СССР. Книга 5. Сюита среднесовкового периода.

Глава 1

...

Глава 2

СССР. Книга 5. Сюита среднесовкового периода.

Сюи́та это музыкальное произведение из нескольких разнохарактерных пьес, объединённых единством замысла.

Пояснение.

Так называемый "Совковый период" автор делит на три отрезка.

Первый - это период "Хрущёвской оттепели". Именно тогда, разная псевдоинтеллигентная и диссидентствующая мразь, которая не смела поднять голову при правлении Иосифа Виссарионовича Сталина, начала презрительно относится к Великому Советском Государству и называть его уничижительным словом "совок".

Вторая - это как раз эпоха Леонида Ильича Брежнева. Который, при общей неоднозначности но, всё же согласитесь, безусловной монументальности его личности, за время своего нахождения у власти "построил столько, что в двадцать первом веке даже покрасить не могут".

И, наконец третья, заключительная и "позднесвоковая" часть существования агонизирующего государства. Которое, в общем и целом, уже переставало быть единым и неделимым Советским Союзом. Время бесчинства меченой сволочи, преступной перестройки и практический отказ от идей, за которые советский народ пролил очень много крови и положил пугающее количество жизней.

Итак, добро пожаловать, в "среднесовковые" времена спокойного, сытого и вызывающего ностальгию у огромного числа людей, застоя.

___

Интерлюдия.

Начало апреля 1972 года. Время приблизительно, плюс-минус, совпадает с появлением в реальности 1972 года главного героя, Николая Петрова.

Малое заседание Политбюро подходило к концу. Особых проблем, требующих кардинальных или немедленных действий на повестке дня не было.

Озвучивались и, в рабочем порядке, решались какие-то, относительно малозначимые вопросы. Хотя, в масштабах такой огромной, самой большой на Земле Страны, как Союз Советских Социалистических Республик, любая упущенная, и вовремя не взятая на контроль деталь могла привести к таким глобальным последствиям, что смело можно сказать - мелочей в этом деле нет. От слова "Совсем".

Леонид Ильич, как всегда достал портсигар. Николай Анисимович Щёлоков немного ослабил узел форменного галстука. Андропов, что-то чёркал в рабочем блокноте, а Подгорный, барабаня кончиками пальцев по столешнице, просто смотрел в пространство, обдумывая какие-то, явно нетривиальные задачи.

Пельше, последовал примеру Генсека и тоже закурил. Правда, в отличии от Лидера, не остался за столом а подошёл к окну и, одёрнув штору, приоткрыл форточку. Кивком позвав за собой Подгорного. Николай Викторович, занимавший пост Председателя Президиума Верховного Совета СССР, хоть официально и был значительно выше рангом, чем Арвид Янович но, памятуя о статусе "серого кардинала Партии", слегка робел. И потому держался с Пельше скромно и немного скованно.

Устинов* же, проводив взглядом уединившуюся парочку, безмолвно пожевал губани и неодобрительно покачал головой. Еле заметная гримаса любопытства, сдобренная толикой неодобрения промелькнула на его лице. Но, так как по существу сказать было нечего, да и вставать и присоединяться к захотевшим о чём-то "пошептаться" было лень, то он отвернулся и снова принял нейтрально-заинтересованный вид.

*(Автор в курсе, что на момент описываемых в романе событий Дмитрий Фёдорович Устинов был лишь Кандидатом в члены Политбюро Коммунистической Партии Советского Союза. А членом Политбюро, так же как и Министром Обороны стал 1976 году. Но, во-первых - и это главное! - автору пофиг, а во-вторых, фамилия у Дмитрия Фёдоровича не только красивая но и, если можно так выразиться, "знаковая". Так что, пусть будет так, как написано. Апрель 1972 года. Дмитрий Фёдорович Устинов входит в "Малое Политбюро". И точка).

Не хватало Суслова. Но тот, отсутствовал по уважительной причине. Связанной с ежегодной диспансеризацией в Кремлёвской больнице.

- Ну что, товарищи? Будем закругляться? - Привычно поправляя кончиком указательного пальца очки, задал риторический ворос Андропов. И, проявляя верноподданнические устремления, посмотрел на Генерального Секретаря. - Что скажете, Леонид Ильичь? Плодотворно сегодня поработали?

- Э-э-э, кхм... м-да-а... - Неопределённо протянул Брежнев. - В общем и целом, согласен с тобой, Юрий Владимирович. - Все основные вопросы закрыты так что, пора и честь знать. - Глава Государства обернулся и, бросив короткий взгляд на ведшего протокол собрания помощника, еле заметно приподнял бровь. И, как только тот положил перед ним кожаную папку, заполненную несколькими рукописными листами, бегло, пробежал протокол глазами. Больше делая вид, что вникает, чем читая на самом деле.

На память Генсек никогда ни жаловался. Да и, относительно молодой возраст и, пока ещё неплохая физическая форма, позволяли сохранять цепкость ума и полную ясность суждений.

"Поизучав" поданные ему документы пару минут, Брежнев, с негромким хлопком закрыл папку и отдал её секретарю. И, встав со стула, объявил.

- Ну что ж, дорогие мои. Сегодняшнее заседание Малого Политбюро объявляю закрытым. Все поставленные вопросы мы обсудили. Решения приняты, а потому, за работу, товарищи!

Присутствующие начали подниматься и приготовились, не спеша и не создавая толкотни покинуть зал, в котором проводилось собрание. Как вдруг случилось странное.

Воздух в одном уз углов помещения заколебался. Всем на мгновение показалось, что ткань пространства раздвинулась и перед ними, буквально из ниоткуда, материализовались три человека. Молодая, на вид не более шестнадцати лет красивая девушка. Мелкая соплюшка, лет пяти-шести. И мужчина лет тридцати. С затравленными глазами и прижимавший к груди непонятную, не толще трёх сантиметров пластмассовую папку с изображённым на ней надкусанным яблоком.

Одежда на странном госте была выпачкана и производила ощущение неопрятности и какой-то несвежести. Причём, от всех троих ощутимо пахло гарью, а от парня ещё и довольно-таки сильно пованивало немытым телом.

На секунду все находящиеся в зале опешили. Но Андропов с Устиновым, будучи представителями силовых ведомств сориентировались практически мгновенно. И, дружно сделав шаг по направлению к невесть откуда появившимся пришельцам, практически в унисон задали одни и те же вопросы.

- Вы кто такие?!

- И как вы сюда попали?!

Юная красавица, и пузатая мелочь переглянулись. А затем, словно успев обменяться мыслями и придя к какому-то, полностью устраивающих обеих выводу... пропали. Чтобы, в буквальном смысле слова, мгновенно оказаться возле одного из окон. Где старшая одёрнула штору и обе выглянули на внутренний двор Кремля.

Находившиеся ближе всех Пельше и Подгорный, не сговариваясь, двинулись в сторону, невесть как оказавшихся в святая святых, нарушительниц спокойствия. Но обе бестии снова исчезли. Чтобы возникнуть уже вне здания.

А затем, перемещаясь такими же, длинными и необъяснимыми скачками, обе направились в сторону ближайших ворот. Возле которых, выглянув за пределы Кремля, скрылись из виду окончательно.

Свидетелями этих загадочных и поистине фантастических прыжков были лишь Арвид Янович и Николай Викторович. Внимание же всех остальных было приковано к молодому мужчине. Который, мелко трясясь, нёс полную чушь и заставлял всех присутствующих думать, что перед ними сумасшедший.

- Съебалися! Съебалися, ведьмы поганые! - Тихо скулил он. И отступая и прижимаясь спиной к стенке, завыл. - Да чтоб вы все сгинули, кляти москали и подлы кацапы!

К чести собравшихся, паники или страха никто не испытывал.

Эти люди держали в железной хваткой двухсотпятидесяти миллионную страну. И заставляли считаться с собой всю планету. Так что, хрупкая девчёнка с маленькой, явно не вышедшей из детсадовского возраста девочкой и один испуганный, трясущийся от страха и, похоже, не слишком вменяемый тип, никак не могли выбить из колеи этих суровых мужчин со стальными, похожими на толстые канаты, нервами.

Устинов и Андропов заблокировали пришельца в углу. Впрочем, тот и не пытался оказывать какое-либо сопротивление. Просто дрожал, как осиновый лист и нёс какую-то, напрочь лишённую смысла чушь. В которой проскальзывали слова про "неньку украину" и "Америка вам покажет".

Щёлоков же, выглянув в коридор, кивком подозвал охранника и коротко распорядился.

- Врача сюда! И пусть обязательно захватит успокоительное!

Ещё через пару минут, странный и незваный гость был обездвижен сотрудниками "девятки". Укол, поставленный прямо сквозь одежду, сделал своё дело и он, перестав дёргаться и нести околесицу, обмяк.

А Леонид Ильич, прокашлявшись, громко произнёс.

- Думаю, в свете только что произошедших событий, нам нужно немного задержаться, товарищи! И, бросив многозначительный взгляд на Андропова, приказал. - Юрий Владимирович! Полагаю, твои люди знают что делать. И организуют подписи всех присутствующих. О неразглашении и тщательном соблюдении Государственной Тайны!

Андропов коротко кивнул старшему офицеру Девятого Управления и тот, подойдя к секретарю, молча приподнял бровь. Вышколенный помощник Брежнева тут же изъял исписанные бумаги из находившейся в его руках папки и, вместе с оставшимися в ней чистыми листами протяну её полковнику.

А тот, с непроницаемым лицом и совершенно невозмутимым видом принялся раскладывать их перед, снова занявшими свои места за столом, членами Малого Политбюро.

Вскоре все необходимые подписки были собраны. И офицер, получив подтверждающий кивок Андропова, вышел и плотно закрыл за собой дверь. Оставив тщательно обысканного странного гостя наедине с руководством страны. Со скованными за спиной руками и, по прежнему, диким, затравленным и заполошным взглядом.

Удивительную папку, оказавшейся чем-то вроде тонкого пластмассового, и довольно-таки увесистого кейса, а так же содержимое карманов, включающее плоскую чёрную пластину, с зеркально отсвечивающим экраном и что-то, по виду и размеру напоминающее паспорт, но с изображением каких-то "вил" на обложке, полковник "девятки" забрал с собой.

Во избежание разных случайностей и для обеспечения безопасности руководства Советского Союза.

Несколько секунд длилось тягостное молчание. Которое, наконец, нарушил Юрий Владимирович.

- Вы позволите, Леонид Ильич? - Повернувшись к Генеральному секретарю, спросил он.

- Действуй, Юра. - Кивнул тот.

И Андропов, покрутив головой и, ослабив воротник рубашки, ещё раз задал, уже прозвучавшие вопросы.

- Вы кто такой? И как вы здесь оказались?

Свалившийся, словно снег на голову, неведомо как попавший в самое защищённое место Кремля, гость по-прежнему находился в полуневменяемом состоянии. Но успокоительное сделало своё дело и он, наконец, начал отвечать.

- Спивайло, Петро Михайлович. Тысяча девятьсот девяносто четвёртого года рождения. Житель незалежной Украины и уроженец города Киева.

- Он сумасшедший? - Тихо, чтобы никого не побеспокоить, осторожно поинтересовался Подгорный у Пельше. И, окинув взглядом всех присуствующих, осуждающе произнёс. - Это ж надо нести такую несусветную чушь!

- Надеюсь, что да. - С неопределённой и задумчивой интонацией ответил Арвид Янович. И, легонько кивая каким-то своим мыслям, тихо побормотал. - Иначе, даже боюсь представить, что ждёт страну и всех нас в не таком уж и далёком будущем.

- Ну, во всяком случае, лично я очень на это надеюсь, что с появлением этого... гм-м, пришельца, грядущее всё-таки приоткроет нам свои страшные и мрачные тайны. - Так же негромко заметил обладающий, впрочем, как и все находящиеся в зале, аналитическим складом ума, Андропов. - Гораздо больше меня волнуют две юные барышни, удивительным и, поистине фантастическим образом ухитрившиеся переместиться сначала к окну, а затем, непонятным и загадочным способом, буквально растворившиеся в воздухе прямо у всех на глазах.

- Они на улицу телепортировались. - Пояснил, бывший вместе с Подгорным свидетелем бегства странной парочки, Пельше. И, хочется верить, что существа обладающие подобными способностями, будут действовать исключительно на нашей стороне. Или, в крайнем случае, хотя бы станут нашими союзниками, а не врагами.

- О чём секретничаете, товарищи? - Полюбопытствовал сидевший чуть дальше и, поэтому не слышавший спонтанно возникшего "мини-совещания", но прекрасно заметивший, что началось какое-то "движение", Брежнев. И, окидывая взглядом членов Малого Политбюро и словно ища поддержки, громко заявил. - Прошу всех, у кого имеются хоть какие-то соображения по внезапно возникшей и поистине невероятной ситуации, высказываться в полный голос и, ни в коем случае, не делать из этого секрета для остальных товарищей.

Троица "заговорщиков", состоящая из Андропова, Подгорного и Пельше переглянулась. И, подняв брови и получив одобрение, лёгким кивком от Арвида Яновича и еле заметным пожатием плеч от Николая Викторовича, Юрий Владимирович поднялся со своего места.

- Мне нужно кое-что уточнить, товарищи. - Коротко пояснил Андропов.

После чего бросил взгляд на секретаря Брежнева и приказал. - Старшего офицера охраны, с документами "этого", - последовал мимолётный кивот в сторону, по-прежнему сидящего в углу "пришельца", - сюда.

Буквально через секунду в зале заседаний появился полковник "девятки", держа в руках книжечку и изображением "вил". Но, при этом, со странным и, практически близком к панике, ошарашенным выражением лица.

Хотя, положа руку на сердце, ответственного за безопасность членов Правительства можно было понять. Чтобы вот так, неизвестным и загадочным образом прямо в зал заседаний прорвались посторонние?! Да, при этом, имея с собой предметы, вполне могущие оказаться бомбой или чем-то похуже!

Эдак, не только погон можно было лишиться! А, вполне вероятно и даже со стопроцентной гарантией, распрощаться с жизнью!

В общем, полковник Комитета Государственной Безопасности был испуган и бледен. Но выдержка и опыт старого служаки не позволяло ему терять лицо. И, поэтому, страх и волнение выдавали лишь слегка изменившийся цвет лица, вкупе с выступившими на лбу капельками пота и небольшой тремор рук.

КГБ-бист протянул паспорт "лазутчика" секретарю и, не дождавшись указаний, злобно посмотрел на нарушителя спокойствия и скрылся в коридоре.

Получив заветную книжицу из рук помощника, Андропов пролистал и, сверившись с фотографией хмыкнул, и сурово произнёс.

- Если эта чья-то дурацкая шутка, то организатору очень, повторяю, очень сильно не поздоровится!

- Не томи, Юра. - Нетерпеливо заёрзал на стуле Брежнев. И, протягивая руку, полюбопытствовал. - Показывай уже, что там?

- Хрень какая-то, Леонид Ильич. - Ответил сбитый с толку председатель Комитета Государственной Безопасности. - Но, ежели судить по этой... - Тут Юрий Владимирович слегка запнулся, но тут же собрался и, взяв себя в руки, продолжил. - Поделке, то получается так, что этот "субъект", говорит правду. И действительно родился, вернее, выйдет из чрева матери через двадцать два года. Является гражданином, как он выразился, "незалэжной Украины". А так же, как понимаю, люто ненавидит русский народ и всё, что с ним связано!

- Бред какой-то, - листая изъятый паспорт и недоверчио глядя на притихшего, но, при этом, с какой-то, поистине звериной ненавистью, буравящего взглядом всех присутствующих "пришельца", пробормотал под нос Брежнев. - Это ж надо до такого додуматься!

- Я видел, что у нашего... гм-м, "гостя", офицеры охраны изъяли деньги. - Подал голос, внимательно следивший за обыском Пельше. - Он долгим взглядом посмотрел на помощника Брежнева и попросил. - Принеси.

- Какие ещё деньги? - Недоумённо вскинул густые брови Брежнев. И, начиная злиться, повысил голос. - Арвид Янович! Ты зачем о всякой херне думаешь?!

- Ну, раз уж перед нами житель и гражданин так называемой "незалэжэной Украины" то, полагаю, это гм-м... странное государство, обязательно обзавелось собственной валютой. - Спокойно пояснил Пельше. - И, так как секретарь уже вернулся, держа в руках тонкую пачку разноцветных купюр, попросил. - Раздайте, пожалуйста, образцы товарищам. И да... Леонид Ильичь... Будьте так любезны, позвольте же и остальным посмотреть на этот... гм-м... "паспорт"!

Немного смущённый Брежнев передал документ Устинову. Купюры тоже пошли по рукам, а встрепенувшийся вдруг Юрий Владимирович, забеспокоился.

- Это может быть опасно!

- Поздно Юра, поздно! - Хмыкнул Генеральный Секретарь партии. И, выдержав неодобрительный и суровый взгляд Андропова, пояснил собственную позицию. - Если кто и задумал применить биологическое или химическое оружие то, в любом случае, мы уже заражены.

- Спокойно, спокойно товарищи. - Попытался унять зарождающуюся панику Министр Обороны. - Думаю, не всё так страшно, как считает Юрий Владимирович. И, к тому же, полагаю, самое время допросить нашего гм-м... нежданного и весьма неожиданного гостя. И, переключив внимание собравшихся, в третий раз задал всё те же вопросы. - Кто вы? И как сюда попали?

Тот, однако, не спешил с ответом. И, несмотря на седативные действия вколотых ему препаратов, начал выходить из себя.

- Суки-и! Москали поганы! - На Киев атомную бомбу сбросили, а сами тут кино снимаете?

- Какое кино, придурок?! - Не выдержал выходок распоясавшегося сумасшедшего Устинов. - Ты вообще понимаешь, где находишься и с кем разговариваешь?

- А что тут не ясного?! - Немного придя в себя и слегка успокоившись, ответил "пришелец". - Скорей всего, на съёмках очередного пропагандистского дерьмо-сериала. Ведь ты - он безо всякого пиетета дёрнул головой в сторону Генерального Секретаря Компартии, - явно играешь Брежнева. А ты, кивок в сторону облачённого в мундир Щелокова, скорей всего Министра Внутренних дел. - Он как-то гаденько улыбнулся и, скорчив противную роже, ехидно поинтересовался. - Интересно, ваш сценарий дошёл до того, как после смерти "Дорохого Леонида Ильича" твоя жена будет стрелять в Андропова и поучит в ответ пулю? А про то, как ты покончишь с собой в восемьдесят третьем, покажут?

- Кто-нибудь, заткните наконец рот этому сумасшедшему! - Не выдержал подобного издевательства Николай Анисимович. И, ещё больше ослабляя галстук, вытер обильно проступившую испарину. - Это ж надо, до такого додуматься! - Света станет покушаться на Юрия! А про меня... Это же ни в какие ворота не лезет!

- А мне кажется, что, если принять во внимание весьма необычный способ появления здесь не званных гостей, идея угомонить этого... господина, несколько преждевременна. - Противным голосом, в котором сквозили немалая толика ехидства, прокаркал Пельше. - И, оглядев всех, высказал предложение. - Считаю, что нам, всем, ставшим свидетелями этого... гм-м... странного явления, нужно ЛИЧНО разобраться в том, что происходит. А для этого, лучше всего покинуть кремль и перебраться куда-нибудь за город. Где все смогут отдохнуть и успокоить нервы. К тому времени с нашим... гм-м... "не званным гостем" успеют поработать штатные психологи. Надеюсь, специалисты Комитета смогут выяснить назначение тех загадочных предметов, что были у пришельца с собой. Ну а, вечером, на свежую, так сказать голову, снова соберёмся Малым Составом Политбюро. И будем думать более предметно.

- Возражения есть? - Обвёл всех строгим взглядом Брежнев. И, так как никто не осмелился возразить, а молчание, как известно, испокон веков служило знаком согласия, резюмировал. - Тогда едем в Завидово. Места хватит всем. Да и охрана там... на очень высоком уровне!

- А что делать с теми двумя девчёнками? - Осторожно поинтересовался Андропов.

- Вот этого я не знаю, - пожал плечами Леонид Ильич, - но, думаю, что твои орлы, в любом случае буду, держать это помещение под контролем.

- Да, если это не шутка и не чей-то дурацкий розыгрыш, и имеет место темпоральный прокол, то весьма велика вероятность, что эти девочки захотят ну, или будут вынуждены, всё-таки вернуться именно сюда. - Согласился глава Комитета Государственной Безопасности. - И, кивнув, пробормотал. - Я немедленно распоряжусь.

А уже через двадцать минут, довольно-таки большой кортеж, состоящий из правительственных чаек, в одной из которых, с надетым на голову чёрным мешком сидел незадачливый "гость из будущего", с весьма приличной, но вовсе не запредельной, скоростью покинул Кремль и направился в сторону Завидово.

Глава 3

Интерлюдия, продолжение. Дача Леонида Ильича Брежнева в Завидово.

Следующая встреча Малого Состава Политбюро состоялась, как и было запланировано, вечером тех же, во всех отношениях памятных и отмеченных неординарными происшествиями, суток.

И, хотя в течении дня кто-то с кем-то так или иначе пересекался, да и во время обеда в столовой виделись почти все, в рабочей, деловой обстановке члены Правительства собрались лишь в рабочем кабинете Леонида Ильича.

Так же присутствовал личный помощник Брежнева. За дверью, испуганно переглядываясь и тихо обмениваясь мнениями о столь странных и фантастических событиях, человек пятнадцать учёных и аналитиков.

Все были "занструктированы по самое не могу", дали десяток, если не больше различных подписок и теперь, нервно теребя, кто пуговицу, кто лацкан пиджака, а кто и мочку собственного уха, в напряжении ожидали вызова к высокому начальству.

А в кабинете, тем временем, тоже царила молчаливая и суровая атмосфера. Сведения, которые мельком и явно в запале выдал нежданный гость, заставили всех задуматься. Как о своём собственном будущем, так и о судьбе всей страны. Служению которой они, что бы кто ни говорил, до конца и без остатка отдавали все свои силы. А кое-кто, даже стоял у истоков, и принимал непосредственное участие в создании государства, носящего гордое имя Союза Советских Социалистических Республик.

- Ну что, кто начнёт, товарищи? - Кашлянув, задал животрепещущий вопрос Брежнев.

И все, не сговариваясь и не тратя время на досужие размышления, дружно посмотрели в сторону Юрия Владимировича Андропова. Так что, Леонид Ильич, верно оценив ситуацию, дал отмашку. - Что ж, Юра, давай. Твои ребята работали, тебе и карты в руки.

- Спасибо за доверие, Леонид Ильич. - Поблагодарил Генсека глава Комитета Государственной Безопасности. И, поднявшись со своего места, зачем-то поправив галстук, начал. - За те восемь часов, что прошли с момента, гм-м... "посещения", экспертами и лучшими умами, которых удалось привлечь со стороны, проделан колоссальный обьём работы. Были исследованы попавшие в наши руки приборы. Для лабораторных анализов взята кровь и образцы тканей у... "пришельца". А так же тщательнейшим образом осмотрена его одежда. На которой, кстати, имеются следы радиоактивной пыли.

- Насколько серьёзна вероятность поражения тех, кто присутствовал при первом контакте? - Тут же напряжённо поинтересовался Устинов.

- В принципе, ничего страшного. - Успокоил министра обороны Юрий Владимирович. - Но, при этом, прошу заметить, что таких частиц на вещах рядового обывателя не должно быть в принципе.

- Значит, всё-таки Ядерный Армагеддон. - Тихонько, то достаточно громко, чтобы в наступившей тишине услышали все, пробормотал под нос Николай Викторович Подгорный.

А Пельше, в запале щёлкнув пальцами и сильно хлопнув ладонью по столу, заявил.

- Не стоит раньше времени впадать в панику. Да, возможно, локальное применения атомного оружия имело место быть. Но, не думаю, что отдельные горячие головы ухитрились бросить планету в пучину Третьей Мировой Войны. К тому же, как вы знаете, после бомбёжки американцами Хиросимы и Нагасаки, всё обошлось достаточно мирно.

- Да, Николай Викторович. - Пожурил Подгорного Брежнев. - Давайте не будем додумывать за других, и досрочно впадать в уныние. К тому же, судя по дате рождения, названной нам гхм-м... "пришельцем", и его приблизительному возрасту, который я оцениваю лет в двадцать девять - тридцать, до этого, поистине катастрофического события, лет пятьдесят, как минимум.

- Браво, Леонид Ильич! - Андропов с уважением взглянул на Генерального Секретаря и почтительно склонил голову. - Одной фразой вы резюмировали практически всю, проделанную за последние часы подконтрольным мне аналитическим отделом, работу. Нашему... подопечному действительно исполнилось тридцать лет. Он прибыл из две тысячи двадцать пятого года и действительно является гражданином отдельного, более того, враждебного Российской Федерации государства. Которое, как вы все уже догадались, называется "Украина". - Тут Председатель КГБ вынужден был прерваться, из-за повсеместно возникшего недоумённого ропота. И, недовольно поморщившись, повысил голос и снова привлёк к себе внимание. - Более того, уже более двух лет на территории Восточной Украины, а так же в её южных областях, с переменным успехом ведутся боевые действия между частями Российской армии и Вооружёнными Силами Украины.

- Хрен знает что! - Воскликнул Министр Обороны. - Поверить не могу, чтобы наши, русские парни стреляли в своих братьев, по чьей-то злой милости вдруг ставших непримиримыми врагами!

- Увы, Дмитрий Фёдорович. - Словно извиняясь за бестолковые и приведшие к поистине катастрофические действия неразумных потомков, развёл руки в стороны Андропов. - После распада Советского Союза, который произошёл в начале декабря одна тысяча девятьсот девяносто первого года, народу Украины основательно и очень серьёзно промыли мозги. Так что, ни о каких дружеских или, тем более, братских отношениях, в принципе, не идёт и речи.

- Господи! Ещё и Советский Союз развалился! - Простонал побледневший Щёлоков. И, размашисто перекрестившись, задал самый животрепещущий для него вопрос. - Так значит всё, что наплёл этот... пр-ри...шелец, пр-равд-да? Света, будет стрелять в тебя а я...

- Увы, Николай Анисимович. - Посуровев, пожал плечами, Андропов. - Светлана Владимировна будет убита офицерами "девятки". А ты, спустя год с небольшим, лишённый всех наград и званий, засунешь ствол охотничьего ружья себе в рот и простишься с жизнью.

- Но как же? Как же так... - Растерянно пробормотал, хотя, эти жалобные звуки скорее были похожи на блеяние, Щёлоков. И, глазами побитой собаки посмотрев на Брежнева, простонал. - Что же это, Лёня?

- Соберись, Николай Анисимович! - Громко и безо всякой жалости, повелительно рявкнул Брежнев. И, как только Щёлоков, да и все остальные присутствующие, более-менее взяли себя в руки, попытался вернуть заседание в деловое русло. - Во-первых, ничего ещё не произошло. А теперь, когда мы имеем, эти странные и вызывающие сомнения сведения из гхм... будущего, то у нас появилась возможность все эти печальные события предотвратить.

- Кстати, Юра. - Брежнев повернулся к замершему в ожидании Андропову. - Насколько достоверна вся изложенная тобой информация? - Леонид Ильич почесал щёку, а затем, достав портсигар, вытащил сигарету и закурил. После чего, выпустив вверх струю ароматного дыма, продолжил. - Все мы слышали голословное заявление... гхм-м... "пришельца". Но есть ли хоть какие-нибудь документы, подтверждающие его слова?

- Всё сложно, Леонид Ильич. - Несколько стушевался глава Комитета Государственной Безопасности.

А проявляющий чудеса проницательности Пельше, поднял руку. Привлекая внимание и одновременно извиняясь за то что прервал доклад и, заодно, прося слова.

- Да, Арвид Янович. - Кивнув, разрешил Брежнев. - Говори.

- Так понимаю, что официальный источников нет? - Не спрашивая а, скорее утверждая, задал вопрос он.

- Вы правы, Арвид Янович. - Склонил голову Андропов. И, недовольно поджав губы, едко поинтересовался. - Но, можно, я всё-таки продолжу?

- Прошу прощения. - Тут же извинился Серый Кардинал Партии.

И, словно примерный ученик, положил руки на стол и всем своим видом показал, что готов внимательно слушать.

- Да, Юра, не томи. - Поторопил докладчика Брежнев. - Раз, как ты говоришь, стопроцентных доказательств нет то, может, это вообще... - Тут он внимательно осмотрел всех, находящихся в кабинете, и закончил. - Просто провокация империалистов?

- Боюсь, что задействовать ТАКИЕ ресурсы, и выдавать потенциальному противнику возможность мгновенного межпространственного перемещения ради простой... шутки, не позволит себе ни один здравомыслящий человек. - Нисколько на заботясь о соблюдении протокола и субординации, воскликнул вскочивший со стула Устинов. - Обнародовать ТАКОЙ, он снова выделил голосом ключевое слово, секрет ради того, чтобы испугать Николая Анисимовича это, простите, уже за гранью.

- Согласен. - На секунду прикрыв глаза, подтвердил догадку Устинова Брежнев. И, благосклонно кивнув Андропову, попросил прощения. - Извини Юра, за заминку. И, пожалуйста, продолжай.

- Вещи, изъятые у нашего невольного гостя, оказались вычислительными приборами. - Начал обстоятельно излагать Юрий Владимирович.

Но тут же был вынужден прерваться, так как Брежнев недоумённо поднял брови.

- ЭВМ, что ли?

- И да и нет. - Не стал обижаться на столь бесцеремонное вмешательство Андропов. - Всё гораздо сложнее. И оба, как их назвал "пришелец", "Гаджета", являются киностудией, телевизором, телефоном, вычислительной машиной. А так же фотоаппаратом и средством видеосвязи с любой точкой Земного шара. При условии, что там "проложена сеть" и точно такой же фантастический апрарат имеется у собеседника.

По недоумённым переглядывания было видно, что Андропову не поверили. Но, повинуясь грозному взгляду Леонида Ильича и, понимая, что каждая удивлённая реплика лишь препятствуют быстрому и объективному получению информации, никто не решился прервать докладчика.

- Мы тоже, первым делом поинтересовались, откуда у господина, - Андропов сверился с записями и продолжил. - Петро Михайловича Спивайло, сведения о покушении на меня и печальной судьбе супругов Щёлоковых. Так вот, по его подсказке, задействовав бОльшее по размеру устройство в режиме кинотеатра, мы просмотрели фрагмент многосерийного художественного фильма, которые там, в будущем называют "сериалы". Где и обыграна изложенная нашим гостем ситуация, по его словам "более чем сорокалетней давности".

- Держись, Коля! - Подбодрил Щёлокова Брежнев. И одновременно пообещав поддержку, добавил. - Прорвёмся!

- Что ж, хоть не забыли. - Стараясь принять бодрый вид, пробубнил себе под нос Николай Анисимович. И, пытаясь доказать всем и, в первую очередь самому себе, что не пал духом, чуть повысил голос. - И на том спасибо!

- Кстати, как там наш... Вернее ВАШ, - выделив голосом главенствующую роль КГБ в расследовании, - подопечный? - Полюбопытствовал Пельше.

А Брежнев, желая увести тяжёлый разговор немного в сторону и тем самым дать всем, находящимся в кабинете, возможность перевести дух, подержал латыша.

- Да, Юра. Что за фрукт и вообще? - Неопределённо покрутив поднятой вверх раскрытой ладонью, поинтересовался Леонид Ильич. - Он вообще, нормальный?

- Нашими специалистами были взяты все возможные на данный момент анализы. - Тут же начал выдавать информацию Андропов. - Следов алкоголя или каких-нибудь других наркотических веществ в крови и тканях субъекта не обнаружено. Обследование у консилиума психиатров, так же показало, что человек, практически полностью, вменяем. Ну, если не считать того, что находится во власти и какой-то необъяснимой, я бы даже сказал, патологической ненависти к "клятым москлям и поганым кацапам".

- Фанатик, значит. - Задумчиво пробормотал Брежнев. - Ненавидящий всё русское и не слушающий абсолютно никаких доводов разума. - А затем, по привычке пожевав губами, резюмировал. - Ладно, отложим пока в сторону душевное состоние и самочувствие "гостя" и вернёмся к нашим баранам. Юра, не могли бы твои люди продемонстрировать нам... приборы из будущего. Всё-таки, согласись, как говрится лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

- Разумеется, Леонид Ильич. - Тут же ответил Андропов. И, кивком дав команду секретарю, приказал выполнить просьбу Генсека.

Деловитые мужчины в строгих костюмах, быстро и без лишних слов занесли в кабинет, подключили и настроили ноутбук. Айфон же просто но, при этом осторожно и бережно передали прямо в руки Андропову.

- Не рванёт? - Скорее для проформы, чем по-настоящему беспокоясь, на всякий случай поинтересовался Устинов. И, демонстративно поёжившись, пошутил. - А то ведь, неведомый враг может одним махом обезглавить Советское Государство.

- Тьфу на тебя, Дмитрий Фёдорович! - Высказал неодобрение Брежнев. И, несмотря на то, что был атеистом, демонстративно перекрестился и шутливо пожелал напасти. - Типун тебе на язык!

- Прошу прощения, товарищи. - Стушевался Министр Обороны. И, желая оправдаться в глазах присутствующих, пояснил. - Всё ж, согласитесь, разумная предосторожность никогда не бывает лишней.

- Юра? - Проигнорировав покаянный спич Устинова, Брежнев вопросительно вскинул брови. - Гарантируешь?

- Оба устройства были исследованы вдоль и поперёк. - Уверенным ровным голосом ответил Андропов. - К тому же, "подопечный" на прямой вопрос об опасности данных м-м-м... "гаджетов", ответил отрицательно. Да и косвенные проверки, устроенные психологами, показали, что он говорит правду.

Следующие полчаса Юрий Владимирович демонстрировал возможности "девайсов" из будущего. На телефоне была включена видеокамера и, Андропов снял тридцатисекундный ролик. Задействовав ноутбук, продемонстрировал заинтересовавший всех отрывок сериала.

Основанные на исторических событиях сцены и прекрасная игра актёров произвели сильное впечатление на всех. И члены Малого Политбюро, украдкой и с явно заметным сочувствием, бросали взгляды на снова побледневшего Николая Анисимовича.

Особенно тяжёлое впечатление произвели кадры, на которых демонстрировалась могила Министра Внутренних Дел и надгробный памятник, на котором были выбиты даты рождения и смерти.

- Двенадцать с небольшим лет. - Посиневшими губами шептал бледный, как смерть, Щёлоков. И, держась за сердце, поднял глаза к потолку и с мукой спросил. - Господи, за что?

- Так! Хватит сопли распускать! - Приводя в чувство верного соратника, громко хлопнул по столу Брежнев. И, обращаясь непосредственно к Щёлокову, повысил голос. - Если я правильно понял, вся эта чехарда начнётся ПОСЛЕ МОЕЙ СМЕРТИ! Но я же не рву на себе волосы, и не бьюсь головой о стенку! Так что, перестань истерить, как баба! Возьми себя в руки и, пожалуйста, начни думать в конструктивном ключе. К тому же ТЕПЕРЬ, когда неведомые, но явно благоволящие нам и Стране Высшие Силы преподнесли ТАКОЙ подарок, в наших руках есть возможность избежать внутрипартийной свары! И тех, ужасных и поистине катастрофических последствий, что напророчил нам, невесть откуда свалившийся на наши головы гость! - И, снова подбадривая Министра Внутренних дел, и возвращая всех в тонус, закончил. - Я сказал, ПРОРВЁМСЯ!

Пельше же, стараясь сменить тему и увести разговор в более приятную для всех сторону, задал ещё один, не менее важный, вопрос Андропову.

- Юрий Владимирович... А что "пришелец" говорит о двух милых созданиях, что предпочли нашему обществу... скажем так, экскурсию по Москве одна тысяча девятьсот семьдесят второго года?

- О-о! - Обрадовался глава КГБ. - Здесь, можно сказать, нам крупно повезло! Петро Михайлович Спивайло оказался большим ненавистником так называемых "одарённых". То есть людей, владеющих... - тут Юрий Владимирович сделал небольшую заминку и, растерянно оглядев собравшихся, взял себя в руки и закончил, - ... магией.

Тут снова, со всех сторон раздался недоумённый и, даже можно сказать, возмущённый ропот. Но негромкого покашливания Генсека хватило, чтобы успокоить товарищей и вернуть заседание в деловкю колею.

- Продолжай, Юра. - Кивнул Брежнев Андропову. - И, будь добр, не обращай ни на кого внимания и излагай факты так, как есть.

- В общем там... через пятьдесят с лишним лет... некоторые из наших потомков владеют несвойственными обычным людям способностями. - Осторожно, словно боясь собственных слов и идя по минному полю, начал Андропов. - Левитация, метание огненных шаров, возможность управлять относительно небольшими объёмами воды. А так же телепортация и, предположительно, даже чтение мыслей.

- Ну, в умении отдельных жителей того времени бесследно исчезать, мы все убедились сами. - Хмыкнул Пельше. - Вопрос в том, как их теперь ловить? Если, как вы утверждаете, им подвластна телепатия.

- По поводу умения ковыряться в мозгах, не совсем точно. - Поправился глава КГБ. - Это лишь догадки и завиральные теории нашего, единственного пока, "гостя". - А вот то, что отдельные представители этого, гм-м... неведомого племени, могут лечить и возвращать молодость, можно сказать, доказанный факт.

- Надо же, целительная магия. - Кивнул каким-то своим мыслям Пельше. И, выражая чаяния всех членов Малого Политбюро, еле слышно, но достаточно громко, чтобы донести идею до собравшихся в кабинете, пробормотал. - Вот бы нам такого... Глядишь, и не пришлось бы супруге Николая Анисимовича стрелять в главу КГБ.

- Кстати Юра. - Зря в корень, с любопытством обратился к Андропову Леонид Ильич. - Если, как ты утверждаешь, этот Спивайло был... так сказать, "магоненавитникам", надеюсь, хоть какая-то база данных по ним, в одном из этих устройств имеется?

Глава 4

Интерлюдия. Продолжение.

Тот же, день. Рабочий кабинет Брежнева в Завидово.

- Смело могу сказать, что в этом отношении нам повезло. - С видимым облегчением заявил Председатель Комитета Государственной Безопасности. - Как я уже сказал, будучи непримиримым ненавистником так называемых "одарённых", Спивайло собирал и хранил на "ноутбуке" все имеющиеся в их, так называемой "сети," факты. Хотя, по предположению наших мозгоправов, он просто отчаянно завидовал. И, будь такая возможность, сам бы с удовольствием заимел такие же, как у гм-м... "магов" возможности.

- Ну, положим, любой, кто находится в здравом уме и твёрдой памяти, не отказался бы. - Хохотнул Устинов. И, мечтательно закатив глаза, вздохнул. - А какие бы из них получились солда-аты-ы!

- Тут вы совершенно правы, Дмитрий Фёдорович. - С лёгкой улыбкой кивнул Андропов. - По решению ООН, под неусыпным надзором и патронажем которой находятся все, имеющие неординарные способности, ТАМ, в будущем, все имеющие "дар", обязаны поступить и закончить так называемую Военно-Магическую Академию. Отказников же, по какой-либо причине не желающих подчиняться и соблюдать законы, отлавливают, помещают в концентрационные лагеря и, в конечном итоге, уничтожают.

- Сурово... - Неопределённо пробормотал молчавший до сих пор Подгорный.

- Но, правильно. - Припечатал Брежнев. И, заинтересованно посмотрев на Андропова, полюбопытствовал. - А те две... юные барышни, что так поспешно покинули нас в Кремле, к какой группе относятся? - И, вскинув брови, уточнил. - Надеюсь, у нашего "ненавистника магов" сведения о них есть?

- Разумеется, Леонид Ильич. - Заверил Генсека глава КГБ. - Это, можно сказать, фигуры знаковые. Старшая, Марина Алексеевна, работала штатным психологом в Школе Полиции города Подольска.

- Господи, чем им милиция-то не угодила? - Картинно прикрыл ладонью глаза пришедший в себя и малость оклемавшийся Щёлоков. - Надо же ПОЛИЦИЯ!

- Не мешай, Коль. - Осадил Министра Внутренних Дел Брежнев. - Дай Юре закончить.

- Извините, товарищи! - Моментально попросил прощения Николай Анисимович. - Просто, неправильно этот как-то...

- Потом своё "фи" выскажешь. - Поморщился Генсек. И шутливо погрозил пальцем. - Давай, слушать будем.

- Так вот, - нисколько не смущаясь продолжил глава КГБ, - Марина Алексеевна, полных тридцати лет, так же как и её дочь, инициирована гражданином Швеции, ненаследным Принцем Генрихом. Девочке сейчас почти шесть. Но, по заключению всех "тамошних" экспертов, психологический портрет и умственное развитие малышки соответствуют четырнадцатилетней, или даже ешё на год старшей, девушке.

- Прошу прощения, Юрий Владимирович! - Вскинулся Подгорный. - Я не ослышался?! Вы сказали ТРИДЦАТЬ?! - Николай Викторович обвёл ошарашенным взглядом собравшихся и, озвучил очевидный факт. - Но ей же, на вид не больше пятнадцати! В крайнем случае, я бы дал шестнадцать!

- По всей видимости, таковы свойства их оздоровительной магии. - Пожал плечами Андропов. - К тому же, её гражданский супруг известен всей планете, как сильный целитель и единственный на данный момент, кто видит, так называемую "инициируемую пару".* *(Обо всех чудесах и возможностях одарённых читайте в цикле романов "Эльф на плоской земле").

- Прости Юра, что он такое видит? Какую такую "пару"? - Вопросительно вскинул брови Брежнев.

- Ну, маги же не на пустом месте появляются. - Привлекая к себе внимание собравшихся, вступил в беседу проницательный и догадливый Пельше. - И, я так понимаю, что кто-то, уже имеющий способности к магии, при личном контакте и определённых условиях, может из обычного, рядового индивидуума, сделать человека обладающего даром...

- В точку, Арвид Янович! - Нисколько не смущённый и не обиженный тем, что его постоянно прерывали, Андропов изобразил шутливый полупоклон в сторону Пельше. И, намекая на то, что сведений сообщить нужно много, а время дорого, заметил. - Но, давайте я, всё-таки, продолжу.

- Да, Юра, конечно. - Благосклонно кивнул Брежнев. - И, вроде бы не серьёзно но, так, чтобы все поняли, продемонстрировал сжатый кулак. - Тихо товарищи! А то мы так до утра не закончим!

- Спасибо, Леонид Ильич. - Поблагодарил Генсека Андропов. И, как ни в чём ни бывало, заговорил. - Марина Алексеевна преподавала психологию в Военно-Магической Академии. Где её гражданский муж, Принц Генрих, носящий позывной "Эльф" и их дочь, Леся, позывной "Вишня" проходили обучение в качестве учащихся первого курса.

- Прошу прощения, Юрий Владимирович. - Виноватым тоном и с извиняющимися интонациями снова прервал докладчика Пельше. - Что значит "работала" и "числились"? Они что, закончили обучение ? И...

- После ряда инцидентов, связанных с агрессией некоторой части курсантов ВМА, и довольно-таки жёсткого отпора, данного Принцем Генрихом, его и всю банду, отправили в академический отпуск. И, согласно сведениям, хранящимся в... - глава КГБ на долю секунды запнулся, вспоминая непривычное слово, - ..."ноутбуке", в данный момент, по "их" времени, - поправился он, - "Группа Эльфа" используется в качестве "команды быстрого реагирования" в различных горячих точках. А так же в статусе ликвидаторов там, где действовать официально не представляется возможным.

- Наёмные убийцы, значит. - Негромко пробормотал Устинов. И, словно не веря в изложенную Андроповым Информацию, недоверчиво спросил. - Что, и мелкая тоже?

А Генеральный Секретарь, сразу же ухватив суть, заметил.

- Значит, точно пришли не по наши души. Иначе бы, с их возможностями, положили бы всех прямо в Кремле.

- Да, Леонид Ильич. - Поспешно согласился с Брежневым глава КГБ. - Более того, допрос Спивайло и анализ поведения Марины Алексеевны и её дочери, приводят к выводу, что, у них что-то пошло не так. По словам нашего гостя, участвовавший в спасательной операции и являющийся ключевой фигурой, Принц Генрих телепортировал людей, удаляя от места, расположенного недалеко от эпицентра Ядерного Взрыва. И, кто знает... Весьма велика вероятность, что в момент детонации боеголовки, что-то сдвинулось в пространственно-временном континууме. В результате чего, двух одарённых и случайного но, к счастью для всех, если можно так выразиться, "зацикленного на магах" обывателя, закинуло прямо к нам. И, уверяю вас, товарищи. Нам всем очень повезло, что перенос не привёл их куда-нибудь на территорию Соединённых Штатов Америки или любой другой страны, являющейся членом НАТО.

Услышав аббревиатуру Северо-Атлантического Союза, Устинов не сдержался и крякнул. А, представив, что вся информация и два устройства из будущего оказались в руках врага, даже немного побледнел.

- Да, Дмитрий Фёдорович, подфартило. - Заметив реакцию Устинова кривовато усмехнулся Брежнев. - На нас, прямо, так сказать в руки, свалилась несказанная и неимоверная удача.

- Согласен. - Кивнул глава Комитета Государственной Безопасности.

А Брежнев, немного уставший от продолжительного доклада, предложил.

- Что же, давайте-ка всё-таки посмотрим... Что за "факты" собрал наш "гость" в их "сети". Не каждый ведь день представляется возможность взглянуть на кинохронику из грядущего.

- Видеохроника. - Машинально поправил Леонида Ильлича Андропов.

- А? - Недоумённо обернулся Брежнев.

- Правильно называть это видехроникой. Или, на слэнге будущего, "видосы". - Более подробно объяснил Юрий Владимирович. И, снова запуская виртуальный проигрыватель на ноутбуке, спросил. - С чего начнём?

- Пожалуй, с наших юных, и таких очаровательных и, как только что выяснилось, весьма опасных, пришелиц. - Предложил Пельше. И, обведя всех внимательным взглядом, уточнил свою позицию. - В любом случае, нам, так или иначе, придётся выходить с ними на контакт, постараться установить более-менее доверительные отношения и каким-то, пока, правда не представляю каким, образом наладить взаимодействие.

- Тут ты прав, Арвид Янович. - Согласился с "серым кардиналом партии" Брежнев. И, задумчиво погладив чисто выбритый подбородок, промолвил. - Вот только, найти их сначала нужно...

- Люди работают. - Моментально отреагировал внимательно ловивший каждую реплику Генерального Секретаря, Андропов. И, смущённо опустив глаза, то ли играя на публику а, может, и в самом деле испытывая вину, чуть тише сказал. - Правда, пока что безрезультатно.

- Ты там придержи своих. - Строго взглянув на главного чекиста страны, слегка посуровел Брежнев. - И чтобы ни в коем случае, ни малейшего давления и никакого насилия!

- Так точно, Леонид Ильич. - Расправил плечи и чуть вытянулся Андропов. - Именно такие указания, практически словов слово, были отданы, брошенным на поиски наших таинственных гостий, группам.

- Не слишком ли мы церемонимся, Леонид Ильич? - Со свойственной всем военным прямотой, попытался взять быка за рога Министр Обороны. - И, обращаясь к главе КГБ, предложил. - Я бы, задействовал таманскую дивизию. Оцепил центр, раздал солдатам описание и организовал тотальную проверку документов!

- Дмитрий Фёдорович! Вы ещё стрелять на поражение распорядитесь! - Громко и с прямо таки сочившимся из произнесённой фразы ядовитым сарказмом, чуть ли не засмеялся Пельше. И, уперев взгляд в Устинова, устало, словно втолковывая прописные истины, пояснил. - Вы, похоже, просто не до конца осознали, с кем мы имеем дело!

- Так, хватит! - Снова постучал по столу указательным пальцем Глава Государства. И, им же погрозив спорщикам, заявил. - Давайте уже смотреть, а то так до утра заседать будем, а до сути не доберёмся! И, кивая Андропову, скомандовал. - Включай, Юра.

И Юрий Владимирович, уже уверенно, если можно так выразится, "на уровне продвинутого пользователя" научившийся обращаться с техникой из будущего, взялся за мышку и запустил первый видеоролик.

Может, кому-то покажется странным и даже немножко фантастическим то, что люди даже не "последней четверти двадцатого века" а, скорее его "второй половины" спокойно и без удивления овладели, фантастическими, по их меркам, гаджетами. Но, прошу заметить, что в кабинете собрались те, кому доверили а, скорее, кто смог завоевать, право руководить огромной, между прочим, самой большой, если и не по численности населения то по занимаемой площади уж точно, страной. Которая, безо всякого сомнения, заставила считаться с собой весь мир.

И идиотов среди собравшихся, по определению, не было. Интеллект всех, присутствующих в кабинете, был развит на достаточно высоком уровне. А Ай-Кью намного превосходил показатели среднестатистического обывателя.

"Культурного шока", кстати, тоже не случилось. Ведь, прямо на их глазах и при их-же, деятельном, прямом и непосредственном участии, государство, начавшее свой путь "с сохой", полностью электрифицировало почти все населённые пункты, развило телевидение и радиовещание и запустило космические корабли в космос.

- Итак, Марина Алексеевна, гражданская супруга младшего сына Короля Швеции, ненаследного Принца Генриха и её родная, а для Его высочества, являющаяся приёмной, дочь Леся. Она же, бывший курсант Военно-Магической Академии, носящая позывной "Вишня". - Ровным и спокойным голосом начал Андропов.

И все, сидящие за большим дубовым столом, пододвинувшись ближе к ноутбуку, внимательно просмотрели короткий, длительностью не более десяти минут, видеоролик. Смонтированный кем-то из энтузиастов, старающихся не выпускать из виду всё, что связано с одарёнными.

Широко распахнув глаза от удивления, члены "Малого Политбюро" следили за тем, как юная девушка и совсем маленькая девочка, одетые лишь в короткие шорты и лёгкие маечки, прыгают с высочайших небоскрёбов. И, взявшись за руки и весело улыбаясь, что говорило о полном отсутствии страха, плавно опускаются на землю.

Запуск файерболов, владение водяной плетью, телепортация вкупе с мгновенным перемещением различных по весу и габаритам предметов на те или иные расстояния, произвели на зрителей неизгладимое впечатление. Все, то и дело ошарашено переглядывались. Но, помня о фантастическом появлении в тщательно охраняемом Кремле странных гостей, и такое же, быстрое и неимоверное бегство, никто задавал лишних вопросов. И не озвучивал версию с "обманом и монтажом".

- Ну что, Дмитрий Фёдорович, убедился? - Ехидно подначил Глава Государства Устинова. - А ты говоришь, "Центр оцепим"!

- Виноват, Леонид Ильич, погорячился. - Стушевавшись, пробормотал Устинов. И, расправив плечи и твёрдо глядя Генеральному Секретарю в глаза, заверил. - Понял, что действовать нужно тоньше! - Но, при этом, не желая упускать "пальму первенства", при обнаружении и выходе на контакт с "пришельцами из будущего", спросил. - Но, всё-таки, можно ли военным принимать посильное участи в операции?

Андропов, при этих словах Устинова досадливо поморщился. А Леонид Ильич, внимательно следивший за выражением лиц собеседников, загадочно улыбнулся.

- Не только "можно" а, я бы сказал, даже "нужно"! - Озвучил "политику партии" и собственное мнение он. И, посуровев, твёрдым голосом приказал. - Только, очень ПРОШУ, ни в коем случае не тянуть одеяло на себя. И помните, мы делаем ОДНО, ОБЩЕЕ дело. И тот, чьё ведомство, по воле случая или в результате оперативных действий, первым вступит в контакт с одарёнными, ни Боже ж мой, не должен рассматривать это, как ЛИЧНОЕ преимущество. А все сведения и возможные преференции будут задействованы ТОЛЬКО НА БЛАГО ГОСУДАРСТВА!

При этих словах Брежнева все непроизвольно поёжились. Ведь сейчас перед ними сидел безусловный, умный, жестокий и харизматичный лидер их огромной и великой страны. Сумевший победить в борьбе за власть. Совсем недавно, на примере печальной судьбы супругов Щёлоковых, увидевший, какая подлая и грязная грызня за эту самую власть, начнётся после его смерти.

И, совсем не желавшей, как выяснилось, очень недолго просуществовавшему Советскому Союзу, такого плачевного и позорного конца.

Всем, находившимся в кабинете, на долю секунды показалось, что, несмотря на плотно закрытые окна и задёрнутые бархатные шторы, откуда-то повеяло суровой стужей. Эдаким тяжёлым, могильным холодом, заставившим задрожать, непроизвольно вжав голову в плечи. А волосы на загривке, наоборот, зашевелиться и встать дыбом.

А Леонид Ильич, по очереди обведя всех тяжёлым и твёрдым как гранит взглядом, удовлетворённо кивнул. А затем, кашлянув, прервал начавшуюся затягиваться мрачную паузу. Во время которой каждый из членов Малого Политбюро успел задуматься о печальной судьбе страны вообще и возможной и очень нелицеприятной собственной участи, в частности.

- Ладно, с девочками понятно. - Убедившись, что власть его, по крайней мере, "пока", крепка, а несогласные или, что ещё хуже, метящие на место главы, убедились в его силе и, как должное принимают свой статус в иерархии, Брежнев еле заметно улыбнулся. И, снова приняв вид вальяжного, добродушного "дядюшки", дал отмашку Андропову. - Юра, давай-ка теперь, коротенько но информативно, про этого, - тут глава государства непроизвольно поморщился, - как его там... "Принца Генриха"...

- Прежде, чем перейти к фигуре Его Высочества. - Ровным менторским тоном снова начал излагать Андропов, хотелось бы, чтобы все увидели момент инициации шведских монархов. Короля Йоханна Седьмого и его супруги, Марты. А так же Наследного Принца Свена и Её Высочество, Гертруды.

Следующие полчаса Малое Политбюро во все глаза смотрели, на перфоманс и весь сопутствующий тарарам, устроенный Эльфом в королевском дворце в Стокгольме. Сопровождаемый запуском файерболов, полностью выбитыми стёклами и заполошной и бестолковой кутерьмой, что случилась после той памятной "инициации".* (Цикл книг "Эльф на плоской Земле", том седьмой, "Принц").

Особое внимание уделили заботливо собранным и вставленными в видофайл нарезкам из новостей. Где всевозможные "экперты", всячески и с разных, сторон обсуждали и смаковали неожиданное и спонтанное омоложение правящей династии. А так же обретение ими паранормальных способностей и, безусловно, участии во всё этом, мелкого недоразумения по имени Леська.

- Так что, гх-м-м... получается, эта малявка, стала причиной появления сразу четырёх одарённых? - Задал риторический вопрос Брежнев. - И, снова вперив грозный и, в случае допущения любых "косяков" не сулящий ничего хорошего взгляд, в руководителей силовых ведомств, грозно предупредил. - Юра, Дмитрий Фёдорович... Надеюсь, вы, равно как и остальные, понимаете всю секретность и важность полученной нами информации? Что бы ни один волос... Что б даже пальцем никто не тронул...

Глава 5

Интерлюдия. Продолжение. Тот же день, рабочий кабинет Генерального Секретаря Коммунистической Партии Советского Союза в Завидово.

- Безусловно, Леонид Ильич. - Моментально заверил Генерального Секретаря Андропов. - Мною уже отданы соответствующие распоряжения, и до всех причастных доведена инструкция, вдумчиво и скрупулёзно разработанная нашими экспертами.

А Устинов, не вставая с места, вытянулся по стойке смирно и быстро закивал. Выражая верность заветам Ленина, а так же полное и безоговорочное согласие с линией Партии и готовность работать на благо Страны, не покладая рук.

- Тем более, - продолжил докладчик, а его глаза как-то ехидно и плотоядно блеснули из-под очков, - в любом другом случае, можно попасть в немилость Его Высочеству Принцу Генриху.

- Всё так серьёзно? - Почувствовав настроение Андропова, тут же забеспокоился Пельше. И, вперив вопросительный взгляд в главу КГБ, попросил. - Не томите, Юрий Владимирович!

- Вот в этом видеоролике собраны свидетельства расправы, так называемого "курсанта Эльфа", - тут Андропов непроизвольно поморщился, выражая таки вот, незамысловатым способом собственное отношение к, по его мнению, "слишком выпендрёжному" позывному, - с решившими, так сказать, "поставить на место выскочку" учащимися старших курсов Военно-Магической Академии. И это, доложу я вам, выглядит более чем... впечатляюще... Здесь как любительские записи, так называемый "фанкам", сделанные на телефоны или, более правильно будет выразиться, на смартфоны и айфоны, так и данные, скопированные кем-то с камер видеонаблюдения.

После чего члены Малого Политбюро с удивлением и ужасом наблюдали "мгновенную" расправу "курсанта Эльфа" или, вернее, Ненаследного Принца Генриха, со своими врагами. То есть, так некстати для себя, начавшими противостояние с более сильным одарённым, недалёкими и возомнившими немножко больше, чем положено, молодыми магами.* (*Всё там же. Цикл "Эльф на плоской земле". Книга пятая, "Каратель").

- Это было... сурово... - Вытирая, выступившую на побледневшем лбу, холодную испарину, дрожащими губами еле слышно пробормотал Подгорный. - И страшно...

- А, главное, обратите внимание, что сделал он это практически за тысячную долю секунды. И совсем без эмоций. - Пользуясь моментом, подлил масла в огонь Андропов.

- Да он просто изверг какой-то! - Не сумев совладать с внезапно нахлынувшими чувствами, воскликнул возмущённый до глубины души Устинов. И, ища поддержки, по очереди заглянул в глаза каждому. - Это ж, наверное, с таким же, отстранённым и холодным выражением лица, эсэсовцы уничтожали свои жертвы в концлагерях!

- Я, всё-таки, предпочёл бы воздержаться от излишне поспешных выводов. - Осторожно заметил Пельше. И, намекая на то, что пороть горячку совсем не стоит, предложил. - Давайте, прежде чем "навешивать ярлыки" и ставить клеймо "фашиста", для начала послушаем выводы, сделанные психологами и учёными. Успевшими, я в этом уверен, в достаточной мере изучить личность Его Высочества, а так же особенности данной конкретной ситуации.

- Дело там, в общем и целом, смутное. - Стал понемногу выдавать сведения Андропов. - И, если коротко, то возникло противостояние, между так называемой "бандой Эльфа", в которую, помимо него, его гражданской супруги Марины и их дочери, входит ещё семь человек. - Юрий Владимирович прокашлялся и, налив в стакан немного воды, выпил и продолжил. - Поимённо состав группировки перечислять не буду но, если коротко, то началась вражда между "нашим" героем и, к их несчастью, решивших "нагнуть" новичков и померяться с ними силами, представительницей семейства Стоун. В результате которого, один из богатейших кланов Соединённых Штатов Америки прекратил своё существование. Многомиллиардная корпорация была разделена на ряд более мелких компаний и приватизирована, в том числе и участниками "банды Эльфа" и членами одного из могущественных кланов Якудза. С выделением какой-то доли Индонезийскому филиалу Триады. А, собственно, всё семейство Стоун, бесследно исчезло.

- Мда-а, - пробарабанив кончиками пальцев по столу, задумчиво потянул Брежнев, - непростой юноша... и совсем не "пальцем деланный". - Это ж надо, полностью уничтожить империю американского магната! Причём, как понимаю, так, что ни у кого из "тамошних" заправил, не возникло мысли наказать или, хотя бы, простио привлечь эту, кхм-м-м... излишне энергичную молодёжь, к ответственности!

- Ну, учитывая происхождение, личную силу Его Высочества, а так же его способности к целительству и возможность видеть, пусть и несколько "криворуко", потенциальных одарённых, думаю, ему любая выходка сойдёт с рук. - Упреждающе заметил Андропов.

- Да уж... - Зависнув в размышлениях, потёр подбородок Брежнев. - Послал Бог гостей... - Но тут же, спохватившись, и не сумев сдержать любопытства, поторопил докладчика. - Юра, что ещё там есть... По этому... Принцу Генриху?

Тут на лице Андропова проявилось смущение с некоторой долей брезгливости. Словно глава КГБ решал, стоит ли посвящать собравшихся в нечто постыдное. И обнародовать грязные и не предназначенные для вытаскивания на всеобщее обозрение, факты.

Колебания Юрия Владимировича заметили все. Но подталкивать и торопить никто не решился. Уже было понадеявшийся, что удастся обойти этот скользкий и, во всех отношениях нелицеприятный, период в биографии изучаемого объекта, Андропов хотел закончить доклад. Но, желая получить как можно более полный объём информации и, самое главное, не хотевший возникновения беспочвенных домыслов и никому не нужных слухов, Брежнев всё-таки настоял.

- Не тушуйся, Юрий Владимирович! - Подбодрил он главу КГБ. - И, раз уж начал, выкладывай все имеющиеся в твоём распоряжении факты!

- Дело в том, что в период своей... скажем так, ранней юности, Его Высочество не отличался... кротостью нрава. Да и в благопристойном поведении и соблюдении общественных норм, тоже замечен не был. И это ещё мягко сказано...

- Что, пил, гулял и девок по кабакам тискал? - Усмехнулся Брежнев. - Так этим никого из нас не удивить. - Или думаешь, мы не в курсе, что творят дети первых секретарей и отпрыски прочей, примазавшейся к Партии шушеры?

Все присутствующие промолчали и скромно опустили глаза. Ибо пьяные эскапады, совершенно, порой, безумные выходки и... скажем так, весьма сомнительные знакомства, родной дочери Генерального Секретаря, были, если и не откровенным достоянием общественности то, как минимум, известны "узкому кругу лиц" и тем, кому это положено знать по должности.

У Юрия же Владимировича, словно бельмо на глазу и грязное пятно на биографии, имелся сын от первого брака, Владимир. Пошедший по кривой дорожке, дважды судимый и тщательно скрываемый отцом от широкой общественности.

В общем, вопрос о прошлом Принца Генриха, особенно с учётом похождений некоторых, "отдельно взятых", наследников правящей соаетскоц элиты, был достаточно щекотливым. Но Брежнев, чувствующий за собой силу, и немного ревниво отнёсшийся к желанию главы КГБ "утаить" часть сведений, да и, просто по-человечески желающий удовлетворить собственное любопытство, продавил.

- Да что он, убил кого-то, что ли? - Видя желание Генерального Секретаря узнать правду, выступил на стороне Брежнева Устинов. - Или питался трупами младенцев?

- Ну, положим, будучи негласными но, по мнению нашего гостя Спивайло, штатным ликвидатором "Правящей Мировой Элиты" он, как лично, так и в составе возглавляемой им группы, повинен в смерти очень и очень многих. - Преувеличенно спокойным, и, нарочто ничего не выражающим голосом, информировал всех Андропов. - Равно, как и, на долю секунды, посетившая нас Марина Алексеевна со своей дочерью. Что же касается хм-м... юношеских выходок Его Высочества, то это, не выставляемая на всеобщее обозрение и, я бы даже сказал, тщательно скрываемая информация.

- Которая, тем не менее, стала известна некому "ненавистнику магов" и, заодно, гражданину совсем другого государства, Петру Михайловичу Спивайло? - Едко заметил тщательно обдумывающий полученные данные Пельше.

- Когда я говорю "не афишируемая", то имею в виду, отсутствие, а так же запрет на публикацию в открытых источниках и, так называемых "социальных сетях". - Будучи главой КГБ, Юрий Владимирович с большим трудом и сильным негодованием принял известие о свободе распространения видеороликов, а так же фотографий и печатных текстов, в двадцать первом веке. И даже испытал некоторый, если можно так выразиться, "культурный шок". А потому, сделал незначительную паузу, перевёл дыхание и ещё немного ослабил узел галстука. Затем налил воды, отпил и продолжил. - "Там"... в будущем, практически все имеют подобные устройства". - Андропов взял со стола и ещё раз продемонстрировал, уже изученный собравшимися в кабинете, айфон. - И кто угодно может снять и, практически мгновенно опубликовать, в так называемом "Интернете" любое, зафиксированное видеокамерой событие или происшествие, которому был свидетелем.

- Или я чего-то не понимаю, или хреновое у наших потомков будущее. - Тяжко вздохнул Николай Викторович Подгорный.

А Арвид Янович Пельше, тонко и по иезуитски усмехнувшись, заметил.

- Повезло Суслову, что его с нами нет. А то, головой готов поклясться, бедолагу бы удар хватил.

- Да уж... - Представив реакцию "Главного Идеолога" и "Блюстителя нравов" Партии на полученные членами Малого Политбюро знания о грядущем, чуть не засмеялся Брежнев. - Подфартило Мише, что решил пройти обследование в Кремлёвке. Сберёг нервы, да и мировоззрение не пошатнулось. А затем возвратил в начальное русло свернувшую куда-то не туда беседу и поторопил Андропова. - Давай Юра. Включай уже.

После чего Юрий Владимирович поелозил "мышкой" и, нажав клавишу на "ноутбуке", запустил, ещё не просмотренный но уже вызвавши столько споров и тайных мыслей у всех присутствующих, а потому ставший уже "долгожданным" файл.* (*Сцену, попадающую под определение "18+", и описывающую групповую гомосексуальную оргию, с последующим убийством одного из участников, а так же последующее соитие с трупом, все желающие могут прочитать в первом томе цикла "Эльф на плоской земле", "Нелегал").

- Мда-а... - Схватив со стола бутылку "Боржоми" и выпив практически залпом, с негодованием выдохнул Устинов. - Да за такое расстреливать нужно. А уж, как вы, Юрий Владимирович выразились, "выкладку" на всеобщее обозрение, так и вовсе четвертовать!

- И, тем не менее, Его Высочество является вполне уважаемым членом общества, супругом дочери Императора Японии, Её Высочества Принцессы Аими и, повторюсь, единственным на планете - очень надеюсь что пока! - одарённым, владеющим целительской магией.

- И, к тому же, настоятельно советую этого не забывать, он, к тому же ещё и "видящий"! - Тут же дополнил Пельше. - И, прошу принять во внимание, что все эти действия, - тут Арвид Янович кивнул на стоящий на столе ноутбук, - проблема касающаяся не сколько нас, сколько наших потомков. Хотя... - отвернувшись, Пельше невидящим взглядом задумчиво посмотрел куда-то в пространство, - что-то мне подсказывает, что не всё так просто. И мы ещё столкнёмся с этим, пусть и мерзким и, пока что не вызывающим ничего, кроме отвращения, загадочным персонажем.

- Правильно говоришь. - Поддержал догадку "Серого Кардинала" Брежнев. - Женщина его тут. И приёмная дочка. Так что, глядишь, не ровён час, ещё один... гх-м-м... "маг" в гости пожалует".

- Так он же пидор! - Не удержавшись, и со свойственным военным прямотой, высказал своё мнение Устинов. - А, среди этой братии, верность, да и вообще, любовь к женском полу, практически не наблюдается.

- Хочу сказать, что по имеющейся у нас информации, после знакомства с Мариной Алексеевной и... созданием, пусть и гражданской но, всё-таки семьи, Его Высочество полностью исключил все... гм-м... гомосексуальные контакты. Прекратил принимать наркотики и стал вести практически идеальный и образцовый, по меркам рядового обывателя, образ жизни. - Тут же заступился за вызвашего столь бурные эмоции и яростное обсуждение персонажа, Андропов.

А Брежнев, хлопнув широкой ладонью по столу, радостно заулыбался.

- Молодец, девка! - И, победно оглядев собравшихся, заговорил. - Русская баба - она такая! Даже конченого пидора человеком сделать может!

И члены Малого Политбюро дружно и синхронно закивали. Спеша согласиться с решением главного в этой комнате и, по факту, второго по значимости, человека на планете.

А Пельше, воспользовавшись внезапно образовавшейся паузой, резюмировал.

- Что ж... осталось только найти, столь внезапно и таким фантастическим способом, покинувших нас гостий. А так же уведомить их о нашей абсолютной лояльности и попытаться склонить... вернее убедить, или, скорее, даже даже уговорить, в необходимости сотрудничества. - Слегка поморщившись, от того что пришлось поправлять самого себя, выразил всеобщие чаяния и надежды он.

- Итак, товарищи! Картина, в общем и целом, ясна! Время позднее. С ситуацией мы, более или менее, определились. Ориентиры намечены, а возможности достичь необходимого или, хотя бы приемлемого для Страны и Партии результата, у нас имеются. Так что, наверное, будем закругляться? - Подвёл итог экстренного и внепланового, но такого информативного и, за считанные часы буквально перевернувшего мировоззрения всех присутствующих, заседания, Глава Государства.

Молча выразив своё согласие, члены Малого Политбюро начали подниматься.

За окнами, и правда, уже стемнело. Да и интенсивная работа мозга, как известно, сопровождающаяся повышенным потреблением калорий, вызвала у всех сильное чувство голода. К тому же, полученная, страшная и отдающая безысходностью, внезапно открывшаяся им картина будущего, вызывала сильную обеспокоенность и нервозность.

Члены Малого Политбюро устали, хотели есть и, как бы банально это не выглядело, просто отдохнуть. Чтобы, "переспав" с проблемой, утором, на свежую голову, начать работу в заданном направлении.

Но увы. Ожиданиям правящей верхушке Советского Союза не было суждено сбыться.

Не успели собравшиеся покинуть кабинет, как внутрь заглянул один из офицеров "девятки" и о чём-то пошептавшись с Андроповым, быстро скрылся за дверью.

А, по моментально напрягшемуся лицу начальника КГБ всем стало понятно, что новости, как говорится, "из ряда вон".

- Не томи, Юра. - Поторопил Андропова Брежнев. - Выкладывай, что случилось?

- Покушение на сына первого секретаря Грузинской ССР, Александра Мжаванадзе.* (*Автор не в курсе биографии Александра Васильевича Мжаванадзе. Но, по возрасту и, в связи с широко освещаемой коррупционной деятельностью его отца, счёл возможным использовать в качестве второстепенного персонажа).

- Убит? - Тут же последовал вопрос Брежнева.

- Нет. Но сильно пострадал. - Мгновенно ответиил Адропов. - Ожоги по всему телу и... есть ещё жертвы...

- Кто? И сколько? - Почувствовавший азарт охотника, Леонид Ильичь взял быка за рога и плотно насел на главу Комитета Государственной Безопасности.

- Члены преступных представителей грузинской диаспоры. Так называемые, "воры в законе".

- Что, скажите пожалуйста, делал сын Первого Секретаря Грузии в ресторане с криминальным элементом? - Вперил грозный взгляд в Щёлокова Брежнев? - И с каких это пор у нас милиция, я извиняюсь, "мышей не ловит"?

- Виноват, Леонид Ильич. - От внезапно свалившихся новостей из будущего, Министр Внутренних дел и так чувствовал себе не в своей тарелке. И потому не стал оправдываться и молча вытянулся в струнку. - Сейчас же отправляюсь на место происшествия и лично возглавлю расследование.

- Все поедем! - Принял авторитарное решение Брежнев. И, обернувшись к Андропову, задал вопрос. - Кстати, Юра! А почему твои орлы пришли к выводу, что это именно НАШ случай?

- Так ведь, всё как по писанному! - Поспешил выдать интересующие всех сведения, глава КГБ. - Фигуранты - совсем юная девчёнка и маленькая девочка. Да и способ, с которым эти две... молодые барышни расправились с добрым десятком матёрых мужиков, говорит сам за себя.

- Многих покрошили? - Обеспокоено поинтересовался так некстати оказавшийся между молотом и наковальней Щёлоков. - И, главное, надеюсь, что с нашими... "гостьями", всё в порядке.

- Семь трупов. - Коротко, и по существу начал излагать Андропов. - Но только "торпеды". - И, объясняя столь высокую смертность среди боевиков и отсутствие пострадавших среди "серьёзных людей", добавил. - Воры, по своей привычке загребать жар чужими руками, лично не вмешивались. - И ещё трое, в том числе и сын Первого Секретаря Грузии, клиенты реанимации. А девушки, по словам до смерти напуганного и попрятавшегося от греха подальше обслуживающего персонала, загнав в угол живых, выпотрошив убитых на предмет наличности и поснимав с тел золотые украшения, просто... исчезли. - Андропов тяжело вздохнул и, глядя в глаза Брежневу, закончил. - В общем, партбилет готов положить на стол, что это именно НАШ случай.

Глава 6

Всё ещё интерлюдия. Начало апреля 1972 года. Время приблизительно совпадает с появлением в Свердловске главного героя. Где-то в Москве.

Столичный ресторан "Арагви", равно как его, время от времени меняющиеся директора и негласные "хозяева", на своём веку видел всякое. И скромных обывателей, что могли позволить себе посетить подобное заведение не чаще одного раза в год. А некоторым, вообще посчастливилось зайти сюда всего лишь два-три раза в жизни.

Чтобы, в кругу коллег и родственников, скромно отметить пятидесяти или шестидесяти летний юбилей. Да и то, эта публика представляла собой мелких чиновников, тщетно тужащихся подтянуться до уровня "элиты".

Частыми гостями были командированные специалисты, особенно из южных республик. Вырвавшиеся из-под опеки жён и, решившие "оторваться". Чтобы потом, вернувшись в родные края, рассказывать что "гулял в Арагви".

Но эта публика, как правило, кассы не делала. Заказывая какое-нибудь недорогое "фирменное" блюдо и грамм двести-триста коньяка. Причём разбирались они в грузинской кухне и в благородном напитке так же, как выращенная где-нибудь на колхозной ферме хрюшка в апельсинах.

И таким, нисколько не смущаясь, подсовывали настоящие помои и несли наскоро обжаренное, и посыпанное первой попавшейся под руку зеленью, далеко не первой свежести, мясо. Которое эти, так называемые "ценители" жрали со значительным и высокомерным выражением на спесивых мордах и, представьте себе, не морщились.

Но это так... мелочь и поздаборная шушера. На двести процентов переоценивающая свою значимость и гордящаяся мифическим "влиянием" где-то "там". В далёких ебенях и Богом забытых задрищенсках. Коих великое множество на просторах нашей необъятной и богатой всякими, невесть что возомнившими о себе придурками, Родины.

Изредка захаживали студенты. С этих вообще, толку было мало, а навар равнялся тем самым, частенько упоминаемым в известной поговорке, кошачьим слезам. Да и не пускали эту нищую молодёжь в, по-настоящему хлебное, предназначенное для денежных посетителей, время.

Основную же прибыль, значительная часть которой оседала у директора и нескольких приближённых лиц в карманах, давали именно частные мероприятия. Которые на официальном языке назывались "спец обслуживанием".

И это не свадьбы чиновников средней руки или дни рождения мелкой партийной номенклатуры.

В такие, поистине благословенные Богом дни, в закрытом для простых смертных заведении, собирались по-настоящему серьёзные люди. Те, чьи состояния, по негласному рейтингу, исчислялись даже не тысячами и а десятками, а иногда даже сотнями тысяч рублей. Или, как любили выражаться "деловые", "кусков".

Это был уровень министров, Первых Секретарей Республик, руководителей автономных областей, а так же больших людей, именуемых в народе "цеховиками".

Ну и, куда ж без них, представители криминального мира. Ибо там, где "бараны делают большие деньги", в обязательном порядке должен быть "пастух".

Внимательно и вдумчиво следящий за порядком на подконтрольной территории. И, разумеется, снимающий положенную "смотрящему" долю.

Стригущий овечек "правильных" и, изредка, принимающий решение, об разделке на шашлык тех, кто по какой-то причине начинал взбрыкивать и не соглашался на увеличение, озвученного негласными хозяевами, "оброка".

В тот знаменательный, так как перевернул судьбы, ничего не подозревающих об этом, сотен миллионов, а так же очень печальный и ставший для некоторых непосредственных участников последним в их неправедной жизни, день, в "Арагви" собирались грузинские воры. "Обкашлять" кое-какие "мелкие" с их точки зрения но глобальные по меркам рядового советского гражданина, вопросы.

"Перетереть", так сказать. "Покалякать" и, заодно, утрясти пару дел "на самом верху" их далекой родины. А так же попытаться расширить сферы собственного влияния, и убедить отдать по их контроль некоторые, не имеющие стратегического значения, но оттого, не менее прибыльные отрасли народного хозяйства.

Разумеется, "большой человек", сидящий на самом верху в Грузии, даже близко бы не приблизился к подобному сборищу. Но, ведь для того, чтобы озвучить мнение и получить переданную информацию, не обязательно присутствовать самому.

Для этого есть доверенные люди. Которые всё покажут, всё расскажут. Обладают достаточным влиянием и широтой полномочий. И, при необходимости, смогут выложить главные козыри. В виде благоволения или же неодобрения того, чьи интересы представляют.

А кому можно поручить контроль, пусть и не главных но и, далеко не второстепенных вопросов, как не собственному сыну?

Вот и случилось так, что Александр Васильевич Мжаванадже, молодой человек двадцати четырёх лет отроду, был приглашён своим ровесником на празднование "дня рождения" двоюродного дядюшки. А то, что товарищ имел за спиной два срока и, на деле, был шестёркой воротил уголовного мира и числился в "стремящихся" - это дело десятое.

По закону, оступившийся но "ответивший по всей строгости" и "твёрдо вставший на путь исправления" парень, был полностью чист. И считать чем-то предосудительным, даже не дружбу а так, лёгкие приятельские отношения, сына главы Грузинской СССР и этого, повторяю, "осознавшего и раскаявшегося" индивидуума, ну никак не возможно.

Николай Щукин, имевший как можно догадаться, "погоняло" "Щука", первую ходку провёл на малолетке. Вторую, состоявшуюся через пол года после освобождения - на взрослой зоне. Оба раза "чалился" за карманные кражи. Сразу же примкнул к "отрицалову" и, вообще... Показал себя "правильным пацаном" и "порядочным арестантом".

За что был обласкан, привечен и, после выхода на свободу, приближен к одному из грузинских "воров в законе". В силу относительно молодого возраста особым авторитетом не обладал. Но сам факт служения "серьёзному человеку" ставил его на пару ступенек выше обыкновенного урки.

Ну а, Саша Мжаванадзе, с помощью нужных людей пристроенный отцом на должность второго секретаря одного из Московских райкомов комсомола, просто и незатейливо прожигал жизнь.

Нет-нет, не подумайте. Днём, в рабочее время, он исправно просиживал штаны в личном кабинете. Участвовал в собраниях и даже, время от времени, с барской ленцой имитировал зачатки бурной и "столь необходимой стране", общественной деятельности.

Да и не обязательно было всё время находится в райкоме. Ведь задача настоящего комсомольского вожака, это именно "работа с молодёжью". В школах, детских садах, институтах. Да-да, в дошкольных учреждениях тоже имеются первичные ячейки организации. А молодые, только что окончившие педучилище воспитательницы, так и требовали личной, и очень вдумчивой, помощи в деле освоения теории строящегося коммунизма.

Высшими учебными заведениями Александр тоже не пренебрегал. Ведь, юные и амбициозные комсомолочки, ради обещанной помощи в карьере и будущих преференций, были готовы на многое. А бедные, по его меркам, конечно, но такие жадные до жизни, и алчно сверкающие голодным глазами, провинциалочки, чудо как хороши. И в постели вытворяли такое... О чём их, зажатые традициями и обычаями, а так же находящиеся под неусыпным родительских оков, грузинские девушки, даже не могли подумать.

В общем "москвичек", особенно населяющих, утрамбованные словно килька в консервную банку, студенческие общежития, и живущих на стипендию и редкие посылки из дому, Александр любил. Той искренней и, не совсем бескорыстной любовью, что свойственна горячей и пылкой юности. И на которую способен лишь "настоящий джигит", к числу которых, вне всякого сомнения, относил себя сын Первого Секретаря Грузии.

И, естественно не все, но очень и очень многие, приехавшие в столицу "за счастьем" девушки, отвечали ему взаимностью.

Правда, в этот день что-то пошло не так. И пассия, с которой всё, вроде бы, было договорено, на место встречи не явилась.

"Щука", прибывший за ним на, официально числящейся на балансе одного из таксопарков, а на деле бывшей в полном распоряжении "уважаемого человека", двадцать первой "Волге", торопил. И наотрез отказывался не то, что заехать за какой-нибудь другой "шмарой". Он даже не дал времени остановиться возле телефона-автомата и попытаться вызвонить кандидатку на место сегодняшней подруги.

- Саша! - Не переходя границы дозволенного, но достаточно твёрдо, заявил он. - Потом о бабах думать будешь! Сейчас же - у нас с ЛЮДЬМИ встреча! А они, между прочим, ждать не любят!

Как и положено стремящейся подняться на более высокую ступеньку в иерархии шестёрке, Щука немного нервничал. Ведь те, на кого он работал, могли осерчать. И, выказав недовольство его проворством и деловыми качествами, лёгко заменить на кого-нибудь другого.

Но и давить на младшего Мжаванадзе тоже было чревато. Так как тот, будучи юношей весьма и весьма обеспеченным, щедро оплачивал их совместные гулянки. Да и "отработанным материалом", то есть девчёнками, которыми успел попользоваться и слегка пресытиться, делился щедро.

Так что, попросту взять за шиворот и, продемонстрировав украшенный татуировками кулак, потащить в машину, было "не вариант". И поэтому, желающий подняться в уголовной среде и, принципиально не допускавший к женскому полу никакого насилия, Щука, дал слабину.

И, когда взгляд младшего Мджаванадзе остановился на двух девчёнках, одной из которых на вид было не больше шестнадцати, а вторая - малявка лет шести, не стал возражать, когда Александр подошёл и пригласил их "покататься на Волге".

Тем более, что смотревшая удивлёнными и широко распахнутыми глазами, и явно не отличающаяся особым умом старшая, и воспринявшая всё, как весёлую и забавную игру младшая сами, и без какого-либо принуждения, забрались на задее сиденье "Волги". И, уютно устроившись, принялись слушать сильно перевозбудившегося и от того запевшего соловьём, второго секретаря райкома.

Стараясь произвести впечатление, Александр "нёс пургу". Девчёнки, словно два загипнотизированных удавом кролика, прилежно внимали. А Щука крутил баранку и думал, как бы ловчее сплавить этих малолеток и вызвонить штатных шлюх. Правда, для того, чтобы произвести замену, придётся напоить младшего Мджаванадзе до поросячьего визга. Да и блядям придётся платить из собственного кармана.

Но и упороть косяк, опоздав с привозом этого, на данном конкретном этапе, нужного для "серьёзных людей" "золотого мальчики" тоже было нельзя. К тому же, во всяком случае, Щука на это очень надеялся, все нынешние хлопоты в будущем вернуться сторицей.

Мысленно обзывая спонсора их загулов "козлом безрогим" и прочими, весьма негативно характеризующими барчука эпитетами, Щука краем уха слушал исторгаемый младшим Мжаванадзе словесный понос. И, мысленно ухмыляясь, представлял завтрашнюю похмельную рожу "Сашка". Который проснётся в объятиях проститутки и, даже не вспомнит сегодняшних, наивных и глупеньких малолеток, так неосмотрительно садящихся в машину к "незнакомым дядям".

Дурочек, безусловно придётся отпустить. И даже пожертвовать тремя рублями на оплату такси. Ибо насильственные преступления по отношению к слабому полу, а особенно подофилия, очень, очень сильно препятствуют успешной карьере в криминальном мире.

Ну а дальше события, к великому сожалению всех собравшихся, пошли не по плану. Причём сразу у всех, глобально и с такими последствиями, которых никто, по крайней мере, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, не пожелает даже врагу.

Девчёнок определили в одно из вспомогательных помещений. Где молчаливая и вышколенная обслуга, бросавшие любопытные и заинтересованные взгляды, но не совавшая нос, куда не следует и не смевшая произнести ни слова, на скорую руку собрала угощение.

Так... ничего серьёзного. Фрукты, конфеты пирожные, сладкие напитки и, так сказать, "для затравки", немножечко лёгкого алкоголя. Появлению на столе вина Щука был не рад. Но, не желая вызвать раздражение у Мжаванадзе-младшего, промолчал.

Только лишь, выбрав момент, когда "золотой мальчик" давал какие-то, "важные" указание повару, долгим и внимательным взглядом посмотрел на старшую. И, акцентировав внимание на бутылке вина, отрицательно покачал головой.

Мол, "не советую".

И та, хитро блеснув, не по годам умными глазами, подтверждающе кивнула. "Поняла, не буду".

Удовлетворённо прикрыв глаза, Щука выбросил из головы эту маленькую проблему и, кашлянув, привлёк снимание распушившего перед малолеткой хвост, "Сашка".

- Нас ждут. - Коротко напомнил он.

И "дон жуан", недовольно поморщившись, вынужден был прервать "токование" и, многообещающе подмигнув и похабно ухмыльнувшись девушке, последовал за Щукой в банкетный зал.

Где занял, "положенное" ему, "законное" место. Рядом с серьёзными людьми, собравшимися для обсуждения важных и не терпящих отлагательства дел.

Щука же, вместе с остальными охранниками и подручными, скромно пристроился у стенки. Сесть за стол шестёрке было не по статусу. Но это пока.

Ведь вёл он себя по понятиям. Авторитет, пусть и небольшой, имел. А положение в блатной иерархии - дело времени. Ну и, бесспорно, приложенных в нужном и, главное, "правильном" направлении, усилий.

"Толковище", тем временем, шло своим чередом. Неторопливо и основательно был разлит коньяк. Выпиты и закушены красной икрой и осетринным балыком первые рюмки. И только взгляды, время от времени бросаемые начавшим хмелеть "вторым секретарём райкома" в сторону подсобки, вызвали у Щуки небольшое беспокойство и чувство лёгкого дискомфорта.

Которое опытный сиделец, привыкший жить в жёстких условиях уголовного мира, успешно заталкивал на самое глубокое дно сознания. Утешая себя тем, что, "ну, не полный же он отморозок".

И, как вскоре выяснилось, чуйка не подвела. Этот... сын пернатого ишака и "ёбанный бескрылый птиц", место которому на рядом с уважаемыми людьми, а возле параши, залив зеньки, не выдержал. И, невнятно извинившись, направился в сторону, расположенной рядом с кухней и временно выделенной девчёнкам, каморки.

"Привык, сука, делать что, что душа пожелает". - Мысленно сплюнул, злобно подумал Щука. - "А папка всегда отмажет"!

Впрочем, собеседники младшего Мжаванадзе не придали отлучке Александра значения. Ну, подумаешь... Нужно человеку отлучиться. Бывает...

Щука уже понадеялся, что сын Первого Секретаря Грузии в самом деле намылился сходить в туалет. И, хотя кабинки с табличками "эМ" и "Жо", располагались в другой стороне, изо всех сил пытался убедить себя в том, что всё обойдётся без скандала.

Ну а то, что "Сашок" двинулся не туда, можно было объяснить тем, что есть ведь ещё и "удобства" для персонала.

Но - увы. В этот раз чуда не случилось. И Бог Преступного Мира, покровительствующий разного рода криминальным элементам и, по слухам, водившийся с самой Фортуной, в этот раз не оправдал ожиданий.

Лишив благосклонности собравшихся в ресторане "Арагви" серьёзных людей и, по какой-то, одному ему ведомой причине, решивший отвернуться. И, именно в этот злосчастный вечер, посмотреть совершенно в другую сторону. Видимо, найдя что-то занятное и более достойное его внимания.

Поначалу всё было тихо. Но, уже через пару минут после того, как "золотой мальчик" покинул общество, послышался негромкий шлепок и, какой-то заполошный и пугающий, крик Александра.

- Убью-у, сука-а!

"По морде получил, гадёныш". - С тяжёлым сердцем предположил Щука.

А затем что то хлопнуло. Словно кто-то, играясь и балуясь, проколол иголкой воздушный шарик, и ресторан заполнил поистине звериный вой.

Охранники, перекинувшись взглядами со своими боссами, кинулись на кухню. Но, вместо того, чтобы через минуту вернуться, таща за шкирку виновников переполоха, судя по шуму, ввязались в какую-то, совсем не уместную здесь, и уж точно никому не нужную, драку.

Щука, не будучи, так сказать "штатным боевиком", в пекло не полез. Его дело мотаться по мелким поручениям, "решать вопросы" и быть на подхвате. А для того, чтобы "мять бока", сворачивать шеи и "отрывать бошки", отдельные люди имеются. Чуть обделённые интеллектом и "специально для этого обученные".

Поначалу шум побоища, сопровождаемый звуками опрокидываемого оборудования и звоном разлетающейся во все стороны металлической и бьющейся фарфоровой и стеклянной посуды, не вызвал у воротил преступного мира особого беспокойства. Да и, время от времени раздававшиеся "хлопки", тоже не наводили на тяжкие мысли.

Но когда из кухни, заляпывая всё вокруг льющийся из, красующегося идеально ровным срезом, кровью, выкатилась отрубленная голова, все поняли, что уже давно пахнет жаренным.

Глава 7

Всё ещё интерлюдия. Вечер попадания Марины и Леськи. Ресторан "Арагви".

Ну сказать, что испуганные, так как собравшиеся в банкетном зале люди были не из робкого десятка, но всё-таки весьма удивлённые и обеспокоенные, криминальные авторитеты недоумённо переглянулись. И, не сговариваясь, приняли единственное, в данной конкретной ситуации, решение.

- Валим! - Коротко рыкнул тот, кого негласно считали старшим. И, высказал внезапно осенившую его догадку. - Скорей всего, с "глушаками" работают, уроды.

И это, ни в коей мере не было трусостью. Ведь никто из "воров в законе", по принятым их среде, ну, по крайней мере, в то патриархальное время, не носил оружия. Да и замаравший себя убийством, тоже никогда бы не смог надеть воровскую корону. Для защиты и, на случай непредвиденных обстоятельств, вроде сегодняшнего, у каждого имелись собственные телохранители.

Но, раз уж, хорошо подготовленные "быки", да ещё с "волынами" не справились, то переть с голыми руками, да ещё на превосходящие силы противника, было бы явной глупостью.

К тому же, достигшие вершин власти в преступном сообществе банально были людьми в возрасте. А имеющиеся за плечами у гого двадцать, а у кого и более лет лагерей, здоровья не добавляли.

В общем, "воры" решили ретироваться. И, как показали дальнейшие события, приняли очень правильное и, в той непростой и смертельно опасной ситуации, единственно верное решение.

- Кто это? - Поспешно сбегая по лестнице, задал вопрос покидающий, ставшее вдруг ставшее грозящей захлопнуться ловушкой место, "коллега"? - И, оглядываясь назад, предположил. - Думаешь, менты?

- Тоже так посчитал поначалу. - Выскакивая на крыльцо встрял в разговор третий. - Но, рубить головы - это, вроде бы, не их метод.

- Знать бы, кто навёл, сука! - Коротким кивком прощаясь, и усаживаясь в неприметный "Горбатый Запорожец", сплюнул четвёртый.

А ещё один, затравленно посмотрев на окна, бывшего недавно таким уютным и гостеприимным ресторана, тоскливо заметил.

- Домой теперь ходу нет. "Первый" шкуру спустит. И не спросит, как звали...

- Ладно, братки, линяем. - Не прощаясь, подвёл черту "старший". И, как и положено, ни в коем случае не желающему терять авторитет, а вместе с ним и саму жизнь, главарю, оставил за собой последнее слово. - Я пробью по своим каналам. И, кем бы эта сука ни был, фраер ответит по полной. - А затем, уже забираясь в такие же неказистые и обшарпанные, как и "Зэпор" "первые Жигули", "обрадовал". - Думаю, всем надо скинуться, и "занести". В качестве извинения за косяк. И вообще... Лишним, в любом случае не будет...

- Считаешь, возьмёт? - Со сквозящей в голосе безысходностью, печально протянул "второй".

- "Возьмёт", никуда не деннется. - Нисколько не сомневаясь в собственных словах, убеждённо проговорил старший. - А вот кого решит назначить виновным, это вопрос...

О том, что глава Грузинской СССР, со страстной и всепоглощающей любовью относится к деньгам, в республике знала каждая собака. Так что, идею дать немалую толику откупных, приняли абсолютно все. Правда, кто-то заикнулся о том, чтобы воспользоваться средствами из общака. Но будучи осторожным и неоднократно битым жизнью, даже не "волком" а, скорее "хитрым лисом" старший, отверг эту идею на корню.

- Братва не поймёт. - Отрицательно покачал седой и украшенной еле заметным шрамом (незначительный след бурной молодости) над левой бровью, головой. - К тому же, "бабками" из общака придётся с ментами дала улаживать. Похороны организовывать опять же. Семьям помочь. Так что, тут уж нам самим предстоит раскошелится. - После чего негромко, давая понять, что разговор на этом закончен, захлопнул дверцу машины и скомандовал водителю. - Трогай.

Там же. Служебные помещения и банкетный зал ресторана "Арагви". Минут сорок спустя.

Как уже упоминалось, это элитное заведение Москвы видело всяких гостей. От министров до, иногда и, как правило инкогнито, отмечающих знаковые события, людей, вплотную приближённых к власти.

Но визита целой вереницы, правительственных лимузинов и наплыва первых лиц Государства, заставляющего трястись руки, холодеть в животе, а душу опускаться куда-то глубоко в пятки, никто из присутствующих, включая, экстренно прибывшее на чрезвычайное происшествии высшее руководство МУРа, не ожидал.

- Кто главный? - Покинув служебную "Чайку" и, быстрым и упругим шагом преодолев лестничный пролёт, сразу взял быка за рога Щёлоков. Он, очень сильно желал как можно скорее реабилитироваться за будущие прегрешения супруги и собственное малодушие. А потому мгновенно включился в работу. И, дождавшись, пока чуть полноватый, лет пятидесяти человек, сделает шаг вперёд, узнавающе улыбнулся. - А-а, Олег Павлович! Рад, что, несмотря на поздний час, нашёл время лично возглавить расследование! И, в присутствии знакомого лица почувствовав себя чуточку более уверенно, распорядился. - Докладывай, что тут у вас?

- Если коротко, то натуральная бойня! - Тяжко вздохнув, начал излагать Олег Павлович. - Правда, пока не ясно, кто это сделал и зачем. Но результаты поистине удручающие. Семь, тем или иным способом лишённых жизни тел. Одно зачем-то обезглавили. И ещё у двоих, чуть ниже локтей отрублены руки. - Он виновато, словно нёс личную ответственность за подобные зверства, окинул быстрым взглядом прибывших на это, странное и отнюдь не рядовое происшествие, первых лиц государства и продолжил. - Во всех трёх случаях срез идеальный. Словно всё проделано гигантской, остро отточенной бритвой. Кстати, эксперты полагают, что обе жертвы лишились конечностей в связи с тем, что попытались применить огнестрельное оружие...

Члены Малого Политбюро переглянулись и, практически одновременно, зябко поёжились. Ведь, если весь этот ужас учинили те самые, поспешно и без объяснений ретировавшиеся из Кремля девчёнки то, выходит, что им всем очень и очень крупно повезло. Особенно, если вспомнить что "там", "в будущем", они входили в так называемую "группировку Эльфа" и, более того, являлись членами его семьи.

- Свидетели есть? - Продолжил разбираться Щёлоков.

Но был вежливо но, тем не менее, твёрдо и настойчиво, прерван Андроповым. Желающим ещё раз перепроверить информацию о состоянии сына Первого Секретаря Грузинской ССР.

- Что с младшим Мжаванадзе? - Спросил он.

И, с облегчением услышал, в общем и целом, хорошие новости.

- К счастью жив. - Заверил главу КГБ Олег Павлович. - Лицо, к сожалению, довольно сильно обожжено. Волосы сгорели полностью. Но глаза, по имеющимся сведениям, бы, не пострадали.

- Кстати, куда его увезли? - Уточнил Юрий Владимирович. И, услышав что, "вроде бы в Склифосовского", обернулся к одному из сопровождающих правительственную комиссию офицеров "девятки", скомандовал. - Распорядись, пусть переведут в "Кремлёвку". И, объясняя, своё решение членам Малого Политбюро, которые были в курсе все" подоплёки событий, сказал. - Пусть под охраной будет. И, заодно, покажем Василию Павловичу* (*Мжаванадзе), что заботимся о его отпрыске...

- Мжаванадзе, Мжаванадзе... - Задумчиво пробормотал Брежнев. И, вперив взгляд в Щёлокова, подозрительно поинтересовался. - А кажи-ка нам, Николай Анисимович. - Какие могут быть у сына Первого Секретаря Грузии, отношения с криминальными элементами?

- Виноват, Леонид Ильич. - Побледнев, вытянулся в струнку Министр Внутренних Дел. - Сегодня же распоряжусь создать следственную группу и выяснить все подробности.

- Да пожалуй. - Задумавшись, покивал своим мыслям Брежнев. И, пожевав губами и хитро блеснув глазами, добавил. - Ты это... С Эдуардом Амвросьевичем* (*Шеварнадзе. Бывший министр МВД Грузинской ССР. После распада Советского Союза, первый президент Грузии) скооперируйся. А Юрины орлы вас проконтролируют.* (*В реальной истории, расследование коррупционных схем Василия Павловича Мжаванадзе было инициировано как раз Шеварнадзе. И Первый Секретарь Центрального Комитета Коммунистической Партии Грузии был снят с занимаемой должности в 29 сентября 1972 года).

Воодушевлённый оказанным доверием и, в то же время недовольный тем, что "над ним" поставили людей Андропова, Щёлоков слегка поморщился. Но возразить не посмел и, отдав честь, гаркнул. - Так точно! Разрешите выполнять?

И, после одобрительного кивка Брежнева, взглядом подозвал к себе Олега Павловича и начал что-то тихо втолковывать. Тот, в свою очередь, загрузил кого-то из замов. Так что, никто из присутствующих не сомневался в том, что к утру рабочая группа будет сформирована и немедленно вылетит в Тбилиси. А следом за ней отправятся дублирующие полномочия и осуществляющие надзорные функции, сотрудники Комитета Государственной Безопасности.

Андропов же, так удачно подсуетившийся и переключивший внимание Главы Государства на себя, подозвал милиционера с полковничьими погонами и приказал. - Докладывайте. Быстро, обстоятельно и по существу.

- Слушаюсь, товарищ председатель Комитета Государственной Безопасности. - Так же, как Щёлоков перед Брежневым, мгновенно вытянулся в струнку он. Но, увидев, как недовольно поморщился Андропов, споро перешёл к делу.

- Директора ресторана с подозрением на инфаркт увезла скорая помощь. Да, к тому же, так как во время... инцидента, он находился в банкетном зале и лично видел не много, свидетель из него аховый. - Заметив одобрение в глазаз главы КГБ он, милиционер воодушевился и, чуть смелее, продолжил. - Воры, как только начался кипешь, быстро смылись. Видимо, благоразумно посчитав, что с тем, кто без сомнения и не дрогнувшей рукой рубит головы, "разрулить по понятиям" не получится.

- Список всех, принимавших участие в попойке, передайте моим людям. - Скривившись, как будто без сахара съел ломтик незрелого лимона, и недовольно покосившись на отошедшего Щёлокова, сквозь зубу прошипел Андропов. И вообще... Казалось, глава КГБ забыл о чувствовавшем себя, словно кролик перед удавом милицейском полковнике, и обратился к Брежневу. - Леонид Ильич... Полагаю, в связи с неординарностью и... чрезвычайностью происшедшего, дело нужно полностью отдать под юрисдикцию КГБ.

- Решим, Юра... Решим... - Не говоря ни "да" ни "нет", уклонился от прямого ответа Брежнев. И, кивая на подчинённого Щёлокова, приказал. - Пусть дальше докладывает.

- Собственно, непосредственных свидетелей всего двое. - Нервно сглотнув, продолжил прерванное повествование полковник. - Помощник шеф повара и, случайно заглянувшая как раз в этот момент официантка.

- И что говорят? - Подал голос молчавший, но внимательно прислушивающийся к беседе и следящий за событиями Пельше.

- Поначалу, показания вполне адекватные. В подсобку, где сидели и лакомились фруктами девочки, заглянул Александр Васильевич. Дверь он оставил открытой так что, оба свидетеля смогли хорошо рассмотреть всё, что случилось потом.

- Пожалуйста, побыстрее. - Тяжело и устало вздохнул Андропов. И, слегка улыбнувшись, позволил себе немного пошутить. - Не тяните кота за яйца.

- По словам официантки, молодой человек начал приставать к девушке. За что получил по лицу. А, после гневного выкрика и явно выраженной угрозы, мелкая плеснула ему в лицо какой-то горючей жидкостью и зажгла огонь. Хотя, по словам опрошенных, бензина, спирта или любых других, легко воспламеняющихся веществ, не то, что в подсобном помещении, а даже на всей кухне, попросту не было.

- Ладно, с этим разберёмся. - Покивал Андропов. И, впрочем как и все слушавшие полковника, и желая поскорее удовлетворить любопытство, поторопил. - И что было дальше?

- Отброшенный пламенем а, скорее всего, просто отшатнувшийся от неожиданности молодой человек вывалился на кухню и, запнувшись, упал на пол. Сильно ударившись головой и, как полагаю, потерял сознание. Что, по единодушному мнению всех экспертов, помогло ему не подвернуться дальнейшей агрессии и, таким образом, сохранить жизнь. - Милиционер прервался на секунду. А после, переведя дыхание и набрав полную грудь воздуха, зажмурился и продолжил. - Затем на кухню ворвались охранники воровских авторитетов и... - Не желающий опозориться в глазах первых лиц государства и, уж тем прослыть сумасшедшим мужчина запнулся.

Но был подбодрён кивком Андропова и благодушным замечанием Пельше.

- Смелее, товарищ полковник! Рассказывайте, как есть. А мы разберёмся и отделим словесную шелуху от интересующей всех правды!

Работник МВД поискал глазами Щёлокова и своё непосредственное начальство. Но, так как министр, как и Олег Павлович, были заняты, втянул голову в плечи и, зажмурившись, проблеял. - Э-э-э, дальше чертовщина какая-то получается...

- Хватит сопли жевать. - Посуровев и добавив в голос стали, рыкнул Андропов. - Сказано же, излагайте, как есть!

- Слушаюсь, товарищ председатель Комитета Государственной Безопасности. - Опять встал по стойке смирно милиционер. И, видно решив, что теперь уж точно "не быть ему генералом", заговорил. - В общем, эти две... пигалицы, расшвыряли семь бугаёв, как кегли. Причём, сделали это, ни дотронувшись до них даже пальцем...

При этих словах члены Малого Политбюро понимающе переглянулись. А Юрий Владимирович, благожелательно подбодрил.

- Не останавливайтесь, пожалуйста. И, какими бы не странными казались недавно случившиеся события, мы постараемся отнестись к вашим словам максимально серьёзно.

- По всей видимости, силы "бесконтактных ударов", нанесённым девчёнками, оказалось недостаточно. - Судорожно сглотнув, продолжил полковник. - И, повскакивав, уголовники снова бросились в атаку. После чего, по словам спрятавшихся очевидцев, та, что помладше, начала швыряться огненными шарами. А старшая, спровоцированная тем, что кое-то из нападавших выхватил огнестрельное оружие, взяла в руки бутылку с вином, выплеснула содержимое и, превратив жидкость в что-то вроде острейшего гибкого лезвия, принялась рубить конечности. - Тут плечи милиционера невольно передёрнулись, а тело содрогнулось от рвотного спазма. Но, боясь окончательно опозориться перед глазами высокого начальства, он собрался и, сделав над собой усилие, закончил. - И одну голову.

- Что ж... в первом приближении всё понятно. - Словно разговаривая сам с собой, тихо произнёс Андропов. И, твёрдо посмотрев на подчинённого Щёлокова, произнёс. - Трупы мы забираем. И вообще, с этой минуты, дело полностью переходит под контроль и юрисдикцию Комитета Государственной Безопасности. - Тут глава КГБ оглянулся на Брежнева и, уловив еле заметный одобряющий кивок, распорядился. - Всё, вы и ваши люди можете быть свободны!

- И да... - Внезапно вмешавшись в разговор, позволил себе немного покомандовать Арвид Янович Пельше. - Все, находящиеся сегодня в ресторане "Арагви" были подвергнуты воздействию наркотических веществ. Имеющих галлюциогенные свойства и заставивших свидетелей принять воображаемое за действительность. - Серый Кардинал Партии змеиным взглядом уставился на милицейского чиновника и тот, поняв, что сейчас на волоске висят судьбы, его и всех, кто стал невольным свидетелем этого странного и ужасного преступления, отчаянно закивал.

- Так точно товарищ... - Тут, уже почти распрощавшийся с жизнью полковник слегка запнулся. Так как Пельше, в отличии от Щёлокова, Андропова и того же Брежнева, был фигурой не очень публичной. Во всяком случае, средние милицейские чины не были в курсе относительно его личности и не знали, как Арвид Янович выглядит. А потому, милиционер, преодолевая сковывающий скулы и заставляющий в судорожных спазмах сжиматься горло, страх, выразился очень просто. - Член правительственной комиссии. - Всё, что произошло сегодня, не случилось по причине отравления галлюциногенами. И, конечно же, не уйдёт дальше этих стен!

- Никаких рапортов писать не нужно. - Сурово предупредил Андропов. Так же, как и составлять протоколы. - И, с интонациями голодного удава, уточнил. - Надеюсь, всё ясно?

- Слушаюсь, товарищ председатель Комитета Государственной Безопасности. - И так стоявший по стойке "смирно" полковник вытянулся так, что, всем показалось, услышали, как затрещали его несчастные позвонки. - Разрешите идти?

- Свободны! - Отпустил запуганного до смерти милиционера Андропов. И, уже вдогонку, небрежно бросил. - Мои люди дадут вам подписку о неразглашении. А более точные инструкции получите непосредственно от вашего Министра.

- Что ж, товарищи. - В наступившей тишине негромкий голос Брежнева услышали все. - Картина, в общем и целом ясна... Мы убедились, что с гм-м... "фигурантками" шутки плохи. Так что, думаю, здесь и сейчас можно закругляться. Предлагаю разъехаться по домам и всем очень, я повторяю ОЧЕНЬ, хорошенько подумать. Над тем, что предпринять и каким образом развернуть возникшую сегодня, очень и очень непростую ситуацию, в нужную нам, и положительную для нашего государства, сторону.

Глава 8

Интерлюдия. Спустя две недели после произошедших в Москве событий. То есть, по времени, плюс-минус, приблизительно совпадает с моментом "службы" главного героя в рядах Советской Армии.

Рассеянно глядя на море, и бездумно созерцая набегающие на прибрежную гальку волны, Марина невольно предалась воспоминаниям. И, мысленно вернувшись к спасательной операции, закончившейся не только пространственным но и, заодно, темпоральным перемещением, нервно покусывала тонкие губы.

После того злосчастного ядерного взрыва всё пошло немножко не по плану. Или, как сказал бы её несносный но, при этом горячё любимый гражданский муж, "по пизде".

Девушка не была ханжой и довольно спокойно, а где-то даже с лёгкой иронией относилась к употреблению Генрихом, которого наедине, по-прежнему, предпочитала называть Колей, матерных словечек.

Воспринимая это, скорее, как весёлую и забавную игру, а не желание действительно нахамить и оставить о себе как можно худшее впечатление.

К тому же, в своей третьей и, по утверждению самого Эльфа, "самой, что ни на есть настоящей ипостаси", свободного фермера Николаэля Петраниэля, крепкое словцо не только не мешает общению разумных, а наоборот, способствует "скорейшему достижению консенсуса".

Молодая, на вид лет шестнадцати или семнадцати девушка и совсем мелкая соплюшка, сидели на одном из солнечных пляжей Крымского побережья. И, смотря на лениво накатывающие на берег волны, вяло переговаривались.

- Ма-ам, кушать хочу! - Заявила младшая. И, подпустив немного капризности в голос, шмыгнула носом. - Бананчик!

- И где ж я тебе его возьму? - Не обращая внимания на явную несуразицу в обращении, так как по возрасту старшая из девочек никак не могла приходится младшей "капризульке" матерью а, максимум, "тянула" лишь на звание старшей сестры, и картинно выгнув тонкую бровь, наигранно изумилась Марина. - Или, ты думаешь, что сейчас бананы продаются в любом супермаркете?

- Ну, тогда мороженное! - Не став спорить, с надеждой и жадным энтузиазмом воскликнула мелкая. И тут же, закатив в предвкушении хитрые глазки, принялась перечислять. - И печенек, и рожок с кремом и заварное пирожное!

- Ага, и национальную индейскую хижину, в просторечии именуемую "фи гвам", в придачю. - Засмеялась, судя по внешнему виду и отчаянной молодости, всё-таки сестра. И, потрепав ребёнка по голове, преувеличенно заботливо, но, при этом очень даже ехидно, поинтересовалась. - А попа не слипнется?

- Сама ты попа! - Демонстративно насупившись, недовольно отвернулась девочка. И, укоризненно взглянув на "обидчицу", пробурчала. - Вредина! - После чего, высунув розовый язычёк, запрыгала вокруг сестры на одной ножке и запела. - Жадина-говядина, солёный огурец! По полу валяется, никто его не ест!

- Ладно, будет тебе мороженное. - Уступая, кивнула головой девушка. И, направляясь к стихийно возникшему лагерю, в котором обе нашли пристанище, сказала. - Только, сначала переоденемся.

Таких "бивуаков", спонтанно разбиваемых и, практически никем не контролируемых, по всему побережью было великое множество. И, не считаясь с тем, что апрель - не самый "курортный" месяц, очень много людей, чей отпуск выпал на это весеннее время, вместо того, чтобы отдохнуть где-нибудь в пансионате по месту жительства, предпочло "поехать на юг".

Прихватив палатки, спальные мешки и надувные матрасы. В ночное время служащие постелями, а днём используемые по прямому назначению. Так как, несмотря на то морская вода была ещё довольно-таки прохладной, смельчаков, рискнувших открыть купальный сезон, имелось достаточное, можно даже сказать, весьма внушительное, количество.

Ведь отпуск, как и день рождения - "только раз в году". А "ждать у моря погоды" или полагаться на "милость природы" - совсем не в правилах советского человека. Так что, "бросивших вызов морской стихии" хватало.

- Ай, да мне и так нормально! - Тут же заявила, облачённая в светлые шортики и белую маечку с коротким рукавом, малявка. И, ковырнув обутой в сандалики ножкой песок, помотала головой. - Я не буду!

Старшая же, критически оглядев нахалку, на секунду задумалась и пожала плечами.

- Как хочешь. А я, всё-таки, поменяю наряд, на более подходящий для похода в город.

И вскоре, обновившая гардероб мама и, поленившаяся это сделать дочка (хотя для любого стороннего наблюдателя эти две девочки больше казались тандемом младшей и старшей сестёр), в компании недавно обретённых товарищей по палаточному городку, отправились в очередной раз приобщаться к благам цивилизации.

То есть, полакомиться, совершенно восхитительно таящим во рту мороженным, побродить по набережной и посетить летний, то есть, не отапливаемый и, потому не работающий в холодное время года, кинотеатр.

Фильм, всякими разнообразными способами показывающий смешные и забавные ситуации из жизни экранных отдыхающих, произвёл приятно впечатление. А вот, снятое на киноплёнку и демонстрируемое до начала сеанса и после его окончания, обращение милой женщины заставило немножко напрячься и крепко задуматься. Ведь слова, абсолютно непонятные всем остальным жителям Советского Союза, были предназначены непосредственно им.

В коротенькой, занимающей не более трёх минут заставке, говорилось о том, что "Марину Алексеевну, гражданскую супругу Его Высочества Принца Генриха и его приёмную дочь Лесю", просят откликнуться на приглашение. При этом убеждали, что "не надо ничего бояться", снимали с них всяческую вину за "печальное происшествие" и, как можно скорее "обратиться в ближайшее отделение милиции". Или же, просто позвонить по телефону с московским номером.

То есть их обеих очень настойчиво просили вернуться. И, как обе понимали, ударно поработать на благо, совсем недавно обретённой, новой Родины.

Не то, чтобы Марина и её, на вид шестилетняя но, в силу более развитого под воздействием полученных после инициации магических способностей, мозга, и потому обладающей сознанием пятнадцатилетней девушки, дочь этого не хотели.

Но, внезапное перемещение не только в пространстве (к чему в последнее время обе уже привыкли, но и скачёк во времени), последующая неприятная ситуация в ресторане "Арагви", а так же общее состояние некоторой растерянной сумбурности, требовали неспешного осмысления.

Поэтому и двинулась, совсем юная на вид мама с маленькой дочуркой, в тёплые края. Подальше от, внезапно ставшей очень негостеприимной Москвы. И всех "серьёзных", и не очень, людей. Каждому из которых что-то от них требовалось.

Так как сезон отпусков толком ещё не начался, то купить билет не составило никакого труда. Тем более, на руках имелись довольно таки большие деньги. Экспроприированные после трагически окончившейся для местного криминала, заварушки, и позволившие бы простому обывателю лет десять жить не работая.

Документов в те благословенные времена для посадки на поезд не требовалось. Да, что там говорить. Даже аэрофлотом можно было путешествовать, сохраняя полное и абсолютное инкогнито.

Но, немного поразмышляв, соваться в аэропорт Марина не стала. Всё-таки, напоминающая о строгом контроле, память из двадцать первого века, давала о себе знать. Да и, как ни крути в, занимающей гораздо больше времени дороге, всегда был шанс познакомиться с попутчиками.

Что, собственно, и произошло. Марина и Леська быстро сошлись с компанией весёлых и бесшабашных молодых людей. Сотрудников какого-то московского НИИ, решивших провести заслуженный отпуск "дикарями".

Сляпанную на скорую руку и отчаянно сшитую белыми нитками легенду, что едут к, уже находящимся в одном из пансионатов родителям, никто не проверял. Да и, справедливости ради нужно сказать, что компании молодых, и совсем недавно окончивших институты оболтусов, было вроде бы пофиг.

Едет симпатичная девушка с младшей сестрой на ют, и едут. Времена, в общем и целом, стояли относительно спокойные. На гастролирующих прошмандовок Марина и Леська были нисколечко не похожи.

Да и шутливые и ненавязчивые ухаживания со стороны молодых парней и, закономерно случившиеся "уси-пуси" и сюсюканье женской части компании в отношении имевшей, как говорили в двадцать первом веке, "няшную" внешность Леськи, тоже сыграли свою роль.

"Бэушную" брезентовую палатку, два спальных мешка и парочку надувных матрасов, Марина, ничтоже сумяшеся, купила у каких-то, сворачивающих лагерь и собиравшихся отъезжать отдыхающих прямо на пляже. Закончивших свой отпуск, направляющихся восвояси и грузивших вещи в старенький "Москвич".

Наличие денег залегендировали, заявив, что сейчас съездят в пансионат к родителям и попросят нужную сумму. Завышенную не очень сильно но, всё-же в достаточной мере, чтобы обе стороны посчитали сделку взаимовыгодной.

Обрадованные внезапно случившимся "гешефтом" продавцы даже любезно согласились подбросить девочек до нужного места. Что несколько нарушало общую канву конспирации но, в общем и целом, очень способствовало придуманной "юными партизанками" легенде.

Вся "честна компания" подъехала к одному из многочисленных домов отдыха, название которого Марина предусмотрительно запомнила, читая самодельные плакаты, начертанные от руки на кусках картона, и находящиеся в руках людей встречающих поезда. Сделанные для того, чтобы приехавшие по путёвкам не толкались на вокзале, а сразу же, организованно и под присмотром, отправлялись к месту отдыха.

Проникнуть на, не очень тщательно охраняемую территорию и пройти в один из корпусов, не составило никакого труда. И, минут десять потолкавшись в холле, посетив туалет и полюбовавшись на себя в зеркало, девочки вернулись обратно.

Марина держа в кулачке несколько скомканных разноцветных бумажек, расплатилась. И, заявив, что с родителями всё улажено и о месте их пребывания им теперь известно, попросила отвезти обратно на дикий пляж.

Так и началась их "ленивая южная эпопея", по сути, предстающая собой самое настоящее бегство. С уклонением от "карающей длани закона" и, как ни крути, имевшей место быть, тревожной неуверенностью в будущем.

Впрочем, Марина и Леска не унывали. Деньги на первое, а учитывая цены в одна тысяча девятьсот семьдесят втором году, даже но очень продолжительно время, у них имелись. Способностей их никто не лишил. Так что, как шмыгая носом и радостно улыбаясь, заявляла Леска - "прорвёмся".

Нагулявшись, и купив в ближайшем киоске несколько местных и центральных газет, вся компания вернулась в палаточный лагерь. Свежая пресса разошлась по рукам и "самым маленьким" предсказуемо достались "Пионерка" и, само-собой разумеется, журнал "Мурзилка". Ну и, печатный орган Центрального Комитета ВЛКСМ, до кучи. Именно так, в Советском Союзе официально именовалась "Комсомольская правда".

И на передней полосе обеих газет, было напечатано то же самое обращение.

Марину Алексеевну, гражданскую супруги Его Высочества Принца Генриха и его приёмную дочь Лесю, настоятельно приглашали откликнуться на призыв. И, как можно скорее, "найтись". Обещая полный иммунитет от преследования и всяческую заинтересованность во взаимовыгодном сотрудничестве.

Кстати, на первых страницах "Правды", "Известий", "Южного Вестника", "Морской газеты" и "Советского спорта", слов в слово повторялись те же самые воззвания.

Что очень толсто намекало на то, что за них взялись всерьёз. И навевало разные, иногда обнадёживающие а, порой, и "не очень", и больше похожие на параноидальные и попахивающие пораженческим деструктивизмом, мысли.

- Ну что, мам? Сдаваться будем? - Отойдя от сидящей у уютного костерка общей компании и устроившись неподалёку от берега, жалобно спросила Леська. - И, обиженно шмыгнув носиком, всхлипнула. - Уже вон сколько дней прошло. А Эльф, гад такой, так и не нашёлся!

- Найдётся, малыш! Коля обязательно найдётся! - Погладив дочку по голове, не слишком уверенно обнадёжила ребёнка Марина. - Время у нас ещё есть. А, обратиться к властям мы всегда успеем.

- Мам, знаешь что я думаю. - Внимательно взглянула на Марину, внезапно посерьёзнвшая девочка. - Мне кажется, у них там, - тут Леська многозначительно дёрнула головёнкой вверх, - что то страшное случилось. Что-то такое, что заставило их наплевать на конспирацию и сохранение тайны. И, используя все имеющиеся возможности, попытаться найти нас как можно быстрее.

- Ну, не атомная бомба же вслед за нами прилетела. - Пожала плечами Марина. Хотя... - Тут старшая вдруг посерьёзнела и, нахмурив брови, задумалась.

- Что, мам? - Обеспокоено начала заглядывать в глаза матери девочка. И, принявшись теребить её за руку, спросила. - Ты что-то вспомнила?

Но Марина, схватившись за голову и сильно побледнев, еле слышно прошептала.

- Господи, какие же мы обе с тобой дуры!

- И чего это? - Абсолютно не согласная с так грубо охарактеризовавшей их обеих мамой, картинно упёрла "руки в боки" Леська. И тут же, отрицательно замотала головой из стороны в сторону. - И никакие мы и не дуры! А ты! - Тут девочка в негодовании топнула ножкой. - Если о чём-то догадалась, то давай! Рассказывай!

- Оспа! - Всплеснула руками Марина. - Оспа и североамериканские индейцы!

- Мам, ты чего? С дуба рухнула? - Импульсивно покрутила у виска тоненьким пальчиком девочка. - Какая в жопу оспа? И где ты, скажи пожалуйста, видела в Советском Союзе этих самых индейцев?

- Да нет, доча. Ты не поняла. - Принялась облекать в словесную форму осенившую её мысль Марина. - Двести лет назад, не имевшее иммунитета к завезённым со Старого Света болезням, коренное население Америки массово вымирало от оспы. А мы, сами того не желая, кажется, принесли сюда "Ковид".

- И что теперь? - Растерянно пожал плечами младшая. - Мы же не Эльф. И, всё-равно лечить не умеем...

- Так как он, нет. - Не стала спорить с дочерью Марина. - Но, полагаю, что антитела, возникшие под воздействием появившихся у нас способностей и имеющиеся в нашей с тобой крови, позволят помочь попавшим в беду людям. Ведь, первый удар пришёлся как раз по тем, на кого мы наткнулись в том дурацком зале. А, учитывая средний возраст и состав собравшихся мы, кажется, умудрились обезглавить советское правительство...

- А-фи-геть! - Прижав ладошки к щёчкам, испуганно опешила Леська. И, с размаху усевшись попой на, нагревшийся за день песок, жалобно спросила. - Так что, возвращаемся?

- Придётся, малыш. - Неуверенно пожала плечами Марина. - Ведь, если я правильно успела заметить, там за столом, сидел сам Брежнев. Тот, который в военной форме явно Устинов. А в парадном милицейском мундире, скорее всего Щёлоков. И, если мои предположения, тьфу-тьфу-тьфу, - тут Марина три раза поплевала через левое плечё и постучала себя по голове, - на дай Бог верны, то всех нас ждёт полная жопа!

- Тогда погнали! - Импульсивно вскочила на ноги неугомонная Леська. - Айда! Спасём Мир, вылечим тутошнее правительство и, как любит говорить наш любимый папка, обязательно получим пиздюлей!

- Ну ругайся! - Погрозила дочери пальца Марина. - И, вообще, детям спать пора. А завтра с утра, на свежую голову, двинем в Ялту и позвоним по указанному номеру.

- Ну да-а! - Не согласился с рассудительной матерью неугомонный ребёнок. - А если за ночь кто-то там, в ихнем Кремле, помрёт?

- Блядь... - Не сумела удержаться от крепкого словца и, выраженных таким образом, эмоций, Марина. И, при мысли о тех, поистине необратимых последствиях, что ждут страну в случае гибели сразв нескольких членов правящей верхушки, невольно побледнела. А затем, встав и отряхнувшись, решительно взяла за руку девочку. - Пойдём, попросим кого-нибудь подбросить до города. Скажем, что устали от походного быта, и хотим продолжить отдых с родителями.

После чего, переговорив с немного огорчённой их внезапным отъездом компанией, взяв у всех новых друзей московские телефоны и, сославшись на строгость "старшего поколения", они отбоярились шутками от оставления своего номера, заявили что дарят новым друзьям спальники, надувные матрасы и палатку. А после загрузились в чей-то "горбатый запорожец" и отчалили в сторону города.

Где, попросив довезти до работающего круглосуточно почтамта, расплатились зелёной "трёшкой" и, заказав междугородний разговор, принялись терпеливо ждать.

Будущее немного пугало. Но, фигурально выражаясь, "умыть руки" и устраниться от последствий, случившихся пусть и помимо их воли но, всё-таки, при их непосредственном участии событий, было неправильно.

А потому, как только объявили их очередь, девочки смело вошли в переговорную кабинку. И старшая, плотно прикрыв за собой дверь, уверенно заявила..

- Алло! Это Марина. Гражданская супруга Его Высочества Принца Генриха и его приёмная дочь Леся.

После чего последовала небольшая пауза. Так как, дежуривший на другом конце провода офицер "девятки" слегка опешил. Но, вскоре взял себя в руки и, стараясь говорить как можно спокойнее, сказал.

- Марина Алексеевна, мы очень рады, что вы решили откликнуться. Поверьте, у нас возникла очень серьёзная необходимость в Вашем присутствии. - И тут же, взял быка за рога. - Мы уже определили, где вы сейчас находитесь. Так что, очень прошу, оставайтесь на месте и, ни в коем случае, никуда не отлучайтесь. Через десять минут за вами приедут.

Глава 9

-- Интерлюдия. Конец того же для. То есть, приблизительно спустя две недели после появления пришельцев из будущего.

Капитан Алейников, дежуривший в этот вечер, сначала попросту потерял дар речи. Потому что, в принципе, не верил в возможность или, даже скорее, вероятность того, что эта, бывшая на его взгляд скорее жестом отчаяния, чем действительно чем-то результативным, схема, сработает.

Но, к его великому удивлению, неожиданно всё получилось. Ради правды надо сказать, что поражён, причём, до глубины души, был не только он.

Так как "вышестоящие товарищи" тоже отнеслись к идее, сделать такой вот, массовый информационный вброс и, практически в открытую заявить всему миру, что в Советском Союзе что-то идёт не так, весьма скептически.

Но, победителей не судят. Хотя, как искренне считал капитан Алейников, в современных реалиях это вопрос довольно таки спорный.

И он искренне был уверен, что после того, как высокопоставленные беглянки были обнаружены, обязательно наградят непричастных. И накажут невиновных.

А лично ему, пропадающему на дежурстве сутками, вообще ничего не обломится.

Правда, в глубине души Алейников догадывался и, даже может быть понимал, что поощрять его, в общем-то не за что.

А за исправное несение службы и выполнение своих, непосредственных и прямых обязанностей, ему платят. Очень даже неплохую зарплату и довольно таки весомые премиальные. И раз в несколько лет на погоны падает очередная звёздочка.

В общем, оповестив кого следует, капитан откинулся на спинку стула и позволил себе немножко расслабиться.

Ведь, как ни крути, а задача по-сути, выполнена.

Искомые объекты обнаружены. И вскоре будут доставлены в Москву. Пред грозные очи начальника девятого управления КГБ, генерала Семёнова.

Который, в последнее время приобретал всё большие вес и значимость.

А всё потому, что по слухам, вся верхушка Советского Союза слегла с каким-то неведомым заболеванием.

Одновременно похожим на грипп и пневмонию и, опять же, по непроверенным, но очень упорно циркулирующим в кулуарах Кремля данным, ни в какую не желающим поддаваться лечению, давно известными и хорошо себя зарекомендовавшим в течении длительного времени, препаратами.

И хотя, искренне недоумевающий работник Комитета Государственной Безопасности никак не мог взять в толк, чем здесь могут помочь эти вот, "царственные особы" но, всё-таки, помимо воли испытывал некоторое облегчение.

Ведь, если ради них подняли бучу всесоюзного масштаба, значит, во всём есть резон. Непонятный простым служакам, вроде него но, от того не менее важный и значимый. А раз, невесть как ухитрившиеся исчезнуть из под опеки недремлющего ока Комитета, особы нашлись, следовательно всё, рано или поздно, обязательно наладится.

Так или иначе и тем или иным способом.

В этот тёплый апрельский вечер работники и посетители Ялтинского почтамта, стали свидетелями каких-то, внеплановых учений. Ну, или тайной спецоперации.

В которой были задействованы несколько рот из ближайшей воинской части, а так же, спешно примчавшиеся сразу на пяти чёрных "Волгах", крепкие молодые люди в строгих костюмах. Чья ведомственная принадлежность ни у кого не вызвала абсолютно никаких сомнений.

Ялтинские КГБисты получили очень чёткие и недвусмысленные указания. Для начала обозначить себя. При этом проявлять максимальное дружелюбие и, под страхом чуть ли не смертной казни, ни в коем случае не проявлять никакой агрессии.

Вплоть до того, что "если разыскиваемые захотят уйти, не препятствовать им ни в коем случае". А просто отпустить ну и, в обязатель6ном порядке, организовать тайное сопровождение и последующую охрану.

Дураками, служащие в местном КГБ люди, не были. А, учитывая звучащие чуть ли не из каждого утюга, плюс многократно продублированные в газетах, по телевидению и даже демонстрируемые в кинотеатрах обращения, и те титулы, которыми называли фигуранток, все понимали, что дело им предстоит очень не простое.

И потому, носящие "условно гражданскую одежду" рядовые сотрудники, имеющие армейские звания от лейтенанта до полковника, не спешили и даже, ни в коем случае, не торопились. А, дождавшись, пока к зданию почтамта прибудет возглавляющий Ялтинское отделение генерал, сразу же доложили.

- Девочки в главном зале. - Отрапортовал, внешне приближающийся к пятидесяти мужчина. - Ведут себя спокойно, признаков страха или, наоборот, немотивированной агрессии не проявляют.

- Это хорошо, что не проявляют. - Человек с большими звёздами на погонах снял фуражку и, тяжко вздохнув, вытер платком вспотевшую лысину. И, водрузив форменный головной убор на положенное ему место, то ли предложил, то ли скомандовал. - Ну что, полковник, пошли?

И, открыв двери и мысленно перекрестившись, оба направились к мирно сидящим и с любопытством рассматривающих посетителей, злостных нарушительниц общественного спокойствия.

Ну а кем, скажите пожалуйста, могли быть эти... мелкие и бестолковые пигалицы, раз из-за них поднялась эдакая, буча. Причём, практически всесоюзного масштаба и явно сопровождаемая обильным и густым "звездопадом". В процессе которого полетели головы и была разрушена не одна, успешно выстраиваемая до этого, весьма печального для многих события, карьера.

"Сразу видно, что иностранки". - С некоторой долей неприязни подумал генерал. - "Иш, как зеньками всё ощупывают! Небось, попривыкали в своих заграницах к буржуйским выкрутасам. Вот и зыркают, почём зря.

Разумеется, у нас тут не ихние Ниццы с Ривьерами. Но вот так, пренебрежительно, и с выпяченной нижней губой, смотреть им никто не разрешал"! - Про себя но, оттого не мене рьяно защищая всё советское, накручивал себя генерал. И, апофеозом, позволил себе проявить искренню отеческую заботу. - "Выпороть бы обеих! Но, к сожалению, нельзя. Может ведь привести к ба-а-альшим международным осложнениям. А там, тьфу-тьфу-тьфу, и звания, перед совсем уже близкой пенсией, лишиться можно"...

- Здравствуйте, товарищ генерал и товарищ полковник. - Поприветствовала приблизившихся КГБистов старшая. - И, коротко и по деловому, сказала. - Мы готовы. - Правда, после, не иначе, как под воздействием проснувшейся или, невесть откуда взявшейся совести, добавила. - Извините за доставленные неудобства.

- Как понимаю, вы Марина Алексеевна? - На всякий случай осведомился генерал. - А это, по всей вижимости, ваша родная и приёмная Его Высочества Принца Генриха, дочка?

- Да. - Просто и бесхитростно подтвердила Марина.

А молчавший до сих пор полковник, заметил.

- Вы очень хорошо говорите по-русски. Родились в Советском Союзе?

- Увы, нет. - Улыбнулась девушка. И, окинув взглядом уже полностью очищенный от лишних свидетелей зал почтамта, совсем по детски и как-то беззащитно пожала худенькими плечами. - Первый раз в вашей замечательной стране.

Причём, ни чуточки при этом, на соврав. Ведь, и она и Леска появились на свет уже в "Демократической России".

Со всеми её прелестями дикого капитализма, превалированием товарно-денежных отношений и, как следствие, потерей чего-то по словам заставших "те славные времена" родителей, "лампового и душевного".

- И, как вам? - На правах старшего по званию, немедленно поинтересовался генерал. - Надеюсь, у нас понравилось?

- Очень. - Ничуть не кривя душой, искренне ответила Марина. - Атмосфера такая... Спокойная. И люди добрые.

- Что ж, очень рад, что сумели произвести такое благоприятное впечатление. - С некоторой толикой гордости за родное государство, ответил генерал. И, демонстративно отогнув рукав кителя, с преувеличенным вниманием посмотрел на часы. - А теперь, предлагаю поторопиться. Военный борт уже на взлётно-посадочной полосе. И... Вас обеих очень ждут в Москве.

После чего "потеряшек" с превеликим тщанием и, разве что не сдувая пылинки, усадили генеральскую "Волгу" и отвезли в аэропорт.

Реактивный самолёт, стартовал незамедлительно. И уже через пару часов Марина и Леська, снова на чёрных служебных "Волгах", на всех парах мчались в Кремлёвскую больницу.

Где, подключенные к аппаратам искусственной вентиляции лёгких и лежащие под всевозможными капельницами, их прибытия, сами того не зная, ожидали подвергшиеся действию, принесённого незадачливым Спивайло из будущего, неизвестного в семидесятых годах двадцатого века, коронавируса.

Имеющего, как впрочем, и множество других болезней, инкубационный период. После которого, очень быстро практически мгновенно, одного за другим уложившего в постель, а затем и в "Кремлёвку", находящихся уже в довольно-таки пожилом возрасте, членов Малого Политбюро.

Ну, а пока ещё здоровых офицеров "девятки", которые присутствовали при появлений гостей из будущего, и тоже входили в группу риска, отправили на строгий карантин.

Но, так как все, ответственные за безопасность членов правительства, были людьми молодыми и крепкими, не слёг никто.

Бедного Спивайло трясли как грушу и буквально выворачивали наизнанку. Всё сведения из попавшего в руки спецслужб ноутбука и смартфона были тщательнейшим образом изучены и проанализированы.

Данные, во многом косвенные, о наличии в будущем такой болезни, как "Ковид-19" в обоих устройствах имелись.

А вот волшебного лекарства, могущего послужить магической панацеей от свалившейся на бедные головы членов Малого Политбюро напасти - не нашлось.

К счастью, для населения Советского Союза, ничего не подозревающего и избежавшего смертельной опасности и знакомства с коронавирусом на полвека раньше, Марина и Леська, имели к большинству болезней иммунитет. И всё, благодаря усиленному магическими способностями здоровью. Ну и, наверное, задорной и не боящейся никаких хворей, молодости

В общем, любая нарасть, могущая повредить человеческому телу и раньше положенного времени отправить любого условно-разумного на свидание с Всевышним, обходила из стороной.

А ведь, при немножко другом раскладе, вырвавшаяся на волю зараза из двадцать первого века, могла наделать очень больших бед.

Но, пройдя "инициацию", то есть подвергшись воздействию медицинской капсулы из соседней, гораздо более развитой Локации, они в принципе являлись, если можно так выразиться "уничтожителями" и "обеззараживателями" практически любой болезни. Правда, только лишь для их собственных организмов.

Безусловно, прямых и достоверных сведений об этом у Марины не было. Но, будучи от природы девушкой не глупой и, к тому же, имеющей высшее медицинское образование, она о многом подозревала. И о ещё большем догадывалась.

Не озвучивать же собственные предположения, и не кричать об этом на каждом углу, помогала банальная осторожность. И понимание того, что "они у себя одни". И "на всех" их "ресурсов", скромных, по отношению ко всем потенциальным желающим, в любом случае, не хватит.

Если честно, то и сейчас её терзали очень сильные сомнения. Относительно того, правильно ли она поступает. И не слишком ли велик и не оправдан риск, что она с дочерью станут эдакими "дойными коровами", которых станут содержать в золотой клетке.

Но мысль о том, что из-за трагической случайности на десять лет раньше могут оборваться жизни столь значимых для страны людей, пересиливая леденящий душу страх.

Ведь все в России знают, какими трагическими и поистине ужасными последствиями, обернулись для СССР девяностые.

И оказаться причиной того, что этот печальный период, отмеченный разгулом вседозволенности и бандитизма, которые сопровождали развал и тотальное разграбление страны, начнётся на пятнадцать лет раньше, девушка не желала ни в коем случае.

Да-да. Как ни странно это звучит, она, живущая даже не по меркам СССР образца одна тысяча девятьсот семьдесят второго года, а и по мнению тех, кому предстоит жить на пол века позже, "припеваючи", считала себя патриоткой. И, как показало её сегодняшнее решения, на самом деле являлась ею.

Причём, не той, которая рвёт глотку на митингах, постит гламурные ролики в Инстаграмме, а на девятого мая вешает на грудь георгиевский бант.

"Гражданская супруга Его Высочества Принца Генриха", долларовая миллионерша и, как одарённая, находящаяся фактически над законом (ну, по крайней мере, по мнению большинства населения Земли её времени), готова была рискнуть собственной свободой и будущим, такой маленькой и горячё любимой дочери, для того, чтобы, давно в её понимании умершие люди, смогли выздороветь.

И, кто знает, очень даже может быть, что благодаря сведениям из грядущего, станет возможным если не устранить то хоть как-то сгладить тот страшный кошмар, о котором её поколение знало лишь понаслышке.

По прибытии в "Кремлёвку" их первым делом отправили в душ. А после взяли все, какие только возможно, анализы, сделали рентген и подвергли доскональному визуальному осмотру.

При этом, задавая множество, иногда странных и непонятных для простого человека вопросов и, обязательно, фиксируя ответы в толстом журнале.

Все манипуляции проводились под присмотром офицеров "девятки". Которые, и это было заметно невооружённым глазом, чувствовали себя несколько не в своей тарелке.

Ведь, применять оружие или доводить дело до какого-либо физического противостояния, им было строжайше запрещено. Однако, учитывая статус гостей и тех, кто выразил заинтересованность в личном знакомстве с ними, "пустить дело на самотёк", и оставить девочек совсем без охраны, было категорически невозможно.

Вот и мялись четверо здоровенных парней в коридорах. Нерешительные, словно смущающиеся школьники и, в то же время, с явно читаемой озабоченностью на хмурых и сосредоточенных лицах.

Один из "почётного караула", лично присутствовавший в ресторане "Арагви" в вечер, когда Марина и Леска расправились с незадачливыми громилами, охранявшими собравшихся на сходку воров, был, в срочном порядке отозван из карантина.

Ну а, остальных троих, тщательно проинструктировали насчёт того, с кем предстоит иметь дело.

Сопроводив лекцию фотографиями пострадавших в том быстротечном конфликте с такими печальными для, обеспечивающих безопасность воров в законе боевиков, последствиями. С ожогами, отрубленными конечностями и, как вишенка на торте, лишённого головы тела.

О владении обеими девочками телепортацией и возможностью левитировать, работника КГБ тоже были предупреждены.

Что, естественно, не добавляло им энтузиазма. А так же заставляло думать о своей "тяжкой судьбе" и печалиться ещё больше.

Такие вот подопечные - это же терзающий душу страх и перманентный* (*постоянный) кошмар для любого, служащего в их должности.

К тому же, непонятный статус, то ли конвоируемых (что, из-за паранормальных способностей девочек и их особо важного и сверхсекретного статуса, делало задачу практически невыполнимой), то ли охраняемых но, опять же, учитывая способности гостий из будущего, в случае возникновения нештатной ситуации, пусть даже и хорошо тренированные но, всё-таки обычные люди, скорее бы помешали, чем чем-то действительно реально помогли.

Разве что, им предстояло выполнить роль эдакого "живого щита". Заслонив собственными телами от вражеских пуль. И, отдав свои жизни, выполнить задачу и позволить девочкам выгадать те самые, сотые доли секунды, которые в обострившейся ситуации могут решить всё.

Однако, в данный конкретный момент, во всём мире не было более тщательно оберегаемого места, чем знание Кремлёвской больницы. В которой не только лечились от случайно принесённой из будущего заразы члены Малого Политбюро. Но и находились остальная верхушка Советского Союза.

Ну, по крайней мере те, кого оба заместителя Андропова, посоветовавшись с бывшем в тяжёлом состоянии но, всё-таки находившемся в сознании, главой КГБ, решили посвятить в эту страшную и, одним своим существованием могущую перевернуть весь ход мировой истории, тайну.

Видя, что приставленный к ним "почётный караул" слишком сильно напряжён, Марина старалась держаться спокойно и нарочито расслабленно. И, время от времени, "делала страшные глаза" и исподтишка показывала кулак, вертящей, словно пропеллером, головёнкой и таращившей на всех и вся любопытные глазёнки, дочери.

Что, с одной стороны действовало на служивых из "девятки" успокаивающе. А, с другой, непосредственное поведение ребёнка навевало печальные мысли о пресловутой "обезьяне с гранатой".

Наконец, после того, как все исследования были завершены а, состоящий из десятка учёных мужей консилиум дал заключение, что обе девочки "абсолютно здоровы и, ни в коей мере не переставляют опасности для окружающих", путешественницы во времени предстали пред светлые очи собравшихся для "решения этой проблемы", остальных, здоровых и не подвегшихся заболеванию, членов Правительства.

К ним, в силу ведомственной принадлежности, примкнули оба заместителя Андропова, Цвигун и Цинёв. Один из которых, ко всему прочему, был "человеком Брежнева".

- Здравствуйте. - Невольно сглотнув от смущения, громко поприветствовала собравшихся в небольшом конференц-зале представительных мужчин, Марина.

- Привет! - Не отставая от мамы, в несколько фривольной форме, заявила о себе Леська. И, наверное для вящей убедительности, помахала ручёнкой и, нисколько не стесняясь, назвала своё имя. - Меня зовут Леся! - А затем, видимо, чтобы окончательно и бесповоротно расставить обе точки над "Ё", принялась хвастаться. - Я одарённая, училась в Военно-Магической Академии и мой курсантский позывной "Вишня"!

От такой шаловливой и поистине детской непосредственности, слегка утомлённые ожиданием и, потому находящиеся в некотором нервном напряжении мужчины, немного расслабились.

А один, носящий очки, обладавший импозантной, зачёсанной на бок чёлкой и, видимо, считавшийся в этой серьёзной компании старшим, шагнул вперёд и представился.

- Меня зовут Михаил Андреевич Суслов. Я являюсь действующим членом Политбюро Союза Советских Социалистических Республик и, сейчас... - Тут Михаил Андреевич чуточку замялся но, оглянувшись на о стальных и увидев одобрительные кивки, собрался и продолжил. - Ну, по крайней мере, пока Леонид Ильич и остальные находятся в тяжёлом состоянии, временно возглавляю, чрезвычайный комитет.

Созданный для решения возникшей проблемы и прочих насущных вопросов. А так же для урегулирования, могущих возникнуть между нами, недопонимания и разногласий.

Глава 10

- Очень приятно. - Стараясь произвести впечатление благовоспитанной барышни, чуть-чуть склонила голову гостья. И, смело взглянув Суслову в глаза, озвучила своё имя. - Марина. Родилась, или наверное, правильнее будет сказать, появлюсь на свет в городе Подольске в одна тысяча девятьсот девяносто пятом году. Окончила ну или, окончу Московский Медицинский Университет по специальности психология и прикладная психиатрия. Была замужем за российским военным лётчиком, погибшим во время ближневосточного конфликта в Сирии. До знакомства с нынешним гражданским мужем, работала штатным психологом в Подольской Школе Полиции. - Здесь Марина сделала небольшой перерыв. И, переведя дух, продолжила. - А эта, во всех отношениях замечательная и чудесная девочка, - погладив стоящего рядом ребёнка по волосам, Марина представила мелкую, - моя дочь. Она тоже одарённая и её зовут Леся.

Тут маленькая проказница, пользуясь тем, что при любом государственном устройстве и во все времена детям, при прочих равных, позволялось немого больше, чем взрослым, задорно шмыгнула носиком и заявила.

- Иногда меня не зовут! - И, хитро поглядев на слегка опешивших серьёзных и находящихся в некотором напряжении людей, выпалила. - Я сама прихожу!

После чего последовала, занявшая несколько, показавшихся всем долгими нескончаемыми, секунд, пауза. Которую, первым взяв себя в руки, нарушил наголо бритый мужчина в военном кителе и с отчаянно оттопыренными ушами. Погоны украшали большие, явно генеральские звёзды. Что, в купе с самим фактом нахождения в этом месте, выдавало в нём человека совсем не простого. А, очень даже наоборот.

Приближённого к власти и её, эту самую возможность, отдавать приказы и распоряжаться чужими судьбами, имеющий.

- Э-э-э, юная леди... - Запинаясь и преодолевая вызванное этим непосредственным заявлением замешательство, проговорил он. - Ну, что касается вашего первого э-э-э... визита, это верно на все сто процентов. Но, сейчас-то мы именно позвали! И, смею заметить, вы обе откликнулись!

- Ну да. - Просто и бесхитростно пожала узкими и хрупкими плечиками малышка. И тут же, со всё своей детской непосредственностью, поинтересовалась. - А вы тоже пошлёте моих папу и маму уничтожать банды террористов и выжигать лагеря торговцев наркотиками?

- Леся, не балуйся! - Покраснев, попыталась шутливо взять дочку за ухо Марина.

На что вредный и шаловливый ребёнок, не до конца понимающий, что весёлые проказы и такие вот, рвущие шаблон заявления, здесь и сейчас не очень уместны, отскочил от карающей и вразумляющей руки матери. И, телепортировавшись за спину собеседнику в военной форме, девочка скорчила умильную рожицу и показала Марине язык.

Мол, "не догонишь, не достанешь"!

На что все члены Правительства инстинктивно сделали шаг назад. А, выдрессированные и натасканные сотрудники "девятки", дружно выхватили пистолеты и направили оружие на то место, где только что стояла девочка.

Но, так как мелкая проказница находилась уже возле военного, под прицелом "Стечкиных" оказалась одна Марина.

Впрочем, часть охранников мгновенно сориентировалась, и повела стволами в сторону нарушительницы спокойствия. Которая, появившись вблизи человека в военной форме, поставила под угрозу не только себя но и одного из самых высокопоставленных людей Советского Союза.

Марина же, за долю секунды отметив несколько растерянное выражение лиц "бодигардов", моментально пришла к выводу, что стрелять, по крайней мере, здесь и сейчас, никто не будет.

Хотя, не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы додуматься до того, что тот, кто выпустит пулю в помещении, заполненными членами Правительства, смело может ставить крест на своей, тщательно и с большим трудом выстраиваемой и, как следствие, бережно оберегаемой и лелеемой карьере. А ранившего или, не дай Бог, убившего кого-то из гостей, прибывших из будущего, могли даже, просто и незатейливо, лишить жизни.

Так как, облечённых властью людей было, если можно так выразиться, "с запасом". А вот сумевших неведомым образом преодолеть пространственно-временной континуум пока что имелось всего трое. Причём ценность "Спивайло" была явно меньше, чем двух, одарённых магическими способностями, девчёнок.

К тому же, пусть и косвенно, но приближённых к мировой элите того, страшного и загадочного будущего, наступление которого все посвящённые в тайну боялись и очень, буквально всеми силами своей души, желали предотвратить.

Но и разыгрывать роль беспомощной и идущей на поводу у любого, держащего в руке пистолет жертвы, в планы Марины не входило.

А потому девушка, окружив себя защитным полем, телепортировалась. И укрывшись за телом Суслова, на всякий случай и чисто в информационных целях, зажгла на левой руке файерболл.

Все, находящиеся в данный момент в помещении, досконально изучили содержимое ноутбука и смарфона господина или, вернее, "гаспадара" Спивайло. Для пущей безопасности и сохранности информации, переснятое на киноплёнку и снабжённое комментариями специалистов и аналитиков. И, потому имели весьма неплохое предстввление о возможностях обеих юных красавиц.

Ибо, исключительно на подсознательном уровне, воспринимать, выглядевшую не старше шестнадцати Марину как взрослую, суровые и властные мужчины отказывались напрочь.

И, напоследок, дополненный фотографиями и тщательно проанализированный отчёт из ресторана "Арагви", ясно давал понять, что в случае усугубления конфликта, обе барышни церемонится на будут. И, нисколько не сомневаясь в своём праве, опять "натворят делов" и исчезнут. В этот раз, навсегда.

- Опустить оружие!

- Стойте!

- Не стрелять!

Раздалось практически одновременно сразу несколько команд.

А, оказавшийся на линии предполагаемого огня, мужчина в военной форме злобно крикнул.

- В в кого целитесь, придурки! - Метая глазами молнии, вызверился на, моментально побледневших офицеров девятого управления, он. - В меня и шестилетнюю малявку?!

- Извините, Георгий Карпович! - Пряча оружие и вытягиваясь по стойке смирно, залепетали провинившиеся сотрудники КГБ. И, пытаясь обелить себя в глазах начальства и восстановить пошатнувшуюся репутацию, смущённо пробормотали. - Просто, всё случилось так неожиданно...

- У-у-у! - Буквально простонал, тот, кого назвали Георгием Карповичем и показал охранникам кулак. А затем, постаравшись изобразить на, практически сведённом судорожной гримасой лице, улыбку, обратился к устроившую эту, никем не ожидаемую и, уж точно не запланированную бучу, "чудо-ребёнку".

- Смею вас заверить, милая леди, - елейным голосом начал он, - что никто твою маму такими варварскими поручениями нагружать не будет. А, что касается твоего любимого папы то, поверь, все мы сильно хотим, и очень на это надеемся, что он, ни в коем случае не погиб. И не остался в том, вашем, гремящем ядреными взрвами и, совершенно безумном с нашей точки зрения, будущем.

- Папки с нами нету. - Моментально погрустнев и, на этот раз печально, шмыгнув своим курносым носиком, закручинилась Леська. И, посмотрев но всё ещё окутанную силовым коконом Марину, заявила. - Мам, хватит дядей пугать! И вообще, нефиг было меня за ухо дёргать!

- Ремня бы тебе. Да по попе! - Убирая файербол и схлопывая энергетический кокон, шутливо пригрозила Марина. И, констатируя очевидный факт, тяжело вздохнула. - Да только поздно уже. - После чего, вышла из за спины Суслова и шутливо погрозила пальцем. - Разбаловал тебя Коля, сил нет.

А Михаил Андреевич, только что находившийся под прицелом штатного оружия работников "девятого управления", и при этом, явно чувствовавший жар, от сотворённого спрятавшейся за его телом магички, огненного шара, нервно сглотнул. И попытался перевести весь этот, разразившийся совсем не ко времени и не к месту, "внутрисемейный балаган", в конструктивное и рабочее русло.

- Дорогие гости! - Выставив перед собой открытые ладони, воззвал к благоразумию раздухарившихся волшебниц, Суслов. - А можно, без этих вот... Ваших... Э-э-э... милых шалостей... И вообще...

- Я пошутила! - Поспешно приняв вид "пай девочки" и, для пущей убедительности, попытавшись поковырять носком сандалика паркет, заявила Леска. - И потом, она первая начала! - Тут нахалка показала маме язык и, снова спрятавшись за спину Георгия Карповича, голмко проблеяла. - Бе-э-э!

Правда, "демонстрировать фокусы" и мгновенно перемещаться в пространстве, больше не стала. К великому облегчению всех, и без того, наводящихся в состоянии огромного нервного напряжения, присутствующих в зале заседаний, людей.

Кроме самой малолетней проказницы, разумеется.

- Выпорю! - Устало вздохнув, тихонько пообещала себе Марина.

А, мгновенно покрывшийся холодной испариной Суслов, поспешно обернулся и, с ясно проскальзывающими в голосе умоляющими интонациями, простонал.

- Прошу Вас, Марина Алексеевна! НЕ НАДО!

- Извините, Михаил Андреевич. - Еле слышно, попросила прощения за выпендривания мелкой, Марина. - Она же ещё ребёнок. И просто дурачится.

- Вижу. - Недовольно поджав тонкие губы, буркнул Суслов. Но, тут же вспомнив, КТО перед ним находится и, понимая, что ни старшая, ни младшая из гостей из будущего не считают себя им всем чем-то обязанными, одёрнул себя и постарался вернуть на лицо улыбку. - Я понимаю, ваша дочь пережила огромный стресс и, таким образом, пытается избавиться от накопившихся отрицательных эмоций.

Впрочем, от Марины не ускользнуло то, что взгляд его оставался затравленно-испуганным. А потому девушка мягко дотронулась до лацкана пиджака Михаила Андреевича и попросила.

- Давайте, всё-же продолжим знакомство. - А затем, мотнув головой, позвала дочку. - Лесь, хватить баловаться! И вообще, дуй сюда!

На что, непосредственная и, не видящая в этом совершенно ничего плохого, проказница, отреагировала моментально. Телепортировавшись к маме и вызвав очередное преддверие сердечного приступа у всех свидетелей этого, поистине фантастического, действия.

- Детский сад! Штаны на лямках! - Негромко простонал один из очевидцев этих "милых шалостей".

А, стоящий рядом мужчина, с худым лицом, пожал плечами и философски заметил.

- Придётся работать с тем, что есть, Семён Кузьмич. - И, поёжившись, внимательно посмотрел в глаза собеседника. - По крайней мере, если не хотим получить то самое будущее, из-за которого эти две, милые и непосредственные хулиганки, оказались в нашем времени и, слава всем, имеющим к этому отношение силам, именно в этом месте!

- Да уж Андрей Андреевич! Если вся, извлечённая из этих странных, вызывающих восхищение и удивление, устройств, информация правдива, то такого грядущего я бы не пожелал даже врагу.

- Ну, как раз те самые "враги", через пятьдесят лет чувствуют себя очень даже не плохо. - Негромко вступил в беседу ещё один мужчина. - Качают наши нефть и газ, практически все, заплаченные за природные ресурсы деньги, при помощи кучки продажных тварей, оставляют в своих же банках на Западе. И вообще, обманув, поставив на колени и разрушив нашу страну, живут припеваючи!

- Суки! - Не выдержав, эмоционально охарактеризовал всех буржуев разом тот, кого назвали Семёном Кузмичём. И, не по рабоче-крестьянски, позволил себе излить душу. - Бляди и волки позорные!

А носивший имя Андрей Андреевич, спокойно и как-то отстранённо произнёс.

- И, именно по этому, мы должны пылинки сдувать с этих, таких несерьёзных и безалаберных с виду, молодых девчёнок. А так же тщательно охранять и, ни в коем случае, не давать им повода для настоящей или, не дай Бог, мнимой обиды. К тому же, - тут он ещё больше понизил голос, - нельзя исключать того, что кто-то из подвергшихся воздействию ядерного взрыва, мог оказаться "там", на Западе.

- Ну, им то, - пренебрежительно дёрнув головой, заявил третий собеседник, - такие сведения очень даже понравятся. - Мол, действуют в верном направлении. Советский Союз пал и вообще, "идеи капитализма" оказались более верными, социализм уничтожен, а мечты о коммунистическом будущем приравниваются к бреду сумасшедшего.

- А это мы ещё посмотрим, Алексей Николаевич. - Сквозь плотно сжатые зубы, с ненавистью процедил Андрей Андреевич. - Теперь, когда в наши руки попала такая, поистине судьбоносная информация, мы очень внимательно посмотрим!

Суслов же, тем временем, взял, если можно так выразиться, бразды правления в свои руки. И, "по второму кругу", коротко и по деловому начал представление собравшихся.

- Министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко.

Андрей Андреевич, прервав беседу, сделал шаг вперёд и склонил голову.

- Весьиа польщён. - И, окинув внимательным взглядом моментально посерьёзневшую Марину, добавил. - Очень надеюсь на долгое и, главное, плодотворное сотрудничество.

- Мне тоже. - Кивнула Марина.

А Леська, снова нацепив маску "пай девочки", изобразила кникенс.

- А это Алексей Николаевич Косыгин. - Назвал имя очередного "дедушки" Михаил Андреевич.

И, сразу же за словами Суслова, Косыгин сделал небольшой шаг вперёд и коротко кивнул.

- Очень приятно. - Скопировав Громыко, сопроводил он словами свои действия. И, как бы констатируя и закрепляя сам факт знакомства, скупо произнёс. - Марина Алексеевна. Леся.

- Взаимно. - Так же лаконично отзеркалила поведение Косыгина Марина.

А Леська, несмотря на увещевания мамы, так и не начавшая относиться к происходящему более-менее серьёзно, вдруг заявила.

- А это правда, что вы любите играть в карты?

- Э-э-э, кто тебе об этом сказал? - Слегка замешкавшись, поинтересовался Алексей Николаевич. Но, будучи человеком не глупым а, очень даже наоборот, быстро сложил в уме "два и два" и, бчстро сориентировавшись, ответил. - А-а-а, ну да! Байки из будущего?

- Дедушка вспоминал. - Пояснила неугомонная Леська. И, чтобы было понятное, добавила. - Он у нас в шахматы очень любит играть. Ну и, в преферанс с друзьями перекинуться.

- Интересный у тебя дедушка. - Не теряясь, поддержал "великосветскую беседу" Алексей Николаевич. И, притворно вздохнув, немного фальшиво посетовал. - Жаль, что не представится возможность познакомиться лично.

- И чего это? - Удивлённо вытаращилась на Косыгина Леська. - Он ведь уже родился! И ему сейчас. - Тут мелкая зажмурила один глаз и, по всей видимости, произведя в голове какие-то арифметические действия, заявила. - И ему сейчас четыре годика, три месяца и двенадцать дней.

Алексей Николаевич, сам, превосходно и чуть ли не быстрее калькулятора считавший в уме, был поражён тем, с какой скоростью решила, не то, чтобы сложную но, всё-таки нетривиальную для шестилетней девочки задачу, маленькая гостья.

А, внимательно следивший за ходом беседы Суслов пристально посмотрел на двух, пока ещё не передставленных членов, как их про себя окрестила Марина, "большой пятёрки".

И те, понятливо закивав, тут же "переадресовали" невербальной посыл одному из офицеров девятого управления. Который, взглядом спросив разрешения, попытался покинуть помещение.

Что, в свою очередь не укрылось от Марины. И не могло не вызвать ответной реакции.

- Родителей не трогайте! - Тут же, бурно и со всей решимостью, поставила вопрос ребром она.

Начавший было движение сотрудник "девятки" замер, а моментально разлившееся в помещении, тяжёлое и начавшее затягиваться молчание, прервал Михаил Андреевич.

- А смысл? - Тут же открестился от, не имеющих под собой совершенно никакой почвы, подозрений Суслов. - Ваш папа, как сообщила уважаемая Леся, сейчас в детсадовском возрасте. Водит хороводы, поёт "в лесу родилась Ёлочка" и копается в песочнице. А уважаемая матушка, предполагаю, как принято у большинства людей, немного младше. То есть, или ещё не родилась или, же маленький пускающий пузыри грудничёк. А мы, чтобы вы ТАМ, - Михаил Андреевич специально выделил голосом иновременное происхождение Марины, - У СЕБЯ, не думали, не воюем с младенцами. А, вовсе даже наоборот. С этой минуты оба ваших родителя будут подвергнуты ненавязчивой и, прошу поверить мне на слово, абсолютно незаметной опеке. - Чтоб, тьфу-тьфу-тьфу, тут Суслов, фигурально выражаясь, ничтоже сумяшеся, забыл про максистско-ленинскую идеологию и напрочь отринув неуважение настоящего коммуниста к всевозможным суевериям, изобразил символические плевки через левое плечё и легонько постучал костяшками пальцев по собственному лбу. - Не дай Бог, чего не вышло. А ваше, столь внезапное и совершенно фантастическое появление в нашей реальности, не окончилось тотальным уничтожением. И успешно смогло сыграть роль, сработавшей в нашу пользу, "бабочки Рея Бредбери".

- Ну, раз уж мы обе здесь и, как видите, находимся в полном здравии, значит всё нормально! - Немного поразмышляв, уверенно заявила Марина. - Если только... - Тут она на несколько секунд задумалась и, подняв глаза на молча ожидавших озвучивания её идеи членов Правительства, закончила. - Мы не провалились назад во времени, а просто переместились в какую-то, совершенно идентичную нашему прошлому, параллельную вселенную?

Глава 11

Всё ещё интерлюдия. Вечер того же дня. Малый конференц-зал в Кремле.

- Даже так? - Задумчиво потеребив щёку, неспешно протянул Суслов. И, ещё раз пристально посмотрев на тех же, так и не представленных мужчин, попросил. - Давайте поступим следующим образом. Вы нам сейчас сообщите полные данные ваших уважаемых родителей. Что, вне всякого сомнения, сэкономит огромную кучу времени. Ведь, к сожалению, информация, собранная Спивайло как о всех членах вашей команды, так и и о вашей жизни в частности, и его, говорю прямо, не очень здоровый и, можно сказать, весьма навязчивый интерес к одарённым, не содержит сведений о, так сказать, предыдущем поколении. - Тут Михаил Андреевич встрепенулся и, внимательно посмотрев на Марину, поинтересовался. - Кстати, надеюсь ТАМ, У ВАС, ваши родные тщательно законспирированы и их местожительство держится в строжайшей тайне?

- Э-э-э, - никогда не думавшая о жизни мамы и папы в подобном ключе, растерянно заблеяла Марина.

А Суслов, понявший всё с полунамёка, назидательно поднял указательный палец.

- Вот! И, ежели ТАМ, в будущем, близких вам людей, пусть невольно и косвенно защищала ваша и, Его Высочества Принца Генриха репутация то здесь, в случае, если даже малейшие намёки о появлении гостей из будущего просочатся наружу, ожидать можно чего угодно. От похищения ваших родных с целью изучения генома, до банального физического устранения. По принципу, "так не доставайся же ты никому"!

- Убью гадов! - Крепко сжав свои маленькие кулачки, злобно прошипела внимательно слушавшая беседу, разъярённая Леська.

- Возможно. - Забыв, что перед ним стоит шестилетняя девочка, согласно кивнул Суслов. - Но, кого? И, главное... - тут Михаил Андреевич обвёл взглядом помещение и всех в нём присутствующих, - что, если это, не, как выразилась твоя мама, не параллельный мир, а самое, что ни на есть ВАШЕ, всмаделишное и настоящее прошлое? И, в таком случае, достаточно ликвидировать твоих бабушку и дедушку и всё! Финита ля комедия! Мироздание, тем или иным способом, отторгнет вас. И вы обе, просто перестанете существовать. Так сказать, на физическом уровне! А история нашей страны продолжит развиваться по прежнему, совершенно неприемлемому для всего советского народа, руслу!

- Умеете вы обнадёжить, Михаил Андреевич. - Нервно сглотнув, растерянно пролепетала выбитая из колеи Марина. - Вот прям, сплошные позитив, пополам с конструктивизмом.

- Вот поэтому, уважаемая Марина Алексеевна, давайте начнём с того, что станем чуточку больше доверять друг другу. И вы сейчас расскажете всё, что помните о своих батюшке и матушке. А наши люди обеспечат полную и круглосуточную но, при этом, совершенно незаметную для постороннего глаза, опеку.

Словно в тумане, Марина выложила всё, что знала об Алексее Петровиче и Нине Ильинишне. Включая дату рождения и девичью фамилию мамы.* (*Третья часть цикла "Эльф на плоской земле", "Приспособленец").

А, офицер "девятки", находившийся в полной готовности, и уже довольно давно ожидавший на "низком старте", тщательно записал все сведения и быстро покинул конференц-зал.

После чего, облегчённо вздохнувший Суслов, представил девочкам двух оставшихся членов "комитета по встрече".

- Это Георгий Карпович Цинёв и Семён Кузмич Цвигун. - Назвал поочерёдно, подчёркнуто уважительно склонивших головы, мужчин. - Оба являются заместителями Председателя КГБ, к великому нашему сожалению, находящегося сейчас в тяжёлом состоянии, Юрия Владимировича Андропова.

- Очень приятно. - Негромко произнесла Марина. И тут же, подпустив в голос немного скепсиса, полюбопытствовала. - Так понимаю, вопросами нашей безопасности будут заниматься ваши люди? - Обратилась она сразу к обоим Гэбистам. - И, подозреваю, работать по документации и систематизации предоставленной нами дополнительной информации, а так же изучением возможностей одарённых, так же предстоит курируемым вашим ведомством специалистам?

- Откуда такое предвзятое отношение к нашей организации? - Стараясь, чтобы голос звучал как можно более ровно, спросил Георгий Карпович. И тут же, позволив себе немножко язвительности, картинно приподнял бровь и с явно выраженной долей сарказма, заметил. - Хотя, понимаю! Все эти байки, кстати, уверяю вас, не имеющие никакого отношения к действительности, о "кровавой гэбне", душителях свобод и притеснителях диссидентов, усиленно распространяемые ТАМ, в будущем, не могли не оказать влияния на ваше, пока что абсолютно не заслуженное нами, такое вот скажем прямо, не очень хорошее мнение.

- Э-э-э... - Опять изобразила растерянную овечку, не ожидавшая подобной отповеди Марина. - Я-а-а...

- Поверьте, никто не собирается держать вас, образно выражаясь, в клетке. Ни в бетонных застенках ни в, какой-нибудь, фигурально выражаясь, "золотой". Мы нацелены на равноправное и, главное, плодотворное сотрудничество. К тому же вы, как офицер специальных сил ООН и, прошу прощения за правду, фактически штатный ликвидатор этой, как понимаю, набравшей огромный политический вес в будущем, международной структуры, должны понимать, что в любой нештатной ситуации все, кстати, в том числе и вы тоже, будут вынуждены действовать по определённым протоколам. И, по возможности разумеется, придерживаться договорённостей. И, что самое главное, стараться ни в коем случае не допускать отсебятины, проявление никому не нужной инициативы и любого вида самодеятельности.

- Справедливо. - Немного подумав, согласилась Марина.

А, неизвестно к каким выводам пришедшая внимательно прислушивавшаяся к беседе взрослых Леська, победно вскинула кулачки.

- Ура-а! Опять в армию!

- И чему вы это так радуетесь, маленькая леди? - Невольно улыбнувшись, с любопытством поинтересовался Косыгин? И тут же, проявив проницательность, озвучил пришедший на ум вывод. - Или, учёба в Военно-Магической Академии оставила в вашей юной душе такой неизгладимый след?

- Ну да, - с детской прямотой и подкупающей непосредственностью, просто и бесхитростно подтвердила Леська. - И, картинно сделав "страшные глаза" и снизив голос до громкого шепота, который впрочем, услышали все находящиеся в конференц-зале, наябедничала. - После того, как нас из курсантов выгнали, эти гады меня никуда с собой не брали! Заперли в этой скучный Швеции! Заставляли ходить в садик! А ещё кушать манную кашу и играть с этими, придурошными и дебильными, малолетками!

- Да-а! Манная каша - это серьёзно! - Изо всех сил сдерживаясь, чтобы не засмеяться, шутливо подтвердил Алексей Николаевич.

А все остальные, невольно очарованные кавайным обаянием девочки, дружно заулыбались.

- И нефиг надо мной подшучивать! - Насупилась Леска. И, тут же принялась хвастаться. - Я, между прочим, уже давно и читать и писать умею! А ещё немного выучила Японский, понимаю по-английски и разговариваю на шведском!

- Умница! - Косыгин, впрочем как и все, находящиеся сейчас в Конференц-зале, внимательно изучил досье обеих гостий. И был в курсе, что шестилетняя на вид девочка, благодаря воздействию магии, уже успела достичь в развитии уровня пятнадцатилетнего подростка. И поэтому поспешил похвалить маленькую гостью. А затем, переглянувшись с Сусловым, тут же озвучил предложение. - А в школу хочешь?

- Не особо. - Тяжело вздохнув, погрустнела вмиг поникшая кроха. Но, посмотрев на, нисколько не проявляющую сочувствия а, наоборот, демонстративно показавшую кулак маму, согласилась. - Только, как говорит мой приёмный папка, "куда ж я денусь с подводной лодки"!

- Умный у тебя папка. - Поддержал, начавшую сворачивать в более-менее конструктивное русло беседу, Косыгин. И, тут же с надеждой заметил. - Если честно, я очень хочу, рано или поздно, с ним познакомиться.

- Вы не поверите, Алексей Николаевич. - Не удержалась от язвительной шпильки Марина. - Но мы с дочерью тоже желаем этого всей душой! Очень и очень!

- Что ж... Будем держать кулаки, чтобы Его Высочество не постигла печальная участь. И, кто знает, может быть всё-таки есть вероятность, что он сейчас находится где-то здесь. В этом времени и в нашей реальности.

А внимательно, так же, как и все находящиеся в конференц-зале, прислушываюшийся к беседе Андрей Андреевич Громыко, приблизился к Цвигуну и Цинёву и сказал.

- Прошу вас. Займитесь необходимыми документами, а так же организацией учёбы девочки. Полагаю, вы понимаете, что для всех нас крайне важно, чтобы ребёнок полностью адаптировался в современном обществе. И, Леся, как можно скорее, начала идентифицировать себя именно советским человеком. И, исключительно и только, НАШЕЙ гражданкой!

- Будете сделано, Андрей Андреевич! - Согласно склонил голову Цвигун.

А Цинёв, бросив многозначительный взгляд на "державших руку на пульсе" и внимательно следивших за ходом беседы офицеров, кивнул одному из них в сторону выхода.

После чего, судьба "чудо-ребёнка" оказалась в надёжных руках. А будущее стало более или менее предсказуемым и стало приобретать вполне, относительно легитимные, и укладывающиеся в общую канву воспитания подрастающего поколения, черты.

- Что ж, если по всем основным вопросам мы, можно сказать, договорились, тогда давайте закончим процедуру знакомства. А затем наши специалисты покажут вам выделенные для вас апартаменты и помогут обустроиться. - На правах старшего, подвёл итоги беседы Суслов. И, оглянувшись на остальных и не увидев недовольных, возражающих или осуждающих взглядов, продолжил. - Кстати, чтобы не было недомолвок, сразу хочу сообщить, что наши медики взяли у вас обеих крови немного больше, чем требуется для анализов. И, испытывающе посмотрев на Марину, вопросительно прищурился. - Надеюсь, вы не будете возражать против того, чтобы дать шанс, находящимся, в тяжёлом состояние, членам правительства? Кстати, - не преминул укорить и заставить гостей из будущего чувствовать себя виноватыми, - отчасти и по вашей вине. - А затем, кивнув на прощание и, постаравшись как можно приветливее улыбнуться, первым покинул помещение.

Вслед за Сусловым потянулись и остальные члены, как чуточку позже шутливо заметила Леська, "наспех сымпровизированного комитета по встрече двух цивилизаций".

Хотя, учитывая пятидесятилетнюю разницу между этими двумя эпохами то, в чём-то она была права. Подтверждая старую, как мир истину, гласящую, что "в каждой шутке всегда имеется доля правды".

- Марина Алексеевна, Леся. - Учтиво обратился к девушкам один из двух, как не преминула тут же, не повышая голоса, подчеркнуть язвительная Леська, "оставленных по их души" охранников. - Прошу вас следовать за мной.

На что девочки ответили молчаливым согласием и двинулись в указанном направлении.

Второй "секьюрити" пристроился в арьергарде. Чем моментально вызвал недовольное сопение "чудо-ребёнка" и маленькую ответную шалость. Выраженную в том, что девочка исчезла из поля зрения сотрудника "девятки" и, телепортировавшись, мгновенно оказалась у того за спиной.

Но тот, бывший свидетелем недавнего перфоманса устроенного мелкой, не стал впадать в панику а, оглянувшись, и обнаружив "пропажу", просто и лаконично пригрозил.

- Маме пожалуюсь.

На что, услышавшая это, изобличающее проказы малявки заявление, тут же отреагировала Марина.

- Выпорю!

- Бе-е-е! - Показала высунутый язычёк КГБисту Леська. - И, ёмко охарактеризовав мужчину, выразила крайнюю степень неодобрения. - Ябуда-Корябеда!

После чего догнала маму и, ещё раз подразнившись продемонстрированным языком, послушно зашагала рядом.

А сотрудник "девятки", имевший двоих сорванцов, приблизительно такого же возраста, на секунду закатил глаза к потолку и, чему-то улыбнулся.

То, что с пришельцами из будущего легко не будет, он понял сразу. Но, милая непосредственность и безобидные шалости младшей из подопечных, придавали работе какое-то особое, неповторимое очарование.

Что, с одной стороны несколько осложняло задачу, так как привязываться к объектам было нельзя и строжайше запрещено в любом случае.

Но, с другой, у всех ведь есть чувства. А, как уже про себя окрестил Леську охранник, "эта мелкая зараза" ему просто, как-то "по отечески", нравилась.

Покои, предназначавшиеся для гостей из будущего, представляли собой довольно комфортабельную трёхкомнатную квартиру. Расположенную на территории Кремлёвского жилого комплекса и оснащённую суперсовременной, по меркам одна тысяча девятьсот семьдесят второго года, естественно, электрическим, сантехническим и кухонным оборудованием.

Впрочем, никто не предполагал, что Марине, как и любому обитателю этих, поистине "барских" хором, придётся самой оттирать от остатков еды грязные тарелки или, вооружившись моющим пылесосом, пришедшим на место швабре, вручную надраивать полы.

Поесть им принесли прямо в новый дом. Так что, поужинав и, не желая с первых дней пребывания, оставлять о себе неблагоприятное впечатление и заслужить славу "зажравшихся и ленивых буржуек", девочёнки всё же помыли посуду и приняли душ. А потом, заняв одну на двоих кровать, завалились спать.

Не подозревая, что уже завтра события понесутся вскачь. А их, несмотря на поспешное бегство с заседания Малого Политбюро и неприятного происшествия в ресторане "Арагви", в общем-то спокойная и размеренная жизнь, к которой обе успели привыкнуть на юге, закончится.

***

Едва прилетев в Москву, Юля Подгорная намеревалась сразу же отправиться на телевидение. Чтобы предложить, и в этом она была на сто процентов уверена, сенсационный материал.

Который, однозначно поднимет её внутренний рейтинг или, как говорили в одна тысяча девятьсот семьдесят втором году, "авторитет", на недосягаемую высоту. Ну и, обеспечит маломальское, пусть пока что и не очень заметное, "влияние".

А, уже после этого, "пропихнув" информацию о талантливом и так понравившемся ей парне, можно идти на поклон к деду. С просьбой "разобраться в произволе на местах" и как-то повлиять на неблагоприятную ситуацию с, то ли арестом а, может быть, просто временным задержанием этого несносного придурка. Кстати, дедушке, ещё раз, как следует всё обдумав, она пока не позвонила.

Весь вечер красавица провела, словно на иголках.

Что, закономерно, не осталось без внимания заботливой и не чаявшей души в своей "меленькой дочурке" мамы. Именно так до сих пор, несмотря на Юлин "солидный" возраст, называла начинающую тележурналистку, родительница.

- Уж не влюбилась ли ты, в этом далёком Свердловске, моя хорошая? - С беспокойством проявила проницательность представительница старшего поколения. - А то, смотрю, что-то у тебя свербит в одном месте.

- В кого? В этого самовлюблённого придурка? - Независимо фыркнула Юля.

И вдруг, незаметно для себя, слегка покраснела.

- Та-ак, дорогуша! - Тут же взяла быка (или, в этом конкретном случае, правильней будет сказать, строптивую козочку?) за рога умудрённая жизненным опытом женщина. - Ну-ка давай, выкладывай! Кто этот загадочный молодой человек, что посмел произвести такое неоднозначное впечатление на мою любимую Юленьку?

- Ма-а-ам, ну перестань! - Тут же "пошла в отказ" девушка. Но, при этом, сама того не желая, ещё больше запунцовела. И, окончательно выдавая себя с головой, сложила руки на груди и отвернулась. - Да пошёл он!

- Ясно! - Предпочитая не давить сверх меры, констатировала мама. Но всё-таки, оставляя последнее слово за собой, припечатала. - Захочешь - сама расскажешь!

Они не спеша поужинали. А потом, не утерпевшая девушка, всё-таки решила поделиться с матерью, своим, как она выразилась "сногсшибательным открытием".

Видеоаппаратуры, для демонстрации взятого Юлей первого самостоятельного интервью, и воспроизведения записанного концерта, в квартире, конечно же, не было.

Поэтому начинающая журналистка ограничилась устным и, что не оставила без внимания начавшая уже немножко беспокоится родительница, довольно-таки эмоциональным, рассказом.

Ну и, куда же без этого, проигрыванием записанных на магнитофон песен. Как сольно исполненных этим... придурковатым и невесть что о себе возомнившим младшим лейтенантом Петровым, так и сыгранных и спетых всем, созданным им музыкальным коллективом.

- И что? Всё это, действительно написал, как ты изволила выразиться, "этот дебильный самовлюблённый имбецил"? - Удивлённо спросила весьма впечатлённая, как прозвучавшими мелодиям так и прекрасными и так западающими в душу текстами, мама.

- Ну-у, да. - Немного растерянно ответила Юля. - По крайней мере, при мне никто не осмелился обвинить его в плагиате. Да и Свердловский Дом Офицеров, на базе которого они организовали свой вокально-инструментальный ансамбль - организация более, чем серьёзная. И не думаю, что кто-то позволил бы этому нахалу присваивать плоды чужого труда. И выдавать эту прекрасную музыку за свои собственные сочинения. К тому же. - Тут Юля не мгновение запнулась. - Я специально потратила время и съездила в Уральское отделение ВААПа. И оказалось, что там всё оформлено, как положено. Все права на тексты и музыку принадлежат Николаю Петрову. Совмещающего творческую деятельность со службой в Свердловском ГУВД в звании младшего лейтенанта милиции. И, при этом, полному и окончательному придурку!

Ещё больше удостоверившаяся, что "дело плохо" и, как впрочем и многие умные люди, исповедовавшая принцип "если не можешь предотвратить - возглавь", мама Юли решительно взяла бразды правления в свои руки. И, с обманчиво добродушной улыбкой и хитрым прищуром, пошла в атаку.

- Талантливый парень. - Осторожно закинула пробный крючок она. И, не давая дочери разразиться очередной негодующей тирадой, предложила. - Ты бы пригласила его в Москву. Всё-таки здесь, y нас, возможностей проявить себя гораздо больше.