Стальной рыцарь 4

Глава 1

Глава 1

Лопасти, тихо шелестя, режут воздух, толкая стальную сигару дирижабля вперед. Еще около часа полета, а дальше — высадка. Люди наместника уже должны быть рядом с факторией. Туда же неведомый укротитель должен привезти тварей. А потом…

Даже не верится, что я вот так спокойно в ночи лечу убивать ни в чем не повинных людей, как какой-нибудь разбойник. Хотя… какие они люди? То, что они ходят и разговаривают, как мы, у них две ноги и руки, а также голова на плечах, не делает их людьми. Это такие же твари, как и те, что лезут к нам из пробоев. Даже хуже — они притворяются людьми, а сами распространяют отраву, убивающую тихо и незаметно десятки тысяч. При этом они кричат про законы, правду, свободу торговли. Но все это почему-то работает только у них и для них, когда им это удобно. Китайцы вот, например, для них не люди. А почему? А потому что слабы и не могут защитить себя сами. А значит, с ними можно поступать так, как захотят белые господа. А все остальные разговоры про благо мировой культуры, несомой цивилизованными странами несчастному Китаю, — это просто флер, обман для легковерных дураков, чтобы скрыть за собой разграбление страны. И не более того.

Так что будем верить поступкам, а не словам. И если чтобы спасти тысячи придется покрошить сотню — ну что ж, выбирая между наркоторговцами, теми, кто их охраняет, и обычными людьми, свой выбор я уже сделал. Поднимаюсь по пандусу в дирижабль. Так, хватит — минутка общения с совестью завершена.

Я посмотрел на обзорное стекло кабины. Внизу темнота, ни черта не видно, и летим мы сейчас с Патриком в основном по приборам. Рядом с нашим пилотом сидит пара юношей, запоминая все, что делает тот. А ирландец не ленится, объясняет подробно все для формирования у них понимания — только и нужно было пообещать ему дополнительных десять фунтов в месяц за обучение. Как говорил папа, нельзя складывать все яйца в одну корзину. А пока что Патрик у нас один и незаменимый. Ну ничего, через полгода или даже год вырастет и ему смена. Будущих пилотов отобрали среди лучших учеников, проведя тщательный отбор, чтобы и мозги были, и гибкое мышление, а самое главное — желание стать покорителем неба. Главное, чтобы они понимали, что он говорил. Стараниями наместника английский на постоянной основе изучали в местной школе для детей чиновников и аристократов. Обидно, что не русский, но ничего, медведь еще расправит свои плечи.

В темноте ночи на земле замерцал белый огонек: три коротких импульса в небо, следом на пару секунд загорелся зеленый огонек, чтобы сразу погаснуть. Прошла минута — и новая череда вспышек в той же комбинации. Я молча ткнул Патрика, указывая на сигнал. Тот и сам его заметил, быстро кивнул и крутанул штурвал, направляя дирижабль в ту сторону.

* * *

— Снижаемся, — скомандовал Патрик и начал плавно опускать штурвал вниз, поглядывая на высотомер и уменьшая скорость двигателя.

Километр, восемьсот метров, шестьсот… на полсотне Патрик дернул рычаг, сбрасывая якорную цепь. Еще немного — и якоря ударились о землю. Теперь те, кто внизу, должны зафиксировать их. Легкий толчок, и дирижабль замирает. Спускового механизма здесь нет, но есть быки и люди, начавшие подтягивать к земле наш летательный аппарат. Десяток минут ожидания — и дирижабль касается земли. Откидываются сходни, сначала выглядывают пара солдат с винтовками наготове, звучат незнакомые слова на китайском. И лишь услышав подтверждение пароля, солдаты опускают оружие. Пора.

Я выхожу из кабины пилота, спотыкаясь в темноте о цепи и, чертыхаясь, пробираюсь к своему шагоходу. Затем подняться в кабину пилота и захлопнуть за собой бронированную маску. Теперь самое сложное — выйти из тесного для Зевса нутра дирижабля: осторожно пятясь назад, молюсь про себя Богу, чтобы ничего не смять и не поломать своим шагоходом. Здесь торопиться нельзя: малейшая оплошность — и я могу разломать и пандус, по которому спускаюсь, и сам проход. Все-таки «Нырок» совсем крохотный и не предназначен для перевозок тяжелой техники. Тут бы, конечно, больше «Ласточка» подошла, но будем благодарны и за то, что есть. И так дорогущая техника забесплатно, считай, досталась.

Кстати, скоро должны будут прибыть обещанные подарки от наместника. И если, как и обещала Вань Тин, германцы предоставят все заказанное оборудование, у меня скоро будет много работы. Рабочие губернатора сумели извлечь из развалин крепости британские тяжелые орудия. И если одно восстановлению не подлежит — разве что на запчасти, — то два еще можно ввести в строй. Одно вообще практически не повреждено, только выровнять противоосколочный щиток. Второе — там чуть серьезней: выровнять смятые камнями станины, заменить колесо, но все же в дело его пустить можно. Главное, что прицел сохранился и сам ствол с казенником цел. Вместе с ними шли в нагрузку захваченные в крепости запасы пороха и снарядов — почти двести выстрелов, причем снаряды весьма разнообразные: и шрапнель, и фугасные, и осколочные, и даже бронебойные. Только вот это все добро нужно забирать самим. Тащить тяжеленные орудия по забитым грязью и ямами осенним дорогам можно бесконечно, поэтому нужно самим туда лететь. А топлива с гулькин нос. Ну ничего, я надеюсь, и этот вопрос мне удастся скоро исправить. Наместнику ничего, кроме уничтожения фактории британцев и наркоты, не нужно. А я не гордый — возьму все, что смогу с собой уволочь. Мне топливо просто позарез надо для полета на родину. И так каждый день думаю: нашли или не нашли мой тайник? По идее, я как смог скрыл следы, и без глубокого ремонта и вскрытия кабины пилота, например для ее замены, тайник обнаружить будет непросто. И все же, пока не заберу все лежащее там, покоя я не найду.

Остановив шагоход, я посмотрел на небо — светает. На востоке краешек неба уже стал розоветь. Скоро начнем. Я осторожно спускаюсь вниз, спрыгнув на землю, иду к доверенному слуге наместника, стоящему рядом с офицером и седым как лунь стариком с длинными усами и ухоженной бородкой, в дорогом шелковом халате. А это, скорее всего, дрессировщик. Редчайший дар, о котором я слышал только в слухах и думал, что это сказки.

— Приветствую, — подойдя ближе, я поздоровался с ожидавшими меня людьми.

— Начнем? — уточнил слуга и, дождавшись моего утвердительного кивка, быстро заговорил, развернув на раскладном столике карту. — Форпост находится здесь, — он ткнул в точку на карте. — Рядом река, по которой джонки часто перевозят товары. Тут раньше была рыбачья деревушка, — он показал группу домиков недалеко от форпоста, — но ее разграбили и сожгли пару лет назад, так что лишних свидетелей и глаз не будет. А сам форпост удобно спрятался в небольшой долине, прикрытый с запада и севера отвесным склоном горы. Вокруг почти повсюду лес, и лишь километрах в пяти тонкой ниточкой вьется дорога. Местность перед факторией расчищена, давая хороший обзор солдатам, несущим дозор на стенах.

— Хорошее расположение, — оценил я.

— Сами стены довольно прочные, — продолжил доклад негласный начальник разведки. — Сложены из кирпича в пять рядов, способных выдержать обстрел из легких орудий не меньше часа.

На стене, окружавшей форпост, были амбразуры для стрелков. Плюс каменные башни по углам, из которых на мир смотрели дула пулеметов. И, наконец, во дворе имелась небольшая батарея мортир, способных по дуге забросить снаряд километра на полтора-два. Все это добро охраняла рота солдат. Ну и как вишенка на торте — три боевых шагохода, пусть и весьма устаревших моделей. Видимо, в руководстве Британской Ост-Индской компании посчитали, что на Китай и такого старья вполне себе хватит. Да и пилоты, скорее всего, не самой лучшей квалификации. Ну, впрочем, а с кем им тут воевать? С разбойниками? Так они еще не настолько ополоумели, чтобы лезть на столь защищенные цели.

— Можно посмотреть на тварей? Какого они типа? — попросил я.

Дождавшись перевода моего вопроса, старик-китаец кивнул и махнул рукой, предлагая следовать за ним. Недолгая прогулка к реке — и я увидел стоящее на якоре судно. Поднявшись по трапу, я увидел сидящую в трюме жабу-вонючку, как ее у нас любили называть в академии во время подготовки. Монстр третьей категории, высокомобильный за счет прыжков, отличающийся средним уровнем опасности даже для тяжей за счет кислотных плевков и создаваемых ею ядовитых испарений. Сама тварь слабо защищенная: толстая зеленая кожа, покрытая наростами, довольно неплохо сдерживает винтовочные пули и даже пулеметные, но неспособна выдержать даже слабый орудийный снаряд. Сейчас тварь спала, вывалив из широкой пасти длинный фиолетовый язык. Толстые лапы с перепонками, торчащие по бокам тела, слегка подрагивали, словно она и во сне за кем-то гналась. Возле основания черепа виднелось нечто похожее на металлическую шпильку, вогнанную глубоко в тело. На кончике, выступавшем из головы, виднелся ярко-зеленый кристалл.

— И насколько она послушна? — уточнил я.

Жаба-вонючка была ключевой частью нашего плана, призванной выманить вражеские шагоходы за пределы крепости. Для максимальной убедительности нашей инсценировки атаки монстров на форпост.

— Кваша максимально послушна, — последовал ответ старика. — Те, кто ее создал, добивался максимального подчинения, подавив в ее разуме даже основополагающие инстинкты. Если потребуется — она умрет, но выполнит приказ.

— Вы думаете, ее искусственно создали? — задал я вопрос, давно мучивший меня.

— Разумеется, — последовал ответ. — Я достаточно долго изучал разум существ, забрасываемых к нам через порталы, прежде чем научился его брать под контроль. Жаль, что этот процесс долог и крайне затруднителен, да и получается далеко не со всеми. Но мне удавалось улавливать в их разуме остатки чужих приказов, их мыслеобразы и установки. Я всего лишь их слегка скорректировал: замкнул и перевел контроль на подчинение мне.

— А где второй? — уточнил я, и старик-китаец указал на прикрытую тканью огромную клетку в центре судна, под которой скрывался стенолом.

Точнее, его детеныш или уменьшенная копия. Но эта тварь, тяжело дыша, мирно спавшая на дне клетки, посыпанной соломой, явно была какой-то ущербной или бракованной: рост чуть меньше шести метров, вес едва ли тонн пять, может, и того меньше. Серая, местами облезлая шкура, короткие лапы и небольшой рог, торчащий в центре головы. Какая-то урезанная версия настоящего боевого стенолома — больше похожая на проверочную модель, прежде чем запускать всю серию в производство.

Теперь понятно, зачем понадобился я. Этот огрызок едва ли сможет разбить стены форпоста, не говоря уже о том, чтобы завалить три меха. На нее одну и «Мушкетера» хватит, не то что двух. Оправдывая название, у этих мехов стояли на вооружение длинные винтовки с патроном, как в моем монстробое или даже крупнее, магазин на пять выстрелов. Против слабобронированных тварей — неплохое оружие, используется в основном для прикрытия и поддержки. Они бы из нашего стенолома, пока он до форпоста дойдет, чучело сделали, нафаршированное пулями. А «Тамплиеру» и одного выстрела хватит, чтоб его разнести.

— Ну что ж, все более-менее ясно. Можем начинать. Укрытие для шагохода уже готово? — спросил я.

Офицер, стоявший рядом, быстро закивал. Действовать решено из засады. Если что-то работает — зачем это менять? Мне здесь бои не нужны. Один точный выстрел, который все должен решить: разобравшись с вражеским средним мехом, потом добить малышей, дав возможность нашему стенолому проделать дыру в стене. По уверению его хозяина, он должен суметь это сделать.

* * *

Я осторожно веду Зевса вдоль прибрежной линии, сминая тростник и кусты. Из трюма речного судна готовятся выгружать тварей, менталист уже начал свою работу, пробуждая их. Сумерки и расстояние вместе с лесом скроют мои перемещения от глаз вражеских часовых. Десяток солдат на окраине деревни взмахами рук указал мне, где укрыться — широкий длинный овраг, куда я осторожно завел меха и опустил в сидячее положение.Маскировочная сеть опускается сверху, скрывая очертания моего шагохода.Оставалось лишь выставить орудие и прицел на точку, откуда должен показаться враг.

Готово — перекрестье прицела смотрит в сторону леса. Теперь ждать.

* * *

— Сэр Артур! — Слуга осторожно тронул за руку своего господина и в ответ получил пинок ногой в живот, от которого привычно увернулся и продолжил тормошить виконта. — Сэр Артур, проснитесь! Нападение! Майор Гарфилд приказал вас разбудить. Тревога!

На эти слова виконт нехотя приоткрыл глаза и мутным взглядом посмотрел на своего слугу.

— И кто там на нас напал?

Со двора крепости слышалось потрескивание винтовочных выстрелов, несколько очередей пулеметов разрезали воздух, и даже раздалась пара приглушенных хлопков от выстрелов мортир.

— Твари, сэр, — быстро ответил слуга, помогая ему встать. — Минут десять назад одна показалась возле крепости. Ее пытались отогнать, но лишь разозлили. Сейчас она скачет вокруг крепости и плюется кислотой, уже двое солдат ранены. Майор Гарфилд приказал вывести шагоходы и прикончить эту чертову тварь или хотя бы отогнать ее от крепости.

— Охота! — Артур счастливо улыбнулся и позволил слуге наконец-то натянуть сапог на ногу.

Ее он обожал. Это было его главное и самое любимое занятие — наравне с картами, виски и женщинами. Четыре самых пристойных и благородных занятия для настоящих джентльменов. Кто-то еще добавлял в этот список войну. Но воевать Артур не любил. Ему уже приходилось подавлять голодные бунты в Ирландии. И это было скучно и убого: с высоты шагохода людишки казались мелкими и неинтересными. Из забавного было разве что пытаться давить их ногами. Но и это быстро надоедало — никакого азарта или попытки сопротивления. У повстанцев из оружия были лишь старые охотничьи ружья, способные разве что краску поцарапать на его мехе. Скукота. Бреди по покрытым вереском холмам в поисках очередной грязной деревушки, а потом смешай ее с грязью, из которой ее и слепили эти дикари. Изредка удавалось пострелять. То ли дело охота на лис, оленей: звон горна, лай псов, преследование жертвы. А после — светский раут среди благородного общества джентльменов и леди.

И всего этого он лишился из-за одной дуры. Она что, и вправду думала, что он женится на ней — нищей дочке священника? Сама прибежала к нему в охотничий домик, стоило прислать ей письмо. Тогда ему было просто скучно, и он был пьян, хотелось чего-то нового, свежего, а не общества потасканных шлюх из ближайшего борделя.

И в начале было даже хорошо, пока эта дура не стала задавать вопросы про свадьбу. Он велел ей убираться прочь. Лучше бы ей было тогда его послушать. Когда она стала требовать от него выполнения его обещаний, крича, как придорожная шлюха, он и поступил с ней соответственно — как поступают со шлюхами, отдав ее своим друзьям. Наутро, опозоренная, она повесилась на воротах их поместья. А ее папаша добрался даже до епископа, требуя закона и справедливости. Суда, разумеется, не было. Но чтобы замять скандал, его отослали на год в Китай, где он буквально умирал от скуки, не зная, чем толком себя занять.

Кроме как охоты на китайцев, здесь не было ничего увлекательного. Забавный местный вид спорта, придуманный скучающими так же, как и он, местными офицерами, предлагавшими за мешок риса местным голодранцам стать их добычей: сумел спрятаться или убежать в лесу, продержавшись час, — мешок риса твой. Ну а если нет… Трупами бедняг, которым не повезло, можно было заполнить целое кладбище.

Он застегнул костюм пилота и вышел во двор, где уже царила суета. Из ангара выводили местную рухлядь, по ошибке называемую шагоходами. Для его «Щитоносца» в ангаре фактории просто не нашлось места. Он и прибыл-то буквально пару дней назад, сопровождая груз на усиление местного гарнизона. Тут местные вроде как зашевелились, осмелились приподнять головы, мешают поставкам пыльцы, подрывая доходы корпорации, часть акций которой принадлежала, между прочим, и его семье.

— Что там? — уточнил он, натягивая перчатки на ладони.

— Одна тварь, — быстро доложил сержант, подбежавший к нему. — Крутится вокруг крепости, как заведенная, и постоянно прыгает туда-сюда. И еще плюется какой-то дрянью.

Словно в подтверждение его слов, в центре двора упал комок зеленоватой слизи, разлетевшийся на капли во все стороны. Пара задела даже сновавших во дворе солдат, и один из них с воплем покатился по земле.

Сэр Артур досадливо поморщился и начал подниматься в кабину своего меха. Даже отцу не пришло в голову лишать своего сына меха, подаренного ему на восемнадцатилетие. Относительно невысокий по сравнению с другими шагоходами тяжелого класса, он был при этом очень широк. Упор делался на скорострельность и защиту: два массивных щита, закрепленных на руках, соединяясь, создавали один мощный щит, прикрывавший его шагоход от возможных атак. А при развороте щитов открывалось его главное оружие — два мощных орудия с ленточной подачей зарядов, позволявших сделать до шести выстрелов в минуту.

С высоты меха он наконец заметил досаждавшую крепости тварь. Обычный монстр третьей категории, как блоха крутившийся возле крепости, время от времени замирая на пару секунд, чтобы плюнуть отравой, и затем снова продолжая прыгать. Обстрел из винтовок и пулеметов почти не причинял ему вреда, а попасть из мортир по быстрой и подвижной цели было почти нереально.

Створки крепости раздвинулись, открывая проход. И, не удержавшись, он крикнул в переговорник:

— Тому, кто первым завалит тварь, я вечером проставлю выпивку!

В ответ он услышал радостные вопли пилотов.

Идиоты. Ее, разумеется, первым убьет он. Отличный трофей, который будет не стыдно даже привезти домой.

Друзья если вам нравится проект не скупитесь на лайки, поддержите книгу, что бы о ней узнала больше людей. Вам не сложно мне приятно. Ваш Автор

2