Стальная бабка, или потом название придумаю

0.1

Любое утро для почётного жителя Риготы, владельца продовольственных складов Центральной мачты, наследника огромного состояния и по совместительству самого, наверное, мерзкого ублюдка во всём Содружестве начиналось с боя. Был то бой часов, или удар по буйной головушке аристократа, зависело от того, как завершился предыдущий вечер. Это утро совершенно точно не задалось, ведь вместо телохранителя или портье лорда будил сам городской глава. Ни в одном месте Вселенной личный визит высоких чинов не заканчивается хорошо, а уж те непотребства, что чин со своей высоты совершал на лицо патриция, позволяли увериться, что ситуация очень неприятная.

В творящемся вокруг возлежащего на мостовой человека хаосе можно было различить лишь слабое шипение придушенного стальной перчаткой личного охранника лорда. Отдельно от этой прекрасной композиции стоял Жевет Лигор, городской управляющий и по совместительству почти трёхметровый варак, и обрушивал плевок за плевком на макушку купающегося в грязи аристократа.

- Джеральд Антуан Реденни! - кричал непонятно как здесь оказавшийся глашатай со свитком в руках — Вы обвиняетесь в осквернении монумента Лииру Покорителю Лабиринта, в разбое на улицах квартала Энергетиков, ограблении шести таверн на сумму одна тысяча триста сорок две универсальных облигации и попытке публичного онанизма!

Сквозь строй железных монстров, лишь по недоразумению называющихся людьми, протиснулась щуплая женщина лет шестидесяти с кислой миной на лице и толстой кипой бумаг. Женщина, не потрудившись даже обратиться официально, ткнула Жевета кулаком куда-то в район середины бедра, и не смотря на предельно удивлённое лицо градоначальника, начала протягивать ему документы.

- Вот, это справка о неизлечимой клептомании, это официальное признание в ненависти к золотым статуям более шести метров в высоту, это заключение о неисправности логических цепей импланта господина Реденни! Забирайте, вытаскивайте Джерри из лужи и валите на все четыре стороны!

Лицо главы города вытягивалось с каждой прочитанной строчкой. Стоит отметить, что градоначальник хоть и был гуманоидом, не имел привычных черт лица, да и не мог их иметь, так как являлся трёхметровым ящером. Его лицо напоминало ботинок из кожи крокодила, на котором по воле Вселенной выросло четыре жёлтых глаза с горизонтальным зрачком. Поэтому удивление Жевета Лигора выглядело скорее как переход ботинка из нового состояния в состояние отвалившейся подошвы.

Совладав с прохудившимся сапожным изделием, Жевет заговорил. Именно так, как и положено ботинку. Слова хоть и были понятны, но складывались они из звуков скрипа, шипения и трения двух несмазанных шестерней друг о друга.

- А вы, собственно, кто? Управляющая, экономка?

- Не ваше дело, мистер «плюю на голову всем подряд» Лигор. Кстати, одолжите платок, будьте любезны.

Не дожидаясь ответа, женщина подпрыгнула на высоту собственного роста, выдернула из нагрудного кармана ящера зелёный бархатный платок и начала стирать с головы павшего лорда шипящую на свежей плеши слюну. Таких плешей, уже покрывшихся коротким ёжиком, на голове Джеральда Реденни насчитывалось около двадцати. Избавив череп аристократа от возможного отверстия, она закинула своего подопечного на плечо, и гордо прошла сквозь оцепление, одним движением руки оттолкнув закованного в полный доспех гвардейца.

Только тогда спохватился градоначальник, и крикнул женщине в спину:

- Здесь нет документа, разрешающего онанизм на центральной площади!

- У него не встал! - авторитетно вымолвила она и скрылась за поворотом.

____________________________________________________________________

Когда единственное, что ты умеешь в жизни — это фантазировать и паять, немудрено стать инженером-изобретателем. К сожалению для Арани Сертеса, в жестоком мире города-механизма инженеров много, а фантазия лишь покажет ужин, но не даст им насладиться. Именно по этой причине обладатель семисот патентов был беден как церковная мышь и очень голоден. В эту смену его в очередной раз выгнали из буфета мануфактории. Каждый раз, когда «Страж столовки», как прозвали рабочие слишком умный для своей конструкции турникет, не пускал Арани поесть, он проклинал тот день, когда родился калианцем.

Арани Сертес был убеждённым космополитом, считал что все разумные виды равны, выступал на всех демонстрациях калианской общины. Именно в расизме он видел главную проблему общества. Он считал, что турникет обращает внимание на его грязный комбинезон, нечищеные зубы и рваную кепку именно поэтому, потому что его кожа синяя, потому что у него нет носа, а единственный глаз находится прямо надо ртом.

Хотя разум Сертеса был занят высокими материями, всё остальное тело не считало их чем-то важным. Живот громко бурчал, напоминая своему нерадивому хозяину, что он не ел уже трое суток. Как на зло в тёмном проулке, по которому брёл голодный инженер, не было еды, воды, и даже воздуха не хватало. Свернув за угол, он пошел вдоль развалов, на которых лежали прелые, выброшенные с верхних уровней, овощи, странные освежёванные звери и прочий не особо съедобный скарб. Поскольку денег Арани не имел по определению, он собирался быстренько стащить особо хреновый товар, чтобы за ним гнались не очень долго, и съесть его в ближайшем углу.

В этот день Сертесу улыбнулась удача, у одного из торговцев не было ноги. Попытавшись схватить с прилавка подгнивший картофель он понял, что улыбка удачи была гнилой. Из-за спины инвалида взметнулся покрытый ржой механодендрит, и единственная чистая его часть вонзилась незадачливому вору в грудь. Этой чистой частью была парализующая игла пневматического инъектора.

Последние секунды в сознании Арани Сертес проклинал тот день, когда родился калианцем.

____________________________________________________________________

В таверне на центральной площади второго уровня было шумно, шла драка. Уважаемый хозяин мастерской часовых механизмов не поделил стол с компанией отнюдь не уважаемых личностей, которые по слухам похищали горожан и в принципе занимались не самыми приличными делами. Видимо они надеялись, что репутация защитит их от любого общения, но в этот день им не повезло. Хозяин мастерской имел очень вместительных желудок. И именно сегодня в нем было достаточно алкоголя, чтобы пробить кружкой голову одному из компании личностей, а после громко возмутиться занятому этой компанией столику. В итоге возмущение стало всеобщим, а драка массовой.

Единственным, кто не принимал участия в потасовке, была сидящая чуть в стороне от трактирного боя крупная женщина. Её даже можно было принять за человека, но на такое были способны только самые отъявленные любители спиртовых настоек. Дело в том, что у женщины не было носа. Это была не травма, а факт, она без него родилась.

Каждый входящий в таверну интересовался именно у неё, что же собственно происходит. И каждому вопрошающему она с неизменным энтузиазмом отвечала:

- Понятия не имею, я только пришла!

Убедительности этой фразе добавляла полная острых зубов улыбка и задорно помигивающие огоньки под кожей лба. Звали эту жизнерадостную особу Терта Инмарита Секунда. Как говорила ей в детстве мамочка, такое мелодичное имя должно было отвлечь окружающих от отсутствующего носа, а приставка должна показать, что она такая не одна. Те, кому посчастливилось послушать это объяснение, осеняли себя знамением того бога, которого смогли вспомнить первым, и удалялись. Очень уж их пугала перспектива встретить первую Терту.

Но несмотря на агрессивный и пугающий внешний вид, ей больше нравилось смотреть, нежели участвовать. Именно за тем она и приходила в таверну каждый день. Драки здесь случались регулярно, и после них обычно оставалось много чего интересного. Это интересное было вторым после зрелища, что интересовало девушку. Когда смотреть было больше не на что и все расходились, Терта делала в таверне что хотела.

Каждое утро после драки главный зал был идеально чист. Все следы крови и других увечий участников драки были буквально вылизаны. Правда если швабра и ведро с водой всегда обнаруживались в углу, то на тряпках не было и следа крови. Даже тот единственный труп умершего с перепоя бродяги так и не нашли.

____________________________________________________________________

Запись в дневнике наблюдателя города-механизма Ригота

«877 год от Лабиринта, 14 марта.

Город как будто успокоился, происшествий сравнительно мало. Ночью подебоширил местный мот из благородных. Его снова вытащила та женщина, что откликается только на «Миссис Мари», я всё ещё не выяснил кто это. Ранним утром пропал инженер, тот самый, что отказывается от денег за свои изобретения. Вышел из мануфактории и как в воду канул. Не нашли даже следов. Вечером была драка на втором уровне, в трактире. Держу пари, что калианская полукровка со странными имплантами снова всё уберёт. Хотя куда она денет того урку, которого приголубил кружкой часовщик, мне очень интересно.»