Стаф V: Некрос. Часть первая

Глава первая

Вместо предисловия

Все события и персонажи в данной книге являются авторским вымыслом. Любое совпадение с реальностью и реальными людьми не более, чем совпадение. Автор не преследует цели сформировать привлекательный образ нетрадиционной сексуальной ориентации, а поддерживает семейные ценности.

ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ. ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ ТАБАКОКУРЕНИЯ. КУРЕНИЕ УБИВАЕТ.

Глава первая

— И как это понимать, Стаф? — неопределенный вопрос, должный заставить сразу выкладывать подноготную, едва не начав бегать кругами по шатру с криками: «Шеф, все пропало!».

Ага-ага.

Тон Альфреда вполне себе спокойный, даже доброжелательный. Но ни на секунду не следовало забывать, что с таким же выражением на лице, тот, не задумываясь, может собственными руками перевести в разряд подопечных своего соратника — Игоря Семеновича Давлетшина, находившегося рядом. Торг, а точнее, предъявленный ультиматум по передаче Чаши Северу из головы не выветрился, не развеялся, как дым, на фоне последующих совместных «дел». И это правильно. Вспомнился и взгляд, когда тот пытался разобраться в причинах моего упорства в модуляторе.

Тем временем некромант развалился в огромном кресле, явно принесенном из Городища. С низкого столика с вычурными бронзовыми ножками, стоящего слева от мага, на меня злобно взирал оскаленный человеческий череп. В глубине глазниц тускло тлели бордовые угли, отблески которых отражались на столешнице из черного камня с белыми прожилками-линиями, образующими довольно сложный рисунок. Неправильная пентаграмма... И еще внимание привлек, лежащий рядом с «мертвой головой», иззубренный кинжал антрацитового цвета. Рукоять костяная наборная и пожелтевшая от времени, но взгляд приковывал в первую очередь обоюдоострый клинок. Казалось, если присматриваться, то по его поверхности постоянно двигались тени. Магги ничего не видела. Однако вещи явно непростые. И кто бы еще рассказал, для чего они здесь приготовлены?

Давлетшин в обычной своей манере любовался маникюром или же многочисленными перстнями на пальцах, игрой света на драгоценных камнях. А может просто медитировал, но вид, отрешенный донельзя, словно его происходящее не интересовало совершенно.

Антураж мне, мягко говоря, не понравился. Пусть мурашки по спине не забегали, но возникло ощущение опасности, которое заставляло продумывать каждое слово в предстоящем разговоре по душам.

— Что именно? — осторожно спросил после затянувшейся паузы, вновь осматриваясь: понять бы еще где я и как именно тут оказался. Вот дурак! С первым помогла сразу карта и указатель. Озарение, мать его! Ответ удивительный — в полевом лагере. С последним, что может быть проще? Оглушили, притащили сюда. Кто? Да, вон же «сладкая» парочка. Главное в другом, где Федор и его присные? Неужели гниды в живых остались? Или их два товарища на ноль помножили, но в итоге крайним буду я? И лучше бы второй вариант, нежели остальные. По крайней мере, после гибели Пламенного, врагов становилось на одного меньше.

В сознание пришел несколько минут назад, лежащим на боку. Открыл глаза и очень удивился, что оказался в огромном пустом шатре. Роскошная обстановка вокруг напоминала вчерашний особняк, конечно, до моего разграбления. Это смог рассмотреть и резные шкафы, и массивные мягкие кресла, да и вообще мебель.

Первые мысли и ощущения радостные — не связан, не скован. До сих пор в родном «Черном Скорпионе», все иконки артефактов и заклинаний активные. И «Шокед II» в слоте — готов последний и самый дорогой, во всех смыслах данного слова, аргумент. Когда его туда переместил из хранилища, уже не помнил. Все боевые артефакты, как и «Абсолют Крио» откатились. Пояс вместе со слотом исчез. Федя — сука! В голове как-то пусто, мутно, но один черт хорошо — вроде бы не узник замка Ив.

Уже хлеб.

Сел.

И сразу повело в сторону, едва не сверзился с невысокого топчана. Перед глазами все в красную и замутило, едва здесь же не вывернуло наизнанку. С трудом удалось сдержать рвотные позывы. Это чем меня таким убойным приложили? И какое-то безразличное — не все ли равно?

Замер на несколько секунд, пережидая пик головокружения, а затем кровь с высшего помогла развеять мрак. Сразу замерцали скупые строки в левом верхнем окне: «Внимание! Концентрация данного компонента в вашем организме превышена! Во избежание негативных последствий в течение следующих суток воздержитесь от приема средств, в которых присутствует, в том или ином виде, демоническая кровь, как с высших, так и с низших обитателей других планов бытия», и таймер обратного отсчета, рассказывающий, что «сутки» отнюдь не земные — стандартные.

Вот это уже плохо. Магги — сука. Нет рассказать, чем грозило преждевременное использование такого важного лекарственного средства. Молчала.

Так.

Дальше. Важное. Крио вокруг ноль, набрано на текущий момент — триста сорок пять. Нормально. И в этот момент, откинув полог, в шатер первым зашел хмурый Альфред, за ним появился невозмутимый Давлетшин.

Сейчас все это промелькнуло в голове, пока доставал сигареты, прикуривал. Первые три затяжки у курильщиков со стажем всегда прекрасные, затем всякое могло быть. Но тут мне будто наждачкой по горлу с силой провели, а затем, как шомполом ее же в легкие затолкали. Закашлялся. Вторая пошла легче.

— Курить — здоровью вредить! — усмехнулся главный, и сам плюя на свое же утверждение, вытащил портсигар откуда извлек папиросу. А затем на свет появился амулет Истины, рассказывая лучше всяких слов о предстоящем предельно честном разговоре.

— Стаф, не тяни кота за причиндалы, поведай, как дошел до жизни такой? — улыбнулся одними уголками губ Давлетшин. Но взгляд стал цепким, как у бультерьера-убийцы, готового сомкнуть челюсти на глотке жертвы. И череп на столе вроде бы, как клацнул зубищами. Но опять неопределенный такой вопросик, мол, сам расскажи всю подноготную. Неожиданно пришло в голову, что «собеседники» ничего не знали конкретного о произошедшем, иначе бы вели себя совсем, совсем по-другому.

— Пока точно не помню, — отрицательно мотнул головой, пояснил, — До сих пор все плывет, как в тумане. Как я, вообще, здесь оказался? Что произошло?

Эстафету из уст некроса подхватил Альфред.

— Тебя притащил в лагерь Федор, вместе с двумя своими учениками. Сдал на руки мне. Сказал, что именно ты расскажешь обо всем произошедшем, потому как нашей звезде Севера негоже воздух сотрясать зря. Хотя и его понять можно, подопечных нужно было спасать срочно. Досталось им неплохо. Да, неплохо. Пусть и в «анабиозе», но их требовалось в ограниченные сроки доставить до Норд-Сити. Это без лирики, с ней — не до разговоров Кабану с простыми смертными. И дело-то у него нарисовалось целой Клановой важности, — в последних фразах явно проскользнуло раздражение, плохо сдерживая злость, некий намек на зависть, — Кстати, заплатил от твоего лица за арты, кристаллы, базы знаний, какую-то дополнительную литературу. Список есть — скину, и чистые характеристики. Все, о чем мы с тобой говорили. Но доставят покупки только ближе к вечеру, как и заказанное ранее. На словах просил передать: на остальное можешь не рассчитывать, награда за Арха пойдет на лечение его учеников, как и гринды, с него же, плюс все остальные трофеи. Еще, цитирую дословно: «Мы с ним в расчете! Так и скажи, претензий не имею, но на глаза мне пусть лучше не попадается. Пока не остыну! Полезет, значит, сам себе враг». Собственно, все.

— Как он смог нас донести в одиночку? Больше же никого рядом не было... И долго я находился без сознания? — задал откровенно дурацкие вопросы, но соответствующие моменту.

На первый ответ простой — «магия», на второй можно и самому примерно по часам сориентироваться. Однако я просто тянул время, лихорадочно обдумывая, что можно сообщить заместителю главы экспедиции и Игорю Семеновичу, а чего нельзя говорить ни при каких обстоятельствах. Грехов за мной числилось только с момента выхода за защитный купол — как блох на шелудивом псе. Понимал и верил, что за массовые убийства никто меня по голове не погладил бы. Да и нужно ли кому-то знать о конечной точке маршрута мстителей, находящейся в Чертогах Великого Холода?

Не думаю.

Посмотрел автоматически в «Договора», точно, закрыл кабан-переросток. Собака серая! Похоже прикидывался, валяясь типа без сознания, а затем, когда окончательно понял мою решимость его грохнуть, то оглушил. Убивать не стал. Но почему? Учитывая поступки Феди, ледяной ветер пронесся по позвоночнику… Маг просто так, по велению души, ничего не делал. И за каждым его шагом всегда имелся второй, третий и даже четвертый потаенный смысл.

На секунду пронеслась дикая мысль, а не он ли все срежиссировал, влияя на события с Черного дома? Нет, на бред похоже. Или… Вот именно, неясно. Однозначно ясно другое — я пока еще до конца не отработанный материал, поэтому и жив. Но не о том мысли. Сейчас требовалось отбрехаться. Дружелюбная обстановка могла поменяться в один миг, вон даже Давлетшин стал выказывать нетерпение — побарабанил пальцами по столешнице рядом с рукоятью магического кинжала. И важный вопрос, он левша?

Пауза затягивалась, я уже не ожидал ответа, но все же здоровяк заговорил:

— Как-то справился Пламенный, он же полноценные три А, если не выше. Левитировать вас заставил. Сколько ты находился в отключке? Неизвестно. Но сейчас почти обед по-местному времени, твои одногруппники давно в Городище шуршат, — неплохо меня заглушил Федор, неплохо, — Теперь рассказывай! Четко, внятно и по существу!

— Хорошо, — даже кивнул, показывая готовность к сотрудничеству, — Я сразу взялся выполнять ваше поручение. Поэтому после изучения материала, полученного от Альфреда и согласно приказу, начал исследовать точки сопряжения и якоря, — главный утвердительно кивнул, всматриваясь в глубину амулета Истины. Он вроде бы никаких тревожных сигналов не подавал — не менял интенсивность свечения, не мигал и так далее. И только сейчас в голове, будто щелкнуло, прояснилось: почему чужой артефакт должен что-то транслировать всем и каждому, вполне достаточно передачи данных и одному хозяину, не так ли? — В итоге обнаружил, исходя из теории, следы неизвестного ритуала, а именно гигантскую пентаграмму. Так же по косвенным признакам определил, что там было совершенно жертвоприношение. Об этом говорили свежие останки демонических созданий и других существ, видовую принадлежность которых определить, к сожалению, не удалось. Кроме того, опознал фрагменты нескольких человеческих тел. Более того, проводя розыскные мероприятия непосредственно в эпицентре точки сопряжения при помощи комплекса «Искатель», нашел вот это….

Движением фокусника извлек из внепространственного кармана размалеванный цилиндр, который вроде бы начал светиться.

— Мать! — ругнулся в голос, едва не отпрыгивая в сторону Альфред, а я вновь оказался парализован, иконки артефактов, заклинаний и даже рун потухли.

На ладони здоровяка мгновенно возникла шаровая молния размерами с теннисный мяч. Запахло озоном. Некромант в долю секунды оказался на ногах, переместился чуть в сторону, сжал готовый к бою кинжал в левой руке (надо же угадал), его лезвие хищно блеснуло антрацитом. За плечами Давлетшина заклубился первозданный мрак в виде огромных рваных крыльев. По столешнице покатился череп, бряцая нижней челюстью, звук падения на пол приглушил ковер.

Разрисованный цилиндр вырвался из рук, оказался возле мага, а затем исчез в фиолетовом мареве. Убрал в свой внепространственный карман или уничтожил? Оцепенение тут же сошло. А напряжение в шатре сразу сошло на «нет». Это почувствовал на собственной шкуре пропали волны незримой энергии, от которой шевелились даже волоски на теле и пробегали мурашки по коже.

— Ты — идиот! — не пытаясь оскорбить, лишь констатируя для себя очевидное, как-то устало произнес здоровяк, опускаясь в кресло, которое несмотря на монументальный вид под весом человека надсадно скрипнуло, — Установи базы, наконец…

А некромант с независимо-безразличным видом прошелся по помещению, развернулся на пятках и вновь намотал «круг».

— Никогда не хватай руками и не тащи всякую дрянь в поселения, — просвещать Альфред, — Особенно ту, о природе которой ты даже в принципе не знаешь… Неужели у вас ТБ не провели? Ты понимаешь, что это?

— Не понимает, — чуть скривив в усмешке губы, покачал головой аристократ, — Если бы понимал, при себе даже во внепространственном кармане не таскал бы. Тем более там... Мда, не зря говорят, что иногда простота хуже воровства. И значительно, — Игорь Семенович посмотрел на меня внимательно, подумал-подумал, но все же соблаговолил пояснить. Я молчал, боролся с проснувшейся яростью, а еще имелась некая извращенная благодарность бывшему учителю. Нет, Федя, ты — молодец, несмотря ни на что! Уже вечером ни одна сука меня больше не сможет парализовать! Страшно ощущать собственную беззащитность и беспомощность особенно в таком окружении. Щелчок пальцев любой твари, и ты хуже Буратино, тот хоть двигаться мог, а не только глазами лупать, — Это, Стаф, Негатор Жизни. Пусть почти разряженный и предельной опасности не представляющий, но и сейчас его хватит, чтобы организовать мертвую зону в радиусе метров десяти вокруг себя. Когда я говорю здесь про «мертвую», то не предаюсь патетике, а лишь констатирую. Умрет все, вплоть до микроорганизмов. Если такое средство использовать в той же экстерналке, то на том месте лет сто, а то и двести ничего расти не будет. Идеально круглое пепельного цвета пятно. Увидишь такое во время поисков — обходи десятой дорогой. Серьезная дрянь. Даже когда сам негатор отработает свое, все равно само пространство в тех местах вытягивает из любого существа жизненную энергию, так как оно меняется. А если попадешь под прямой удар — никакая защита не спасет, кроме далеко за три А или очень редкие артефакты. На сегодняшний день такая имеется у нескольких тысяч из десятков миллионов обитателей Нении. Кстати, ты не запомнил, какой там был магический узор? Символы? Сможешь описать? Нарисовать? Эх, знал бы… — в последней фразе явно сквозило неприкрытое сожаление об упущенных возможностях.

— Не только могу, но даже записал на видео. Вот, — скинул результаты «изысканий», и на пару минут воцарилась тишина, пользуясь моментом, я вновь закурил. Неплохо их напугал. И еще сожаление, они не знали о негаторе и даже не предполагали наличие такой убойной вещи в локации. Мне бы она точно пригодилась, чем не «Мертвая рука»?

— Ты смотри, вот где настоящий оперативный работник пропадает, мля, — видимо Альфред еще до конца не оправился от того, что всего в шаге от него прошла Девушка с Косой. Самое поганое для здоровяка оказалось ощущение, что он ничего не мог противопоставить ей.

«Прочувствуй, сучара! А я с этим живу каждый миг», — родилась злорадно-победная мысль, которую пинком отправил подальше. Извращенная гордость без причины мне абсолютно не понравилась. Конструктив заключался в другом, нашлось слабое место главного. По-настоящему слабое. И это следовало запомнить. Заглянул бы тот в мои мысли, точно бы грохнул, но пока только выплескивал адреналин вместе с ругательствами.

— Вот они какое паскудство задумали… — продолжал между тем Альфред, — Наш лагерь после окончательной зарядки негатора уничтожить, как два пальца об асфальт. Ближе к входу шарахнуть, и о сборе можно позабыть, как и количество жертв достигло бы пары тысяч. И все мы в большей степени под Домом Морозовых. Диверсия, мать ее! Насколько я понимаю, для завершения ритуала еще и «чистые» нужны?

После последних фраз я почти возликовал, старясь не подать вида. Хорошо внимательно слушать собеседников, так вроде бы треп, но мне он давал многое. Вот на кого можно списать всех пропавших без вести — подлые шакалы-некроманты! А ведь на моей совести во время ночного променада с десяток убиенных образовалось, не считая всякое отребье, уничтоженное днем непосредственно в Городище.

Вы еще, господа офицеры, самого главного не знаете! Необходимо аккуратно-аккуратно, на цыпочках направить мысли Давлетшина и Альфреда в нужное русло. Но так, чтобы им казалось, что это плод их измышлений и логических выкладок. Тогда первыми с пеной у рта станут доказывать о непричастности собирателя Стафа к произошедшему. Был и скользкий момент, счетчик адепта. Вот его никому не покажу, буду стоять на одном — категорически нельзя, согласно обетам и заветам. Иначе точно пустынных червей отправлюсь кормить.

— Именно так, Альфред, именно так. Но послушаем непосредственного участника всех событий и добытчика разных трофеев, от которых, чего греха таить, даже у меня волосы на затылке шевелятся. А после некоторые предварительные выводы и сделаем. Может, учитывая неожиданное появление Федора, у нас и сложится целостная картина, — опять лениво сказал некромант и заставил череп взмыть в воздух. Тот беззвучно опуститься обратно на столешницу, на этот раз прямо в центр неправильной пентаграммы. Я в магическом зрении заметил, как вокруг него засветился фиолетовый круг, который превратился в сферу.

— Стаф, говори, что было дальше! — последовал приказ от здоровяка.

— Исследовал стационарные точки по маршруту, но там ничего не смог найти. Может и было нечто из той же оперы, но мне низкая «наблюдательность» не позволила обнаружить какие-то следы, — при словосочетании «низкая наблюдательность» Альфред как-то снисходительно хмыкнул, мол, кто бы говорил.

— И еще выявил одну странность, — поднял вверх указательный палец и поспешил поделиться «подозрениями» о неправильности окружающего мира, хотя из разговора собирателей «чистых» точно понял причины явления, но раз решил под дурочка косить, то не стоило отходить от плана, — Теневое зверье, будто вымерло. Ни-че-го! Ни тебе червей, ни поползней, ни маунахов, котика еле-еле поймал, и то все обшарил, в каждый трещину заглянул, — и ведь нигде, нигде не соврал, просто про других тварей не договорил, — А по идее, как мне сообщали, их должно быть много. Оче…

— Ошибаешься, — нетерпеливо перебил некрос, — В стандартные загрузки все так и есть. Но пульсары очень сильно меняют картину. Теперь сущности размазаны по локации, тебе побегать придется, но это нам не важно. Стаф, давай только по делу. Без пустопорожнего. Слушаем!

— Затем встретил двух мертвецов. Страшные, какие-то не такие… Как сразу не смог их обнаружить, они же хуже старых козлов воняли, вычислить за километр можно было. Глаза только не слезились! Другой дорогой бы обошел. Но… Тогда вряд ли…. А тут, смотрю…

— Стаф! — в голосе вожака послышались металлические нотки.

— В общем, жрали они лося, и похоже заточили волков парочку, ну и другую живность. Поэтому и поменялись. Да, что говорить! На моих глазах один в прыжке филина поймал, как сникерс заточил! — тут темный дознаватель только возвел очи горе, мол, одолел, как же ты одолел сука со своими соплями и переживаниями, — Те меня заметили, я попытался убежать, — и видя вопросительный взгляд Альфреда, которого моя боевитость в модуляторе привела в состояние околошоковое, поясняя добавил, — Боязно в драку вступать было, все же тренажер — это тренажер. А те, как на подбор неправильные, здоровые — меняться уже начали. У них, как у дикобразов на спине иглы, только по шесть, — потряс я растопыренной пятерной, —. Они в погоню, а я чуть ноги не переломал. Буреломы, ямы, овраги. Ветки по лицу хлещут, я бегу, ору, страшно...

— Стаф!

— В общем вынесся я прямиком на лагерь двух сталкеров. Твари же переагрились сразу, в момент! Все произошло настолько быстро, что помочь я не смог, — еще бы желание было, а дальше опять неподдельные эмоции, — И каково было мое изумление… Вы не представляете! Просто это нужно было видеть! Когда вместо того, чтобы рвать на части людей, зомби их оглушили! Просто взяли — тюк. И грузите апельсины бочками! И они этим и занимались, на спины себе закрепили жертв. Я смотрю, вот для чего вам эти паскудные отростки! Как веревками спутали. Бить молнией не решился, но еще подумал — это не спроста, тем более я таких полуразумных и искал. На ловца и зверь вышел!

А дальше я эмоционально пересказал все случившееся, опуская многие мысли, все чувства связанные с деструктивом. Меня часто перебивали, заставляли сконцентрироваться на сути, но нет-нет продолжал «сбиваться» на многочисленные малозначительные детали. Впрочем, реальные. Неподдельно сожалел, что ритуал чернокнижников не смог прервать, так как ошибся в его природе. Здесь посетовал об отсутствии необходимых и важных знаний. Алиэль удостоилась множества эпитетов от Альфреда, самым безобидным был — «блудливая мразота». Но в целом, никому не было дела до погибших сталкеров и канувших в лету магов. У вопрошающих глаза зажглись, когда услышали про портал. Опять большой босс не сдержался и матерно прошелся по Пламенному. Закончил я повествование словами:

— Когда увидел, что силы бойцов Пламенного почти иссякли, многие погибли, а он сам еле-еле держится, решил — пора вмешаться, — здоровяк вновь хмыкнул и посмотрел подозрительно, у него в голове не укладывался данный поступок, так как меня, как он полагал, просчитал полностью.

— Не похож ты на доброго самаритянина… — со скепсисом озвучил сомнения.

— А что тут думать? Если демон всех одолел бы, то и мне хана. Однозначная! — видя довольную ухмылку, понял, верный шаг. Или это здоровяк со мной играл, как кошка с мышкой, убедив и продолжая убеждать жертву в обратном? — Долбанул по всем «шокедом», — шепотом решил открыть один из «сокровенных» секретов, — Только не могу вам сказать ни от кого его получил, ни за какие заслуги. Клятва. Даже намекнуть или договора показать. Хочется узнать точно — ждите три с половиной стандартных года!

— Тоже мне тайна! Федя — дебил! У тебя что? — подвел итог Игорь Семенович, внимательно смотря на Альфреда.

— Странно, но все правда!

— А что тут странного? — самоотверженно влез я, — Не в бирюльки играем, а это детектор лжи. Навру, все равно так или иначе придется говорить правду, так зачем усложнять. Время зря терять. Да и смысл что-то скрывать?

— И то верно. Продолжай.

— В беспамятство всех участников отправил, но главное — демона заглушил. Этого и хотел добиться. Жалко арт до ужаса. Дорогой он, но пришлось. Жизнь дороже… Все проклял, когда вытаскивал тварь из пятна крио. Тяжелый чертяка! Ящер, мать его! Но справился, а затем пока тот не очнулся, отпилил ему башку вот этим ножом! Он себя неплохо показал, — похлопал по рукояти на груди, показалось, или нет, но от инструмента пошла волна довольства, а еще она была ощутимо теплой и какой-то… надежной, что ли. Одна точка опоры в океане тьмы вокруг, — А затем что-то долбануло, будто взорвалось рядом, и… я тут.

— Занятно. Да, занятно. И все ясно. Абсолютно все, — подвел итог легкому допросу некромант.

— Плевать! — запальчиво перебил здоровяк и с неким уважением горячо добавил, — Дело, действительно, клановой важности! Не соврал Федор! И правильно расставил приоритеты! С одной стороны Пламенный — красава, каких нет, а с другой… Не, ну не мудак ли, а? Почему не продублировать важнейшую информацию! Нам сообщить хотя бы! А если схлопнется по дороге? — возмутился отнюдь не наигранно оратор, — Где искать вход в ту локу? Она ведь с нашей в резонансе… Странно, очень странно. И ведьму не зря на цепях потащил. Неужели чернокнижники научились…

— Альфред, — прервал с нажимом в тоне Давлетшин главного, явно готовящегося открыть на эмоциях некую тайну, которую простым собирателям знать нельзя. Вон и зыркнул так — морозно стало в шатре, а затем размеренно сообщил, — Тебя же, Стаф, откат догнал. Там магических нестабильных конструктов столько было, что и архимаги из ЦК не разобрались бы. Все же это не какой-то простой высший, а повелитель плана. Поэтому ничего удивительного не произошло. На будущее, если оказался на месте схватки сильных магов, минимум час лучше близко даже на тридцать шагов не подходить. А где-то и километра будет мало.

Тот замолчал, эстафету подхватил тролль:

— Теперь понятно, что Федор имел ввиду, говоря тебе про полный расчет и отсутствие претензий. Ты убил его кровника — это не прощается, но зато спас от Арха, уничтожив его, поэтому Пламенный тебя в лагерь и притащил. Спас. Если бы просто оставил на месте, то вероятней всего те же мертвяки-ловцы сожрали бы. Да и немало простой живности вокруг, для которой ты на один зуб.

— Думаю все так и есть. Пусть Федор всегда был скотиной, плюющей на всех вокруг, но никто не может сказать, что долги он не оплачивал, не оплачивает и не будет оплачивать, — задумчиво заявил Игорь Семенович, вновь побарабанив пальцами по столешнице.

Главное для меня, за всеми подробностями, ничего незначащими деталями во время рассказа, мне удалось скрыть, что я хотел лично грохнуть учителя. По головке за такое бы не погладили. Вот уверен, сразу бы оказался в расстрельных списках. Про привязку и последующее убийство проекции отделался двумя слова, зато потом минуты на три сожалел, какого пета и какой артефакт потерял. И не кривил душой. Пока Альфред вновь не рявкнул: «Ты за него получил столько! А пояс… Добудешь еще, высшие не перевелись!». В итоге, меня заставили говорить только о важном, про ритуал и битву поведал в красках…

Неужели удалось избежать всех острых углов? Или главный опять, как тот Васька, слушал, да ел, но, когда ему потребуется, все вспомнит и подведет хрен к носу. Ладно. Будет день и будет пища. Пора приступать к основному, вот это окончательно должно переключить внимание с моей персоны на насущное.

— Я так понимаю, миссию свою выполнил. И перевыполнил. Раньше сроков. А еще нашел негатор жизни, о котором вы даже не подозревали. И послужил основным фактором в ликвидации банды, которая не только отравляла жизнь Волкам, но и пыталась нанести ущерб непосредственно Дому Морозовых…

— Кто про что, а Стаф про награду, — подал голос Альфред.

— Это плохо? — обернулся к здоровяку, тот лишь головой отрицательно покачал.

— Официально объявляю, что Стаф успешно завершил свою часть Дела Клановой важности, — торжественно начал тот вещать, подводя итоги, а затем сбился с пафоса на цифры, — И… так, так, так… Догоним тебе рейт до сотки. Клановый. ЦК — это ЦК. Что это дает? — тот видимо прочитал на моем лице неудовольствие и задал вопрос сам себе, на него и ответил, — Теперь тебя можно спокойно рекомендовать не только в Длани, но и как одного из командиров отряда «черных» законников. Со всеми вытекающими. Теперь особенно легко протолкнут данный законопроект, когда одна из самых жирных лок едва из-под носа не ушла. А, как попадем в Норд-Сити, можно смело переводить тебя из «подснежников» в полноценные «снежные». Тогда, пусть и незримо, но всегда за тобой будет маячить группировка. Великолепная награда, на мой взгляд. Я сказал!

— А мне это зачем? — вот тебе и полные карманы артефактов… едва не сплюнул в сторону. Лишь закурил. Суки!

Альфред выпучил глаза с таким выражением на лице, будто его вселенная рушилась, Давлетшин же неожиданно улыбнулся довольно, и вид такой, как у деревенского кота, добравшегося до сметаны.

— Ты понимаешь, что это статус, что это сила, что это возможности. Такое за какие-то деньги не купишь! Это шанс!

— Я понимаю, что это в первую очередь обязанности, — сказал, как отрезал. Учитывая стезю «охотник на демонов» рейтинг для меня вообще не играл роли. Потому что набирался довольно быстро. Может чего-то не понимал, но именно за убийство тварей из других планов бытия его кидал и кидал даже ЦК.

— Все так, поздравляю, — перебив, Игорь Семенович показно хлопнул в ладоши три раза, «радуясь» моей сообразительности.

— Поясню, — сам не ожидал от себя такого властного жеста рукой, обрывая, попытавшегося что-то возразить здоровяка, тот к моему немалому удивлению замолчал, но в глазах полыхнула с трудом сдерживаемая ярость, — Во-первых, без меня меня женили с гильдией демоноборцев, куда я вступил автоматом, убив первого высшего. Пусть и не знаю какие дает это преференции, как и не знаю собственных обязанностей, но последних немало. Вывод сделал из твоих же слов, не ты ли мне рассказывал? — Альфред кивнул, морда стала еще злее, — И как я могу вступать еще куда-то, не зная даже Кодекса? Вдруг нарушу что-то? Во-вторых, я на Нинее несколько местных суток, большую часть времени которых не выхожу из перманентных стычек, боев и так далее. При этом ничего не знаю об окружающем меня новом мире. Плюс, сегодня мне пришлось прыгать по вашему свистку. Может быть имелась и возможность отказаться. Но я-то ведь про нее не знал, а вы предусмотрительно не сообщили, — судя по теням промелькнувшим на лицах, дело обстояло примерно так. Не стал сообщать свое скромное мнение про заемную силу, которая без собственной ничего не стоила и не давала, и не порождала ничего, кроме долгов. Чаще неподъемных, — В-третьих, зачем мне нужны ваши отряды и командорство? Ты еще не понял, что я одиночка. Мне не нужно сопровождение, чтобы поработать, сходить в бар, съездить к проституткам, подраться, убить кого-то. Есть еще не один десяток причин, почему меня подобная награда и служба не прельщает. Сейчас я отвечаю только за себя. И еще, не забыл, я — демоноборец. Наша жизнь коротка. Не ты ли мне предрекал смерть от лап Арха? Вот только звездочку на фюзеляж я поставил.

— Я, я, я… головка от…

— Да, я! — не дал закончить присказку, — А, если можешь похвастать, что сделал столько же, за такой же промежуток времени на старте, живя так же. Спой, цветик! Нет? — будто рефлекторно рука легла на рукоять ножа, но это был отвлекающий маневр — противник наверняка подумает, что кинусь с ним. В результате он справится легко и показательно накажет, и не будет меня глушить. А я собирался бить «шокедом» сразу, едва только дернутся визави, все равно приду в себя быстрее них, а там плевать, — Поэтому не нужно мне пытаться всучить то, что мне нахрен не нужно! И то, что я считаю даже не мусором, а шлаком! Что мне нужно? Знания, усиление, нужные навыки. Часть покупается за деньги. Три миллиона — это только за то, что побыл вашей наживкой, как договаривались, а не какой-то рейтинг. И еще, ты пытаешься, даже не бесплатно, а за мой счет усилить Волков и Дом Морозовых. Отличная награда? Если же учесть, насколько я перевыполнил план…

— Ты какой-то социопат, — подвел итог Давлетшин, разряжая обстановку, — Кстати, Альфред при моей помощи хотел по максимально возможным категориям награду провести за сделанное. Тут даже не думай, что обмануть пытался. Кто знал, что это тебя оскорбит и у тебя фобии? Да, Стаф, другие за подобное готовы сотни и сотни миллионов заплатить.

— Вот пусть и платят.

Уже смог обуздать ярость, вновь замкнуть один из мысленных потоков на самого себя, и теперь после столь дикого спича, оставался абсолютно спокоен. Радовался, что дал волю эмоциям, когда потребовалась. И они были живыми, настоящими, так не сможешь сыграть, если не прошел школу Станиславского.

— Руки-то с ножичка убери, — заявил вдруг спокойно Альфред.

— И не подумаю. Игорь Семенович, хотел вам показать и поинтересоваться, — тот разрешающе кивнул, я медленно вытащил из оружие из ножен, положил его на ладонь, и протянул к некроманту, — Что с этим клинком не так? Почему некоторые говорят такими пользоваться опасно?

Глава вторая

Я пил черный крепкий кофе в «Наливайко» и курил, ожидая, когда приготовят обед. Новая улыбчивая официантка Камила, стреляя глазками, просила подождать пятнадцать — двадцать минут. Не трудно, учитывая сколько всего требовалось обдумать. Конечно, можно было направиться прямиком домой, в свой лагерь, но готовить самостоятельно не хотелось. Есть же наоборот так, что слюнями рот заполнялся при мысли о борще. Плюс неизвестно, можно ли мне употреблять мясо тех же паучар, а различными бутербродами с чаем успею насладиться.

Мельком отметил, что обстановка в заведении общепита претерпела значительные изменения. Например, появилось множество аутентичных дорогих деревянных столов. За одним из них тяжелым, массивным, созданным на века, сейчас и расположился так, чтобы контролировать вход. Хотя это лишнее — дрон исправно транслировал круговую картинку. Отметил появления отдельных кабинок — пусть и «ограждение» из плотной ткани, но все же, какой никакой приват. С другой стороны, здесь мебель и другие вещи ничего не стоили, кроме пролитого пота для доставки. В целом складывалось впечатление, что добрались мародеры до элитного заведения, чья обстановка частично переехала в Наливайко.

Отхлебнул обжигающий губы кофе, затянулся, выпустил дым из ноздрей. Федя, по всей видимости, решил провести на мне все возможные эксперименты, связанные с «черными» и чистой SN, ничем другим не объяснишь тот факт, что он подсунул нож из живого проклятого металла. В данном случае верным было определение — «псевдо-живой», что же до жутких проклятий — их не имелось. Зато, как и у всякого существа, пусть и не осознающего себя, как личность, у куска неизвестного материла присутствовал в избытке инстинкт самосохранения, который и обусловливал стремление стать сильнее и могущественнее. Его жизнь была напрямую связана с хозяином. Обрыв сформировавшегося контакта означал смерть для оружия, в той его ипостаси, которая родилась, выросла.

Если я правильно все понял из слов Давлетшина, главный плюс и одновременно минус таких вещей заключался в создании незримой взаимосвязи с любым разумным, кто пускал его в дело. Поверхностная, легко рвущаяся, возникала сразу при касании человеком рукояти или лезвия, даже через перчатки — максимальное расстояние до десяти сантиметров. В результате предмет автоматически становился почти частью тела предполагаемого реципиента, поэтому на нож не действовали никакие ограничения в виде незримой защиты противника. Только его реальная броня. Если никто не успел пострадать от имеющего такое злодейское орудие, то духовное единение не закреплялось. Но если человек смог уничтожить любое сильное существо подобным предметом, то связь укреплялась. Как довольно извращенный вариант — потрошение сильных тварей сразу после смерти, там нож собирал остатки некой энергии. Учитывая крайне ограниченное время для забора ингредиентов с демонов, то инструментом бывшего учителя я так или иначе воспользовался бы. Даже без всяких экстремальных ситуаций, как с Тросхом, когда уже не было выбора.

Следовало учесть, что предназначение любого, абсолютно любого оружия, если отбросить в сторону лирику и прочее дерьмо, заключалось... как ни странно, в убийстве. Кто бы не говорил обратного и как бы он не использовал инструмент в других сферах бытия. Это не хорошо, это не плохо, это так и есть. Логика вульгарис. Вот здесь и начинало проступать «проклятие».

Чем больше ты убивал поделкой из живого металла, тем сильнее она становилась, впитывая некие тонкие энергии или эманации присущие живым, и тем больше могла влиять на хозяина. И обретала новые свойства. Например, не тупилась, обладала невероятной остротой и пробивала реальную броню. А при достижении определенного, пусть будет «уровня», начинала делиться «силой» и с владельцем.

Но и последний зачастую был не против, так как из обычного бытового предмета выковывалось нечто, способное на многое, причем руководил процессом он. Остановиться и держать себя в руках удавалось девяносто девяти процентов обладателей оружия из проклятого металла, вот только объектами мифов и легенд, циркулирующих в обществе, становились отнюдь не они, а безумцы всех мастей.

— В принципе, для тебя ничего страшного не случилось. Наоборот, хотел того Федор или не хотел, но появилась возможность значительно усилиться. Смотри! — некромант резко взмахнул левой рукой, и шкаф, находящийся на расстоянии около метра постояв секунды четыре распался на две части. В ладони Игорь Семенович сжимал кинжал со столика, не зря он мой взгляд приковывал, момент перемещения в пространстве оружия, я не уловил, — Это одно из атакующих свойств моего кинжала — «Алмазная нить». С таким же успехом он вскроет фактически любую броню с содержимым, конечно, с оговорками. Понял какая убойная вещь может получиться? У тебя стоит чистая SN, соответственно, дополнительно есть возможность один из мысленных потоков замкнуть именно на ноже, далее обязательно открываешь и прокачиваешь минимум до трех следующие характеристики: «самообладание», «воля», «концентрация», «мыслесвязь», «преобразование» и «трансформа». Это отличный базис, он не раз и не два пригодится и для многого другого. Дополнительно, теперь ты знаешь, почему у тебя возникает порой чувство, что нужно ставить точку именно им, поэтому сможешь легко его обуздать.

Действительно, вспомнил все свои порывы воткнуть нож Федора любому противнику, при этом вполне логично оправдывая данный шаг боязнью потерять артефакты.

— Остальные же страхи — досужие сплетни от лишенных малейшей силы воли индивидов. Для тех и собственный хер — смертельное оружие, потому что в штанах удержать не могут. Однако никогда не следует забывать, что твой инструмент с каждым убийством становится сильнее. Можно просто уповать на него, в итоге не ты будешь контролировать ситуацию, более того лишившись данного козыря ты станешь беспомощным. Кстати, это вещь из демонических планов. Там каждый обитатель при рождении автоматически получает сколько-то данного металла. Любой, даже самый слабый. У одних он концентрируется на кончиках когтей, у других на зубах… В общем, на тех частях, какими удобно наносить повреждения братьям по виду. Ну и в процессе эволюции особи, которая сопряжена массовыми убийствами, данный металл накапливается, от менее удачливых, то есть мертвых, перетекает к выжившему. В Норд-Сити в любой из библиотек сможешь найти дополнительную информацию. Рейтинг у тебя позволяет это сделать. Здесь все ясно?

— Да, но я им двух высших прибил, а что-то разницы не заметил.

— Пока не откроешь хотя бы «мыслесвязь» ничего и не увидишь. Можно воспользоваться определенными артами, но они в любом случае будут костылями.

— Ясно, — а еще у меня слотов — кот наплакал.

— Следующее, раз тебе требуются знания, то готов их дать. Но сначала ответь на вопрос: видишь что-нибудь? — ткнул пальцем на столик.

— Череп в сфере, неправильная пентаграмма. Вроде бы все, — перечислил я.

— Это хорошо. Значит у тебя имеется предрасположенность к некромантии, но не спеши радоваться — таких «уникумов» сорок три процента от переселенцев на Нинею, а затем пропорции растут. Чем чаще человек сталкивается со смертями, тем лучше он видит проявления подобной магии. Впрочем, спешу огорчить, некромантом тебе не стать, как и минимум семидесяти пяти процентов даже «видящих» чистых.

— Ага, я всю жизнь мечтал в трупах ковыряться… — усмехнулся, но был перебит.

— Придется, — тон Давлетшина обрел металлические, командные нотки, — Это теперь твоя стезя, как охотника на демонов. Альфред тебе предложил отличный вариант, лучший из возможных, если бы не одно «но» — у тебя нет знаний, умений, опыта и так далее.

— Дланью стать я не отказывался, а вот из командиров увольте, — нарисованное будущее мне откровенно все меньше и меньше нравилось. Но посмотрим, что придумали благодетели.

— Да, пойми ты, Стаф, — влез здоровяк, он выглядел слегка смущенным, — В любом случае, хочешь ты того или нет, тебя так или иначе привлекут! Структура будет создана! Потому что иначе все вообще придет в хаос. Не станешь сотрудничать добровольно — принудят! Вот только последнее тебе вряд ли понравится! Думаешь здесь, как в стране эльфов, мол, «ты пойдешь воевать за этот режим или нет?». Типа садик, и все хотят или не хотят. Но главное, от них зависит что-то. Ведь государство, оказывается, это не узаконенный аппарат насилия, а плюшевое царство, где каждую личность слушают, с ней носятся. Ну-ну… Нет, друг, как на любой из Земель, и пойдешь, и станешь. Крутые времена — крутые решения. Для этого есть все средства, давно опробованные, отточенные и заточенные на то, чтобы обломать рога любому уникуму, возомнившему о себе слишком много. Превратить его в нужный винтик — легче легкого. Более того, знаешь, в чем парадокс? — отрицательно покачал головой, — Как только убьют первого твоего товарища, друга или просто нормального парня, который дал тебе сигарету на марше, война станет твоей. И настолько будет близкой… Мама не горюй! А там сам поднимешься в атаку, в полный рост, и не важно за Сталина или за Родину. Зубами грызть будешь, чтобы победить. И победишь... Мда… Победишь. Потому что иначе… — неожиданно прервал тот философствования, — Такие дела, Стаф, такие дела. Поэтому я и предложил свой вариант. Там хотя бы будешь сам отдавать приказы и подчиняться не всем и каждому, а ограниченному кругу лиц, и не пинками тебя погонят в самоубийственную атаку. Что произойдет в других случаях. Для многих ты — «черный», расходный материал, недочеловек, грязь и другие эпитеты, — кровь прилила, но ярость я смог обуздать, Альфред не пытался меня оскорбить, он показывал реальность. Хреновую надо отметить, — Вот этого никогда не забывай. Установки же, которые транслируются с самых верхов — они сильны. Они живут практически в каждом, если бы не было почвы и корней, то вряд ли за какие-то двадцать лет они так проросли и укоренились, как сейчас. Ведь как легко, когда ты не приложил ни одного усилия, но осознавать, что ты выше и лучше любого даже самого успешного грязного. В общем, теперь я все сказал! А ты подумай.

Вот это качели — от суки мутной и алчной до нормального человека, искренне желающего помочь, не зараженного бациллой расизма. Точнее, не так, у меня дважды за «беседу» поменялось отношение к здоровяку. Но кто сказал, что я достиг константы? Может тот тоже «играл» со мной, как я с ним до этого, транслировал то, что мечтал слышать любой из нашей касты? Это ведь легко просчитывается.

— А я вот о чем думаю… Нашел вроде бы вариант, который всех устроит! — сообщил Давлетшин, мы обернулись к нему, — Независимый консультант, особый порученец и так далее. Длань порядка он получит, тогда к любой группе может быть прикомандирован, тогда и гильдейские правила не нарушит. К тому же, перед Мертвым сезоном активность демонов возрастет. Кем ты думаешь они будут дыры затыкать? Им, — на мне остановилась трость, — Если же он станет моим учеником, то придется согласовывать им многое.

Какой интерес Игорю Семеновичу? То, что он, увидев меня два раза в жизни, воспылал дружескими чувствами и пожелал мне безвозмездно помочь — в такое я не верил. За всем крылся интерес. Понимание в чем он заключался помогло бы принять правильное решение.

— И как ты себе это представляешь? О чем он будет консультации проводить? Он же пока нуб, пусть очень удачливый, — в голосе здоровяка послышались недоверчивые нотки.

— Наконец-то! Именно! Это в любом случае лучше, чем сразу ставить его командиром! Как я уже говорил, продавить ты можешь, в результате уверен? — Альфред промолчал, а я понял, они действительно спорили о моей судьбе. И вот вопрос, опять шевельнулась паранойя, зачем? Самый напрашивающийся вариант, если выживу, то буду представлять и проводить их интересы. Мало информации, очень мало…

— Вот-вот, — подвел итог Давлетшин, — А так, Стаф, ты хотел знаний? Будут. Но докажи, что ты этого действительно хочешь. Где-то здесь в локации находится еще минимум пять или шесть отчетливых следов от проводимых темных ритуалов. Квест, как в игре — найди хотя бы три из них, представь доказательства. Книга у тебя есть, отталкиваться есть от чего.

— Еще дополнительный агр и от этих тварей получу? И, извини, но некромантия меня как-то не вдохновляет, что ли… — нарисованная стезя действительно нет, не пугала, была противна. Достаточно вспомнить трупную вонь от мертвяков, их абсолютно мерзкий вид, да и остальное. А еще, мечтал о свободе от всех, в результате все больше запутывался в обязательствах.

Но пока сам силой не стану, так и будет.

— Да, не смотри на меня так. Даже с артами ты не сможешь не только прогонять крио через себя по двести-триста килоэр за заход, но и просто выжить в зоне такой интенсивности. Это далеко не все «чистые» могут. Но! — некромант веско поднял указательный палец, — Демоноборцы и мы всегда шли и идут рука об руку. Потому что одно тянет другое. Ты что думаешь, некромантия в нашем случае — это жертвы, подъем всяких тварей, которым сама жизнь противна? Нет, мой друг, это далеко от истины. Мы те, кто изучает данное явление во всех его мерзких проявлениях для того, чтобы противостоять. И да, наиболее часто к ней прибегают твои любимцы — демоны, различного рода секты, противоборствующий нам Призрачный Легион, кончено, ведьмы и… как ни странно, но трансы.

— Ты Теневых Лордов забыл, — добавил задумчивый Альфред, при этом название неведомых пока тварей прозвучало с больших букв, — А Стаф у нас ловец теней.

Это еще что за напасть? Складывалось ощущение, что на Нинее плюнуть не в кого, угодишь во врага рода людского. Но тогда вопрос-вопросов, к чему неразумный расход этого ценного ресурса в подстрекаемой и сдабриваемой сверху ненависти к черным?

В общем пока пил кофе и так вертел мысли, и эдак. Решил в итоге соглашаться с предложением Давлетшина-Альфреда, они же пока думали о награде. Знания, учитывая выбранную пусть и не мной, но стезю, лишними точно не будут. Да и прав он, на сто процентов прав. Как и вспомнились категоричные слова Федора про агр от SN и Кровавых Ледяных Лезвий, действительно, неважно как получилось это заиметь, и кто виноват, но вывозить придется в любом случае мне. Нет желания? Харакири. Тут же, действительно, можно стать независимым консультантом… Это, на мой взгляд, лучше командирских лычек, свободы больше. Да и не хотелось мне делать карьеру в СБ Севера, тем более в таком амплуа. А то, что так или иначе меня привлекут к наведению конституционного порядка — на пальцах пояснил Альфред. Не мытьем, так катаньем… Да, ошибся я насчет него, даже чуть стыдно стало.

— Вот ты где, любимчик! Подъем! Подъем, я сказала, грязная тварь! — настолько выпал из реальности, что женский голос с нотками истеричности абсолютно неожиданно раздался рядом. Резанул по нервам, куда той циркулярной пиле. Никогда не любил такое «сопрано», всегда хотелось взять совковую лопату и угостить владелицу от души, чтобы не базлала.

С недоумением, поднимая голову, посмотрел на среднего роста девушку, которая уткнула руки в боки и взирала с ненавистью… на меня. Милана Павлицкая, «чистая», «Снежная» блондинка лет двадцати пяти с зелеными глазами, которая проапгрейдила мордаху по нинейской моде — узкий подбородок, накачанные губы кровавого цвета, мохнатые черные ресницы. За ее плечом застыл высокий сухощавый брюнет с какой-то слащавой мордой, тоже смотревший крайне зло — Тимур Рерих. На пришельцах одинаковая пепельного цвета анатомическая броня, выглядящая легкой, воздушной. Как оно было на самом деле — не знал, магги ее не видела, требовались базы. За плечами у «гостей» рукояти парных катан. На поясах по изогнутому кинжалу, дополнительно у мужика свернутый кольцом кнут, у девки в руках нагайка.

Хоть понимал разумом, что всегда быть в напряжении, в полной боевой готовности — невозможно, иначе привет Желтый дом, но только стоило отвлечься, как происходили всякие… казусы? Херазусы, мать их! И хватит оправдываться, бдительность потерял — получил!

— Ты это мне? — уточнил, даже ткнул себя большим пальцем в грудь.

— Ты здесь видишь кого-то еще, грязный? — вопросом на вопрос ответила баба, выругавшись матерно в конце фразы. Кто это, вообще, такая дерзкая? Так, стоп… Милана, Милана… Точно, вчера же рассказывал Никодим об усилении преподавательского состава крайне расистски настроенными элементами. Получите и распишитесь. Но курица совсем берега попутала?

— Пасть закрой — сквозит, и помой рот с мылом. Это, во-первых. Во-вторых, если ты еще раз откроешь ее, не сменив тон и продолжая лаять на меня — зубы будешь собирать сломанными пальцами. Я сказал, — говорил медленно с нажимом, просчитывая дальнейшие действия.

В кафе сейчас шесть человек — четверо сталкеров в «Кольчугах» разной модификации и вооруженных топорами, мечами и арбалетами. Они до появления гостей спокойно пили пиво, мазнули по мне лениво осоловевшими и чуть пьяными взглядами и все на этом. Еще о чем-то, склонившись над столом, почти голова к голове, беседовали две типичные Сестры Вьюги. Наша троица, плюс двое из персонала — симпатюля-официантка и мрачный парень за барной стойкой. Лишних жертв не хотелось, поэтому «цепная молния» сразу отпадала. Посетители сейчас откровенно пялились в мою сторону, и явно желали некого действа, дабы развеять скуку. Обстановку оценил в доли секунды.

— Что?! — первым взревел Тимур, — Мы твою обитель раскатали в блин, сейчас и тебя…

Баба же до этого момента взирала, выпучив глаза, видимо, пытаясь осознать сказанное мной. Доходило туго.

— Да, я тебя! — наконец-то девка замахнулась нагайкой.

Вот за что мне все это? Где, мать его, я так нагрешил, что у меня нет ни часа покоя?!

— Как нет? — глумливо отозвался внутренний голос, — Без сознания около десяти провалялся.

Точно!

Двигались все медленно. Слоу-мо по-нинейски. «Вспышки» никто не ожидал, Милану дернул с силой за руку, придавая ускорение вперед и вниз. Встреча лица и столешницы получилась на удивление глухой. Шлеп! И съехала, а я, откидывая от себя и опрокидывая стол, метнулся к ее оглушенному напарнику.

Тот был полностью дезориентирован. Промаргивался и мотал головой.

Лови, друг!

Чуть смазал кулаком в челюсть, но может для кино выглядела картинка замечательно — жертву отбросило метра на полтора в сторону, после чего она завалились на пол, опрокидывая тяжелый табурет. Для меня же становилось ясно — ставить и ставить нужно удар, сейчас это толчок деревенского увальня, не более того.

Еще пятнадцать секунд в запредельном ускорении — активировал дополнительно «Рывок» от брони ко всем усиления, и оба фигуранта оказались закованы в кандалы, что выдал для поимки мертвецов Альфред по указанию Давлетшина. Стальные путы практически один в один дублировали виденные мной на красноволосой ведьме. Все оружие пришельцев закинул во внепространственное хранилище, кнут оказался артефактом. Катаны просто магическими, кинжалы такими же.

А тем временем маргиналы, недовольно ворча, поднимались с пола. Вроде бы им вреда особого не нанес. Пиво кое-кто разлил. И только. За зрелище нужно платить! Сестры же напружинились, но пока ничего не предпринимали. Вот их я опасался больше всех присутствующих. Решил изначально — одной «кокон», второй ледяное лезвие. По-другому не получалось, на самый крайний случай — «Шокед», но это если совсем туго будет.

— Всем стоять-бояться! Оружие не мацать! — проорал я, — Вас это не касается! А кто решил, что это его дело?! Сча быстро круг огня организую или цепную молнию воткну! Ну! — посетители, потянувшиеся к рукоятям топоров и арбалетам, замерли. Оценивающе уставились на меня. Напряжение росло. Вьюжные окинули напоследок внимательными взглядами, как синими рентгенами облучили, а затем вернулись к своему разговору.

— Да ну его в задницу, это же тот самый Стаф! — сообщил приятелям волосатый парень и бородатый парень, и уселся на свое место.

— Точно он! — поддержал второй, тоже агрессию не проявлял.

Камила мило улыбалась... Лапочка.

— Мужик, все нормально! — поднял перед собой руки третий и четвертый тоже не стал встревать, хотя хотел. Пивом облился и мясо уронил.

Так, с этим вроде бы решилось все миром. Это хорошо. А дальше?

Как победить парочку придумал, а вот что делать после и как поступить… Нет, надо было сразу убивать. С мертвыми проще. И сейчас опасался подлого артефакторного удара от пленников, хотя должны были заблокировать кандалы все. Про это Давлетшин несколько раз мне сказал. В лагерь их тащить или сразу к Альфреду?

В этот момент в кафе забежал огромный детина, от поступи казалось, что содрогалась сама земля, один в один Бромгексин со склада. Ну и стати! Орк или тролль. Будка квадратная, мышцы, что те колеса у легкового автомобиля. Высоченный, но кажущийся приземистым. Толян Антохин, «чистый», владелец кафе «Наливайко».

— Что тут происходит? — мрачно спросил тот бухающим басом.

— Это я у тебя, уважаемый, хотел поинтересоваться, — баба подняла окровавленное лицо, когда цеплял намордник обратил внимание, что у нее не хватало трех передних зубов на верхней челюсти и сломан нос, с силой опустил каблук ботинка на кисть.

Хруст превратился в вой.

— Ииииииууууу!

— А я тебя предупреждал, погоди, сейчас и зубки поищем. Соберешь. Так вот, — вновь посмотрел в глаза хозяину заведения, опешившему от моих действий и не знающему, как поступать в данной ситуации. Понятно, издевались бы на грязным — никаких вопросов, но вот эта картина в голове слабо укладывалась, нечто из ирреального, поэтому и «завис», — Сделал заказ, сидел, никого не трогал, ждал, когда приготовится обед. И тут появились вот они, — теперь попытался встать Тимур, но после пинка в бок завалился на пол, — Начали ни с того ни с сего оскорблять, затем еще и попытались избить.

— Анатолий, все так! — влезла Камила, — И вон сколько свидетелей, а это тот самый Стаф…

Известность и слава нашли героя. С другой стороны людей вокруг пока не так много, а я несколько раз проявил себя ярко. Очень ярко. Поэтому ничего удивительного. Другое дело, что даже такая популярность в плюс. Для них. Убивать никого не пришлось. Грехов меньше.

— Скажи это нормальная практика? — не обращая внимания на помощь зала, продолжил я, — Дикий запад форева? И кафе не кафе вовсе, а грязный салун? Мне говорили, что здесь можно всегда, если есть чем заплатить, поесть, отдохнуть.

— Нет. Это. Не. Нормально, — с паузой после каждого слова ответил тот, — Но также ненормаль…

Вот и гости. Давно заметил скачками приближающегося панголина с наездницей, откуда-то со стороны моего лагеря появилась женщина-загадка. Подчиненные отписали-сообщили? Старые встречи о главном.

Теперь вместе с владельцем заведения обернулись в сторону нового действующего лица.

— Стаф! Вот ты где! — орка обогнула явно взволнованная Ирия, даже в голосе проступили некие тревожные нотки, — Что случилось? Что вообще произошло?

— Да нормально вроде бы все, — пожал плечами, отмечая, что ее подчиненные сразу же вышагнули из-за стола, подобрались, готовые действовать по приказу центуриона.

— Нормально? — брови девушки поднялись домиком, а взгляд остановился на пленниках, — А в лагере твоем что за побоище? Я думала… — и многозначительная такая пауза.

— Ирия, честно, не знаю, — медленно почти по слогам произнес, посмотрев на парочку, теперь дошло до меня про какую «обитель» сказанул брюнет, — Но сейчас увидим. Меня Альфред только минут пятнадцать назад отпустил, — многозначительно посмотрел на скованных, — Камила, ты пока мой заказ придержи, скоро появлюсь — поем. Вон мужикам продублируй за мой счет пиво и что там у них было, про Сестер тоже не забудь, — перевел спокойно деньги, — Анатолий, я тебе что-то должен? — в принципе ничего страшного не случилось, стол на место поставить и все, даже кружка не разбилась. Тряпкой пройдутся по полу. Больше ущерба заведению не нанес. Хотя мог.

Никто из присутствующих не виноват в данном инциденте, а давить на ровном месте на людей просто потому, что могу, без веской причины смысла никогда не видел. Более того, неправильным считал подобное. Вон и сталкеры обрадовались, один из них улыбаясь показал большой палец.

— Нет, — владелец Наливайко отрицательно покачал головой, внимательно все осмотрел, затем добавил, — Ничего ты мне не должен. Приношу свои извинения за доставленные неудобства, — я кивнул, а тот сразу потерял ко мне интерес, — На пять минут отойти нельзя, — проворчал-прогудел себе под нос.

Точно, Толян, точно.

Глава третья

— Стаф, ты как обычно, вляпался по самые уши! Мой тебе совет, не трогай их. Возьми виру и забудь, — ага, ага, так мне и дали насладиться деменцией, — Тебе еще предстоит разбираться со ставленниками Паука. Думаешь, многие не хотят пойти по простому пути и не избить всех, поломать руки, вырвать языки за подлость и наглость? Наказать? Многие! Хотят! Вот только покровителей не стоит сбрасывать со счетов, а те высоко сидят. И их не подвинешь, так просто, — как обычно взывала к разуму Ирия, — И помни истину, хочешь отомстить вырой две могилы! — я понял, что она хотела сказать, однако учитывая сладкую парочку в кандалах, прозвучала поговорка донельзя двусмысленно.

Но, в целом, все так. Конечно, по скоромному мнению Сестры, и согласно ее мировосприятию, где каждый грязный должен сидеть ниже травы, вести себя тише воды, как бы чего не случилось. Это раз. А два, если ты черный и по тебе прошлись, утрись и подставь вторую щеку. И три, мои действия ничего не меняли, уже внесен во все расстрельные списки.

Сейчас с девушкой двигались к моему стойбищу, я тащил за собой на цепях наставников. Отмечу, довольно легко тащил, словно не замечая. Уроды корчили злобные морды, но им приходилось подчиняться грубой силе. Когда же Милана решила упасть, то поехала дальше на животе. Итог. Пришлось ей вставать и вновь семенить. Другого короткая цепь на ножных кандалах не оставляла. Замыкал нашу колону панголин и две сестры на котах, появившиеся, будто из-под земли, чего не отследил, отвлекся. Плохо.

— Стаф! — не дождавшись ответа, «вьюжная» явно психанула. Вроде бы возраст не тот, но… Но какого хера она носилась со мной, как с писаной торбой, и выносила мозги, будто я ее муж? Любовь?.. Девочкам расскажите. Маленьким. Вроде бы, кандидатом в некий баборайский хлев меня больше не рассматривали. Так чего ей нужно?

— Ирия, ты повторяешься. Что же до этих… — чуть повернул голову, обозначил, кого имею в виду, продолжая двигаться вперед, — Посмотрю на поведение и сделанное, а затем, вероятно, выпишу рекомендацию в клан БП. Там таким боевитым самое место.

— Что это за клан такой? Ни разу не слышала! — заинтересовалась «сестра», сбитая с толку.

— Из новых. Глава — Петька-Прокачка, серьезный человек, в прошлом Белый паук, встал на свой путь возвышения. Но ко мне должен прислушаться. Не знаю, врали или нет, однако прошел слушок в народе, мол, ищет себе в команду дерзкую Анку-Минетчицу и жесткую Иванку Васильевну. Чем не кандидаты? — кивнул в сторону пленных, не останавливаясь, — Нужные крисы у меня остались, так что лидер возражать не должен, все вступительные нормы будут соблюдены. Пилотки на месте. Униформа же мобилизует.

— Ты все шутки шутишь? — и столкнувшись с моим взглядом, нет, не потупилась, а, видимо, только сейчас обратила внимание на изменения в статусах, ткнула в меня указательным пальцем, а глаза — блюдца, — Ты!.. Ты!.. Ты какого хера продолжает творить дичь?! Арх?! Повелитель плана?.. Как?! Как?! Когда?!

— Вашими молитвами. Но не находишь, что твои претензии неуместны. Любые. Ты не моя мамочка, да, и будь даже так, я взрослый мальчик. Зачем искала-то?

— Уже не важно! И вижу, поздно! — веско так сказанула, и замолчала, ожидая вопросов, а я к еще большему бешенству центуриона, только плечами пожал — не хочешь и не говори, — Когда узнала, что двое из твоей группы погибли из-за вот них, точнее, по их прямому приказу, — неопределенный кивок, — Хотела предупредить, чтобы ты не связывался и на провокации не реагировал. Чревато. Вижу, опоздала.

— Точно погибли из-за них? — настолько наглые суки, разумных под молотки уже на глазах у всех пускали?

— Так люди говорят, в пульсар грязных под страхом Плети отправили. И били до тех пор, пока те не вынуждены были выполнить приказ. На выходе два бодрых умертвия, которых учителя и упокоили.

— Смысл?

— Откуда я знаю, что в башке у всяких ублюдков? — нервно повела плечом, будто пытаясь что-то сбросить крайне неприятное.

— А Никодим?

— Что Никодим? Как обычно! Уверена, в сторону отошел и наблюдал. С тварями бы первый в сражение бросился, но здесь суки гораздо опасней, потому что могут неприятностей принести не один вагон. Плюсуй сюда, что он фактически… Нет, не штрафник, но доверия не оправдал. Залетчик, — точно, он же в рейде голову командиру срубил, который отказывался выполнять прямой приказ глав Севера, — Поэтому никуда не лезет, ведет себя тихо. Своя шкура ближе к телу. Вот и ты не лезь, Стаф, а мне зачтется в счет Долга! Это не просто добрый совет, это то, что может спасти тебе жизнь… Хотя, о чем я? Ты же демоноборец! Грозе всех тварей плевать! Где ты их находишь-то? Лока всегда была нормальной! — патетика в ход пошла.

Благодаря разведчику издалека отметил не только исчезнувший фургон Пламенного, но и рассмотрел свой бывший бивуак, однако, когда увидел все своими глазами, то с трудом сдержал желание сломать еще несколько костей сукам.

Накатило. Прибой перед штормом. Именно он. Холодная ненависть вперемешку со злобой набегали многометровыми волнами на берег моего разума. Топили. Ярость настолько лютая — сдерживался с превеликим трудом, чтобы не воткнуть «Хозяина боли» тупой мерзкой бабе, которая сейчас выглядела довольной жизнью. На несколько секунд закрыл глаза и глубоко вдохнул и… и едва не поперхнулся от миазмов. А точнее, не проблевался.

Помог респиратор.

Лагерь. Какой к черту лагерь? Помойка! Что здесь не сгорело, было разорванно, разбросанно. Мусор кучами. На месте душа яма. Тут и там курился дымок, рядом с руинами «дома» огромная булькающая мерзкого вида лужа, от которой несло тухлятиной, испражнениями, сырой нефтью и еще кучей неприятных «ароматов».

Единственное, что не пострадало — сундуки, стоящие сейчас на обрывках палаточной ткани. Даже до сбруй выродки добрались, не говоря про любовно принесенную мебель. Неужели аура от SN и Лезвий передавалась месту обитания? Не мог ничем иным объяснить такую жажду к деструктивной деятельности.

А еще пришла мысль, как это все мелко. Настолько, пусть оторопь не брала, но вопросы к душевному здоровью пациентов возникали самые серьезные. Мне же теперь необходимо думать об этих мразях вместо целей и задач, от каких не только захватывало дух, но и мороз пробегал по позвоночнику.

— Не знаешь, что эта за дрянь? — спокойно спросил у Ирии, показывая на лужу, давая себе немного времени на размышление и пытаясь обуздать гнев. Вот тоже, надо в первую очередь не нож завязывать на один из потоков магги, а эмоции. Необходимо. Иначе сгорю к чертям. И ведь будило их все — кроме крио, общего стресса от происходящего вокруг, творимых разными подонками бесчинств, повсеместного расизма, опять же SN работала, что те часы, постоянно выводила из равновесия.

— Вонючка! Абсолютно безвредна, — правильно поняв суть вопроса, принялась рассказывать, — Но жить рядом невозможно. Амбре сам видишь, точнее, чуешь… И ничем не выветришь. Ближе метра без респиратора не сунешься. Минут двадцать неподалеку — затем не отмоешься без волшбы. Обычные вещи только выкидывать. Сундуки навряд ли пропахли и содержимое, но вот остальное даже если что-то уцелело на этой помойке, только выбрасывать. Очистить местность будет стоить тысяч сто-сто пятьдесят. У Сталкеров. В Норд-Сити за такое сразу штрафной отряд, даже в Отстойнике пусть создаешь на своей территории.

Ясно.

Выводы простые, пусть и неоднозначные. Будучи с Никодимом в крайне непростых отношениях, новые наставники самостоятельно взялись за обучение рекрутов, не получив каких-либо дополнительных инструкций от него. В списке студиозов я состоял, а на перекличку не явился. Залет? Вполне возможно.

Более того, вообще забил на собирательство, не нарисовавшись даже в разгар рабочего дня. Скорее всего, от кого-нибудь из недоброжелателей узнали, что числюсь на особом счету, отсюда и «любимчик» в речи. Про дела с Альфредом, да и вообще, про свои «подвиги» я не особо распространялся.

Время близилось к обеду, наглый грязный даже не подумал появляться. Накрутили сами себя — «неуважение» налицо, нарушение режима, а еще очень хотелось плюнуть в суп недругу, давшему почти рабу слишком много воли. Наказать показательно и пребольно. Лично до меня им особого дела на было (по крайней мере, изначально) — наставник, вот по кому хотели ударить.

Пошли наводить конституционный порядок и нести гармонию в мир, думали отдыхал я под сенью палатки под защитой индивидуального купола, а еще на стук не выходил. Сломали защиту, она же скорее от дурака, чем от серьезных поползновений… Кстати, почему сигнальная сеть не сработала? Не сообщила? В последнем вопросе разобрался быстро, после того как я убрал артефакт из активного слота, его производные автоматически исчезли. Вот только в тот момент мне было не до чтения логов.

К сожалению, а может к счастью для них, грязного на месте не оказалось. Выместили злобу на вещах. Вот тоже интересно, неужели им подобное сходило с рук? Ведь сам факт перед глазами говорил о рецидиве, то есть ранее парочка нечто подобное совершала. И никого наказания, судя по всему, не понесли.

Далее, зашли по своим делам в Наливайко, а тут я. И совсем крышу сорвало — они меня заочно ненавидели, здесь еще чертовы агры приплюсовались, как и моя реакция на их «справедливые упреки». И вместо вопроса самим себе, почему Стаф ведет себя не так, как обычные зашуганные грязные сталкеры, а также откуда у него достижение «Демоноборец I», которое я все же отрыл по совету Альфреда, автоматом стало доступным для широкой общественности кто из демонов пострадал от моих рук, решили действовать проторенным и проверенным методом. Нахрапом. И совершенно не ожидали даже намека на возможное сопротивление.

Использовали сразу плеть, но она, скорее всего, не прошла — все же я свободный и полноправный член клана Север. И не должник. Могло ли быть иначе? Не уверен. На таких эмоциях парочка просто не могла не применить силу — SN и Кровавые Ледяные Лезвия — это не слова, это серьезно. На себе прочувствовал. А еще глаза их поблескивали… И слабо боль действовала. Под наркотой? Алкоголем вроде бы не несло...

Кому выгодно происходящее?

Никодиму.

Если ничего не упустил, тот сейчас целенаправленно сталкивал меня и парочку. Зачем? Мечтая расправиться с очередными врагами моими руками. Я ведь не забыл его бравурные заявления, что Макса он сам заминусует за подаренную «Отложенную смерть», однако при всем показном гневе, никаких действий в дальнейшем не предпринял. Да, поддержал на советах собирателя Стафа, но здесь опять же… опять же не моя личность, похоже, тому причина, а общая конфронтация с начальством, которое не ценило грамотного и нужного сотрудника. В свете последнего, именно так. А не потому, что я там где-то по душе пришелся товарищу. После наставник дождался, как мудрая обезьяна на берегу, пока Северному высший голову не откусил. Да, последний появился моими чаяниями и молитвами, пусть про это никому неизвестно, как и про мое отношение к угрозе про отблески в зеркалах и про кровь, которую ни в коем случае нельзя на них проливать. Можно, когда нужно.

Выводы? Они простые и отнюдь не о тупости реципиентов, это-то определялось легко и лежало на поверхности — зарвавшиеся обнаглевшие от безнаказанности недалекие исполнители, дуреющие от всевластия. Гонору — на шляхту, мозгов на тройку трансов.

Главное заключалось в другом, куратор решал свои проблемы, наплевав на возможное возникновение таковых у меня, как и то, что его подопечные умерли отнюдь не во славу Севера.

Как там в Библии: «По делам их узнаете, кто они»? Вроде бы даже не подстава, и всегда можно заявить Никодиму: «Да, я-то тут при чем, Стаф? Да, откуда я знал, что они так поступят?». Но веяло от его поступка гнилью, несло гадостью, как вот от этой лужи перед глазами…

Миазмы, сука!

Уравнение для начальной школы. В общем, итоги для сенсея отличные: и овцы целы, и волки сыты, и лагерю Стафа звездец, а последний в силу природной отмороженности, наплевав на все, накажет подлых вражин! Постарается. Сдохнет сам, но ущерб нанесет.

Куратор не учел другого — изменения моего к нему отношения или наплевал на такой фактор.

Сделал пометку сам себе. Даже, если впереди будет за ним числиться сто хороших дел, пусть тысяча, осадок один черт останется.

Ныть о несправедливости бытия? Я ведь этой суке, типа жизнь спас. Дважды… Серьезно? Ага-ага, платочек только найду, а еще обижусь. И заблокирую, как мне коллега из далекой-далекой вселенной советовал перед попаданием на Нинею.

Все предельно просто.

Разобраться.

По предварительным результатам же, Никодима вовлекать в дела можно и нужно, только глубину и подоплеку не раскрывать, как и легко и непринужденно, если того требуют обстоятельства, без лишних сантиментов подставлять. Делать крайним. Более того, поручать тот объем или кусок, который он сто процентов выполнит. И использовать по полной программе. Никакой он мне не друг и зарождением столь высоких отношений здесь и не пахло. Да, вроде бы и времени для подобного не прошло достаточно, но уже все ясно.

Пусть наставника понять и можно, снова его статус, как и с прошлыми «подчиненными», был совершенно неоднозначным. Например, Джоре и Саманта только вид делали, что подчинялись, на деле занимались своими делами и, исходя из увиденного лично, тот же безумный артефакторщик был на порядок влиятельнее, значимее, чем поставленный начальником Никодим.

Мысли промелькнули секунд за десять-пятнадцать. Хотел закурить, но респиратор…

Как наказать вот этих?

Вира?

И еще… еще какая-то важная мысль почти складывалась, видя разрушенный лагерь, не хватало чуть-чуть для ее прорастания.

Сжал и разжал правый кулак.

— Только не горячись, — не приказала, тихо попросила Ирия. Сука! Под руку! И нечто рождавшееся в мозге, должное повлиять на глобальное, окончательно исчезло, растворилось, — Альфред сейчас явится, я его вызвала уже. Разберем этот случай. Так быть не должно! Они пошли против законов, даже мои девочки в Наливайко отметили, что эти попытались сначала по тебе Плетью врезать, но не прошла, — кто бы сомневался, я ведь вышел из подчинения, — Впрочем, многого от главного тоже не жди. Понимаешь, он не пойдет против Азазель, а та где-то в Городище сейчас находится. Часов шесть назад прибыла со свитой. Ущерб, конечно, возместят... Но и только.

— Кто такая Азазель?

— Тебе не все ли равно? Тетка, которая может отправить на свидание с пустынными червями. Хотя… — посмотрела на нашивку на плече, затем перевела взгляд на печатку, — В твоем случае не знаю, как и того, кто за тобой стоит. Не похож ты на безумца… Хотя… — достала со своим задумчивым глубокомысленным «хотя».

Вновь все в красную и бешенства столько, как бы злобной слюной не захлебнуться, а затем не сдохнуть от собственного же яда.

Говорю же, прибой.

Впрочем, обуздал чувства быстро. И как еще один контур магги на них переключить?..

Не стал настаивать на ответе, «подругу» уже немного изучил. Ничего больше не скажет, так смысл сотрясать воздух? А ведь какую-то неделю назад… Вспомнил, будто и не со мной то происходило, не моя та была жизнь. Моя же вот эта.

А скованные суки только не усмехались, это было заметно по их лицам даже через стальные намордники. Действительно, аптечки сработали, подлечили, вернули настроение… Нет, это скорее собственная запредельная регенерация. Ведь все приборы, артефакты и умения блокировались девайсом, родом словно из магазина игрушек БДСМ. Он даже говорить не позволял. Снова здоровье тварям поправить? Ведь несмотря на некую скованность, в глазах падл плескалась немного недоумения, но больше имелось там сладострастного злорадного предвкушения. Похоже, пока еще не осознали новую реальность или их Азазель законы клана побоку. Вариант? Да.

Что там Федя нес про спасение «человечества» от паскудных демонов? Какие те гады? Ради вот этого дерьма класть свою жизнь? Чтобы они и дальше здравствовали? Нет, родные, был бы сейчас Арх или его проекция, скормил бы и глазом не повел.

— Это ваших рук дело? — не обращая внимания на Ирию, спросил у наставников, обводя ладонью окружающее пространство. Согласно инструкциям ни от одной детали оков я их не освобождал, как и держал в уме собственные кульбиты с «Шокедом».

Осклабились, закивали радостно.

— Стаф… — с нажимом произнесла Ирия, почувствовав что-то неладное в моих интонациях.

— Я так понимаю и двух моих одногруппников вы специально в пульсар принудили отправиться. Так? — заминка. Тогда материализовал «Хозяина боли», — Знакомо? Еще раз повторяю, — приблизил к щеке Миланы призму с тварью, вот здесь страх, даже ужас заплескался в глазах, которыми она уставилась на Сестру, но та только плечами пожала, — Вы моих одногруппников без всякой внятной причины убили во время сбора? Так? — неважно кто там пострадал, мне все одинаково неблизки, но факт, факт.

Полное единодушие. Кивки, глаза хоть и бегающие, но в целом не имелось в них страха. Настоящего. Только перед зловещим артефактом. И понятно почему — некая Азазель поблизости. Убрал призму с закованным в нее мерзким насекомым обратно в «Схрон» Сестра Вьюги выдохнула, а на мордах скованных появились победные улыбки. Врагов наплодил? Серьезно? Сами развелись, как те тараканы. И неважно уже ничего.

Да, они сейчас, может, и выплатят контрибуцию, отделаются легким испугом… За реальные преступления, за которые можно смело убивать от покушения на жизнь и заканчивая покушение на собственность — последняя категория в Севере куда, как священней. Не зря же я законы читал.

Как быть? Мать!.. У меня гусь последний с привязи рвется, а тут еще такое…

И ведь планировал заняться сбором, чтением труда Давлетшина, затем отдыхом при помощи ученического браслета… И для всего этого требовалось место. Место, которое я уже любовно подготовил, мечтал о душе, бане с веником, мягком кресле напротив печи… Остатки того и того валялись друг напротив друга. Манили. Сука! Азазель… Ее тоже отправлю обратно в Ад, прямым рейсом, через Чертоги.

Длань порядка, говорите? Вот и начну его наводить.

А пока пусть тоже амбре насладятся.

Схватил бабу за шкирку и пояс, и зашвырнул в зловонную лужу, не доходя метров пяти до зловредного магического водоема, затем в нее же отправился второй наставник. Шлепнулись на животы, разбрызгивая вонючую субстанцию. Чуть проехали на них. Поднялись на колени. Вроде бы дрянь даже не токсичная. И глубина всего лишь сантиметров десять.

Нормально рожи фигурантов перекосило. Что стало не до смеха и не до улыбок?

Ирия чуть брезгливо поморщилась, видимо, представила мощность вони.

— Отойдем, — даже не попросил, а приказал я, та, скорее всего, решив, что чем дальше мы будем от источника моих бед, тем лучше, — Сколько у них рейтинг, кстати?

— Семьсот восемь и семьсот сорок четыре, — после разглядывания бедолаг, сообщила девушка.

— Тысяч?

— Шутишь?

— Нет, но раз ты говоришь столь влиятельные, а у меня всего лишь сто тысяч, вот и предположил, — говорил я спокойно, поэтому Сестренка абсолютно не ожидала моих следующих действий. Да и уложились они в секунду.

Огненная граната из пространственного хранилища материализовалась в руке, отправилась в полет, как из гранатомета выстрелил. Шлепнулась между ублюдками, а дальше все потонуло во вспышке.

Полыхнуло.

Ревущий огонь взметнулся и погас.

Ирия открыла рот. Глаза огромные, дикие. Понятно, что она боевик и сожжением кого-либо ее не удивишь, но то в бою. Сейчас же не ожидала совершенно, еще большее удивление, что вот так, как и грязных, чистых, влиятельных заминусуют. Вмиг. Если бы черные были на их месте — глазом бы не повела, а тут дыхание у девочки перехватило. Оказалось и небожители сгорают не хуже, чем разный шлак.

— Ты… ты… ты… Так нельзя! Нельзя! Это штрафной отряд! Это… Они под Азазель! Азазель здесь! И не одна! Она тебя в бараний рог скрутит, молить о смерти будешь, и никто ей слово против не скажет. Сейчас она в Городище где-то… И будет здесь максимум через полчаса, потому что смерть своих людей она может чуять. Ты… Ты понимаешь?! Это… это… — терялась она в словах и смыслах.

Дышала шумно.

Ее подчиненные стоящие чуть в отдалении тоже рты открыли, глазки выпучили (хотя куда еще больше, и так на половину лица), не знаю проняло или нет панголина, но ящер смотрел с эдакой хитринкой.

Напомнил всем вам, что чистота не является залогом безопасности? Вроде бы по Пауку должны были уже сориентироваться, но…

— Стаф! — попыталась Ирия привлечь мое внимание, когда я молча направился к бывшей луже. Выгорела полностью за несколько секунд. Сундуки опять не пострадали, но вонь присутствовала, — Стаф?!

Сестра догнала. Больше не окликала, лишь материлась в голос, грязно, но безадресно. И молодец, а то уже утомлять начала. Пока не стал даже обдумывать мотивацию неких «предупреждений» ею меня, ведь если оценить их не с точки зрения отдачи некого Долга жизни, а провокации, то интересные комбинации могли вылезти.

Может и паранойя.

Обвел взглядом место, которое любовно готовил, отчего-то именно оно у меня стало представляться, как некий рай для отдыха после трудов праведных. Ведь и кресло и… И тепло.

Дождь вновь стал накрапывать.

Чистый пепел. Брони в минус. Неплохими меня боеприпасами снабдили взамен Фединых.

Подобрал кристаллы, в хранилище отправилось девять артефактов. Не рассматривал. Оказалось, с трудом сдерживался, чтобы не показать волнение и дрожь пальцев.

Кандалы чистенькие, чуть поблескивающие. Тоже убрал.

А в голове: Мать! Мать! Мать!

Считай приговорил, убил беззащитных. Не в бою, не в запале… Понятно, что все они заслуживали своей участи. Но один черт, нервяк проявлялся.

Молча направился к дороге. Сложнее всего было держаться невозмутимо. Но нужно. До талого.

— Ты куда? — донеслось из-за спины.

— Обедать, — ответил донельзя спокойно (кто бы знал чего мне это стоило), затем спросил с неким недоумением, — А ты решила здесь остаться? — Сестры из сопровождения отшатнулись, давая дорогу.

— А Альфред? — девушка шла за мной.

— Хочешь, жди его тут, а я буду в Наливайко, так ему и передашь, — сказал, как отрезал.

Высшая раса…

Мой столик никто не занял. За барной стойкой из-за ширмы торчала будка Анатолия — владельца «Наливайко». Симпатяга-официантка Камила с лучезарной улыбкой стала расставлять тарелки. Как и просил, придержала. Да и отсутствовал меньше двадцати минут. Если забулдыги никак не обратили внимание на мой приход, то вот Сестры смотрели во все глаза. Явно прилетела команда от Ирии. Наблюдали. Я тоже, но больше за периметром и через камеры разведчика.

А пока борщ из свина. И такой, как в моих мечтах. Густой, мясной, наваристый, красный со сметаной… Еще бы водочки сотку накатить, затем тарелку навернуть, заполировать второй стопкой с изморозью по стеклу. Закусить соленым огурчиком или грибком. И приняться за второе — котлеты с подливой из хрюна. Они мне понравились больше…

Гнал, гнал от себя паскудные мысли о правомерности собственных действий.

Сделал и сделал.

И правильно!

Разведчик же показал, как тем временем метрах в двадцати от входа состоялась встреча заинтересованных сторон — Альфред вместе Никодимом вырулили из проулка, образованного куполами над частными лагерями, вышли прямиком на Ирию. Та на вопрос, что случилось, кратко и емко поведала, не забывая и красок в виде «у него с головой беда» и Стаф умалишенный, но последнее слово заменяла на эмоциональное матерное через «ё». Упомянула, что ее «девочки в Наливайко» четко зафиксировали, как пресловутая парочка сначала хотела использовать на мне Плеть.

Все писал, собирал доказательную базу.

— Зная это все, куда ты смотрела, Ирия? Почему позволила ему убивать? Ты же рядом была?! Он ведь к тебе прислушивается! Да и ты — центурион, тут же нуб трехдневный! — Альфред начал разнос.

— Прислушивается? Солнышко мое, заруби себе на носу, Стаф слушает ледяные голоса в своей отмороженной башке! У него там персональные Чертоги Великого Холода! Он за три дня сколько демонов прибил?! Не подскажешь?! Он Арха грохнул! Арха, сука! Понимаешь?! Повелителя, мать его, плана! Так куда я смотрела? Действительно, куда?! — я уже знал, стоит только главному немного пережать, как вьюжная пошлет и больше ничего не скажет, — Он их хотел сначала определить в клан к Петьке-Прокачке, так и сказал, мол, тому не хватает Анки-Минетчицы и Иванки Васильевны… Именно на их места Стаф едва не определил Милану и Тимура. Вот туда я смотрела! — уверен, у собеседников сложилась определенная картины бытия, исходя из эмоциональной реплики, это дерзкой девке удалось меня переубедить не плодить трансов на Нинее. Хорошо повернула, и ведь ничего не утверждала, не доказывала. Лишь преподнесла факты. Но красиво их оформила. Молодец. Та же продолжала наигранно-просящим голосом, — Ирия, поговори, поговори с ним, чтобы не наделал глупостей! Мало ли… А там сам все решу, разберусь. Пожалуйста, Ирия, все будет красиво. Я сказал! — понятно, передразнивала главаря. Вот откуда дровишки и забота обо мне… Ладно. Это лучше, чем собственные мысли относительно мотивации Сестренки. Но почему сам главный не сообщил? Или Давлетшин мешал? Он ведь с ним очень осторожно держался, несмотря на вроде бы нормальные отношения, где-то доверительные. Хотя, там только про меня разговор шел, и судьбы мои решались. Или посчитал, что мы с Ирией неровно друг к другу дышим, точнее, я к ней. Прислушиваюсь к вьюжной девушке лучше, чем к кому-то еще? — А теперь виноватой меня хочешь выставить? Да?!

— Что? — выпучил глаза тролль.

— То!

— А сам Стаф где? — попытался тот переключить даму со скользкой тематики.

— В Наливайко. Обедает, — как-то ернически произнесла та, — Ведь ничего не произошло. Сжег парочку чистых, чисто вместо аперитива! Не изменившись в лице спалил. Понимаешь, он говорил со мной спокойно… Спокойно, мля! В лице не поменялся. И раз!.. И пепел… А он обедать пошел! Понимаешь ты, он обедать пошел!.. Уж на что я, казалось бы, все видела, но тут… У меня мороз до самой задницы, как представлю, что он так же спокойно!.. Меня… И средств у него запредельных хватает!.. Да, хватает! Вы сами снабдили! А он настоящий демоноборец и арсенал его уже не заставишь сдать! А так, нагулял аппетит наш новичок, как ты говоришь, «нубяра трехдневный». И кусок, Альфредушка, ему нормально в горло лезет! Борщ сейчас наворачивает, только шум за ушами стоит, — окончательное подтверждение прямой связи центуриона и рядовых бойцов, — Так что не твоей рогатенькой тут кого-то пугать, при чем тобою же, ей следует ссаться и забиться туда, откуда она со своей мразотой вылезла! И больше не выбираться даже в Отстойник! Никогда! Это тебе нужно сейчас трястись! В клане БП много, очень много перспективных мест, а у Стафа крисов с униформой — половина подсумка! Награда каждого героя может найти! А затем реальные ролевые игры настанут! И не забывай, Хозяин боли неиспользованный с паучка тоже ждет своего часа! — ничего не понял, — Да… А впрочем, пошел ты на хер со своими интригами! Понял? На хер это там! — ткнула куда-то вперед пальцем, — И своей бабе говори, чтобы всякую бледную чахлую погань в стойле держала, а не меня проси урезонить едва знакомого мне маньячину, от которого не знаешь, чего ожидать в следующий момент! Не может? Пусть суп варит и котлеты печет или жарит, я в душе не… не знаю, что с ними делают! Дома, мля! На кухне, сука! — а дальше уж совсем нецензурщина, и ничего больше не слушая Ирия вскочила на панголина и помчалась куда-то в сторону моста, сопровождение пристроилось за ней. Сестры в кафе продолжали вести за мной наблюдение.

И что это сейчас было? Пресловутая Азазель — это пассия Альфреда? Странный диалог. Но мое определение из уст Ирии тоже порадовало. И ведь никого просто так не задел, на людей не нападал на ровном месте, а надо же какая репутация…

Главный же не стал как-то комментировать действия девушки, повернулся к куратору:

— Бабы… В таком разрезе смерть смотрится гораздо более гуманным наказанием. Аза и здесь будет в ярости, безопасность всем обещала, приемлемые риски, а там бы… никогда бы не простила. Хоть это и утырки. Молчи, Никодим, молчи! Я все знаю, что ты хочешь опять сказать! Так нужно! Пока нужно! Разберусь. И на этом все, со Стафом сам поговорю, и вон, вроде бы, твои птенцы показались.

Удивительно у них все, но мне каждая ложка борща заходила легче и легче. Главное вонь не вспоминать.

Действительно, появились одногруппники. Впереди держались Быкан и Зюгерман. Рыжий с Гарпией чуть поотстали, ну и остальные уже шли слитной массой. Увидев заместителя главы экспедиции, они как-то приободрились и всей гурьбой двинулись ему наперерез, перехватывая перед входом в кафе.

— Уважаемый Альфред, можно обратиться? — с какой-то обреченной решимостью заявил Быкан, тролль кивнул, мол, говори, — Мы в первый день перевыполнили норму, вон Никодим подтвердит! Без всяких понуканий сделали, кто тройную, кто четверную, а кто и больше. Да и нам самим выгодно работать изо всех сил. Сегодня с утра перед сменой сразу новые наставники провели нас без всякой причины через настоящие пытки — по две три-минуты Плети! Ни за что! Затем в Городище принудили двух девушек зайти в область действия активного пульсара, чьи границы еще вчера были определены. И измывались над ними до тех пор, пока они не сломались и не приняли смерть вместо боли! Вы понимаете?! Минут двадцать длилась экзекуция! Двадцать минут пыток! А когда одногруппницы переродились в мертвецов, те их убили со смехом и сказали, что такая судьба ждет каждого из нас. Грязного. Подобрали кристаллы. Никто этим… этим не дерзил, никто слова не говорил против! — толпа зашумела поддерживающе, — Да и не можем мы под клятвами! Далее мы все выплатили долг перед Севером до обеда, и когда перестала проходить по нам Плеть, тогда наставники стали нас избивать обычными, артефакторными — кнутом и нагайкой. А мы даже сопротивляться не можем, потому что клятву с нас взял вчера куратор! А эти… эти кричали, что мы хуже рабов и будем делать все, что нам прикажут. Это законно? Как же ваш тезис, что рабства на Севере нет? Тогда что это такое? Что?! — бывший историк завелся, брызгал слюной, и я его понимал. Рядом в качестве поддержки стискивал кулаки Зюгерман, стояли решительные Рыжий, Гарпия, уголовник с подругой-фитоняшкой.

— Про кого ты говоришь? — состроил из себя дурака Альфред, а Никодим молчал глубокомысленно.

— Про Милану Павлицкую и Тимура Рериха. И мы все записали. Все! У каждого есть записи произошедшего! Все не сдохнем, кто-нибудь доберется до начальства, еще и здесь распространим!

— Никодим? — обернулся к наставнику главный. Публичный политик.

— А что Никодим? Что Никодим? Я был против! — пошел сразу в отказ тот, — Кто меня слушал? Ты?! Нет! Они же с твоей Азазель, не так ли?! — очередная доказательная интересная деталь, в частности, «с твоей». Похоже, в пуху рыло у Альфреда, в пуху, — И вы мне все своими решениями всю стату испортили. Карму! Сначала Джоре, затем вписали Федора с ученицей… У того от группы из тридцати человек осталось шесть, так он не успокоился, пока и остальных, практически всех к праотцам не отправил. Нахрена так делать, если было ясно, что тому все это наставничество до лампочки?! Кто нормально работать будет? Кто? Вот и получили, как организовали! — сплюнул в сторону бородач.

А ведь, действительно, остались ли еще вокруг не занимавшиеся херней? Верхушка, так почти в полном составе ею страдала. Мне ли не знать? И почему? Вопрос-вопросов.

— Все молчи! Я тебя услышал! — не понравилась прилюдная правда-матка троллю, — Быкан, ваша проблема с наставниками уже решена вашим же одногруппником Стафом.

— Как решена? Они…

— Радикально! — и видя не один десяток вопрошающих лиц, главный снизошел до комментария, — Он убил ваших обидчиков, сжег их, уверен, злодеи успели испытать всю ту боль, которую причиняли окружающим, и не только вам.

— Как сжег? — качок даже заморгал.

— А как людей сжигают?! Как, мать твою, сжигают людей? Показать наглядно?! — неожиданно пришел в ярость Альфред, сделал два шага вперед при этом на ладони разгорелся, затрещал огненный шар, отчего не только Быкан, но и остальные попятились назад, — Продемонстрировать?! Проблема решена! Теперь все претензии шлите в Чертоги Великого Холода! А рабства на Севере нет! Я сказал!

Глава четвертая

— Жрешь? — Альфред тяжело опустился на скамью напротив.

— Ем, — поставив правильный акцент, посмотрел на последнюю котлету и понял, больше не смогу — лопну.

— Слушай, Стаф, я все понимаю, — начал тот проникновенным голосом, — но…

— Не нужно ничего понимать, есть закон, который они не просто нарушили, они его попрали со всевозможным цинизмом. Положили на Север, на его уклад. Только здесь свидетелей восемь человек, плюс мои записи магги, где эти двое мало того, что оскорбляли меня — свободного перспективного члена клана, демоноборца I ранга со значительным послужным списком и огромным рейтингом, они еще и напали. Выказали агрессию. А кроме этого, в логах других прописано, что данная парочка пыталась применить ко мне безуспешно Плеть. Затем и Милана, и Тимур подтвердили, что взломали защиту на моем участке, уничтожили имущества, минимум, на полтора миллиона марок, оставили вонючку. Все просто, я в своем праве. Одного не понимаю, откуда у них это беспредельное желание творить зло? Ты вот на людей хочешь броситься без всякой причины? — собеседник покачал головой отрицательно, — И меня отчего-то не тянет. Может неправильно питаемся? Витаминов не хватает?

Я не демонстрировал, что подслушал их разговор. Зачем?

— Стаф… Не ерничай. С ними все ясно, заслужили. Но ты не понимаешь главного, это Никодим режиссер всего происходящего… — а дальше последовал обстоятельный рассказ, дублирующий мои мысли, возникшие на пепелище. Я лишь с первым тезисом не согласился. Куратор — отнюдь не демиург, он скорее хитрая жертва действий руководства, пытающаяся всеми силами за чужой счет минимизировать потери.

Впрочем, не спешил кричать о догадках, ни о том, что все понял сразу.

Пил черный чай и удивлялся коварству наставника, Альфред живописал.

— …скажи он им все сразу, как есть, то ты бы с ними не пересекся, по крайней мере не таким образом. Держались бы далеко, насколько это возможно.

— Дела… — только и смог выдохнуть вместе с горьким дымом я, когда собеседник замолчал.

— Они самые. И еще, теперь именно у тебя проблемы, с которыми я вряд ли смогу помочь. На тебе все стрелки сошлись. Милана и Тимур не сами по себе, у них тоже начальство было, наверняка Ирия уже сообщила. Вот в него Никодим и целился, хотя он никогда не признается, потому что тот еще интриган.

— Кто такая Азазель?

— Крайне, крайне влиятельная особа, и сейчас она спешит сюда.

— Отлично, — постарался как можно натуральней изобразить радость я, — Вира сама себя не заплатит.

Альфред вытаращился.

— Забудь!

— Отчего же? Раз они не сами по себе, значит, кто-то за них отвечал. За все их действия. Следовательно, и платить будет тоже. Никодим ли так все подвел или кто-то иной, но пострадавшая сторона от ее людей — я. В отношении меня нарушены и попраны законы клана.

— Хорошо, только не суетись, попробую договориться. Мне неприятности не нужны, поэтому я буду говорить, а ты веди себя ровно, — довольно быстро «вряд ли смогу помочь» превратилось в уверенность эту самую помощь оказать, — Может получится как-то съехать… но не дай Великий Холод ты выкинешь еще что-то, тогда… — многозначительно оборвал визави фразу.

Я промолчал. Кивком поблагодарил Камилу, которая принесла кофе. Смысла воздух сотрясать перед Альфредом не видел. Посмотрим, как оно все повернется. Но к возможному бою подготовился. И щадить никого не собирался. Значительно повысили мои боевые возможности новые трофеи.

А еще, вновь и вновь пытался понять для чего такая связка средств оказалась у садистов. Да, не вызывали удивления два одинаковых уникальных и уже знакомых мне артефакта «Райские кущи». Представлявшие собой магические усилители позитивных эмоций, дарящие неповторимые ощущения от всего, будь то банальный кофе или жаркий незабываемый секс. Затем возникали проблемы у хозяев, так попробовавший даже один раз настоящее наслаждение, больше не мог обходиться без «Кущ».

Вот отчего у уродов глаза блестели? Или они еще чем-то вкинулись, специализированным же артефактом заполировали?

Черти знают этих наркоманов, пусть они их и дерут.

Две «Сферы IV», должные обеспечить достаточно серьезную защиту, в конечном итоге не помогли. С другой стороны, бил я их в кафе руками, а затем кандалы отключили все. «Амбре» — редкий арт со способностью создавать зловонную лужу на расстоянии до двадцати метров от хозяина. С его работой я познакомился уже лично. Дальше интересно, стандартная призма содержала «Ярость», которая выглядела, как красный туман, клубящийся внутри. При воздействии на группу до пяти человек на расстоянии не более десяти метров, вызывала неконтролируемые приступы агрессии по отношению к носителю артефакта. Противодействие могли оказывать лишь пациенты, чей ментальный барьер был не ниже А+. И приписка гласила: если жертва изначально испытывает негативные и деструктивные эмоции, то действие усиливается.

Это кого они агрили? Или просто попал по случаю, таскали с собой в надежде продать и не доставали из слотов, чтобы не разрушался?

«Гнев Тора» — круговая волна пламени, сжигающее все не имеющее защиту выше А+, на расстоянии до двадцати метров от хозяина. Один раз в пятнадцать минут. Каждое применение требовало по сто пятьдесят тысяч единиц магической энергии. Собственный накопитель шесть сотен.

«Подавитель Оруэлла» — позволял незаметно сносить пси-защиту у жертв до класса А+ включительно, если выше, то ослаблял. Корреляция не линейная. Применение один раз в пятнадцать минут. Требования по энергии, как и к «Гневу».

«Копье Одина» — молния способная на расстоянии до тридцати метров испепелить любого с защитой ниже АА+. Использовать можно один раз в час за триста пятьдесят тысяч единиц магической энергии. Аккумулятор на два миллиона.

Вот тебе и олени.

Еще одна интересная закономерность, все атакующие артефакты имели минимальный уровень распада, в отличие от тех же «Райских кущ» или «Сфер».

Все это рождало нехорошие мысли.

Кнут Наказания и плеть Стайлоса, она же нагайка, помимо редкого статуса, обладали одинаковыми свойствами: прохождение через любые классы незримой брони, причинение дополнительных болевых ощущений жертве, которая не могла потерять сознание или умереть от болевого шока в течение двадцати минут с начала экзекуции.

Палаческая дрянь.

Магические клинки довольно посредственные, атака у обоих не превышала пять сотен, у кинжалов на триста сорок дополнительный урон шел от яда.

Не перед встречей с Азазель я воткнул «Копье» и «Гнев» в слоты, где находилась цепная молния и ждало своего часа ледяное лезвие, а сразу, едва только познакомился со свойствами боевых артефактов.

Новое магическое кольцо «Призрачная свора» — возможный завершающий аккорд. Понятно, «Шокед» тоже готов к применению.

Спешила же к нам на огонек дьяволица среднего роста без крыльев. Лицо по-нинейски модное с печатью сучно-властного выражения. Губы пухлые. Зеленые огромные глаза, ресницы только бровей не доставали. Аккуратные рожки торчали из белоснежных волос, которые легкими волнами опускались ниже плеч. Длинный голый хвост с треугольным шипом на конце нервно дергался. Специально обратил внимание, что он каким-то образом спокойно проходил через средневековый плащ, отороченный мехом. Последний иллюзия? С броней все понятно, еще в заведении у Вилли при виде крыло-рогатых баб отметил, что в трусах и даже с приставкой броне-, присутствовали соответствующие технологические отверстия. А здесь будто рябь по воде проходила, когда отросток метался туда-сюда через плотную ткань. Завершал или начинал картину сплошной анатомический серебристый доспех, изукрашенный неким растительным орнаментом.

Катана у пояса. Свойства не определялись. За дамой следовало клином четверо здоровенных, почти как Альфред, телохранителей, вооруженных так же. как и атаманша, и две высокие девушки, вроде бы человеческого обличья. Хотя могли не только хвост спрятать под броневыми юбками, но и копыта в сабатоны.

Магги поведала: «Азазель, чистая, член клана «Север»».

Про спутников, за исключением разных имен, столько же информации.

Зоопарк.

Та стремительно залетела в Наливайко, меня тут же вновь парализовало, все иконки потухли: «Сука, тролль! Подстраховался!». Не ожидал от него такой подлянки, а надо было, раз «его» эта баба. С другой стороны, а что я мог противопоставить? До вечера бы дожить, а там... Девка остановилась возле нашего столика и глядя только на главного заговорила громко, чуть с надрывом:

— Альфред, я не поняла, что за запредельно беспредельная херня у тебя здесь твори… — и гостья замерла с открытым ртом на полуслове, когда ее взгляд остановился на… на Давлетшине. Да и я обомлел. Тот проявился, словно из воздуха проступил. Восседал он за нашим столом, и судя по вальяжной позе, находился там уже давно. Здоровяк сглотнул. А новый гость молча указал мадам на табурет двумя пальцами, унизанными перстнями. Дьяволица сбледнула с лица и уселась, не говоря ни слова. Руки сложила на коленки. Надо же, почти школьница.

— Азазель, сообщи сопровождающим, чтобы ждали за пределами помещения, — очень спокойно и лениво принялся раздавать команды Игорь Семеныч, — И не бесцельно, а пусть ликвидируют последствия «вонючки», которую организовали на территории лагеря Стафа ваши же товарищи. Результат я проверю лично. Уберут плохо, будешь исправлять за ними ты. Но уже ручками. Не магией, — девка, растеряв всю напускную властность только мелко-мелко закивала, — Хорошо. Теперь ты, Альфред. Зачем обездвижил его?

— Но… но это ведь Стаф! — нормальная причина парализации.

— Я задал вопрос на незнакомом для тебя языке? Тогда что за невнятное блеянье сейчас слышу? — или некроманты в Норд-Сити силища из силищ или это лично Игорь Семенович настолько могуч. Потому что не пугал, не грозил, но готовность у окружающих оказывать содействие полнейшая. Кто он? А тот видимо какой-то купол над нами возвел — чуть исказилось пространство и звуки извне пропали. Конспирация или при всех не хотел возить мордой по столу командирский состав?

— Потому что я не знаю, что он выкинет в следующий момент! — взялся объяснять Альфред и обвел глазами пространство, стал еще бледнее. Почему? — И я не знаю, что в его голове! Он непредсказуем! И девушке мог того же «Хозяина боли» воткнуть сразу и сходу, даже не слушая ничего! Он убивает, как дышит! И плевать ему на последствия. Уже сталкивались. Он ни своей боли, ни тем паче чужой не боится, он двести четырнадцать раз сдох в модуляторе, сдох страшно, но когда вылез заявил, что круто! Круто! Это всего лишь меры безопасности. И не более.

— Надо же… вспомнили о последствиях. В данном случае о каких идет речь?

— Он мог убить Азазель, и, возможно, убил бы ее, а я бы отследить не смог, учитывая, что даже Ирия говорит о полной его неадекватности! Ей рядом с ним страшно, а тут... Да, даже с ведьмами он как себя повел? Парализованный щупом одной мозги вышиб! Как я такое могу иначе остановить? — вновь повторил озвученное. Видимо, весомости добавил.

— О-о как… Неадекватности… Значит, Стаф, неадекватен? Получается, законы клана Север, букве которых он следовал везде и всюду, выдумали безумцы и поэтому их придерживаться не стоит? Сначала нарушаем, ведем себя, мягко говоря, нагло, а затем удивляемся, что оказывается есть последствия у действий? — Альфред отрицательно помотал башкой, — Тогда все страньше и страньше, страннее ли, адекватно неадекватен получается Стаф? Так? Ты говори, говори, я очень внимательно слушаю.

Но здоровяк сосредоточенно молчал, пялился в столешницу, да и девка обмерла, боялась лишний раз вздохнуть.

— Черного разблокируй. А ты пока веди себя хорошо и не мешай, — изображавшие ствол пистолета, два пальца остановились на мне.

И тут же я вновь смог нормально дышать.

Вести себя хорошо? Да, хорошо, суки!

Послушаем.

Цели я наметил. Перепрофилирование. Шокедом пока не пользоваться. Прибегут твари-подельники и вскроют глотку, пока без сознания буду валяться.

Стараясь выглядеть абсолютно невозмутимо, потянулся к недопитому кофе. Вытащил сигареты. Давлетшин посмотрел на пачку, чуть брезгливо скривил уголки губ, но ничего не сказал. Девка тоже сморщила острый носик. Понимаю, курить плохо, а вот людей убивать — это нормально. Ничего в их душах не екает. Не отзывается. Эмпатия, как она есть.

Некрос же продолжил:

— Видишь, Альфред, ты прекрасно понимаешь, что твоя девочка пусть отрастила сиськи, рога и хвост, став сразу бодливой, глаза превратила в блюдца, губы в рабочий инструмент, но мозги-таки не прокачала. Отчего так? Что молчишь? А она везде виновата. Везде. Поэтому и опасаешься расплаты. Справедливой. Или я ошибаюсь? — тишина и сопение, — Вот скажи мне, коль ты ее по-настоящему… в вашем понимании, любишь, оберегаешь, пылинки сдуваешь, даешь возможность почувствовать себя важной, значимой, кем-то, так отчего не предупредил? Не сказал просто, к Стафу и к нынешней группе близко не подходите? Не лезьте.

— Я пытался. Не успел. Вы рядом были, а они в локу зашли с утра, рано, связи с ними не имелось, — ого, а ведь вроде бы они общались до этого на «ты». Шутки кончились?

— Неужели, так оказывается бывает. Запускаешь кого попало на охраняемый объект, не отмечаешь в журналах, только я насчитал больше сотни нелегалов... а ведь никто бы и слова именно про твою подругу с ее коллегами не сказал, если бы ты их официально провел. Никто. Хотят поработать — пусть. Нет препятствий патриотам на Севере. Клану только в радость своим деньги платить. Экскурсия? Тоже понятно. Однако, таинство… Интересно… И сейчас речь идет не просто о какой-то мелкой халатности, а в свете происходящего бардака абсолютно о другом. О вредительстве. О работе на благо врага. О предательстве.

— Но…

— Почему нормально не провели? Отвечать! — в голосе Давлетшина столько металла появилось, вроде бы и говорил тихо, но казалось сам воздух завибрировал.

— Это все мой папа! — вмешалась Азазель, явно спасая любимого, — Я не хотела, чтобы он узнал, где проходил мой отпуск. А он ведь имеет доступ ко всем подобным спискам. Он против, чтобы я в экстреналку ходила. Скандал на скандале из-за этого постоянно. Альфред в двадцать второй, отец бы сразу бросился проверять список входящих-выходящих. Он очень подозрительный. Мне же нужно сюда! Я не понимаю, вообще, в чем проблема? Что мы такого страшного натворили?! Чем провинились, что вы нами заинтересовались?!

— В чем проблема? — переспросил, смакуя последнее слово Давлетшин, — В том, что вы заигрались. В том, что сбор в локации едва не сорван. В том, что твой миленок до сих пор порядок не навел! А следовало бы.

— Да, не нужны нам ваши ресурсы, мы нигде не лезем в карман клану! — с жаром ответила девушка, — Мы ищем картины Эрио Бонетье, который проживал в этом городе. Квест! Талантливейший художник… Как-то Альфред мне картину подарил и… И мы были шокированы ею. Да, не все могут оценить! Каждый раз жилище художника находится в другом месте, и мы пытаемся по косвенным признакам найти его и новые работы. Даже язык местных не только расшифровали за деньги, но и выучили! Письменный! Единственное, в чем наше нарушение, зашли в охраняемую локу без отметок! Но от наших действий никто из соклановцев не пострадал! Более того, в прошлую загрузку, мы даже помогли — оказали неотложную помощь группе Снежных, попавших в непростую ситуацию.

— Все так! — влез Альфред, отчего некромант недовольно поморщился.

— А как же приведенные тобою Милана и Тимур? Они тоже ничего не сделали? Например, не вредили обучающему процессу? Кстати, кто их к нему приставил, тот ответит. Как в поиске картин помогает вмешательство в наставничество? А может не они загоняли учеников в пульсары, зная, что это тем грозит смертью?

— Не чистых и не серых! У них… у них это тоже игра! — вот здесь мысли ее заметались вместе со словами, — Им нравится властвовать… Они нормальные, но немного… того... — легко постучала двумя пальцами по виску, — Так у них! Со своими бзиками, но люди они хорошие. А это просто игра! Они отдыхали душой, никого из честных людей не трогали. А за стенами скучно, просто скучно! Работа, дом, работа и так каждый день! Выгораешь! Нужна смена обстановки, у нас всех отпуск, специально подгадывали, вот и… Пару декад, весь пар и негатив сбрасываешь и вновь готов покорять новые вершины! Приносить пользу клану! За стенами нечем особо заняться. Вот и… Альфред же всегда так интересно рассказывает, столько всего… И никто из нормальных даже от рук Миланы и Тимура не пострадал! Грязные — сами по себе гниль на теле Нинеи, а тут еще уголовники… От них Там все страдали, и тут всплыли, уроды. Биомусор. Расплата за грехи! Ну, переборщили немного. Выплатили бы штраф…

— Ролевая игра, значит. С перчинкой. Чуть-чуть перегнули, властелины, — сам не понял, что это сказал я, и не узнал свой голос. Хриплый. Какой-то вмиг осипший. Теперь стали абсолютно понятны все слова Ирии. И тоннельное зрение начало проявляться, цель — Азазель, затем ее влюбленный-подкаблучник. Тому ножом из живого проклятого металла по горлу, обязательно им, бабе же Хозяина боли, однозначно, его! Вон как напрягся главарь, пот на лбу выступил и глаза забегали. Прямой приказ Давлетшина останавливал все поползновения, иначе давно бы меня вновь парализовал. Интересно, а если бы тупая тварь потребовала мой скальп, предоставил бы? Даром, что здоровенный, тупая нимфа в бараний рог свернула. Сука… Черти!

С действиями я чуть-чуть опоздал, буквально на долю секунды меня опередила парализация. И опять все потухло.

— Нет, Стаф, все же пока побудь-ка без движений, для твоего же блага, — похоже, на сей раз Игорь Семенович меня в дрова превратил, — Я сам поговорю. Теперь ты, Азазель, в миру Рената Сергеевна Бронева… Вновь повторю, игры закончились. По поводу биомусора. Вот, например, если мы не договоримся, Стаф легко убьет тебя, твоего строгого папу, любимую маму, обожаемого братика и так же поступит с семьями всех твоих коллег и друзей… Представляешь, он может это проделать запредельно жестоко… и знаешь, что ему за это будет?

Та медленно отрицательно покачала головой.

— Ни-че-го. Даже штраф перед Севером не выпишут. И не просто так, а за заслуги. Пальчиком погрозят. Войдут в положение, особенно узнав подоплеку. Максимум обяжут пару-тройку особо вредных демонов в межсезонье прибить или локу какую-нибудь сложную почтить присутствием. Постараются с ним договориться… Понимаешь? Не надавить, не приказать, а договориться. Потому что согласно клановому рейтингу, именно ты и такие как ты, — биомусор. Вы на протяжении многих лет ничего достойного не сделали. Жалкие винтики, которые меняются с легкостью, потому что вашу работу способна выполнять обезьяна. Или ты хочешь что-то сказать по поводу неправильного устройства Севера?

— Нет! — ответила та быстро, смотря то на меня, то на Альфреда.

— А еще есть ЦК, и у Стафа там тоже для тебя запредельный рейт. Вы же на него прыгнули. Сами. Скажи, вы может не картины ищите, а скорой смерти? Эдакий клуб самоубийц? — дьяволица замотала отрицательно головой с жаром и экспрессией, взгляд напуганный, — Запомни, каждый кто здесь очутился, он оказался тут не просто так, а стараниями клана. Значит, нам он зачем-то необходим. И только руководство может решать кто гниль на теле, а кто благородная поросль, но никак не ублюдки, великовозрастные инфантилы, которые вдруг решили, что они властители чьих-то судеб, когда своей управлять не могут… Вот это…

И тут меня накрыло запредельной жутью. Да, именно так. Если бы она продлилась чуть дольше и мог бы, зубами бы застучал и маму стал звать. Да, обгадился бы! Это… Не знаю, как описать — это Ужас. Когда от страха волосы шевелятся не только на затылке. Сродни чуду, что смог окружающие воспринимать и отметить приблизительно такие же эмоции на перекошенных лицах Альфреда и Азазель.

А затем все пропало, Давлетшин же взялся рассматривать ногти на правой руке, прокомментировал:

— Вот это мое настоящее внутреннее, что я сдерживаю, пытаюсь изо всех сил, но барьеры из-за ваших действий все тоньше и тоньше. Во что выльется мой гнев, можете представить сами. Вы же меня очень разочаровываете. Потому что плохо понимаете происходящее. С вами обоими сейчас будем говорить. Говорить долго и по существу. Стафу, да и другим о предмете нашей беседы знать не требуется. И дел у них полно. Но… Урок без платы забывается быстро. Самая лучшая, пробирающая до печенок — это забрать нечто дорогое, близкое для человека, с чем он сроднился, без чего не может. Первое, Альфред, отдаешь и забываешь «Оникс». Чтобы больше лагерь Стафа не разрушили никакие злодеи, проведенные тобою тайно в локацию, пока он занимается делами клановой важности. Твоей подруге генератор не понадобится, по крайней мере, ближайшие пару лет. Будет учится готовить. Котлеты жарить, — Давлетшин явно показывал, что и беседа с Ирией мимо него не прошла, — Еще, ты любишь без дела пускать в ход «Горху» — он тоже пригодится нашему черному в изысканиях, даже для того, чтобы постоянно не летел плач Ярославны от вас, как Стаф всех вокруг убивает. Вопросы?

Альфред молча выложил кольцо, открывая свойства: «Парализатор Горху (класс: уник++; модернизируемый) — на расстоянии до 15 метров позволяет обездвижить любого разумного, чья защита не превышает ранг А+. Блокирует возможность работы с артефактами, заклинаниями и другими магическими предметами. Можно использовать 12 раз в течение 6 часов, общее время действия всех парализаций не может превышать 3,5 часов. Может неоднократно применяться к одному и тому же разумному. Таймер включается с момента первой активации. Стоимость применения 120 000 е.м.э.». Вот чем меня он постоянно глушил.

Тот же протянул ладонь к подруге, еще через секунду на ней материализовался черный с белыми прожилками кубик, размерами в пятую часть от спичечного коробка. Его присовокупил к печатке и аккуратно все сдвинул в сторону Давлетшина.

«Генератор защитного поля «Оникс» (класс: уникальный) — создает сферу радиусом до 15 метров (настраивается), которая обладает мощностью до ААА включительно. Активируется автоматически при возникновении любых угроз. Встроенный аккумулятор: 10 000 000 ед. Имеется возможность подключать к источникам чистого крио».

Мысли мои метались, радости от приобретений я абсолютно не испытывал. Сука!

— Второе. Азазель. Я слышал ты просто обожаешь и гордишься своим демоническим жеребцом? Холишь его, лелеешь. Как-никак подарок, да и животное красивое.

— Только не его! Ну пожа…

— За все нужно платить, — жестко перебил Давлетшин, — Или ты думала, красавица, что можно людей убивать, называя их биомусором и остаться безнаказанной?..

— Я никого не убивала! Никого! Что же до Миланы с Тимуром, они только грязных иногда…

— Повторюсь, к ним мы тоже вернемся, посчитаем сколько клан вложил, и сколько вы будете с Альфредом отдавать в казну. Но главное, если сочту, что вы достойны жизни. Вполне возможно, по итогам вы отправитесь с любящими семьями на корм пустынным червям и сочтете это за благо, потому что мне интересны разные формы зомби. Вопросов же накопилось достаточно, эпизод же со Стафом проходной. Всего лишь триггер.

— Я готов на амулете истины подт…

— Альфред, — прервал спокойно спич здоровяка некромант, — Я разве не русским языком пояснил порядок действий?

— Игорь Семенович, но у меня там вещи. Мои вещи. В чересседельных сумках, там и женское, — и покраснела. Вовремя подруга переключила внимание на себя.

— У тебя есть пятнадцать минут.

— А куда я их положу?

— Альфред, помоги своей даме сердца, — когда они выскочили из Наливайко, проводив парочку взглядом, Давлетшин снял парализацию и заговорил, — Не открою секрета, если скажу, что в свете новых событий для тебя сейчас самый лучший вариант из возможных стать моим учеником. Это ты понимаешь?

Кивнул.

— И не я тебе другие дороги перекрыл, — ну-ну, не ты, ты всего лишь все мои планы похерил за три непонятные, может, и дорогие штуковины. Врагов мне наплодил из разряда лютых, — но свои условия для приема уже озвучил. Постарайся их выполнить, в противном случае ты мне становишься не интересен. Отношение к студиозам у меня приблизительно, как у Пламенного. Они должны учиться, расти и работать сами, я лишь корректировать, а не вкладывать разжеванное в клювики. Кстати, Федор молодец, несмотря на все обуревающие его эмоции относительно кровника убитого тобою… Да, понятно, что там либо ты побеждаешь и выживаешь, либо умираешь, ты выжил. Так вот, Федор сделал все так, что и дело не пострадало, и с тебя слетела деструктивная аура, провоцирующая беспрецедентную агрессию окружающих. «Очищение кровью» закрыто. В логах еще не смотрел?

Хотел спросить «когда?», но промолчал. А так, время нужно, спокойный угол, тут свойства артефактов едва-едва изучил, потому что боялся увлечься и упустить из внимания окружающее. Но сейчас, зная, что искать и куда смотреть, мгновенно перед глазами всплыло сообщение из истории: «Внимание! Квест «Очищение кровью» выполнен! Активировано основное задание — переход на вторую ступень учения пути Ледяных Кровавых Лезвий. Для этого вам необходимо:

— заполучить Скрижаль Стужи;

— совершить паломничество в Ледяные Чертоги;

— войти в Купель».

— Да, квест зачтен, — подтвердил, — А вы откуда об этом знаете?

— Если ты про то, рассказывал мне о чем-то Пламенный или нет, то «нет». Я — маг пусть и смерти, но маг и, смею надеяться, довольно неплохой и не самый слабый. Поэтому чувствую и вижу. Агра больше не существует. Гибель такого сильного существа, как Арх, от твоих рук перевесила сотни и сотни других. Скорее всего, из-за применения к самому себе Шокеда, — нормально зашел, вот тебе и конспирация, — или уничтожения проекции, когда ее проводили через все круги Ада, чтобы явился хозяин, произошла настройка третьего контура SN. Две случились в модуляторе, о чем имеются соответствующие записи. Итоги простые. Выказывающие агрессию в отношении тебя с того момента, когда ты сегодня очнулся, могут действовать так в силу огромного количества причин, но среди них не будет, указанных мною. К чему я? Ты теперь не приоритетная цель для всех и каждого. Как воспользуешься этим знанием, другой разговор.

— Я вас понял. Спасибо за информацию! Можно задать один вопрос?

— Попробуй.

— Вас так боятся, потому что вы некромант или имеются другие причины?

— Неожиданно… Впрочем, ты на перепутье и пытаешься понять, что даст учеба у меня, а еще, действительно, чистая SN у тебя, я бы даже сказал совершенно чистая, что уникально в нынешних реалиях, — усмехнулся Давлетшин, последний вывод абсолютно непонятный, как с чем и что связано? — Скажу так. Для того, чтобы к тебе прислушивались, просто некромантом быть недостаточно. Впрочем, как и магом любых других направлений, как и демоноборцом. Я ответил на твой вопрос?

— Да, спасибо.

— Теперь рабочий момент. Чтобы не тешил себя иллюзиями, которые могут привести к гибели. Таких сильных магов, как Пламенный или я, «Шокедом», тем более вторым, не заглушить, даже вряд ли пройдет восьмой — последняя разработка. Не подействует он и на Альфреда. Да, у тебя пусть и не написано все на лице, но для меня это загадкой не является. Нас же, перспективных, от такого прошивают в клане. Далеко, далеко не всех, но прошивают. На демонов, наоборот, подобные изыски действуют мощно, и пока они еще не придумали адекватного противодействия, потому что те из них, которые попадают под удар, больше никому ничего не рассказывают. С них не могут снять показатели, — и почему тогда у Федора такого в арсенале не оказалось? Не стал озвучивать вопрос, на который вряд ли получил бы ответ. Впрочем, я ведь воспользовался не просто нелегальным каналом, а откровенно криминальным, если судить по действиям тех, у кого их изъял. Да и тот же Макс отчего-то не шокировал высшего. Хотя, по мнению окружающих, именно он и заглушил демона. Вывод? Не все так просто и красиво, как говорил Давлетшин, — Одержимость тоже влияет сильно, и как понимаешь, не в позитивную сторону… Выводы оставляю сделать самому. Да, обрати внимание на следующие параграфы в моей книге… — перечислил шесть, я писал, но и запомнил, — Это поможет с поисками мест проведения ритуалов в локации. Кстати, в большинстве своем, учитывая, что ты черный и демоноборец, именно в этом и будет состоять семьдесят процентов твоей работы в будущем в Норд-Сити. Оно и так таковым станет, но здесь выбор за тобой — делать осмысленно и с пониманием или просто выполняя бездумно чей-то приказ. Что же, что же еще?.. Вот это уже с моей стороны плата за молчание о произошедшем с Азазель и ее товарищами, пока не скажу действовать иначе, — на стол лег кристалл-аккумулятор на цепочке, — Хранилище на десять миллионов. А эти… — сделал круговое движение пальцем, — Они должны усвоить урок, оба не самый плохой материал, но и не самый лучший. Что же до ваших с Альфредом договоренностей, он выполнит их все. В полном объеме. К ненависти же привыкай, как и к презрению со стороны чистых и серых. Думаешь, девчонка озвучила какие-то свои глубинные потаенные мысли про «биомусор»? Каждый вечер перед сном Гитлера читает и его портретам молится? Нет. Это то, что где-то незаметно, а где-то навязчиво, транслирует ЦК последнее десятилетие.

Видя мое полное непонимание, прозорливый некрос пояснил:

— ЦК или Центральный Комитет — организация, занимающая доминирующее положение на Нинее, если упростить, единственный легитимный эмитент марок и единственный поставщик магги. Больше их не может создать никто, по крайней мере, я про таких не слышал. Ниже — Великие кланы, затем идут обычные. И любые наши законы не могут противоречить законам ЦК. Потому что изначально стандартный магоинтерфейс идет с соответствующими прошивками, в него встроена куча ПО, как и ограничений для пользователей. Но для многих и многих удобно, если не брать во внимание указанных минусов. Для того, чтобы их снять, отключить, убрать, настроить, нужно достигнуть настоящих величин в магии. Исключения — экспериментальные SN, они изначально чистые, так как благодаря им раньше разрабатывались новые модели и… пусть будет, приложения. ЦК работает только и исключительно с Великими кланами, те в свою очередь, ставят свое дополнительное ПО и в таком виде поставляют магги на свои рынки. Таким образом, как бы руководство клана Север не хотело изменить обстановку с отношением к черным, а оно отчетливо понимает пропасть, в которую мы можем сверзиться, но ничего не может поделать. Вполне возможно лишь «пока», но не стоит сбрасывать со счетов и слово «никогда». Понимаешь, к чему я тебе это говорю?

— Дальше будет хуже?

— Мгм, можно и так сказать. А еще то, что ненависть и презрение к грязным исчезнет только с отключением этих адских излучателей. И далеко не сразу, так как деструктивные нарративы пустили глубокие корни. Конечно, все это образно. Но до судьбоносного момента именно в такой среде тебе и придется жить, и не потому, что все кругом плохие, а потому что с подобным влиянием на умы бороться обычному или необычному человеку очень сложно. Порой невозможно. Жить же в мире ненависти к себе любимому лучше сильным, чем слабым. Это аксиома. Гильдия Некрос — безусловная сила не только в Севере, но и среди других кланов. Следующее и важное. Заинтересовал ты меня не своими дедуктивными способностями, не некой избранностью или пятым глазом ниже поясницы, который вот-вот откроется, даже не удачей, облобызавшей и ведущей тебя, а готовностью и решимостью идти до конца. До последнего вздоха пытаться убивать врагов или достигать некой цели, не взирая на последствия. Что ты доказал на практике. Делами. Я про ведьм. Вроде бы все сказал, а вон и Азазель.

Сначала зашла девушка, за ней топал здоровяк, на его фоне подруга смотрелась донельзя миниатюрной. Она подошла к столу, в глазах ненависть ко мне, но призму-артефакт с черной лошадью внутри положила на стол аккуратно.

— Вот! И пусть… — уверен хотела заявить «подавится», но с собой справилась под полунасмешливым взглядом некроса закончила, — Пусть верно служит Стафу, а тот, в свою очередь, делает все для возвышения Севера! Я приношу извинения за себя и своих людей!

— Я принимаю твои извинения, — ответил, словно после глубоких раздумий, сам рассматривал очередную вещицу. Нет, не ненужную… а… а не стоящую таких... таких затрат.

«Демонический жеребец (класс: уникальный, модернизируемый; собственное имя: без имени) — позволяет призывать в объективную реальность из специализированной ездового питомца класса А+, обладающего некоторыми боевыми качествами. Максимальная скорость передвижения до 90 км/ч (кратковременно, не более 15 минут), средняя скорость с наездником без груза 20-25 км/ч (5-6 часов затем требуется столько же на отдых в специализированной реальности). При движении со скоростью 7-12 км/ч на каждый 12 часов требуется отдых от 3 до 6 часов. Все показатели так же зависят от массы груза.

Имеется возможность перевозки и перемещения поклажи до 1000 кг. Помните, количество магической энергии необходимой для перемещения в специализированную реальность напрямую зависит от общей массы сторонних вещей. При достижении критических минимальных величин магической энергии в аккумуляторе, весь груз остается на месте, за исключением сбруи.

Внимание! При уничтожении в объективной реальности питомец больше не возрождается, соответствующий артефакторный слот разрушается.

Внимание! Требует привязки! Последующая отвязка может привести к уничтожению слота и разрушению артефакта: у чистых — 0,12%; у серых — 34,27%; у черных — 93,77%».

Давлетшин разложил перед собой все три предмета, поколдовал. Мне несколько раз приходили системные сообщения, после чтения и раздумья под непреклонным и давящим взглядом некроса, отвечал согласием. Единственное на чем удалось настоять, это призму с петом разместить в слоте брони. Через пять минут товарищ сообщил заметно посмурневшим влюбленным:

— Итак, конфликт исчерпан. Помните все об этом. И, главное, кто выступал гарантом, — настоящий медиатор от бога,— Специально для алчущих, я привязал и артефакты, и купол к истцу, как итог, при смерти или отвязке, вероятность их уничтожения приближается к ста процентам. Азазель, ты порадовала меня. Можешь, когда хочешь… Поэтому, Стаф, оружие Тимура и Миланы верни. Пусть хотя бы его похоронят. И предупреждаю, имея «Парализатор» такого класса, чтобы убивать людей, тебе теперь потребуется очень веская причина. Я же буду рассматривать каждый случай очень тщательно. И… Пусть у тебя рейтинг высокий и наказания особого не понесешь, но уж поверь мне — плеть в руках специалиста поможет ощутить многие грани адской боли за неправомерные поступки. Я же, назначая подобные наказания, в своем праве, которое четко прописано в соотвествующих регламентах.

Не хватало в завершении монолога только веского альфредовского: «Я сказал!».

На этой бравурно-трагической ноте залетчики вместе с некромантом покинули Наливайко, а мне не давали покоя мысли не только о новых вводных, но и о Федоре собаке Пламенном и о бородатом затейнике Никодиме…

Глава пятая

— Сбруи для верховой езды есть, но тебе их не рекомендую, — сделал продавец нажим на слове «тебе». С чего бы такой сервис и доверительные отношения? Постоянный клиент? — Они обычные, а цены на них запредельные, да и качество — только-только до Норд-Сити добраться. И, вообще, у тебя отличные модификанты, такое на них одевать — позориться и народ смешить. Будут дня через три нормальные, тогда приходи.

Не такой ответ я ожидал услышать в «Рае Сталкера», куда отправился сразу после посещения участка, где нелегалы навели порядок. Они даже поверхность заровняли — пусть не асфальт положили по уровню, но что-то близкое, и дорожку до реки проплавили, сундуки переставили, чтобы уничтожить обрывки вонючей палаточной ткани. Весь мусор обратили в пепел. И пахло вокруг ландышами. А уже здесь в торговой палатке для туристов увидел уздечку и седло.

— Стопэ! — неожиданно отдал сам себе приказ продавец и руку перед собой выставил в останавливающем жесте. Мужик очень и очень походил на погибшего на моем участке Валентина Честного, этого же звали Сергей Мурк. Впрочем, имена и фамилии тут не мама и папа давали, а яйцеголовые уроды, поэтому могли быть даже родными братьями, не зря же убитый товарищем дочки Ирии являлся совладельцем, — Как ты относишься к фургонам?

— Нормально.

— Тогда обрадую, у нас они есть. Три штуки свободных! Прикупили оптом десяток с оказией, — видя мой вопросительный взгляд, пояснил, — Нападение трансов не все пережили, включая тягловых животных. Одно из ТС рассчитано на пару улучшенных лошадей, упряжь в комплекте. Что еще? Фургон специально обработан, чтобы внутри ничего не портилось. Одна зарядка — пять тысяч, полторы декады даже мухи на свежую рыбу не сядут, а та все это время будет словно только из речки. Усиленный. Тонн пятнадцать, если сможешь запихнуть, спокойно довезешь. Рессоры не полетят, колеса не лопнут. Скажу сразу, чтобы не было никаких претензий впоследствии, двадцатку, минимум, ловлю сверху — отдам за сотку. В Норд-Сити будет стоить около шестидесяти у производителей, с новья и со всем обвесом. Продать сможешь максимум за сорок — это если очень-очень повезет, — нормальные перспективы обрисовал, — И это была бы крайне невыгодная сделка, если бы она происходила где-нибудь в другом месте. Здесь же одну мебель привезешь и в плюс выйдешь. Я бы не стал продавать, но увы, у нас не только с возницами, но главное, с животными затык, даже в аренду никто не дает. Уже все пробили. Всяко попробовали. Так-то! — отчего-то поднял вверх назидательно палец, — Ты ведь новый владелец Черного дома, насколько я слышал?

— Да, — надо же, как у них разведка работала. Впрочем, тут все между собой так или иначе знакомы. Мы с одной стороны Отстойника. Языки же за зубами мало кто держал.

— Тем более пригодится. Даже просто мебель привезти отсюда, элитную, я не говорю про жратву и прочее. Все это можно спокойно хоть КАМАЗами вывозить. Клан такая мелочь не интересует. Была бы лока поближе… А сюда за реальными ценностями едут. С другой стороны, тебе, как демоноборцу, плевать, ты можешь хоть что забирать, и никто слова против не скажет. Кстати, в городе мы занимаемся еще и ремонтами помещений, сооружений, возведением нужных.

— Например?

— Бани, сараи, навесы, гаражи, конюшни и так далее, можем из своих материалов. Цены приятно удивят. Но мебель такую, какую можешь взять здесь, там не купишь и за миллион. Часто ручная работа, раритеты. Как всех начнут в локу запускать, так потащат даже ее. Один раз на моей памяти парочка собирателей диван волокла до Норд-Сити. Пешком! Диван! — веско повторил. И что он так именно на мебели зациклился? — Да, если понадобятся наши услуги, спросишь у Вилли. Он подскажет, где искать. А так, мы на Верхнем рынке торгуем, своих помещений пока нет… Были, да сплыли. Аренда закончилась, хозяин продлевать не стал. Падла очкастая! Подставил в последний момент — перед рейдом сюда. Место же козырное было, неподалеку от Грез. Вот сейчас будем искать другое. И запомни важное, чтобы потом вопросов не возникло, к ремонту помещений, продолжительное время остававшимися нежилыми или без присмотра, приступаем только после обработки специальными службами от теневой и другой дряни. Требуем стандартный сертификат. Иначе опасно. Плавали, знаем.

Полезная информация. Федор в колодце какого-то монстра приголубил, а в дом не заглядывал. Может и к лучшему. Пепелище — обычные итоги его работы.

Осмотрели транспортное средство, практически такое же, на каком мы добирались до локации. Нормально. Все равно я в них ничего не понимал, мог только кивать с непроницаемой мордой и слушать пояснения. В целом, с Мурком был согласен, даже еду на круг посчитать, один черт выгодное приобретение, учитывая цены у Вилли на местные продукты. Дешевкой с наших Земель только брюхо набить, больше никакой пользы. Жрать же хотелось практически всегда, не в первый раз уже отметил, что стал есть больше раза в два-три, нежели на родной планете. Дальше я взялся озвучивать пожелания относительно повторного разбития лагеря.

— Место у тебя какое-то плохое, — заявил тот поморщившись, — Проклятое.

— И не говори, но другого не будет.

— Давай тогда считаться. И приступим…

Дорого. Все очень дорого. Но старался смотреть на мир с оптимизмом. И давил, давил хандру, взявшуюся из ниоткуда, которая шептала — зачем тебе это все? Лагерь вновь уничтожат, врагов не перечесть, да и ненадолго ты тут… Наплюй. В фургон спальник бросил — и нормально.

Победил с трудом, и не логикой, а просто представил раскаленные камни в бане, обжигающий пар и… и дождливую хмарь снаружи. Добрый эль после веников, кресло рядом с печью, обдающую теплом, стакан с янтарным виски. На два пальца. Ароматную сигару. И все после изнуряющего трудового дня. Эх…

Поэтому договорился о полном комплекте. Опять центральная палатка с печкой, взял сразу дополнительную под склад, ту же упряжь хранить и другие нужные вещи, туалет, коновязь, умывальник, душ, летняя кухня со всей обстановкой под навесом, мобильная баня с вениками (березовыми и дубовыми), освещение. Стандартный генератор защитного поля тоже решил устанавливать — им весь лагерь укрою, а проникших внутрь будет ждать сюрприз из непреодолимого силового барьера от «Оникса». И хорошо, что последнее вещь сугубо магическая, а не артефакт. Плюс два дополнительных сундука, кровать, столик и пара стульев… По мелочи, по мелочи, вышло в итоге вместе с фургоном почти триста тысяч, так как я не брал в аренду, а выкупал. Да и цены заметно выросли.

Конечно, у меня марок не так, чтобы много, все больше натурой получалось брать. Требовалось же, согласно установкам Пламенного, только на учебу раздобыть около десяти-двенадцати миллионов. Но ту же защиту и пару аналогов сундуков Мертвеца решил перебросить в бывшее бандитское логово, а теперь мой персональный схрон. Для чего между делом уточнил все нюансы, смогут ли по ним как-то опередить местоположение третьи лица. Тайная лежка нуждалась в усиленных мерах безопасности, учитывая вездесущих подлых двоякодышащих карликов.

Планы и необходимость огромных средств, рассиживаться и жевать сопли не позволяли, поэтому сразу направился из «Рая» к кладовщикам. Здесь ничего не изменилось, по-прежнему в командирах ходил Рауль Рашитович — среднего роста татарин крепкого телосложения, я бы даже сказал «могучего».

— Явился и не запылился! Пролюбил телегу и инструмент и сюда? — очень недобро воззрился тот на меня, сидя за монументальным столом в палатке, рассчитанной на взвод.

— Думаю об этом факте из моей биографии тебе известно все необходимое и что вины за мной там нет. Хранилось все под защитным куполом.

— Мне-то известно. Мда… известно. Всему лагерю уже известно, как ты наставников сжег. Поговаривают, что озверел на ровном месте и людей загубил в силу ненависти к разумным, а по моему мнению, за порчу казенного имущества еще легко отделались. Надо было их на медленном огне жарить, дабы прочувствовали каждый инвентарный номер. Каждый! Мне теперь отписки писать! Но… подожди, сейчас у Альфреда узнаю дополнительно. Ваши старшие мне не начальство, что бы они о себе не думали.

— Да я не против.

И еще через минуту.

— Все. Добро дали. Теперь по делу. Мужик ты нормальный, Никодим опять же тебя, как грамотного представил, поэтому могу кое-что предложить и получше…

«Получше» оказалась такая же телега для вывоза ценностей, как и предоставлялась ранее, к ней шли в довесок несколько титановых профилей, которые легко собирались в платформу сверху, увеличивающие общую ширину транспортного средства на метр двадцать и длину на метр семьдесят. Прикинул собственные показатели, в целом должен ее утащить.

— Здесь дополнительно стоит «Облегчитель», пятый, — режет до половины веса. Привязывать не нужно. Одной зарядки за десять тысяч хватит на весь сбор и по деся… — пошевелил тот беззвучно губами, поправился, — По пятерке с рейса мне. Интересует? Если нет, то обычную в зубы и вперед.

Прикинул. Результативность должна увеличиться намного.

— Интересует.

— Только постарайся, чтобы больше никто не покусился. Мало их. Ценные. Да и за уничтоженную, что бы там Альфред не говорил, бумажек, пусть и электронных, придется писать и писать. Не люблю. У меня же все, как в аптеке. Порядок я уважаю! Очень уважаю!

Пока не стал углублять коррупцию, интересуясь, что может предложить дополнительно хитрый кладовщик, а решил сначала поработать, показать себя, посмотреть и на Рауля, и кто знает, может, и получится впоследствии заглянуть в закрома Снежных волков.

— А, вот ты где. Тебя-то я и ищу, — появился сосредоточенный Никодим, которого заметил издалека, разведчик у меня практически постоянно работал, аккумулятор от Давлетшина позволял пока не экономить.

— Нашел, — констатировал я. В этот момент заканчивал осмотр инструментов, «расписывался» в получении и в акте о списании имущества. Там Рашитович указал в причинах потери средства производства «форс-мажор». Точно, мажоры ведь. Не зря в речах все время звучало «папа, папа». Суки!

— Какие планы? — начал куратор издалека.

— Сбор. До этого были дела клановой важности.

— То есть, после всего ты еще работать планируешь?

— Да, — ответил односложно. Не стал патетически восклицать: «А что мне еще остается?».

— Вместе тогда и пройдемся, мне тоже в Городище нужно, проверить, как дела у твоих одногруппников, и с мужиками познакомлю. Они рядом шуршат, приоритет твой, но в одиночку этот закуток не закроешь. Плохо, что с утра не смог тебя найти. Заходил, но ты не откликался. Пинал, пинал купол… Зря мне запрет на посещение выписал, так бы… — точно зря, я ведь всегда мечтал, чтобы очередной непонятный хрен бродил в моих владениях невозбранно, — Хотел предупредить относительно этих паскуд — Миланы и Тимура. Да и рассказывал про них раньше, что они отбитые. А теперь поздно.

Зашагали по накатанной грунтовке к дороге, мощенной камнем, телега без груза совершенно не ощущалась. Шуршали колеса, легкий ветер бросал водяную взвесь в лицо.

— Кого, кстати, они убили из наших? — интерес мой был пусть не праздный, но ничего в душе не ворочалось. Так, ради общего развития.

— Девок-уголовниц.

— А причина? Из любви к искусству?

— Если только отчасти… Нет, конечно, они нелюди, но здесь, думаю, все же преследовали другую цель. Провокация. На грязных им было плевать, они пытались меня вынудить вмешаться, причем проявить явную агрессию. А затем… Подозреваю, убить. Чтобы все по закону было. Скорее всего, имелись некие средства, которые в Чертоги переправили бы меня в миг. Или подвести все так, чтобы еще больше грехов на себя взял, а затем пустынные черви сожрали, — в первую версию Никодима отлично ложился артефакторный арсенал гадов, понятно, что я не собирался рассказывать о нем, но выводы сделал, — Хорошо у меня диагност в максимум, тот почувствовал хитрое неопределяемое ментальное воздействие. И я сразу, не думая, воткнулся третьим «Эском»… — видя мой непонимающий взгляд, пояснил, — Боевая химия для чистых, на два часа любые пси-воздействия блокирует. Любые, — вот оно что… — И ушел подальше, дабы душу не тревожить. План их явно провалился. Да и на тебя они прыгнули не просто так, а прознали, навроде, любимчик ты мой. Вынуждали опять именно меня вмешаться, не так, так эдак. Скорее всего, проплатила им нехило за мою смерть семья убитого... сучьего командира. Все никак не успокоятся. Любимый, падла, сыночек. Чтобы земля ему стекловатой! — задумался, — Может, даже Азазель ничего и не знала… Думаю, с вероятностью девяносто девять и девять — не знала. А пострадала больше всех, — сейчас заплачу, — Пусть и формально считалась их лидером, но ей точно такое не нужно. А я чую гниль от всего этого, чую, Стаф!

Не стал говорить, что тоже ощущаю амбре вместе с вонючкой, и смердит всем и ото всех, от наставника в том числе.

— Вот такие у нас беды… А Альфред свои проблемы сейчас решит красиво, он ведь ни в чем и нигде не замазался особо, давно пытался ярмо всех этих сбросить… Он не дурак! — Никодим не стал называть по именам виновников, скрывавшихся под определением — «всех этих», впрочем, и про мстителей тоже обтекаемо говорил. Осторожность? — Давлетшину все навроде как по принуждению откроет, не по своей воле. Другого не остается, а там полетят головы. Удивительно… Но и сам некрос столько всего узнал, пока в неведенье об его реальном статусе все пребывали. А тут раскрылся, да и сам видел, общая рассылка прошла, пока вы в Наливайко сидели, что он является Инспектором первого ранга и начинает расследование. Вот здесь полыхнуло у многих и многих. Не окажешь содействие — жизнь, можно сказать, закончилась. Не хухры-мухры!

Теперь понятен восторг слушателей от речей Игоря Семеновича.

— Мне ничего не приходило. И кто такие инспектора? — как я понимал, их название или произносилось Никодимом с заглавной буквы, с нажимом, или являлось неким именем собственным. А еще, логи я внимательно изучил, после расставания, поэтому был уверен в своих словах.

— Похоже, у тебя реально чистая SN, там и кланового ПО нет, никаких ограничений, никаких спецоповещений. Инспектора же — проверяющие не от какого-то одного Дома, а от клана. Выше них только решения Совета и главы. Начинается их карьера с седьмого ранга и самая высшая категория — первая. Игорь Семенович даже сэра Лютера, когда на службе, может отправить в штрафной отряд. Некроса мелочи не интересуют, а вот потеря локации… Тут, видимо, дело отнюдь не в ледяных сучках, борьба за лучшие куски в рамках клана между Домами такие службы совершенно не интересует, а вот потеря Севером хлебных мест, то да. Но это неважно, меня больше волнует откуда теперь ждать следующего хода поганых мстителей. Эти сдохли… Но они ведь не успокоятся. Думаю, еще и какие-нибудь тайные наблюдатели имеются, которые следили за выполнением заказа на меня. И что будет дальше? — ты зарыдай еще, хотя, может и играл специально. Навроде, Стаф, жизнь такая. И никак невозможно ничему противиться, поэтому пострадал — смирись, а я здесь ни при чем.

Но правильные мысли у меня появились. Про возможных наблюдателей не подумал, и что они станут делать?.. Вопросы. В таком свете, боевые артефакты и воздействующие на разум злодеи получили явно перед делом, если смотреть с колокольни Никодима. Отметил ведь крайне низкий, почти одинаковый уровень распада.

Все обдумал в секунду, пауза не затянулась, когда сообщил куратору:

— Не вижу никаких проблем. Если бы ты не знал, кто гонит волну — одно дело. Но ты имеешь точное представление о врагах, так возьми и убей их всех показательно и жестоко. Чтобы другим неповадно было.

Никодим остановился и вытаращил глаза.

— У тебя все просто! — ткнул в меня пальцем, — Ты не понимаешь! Они чистые и не последние люди в Доме Морозовых, а еще у них связи с Домом Савельевых! Там сразу хорошо, если штрафной отряд… И не забывай, я на плохом счету… Залетчик! Ко мне присматриваются… И наказание будет строже! Так что… закатают туда, где взвоешь! И сдохнешь не за понюшку табака!

— Кто тебе мешает стать демоноборцем? Завалить парочку злобных тварюг, поднять рейт нормально, это помимо несения добра в мир и пользы клану, а затем прибить падл? Заплатишь штраф и все. Зато другие сто раз подумают, стоит ли лезть к Никодиму.

— Это не вариант! Ты предлагаешь лечить головную боль выстрелом в нее же из ТТ! — почему именно ТТ? — Это тебе плевать! Как говорит Ирия, у тебя в башне личные Чертоги Великого Холода. Персональные! И чем дольше тебя знаю, тем больше понимаю ее правоту. А я так не могу! Мне моя душа дорога! Рискую же ею даже с тобой нормально общаясь! — хотелось сказать «тогда и не ной», — Впрочем, я всегда держался подальше от всяких путей, особенно Ледяных Кровавых лезвий. Не люблю убивать по чьей-то указке, да и просто не люблю убивать. Ты же, как понимаю, едва завидишь нечто новое, так руки чешутся разобрать.

— Сам смотри, — не стал как-то комментировать наветы, а собеседник промолчал, кислой мордой выражая недовольство.

Ну-ну.

И ведь угодил я между молотом и наковальней не за свое. Даже агр, на который списывал поведение парочки, оказался не при чем. Он уже исчез на тот момент. Опять проснулась злость. Впутал меня урод, теперь с Альфредом о нормальных отношениях придется позабыть. Давлетшин обожаемые сверхарты у влюбленных забрал и передал некоему Стафу. Привязал недрогнувшей рукой. От такого шага неизвестно кто еще выиграл. Лошадь мне нужна, даже не как телеге, а как собаке пятое колесо. Применение найду, но абсолютно не горело. В итоге, с большой долей вероятности, я лишился лояльного артефактора высокого ранга, для которого любые задачи по работе с обучающим браслетом по плечу. Как и человека, участвовавшего в коррупционных схемах, очень хорошо знакомого с ассортиментом неких закрытых для меня площадок, имеющего там авторитет, а еще его хватало для того, чтобы повлиять на конечные награды за сделанное в клане. И они превышали в разы минимальные, на которые мог рассчитывать лично я.

Только-только прикармливать начал тролля, на него уже были определенные планы по добыче необходимого оборудования… Да, здоровяк хитер, убить мог легко (о чем я не забывал) и даже слезинки бы не пролил, блюл свою выгоду везде и всюду, но я всегда рассматривал не то, что кто-то получает в итоге совместной деятельности, а что достается мне. И если результат удовлетворял, то никаких проблем не видел, хоть миллион процентов на мне пусть делают капиталисты. Ключевое здесь, они могут превратить нечто в блага, я нет. Конечно, вроде бы мысль простая, но до многих и многих инфантилов это не доходит. С ними лично должен глава корпорации прибылью делиться, а то, что они грузчиками устроились позавчера, да, даже планктоном, — роли не играет. Делись, ведь без нас компания загнется, мы товара на миллионы переместили или продали! Зощенские монтеры.

Возможные проблемы заключались не только в прекращении продуктивных отношений, совсем нет, в простом — до Игоря Семеновича Альфред с Азазель не дотянутся, а вот до меня легко. И пусть убивать не станут, опять же боясь некроса (до поры до времени), но нагадить смогут. От души. А она у них широкая. Это уже понимал.

Сука бородатая же вышагивала рядом и уже улыбалась чему-то своему. Да, довольно так щерилась. Скорее всего думала, как ловко избавилась от проблем чужими руками. И стрелки, действительно, на мне сошлись. Если имелись некие наблюдатели, то вопросы возникнут. Не к Никодиму. Хотелось взять за грудки куратора, встряхнуть и спросить, глядя в глаза: «где теперь модули для Искателя брать по сходной цене, падла? Артефакты? Оборудование?». А затем вытащить плетку и бить по заднице до просветления. Походя подкинул дерьма на лопате урод. «Мне моя душа дорога!». Ты давно ее продал, ублюдок!

Так…

Деструктив пошел.

Вдох-выдох, выдох-вдох…

Раз… два… три…

Без химии плохо, а с ней еще хуже, потому что почти сутки нельзя использовать демоническую кровь для обнуления негативных эффектов. Пара минут ушла на взятие эмоций под контроль. А еще мысль, существуют ли артефакты, которые действуют успокаивающе, как «Самообладание+»?

Итак, по гамбургскому счету, что произошло? Да, ничего особенного.

Я в любом случае пока в плюсе. С этой стороны надо на жизнь смотреть. Браслет? У меня там сейчас всего и столько — учиться не переучиться, тренироваться и тренироваться. Он еще после последних манипуляций Альфреда не вышел в рабочий режим. От модулятора при всем желании отлучить не смогут, как и прокатить с покупками, договорились и прописали все через магги до всех инцидентов, как и должен Север мне те же гранаты.

Давлетшин и ученичество. Вот с этим сложнее. После ходов Федора мне ни к кому не хотелось идти в подчинение. Подумаю потом. В спокойной обстановке. Сейчас же все просто — работа, затем установка правильных артефактов, модулятор, после которого процедуры реабилитации, и ночной поиск, с утра часов десять посплю в ученической среде. И так по кругу.

Дел же громадье и заданий высокооплачиваемых. Найти зловещий тетраэдр (не знаю почему таким его посчитал) для непонятного мухомора, как и браслет для Феликса, который играл в Дзержинского. Для Вилено-Тамары добыть больше данных по поводу исчезновения черных, хотя фактически уже сейчас мог результативно отчитаться. Кроме этого, наловить теневого зверья… Прессануть в Норд-Сити Блэк Стоун — это уже точно нужно делать, сжечь любимое заведение Вилли, если причастен к их замутам, или взять с него столько, чтобы небо с овчинку показалось. А ведь можно стать совладельцем бизнеса… И почему нет? Все вокруг творят дичь, а я буду пушистым и придерживаться каких-то норм? Но как-то неправильно, что ли… Не знаю... Обдумаю.

Моя первостепенная задача — заработать на банальную учебу. От этого и стоит отталкиваться, и к этому же стремиться.

Хотелось еще и место сражения с Архом тщательно проверить. Пламенный вряд ли занимался там сбором трофеев. С демона — да, забрал все, а я хорошо помнил отношение бывшего учителя в распадке к разному скарбу, для меня запредельной стоимости. Еще одна проблема, магическая энергия, несмотря на кажущиеся огромные объемы, уходила, как вода в песок. Итоги? Нужно выяснить, где ее пополнять и сколько это будет стоить.

В целом, сегодня ночью можно закрыть полностью вопрос с территорией за мостом. А дальше заниматься Городищем. Там проверять стационарные точки и сопряжения.

Мы прошли через ворота, свернули на улицу, ведущую к особнякам.

— Да, напали уроды, но тебе ли быть в печали? — неожиданно прервал молчание наставник довольно бодрым голосом, — Со всех сторон прибыток, кроме морального удовлетворения. Чего только демонический жеребец стоит! — на мысленный вопрос: «откуда тебе это известно, я ведь никому ничего не рассказывал?», последовал злорадно-радостный ответ, — А как Азазель причитала… Ты бы слышал! Как ее морду перекосило! Прижалось лбом к лбу, обняла коня за шею. Едва не рыдала в голос. «Мой Буц… и отдавать его этому грязному уроду!», — передразнил плаксиво, — Едва не ревела, выгребая все из сумок. Альфред успокаивал, если бы не он, слезы и сопли лились бы ручьями. Я бы с удовольствием посмотрел. Есть на небе Бог, есть, и какая-то справедливость, а то понакупят не по рангу. Сами в экстреналку раз в год на Первой линии, зато обвес, как у матерых ветеранов. Или в подарок получат неизвестно от кого и за что… За какие такие услуги?.. Явно не просто так. И все сразу вокруг становятся быдлом, у кого средств на такую блажь не хватает. Спустил Давлетшин с небес на землю сучку, так-то! — похоже, Никодим стал свидетелем сцены прощания рогатой с петом, и несмотря на то, что никакой жалости к девке я не испытывал, но также родилось какое-то гадливое чувство в отношении куратора. Оно и во время предыдущего диалога дало мощные ростки, а сейчас и листья показались. Проклюнулись и развернулись.

— Сколько он стоит? — задавил реальные эмоции, решил с паршивой овцы брать хоть шерсти клок, в данном случае информацию. Что же до моего внутреннего богатого мира? Его к делу не подошьешь и кому станет лучше, пошли я сейчас наставника на три буквы? Скорее это будет напоминать истерику. Женскую.

— Около двухсот миллионов… я бы сказал, даже ближе к двумстам пятидесяти. Не знаю. Демонические жеребцы — редкость из редкостей. Такие вещи не продают... Нет, не так, ими не торгуют в лавках и на открытых аукционах. Те же боевые коты или белые волки, имею ввиду именно петов, доходят до шестидесяти-семидесяти миллионов. Далеко не у каждого сотого Рыцаря или Сетры имеются. И они гораздо чаще встречаются, да и закатать их в кристалл проще. Плохо другое, в аномальных зонах, таких как Городище, ты не сможешь призвать питомца. Есть специальные прошивки, чтобы по глупости не загубить животное. Сдохнет, как обычная лошадь. Проверено на других. Впрочем, и иное ездовое зверье ждет та же судьба, даже тараканов-переростков.

Плохо. Я хотел по тонне за рейс дополнительно в лагерь перемещать.

Миновали арку, где мне Волосан готовил жаркую встречу. Я даже на здание не взглянул, которое стало могильником для бандитов. Но воняло из окон мощно и густо кислятиной и какой-то дрянью. Пролитое пиво работало. Трупного запаха не ощутил. Да и вряд ли кто-то в здравом уме и без средств в виде замкнутого цикла дыхания внутрь сунулся бы. Хотя может уже мертвые крысы трупы сожрали. Вот! Правильная мысль. Нужно заботиться об утилизации, чтобы никаких следов не оставалось. Хоть головы я им и отрубил, но кто знал настоящие возможности некромантов.

Мысли пронеслись в мгновение, ответил же куратору с нескрываемым раздражением:

— Мне особо этот конь не нужен. У меня есть боевой арс и модификанты. А здесь слот в минус, на который я рассчитывал.

— Тогда бы отказался и все дела! — ехидно заявил Никодим, — Пет же всегда с тобой, в отличие от обычных животных! Всегда.

— Игорь Семенович слово «нет» не знает. Сам сказал, что он инспектор, чьим приказам должны все подчиняться.

— Все так… Что же до слота, расширитель возьми. Миллиона два на двадцать будет стоить. Это с учетом цвета твоей крови. Если же без ограничений, то в десять раз больше — смело клади. Пару дней поработаешь с огоньком, средства добудешь.

— А сколько магическая энергия стоит?

— Смотря, где и для кого.

— Приблизительно.

— В гильдии демоноборцев, если ты по делу ее истратишь, возместят бесплатно, в других подобных структурах так же, но при целевом использовании. В среднем же от половины марки за одну единицу. В экстреналке дешевле, в Норд-Сити — дороже, порой доходит и до двух. Но редко.

Да, выходило… Жестко выходило, сколько я тратил во время боев. Черные дома сжигал пусть не десятками, но где-то близко. Пламенный расхолодил меня изначально, когда в распадке все в потолок загнал. С другой стороны, таких кудесников, как бывший учитель маловато вокруг.

— Получается маги, как сыр в масле катаются?

— Не сказал бы… Высокоранговым такой заработок неинтересен, а низкоуровневые… Ты же из своего резерва кристаллы и аккумуляторы заряжаешь. Вот крио допустим в сотку вокруг, восстановление у тебя будет максимум двадцать-тридцать единиц в час... Ну, сорок... Еще и при передаче потери составляют от тридцати процентов. Считай. Обычно для зарядки используют артефакты типа Чаши, которую ты сдал, — и здесь уже оказался в курсе. Держал нос по ветру.

Дошли до особняка, находящегося следующим за вчера разграбленным мною.

Четверо мужиков в кольчугах и с катанами за плечами грузили сейчас поклажу на большую эксклюзивную телегу, как у меня. Все представители клана «Эверест». Двое серых, остальные чистые. Завидев нас, от компании отделился бородач с запредельно синими глазами. Они словно горели изнутри, куда тем фонарям. Наружность абсолютно славянская, но имя получил — Тигран Тиран.

— Вот это Стаф, я вам про него говорил, — без долгих расшаркиваний начал вещать наставник, — В те особняки, на которые он укажет, не лезьте. Для вашего же блага, мне трупы не нужны. Ваши трупы, — жизнеутверждающе так заявил, а мне захотелось сунуть ему в морду за такое представление. Но желание тут же испарилось, когда при помощи невидимого для всех разведчика, вычленил из тихого разговора тройки:

— Ты смотри, не верил до последнего, думал фигура речи, но оказывается у них грязные рулят, еще и над нами сверху ставят. Либерасты херовы! Для всех хотят быть хорошими, дерьмократию показать. Пусть ублюдки корень собирают, а не в нормальные локации лезут! Здесь опять же первыми их взяли, а те все сливки снимают!.. — и трехэтажный мат в завершении.

— Никто его сверху над нами не ставит, и никто тобой командовать не собирается. Лучше молчи, Клест, ты и так здесь нелегально, начнешь права качать, выкинут и никто не посмотрит на твой рейтинг в пять сотен и серость крови. Еще и пунктов сто снимут в качестве штрафа. Никодим никогда зря не говорит, а еще мы не первый раз с ним работаем. Условия он озвучил сразу и нормальные, все согласились. Ты тоже. С патрулями договорился. С приемкой и Рашитычем — опять его заслуга. Не нравится? Жди общего сбора, но без нас.

— Так он не просто так по доброте душевной, а за двадцать пять процентов! Понимать надо! Ничего не делает, а получает с нас!

— Клест, не пыли. Ты с нами впервые на серьезную работу подвязался, а мы свое в любом случае возьмем, — улыбнулся как-то криво третий, — Микша и Радист дело знают. У нас ведь нормы нет. А там пусть возят хлам, хоть грязные, хоть чисто-снежные… Никодим же — нужный человек. Уважаемый. Запомни это.

И замолчали. Довольно немолодой усатый Клест насупился несогласно и закурил.

— А где еще двое? — одновременно с подслушиваемой информативной беседой, громко спросил Никодим у Тиграна.

— Осматриваются. Мы с этим домом уже заканчиваем, следующий подбираем, — степенно ответил главный.

— Стаф, ты куда двинешь? — куратор, — Какие участки под себя берешь, на них сразу укажи, на берегу, чтобы вопросов и конфликтов потом не возникало. Но помни, закрыть взятое нужно железно. С меня спрос.

— Вон тот, вон тот… — последовательно указал я на семь дворцов, выглядящих богаче и помпезнее нежели другие особняки, как по размерам, так и по общему состоянию фасада и придомовых построек. Еще вчера их наметил.

— Хорошо, я сейчас парой слов перекинусь, а ты подожди, напутствие затем тебе дам.

Молча отошел в сторону. Разведчик же подогнал поближе. Вроде бы его Никодим не замечал. Расслабился?

— Тигран, в те дома, на которые он указал ни ногой. Стаф очень резкий, за несколько дней у него кладбище за плечами на Нинее образовалось. Сегодня Милану и Тимура сжег, глазом не моргнул, и пошел обедать. Вот и думай. И мне плевать, если схлопнитесь сами, но вы выиграли тендер, поэтому от вас требуется не дохнуть, а работать. Мне тоже делиться надо. Те же кто выживет, попадут на огромные деньги, особенно если инспектор заинтересуется нашей деятельностью... Поэтому тихо, и держи всех в кулаке. К нему обращайтесь только «черный», никаких «грязных» — бешенеет, последствия непредсказуемы.

— Понял тебя. Что-то про него слышал. Отморозок полный, говорят.

Да, создают мне репутацию… или создали. Действительно, это я безбашенный, а не уроды, которые на меня прыгали и вдруг умерли.

— А так и есть. Еще, даже если вы сможете его завалить, он, как сам видишь, демоноборец, рейт уже, скорее всего, к сотне тысяч приближается. Понимаешь, чем это грозит? И Давлетшин им заинтересовался.

— Повторяешься, но про последнее ты не говорил.

— Сам только что узнал.

— А если придется? — с нажимом произнес Тигран, и осклабился, — Скажем, гипотетически?

— Если гипотетически, то затем вали всех, в ком не уверен даже на один процент. И лучше всего превращай тела в пепел, минимум, головы руби, иначе от некроса не скроешься. И уходи затем сразу и быстро через нору. Да, не лучший вариант, но… но больше ничего не могу посоветовать. Поэтому лучше не допускать это пресловутое «если придется».

— Тебя понял.

— Надеюсь.

Ах, вы суки!

И адреналин в кровь сразу литрами стал поступать. Спокойно так рассуждали нелюбители убивать, как гасить меня.

Впрочем, попрощавшись с Никодимом, бригада чисто-серых пусть с любовью не смотрела в мою сторону, все же конкурент, но волками не стала взирать, за исключением Клеста. Вот у того ненависть в глазах явственно проступала. Остальные относились, как к неизбежному злу. Но у меня в ушах такое же спокойное: «а если придется?». Понятно, что убивать. Нора — не тот ли телепорт, который Давлетшин искал? Хотелось спросить у наставника, а как же Север, который превыше всего? С другой стороны, у любых фанатиков крайне пластичное мировосприятие, шизофреничное. Там может существовать и то, что я вредитель клану.

Когда отошли с куратором от ворот, тот начал персональный инструктаж:

— В общем, Стаф, дома я указал на своей карте, этим все разъяснил, но бдительность не теряй. Никого серьезного из теневых тварей и мертвецов не должно быть, но всякое случается. Крио отслеживай. Мужики из Эвереста нормальные, от них проблем не будет. Работай спокойно.

— Ясно. Еще вопрос, не в курсе, нелегалов много в локу зашло?

— А ты откуда про них знаешь? — подобрался наставник.

— Азазель из них и ее товарищи.

— А-а… Давлетшин. Тебе-то какой интерес?

— Да как бы ко мне они не сунулись. К конкурентам, — показал пальцем в сторону бригады, — навряд ли, их много. Я же один.

— Насчет этого не беспокойся, не полезут. Они сами себе не враги, так как понимают, что здесь организованно все сверху. Новичков учат. Расследование будет обязательно при каком-либо инциденте. Затем спрос. А так, навскидку, человек триста, может четыреста, все же второй день уже пошел, потихоньку проникают, просачиваются, — нормально. А если вспомнить, что наверняка они никаких клятв не дают, то… Нехорошие мысли. Если все так, уверен, пропавших без вести гораздо больше, нежели фигурировало в официальных сводках.

— Чистые?

— Да, всяких среди них хватает. Вряд ли даже Игорь Семенович будет волну поднимать, потому что они все сдают в клановые приемки, конечно, ценное утаивают, но не те это объемы. И выходят они вместе со всеми, поэтому подлежащие обязательной сдаче предметы не пронесут. Левых тоже среди них нет, все нам близки. То, что раньше зашли, так меньше достанется разным проходимцам, после общего запуска, а эти лишнюю марку заработают.

— Понятно.

Вовремя, очень вовремя завыла заухала непонятное паскудное животное, которое без всяких лишних разговоров позволяло в беседе свернуть в другое русло. Показывая, что нелегалы меня интересовали поскольку постольку. Да и как говорил Штирлиц, запоминаются в разговоре последние слова. Эффект края.

— Кто это верещит? Вчера покоя не давала тварь, — задал вопрос.

Крио щелкало. Фон — двести девяносто. Приемлемо. И пока излучение не могло пробить собственную защиту в триста семьдесят единиц, и от «Черного скорпиона» плюсовалось двести пятьдесят. Итого: шестьсот двадцать. А еще отметил справедливость слов наставника относительно восстановления магической энергии, она составляла сто двадцать девять единиц в час.

— Я их называю «ревуны», опасности никакой, впрочем и пользы тоже нет. Они не как сороки, которые гомоном предупреждают о приближении кого-то, или собаки, лающие в большинстве случаев по делу, эти орут всегда. Но часто под руку и жуть пробирает. Как-то даже пробовал прибить, день тогда убил, поймал хитрую гадину, зажал ее в глухом проулке и грохнул. Шустрые, что тот понос, но особой опасности не представляют. Да и небольшие, похожие на енотов-переростков, живые. А на следующее утро, еще солнце не взошло, новая нарисовалась, заняла территорию мертвого собрата. И опять выть, еще и круче прежнего, будто издеваясь. Раз я взялся за дело, то решил до конца довести, ее тоже успокоил. Затем третью, четвертую… Только с ними и воевал, практически ни на что другое времени не оставалось. Но бесполезно, когда локацию покидали, так и развлекался здесь очередной урод.

Ясно. Неизбежное акустическое зло, но как же рефлекторно жутило от этого воя, кто бы знал… Зато при думах о возможном нападении коллег просыпалось предвкушение, а не ворочался ожидаемый страх. Липкий, мерзкий, поганый. Его сейчас дотла выжигал азарт. И мысль, а не спровоцировать ли собирателей самостоятельно при помощи «Ярости»?