

— Потом поговорим, — Шепард устремился в рубку.

Глава 2. Часть 3.

Три корабля метались по космосу, как оглушённые мухи, не понимая, почему, находясь достаточно далеко от звезды, они не могут прыгнуть в гипер. Шепард бы многое отдал, чтобы посмотреть на рожи экипажа, когда «Нормандия», подобравшись к ним на расстояние выстрела, рявкнула на всех каналах: «Лечь в дрейф и приготовиться к досмотру!»

Дальше всё, как обычно, пошло не по плану. Один из грузовозов резко стартанул в сторону, и Гаррус, сидевший в кресле артиллериста, не сомневаясь вдарил по беглецу из «Таникса». К шоку Ригора, струя расплавленного металла, разогнанная до релятивистской скорости, прорезала грузовоз насквозь.

Другой корабль пытался огрызнуться, но тут уже Джокер спустил последний, висящий под фюзеляжем, «Дротик», целивший в двигатели. Пилот промахнулся, и дезинтеграционная торпеда угодила ровно в выступающую рубку, перекорёживая вихрем тёмной материи металл и находящихся на корабле разумных.

— Мать вашу, — Шепард тихо и зло втянул воздух сквозь зубы.

— Да вы что ж творите, уроды! Нам эти говновозы целыми нужны! Целыми, ущербные, вы понимаете?! — лейтенант ИСБ показал себя с неожиданной стороны: за весь полёт от него не услышали ни единого нецензурного слова, а тут…

— Да как-то… неожиданно получилось, — Гаррус смущённо почесал когтем шрам на лице.

— Ну у нас есть третий! И он вроде не дёргается!

Третий грузовик действительно завис и не пытался маневрировать, а в эфире появились истеричные мольбы о пощаде.

— Клейся к нему, абордажной команде — минутная готовность, — Шепард вышел из рубки, сопровождаемый тихими матерками лейтенанта.

Состыковаться с грузовиком не получилось — не предназначена была «Нормандия» для подобных экзерсисов, так что Грюнту пришлось поработать «Гаврюшей», благо что хоть сколько-нибудь серьёзной бронёй на корабле не пахло.

Сопротивления абордажная группа не встретила: в грузовом отсеке, куда и «врезались» захватчики, их встретил молодой, лет двадцати, и хлипкий паренёк.

— Вы!!! Не имеете… — начало речи было донельзя экспрессивным, но парень заткнулся и побледнел, стоило ему увидеть морду крогана. — Только не убивайте! — резко сменил он тональность на визг. — Я работаю на Ку, я им плачу! Они за меня спросят! И за те два тоже спросят! Но если вы меня отпустите, я им скажу, что и не знаю ничего! Вышли корабли вместе со мной, да не вышли!

Шепард от подобного потока красноречия захотел несильно стукнуть паникёра, но не успел. В захваченный корабль со всей царственной грацией, присущей спецслужбистам, вошёл Ригор, нацепивший мундир прямо поверх гермокостюма и заменивший шлем на устрашающего вида маску. Увидев его, заморыш запричитал ещё визгливее.

— Не имеете права! Я подданный Империи! Вы! Вы Курта убили!

Шепард не выдержал и, подойдя к парню, наотмашь зарядил ему в ухо, от чего тот повалился на пол, продолжая причитать, как базарная бабка, у которой украли пирожок с прилавка.

— Коммандер, — осуждающе покачал головой лейтенант, который в подобном облачении был похож на пафосного космического пирата, а не на кадрового военного. — Право слово, если вам так неприятен этот молодой человек, то стоило его пристрелить сразу. Оказал сопротивление — бывает. А теперь поздно, придётся юношу судить.

Ригор опять сменил маску, на этот раз, видимо, примеряя роль доброго копа. Шепард и Вакариан частенько такое разыгрывали, а потому Шепард, легонько пнув скулящего заморыша по рёбрам, отошёл к стенке. Тали и Солус уже исчезли в недрах корабля, а кроган начал деловито вскрывать контейнеры.

— Н-не имеете права… — мальчишка почти плакал, и это при том, что Джон удары едва-едва обозначил.

— Име-е-ем, — протянул лейтенант, поглаживая один из пирамидоподобных контейнеров. — Империи нужен ваш корабль! И я уверен, вы, как порядочный подданный, не откажетесь оказать своей родине посильную помощь, — торжественно провозгласил он. — Кстати, а не покажете путевой лист? Что везёте?

— Д-да пошёл ты! Это частная собственность, — юноша поднялся на колени, но вставать не спешил.

— М-да? А куда это вы тремя кораблями личное имущество перевозили? Неужто ваша бабушка решила прикупить ферму на Римахоре? Помогаете перебираться?

— Именно! А вы, сволочи, её распылили по всей системе! Бедная моя бабушка, сволочи! — парень разнервничавшись даже не смог придумать другое ругательство. Джон к нему подошёл вплотную и поднял за шиворот, заставив трепыхаться в подвешенном состоянии. Сервоусилители тяжёлой брони позволили выкинуть подобный трюк.

— Как это печально, — лейтенант покачал головой. — Бедная бабушка Ку… — на этих словах пленник дёрнулся и затравленно покосился на ИСБшника. — Ну ничего, мы обязательно принесём цветочки на её похороны. — Лейтенант вытащил один из контейнеров и, приложив к цифровому замку небольшое устройство, открыл его. — О! А бабушка, видимо, была морфинистка! Или самогонщица? Вот лентяи — даже прятать не стали. Кстати… — он резко приблизился к пленнику. — А тебя как зовут, внучок?

— Свободный человек! — висящий на руке Шепарда человечек плюнул имперцу в прикрытое маской лицо; тот же, со вздохом вытерев плевок, душевно зарядил юнцу в печень.

— Вот, Шепард! Это в продолжение нашего разговора. Поглядите — человек свободный, обыкновенный. Грабит богатых, раздаёт бедному себе и не менее бедной бабушке. Образцовый пример борца за свободу.

— Душители свобод!!! Сатрапы!!! — Шепард брезгливо отбросил заголосившего в сторону, а тот, почувствовав свободу, только ещё больше заголосил: — Вы порабощаете народы! Грабите население! Рушите бизнес и торговлю!

— Вот! — Ригор назидательно поднял палец. — Чтобы ты понимал, Шепард: самый прибыльный бизнес в этом секторе галактики была добыча спайса, и злая Империя пришла и всё порушила.

— Вы грабите население! Невозможные поборы, а корпорации задирают цены на всё, так что честным людям приходится продавать им себя в рабство! — Шепард не понимал, с чего вдруг сопляк начал бросаться лозунгами, но он понимал, почему лейтенант решил ему подыграть. Такая прекрасная сцена! И такой ничтожный оппонент.

— О-о, корпорации… Ты бы знал, Шепард, что они творили: целые войны за передел рынка, военные блокады планет. Республика многое им позволяла, да. Но сейчас и они платят налоги: стоило только национализировать парочку самых наглых и расстрелять их владельцев — сразу стали ценить закон и порядок.

— Вы принуждаете вольных людей вам служить! Силой насаждаете свои законы! Но придёт время — и они восстанут! И вы, отожравшиеся банты, будете дрожать и ждать, когда за вами придут!

— Ты тут лучше политического из себя не строй, — Ригор сел на корточки перед юношей. — Контрабанда спайса — это не смертельно. Ну, посидишь лет… шестьдесят на Кесселе, на шахтах поработаешь. А вот мятеж… Тут недавно цистерну с тибанной попытались с Рагу умыкнуть… Может, это ты теракт планировал?

— Й-я?!

— Конечно. Ты же вольный человек, — Ригор сказал это даже как-то уважительно, и юноша заворожённо кивнул вслед, затем осознал и тщательно замотал головой, а лейтенант продолжил: — И Империю ненавидишь. Ненавидишь же?!

— Да! — выкрикнул он. — Вы! Вы-ы!

— Ну, я так и подумал, — лейтенант перевёл внимание на Шепарда. — Забавный факт: чем моложе мятежник, тем больше он пострадал от Империи. — Резким и плавным движением Ригор вытащил бластер и прижал его к подбородку юноши. — Кто такая Ку?!

— Стреляй, я всё равно не… ААААА!

Лейтенант выстрелил, на мгновение сместив бластер; выставленный на минимальную мощность заряд оставил на лице юноши страшный ожог и полностью испарил ухо. Юнец кричал истошно, так что на звуки прибежала Тали, но Шепард взмахом руки её отослал.

— Не порть мясо, — Грюнт подошёл к скулящему пленнику и наклонился над ним, ощерившись клыкастой улыбкой. — Я не люблю горелое.

— О да, конечно, мой друг! — и тут же к пленнику: — Ну так что, расскажешь всё, что мне нужно? Или мой зубастый друг может начать тебя жрать? Грюнт, предлагаю начать с лодыжек.

Шепард смотрел на этот цирк с некой долей брезгливости: профессионалы так не работают. Он имел дело со спецами из разведки Альянса, и сейчас это была не работа дознавателя, а концерт для специального зрителя. Лейтенант глумился над сопляком, показывая Шепарду всю ничтожность подобной публики, но Джон не был восторженным юнцом и прекрасно понимал, что за громкими лозунгами чаще кроются жадность, властолюбие и подлость. И в глазах Шепарда никакая цель не могла служить оправданием для целого трюма отравы.

— Тьфу! — громко выразил своё отношение Ригор. — Наследники Куаны? Беску? Так ты ещё и пират? Коммандер, что будем с ним делать?

— А какие варианты? — лениво отозвался Джон.

— Сначала доставить на Ансион, потом суд, много-много допросов, а дальше — одна из тюрем или принудительный труд. Хотя… — лейтенант поднял бластер, — такую погань проще сразу пристрелить.

Шепард смотрел на лейтенанта, Ригор же смотрел в ответ, не снимая пальца со спускового крючка. Джон молчал, сохраняя каменное лицо. Каэл понимающе улыбался и пытался найти в глазах Шепарда хотя бы грамм сомнений. Пленник рыдал, просил прощения и каялся.

Молчаливую дуэль прервал жуткий лязг и звук падающего металла. Грюнту надоели слова, и он начал ковыряться в грузе.

— Простите, Шепард, — Ригор убрал бластер. Из его голоса ушла та наигранная безуминка, с которой он разговаривал с контрабандистом. Лейтенант «Струна» снова стал холоден и серьёзен. — Профессиональная деформация.

— Понимаю, — так же холодно ответил Шепард. — Миранда, принимай постояльца в карцер. Можешь даже его исповедать.

— Есть.

— И гони сюда Заида с Прау. Пусть обживают это корыто — будут играть лихих контрабандистов, ушедших от имперской погони.

«В конце-то концов, кто справится с ролью лучше старого наёмника, который оказался не настолько удачлив, чтобы скопить себе на пенсию».

Глава 2. Часть 4.

Тянуть время они не стали. Как только Заид поверхностно ознакомился с трофеем — не столько с управлением кораблём, сколько с его системами связи — «Нормандия» вместе с добычей взяла курс на Римахор. По уверениям техника Адена, астродроид «прекрасно справится с управлением подобной лоханкой», — и Шепард предпочёл верить машине больше, чем некоторым людям.

Альтернатива была никудышная: оставить на трофее лейтенанта. Тот, по собственным словам, «способен вести любой тип кораблей, вплоть до корветов». Но Шепард не хотел допускать его так глубоко. Прежде всего это была миссия «Нормандии». И в каком-то смысле — проверочная работа для экипажа от Империи. В отчёте не должно появиться фраза, что всю работу сделал ИСБ-шник. Пусть лейтенант будет мозгами, но сделать дело должны они.

Как и у всех планов, у этого имелся недостаток. Он, как и любой план, совершенно не хотел идти по намеченному сценарию.

— Это что ещё такое? — спросил сам у себя Ригор, когда на голографическом экране вспыхнули подписи: несколько кораблей на высокой орбите Римахора.

— Блокада, — Миранда даже не подняла брови.

— Я вижу, что это блокада, — рыкнул Ригор. — Что они тут забыли?

Он схватил планшет и с той же злостью начал рыскать по своим каналам в поиске последних флотских приказов касающихся этой системы. Ничего. Ни слова о кольце вокруг планеты. Даже если приказ вышел сразу после их визита на Рагo, эскадра не успела бы сформироваться и выйти на орбиту. «Нормандия» провела на «тихой охоте» не так много времени, чтобы ситуация изменилась настолько кардинально, да и перед прыжком он обновлял данные.

— СУЗИ, — Шепард коротко. — Организуй трансляцию с трофея. Узконаправленным лучом. Никакой квантовой связи.

— Есть, — отозвалась СУЗИ.

— Заид, слышишь меня?

— Точно и ясно, кэп. Готов поработать, — хмыкнул тот.

— Выходи на связь с диспетчером. Уточни, что тут происходит. Действуй по плану.

— Понял.

«Нормандия» лежала на краю системы. Трофей шёл открыто, а Джокер держал свою птичку на холостом — не хотелось пока светить «Нормандию» на имперских сканерах. Положение планет сейчас было удачное: ни одного тела между ними и орбитой, так что узконаправленный луч шёл без помех. Когда астродроид вывел грузовоз в плоскость эклиптики, зашевелились имперцы и команда «Нормандии» стала полноценным свидетелем разговора диспетчера с «капитаном» Массани.

— Транспортный корабль ЛПКВ-231. Вы находитесь в зоне карантина. Сохраните курс и ждите дальнейших указаний.

— Карантин, — Ригор прошипел сквозь зубы. — Какой, ранкору под хвост, карантин…

Он не понимал, что происходит. Не понимал, чьи это корабли и кто им отдаёт приказы. У себя в базе он ничего не находил — и это раздражало его сильнее, чем сам факт блокады.

— Диспетчер, — на общей частоте бодро выдал Заид, — у меня груз: удобрение, комплектующие для ваших гряземесов, и накладная, в которой нужна отметка о приёме. Мне тут сколько висеть? Как долго будете держать?

— Долго, — недружелюбно ответил диспетчер. — Планета на карантине до особых распоряжений. Советую после досмотра убираться туда, откуда прилетели.

Шепард покосился на лейтенанта. Тот держал лицо, но Шепард чувствовал как он бесится.

— Что будем делать?

— По плану, — Ригор не отвёл взгляда от экрана. — Заид, настаивай на посадке.

— Ага, попробую.

Небольшая пауза. ЛПКВ-231 приближался к планете, Массани снова вышел на связь:

— Эй, диспетчер. У меня груз то скоропортящийся, может выйду на орбиту, да сброшу в атмосферу? Меня же босс линчует, если я с товаром вернусь.

Диспетчер долго не отвечал, и Заид несколько раз неудачно пытался достучаться до него. Не вышло. Фрегаты уже развернулись по направлению к настойчивому гостю, как на канале прорезался давешний голос, на этот раз задумчивый и более дружелюбный.

— ЛПКВ-231, уточните: удобрения какого класса? И комплектующие — по какой линейке? У нас… нехватка ряда артикулов.

— «Артикул» у меня простой, — лениво потянул Заид. — Рассыпчатые присадки... к почве. А ещё ароматические эссенции для пищевиков — по заявке «Новой Высоты». Канистры в пирамидальных контейнерах, всё как у вас любят. Могу показать на камеру маркировку.

— Не надо на камеру, — диспетчер отвечал торопливо. — Направьте накладные и путевой лист. Разгрузка через «Вершину». Высылаю координаты – фрегаты потеряли интерес к грузовику и вернулись к своей службе. — Вас уже заждались.

— Понял, — Заид улыбнулся, — Ловлю маршрут… И принял! Захожу на курс.

— Без фокусов ЛПКВ, вы под прицелам

— Да какие фокусы. Я человек маленький.

Связь прервалась.

— Допустили, — сказал Шепард. — А дальше что?

Подразумевалось, что они прошмыгнут на планету тихо — под шумок. Ригор утверждал, что контроль космоса и атмосферы у местных «дырявый как сито». Но пройти мимо полноценной блокады…

— Идём к планете, — сказал Ригор. — Нагло. Со всеми включёнными сигналами. Транслируем мой код.

— Вскрываем карты? — Шепард скривил губы.

— Скорее меняем колоду, — лейтенант покачал планшет. — Я просмотрел базу по Римахору. Официальных приказов от адмирала Висковиса не было. Формально это его зона ответственности, но корабли приписаны к Седьмому секторальному флоту. Это игры гранд-моффа. Вопрос, почему сработали так тихо — даже мои сослуживцы не в курсе… или сделали вид, что не в курсе.

Он бросил быстрый взгляд на Шепарда:

— В любом случае наше задание это не меняет. Предъявляем код. Садимся. Требуем аудиенции у губернатора. И да, Самара может переодеваться обратно.

Шепард поморщился. В досье Ригора на Солариса было полно несколько занимательных фактов о местном губернаторе. Один из них - любовь к «экзотике». Резервный вариант предполагал заинтересовать похотливого губернатора «экзотической наложницей», якобы привезённой одним из контрабандистов. Ему было мерзко, но Самара сама не возражала.

— «Вспомню молодость», — сказала она тогда, и Джокер едва слюной не поперхнулся.

Шепард всегда считал фразу «все девы азари идут либо в танцовщицы, либо в наёмницы» расовым стереотипом. И подумать не мог, что юстициар Самара в прошлом действительно извивалась на шесте.

— Ладно, — он хлопнул по поручню. — Джокер, жди посадки Заида и выходи на связь. Заид, помни. Ты не курьер, ты — поставщик. Ты им нужен.

— Это я умею, — ехидно отозвался Заид. — Играем.

***

Заид Массани давно не чувствовал такого драйва. Наёмник был уверен, что оставил юношескую бесшабашность в первых серьёзных стычках вместе с выдранным пулями мясом, но вот же. Стоило попасть в новую галактику — и задница снова требует приключений. Массани не был добропорядочным человеком, но и опыта афер за душой не имел. Ему ближе была честная перестрелка и банальный рэкет, а не изящные комбинации, а потому сейчас он погружался в новый опыт; изюминку придавал тот факт, что на этот раз он был на стороне закона, а не денежных мешков, хотя…

— Они просто больше заплатили, — проворчал наёмник, на что получил вопросительное «Виу-вип» от умного ведра. — Ой, да иди ты! Твои цифровые мозги всё равно не могут понять хорошие шутки.

— Уип-вуу, — дроид открыл небольшой лючок на корпусе, откуда высунулся угрожающий манипулятор с лазерным резаком. — Виу-вуп?

— Ладно! Шутить ты тоже умеешь!

— Пиу-уп, — удовлетворённая железяка спрятала инструмент и полностью отдалась управлению кораблём.

— Долго нам до цели?

На голограммной панели тут же появился схематичный маршрут до несуразно огромной высотки. «Вершина» не была портом и тем более не была военным объектом. Заид бы принял эту мегабашню за транспортный хаб, вот только слишком разукрашенным было монументальное здание для технической постройки.

— Хм, штаб какой-нибудь корпы?

— Виу-вип.

— Ой, не умничай. Сам же ни черта не знаешь.

Заид на секунду пожалел, что с «Нормандией» больше не было связи: он бы затребовал у лейтенанта информацию по этой «Вершине», а так придётся надеяться на лихую наглость да на удачу.

Отрабатывая присланный маршрут, дроид завёл корабль в один из ангаров «Вершины», где их уже ждали — причём не парни с пушками, а какие-то серые мыши, наглые и трусливые.

— Почему вы задержались?! — стоило опустить трап, на наёмника тут же налетел главный мышь. Серый комбез, круглые очки и дыхательная маска на пол-лица. — И где ещё двое? Этой партии недостаточно!

Заид многое мог сказать, особенно то, что мышь даже не сподобился проверить груз, но решил отыгрывать роль.

— Скажи спасибо, что я это дерьмо в вакуум не сбросил. Двое других оказались менее резвыми и сейчас ждут для себя почётной судьбы метеора. Лучше скажи, что подготовил деньги, и тогда можешь забирать груз.

— Деньги?! Вам уже было заплачено!

— Разумеется, — кивнул Заид и потряс планшетом с накладной где числились процессоры для дроидов. — За камни и дрова — уплачено в полном объёме, можете забирать. А вот пирамидки… Надо бы доплатить за риск

— Ах ты… — мышь зашипел. — Ты же отсюда не выйдешь!

Наёмник поднял брови, картинно раскинул руки и обвёл взглядом ангар, в котором вооружён был только он.

— Не думаю, — улыбка на его лице излучала доброжелательность. — В конце-то концов, если я не уйду, то кто привезёт вам ещё? Особенно после того, как двое моих коллег решили подышать вакуумом.

Приёмщик какое-то время посверлил взглядом Массани, а после резко развернулся и ушёл, бросив через плечо: «Жди».

Заид пожал плечами и обратился к другой человеческой мыши:

— И всегда он такой?

Человек-мышь вздохнул:

— С месяц как. Сырья нет, планетарные поставки встали, а через кордон мало кто решится их возить — клеймо же.

— Пф! Да кого это в нашем краю волнует!

— Как оказалось — многих, — мышонок стянул с себя респиратор и высморкался прямо в толстую перчатку. Назад одевать его не стал.

— А ты это… назад не хочешь надеть? — сам Заид предусмотрительно к гостям вышел в загерметизированном скафандре.

— А-а-а, — отмахнулся мышонок, — я с первых дней в этом проекте: уже и заразился, и вылечился. Так что не сдохну, а намордник этот носить уже сил нет, но протокол…

— Погано. А что вдруг кордон поставили? Я чуть не обделался, когда в систему вышел.

— Да губер, сволочь. «Вы не контролируете ситуацию! Вы не контролируете ситуацию!» Как будто четыре корыта на орбите что-то изменят. Да они даже заразу выжечь с планеты не смогут, случись что.

— А что может понадобиться? — напрягся Заид.

— Не, это я так, к слову…

— Мерик! Я тебе язык вырву! Бегом разгружать товар! — начальник ворвался так же стремительно, как и ушёл, но его резкость наёмника несколько не смутила.

— Не-не-не. Сначала оплата, потом разгрузка.

Главный мышь с брезгливым видом бросил Заиду небольшой цилиндр, выполняющий роль кредитного чипа. Заид осмотрел его и подключил к планшету.

— Приятно иметь с вами дело, — улыбнулся он. — Принимайте!

На обезличенном чипе лежало ровно три тысячи, что для курьера было очень щедро. Заид уже узнал, что на местные монетки можно купить: подержанный космический грузовик, заправленный под завязку и готовый к перелёту, обошёлся бы в тридцать тысяч. Хорошую винтовку можно было взять за полторы. На три тысячи можно было сносно жить полгода на мирах среднего кольца — и сумма на чипе явно показывала, что работать они намерены продолжить.

— Эй, народ, может, пока вы тут разгружаетесь, я смотаюсь в город? — на него посмотрели как на идиота.

— Разумеется, — «какое всё-таки гадостное у него лицо», — подумал Заид, глядя на оскалившегося улыбкой главного мыша, — только не забудь написать завещание.

Глава 2. Часть 5.

«Нормандию» пропустили без вопросов — сигналов и кодов ИСБ было достаточно, чтобы пройти через кордон, но, как отметил лейтенант, он использовал низший из допусков, что говорило об уровне тех, кто устроил этот цирк: гранд-мофф и адмиралы сверхсектора отпадали.

В отличие от грузовоза их направили в космопорт, где присутствовал небольшой гарнизон имперской армии — все в гермокостюмах, с масками наподобие той, что нацепил Ригор во время абордажа.

Их встретили и без вопросов сразу провели в приёмную губернатора, а ведь они даже не успели сделать соответствующий запрос. «Или рыльце в пушку, или хотят нагрузить проблемами», — подумал Шепард, вспоминая свой собственный опыт взаимодействия с ответственными лицами. А ведь как раньше всё же было проще: бери винтовку да стреляй куда скажут, а теперь мало того, что цели приходится выбирать самому, так и боекомплект пополнять своими силами.

Приёмная была пристанищем аскета, что тоже давало повод для подозрений. Человек, вынужденный жить и работать на задворках цивилизации, не мог не окружить себя комфортом, особенно если он на этих самых задворках облечён хоть какой-нибудь властью. Подобный аскетизм возможен для фанатика-трудоголика или религиозного деятеля, но опыт Джона и то, что он успел узнать об Империи, твердило: «На должность столь высокого ранга подобные персонажи прорваться не могут». А значит, Соларис страстно желал что-то скрыть — или выставить себя немного лучше, чем он есть. Авось зачтётся.

— Наконец-то, — губернатор улыбнулся шире, обнажая ровные белые зубы. — Я уже думал, мои депеши падают в чёрную дыру.

— Боюсь, мы здесь не по вашему вопросу, — они договорились, что беседу будет вести лейтенант, а Шепард постоит мебелью в сторонке, что полностью его устраивало. Лишний раз вести разговоры с власть предержащими ему претило.

— И по какому же, позвольте спросить? — скулы напрягаются, чуть-чуть поджимаются пальцы: готов к неприятным новостям.

— Не позволю… Сказал бы я, но ситуация сложилась нестандартная и, видимо, мне на пользу.

— Объяснитесь, — губернатор возмущён, но себя сдерживает. ИСБ — пугало для любого имперского чиновника, но лейтенант — не то звание, которое может заставить дрожать планетарного губернатора. Хотя, глядя на обезображенное лицо лейтенанта, кто угодно бы испугался: вдруг этот душегуб бросится на тебя без лишних слов.

— Я прибыл арестовать вот этого человека, — Ригор небрежно бросил на стол небольшой жетон, и в тот же миг появилась голофото. — Мико Альвани. Обвиняется в похищении оружия с имперских складов. По оперативным данным он должен был встретиться с покупателем на Римахоре. А потому мне нужен список кораблей, которые входили и выходили из системы в последние три месяца.

— А вы, лейтенант, не хотите поинтересоваться, что у нас происходит?! Да и три месяца — это же когда вы должны были его арестовать?!

— Я иду по следу, губернатор. И нет, не хочу. Кстати, не подскажете, чьей властью организована блокада планеты?

— Моей! — бьёт кулаком по столу. — Моей властью! У меня здесь бушует эпидемия уже который месяц, а центр даже не чешется! А вы…

— А откуда корабли, господин губернатор? — Ригор спокоен и холоден, ему абсолютно наплевать на направленную на него ярость. Солариса это заводит ещё больше, а Шепарда забавляет. — На Римахоре нет базы флота, а охрана обеспечивается планетарными силами противокосмической обороны.

— С соседних секторов, — выдыхает сквозь зубы. — Где-то пришлось просить, где-то вымаливать, где-то договариваться. Но эти корабли — всё, что мне удалось добыть, чтобы закрыть планету. И этого мало!

— Печально слушать, но мне нужен доступ к судовым журналам и записям сил ПКО. И раз уж блокада установлена вашей властью, я запрашиваю его у вас.

— Вы его получите, не сомневайтесь. А ещё допуск в диспансеры. Сходите, посмотрите, что происходит на планете!

— В таком случае не смею вас больше задерживать.

— Убирайтесь, лейтенант!

***

— Врёт? — первое, что спросил Шепард, когда они вернулись на «Нормандию».

— Никаких сообщений об эпидемии на Римахоре в секторальный штаб не поступало, — Ригор пожал плечами. — Но это ни о чём не говорит.

Шепард задумался: вариантов было немного. Либо губернатор лжёт, и никаких депеш не было и в помине, либо кто-то подтер следы в системе ИСБ.

— А здесь есть какой-нибудь узел связи, который мы можем выпотрошить?

Ригор покачал головой.

— Нет. Но я ещё запрошу у Солариса эти сообщения. Если он отправлял официальным шифрованным каналом, на них должна стоять цифровая метка об отправке и получении.

— А почему тогда…?

— Почему я сразу не запросил у него всю информацию? Пусть понервничает. Ну и успокоится, что пришли не по его душу. А так — ну прилетели ищейки, что-то повынюхивали, кого-то забрали.

В рассуждениях была нестыковка, и Джон не упустил возможности на неё указать:

— Он сам пытался включить тебя в борьбу с заразой. Не слишком похоже на того, кто хочет замести следы.

— Крутагу, — наставительно поднял палец лейтенант. — Скорее всего, он отмажется от обвинений в сотрудничестве с преступниками тем, что ему нужно было срочно организовать поставки хоть какого-нибудь сырья для медикаментов, и открестится от всего того, что уходило отсюда сквозь блокаду.

— Кстати, ты думаешь, эпидемия — это результат активации того биооружия?

— Со стопроцентной вероятностью, — они дошли до кабинета Шепарда, и Ригор, не сомневаясь, упал в гостевое кресло, — но проверить не помешает. Нужно пройтись по больничкам и взять образцы. И медикаменты тоже. Твоего человека посадили на «Вершину», значит, синтезом препарата, скорее всего, занимается корпорация «Новая Высота».

— Крутагу был чистый, — Шепард вспомнил, что Мордин успел провести анализ добытых образцов.

— А значит, инфицируется он здесь.

— Но это значит, что тот перевозчик, которого вы взяли, брал товар не здесь. А значит, губернатор, скорее всего, не причастен к распространению этой дури в сверхсекторе.

— Это ничего не значит, Шепард, — лейтенант отмахнулся от Джона, как от надоедливого комара. — Римахор — идеальное место для производства этого дерьма. То, что Соларис вынужден докупать его для корпы на стороне, значит только то, что производство не может выдать необходимый объём.

— Вилами по воде.

— Что?

— Я говорю, что это всё пустые рассуждения. А нам нужны факты.

— Факты… Жаль, сенатор не на планете, — задумчиво протянул Ригор.

— А какое это имеет значение?

— Обычно складывается так, что назначенный губернатор и избранный сенатор находятся не в ладах, и при хорошей мотивации сенатор выдал бы нам всё, что у него есть на Солариса. Но, судя по всему, господин Арно АркОрхо предпочитает курусанские шпили римахорским полям и не появлялся на родной планете очень и очень долго. Вряд ли он в курсе местных делишек.

— Нужно прошерстить родню губернатора.

— Я запрошу данные по Соларису. У тебя есть люди, которые любят ковыряться в налоговой отчётности?

— Пётр справится, — Шепард не был уверен, что корабельные аналитики способны на такую работу, но выбора особо не было.

— Хорошо, потому что я в этой части не очень силён. Нужно поискать в имуществе господина губернатора. Возможно, есть какие-то завязки с местными воротилами, которые могли бы заниматься перевозкой спайса.

— Скажи мне, лейтенант, а как так получается, что на планете с имперской властью могут производить наркотик? — Шепард не оставлял мысли, что лейтенант пошёл по неверному пути.

Ригор в ответ иронично покосился.

— Ну, во-первых, само изначальное вещество может быть синтезировано во множество полезных препаратов. Да и сам наркотик свои свойства приобретает при термической обработке; но его можно переработать в не такие опасные стимулирующие вещества. Да и к тому же, я тебя удивлю, но на самой крупной планете-тюрьме в Империи добывают именно спайс. Правда, в кристаллической его форме. Удивлён, Шепард?

Разумеется, он был удивлён — да к тому же неприятно. Ему и в голову не приходило, как наркоторговля может быть организована на государственном уровне. И с учётом того, что он знал о работорговле, он не был уверен, что на этой «тюрьме» сидят именно преступники. У коммандера появлялось всё больше вопросов к Империи.

— Не напрягайся так, Шепард, — рассмеялся Ригор. — На самом деле всё до безумия просто. В Империи слишком много планет, слишком много рас и слишком много цивилизаций. Для некоторых тот же крутагу не страшнее банального табака, а для кого-то соль — это страшнейший наркотик, от которого можно откинуть щупальца. Поэтому мы и используем слово «спайс», которым обозначаем все вещества, которые могут быть использованы для стимулирования организма. Какие-то виды запрещены к свободному обороту, какие-то — к производству, какие-то допустимы к ввозу только на определённые планеты, какие-то используются в армии в качестве боевых стимуляторов. Всё строго регламентировано, а такие вот недочёты на местах… Это людская природа, которая везде найдёт, где бы поиметь свою выгоду.

— Заида приняли в какой-то «Вершине». Ты сказал, что это местная корпа?

— «Вершина», — начал Ригор, выведя на экране изображение колоссального строения, — это мегабашня, штаб корпорации «Новая Высота». Нужно поисследовать её связи. И да, это, как ты правильно сказал, именно местная корпа — ни средств, ни интересов, чтобы играть на галактической арене. «Вершина» — полностью гражданский объект. У них даже своей службы охраны нет: по договору с корпоративным сектором в этой части космоса частные компании с отсутствующей долей участия государства в уставном капитале не могут иметь собственные вооружённые силы. Так что здесь только гражданские штафирки.

— Думаешь, губернатор с ними связан?

— Наверняка. Но этому нужно найти доказательства. Даже если у его матери найдётся несколько акций этой компании — у нас не будет повода предъявить обвинения. Нужны доказательства, что губернатор участвовал в её деятельности тем или иным образом.

— А то, что организован проход кораблей с грузом для этой самой «Новой Высоты» сквозь Имперскую блокаду, не является участием?

— Является, если бы в системе был хоть один приказ, касающийся этого вопроса. Но диспетчер, скорее, допустил корабль на своё усмотрение — то есть приказ был устный. Нужно его допросить, но…

— Это привлечёт внимание, — сказал Шепард.

— Именно поэтому пока мы это оставим.

Какое-то время они молчали, обдумывая ситуацию. Шепарду она казалась бредовой. Планету заподозрили в производстве наркотика, но на самом деле наркотик завозят на планету. Единственное, что их привело сюда, — это штамм древней заразы. А значит…

— Почему именно Римахор? — Ригор заинтересованно приподнял бровь; на его лице этот жест больше пугал, чем поощрял к дальнейшим размышлениям. — Ты говорил, что только эта планета подходит для исследований этой заразы. Почему?

Вместо ответа лейтенант молча ткнул в экран, где всё ещё висело изображение мегабашни, и Джон его понял.

— Других бесконтрольных корп в сверхсекторе нет?

— С нужной исследовательской базой? Нет.

— Так наша цель — корпа или губернатор?

Ригор очень нехорошо осклабился.

— Империи не нравится, когда толстосумы творят то, что им вздумается. А Тарэну не нравится, когда флоту не обеспечивают стабильные поставки.

— А на кого работаешь ты? — улыбка лейтенанта стала шире и злее.

— Я не работаю, я служу, Шепард. И во имя своей службы я пристрелю хоть Солариса, хоть Тарэна, хоть Императора. Нужен только повод.

На этом они разошлись ковыряться в документах. Связи, имущество, интересы — корабельные аналитики были загружены работой вне своих компетенций, но, к удивлению Шепарда, Мэтьюз отлично разбирался в логистике, а Пётр до того, как пойти в армию, несколько лет проработал аудитором у корпоратов.

Заид вышел на связь ещё через час — причём ни видео, ни голосом, даже не аудиосвязью. Тестовое сообщение: «Они тут совсем мышей не ловят, ведро увёл корабль, а я шарюсь по их блестящей башне как у себя дома. Ломануть ничего не могу, но схему верхних уровней составил. На нижних уровнях пропускная система из дроидов, проверяют только наличие пропуска. Могу прорваться, но надо ли?»

— Нужно туда, — вскинулся Ригор. — Отправь ему текст: нам нужны образцы спайса из точек переработки. Диспансер на нижних уровнях башни, пропуск у нас есть.

— Зашли трое, вышли четверо, — съязвил Шепард и тут же вызвал профессора. — Мордин, подготовься к маскараду, идём в диспансер за образцами.

— Только к маскараду?

— Вооружаемся полёглому. И да, образцы тоже стоит собрать.

— Принято, — немного подумав, Шепард вызвал тихушников: — Касуми, Тейн, готовность для тихого проникновения. Жду в БИЦ.

— Хочешь раскидать жучки? — заинтересовался лейтенант.

— Нет. Пусть пошарятся по резиденции губернатора.

— Здраво, но в башне тоже стоит повесить «уши». У меня есть пара умных паучков — сами залезут куда нужно, только пронести. Надо было сразу Заиду их сунуть, мда…

— Пока мы будем в башне, Тали с Легионом пройдутся по городу.

— Неразумно светить всю команду.

— Согласен. Есть возможность достать большой транспорт? Наш броневик слишком приметен, да и БТР, разъезжающий по городу…

— Не привлечёт внимания, — перебил лейтенант. — Карантинные меры подразумевают комендантский час и военные патрули. Значит, едем к башне и незаметно выбрасываем две группы. Но машину я всё-таки запрошу — пусть штурмовики побудут тревожной группой.

— Значит работаем.

Время теоретических изысканий прошло, настал срок оперативной работы.

Глава 2. Часть 6.

«Вершина» торчала над городом, как гвоздь, которым прибили небо. Добавь ему ещё несколько уровней — и будет неплохая заявка на планетарный лифт, но местным это было совершенно не нужно.

Пропуски сработали без нареканий. Дроид выплюнул отсканированную пластину и назвал список уровней, доступных для посещения.

— Половина башни. Соларис не поскупился.

Лифт повёз их на уровень вверх, где в бывших офисных помещениях «Новая Высота» организовала госпиталь. Влажный воздух, запах хлора и крови. Низкие офисные потолки, что должны были давить на клерков, заставляя их не поднимать головы от работы, сейчас, увешанные наскоро собранными ультрафиолетовыми лампами, предвещали скорую смерть.

Серые дроиды, синие перчатки и защитные костюмы — вот символы пришедшей на Римахор V беды. А ещё — звенящий стеклянный кашель, разрывающий лёгкие.

Мордин раскрыл кейс. Первая проба — воздух у ворот. Сырая «ароматика» в цилиндрической канистре. Шепард поставил на ближайший стол контейнер с оборудованием и саларианец начал мерно ходить от пациента к пациенту, беря у умирающих кровь и слюну. Раз за разом, шаг за шагом.

Дальше — фильтры. Бокс с отходами — наклейка «AgriClean». На панели мигал красный индикатор обслуживания. Мордин снял защиту, провёл щёточкой по рёбрам отработанного фильтра, стряхнул пыль в капсулу. Пометки — короткие, но точные. Никаких комментариев; гнетущая профессиональная тишина — нетипично для саларианца.

Каждый шаг наёмников сопровождали крайне неприятные звуки: Писк стерилизаторов, гул насосов, тонкий вой вентиляции — как комар в ухе. И сотни голосов умирающих, кто-то кашлял, кто-то молился. Шепард не оглядывался. Это не та ситуация, в которой можно помочь словами ободрения.

Ригор тем временем уже покинул группу. В коридоре — дверь, за ней нужный ему терминал и мелкий начальник, что стоит на пути.

— Документы по эпидемии, — сказал Ригор чуждым для обывателя голосом, кивнув на терминал. Он показал бляху с символом ИСБ. — Вся база: анализы, поступления и расходы медикаментов, акты инвентаризации и списания. Быстро.

— А-а-а… — начал человечек. — По протоколу нужно…

Ригор уже положил на стол свой жетон, на лицевой стороне которого мерцала холодная голубая голограмма, которую знают даже на краю галактики.

— По протоколу — я изымаю все копии. По протоколу — вы расписываетесь в них о подлинности. По протоколу — если ворчите, оформляю вас как препятствующего ликвидации последствий ЧП. Сроки знаете. Подписали — живёте. Не подписали — будем разговаривать с вами не здесь.

Человечек сглотнул и более не препятствовал.

Ригор сел за терминал и снял перчатки.

— Исчезни, я позову, когда закончу.

Как только дверь закрылась, лейтенант сдвинул защитный кожух на браслете, обнажая контакт дешифратора. Вошёл в сеть «Новой Высоты» под гостевым аккаунтом — этого хватало, чтобы увидеть витрину, но витрина его не интересовала. Он вставил контакт дешифратора в разъём, выпуская наружу злобного сетевого демона.

«Червь» пошёл гулять по сети. Недлинный, но гадкий набор мерзкого и вредного кода. Пара минут — и окно служебного доступа раскрылось перед ним как форточка в женском общежитии. Ригор осклабился: он не любил цифры, с людьми работать приятнее, но он умел и то, и другое.

Пока вирус ползал по системе и тянул копии в отдельный «мешок», архивировал и прятал данные для дальнейшей отправки на облако, Ригор залез в систему видеонаблюдения. Подключив ещё одну утилиту, он начал пролистывать картинки с камер, и на карте мегабашни начали появляться конусы обзора и вспыхивать слепые пятна, куда несовершенная техника не могла дотянуться своим всевидящим взором.

— Халтурите, господа корпораты…

Просмотрев записи с камер верхних уровней, он увидел на них Заида, размахивающего где-то раздобытым пропуском перед дроидами.

«Дурень, теперь всё чистить придётся», — подумал Ригор и щёлкнул переключателем на клипсе.

— Агент, как слышите?

— Чётко и ясно, лейтенант, — Ригор готов был поклясться, что наёмник ухмыляется.

— Камеры тебя засекли, всё придётся сжигать. Повесил статичную картинку. Иди свободно.

— Принято. Цель? — «Проклятье, как будто с зелёным оперативником говорю». Каэлу категорически не нравился настрой Массани.

— Нам нужны образцы исходного крутагу, того, что в переработке, и готового препарата. Нужно спуститься на два уровня вниз. Отправлю лифт, все остальные вызовы блокирую.

— Прелестно. Всегда мечтал почувствовать себя Джеймсом Бондом.

Ригор шутки не понял — просто продолжил направлять своего бегунка, краем глаза следя на экране планшета за действиями Мордина и Шепарда.

Мордин лез в каждую щель, а Джон профессионально мелькал перед камерами и дроидами, заставляя умную технику фокусироваться на резких и опасных движениях прирождённого убийцы, а не на скрытных и профессиональных движениях профессора-инородца. А ведь вся магия творилась там. «Дым и зеркала», — Ригор дёрнул щекой, отмечая, как разбегаются микродроиды-шпионы.

Заид тем временем вышел на нужный этаж. Лейтенант направил ему схему с тремя точками и местом выхода.

— Эй, лейтенант. А куда я, по-твоему, должен собирать эту дурь?

— Импровизируй.

Дальше всё прошло как по нотам: Заид, избегая лишнего внимания, проник в нужные помещения и взял образцы, параллельно фиксируя всё, что видел, на омнитул. Его видели только дроиды — им хватило спертых у какого-то раззявы пропусков.

— Готово. Куда дальше?

— На этом уровне есть комната сбора отходов. Туда приходит автоматизированный мусорщик — я перехвачу управление. Прыгай на него и прижимайся, как к родной матери. Мы подберём тебя на свалке.

— Сука.

— Да. Есть проблемы?

Заид тяжело вздохнул и уверил достопочтенного и богоравного господина-лейтенанта в том, что проблем нет, но в мусорном баке он видел его и его способы эвакуации. Дождавшись, пока Заид покинет башню, Ригор отсоединил все сторонние устройства и позвал местного начальника.

— Благодарю за содействие, — добрая улыбка лейтенанта заставила клерка испуганно задрожать. — Прошу ваш личный код и цифровую подпись.

Он протянул планшет, в котором клерк крайне быстро проделал все нужные манипуляции.

Покидая «Вершину», лейтенант ощущал сильное предвкушение — какое испытывает охотник, беря добычу в прицел. И ещё больше наступающий азарт распалил Шепард, показав короткое сообщение от Тали: «Я кое-что нашла, срочно двигайтесь сюда». К сообщению прилагались координаты.

Ригор осклабился. Его охота только начиналась…

***

Квартира главного чинуши планеты, по мнению Касуми, просто обязана была быть в самом шикарном пентхаусе мегаполиса, но нет — квартирка не корчила из себя дворец и даже не была похожа на логово злодея.

Обычный дом престижного класса, но не из самых лучших. Касуми такие места не очень любила — нет в них вызова! Так мало творчества, так мало фантазии. Идеально, чтобы пройтись в шикарном платье и сделать вид, что ты здесь живёшь. Условно. На самом деле Гото просто прошла под маскировочным полем мимо консьержа-охранника и взломала лифт, который отвёз её в пентхаус. Тейн же остался снаружи на случай непредвиденных обстоятельств. Коих не предвещалось.

Прежде чем лифт доехал до верха, воровка активировала небольшое устройство, сунутое ей Ригором перед делом: излучатель помех должен был ослепить все камеры и дроидов в радиусе действия. Такой в пентхаусе был: блестящая железяка бестолково озиралась, когда открылись двери, и спросила «кто здесь?» — прежде чем получить электрический заряд и рухнуть бесполезной кучей металлолома.

— Не шурши, — прошептала она и пошла шуршать в поисках интересностей.

Гостиная была прекрасна, но стерильна — ни следа индивидуальности. Как картинка из модного журнала без капли хозяйской души, что обустраивает свою крепость. Даже картина, за которой должен был прятаться сейф, была до смешного банальной. Тем удивлённее прозвучало её «хм…», когда за картиной не оказалось тайника.

Дальше в ход пошли технарские приблуды: сканеры не показали ничего — ни полостей, ни лакун, даже лишней сигнатуры на приборах не было.

От разочарования она даже залезла в холодильник. «Вдруг там бриллианты?!» Но морозильник встретил её бутылкой алкоголя и кубиками льда. Обшарив во второй раз весь пентхаус, она даже заглянула в утилизатор, но и там ничего не нашла.

«Да живёт здесь кто-то или нет?!» — из этой проклятой квартирки Гото даже не смогла утащить сувенирчик на память, просто нечего было брать. Выругавшись на «чересчур жадных параноидальных губернаторов, которые на взятку даже красивым перстеньком не осмелились обзавестись», воровка раскидала записывающие устройства и направилась на выход.

Не дойдя до лифта пару шагов, Касуми замерла, будто поражённая громом, и игривой «лунной» походкой проплыла назад.

— Кто здесь у нас? — промурлыкала девушка, включая записывающее устройство и наводя фокус на голофото. Прежде чем идти на дело, она изучила досье губернатора и, по старой привычке, прошлась по достойным её навыков целям. «Нужно сказать лейтенанту спасибо… или нет? Вдруг он разозлится?!» Разумеется, Ригор не знал, что воровка позаимствовала его устройство — или на это надеялась Гото.

На голографии было изображено трое молодых людей. Девушку воровка не знала, но вот двое других — радостно улыбающийся Соларис обнимал немного смущённого Джека Джуниора, крупнейшего землевладельца Римахора V и владельца корпорации «Новая Высота».

***

Заид тихо матерился, обнимая автоматического мусорщика. «Хотел, называется, приключений — седина в бороду, шило в задницу». Но кто же знал, что чёртов «молчи-молчи» выведет его из башни столь экстравагантным образом?

С высоты птичьего полёта эта идея уже не казалась хорошей, и Заид стоически старался не смотреть вниз, молясь как можно быстрее оказаться на твёрдой земле. И в скором времени его мольбы были услышаны.

— Эй, ты ещё кто?! — первое, что услышал Заид при приземлении: видимо, чёртов безопасник всё-таки перепрограммировал дроида, и свалки он сегодня не увидит.

— Да я так, мимо крокодил, — Массани с удовольствием потянулся, и в этот момент увидел направленный на себя бластер. — Ты дурной?

— Чё?!

— Ага, значит, ещё и тупой.

— А?!

— Бэ. Волыну убери, мальчик, — по сравнению с наёмником его нынешний собеседник действительно был ещё сопляком; у него даже пушка в руках ходуном ходила.

— Ты кто вообще такой?! — взбеленился он, тряся пушкой в, как он думал, грозном жесте.

— Крокодил! Птица вольная. Вот летал, летал — и приземлился.

— Где груз?!

— Какой груз? — натурально удивился Заид: приземлился он явно не туда.

— Это дроид с башни!

— И я оттуда, — кивнул наёмник. — А мусор — здесь. Принимай и от****ись от меня. — Он похлопал по боку машины и случайно задел сенсор. Бак открылся, и на землю высыпался отборнейший крутагу; Заид знал, что отборнейший, сам на Римахор его тащил. — Упс, неловко получилось.

— А ну поднял руки! Боссу будешь всё рассказывать, — и махнул бластером («дебил») в сторону здания.

— Знаешь… — Заид с сомнением посмотрел на наркотик, а после на юнца. — Думаю, мне будет интересно с ним поговорить.

И плавным движением выхватил пистолет. С громким хлопком тяжёлая пуля разорвала грудь наркоторговца, а Заид, подобрав бластер, подал тревожный сигнал и крадущей походкой пошёл наводить шорох среди местных криминальных заправил.

«Просил приключений?! Кушай, Массани, не обляпайся!».

***

Город сверкал стерильностью и пустотой. Опущенные рольставни на витринах, погашенные вывески и ни одного праздно шатающегося гражданского. Навстречу Тали попадались лишь патрульные дроиды да солдаты в чёрной герметичной броне и идиотских противогазах, но тех и других устраивал код, посылаемый Тали, показывающий, что агент ИСБ вправе бродить, где ей вздумается.

Кварианка привыкла шастать одна по не самым доброжелательным местам, но первый раз делала это в сопровождении гета. Сними скафандр — и можно подумать, что она попала в эпоху рассвета Ранноха, но увы.

На самом деле опустевший город немного пугал Тали. Да, она и до этого бродила по не таким людным коридорам — не слишком населённых, да и, что греха таить, не слишком законопослушных космических станций. Те же нижние уровни Цитадели мало отличались от гетто на заселённых урбанизированных планетах. А уж про кварталы Омеги и говорить было нечего. Но всё равно безлюдные улицы её сильно напрягали, и идущий рядом Легион, страшно подумать, успокаивал своим присутствием напряжённую квариланку.

— Внимание. Подозрительный объект, — просвистел гет.

Тали и сама заметила подозрительного субъекта — слишком нервного для добропорядочного горожанина. Хотя, с учётом комендантского часа, возможно, этот человек просто выскочил из своей квартиры, не имея на руках пропуска, позволяющего отбиться от первого попавшегося патруля.

— Фиксирую: взрывоопасные вещества, — сообщил Легион.

Взрывоопасным веществом вполне мог быть закачанный в баллоны газ, которым стреляли местные бластеры. Опять-таки, она не знала, в порядке ли вещей ходить вооружённым по улицам города, но всё-таки решила проследить.

Когда Шепард их отправлял в город, особой задачи и цели поставлено не было: ищите что-то интересное. Ну а что может быть интересного в пустом городе, где даже магазины не работают?

Поэтому Тали свернула в проулок вслед за подозрительным субъектом. И — вот чудо — этот субъект привёл её к какому-то складу. Такие постройки она уже видела: на окраине города в таких зданиях складировали местную сельхозпродукцию. Склады находились рядом с космопортом, и товар, судя по всему, предполагался на экспорт.

Она тихонько шмыгнула через приоткрытую дверь и спряталась за контейнером. И здесь её встретила толпа вооружённых людей. Гет для скрытных операций не приспособлен, поэтому остался снаружи. И как же хорошо, что прежде чем войти в помещение, Тали подала сигнал команде. Слишком загадывать вперёд — плохо, но интуиция её не подвела.

Вооружённые люди таскали контейнеры, что-то открывали, переругивались и перешучивались между собой. Вели себя достаточно расслабленно. Из подозрительного была только их «форма». Не походили они на складских служащих: ни спецовок, ни техники. Больше похоже на компашку тунеядцев, которые залезли на чужой склад в поисках, чем поживиться.

Тали уже собиралась покинуть помещение и дождаться команды (а может, и вовсе дать отбой: ну склад, ну воришки — им какое дело? Пусть местные разбираются), как вдруг…

— А ты ещё кто?

Тали вздрогнула и резко подняла руки.

— Я санитар! — первое, что пришло в голову. — Проверяю фильтры на вентиляции.

— Да ну? И давно у «Высоты» такие комбезы в ходу, а? Что-то не припомню, когда появились… — Тали медленно обернулась и увидела направленный в её сторону бластер. — Ну-ка, пошли! — Он толкнул её вперёд, вытаскивая на обозрение своим товарищам. — Эй, парни! Смотрите, кого я нашёл!

— Да, крыса… Какой крысёночек к нам залез? И что ему нужно? Хотя, судя по формам, — ей?! — Бритый наголо бандит, теперь в этом Тали не сомневалась, очень нехорошо облизнулся.

Она не знала, что сказать. Вправду сказать — она опасалась даже пошевелиться. За спиной у неё висел дробовик, но достать его под прицелом нескольких пушек было, откровенно говоря, тяжело. И тут неожиданно прогрохотал выстрел — такой родной выстрел масс-драйвера, а не местных энергетических пукалок. Все тут же обернулись к другому выходу.

— Какого?!

Тали не стала мешкать. Только её конвоир отвёл руку в сторону (хвала Предкам, он не выстрелил в неё с перепугу), как она тут же выхватила «Гадюку» и влепила заряд картечи ему в грудь. И тут же прыжком ушла в сторону, спрятавшись за контейнер.

— Ах ты, сука!

Пальба началась сразу же. Контейнер, за которым она пряталась, принял на себя несколько попаданий, но, благо, он оказался достойным укрытием.

— Отставить! Отставить! Товар попортите, сволочи! — закричали со стороны бандитов.

И тут раздался очередной выстрел — на этот раз Тали узнала рокот «Ковалёва».

— Я вам не только товар попорчу, сукины дети, я вам и шкуры продырявлю! А ну, бросили пушки и подняли руки, чтоб я их видел! — рявкнул знакомый голос.

С удивлением Тали узнала в кричавшем Заида. Неужели Шепард так быстро прибыл на сигнал? Но они ведь были далеко. Бандиты немного растерялись: внезапно оказались зажаты с двух сторон.

— Ты вообще кто такой?!

Стоило вопросу отзвучать, как тут же тонкая стена склада взорвалась осколками, и в образовавшийся проём залетел Легион, стреляя во все стороны из своей штурмовой винтовки.

— Дроид-убийца! / Линяем, парни! / Нас накрыли! / Су-у-у-ка-а! / Облава! / Жестянка грёбанная! — сливались в какофонию разноголосые крики. К ровному рокоту винтовки Легиона подключились редкие выстрелы со стороны Массани; Тали тоже не стала сидеть в стороне и, легонько высунувшись из укрытия, отправила в сторону бандосов несколько зарядов разогнанной до бешеной скорости картечи.

«Ну в целом, задание можно считать выполненным» - подумала Тали меняя заряд охладителя.

***

Сигнал от Тали резко из информационного стал тревожным, заставив Шепарда выжать из МАКО всё, на что он был способен, и, как назло, через несколько мгновений аналогичный сигнал пришёл и от Массани. Джон было собирался направить к нему тревожную группу, но с удивлением понял, что координаты сигналов тревоги были одинаковыми.

— Каэл, ты куда Заида кинул?! — не то чтобы была необходимость кричать, но обычно очарованные его способом вождения бронетехники пассажиры предпочитали громко молиться во время поездки.

— Никуда, — ответил лейтенант, опасаясь прикусить язык. — Я только график вывоза отходов поправил, сесть машина должна была на свалке.

— Ну, видимо, не села! Или у вас принято говно закапывать прямо на окраине, чтобы далеко не ходить?! — заинтересованный Ригор рискнул привстать и посмотреть на дисплей, где отображался сигнал Массани.

— М-да, видимо, в мозгах того мусорщика кто-то покопался до меня.

Вторую группу Шепард всё-таки вызвал — и та даже прибыла одновременно с ними. Склад, из которого шёл сигнал и доносились выстрелы, уже был окружён бойцами в чёрной броне; те благоразумно вперёд не лезли, но и выпускать никого не намеревались, о чём свидетельствовали два трупа, лежавшие у ворот.

Если к группе Шепарда бойцы отнеслись настороженно и даже чуть было не открыли пальбу, то вывалившихся из второго БТР штурмовиков едва не бросились расцеловать.

Не тратя время на лишние слова, коммандер отдал команду, и группа без разведки ринулась в здание. Первым в ворота влетел кроган, а за ним, как самые живучие после Грюнта, вошли штурмовики. Здоровяк мгновенно отметил самое крупное скопление противника и бросился на таран: включённый дефлектор, скрученный с дроидеки, разбрасывал оказавшиеся на пути контейнеры и сплющил неудачливых бандитов. На этом всё веселье можно было считать оконченным. Штурмовики сноровисто отправили в ошеломлённых противников по оглушающему заряду и начали прочёсывать помещение на предмет спрятавшихся стрелков.

— Тали, ты в порядке?! — Джон, как только сообразил, что пальбы больше не предвидится, тут же бросился к кварианке.

— Да, я в норме, — голос немного дрожал, но это было нормальное состояние после всплеска адреналина.

— Я тоже цел, если это кому-нибудь важно! — крикнул из другого угла склада наёмник.

— Целостность платформы подтверждаю, — честно доложил гет.

Пока Шепард проверял свою команду, а штурмовики вязали пленных, ИСБэшник начал проверять груз.

— Ага, крутагу… Заид, ты как сюда, говоришь, попал?

— А куда ты, Струна, меня выпнул — туда и полетел, — осклабился Заид. — Я всё думал, куда дурь спрятать, уже думал портки снимать, да дедовским методом… но ты, оказывается, всё предусмотрел, — он восхищённо покачал головой, — целый контейнер у корпоратов спёр из мусорника, уважаю!

Ригор тут же сделал стойку «искать».

— Пошли посмотрим на твой транспорт! — и бодрым шагом понёсся к выходу.

— Эй! — окликнул его Шепард. — А кто бойцов снаружи успокаивать будет?! — но тщетно: лейтенант даже не дёрнулся. — Видимо, я…

Джон посмотрел на сияющего радостью крогана, который игрался с силовым полем — то медленно проходя рядом с контейнерами, то резко ускоряясь, — и тяжело вздохнул. Новая галактика была до безобразия негостеприимной.

Глава 2. Часть 7.

В БИЦ наконец-то было пусто: закончившие работу аналитики разошлись по каютам, и в помещении наступила благословенная тишина. Только воздухообменники тихо шептали неприличные слова, гремя в вентиляции косточками сбежавшего хомяка капитана, грозя кинуть этот мусор прямо в оставленную кем-то на рабочем месте кружку с остывшим кофе. СУЗИ на эту нештатную ситуацию не реагировала, лишь вежливо подсвечивала жёлтым подозрительный участок вентиляции на схеме.

Команда наконец-то разбрелась по кораблю в поисках отдыха: кто-то упал в койку, кто-то отдался тренажёрам, а кто-то искал расслабления в чём-то своём. Джокер на своём насесте ругался с электроникой, пытаясь на голопроекторе запустить фильм; Аден в техотсеке раскладывал по коврику наборы клемм, и только изредка слышалось его обиженное «ай!» — то ли током щёлкнуло, то ли инструмент на ногу уронил. Лейтенант Каэл Ригор, в свою очередь, потрошил, в переносном, разумеется, смысле, новых пленных. Но не он один предпочитал отдыхать работой.

Тали тоже развлекалась: пришла в БИЦ, втащила на стол плоский ящик из серого пластика, раскрыла — и из него едва не вывалилась кое как уложенная трофейная требуха: спертая с угнанного ранее транспортника система связи с местным голонетом.

— Я это заберу, — сказала она, скручивая с одного из терминалов пару нужных плат. — СУЗИ, скажи спасибо от меня парням, вернуть не обещаю. И не ругайся, если что-то коротну.

— Передам и не буду ругаться, — подтвердила СУЗИ. — Пока вы не коротнёте основной контур питания.

Тали, не отвечая, убежала в центр связи.

— Мэм, вы там как?

Миранда сидела за экраном, упершись щекой в изящный кулачок. В глазах её читалась вся боль образованного человека, которому вместо подтверждённых фактов на уши вешают разваренную лапшу.

— Слишком гладко, даже для рекламного буклета.

— Не удивительно, — отозвалась Тали, начиная колдовать над квантовым передатчиком. — Это же витрина.

Дверь зашипела, и в БИЦ зашёл Шепард. Он привычно оглядел стены, консоли, потолок — всё ли на месте, всё ли работает, — дошёл до Тали, ткнул пальцем в терминал.

— Как успехи?

— Подключились к местному голонету. Почти все частоты заняты военными и шифруются крайне хорошо, гражданские каналы вылизаны до блеска. Но становится понятнее местная политическая система… хотя и не совсем…

— Это как? — удивился Джон словам Миранды.

— Ну, например, Империя — конституционная монархия и, по сути, та же Республика, только с пожизненно избранным президентом. Вернее, это не республика, а конфедерация, где каждый член относительно свободен.

— Выглядит неплохо.

— Ага. Только, судя по всему, местный Сенат голосует так, как нужно Императору. Образцовый пример демократии — «голосуем правильно под прицелом штурмовой винтовки». Планеты Империи тоже могут выйти из её состава, только если это происходит, то прилетает флот и говорит, что местные жители категорически не правы, и планета будет счастлива жить под правлением губернатора.

— Ага, — вторил он ей, — и где здесь наши геноциды и работорговля?

— Прямо на главной странице, — едко высказалась Миранда. — В разделе «Мы за всё хорошее».

Дверь зашипела ещё раз. Внутрь зашёл Ригор:

— А, геноциды и военные преступления, Шепард, — на других каналах.

— И давно подслушиваете, лейтенант? — холодно поинтересовался Шепард.

— Разумеется, с самого начала, — он кинул небольшой серый брелок Тали. — Не ломайте, оно само откроется. И не говорите, откуда у вас это. Особенно мне.

И, не говоря больше ни слова, развернулся и ушёл.

— Прелестный персонаж, образцовый «молчи-молчи», — прокомментировал Шепард. — Пришёл, навёл тумана и ушёл.

— Для разнообразия он решил поделиться чем-то интересным, — Тали щёлкнула брелком и вставила его в контакт на смонтированной на скорую руку точке доступа в голонет. — СУЗИ, ты видишь новое устройство? Удается идентифицировать?

— Это электронный ключ, соответствующий местным стандартам. В нём содержится зашифрованный канал связи и коды доступа к нему.

— О как, — крякнул Джон. — Ну подключай.

На экране промелькнуло несколько диалоговых окон; что в них происходило, не понял никто из присутствующих, но вскоре цифирно-буквенная свистопляска закончилась, и перед наблюдателями открылась обычная вкладка обычного новостного форума.

— Эм… Уже можно пищать от восторга? — поинтересовалась Тали.

— Сейчас узнаем, — Миранда с азартом принялась ковыряться в новом источнике данных, но её запал довольно быстро превратился в брезгливое презрение.

— Ну? — отреагировал командир на перемену в её лице.

— Если на официальных каналах одна пропаганда, то здесь уж слишком много «свободы».

Лоусон взмахом руки вывела на большой экран длинный список имён; вершину венчали фамилии с подписями «адмирал», «мофф», «сенатор».

— И что? Это топ самых страшных коррупционеров по версии одного из местных блогеров?

— Почти, — усмехнулась старпом. — Это список наиболее дорогих голов.

Шепард сначала не понял, а потом попробовал ввести в поисковик «Виктор Тарэн, коммандер» — и нашёл подходящую строку:

«Виктор Тарэн, барон Тарэн, уроженец планеты Сирено, прозвище «Пиромант», ответственен за геноцид на планете Тарибу. Награда за голову: 700 000 кредитов. Только мёртвым».

Рядом с суммой награды горела кнопка «добавить к награде», и на глазах у Шепарда цена голову их нанимателя выросла ещё на пять сотен кредитов.

— Я слишком обескуражен, чтобы сказать что-то внятное.

— Вот-вот, — поддакнула Миранда. — Но это только вершина. Есть ещё объявления вроде «продам оптом спайс», «куплю бластеры любого происхождения» и — думаю, такое вам «понравится» — «законтрактованные рабочие по выгодным ценам».

Ничего не отвечая, Джон перешёл по прикреплённой к объявлению о Тарэне ссылке — и на экране запустился животрепещущий ролик. Сначала — обычная зелёно-голубая планета, много воды и лесов; затем закадровый голос начал вещать, и на идиллическую картину обрушился дождь из плазмы и лазеров, превращая леса в пепел, а плодородную почву — в безжизненное стекло.

— То есть мы сейчас сменили проимперскую пропаганду на антиимперскую? Должен сказать, предыдущий канал мне нравился больше: там хоть логики больше.

— А знаете, что самое странное? — Тали привлекла внимание. — Мне Аден рассказывал: эта система, — трепалая рука указывает на передатчик, — очень дорогая и сложная в обслуживании. Это не обычная компьютерная сеть и даже не квантовая паутина. По космосу в гиперпространство погружены миллионы дорогостоящих буёв, которые передают сигналы на узлы в реальном пространстве. Нельзя просто собрать собственный сервер и подключить его к сети: нужно создать собственную инфраструктуру и сделать так, чтобы её не обнаружили и не уничтожили.

— Хочешь сказать, эта помойка контролируется Империей?

Тали кивнула.

— Если они её не организовали, то как минимум не стали уничтожать.

Миранда свернула окно с «помойкой» и попыталась отыскать сенатские постановления по поводу гиперсвязи. Правовых актов на эту тему оказалось крайне много, и пока СУЗИ их просматривала, присутствующие вступили в полемику.

— Это достаточно разумно, — ровно отметила Лоусон. — Имперцы создали площадку для недовольных и наблюдают за уровнем недовольства.

— Это… — сдерживая гнев, прорычал Шепард, — потворство бандитизму!

— Больше похоже на ловушку для дураков, — возразила Миранда. — Если мы раскусили здесь след ИСБ, то серьёзной преступности подобного уровня здесь нет: гуляют недовольные властью, натыкаются на откровенную чернуху. Адекватные решают, что связываться не хотят, а всякая шваль попадает в объятия ИСБ.

— Ага. Прямо на покупке дезинтегратора или молоденькой рабыни, — Тали тем временем ковырялась в поисках «интересных позиций». — Кстати, капитан, нам бы пригодилась парочка… может, попросим у лейтенанта?

— Рабынь? — ехидно усмехнулся Шепард.

— Дезинтеграторов! — быстро замахала руками та. — Пух! — и ничего нету!

Она комично развела руками, изображая взрыв, и Шепард немного оттаял.

— Ладно. Меня больше всего занимает, зачем Ригор нам подсунул эту мерзость.

— Для этого, полагаю, — Миранда качнула головой в сторону экрана, где как раз крутилось «сожжение Тарибу».

— На официальных каналах есть что-нибудь по этому поводу?

— Единственное, что удалось найти про нашего нанимателя, — заметка на новостном портале нескольких лет назад: «После операции военный трибунал оправдал капитан-лейтенанта Тарэна, он возвращается к службе на Седьмом флоте». Про Тарибу… — Миранда вернулась к терминалу. — Есть общая информация: маленькая планета, население — минимальное, чтобы считаться заселённой и иметь право на собственное правительство. Во время Войны клонов покинула состав Республики и вступила в КНС, была возвращена в состав Империи силами Седьмого флота.

— Иными словами, что случилось на планете — мы не знаем. Но народ считает Тарэна виновным в уничтожении планеты; за это его судили и признали невиновным. Так? И какого космического дьявола он барон? Тут что, аристократия завелась сразу после Республики?

— Эм… Шепард, тебя правда сейчас это волнует? — уточнила Тали.

— Нет. Но на волнующие меня вопросы я всё равно ответы не получу, — он посмотрел на Миранду. — Так что?

Она пожала плечами.

— У местных в системе власти творится какой-то сюрреализм. На одной планете правит королева, которую избирают демократическим путём; на другой титул правителя звучит как «Великий Художник»; где-то бароны, где-то графы. Но в официальной имперской табели никаких аристократов нет.

— Всё страньше и страньше…

— Анализ завершён, — раздался синтезированный голос СУЗИ. — Краткий вывод по проведённому анализу нормативно-правовых актов согласно запросу «гиперсвязь» и «голонет»: гражданским лицам запрещено иметь в собственности гиперпередатчики без соответствующей лицензии. Обмен данными между гражданами происходит с помощью стандартных средств связи, которые через специальных операторов транслируют сигналы на гипер-ретрансляторы. Изъятие гиперпередатчиков из частной собственности началось сразу после становления Империи.

— Прекрасно. То есть с подачи нашего лейтенанта мы теперь ещё и преступники.

— А-а-а… может, его молчаливое согласие можно считать санкцией ИСБ? — скромно подняла руку Тали.

— Мы вне имперской юрисдикции, с одной стороны, а если смотреть с другой стороны, то формально принадлежим к её вооружённым силам.

Шепард отмахнулся:

— Не суть! Дамы, это все софистика, давайте работать с тем, что есть, Тали! — он посмотрел на кварианку и подумал, что она всё же слишком мягкая для подобной работы, и её может «коротнуть». — Миранда, ковыряй эту «черную» сеть, найди все как можно больше сомнительных фактов по Империи, военные преступления, заметенный под ковер скандалы, составь список «обиженных» вроде наших кроганов. Потом сравни с официальной позицией властей.

— Это много работы.

— Да! Тали, — он обернулся к кварианке, — нам нужно понять тех-часть, непонятно, что именно нам передали с «Феникса», может, что интересного сможем найти на рынке, дальше…

— Шепард, — перебила его Тали, — я уже. Но нужны деньги.

— Уже что-то нужно покупать? Составь список и обоснование, я посмотрю.

Кварианка замотала головой.

— Очень мало площадок напрямую работают с голосвязью, нужно платить операторам за подключение к планетарным сетям, а там уже искать, общаться и покупать.

Шепард на секунду задумался и вспомнил, что один не в меру ушлый наемник доложил о взятии трофеев.

— Возьми чип у Заида, он солидную сумму стряс с корпоратов, должно хватить. Если найдутся какие-то интересные информационные базы, то покупай. Пусть СУЗИ покопается.

Какое-то время они обсуждали предстоящий поиск, уточнили первоочередную необходимость, распределяли роли. Они могли бы еще долго составлять список важных задач, но их прервал Ригор.

— Шепард, приглашаю вас послушать интересный разговор. Господин губернатор наконец-то изволил вернуться домой.

Глава 2. Часть 8.

Пока «Нормандия», будто сытый зверь, дремала на стоянке, в её недрах кипела жизнь. Жизнь, которая не покидала нутро космического хищника с момента схода его со стапелей.

— Потому что у меня есть мозги, — раздался голос Солариса из передатчика, — и честь. И я не позволю запаниковавшим гражданским разнести эту заразу на полгалактики.

Шепард и Ригор слушали запись разговора губернатора с главой «Новой Высоты» и, как доложила Касуми, со своим давним другом.

«Хотя дружба тут уже явно кончилась», — подумал Шепард.

— Честь?! — возмутился Джек Джуниор. — Твоя драгоценная честь требует, чтобы мы сдохли в изоляции?! Мне нужно сырьё, Эдмунд! И ни один нормальный перевозчик не соглашается вести сюда это дерьмо сквозь блокаду!

— Именно чтобы не везти это, как ты метко выразился, дерьмо на планету, я и согласовал его выращивание прямо здесь, — в противовес собеседнику Соларис говорил спокойно, но Шепард подозревал, что скоро он взорвётся.

— Оно не подходит!

— А почему, Джек? Почему оно не подходит? Неужели потому, что твои криворукие имбецилы понятия не имеют о технике безопасности? Неужели из-за того, что вы, угрёбыши яйцеголовые, выпустили заразу на мою планету?!

— На твою планету?! Не забывайся, я…

— Ты лицемерный *****, — тихо припечатал Соларис. — Я пошёл у тебя на поводу, поверил, что ты, сука, лекарство новое придумал, поверил, что мы сможем наладить производство новой панацеи, жизни, мать твою, сможем спасти. Я доверился тебе, Джек, а ты решил превратить Римахор в чумной могильник.

— Всё! Было! Под контролем! — в голосе Джуниора прорезались истеричные нотки. — Но ты решил влезть! Организовал блокаду, начал наводить шорох… ты знаешь, сколько мне денег стоило, чтобы…

Он резко замолчал, а голос губернатора приобрёл вкрадчивые нотки.

— Чтобы что, Джек? Ну-ка, скажи, кому ты дал на лапу, чтобы про Римахор забыли все? Ты совсем с ума сошёл, придурок?! Что ты творишь?! Ты из своего сверкающего дилдо смотрел вниз на город?! Смотрел?! Я тебе скажу, что ты там увидишь, Джек, раз тебе не до этого. Мешки для трупов! Сложенные штабелями! А знаешь, что увидишь завтра?! Ровные ряды могил вместо полей, до горизонта, мразь, ты это понимаешь?!

— Ты натравил на меня ищеек, Эд, этот лысый угребок уже пошарился в моих системах. Не знаю, зачем ты это сделал, но я тебе обещаю: когда за мной придут, я сдам всё, что у меня есть на тебя, и в этих мешках мы будем лежать рядышком. Сними блокаду, пока не стало слишком поздно!

— Жду не дождусь, Джек, — в голосе губернатора слышалось злорадство. — Хочешь сбежать, да? Не выйдет, на орбите — абсолютно лояльные мне экипажи, тебе их не перекупить. Им отдан приказ сбивать всё, что пытается убраться с планеты. И да, ты не представляешь, сколько мне это стоило.

Какое-то время на канале воцарилась гнетущая тишина, которую не осмелились нарушить обсуждением даже два скрытых слушателя.

— Зачем? — раздалось вскоре.

— У тебя есть выбор, Джек. Ты или передаёшь мне все данные по заразе, что у тебя есть, и добровольно складываешь с себя полномочия исполнительного директора НВ, компанию национализируют, и ты, возможно, сможешь избежать суда.

— Или? — насмешливо, будто предлагая подтереться предложенной альтернативой.

— Или сдохнешь под манипуляторами дроидов-палачей.

Звонок прервался, и Ригор тут же переключил канал на один из жучков в квартире губернатора.

Губернатор подошёл к бару и, достав полную бутылку, налил себе янтарной жидкости. Втянув ноздрями аромат, отсалютовал бокалом в воздух.

— Твоё здоровье, старый друг, — поднеся бокал к губам, он зажмурился и, проговорив что-то одними губами, с силой бросил стакан в стену, так из него и не испив. Быстрым шагом губернатор подошёл к терминалу связи.

— Вызывает командира гарнизона, интересно, зачем? — Ригор облизал губы. Он не ожидал, что губернатор окажется служакой, но в любом случае подслушанный разговор не оставлял альтернатив. Сначала он обязан взять под арест губернатора для дальнейшего разбирательства, а затем взяться за Джуниора как ответственного за биокатастрофу. От предстоящего звонка зависело только, пойдёт ли под трибунал и комендант гарнизона.

Шепард же тем временем складывал картину происходящего в своей голове. В его понимании губернатор был виновен в организации производства наркотиков, но с учётом того, что он уже узнал об Империи, он вполне мог это сделать на законных основаниях, если всё шло как поставки медсырья для корпы. Те молодчики, которых они взяли на складе, пока не заговорили; в отличие от сопливого труса на ЛПКВ-231, эти бандиты оказались тертыми и угрозой сгнить на рудниках не прониклись, но Шепард печёнкой чуял, что они не связаны с губернатором, а значит, наркотрафик в сверхсекторе организовал не Соларис.

Это открывало другую проблему: Тарэн не обозначил им чётко задачу. Формально они расследуют цепочку поставки дури — и вроде бы миссия выполнена, можно сдавать отчёт, но… Ригор недвусмысленно дал понять, что цель их предприятия — снять губернатора, и будь Шепард проклят, если позволит расстрелять невиновного во имя интриг вышестоящих, и будь он проклят вдвойне, если улетит с планеты, где бушует новая чума, не пристрелив ответственного за настигший планету кошмар. Благо следующий подслушанный разговор утвердил его в правильности своих измышлений.

— Полковник, — Эдмунд Соларис снова был спокоен и собран, — поднимайте гарнизон. Нужно блокировать «Вершину».

— Причина?

— Появились доказательства причастности НВ к вспышке болезни, требуется арестовать весь руководящий состав и допросить.

Лишних вопросов полковник не задавал.

— Едем, — скомандовал ИСБэшник, стоило разговору закончиться.

— На «Вершину»? — Шепард уже успел отдать приказ о полной боевой готовности, сделал это, как только Каэл сказал, что на связи командующий местным корпусом.

— К Солярису, нужно успеть, пока он не сжёг себе мозги. Он задолжал мне ответы, и долг этот он вернёт, — лейтенант пулей вылетел в коридор, и Джону только и осталось, что поспешить за представителем своего нанимателя.

— Если дело дойдёт до штурма башни…

— Шепард, — Ригор остановился, — я могу арестовать губернатора, но я не могу перехватить контроль над гарнизоном. Следующий в линии командования — зам Солариса, затем сам полковник: стоит губернатору сдохнуть — и я не смогу больше ничего сделать, понимаешь?

— А если его зам или сам полковник как-то связаны с происходящим, то мы не то что ничего не сделаем — мы с планеты живыми не уйдём, — Шепард хищно улыбнулся. Губернатор теперь нужен был им живым, и это избавляло его от очередной моральной дилеммы.

— Что-то мне не нравится твоя улыбка, ты не псих, часом? — подозрительно поинтересовался ИСБэшник.

— Я штурмовик.

— А, ну это, конечно, всё объясняет, — и он скопировал «оскал штурмовика».

Резиденция губернатора встретила зондеркоманду спокойно, без пальбы. Эдмунд Соларис не думал ни отстреливаться, ни стреляться. Он просто сидел в глубоком кресле и задумчиво крутил в руках новый бокал, из которого, опять же, ни разу не отпил.

Когда Ригор в сопровождении двух штурмовиков и Шепарда с Гарусом зашёл в пентхаус, губернатор лишь поднял глаза и спросил:

— Допрос будете проводить здесь или предпочтёте на вашем рабочем месте?

— Предпочитаю работать там, где вас не сможет убрать хороший снайпер, — лейтенант кивнул на панорамное окно.

— Оно бронированное, — усмехнулся ему в ответ, — и можно активировать дефлектор, пульт — у барной стойки. Кстати, хотите выпить?

— Вынужден отказаться.

— Жаль, — тяжело вздохнул Соларис. — Мне в одиночестве в горло не лезет, а выпить хочется, — он поставил стакан на столик и поднял с него инфочип. — Вот всё, что у меня на Джека Джуниора, забирайте. Приказ о назначении моего зама и.о. уже готов, и я бы предпочёл его подписать до того, как вы зачитаете обвинения.

— Почему? — не сдержался Гарус. Вообще турианец сам напросился на то, чтобы поприсутствовать при разговоре с губернатором: во-первых, он, как сам выразился, засиделся, и недавней разминки на Раго ему категорически не хватило, а во-вторых, бывший коп очень сильно скучал по своей работе.

Губернатор же, увидев инородца в свите офицера ИСБ, немного удивился, но ответ всё же дал.

— Боюсь, в случае моего отстранения, назначение нового губернатора может занять время: у гранд-моффа наверняка есть претендент на моё место, а время, пока новый управляющий будет добираться до планеты, Римахор останется без управления, — Соларис извиняюще развёл руками. — А так хотя бы у моего зама будет достаточно полномочий.

Ригор уселся в кресло напротив Солариса и достал записывающее устройство.

— Итак, губернатор, вы готовы ответить мне на вопросы? Под протокол.

— Разумеется, — пока ещё губернатор грустно улыбнулся.

— Когда вы вступили в преступный сговор с Джеком Джуниором с целью организации террористического акта с использованием орудия массового поражения?

Улыбка слезла с лица губернатора — он не таких обвинений ждал. Некомпетентность? Да. Преступная халатность? Возможно. Получение взятки в крупном размере? Да! Но сейчас ему шили государственную измену, и с такой постановкой вопроса он категорически не был согласен.

— Стоп, стоп, стоп! Господин лейтенант, никакого оружия нет! Мы разрабатывали вакцину! Универсальный препарат против сотен вирусов и бактерий.

— То есть всё на благо Империи и её жителей? Как благородно.

— Производство нового лекарства должно было расположиться на Римахоре, я планировал привлечь инвестиции и изменить планету!

— А также расширить своё влияние, мудро, — одобрительно покачал головой лейтенант. — А продажа наркотиков? Сторонний бизнес? Побочный заработок?

— Что?

Шепард решил, что второй раз этот цирк не вынесет.

— Лейтенант, кончайте клоунаду. Возможно, с тем мальчишкой это было уместно, но сейчас? Точно нет.

Ригор осклабился, обезображенное шрамами лицо сложилось в причудливую маску, грозящую всем, кто на неё посмотрит, несколькими незабываемыми ночными кошмарами.

— Какие нынче привередливые зрители пошли… Ладно. Под протокол, — и на этот раз он активировал устройство записи по-настоящему. — Губернатор Эдмунд Соларис, вы занимаете должность моффа сектора Римахор и соответственно являетесь главой планетарной администрации на планете Римахор V, и занимаете эту должность последние семь лет, всё верно?

— Да, — по виду губернатора было понятно, что он немного ошалел столь резкого перехода в стиле речи, но старался держать себя в руках.

— Когда вы познакомились с Джеком Джуниором?

— Больше сорока лет назад, в Кореллианском университете управления. Мы оба были студентами.

— Вы участвовали в деятельности корпорации «Новая Высота» до вступления в должность моффа?

— Нет.

— А после вступления в должность?

— Да.

На этот раз лейтенант Каэл Ригор вёл допрос по всем правилам, и Шепард, в отличие от Гаруса, начал скучать. Он подошёл к панорамному окну и посмотрел на «Вершину»: на город уже опустилась ночь, и штаб корпорации сверкал как зажжённый маяк. Если бы Шепард был поэтом, он бы сказал что-то вроде: «И в этот тёмный час только яркая Вершина дарила надежду», — но Шепард был штурмовиком, а не поэтом, и свою наивность оставил в детстве, в одном из военных городков. Он точно знал, что самое страшное зло сидит не в тёмных и уродливых башнях, а вот в таких вот сверкающих высотках. И мысль о том, что за миллионы световых лет от дома этот факт всё равно незыблем, сильно его удручала.

«Дайте мне простого и внятного врага, — думал он, — чтоб можно было подойти и вмазать ему от всей души, чтобы зубы на вылет. Чтобы без второго дна, благородных мотивов и политических дрязг». Раньше таким врагом для него были батарианцы — просто и понятно: раса пиратов-работорговцев не могла вызвать симпатии ни у одного здравомыслящего человека, и если даже находился повод перестать ненавидеть отдельных представителей, то всегда можно было ненавидеть Гегемонию. Потом место батаров занял Сарен, после — Жнецы. Но разумные машины слишком далеко, чтобы можно было броситься с ними в бой, а в этой галактике на роль достойного врага подходила только Империя, и пока он не понимал, стоит ли её ненавидеть.

— Вы организовали производство и сбыт крутагу на Римахоре V и за его пределами?

— Нет, — даже частично узаконенная наркоторговля была для Шепарда камушком на чаше весов не в пользу Империи. — Я не организовывал производство, я выписал лицензии на выращивание сырья нескольким землевладельцам, а также организовал контроль над объёмом произведённой и сданной продукции. Единственным покупателем сырья согласно лицензии является «Новая Высота».

— Кто осуществлял контроль за оборотом вещества?

— Специально созданная группа, в составе которой были члены моего кабинета и представители заказчика — «Новой Высоты», транспортировка осуществляется на военном транспорте.

Шепард краем уха слушал разговор, он уже знал, что корпорат навешал губернатору лапшу на уши про спасение миров за небольшую плату, плату, как водится, обещал поделить по справедливости. На чипе, который передал Ригору Соларис, даже был бизнес-план, разработанный спецами корпорации.

— Когда началась эпидемия, вы сразу заподозрили «Новую Высоту»?

— Нет. Римахор — сельскохозяйственный мир, животные часто болеют, и падеж случается регулярно, сначала меня убедили, что мутировали типичные для планеты вирусы.

— Как вы заподозрили причастность Джека Джуниора к катастрофе?

— Среди корпоратов жертвы появились первыми, затем «Вершина» заявила, что они могут синтезировать лекарство. После этого мои люди провели расследование, и я сразу отправил сообщение на Билбринджи.

— Вы сделали это лично?

— Нет, дал поручение секретариату составить депешу, — а вот это, как уже знал Шепард, было вопиющей некомпетентностью. Как ему рассказал Ригор, вся суть института моффов заключалась в скорости связи, каждый губернатор имел прямой канал связи со своим грандом, а тот, в свою очередь, — с Императором, и Соларис грубо нарушил основополагающий принцип. Осталось узнать…

— Почему?

— Марселлин Уэссел относится ко мне крайне предвзято, я посчитал, что личное сообщение может побудить его к необдуманным действиям.

— Но ведь именно гранд-мофф Уэссел назначил вас на должность, — от дальнейших слов Ригора и ответов губернатора Шепарда отвлёк зазвонивший комм.

Текстовое сообщение от Миранды заставило стиснуть зубы, чтобы не зарычать от злости. А он ведь знал, что без драки не обойдётся.

«Коммандер, началось движение в районе «Вершины»: несколько грузовых машин попытались прорваться через оцепление, местные их сожгли. По останкам груза смогли понять, что везли местных роботов, а судя по тому, как взорвались машины, — ещё и оружие с боезапасом».

Не говоря ни слова, Шепард подошёл к лейтенанту и продемонстрировал сообщение; тот, не останавливая допрос, жестами приказал ждать и дал понять, что он скоро закончит. Джон встал так, чтобы губернатор не видел, и сделал зверское лицо. Ригор не отреагировал, так же как и штурмовики, стоящие по бокам от него, а вот турианец не удержался и улыбнулся.

Допрос шёл ещё полчаса, но за его ходом Джон больше не следил. Он то и дело получал новые сообщения. «Армейцы выкатили тяжёлое оружие, усилили кордон» — ожидаемо: в городе, где потенциально враждебных боевых машин в десятки раз больше, чем имеющихся сил, и танки в мирный город не грех выпустить. «Новая попытка прорыва, неудачно» — примечательно, но прорываться пытались в башню, а не из неё; это наводило на печальные мысли, что у местного олигарха есть козыри в рукаве и такие камни за пазухой, что живым он сдаваться не будет. «Местные пошли на штурм, внутри началась стрельба» — Шепард помнил, что на первых уровнях башни развернули госпиталь, а потому он ожидал следующего, самого страшного сообщения.

— Губернатор Эдмунд Соларис. Имперская Служба Безопасности более не имеет к вам вопросов.

— Что? — губернатор выпучил глаза, и казалось, что от шока он вот-вот упадёт в обморок.

— Имперская Служба Безопасности в моём лице не усматривает в ваших действиях состава преступления, направленного против Империи и её подданных, но уведомляю вас, что данные этого допроса отправятся в канцелярию гранд-моффа, и в отношении вас будет инициирована проверка специальной комиссией.

— То есть я…?

— Продолжите выполнять свои должностные обязанности, пока ваше непосредственное начальство не решит обратное, — лейтенант поднялся и дал команду на выход. — Честь имею.

Когда они забрались в броневик, Шепард отметил:

— Тарэн будет недоволен.

— Да и *** с ним, — ответил хмурый Ригор, — у нас есть жертва поинтереснее.

И в этот момент он получил то сообщение, которого так сильно боялся.

«В городе беспорядки, кто-то пустил по местной сети утку, что Империя решила зачистить всех заражённых и штурмует больницу».

— Досиделись, мля… — и Шепард выжал из «Мако» всю доступную скорость.

Глава 2. Часть 9

К «Вершине» они подкатили на двух броневиках. Башня продолжала корчить из себя маяк надежды, сверкая стеклом и металлом; только медиафасад вместо рекламы гнал антиимперские лозунги. Издалека казалось, что мегабашню обнимают тысячи демонстрантов с плакатами: корпораты словно пытались убедить всех, что здесь делают нечто благородное. И на фоне кордона из солдат в чёрной герметичной броне, стационарных щитов и гремящих гусеницами бронетранспортёров, создающих ощущение осады светлого замка силами тьмы, это выглядело достоверно.

Полковник встретил их неласково — сухой, жёсткий, с тем напряжённым лицом, которое выдаёт скорый нервный срыв. — Дальше не пущу, — сказал он после требования Ригора обеспечить проход. — Объект перешёл под контроль армии. ИСБ — не штурмовые части. Подождёте за периметром, пока закончим.

Ригор ухмыльнулся так, что шрам стал выглядеть отдельной улыбкой; Шепарду казалось, что ещё чуть-чуть — и на лице Каэла откроется вторая зубастая пасть.

— Полковник, отделение штурмовиков из моего прикрытия стоит всего вашего гарнизона. Рациональнее пустить в ход то, что режет быстро, чем толочь воду в ступе.

— Рациональнее, — отрезал полковник, — чтобы гражданские видели: порядок наводят солдаты, а не… каратели. Ждите!

— Вы «закончите» к вечеру следующего дня, — Ригор шагнул ближе, понизил голос. — И будете отжимать этаж за этажом, теряя бойцов, а у этих тварей наверху хватит времени сжечь всё, что нужно мне.

— Это ваши проблемы, лейтенант.

Шепард, молча стоявший рядом, шагнул вперёд и ткнул перчаткой в проспект, который начал заполняться людьми. Напуганными и очень недовольными людьми. Толпа росла очень быстро. Сначала — десятки: уставшие лица, маски, транспаранты, собранные из хлама. Затем — сотни. Камни под ногами нашлись быстро; обломков после проезда тяжёлой техники хватало. Первый булыжник уже готов был лететь в щит.

До них доносились звуки погромов. Зазвенело стекло разбитой витрины, загоготали самые отчаянные. К гражданским уже подтягивались тяжёлые дроиды с щитами и акустическими пушками, но толпа, пьяная страхом, только разогревалась.

— Через десять минут к вашим щитам прижмут первых людей, — спокойно сказал Шепард. — Через пятнадцать они подведут сюда своих железных болванов, и вам точно будет не до штурма. Мы беспорядки не погасим — это ваша обязанность. Успокойте людей, выведите демонстративно из здания свои силы. Успокойте народ, покажите, что госпитали целы. А мы займёмся зачисткой.

Полковник посмотрел на толпу, потом на Шепарда. Несколько мгновений в его висках стучал метроном, пара секунд тишины — и он облизал пересохшие губы.

— Нету госпиталей, — тихо сказал он, — корпораты зачистили всех возможных свидетелей.

Шепард прикрыл глаза.

— Тем более, поговорите с толпой, обвините корпорацию, привезите сюда губернатора. Пусть решает.

— Первоочерёдно вам нельзя допустить полноценного восстания, полковник, — вклинился Ригор, — штурм — дело штурмовиков, а не комендантских рот.

— Пять минут на подготовку, — буркнул он и, не прощаясь, пошёл отдавать распоряжения.

***

Первым в здание зашёл Грюнт; счастливый кроган был вне себя от очередной возможности испытать новую игрушку в деле. От немедленного включения дефлектора его удерживали только ограничение ёмкости батареи и отсутствие противников на первых уровнях, армейцы уже успели поработать.

Холл четвёртого уровня встретил стерильным сиянием офисных ламп. Столы, стойки, пластик, и шикарный аквариум посередине зала, а в самом конце — три наспех сваренные турели. Первый плазменный заряд растекался по щиту перед Грюнтом; кроган оскалился и с разбега врезался в стойку ресепшена, опрокидывая её вместе с опасной конструкцией, придавив железяки закованной в броню лапой для надёжности. Вторая турель начала разворот, но дуплет из кроганского дробовика вывел её из строя; третью точными выстрелами отключили штурмовики.

Турболифт корпораты предусмотрительно отключили, и штурмовой группе предстояло пройти ещё два уровня, чтобы добраться до распределительного центра и перехватить контроль над энергоснабжением башни. Но на пути стояли десятки дроидов в боевом обвесе.

Шепард ещё после испытаний на Раго приказал работать только бронебойными патронами, и, как оказалось, они неплохо справлялись с местными железяками: дроиды оказались не сильно прочнее гетов.

— И это всё? — разочарованно фыркнул кроган, когда они ликвидировали очередную партию жестянок.

— Не расслабляться, — отрезал Шепард. — Ригор, что мы ещё можем ждать?

— Я уже говорил, — раздражённо отмахнулся он, — это гражданский объект: маломощные бластеры да лёгкие турели, собранные из них, — это максимум, что мы можем встретить. Но смотрите под ноги. Самодельную взрывчатку никто не отменял.

— Они могут применить ещё что-то из биооружия?

— А смысл? Планету стерилизовать? Мы все загерметизированы, живём на внутренних запасах кислорода. Кстати, если пойдём в том же темпе, то перед турболифтом нужно вызвать доп. запас кислорода.

— Делай.

Они подошли к очередной двери и, как это водится, первым пустили крогана.

— Грааа! — он начал собирать все выстрелы на себя, а остальная группа открыла шквальный огонь. Бронебойные иглы прошивали гражданских дроидов насквозь; старые B1 кое-как держались, но всё равно скашивались под очередями, будто колосья под косой. В этот раз штурмовики не успели сделать ни единого выстрела.

— А не так уж плохи наши пушки, — самодовольно высказался Джейкоб, косясь на штурмовиков.

— Ха, — презрительно бросил Ригор и продемонстрировал основание для презрения в следующей стычке: не успели бойцы выстрелить, как лейтенант оказался рядом с дроидами, резким движением вырвал одному из них голову и, отобрав бластер, прострелил корпуса двух других.

— Это гражданский хлам, — сказал он, отбрасывая оторванную голову дроида в сторону. — Даже если этот хлам во время войны стоял в линии — это ничего не меняет. У них брони, считай, нет; даже у тех, у кого она имелась, её скрутили да пустили на переплавку.

— Показательно, лейтенант, — холодно сказал Шепард, оценивая физическое состояние Ригора и делая в голове новую пометку. — А теперь вернитесь в боевой порядок и больше не выскакивайте на линию огня.

ИСБшник оскалился, но промолчал. Они уже добрались до нужной точки, и он начал вызывать снабженцев с кислородом.

— Сеть живая, — Тали уже ковырялась в терминалах, благо у неё было достаточно времени на перелётах, чтобы изучить местное ПО. — Я могу перехватить диспетчеризацию лифтов, энергопитание идёт отсюда, но я лучше переброшу на городскую линию. Если сюда кто-то пройдёт, пока мы будем ехать…

— Так, — Шепард обвёл взглядом штурмгруппу. Четверо его бойцов остались на «Нормандии» в охранении, и всё равно сейчас у него под рукой было два полноценных отделения. — Легион, Заид — остаётесь здесь, следите, чтобы нас не обесточили. Сержант, выберите двоих штурмовиков для охранения.

Тот кивнул; два бойца безмолвно заняли позиции, чтобы контролировать выходы.

— Может, пешком? — Грюнт весело пожал плечами и жадно посмотрел на лестничный пролёт, откуда ждал новых противников.

— Заскучаешь, прежде чем до драки доберёшься. И… работает, — Тали театральным жестом мазнула в сторону грузового турболифта. — Прошу на борт.

Когда двери турболифта захлопнулись, заговорил Ригор:

— Персонал нужно взять живым. Шепард, ваши пушки…

— Я понял, — не дал он договорить лейтенанту, — будем бить сильно, но аккуратно. Отряд, живые цели — огонь только по конечностям. Грюнт, ты стреляешь только по синтетикам. — Бронебойные пули могли прошить местные перегородки насквозь и наплодить случайных жертв, но отдавать приказ на запрет стрельбы Шепард даже не думал: жизни его экипажа были важнее.

— А в морду можно? — уточнил кроган, показывая бронированный кулак.

— В морду можешь порычать. Грозно, как ты умеешь. И щит — на изготовку.

Последний приказ лишним не был. Стоило дверям открыться, как в них полетел шквал плазменных зарядов. Кроган не стал двигаться — наоборот, встал сверкающим голубизной монолитом, выступая в роли укрытия для отряда, и в этот момент Шепард первый раз в этой галактике отдал приказ на использование биотики. Самара ударила сингулярностью, и все противники оказались стянуты в одну кучу, не в силах вырваться из захвата миниатюрной чёрной дыры. Благо органиков среди них не было.

— Вперёд! — отряд рассредоточился по новому залу; свежие дроиды уже бежали к ним с разных сторон, но укрытий в просторном холле не было, а потому Джон, усилившись биотикой, сблизился с новой пачкой дроидов и разметал их короткими очередями, используя остовы роботов вместо щитов; Грюнт добропорядочно выполнял роль укрытия для Джейкоба и Гаруса, а вот Самара последовала примеру командира и перешла на короткую дистанцию боя. Закованным в броню штурмовикам укрытий не требовалось, но некоторые всё-таки падали на землю, стремясь сократить возможную площадь поражения.

Когда дроиды кончились, Шепард перехватил тяжёлый, изучающий взгляд Ригора.

— Лейтенант?

— Ни одного человека, Шепард. Мне это не нравится. Не знаешь, где они могут прятаться?

Джон отметил, что лейтенант стоял к нему полубоком, а бластер, хоть и был опущен, но палец лежал на спусковом крючке.

— Я что, похож на экстрасенса? — Шепард удивлённо приподнял брови, хоть под шлемом этого видно не было. — Тали, сможешь подключиться к камерам?

— Отсюда? Не уверена, но попробую, — кварианка не медля пошла к ближайшему терминалу; штурмовики встали так, будто собрались воевать со своими наёмниками.

— Где кабинет генерального? Ты же добыл план здания? — он перевёл взгляд на напряжённого Ригора.

— Мы уже почти на месте. Здесь — переговорки и кабинеты начальников отделов. Разделимся и прочешем каждый.

Лейтенант резко развернулся, показывая Шепарду спину, и штурмовики тут же потеряли интерес к команде Джона.

«Какого чёрта это было?» - пронеслось в голове Шепарда.

Когда они ворвались в кабинет Джуниора, их встретил запах жжёного пластика и сожжённых мозгов. Два человека в деловых костюмах жались к стене с поднятыми руками, а у их ног валялось тело в такой же одежде.

— Где остальные? — сухо спросил Ригор, бросившись к терминалу у стены.

— Мы… мы не знаем, — заикаясь, ответил младший. — Исполнительный… господин Джуниор… он ушёл… на площадку… Нас не взял.

— Когда? — Ригор не поднимал глаз, пальцы бегали по клавиатуре. — Доступ. Доступ! Тали?

— Я здесь, — кварианка уже втыкала шнур в соседний порт. — Есть. Что нам нуж… — Она замолчала. На экране сверкала злая надпись: «форматирование завершено». — Не успели…

Ригор выдохнул и, не глядя, схватил за ворот одного из «деловых», впечатал того в стойку.

— Кто дал команду на очистку? Где он? Где Джек?!

— На… на уровне сорок два! — выпалил тот. — Площадка «Альфа». Там его катер!

Гул сверху заставил всех автоматически поднять головы. Всех, кроме Шепарда: он спокойно подошёл к окну и пронаблюдал за рвущимся к небесам космолётом. Но Джеку Джуниору не было предначертано сохранить свободу. В ночном небе сверкнула вспышка — это фрегаты карантинной блокады отработали по кораблю, взлёт которого не был санкционирован. Соларис был прав: олигарху не удалось купить себе жизнь.

— Тварь трусливая, — проворчал Ригор. — Играть закончили, ничья. Проводим подсчёт очков, — сказал он наконец ровно, хотя в голосе нет-нет да проскальзывали рычащие нотки. — Сержант, прочешите этаж и блокируйте уровни со взлётными палубами, оформляйте в задержанные всех, кого найдёте. Кому-то всё равно известно, куда они уволокли бэкапы. Тали — снимай всё оставшееся с локальных терминалов, даже если это график чаепитий и порно-архив мелкого клерка.

— А ты? — спросил Шепард.

— А я… — он встал и резким движением оказался у самого представительного пленника и резким ударом отправил его на землю, — а я уточню у наших новых друзей, как подать сигнал на отключение их опасных игрушек.

Обратно они уже не пробивались: Ригор всё же смог отключить систему защиты здания, как обозвал её зам Джуниора. Так что «домой» они возвращались спокойно и, как приличные наёмники, делали это с трофеями. Тали прятала в подсумки пустые кристаллы для записи данных, а Гарус подбирал трофейные батареи; Грюнт же нёс перед собой охапку разных бластеров, как ребёнок — мешок с конфетами; Джейкоб же спер с верхних этажей бутылку дорогого пойла, и даже Миранда уволокла из местной элитной столовой баночку с каким-то чаем.

— Цирк на выезде, а не элитный отряд, — бурчал про себя Шепард, но останавливать бойцов не стал. Не тот момент, не тот контекст, чтобы наводить железобетонную дисциплину. И, что удивительно, даже ИСБшник не сказал ни слова. — Ригор, — спросил Шепард, — ты ведь знал, что он рванёт?

— Надеялся, что благоразумие его остановит. Хотя, скорее, инстинкт самосохранения.

— У безумных учёных этот инстинкт отсутствует, как мне кажется. Что будем делать дальше?

— Докладывать, — вздохнул Каэл. — Я, увы, не справлюсь с обработкой всей информации: хоть подтерли эти уроды всё, до чего смогли дотянуться, но кто-то же должен что-то знать и так. Нужны допросы, а три сотни человек я один не осилю. Нужна команда, а значит, вызываем командование, ждём группу и сдаём дела.

Шепард такому раскладу не обрадовался. Все метания на этой планете были из стороны в сторону, и они не сделали ни шага вперёд. Кто организовал наркотрафик? Кто и где добыл древнее биооружие? Кто и зачем, чёрт его побери, выпустил его на улицы? Одни вопросы; и, как он знал на практике, такие отчёты не приносят наград и похвалы, а сейчас, как ни прискорбно было признавать, именно это Шепарду и нужно было.

Когда они вышли из башни, на дорогах уже не было толпы.

— Отработали, — сказал Ригор подошедшему полковнику. — Спасибо за поддержку. Людей удалось утихомирить?

— Да, — улыбнулся полковник, — губернатор Соларис такую речь толкнул, что эта толпа сама чуть не просилась штурмовать «Вершину». Но разошлись, даже без стрельбы удалось обойтись.

— Приятно слышать, — сказал Джон, но на него не обратили внимания.

— Здание нужно опечатать, нужно организовать посты на каждом проходе и ещё раз прочесать все уровни на предмет спрятавшихся работников. Мои бойцы сейчас сгонят всех клерков в общий зал, все они арестованы, и их нужно сопроводить в тюрьму.

— Три сотни человек? Сделаем.

— Также нужно организовать аресты, список я составлю в течение двух часов. Все причастные к НВ должны быть задержаны.

На этих словах полковник скривился:

— Я выделю людей.

— Благодарю.

На этом длинный день можно было считать оконченным, и Шепард, оставив Ригора разбираться с бюрократией, увёл свою команду на «Нормандию».

Глава 2. Часть 10

Ригор категорически отказался докладывать Тарэну о произошедших событиях. Джону казалось, что будь его воля, он и его попытался бы ограничить, но вполне возможно было и то, что безопасник просто показывал свой гонор: несмотря на то, что его послали с наёмниками по просьбе имперского коммандера, у него было своё руководство и свои резоны. Возможно, было и то, что, по мнению ИСБ, дело «Вершины» армейцев и флота не касалось. А потому перед голопроектором Шепард сейчас стоял один.

— Без политесов, Шепард. У меня мало времени, — Виктор Тарэн выглядел уставшим и не находил необходимым скрывать своё раздражение. Отметив этот факт, Шепард решил зайти с козырей.

— Задание выполнено: мы выяснили, что наркотрафик крутагу организован бандой Беску; они воровали вещество, производимое на Римахоре, и продавали тем, кто больше заплатит. Их база находится на…

— Убе, в секторе Барса, — я знаю. Один шустрый лейтенант уже сообщил. Сейчас я и ещё несколько звездных разрушителей готовим блокаду планеты. Что-то ещё? — А вот за это Шепард действительно был готов выкинуть Ригора в шлюз: лысый урод не только всё-таки разговорил пленных и поделился полученной информацией только перед звонком Тарэну, но и, видимо, успел отправить рапорт.

— Нет. Полагаю, лейтенант Ригор уже сообщил все остальные подробности.

— ИСБ мне не подчиняется, — раздражённо выплюнул Тарэн. — Значит так, Шепард: миссия выполнена. Доставьте всех задержанных на Ансион и ждите меня там. Мне нужен полный рапорт о ваших действиях; уточните у штурмовиков форму и правила, принятые у нас. Поговорим лично.

— Боюсь, что лейтенант… — и опять ему не дали договорить.

— Если будет препятствовать — бросьте его на Римахоре.

— …ждёт группу для проведения следствия касательно действий корпорации «Новая Высота».

— Это проблемы ИСБ! Жду вас на Ансионе. Это приказ!

И Тарэн оборвал канал связи. Шепард, постояв неподвижно пару мгновений, с силой ударил кулаком по столу, интуитивно окутав руку биотическим полем, — отчего в металлической столешнице образовалась рваная «рана».

Осмотрев дело рук своих, Джон направился в каюту Ригора: шлюз не шлюз, но морду он ИСБэшнику набьёт.

К его удивлению, Ригора в каюте не было; в выделенном имперцам помещении его встретили только штурмовики на отдыхе — благо верная СУЗИ подсказала, где его искать. Удивлённый, но всё ещё злой, Шепард без сомнений подошёл к маленькой, но зато личной каюте Келли Чамберс. Коридор проводил насмешливым гулом воздуховодов; корабль — а может, СУЗИ — ждал веселья. Не сомневаясь, Джон разблокировал замок, пользуясь капитанскими правами.

Встретили его два взгляда. Один — довольный, от поправляющего пояс лейтенанта Ригора; второй — испуганный, от кутающейся в простыню корабельного психолога.

Первой мыслью в голове Джона промелькнуло: «Прямым в челюсть или пыром в пах?» Вторая: «Но он же уродлив, как кроган». Третья: «Разврат на боевом корабле!»

Зацепившись за спасительные строчки устава, касающиеся неуставных отношений, он набросился на виновника этого безобразия.

— Мисс Чамберс, вы перепутали боевой корабль с борделем? — и пусть хоть кто-то попробует сейчас возразить, что бедная психолог ни в чём не виновата. — Или, раз вы гражданский специалист, то считаете, что устав для вас не писан?

В глубине души Джон надеялся, что лейтенант вступится за свою пассию, и ему всё-таки удастся набить морду так, чтобы это не выглядело как акт ревности. Но Ригор споро и незаметно свалил из каюты, оставив девушку на растерзание командиру.

Посмотрев на ещё сильнее сжавшуюся от этого нарушительницу, Шепард подумал о том, чтобы, по совету Тарэна, бросить Каэла на Римахоре, а заодно и сунуть ему эту дуру со словами: «Совратил? По нашим обычаям — женись!»

Взгляд сменился на задумчивый, а Келли тихонько заплакала. «Нет», — с сожалением подумал Шепард. — «Совращать там, наверняка, уже было нечего — не поверит». Да и, по правде сказать, бросать соотечественницу в чужом мире было мерзко. Но наказать её, конечно, надо. И Ригора заодно, хотя бы попытаться.

— СУЗИ, — обратился он к ИИ с улыбкой на лице, — созови-ка офицеров в БИЦ: нам срочно нужно провести заседание дисциплинарной комиссии по нарушению корабельного устава мисс Келли Чамберс.

Наказанием станет не столько вынесенное командой решение, сколько публичность столь позорного мероприятия.

***

Решением посмеявшейся комиссии стало назначение личной помощницы капитана на роль пищевого фабрикатора, а вернее — помощницы кока. Альтернатив было мало: корабль отдраили ещё за время многодневных сверхсветовых переходов до встречи с имперцами, да и сейчас скорость гипердрайва оставляла желать лучшего, поэтому на корабле сложилась редкая ситуация, когда экипаж практически дрался за более-менее сносную работу, позволяющую скрасить ожидание. Единственным местом, куда скучающим головорезам путь был заказан, была святая святых — столовая, где царствовал Его Величество Кок.

Руперт вечно голодных вояк в свою вотчину не пускал принципиально: «Ибо сожрут всё, до чего дотянутся», — но к гражданской Келли был более благосклонен, а потому пищевой синтезатор и кухонный комбайн отправились на заслуженное техобслуживание к инженерам, а наказанная Чамберс взялась за нож и венчик. Самое забавное что экипаж был доволен, качество рациона заметно улучшилось и капитана уже подговаривали сделать назначение постоянным.

Её любовничка всё-таки «забыли» на Римахоре, приватизировав пленных бандитов и имперские коды. «Раздолбайство», — подумал Шепард, когда Заид, Касуми и Джейкоб предложили, пользуясь этими кодами, ограбить какой-нибудь мелкий гарнизон да свалить с контракта. Покрутив пальцем у виска, Джон сказал, что обязательно договорится с Тарэном о проведении учений типа «Три сумасшедших олуха штурмуют укреплённую базу». Олухи приуныли, но планы разбойного обогащения выкидывать не стали. Мало ли, вдруг капитан одумается?

Чтобы добраться до Ансиона, их гипердрайву понадобилось трое суток; сама планета, по мнению Шепарда, могла бы стать идиллией для любителей активного отдыха, если бы не база флота. В этом он убедился после того, как его команда выбралась в местный город на отдых.

Отчего-то в восторг от планеты больше всего пришёл Гарус: скорешившись с местными жителями, он вскочил в седло местного зверя, очень похожего на страуса, и, вооружившись любимой винтовкой, отправился на охоту. По возвращении он притащил с собой громадного хищника, который, к всеобщему удивлению, оказался декстроаминокислотной формой жизни! Зрелище того, как турианец сначала застрелил самую страшную тварь планеты, а затем с удовольствием сожрал эту ядовитую для местных пакость, возвело его среди кланов жёлтокожих ансионцев в ранг легенды.

На этом эпопея не закончилась: узнав о подобном казусе, возбудившийся саларианец сбежал в степи, стремясь узнать: «а какого, собственно, ляда такая тварь смогла зародиться и выжить в царстве левосторонних аминокислот?»

Ушедшего в самоволку сумасшедшего учёного искали две суток. Нашёлся он в стойбище консервативного клана ансионцев, живущих «по заветам предков» — только с бластерами, электронными манками и тщательно запрятанными станциями связи. Мордин, следуя завету «Разведка — это навсегда», втерся к местным в доверие и стал почётным шаманом, заслужив незыблемый авторитет среди всех членов клана.

За самоволку доктор получил по шее от Миранды, отправленной на его поиски, и сутки карцера лично от Шепарда, что для деятельной натуры саларианца было настоящей пыткой.

На фоне этих подвигов приключения остального экипажа немного терялись: Заид с Джейкобом и частью людского экипажа напились в местном баре и устроили драку с такими же раздолбаями в увольнительной, но уже с имперского корабля. А после уже вся честная компания била морды бойцам комендатуры отреагировавших на беспорядок в городе. После чего пьяные идиоты дружно отправились трезветь на гауптвахту гарнизона.

Касуми обокрала какую-то местную шишку, что слава её незаметности не вызвало последствий. Тейн же завязал теологический диспут с рогатым ксеносом и по его результатам пристрелил еретика. Благо, что забрак оказался разыскиваемым преступником, и в результате дрелл даже получил солидную премию…, которую злобный командир отобрал, узнав о причине конфликта, и направил на выкуп буйного экипажа с местной «губы». Только ради того, чтобы запихнуть на свою, разумеется.

В общем, по традиции армий всех времён и народов увольнительная для солдата обернулась головной болью для командира, а потому Шепард страдал и ждал возвращения нанимателя как манну небесную. И наконец это свершилось.

Ознакомившись с полным отчётом, коммандер Виктор Тарэн благосклонно молвил:

— Я благодарю вас, Шепард, за блестяще выполненную работу, — что Шепарду категорически не понравилось.

— Но ведь работу мы не выполнили, — Джон сложил руки на груди. — Вы хотели, чтобы мы убрали губернатора Римахора. А он остался на своём месте.

Какое-то время Виктор смотрел на своего наёмника.

— Знаете, Шепард, когда наниматель благодарит за службу, принято благодарно вилять хвостиком, а не ставить ему эту благодарность в укор.

— Я пёс бойцовый, нам хвост ещё щенками купируют. А я не люблю, когда меня и мою команду используют в тёмную, — с учётом косяков, которые упороли его люди за время ожидания нанимателя, землянину действительно стоило заткнуться и с благодарностью принять поощрение, но это было не в его духе.

— Соларис не оправдал моих надежд и оказался благонадёжным. Редкий вид чиновника, однако… ну да криф с ним. Ваш новый друг достаточно его запугал, чтобы он проявил рвение при снабжении флота. Этого мне достаточно.

— Мой друг? — поднял бровь землянин. — И разве вы не намеревались пропихнуть на пост своего ставленника?

— Где я возьму столько надёжных людей, чтобы их всюду пропихивать? — Виктор тяжело вздохнул. — А под другом я имею в виду лейтенанта Ригора. Я всё-таки выбил у ИСБ его отчёт. Он описал вашу команду с наилучшей стороны. Так что не удивлюсь, если на следующее задание я получу от ИСБ рапорт на перевод в вашу группу.

— А для нас уже есть новая задача?

— Пока нет, Шепард. Но я приглашаю ваш экипаж на праздник — День Вознесения. Корусант сейчас особенно прекрасен и весел.

— И зачем мы там? — Шепард напрягся: с одной стороны, это огромный шанс оказаться в центре, а не на окраине государства; возможность договора на более высоком уровне. Но вот только чем они заслужили такую честь?

— Я… — Тарэн на долю мгновения замялся, но Шепард, более собранный, чем обычно, смог это отметить. — Хочу вас с кое-кем познакомить. Это высокопоставленный чиновник, и следующий контракт будет от него.

— Следующий контракт? — Шепард напрягся ещё больше. — Ты хотел сказать — следующая миссия. Мы заключили срочный договор.

— И он расторгнут по инициативе нанимателя. Джон, говорю начистоту: вы правда хорошо себя показали, особенно с учётом незнания местных реалий. Побузили чуть-чуть на Ансионе? Бывает. Но проблема в том, что я о «гостях из дикого космоса» доложил сразу и получил выговор за самовольство. Теперь моё начальство хочет с вами встретиться.

— Хотите, чтобы мы предстали перед обществом в роли дипломатов, которые оказали помощь Империи, а не презренных наёмников?

— Да я даже догадываться боюсь, чего он хочет, — тихо сказал Виктор, потирая горло. Этот жест смутил Шепарда, но заострять дальнейшее внимание на этом он не стал. — Шепард, я не знаю, чем закончится ваша встреча, но мне чётко дали понять, что за вас я отвечаю головой. Увидитесь, поговорите; я вас проведу на парочку вечеринок; не придёте к соглашению — покинете Центр, и всё.

Шепард хотел было добавить «покинете по частям» — уж очень это показалось ему уместным. Но отказываться в их ситуации от встречи с кем-то из высших эшелонов было откровенно глупо. А потому:

— Наша парадная форма подойдёт? — Джон понятия не имел, есть ли в запасах «Нормандии» что-то подобное, но был уверен, что Миранда раздобудет всё, что угодно, благо деньги у них теперь есть.

Тарэн, убедивший Джона, что прийти они могут в чем угодно кроме боевой брони, выпроводил гостя, достал палочку фицы и откусил её кончик. Этот стимулятор был под строгим учетом и ему придется написать огромное обоснование для службы безопасности за его расход, а также выслушать от медиков очередную лекцию о вреде этой дряни. Но сейчас ему было плевать, Лорд Вейдер пожелал видеть гостей и если что-то ему не понравиться, то Виктору будет проще застрелится.

Коммандер достал бластер из кобуры и представил как холодная сталь прикасается к виску. Нет, так он не умрет. Только не так.

Глава 3. Часть 1.

Корусант поражал. Едва выйдя на его орбиту, экипаж «Нормандии» прилип к обзорным экранам. Тысячи и тысячи кораблей. Пять сотен огромных звёздных разрушителей, рядом с которыми «Темный Феникс» откровенно терялся, охраняли центральную планету от любого посягательства; им помогали многочисленные эскортные посудины; сотни тысяч судов курсировали от планеты и к планете, досматриваемые патрулями и игнорируемые ими. Они просачивались в экуменополис словно пчёлы в улей и будто эти насекомые покидали его в поисках нового нектара для прожорливой матки.

— Корусант, — начал Тарэн — Центр Империи, Галактический город, Имперский Город, Крусант-Сити. Какое название не выберете, все будут верны. Средоточие власти, центр культуры и величайшая сокровищница галактики.

— Сколько же здесь населения? — спросила Тали.

— Около триллиона, — ответила Миранда, уже успевшая посмотреть голографию мира в голосети. — Вернее, чуть больше триллиона. Точного подсчёта нет: на нижних уровнях высокая плотность населения и криминализированная обстановка, учёт ведётся из рук вон плохо.

Даже кроган проворчал нечто восхищенное, а Гарус пытался просчитать сколько патрульных нужно чтобы поддерживать стабильность на этом куске метала, камнем планету назвать было уже нельзя. Огромная космическа станция с атмосферой — вот что это!

— И это — в центральном мире Галактики, — неодобрительно прокомментировал Шепард.

Империя действительно наводила порядок почти по всей галактике, но нижние уровни Корусанта, как он успел узнать, оставались раздольем для бандитов всех мастей. При Республике, впрочем, по словам Тарэна, было ещё хуже.

— Нижний Город не видел света уже почти сто тысяч лет, — говорил он, — полиция туда не спускается, только курсантская гвардия. Несмотря на все старания вычистить этот отстойник не получается, приличные люди не хотят жить настолько далеко от света звезд и так близко к шлаковым шахтам.

В центр галактики «Нормандия» своим ходом добиралась бы пару недель, Тарэн же пригласил избранных Джоном членов команды на личный шаттл, оставив «Феникса» нести службу в своём секторе под руководством старпома. Что удивило Шепарда, так это скорость. Восемь часов — с окраины Галактики к её центру: именно столько понадобилось кораблю, чтобы добраться до точки, девять тысяч световых лет. Скорость всё ещё поражала: без ретрансляторов, лишь за счёт мощности самого корабля — такое время всё ещё не укладывалось у него в голове; даже с учётом нового обвеса «Нормандия» такой маршрут осилила бы только за пару недель.

У посадочной площадки их встречали штурмовики. Виктор же выглядел нервным и, посмотрев тоскливым взглядом на шаттл, сказал, что им предстоит кое-куда заехать, прежде чем наслаждаться праздником.

— Куда направляемся? — спросил Шепард.

Виктор нервно дёрнул плечом.

— Мой покровитель желает с вами встретиться. Я доложил, что нанял новую группу, и он настолько впечатлился вашими результатами, что захотел познакомиться лично. Возможно, ваш контракт у меня перехватят…

— Ранее ты говорил кое-что иное, — прищурился Джон.

Тарэн был очень бледным и каким-то дёрганым, он явно не желал встречи со своим патроном, и, судя по его состоянию, добиться внятных ответов от коммандера сейчас было невозможно.

— И кто же ваш покровитель? — спросил он.

— Лорд Вейдер, — прошептал Тарэн, заходя в аэрокар.

— Второе лицо после Императора, — тихо сказала Миранда, так, чтобы услышал только Джон. Виктор же продолжил, потирая шею:

— Мы летим в его дворец.

Дворец оказался огромной высоткой — не помпезной, как соседние, но монолитной и величественной. Венчали её несколько турболазерных турелей. А в ангаре, куда зашёл их транспорт, оказалась целая выставка звёздной техники: от гоночных болидов до люксовых яхт и истребителей. Один корпус был оплавлен до неузнаваемости: когда-то серебристый, он весь пошёл волнами и ожогами, словно корабль падал в атмосфере, а не входил в неё.

— Почему мы сразу не приземлились здесь?

Тарэн только дернул плечом, не став отвечать. Виктор подошёл к одному из штурмовиков, встречавших их в ангаре:

— По приглашению Лорда Вейдера, барон Тарэн с сопровождением.

Штурмовик секунду посмотрел на него и кивнул:

— Вас проводят, — указал он на большого чёрного дроида модели BX. — Лорд Вейдер находится в тренировочном зале.

После этих слов Виктор побледнел ещё сильнее. Шепард не понимал, почему высокопоставленный чиновник — главнокомандующий вооружёнными силами Империи — будет встречать их в тренировочном зале. Это непонимание разжигало злость, и ещё больше топлива в этот костёр подливало поведение Тарэна.

Нестройной гурьбой вся команда, отобранная Шепардом для «отдыха», направилась вслед за дроидом-убийцей. Двери тренировочного зала распахнулись — и, к своему удивлению, Шепард не увидел ни тренажёров, ни людей. Лишь огромная фигура в чёрной броне стояла посреди зала, а вокруг лежали сломанными куклами дроиды.

Фигура молча смотрела на них — Шепард бы даже сказал, осуждающе. Побледневший коммандер Тарэн опустился перед ней на одно колено.

— Повелитель, по вашему приказанию гости доставлены.

Лорд не обратил на него ни капли внимания. Он сверлил взглядом Шепарда.

— Гости из другой галактики.

У Шепарда екнуло сердце: Виктор каким-то образом пронюхал об их происхождении? Нет, это лысый ублюдок разговорил дуру Чамберс! Нужно было выбросить в шлюз обоих!

Шепард обозначил поклон. От фигуры исходила непонятная волна страха — она проникала в сознание, подавляла волю и настойчиво «рекомендовала» преклониться. Но Шепард был из другого, более крепкого, теста чем Виктор.

— Позвольте представиться. Коммандер Шепард, Спектр Совета Цитадели, представитель Альянса систем. — «Живой Мертвец» хотелось добавить, но эти слова остались не произнесёнными. Почему-то ему хотелось говорить, говорить много. Про Землю, про Цитадель, про Альянс, про Торфан, но Шепард стиснул зубы и прогнал наваждение.

— Цитадель. Альянс, — прогремело из-под маски. — Какие громкие слова для существа, что застряло так далеко от родного дома. Человека, отрезанного от поддержки. Чьи полномочия здесь ничего не стоят. Кто ты такой, коммандер Шепард?

— Я — человек, — твёрдо ответил он. — Человек, у которого есть долг и цель, и который к ней идёт.

Фигура скрестила руки на груди и мрачно задышала. Он ждал продолжения. Шепард не поддался на провокацию и тоже молчал. Ощущение страха стало более плотным, рука едва не потянулась к кобуре.

— Что ж... И какова твоя цель, коммандер Шепард? Спектр Совета Цитадели?

— Моему дому угрожает страшный враг. Жнецы — они уничтожают цивилизованные расы каждые…

— Каждые пятьдесят тысяч лет, — прорезал воздух металлический бас. Откуда он знал? Джон понятия не имел, но ему было все равно, все силы уходили на то чтобы стоять ровно. Не гнуть спину, не опускать взгляд!

— …каждые пятьдесят тысяч лет. Скоро начнётся очередная жатва, и я должен ей помешать. Я обязан сделать всё, чтобы не допустить её. Но я застрял здесь, в этой галактике, и не знаю, как выбраться. Мой долг — вернуться домой и вступить в войну.

Вейдер долго молчал, глядя на него.

— Вернуться домой. Вступить в войну. Один человек, один корабль… Что может сделать один человек? — Шепард думал об этом не раз.

— Пару десятков тысяч выстрелов, — ответил он твердо.

Долгий, протяжный хмык смешался со звуком работающей фильтрационной системы. Шепард понял смысл этого громоздкого костюма, но зачем? Страх отравления газом? Старые травмы? Или он как волус не может жить за пределами родной атмосферы?

— Значит, ты воин, коммандер Шепард? Что ж… Думаю, я могу помочь тебе вернуться домой.

Шепард замер, все вопросы вылетели из головы, самоконтроль начал трещать по швам.

— Вы знаете способ? — спросил он, боясь услышать отрицательный ответ.

Вейдер не ответил. Вместо этого произнёс:

— Так скажи мне, Шепард: ты — воин?

— Да, — чётко ответил Шепард. Он уже услышал самое главное; оставалось только получить ответ.

— Что ж, мы это проверим.

Шепард не успел ничего понять. Фигура в чёрной броне оказалась рядом. Мгновение — и он летит назад, отброшенный неожиданно сильно рукой Тарэна, что вскочил, как только его патрон сделал первый, монструозно плавный, шаг.

Виктор выхватил бластер и выстрелил в своего повелителя. Тот уже был не безоружен: в его руке вспыхнул красный огонь — лазерный меч. Сюрреалистичное оружие в руках машины для убийств выглядело символом смерти. Вейдер сделал невозможное: отбил бластерные выстрелы, и те полетели обратно в Виктора. Того перевернуло, и, кувыркнувшись через плечо, он затих.

Не задавая вопросов в ту же секунду в бой включилась Самара: ударила биотической волной, но Вейдер даже не покачнулся. Он направил руку в сторону Самары — и та начала задыхаться.

Открыли пальбу со всех сторон. Их не обезоружили при входе — тогда это поразило Шепарда. Какой высокопоставленный чиновник не потребует, чтобы вооружённые гости сдали оружие?

«Видимо, безумный», — подумал Шепард, открывая огонь из своей винтовки. Масс-драйвер выплюнул очередь снарядов, но лорд Вейдер просто принял их на броню. Не отмахивался мечом, как от бластерных зарядов, — просто позволил разогнанным до сотой доли скорости света снарядам разбиться о свой костюм. «Или тот кто уверен в своей неуязвимости»

Началось непонятное ему сражение. Лорд Вейдер раскидывал их, словно вшивых котят, — в разные стороны. Гарус Джейкоб, Тали, Миранда все его бойцы, элита Цитадели, те кто прошел с ним огонь, воду, позорный столб и царство мертвых, все они были бессильны против апофеоза смерти в черной броне.

Они продержались против него не больше минуты; но самое страшно, то Шепард понял: Вейдер сдерживался.

Рявкнул дробовик; кроган, оклемавшийся от удара об стену, с рыком бросился на противника, включив щит. Взмах руки — и холодные жала шрапнели зависли в воздухе; второй — и три сотни килограммов крогана взмыли вверх, чтобы удариться о потолок, затем снова о пол и снова улететь в стену.

Очнувшаяся от удушения Самара ударила деформацией, но новый взмах руки отправил смертоносный заряд обратно.

Гарус бросил сразу несколько гранат, но те просто не сработали.

Шепард не мог позволить себе наблюдать. Поднявшись на ноги и поняв, что винтовка перегрелась, он выхватил нож и, усиленный биотикой, бросился на фигуру в чёрном. Тот «поймал» его в воздухе ещё до удара — на этот раз не пошевелив ни мускулом. Стоял ровно, с опущенной рукой, а Шепард не мог даже двинуться. В жалких миллиметрах от цели, с клинком занесенным для удара. Он вырывался изо всех сил и понял, что уже не может дышать. Имплант в шее раскалился. Биотические способности отзывались болью, но ничего не могли сделать. Он скрипел зубами, тянулся к цели, но смог сдвинуться всего на жалкий микрон.

— Неплохо, — сказал Вейдер.

Шепард рухнул на колени, выронив нож и судорожно хватая ртом воздух. Взмахом руки Лорд вырвал оружие из рук опешивших бойцов и подошёл к раненому Виктору: собственные бластерные болты не пощадили стрелка. «Интересно в небесной канцелярии это засчитают за самоубийство?» — отстранённо подумал Джон

— Ты напал на меня, Тарэн. Почему? — звенел металл в голосе.

— Вы приказали защитить их, — прохрипел Виктор. — Любой ценой. Вы дали задание: «они не должны пострадать». Я отвечаю за это головой.

Шепард был в шоке от абсурдности услышанного. Вейдер же просто отвернулся от своего подданного. В зал вбежали дроиды, подхватили Виктора, вкололи ему что-то в шею и унесли.

— Ты — воин, коммандер. Как и твои люди. Почти все, — бросил Вейдер взгляд на съёжившуюся в уголке секретаря Шепарда. От неё он героизма и не ждал, но было обидно увидеть, что она даже не попыталась что-нибудь сделать.

— Как уже сказал, я помогу. В этой галактике есть устройство, способное перебросить вас домой. Я в этом уверен. Я это чувствую. Я помогу с поиском и предоставлю ресурсы.

— А что взамен? — спросил Шепард.

— Взамен — служба. Вы будете служить Империи. Здесь, там — всегда.

Шепард понял, что это значит. Верховный главнокомандующий имперских сил предлагал проложить в Млечный Путь и дорогу для имперского флота.

Подчинение — или уничтожение? Жизнь под властью Империи или умереть при жатве?

Шепард думал недолго.

Лучше жить рабом, чем умереть. Так он посчитал, преклоняя колено. Он решил так за Совет Цитадели. Так он решил судьбу Млечного Пути.

«Лучше умереть, чем жить рабом», — с презрением подумал Вейдер, глядя на того, кто взвалил на себя судьбу галактики.

Глава 3. Часть 2.

Ошарашенную команду не стали выпроваживать из резиденции Лорда — вместо этого их, побитых и униженных, сопроводили в комнаты отдыха. Комнаты, к слову, роскошью не блистали: были по-военному утилитарны, но бойцам Шепарда сейчас на роскошь было откровенно плевать.

Первым в мягкое кресло упал коммандер; прикрыв глаза, он было попытался обдумать произошедшее, но потоку мыслей воспрепятствовал Заид, крайне нецензурно поинтересовавшись: «А что это, собственно, было?!»

— Самое жуткое собеседование в моей жизни, — ответила Касуми и, немного подумав, добавила: — Хотя, пожалуй, второе самое жуткое.

— И что же может быть жутче огромного чёрного парня, который двигается со скоростью истребителя, дерётся как матриарх азари и может раз на раз отпинать крогана? — на последних словах Грюнт недовольно заворчал, но как-то тихо и неуверенно. — Не знаю, как у вас, но у меня в броне что-то хлюпает, и это явно не кровь.

— А! — вскинула руки Гото. — Я была молода и глупа, приперлась лично на встречу, а меня оглушили и запрятали в какую-то дыру. А после видеосообщениями начали загадывать загадки: не отгадала — из комнаты не выбралась, и «КХ-КХ-КХ»… — она схватила себя за шею и картинно изобразила агонию и взрыв. — Вот так вот. Так что нет, этот парень не самый жуткий.

Под конец пантомимы воровка устроилась головой на коленях Самары, сидевшей на диванчике, на что та индифферентно положила ей ладонь на голову и начала поглаживать, как кошку.

— Вынуждена признать, — сказала юстициар, — что эта встреча и меня крайне впечатлила.

— А я вынужден признать, что я тоже смотрел тот фильм, — вклинился Джейкоб, на что получил удивлённые взгляды от всех присутствующих. — Вот она, — он обвиняюще ткнул пальцем в Гото, — сейчас пересказала сюжет дрянного ужастика начала XXI века.

Касуми в притворном ужасе прижала ладони к лицу, не слезая с колен азари, разумеется.

Шепард снова прикрыл глаза, успокоенный тем, что команда сама нашла себе эмоциональную разрядку в пустом трёпе. По-хорошему им бы сейчас обсудить произошедшее, разобрать ошибки, выработать противодействие, но кротчайшая схватка выбила его из сил. Да и обсуждать способы убийства человека, у которого находишься в гостях, как минимум некрасиво. Да и не делать же это, находясь под прицелами камер, которые, как Шепард был уверен, в комнатах присутствовали.

— Так что будем делать, коммандер? — спустя какое-то время, когда Шепард уже было задремал, к нему обратился Джейкоб, и все в комнате подобрались в ожидании ответа.

Джон не торопясь встал, размял шею, вышел в центр зала, где они находились, и оглядел своих товарищей.

— Выбора у нас нет, — начал он. — Найти путь домой самостоятельно мы не сможем. Даже если в этой галактике есть что-то вроде ретранслятора, мы не сможем его перенастроить и направить на нужный вектор. Но вот с помощью Империи…

— А ещё с их помощью мы сможем раскатать Жнецов в тонкий блин, — Джейкоб улыбался: Империя была человеческим государством, и за судьбу землян он не переживал, а вот Гарус напрягся.

— Иногда лекарство может быть опаснее болезни, — дипломатично отметила Самара.

— Лекарство! Мы можем привезти технологии, новую медицину. Мы привезём спасение — о какой опасности ты говоришь?! — Тали не отпускала мысль, что местные умельцы смогут выправить ситуацию с подорванным иммунитетом её соотечественников. Юстициар же посмотрела на кварианку осуждающе.

— Империя слишком большая; в ней много огромных мегакорпораций, которые заполонят рынок Цитадели своими товарами и уничтожат наше производство. А открытые военной силой границы не перекрыть пошлинами. А за рухнувшей экономикой последует и культура. Цитадель перестанет существовать.

Шепард вспомнил контр-адмирала Кахоку: обладая внешностью типичного представителя Альянса (жуткая мешанина из всех национальностей), он чётко причислял себя к японцам — а ведь их границы как раз и открыли военной силой, уничтожили экономику, попытались уничтожить культуру… Так ведь не получилось. Затем он вспомнил Тартаковского и Михайловича, Андерсона и Арчера, Лиару и Паллина. Все они были продуктом перемешанных культур, родившиеся в эпоху глобализации, когда не особенно важно, где и кем ты родился. Но одни продолжали считать себя японцами, другие — русскими, а третьи — англичанами; да, к этому добавилось «земляне», «марсиане» и прочие …-яне — но и что? Корни свои знали и помнили, многие даже пытались заглянуть в глубь истории и заполнить пустые пятна на семейном древе. Можно сказать, что человечество ещё недостаточно долго варится в этом галактическом бульоне, но тот же Венари Паллин точно знал, к какому клану принадлежит, и не скрывал своей гордости по этому поводу, нося на лице клановый знак.

«Нет, Самара, ты неправа, — подумал Шепард. — Какой бы огромной и сильной ни была цивилизация, полностью уничтожить другую она может только геноцидом». Шепард тут же вспомнил ансионцев, которые, несмотря на имперцев, жили в своё удовольствие, помня про традиции и корни, но пользуясь всеми благами цивилизованного мира, — и эта мысль успокоила его окончательно.

Пока Джон погрузился в свои мысли, дискуссия продолжала разгораться.

— Я не спрашивал вашего мнения, — жёстко прервал он спор, — я не спрашивал совета. Я довожу до вашего сведения нашу стратегию. Мы работаем на Империю, заслуживаем доверие, параллельно самостоятельно пытаясь отыскать путь домой, — и приводим флот в пространство Цитадели.

— А сколько времени это займёт? — вскинулась Тали. — Шепард, если поиски затянутся, нам просто некуда будет возвращаться!

— Значит, мы вернёмся, чтобы обезопасить следующие поколения от Жнецов. Если мы не в состоянии остановить эту жатву, то мы предотвратим следующую.

— Сильно сказал. Я аж заплакать захотел.

Неожиданно в комнату зашёл Тарэн — помятый, но живой.

— Однако, — осмотрел его Шепард с ног до головы, — тебя не казнили.

— Я стрелял парализирующим. Я ещё не потерял свои мозги, чтобы так бездарно покончить жизнь самоубийством.

Джон прищурился: что-то в его поведении ему не нравилось. Слишком бледный — что объяснимо; слишком дёрганый — что говорило о том, что впереди ещё какая-то подстава.

— Кэп, да он обдолбан, — шепнул ему на ухо Заид.

— Ты что, сбежал от врачей? — на этот вопрос Виктор дёрнулся и воровато огляделся.

— Да пошли они… Подлатали на скорую, да и ладно. Закинул стимулятора. Печень опять чистить — док опять плешь проест. А я не понял: чего это вы на сухую пафосные речи ведёте? Надо выпить!

Он живо подошёл к стене и, что-то сделав, обнажил скрывавшийся за фальшпанелью бар. Схватив две бутылки, он резко бросил одну Шепарду, а у другой винтом открыл крышку.

— За вашу удаль! Милорду вы понравились! — и, не дожидаясь ответного тоста, присосался к горлышку, упал на диван рядом с Самарой и широким жестом предложил ей бутылку. Та оглядела его, улыбнулась, приняла подношение и внесла свой вклад в уничтожение элитного имперского алкоголя.

— О-о-о! — воодушевлённо воскликнула Касуми, принимая бутылку. — И в чём выражается его приязнь?

— Во-первых, — он наставительно поднял палец, — вы живы! Во-вторых, он вас не убил! — Виктор растерянно посмотрел на три оттопыренных пальца и задумчиво поднял взгляд на Джона. — А чё ты не пьёшь? Радуйся: у вас начинается новая жизнь, о которой вы и в страшных кошмарах подумать не могли!

Его взгляд снова поплыл, будто Виктор пытался осознать, что именно и кому он сейчас ляпнул. Шепард понял, что пока Тарэн в неадеквате, нужно ловить момент.

— Твой Лорд всегда с новыми сотрудниками проводит такой спарринг?

— Не… Ригор, падла лысая, доложил, что вы джедаи. Я чуть не поседел, когда узнал — думал, мне инквизиторы голову снимут за такие контакты — но благо он сподобился этот факт в официальном отчёте не указывать.

— Джедаи? Инквизиторы?

— Да колдуны, — отмахнулся Тарэн, — что первые, что, сука, вторые. Джедаи правили Республикой практически всё её существование: всё это время велись религиозные войны. — Шепард от таких новостей слегка припух: джихад галактического масштаба — это в его понимании что-то из разряда тёмного фэнтези. — Потом они вроде всех уничтожили и тысячу лет назад отошли от власти, а тринадцать лет назад попытались свергнуть канцлера и сами встать у руля. — Тарэн развёл руками. — Ну и нет теперь джедаев: говорят, Лорд Вейдер лично вырезал их храм здесь, на Корусанте, а потом начал охоту за выжившими — создал Инквизиторий. В общем, он вас проверял, и вы оказались не джедаями — ну и хвала космическим монстрам! — он отобрал бутылку у воровки, отхлебнул и перебросил её Заиду.

— Мне казалось, что в Империи свобода вероисповедания, — Шепард вспомнил выходку Тейна на Ансионе.

— Ну да: верь кому хочешь, молись кому хочешь — только джедаем не будь.

— Коммандер, а ведь я не почувствовала присутствия элемента ноль. Это была не биотика, — чутью матриарха Джон в таких вопросах доверял.

— Да, милорд сказал, что вы модификанты. Кто бы знал, что эро можно так использовать.

Технические вопросы сейчас мало интересовали Шепарда, а потому он предпочёл поговорить о насущном:

— Так что дальше, Виктор?

— Дальше? — посмотрели на него исподлобья. — Дальше мы напьёмся и я отправлюсь в ещё более глубокую задницу космоса — и вы туда же, только в диаметрально противоположном направлении.

— И какова наша цель?

— Шепард, ты зануда, тебе об этом говорили? — Гото подняла руку с криком «Я! Я говорила!» — её также поддержала Тали. — Я обещал вам праздник? Ну так празднуйте, отдыхайте! Пока есть возможность.

— И всё же…

Тарэн устало опустил голову, вздохнул и, опираясь на плечо Самары, поднялся. Подойдя к панорамному окну, из которого открывался прекрасный вид на Корусант, он подозвал Шепарда и ткнул пальцем в огромное, выделяющееся пятно стройки.

— Видишь? — пьяно спросил он. — Это будущий дворец фолинцев. И милорд очень хочет, чтобы его не достроили. — Шепард выжидающе посмотрел на Виктора. — А… ты же не знаешь. Конечно, не знаешь. Фолинцы — это ящеры: хладнокровные, изворотливые и долгоживущие. Они — главный бенефициар синдиката «Чёрное Солнце», одной из крупнейших ОПГ в галактике; живучая, как сами ящеры: отрежешь голову — нарастёт снова. Короче, Лорду Вейдеру не нравятся ни фолинцы, ни «Солнце». Так понятнее?

— Будем творить добро и наводить справедливость — это мы любим и умеем.

— Н-еее, — покачал головой Виктор. — Если б проблему можно было решить лихим налётом, то штурмовики давным бы раздавили эту падаль. Нет, Джон. Вам нужно будет решить проблему изнутри.

— Внедриться в картель? — нахмурился Шепард: эта работа была явно не для него. Несмотря на гордое звание СПЕКТР, агентурной работе он обучен не был.

— Кроты у ИСБ есть… наверное. Нет: вашей задачей будет развязать войну между картелями хаттов и «Чёрным Солнцем».

— И как ты себе это представляешь?

— А никак! Это ваша головная боль. Ресурсов вам дадим — а дальше делайте что хотите. Мы даже награды за ваши головы объявим — чтоб правдоподобней было. Поганые наёмники укусили руку, которая их кормила — ах какая невидаль! Полная творческая свобода: хоть армию собирай и штурмуй дворец Джаббы с именем главы «чёрного солнца» на устах.

— А… — задать нужный вопрос Шепард не успел.

— Джон, имей совесть. Я… — он сделал паузу, ткнув себе пальцем в грудь, — неадекватный! Я, сука, хочу лечь, отрубиться и забыть этот сраный день как страшный сон. У нас куча времени на брифинги, планёрки и прочую муть. Вон там, — он ткнул в стену с баром, у которой уже стояли Джейкоб и Заид, — бухло; вон там, — палец указал в сторону двери, — интерком, по которому заказать закуску. Отдыхайте, болтайте, а все дела — завтра!

Шепард оглянулся на свою команду, смотрящую на него молящими глазами, и с улыбкой сказал Виктору:

— А ещё ты грозился провести нас на пару местных вечеринок.

Виктор тупо посмотрел на него в ответ, задумался и пьяно промямлил:

— А ведь можно… Хорошая идея — променад позора. Надо слухи пустить и крикунов подготовить, ага…

И, не прощаясь, покинул компанию. Шепард непонимающе смотрел ему вслед.

— Кэп, ты всё-таки испортил отдых человеку. Он же щас работать пойдёт! — заржал Заид.

Глава 3. Часть 3.

Виктор всё-таки смог придумать какую-то пакость, но Шепард пока не знал, в чём она выражалась. На следующее утро после памятной встречи с главным пугалом этой галактики Тарэн, до безобразия свежий, заявил, что вечером они идут на вечеринку в отеле «Алисандр», где должно было собраться большое количество имперских политиков и военных. Это была крупнейшая неформальная встреча на празднике Вознесения.

— Что, неужели и сам Император там появится? — заинтересовалась Миранда.

— Вот уж вряд ли, — ответил Виктор. — Из года в год муссируются слухи о появлении Палпатина на этих междусобойчиках, но он, как мне удалось узнать, и Лорд Вейдер, а еще несколько других приближённых Императора, обычно в этот день собираются в VIP-ложе Галактического оперного театра. Иногда мне кажется, что слухи о посещении Императора каких либо мероприятий распускает его канцелярия.

— А сейчас возможно попасть в оперу? — заинтересовалась Самара, на что Виктор иронично поинтересовался: «Неужели холодная воительница так жаждет встречи с повелителем Галактики?» — Мне нравятся постановки, — ответила юстициар, — и интересно было бы посмотреть на то, как играют в вашей галактике.

— Боюсь, это невозможно. Достать билеты в ГОТ сложнее, чем попасть на военный объект. Тем более во время праздников. Но, возвращаясь к теме «Алисандра»: там будет очень много интересных знакомств. Я познакомлю вас с теми сенаторами, которые, по нашим данным, замазаны в делах хаттов, и с теми, кто связан с «Чёрным Солнцем». Укажу на военных, кто работает в тех секторах, где влияние этих группировок велико. И самое главное, — Тарэн обвёл взглядом команду: — запомните, ваш пропуск на это собрание — это моя плата за вашу работу. Вы ищете новых нанимателей. Я попросил знакомых в ИСБ пустить слух, что я разгневан на вас за то, что вы не успели предоставить мне данные по Убе и меня обскакал какой-то синекожий экзот. Так что ждите океан насмешек и провокаций; то, что я проведу каких-то наймитов на собрание высшего света, будет ещё одним поводом для Лорда сослать меня куда подальше — «в наказание».

— А почему ты вообще нас туда приводишь, раз ты «зол на нас»? — прагматично уточнил Шепард.

— Коммандер Имперского флота, не смог бы попасть в «Алисандр» сегодня, не имея приглашения. Но вот барон Тарэн имеет достаточно денег и влияния. И никто не смеет сказать, что Тарэны когда-то нарушали условия контракта; а задачу, несмотря ни на что, вы выполнили. Я ответил на ваш вопрос?

— Сомнительно, но допустим.

— Шепард, там соберутся такие гордецы, что подобная выходка «захолустного аристократишки» никого не удивит. Ваша задача — примелькаться перед теми, с кем вы, возможно, будете работать. Можете прямо так и говорить.

Так начался инструктаж: что делать нельзя, что можно, а что строго рекомендуется. Мелькали лица на голографиях, сопровождаемые именами и краткими пояснениями. Тарэн рассказывал и рассказывал — так плавно устный инструктаж сменился обедом, а обед — примеркой неброских костюмов, и как-то быстро и незаметно наступил час «икс».

Бальный зал отеля «Алисандр» был поистине монструозен: «Нормандия» могла бы использовать его вместо ангара — стоит только заменить воистину гигантское окно шлюзом ангарного отсека, да и место еще осталось бы для парочки кораблей.

— Впечатляет, — отметила Миранда, идя под руку с Джоном. В конце концов было принято решение ограничить число тех, кто отправится на приём; оставшаяся часть команды, лишившись праздника, отправилась обратно — перегнать «Нормандию» из дальнего космоса поближе к Корусанту. — Но мы здесь явно не затеряемся.

Тарэн выдал им неброские костюмы, в коих пребывала большинство гостей; вот только, несмотря на отсутствие помпезности в одеждах, в глаза бросались украшения, кои носили представители местных элит. Так что добротно одетые, но «бедные» наёмники цепляли взгляд присутствующих.

— В том и смысл, разве нет? — и они начали своё шествие. Их сопровождали смешки и язвительные реплики, но барон их стоически игнорировал, лишь иногда показывая раздражение. Изображая из себя свиту Тарэна, Джон изучал присутствующих: несмотря на то что большинство были людьми, взгляд то и дело выцеплял инородцев — кошкообразные существа, рептилии, люди с синей и фиолетовой кожей. Взмахом руки Виктор дал понять, что дальше его сопровождать не требуется, и большая часть «свиты» разбрелась по залу. Они здесь были чужими, но им было всё интересно.

— А вот сейчас вас ждёт интересное знакомство, Шепард, — начал он тихо, и уже полным голосом: — Господа офицеры! Рад вас здесь видеть — какими судьбами?

— А-а-а! Коммандер Тарэн! Рад, рад! — ответил, любезно улыбнувшись, офицер в белом мундире ИСБ.

— Полковник Юларен, позвольте представить вам моих сопровождающих: Джон Шепард и Миранда Лоусон.

— Наслышан, наслышан, — ухмыльнувшись, огладил усы безопасник. — Это те самые наёмники, коих обставил наш сегодняшний герой. Кстати, позвольте представить…

— Мы с уважаемым коммандером уже знакомы, — вклинился в разговор синекожий гуманоид с красными глазами. — Коммандер Тарэн, рад вас видеть. Смею вас заверить, что я не был в курсе вашей операции и действовал только исходя из соображений выполнения своего долга перед Империей.

— Траун! Вот уж не ожидал вас здесь увидеть. И вашего оруженосца — тоже, — ухмыльнувшийся Виктор перевёл взгляд на молодого мичмана. Тот от такой характеристики стыдливо покраснел. — Неужели слухи, что вас отдали под трибунал, оказались ложными?

— Нет. Суд состоится через неделю.

— Печально слышать. Я, знаете ли, на собственном опыте ощутил груз несправедливых обвинений.

— Но мы надеемся, что командование учтёт, что лейтенант во время инцидента поступал так, как этого требовали обстоятельства, — вставил Юларен.

— Будем надеяться. Шепард, — оглянулся он через плечо и кивнул в сторону Трауна. — Лейтенант Митт’рау’нуруодо — именно тот офицер, что опередил вас с докладом о гнезде пиратов.

— Вам повезло… лейтенант, — Шепард не смог произнести имя чиса, и тот это понял.

— Можете использовать моё среднее имя — Траун.

— Вам повезло, Траун. Кто бы мог подумать, что члены одной группировки попадутся в одно время в разных уголках сверхсектора. И вы можете звать меня Шепард.

Траун чуть поклонился и сказал:

— У моего народа есть поговорка: «Где встречные курсы сходятся, там судьба подаёт руку, завернутую в перчатке случая».

— Хотите сказать, что отведённый судьбой этой банде срок истёк? — хохотнул Виктор, останавливая руку, потянувшуюся к шее. Шепард давно отметил этот жест, но пока не мог понять, отчего у него возникла такая привычка.

— Быть может. Но в любом случае их существование окончила Империя, — Юларен махнул рукой, подзывая официанта с напитками. Шепард не мог оценить возраст этого человека: в его понимании он «замер» где-то на сорока годах, но полковничьи погоны заставляли сомневаться в предположениях. Впрочем, Тарэн тоже выглядел крайне молодо для коммандера — как и сам Шепард.

— Шепард, скажите: так это вы командир того корабля, что пришёл из Неизведанных Регионов? — спросил Траун, а Тарэн широко улыбнулся и ответил вместо Джона:

— Всё верно, лейтенант: это именно те, о ком вы подумали.

— Интересно, — Траун чуть наклонил голову набок и пристально посмотрел на Шепарда; от этого пронизывающего взгляда Джона прошило чувство, будто его просвечивает сканер. — Я бы хотел поговорить с вами позже: возможно, вы сможете рассказать мне новости о моей родине.

Джон отрицательно покачал головой, проклиная Тарэна. Ну на кой чёрт подводить их к тому, кто знает их историю появления в Империи — и тем более к выходцу из тех мест, откуда, по их же словам, пришли и они?

— Боюсь, мы сильно ограничены по времени: мы планируем взять новую работу и уйти в долгий рейс.

— Наёмники, — презрительно, но тихо пробурчал мичман, но на него никто не обратил внимания.

— Полковник, — сместил внимание беседы довольный Тарэн, — не подскажете, как обстоит дело с расследованием деятельности коменданта Раго?

Юларен в ответ довольно оскалился:

— О, вы не поверите: в расследование оказались заинтересованы такие лица, такие лица… Они… они прямо-таки потеряли головы во время этого расследования. Так что, думаю, комендант Раго скоро сменится. Как и ещё несколько секторальных администраторов.

Виктор был этим новостям доволен: пусть ввиду новых обстоятельств «Феникс» будет нести службу где-то в другом районе, но эти слова означали, что теперь не он должен полковнику услугу за содействие в смене коменданта Раго — а наоборот, это Юларен должен был ему небольшую услугу: ответ за хорошую наводку.

— За имперскую справедливость, — поднял он бокал, — пусть она коснётся каждого.

Выпили, закусили; беседа потекла своим чередом. К ним подходили сенаторы, министры, военные. Компания Тарэна — его наёмников, офицера ИСБ и офицера-инородца — притягивала взгляды. Причём настолько сильно, что одна наглая воровка смогла позволить даль волю своим шаловливым рукам: Джон успел отметить, как Касуми, бродя по залу, лёгким движением сняла с какой-то инопланетянки кольцо и спрятала его в своей сумочке.

— Шепард, а ведь вы поработали с Ригором? — поинтересовался полковник. — Как вы его оцените?

Шепард не сомневался:

— Настойчив, импульсивен, склонен к театральности, не разборчив в средствах достижения целей.

— Как вы мягко сказали «больной ублюдок». Талант, — на эту ремарку от полковника среагировал Виктор, дав объяснение ошарашенному Шепарду:

— Полковник Юларен в бытность свою адмиралом Республиканского флота имел персональное «шило в заднице» в лице тогда майора Каэла Ригора, работавшего на сенатскую разведку. — Виктор развёл руками и изобразил печаль на своём лице. — И, к сожалению, после — его карьера несколько не задалась.

— Не будь он настолько предан Империи — его бы следовало расстрелять, — жёстко сказал полковник, делая новый глоток из бокала. — Но у нас хватает идиотов, а ищейки вроде Ригора — прекрасное пугало для тех, кто не настолько нагл, чтобы воровать у Империи, несмотря ни на что. — Но, думаю, на этом мы вас оставим. Лейтенант, пойдёмте: я хочу вас представить одному человеку, и он как раз замер у столиков с закусками. Коммандер, рад был вас видеть.

Раскланявшись, две компании разошлись в разные стороны. Тарэн отвёл свою «свиту» в небольшой уединённый закуток, где можно было поговорить без посторонних глаз — и наконец дать отдых ногам, развалившись на мягких диванчиках.

— Ну как вам приём? — спросил Виктор, устроившись на мягком.

— Честно? Я бы предпочёл провести время на стрельбище.

Виктор фыркнул и, достав из кармана кредитный чип, передал его Шепарду.

— Что это?

— Твоя доля. Я запатентовал формулу вашего панацелина. Производство начнётся через несколько месяцев; лицензии по патенту продал парочке десятков корпораций. — Виктор сморщился: расставаться с такой суммой ему не хотелось, но почему-то он это сделал.

— А чего сам не наладил производство, твоя светлость? И почему передаёшь мне эти деньги сейчас?

Виктор на него покосился и сказал:

— Я хотел, но… мой покровитель решил по-другому. Но получилось тоже неплохо — сумма достаточно значительная. Производство собственное я также начну, но не скоро. Также это убрало меня из списков целей охотников за головами, медицинские корпорации на удивление ревностно относятся к своим рынкам сбыта. Да, и сам рынок медикаментов пролихорадило. Скоро армия получит свою бакту по значительно более низким ценам.

— И, видимо, кто-то заработал на падении цен, — усмехнулся Шепард, и Виктор отзеркалил улыбку.

— Да. Так что многие чиновники и адмиралы мне теперь немножко обязаны.

— А насколько значительная сумма?

— Хватит, чтобы нанять пару рот айлонсов на пару лет. Но в любом случае вам этого будет мало. Поэтому Владыка распорядился обеспечить вас определёнными средствами — в металле и монетах.

— В монетах? — натурально удивился Шепард.

— В монетах, в монетах. Вам придётся действовать во Внешнем Кольце. А там кредитные чипы не то чтобы не в ходу, но ценятся не так сильно, как твёрдые металлы. Да и в пространстве хаттов лучше идут слитки драгметаллов да хаттские пегаты. Поэтому будете таскать с собой тонны налички.

— А что насчёт модернизации корабля, всё в силе? — вопрос был не празлный, не смотря на пояс гипердрайва, Нормандия значительно отставала от местных кораблей. Если внутри систем Джокер за счет своего мастерства и СУЗИ мог маневрировать на сверхсвете обгоняя любые суда на обычных двигателях, то вот межсистемные прыжки по местным меркам занимали крайне много времени. Отдельной строкой стояли щиты и вооружение.

— Почти. Модернизировать будете в том же пространстве хаттов — и за… хах, — собственные средства.

— Полагаю, все «новшества» определяем мы?

— Да, это решайте сами. Глубокую переделку вы не потянете ни по времени, ни по средствам. Да и невозможно это, насколько я понимаю. Реактор заменить вам по-хорошему нужно, но тут я сомневаюсь — будете обсуждать с инженерами.

Шепард снова выцепил взглядом Касуми, которая строила глазки очередному толстому кошельку. Шепард едва заметил, как та стянула с руки его недовольной жёнушки массивный браслет.

— Хм, мастерица, — прокомментировал Виктор, проследив за взглядом Шепарда. — Пусть покажет мне потом свои трофеи. Прямо интересно, что она сможет утащить — а потом преподнесём, как будто задержали вора, затесавшегося на вечеринке. Маленький, но должок.

— Они догадаются, что воришка этот наш.

— Так будет даже интересней, — голосом интригана, Виктор дал понять что плевать ему на такие долги, но возможности поиздеваться над местным бомондом он упускать не намерен.

— Скажи мне, Виктор, — Шепард все же решил задать вопрос, который его беспокоил, — почему ты меня выдернул тогда?

Виктор болезненно потёр плечо.

— Лорд приказал, что за вашу сохранность я отвечаю головой — отмены приказа я не получил. Исключения тоже не были оговорены. Так что выбора у меня не было: либо я бы лишился головы прямо там, когда тебя зарубили бы, либо — чуть позже, за невыполненный приках. Я выбрал вариант, который мог оттянуть мою смерть. Да и стрелял я парализатором.

— Я уже говорил, меня удивляет, почему ты жив. После того, как ты стрелял в командира тебя должен был ждать расстрел, — он выжидающе посмотрел на него

— Лорд Вейдер — специфичный человек.

— Знаешь, эти объяснения меня не устраивают. — каким бы странным не был Вейдер, какой бы извращенной логикой не руководствовался, но во все времена и во всех войсках нападение на старшего офицера было тяжелейшим преступлением. — Они выглядят наивно. Особенно на фоне твоей раны. «Парализатор», серьёзно? Я видел, как дымилась твоя форма.

— Наивно? — Виктор покосился недовольно. — Хорошо, хочешь другое объяснение? Когда закончилась Клоническая война, Лорд Вейдер заявился на собрание Великих Домов Сирено. Тогда был создан Великий Совет: все графские, все баронские дома. И вот он поставил выбор: либо наследники убивают своих отцов и присягают Империи, либо он убивает всех. — Взгляд Виктора потяжелел, руки потянулись к шее. — Такого объяснения тебе достаточно, Шепард? Просто удачный момент отомстить — не более.

Шепард смотрел в глаза своего бывшего нанимателя.

— Нет, не устраивает.

— Тогда выбирай из двух вариантов — другого ты не получишь.

Он взял бокал и поднял в тосте:

— Давай выпьем, Джон, за… Проклятье, я не знаю, за что пить.

— Давай за удачу, — сказал Шепард, поднимая свой бокал. — Она никогда лишней не бывает.

— Добро. За удачу!

Глава 3. Часть 4

— План говно! — категоричная реплика принадлежала Заиду и относилась к предложению Тарэна, который предлагал им грабануть имперский транспортный кораблик и отправиться в пространство хатов, чтобы ждать, пока на них выйдут заинтересованные в грузе лица, а после сыграть на противоречиях группировок. — Шепард, да даже на уровне «Светил» груз драгметалла не мог привести к полноценной войне банд; к стычке — да, но не к полноценной войне.

— И что ты предлагаешь? — обсуждение проходило на борту родной «Нормандии», которая висела в необитаемой системе, где должен был пройти с остановкой обещанный грузовоз, ограблением которого «Нормандия» должна была оборвать официальные контакты с Империей.

— Надо сколотить свою ватагу. У нас кулак уже есть, средства будут. Закупим сотню-другую дроидов, завалимся на спорные территории, прогнём мелочь, покажем зубы и ляжем под Черное Солнце. Дальше — по ситуации: где-то нагадим этим хаттам, кем бы они ни были, где-то самих «черных» подставим, а как дело дойдёт до заварухи — тихо свалим, бросив навербованную шваль.

— Тебя не отпускает прошлое, Массани? — Гарус испытывающе смотрел на наёмника. — Или бытие в «Светилах» тебя ничему не научило?

— Научило, а потому и говорю: бросить эту шваль на амбразуры. Тем более Тарэн сам говорил: «хоть армию собирайте». Вот мы и соберём, а тех, кто выживет, можно будет забрать с собой. Кэп, это отличный способ, если и не встать на самообеспечение, то получить свободу манёвра.

Слова Заида были поддержаны одобрительным гулом большей части собравшихся в БИЦ, только Самара молчала.

— Преступная деятельность противоречит твоему кодексу, юстициар. По сути, это задание по внедрению. Что скажешь?

— Скажу просто, — холодно ответила Самара, — «внедрение» допустимо, если конечная цель — уничтожение преступности. Но если вы перешагнёте грань, то наши пути разойдутся. — Помолчав, она добавила: — И, возможно, я вернусь врагом.

— Принято, — Шепард кивнул. Подобно антителам, они подойдут вплотную к поражённым тканям и сожрут их. — Хорошо, Заид. Твоя идея принята в работу. Надеюсь, ты представляешь, как «работать» без жести?

— А то, — ухмыльнулся ему в ответ Заид. — Не рэкет, а охрана и страхование. Не контрабанда, а параллельный импорт. Будет весело! — Потёр он руки в предвкушающем жесте.

— Тогда по делу, — Миранда начала составлять чек-лист: — Пункт первый — обрыв официальных контактов. Пункт второй — демонстрация «зубов». Пункт третий — выход на контакт с верхушкой хаттов или Черного Солнца.

— По первому есть вопрос, — сказала Тали. — Шепард, коммандер Тарэн передал нам характеристики корабля и ожидаемый груз: там металлов миллионов на пять.

Заид от услышанной цифры присвистнул, но слов своих обратно забирать не стал: сумма всё равно не выходила за рамки, когда за возможный куш всё равно сколько крови прольётся. Тали же продолжила:

— Но что с экипажем?

Шепард немного посмурнел.

— Нам нужна картинка, что мы слетели с нарезки и с Империей дел иметь больше не можем. В экипаж определи смертников. Виктор уверил, что всем им уже выписаны смертные приговоры, так что стреляем боевыми.

— Отлично, теперь мы ещё и палачи, — тихо проворчали из зала.

— Также у нас «крот» на борту, — напомнил Шепард, переведя взгляд на Джокера. — На транспорте нас встретит человек Вейдера. Он устроит отказ двигателей и оружейных систем; дальше он — в нашем распоряжении, пока не отзовут. Личность не называли, только пароль-отзыв.

— Значит, — подытожил Гарус, — работаем быстро и чисто. Нет, стоп, — спохватился он, — нужно оставить раненого. Нам же нужно, чтобы нас опознали?

— Не, — отозвалась Касуми. — В черном ящике останутся записи бортового журнала о встрече с «Нормандией». Так что, наоборот, сделаем вид, что пытались замести следы — так, чтобы ленивые идиоты проглядели очевидное, но спецы докопались до истины. Я этим займусь, люблю загадывать загадки. — Потёрла она руки.

— Так, план определён. До ожидаемого контакта — девятнадцать минут. По местам, — коротко сказал Шепард. — И не забывайте: мы только играем разбойников с лихой дороги; того, кто проникнется жизнью воровской, я лично пристрелю. Массани и Гото — это касается в первую очередь вас.

Имперский транспорт вошёл в систему ровно по графику, минута в минуту. Гладкие обводы, имперский шестигранник на броне и два выступающих крыла — всё как и должно быть, всё как на голограмме. Вот только было одно «но»…

— Шепард, это точно наша рыбка? Может, ну её нахер? Подавимся, — выступил Джокер голосом разума, и его опасения в принципе были понятны. Транспортный «кораблик» оказался восьмисотметровым монстром и вполне справедливо относился к классу крейсеров. И самое главное — раз транспорт был военным, то и экипаж состоял не из безобидных гражданских штафирок.

— Поздно, — отрапортовала СУЗИ. — На нас наводят орудия.

В этом была вся суть: «Нормандия» не скрывалась — нужен был показательный «гоп-стоп», чтобы корабль засветился на имперских сенсорах и запись попала в бортовой журнал.

— Так, Джокер! Быстро — сигнал бедствия! И врубай в трансляцию те коды, что Касуми уперла у Ригора. — Это был даже не план «Б», а галимая импровизация; оставалось надеяться только на то, что коды ещё не отозвали.

— Входящий сигнал, — голосом СУЗИ прозвучала надежда на успешный исход.

— Выводи на проектор. — К удивлению Шепарда, на столе появилась не объёмная фигура, а плоское изображение женщины в годах.

— Говорит капитан фрегата «Вестовой» Аманда Крово. Что у вас произошло? — сухой, немного каркающий голос; классическая «железная леди» на флотской службе.

— Джон Шепард, Имперская служба безопасности. Капитан фрегата «Нормандия». У меня на борту опасный преступник; при попытке побега он повредил системы связи и гипердрайв. Прошу вашего содействия для срочной доставки задержанного на ближайшую имперскую базу. — Выдав это, Шепард набил сообщение Миранде: «Готовьтесь к абордажу, все!» — и проклял себя за то, что не подумал выбить у имперцев пару ракет: «Таникс» к выстрелу готовился слишком долго по местным меркам, а подготовиться заранее мешал резкий скачок напряжения, который с «фрегата» (в кошмарах он такие фрегаты видел!) могли заметить.

— Прошу прощения, капитан, но я не имею права отклоняться от маршрута.

В ответ Шепард, ожидаемо для Крово, разразился руганью, предлагал померяться полномочиями и обещал, что если «Вестовой» не окажет ИСБ помощь, то милая Аманда по окончанию рейса встанет к стенке.

— Хорошо, — проскрежетала Аманда. — Дождитесь, пока я свяжусь с командованием.

«Твою мать…» — тоскливо подумал Шепард, стуча пилоту команду рвать когти, но…

— Что?! — послышалось грозно от капитана «Вестового». — Что значит, связь не работает?

— Какие-то проблемы?

— Нет! Д-да, прошу прощения. Наш гиперпередатчик вышел из строя, требуется время для наладки.

— За время, которое вы потратите на ремонт, сюда прилетят дружки моего задержанного. Хотите столкнуться с пиратской армадой?

— Что вы имеете в виду? — подозрительно посмотрели на него с экрана прищуренные глаза.

— Беску — слышали? Недавно адмирал Висковис разворошил их логово, но многие корабли удрали. У меня на борту один из главарей, и скоро его команда будет здесь. Поэтому спрашиваю ещё раз: вы окажете содействие ИСБ? — Испытующе посмотрел он на женщину.

— Я не могу отклоняться…

— Да бросьте! — перебил её Джон. — Мне не нужно, чтобы вы доставили его сразу в тюрьму. Любая база, где есть достаточно сил, чтобы пираты не рискнули её штурмовать. Примете на борт меня, пленного и охрану. Или у вас на борту есть штурмовики в охране?

— Нет, у нас только дроиды да взвод флотской пехоты.

— Тогда мои двадцать человек усилят ваше охранение. Так что?

Аманда тяжело вздохнула:

— Хорошо, стыкуйтесь, «Нормандия». Вас встретят. — И отрубила связь.

Шепард глубоко вздохнул и оглянулся на Джокера, который показывал ему большой палец из своего кресла.

Изначально планировалась небольшая штурмовая группа — Шепард, Заид, Гарус, Грюнт, Самара. Сейчас же Миранда поставила под ружьё всех.

— Взвод — это тридцать два закованных в броню бойца, — проверяя свою винтовку, высказала очевидную вещь Миранда.

— Это не штурмовики, броня у них похлипче, да и выучка хуже, — отрезал пораженческие мысли Джон.

— А ещё там минимум под две сотни экипажа.

— А у нас достаточно гранат. И не забываем… — пока Шепард говорил, СУЗИ дала сигнал: «Стыковка завершена, выравнивание шлюзового давления. Пять… четыре…»

— …первым в штурмуемое помещение заходит…

«Один».

— Кроган! — взревел Грюнт, врываясь в шлюз.

— Вперёд, вперёд, огонь на поражение! — Шепард следовал ровно за своим танком.

Тридцать два человека? Все они легли прямо в стыковочном отсеке, не сделав ни единого выстрела. Шепард не знал, что сподвигло капитана корабля отправить всех бойцов на встречу с «ИСБ», но она явно просчиталась.

К облегчению Шепарда, большая часть экипажа оказалась дроидами, которые были запрограммированы не на противодействие абордажу, а на поддержание функциональности корабля, поэтому не особо драгоценные жестянки ломались, так и не оказав достойного сопротивления. Людской экипаж пытался отстреливаться, но хоть они и были кадровыми военными, бойцами линии не являлись.

К счастью, на корабле не было автоматических систем охраны — или же «крот» успел их заблокировать. Шепард мог только надеяться на то, что их будущий пассажир был достаточно ловок, чтобы не попасть под случайную пулю.

Наконец они добрались до мостика, где их встретил только один человек. Высокий, черноволосый, в форме имперского офицера — он стоял над трупом капитана Крово и насмешливо смотрел на штурмовую группу.

— Я запер большую часть экипажа в каютах. Нужно только зачистить инженерный отсек, чтобы умельцы не решили поиграть в героев и не пустить реактор в разнос, — сказал он без лишних приветствий.

— Где обитают снежные рикки? — бросил Шепард кодовую фразу, не сводя с имперца прицела винтовки.

— Только в пустынных садах Сципио.

— Как обращаться? — уточнил Шепард, взглядом изучая «крота»: волевое лицо, фигура бойца… Если поставить его и Ригора рядом, то он бы без сомнения поставил на этого парня, а ведь Каэл в бою показал себя превосходно. — Мне даже имени твоего не сказали.

— Фалько Санг.

— Принято. Нужна схема этого… — Шепард нервно хмыкнул, — кораблика. Мы не ожидали, что он будет столь огромным.

Санг без лишних слов бросил им планшет со схемой, где были обозначены «проблемные точки».

— Миранда, — он передал ей планшет, — бери людей и отработай по зонам. — И уже обратился к Фалько: — Мне не давали указаний по поводу экипажа, — слукавил он. — Мы потеряем время, если будем зачищать весь корабль. Знаешь, за что их приговорили?

— Как всегда, — пожал плечами он в ответ, — коррупция, контрабанда, кража и реализация военного имущества. Аманда оказалась той ещё штучкой: делала кредиты при любой возможности и экипаж себе собрала под стать. А по поводу полной зачистки переживать не стоит. Загрузимся — и рванём это корыто.

— Рванём? — переспросил Шепард. — Нам приказано оставить следы.

— Бронекорпус черного ящика выдержит. Главное — «кокнуть» системы жизнеобеспечения.

По мнению Шепарда, смерть от удушья была худшей альтернативой по сравнению с милосердной пулей, но лишнего времени у них и вправду не было, а потому обдумывание мыслей о том, какие способы убийства являются более гуманными, пришлось оставить на потом.

В трюме всё оказалось чётко: контейнеры со слитками — металлы цветные и благородные; ящики с катушками для гипердрайвов; три паллеты дроидов на универсальной платформе.

— И всё это мне?! — Касуми изобразила девочку, заглянувшую под ёлку на Рождество. — Тали, это всё нам?!

Кварианка не обратила внимания, сразу рванув к добыче.

— Тут веса под сорок килотонн, всё мы не унесём, — ответил ей спокойно Фалько.

— Так, учёт и маркировка, — сказала Тали. — Санг, что тут самое ценное? Судя по всему, опись нам дали неполную.

— Запчасти для гипердрайвов, — не сомневаясь, сказал он. — Далее — цилиндры с барадием и контейнеры с дунием. Также рекомендую забрать ящики с пегатами: хаты хоть и принимают имперские кредиты, но свои монеты любят больше.

— Дроидов тоже грузим — пригодятся, — скомандовал Шепард.

Фалько Санг подозрительно огляделся и с сомнением спросил:

— И как вы планируете всё это тащить?

— Не планируем. Тали, готова? — план экстренной перегрузки хоть и был разработан для корабля-одноклассника «Нормандии», но и в данной ситуации должен был сработать неплохо.

— Почти, — инженер колдовала с магнитными захватами на ящиках. — Ага, прошу очистить ангар.

Шепард уточнил, где здесь можно разгерметизировать отсек, и Санг указал на техническую панель, расположенную за гермодверью.

— Джефф, готов? Первая партия — хлам.

— Так точно, готов ловить подачу.

Джон отдал команду, и воздух из ангарного отсека рванул в космос, унося всё, что было не закреплено магнитными захватами.

— Эх, сколько добра впустую, — вздохнула хозяйственная кварианка. — Пускаю вторую волну. Джефф, только попробуй что-то не поймать.

И по сигналу кварианки размагнитились отмеченные на эвакуацию грузы: всё лишнее на их пути уже выдуло, и нужные ящики без проблем очутились в «нежных объятиях» «Нормандии». Прочная сеть для сбора космического мусора идеально отработала свою роль, забрав всё нужное.

— А мы не схлопочем штраф за загрязнение космоса? — саркастически заметил Джокер.

— Нам можно, мы же теперь пираты.

— Не-не-не, — запротестовал пилот, — пираты мне не нравятся. Давайте будем корсарами… нет, флибустьерами!

— Джокер, — сказал Шепард, — втягивай добычу и возвращайся к шлюзу. Я не хочу до «Нормандии» идти пешком по вакууму.

— Уже, — ответил пилот.

— Санг, ты спец. Как минировать будем?

«Крот» покосился на Шепарда в каком-то шоке:

— Вот вы… отчаянные. Кто же так с барадием обращается? Ладно, что он в инертном газе, в бронированном цилиндре, но там его столько, что при детонации нас бы распылило на кварки.

Шепард в душе не знал, что такое барадий и как с ним следует обращаться, а потому равнодушно пожал плечами, делая хорошую мину при плохой игре.

— Не будем терять времени. Так где закладываем заряды?

На взрыв они любоваться не стали: дали дёру по заранее запланированным координатам, и, пока корабль был в прыжке, те, кто был свободен от вахты, решили познакомиться с пополнением.

Кают-компания «Нормандии» роскошью не блистала, но, судя по виду нового постояльца, пришлась Фалько Сангу по душе. Руперта напрягли организовать что-нибудь горячее; команда расселась, как привыкла: кто ближе к стенке, кто — спиной к проходу. Джейкоб же, с разрешения командира, выставил на стол свою добычу с «Вершины», на что получил восхищённое «Оу» от Санга.

— Ну что, боец, — на правах командира начал Шепард, — давай знакомиться по-людски. Ввиду нашего официального «пиратского» статуса уставщина излишня. Меня можешь звать Шепард, я — командир этого цирка.

— Уставщина вам будет даже вредна, если я правильно понял цель вашей миссии. Меня можете звать Фалько — ну или Санг, мне, собственно, всё равно, — и не было в этой фразе пренебрежения к собеседникам: он действительно легко откликался и на фамилию, и на имя, не делая различий — уважительно это прозвучало или нет.

— Наша миссия? А какой приказ дали тебе? — зацепился Джон, как ему показалось, за ключевое.

— Честно? — ухмыльнулся он, принимая бокал и жадно втягивая запах напитка ноздрями. — Меня к вам вместо отпуска направили.

Джейкоб подавился, Гарус хмыкнул, а Заид заржал во весь голос. Женская часть экипажа осталась спокойна.

— Поясни, — попросил Джон.

— Да нечего рассказывать. Мой напарник в больничку угодил — нервное истощение. Ну, Лорд на него рукой и махнул, а я за последние несколько лет самостоятельно работать как-то и отвык — ну и попросил отпуск, а меня к вам отправили. Знаю, что вам нужно пошуметь в пространстве хаттов; мне сказали помочь вам зачистить гниль с «Вестового» и обжиться на новой точке. Но сразу говорю: как только Грег на службу вернётся, меня, скорее всего, обратно отзовут. — Фалько на несколько мгновений задумался. — А может, и его к вам направят: у нас в последнее время работы всё меньше и меньше — скоро профиль, видимо, менять придётся.

Фраза так и подмывала уточнить, чем же Санг занимается у Вейдера, но Шепард понимал, что правдивого ответа он всё равно не получит, — так зачем спрашивать? Тем более догадки были. Вместо этого Джон вкратце изложил их идею.

— Неплохо, — одобрительно качнул головой чистильщик, а что перед ним профессиональный убийца, Шепард не сомневался. — Я даже вам место подскажу, хотя, скорее всего, сами догадались? — И, не получив ответа, продолжил: — Нар-Шадда. Главный галактический притон — «Луна контрабандистов». Это территория хаттов, по сути их задний дворик; но мелких группировок там полно, и Черное Солнце тоже там есть. Шикарная бочка с тибанной — может полыхнуть в любой момент, только фитиль поднеси.

— Я думал об этом, — поморщился Джон, — но Нар-Шадда слишком густонаселена; слишком много переменных, которые мы не сможем учесть при планировании.

На самом деле Шепард хотел избежать лишних жертв, хотя если война банд вспыхнет по-настоящему, то не будет разницы, начнут ли они действовать на Нар-Шадде или в каком-нибудь захолустье.

— Смотрите сами, — Фалько пожал плечами. — Как по мне, то лучшее место для старта. Вам нужны будут стволы и те, кто умеет держать их в руках — там есть и те, и другие. Сможете даже найти малолетних идиотов, что начитались историй о благородных наёмниках и отправились на поиски приключений. На какую-нибудь заваруху их разово вербануть — милое дело. Да и трофеи там сбыть проблемой не будет.

— И верфи там есть, — сказал Гарус, многозначительно глядя на командира.

— Согласен, — после недолгого раздумья сказал он. — СУЗИ, проложи курс до Нар-Шадда.

В пространство хаттов «Нормандия» вошла как в ледяную воду. После холодной пустоты необжитой системы эффект был такой же отрезвляющий. Чистые маяки кончились, и начались тусклые фонари, в свете которых было больше яда, чем помощи. Луна Контрабандистов вещала на всех частотах, транслируя угрозы, торговые предложения и пожелания хорошо провести время на самой свободной луне галактики — но только с предварительно написанным завещанием.

— Домой пришли, — усмехнулся Заид. — Где пахнет деньгами и порохом.

— И гнилью, — добавил Гарус.

— Омега, — накатила ностальгия на Шепарда, и, так же как по прилёте на тот злополучный астероид, у него предвкушающе зачесались кулаки.

Глава 3. Часть 5

В этом мире всё держится на уважении. Не на законах, не на страхе наказания и даже не на деньгах — всё это работает только, пока люди хотя бы чуть-чуть уважают друг друга и чужие границы. Уважение к оппоненту задаёт потолок любого конфликта: насколько далеко ты готов зайти, где именно остановишься, прежде чем ударить ниже пояса. Уважение к чужой границе — той самой невидимой линии, за которую лучше не лезть, — определяет, возникнет ли конфликт вообще.

Уважение — это тот тонкий слой смазки в механизме, про который никто не вспоминает, пока всё крутится. Его не видно, его нельзя потрогать, но стоит ему исчезнуть — и шестерни начинают скрежетать. И каждый уверяет, что прав именно он. Шепард много раз такое видел.

И сейчас он не мог определиться в своих ощущениях: с одной стороны, пресловутая «Луна контрабандистов» оказалась именно тем, чем называлась — галактический притон во всём своём великолепии. Но вот с другой — сравнивая Омегу и Нар-Шадду, Джон без сомнений и раздумий выбрал бы Нар-Шадду. Уважение — вот что их отличало. Ария могла сколько угодно кричать «Я — Омега!» и «Не спорь с Арией!», но истинной королевой пиратов она не была. Её боялись, бесспорно, но уважали ли? Шепард с удовольствием пустил бы ей пулю в лоб, как и добрая половина её «подчинённых». Власть Т’Лоак зиждилась на поддержке Республики Азари, личных биотических способностях и опыте интриг, полученном в среде тысячелетних матриархов. На Омеге не было закона, на Нар-Шадде была его видимость.

Когда Нормандия села на луну, они ожидали приветственного комитета типа «вы на нашу поляну сели!», но встретил их банальный отзыв диспетчера да служитель космопорта, который без огонька попытался пропихнуть им пакет ненужных услуг. Никаких наездов и попыток ограбления. Луна принадлежала хаттам, а хаттам нужны были клиенты.

Эти причудливые создания вызывали у любого человека только омерзение; тем, кому недостаточно было их вида, хватало описания их «кодекса». Но хатты понимали, в чём смысл слова «уважение». Хатты уважали силу, хатты уважали частную собственность и право её защищать, в обмен они требовали лишь уважения к их праву попробовать вас на зуб, но, стоит отметить, что и не отказывали они в этом праве и другим.

«Кому-то оно должно принадлежать. Почему не нам?» — кодекс и философия, жизненный принцип, суть существования целой расы в одной фразе. Именно этот принцип позволил галактическому притону стать экуменополисом, огромным городом, который правился теми, у кого хватило сил предъявить право силы на власть над ним. Огромная игрушка в руках расы слизней, которые наблюдали из своих дворцов за небесами, где вокруг них крутился камушек, населённый миллиардами существ, разделяющих их философию.

За годы и столетия существования Нар-Шадды хаос стабилизировался, выстроившись в чёткую систему, где каждой группировке была отведена своя роль. Это не удивляло, ведь любая система стремится к равновесию; этот факт вызывал зубовный скрежет, ведь сейчас им требовался податливый хаос.

— Почему к нам ещё не пришли? — спрашивал Шепард, хотя уже и сам знал ответ. Семь дней они изучали преступный рай, распускали слухи, искали рекрутов, оборудовали штаб. Они выкупили большой ангар, куда перегнали Нормандию и где подготовили опорный пункт для будущих операций.

— Уважение, Шепард, — насмешничал Фалько Санг, лениво развалившись на диванчике. — Всё дело в уважении!

«Бояться — значит уважают», — подумал Шепард. — «Жаль, что это так не работает».

Он сильно переоценил местную шваль: даже местный «бугор», в чьём районе они обосновались, не рискнул прийти за данью, которая должна была обозначить согласие на жизнь на его территории. Двадцать профессиональных военных в полной броне, да целая куча дроидов, готовых к бою, отбивали желание связываться. Мелкие «авторитеты» предпочитали терпеть насмешки, надеясь на древнее авось, в этот раз на «авось потусуются да улетят», но Шепард и Ко собрались обосновываться здесь надолго.

— Рано или поздно к нам заявятся, — начал Шепард свои рассуждения. Сейчас они находились тет-а-тет с убийцей в одной из комнат купленного здания, которое переоборудовали под комнату отдыха «старших» в новоиспечённой банде — корабль Джон пачкать такими сборищами не собирался, даже сейчас, пока они не начали действовать по плану. — Вот только я подозреваю, что придут к нам люди посерьёзней, чем местная шелупонь, и придут с конкретным контрактом на найм… — Фалько изобразил интерес. — Нас это не устраивает…

— Почему же?

— Потому что мы не знаем, кто и с кем придёт. Управление рисками: лучше ввязаться в драку на своих условиях, когда знаешь, кто, зачем и почему. Заид! — рявкнул Джон в коммуникатор. — Быстро ко мне! — и, обернувшись к Сангу, продолжил свою мысль: — Мы не можем контролировать ситуацию, если не знаем, когда к нам придут с претензиями, а постоянно быть в полной боевой готовности вредно для нервов, а потому…

Дверь в комнату отдыха открылась, и на пороге появился довольный жизнью Заид Массани:

— А потому драку нужно начинать первыми! Я в тебе никогда не сомневался, кэп.

Шепард чуть дёрнул челюстью, но спросил ровно:

— Что с рекрутами?

Заид с непонятным Джону удовольствием вспомнил былое и начал вербовку «молодняка», и, как оказалось, в подобных вопросах он был чертовски хорош.

— Полторы дюжины стрелков с собственными стволами. Отборнейшая порода человеческого мусора, — с удовольствием продекламировал он, — готовы рвать глотки, чтобы поработать с профессионалами из дальних рубежей, эти псы ждут отмашки и жаждут крови.

С вербовкой бойцов на галактической Тортуге проблемы были такие же, как и на Омеге: тварей, готовых вцепиться в глотку ближнему своему за звонкую монету, было достаточно, но они не обладали ни навыками, ни дисциплиной. Дома Синие Светила с удовольствием использовали таких в качестве пушечного мяса, Кровавая Стая на их месте предпочитала ворка…

— А что по адекватным? — уточнил Шепард немаловажный вопрос.

— А, — разочарованно махнул рукой Заид, — поймал двух сопляков — брат с сестрой, из среднего кольца, из небогатой семьи, накопили на броню, бластеры и рейс до Нар-Шадды. Отправились за романтикой и заработком, наивные юнцы, но бойцов из них воспитать можно. Если будет приказ, разумеется, — и вопросительно уставился на командира.

— Будет, обучай, — согласился командир. — А вот по швали… Собери их и заяви, что прежде, чем они вступят к нам, нужно себя проявить. Есть на примете, командир? — Заид кивнул, вспоминая самого наглого из рекрутов. — Вот пусть он возглавит эти полторы дюжины и завалится в тот кабак, про который ты мне докладывал.

— Там, где сидят ребята Смеку? — Смеку был «авторитетом», на чьей территории обосновалась команда. Твилек, в прошлом подвязавшийся на ниве контрабанды, был тем ещё трусом и банду свою держал щедрой платой и связями, которые он использовал для банальной схемы: «купить подешевле, продать подороже» — и всё без налогов и таможенных пошлин. Почему сим бизнесом нельзя заняться легально, Шепард не понимал; ни с рабами, ни с наркотиками Смеку дел не имел.

— Да, пусть ворвутся и заявят, что это наша территория, кто против — того будут выносить ногами вперёд.

— Их же перебьют.

— А нам нужны бойцы, а не отбросы, — Джон жёстко посмотрел на Заида. — Не ты ли говорил: «навербуем мяса и бросим в пекло»? Мне этих отбросов не жалко, а тебе?

— Ни капли, — усмехнулся ветеран, — но в чём цель? Спровоцировать ответ?

— И выкосить часть их сил. Сколько у него, полсотни стволов, не считая дроидов? Подгадай, чтобы там сидело побольше, да запускай смертников.

— Добро… — задумчиво ответил он. — Но я бы ещё жестянок отправил, для подстраховки.

Утащенные с имперского транспорта дроиды были чистыми, то есть без капли мозгов на девственно чистых платах. Как добропорядочный военный, Шепард обладал сильно раздутой паранойей, а потому такому обороту обрадовался, поручив Тали запрограммировать болванов на бой. Кварианка долго материлась, пытаясь объяснить, что Шепард, хоть и коммандер и человек хороший, но всё же тупой штурмовик, а с нуля разработать полноценный боевой ВИ на гуманоидного робота невозможно за неделю. На сей пассаж «тупой штурмовик» предложил пустить гета в размножение.

Кварианка тогда сначала остолбенела, потом ещё раз обматерила Шепарда, вспомнив все его контузии, вспомнив Ранох и, в конце концов, выдав, что приличным кварианкам такое не предлагают. В общем, она согласилась, в конце концов выхода-то особо и не было.

В итоге команда обзавелась тремя десятками боевых платформ под управлением маленькой Общности Гетов в лице Легиона.

— Тогда дадим дроиду ещё и баррадивый заряд, тоже для подстраховки.

Фалько Санг зааплодировал.

Вступительных речей для смертников не ожидалось; Шепард было хотел поглядеть в глаза тех, которых отправил на смерть, но Заид под одобрительные кивки дрелла и японки сказал: «Увидеть Босса, с большой буквы этого слова, должно быть величайшей честью! Так что, кэп, не лезь». Вместо личного знакомства Джон наблюдал за спектаклем глазами переданного рекрутам дроида, как ответил им Массани: «Убийца поможет нам, если дела у нас пойдут худо, мы своих не бросаем!» И ведь не соврал ни словом шельма! Своими этот сброд для них не был, а дроид действительно поможет команде Шепарда.

Бойцы, хотя Шепарду претило их так называть, шли ходко, будто хозяева жизни. Перешучивались и смеялись: «Легкое дело!», как же… Дроид-убийца вселял уверенность: про эти машины, скрытые за невзрачным корпусом, ходили легенды, и мало кто видел их на самом деле.

Командир группы, чьё имя Джон не стал запоминать, шёл, как и положено, впереди и вёл себя действительно нагло, настолько, что дверь в бар Смеку открыл ударом ноги, отчего в помещении образовалась тяжёлая тишина.

Место было паршивым по всем меркам, а когда в него заваливались ухорезы твилека, оно мгновенно очищалось от всех лишних, а потому случайных жертв Джон не боялся. И вот, когда все декорации были расставлены, а актёры готовы, Заид, Шепард и Фалько начали смотреть шоу:

— Теперь эта земля принадлежит нам! — не размениваясь на приветствия, начал наглый тип: он подошёл к старшим и, нагло усевшись рядом, достал бластер, вольготно положив его на стол, и продолжил: — А вы теперь работаете на Омегу! — Париться над названием их «организации» команда не собиралась, приватизировав самое первое имя, ассоциировавшееся у всех них с преступным миром. Только Джокер, посмотрев на эмблему — перевёрнутый символ Омеги, — отмаявшись сказал, что на самом деле они будут «суповарами», но это будут знать только избранные. Шутки никто, разумеется, не понял, от чего Моро сильно приуныл.

— Кому?! — наёмники твилека нехило удивились, а старший — бритый налысо верзила с татуировкой на лице, не дожидаясь ответа, решил простимулировать умственную деятельность наглеца, схватив опрометчиво оставленный бластер и уперев ему его под подбородок. Наглец знатно струхнул, но продолжил отыгрывать свою роль:

— Значит, не хотите сотрудничать? — спросил он, сглатывая ком в горле; к этому моменту уже все в баре тыкали друг в друга стволами. — Зря!

— Да ну?! — взревел верзила, демонстративно доставая вибронож. — И отчего же?

— Омега — новые хозяева Нар-Шадда! — визгливо закричал тот, кто явно не оправдывал гордое звание командира. — Они сотрут вас в пыль и не поморщатся!

Верзила сморщился и брезгливо отбросил крикуна к его подельникам.

— Клоуны, валите отсюда, вам повезло, я сегодня добрый и не хочу пачкать своё любимое место вашими потрохами. А к вашему боссу я позже зайду, пусть ответит за ваш идиотизм, — и был он столь убедителен, что гордые рекруты Омеги начали медленно опускать оружие.

Наблюдающий глазами дроида за этой картиной, Шепард осуждающе посмотрел на Заида, а тот равнодушно пожал плечами. «Фальстарт, бывает, следующие будут лучше».

Но подобного унижения назначенный командиром имбецил стерпеть не мог: он одним прыжком оказался за спиной дроида и начал похваляться:

— О, вы допустили ошибку! Это дроид-убийца! И вам следует извиниться перед нами, или уже нам придётся отскребать ваши потроха от стен!

Бандиты переглянулись и заржали:

— Это Б1, придурок! Где бы ты ни купил этот хлам, тебя жёстко надули! Ох, парни, давайте этого клоуна хаттам продадим? Они любят шутов!

Рекрут начал громко требовать от дроида навести порядок и покарать его обидчиков. Бандиты стали ржать громче. А потенциальные бойцы банды Омега неуверенно переглядывались и медленно задним ходом двинулись к выходу.

— Жестянка! Убей их! — в отчаянии крикнули в камеру.

Взгляд Шепарда, направленный на Заида, стал более осуждающим, а наёмник, пытаясь унять приступ испанского стыда, смущённо улыбнулся, обещая этой улыбкой исправить все свои косяки.

— СУЗИ, Легион вы фиксируете гражданских в помещении? – Обратился Шепард к тем кто следил за транслируемой картинкой куда внимательнее его.

— Все единицы признаны враждебными / Ответ отрицательный, - отозвались они, и Джон не сомневаясь нажал на кнопку, подавая сигнал на активацию плана Б.

— Приказ принят к исполнению, — сказал дроид, но не успел идиот обрадоваться и бандиты обосраться, как дроид продолжил: — Активирован протокол самоуничтожения.

На груди открылась панель, за которой прятался баррадивый заряд. Смех не успел смолкнуть, а взрыв чувствовался даже на территории базы Омеги. Баррадия они не пожалели, а потому выбраться живым из того здания никто не мог.

— Вот же цирк! — заржал Фалько Санг, заслужив осуждающий взгляд Массани.

— Я работал с чем было! Конечно, к парням без репутации никто из нормальных бойцов рваться не будет! К тому же без связей, в корочайшие сроки! Вы хотели, чтобы я вам роту спецназа из задницы достал? — вскочил он на ноги, намереваясь дать Сангу в морду.

— Успокойся! — осадил его Джон. — Тебя никто не обвинит. Ты знаешь, где лежка этого твилека?

— Знаю!

— Так иди и предъяви ему претензию: наши рекруты пришли в его бар отдохнуть по-человечески, а они их подорвали. Сакральный вопрос «А нас-то за что?» требует ответа и виры за неудобства.

— Сделаю, — Массани стал успокаиваться. — Я возьму Грюнта?

Шепард покачал головой:

— Не надо его к сладкому приучать, жопа слипнется. Бери Джейкоба, Гаруса и Джек. И дроидов захвати. Постарайся его продавить. У него осталась половина бойцов, но пока он всех соберёт, пройдёт время; если убедишь, что на нас работать выгодней, то будет ещё лучше, думаю, связи контрабандиста нам пригодятся.

Заид медлить не стал и бодро ретировался собирать зондер-команду. Фалько лениво поднялся и направился за ним.

— Пожалуй, я их подстрахую, не возражаешь?

— Иди, — кивнул Джон, — только, знаешь… Не попадайся им на глаза.

— Не доверяешь своей команде? — удивился наёмный убийца.

Шепард от такого вопроса немного обиделся. Он в своих бойцах не сомневался, ни в ком из тех, кто прошёл с ними базу Коллекционеров.

— Хочу понять, смогут ли они тебя заметить. Вот честно, насколько ты хорош в слежке?

Санг было хотел сказать, что он лучший, но всё же задумался где-то на минуту.

— Из тех профи, которых я знаю и с кем сталкивался, я точно в десятке лучших, но я мало работал с ИСБ.

— Ну вот и узнаем, насколько хороши мы в сравнении с вашими топами.

Наёмник осклабился:

— Всегда к вашим услугам!

Оставшись один, Шепард начал задумчиво разбирать свой пистолет, ему не мешало подумать о возможности модернизации Нормандии, но мысли возвращались к текущему «Цирку» как обозвал операцию Санг, Шепард что то упустил, но…

— Самара… - вскочил он, в творческом запале реализуя план по истреблению местного отребья он не учел реакцию юстициара, и это следовало бы исправить.

Глава 3. Часть 6.

— Это не обычный заказ, Смеку, — родианец крутил в своих пальцах имперский кредитный куб очень солидного номинала, — но он не соответствует правилам гильдии.

Куб из драгоценного металла отправился на стол.

— От чего же? — тви'лек улыбнулся, не показывая острые зубы. Он не воспринял отказ серьезно, только как начало торга, в этом была вся суть гильдии, какая бы задача перед тобой не стояла, здесь найдется нужный тебе профессионал, а после определённой суммы уже никакие правила играть роли не будут.

Родианец картинно взмахнул руками и огляделся:

— Прости, Смеку, но парни не берут подобные заказы. Мы — Гильдия охотников за головами. У тебя есть враг? Закажи его голову. Тебе угрожает другая банда? Заплати за каждого ее члена. Но сидеть в обороне и ждать проблем… — глава местной гильдии покачал чешуйчатой головой, — это не про нас.

Тви'лек, не поморщившись, достал небольшой кейс, забитый обезличенными кредитными чипами. Он уже много лет был в бизнесе и до сих пор жив только потому, что имел не один подобный чемоданчик, подготовленный специально на такой случай.

— Я бы с удовольствием оплатил головы своих врагов, Наго. Но, увы, я не знаю их имен. Ты что-нибудь слышал об Омеге?

Родианец отрицательно покачал головой, и Смеку этому не удивился — он тоже услышал это название сегодня впервые.

— Гастролёры, — сказал он главе гильдии, — и беспредельщики.

Он было хотел сказать «отморозки», добавив пару сочных эпитетов, но тогда нужно было бы рассказывать, откуда информация, а светить свою сеть «жуков», раскиданной по луне, он не собирался. Свой основной капитал тви'лек делал не на контрабанде и рэкете, как думали другие, а на торговле информацией. А потому, когда вшитые в его людей чипы дали сигнал о скоропостижной смерти половины его торпед, Смеку не стал раздумывать и сразу же направился в то место, которое не посмеет штурмовать ни один адекватный обитатель Нар-Шадды, параллельно изучая записи с камер своего заведения, где произошла трагедия.

«Адекватных…» — зацепился за мысль тви'лек и похолодел. — «Люди, подрывающие десяток своих бойцов, чтобы забрать двадцать чужих, не могут быть адекватными».

— Но и ты не пальцем деланый, а? — подмигнул ему наемник, не замечая испуг в глазах собеседника. — У тебя полсотни парней, неужели они не справятся с залетными хулиганами?

Справились бы, конечно, если бы «хулиганы» не были профессиональными наемниками, заточенными под штурмы опорных точек. А кто еще мог заявиться на Нар-Шадду на боевом корабле и ходить по городу исключительно в тяжелой (возможно, что и силовой) броне? Его парни просто откажутся за него воевать с таким противником, сколько бы он им не платил, особенно когда половина выбыла. Разумеется, Смеку мог бы им сообщить тот факт, ранее скромно умалчиваемый, что вшитый чип не только обеспечивает связь с ним и между бойцами, но и может рвануть, оторвав неугодившему нанимателю бойцу голову, но тви'лек предпочитал оставить этот козырь на крайний случай.

— Я предпочитаю перестраховаться.

— И правильно, — громко ответили ему из-за спины. — На оборону надейся, а патроны подноси. — В дверях, лучезарно улыбаясь обезображенным лицом, стоял Заид Массани, закованный в тяжёлую броню, выкрашенную в синий цвет. — Смеку, Смеку, Смеку… — осуждающе качал он головой, подходя к их столу. Звуки его шагов гулко разносились по кантине, привлекая внимание. Следом за ним следовали две фигуры в безликих масках, их броня была сильно проще — стандартное обмундирование тех охотников за наживой, кто имеют каплю мозгов и первый гонорар не просаживают на выпивку, а вкладывают в свою безопасность. — Нехорошо, Смеку. Я пришел к тебе в гости, а тебя нет. Знаешь, как неприятно тебя было искать? Сколько нервов и времени я потратил? Это нехорошо, Смеку…

Родианец перевел заинтересованный взгляд с Заида на тви'лека:

— Это и есть объект? Должен сказать, впечатляет, — он уважительно цокнул языком, — умеешь себе выбирать врагов.

— Господи! — вскрикнул Заид. — Какие враги? Какие варги? Просто произошло недоразумение, и парни Смеку повздорили с нашими рекрутами. Нам нужно просто уладить вопрос, чтобы не было лишней крови. — Он угрожающе навис над контрабандистом. — Согласен?

Тви'лек сглотнул, не в силах выпустить клокотавшее возмущение. Вместо этого он медленно кивнул.

— Вот! — добродушно кивнул Заид. — А теперь мы обсудим виру за наших людей.

Он было хотел сесть, но был остановлен повелительным жестом родианца и в этот момент почувствовал упершийся ему в затылок бластер. Его «охрана» на это даже не пошевелилась.

— Секундочку, уважаемый, — заговорил глава гильдии. — Мир — это прекрасно, а диалог всегда лучше войны, но вот только такие беседы не ведутся на территории гильдии, а потому я попрошу вас покинуть наше заведение. — Он пару мгновений помолчал, а потом весомо добавил: — После оплаты нашего беспокойства, разумеется.

Охотники за головами начали медленно вставать, «охрана» Заида осталась недвижима. Оставшимся новичкам было заявлено: «Это проверка вашей выдержки, ваша задача — стоять и смотреть». А потому брат и сестра, ушедшие из отчего дома за звоном кредитки, стояли и смотрели, веря в своего опытного «наставника».

Заид улыбнулся родианцу и очень медленно развернулся к тому, кто держал его на мушке. Подняв пустую руку, он сложил пальцы пистолетиком и наигранно произнес:

— Пух-х-х…

Под звук разлетающегося стекла голова охотника взорвалась — крупнокалиберная пуля, пущенная Архангелом, не знала промаха. Кантина пришла в движение, но за мгновение, как началась стрельба, Заид обратился к залу:

— Джентльмены! Вы о нас не знаете, а потому представлюсь. Меня зовут Заид Массани, в родных краях меня знают под прозвищем «Огненная Гончая». Мой босс решил расширить сферу деятельности, а потому Омега пришла на Нар-Шадду! И так как вы не знаете, как мы работаем, то обозначу пару моментов. Во-первых, — Заид позволил проявиться защитному полю, окутавшись синим свечением, — это индивидуальный щит, к сожалению, немного сбойный, а потому с плазмой реагирует своеобразно. Вы точно хотите покидаться фугасами в этом помещении? — Охотники неуверенно переглядывались. — А во-вторых, рекомендую выглянуть в окно.

И человек с вызовом посмотрел на родианца. Тот, немного поиграв с ним в гляделки, махнул рукой своему подчиненному. Человек резво подлетел к выбитому пулей окну, побледнел и кинулся обратно.

Не поверив подчиненному, Наго поднялся сам и неспешным шагом подошел к выходу из кантины. Заид же беззаботно уселся за стол и с интересом взял в руку кредитный куб, и взглядом не удостоив раскрытый кейс с кредитами.

Наго же, выйдя на улицу, лицезрел прекрасную картину. На него через прицел штурмовой винтовки смотрел закованный в такую же тяжёлую броню, только выкрашенную в черно-оранжевый, человек, а рядом с ним в подобных позах стояли дроиды, в том числе и с тяжелым оружием.

Не так бы это было и страшно, если бы за спинами гостей не стоял броневик с развернутой в сторону кантины пушкой. На броне развалилась бритая налысо и покрытая татуировками девка, в которой Наго сначала было опознал датомирскую ведьму. К тому же не стоило забывать о снайпере.

Невозмутимо вернувшись за стол, родианец сказал:

— Убедительно. — Взмах руки — и охотники продолжили выпивать, но краем глаза контролировали гостя. — Но правила созданы не напрасно, гильдия не вмешивается в разборки банд.

— Если нет заказа, — ухмыльнулся человек.

— Если нет заказа, — кивнул родианец, — но от Омеги ни один гильдейский охотник не примет не единого заказа — обозначил он виру за неуважение.

— Да и не надо! — Заид обернулся к тви'леку. — Так какое твое решение, Смеку?

Тви'лек не колебался. Он многое и многих пережил, благодаря своему мастерскому умению подстраиваться под ситуацию, а переживет еще больше:

— Сколько? — только и спросил он.

Массани бросил ему кредитный куб.

— Всё, разумеется!

Выходя из кантины, тви'лек тихо бросил Заиду:

— Они это запомнят, - демонстрация лояльности понравилась Массани и придержав Смеку он, обернувшись к охотникам, сказал:

— Парни! Омега набирает рекрутов. Те, кто хочет испытать себя в настоящем деле, приходите к бару «Ночная Нора», поговорим!

***

Фалько Санг наблюдал за концертом в штабе местного отделения гильдии охотников за головами сквозь прицел снайперской винтовки и продолжал восхищаться безбашенностью новых пешек своего патрона. Лорд Вейдер умел подбирать великолепные кадры, но проклятье! Где он нашел этих отморозков?

Провокация со смертниками? Дерзко и жестоко, но в сравнении с тем, как работали некоторые армейские офицеры и спецы ИСБ, — дело привычное. Но Массани, не найдя свою цель в своей норе, полез прямо в логово крайта, а ссориться с гильдией было сравнимо с ворошением гнезда пустынного дракона.

Организация, существование которой было само по себе невозможным в нормальных условиях, объединяла не только всевозможное отребье, что жаждало свободы, но и таких монстров от опасного ремесла, коих можно было нанимать для одиночного штурма имперского гарнизона или похищения цели из здания имперского сената.

И почти все члены гильдии при атаке на одно из подразделений готовы были если и не встать на его защиту, то громко отомстить, чтобы больше не осталось идиотов, посягающих на их благополучие. Жуткие индивидуалисты — профессиональные наемники — не могли допустить исчезновения своей кормушки, которая позволяла корчить из себя независимых птиц, которые не летают в одной стае с такими же высокомерными петухами. Фалько знал наверняка, сам таким был, пока не ощутил на себе всю прелесть работы, когда за твоей спиной персональный аналитик, группы прикрытия и отряд эвакуации.

Заид поступил опрометчиво, но на удивление эффективно. После такого щелчка по носу в округе начнется передел власти, а вольным стрелкам потребуется объединиться, чтобы скоординироваться и навести на территории гильдии порядок, что также не позволит им наниматься к будущим противникам Шепарда. Остается только надеяться, что ему хватит мозгов воспользоваться преимуществом.

Также Фалько напрягало поведение Заида. Он вел себя как профессионал в худшем смысле этого слова — не признавал авторитетов и надеялся только на себя. Рекрутов он набрал, да, но обучить их он был не способен. Классический вожак, за которым идут из-за страха, из него выйдет отличный , но лидер — нет. Впрочем, Шепарду он свои мысли высказывать не собирался, пусть думает своей головой. Все, что он ему расскажет, — что его бойцы профессионалы наивысшего сорта, и остаться незамеченным ему не получилось, ибо Гарус взял его на мушку, стоило только занять эту лежку. Благо что хоть Архангел опознал в нем своего и не стал стрелять.

К удивлению, не только они двое стали пользоваться столь удобными наблюдательными постами. На реактивной тяге своего ранца занятую точку покинул мандалорец в зелёной броне. Боба Фетт часто работает с хаттами, и неудивительно встретить его рядом с отделением гильдии на Нар-Шадде, но вот только кроме него по шпилям небоскребов тихой тенью прыгала невзрачная фигура, в которой Фалько Санг почуял свою цель. Одного из тех, за кем он охотился последние годы, подобно егерю, заставляя добычу барахтаться в сетях или бегать из стороны в сторону, пока на охоту не прибудет лицо повыше рангом.

— Отпуск обещает быть интересным, — подумал он вслух, разбирая бластерную винтовку. Фалько Санг даже боялся думать, что может сделать Лорд Вейдер с «Луной Контрабандистов» под предлогом охоты на джедая.

***

Сайра была в восторге, и она была уверена, ее братишка испытывал те же чувства.

Прибыв на Нар-Шадду, они поначалу растерялись, но им повезло наткнуться в одном из баров, где наемники искали работу, на Заида Массани, который взял их в оборот. И из пятнадцати человек только они с Юто прошли отбор! Правда, они так и не поняли, в чем он заключался, но важен сам факт! Профессиональные наемники приняли их, а не каких-то неудачников, которые даже на броню не накопили!

Сайру подпитывал адреналин. Там, в кантине, ей было очень страшно, но Заид сказал не шевелиться, и они стояли как статуи, и это сработало! Девушка была уверена, что они с братом смотрелись круто. Телохранители Большого Босса! Правда, Заид говорил, что у них главный кто-то другой, но кто может быть ещё круче?

Девушке хотелось броситься к брату, поделиться впечатлениями, но они еще даже не сели в машину, и даже там не получится поговорить. Жаль, глухие маски несли чисто декоративную функцию, и в них даже не было передатчика, а даже если бы и был, то разговор слышали бы все присутствующие.

Бушующие в крови остатки адреналина взывали к действию, но все, что Сайра смогла себе позволить, — это постучать по набедренной кобуре с бластером. Это вызвало удивительно нервную реакцию у пленного тви'лека, что еще больше развеселило девушку.

Кто бы мог подумать, обычная девчонка с Квиилуры, которой суждено было стать ветеринаром на семейной ферме, вселяет ужас в свирепого бандита!

Им с братом не повезло, как они считали, родиться на унылом сельскохозяйственном мире. Их родители были одними из тех, кто наотрез отказался оставлять обжитые земли, когда Республика отбила планету у КНС и попыталась выселить оттуда всех людей в угоду местным дикарям. Горстка колонистов почти год сопротивлялась клонированным войскам, пока Республика не стала Империей и все ранее заключенные договоры стали под вопросом. Их родители в период беспорядков отхватили себе большие земли: кто-то все-таки послушался республиканских приказов и оставил колонию, а кто-то погиб во время сопротивления.

С самого рождения родители твердили им с Юто, что их судьба — заботиться о том, что заполучили и сохранили их родители, а чтобы подтвердить свои намерения, их отправили учиться, и не абы куда, а на Корусант! Огромные, просто несусветные деньги для каких-то фермеров. Вот только на Квиилуре растили деликатесы, востребованные по всей галактике, а война и уничтожение колонии породили страшный дефицит. Именно на Корусанте, сидя в кафе и глядя на цену привычного с детства блюда, близнецы поняли, каким богатством на самом деле обладает их семья. После этого Сайра с двойным усердием стала постигать биологию, а Юто — инженерию. Судьба ветеринара и оператора роботизированных систем уже не казалась им столь плохой. Но Корусант меняет людей, его блеск туманит разум, а соблазны так сильно манят…

Юто после пьяной драки в баре озаботился изучением боевых искусств, в результате чего и познакомился с одним примечательным персонажем, что работал в одной из боевых школ, специализировавшихся на подготовке телохранителей для политиков и бизнесменов, а в прошлом являлся одним из многих охотников за головами. Они сдружились: вояке, который почти ничего не достиг в жизни, нужен был благодарный слушатель, а Юто — пример сильного мужчины, которого он в глупости своей никогда не видел в отце, в общем, как и его сестра. В один момент они вдвоем стали завсегдатаями того спортивного зала, а сразу по получении дипломов купили на подаренные родителями деньги броню и бластеры и направились по стопам своего «учителя» прямиком на Нар-Шадду.

Много позже молодая девушка проклянет тот день, когда они с братом решили променять тихую и спокойную жизнь на полные лишений и боли приключения, и возблагодарит небеса за то, что их нашел Заид Массани. Но это будет потом, а сейчас же девушка была счастлива до трясущихся рук и полна энтузиазма.

Глава 3. Часть 7.

Смеку встречали рутинно, будто не намечается слияние двух группировок, а привередливый клиент пригласил контрабандиста на личную встречу. Правда, контрабандиста сильно смущали оборудованные огневые точки на подходе к базе Омеги.

«Вояки», — подумал Смеку, глядя на бункер, склеенный из дешёвого пластоида, имперцы такие обожали, бывало, сбрасывали прямо с орбиты вслед за десантом. Прочный, дешёвый и крайне доступный материал, но ни одному существу на Нар-Шадде не пришло бы в голову оборудовать в городе такую линию защиты, здесь предпочитали прятать стрелков в жилой застройке. «Впрочем, а как ещё оборудовать огневую точку в промышленном районе?»

Броневик высадил их не прямо у ангара, а как раз перед первой линией защиты, как, полагал Тви’лек , для её демонстрации. Не то чтобы она была необходима, Смеку уже был достаточно впечатлён, он пока только не понимал, перед ними солдаты удачи, решившие расширить сферу деятельности, или дезертиры с неимперской планеты.

Стоило войти в ангар, как по ушам ударил гвалт спорящих существ, большую часть помещения занимал вытянутый корабль — корвет или фрегат, Смеку в этом вопросе плавал, а дизайн был ему не знаком. Корабль, будто насекомые, облипали разумные, перекрикивающиеся и спорящие друг с другом, особенно выделялся огромный ящер, который стоял у опущенного трапа и громким рыком что-то доказывал хлипкой фигурке в глухом скафандре, забравшейся на фюзеляж корабля.

— Не глазей, — толкнул его Заид. — Босс ждёт.

Тви’лек в этом утверждении сомневался: упомянутый босс мирно сидел на диванчике в небольшой комнате на втором уровне ангара и мило беседовал с красивейшей девушкой. Смеку мог бы спутать её с твилечкой, но у неё отсутствовали леку, однако это не мешало ему прикипеть к ней взглядом и по привычке оценить формы.

— А вот и наш гость, Смеку Фагот по прозвищу «Ловкач». Чем же вы его заслужили?

Заид отошёл к стене, а его два сопровождающих остались у двери, будто он намеревался сбежать.

— В сабакк ловко шельмую, — ответил Тви’лек, не осмелившись сесть. На него смотрел испещрённый шрамами человек, но, в отличие от Заида, он был молод. Смеку никогда не брался оценивать возраст людей, слишком хрупкими они были: в зависимости от среды обитания два стоящих рядом старика могли быть как ровесниками, так и иметь разницу в полсотни лет.

— Присаживайся, — указал взглядом человек на кресло напротив себя. — Меня можешь звать Шепард. Судя по всему, ты принял правильное решение?

— Все принятые решения правильны, — устроившись в кресле, Тви’лек размял шею, — эти оценки крайне субъективны, для меня правильными являются те, где я остаюсь жив. И раз уж вы знаете меня, не расскажете подробнее о себе? Может быть, прозвище? И меня крайне интересует, чем простой владелец маленькой транспортной компании может вам помочь?

— Осмотрительно, — скривился в усмешке Шепард. — Что до прозвища, то я его не люблю, — Заид у стены мыкнул, Шепард на подобное неуважение не отреагировал. — Но если желаешь, то меня прозвали «Торфанским мясником». И не нужно скромничать, ты, Смеку, не просто владелец маленькой транспортной фирмы, ты успешный владелец фирмы, и мне интересно, — Шепард чуть подался вперёд, — мне интересно: как?

Тви’лек , немного сбледнувший от прозвучавшего прозвища, крайне подходящего человеку, который без зазрения совести подорвал своих бойцов ради простейшей провокации, ещё сильнее напрягся.

— Что вы имеете в виду?

— Понимаешь, я, прежде чем с тобой говорить, решил навести справки, и я, получив информацию, ненадолго встал в ступор. Ты на удивление чистоплотен для обитателей этой проклятой луны. Твои грехи максимум затрагивают скупку краденого и награбленного, да продажу оружия. С учётом, что у большинства рас галактики в почёте благородное искусство по сбору трофеев с поверженных врагов, то первый можно из списка выкинуть. Те же имперцы, если сдашь поставщиков, даже срок не впаяют — штрафом отделаешься, может, конфискацией. А торговля лёгким стрелковым оружием в пространстве хаттов не регулируется.

— И к чему вы ведёте? — Смеку поправил свои леку, скрывая дрожь.

— К тому, что ты мог бы выбрать место поспокойнее для своей работы, плати налоги да живи спокойно, но нет, ты предпочитаешь платить сорок процентов от грузов хаттам вместо небольших по сравнению с этой цифрой имперских налогов и пошлин. Но ты процветаешь! Каждый раз, когда над головой свистит пуля или в дом приходят недоброжелатели, ты достаёшь чемоданчик и откупаешься, а если вымогатель приходит снова, ты отдаёшь этот чемоданчик охотникам. Заид! Сколько он предлагал за наши головы?

— Сто кусков, кэп.

— Сто тысяч кредитов?! — покачал головой Шепард. — Как новенький истребитель. Откуда дровишки, Смеку? — Тви’леку показалось, что глаза Шепарда блеснули красным, он очень надеялся, что ему показалось, на крайний случай что это имплант, у Шепарда были очень характерные шрамы. Смеку крайне не хотел связываться с сектантами Силы, как бы они ни назывались.

— Я умею прятать товар, — развёл он руками, — а хатты это не имперские таможенники, все переборки при досмотре не вскрывают.

Шепард осуждающе покачал головой:

— Самара, будь любезна, — он посмотрел на синекожую, та удивлённо подняла брови и с полминуты подумав, а после что-то для себя решив, поднялась с места. Её тело покрылось едва заметной синеватой плёнкой, а глаза налились чернотой, она потянула руки к голове Смеку.

— Нет! — Тви’лек подался назад и кувыркнулся через голову, опрокинув кресло. «Контактный телепат!» — подумал он, вспоминая всё, что слышал о способных на это расах, на ум пришли только умбаране, да пара видов насекомоподобных существ. — Не надо, я всё расскажу сам!

Он вытянул руки вперёд в защитном жесте, и его палач остановилась.

— Я торгую информацией! В основном всё по Нар-Шадде, за её пределами только общие сведения без конкретики!

Шепард рассмеялся:

— Так нам повезло! Ну что ж, рассказывай про свою сеть.

И Смеку стал рассказывать: про личную сеть гиперпередатчиков и древний забытый гипер-буй, частоту и коды к которому он смог откопать в одном из республиканских архивов, где работал его отец, про квантовые передатчики, которые он тонким слоем разметил практически по всей луне, собирающей информацию обо всех и о всём. Он рассказывал всё без утайки до мокрых штанов напуганный мозгокрутом. Уже когда он начал возвращать самообладание и начинать прятать за паутиной слов некоторые свои секреты, Шепард задал уточняющий вопрос:

— Это всё очень интересно, Смеку, но скажи, есть у тебя выходы на чёрных археологов? Или торговцев подобной информацией?

Если Тви’лек и удивился такому запросу, то вида не подал и сказал, что да, есть, и даже не один.

— Первая — Силена Варр, человек-корунай, кажется, прямиком с Харрун-Келла. По основной специализации блинопёк, её документы отличить от настоящих могут только самые крутые спецы, на постоянной основе работает с «могильщиками», делает для них пропуска в карантинные системы и разрешения на раскопки.

— О, кто-то не любит археологов, — усмехнулся Заид, а Смеку скривился.

— Не нужно беспокоить мёртвых. Итак, Силена: она не даст инфы, но сможет свести с теми, кто работает на местах. Если ищете что-то конкретное и знаете, где копать, то она вам подойдёт.

— Дальше.

Тяжело вздохнув, Смеку продолжил:

— Риссо Вант, деваронец. Мой «коллега», но не такой успешный. Его проблема в том, что он любит быстрые сделки и лёгкие деньги, если предложите ему очень много денег, он вас не продаст… больше одного раза. Мне кажется, у него такой принцип — кинуть всех, с кем работает, у него даже погоняло «Пять штук»: минимум на пять тысяч, но кинет. Вам он интересен тем, что работает с коллекционерами, покупает, продаёт, ищет сам и нанимает на поиски других, копателей в том числе.

— Это всё?

— Нет, — вздох стал обречённее, — Кхо’Барт Кай. Человек, откуда — не знаю, но подозреваю, что мандолорец. Догадка так себе, просто он появился на Нар-Шадда, когда клан Кай перебили имперцы. Посредник, занимается всем, абсолютно всем, с каким бы вопросом к нему ни пришли — он решит проблему, были бы деньги. Заядлый коллекционер, так что за поисками артефактов к нему всё же идти не советую, никогда не слышал, чтобы он кидал клиентов, но страсть может пересилить здравый смысл. Да и вообще к нему лучше не обращаться.

— Это почему же?

— Есть подозрение, что он эмиссар и, соответственно, глава местной группировки Чёрного Солнца, инфа непроверенная, но если есть риск, то привлекать внимание Солнц к себе я бы не стал.

— Чтож, это полезная информация, будем отрабатывать всех, а теперь поговорим о том, как мы будем работать…

***

Не сказать, что Шепарда вымотала беседа с их новым «союзником», но когда он выпроводил Тви’лека, ему удалось выдохнуть с облегчением. Им действительно повезло, улов оказался знатным, несколько грузовозов Смеку, да оставшиеся два десятка головорезов — это так, пыль, а вот его сеть контактов. Инженеры уже составили ему список того, что нужно для модернизации «Нормандии», и достать всё нужное добро на этой луне без нужных связей было невозможно. Опять же, им нужно было начинать поиски пути домой, Шепард не был уверен, что в этой галактике был ретранслятор, но кто мог знать о возможном древнем строении, как не те, кто такими находками зарабатывает на хлеб и выпивку?

— Дел предстоит много, — произнёс он вслух и перевёл взгляд на стоящих у дверей новичков. — Ну что, бойцы, понравилась караульная служба?

Неожиданно девушка сняла маску и вывалила на не ожидавшего сей подставы Шепарда словесный поток.

— Это было та-а-а-к круто! Как вы его… он так взбледнул, когда услышал «мясник», а потом — у-у-у! — она подняла руки и изобразила сеанс гипноза. Шепард обалдело посмотрел на Заида, а тот, зараза такая, давил улыбку.

— Да, наш босс крут, — Шепард перевёл взгляд на Самару, та тоже тепло улыбалась.

— Юная дева, — пожала она плечами. Девы азари были синонимом слов беспутность, раздолбайство и беспардонность, по крайней мере так для себя Шепард перевёл этот пассаж.

— Дисциплины ноль, — покачал он головой, с надеждой посмотрев на парня, снявшего маску, — а ты что скажешь?

Тот смущённо почесал затылок и выдал глубокомысленно:

— Ну, было круто. Но в караул я больше не хочу.

— Вот это больше походит на солдата. Не боись, Юто, да? Не боись, Юто, ты не хочешь в караул, но зато караул хочет тебя. Значит так: Заид сказал, что вы ничего не умеете, — близнецы начали хором убеждать, что они ого-го и не надо на них наговаривать. Шепард уделил их словам крайне много внимания и закончил мысль: — а потому будем вас учить. Бронька у вас есть, но всё равно покажитесь Джейкобу, это чёрный парень в боевой броне, он у нас за оружейника. Он, Заид и Самара потаскают вас по нашей тактике, да и вообще… — он неопределённо покрутил рукой. — Самара, ты как, займёшься воспитанием молодёжи?

— С удовольствием вспомню курсы подготовки десантницы, — уверила она.

— Ну вот и отлично, принимай пополнение, Джейкоб обещал стрельбище оборудовать, а ты, Заид, останься пока.

Когда они остались тет-а-тет, Шепард спросил:

— Детишки, Заид? Ты действительно хочешь ими заняться?

Умудрённый жизнью наёмник пожал плечами:

— Знаешь, кэп, я, видимо, размяк. Но что-то поговорил я с ними, послушал их историю — и что-то щемануло внутри.

— Трагичная история? — скептически он поднял бровь. Вот что-что, а подобное, извозившегося в крови по самую макушку наёмника, трогать было не должно.

— Да нет, детишки из благополучной семьи, дураки просто. Наслушались баек старого солдата и отправились за лучшей жизнью, а я… Я, похоже, позавидовал. Ну знаешь, тяжёлое детство, игрушки прибиты к полу. А тут хорошая семья, не богатая, насколько я понял, но не бедствовали. Ну не похожи они на мажорчиков, а вот на наивных детей, ушедших на поиски сокровищ именно ради сокровищ — очень даже. И мелюзга отправляет добывать богатство кровавым делом, даже не понимая, на что подписались. Ты ж знаешь, сколько мне «Цербер» отстегнул за работу?

— Миллион?

— Ага, авансом. Я думал, если вернусь, выйду на пенсию, а тут… Деньги канули в Лету, сначала былой задор взыграл, а сейчас что-то поутих. Я ж раньше бы в том баре просто всех положил и только потом разговаривал бы с выжившими, а тут в наставника решил поиграть, типа: смотрите, как надо малой кровью такие вопросы решать.

Он затих, глядя в пустоту, а Шепард подумал, что не зря военные рано уходят на пенсию: Заиду едва сорок исполнилось, а он не только выглядит как старик, но и духом устал. На Римахоре была лишь вспышка, мимолётное прозрение и проблеск былого задора. Сейчас же Шепард видел перед собой крайне уставшего человека, который искренне считал, что ничего не достиг, и сейчас решил оставить после себя, если не потомка, то учеников.

— Продолжай поиск новобранцев, — хлопнул Шепард наёмника по плечу, — а за детишек не переживай, мы из них ещё воспитаем волкодавов. Хотя, знаешь… — Джон ненадолго задумался, — не усердствуй в поисках. Сосредоточимся на дроидах.

Шепарду не хотелось, чтобы битый жизнью волк тащил в его стаю других щенков, хватит пока двух.

***

Самара взяла привычку гулять по городу сразу, как они немного здесь освоились. Нар-Шадда беспокоила матриарха, как и любого другого юстициара, попади он сюда.

Суть Кодекса юстициара, непонятная другим расам, заключалась в следовании закону, каким бы он ни был. На Омеге закон был — в лице матриарха Арии Т’Лоак, здесь же… Она полагала, что он существовал, но, не видя его лица хотя бы в виде служителей правопорядка, она не могла уловить его следы, не могла почувствовать его запах и понять пределы дозволенного Кодексом.

Да, она сказала Шепарду, что она будет руководствоваться честью и совестью, как и предписывал Кодекс в подобных случаях. Да, она опрометчиво сказала, что понятия о чести везде одинаковые. Но ведь это было не так…

Азари — эгоцентристы, выйдя первыми в космос и взяв под контроль Цитадель, её сородичи присвоили себе право решать, как будет жить галактика, и ни угроза рахни, ни кроганские восстания не изменили этого мировоззрения в глазах матриархов. А потому юстициары были уважаемы в Республике и безнаказанны на всём пространстве Цитадели.

Любая раса, знавшая об этом ордене, вешала на них ярлык мстителей и вигилантов, азари гордо говорили, что так и есть, и внутри негодовали от презрительных интонаций в голосах собеседников. Ведь юстициары защищали закон — их, азари, закон.

Но когда очередной дипломат был вынужден урегулировать конфликт, когда охранница корпоратов в свободной зоне, уверенная в своей правоте, должна была стрелять в юстициара, тогда приходило понимание, почему другие расы так брезгливо говорят о них.

Кодекс противоречив: догматизируя первенство закона, он требовал уважать власть. А если власть имущий, например саларианский советник, нарушает закон? Тогда нарушитель виновен, но если речь об азари? Ария Т’Лоак — пиратка и преступница, но может ли матриарх подойти и приставить пистолет к её виску? Нет… Это лицемерие сводило с ума многих юстициаров: кто-то, не в силах выдержать столкновение догм, пускал себе пулю в висок, кто-то уходил в уединение, а кто-то руководствовался личным моральным компасом, несмотря ни на что.

Самара всегда считала себя приверженкой Кодекса во всём, но случай с дочерью её знатно подкосил. Джон Шепард помог ей выполнить свой долг, за что и получил её слово следовать за ним, но… Она не могла ему доверять.

Тот шёпот, что служил ей всё время, пока она следовала своему пути, что подсказывал и советовал, по прибытию в эту галактику не дозволял верить человеку. И с каждым днём этот шёпот становился громче.

Она пыталась его заглушить, бродя по Нар-Шадда и ломая руки тем, кто решил подменить собой закон, она не сомневалась в правильности своих поступков, ведь сердце не сжималось в болезненном предчувствии, но вот стоило вернуться к «Нормандии»…

Шепард изменился, Самара не имела права делать такие выводы, она знала героя людей всего ничего, но она чувствовала это. Как чувствовала изменения и в себе. Скоро оковы Кодекса перестанут её сдерживать, они порвутся словно истлевшие нити, и Самара боялась этого момента, того момента, когда она станет одной из тех, на кого она охотилась всю свою жизнь.

В этот раз ей не попалась добыча, обитатели Нар-Шадды быстро учили уроки — к кому лучше не лезть и в чьём присутствии лучше не играть с огнём. Закон, основанный на страхе. Самаре это не нравилось. Власть могла использовать страх, но страх не мог подменять собой закон.

Юстициар подняла взгляд, шпили высоток сверкали огнями, но ярче всего в ночном небе сияла Нал-Хатта. «Как непривычно смотреть с луны на планету», — подумала она и выхватила взглядом странную фигуру. Стоя на карнизе одной из высоток, на неё смотрела фигура в бесформенном балахоне.

«Самоубийца?» — подумала Самара, но отбросила эту мысль, интуиция молчала, наоборот, сердце вдруг налилось теплом, будто юстициар смотрела сейчас на самое светлое существо во вселенной.

Резкий рывок — и фигура в невероятном прыжке перескакивает на другое здание и скрывается из виду. Самара разворачивается, намереваясь вернуться на базу, но наталкивается на знакомую фигуру.

— Фалько Санг, — приветствует она его, убийца же в ответ смотрит на неё пристальным, изучающим взглядом.

— Юстициар Самара, — чинно отвечает он, — прогулка перед сном — не самое безопасное занятие на этом планетоиде.

— Я могу за себя постоять.

— Не сомневаюсь, но боюсь, что местные… «хищники» намного более зубастые, чем вы привыкли. Пойдёмте, думаю, нас уже заждались.

Сердце Самары сжалось в предупреждающем крике.

Глава 3. Часть 8.

Джон в который раз за прошедший месяц пришёл в бар «Объятия Зелтроса», несмотря на намекающее название, борделем сие заведение не являлось и располагалось в более фешенебельной — если это слово вообще применимо на галактическом притоне — части Нар-Шадды. Здесь практически на постоянной основе обитал его новый друг Кхо’Барт Кай, человек с большой буквы этого слова, несмотря на его вид деятельности.

— Джон, дорогой! Рад тебя видеть! — завидев гостя, он встал из-за стола и направился к нему навстречу, привлекая к себе внимание всех посетителей.

— Барт, — они крепко пожали друг другу руки, — есть что-нибудь для меня?

— А у тебя для меня? — лучезарно улыбнулся в ответ.

— Найдётся.

Приобняв Шепарда за плечи, воин мёртвого клана Кай (Смеку всё-таки оказался прав в своих предположениях) повёл своего гостя в закрытые комнаты. Бар был исполнен в тёмно-синих тонах и отдавал атмосферой деловой сосредоточенности, а не расслабленного гедонизма, здесь никогда не было много посетителей. Бар был местом «для своих», и то, что Шепарда сюда пригласили, заслуга человеческих суеверий.

Шепард втёрся в доверие к Барту благодаря страсти последнего к коллекционированию всего и вся, и кто бы мог подумать, какой памятный мусор только не таскают на себе «на удачу» суеверные вояки. Команда была недовольна произволом командира и экспроприацией личного имущества, но оно щедро компенсировалось из «бандитской» казны, так что один хлам просто по итогу заменился другим.

Устроившись в отдельной комнате с огромным, до потолка, аквариумом, покорившим сердце Джона с первой встречи, они разлили по бокалам коррелианский бренди, и прежде чем поднять первый тост, Шепард вытащил на белый свет изящную маленькую коробочку, напечатанную на 3D-принтере «Нормандии».

— Что тут у нас? — Барт открыл крышечку и достал маленькую монету, отливающую серебром.

— Это с моей родины. Выпущена сто восемьдесят лет назад.

— Какая прелесть, — он перевернул монету и посмотрел на изображение девушки. — Кто это?

— Её звали Сакагавея, она происходила из дикого племени кочевников и, когда на их земли пришли более развитые люди, помогла им исследовать обширные земли, служа переводчиком и проводником.

— Хроники одичавших колоний, — восхищённо протянул Барт. — Знаешь, Джон, меня мало кто понимает, когда я часами разглядываю древнее копьё или вот такую безделушку, — он аккуратно подкинул монету и, поймав, бережно спрятал её в футляр. — Это людская история, Джон, черепки и кости пусть останутся могильщикам, но вот тот посыл, который был заложен в монеты, та мысль, что вплавилась в оружейную сталь… Это переосмысление развития человечества, когда колониальный ковчег терпит крушение и колонисты скатываются в дикость… Разве не интересно понаблюдать за их тягой обратно к звёздам? А ведь это отражается во всех предметах.

Шепард был с этим утверждением в корне не согласен, вот чего-чего, а тяги к звёздам он в этой монете из дешёвого сплава не видел ни капли, а вот политического желания потрафить движению суфражисток — очень даже. Впрочем, эти мысли он оставил при себе.

«Нормандия» действительно оказалась кладезем богатств. Технологии? Пф-ф-ф! Кому они нужны, примитивные пулевеки по мнению местных идут по цене металлолома, но вот пушки, привезённые из неизведанных регионов, да ещё прошедшие ни одну битву, да с засечками, нанесёнными туземным варваром, символизирующими число взятых в бою скальпов… И сотни тысяч отдадут за этот металлолом, и миллионы дадут за старый никелевый доллар с изображением молодой женщины из индейского племени агайдека.

— Ты же знаешь, Барт, я больше по коллекционным фигуркам, — Шепарду больше нравилось самостоятельно собирать из деталей макеты кораблей, покрывать их краской, вдыхать пары фиксирующего лака. Сам процесс создания нового экспоната делал особенной его коллекцию, но Барту нужна была история. Благо что у «Нормандии» этой истории хватало и без всякого хлама на борту, а банки памяти СУЗИ были полны историческими фактами.

— Знаю, но давай к делу. По твоему запросу вот что нарыли мои друзья… — Барт включил проектор, и перед Шепардом появилась голограмма космической станции, построенной в типичном для Империи стиле.

— Сразу нет.

— Звёздная кузница, — всё-таки начал речь Кхо’Барт, — легендарная хренотень, сколько дебилов отправили на её поиски — не счесть. Ей приписывают целый океан возможностей, согласно историческим хроникам была разрушена как минимум несколько раз, последний — около четырёх тысячелетий назад.

Шепард покачал головой, а Барт продолжил следующим объектом:

— Гипер-врата Гри, — следующий объект походил на гигантское разгонное кольцо, — вроде как они сминали гиперпространство и позволяли перемещаться мгновенно, но это тоже только домыслы. Обломки врат то и дело находят в разных системах, космос, знаешь ли, ответственный хранитель, а пустота — лучшая упаковка. — Не увидев радости на лице Шепарда, он продолжил: — Далее наиболее подходящий под твой запрос: станция «Балансир», — вытянутая «гантеля» станции не походила на протеанский ретранслятор ни капли, но Джон перебивать не стал. — То ли супероружие, то ли инструмент космического ландшафтного дизайнера, станция способна смещать орбиты планет, сейчас находится в ведении Империи, висит рядом с ней небольшой флотик в десяток ИЗР, да мелькают научные корабли.

Шепард был немного в шоке от разнообразия оставленных древними цивилизациями подарочков, но всё это было ему неинтересно. Видимо, он ошибся, когда описал Кхо’Барту свой интерес максимально расплывчато, он надеялся хоть на какую-то зацепку, а получил тонну ненужного мусора.

Барт рассказывал и рассказывал, пока наконец не упомянул то, что заинтересовало Шепарда.

— Погоди, перемещение в любую точку?

— Так говорят, — пожал плечами посредник. — Действующие Врата Бесконечности нашли на Датомире с полстолетия назад, но им нужна пара, — Шепард сник, — но яйцеголовы утверждают, что они нашли какое-то упоминание центрального хаба, ну или главных врат, кто их разберёт. Вроде как они могут забросить объект вообще в любую точку.

— И где они находятся, по мнению яйцеголовых? — Шепард лениво отпил из бокала, не надеясь на ответ, но неожиданно его получил:

— На Тайтоне.

Джон встрепенулся.

— И где это? — Кхо’Барт только развёл руками.

— Не знаю, Джон. Не знаю. Эта планета во многом легендарная, во время очередной джедайско-ситской войны то ли была захвачена, то ли разрушена. Во время Гражданской муссировался слух, что джедаи переоткрыли Тайтон и создали там тайный храм, куда перенесли свою сокровищницу. Если это правда, то имперцы должны знать.

После осмысления этой информации у Джона появились вопросы к Вейдеру. Он было хотел подняться и поблагодарить друга за помощь, хоть и не бесплатную, но Барт его остановил.

— Джон, я хочу тебя предупредить…

— Слушаю, — Джон опустился обратно в кресло.

— Не знаю, чем тебя заинтересовала эта хрень, но я бы посоветовал не лезть. Тайтон, судя по всему, находится в секторе Ядра, а там гиперпространственный ад. Маршрутов нет, а идти вслепую — это самоубийство. Особенно если планета существует и эта инфа про джедаев правдива, то систему стерегут имперцы, они наверняка поставили ловушку на джедаев, вляпаешься — выбраться уже не сможешь.

— Я учту, это всё? — Шепард не хотел грубить, но это вышло само. Шанс! Он видел Шанс для своей команды вернуться домой!

— Нет, — разочаровал его друг, — меня просили передать, что скоро хатты отправят представителя, урегулировать вопрос с вашим местом на Нар-Шадда. И… что в случае чего Чёрное Солнце готово протянуть руку помощи. — Кое в чём Смеку ошибся: бывший мандалорец не был главой Чёрного Солнца на Нар-Шадда, всего лишь одним из капо. Влиятельным, но не единственным. — И, Джон… не принимай это предложение. Говорю это из личной симпатии к тебе, хатты в некоторых вопросах злопамятны и виру за оскорбление потребуют немалую, а мой босс перевесит её на тебя в тройном объёме. Лучше договорись с слизняками. А если будут проблемы… я попробую помочь. Лично…

— Спасибо, Барт, — Шепард поднялся и подал своему другу руку. — Это многое для меня значит.

Посредник крепко пожал протянутую руку, а Шепард с сожалением подумал, что если всё пойдёт по плану, то он вряд ли сможет подарить Кхо’Барту лёгкую смерть.

Кхо’Барт не ошибся — к ним пришли уже на следующий день. Только один человек — довольно наглый поступок, предполагающий, что посланник либо считает себя неприкосновенным, либо уверен, что сможет убраться живым и здоровым даже если дело пойдёт по плохому сценарию.

«Либо это смертник», — подумал Шепард, глядя через экран на закованного в футуристичные латы гуманоида. Это были именно латы, полный доспех наподобие тех, которые носили имперские штурмовики, без единого признака усиливающих или облегчающих передвижение сервоприводов. Зелёная броня красовалась парочкой подпалин, показывая, что недавно этот боец вышел из дела и ещё даже в порядок себя не привёл.

— Кэп, действуем по плану? — посланцу предстояло уйти, не добившись результата, но вот теперь стоял вопрос, как он отреагирует на отказ. Намерений убивать эмиссара хаттов у Шепарда пока не имелось, но вот пока его команда будет гуманно работать оглушающими, незваный гость может и породить неожиданных гуманистов.

— Нет, нагони сюда дроидов и позови Самару с Джек, начнёт бузить — приложим биотикой, никакая броня не спасёт.

Заид кивнул и рысью побежал исполнять поручение, пришельца сопровождали малыши-близнецы, и до ангара им было ещё далеко, так что время поменять декорации имелось. Шепард достал пистолет и с сомнением на него посмотрел: броня штурмовиков их пули останавливала без особых проблем, а с плазмой он так и не сдружился, следуя опасному заблуждению, что на Нар-Шадде он настолько предусмотрительных противников не найдёт.

Мысли о собственном раздолбайстве прервал звук открывшейся двери. Вместе с азари и Джек пришла и Лоусон.

— Миранда? Я тебя не вызывал, — его зам была с головой погружена в работу по модернизации корабля, что называется «на коленках», координируя бесконечные хотелки инженеров, авантюрные идеи профессора и суровую реальность, и отвлекать её для встречи с непойми кем он не собирался.

— Мне нужно сменить деятельность, — сказано это было с привычным для Миранды кукольным выражением лица, но таким тоном, что можно было решить, что под «сменой деятельности» бывшая террористка подразумевает медленное сплющивание какого-нибудь невезунчика в тончайший блинчик.

Гость в опалённых доспехах зашёл ненамного позже биотиков, те только и успели встать за спиной командира. Шепард со смехом подумал, что выглядит он, наверное, комично: суровый мужик, за спиной у которого в угрожающих позах стоят три красивые девушки, при этом Джек даже не сподобилась нормально одеться и сейчас сверкала всеми своими достоинствами в виде татуировок, которые наносила после каждого совершённого убийства.

Посланец встал в центре комнаты и уставился на Шепарда, шлем он снимать не стал. Молчание затянулось, и разрушила его нетерпеливая Джек.

— Ну и **** мы стоим?

На неё осуждающе посмотрели все, даже пришелец, прорези шлема не позволяли узреть лицо, но все были уверены, что оно именно осуждающее.

— Горга хатт требует выплатить ему полагающуюся сумму за ведение дел на его территории.

— Не знаю такого, — беспечно ответил Шепард.

— Горга Десилиджик Ааррпо требует в качестве компенсации единовременную выплату в размере десяти миллионов пегатов.

Осознание суммы дошло до присутствующих с опозданием, но когда дошло…

— А этот слизняк часом не… — договорить Джек не успела, так как Шепард встал из-за стола и подошёл вплотную к наёмнику.

— И чем же, бессомненно уважаемый Горга, обосновывает столь завышенную сумму? — угрожающему тону посланец не внял и продолжил всё тем же спокойным голосом, будто отрабатывал повинность:

— В случае если вы не в состоянии выплатить всю сумму единовременно, Горга хатт готов предоставить ссуду под залог вашего корабля и прочего имущества.

— Ты меня вообще слушаешь?!

— Каков ваш ответ? — ровный, безмятежный и совершенно не заинтересованный голос.

Шепард покрыл свой кулак биотическим полем… Гость же в ответ медленно поднял руку с активированным термальным детонатором…

— Свалил отсюда, быстро!

На том сия содержательная беседа и закончилась. И, не поворачиваясь спиной к собеседникам, посланец хаттов покинул помещение.

— Где чёртов Санг?! — Шепарду срочно нужен был человек, который объяснит, что только что вообще произошло. Он ожидал чего угодно: угроз, уговоров, нападения, но не подобного абсурда! Кто так ведёт переговоры, кто?

— Не стоило его провоцировать…

— Что?! — Шепард резко развернулся к произнёсшей это Самаре.

— Он посланец местной власти, стоило хотя бы получить от него подробности, — азари отвечала ровно, но Джону послышалось в её устах обвинение.

— Юстициар, — прорычал он так, что даже Джек предпочла покинуть комнату, — ты не забыла, зачем мы здесь? — он резко одёрнулся, будто что-то вспомнив, и посмотрел на близнецов, всё так же стоящих у двери. — Исчезните!

Юто бросился на выход, а вот его сестра задержалась.

— Босс, это…

— Что?! — Это же был Бобба Фетт, да? — скороговоркой пропищала она.

— Кто? — Джон попытался взять себя в руки, не то чтобы у него это вышло, но швырнуть деформацией в азари больше не хотелось. — Ты его знаешь?

— Нет, но мне рассказывали. Мой наставник, в смысле не дядька-Заид, ой, то есть…

— Не мямли! Чётко и по делу! — от окрика девушка вытянулась в струнку.

— Он наёмник, босс! Один из лучших, говорят, он в одиночку способен ликвидировать целые банды и… — она сцепила руки и боязливо поёжилась, — мы же не будем с ним драться, да?

— Как придётся. — Джона это не впечатлило, мало ли про кого какие слухи ходят, лучший вор — это тот, которого не поймали, а вот лучший наёмник? Разве тот, кто смог выйти на пенсию, да и то спорное утверждение.

Сайра сжалась ещё больше под укоряющим взглядом командира. Неожиданно к ней подошла Самара, стянув с пояса блок генератора щита и ловким движением отсоединив от костюма миниатюрные проекторы, она передала горстку запчастей девушке.

— Не бойся впустую, дева. Возьми и попроси наставника научить им пользоваться.

Сайра ошарашенно посмотрела на несметное богатство — портативный генератор щита — и, неустанно благодаря, покинула комнату.

— Этот щит её погубит, забыла, как поле массы реагирует с плазменными болтами?

— Он научит её преодолевать страх.

— Обсудим после, — рубанул рукой Шепард. — Вернёмся к тебе, что ты хотела сказать?

Самара не обернулась к нему, она взялась за ручку двери и произнесла:

— Только то, что луна принадлежит хаттам, и власть устанавливать законы принадлежит им.

— Омега — это я, да? — выплюнул он. — На этой луне нет правительства, юстициар, нет закона, слизни дали прорасти здесь семени анархии и пожинают всходы. Эту дыру следует спалить в ядерном огне, право силы заставляет местных относиться к другим с уважением, но это лишь фикция, а не закон.

— Это страх, а не уважение.

— Ты правда думаешь, что местные умеют бояться? — поднял он бровь, но Самара того не увидела, она ушла, не удостоив бывшего СПЕКТРа ответом.

Зал погрузился в тяжёлую тишину, Шепарду чем дальше, тем больше не нравилось поведение Самары, возможно, связываться с религиозным фанатиком было ошибкой с самого начала, но ему импонировало стремление юстициара навести порядок любой ценой. Но вот только на этой проклятой луне, здесь, на Нар-Шадда, это стремление начало перерождаться, и Джон боялся, что скоро Самара придёт к выводу, что тот хрупкий баланс, который сложился на этом притоне за века его существования, и есть нужный местным порядок, а владелец сего камушка и есть олицетворение местного закона, — то на миссии можно ставить крест. Джон не сомневался, юстициар предпочтёт остаться без шансов вернуться домой, но с чистым сердцем, не замутнённым клятвопреступлением и вероотступничеством.

И тут Шепард выругался, смачно, со вкусом. Он понял, что так и не рассказал команде о том, что у них появилась зацепка на путь домой.

— Поаккуратнее с ней, — раздался из-за спины голос.

— И где ты пропадаешь, позволь спросить? — Фалько Санг появился в комнате незаметно, и повернувшийся к нему Шепард увидел человека в его полном боевом облачении. — Продуктивно проводишь отпуск?

— Очень, — кивнул Санг, не отрывая взгляд от двери. — У нас проблема, Шепард.

Глава 3. Часть 9.

— У нас проблема, Шепард.

— Не удивил, — фыркнул Джон, возвращаясь к креслу. — Знаешь, что это за клоун был?

— Бобба Фетт, лучший из тех, кого можно нанять за деньги. Принципиален, опасен. И нет, он не проблема. Судя по всему, его попросили передать ультиматум как дополнение к основной миссии, бонусом к заказу, так сказать.

— Это объясняет его незаинтересованность, но тогда в чём проблема? Хатты готовят нападение?

— Забудь про слизняков! — вспылил убийца. — Я нашёл джедая!

Шепард приподнял брови:

— И?

Фалько прикрыл глаза, показывая, что его раздражает тупость собеседника, и развил мысль:

— Мы буквально над столицей хаттов. Лорд Вейдер очень не любит хаттов, ещё больше не любит джедаев, которые на секунду объявлены вне закона. Теперь понятно?

— Нет, хатты же не имперские подданные, имперские законы здесь не действуют.

— Формально пространство хаттов входит в состав Империи, оно даже поделено на сектора, и слизни даже налоги платят…

— Ага, и печатают собственные деньги, прелестно. То есть ты хочешь сказать, что Вейдер… Что? Прилетит сюда с огромным флотом, разбомбит луну, а заодно и Нал-Хатту?

— Да, — короткий ответ заставил зародившуюся было на лице Шепарда усмешку стухнуть.

— Ты, чёрт возьми, серьёзно?

— Я охочусь за джедаями уже семь лет, Шепард. Лорд Вейдер не упускает возможности лично заняться их устранением. Для понимания: когда джедаи спрятались на Кашиике, а вуки отказались их выдать, всё окончилось осадой и бомбардировкой планеты, а после — полной оккупацией. Узнав, что хатты даже не укрывают, а могут быть причастны к урывательству джедая, он тут же попробует призвать их к ответу. Если Император успеет вмешаться, всё закончится малой кровью, максимум сгорит Нар-Шадда. Но если не успеет или посчитает, что проблему хаттов пора решить кардинально… Война со всеми каджидиками разом будет очень кровавой.

— Та-а-ак, — не то чтобы Шепарду было дело до местных войн, но бойня здесь означает, что Вейдер в ней увязнет и про своё обещание найти им путь домой просто забудет. — И что ты предлагаешь?

— Тихо найти и пристрелить падлу, и, Джон… — Фалько Санг снова покосился на дверь. — Мне кажется, я знаю, как нам быстро выйти на цель.

Его прервал писк гипер-передатчика, достав диск устройства связи, Санг поджал губы.

— Видимо, поздно…

По нажатию кнопки в помещении появилась голографическая фигура Лорда Вейдера.

***

Город Контрабандистов опять стал для Самары личным психотерапевтом, грушей для битья и комнатой ярости в одном флаконе. На этот раз она забралась далеко, усиливая себя биотикой, она перепрыгивала со шпиля на шпиль, переходя между уровнями лунного экуменополиса и погружаясь всё глубже в подвижную медитацию.

Она чувствовала: с ней что-то происходило, что-то, что подрывало не только её уверенность, но и самоконтроль. Давешняя перепалка с Шепардом была ярчайшим доказательством этого, ей не следовало вмешиваться, но что-то будто её толкнуло вступить в конфронтацию с Джоном. Поэтому вместо дискуссии она просто ушла. Ушла, чтобы разобраться, что её провоцирует, что её смущает. Разобраться в причинах и, как подобает юстициару, вырвать её с корнем.

Самара стояла над скулившими бандитами, которые решили, что одинокая синекожая девушка — хорошая цель для ограбления и последующего развлечения; в этой части Нар-Шадда её ещё не знали.

Она отстегнула пистолет от магнитных захватов.

— Н-не-недо… — проскулил один из невезучих грабителей. Самара навела на него пистолет, но на спусковой крючок так и не нажала.

В голову пришла мысль, такая липкая и мерзкая: «А что это изменит?». Хотел ли этот человек становиться тем, кто он есть сейчас? Виновен ли он в том, что Нар-Шадда потворствует бандитизму?

«В мире, полном преступности, полные жизни личности превращаются в нищих», — так она сказала Шепарду тогда, на Омеге, обещая себе вернуться и защитить тех людей. Но от кого защитить, если самый страшный враг для них — это их слабость и желание лёгкой жизни?

Самара отпустила пистолет.

— С-спа-пасибо, спасибо, — они поползли подальше от юстициара, то и дело пытаясь встать, но их сгнившие души полагали, что если азари решит передумать, должен кто-то остаться, чтобы принять на себя её гнев, а потому преступники толкались и роняли друг друга, пытаясь удрать в одиночку.

— Жалкое зрелище, — Самара обернулась на голос, — и бедные люди.

Перед ней стоял тот самый человек в бесформенной робе, что в прошлую её прогулку наблюдал за ней с одного из небоскрёбов; сейчас она смогла разглядеть одну деталь, которую ввиду объективных причин не могла отметить в прошлую встречу. Человек был слеп, глаза его скрывала широкая и плотная повязка из тёмной ткани.

— Рыцарь-джедай Дрейк Олорн, — изящно поклонился он, — будет ли мне позволено узнать ваше имя, мастер?

— Юстициар Самара Т'Серра, — представилась она, вздрогнув от неожиданности; она не использовала свою фамилию много столетий и даже думала, что её забыла, ведь у юстициара не может быть семьи.

— Значит, вы всё же не принадлежите к нашему ордену, — понимающе кивнул он, будто подтвердил свою догадку.

— Нет. Что же вас заставило подумать обратное? — В ответ ей очень тепло улыбнулись.

— Я почувствовал, — и сказано это было столь же многозначительно, как фраза Лорда Вейдера, что он чувствует, что путь назад во Млечный Путь для них существует. — Не желаете побеседовать? Здесь неподалёку есть прекрасная чайная, удивительное умиротворяющее место для этой луны.

Он плавно повел рукой, его голос успокаивал и призывал довериться, а жесты были столь же плавны сколь и артистичны.

— Не возражаю.

— Тогда пойдёмте, пока нас не нашёл ваш назойливый товарищ, — он приглашающе повёл рукой, предлагая пойти с ним рядом.

— О ком вы говорите?

— О, тот мужчина, что столь настойчиво искал меня последний месяц. Настоящий охотник, его терпение и выдержка достойны всяческих похвал.

«Фалько Санг», — подумала Самара, и эта мысль запустила каскад ассоциаций, она вспомнила, где слышала слово «джедай». После их знакомства с имперским главнокомандующим пьяный Виктор Тарэн упомянул о религиозных войнах, бушевавших в этой галактике.

— По имперским законам вы находитесь вне закона, — её рука непроизвольно потянулась к оружию. — Почему вы не покинули луну, узнав о слежке?

— О, — снисходительно протянул Дрейк. — Разве можно следовать законам, несправедливым и аморальным, а эту замечательную луну я покинуть не мог, ведь мне нужно было поговорить с вами.

— Со мной?

— С вами, — кивнул слепец. — Ведь я не мог оставить в неведении столь светлое и чувствительное к Силе существо в столь примерзкой компании. И вот мы и пришли!

«Чайная» оказалась крайне небольшим помещением на три двухместных столика и с маленькой барной стойкой в углу, за которой стоял смуглокожий забрак с коротенькими рожками на голове. Он хмуро кивнул новым гостям и поставил на угловой столик чайный набор из маленьких пиал, средней величины заварника и огромного чайника, исходящего паром. Эта чайная традиция была очень похожа на азарийскую, что родило в сердце юстициара новую волну теплоты.

Некоторое время они пили чай молча, а потом Дрейк начал свой рассказ. Он говорил о Нар-Шадда, об Империи, о Силе и джедаях. Она задавала вопросы и получала ответы; он с её разрешения взял каплю её крови и обещал проверить на уровень чувствительности к Силе, и уверял, что она прирождённый джедай.

Она рассказывала о Республике, Пространстве Цитадели, Кодексе юстициаров и своих сомнениях; она будто снова стала юной девой и сидела перед матриархом-наставницей. Самара сейчас не видела смысла скрываться и прятаться, а Дрейк слушал, кивал и рассказывал в ответ.

— Не сомневайся в себе, — говорил он, — сомнения — предвестник страха, а страх ведёт во тьму. Не сомневайся в себе, Самара, слушай Силу и верь своему сердцу.

Она уходила под его прощальную фразу: «Ты настоящий джедай, юстициар», а в сердце тёплом разливались слова Кодекса, который сейчас ей был ближе такого знакового и понятного свода правил юстициаров.

«Нет эмоций — есть покой. Нет неведения — есть знание. Нет страстей — есть ясность мыслей. Нет хаоса — есть гармония. Нет смерти — есть Великая Сила».

Она не понимала, что такое Сила, хоть, по словам рыцаря, чувствовала её лучше многих в его ордине, но вот остальное… Она не будет сомневаться, и она ещё вернётся сюда, вернётся, чтобы учиться у рыцаря-джедая Дрейка Олорна.

***

— Кэп, мы на месте! — голос Джокера раздался в гарнитуре. — И здесь нет ничего и никого!

— Клейся ко второй планете, повисим пока на орбите. — К глубочайшему облегчению Фалько Санга его выводы оказались поспешны. Лорд Вейдер не знал о джедае на Нар-Шадда, ему просто срочно нужны были люди, и в ближайшей доступности оказался только Шепард. Почему Вейдера не устроили армейские части, Джон благоразумно уточнять не стал.

Лорду зачем-то понадобились техники-инженеры, и, прервав работы по модернизации (благо ничего капитального скрутить его умельцы не успели), Джон с частью экипажа и полным трюмом ремонтных ботов рванул на Джеонозис.

Санг такому раскладу был рад: пока Вейдер занят, у него есть время завершить охоту, а вот Шепарду подобный расклад не нравился совершенно. Слишком всё не вовремя — и Санг, и Вейдер, и хатты. Улетая с луны, он показывал слабость перед местными бандитами, а потому перед отлётом он знатно настрополил команду. По сути, весь боевой состав остался на Нар-Шадда, с собой из десантной группы он взял только Тали, Гаруса и Солуса. Шепард надеялся, что оставшихся на луне сил хватит, чтобы отбить любую атаку, тем более за последний месяц они подмяли под себя не только одного Смеку, но и ещё несколько ближайших банд; с учётом того, что Заид должен был привлечь наёмников для укрепления обороны, а Тали все это время наращивала количество дроидов в их распоряжении, на Нар-Шадда у них уже была небольшая армия.

Другой проблемой стала Самара: Фалько подозревал, что джедай выбрал её своей целью, то ли увидел в ней угрозу, то ли, наоборот, потенциального сектанта. В любом случае Санг предложил использовать её в ловле на живца, предварительно не сообщая, разумеется, так как он не был уверен, не вступила ли она уже в контакт с врагом Империи. И с учётом поведения юстициара в последнее время Шепард также не мог отмахиваться от подобных предположений.

На самом деле, Шепард хотел увезти юстициара подальше от галактического притона, но она ушла. Просто ушла в город, не отвечая на вызовы — поразительное для военного человека раздолбайство, но и сейчас они формально были просто бандой наёмников.

— И долго висеть будем? — спросил турианец, развалившийся в кресле и прерывая размышления Джона. — И вообще, зачем мы здесь?

— Нас должны встретить, — пожал Джон плечами, — и инструкции вручить на месте, но требовались именно техники, так что миссия будет не боевая.

— Да неужели, — сарказма в голосе Вакариана было не занимать, — когда это мы обходились без стрельбы?

Джон какое-то время смотрел на своего боевого товарища, а потом, отодвинув кресло, присел рядом.

— Устал? — просто спросил он; догадаться в целом было несложно, Гарус редко ливал столько яда в интонациях.

— Задолбался, — он когтем почесал шрам на лице, — Цитадель, Омега, Нар-Шадда, Корусант, Римахор… Везде дерьмо, везде найдётся, кого пристрелить, вот только я всё больше задаюсь вопросом: а какой в этом толк?

— Мир сделать лучше, — вздохнул бывший СПЕКТР. — Так, Гарус, я не психолог, но мне есть что рассказать. Давай, выбрасывай пораженческие мысли, а я пока созову общий сбор; есть новости, и они в целом неплохи.

— Ну-ка… — турианец оживился, но командир не стал нарушать интригу, он подождал, пока в БИЦ соберётся весь текущий экипаж, и вывел на голограмме изображение гигантских врат, которые ему передал Кхо’Барт.

— Это так называемые Врата Бесконечности, — начал Шепард без прелюдий. — Имперские учёные откопали их полвека назад и в рамках их изучения открыли, что они связаны с другими подобными конструкциями, центральная из которых находится на планете Тайтон. И вот эта самая центральная хренотень, по словам учёных, может забросить цель в абсолютно любую точку. Понимаете, к чему я веду?

О, они понимали. В БИЦ поднялся радостный гвалт, людской экипаж хлопал друг друга по плечу и восхвалял командира, а вот саларианец уже активно копался в новых данных, без спроса подсоединившись к капитанскому терминалу.

— То есть мы здесь в поиске этих врат? — задала вопрос Тали.

— Нет, мы здесь затем, чтобы запросить у Вейдера к ним доступ. — Эта мысль пришла к нему в голову только сейчас, но она ему нравилась. — Лорд Вейдер обещал прибыть на эту планету, он запросил помощи наших техников, вот при личной встрече мы с ним и обговорим вопрос нашего пути домой.

— А, собственно… — переглядывались присные техники, — на кой ему мы?

На этот вопрос Шепард ответа не знал, но, судя по тому, что главком всех имперских сил не хотел привлекать своих подчинённых, дело обещало быть грязным. Но куда деваться?

Дальше слово взял саларианец, он стал зачитывать выкладки по Вратам Бесконечности. Никаких грифов секретности, за исключением информации о Тайтоне, на этих данных не стояло, а потому Кхо’Барт Кай смог достать очень и очень много.

Шепард, поняв, что это надолго, распустил экипаж по местам, а сам вместе с Тали и Солусом ушёл в лабораторию. Его безумные учёные уже были в предвкушении знакомства с этими самыми вратами, и Джон готов был поклясться, что их больше интересовала техническая часть, чем возможный путь домой.

— Зафиксирован корабль класса дредноут, направляется в сторону второй планеты, — сообщение СУЗИ Джон воспринял как манну небесную и с радостью оставил увлечённых личностей один на один. Вскоре была зафиксирована передача.

— «Стальное Сердце» вызывает неизвестный корабль, неизвестный корабль, ответьте! — голос был до боли знаком.

«Нормандия» на связи, «Стальное Сердце», — дредноут представлял собой огромный шар и заключённый в ещё более огромный ореол диаметром километра три; у Шепарда данная конструкция ассоциировалась с ошейником со встроенным электрошокером.

— Ш-шепард, — то ли удивлённо, то ли зло прозвучало на том конце связи, — вы почему ещё не на планете и, проклятье, почему тут вы?! — Виктор Тарэн явно пребывал не в духе.

— А нам подробностей не давали, куда садиться и кого бить — не знаем.

— Чтоб вас… — выругался коммандер. — Отправляю координаты. У вас грузовые дроиды или подъёмник есть?

— Я сам себе подъёмник, — удивился Шепард вопросу, — а, собственно, зачем?

— Затем, что мне нужно посадить эту развалюху на поверхность, мы от неё запитаем кое-что на планете. Но «барышник» не приспособлен для прямой посадки в атмосферу, благо на Джеонозисе есть специальные ямы под обслуживание этих скорлупок, вот только планета пережила ковровую бомбардировку и стерилизацию. Ваша задача — взять под контроль район высадки и расчистить мне яму под посадку. Задача ясна?

— Ясна. А подкрепление будет?

— Какое, на… — коммандер с усилием проглотил ругательства. — Я на этой посудине один, у меня тут только куча тупых железяк, запрограммированных на обслуживание корабля. Да грузчики; хочешь, грузчиков тебе отправлю?

— Хочу. Там хоть спящего ПКО нет? Наши сенсоры говорят, что на планете не единой живой души.

Тарэн некоторое время молчал, а потом напряжённо выдал расклад:

— Ну у тебя же пилот-ас, да? Ну вот и летите аккуратно, Джеонозис был огромным заводом по изготовлению боевых дроидов, я не удивлюсь, что там уцелела парочка ионных пушек на электронных мозгах. И да, времени со стерилизации прошло много, но на всякий случай не вылазьте из скафандров.

Шепард мысленно согласился с Гарусом: когда у них высадка происходила без проблем?

Глава 3. Часть 10.

Шепарда терзали нехорошие воспоминания. Очень уж подземные туннели Джеонозиса походили на ту злополучную шахту на Новерии, которую им пришлось вычищать от рахни. Добавляло схожести и то, что местные жители имели инсектоидную природу; различия же заключались в том, что…

— Мёртв, — Гарус потыкал дулом винтовки в скрюченный трупик джеонозийца; растрёпанные крылья изорванным плащом покрывали хлипкое тело. Турианец ногой перевернул труп, обнажая перекошенное в пароксизме боли лицо. — Действительно травили…

— Идём дальше!

В означенной зоне посадки не было рабочего ПВО и было много нужных им ям. Хорошие такие ямочки, метров по семьсот в диаметре. Насчёт глубины Шепард уточнять не стал, но достаточно было только подойти к краю посадочной лунки, чтобы заработать медвежью болезнь. А ещё они так фонили радиацией, что Тали, только считав данные с прибора, испуганно ойкнула и бросилась подальше, не взирая на защитные свойства своего скафандра.

К сожалению, эти посадочные ямы оказались сильно занесены песком и прочим хламом, а потому Тарэн, посмотрев на транслируемую ему картинку, приказал искать способ открыть створки на других. Вот и спустилась команда в тёмные подземелья, превращённые войной на уничтожение в могильник.

По мере того как они шли, трупов встречалось всё больше — только местные, ни одного вторженца. Шепард не был уверен, что в этих катакомбах не было открытого боя; по крайней мере он не мог представить, что роющие катакомбы и, самое главное, технически развитые насекомые не сподобились наладить меры защиты от атаки биооружием. В конце концов, если нет нужного количества скафандров, то есть гермодвери и система генерации кислорода. Но в туннелях, без сомнения военного объекта, их встречали только трупы.

— И за что же их, интересно? — пробормотала Тали.

— За то, что они не успели, — все обернулись на саларианца. — Кхм, прошу прощения, неудачная шутка.

— Крайне неудачная, профессор, — Шепард скомандовал продолжать движение.

— Так вот, нам известно, что джеонозийцы были крайне агрессивными существами; их экспансию сдерживал только крайне низкий уровень интеллекта отдельных особей.

— Когда низкий уровень образования — это благо, — буркнул Гарус, переступая очередного скрюченного в позе эмбриона инсектоида.

— Неверно. Тут, скорее, типичный роевой интеллект, усугублённый вмешательством в геном. Рабочих сделали ещё тупее, а солдатам при более развитом интеллекте подавляли личность.

— То есть, вы, профессор, хотите сказать, что это, — Шепард пнул тушку, на этот раз бескрылого существа, — всё же местный вариант рахни?

— Нет-нет. Индивидуальность у них всё же была, просто сильно подавленная, кроме высшей касты. Также неизвестно, существовали ли королевы джеонозийцев, но факты говорят о том, что должны были, так как все особи, о которых было известно, были трутнями.

Всё это было безумно интересно, но скороговорка саларианца не отвечала на главный вопрос.

— Так за что их?

Солус пожал плечами:

— Джеонозис использовали как производственную базу Конфедерации во время гражданской войны. Могу предположить, что после второй битвы за планету Республика решила, что проще зачистить планету, чем терять на ней легионы солдат.

— Меня больше интересует, что здесь забыли мы, — вклинилась Тали.

Отвечать на сей риторический вопрос никто, конечно же, не стал.

Когда они наконец добрались до диспетчерской, откуда можно было открыть шлюзы на посадочных ямах, команду постигло разочарование. Питание отсутствовало напрочь, а потому им пришлось бегать по подземельям с портативными генераторами, запитывать консоли, а также сам механизм, отвечающий за открытие шлюза. За всей работой прошли сутки. Тарэн матерился, но поделать ничего не мог, а задолбанная его комментариями команда уже была готова бросить всё и улететь с пустынной планеты, но, благо, створки открылись, и посадочная яма была признана пригодной.

Шепард смотрел в тёмное небо, на котором среди тысяч звёзд сверкала посадочными огнями громада линкора. Грузовой обод был слишком громаден для посадки, а потому от него сейчас медленно отцеплялось громадное яйцо — сердце корабля, — а на поверхность планеты ринулись десятки грузовых шаттлов, управляемых дроидами. Разгрузка обещалась растянуться, а потому у них было время отдохнуть.

Внезапно по ушам ударил вибрирующий гул, а небо расцвелось трассерами лазерных вспышек. Выжившие обитатели планеты наконец-то очнулись, а автоматические шаттлы, увидев, как горят в атмосфере остовы их коллег, ринулись обратно в безопасные ангары линкора.

— Твою материю… — вздохнул Шепард, морщась от звучавших в канале связи матов Виктора. — В ружьё, бойцы. Видимо, здесь не всех жуков вытравили.

***

Шепард всё больше уверялся в мыслях, что вселенная желает превратить его жизнь в дешёвый боевик. Ну а как ещё он должен воспринимать бесконечные схватки типа «отделение против роты»?

Сначала всё было тихо. Они пошли по следу засветившихся зениток и вышли на такой же брошенный объект, как и предыдущий: точно такая же бронестворка, которая поддалась техномагии кварианки без особых проблем. Так, опять перешагивая через бесчисленное число трупов, они уже было решили, что запоздало сработала автоматика, как на них налетел рой воинов-жуков. Уже десяток лет как мёртвых воинов-жуков.

— Зомби, мать их. Почему опять зомби? — Джону было неимоверно стыдно, что он опять попался на этот трюк. Они прошли по трупам, свято уверенные в их безобидности, и вот теперь их пытались задавить с обеих сторон. Как назло, в отличие от хасков, эти зомби-жуки были до смешного толерантны к вольфрамовым иглам; чтобы вывести из строя жука, его приходилось буквально разорвать на части. Спасали прихваченные бластеры — энергетический импульс, по словам Солуса, как-то воздействовал на мозг, от чего трупы становились небоеспособны, правда, временно.

— Шэп, нам связь глушат! — крик кварианки ознаменовал, что если их тут сожрут, то Виктор об этом не узнает.

— Приготовиться к рывку! Прорываемся обратно! — зомби в основном наваливались на них в рукопашную; лишь некоторые обрабатывали их из акустических винтовок, так что шанс прорваться наружу у них был, а там уже пусть Виктор думает, как проблему решать. — Готовы? Гранаты!

Термальные детонаторы вперемешку со шрапнельными бомбами в узких коридорах были страшным оружием, и в препятствии из десятков живых тел появились пробреши. Шепард бежал впереди, сметая тех, кто стоял на пути, биотическими ударами. В этот момент он сильно позавидовал Вейдеру с его светящимся режиком — кто бы знал, что во времена космических битв ему пригодится варварское оружие ближнего боя?

«Выживу — спрошу, где достать такой же ножик», — дал себе зарок Джон, пока орудуя дробовиком.

Арьергард прикрывал Гарус; чёткое стаккато его винтовки отрезало их от опасности быть расплющенными ударами акустических винтовок. Но сзади на них бежала толпа бескрылых тварей, а гранат у них больше не было.

— Связь?!

— Нет сигнала! — разочаровала его Тали, вслепую посылая назад иглы из своего тяжёлого пистолета.

Без связи не было шансов, что Моро догадается их подобрать у входа в треклятые подземелья, а на открытом пространстве пустоши они были более уязвимы к обстрелу. Надежды были только на броневик, до которого ещё тоже нужно было добежать, если жуки ещё не успели разобрать его по винтикам.

— Триста метров! — спасение было близко, но ещё ближе становились жуки. Винтовки Гаруса и Мординa уже не замолкали, а в канале связи начали слышаться тихие молитвы кварианки.

Звёздный свет едва прорывался из-за открытой двери — остался последний рывок! Но проход перегородила массивная фигура, поднявшая огромное орудие. Джон уже подготовил деформацию для удара, но…

— Ложись!

Инфразвуком ударило по ушам, и команда рухнула на пол, а над их головами пронеслись сотни бластерных болтов, сметая ряды преследующих. Мощность потока была такой, что некоторых жуков испепеляло на месте, а бронекостюм Шепарда завыл тревожным сигналом, требуя от владельца убраться из опасной зоны.

— Ходу! Ходу! — снова завопила фигура, прекращая плазменный ливень.

Когда они оказались на улице, гигант поднял руки и залил проход слепящим пламенем, держал напор, пока запас топлива в баках не иссяк. Схватившись за выдвижную дверь, он с силой потянул её, невзирая на запорные механизмы, и тяжеленная бронестворка намертво перегородила путь мёртвым жукам.

— А теперь на броню и рвём когти!

— Стой! — остановил гиганта Шепард. — Сначала скажи, кому мы обязаны своим спасением?

— Только моей паранойе, Джон! Только моей паранойе! — белый шлем чуть приподнялся, открывая знакомое лицо.

— Виктор? Но как… — Потом! Сначала удерёмся подальше от этого некрополя!

В броневик бравый командир ИЗР залезть, конечно, не смог: сейчас он сам был размером с земную машину, а потому примостился на её крыше, активировав магнитные захваты.

— Так как ты высадился? — задал Шепард самый интересный на текущий момент вопрос.

— Пришлось пожертвовать парой шаттлов: пустил их в качестве щита и сам десантировался на спаскапсуле. Обычно в автоматику вшивали запрет огня по таким целям, но тут жуки, так что я решил перестраховаться.

— А…

— Да потому что ваш пилот панику поднял, — не дал ему договорить Виктор. — Отбил мне, что вы на связь не выходите, вот и пришлось что-то решать.

На некоторое время повисла тишина.

— Ну это… спасибо.

— Пожалуйста.

Виктор был не обязан спасать своих наёмников, и оба это прекрасно понимали.

— А классная у тебя бронька. Дашь поносить?

— Ага, а потом ещё догоню и ещё дам. Это раритет, Шепард. Силовая броня второй фазы, выпущена очень маленькой серией. Я её затрофеил после очередного налёта на притон контрабандистов. Денег в ремонт вложил… Так что нет, поносить не дам.

— А почему маленькой серией? — спросил турианец. — Тяжёлая броня для штурма — первое дело.

— Дорого. Дроиды первой линии с крепкой бронёй обходятся дешевле силовых доспехов и солдата, способного их носить. А броня штурмовиков держит попадания из большей части современного оружия.

— Это всё, конечно, интересно, но какой у нас сейчас план действий? — Джон попытался вернуть разговор в конструктивное русло.

Виктор в ответ тяжело вздохнул:

— Ждать тяжёлую артиллерию. Я, конечно, могу отдать приказ дроидам с «Стального Сердца» обстрелять засветившиеся точки, но они нам могут ещё пригодиться, да и подставлять барышник под возможный обстрел я не хочу.

Ждать пришлось недолго. Уже на рассвете в атмосферу планеты вошёл истребитель; с поразительным пренебрежением проигнорировав сообщение о неподавленной ПВО, пилот, лихо маневрируя, сел прямо перед уже чуть занесённой песком «Нормандией». Опустившийся трап явил встречающей делегации тёмный лик Дарта Вейдера, и первым делом лорд поинтересовался у своего подчинённого: почему, собственно, на орбите всё ещё болтается линкор, почему не запущено энергоснабжение нужного объекта и почему его тут встретила палитра залпов из ионных орудий.

Дальше, по мнению Шепарда, начался цирк. Когда Тарэн сказал о тяжёлой артиллерии, Джон было подумал про штурмовой батальон с огнемётами и парой тонн взрывчатки, но лорд, выслушав причины, неразборчиво пробурчал что-то похожее на «Кеноби, сволочь, и тут за тобой работу доделывать», направился прямиком к улью-некрополю.

Ленивым жестом он выбил бронестворку, заклинившую Тарэном, и первым вошёл в темноту. Росчерк красного клинка и жучиное стрекотание показали, что в подземельях ещё достаточно противников. Команда лениво постреливала в проигнорированных Вейдером жуков и наслаждалась зрелищем ленивой дезинфекции. В конце концов они дошли до самого низа улья, где в своём тронном зале восседала королева.

— Какая гадость…

Огромное гусеницеподобное тело венчалось непропорционально маленькими лапами и такой же маленькой головой. Выглядела венценосная особа не лучше своих подданных: две пары лап висели безвольными плетьми, морда была перекошена, а один глаз отсутствовал напрочь. Но, в отличие от трутней, эта тварь была жива и безостановочно извергала из себя новых и новых личинок.

— Интересный экземпляр, — проснулся учёный внутри разведчика-саларианца, и он уже прикидывал, как протащить этакую тушу на «Нормандию» и как это сделать незаметно от командира. — Видимо, личинки пробираются в тела трутней и как-то их реанимируют, беря под контроль. Очень и очень интересно.

Королева было хотела что-то сказать — и это была даже членораздельная осмысленная фраза, — но у Вейдера были другие планы.

Взмах руки — и шея последней королевы джеонозийцев извернулась под неестественным углом. Короткое «сжечь» в сторону Тарэна положило конец существованию некрополя и надеждам Мординa на занимательное исследование.

Лорд Вейдер обернулся к своему «хвосту» и свистящим басом стал отдавать команды. Ослушаться никто не посмел, и Шепард осознал себя координирующим деятельность инженеров с «Нормандии» спустя несколько часов. Пришла в себя мысль: «Они восстанавливают заводы по производству дроидов и делают это тайно, под патронажем второго лица Империи». Лорд Вейдер захотел получить армию, лояльную только ему.

Приведённое Виктором «Стальное Сердце», также оказавшееся утаённым от командования трофеем коммандера-коллекционера, должно было остаться на планете и служить реактором для всего производственного комплекса полного цикла, а привезённые им же материалы оказались редкими элементами, которые на Джеонозисе не добывались и должны были придать броне дроидов дополнительной крепости.

Своё новое начальство Джон нашёл у сборочного конвейера, но внимание Джона приковала к себе кварианка. Что-то мурлыча себе под нос, Тали висела метрах в двух над полом и что-то подкручивала в манипуляторах автоматизированной линии, беззаботно болтая ногами. Сюрреализма ситуации добавляли летающие инструменты, которые то и дело ныряли под конвейер, из-под которого торчали закованные в чёрную броню ноги.

— Кхм… Лорд Вейдер? — того, что главнокомандующий будет сам копаться в старых железках, Шепард не ожидал. — Разрешите задать вопрос?

Ноги не отреагировали, и Джон решил принять молчание за согласие.

— Является ли планета Тайтон ловушкой для джедаев?

— Ай!

Со страшным металлическим звоном Тали рухнула на пол вместе со всеми инструментами, а из-под конвейера медленно выкатился подкатный лежак с Вейдером.

— Подробности!

Шепарду показалось, что ему стало тяжелее дышать, но, отбросив ненужные чувства, он выложил всё, что узнал: и про Врата Бесконечности, и про свой интерес к планете, и про беспокойство, что если они туда сунутся, попадут в ловушку спецслужб.

Вейдер долго смотрел на него через тёмные окуляры шлема. Шепарду почудилось, что сейчас он вскочит с места и тут же ринется на этот Тайтон, о котором до этого момента не слышал ни разу. И если там будет хоть один имперский солдат, он вырежет всех под корень — просто за то, что они знали про эту точку интереса его злейших врагов, а он нет.

Это ощущение накрыло Шепарда холодной волной и тут же схлынуло, а лорд, не вставая, произнёс:

— Разберёмся. Что-то ещё?

И Шепард решил понаглеть:

— Да. Не подскажете, где добыть такой же клинок, как у вас?

Вейдер поднялся на ноги и уставился на Шепарда с высоты своего роста. С его пояса слетел цилиндр и завис в полуметре от лица Джона.

— Бери.

Прозвучал свистящий приказ. Шепард чувствовал подвох и уже жалел, что поднял эту тему, но отступать было поздно. Он протянул руку — и тут же отпрянул спиной назад и кувыркнувшись вправо. Он выхватил пистолет и направил на противника; в левой руке уже был сформирован сгусток деформации, готовый ринуться на врага.

Лорд Вейдер стоял над ним с активированным клинком в руке, и хоть Джон не видел его лица за маской, был готов поклясться, что взгляд его сейчас крайне задумчивый.

— Я подумаю.

Алое лезвие истаяло, а чёрный титан направился к конвейеру. Чёрный кулак ударил по большой кнопке, активируя механизм. Некоторое время Вейдер молча наблюдал за работой машины.

— Возьми вибромеч у Тарэна, в его коллекции найдётся, — сказал он под громкий лязг работы старых механизмов. — Пусть выдаст тот, что с примесью кортозиса.

Манипуляторы ловко отсортировали конечности и за несколько секунд собрали на вид хрупкого дроида. Линзы дроида засветились красным — машина войны была готова к действиям.

– Свой клинок Шепард, ты получишь с боя.

Глава 3. Часть 11

Джон и Виктор стояли, опершись на броневик, и молча смотрели вслед удаляющемуся истребителю их повелителя. . Вечерняя прохлада пустоши приятно ласкала хожу открытых лиц, прогретый за день песок еще изучал тепло и у них еще оставалось время насладится минутой спокойствия.

— Зачем всё это? — спросил Джон.

Виктор лишь пожал плечами. Он достал из поясного кармана небольшой цилиндр и выщелкнул из него закинул себе прямо в рот пару капсул, после чего предлагающе протянул его Шепарду.

— Очередной стимулятор? — скривился тот.

— Конфеты, Джон, — криво усмехнулся имперец. Упрёк был справедлив: за время их вояжа по Джеонозису он действительно перебрал с бодрящими веществами. Кроме ремонта старых заводов и их настройки на автономную работу им пришлось провести зачистку еще двух ульев, благо в этот раз у них была поддержка в виде дроидов.

Шепард протянул руку и ему в ладонь упала пару белых конфет, разжевав их он ощутил приятный кислый вкус.

— Спасибо. Но всё-таки… зачем нашему патрону личная армия?

— Джо-о-он, — тяжело вздохнул коммандер. — Тебя на родине званий не лишали за излишнее любопытство?

— Нет. Меня сразу убили.

Виктор непонимающе посмотрел на собеседника, а потом неуверенно засмеялся:

— Самоубийственная миссия, да? — вспомнил он разговор на борту «Тёмного Феникса». — Я не знаю, зачем лорду личная армия. Но я знаю, что в Империи слишком много сил. Сенат, КОМПОНП, Инквизиторий, Великий визирь, мофы и гранд-мофы, адмиралы и гранд-адмиралы, генералы…

— Я понял! — перебил Джон. — Для противостояния политическим фракциям нужна незасвеченная армия?

Виктор ухмыльнулся и продолжил перечислять:

— ИСБ и армейская разведка. У каждой из этих контор есть собственные силы или ресурсы, чтобы быстро их собрать. Даже у императора три несвязанные между собой группы гвардейцев, подчиняющиеся лично ему. Поправка — это только те, о которых известно не слишком широкой публике. Лорд Вейдер же никогда не был замечен в том, что гребёт власть под себя. Он всегда использовал только ресурсы Империи. Правда…

— Что?

— Никто не знает, что происходит в его резиденции на Мустафаре. И, по слухам, он часто посещает Камино.

Шепард раздражённо поджал губы. Ему не нравилось, что он не разбирается в местных раскладах, а многозначительные комментарии собеседника его бесили, ибо для него они были абсолютно неинформативны.

— И?! — Виктор опять закинул в себя несколько конфет — И мне дай.

— В кулуарах ходит много слухов. Мне нравится тот, в котором лорд Вейдер вырастил себе в пробирке двух дочек и сейчас воспитывает их на вулканической планете. — Увидев ошарашенное лицо Шепарда, Тарэн притворно поднял брови. — Что? Эта история мне нравится куда больше, чем та, где он готовит армию клонов для свержения императора.

Джон требовательно протянул руку и получил ещё одну дозу кислого лакомства.

— Интересный у нас всё-таки патрон, — пробормотал он. — Главнокомандующий, который прёт в первой линии будто штурмовик-смертник. Пилот-ас, лезущий под обстрел без тени сомнений. Инженер, способный оживить древний хлам силами десятка криворуких оболтусов. Где таких делают? — Не получив ответа Джон продолжил, — И появился из ниоткуда, сразу по правую руку у императора.

— Прах и пепел, Шепард! — Виктор с размаху швырнул пустой цилиндр на землю и раздавил его сапогом. — Ты жить хочешь? А долго жить? А мне смерти желаешь? Нет? Тогда не задавай таких вопросов.

— Но ты ведь явно что-то знаешь.

Виктор поджал губы и достал новый коробок конфет.

— С удовольствием бы забыл.

Дальше тему Джон развивать не стал.

— А что насчёт клинка?

— Есть кое-что. Но я с собой всю коллекцию не таскаю. На «Фениксе» всё, с оказией отправлю. Но зачем? Ты же сейчас на Нар-Шадда обретаешься. Там вибромечей на любой вкус — хоть оптом бери. Хатты вообще своих гвардейцев вибросекирами вооружают.

— Лорд сказал, что нужна примесь кортозиса.

— И это плохо, — многозначительно посмотрел на него Виктор. — Значит, он предполагает, что ты столкнёшься с джедаями. Но поверь, тебе клинок не поможет. Лучше запасись термальными детонаторами… с усиленной порцией баррадия. Чтоб не мучиться.

— И всё же.

— Да дам я тебе клинок, дам! Но не сейчас. Мне ещё этих болванов по галактике развозить. Надо успеть, пока отпуск не закончился.

— Кстати, — Джон прищурился. — Почему именно ты? Не нашлось кого-нибудь пониже рангом?

Вопрос был не праздным, ситуация выглядела бредовой . Даже если не учитывать положение самого Вейдера, ранг Тарэна был через чур уж высок для роли пусть и доверенного, но всего лишь экспедитора.

Тарэн покачал головой, глядя на проступающие в небу звёзды.

— У лорда не более полудюжины доверенных людей. Я лично знаю троих. И чтобы ты понимал — я посчитал себя и тебя.

— Сильно. Кстати еще, лорд одобрил, чтобы я взял пару десятков дроидов.

— Да на здоровье. Когда счёт идёт на десятки тысяч, один-два десятка роли не играют. Только старайся их не светить лишний раз. BX — это апогей конструкторской мысли Конфедерации. Дроиды-коммандос были крайне эффективны, настолько, что после войны Империя тщательно следила за их утилизацией. На чёрном рынке они идут по тридцать-пятьдесят тысяч за штуку. А у этих и мозги нестандартные, и железо покрепче. И да — владение ими преследуется по закону. Имей в виду.

— Учту. Что-нибудь ещё?

Виктор с сомнением посмотрел на своего коллегу.

— Знаешь… пожалуй, поделюсь я с тобой своими догадками.

— Так… — многозначительная пауза Джону не понравилась.

— То, что ты делаешь... на Нар-Шаддаа... Это все возня в песочнице. На галактическую арену это не повлияет. Миссия невыполнима изначально. Тебе дали ресурсы, карт-бланш и сказали: «делай что хочешь». Либо тебя сделали приманкой, либо лорд хочет посмотреть, как ты выкрутишься и насколько значимого результата добьёшься.

— Ничего нового, — усмехнулся Джон. — Ты сам мне эту мишень нарисовал.

Виктор нахмурился, потом хлопнул себя по лбу.

— Алиссандр… точно. Совсем заработался, нужно в нормальный отпуск.

Шепард ободряюще похлопал его по плечу. Он-то знал: ни он, ни Виктор, ни тем более Вейдер в ближайшее время отдыха знать не будут.

***

Возвращение в главный галактический притон имело вкус крови и пепла. На орбите их не тронули, но стоило войти в атмосферу, как Джокеру пришлось уворачиваться от плазменных залпов.

Под мат экипажа, легкомысленно пренебрёгшим правилами безопасности и не прикрутившего себя к койкам, Джокер заложил несколько виражей и виртуозно посадил стометровый фрегат прямо в ангар базы.

Шепарда встречал Заид намного более хмурый чем обычно.

— Докладывай, — не стал рассусоливать Джон, видя что оставленным бойцам пришлось несладко, сам Заид выглядел бодрячком но СУЗИ во время посадки вывела ему на экран изображения их района. Последствие бандитских разборок выглядели так будто здесь схлестнулись кадровые войска с применением тяжелой техники, но также Джон и увидел патрульных дроидов в цветах «Омеги», что вселяло определённую надежду.

— Все произошло как мы и ожидали, слизни не стали атаковать нас сами, но несколько средних группировок внезапно объединились и навалились со всех сторон. Хорошо, суки навалились. Если бы не дроиды мы бы точно жидко обосрались, а так обошлись без потерь. Ну среди наших. Но территории у нас отжали, и Смеку сдриснул с этой помойки.

— Ясно. — Самое главное потерь среди экипажа нет, остальное Шепарда мало волновало. — Ну с этим можно работать, наметили цель для ответного удара?

Заид немного замялся.

— Эм… кэп… тут такое дело…

— Говори, — подозрительно прищурился Джон.

— На нас реально сильно насели, местная шваль как ты понимаешь до последнего сражаться не собиралась, наемники тоже, дроидов не напасешься… А вы на связь не выходили…

— Ближе к делу, Массани!

— Короче. Я принял протекцию Чёрного Солнца. Они отправили хаттам предложение и забили стрелку. Я сказал, что мы ждём твоего возвращения.

Шепард посверлил соратника тяжёлым взглядом и спросил:

— Это всё?

— По этому вопросу все, — уклончиво ответили ему.

Джон подумал и решил, что ситуация в целом не критичная, в принципе задачу даже можно считать выполненной. Они завязали конфликт (пусть и косвенный) с одной целевой группировкой и попали под крылышко к другой. Осталось лишь вывести игру в эндшпиль.

— Когда стрелка? И с кем?

— Будет эмиссар Горга Хатта, насчет срока не знаю, нужно сообщить что мы готовы, думаю пару дней нас еще промаринуют.

— Отлично, значит делаем так… — Джон уже было хотел изложить свой план, контуры которого вырисовались у него по пути назад на луну, но хмурый Заид его прервал.

— Кэп, есть ещё одна проблема.

Наемник повел своего командира на нижний уровень где уже собралась вся команда, крайне хмурая и напряжённая.

Похоронное настроение создавали две фигуры в разных клетках. На импровизированной гауптвахте сидели понурый Джейкоб и холоднокровная Самара.

— Ну и какого тут происходит?!

От командирского рыка Самара даже не дернулась, она продолжила ровно сидеть на табуретке в отдельной клетке, не мигая глядя на Тэйлора. Джейкоб же услышав командира поднял голову и потухшими глазами посмотрел в глаза Джона.

— Я не хотел, коммандер… — тихо сказал он. — Это был несчастный случай.

Джон перевёл взгляд на юстициара, но та не соизволила отреагировать. Шепард посмотрел на Миранду, и старпом не подвела.

— Когда на нас начали давить, многих боссов, которых мы подчинили, попыталась перекупить, Тейлор взял дроидов и отправился на дом к одному из таких чтобы убедить в ошибочности таких действий, охраны не было но сам фигурант оказался очень агрессивным. А еще у него была жена и малолетняя дочь.

Слово «была» объяснило Шепарду всё, он снова посмотрел на чернокожего бойца.

— Я не хотел, коммандер. Только припугнуть… Он дернулся, сбил мне прицел… Я… - хоть Тейлор и был часть Цербера, и даже в чем-то разделял их идеологию, но сам был крайне мягким для террориста, как он знал Джейкоб не участвовал ни в одной из грязных операций группировки. Сейчас же глядя на своего подчиненного он думал, что сердце у него вовсе плюшевое, и что Джейкобу Тейлору удивительно сильно повезло не повторить путь Торфанского Мясника.

Также Джона напрягало состояние бойца, мягкий не мягкий, добрый не добрый, но Тейлор был достаточно бывалым солдатом чтобы знать «Дерьмо случается!» и не убиваться так сильно. Похожий случай он видел один раз, когда его сослуживец из Альянса под давлением подруги обратился к гражданскому психологу. После душещипательной беседы о том какой вояка оказывается монстр, его вытаскивали из петли, к счастью еще живым. Но кто довел до такого состояния их нигера?

— Дальше полагаю была резня?

Миранда кивнула.

— Настолько жестокой расправы многие не поняли, начались первые дезертирства среди привлечённых местных. Я вообще не понимаю как у того идиота мозгов хватило здесь семью заводить, — Шепард кивнул, он тоже этого не понимал.

— Даже на Омеге разумные создают семьи, — заговорила Самара, все также неотрывно глядя на Тейлора.

Джон подошел к клетке с юстициаром, с очень серьезными подозрениями в душе.

— А тебя за что? — Самара не отреагировала

— Она решила вершить суд на месте, — пояснила Миранда, — насилу уговорили дождаться решения командира.

— То есть попытка самосуда. Прекрасно… — благо хоть у юстицицира хватило самообладания не пороть горячку, символическая клетка удержать матриарха азари не могла, — Так! Бандитская вольница вам на пользу явно не пошла, — по правде сказать и не было этой вольницы, но и во время их приключений не возникало необходимости в жесткой муштре, — значит вспомним кто мы есть. Миранда, подготовь записи со скафандров Джейкоба и Самары, — юстициар повернула голову в сторону командира, — организуем военно-полевой трибунал по законам Цитадели.

***

Последние дни стали крайне насыщенными для Самары. Отсутствие Шепарда на Нар-Шадде позволило ей руководствуясь обещанием следовать за ним, а не за его людьми, устраниться от дел образованной здесь «Омеги». Сначала её коробило такое извращенное выкручивание собственных обещаний, но разговор с Дрейком вернул ей уверенность.

Разговоры с рыцарем джедаем стали крайне значимы для юстициара, рядом с ним она стала чувствовать себя юной девой, перед которой открыта вся галактика. Её новый учитель настолько сильно внушал ей доверие, что она даже позволила себе то чем пренебрегала многие десятилетия. Она предложила разделить с ним вечность, но Дрейк вежливо отказался, чем вверг Самару в объятия давно забытого чувство обиды. И тут же развеял его, будто бы повел рукой и разум снова стал чист, а помыслы чисты. Именно это ощущение и тянуло её к Олорну, они разговаривали и он учил её пути джедая. Она рассказывала про Шепарда и Нормандию, и все больше размышляла о прошлом, поступки командира которые раньше казались ей решительными сейчас казались аморальными.

Она стала вспоминать собственные поступки и больше они не казались ей верными, правда и ложь, честь и позор, справедливость и пристрастность, всем смешалось в её разуме и медитации больше ей не помогали.

Она вспоминала Моринт, собственную дочь которой она без сомнения размозжила голову, и такая боль пронзала её разум, что рука сама тянулась к пистолету в постыдном желании оборвать эти мучения. Только рядом с Дрейком ей становилось спокойнее, а в его отсутствии наваливалась опустошенность. Самара даже было заподозрила ментальное воздействие, но джедай не мог на неё воздействовать, она была в этом уверена.

Самара поняла, что влюбилась будто юная дева. Отвыкшая от такого потока бесконтрольных эмоций, она пошла к Дрейку. Она высказала ему всей свои переживания, у почти успела поделиться своими выводами, но джедай её опередил.

— Ты запуталась Самара, - сказал он делая глоток чая, - ты запуталась только и всего. Твой кодекс, которому ты следовала — вот что позволяло тебе быть в гармонии с миром и с самой собой, но сейчас… — он осуждающе покачал головой и такая тоска пронзила юстициара, что ей захотелось заплакать в первый раз за многие сотни лет. — Но сейчас ты вынуждена быть рядом с теми кто является воплощением всего того против чего ты боролась, и только одно может помочь обрести тебе цельность вновь.

Он преподнес её футляр из простого темного пластика, в котором покоился сейбер – оружие джедаев, что в миру называлось лазерным или световым мечом.

Она приняла подарок и покинула учителя одухотворенной, и полной решимости очистить мир от одного конкретного человека, того кто являлся законной целью для любого юстициара. В её разуме горело лицо Фалько Санга, а сердце было заполнено решимостью его устранить.

Но убийца будто бы почуял скорую смерть, он исчез и больше не появлялся, а желание уничтожить своего врага никуда не исчезло, сначала она пыталась его искать — безуспешно. Потом она просто решила ждать и образ в голове стал меркнуть заменяясь чужими чертами. Заид, Джек, Миранда, Тейн — образы смешивались путая разум, а сердце призывало немедленно исполнить приговор.

Преступление Джейкоба запустило механизм что уже изнывал, работая на холостом ходу, плывущий образ наконец-то зафиксировался, но ей не дали свершить суд. Вбитые за годы служения правила заставили дождаться того кому дана была клятва, и под чьим началом был этот человек. Она затребовала себе место рядом с Джейкобом, клетка как символ её самоограничения и близость к цели как способ контроля.

Человек не корил себя, он был спокоен, возможно немного хмур. Она исправила это, долгие разговоры, когда собеседник не может просто встать и уйти. К моменту возвращения Шепарда, Джейкоб сам был готов шагнуть на эшафот.

Когда командир вернулся он в руках держал пистолет, демонстративно, будто судья браму. Самара вышла из клетки с твердым чувством, что правосудие сейчас свершится, но в висках стучала мысль: «Приговор должна свершить она!» образ Джейкоба как врага снова начал плыть.

— Джейкоб Тейлор, рассмотрев обстоятельства, я как ваш командир выношу решение: вы виновны в причинении насильственных действий по отношению к гражданскому лицу по неосторожности повлекших за собой смерть данного лица. – Тейлор прикрыл глаза, и медленно кивнул, — но ввиду особых обстоятельств решение об окончательном приговоре будет вынесено по возращению в пункт постоянной дислокации на территории Совета Цитедели.

Последние слова Шепарда послужили катализатором многих действий, не успел Джейкоб осознать сказанное, как Самара уже приняла решение. Не только Фалько и Джейкоб, все на этой базе были противны её кодексу. Выхватив пистолет из набедренной кобуры, она навела его на преступника, но тут же оказалась оттолкнута слабым биотическим толчком, Тейн Криос — слабый биотик, не спускавший внимание с юстициара, успел отреагировать. Зная, что юстициар отдала свой щит птенцам Заида, он оттолкнув её открыл огонь из бластера в парализующем режиме, но он не знал, что бывший юстициар не только проводила долгие беседы с джедаем.

Вспыхнула плазменная дуга, и парализующий болт отправился в дрелла, который щит носил… Поле массы и электромагнитное поле удерживавшее форму плазменного болта вступили в резонанс и всех присутмтвующих разметало в разные стороны. Самара пришла в себя первой, но вместо того чтобы уничтожить свои законные цели, юстициар замерла в мимолетном ступоре. На её сознание больше не давил расплывчатый образ врага, она больше не видела в бывших соратниках цели. И пытаясь осознать причины и следствия юстициар, нарушившая свою клятву, покинула базу Омеги.

Контуженный Шепард пытался встать, глядя вслед убегающей азари. Его распирала злость, но пока он дотянулся до оружия, матриарх уже скрылась. Подойдя к недвижимому дреллу, Джон присмотрелся к ранам, развороченная грудная клетка не оставляла сомнений, Тейн Криос погиб, спасая того кто его презирал. Вбитые в подкорку рефлексы все равно заставили Джона проверить жизненные показатели бойца и еще раз удостовериться в его смерти.

— Где Санг? — спросил он убедившись что больше потерь нет, — У нас нарисовалась работа по его профилю.

Оставлять неотомщённой гибель своего бойца Шепард не собирался.

Глава 3. Часть 12.

Деловая встреча между Шепардом, эмиссаром Черного Солнца и представителем хаттов, к сожалению Джона, проходила без самого хатта. Не то чтобы это было удивительно, но несколько разочаровывало Джона.

— Неслыханная наглость! — на этот раз представителем слизней был не мандолорец, а твилек, как понял Шепард из возвышенных рабов. И сейчас синекожий гуманоид яростно давил на Черное Солнце, свято уверенный в своей неприкосновенности. Дурак не понял, что его сюда отправили не в знак доверия, а как того, кого не жалко потерять. — Великий Горга Десилиджик Ааррпо проявил неслыханную щедрость, соглашаясь оставить в живых этих... этих отбросов, именующих себя «омегой»! Горга хатт поверил уверениям своих партнеров, что за нанесенное ему оскорбление он получит достойную его положения компенсацию, но что же получил уважаемый Горга хатт?! Нападение в период перемирия!

Величавость, с которой говорил раб, достала всех присутствующих, но черные молчали, ибо факт был налицо: незадолго до встречи силами дроидов был устроен налет на резиденцию слизняка, и настолько результативный, что сам Горга уцелел лишь чудом. По крайней мере, так выглядело со стороны; на самом же деле в планы Шепарда не входило убийство этой твари.

— Черное Солнце не причастно к нападению, — сказал трандошанин, который был настоящим главой синдиката на Луне Контрабандистов. Кхо’Барт Кай стоял за его левым плечом и имел вид крайне бледный: инициатива взять Омегу под крыло карателя исходила от него и сейчас могла стоить ему же головы. — Мы не заинтересованы в эскалации конфликта на Нар-Шадда, — говорил ящер, на удивление чисто для представителей его расы, лишь иногда протягивая шипящие звуки. — И уж тем более мы не намерены вести войну с каждиками. Шепард! — повернулся трандошанин к названному. — Твои люди гарантировали отсутствие провокаций, но стоило тебе вернуться на луну, как происходит нападение. Что ты скажешь в оправдание?

Тон намекал, что счет за помощь Солнца Омеге только что вырос, а сама сделка встала под угрозу срыва. Но Джону было плевать: сейчас его беспокоил только Кай, нервно стучащий пальцами по кобуре с бластером.

— Это обвинение смешно, — скривился он в ответ, — мало того, что нападение произошло буквально через пару часов, как я вернулся на луну, так и всем здесь присутствующим известны наши ресурсы. Мне крайне лестно, что Горга хатт так высоко ценит возможности Омеги, но все же я готов признать, что на такой дерзкий налет у нас ресурсов нет, не после устроенной в мое отсутствие бойни, — он сделал акцент на последние слова, намекая, что если бы он здесь находился, то противостояние пошло бы по другому сценарию.

— Но дроиды!

— А что, дроидов использует только Омега? — саркастично спросил Джон. — Да и тем более, сколько их там было? Если бы я штурмовал резиденцию хатта, мне бы понадобилось сотни три жестянок, но, как я уже сказал, у меня их нет!

— Насколько мне известно, в акции принимало участие около двух десятков дроидов, — вставил свои веские слова Кхо’Барт Кай.

— Два десятка?! — изумился Шепард. — Беру свои слова назад, но тогда у меня вопрос: зачем нам эта сделка, если великий и могучий Горга хатт боится двух десятков железяк? — взгляд Джона уперся в спокойного трандошанина.

— Это были BX! — взвизгнул твилек. — Это самые опасные дроиды, которые только существовали!

Раб, конечно, преувеличивал, но он не мог не отреагировать на попрание чести своего хозяина.

— А, ну это же, конечно, всё объясняет, — продолжал иронизировать Шепард, — и никого из здесь присутствующих не смущает, что, имей я такие машины, я уже бы держал в руках треть этой луны?

— Не наглей, человек, — прошипел трандошанин, — но он прав. Какие есть доказательства у хаттов?

Разумеется, у хаттов не было доказательств, но все понимали, что они были им и не очень нужны, и также все понимали, что Омега в данной ситуации для Черного Солнца является не более чем обузой. Но отступить сейчас означало проявление слабости.

Представители хаттов ушли, обещав покарать виновных в дерзком нападении, а глава синдиката на Нар-Шадда спихнул общение с человеком на мандолорца и выпроводил их обоих с глаз долой.

Переговоры Кай и Джон решили провести в прочно облюбованных ими Объятиях Зелтроса. Кхо'Барт заказал себе самого крепкого пойла и долго высказывал всё, что думает о хаттах, Джоне и своем начальстве. Джон же в ответ думал, что он бы сейчас с удовольствием помогал Фангу отследить предательницу. Даже несмотря на предположение убийцы, что юстициару промыли мозги, и докладами бойцов о крайне неадекватном поведении матриарха в последнее время, подтверждающих это предположение, его душа жаждала мести.

— Какого сарлакка ты натворил, Шепард?! — Кай так ударил стаканом по столу, что тот брызнул осколками, и мандолорцу пришлось с тихим шипением выковыривать их из ладони.

— Я уже всё сказал, — Джон, в противовес оппоненту, был спокоен, будто бы не понимал, какого размера клинок над ним занесен.

— Да как ты не понимаешь, что всем насрать! — Кай схватил бутылку и отпил прямо из горла. — Омега теперь абсолютно токсичный актив! И Ящер не будет за вас вписываться, а заодно и меня под нож пустит, за то, что вас притащил.

Он снова было хотел отпить из горла, но Джон придержал донышко бутылки и, глядя ему в глаза, произнес:

— А ты не думал, что хатты сами устроили эту бучу? Не знаешь, какие у них были потери? Двадцать дроидов, какими бы крутыми они ни были, не могут перебить всю охрану хатта, а если и способны, то как они, такие крутые железяки, смогли упустить слизняка?

— Повезло.

— Ага, конечно, повезло, — Джон отпустил бутылку, но Кай пить не стал. — А что, если хатты просто решили покончить с Черным Солнцем на Нар-Шадда? Ситуация патовая: или синдикат впишется за новичков и начнется война, которая не идет дальше луны, где слизни сильнее, либо…

— Либо Ящер утрется, сдаст вас и выплатит виру, — мандолорец присосался к бутылке, и, когда она опустела, то с силой метнул её в стену. — И тогда мы потеряем влияние на местную шваль, и придется сворачивать часть деятельности, если не всю! Сука! Ненавижу эту дыру.

Шепард взял непочатую бутылку и разлил по бокалам:

— Я вообще не понимаю, как она всё ещё существует.

Выпили. Закусили.

— Беги, Джон, — сказал Кай. — Бери своих людей и беги с Нар-Шадда, это всё, что я могу тебе предложить. У вас осталось достаточно металла, бросайте его и бегите, этого хватит, чтобы охота за вами с нашей стороны была не такой активной. За хаттов говорить не возьмусь: если слизни что вбили себе в голову, то кислотой не вытравишь.

Шепард снова разлил, снова выпили.

— Ты, Кай, хороший мужик, даже удивительно, зная, чем на пайку зарабатываешь, — Кхо'Барт нахмурился, — но ты бы сейчас о себе подумал. Как свою шкуру спасать будешь?

— Откуплюсь, — скрипнул он зубами. — Я слишком ценный актив, чтобы меня списывать.

— Что, и от хаттов откупишься? Они ведь знают, что это ты за нас вписался.

Ответить Каю не дал писк коммуникатора. Надев наушник, он ответил на вызов и тут же начал бледнеть. Прервав звонок коротким «Понял, жди», Кхо'Барт взглянул на Шепарда.

— Ящера грохнули. Снайпер.

Шепард вскочил с места и навис над мандолорцем:

— Вот! Что я говорил? Хаттам насрать на нас, они собрались выдавить Черное Солнце!

Кай тоже вскочил, горящим взором он впился в Шепарда.

— Подожди, это ничего не значит, это может быть… — прогрохотавший взрыв не дал договорить, здание встряхнуло, а в общем зале послышались выстрелы. Кай бросился из комнаты, в которой они сидели, только чтобы тут же быть отброшенным в сторону вскочившим Шепардом.

Гул бластерных разрядов разносился вибрирующим эхом, и Джон тут же включился в эту какофонию короткими очередями своей винтовки.

— Что замер? Вызывай подкрепление! — рявкнул он на опешившего мандолорца, выводя того из пьяного ступора.

Когда бойцы Черных прибыли на место, нападающих уже и след простыл: поняв, что цель ликвидировать без потерь не выйдет, наемники хаттов отступили.

Кай, матеря нерасторопных бойцов и параллельно связываясь со своими контактами, пытался осознать, что вообще происходит, и то, что он слышал, ввергало его в шок.

— Кай! — оторвал его Шепард. — Надо действовать! Если это оставить без ответа, тебе точно проще застрелиться: даже если удастся сбежать с планетоида, то тебя свои же найдут и линчуют! Трандошанин сдох — так туда ему и дорога, перехватывай управление!

Кхо'Барт пьяно мотнул головой:

— Но другие капо…

— А мы тебя поддержим, — Джон многозначительно похлопал по своей винтовке, а после обратился к бойцам Кая: — Так ведь, парни?!

В ответ послышался нестройный рёв, опростоволосившиеся бойцы отреагировали рефлекторно.

Кай, всё ещё боясь, при виде такой поддержки, решительно кивнул. Шепард же, глядя на воспрявшего товарища, думал, что «хатты» уже должны были перебить более влиятельных капо. В конце концов не зря же они столько усилий вложили в подготовку этой операции.

— Бойцы, — обратился к своим Кай, - хатты видимо решили что они всемогущи. Пора прищемить им хвост, а?!

— Да! — закричали присутствующие, но мандалорец отметил того кто не был сильно воодушевлен.

— Что не так боец?! — рявкнул тот ему в лицо.

Человек выглядел затравленным псом, когда на него обратились взгляды всех собравшихся.

— Это бред, хатты нас... — договорить Кай ему не дал, вибронож вошел под подбородок так что кончик клинка вышел из затылка.

— Надеюсь тут больше нет трусов?! - оглядел ошарашенных черных Кхо'Барт, те молчали сжимая пушки в руках. — Тогда погнали на базу, соберем парней, а трусам, — он пнул мертвеца, — трофеев не достанется!

***

В кои-то веки всё пошло как по нотам. Выжившие капо, хоть и без энтузиазма, но приняли главенство Кхо'Барта и стали готовить ответ. Синдикат многое потерял в результате акции, преступники хотели расплатиться за пережитый страх, и только кровь могла их успокоить. Шепард тут же предложил цели, застолбив за собой определенную зону. Для всех это выглядело так, будто новичок хочет выслужиться и заодно разжиться богатыми трофеями, что позволит ему встать и закрепиться на месте одного из выбывших капо.

Но у Джона были иные причины: эту зону экуменополиса Фалько указал как зону лёжки джедая и место, где скрылась Самара. Они должны были в одно время служить как охотничьими псами, загоняющими лису в свою нору, так и приманкой, ибо Фалько по какой-то причине был уверен, что джедай натравливал юстициара именно на Шепарда.

Готовясь к охоте на предательницу, Джон вспоминал слова Лорда Вейдера про то, что он добудет свой клинок в бою, и реакцию убийцы, когда он поделился с ним содержанием своего разговора с патроном. Фалько Санг тогда потерял краски с лица и сказал, что им срочно нужно ликвидировать этих двух меченосцев, ибо в противном случае ему придется отвечать перед Палачом Империи за то, что не сообщил об обнаружении ещё одного врага государства.

Убийца даже достал для Шепарда и его команды дополнительное снаряжение. Кроме вибромечей для биотиков, которые при стычке с джедаем были абсолютно бесполезными, им также достались акустические винтовки, наподобие тех, из которых Шепарда не так давно обстреливали мертвые жуки. Но главным подарком оказалась пара однозарядных дезинтеграторов, которые расщепляли цель на атомы. Одна, в виде винтовки, досталась Гарусу, а пистолет остался в руках Санга.

— Доложить о готовности, — Шепард незамедлительно получил ответ, что все бойцы на позициях. Пока оставшееся в распоряжении Омеги отребье будет разносить склад спайса, принадлежащего хаттам, основной кулак будет потрошить башню, в которой сидел джедай. — Начали!

Вслед за командой последовал каскад взрывов, а следом началась беспорядочная пальба. Джон, ведя одну из групп, начал врываться в жилые квартиры, игнорируя безоружных и без зазрения совести стреляя в тех, кто рискнул взять в руки ствол. Все выходы были перекрыты, и если Самара и её новый дружок остались в здании, сбежать они не успеют.

Впрочем, как оказалось, сбегать никто не собирался. Самара ждала его в маленькой квартирке на верхних уровнях башни, бездвижима; она держала в руках активированный сейбер и смотрела пустым взглядом сквозь бывшего командира.

— Брось оружие, юстициар! — Шепард смотрел на бывшую соратницу сквозь прицел. У неё больше не было щита, и, несмотря на все предостережения Фалько Санга, Шепард был уверен: разогнанные до релятивистской скорости снаряды масс-драйвера Самара остановить не сможет.

Самара не отреагировала. Шепард нажал на спуск.

Загрохотали винтовки. Заид и его ученички поддержали командира, но всё оказалось бесполезно: биотическая волна выкинула Сайру и Юто вон из помещения, а успевший уклониться Заид внезапно обнаружил, что лишился своей любимой игрушки — его винтовка оказалась рассечена пополам.

Шепард пытался отстреливаться, но азари уже вышла на дистанцию удара мечом. Сделав подшаг, Джон ударил прикладом и, промазав, махнул винтовкой наотмашь. Разорвав дистанцию, он позволил сделать Заиду пару выстрелов из пистолета, которые потонули в биотическом покрове, что удерживала юстициар: биотику её уровня не нужен был генератор щита.

Удар деформации тоже прошел мимо, а перегретая винтовка больше не была подспорьем Шепарду. Не сомневаясь, он активировал несколько гранат, отправив их в сторону Самары.

Юстициар не стала рисковать: выскочив в окно и ухватившись за парапет, она поднялась на уровень выше.

Переждав взрыв за укрытием, Джон кинулся за ней, приказав Заиду проверить раненых.

— Преследую цель! Поднимается выше! — по внутриотрядному каналу связи откликнулись почти всё. — Фалько! Фалько, ответь! — но убийца не отвечал. Он должен был блокировать крышу, заминировав там всё, что можно, и перекрыв все возможные точки выхода с помощью дроидов.

Шепард настиг Самару на крыше. Юстициар стояла у края с пустым взглядом, а с другой стороны с оранжевым световым клинком в руках стоял мужчина с плотной повязкой на глазах.

— А вот и твой друг! — слепец пнул лежащего у его ног Фалько, и стон боли сообщил Шепарду, что тот ещё жив. — Благодарю за помощь, Шепард! Я так давно хотел пообщаться с этой падалью! — ещё один удар отбросил убийцу в сторону.

Шепард стал отходить боком, стараясь не выпускать из обзора обоих противников.

— Значит, Фалько ошибся, и целью был он, а не я? — Самара была достаточно далеко, чтобы он успел выпустить в неё длинную очередь вольфрамовых игл, но это было бесполезно: ему нужно было дотянуть до прихода подкреплений.

— Ты? — удивился джедай. — О, возможно, девочка и хотела тебя прикончить, но мне нужен был только убийца моего ученика.

— Месть? — ненатурально удивился Джон. — А мне говорили, что джедаям чуждо это чувство. И что ты сделал с Самарой?

— Я? Ничего такого, просто открыл ей глаза на положение вещей, — джедай направился к лежащему Фалько, а на забрале Шепарда появилось сообщение «Отвлеки его!». — И чуть-чуть подтолкнул её в сторону искупления.

— Вас сраных колдунов потому и истребили, что вы людям мозги промывали! — в памяти всплыли факты о джедаях.

Джон снова скосил взгляд на юстициара, которая вела себя как безвольная кукла. Слепцу это замечание не понравилось настолько, что он сменил свою цель.

— Промывали мозги!? Да! Чем дальше идёшь по пути, тем больше сомнений! Девочка так полагалась на свой кодекс, так была уверена в непоколебимости своего разума — навести её на нужные мысли оказалось до безумия просто. А её чувствительность к Силе лишь облегчила мне работу! Но ты, имперская шавка, ничего не знаешь о нашей борьбе! — и он ринулся на Шепарда.

Отметив на тактическом мониторе брони, что подкрепление уже близко, Шепард резко сместил прицел с Самары на джедая и вжал спусковой крючок.

Джедай отскочил в сторону, и тут внезапно «ожил» Фалько Санг: резко подняв руку, он отправил заряд дезинтегратора прямо навстречу джедаю, и мститель рассыпался пеплом.

Видимо, это усилие стоило убийце последних крох сил, ибо, совершив последний выстрел, он лишился сознания.

И Шепард остался один на один со слетевшей с катушек Самарой. Юстициар остервенело пыталась рассечь бывшего командира на неровные половинки, но Джон оказался достаточно быстрым, чтобы выжить под неистовым натиском.

В один момент он смог сблизиться с юстициаром и выбить у неё клинок из рук. Проведя подсечку, Джон навалился на азари, стремясь прижать её к бетону, но был отброшен биотическим толчком.

У Джона не осталось выхода, и, сконцентрировав усилия, он ударил биотикой, поймав Самару на таком же ударе.

Биотический клинч — ситуация, когда выживал тот, кто был болеё устойчив к той адской боли в нервных узлах, возникающей от невозможных усилий. Джон впервые увидел такое во время схватки Моринт и Самары, но в этот раз напротив азари был он сам: пусть модифицированный, но всего лишь человек. И он уступал природному биотику в голой мощи.

Шепард, пытаясь замедлить продвижение деструктивной энергии к себе, потянулся за пистолетом, в надежде отвлечь матриарха, но верная машинка дала осечку. Гранат больше не было, а подмога, несмотря на свою близость, не могла успеть.

Тело Джона уже горело от невозможной энергии, которую он излучал вовне, но этого было мало. Злоба заполнила всё естество Джона: он, давно готовый к смерти, не хотел погибать так — в другой галактике, на чужой войне, от рук пусть и невольного, но предателя.

С утробным рыком Джон поднял руки, отталкивая чудовищную энергию от себя, открывая новый резерв. Продержаться всего лишь ещё одно мгновение, только одно!

Выстрел прервал клинч: разогнанная эффектом массы дробь откинула юстициара, и чудовищный поток обрушился на азари, лишая её жизни.

Джон упал на пол. Он был опустошен, но он выжил — сейчас это было самое главное. К нему тут же подбежала Тали, что и произвела решающий выстрел. Она стянула с обессиленного командира шлем и силой влила в него стимулирующий коктейль.

— Джон! Джон, не отключайся! — кричала кварианка.

— Всё нормально, — он приподнялся на локте, затылок горел нестерпимой болью, но стимулятор уже начал действовать.

— Эм, Джон? — замялась кварианка.

— Что? — тихо выдавил он.

— У тебя глаза светятся.

Подняв взгляд, он увидел в отражении шлема кварианки свое лицо: старые шрамы проявились больше обычного, а глаза отливали янтарем.

Глава 3. Часть 13.

Гул вентиляции пробивался в сознание Шепарда безумным шепотом, сквозь дурман обезболивающих препаратов прорывались странные возгласы, взывающие к прощению и отмщению, обвиняющие и благодарственные. Джон знал, что стоит открыть глаза, видения отступят, яркий свет больничной лампы врежется в сознание и разгонит морок. Но открыть глаза означало вернуться в мир проблем и катастроф, которые требуют его внимания и его решений.

— Как же я вас всех ненавижу, — пробормотал Шепард, приподнимаясь на койке.

— Это похмелье, Джон. Скоро отпустит. — на соседней койке лежал Фалько, он пустым взглядом смотрел перед собой, и Шепард было хотел позвать Чаквас, но увидел, что зрачки киллера активно двигаются, как при работе со специальными интерфейсами.

— У тебя что, линзы интерактивные?

Фалько зажмурился и перевел взгляд на товарища по несчастью.

— Нет, имплант подключен к зрительному нерву. Мониторю нашу ситуацию.

— И насколько у нас все хорошо? — Джон попытался сесть, но прострелившая все тело боль заставила лечь обратно.

— Это смотря на что ориентироваться, если… — Фалько прервался, увидев состояние Шепарда. — Да тебе бы в бакта-камере отлежаться. Как там вашего медика зовут… Карин! — на крик тут же прибежала доктор. — Засунь ты наконец своего командира в гроб. Пусть отмокнет, да будет к вечеру как огурчик!

Чаквас, пока он это говорил, уже начала колдовать над Шепардом, первым делом вкатив ему прямо в артерию инжектор с вязкой субстанцией.

— Бакта лечит только физические повреждения и подстегивает регенерацию. А у него перегружена нервная система.

Что ответил ей Фалько, Шепард слышал крайне смутно. Но на краю осознанности появилось ощущение, что его куда-то перетаскивают, разливающееся по телу онемение боролось с желанием продрать глаза, но железная воля проиграла безжалостной химии.

Придя в сознание, Шепард допустил самую страшную ошибку для любого военного. Он запаниковал. Вряд ликто бы стал его за это винить, ведь осознать себя тонущим в какой-то слизи — не самое приятное событие во вселенной. Он было попытался расколотить стекло цистерны, куда его засунули неведомые враги, но руки оказались хорошо зафиксированы, а сам он не тонул, как показалось ранее, а был бережно подвешен на специальной сбруе, рот и нос закрывала дыхательная маска, а в вену был бережно введен катетер, подающий организму нужные ему элементы.

Взяв себя в руки, Шепард наконец заметил их медика, торопливо забивающую команды на консоли. Когда она закончила, бакта начала покидать цистерну, а Шепард едва устоял на ногах, облокотившись на стенку бака.

— Как вы себя чувствуете, коммандер? — забота о пациенте перемешивалась в голосе Карин с интересом вивисектора, как же так образец все еще жив после столь занимательного расчленения.

— Как огурчик… — Джон вспомнил парочку своих сослуживцев и то, чем они его угостили как-то раз, — малосольный. Сколько я провалялся?

— В сумме тридцать часов, нужно было вас сразу в бакта-камеру положить, но я не рискнула. — интерес на лице доктора сменился глубоким раскаянием, на что Шепард, как прилежный командир, не мог не отреагировать.

— Все правильно. Экспериментальная медицина как раз для неординарных случаев. Итак, какой вердикт?

Карин очень тяжело вздохнула и устало посмотрела на командира:

— Вам бы отлежаться пару недель минимум под наблюдением, как и Сангу. А лучше пару месяцев провести на реабилитации, но…

— Но это невозможно, — ухмыльнулся Джон.

— Но я вас знаю, — Карин сунула Шепарду ингалятор. — Два вдоха сразу и по одному каждые три часа, я попрошу Джейкоба изменить конфигурацию автоаптечки на вашей броне и забью напоминание в системе. — Она строго посмотрела на своего пациента. — Надеюсь, этого хватит, коммандер.

— Слушаюсь и повинуюсь, док. — ухмыльнулся старший по званию, признавая права майора бороться за жизнь и здоровье команды, не взирая на чины и звания.

— И никакой биотики, Шепард, — не повелась она на покладистый тон, — попробуйте прогнать энергию по узлам, и можете считать себя паралитиком.

— Принял, я могу покинуть вашу вотчину, или мне всю команду сюда зазывать? — в освеженной голове Шепарда созрел очередной безумный план, и ему не терпелось начать его реализацию.

***

Небесная Река не знала недостатка в тех, кто готов рискнуть головой во имя наживы. Что поделать, тысячелетия экстенсивного развития десяток и сотен цивилизаций иногда выбрасывали на обочину жизни не то что целые семьи, но и целые миры. Пространство Хаттов в этом плане было идеальной витриной деградации ранее процветающего общества.

Гости из Млечного Пути удивленно сравнивали порядки на Нар-Шадда с историей земного Дикого Запада, вот только это был не фронтир, а сгнивший колосс, который более не сможет встать на ноги. И на костях этого колосса пировали тысячи падальщиков, безликие в своей серо-кровавой массе.

Но и среди этой массы находились свои легенды. Особо лихие контрабандисты, «бессмертные» наемники и харизматичные пираты. Их не знали в лицо, но имена были на слуху, а также особые символы и знаки, которые те при себе носили. Эти самые знаки для падальщиков были своеобразной табличкой «лучше не связываться», и большинство умных и прожженных предпочитали к ним прислушиваться.

А потому, когда наглый кораблик упал в расселину на одной безымянной планете, местные обитатели предпочли отвести стволы в стороны, ибо они уже знали, кто к ним прибыл. Потертая серо-зеленая броня, уставшая, но не заброшенная заботливым владельцем, Т-образный визор на крайне примечательном шлеме и уверенная походка непревзойденного убийцы.

Встречающие не осмелились препятствовать, когда человек, услышав, что его ждут, сам направился в указанном направлении. Местные бойцы будто шакалы обтекали зашедшего на их территорию льва, порыкивая, чтобы не терять лица, но и не рискуя приближаться к хищнику, что стоит на пару ступеней выше.

Эта планета была из тех, про которые говорят: «условно пригодна к колонизации». Собственно, местная пиратская база ранее и была колонизационным форпостом, то ли одного из государств республики, то ли филиалом одной из корпораций, который был брошен и списан в убыток вместе со всеми своими обитателями во время очередного кризиса.

Стоило ли удивляться, что колонисты отказывались признавать себя утилем и цеплялись за жизнь всеми способами? Одним из способов выживания стало обслуживание не слишком законопослушных элементов. Расположенная в расселине, хотя правильнее было назвать этот шрам в литосфере каньоном, база колонистов вскоре стала очередным бандитским притоном, не слишком известным в этой среде, а совсем скоро колонисты, вставшие на кривой путь, потеряли контроль над своим домом, а после — свободу и свои жизни, ведь их «клиенты» не привыкли платить, особенно когда можно просто взять бесплатно.

За десятки и сотни лет колония не разрослась, а скорее наоборот: сейчас в разломе вместо гордого «клыка» административного здания остался только обломок, поросший мхом и пораженный гнилью. Посадочные площадки были разбиты и неухожены, врытые в плоть планеты ангары в большинстве своем оказались завалены за ненадобностью, а спертые тут и там башни ПКО грозили скоро развалиться от проевшей их ржи. У местных боссов были проблемы со средствами, и именно поэтому сюда прибыл посланник с предложением немного улучшить их состояние.

Глава местного отребья — здоровый викуэй с бронежилетом на голое тело — встречал гостя крайне вальяжно, развалившись в кресле и закинув ноги на стол. Только впечатление портило то, что помещение когда-то явно было техническим, кресло — истертым и, видимо, спертым с какой-то не слишком роскошной прогулочной яхты, а в дешевый стол намертво въелись пятна масла.

— Вот это день! — расплылся он в радушной улыбке. — Боба Фет в моей крепости. Скажи мне кто такое с утра, я бы проверил ему кровь на специи! Это точно нужно отметить! — Викуэй, не убирая ног со стола, потянулся рукой вниз и вытащил из ящика пластиковую бутылку. — Хлебнешь «плазмы»? — предложил он гостю смесь дистиллята со спайсом, возможно, там еще было пара капель ракетного топлива, но это не точно.

— Есть дело, — сухо ответили из-под шлема.

— Ой, да ладно! Ты всегда такой серьезный? Сними шлем, расслабься… Ты среди друзей!

Вместо ответа на стол шлепнулся мешочек с пегатами крупного номинала. Пират вальяжно взял одну пластинку, покрутил её перед глазами и небрежно бросил на стол.

— И чего хотят хатты от моей скромной компании? — в низкопосаженных глазках викуэя вспыхнула алчность, но этот пират не просто так прозябал на краю галактики в том состоянии, которое жирные корусантские коты назвали бы крайней нищетой. Викуэй был осторожен до безумия. Но та сумма, которую бросил на стол наемник… Особенно если это была только затравка…

— Станция «Агностик» — два прыжка отсюда. Через сорок восемь часов она должна перестать существовать. Все, что вынесете оттуда, — ваше.

Викуэй напрягся и наконец убрал ноги со стола.

— Серьезный заказ, — алчность в его глазах уступила место холодному расчету.

— Серьезная оплата.

Какое-то время викуэй буравил взглядом шлем пока еще гостя, просчитывая, простят ли хатты убийство своего представителя или нужно будет срочно искать новую нору, бросая тщательнооблюбованную свалку.

— «Агностик» — это кормушка Солнц. Это не окраинных фермеров трясти. Эти соберутся и вдарят в ответ.

— За фермеров не платят. А ответить они не смогут.

Викуэй оскалился, его явно собирались поиметь.

— А гарантии?

Визор шлема не мог передать мимику говорившего, но от прозвучавших слов по спине викуэя пробежали мурашки, а рука потянулась к бластеру.

— Планета Шрилур, спутник Руул, город Полвек, клан Грик. Вот наши гарантии.

Викуэй опустил руку под стол и вжал спрятанную кнопку, и в помещение сразу же ворвались полдесятка головорезов. Больше Викуэй за себя не боялся, но клан… Он его не забыл, о чем свидетельствовал уже десяток кос на его затылке. И клан его не забыл, постоянно пополняя ряды его бандыновыми бойцами и помогая реализовать награбленное на периферии.

— Ты дорого стоишь, Боба. Не подскажешь сколько? — бластер смотрел ровно в неподвижную фигуру.

— Зависит от нанимателя, но тебе денег не хватит.

— Я про голову, идиот! — зарычал викуэй, которому посмели угрожать его семьей. — Что мешает мне взять деньги, содрать с тебя твою красивенькую броню, а голову залить формалином и отправить на Фоллин?!

Впервые за диалог пришелец соизволил показать реакцию. Он склонил голову набок.

— Все мы чего-то стоим. — он оглянул зашедших бойцов. — Кто-то стоит целое состояние, — незаметное движение, и в руке оказался бластер, пока еще смотрящий в пол. — А за кого-то дадут монету. — Взгляд визора снова был направлен на главаря. — Да, иногда нужно просто взять и подобрать эту монету.

Викуэй был осторожен. Всегда, каждое мгновение, каждый проклятый вдох, и разум говоил ему убить чужака и бежать, но… именно сейчас не осмелился нажать на крючок.

— До получения награды еще нужно дожить! — рыкнул пират, медленно опуская пушку. Его подручные недоуменно запереглядывались, из-за чего он рявкнул на них: — Пшли вон! — Торопливые шаги смешались с неразборчивыми ругательствами, но в комнате снова остались только двое. — Пожалуй, не будем меряться нашей ценой. — его голос почти был спокойным, почти.

— Сто тысяч сейчас. Четыре сотни по завершении. Доставите нашу хлопушку до реакторного отсека и свободны. — в руке наемника уже не было бластера.

Викуэй упал в кресло и ударил ладонью по столу, уронив при этом ранее поставленную на него бутылку:

— Полмиллиона имперскими кредитами, обезличенным чипом, сразу, и завтра этой станции уже не будет!

— Нет.

— Что, нет?! — снова начал заводиться пират.

— Полмиллиона пегатами, и станция взорвется ровно через сорок восемь часов.

— Если хатты застряли в прошлом, то это их проблема! Сейчас Империя, а не Республика, и пегат в ней не самая дорогая монета! Полмиллиона пегатов— это не цена этой работы!

— Вам станцию рушить, а не строить, — впервые в голосе наемника прорезалось раздражение, — прилетели, высадились, свинтили. Крайне «сложная» работа!

— Вот и делай её сам за такие гроши!

Из острой фазы переговоры перешли к торгу, который закончился тем, что пират все же принимает оплату пегатами, но сумма становится семизначной. На сим монолитная фигура, признанная всеми посланцем хаттов, вернулась в свой шаттл и покинула орбиту.

***

Оказавшись на своем и родном корабле, наемник с силой дернул нагрудник, и тот с хрустом отвалился от поддоспешника. За кирасой последовали перчатки, поножи, и последним в угол полетел шлем.

— Как они это говно носят, — тоскливо вопросил вселенную Шепард, который и играл последние пару часов высокомерного наемника, коего встречал на Нар-Шадда.

— Вопрос привычки, — сказал Джейкоб, закидывая пластины брони на левитационную платформу, он достаточно много времени потратил на эту имитацию и планировал довести её до ума, мало ли еще когда пригодится, — и хорошей разгрузочной системы, я так и не понял, как работают местные экзоскелеты при таких размерах, но еще разберемся.

— Как все прошло? — в шлюз скользнула Миранда. Первый помощник не показывала, но она очень переживала за судьбу сего цирка, Нормандии хватило бы, чтобы раздолбать местную «крепость», но вот в способности вытащить командира, нет-нет, но команда сомневалась.

— Не без огрехов, — с наслаждением растянулся Шепард, — а после попытался стянуть поддоспешник, который нацепил поверх родного комбинезона из умной ткани. — Я чуть не сварился в этой жестянке, для пафосных психов. — поддоспешник не стягивался, и Джон уже было подумал достать нож.

— Дайте сюда, коммандер, — Джейкоб бросился растягивать фиксаторы, пока дражайший начальник не порвал дорогущую бронеткань, которая по спецификации помогала пережить температуры вплоть до абсолютного нуля.

— В общем, больше никакой войны в броне без климат-контроля. — сдался в руки оружейника Шепард.

— А дошло до войны? — Лоусон приподняла бровь, оценив отстегнутые пластины без единой подпалины. Шепард неопределенно покрутил рукой.

— Почти дошло, я… — он замялся, почесал шрам на скуле и мазнул рукой, — в общем, надо мне поговорить с нашим киллером.

— Зачем? — удивился Джейкоб.

— Да я, видимо, колдун, — ухмыльнулся Джон, вспомнив тот момент, когда он почувствовал страх пирата и… что-то сделал… что-то, что заставило прожженного бандита в страхе опустить оружие, а не выстрелить ему в лоб. — Потому что только гребаный колдун мог играть высокомерного посланца, ощущая себя консервированным мясом.

Миранда легонько улыбнулась:

— Значит все по плану?

— Все по плану, — Шепард прямо из шлюза отправился в душ, вспоминая этот самый план.

Не сказать, чтобы Кхо’Барт Кай был в шоке от предложения Шепарда, нет, он и сам подумывал о чем-то подобном, но на изложенные идеи вердикт был однозначен: «План говно».

Нет, устроить провокацию, атаковав своих под видом хаттских головорезов, Кай был согласен, вот только грамотно подделать почерк хаттов было той еще задачей. Шепард, чьи люди устроили покушение на Ящера, самого Кая и всех капо Нар-Шадда, с этим утверждением был не согласен, но благоразумно промолчал.

Изначально Шепард думал подрядить свою воровку на то, чтобы выкрасть у одного наглого твилека, что требовал у Ящера его голову, одну примечательную висюльку с символикой каджидика. Но Кхо’Барт убедил его, что подобные игрушки как «патент» не используют, особенно за пределами полностью контролируемых хаттами миров. Слизни в целом не очень любили работать с непроверенными командами, но всегда были исключения. В таких исключениях посылали кого-то именитого, чье имя было накрепко связано с фигурами хаттов. И на счастье Шепарда одна такая личность как раз покинула луну контрабандистов в неизвестном направлении.

Оставалось только выбрать тех исполнителей, которые не усомнятся в личности посланца и не успеют проверить, а не болтается ли означенная личность в другом углу галактики. Кхо’Барт и дал наводку на слабую пиратскую шайку. Пара фрегатов и десяток истребителей — сила, которой хватит разве что на беззубых фермеров. Но и цель тоже была выбрана подходящая. «Агностик» защищала репутация его хозяев, а не флот, а старые пушки ПКО были под стать самой станции, притащены черт знает откуда и черт знает когда. А потому один из производственных центров синдиката был вполне по зубам пиратам с достатком наглости, но без избытка огневой мощи.

Был ли КхоБарт уверен в том, что Шепард справится? Абсолютно нет, но у него не было выбора. Либо синдикат ввяжется в конфликт с картелем, либо картель сожрет одну из слишком много возомнивших о себе ячеек.

Подозревал ли он, что всю эту заваруху организовал Шепард? У него не было времени об этом думать, и, если все пойдет по плану, то и не появится. Война банд — дело такое… Опасное.

Глава 3. Часть 14.

По интеркому щёлкнула связь, и голос Джокера, как всегда, возник в самый неподходящий для этого момент:

— Кэп, у нас тут хорошие новости и плохие новости.

Шепард, вроде вот только что прилегший на койку, открыл глаза.

— Начинай с плохих, — ответил он, не вставая, решая, что пока он еще недостаточно отлежался, и решая, а не нарушить ли предписанный доктором распорядок и не закинуть ли в рот парочку таблеток обезбола. — Хорошие в последнее время подозрительно быстро портятся.

— Плохие — я только что видел, как Грюнт пытался выяснить, из чего сделан твой новый модный шлем. Экспериментально. Об дверь.

— Туда ему и дорога, а хорошие?

— Наши новые друзья-пираты снялись с места. И, судя по их курсу, у кого-то скоро будет очень громкий рабочий день.

— Время?! — Джон вскочил с койки, а Джокер принял вопрос в свою сторону и, хоть немного и растерянно, но все же достаточно профессионально отрапортовал:

— Три часа назад в систему прибыл неопознанный фрегат, сразу после этого с планеты начали подниматься другие корабли. Сейчас формируют боевые порядки. Состав эскадры — три фрегата, два корвета и москитная мелочь, но, судя по всему, мелочь с гиперприводом, посчитать количество невозможно ввиду дистанции.

«Нормандия» висела на самом краю системы, прячась в астероидном поясе. Шаттл, на котором же прибыл к пиратам «Боба Фет», отправился по случайным координатам в гордом одиночестве и без единого пассажира на борту. Шепард медленно выдохнул, глядя на дисплей, где высвечивалось корабельное время. И выходило, что он отключился почти на четырнадцать часов из отведенных пиратам сорока восьми. Как они так быстро смогли собрать силы — вопрос другой, с тем, что Кхо’Барт неправильно оценил силы шайки, тоже особой проблемы не было, а вот то, что пиратский флот прибудет на Агностик раньше Нормандии, в планы не входило.

— Принял, мы можем сказать что-то про их гипердрайв?

— Э-э-э, — Моро впал в прострацию, вопрос был идиотский, ни один сканер, особенно на такой дистанции, не определит класс движка, конечно, у них в базе теперь были спецификации местных кораблей, но пираты не на новейших судах летали. Впрочем, Моро не зря входил в плеяду лучших. — Если истребители у них — это эхо войны, то гипердрайв у них мощный… Но вот корветы явно бывшие грузовики, пятый-шестой класс. Скорость соединения будет такой же.

— Принял, готовься к прыжку. Нужно их обогнать.

— Ай-яй, кэп. — Оборвав канал, Джон присосался к ингалятору, после первого вдоха стало чуточку легче, но только чуточку. Неудивительно, ведь он пропустил как минимум еще три приема. Было желание увеличить дозу лекарства, но по здравому размышлению Шепард решил сдаться в руки дока, а потому направился в медотсек.

Состояние коммандера оказалось действительно сумрачным, потому что он, воспользовавшись командирскими полномочиями, проигнорировал блок на дверях медотсека.

А там его встретила картина натуральной вивисекции: над распятым телом склонились трое. Кожу бедняги бережно смотали в рулончики, мышцы закрепили специальными крючками и периодически доставали кости.

— Коммандер? Что-то срочное? — обратился к нему один из вивисекторов, в котором Джон не сразу узнал майора Чаквас. Двое других оказались саларианцем и кварианкой.

— Так… А собственно, какого тут… — свой вопрос он сформулировать не успел, с победным выкриком Тали выдернула из тела какой-то комок крови и металла, от чего тело дернулось и заматерилось.

— Аккуратнее, эта хрень стоит как эскадра истребителей! Может, починить удастся!

— Санг?! — Шепард не знал, чему удивляться больше, то ли тому, что инженер участвовал в операции, то ли тому, что оперируемый был в сознании.

— Ага, что-то хотел? — ответили ему, не поднимая головы.

— А ну молчать! — надавила на голову пациенту медик. — Лежать! Не дергаться! Дышать через раз!

Пояснение решил дать саларианец.

— Интересная операция, — он снял окровавленные перчатки и бросил их в утилизатор. — Сильно улучшенный организм. Занятная смесь генетических и кибернетических улучшений. Удивительная работа с нервной системой, крайне адаптивный мозг! — видимо, в голосе Солуса было слишком много от исследователя-энтузиаста, а потому снова ожил Фалько Санг, несмотря на злобное шипение Карин.

— Очень лестно, доктор, очень, хотите, я вас сведу с тем, кто мне эти игрушки ставил? Ох, он как интересен, уверяю, захотите его пристрелить на второй минуте общения!

— Да? — саларианец по-настоящему надолго задумался, ну, надолго для его расы. — Про меня так тоже пару раз говорили, так что соглашусь… У нас же остался баррадий?

Шепард тут же вспомнил байку про то, как скромный врач знакомился с королевой Омеги, — придя на встречу, обмотавшись взрывчаткой.

— Так, — коммандер с силой сжал переносицу, к боли в теле добавилась боль головная. — А почему вы его не вырубили?

— А он взорвется, — сказала Тали, бережно оттирая извлеченную железку от крови.

— Ага, взорвусь, — прозвучало от оперируемого. — Да и накачали меня обезболом, и вообще мозг от управления телом отключили…

— Жаль, голос также отрубить нельзя, — проворчала Чаквас. — Ну что, коллеги, зашиваем?

Тут Шепард понял, что он нагло нарушает стерильность операционной, но выйти ему не дали.

— Так вот, у меня одна штучка сбоить начала, а высокотехнологичные импланты — дело такое, лучше сразу выдрать. Но дабы меня не разделали на запчасти, в них вшили защиту: либо я в сознании, либо в БИОС введены коды доступа. У меня кодов, как ты понимаешь, нет.

Последнему утверждению Шепард не поверил, ну вот ни капли. И кварианка, которая, судя по всему, очень хотела продолжить потрошение, тоже не поверила.

— Тали? — Джону очень не понравилась возникающая в операционной атмосфера, которую, казалось, кроме него, никто не замечал.

— А не знаешь, что за имплант рядом с тимусом? — проигнорировала она коммандера.

— А тимус — это?.. — киллер явно был не в теме.

— Железа прямо за грудиной, отвечает за наполнение тела иммунокомпетентными клетками, — означенная железа скрылась за возвращенным на место мясом под ловкими движениями Солуса.

— А, там вроде какой-то стимулятор, который не дает жиром заплыть этому тимусу, вроде еще что-то с токсинами делает, я не слишком помню, чего мне вшили. Так чего хотел, Шеп?

Шепард медленно выдохнул из легкихнакопившийся там абсурд и обратился к Чаквас:

— Нарушен режим приема препарата, пропущено три приема. Дальнейшие действия?

И тут началась классическая головомойка в исполнении майора. Не отрываясь от работы над Сангом, Чаквас вдумчиво отчитала своего пациента, а после, сняв перчатки, вкатила в шею своего командира инъектор и выдала суспензию, в которой Джон с удивлением опознал стандартный витаминный комплекс. И чуйка подсказывала Шепарду, что ничего страшного с его тушкой не случится, но док не смягчится из-за этого факта.

Слово за словом, дело за делом — и вот Нормандия мчится к Агностику, а Шепард сидит напротив Санга.

— Думаешь, они справятся? — спросил киллер, потирая шею, на которой виднелся тонкий след постоперационного шрама. Как оказалось, джедай сильно повредил его требуху, и вскоре личному убийце лорда Вейдера предстояло снова ложиться под нож для обновления своей боеспособности.

Шепард взял в руку стакан с каффом, земной кофе на борту давно подошел к концу.

— Мне не нужно, чтобы они справлялись, — он отпил тонизирующей бурды, которую у них на борту никто не умел заваривать, — мне нужно, чтоб они сделали там столько шума, чтобы услышали на другом конце галактики, что хатты напали на Черное Солнце. А шум мы обеспечим.

Фалько Санг скептически усмехнулся.

— Не сработает, — он понюхал содержимое своей кружки и брезгливо отставил, — слишком мелко, хатты открестятся от нападения, пиратов викуэя сотрут, и на этом все заглохнет.

— Замнут один раз, проигнорируют второй, скрипнут зубами на третий. — Шепард посмотрел на таймер выхода из гипера и направился на мостик. — А на четвертый уже никто разбираться не будет. Мы будем провоцировать обе стороны, пока это не сработает, в этой галактике хватит и нейтральных головорезов, и достойных целей.

***

Станция «Агностик» жила своей спокойной скучной жизнью. Это не был торговый хаб, не была эта станция и перевалочной базой, и даже островом удовольствий и той не являлась. Это был производственный центр, что производил в приличных объемах все то, чего не хватало жителям пространства хаттов.

Здесь разливали без лицензии тонизирующие и не очень напитки, смешивая украденные экстракты с дрянной водой или дешевым спиртом. Здесь кустарно-массово собирали и прошивали дроидов, которые потом будут продаваться во всем пространстве от Нал-Хатты до Татуина, здесь банально шили одежду из ткани, которую контрабандой или по «благотворительным» акциям вывозили с миров Среднего Кольца. Никакого спайса и почти никаких рабов, за исключением парочки борделей для местных работников.

Но тем не менее на этой станции расцвела самая страшная преступность. Эта станция не существовала по бумагам и, соответственно, не платила налоги, ни Империи, ни хаттам. Перевезенный черт знает откуда бывший пустотный фарпост Техносоюза, в который во время войны со всей грацией носорога влетел венатор, генерировал своим владельцам крайне хорошую прибыль. Не огромную по меркам синдиката, но достаточную, чтобы спросить за атаку на этот актив. А потому на станции всегда было спокойно, ни работники, ни «защитники» не устраивали здесь беспорядков, ибо они вредили прибыли, а значит, были неприемлемыми.

По той же причине дежурный диспетчер, который весь день искал, с кем бы подмениться, чтобы наконец-то прокутить полученный вчера заработок, совсем не ожидал, что к ним в шлюз будут ломиться какие-то психи.

— Ну-ка, кто у нас такой вежливый? — пробормотал человек, выводя на экран полученный пакет данных, даже не думая включать голосвязь.

Коды были правильными. Оно, в принципе, не удивительно, на «Агностик» чужие не прилетали, но тут и крылась проблема: все рейсы шли по расписанию. Груз либо доставляли, либо забирали. Иногда еще меняли смены охраны или привозили новых рабочих. И это точно были не большие боссы, иначе бы всю станцию причесывали за неделю до, да и кораблик стремноват для воротил синдиката. Диспетчер потянулся к панели распределения шлюзов, выбирая самый дальний и неудобный, но случайно задел сенсор приема сигнала.

— Эй, диспетчер, — голос был хрипловатый, раздражённый и удивительно наглый. — Ты там от старости в кресле не окаменел? Мы тебе коды скинули две минуты назад.

Диспетчер даже опешил от подобного захода.

— Судно, соблюдайте порядок связи, — процедил он. — Ожидайте выделения окна и порта.

— Я тебе сейчас выделю окно, мудак ты тормозной, — мгновенно отозвался тот же голос. — Если не откроешь этот чёртов шлюз, я лазерными пушками сам себе форточку вырежу.

Диспетчер моргнул. Тут наконец пришел долгожданный сменщик, который, увидев ошарашенную морду напарника и открытый канал связи, состроил крайне выразительную вопросительную мину. Диспетчер кулаком велел тому молчать и уже было хотел высказать нахалу все, что думает, но не успел.

— Что молчишь? Думаешь, я шучу? Смотри внимательно, либо ты через десять секунд открываешь створки, либо я врубаю турели и вхожу сам, а после беру оплавленные балки и вставляю их тебе в задницу!

Человек медленно выдохнул. В принципе, он уже мог поднимать тревогу. Практически — это точно были свои, чужие настолько е****о себя не ведут.

— Назовитесь, — сказал он спокойным тоном.

На том конце коротко хохотнули.

— А с именем ты что делать собрался? В рамочку вставить? Или впускай меня, или доложи наверх, что прибыли парни с Нар-Шадды с новостями и огроменной лопатой говна!

Связь оборвалась.

Диспетчер ещё секунду тупо смотрел на экран, а потом быстро еще раз проверил коды. Отчего угрюмо выматерился.

— Стукани начальству, — сказал он сменщику.

— Уже. — коды оказались их да не их, внешнее, так сказать, ответвление, на случай, если местным боссам понадобится срочно подремонтироваться, подлечиться или пересидеть нездоровый кипишь вроде имперских рейдов.

— И передай охране в ангар: пусть встречают. Мало ли, какие там свои. — Ответ от «мускул» пришел быстро, цепные псы уже давно заскучали без хорошей драки. — Ну вот и хорошо, сейчас ты у меня, герой, не дальний порт получишь, а всю культурную программу.

Диспетчер испытал крайнюю степень удовлетворения, и от того, что сейчас одного наглеца будут возить мордой об пол, и от того, что он наконец может пойти к красавице Мисти и хорошенько оттянуться. Жизнь была прекрасна.

Глупец даже не догадывался, что этой жизнью наслаждаться емуосталось от силы несколько часов.

***

Встретили Шепарда как положено, а вернее, ровно как он хотел, доверяя Заиду переговоры с диспетчером. У площадки стояли бойцы Чёрного Солнца — не базарные головорезы и не уличная шпана, а полноценный корпоративный службез. Однотипная броня, закрытые шлемы, короткие бластерные карабины, щиты и шоковые дубинки на поясах. Венчала этот комитет по встрече тяжелая турель на передвижной платформе, которую наверняка собрали из обломков местные умельцы.

— Раз, два, три, четыре, пять. Трупы, я иду считать… — тихо пробормотал Заид. — Надо было Нормандию в межсистемной пустоте оставить, а сюда на челноке лететь.

— Отставить пораженческие настроения, — Шепард сошел с трапа первым, следом Миранда, Гаррус, Заид, Юто и Сайра. Последних Шепард вытащил с достаточно каннибалистичными целями и надеялся, что они не сильно пострадают.

— Шепард, да? — мрачно спросил краснокожий деваронец, с вычурным окуляром вместо левого глаза. Увидь Джон такого в родной галактике, тут же уверовал бы… или пристрелил бы сего черта, пока тот на свои рога его не насадил, а рога у экзота были назагляденье.

— Шепард, Шепард, — подтвердил тот небрежно, — у меня новости с Нар-Шадды, зови главных, вопрос срочный. Краснокожий не пошевелился.

— Говори со мной.

— А ты кто, чтобы я с тобой говорил? — вопрос вызвал недовольное роптание среди безопасников.

— Я Элласар, я — он делал акцент на последнем слове — отвечаю за безопасность этой станции. — А вот кто ты, я знаю только по слухам, и слухи эти мне категорически не нравятся.

— А я не ауродивая монета, чтобы всем нравиться. И что, мы будем говорить здесь? — Шепард картинно оглядел толпу. — Деваронец не отреагировал. — Ну как скажешь, Эл, — на сокращение он даже не скривился, — сюда летит очень злобная и зубастая флотилия, хатты решили повысить ставки.

Элласар кивнул:

— Да, такие вопросы действительно не решаются в доке. Взять их!

Бластерные выстрелы разрезали пространство, и слабо бронированные детишки вместе с Мирандой упали парализованными.

— Ты что, творишь?! — тяжелая броня хорошо погасила минимальную мощность бластерного болта, и Шепард поклялся, что, когда они выберутся от сюда, в тяжелом снаряжении будут бегать все, от Грюнта до Джокера.

— Не имею привычки верить на слово первым встречным. Посидите в камерах, поотвечаете на вопросы. Отпусти пушку, Шепард, не усугубляй.

— Усугублять? Усугублять я могу, — выделил он последний слог, но все же отпустил винтовку, — проверяй, но я тебе это припомню, когда сюда вломится толпа головорезов. И если с моими людьми что-то произойдет…

— Уже боюсь, — перебил его Элласар, — сейчас обоссымся от страха. Да, парни?

Бойцы угодливо заржали, отпуская похабные шуточки. А Шепард… Шепард внешне бесился, а внутренне ликовал. План пошел как надо, он вообще был очень гибкий, этот план.

Глава 3. Часть 15.

Сразу стало понятно, что местная «тюрьма» популярностью не пользовалась. Коридор из мелких комнат с решётками вместо двери, яркий раздражающий свет и неудобные металлические нары — вот и всё, что свидетельствовало, что это место заключения, в остальном он больше походил на вылизанный офис. И где, спрашивается, подтёки застывшей крови? Следы нечеловеческих зверств и прочие атрибуты бандитской пыточной?

— Видимо, здесь сразу бросают в шлюз, — озвучил свои мысли Шепард, глядя через решётку на ряды пустых камер.

— Что?! — встрепенулся в «номере» напротив Заид. Последние пятнадцать минут он метался, как запертый в клетке лев, когда увели на допрос его малышню. Что несказанно удивило Шепарда.

— Говорю, позор, а не тюрьма. Где силовые поля, турели, стазис-капсулы для особо опасных? — Джон, конечно же, замечал, что старый наёмник много времени проводит со своими учениками, но списал это на его профессионализм. Приказали учить, чтобы выжили, вот он и учит.

— Это чёртова «губа», — сплюнул себе под ноги Массани, — ты думаешь, им тут нужно заведение для исправления заблудших душ? Пуля в затылок и на компост. — Заид развернулся, присел на нары, поёрзал, вскочил и пнул узкую койку сапогом.

Джону стало не по себе, он, собственно, и приказал взять с собой молодняк, в то время как остальная команда ощетинилась стволами на «Нормандии». Юто и Сайра не знали о его приключениях в шкурке хаттского наёмника, а значит, были идеальным средством слива дезы. Молодые, неопытные, пугливые, ничего не знающие, но свято уверенные в обратном. Он надеялся лишь на то, что Чёрные Солнца не будут усердствовать по отношению к «своим», сразу применив третью степень методов допроса.

— Красиво, блядь, зашли, — буркнул Заид. — Д-дипломаты.

— Не переживай, — подал голос Гаррус из соседней с Заидом клетки, — мы их всё равно убьём.

— Успокаивает, — усмехнулся наёмник и тут же в голос заорал: — Эй! Начальник! А жрать когда подадут?! Раз уж взяли на пансион, так соответствуйте, др-рать, заведению высокой культуры и отдыха!

На крик не отреагировали, было такое чувство, что их тут тупо бросили: ни охраны, ни надзора.

— Может, тут камеры какие висят? — спросил Гаррус.

— Вряд ли. — Миранда тоже подошла к решётке, её разместили сбоку от Джона, поэтому он сейчас мог видеть только руку, вытянувшуюся за прутья. — Ни камер, ни дроидов, ни турелей. Видимо, этими помещениями действительно не пользуются, что странно: на космической станции каждый свободный клочок обычно используется.

Шепард скептически хмыкнул, вспомнив Цитадель, вот уж где точно не могло идти и речи про грамотное использование пространства.

— Да и мы свои, чего за нами следить, - турианец постучал кулаком по броне, которую им оставили отобрав только пушки.

— Значит, нам и нет особо смысла здесь сидеть. — Омнитул заботливо показал Джону время: три часа, как они прилетели, полтора, как местные дознаватели забрали малышню.

Заид подобрался, как приготовившаяся к броску гончая. Но командир остудил его порыв:

— Полчаса, ждём ещё полчаса. — Гончая что-то рыкнула неразборчиво и вновь заметалась по комнате. «С этим надо что-то делать», — подумал Джон, глядя, как изводит себя обычно холоднокровный и ни разу не добродушный наёмник. «Знать бы ещё что…»

Полчаса показались Джону недостаточными, они могли и ошибиться в скорости эскадры, а что самое главное — в намерениях пирата. Поэтому, когда станцию тряхнуло и завопила тревожная сирена, у Шепарда да и у всех остальных будто камень с плеч упал.

— Сорок пять, — озвучил он вполне допустимую погрешность в своих прогнозах, — Миранда, будь так добра…

Ответа не последовало, но справа от себя он увидел всплеск синеватой энергии и едва уловимый скрип не таких уж прочных прутьев. Затем показалась ножка, затянутая в лёгкую облегающую броню, а затем из камеры вылезла Миранда. И сделала это она так грациозно, что Джон даже засмотрелся.

Сделав два резких шага вперёд, Лоусон ударила окутанным биотическим полем кулаком в замок клетки Гарруса; он слышал, что особо умелые азари таким ударом пробивают танковую броню, а тут какой-то дрянной металл. Гаррус обрёл свободу и, выйдя из клетки, на всякий случай сформировал омни-клинок, его инструментон тоже не отобрали, видимо, не поняли, что это.

Затем Миранда подошла к Шепарду и с насмешкой посмотрела ему в глаза. Джон послушно сделал шаг в сторону, и элегантная ножка выбила решётчатую дверь.

— Благодарю. — Коммандер чинно вышел из камеры. Нет, он, безусловно, мог и сам сломать эту преграду, но доктор ведь запретил пользоваться биотикой. Хотя Джону казалось, что он и без неё смог бы погнуть прутья, но вот вылезти через них? Он не гибкая и тонкая Лоусон, да и тяжёлая броня не к месту при подобных экзерциях.

— Ну так мы идём или нет?! — Заида освободить ещё не успели, но он уже яростно бил копытом, не видя препятствий к действиям; в принципе для него клетка тоже была не слишком большой преградой, но у каждого в операции должна быть своя роль, и в этот раз Миранде досталась судьба открывашки.

— Всё нормально. — Джон нацепил шлем, который их «пленители» тоже не стали отбирать, и проверил статус вшитых в броню молодёжи трекеров; они были неподалёку. — Наши товарищи продержатся какое-то время без нас.

Про кого он говорил — пиратов, солнц или Юто с Сайрой, Джон уточнять не стал. Продержаться должны были все.

— Двигаемся на сигнатуру малышни.

Гауптвахта располагалась не так уж и далеко от доков, так что двигаться нужно было быстро, пока пираты не подавили орудия станции и не высадились на неё. Заказ был на разграбление и уничтожение станции, лучшим способом это сделать было размещение полученного от «мандалорца» заряда в реакторном, топливном или оружейном отсеках. В идеале нужно было обеспечить пиратам путь к этим самым отсекам, а потом героически их отбить. Но это был рискованный вариант, чреватый потерями и подозрениями со стороны солнц. Хорошим был бы вариант, где пиратский флот расстреливается турболазерами станции, а какое-нибудь маленькое корыто берётся на абордаж «Нормандией», но этот вариант по ряду причин был несбыточным.

Размышления Шепарда прервал чавкающий звук вонзающегося в плоть клинка.

— Заид, сволочь, это же свои! — бегущий впереди наёмник без сомнений протаранил выскочившего бедолагу — судя по комбезу, из обслуживающего персонала станции — и недрогнувшей рукой вогнал клинок омнитула тому под челюсть.

— Поздновато ты об этом вспомнил! — огрызнулся Заид, обыскивая свежий труп на предмет оружия — такого у него не оказалось. — Зараза! — От полноты чувств наёмник пнул тело человека.

— Двигаемся дальше! — скомандовал Джон. — И никого не убиваем!

— Как получится!

И за эту фразу Заид ещё ответит, но не сейчас. А после боя.

Дверь в допросную оказалась не заперта. И Шепарду пришлось удерживать бешеного наёмника от того, чтобы кинуться на местного дознавателя, который уже тыкал в них бластером и отнюдь нецензурно спрашивал, а что, собственно, они тут делают и каким образом покинули место заключения.

— Свяжись с Элласаром! — отдал приказ Шепард, одним глазом следя за Заидом и прикованным к стулу Юто, Сайру же местные подвесили за руки на специальном крюке. Выглядели детишки, конечно, побитыми, но в целом почти невредимыми.

— Руки поднял, б***! — Дознаватель в броне службеза станции работал без шлема, а потому Джону открылось вполне юное человеческое лицо. Видимо, при атаке его тут оставили то ли закончить допрос, то ли отконвоировать пленных обратно.

— Парень, — Джон миролюбиво поднял левую руку, правую благоразумно оставив на плече Заида. — Мы сюда прилетели с предупреждением об атаке, а вы выбрали для допроса самых неинформированных членов экипажа. Вызови Элласара, и всё порешаем. Сейчас каждый ствол важен.

На лице паренька промелькнула неуверенность, а бластер в руке чуть дёрнулся, и Джон, к своему стыду, упустил момент, когда Заид ринулся вперёд. Благо он не свернул ему шею, а просто выбил пушку из рук, уткнув мордой в пол.

— Впрочем, можно и так. — Шепарду оставалось сохранять невозмутимость.

С местными коммуникаторами Джон уже был хорошо знаком, а потому через мгновение на устройстве дознавателя уже появилась недовольная харя деваронца.

— Мэт, что ещё?! — рявкнул он, не разобравшись, и, увидев Джона, ещё больше распалился: — Ах ты…

— Я! — рявкнул Джон в ответ, щедро скрашивая речь площадной бранью. — Я тебя, урода рогатого, предупреждал, что сейчас навалят гости, а ты жидко обосрался! Ну что? Их посудины уже подавили ваши турели, а?!

— Мэтью жив? — сквозь зубы прошипел черносолнцевец.

— Как и мои ребятки, — с долей признательности ответил Джон. — Скажи мне, где мои стволы и что с моим кораблём — будем держать оборону.

Краснокожий раздумывал недолго.

— Мэт покажет. Твари уже высадились, причём недалеко от вас. Приказ скину Мэту, двигайтесь к точке, далее подчиняетесь моим сержантам.

— Корабль, Эл! Что с моим кораблём?! — надавил Джон.

— Съ***ся! Мои расслабились, так что, когда станцию тряхнуло, твоё корыто проплавило фиксаторы и пробило шлюз! Сейчас развлекаются с гостями! Но ты мне ответишь за ребят, которых выбросило в космос!

— А нех*** спать на посту в ангаре! Жду команды. Отбой. — И, погасив устройство, Джон подал руку дознавателю.

— Мэтью, да? — Он помог парню подняться, вернул коммуникатор и жестом приказал недовольному Заиду вернуть ему бластер. — Я Шепард, ну куда нам?

— Сейчас, сейчас… — Заторопился парень, проверяя коммуникатор. — Оружейка тут рядом, сейчас…

Отвлёкшись от парня, он подошёл к брату и сестре, Юто успокаивающе поглаживал Сайру по спине, рядом стоял Заид с каким-то неловко пришибленным видом.

— Вы как, бойцы?

— Нормально, Шепард, — спокойно ответил Юто, не отпуская сестру. — Всё нормально.

— Готовы к бою? — Юто кивнул, а вот Сайра от брата так и не оторвалась. Силой рванув девушку за плечо, Шепард заорал ей прямо в лицо: — Что, б***, страшно?! Немного пощекотали в допросной и уже хочешь домой к мамочке под юбку?! Кончилась космическая романтика, да? А это, сука, свои! Думаешь, в застенках СИБа будет так же?! Собралась! Там тебя сначала разденут и бросят в холодильник, а после того, как ты дойдёшь до нужной кондиции, будут медленно резать на глазах у брата! Собралась! — Джон ударил девушку по щеке, мимоходом опрокинув с ног дёрнувшегося Юто. — Если ты, дрянь, не возьмёшь сейчас себя в руки, мне будет проще тебя пристрелить. Нам сейчас придётся драться с самым мерзким отребьем этой галактики, а эти двое придурков будут всю дорогу думать о том, как бы не пострадала одна романтичная дура. Они сдохнут из-за тебя! А знаешь, что после будет с тобой? Знаешь, что пираты с тобой сделают, юная и красивая девушка?

В глазах Сайры мелькнул гнев, но Шепард не обольщался. Сейчас стало ясно окончательно: из девчонки толку не выйдет. По-хорошему, сейчас надо было бы дать ей в руки оружие, чтобы вселить немного уверенности, и в бою она под ногами не сильно мешалась, но пришлось обходиться словами. Главное чтобы она сегодня выжила, главное чтобы не сломалась окончательно, пусть сейчас злится и ненавидит его. Сейчас гнев и ненависть лучше тоски и страха. Шепард ненавидил такие моменты...

— Сейчас получишь обратно свою пушку, и если кто-то из наших из-за тебя попадёт под плазму, пеняй на себя. Поняла?

Девушка кивнула.

— Отвечай!

— Поняла!

Джон перевёл взгляд на Юто, которого придерживал за локоть Заид.

— Присмотри за сестрой. Мэтью?

— Коды от оружейки у меня! За мной!

И они пошли вооружаться.

***

Отребья пираты нагнали знатное количество, в противовес им выступало не слишком большее количество бойцов солнц. Хоть комбатантов было на станции не так уж и много, но были они качественно оснащены, неплохо обучены, и, в конце концов, у них были тяжёлые турели, которыми можно было намертво перегородить узкие станционные коридоры. Внешний контур станции Элласар, матерясь, приказал оставить, укрепив оборону оружейных складов и жизненно важных отсеков. Счастливые пираты, которым достались забитые разнообразными товарами склады, класть свои головы не стали, перетаскивая на свои лохани всё, что, по их мнению, представляло хоть какую-то ценность.

Джокер, сумевший достучаться до Шепарда, получил сигнал скрыться и не отсвечивать и в ответ осчастливил коммандера новостью: «Фалько Санг таинственным образом испарился с корабля». Размышлять о причинах, способах и следствиях Шепард не стал, его голову занимала другая проблема. В текущем противостоянии солнц с пиратами не хватало остроты. Службез станции серьёзных потерь не понёс, а Викуэй, видимо, решил не выполнять контракт, ограничившись содержимым складов, а не остатком награды за разрушение станции.

— Плохо.

— Плохо будет, если они прорвутся к реакторной или мостику, — сказал деваронец, неправильно оценив слова Шепарда.

— Связь они глушат, до своих мы не достучимся, следующий рейсовик только через пару дней. Твари нас зажмут рано или поздно и разгерметизируют все отсеки. Свидетели им тут явно ни к чему. У тебя связь со своим корытом работает?

— Нет, — соврал Джон. — Есть идеи, как будем выкручиваться?

— Ни малейшей. Сидим, ждём, держим мостик.

— Стоять. — Шепард вскинул руку. — Ты же с боссами связь держишь, когда следующий сеанс?

— Я и говорю, — рыкнул экзот, — сидим, ждём! Раньше чем через сутки наши не чухнутся, пока парней соберут, пока прилетят. Товара на складах килотонны, пока трюмы набьют, пока соберутся на штурм, пока обдумают, а на кой им это надо — башками рисковать. Шансы пересидеть неплохие. Потом наведаемся к ним в гости и отнимем вместе с головами.

«Умный и осторожный», — подумал Шепард. «Очень дрянное качество в текущих условиях».

— А если они пойдут на штурм раньше?

— Тогда нам звиздец, — пожал плечами Элласар, — но не пойдут, штурмовой брони или дроидов у них нет. Тяжёлого оружия тоже, вскрывать переборки тяжело и долго, если у них нет хорошего хакера.

Шепард кивнул и отошёл к своим бойцам, которые скучающе крутили в руках бластеры.

— Ну? — выжидающе спросил Гаррус.

— Ждём.

Ни один план не выдерживает столкновения с реальностью, но в целом всё шло достаточно неплохо. Чёрные Солнца потеряют деньги, виновник этого был назван, да, без доказательств, пленных взять не получилось, но камешек на весы был положен. Ещё одной гирькой стали бы потери, но, как уже было сказано, деваронец был умным и осторожным…

Хотелось бросить немного перца. Гаррус с его винтовкой или Заид могли бы вырезать какой-нибудь пост, но команда Шепарда была сильно приметной, и Элласар сто процентов спросит, а куда это подевались его бойцы в процессе инцидента. Хакерская атака, перехват управления турелями, разгерметизация некоторых отсеков — это бы знатно всколыхнуло обстановку. Но Тали и Солус остались на борту «Нормандии», и этот вариант отпадал как неосуществимый.

— А почему он не разгерметизировал внешние отсеки? — озвучил Джон пришедшую мысль, глядя на деваронца, распекающего одного из бойцов.

Ответила Миранда:

— Бережёт товар, сколько бы пираты с собой ни уволокли, под ноль склады они не вывезут, и вакуум попортит всё.

— И тогда голову ему открутят свои, — закончил Заид под одобрительный кивок турианца.

Шепард, скривившись, надел шлем и вывел на экран карту занятых отсеков, размышляя, где бы проделать дырку в обороне Солнц.

«Ку-ку» — появилось перед глазами сообщение без идентификатора отправителя.

— Твою ж…

На вопросительные взгляды команды Джон только отмахнулся.

«Призрак» умудрился не только незамеченным улизнуть с «Нормандии» и прошмыгнуть мимо охраны Солнц, но подобраться достаточно близко, чтобы без усилителя сигнала достучаться до командира.

«Хотя кто его знает, этого киборга, может, у него антенна в заднице», — подумал Джон, отправляя Сангу план занятых отсеков с краткими пометками.

«Принято, иду гулять, не теряй».

Джон проверил свой бластер: скоро веселье разгорится с новой силой.

_____________________ О причинах настолько сильной задержки продолжения читайте в блоге) Когда следующая часть? Без малейшего понятия)))