Спрятанное сердце

Глава 1. Пробуждение

Я долго искал его в разных мирах. И мне кажется, я нашел. Кто-то из них должен быть тот самый.

Звонок будильника вернул Джонатана из сладкого забытья в реальный мир. На смартфоне горели ненавистные цифры 06:00. Это было обычное утро вторника для самого обычного молодого человека, жившего в пригороде мегаполиса.

— Ну встаю, встаю, — проворчал Джонатан, переворачиваясь на другой бок. Через пять минут будильник снова зазвонил. «Надо вставать», — подумал Джонатан и начал выбираться из-под одеяла.

Необходимость столь раннего пробуждения была вызвана нежеланием жить в окружении гудящей толпы незнакомых людей. Но за тишину и покой уединенной жизни приходилось платить ипотеку и временем на дорогу от дома до офиса.

Уже через сорок минут Джонатан был готов выйти из дома. В прихожей он похлопал по плечу рыцаря. Точнее, это был комплект рыцарских доспехов, хранившийся на специальном шесте. Джонатан был активным участником сообщества любителей средневековья, которые называли себя «Орден Железного Ангела», и этот комплект был не декоративным набором красивых железок, а его реальными доспехами и оружием.

Еще через пять минут Джонатан выехал из ворот гаража на своем любимом «Мустанге» 2002 года, раскрашенном в стиле Бамблби. Несмотря на почтенный по современным меркам возраст автомобиля, его состоянию могли бы позавидовать многие самые современные тачки в округе. Нет, Джонатан не был миллионером или топ-менеджером с миллионным годовым доходом. Он работал программистом в весьма средней компании и мог себе позволить лишь некоторые элементы роскоши. Выехав на шоссе, он сделал музыку громче и понесся навстречу новому дню.

Офис компании, где работал Джонатан, занимал целый этаж в бизнес-центре. Ближе к обеду в кабинет, где работали программисты, вбежал взволнованный запыхавшийся человек и закричал:

— Коллеги! Вы новости видели? Билл, выведи на монитор…

— Сэм, ты лучше объясни, что случилось, — лениво ответил Билл. — А еще лучше скажи, Джонатана не видел?

— Ты выводи, идиот. Там как раз, — дыхание Сэма сбилось, и он не договорил фразу.

Коллектив заметно оживился. Через несколько секунд на большом информационном мониторе под потолком офиса появилась картинка выпуска новостей. На видео с камеры видеонаблюдения на шоссе было отчетливо видно, как автомобиль Джонатана налетает… В офисе на несколько секунд воцарилась тишина. Никакого препятствия на кадрах видно не было. Автомобиль просто смялся в гармошку на пустой полосе, как будто налетев на невидимую стену.

Голос за кадром зачитывал сводку: «Сегодня на юго-восточном шоссе произошло ДТП с участием автомобиля Форд Мустанг. Автомобиль, предположительно, принадлежал некоему Джонатану Свифту. В полиции сообщили, что документы на его имя были обнаружены в автомобиле… Нам удалось получить видеозапись с дорожных камер. Остается неясным, какое именно препятствие послужило причиной аварии…»

Кадры аварии, снятые на видеорегистраторы и дорожные камеры, прокручивали снова и снова. На них было видно, что за рулем был именно Джонатан. Когда начались кадры прибытия спасателей и парамедиков, в искореженном автомобиле никого не было. Ремень безопасности был пристегнут, но тела не было. Не было никаких следов крови, одежды. Как будто автомобиль ехал пустым, сам по себе.

— Билл, отмотай назад, — удивленно сказал Юрген, — и включи замедленный просмотр.

Билл отмотал видеоролик назад и запустил замедленное воспроизведение. Собравшиеся у экрана коллеги Джонатана четко увидели, что перед тем, как машина начала сминаться, водитель был на своем месте…

— Это еще не все, — сказал Сэм, наконец-то отдышавшись, — за последние сутки это уже пятая подобная авария.

Рабочий процесс в офисе компании был сорван. Почти все сотрудники изучали новости и кадры аварии, пытаясь понять, что произошло с их коллегой.

* * *

Сознание медленно возвращалось в тело. Попытки открыть глаза были малоуспешными. Картинка была размытой. Звуки в помещении казались приглушенными и неразборчивыми. Голова болела, как с похмелья. Постепенно, звуки стали четкими, а зрение – сфокусированным. Джонатан увидел над собой лицо девушки с изумрудными глазами и рыжими волосами до плеч, которая пыталась до него докричаться.

— Еще один демон? Да сколько же вас сегодня?! — властным голосом спрашивала незнакомка.

Джонатан попробовал подняться, но не мог пошевелиться, словно его тело было приклеено к полу.

— Где я? — он попытался спросить у девушки, которая требовала от него ответа на странные вопросы.

— Не юли, отвечай. Ты демон? Твое имя? Или я уничтожу тебя! — продолжала свой допрос девушка, замахнувшись рукой, в которой, как показалось Джонатану, возникло какое-то яркое свечение.

— Никакой я не демон. Меня зовут Джонатан. Вы можете объяснить, где я и почему я не могу пошевелиться? — речь Джонатана была медленной и неуверенной. Он пытался разглядеть комнату, в которой лежал. Пол был каменный и холодный. Это он ощущал всем телом. Незнакомка на несколько секунд застыла с занесенной над ним рукой.

— Из ниоткуда только демоны появляются. Я приказываю тебе, говори, кто ты такой? — железным голосом продолжала говорить незнакомка, изучая его пристальным взглядом, словно сканируя его внутренности.

Джонатан попытался улыбнуться, голова уже почти перестала болеть.

— Девушка, скажите мне, где я нахожусь и что со мной случилось? Я понятия не имею, про каких демонов вы говорите. Я обычный человек. Меня зовут Джонатан Свифт. Я работаю программистом.

Рука девушки с ярко-белым светящимся зарядом все еще была занесена над Джонатаном.

— Я Аврора. Ты под обездвиживающим заклинанием. И если ты не ответишь честно, кто ты, какой ты демон, я тебя уничтожу, — теперь голос воинственной незнакомки звучал с ноткой сомнения. Казалось, что, рассматривая его, она что-то увидела, что заставило ее усомниться в том, кто перед ней сейчас.

— Ты в замке Саи-Карнак. — продолжила Аврора.

— Где? — удивленно переспросил Джонатан.

— В замке, расположенном в городе Саи-Карнак, — повторила девушка с изумрудными глазами.

— Я же говорю, что я не демон. Я понятия не имею, как я здесь оказался. И, может быть, вы снимете с меня это ваше заклинание? Пол очень холодный, — Джонатан по-прежнему не мог шевелиться.

— Ну нет. Пока я не выясню, кто ты, я тебя не отпущу, — ответила Аврора, не опуская руку со странным магическим оружием.

— У тебя странная аура. Ты действительно не похож на демона. Но и от человека ты отличаешься. Вот только я не могу понять чем, — она продолжала изучать Джонатана.

В какой-то момент ее занесенная над ним рука дернулась в сторону Джонатана, и он машинально схватил ее руку в районе запястья, остановив ее. Глаза Авроры расширились от удивления. Она попыталась отдернуть руку, но не смогла.

— Кто ты? Ни один демон не может преодолеть мое заклинание! — в ее голосе звучали одновременно и удивление, и страх. Свечение в ее руке постепенно погасло. Странное, не обжигающее тепло от руки Джонатана, нежно обволакивало ее руку. И это несмотря на то, что его хватка была достаточно крепкой. Не зря он был одним из лучших рыцарей в сообществе «Орден Железного Ангела» и выбить меч или копье из его руки редко кому удавалось.

Только через несколько секунд Джонатан осознал, что держит девушку за руку и что в ее руке больше нет магического оружия. Он смотрел в ее большие изумрудные глаза, полные удивления и изумления. Он смог сесть, все еще держа руку изумленной девушки, но уже не так крепко.

— Отпусти меня! — Аврора еще раз отдернула руку, и Джонатан отпустил ее.

Она продолжала смотреть на него изумленным взглядом, потирая место на руке, за которое только что держал ее этот странный молодой человек, который однозначно не был демоном, как она предполагала сначала. Приятное тепло, которое она чувствовала, когда Джонатан держал ее, начало разливаться по всему ее телу, прокатываясь волной по ее коже. И это было очень приятное ощущение.

— Допустим, ты не демон, — сказала она, садясь в кресло, стоявшее у стены комнаты, рядом с дверью, которая была закрыта на мощный засов.

— Конечно, не демон, — ответил Джонатан, осматривая комнату, которая освещалась факелами, закрепленными на стенах. — Я не припомню, чтобы видел тебя ранее. Ты явно не из нашего клуба. Но антураж мне нравится. Все очень достоверно.

Джонатан наконец-то смог подробнее рассмотреть ее. Она была одета в белую льняную блузку с длинными рукавами и черные кожаные брюки для верховой езды или фехтования. На широком ремне красовалась ажурная металлическая пряжка внушительных размеров.

— Что за клуб? О чем ты говоришь? — переспросила Аврора.

Голос Авроры звучал спокойно, без командного тона и даже с нотками нежности. Она все еще находилась под впечатлением от того, что произошло. Аврора никак не могла забыть ощущение его руки на своем запястье и то тепло, которое до сих пор обволакивало все ее тело. Она что-то пробормотала невнятное, глядя на Джонатана, в ее глазах блеснули едва заметные искры. Он уже открыл рот, чтобы ответить на ее вопросы про клуб «Орден Железного Ангела», но Аврора прервала его.

— Пойдем, — она отодвинула засов и открыла дверь, — продолжим разговор в более приятной обстановке.

Они пошли по освещенному факелами коридору. Оба были погружены в свои мысли. Аврора никак не могла забыть его руку на своем запястье и непроизвольно касалась рукой места, за которое он схватил ее тогда. Мысли в ее голове были хаотичны. «Кто же ты такой?» — думала она. Еще никому не удавалось преодолеть заклинание обездвиживания, которым владела Аврора. Она снова коснулась того места, за которое держал ее Джонатан. «Но… Его прикосновение...» — она едва заметно помотала головой, как бы отмахиваясь от каких-то мыслей. Что-то непреодолимо тянуло ее к недавно появившемуся в ее замке человеку и в то же время пугало. Она определенно должна была разгадать эту загадку.

Джонатан разглядывал коридор, по которому они шли. То, что замок был самый настоящий, сомнений уже не осталось. И то, что в замке не было никаких признаков привычных для человека 20-х годов 21 века технологий, таких как электричество, сигнализация, камеры видеонаблюдения, рождало в его голове смутные мысли о том, где он оказался. Слова Авроры о том, что он находится в замке Саи-Карнак королевства Эвендер, теперь казались ему не такими уж и странными. «Что это за мир? Параллельный? Я не помню королевств с таким названием в истории», — думал Джонатан, поглядывая на рыжую девушку рядом с ним. «Кто она такая? Про какие заклинания она говорила? Она ведьма? А может быть, я сплю? Или в коме?» — вопросы в его голове возникали один за другим, и ни одного ответа. Несмотря на страх, который пробежал волной по его телу при мысли, что красивая рыжая девушка – ведьма, Джонатан поймал себя на мысли, что она ему нравится. Он вспомнил то чувство, когда остановил ее руку, и невольно посмотрел на свою ладонь, разглядывая ее. Что-то было в том ощущении необычное, неизвестное. Казалось, что его рука до сих пор держит ее руку. Он заметил, что в этот же момент Аврора прикоснулась к тому месту, за которое он держал ее тогда.

Тем временем они поднялись по лестнице и вышли в более просторный и светлый коридор. «Очевидно, мы были в подвале замка», — подумал Джонатан, продолжая рассматривать помещение. Вместо факелов в этом коридоре на стенах висели масляные светильники. Потолки были высотой около 4 метров. Они поднялись по широкой винтовой лестнице на третий этаж и остановились у третьей двери направо по коридору. Ключи от комнаты торчали в замке.

— Открывай, теперь это твоя комната, — сказала Аврора, повернувшись к Джонатану.

Ключ от замка был точно таким, какие можно было увидеть в музеях старины. Но замок открылся на удивление легко. Они вошли в комнату, освещенную такими же масляными фонарями, что были на стенах коридора первого этажа. Комната была достаточно большой. Кровать и мебель были простыми, но добротными. Окна, расположенные на противоположной от входной двери стене, зияли чернотой. Джонатан посмотрел на часы. Самые обычные механические наручные часы с автоподзаводом. Они показывали половину десятого. И судя по темным окнам, это был вечер или даже ночь. Впрочем, он усомнился, насколько он может доверять своим часам, не зная, где он.

Аврора заметила часы на его руке только сейчас, когда он на них посмотрел.

— Располагайся, — сказала она, — здесь есть все, что тебе нужно.

— Все, что нужно? Я даже могу помыться?

— Да, можешь, — загадочно улыбнувшись, Аврора открыла одну из дверей в левой стене комнаты.

— И что, у вас здесь есть водопровод? — недоверчиво спросил Джонатан, осматривая небольшую комнату с медной раковиной и зеркалом над ней. По обеим сторонам зеркала горели такие же светильники, как и в комнате. А напротив зеркала, к удивлению Джонатана, был душ. На полу этой комнаты лежали деревянные решетки.

— Представь себе, душ в этом замке есть. И даже с горячей водой. Такое благо цивилизации здесь удел лишь весьма состоятельных персон, — ответила Аврора, — А за соседней дверью есть туалет. Третья дверь ведет в гардеробную комнату. Я оставлю тебя на некоторое время. Дверь только не закрывай на замок.

Ощущение нереальности происходящего не покидало его разум, словно он осматривает какой-то замок-музей в качестве туриста. Что касается его комнаты, то она была очень похожа на гостиничный номер с поправкой на эпоху и уровень технического развития того королевства, которое Аврора называла Эвендер. Однако интерьер комнаты все же был не настолько старомодным. Осматривая комнату, Джонатан пришел к выводу, что это уже не средневековый замок. В земной истории в те времена никто и думать не мог про водопровод и канализацию даже в самых богатых замках в самых технически развитых по меркам того времени государствах.

После недолгого осмотра комнаты, в ходе которого были найдены чистые белые полотенца, лежавшие на кровати, Джонатан все же решил принять душ. Если не брать в расчет масляные светильники, то душевую комнату можно было сравнить с аналогичной комнатой в недорогих гостиницах на рубеже девятнадцатого-двадцатого веков. Мочалка, которая висела на крючке в душевой, тоже была из той же эпохи. Но других вариантов не было. Джонатану пришлось приспосабливаться к новой реальности.

Зайдя в гардеробную комнату после душа, Джонатан задумался, глядя на длинные штанги, на которых висели комплекты одежды разных размеров. Среди представленных там вариантов были и комплекты с кружевами и рюшами, и более подходящие, в его понимании, варианты для основных видов мужских занятий: охоты, тренировок, верховой езды и тому подобных. Теперь Джонатан был как никогда похож на участника исторических реконструкций. В отражении большого зеркала на него смотрел совсем иной мужчина. Нет, овал лица, серо-голубые глаза, немного заостренный нос, ямочка на подбородке и слегка торчавшие уши были все те же. Да и непослушные, слегка взъерошенные волосы никак не хотели зачесываться в сторону. Немного свободная рубашка, кожаный жилет и брюки лишь подчеркивали его поджарую фигуру. Рассматривая себя в зеркале, Джонатан подумал: «Мне определенно идет этот стиль. Не хватает только меча или шпаги на поясе», — на его лице появилась довольная улыбка.

В дверь комнаты постучали. «Открыто», — ответил Джонатан. Дверь открылась, и сначала появилась тележка со столовыми приборами и едой, а следом за ней вошла Аврора. Она была одета в длинное зеленое платье с декольте, украшенное тонкой золотой вышивкой. Манжеты рукавов и декольте платья были украшены изящными кружевами. Поверх платья на ней был одет обычный фартук. Аврора быстро расставила посуду и еду на столе, а потом сняла фартук, повесив его спинку стула. Джонатан не сводил с нее глаз, пока она накрывала на стол.

— Сейчас уже поздно, но оставить тебя без ужина я не могу. Не стесняйся, — добавила она, приглашая Джонатана к столу.

— Это очень даже кстати, — ответил он, присаживаясь за стол, — я чертовски голоден сейчас.

— С этого момента ты не пленник в этом замке, а гость, — сказала Аврора, с улыбкой глядя как Джонатан с аппетитом уплетает свой ужин. — Но для тебя будут действовать ограничения, — продолжала она, — Не все помещения и даже не все части замка ты можешь посещать. Если что-то будет интересно, спроси меня, не пытайся проникнуть – не получится. Этот замок не так прост и примитивен, как может показаться на первый взгляд.

— Это я уже успел заметить, — сказал Джонатан, — после прогулки по подвалу я меньше всего ожидал увидеть здесь душ с горячей водой и комфортный туалет.

— Как ты уже, наверное, понял, — Аврора продолжила свою речь, — я маг или волшебница, другими словами. И многие ограничения и запреты для тебя связаны именно с этим обстоятельством. Для прогулок тебе доступен основной и задний дворы замка. Выйти за ворота замка ты не сможешь, извини. Сейчас это необходимо. Большей частью для твоей же безопасности.

— Ну хорошо, — ответил Джонатан, — Я могу надеяться на смягчение режима содержания в дальнейшем?

Последняя фраза была сказана с легкой ноткой сарказма. Ему показалось, что несмотря на заявление о том, что он является гостем, было установлено слишком много ограничений.

— Пойми, люди не знают языка, на котором ты говоришь, — ответила Аврора на его замечание по поводу режима содержания, — и ты тоже не говоришь на нашем языке. Еду тебе будут приносить в комнату. У прислуги есть ключ, так что они и в твое отсутствие смогут сделать все, что нужно. Кажется, в вашем мире в гостиницах делают так же, верно?

— Почти. За мои деньги. — ответил Джонатан, задумавшись о своем материальном положении здесь.

Мысль о том, что рано или поздно с него могут взыскать стоимость его содержания в том или ином виде, заставила его серьезно задуматься.

— И еще один вопрос, — Джонатан обратился к Авроре. — Я могу вернуться обратно в свой мир?

— Боюсь, что нет, — ответила Аврора, немного подумав. — Я не помню, чтобы были обратные перемещения из нашего мира в ваш.

Тем временем тарелки уже были пусты. Пока Аврора рассказывала Джонатану о его нынешнем положении, он не терял времени зря.

— Это потрясающе вкусный ужин, — Джонатан посмотрел в глаза Авроры, которые засветились от радости. — Ты сама все это приготовила?

— Разумеется, — ответила Аврора, не скрывая своей радости от комплимента Джонатана в адрес ужина. — Я рада, что тебе понравилось.

Она опустила глаза вниз и снова посмотрела в глаза Джонатана. На долю секунды ему показалось, что она смотрит ему в душу. На ее лице мелькнула едва заметная игривая улыбка. Немного смутившись от того, что ее взгляд не ускользнул от внимания Джонатана, она постаралась сделать серьезное выражение лица, но едва заметный румянец окрасил ее щеки.

— Я должна идти, — в ее голосе слышалось волнение.

Джонатан встал из-за стола, подошел к Авроре и подал ей руку, чтобы помочь встать. Нельзя сказать, что ему удалось сделать это изящно и в соответствии с этикетом. В конце концов, не каждый же день он упражнялся в этом. Когда рука Авроры легла в его руку, ее глаза вспыхнули зеленым огнем, а губы слегка приоткрылись от пробежавшей по ее коже волне тепла и трепета. Это было то самое ощущение, которое она испытала, когда он держал ее за руку тогда, в сыром и холодном подвале. В следующий момент они уже смотрели друг другу в глаза, стоя друг напротив друга и медленно сближаясь. Такое же волнение и трепет читался и в глазах Джонатана. В какой-то момент ее глаза сверкнули озорным огнем, и она поцеловала его в губы, притянув его к себе. Поцелуй был долгим, но все же она отстранилась от него первой.

— Я все же должна идти, — сказала она почти шепотом, — прости, но я должна.

— Конечно, я все понимаю, — ответил Джонатан, явно не желая ее отпускать, но она все же направилась к выходу из его комнаты.

Их обоих не покидало странное ощущение, с котором они оба раньше не сталкивались. Когда она уже стояла в дверном проеме, Джонатан в мыслях обратился к ней «Не уходи». Аврора застыла, как будто услышав его и, повернув голову, посмотрела ему в глаза. В ее взгляде было удивление и вопрос «Что это было?» Ведь ей показалось, что его голос прозвучал у нее в голове.

— Не сейчас, — ответила Аврора, — до завтра, Джонни.

Ее голос прозвучал ласково и игриво. А Джонатан застыл в удивлении, понимая, что она услышала его, хотя он не произносил вслух ничего. Дверь закрылась за ней. Джонатан так и стоял с удивленным взглядом, не понимая, что же произошло только что. Ему казалось, что он слышит ее шаги по коридору, как она спускается на второй этаж и уходит в ту часть замка, куда ему вход пока что закрыт.

Тот факт, что Аврора явно услышала его мысленное обращение к ней, не давал ему покоя. «Ведь это означает, что она читает мои мысли», — думал Джонатан. Мало кому понравится, что его могут читать как открытую книгу. Аврора, придя в свои покои, так же не могла отмахнуться от мыслей о том, что она слышала его голос в своей голове. «Кто же он на самом деле?» — думала она. «Я должна это выяснить. Ведь не просто так он появился здесь, преодолел мое заклинание и говорит в моей голове. А что еще он может?»

Джонатан задернул шторы на окнах и погасил масляные фонари в комнате, разобравшись, как это делается. Лунный свет пробивался сквозь плотные шторы тонкими лучиками, попадая на противоположную стену и немного освещая помещение. Ночь была тихой, очень тихой. Помимо тревоги о доступности своих мыслей, Джонатан чувствовал, что с этим замком что-то не так. Что это не просто каменное здание, построенное в незапамятные времена. Даже конструкция масляных фонарей была такой, что от них не было ни копоти, ни дыма. У каждого фонаря был свой дымоход, который уходил в стену. Однако на этом странности не заканчивались. У Джонатана было ощущение, что этот замок в каком-то смысле живой. Он не мог себе объяснить это, просто ощущал это в своем сердце. В конце концов усталость и поздний час сделали свое дело, и Джонатан заснул. Ему снились странные сны про рыцарей и замки, горы и равнины, которых он ранее никогда не видел.

Глава 2. Начало новой жизни

Пока он не появится здесь, ты не сможешь понять, демон он или нет. Но когда ты захочешь его убить, ты его узнаешь.

Когда Джонатан проснулся, то обнаружил, что на столе уже стоит завтрак. И принесли его не только что. Открыв шторы, он впустил солнце в комнату. Несмотря на то, что вчера он лег спать, по его ощущениям, довольно поздно, он хорошо выспался и был полон сил. «Может быть, Аврора что-то добавила в ужин?» — подумал он, улыбнувшись от этой мысли и вспоминая вчерашний поцелуй. На мгновение ему показалось, что он снова чувствует сладкий вкус ее губ.

Приведя себя в порядок, Джонатан с аппетитом расправляется с завтраком, попутно размышляя, что его ждет сегодня. Вчера вечером Аврора ничего не сказала по поводу сегодняшнего дня, и ему оставалось лишь гадать, что его ждет. Наконец-то завтрак был съеден. И Джонатан ощутил то самое чувство, как ему показалось, которое ощущает кот, когда идет к двери встречать возвращение своего любимого члена семьи. Ему буквально казалось, что он чувствует, как Аврора приближается к его комнате. Джонатан попытался отмахнуться от этого ощущения и даже немного потряс головой, чтобы прогнать это наваждение. Но тут в дверь постучали, и он уже знал, кто стоит за дверью.

Открыв дверь, Джонатан убедился, что предчувствие его не обмануло. Аврора смотрела на него, улыбаясь. Лучи утреннего солнца, проходящие сквозь витражи окна, делали ее волосы огненно-рыжими.

— Доброе утро, Джонни! — ее голос звучал мелодично и звонко, словно горный ручей. — Ты готов к знакомству с замком?

— Да, вполне, — Джонатан постарался ответить серьезно, но ее голос все еще продолжал разливаться звонким эхом в его голове, и он не мог не улыбаться, глядя в ее зеленые глаза.

— Ну тогда пойдем, я покажу тебе замок, насколько это сейчас возможно, — сказала Аврора, приглашая его на экскурсию. — На третьем этаже в гостевой части, кроме собственно гостевых комнат, есть еще публичная библиотека.

Они прошли прямо по коридору мимо нескольких дверей гостевых комнат. Пока они шли, Джонатан заметил, что у дверей на лестничный марш и у дверей в библиотеку стояла стража. Когда они подходили к библиотеке, дверь перед ними открыл служитель.

— Здесь много книг по истории, — продолжала Аврора, — и не только истории королевства Эвендер. А еще здесь можно найти сборники легенд, мифов и просто художественные произведения в разных литературных жанрах. И, кстати, есть книги и на твоем языке. Так что если захочешь что-то почитать, то можешь заходить. Служитель библиотеки понимает достаточно много языков. Думаю, он сможет тебе помочь что-то подобрать, если будет интересно.

— Получается, я здесь не единственный гость из своего мира? — спросил Джонатан.

— Нет. Не единственный. И к тому же мы, маги, достаточно давно изучаем ваш мир и наблюдаем за людьми, — ответила Аврора.

Пройдя библиотеку насквозь, они вышли в коридор, который поворачивал влево.

— Здесь у нас рабочие кабинеты чиновников и служащих при дворе. Они занимают все три этажа этой части замка, — продолжала свой рассказ Аврора, — но тебе тут точно ничего не понадобится. Если пройти дальше, и повернуть налево, то там будут церемониальные помещения. И третий этаж как раз выходит на балкон бального зала. За бальным залом и небольшим холлом расположен тронный зал. Но мы туда сейчас не пойдем. Туда нельзя входить без приглашения.

Они спустились на первый этаж по широкой лестнице и вышли во внутренний двор замка, который был выложен довольно крупными шлифованными булыжниками прямоугольной формы. По периметру двора росли небольшие, красиво подстриженные деревья, названий которых Джонатан не знал. Кое-где стояли деревянные скамейки с коваными ножками. Двор был почти прямоугольной формы. В той части замка, где были кабинеты чиновников, располагались ворота, которые были закрыты. Открыта была только калитка. Разумеется, у ворот стояла стража, но уже не два человека, как у дверей и лестниц внутри замка, а по три вооруженных воина с каждой стороны внутри арки ворот.

Первый этаж замка был сложен из крупных, качественно обработанных и плотно подогнанных между собой серых камней. Второй и третий этажи были выложены из желто-красных камней. Все камни были одинакового размера, словно кирпичи, но это были именно камни, только очень качественно обработанные. Арки над окнами и дверями были сделаны из цельных кусков камня. Исключение составляла арка над парадной дверью, которая состояла из двух полуарок.

Справа от них, примерно посередине, находилось большое парадное крыльцо. Даже без комментария Авроры Джонатан догадался, что это крыльцо ведет в ту часть, где был тронный зал и, возможно, покои королевской четы. Напротив большого парадного крыльца было небольшое крыльцо гостевого блока, на третьем этаже которого и была комната Джонатана. Аврора поймала его взгляд на гостевое крыльцо.

— А это крыльцо как раз ведет на лестницу в твою комнату, — сказала она, — гостевая часть замка в левой стороне от лестницы, если смотреть из двора, а в правой стороне – хозяйственная часть. А вон там, — Аврора указала на ворота, расположенные напротив главного проезда, — ведут на хозяйственный двор. Там же расположены казармы гарнизона, конюшня и жилье для слуг и работников.

— Гарнизон замка – это стража? — спросил Джонатан.

— Да, но не только дворцовая стража, — ответила Аврора. — Крепостная стена тоже охраняется гарнизоном.

— Мне было бы интересно посмотреть на быт и подготовку солдат гарнизона, — сказал Джонатан.

— К сожалению, на стену тебе нельзя, — ответила Аврора. — Но на хозяйственном дворе расположена площадка для ратных занятий. Так что можешь понаблюдать. У них все строго по графику. И да, когда занятий на площадке нет, ты можешь сам попробовать себя в ратном деле. Правда, мечи там не настоящие. Сам же хозяйственный двор открыт всегда.

— А что находится в башнях? — спросил Джонатан, указав на две башни, расположенные слева от парадного крыльца.

Башни были прямоугольной формы и разной высоты. Узкая башня была значительно выше широкой башни. Но у обеих башен были плоские крыши, как показалось Джонатану.

— Что в башнях? — повторила его вопрос Аврора, немного задумавшись.

Джонатан заметил, что Аврора погрузилась в воспоминания, ее взгляд стал немного отстраненным, потерянным в мыслях и отблесках эмоций.

— Пока я могу сказать только то, что в широкой башне находится водонапорная система, — преодолевая свои мысли, ответила Аврора. — Тебе пока туда нельзя.

— Хорошо. Не буду настаивать, — ответил Джонатан.

— Для начала этого достаточно, — снова прощебетала Аврора, вернувшись из омута воспоминаний о башнях, — мне надо заниматься делами. У меня в замке есть свои обязанности, которые никто за меня не выполнит. Увидимся вечером.

Она коротко поцеловала его в щеку и побежала в административную часть замка. Джонатан проводил ее взглядом и направился в сторону хозяйственного двора. Ему очень хотелось понаблюдать за тренировками гарнизона замка, а может быть, даже поучаствовать самому.

Несмотря на то, что в замке было всего три этажа, он был достаточно высоким и совсем не в готическом стиле. Точнее определить стиль замка в привычных для Джонатана понятиях он не смог. Тем не менее размеры замка были внушительные. Только основной внутренний двор был размером с футбольное поле. Постройки хозяйственного двора повторяли форму самого замка, но были значительно ниже. Да и размер самого двора был почти вдвое меньше. На части хозяйственного двора, как успел заметить Джонатан, располагалась площадка для тренировок гарнизона замка, на которой стояли деревянные фигуры воинов, мишени для стрельбы из лука, различные тренажеры для упражнений с мечом и тяжелые снаряды в виде гирь, дисков и штанг, железных шаров, соединенных цепью, и прочий инвентарь. Джонатан попробовал разные снаряды на вес. «Пожалуй, надо будет заходить сюда регулярно», — подумал он.

С территории хозяйственного двора Джонатан заметил часы на высокой башне замка. Наконец-то он смог сверить свои часы с местным временем. «Ну вот, на одну неопределенность стало меньше», — подумал Джонатан, выставляя время на своих часах. «Надо будет обязательно спросить про число и месяц. Последнее, что я помню, это было пятнадцатое июня две тысячи двадцать пятого года, — подумал Джонатан, — С тех пор идут вторые сутки, если я не был без сознания слишком долго».

Размышляя о времени и календаре, Джонатан не заметил, как оказался напротив мишеней для стрельбы из лука. В это время на хозяйственный двор через проход, вероятно, ведущий к крепостной стене, вбежала группа людей в одинаковой одежде, вооруженная луками. Солдаты выстроились в ряд напротив мишеней и приготовились стрелять. В тот момент, когда Джонатан повернулся лицом к ним, прозвучала команда и стрелы полетели в сторону мишеней. Джонатан ощутил, как его кожа буквально зашевелилась. По ощущениям это было похоже на очень быструю волну мурашек. В следующее мгновение одна стрела ударилась в его грудь и упала на землю. Джонатан был одновременно напуган и удивлен. Но еще больше был удивлен тот, чья стрела попала в Джонатана. Поняв, что он не ранен, Джонатан отбежал с гарнизонной площадки в сторону и еще раз проверил, все ли в порядке. Крови не было. Не было даже следа от острия стрелы на коже. Но на одежде было небольшое отверстие.

К еще большему удивлению Джонатана, люди на площадке не обращали на него никакого внимания. Как будто на заднем дворе кроме них никого не было. «Это что же получается, — думал Джонатан, — они меня не видят, это раз, стрела мена даже не ранила, это два. Две новых загадки. Когда я был в подвале, я точно помню, что не мог пошевелиться. Аврора говорила, что она применила какое-то заклинание, которое обездвиживало меня. Но когда ее рука со странным оружием дернулась в мою сторону, я рефлекторно схватил ее за руку, чтобы остановить. Получается, я преодолел ее заклинание. Я помню ее удивленные глаза».

Мысли в голове Джонатана кружились, как торнадо в Оклахоме в сезон ураганов. «Теперь вот с моим телом что-то произошло, когда в меня выстрелили из лука, что стрела не смогла ранить меня, — продолжал размышлять Джонатан, пытаясь разобрать хаос мыслей в своей голове, — вдобавок ко всему, меня, кажется, даже не видят. Похоже, эта прекрасная ведьмочка еще какое-то заклинание ко мне применила. Надо будет это обязательно выяснить». Он сидел на небольшом камне возле стены замка и смотрел на то, как проходят занятия солдат гарнизона. Слишком много было вопросов, на которые не было ответов. И почти каждое событие в его новой жизни порождало еще больше вопросов.

Где-то в глубине подсознания Джонатан почувствовал, что в его комнату кто-то вошел. «Что за бред?» — подумал он и посмотрел на часы. Стрелка указывала ровно на 1 час по полудню. «Обед что ли?» — подумал он и направился в свою комнату. И действительно, в его комнате уже был накрыт стол. «Вот тебе, Джонатан, еще один вопрос без ответа», — подумал он. — «Как я узнал, что кто-то вошел в мою комнату? Черт возьми, кто же я такой?..» Но запах еды в конечном счете оказался сильнее урагана мыслей в его голове.

Ощущение сытости в желудке вместе с бокалом вина настроили мысли Джонатана на положительный лад. Даже мысль о том, что за все в итоге придется платить, не могла пробиться сквозь послеобеденную негу. «Интересно, чем она сейчас занимается?» — подумал Джонатан. И в этот момент в его голове завертелись образы коридоров и лестниц, которые в итоге выстроились в подробное представление, как пройти к той комнате, где… «Да ну, быть того не может!» — подумал Джонатан. Построенный в его голове маршрут в конечном счете уводил его туда, куда без приглашения входить нельзя – в церемониальную часть замка. «Если это правда, то кто же она, что обедает в таком месте? — задался вопросом Джонатан, — или она там по служебным делам?»

Опять новые вопросы, на которые у Джонатана не было ответов. Мысли об Авроре занимали в его голове все больше места. Он даже не заметил, как его губы растянулись в улыбке при этом. Джонатан снова вспомнил их поцелуй и сладкий вкус ее губ. Он настолько реально ощутил, как ее губы касаются его губ, что на некоторое время перестал дышать и закрыл глаза. «Надо же, какие яркие воспоминания», — подумал Джонатан.

В это же самое время Аврора вернулась в свой рабочий кабинет после обеда. Стопа бумаг на столе, казалось, нисколько не уменьшилась, несмотря на то что уже прошла половина дня. Вдруг будто бы легкое дуновение ветерка коснулось ее губ. Нет, это был не ветерок. Она как будто бы снова поцеловала Джонатана, или он поцеловал ее. Ощущение было настолько реальным, что Аврора невольно коснулась своих губ рукой. В ее памяти снова и снова всплывало лицо Джонатана и их поцелуй вчера вечером. «Он думает обо мне, — эта мысль обожгла ее изнутри, — прямо сейчас он вспоминает наш поцелуй». Словно дуновение прохладного ветерка, по телу пронеслась волна трепета. У нее даже перехватило дыхание на мгновение, а потом приятное волнение наполнило все ее тело, каждую клеточку.

Она не могла понять, что именно в нем так привлекает, так манит ее. С одной стороны, Джонатан был совершенно незнакомым для нее пришельцем из другого мира. Но, с другой стороны, в нем было что-то очень знакомое и в то же время скрытое от нее и, скорее всего, от самого Джонатана тоже. Она чувствовала родственную душу в нем, но не могла до нее дотянуться, не могла заглянуть внутрь его естества, несмотря на то что была магом. Эта загадка сводила ее с ума. Она должна была сделать все возможное, чтобы разгадать, кто же он на самом деле.

В шесть вечера в дверь комнаты Джонатана постучали.

— Открыто, — ответил он.

Дверь отворилась, в комнату вошел слуга с тележкой и начал накрывать на стол. В комнате запахло вкусным ужином. Управившись за пару минут, слуга поклонился и беззвучно вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Джонатан обратил внимание, что ужин был накрыт на две персоны. В дополнение к ужину на столе стояли два бокала вина и горели три свечи на красивом канделябре. «Когда он все это успел сделать?» — удивился Джонатан. — Он же буквально пару минут здесь провел». Не успел он завершить эту мысль, как в дверь снова постучали. Сомнений не было, это была Аврора. Джонатан сам поспешил открыть дверь и пригласил ее войти. Она буквально вплыла в комнату. Такой он ее еще не видел. Ее рыжие волосы были завиты и уложены в красивую прическу, украшенную серебряным ажурным гребнем. Ее платье было воздушным, серебристо-голубого цвета, с рукавами-воланами, увенчанными рюшами. Верх ее платья был украшен серебряным кружевом. Длинная в пол юбка была из воздушного полупрозрачного шелка, украшенная тончайшим узором из сверкающей серебряной нити.

Джонатан на некоторое время просто застыл в изумлении, разглядывая Аврору. Аврора не могла не заметить удивление и восхищение в его глазах.

— Вау, — после долгой паузы произнес Джонатан, — ты такая…

Он пытался подобрать достойные ее красоты эпитеты, но все они казались ему ничтожными. Аврора внимательно смотрела на Джонатана, пытаясь уловить малейшие движения его губ в попытке что-то сказать ей. Ей уже было неважно, что он скажет в следующий момент. Она знала, что попала в его сердце, что для него она – единственная и желанная.

— Аврора, ты бесподобна, — после некоторой паузы продолжил Джонатан, — ты словно ангел, сошедший с небес.

Он смутился от того, что, как ему показалось, его комплимент не получился достойным ее красоты. Джонатан не мог отвести взгляд от нее. Прямая спина, изящные движения, идеальный едва заметный макияж. Ее глаза светились от счастья, буквально гипнотизируя его. Аврора сделала шаг ему навстречу, протянув руку. Джонатан взял ее руку и проводил ее за стол. Попытавшись хоть что-то вспомнить из того, что он читал про этикет высшего общества, он помог ей сесть за стол.

— Джонни, — мягко заговорила она, нежно коснувшись его руки, — будь собой, не заморачивайся всеми этими церемониями. Давай просто поужинаем вместе.

— Конечно, Аврора.

Джонатан понемногу приходил в себя. Они сидели за столом друг напротив друга. Аврора взяла свой бокал вина и посмотрела Джонатану в глаза.

— За наше с тобой знакомство, — произнесла Аврора, протянув бокал в сторону Джонатана.

— За нашу встречу, — ответил Джонатан, и звон от легкого соприкосновения бокалов разлетелся по комнате.

Они сделали по глотку вина и принялись за ужин.

— Джонни, расскажи о своей семье и о себе, кем ты был в своем мире? — спросила Аврора.

— Прежде, чем я смогу ответить на твой вопрос, мне надо понимать, насколько ты знаешь наш мир, — ответил Джонатан.

— Я бы сказала, что знаю достаточно много о вашем мире, об уровне развития науки и технологий. Так что можешь не бояться, что я не пойму какие-то термины, — ответила Аврора.

— Ну что ж, ты сама напросилась, — ответил Джонатан. — Начну с семьи. Мой отец всю свою жизнь занимался автомобилями. Начал он обычным рабочим в мастерской по ремонту автомобилей. Сейчас у него небольшая сеть автосервисов и маленький автосалон. Впрочем, это не значит, что нашу семью можно назвать богатой.

— Моя мама, — продолжил Джонатан, — занималась домом и детьми.

— А сколько у тебя братьев и сестер? — спросила Аврора.

— У меня есть два брата и сестра, — ответил Джонатан, — теперь, собственно, обо мне. Я со школы увлекался компьютерами и программированием. И теперь это моя работа. А еще с детства меня интересовала эпоха средневековья. Точнее сказать, все, что связано с рыцарями. Мы с друзьями даже организовали клуб исторических реконструкций.

— Так ты про этот клуб говорил тогда? — весело рассмеялась Аврора.

— Да, про этот, — ответил Джонатан.

— Тогда тебе не так уж и неуютно будет в нашем мире, — игривым тоном сказала Аврора. — Если я правильно понимаю, ты должен владеть навыками рукопашного боя и верховой езды, верно?

— В определенной степени, — ответил Джонатан. — Разумеется, мы в клубе занимаемся только имитацией боев, и в реальных сражениях я никогда не участвовал.

— У тебя есть все возможности присоединиться к занятиям гарнизона, — сказала Аврора.

Джонатан улыбнулся в ответ.

— А теперь ты расскажи о себе, — Джонатан смотрел в зеленые глаза Авроры с нескрываемым интересом.

— Ну что же. Для начала тебе стоит узнать, что маги в нашем мире живут, как бы сказать, — Аврора задумалась, подбирая слова, — значительно дольше людей.

— Значительно – это насколько? — спросил Джонатан.

— Ну, сколько, ты думаешь, мне сейчас лет? — спросила Аврора, кокетливо прикоснувшись рукой к своим волосам.

— Мне крайне неловко говорить красивой девушке о ее возрасте, — включился в игру Джонатан.

— И все же, не бойся предположить, — Аврора уставилась на Джонатана с игривой улыбкой.

— Ну хорошо, пусть будет… 23 года, — попытался предположить Джонатан, понимая, что все равно не сможет угадать. — Я угадал?

— Почти, — ответила Аврора, не сводя с него глаз, — 328 лет.

— Ого! — Джонатан даже присвистнул от удивления. — А обычные люди в вашем мире сколько живут?

— Столько же, сколько и в вашем мире, — ответила Аврора более серьезным тоном, — с поправкой на уровень медицины и ее доступности.

— Вот ты – маг, — продолжил интересоваться Джонатан. — Ведь это же не работа, я правильно понимаю?

— Нет, не работа, — ответила Аврора, — это моя суть, моя природа. В нашем мире маги играют ключевую роль. — Аврора на некоторое время задумалась. — Во главе большинства королевств стоят могущественные маги, — продолжила она, тщательно подбирая слова и продумывая свой ответ, — часть магов состоит на службе у более могущественных магов. Знаешь, между нашими мирами есть и много других отличий. Например, в нашем мире нельзя создать порох. Даже если попытаться переместить порох из вашего мира в наш, то здесь он будет просто гореть, а не взрываться.

Аврора засмеялась, а потом продолжила.

— Но общего намного больше. Астрономические параметры орбит, структура планет практически идентичны. И длительность суток, года, месяцев такая же, как у вас. Ну почти. Ваш юлианский календарь в нашем мире будет точным.

— Кстати, о календаре и времени, — подхватил тему Джонатан, — какой сегодня день?

— Если переложить на ваш годовой календарь, — Аврора задумалась, пересчитывая дату, — то получается 16 июня. Разумеется, летосчисление у нас другое – 7543 год от пробуждения магов. И, если тебе интересно, то мое имя на самом деле звучит иначе.

— И как же? — спросил Джонатан.

— Айноакѐ. Но смысл имени как раз соответствует имени Аврора из вашего мира, — она улыбнулась, глядя ему в глаза. — Аврора и звучит привычнее, не так ли?

Ее глаза снова засияли, а на лице появилась нежная улыбка. Она наклонилась к Джонатану, ее руки скользнули по столу в его сторону.

— Тебе же нравится имя Аврора? — спросила она игриво.

— Да, нравится, — ответил Джонатан, наклонившись ей навстречу и коснувшись ее рук, — мне кажется, оно очень подходит тебе.

Прикосновение его рук к ее пальцам вызвало волну того самого обволакивающего тепла, которое испытала Аврора в подвале замка при первой их встрече, когда он остановил ее руку. Чем дольше его ладони лежали на ее пальцах, тем сильнее становилось ощущение трепета внутри. В его глазах она увидела то же самое ощущение, которое наполняло сейчас ее. В какой-то момент они оба почувствовали, что их сердца бьются синхронно. От осознания того, что произошло, и у Авроры, и у Джонатана перехватило дыхание, как бывает при погружении в холодную воду. Аврора нехотя отдернула руки, испугавшись, что эта волна накроет ее с головой. В глазах Джонатана читалось не меньшее удивление и непонимание произошедшего.

— Аврора, ты тоже это ощущала? — тихо спросил Джонатан.

— Да, Джонни, — так же тихо ответила Аврора. В ее глазах читалось стремление к нему, казалось, что глаза искали прикосновений, кричали «коснись меня, я хочу большего». Глядя в ее большие зеленые, светящиеся колдовским светом глаза, Джонатан понимал, что из этого омута ему уже не выплыть. Через мгновение они уже стояли и смотрели друг на друга, постепенно сближаясь. Казалось, что все вокруг перестает существовать, просто исчезает в межзвездном пространстве, где было слышно только биение их сердец в едином ритме, в едином дыхании. Прикосновения, поцелуй и только удары единого сердца в оглушающей тишине. Они больше не могли сопротивляться той страсти, что овладела ими. И чем больше они отдавались ей, тем больше комната наполнялась таинственным свечением, которое постепенно концентрировалась над их ложем, образуя яркий бело-фиолетовый светящийся шар. Когда их танец страсти достиг апогея, светящийся шар устремился в их слившиеся воедино тела, наполнив комнату яркой вспышкой.

Глава 3. Nosce te ipsum 1

Дочь моя, помнишь, кого мы ищем? Кто может останавливать время и общаться со звездами, укажет путь к совершенству.

Яркие утренние лучи разбудили Джонатана. К своему удивлению, он обнаружил, что в комнате никого нет, кроме него. Воспоминания о произошедшем ночью были настолько живыми в его памяти, что, казалось, они все еще в объятиях друг друга. Но холодная пустота комнаты, залитой золотым светом восходящего солнца, заставила Джонатана усомниться в реальности того, что между ними было. «Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой», — подумал он, но его душа была не согласна с этим.

Аврора ходила из угла в угол своей комнаты. Мысль о том, что ей не удалось ничего узнать о Джонатане из того, что она хотела, не давала ей покоя. «Он как-то скрывает себя, — думала Аврора, — и я не смогла прорваться в его память». Смириться с тем, что ее план потерпел неудачу, ее разум просто не мог. Она считала себя достаточно сильным магом, но столкнулась с чем-то скрытым, что было в человеке, которого она чуть не убила. Она чувствовала в нем нечто неизвестное и одновременно до глубины души родное. Аврора явно что-то упускала из вида, не справляясь со своими эмоциями.

В какой-то момент Джонатану показалось, что он как бы услышал, что в нем что-то скрыто. «Бред какой-то, — подумал он, — что может быть скрыто во мне? И вообще, это ведь не моя мысль. Тогда чья? Аврора, вот кто может помочь мне найти ответ! — подумал Джонатан». При этой мысли воспоминания о прошедшей ночи с новой силой нахлынули, сердце забилось чаще, и он мысленно поцеловал ее в губы. Ощущения были настолько реальными, словно он действительно поцеловал ее. В этот момент Аврора застыла посреди комнаты, ощутив его поцелуй на своих губах. Это было сродни прохладному душу, дыхание перехватило, волна трепета пробежала по ее телу. «Этого не может быть…» — подумала она. В глубине своего сердца она точно знала – это не воспоминание, это реальный поцелуй здесь и сейчас.

Стук в дверь вернул Джонатана в реальность. Строго по распорядку был доставлен завтрак. Конечно же, оставаться без завтрака он не собирался. Но его мысли были совсем о другом, пока невероятно вкусный омлет, тосты, кофе и круассан занимали свое место в его желудке. Еще неделю назад он твердо знал, кто он, чего он хочет, к чему стремится. Но сейчас вопрос звучал заново — «Кто я?» Джонатану казалось, что в нем что-то пробудилось. Что-то, с чем он раньше не сталкивался, чего он не знает. Но это часть его самого. С этой самой мыслью он отправился прогуляться по двору замка.

Часы на башне замка показывали десять минут десятого утра. Солнце еще не поднялось настолько, чтобы его лучи осветили внутренний двор замка, но постепенно опускались по стене все ниже. Джонатан разглядывал витражи на окнах гостевого блока. Архитектура замка была достаточно строгой, и лишь арки над окнами и дверьми были украшены резьбой по камню. Исключение составляло парадное крыльцо, которое было сделано из черного мрамора. Глядя на качество обработки камня парадного крыльца, можно было усомниться, что это все построено в мире, который застрял по уровню технического развития между средними векам и концом восемнадцатого века.

Основной двор был почти пуст. Только один человек занимался тем, что поливал росшие по периметру небольшие деревца, совершенно не замечая присутствия Джонатана. На мгновение ему показалось, что Аврора идет к нему по коридору замка. В следующий момент она вышла из двери административной части замка и направилась к нему почти бегом. Они обняли друг друга.

— Прости, что я утром ушла, — сказала Аврора, на секунду опустив глаза, — у меня много дел было запланировано, и надо было успеть переодеться и привести себя в порядок. А будить тебя не хотелось. Ну, пожалуйста, прости меня.

Она посмотрела ему в глаза и потянулась к нему в надежде на поцелуй. Джонатан посмотрел в ее изумрудные глаза и поцеловал ее в губы.

— Значит, мне все это не приснилось, — сказал он, прикоснувшись ладонью к ее щеке. Аврора прижала его руку своей рукой.

— Нет, не приснилось, — ее голос звучал тихо и нежно, — все было по-настоящему.

— Так и быть, прощаю тебя, — игриво ответил Джонатан, — только ответь мне на один вопрос.

— Какой? — Аврора с довольной улыбкой посмотрела на него.

— Ты скрываешь мое присутствие в замке? — спросил Джонатан.

Аврора поняла, что не может соврать ему сейчас.

— Да, я скрыла тебя заклинанием почти от всех в этом замке, — она опустила глаза. — Пока нельзя иначе. Я тебе потом все объясню, поверь мне, пожалуйста.

Теперь она смотрела в его глаза, ожидая ответа.

— Хорошо, я тебе верю, — ответил он и улыбнулся.

— Со временем я отвечу на все твои вопросы, Джонни, — сказала Аврора, словно прочитав, что в голове Джонатана много вопросов, ответы на которые он не знает.

— Как ты узнала, что у меня много вопросов?

— Это читается в твоих глазах, — весело усмехнулась Аврора, — а вообще, просто почувствовала это.

— Ты еще скажи, что ты знаешь, какие именно вопросы в моей голове, — пошутил Джонатан.

— Знаю, — ответила Аврора, — главный вопрос знаю.

— Ты читаешь мои мысли? — после непродолжительной паузы спросил серьезно Джонатан.

— Нет, не читаю, — ответила Аврора максимально серьезно. — Я просто задаюсь тем же вопросом. Кто ты? Зачем тебя перенесли в этот мир?

— И что ты сама думаешь? Кто я, по-твоему?

— Я не знаю ответа на этот вопрос, — ответила Аврора, — но анализ крови может дать ответ. Или хотя бы указать путь, где искать ответ.

— Анализ крови? — удивился Джонатан, — Ты серьезно? У тебя есть лаборатория, анализаторы?

— Нет, у меня нет того, что ты перечислил, — ответила Аврора, — но это не значит, что я не могу сделать это. И да, я не буду считать тромбоциты и эритроциты, как ты мог подумать. Это будет совсем другой анализ крови. Не забывай, я маг.

— И что ты можешь узнать по анализу крови?

— Многое. Например, кто твои родители, — ответила Аврора, — и, если повезет, то и кто ты на самом деле.

— Ну хорошо. Допустим, ты все это можешь определить по анализу крови. Но есть одна загвоздка, — Джонатан был максимально серьезен, — я не уверен, сможешь ли ты взять у меня кровь.

— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Аврора. — У меня есть опыт медицинских манипуляций. И не переживай, стерильность будет соблюдена.

— Я не об этом, — продолжил Джонатан, — пойдем на задний двор, я тебе кое-что покажу. Надеюсь, ты умеешь стрелять из лука?

— Умею, конечно же, — удивилась Аврора. — Но при чем здесь анализ крови? Я тебя не понимаю.

— Сейчас поймешь, — ответил Джонатан, встал с лавочки и подал руку Авроре. — Пойдем, сама все увидишь.

Они зашли на хозяйственный двор. Джонатан подвел ее к площадке для тренировок гарнизона замка.

— Бери лук и стрелу с боевым наконечником, — Джонатан встал перед мишенью для стрельбы из лука, — стреляй в меня.

— Ты с ума сошел? — с мольбой в голосе закричала Аврора. — Ты же… Ты же можешь погибнуть!

— Доверься мне, — голос Джонатана был серьезным и уверенным. — Стреляй. По-настоящему стреляй. Поверь мне.

— Но, но, — голос Авроры дрожал, — я не хочу, я боюсь ранить тебя, Джонни, дорогой…

Она почти заплакала. Джонатан с улыбкой посмотрел на нее.

— Не бойся, стреляй, — с юношеской бравадой в голосе произнес он, глядя ей в глаза.

Аврора натянула тетиву, прицелившись в ногу. Ее руки немного дрожали, на глазах появились слезы.

— Ты точно уверен? — сквозь слезы спросила она.

— Абсолютно уверен!

Воздух хозяйственного двора рассек свист стрелы. В то же самое мгновение кожа Джонатана пришла в движение, которое можно было бы заметить только на замедленном повторе, как в спортивных трансляциях. На долю секунды Джонатан стал темно фиолетовым, покрытым крупной чешуей, сверкнувшей на солнце. Стрела с металлических звуком ударилась о его ногу и упала на землю рядом с ним. Аврора, бросив в сторону лук, подбежала к нему. На ее глазах были слезы. Она упала на колени перед ним и проверила место на ноге, куда попала стрела. В ткани штанины было маленькое отверстие от наконечника стрелы, а на ноге Джонатана не было даже царапины. Не вставая с колен, Аврора посмотрела на него удивленным взглядом.

— Но как? — она смотрела ему в глаза. — Как такое может быть? Кто ты?

— Вот именно, — Джонатан помог ей встать. — Кто я?.. И как ты будешь брать у меня анализ крови, если такое творится с моей кожей, когда ее кто-то хочет чем-то проткнуть. Я ничего не делаю, чтобы стать таким, это само происходит.

— Джонни, как ты узнал об этой своей особенности?

— В первый же день, когда гулял по хозяйственному двору. Я рассматривал эту площадку для тренировок, когда с пробежки вернулся взвод лучников. Я стоял к ним спиной, когда они начали стрелять по мишеням. В последний момент я обернулся и испугался – в меня летела стрела. Мне тогда показалось, что она летела в сердце. Я не успел даже дернуться, как стрела с таким же звуком ударилась в меня и отскочила.

— А теперь представь лицо лучника, который в меня стрелял, — усмехнулся Джонатан, — нет, он не бросился проверять, жив ли я. Он очень удивился, что стрела упала на землю, не долетев до мишени. Так я заподозрил, что меня никто не видит здесь. Ну и что со мной не все так просто.

— Почему ты не рассказал мне сразу про этот случай?

— Я хотел рассказать об этом вчера за ужином, — на лице Джонатана появилась улыбка, — но все пошло по другому сценарию.

— Ну да, — Аврора игриво улыбнулась в ответ и на мгновение опустив глаза, — вчера нам было не до этого.

— И все же, — сказала она, вернувшись от приятных воспоминаний к действительности момента, — мы должны попытаться взять кровь на анализ.

— Если это даст ответ на главный вопрос, то я согласен.

— Отлично, — Аврора взяла Джонатана за руку, — пойдем прямо сейчас.

Они направились в замок. По этой лестнице Джонатан еще не ходил, потому что она была для него под запретом. Лестница была узкая и крутая.

— Мы идем в высокую башню? — спросил Джонатан у Авроры.

— Да, лаборатория находится там, наверху, под часами, — сухо ответила Аврора, — не глазей там по сторонам и ничего не трогай. Некоторые предметы и вещества опасны для жизни.

Дверь в конце лестницы была без видимого замка, но открылась сама перед Авророй. Лаборатория представляла из себя небольшое помещение, вдоль стен которого стояли шкафы с различными колбами, баночками, коробочками и прочими странными предметами.

— Не глазей, я же просила, — строго сказала Аврора, — садись на стул.

Она достала с полки блестящий прямоугольный железный ящик с замками на торцах. Поставив его на стол, она тщательно вымыла руки и ополоснула их жидкостью, запах которой напомнил Джонатану спирт.

— Давай руку, — сказала она, открывая ящик и доставая все необходимое.

Ловким движением руки она перетянула жгутом руку Джонатана.

— Теперь самое сложное, Джонни, — ее голос стал мягким и спокойным, — постарайся максимально расслабиться. Я не хочу причинить тебе вред. Я просто возьму немного твоей крови на анализ. Поработай рукой.

Джонатан пытался максимально убедить себя самого, что Аврора не хочет причинить ему вред. В какой-то момент он осознал, что чувствует это, как будто он был подключен незримой линией связи к ее разуму. «Я знаю, милая, — в мыслях произнес Джонатан, сосредоточившись на том ощущении, которое передавалось ему от Авроры, — пробуй». Аврора посмотрела на него. В глазах было удивление. Она видела, что Джонатан ничего не говорил вслух, но отчетливо слышала его слова в своей голове. Аврора не стала терять время на выяснение, что именно сейчас произошло, и воткнула иглу в вену на руке Джонатана с ловкостью медсестры реанимационного отделения. Кожа Джонатана не отреагировала на укол. Через минуту все было сделано.

— А теперь скажи, что ты почувствовал и как ты это сделал? — с нескрываемым любопытством и удивлением спросила Аврора.

— Ты о чем? — удивился Джонатан.

— Я почувствовала, что ты спокоен, что ты знаешь, что я не причиню тебе вред, и в следующий момент ты сказал в моей голове: «Я знаю, милая. Пробуй», — Аврора поставила пробирку с его кровью в какой-то шкаф. — Сейчас времени нет, мне надо заняться твоей кровью. Просто скажи, как ты это сделал.

— Я просто почувствовал, что ты действительно не хочешь мне зла, и мысленно сказал тебе то, что ты, — он сделал паузу и продолжил, — что ты услышала, если можно так сказать.

— Это интересно, — Аврора задумалась на несколько секунд, — сейчас у нас нет времени, но, когда я закончу с анализом, мы обязательно разберемся с этим явлением. Джонни, извини, но я должна просить тебя покинуть лабораторию. Тебе нельзя здесь находиться, пока я буду работать.

— Когда ждать результат? — спросил Джонатан, обернувшись в дверном проеме.

— Не могу сказать точно, — ответила Аврора. — Это не простой процесс. Может быть, пару дней, если повезет.

— Хорошо. Надеюсь, мы получим ответ на главный вопрос, — Джонатан нехотя закрыл за собой дверь и медленно пошел вниз.

Конечно же, ему хотелось быть сейчас рядом с ней, но он понимал: посторонние в лаборатории не должны находиться. Тем более в магической лаборатории. «Ничто так не прочищает мозги, как хорошая тренировка», — подумал он, спускаясь по узкой лестнице и стараясь отвлечься от своих мыслей. Выйдя из башни, Джонатан отправился на хозяйственный двор в надежде воспользоваться тренажерами. Его надежды оправдались, на площадке никого не было. Конечно, тягать гири, это совсем не то, что посещать люксовый тренажерный зал. Но для Джонатана это не было чем-то экзотическим, если помнить о его увлечении рыцарскими боями.

Потратив примерно час на усиленное потоотделение на заднем дворе, Джонатан направился в свою комнату, чтобы привести себя в порядок. Да и обед был уже не за горами. Разумеется, все его мысли были сосредоточены на том, что происходило сейчас на верхнем этаже башни. «Так, все. Хватит. Надо перестать зацикливаться на этом чертовом анализе крови и его результатах», — подумал Джонатан. В это время в комнату принесли обед. И это было для Джонатана спасением от навязчивых мыслей. Во всяком случае, на ближайшие полчаса.

После обеда Джонатан решил, что пора ему осмотреть окрестности, пользуясь тем, что он невидим благодаря заклинанию Авроры. Конечно, он помнил про ее просьбу или даже запрет для него на выход за территорию замка. Но сидеть и ждать результаты анализа в комнате, да еще и неизвестно, как долго ждать, было бы просто невыносимой пыткой для него.

Уже через пару минут Джонатан направлялся к главным воротам замка. Собственно, они были единственными воротами, если не считать несколько выходов к крепостной стене с хозяйственного двора. Насколько можно было сориентироваться по солнцу, ворота смотрели на восток. Несмотря на то, что Джонатан знал, что невидим, он очень осторожно проходил мимо стражи, стоявшей в арке ворот. Калитка была открыта, и он без труда вышел за пределы двора замка.

Замок находился на достаточно высоком холме. Главная крепостная стена находилась немного ниже. Напротив ворот замка в крепостной стене располагались две массивные прямоугольные башни с коронами бойниц наверху. Между башнями располагались ворота, которые сейчас были открыты. Над воротами была арка, на которой так же располагались бойницы для защитников ворот. Вокруг замка, вдоль его стен, проходила вымощенная камнем площадка, ширина которой позволяла без труда передвигаться верхом на лошадях двум или даже трем всадникам рядом.

Высота холма, на котором располагался замок Саи-Карнак, позволяла рассмотреть весь город поверх крепостной стены. Воздух был чистый и прозрачный, так что видно было очень далеко. Холм, на котором располагался замок, был не единственным, но самым высоким. Большая часть домов вокруг крепостной стены замка были каменными. Чем дальше от замка, тем меньше и проще становились дома.

В городе была еще одна крепостная стена, не такая высокая, как та, что защищала замок, но все же вполне пригодная для того, чтобы существенно осложнить задачу осаждающим город.

Обойдя замок, Джонатан насчитал 12 башен в крепостной стене. К двум башням с западной стороны замка вели мосты от дверей построек хоздвора. Башни во второй крепостной стене он даже не стал считать – их было много. Обе стены выложены из красного камня, похожего на гранит. «Здесь явно умеют обрабатывать камень», — подумал Джонатан, рассматривая, как точно были подогнаны грани. Даже большие камни цоколя замка и первого этажа были уложены так плотно, что он не смог бы просунуть лезвие бритвы между камнями. Внешняя грань камней была необработанной, и это придавало больше массивности цокольному этажу. «В нашем мире сейчас так строить не умеют», — размышлял он, проводя рукой по стене замка.

Странное ощущение возникло у Джонатана. Это было похоже, как если бы он прикасался не к холодному мертвому камню, а к чему-то живому. «Вот черт, — подумал он, — какое странное ощущение. Это же просто камень… Или нет?» Он приложил ухо к массивному камню цокольного этажа. Но ничего не услышал. Камень действительно был холодным и твердым. Но странное ощущение, что замок живой, не покидало его. «Да нет, это же бред. Такого не может быть, — рассуждал Джонатан сам с собой. — Но я же что-то чувствую? Что именно?» Он прислушался к своим собственным ощущениям, закрыв глаза. «Спокойствие и что-то еще… Едва заметное», — проговаривал сам себе. Внезапно он осознал, что ощущает пульсацию внутри замка. Нет, не дрожь камней, не вибрацию. Это очень напоминало ритм сердца, только медленный. В несколько раз медленнее привычного человеческого пульса.

«Похоже, к вопросу о том, кто я, надо бы добавить вопрос, кто, — Джонатан не мог уже сказать “что”, — Кто ты, замок?» Он убрал руку от стены и все ощущения пропали. «Нет, это уже слишком много вопросов, — продолжал размышлять Джонатан, — сначала разберусь насчет себя самого. А там будет видно». Чтобы избавиться от странных мыслей и ощущений, он решил выйти за крепостную стену и прогуляться по городу. До ужина еще было достаточно времени.

Сразу за крепостной стеной замка располагался ров с водой, через который был перекинут подъемный мост, к дальнему краю которого тянулись металлические цепи из башен, расположенных по краям ворот крепостной стены. В пределах между крепостной стеной замка и крепостной стеной старого города улицы были упорядочены в виде паутины, но при этом прямым лучом от стены до стены шла только одна улица – от ворот крепостной стены замка до ворот стены города.

Часть города между стеной замка и стеной города была чистой и ухоженной. По стилю архитектуры все было очень похоже на старые города Европы. Вдоль улиц стояли столбы масляных фонарей. По улицам проезжали экипажи, запряженные лошадьми. По тротуарам прохожие спешили по своим делам. Большая часть домов в этой части города была высотой от двух до четырех этажей. Во многих домах на первом этаже располагались магазины и лавки. Разобрать надписи на вывесках Джонатан не мог. Буквы на вывесках были немного похожи на греческие.

Часы на башне замка пробили шесть часов вечера. Солнце уже клонилось к закату, и Джонатан поспешил вернуться в замок, потому что с наступлением темноты ворота крепостной стены замка закрывались. Едва войдя во внутренний двор замка, он ощутил тревогу, причины которой он не мог объяснить. И это чувство постепенно нарастало. Джонатан направился к двери на лестницу гостевого блока, но ощущение тревоги не покидало его. Подходя к стене замка, он снова ощутил те самые удары, напоминавшие биение сердца. Чем ближе он подходил к стене замка, тем отчетливее слышал удары в своей голове. Он прислонился спиной к стене замка и вдруг ему показалось, что с востока к замку что-то приближается, что-то черное и злое. И это что-то приближалось с огромной скоростью.

Джонатану показалось, что он видел это существо или духа сквозь строения замка. Глухие удары в его голове, которые были похожи на замедленный ритм сердца, стали сильнее и чаще. Ощущение угрозы нарастало в его голове стремительно. «Кто бы ты ни был, — обратился он сам к себе, к другому себе, который до этого проявлялся в том, что защищал Джонатана, — действуй!» Разумеется, времени на медитацию, концентрацию и изучение магических практик у Джонатана не было. Оставались, по ощущениям, лишь несколько секунд до того момента, как стремительно приближающееся к замку нечто окажется во дворе.

Внезапно Джонатан осознал себя сторонним наблюдателем в своем теле. Он по-прежнему ощущал все происходящее вокруг, но его тело начало действовать самостоятельно. Он встал в позу, больше напоминавшую положение спортсмена, называемую «высокий старт», как будто готовился принять удар волны. Его ладони прижались к стене замка. В это же мгновение Джонатан ощутил, как будто бы тысячи иголок вонзились в его руки, но это не было больно. Его тело засветилось фиолетовым светом, между руками и замком возникло яркое фиолетовое свечение. Его тело напряглось до судорог в мышцах, он словно стал единым целым с замком.

Прошла всего лишь пара секунд. Зрение Джонатана изменилось. Теперь он видел замок как бы сквозь стены и видел приближающееся с огромной скоростью темное нечто, от которого исходила нестерпимая злоба. В следующую секунду непрошеный гость ворвался во двор замка. Тело Джонатана выдало мощный импульс через руки, которые были прижаты к стене замка. Непрошеный гость, если его можно так назвать, почти замер, точнее двигался сильно замедленно, как в кинофильмах. Ощущение времени стало странным. В это же мгновение тысячи светящихся жгутов из стен замка вонзились в темное нечто, и оно застыло на месте. Со стороны это было похоже на то, как муха попадает в паутину, только в замедленном повторе.

В это время жар наполнил руки Джонатана. Они начали светиться красным светом. Джонатан оторвал руки от стены замка, разряды, похожие на электрические, тянулись от стены замка. Он двигался как обычно, не замедленно, свел ладони вместе. В этот момент между ними ослепительным светом вспыхнул огненный шарик. Джонатан развел руки на расстояние локтя между ладонями, растягивая шар, светящийся ослепительным красным светом. В следующий момент он с силой бросил, если так можно сказать, этот шар в темную сущность, которую замок продолжал удерживать в паутине светящихся жгутов, напоминающих электрические разряды. Шар стремительно полетел в цель, оставляя за собой шлейф светящихся искр. Яркая вспышка озарила двор замка. Облако красных искр дожигало то, что осталось от непрошеного гостя. Руки Джонатана снова были прижаты к стене. Через несколько секунд все огни, искры и молнии погасли, и все снова начало двигаться в привычном ритме.

Дверь башни, в которой находилась магическая лаборатория Авроры, распахнулась, и она выбежала с истошным криком: «Джонатан! Джонатан!» В ее глазах был страх и отчаяние. Джонатан сидел у стены замка, постепенно приходя в себя. Она подбежала к нему.

— Джонатан, ты живой? — она ощупывала его руками, ее ладони светились едва заметным белым свечением. — Что случилось? Ты в порядке?

Джонатан догадался, что Аврора проверяла его состояние, «сканируя» его своими руками.

— Вроде как в порядке, — ответил Джонатан. — Не знаю, что это было. Но, кажется, я это что-то уничтожил. Точнее, это был не совсем я.

Он встал на ноги и обнял Аврору.

— Я все видела через окно в двери, — Аврора все никак не могла успокоиться, — но не могла ничего сделать. Когда замок защищается, он закрывает все двери. А применить магию из башни невозможно. Она построена так, что в нее не может никакая магия проникнуть и выйти из нее тоже не может.

Аврора продолжала ощупывать Джонатана, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

— Главное, что все хорошо, все живы, — уже почти спокойно сказал Джонатан. — Это нечто пыталось напасть на меня. Я это чувствовал. Кто или что это было?

Аврора немного задумалась надо ответом.

— Если я правильно поняла, то это был, — она задумалась на пару секунд, — это был редкий вид демонов из другого мира. Их используют как наемных убийц. Но это стоит очень дорого. Не так много магов в нашем мире, кто мог бы себе это позволить.

Джонатан удивился услышанному.

— Ты хочешь сказать, что кто-то меня хотел убить? — переспросил он.

Аврора нежно поцеловала его в губы.

— Да, мой милый, — она улыбнулась, глядя ему в глаза. — Но я тебя никому не отдам.

Ее взгляд снова стал серьезным, улыбка исчезла с лица.

— Теперь ты понимаешь, почему я просила тебя не выходить за территорию замка? — очень серьезно сказала Аврора. — Замок умеет защищаться. И пока ты на его территории, ты… — Она на секунду задумалась. — Я очень испугалась за тебя, — тихо сказала Аврора, обняв Джонатана, — пожалуйста, не выходи из замка. Хотя бы пока мы не пройдем с тобой базу по защите от демонов.

Джонатан удивился услышанному.

— Ты будешь учить меня магии? — спросил он, широко улыбнувшись.

— У меня нет выбора, — ответила Аврора. — Но не сейчас. Мне надо закончить исследование анализа. Я очень надеюсь, что завтра к ужину я буду знать о тебе намного больше, чем сейчас. Иди в свою комнату, пока ужин не остыл.

Она еще раз поцеловала его и побежала в башню. Джонатан отправился к себе в комнату. Эмоции переполняли его. Он только что стал не просто участником, а главным героем такого крутого эпизода, каким не каждый голливудский фильм про фантастических супергероев может похвастаться. В голове Джонатана снова было множество вопросов. Что за сила скрывается в нем? Почему эта сила взаимодействует с замком как одно целое? Значит ли то, что Аврора будет учить его магии, что он сам – маг? Почему его кожа превращается в чешую при угрозе? Почему он вообще оказался в этом странном мире? Много вопросов и ни одного ответа. Мысли о произошедшем сводили его с ума. И даже великолепный ужин, который ждал его и наполнял ароматом его комнату, не смог разогнать этот рой вопросов.

И все же усталость и красное вино, прилагавшееся к ужину, в итоге взяли верх над вихрем мыслей в голове Джонатана, и он заснул, пусть и далеко за полночь. Ему снилось звездное небо в безлунную ночь. Он не мог узнать ни одного созвездия, но продолжал рассматривать звезды. Его сознание тянулось к ним. Через мгновение он ощутил себя посреди межзвездного пространства в полном безмолвии. Казалось, что время остановилось вокруг, все замерло. Он вслушивался в это безмолвие, словно хотел услышать голос звезд.

Стук в дверь вернул его с небес на землю. В комнату принесли завтрак. Впечатления от прерванного сна были очень яркими. Джонатан пытался максимально запомнить и сам сон во всех подробностях, и свои ощущения.

«Надо будет узнать у Авроры, может ли кто-либо будить меня в одно и то же время по утрам», — подумал Джонатан, наблюдая, как слуга сервирует стол. Но прежде, чем он сможет спросить у нее, она должна закончить исследование его крови и вернуться из башни. А пока ему оставалось только ждать и пытаться отвлечься от размышлений, от волнительного ожидания ответа на самый главный вопрос, кто же он на самом деле. Но еще более назойливой была мысль о том, что вдруг анализ ничего не прояснит или выяснится, что все это обман, что он самый обычный человек. Или что он просто очнется в палате реанимации после аварии, в которую он попал. И весь страх этой мысли был в том, что тогда Аврора исчезнет вместе со всем этим миром, где он сейчас находится. Сердце Джонатана было категорически против такого развития событий. Он не был готов потерять ее.

Отбиваться от этих мыслей было очень непросто. Даже занятия на площадке гарнизона замка не могли полностью навести порядок в голове Джонатана. Но все же это было лучше, как ему казалось, чем сидеть в комнате в одиночестве и пытаться что-то понять из того, что он уже видел своими глазами и прочувствовал своим телом и душой.

К сожалению, провести на площадке весь день у Джонатана возможности тоже не было. У гарнизона было свое расписание занятий, и ему пришлось искать себе другие развлечения на оставшиеся пару часов до ужина. Джонатан посмотрел через ворота на город, но не рискнул выйти за пределы замка. Поднявшись на третий этаж гостевой части замка, он вспомнил, что Аврора говорила про служителя библиотеки, что он может подобрать что-то для Джонатана.

Помещение библиотеки было достаточно большим. Книжные полки были высотой от пола и почти до самых арок сводчатого потолка. На наружной стене библиотеки были высокие витражные окна, через которые проникало достаточно много света, чтобы помещение не казалось мрачным и темным. Посередине библиотеки располагались столы для работы с книгами. Интерьер напоминал Джонатану старинные библиотеки в европейских городах. И даже запах был такой же.

Первое, что попросил Джонатан у служителя, – это географические карты. Увы, но большинство подробных карт были только на языках этого мира, но одна карта, больше похожая на гравюру, была на английском языке. Как объяснил служитель, эта карта охватывает только Эвендер и граничащие с ним королевства и страны. Да и то не полностью. Всего же государств на этом материке, по последним данным, насчитывается около 35, не считая мелких независимых княжеств и страны кочевников Иермак-Ор, которая не имеет единой столицы. 12 королевств, включая Эвендер расположены на запад от горного хребта Сурас Пал, остальные – на восток.

Тишину библиотеки нарушили торопливые шаги Авроры.

— Вот ты где. А я тебя ищу, — в руках Аврора держала небольшую папку с бумагами. — Пойдем, есть что обсудить.

На лице Авроры не было восторга или радости, скорее она была озадачена чем-то, словно все еще обдумывая какую-то информацию. Они зашли в комнату Джонатана. Аврора положила папку на стол, достала первый листок.

— Даже не знаю с чего начать, — начала Аврора, — анализ крови показал, что как минимум 50 процентов твоей крови не из твоего мира.

В комнате повисла пауза.

— Как не из моего мира? — с недоумением спросил Джонатан.

— Не знаю как. Мне не известны случаи перемещения кого-либо из нашего мира в ваш, только к нам. Но суть не в этом. Твои родители не являются биологическими родителями. Ты приемный ребенок.

— Но как ты можешь это утверждать, не имея их образцов крови для сравнения, — возразил Джонатан.

— Не забывай, это не общий анализ крови и даже не ДНК-тест, которые делают в твоем мире. Мой анализ может сказать больше, чем ты можешь себе представить.

На лице Авроры читалось потрясение и даже смятение. Она долго подбирала слова.

— Но даже я не могу сказать всего, что хотелось бы о тебе узнать. Однозначно я могу сказать лишь одно. В твоих жилах кровь мага.

Аврора опустила глаза. Казалось, что она боится сказать больше, чем должна.

— Но откуда? В нашем мире нет магов, — Джонатан не мог поверить в то, что услышал. Хотя это вполне объясняло то, что происходит с ним, его сверхъестественные способности.

Аврора посмотрела ему в глаза.

— Я не знаю, — она снова опустила взгляд. — Лучше скажи, сколько тебе сейчас полных лет и когда твой день рождения.

— Мне 29 лет. День рождения был 15 января. А что от этого зависит?

— Очень многое, — ответила Аврора, не поднимая глаз. — Я тебе сейчас расскажу самое основное о природе магии в нашем мире…

Джонатана не покидало ощущение, что Аврора знает намного больше, чем говорит ему. И она чем-то напугана или ошеломлена. Это читалось в ее глазах, как бы она ни пыталась это скрыть от Джонатана.

— Итак. Откуда появились первые маги в нашем мире, я тебе сейчас рассказывать не буду. Со временем ты сам прочитаешь об этом в наших легендах. Магия доступна только магам по крови. Любая магия имеет свою цену. Рожденные магами получают десять тысяч условных лет мага. Это не годы жизни по календарю, это ресурс мага. По своей природе маги могут жить вечно. Женщины-маги становятся совершеннолетними в двадцать пять лет, мужчины – в тридцать. До этого возраста идет обучение. И возможности несовершеннолетних магов ограничены, но и ресурс еще не расходуется. После совершеннолетия мага каждое магическое действие расходует тот самый ресурс – годы мага. Какое-то заклинание стоит несколько минут, а какое-то – несколько лет. Именно поэтому магия – это крайнее средство для решения вопросов или проблем. Когда кончаются годы мага, маг умирает.

Джонатан слушал внимательно, стараясь не упустить ничего.

— Это получается, что у меня для обучения осталось меньше семи месяцев?

— Да, — ответила Аврора, — всего лишь семь месяцев на то, что мы изучаем почти два десятилетия. Тебе придется ударно потрудиться.

— Аврора, скажи, откуда берется сила мага?

— Основные источники силы – природа мага и окружающий мир. Одна магия истощает тело, другая – годы мага, третья – и то и другое. Но есть и специфические источники силы. Это разные магические предметы или артефакты, как их называют в вашем мире. Они бывают разной силы и могут иметь разные сферы применения. Но и их силы не бесконечны. Наиболее дорогие виды магии связаны с природными стихиями. Чем значительнее вмешательство, тем оно больше лет мага отнимает. Бывали случаи, когда маг за одно действие тратил весь свой ресурс и умирал. Мудрость мага в том, чтобы не использовать магию там, где возможно обойтись без нее, и избегать ситуации, где не будет другого выхода.

— Маги – это высшая сила в вашем мире? — спросил Джонатан.

— Нет, — голос Авроры стал тише, — есть высший разум, Создатель, установивший все законы мира. И спорить с ним не может ни один маг. Некоторые пытались, но быстро сгорали, потратив все свои годы мага за одну битву с Тем, с кем спорить бессмысленно. Миссия мага – поддерживать баланс сил природы и людей. Но это в идеале. Маги не идеальны. У каждого есть свои амбиции, гордость, мудрость. Ничто человеческое не чуждо магам.

Аврора замолчала на какое-то время, словно погрузившись в свои мысли. В какой-то момент Джонатану показалось, что она еще что-то хотела сказать, но передумала.

— На сегодня достаточно, — немного встрепенувшись, продолжила Аврора. — Я и так тебя загрузила, наверное, по полной. Завтра я принесу тебе пару книг для начала. Комната для занятий находится в высокой башне, под лабораторией.

— Аврора, мне что, придется учить кучу заклинаний на непонятном языке?

— В том числе. У разных магов разные способности, а также средства и способы их применения. Далеко не всегда надо читать заклинания.

В это время раздался стук в дверь.

— Мне нужно идти. Есть неотложные дела. Приятного аппетита.

Аврора вышла из комнаты разминувшись со слугой, который привез тележку с ужином. «Похоже, тебе, Джонни, придется привыкать к недосказанности и неопределенности», — сказал он сам себе, в недоумении глядя на дверь. Из результатов анализов, точнее из того, что поведала ему Аврора, абсолютно новым для Джонатана было лишь то, что люди, которых он считал своими родителями, таковыми не являются по крови. Но это мало что меняло для него. Ведь вернуться обратно в свой мир он не мог, равно как не мог им позвонить или отправить электронное письмо с весточкой от том, что он жив.

Очередная ночь прошла для Джонатана в размышлениях о событиях, которые произошли за прошедшие три дня его пребывания в новом для себя мире, о результатах анализа и предстоящем изучении магии. Когда же сон превозмог все эмоции и тревоги прошедшего дня, тайны звезд снова манили его в сновидениях. Как результат всего этого беспокойства, Джонатан проснулся рано, но совершенно не отдохнувший. Времени до завтрака было еще предостаточно. В надежде, что утренняя прохлада поможет ему привести себя в норму, Джонатан рискнул устроить себе пробежку вокруг замка. И это действительно помогло. Прохладный утренний воздух, лучи солнца, только показавшегося над горизонтом, и примерно двадцать кругов бега в среднем темпе вокруг замка взбодрили Джонатана в достаточной степени, как ему показалось. Добавив к этому заряду порцию кофе, вкус которого в этом мире несколько отличался от привычного для Джонатана, но бодрил точно ничуть не хуже. Теперь он был готов к тому, что ожидает его сегодня. Во всяком случае, Джонатан думал, что он готов.

В начале десятого Аврора зашла к нему в комнату, и они вместе пошли на первое занятие в его персональной школе магии. В комнате, расположенной в той же башне, что и лаборатория, но этажом ниже, обстановка была очень похожа на школьный класс. У окна стояли два рабочих стола, сдвинутых между собой, на которых стояли настольные лампы с зелеными плафонами, очень напоминающие керосиновые. На стене справа была доска с полкой для мела. По краям доски на стенах висели масляные фонари, которые светили только на доску. Почти всю противоположную стену занимал книжный шкаф с тумбочками внизу. Рядом книжным шкафом стоял еще один шкаф, напоминающий комод, только выше. Каждый ящик этого шкафа имел свой замок.

— Проходи, садись, — голос Авроры звучал совсем не как учительский. — Здесь ты будешь заниматься как самостоятельно, так и вместе со мной.

— Здесь все как в старых библиотеках, — Джонатан ощупывал сукно, которым были покрыты столешницы.

— Я пока не знаю, какой из меня получится учитель магии. Но выбора нет ни у тебя, ни у меня, — Аврора попыталась говорить чуть строже, но совсем не улыбаться, глядя на Джонатана она не могла, — да, именно так, у тебя тоже нет выбора. Ты просто не выживешь в нашем мире, не научившись основам магии и защиты от нее. Я не предполагала, что на тебя так быстро начнется охота.

Аврора резко замолчала, словно спохватилась, что сказала лишнего.

— Охота? — удивился Джонатан. — На меня? Но кому я могу быть нужен?

— Я не знаю, — ответила Аврора, — мне самой далеко не все еще понятно с твоим появлением.

— Мне кажется, ты что-то скрываешь от меня, Аврора, — Джонатан старался говорить мягко, чтобы не вызвать ощущения у Авроры, что он ее в чем-то обвиняет. Аврора задумалась на пару секунд.

— Я не скрываю от тебя то, что я знаю наверняка, — ответила она, стараясь говорить спокойно и уверенно, — но остается очень много того, что требует выяснения или уточнения. И пока я все это не выясню, я тебе не могу это сказать.

Аврора взяла с полки книжного шкафа довольно толстую книгу в кожаном переплете.

— Это твой первый учебник, — она протянула книгу Джонатану. — Я ее сама переводила.

Джонатан уловил нотку лукавства в ее голосе, но не придал этому должного значения. Он осторожно взял книгу, повертел ее в руках, словно наслаждаясь тактильными ощущениями, и осторожно открыл ее. Он ожидал, что книга будет рукописная, но она была напечатана типографским способом и на достаточно тонкой и качественной бумаге. Он с удивлением посмотрел на Аврору.

— Это же титанический труд, напечатать книгу в единственном экземпляре?

— Наши технологии не такие уж и отсталые, как тебе могло показаться вначале, — в голосе Авроры слышалась гордость от того, что она смогла удивить его такой простой вещью, как книга, — да, это труд многих людей, не только мой. И стоит такая книга дорого. Но она того стоит. И еще. Книги по магии нельзя выносить из башни. Двери просто не откроются. Это наша защита информации, если говорить привычными для тебя терминами.

Аврора была довольна собой, довольна тем, что смогла блеснуть знаниями о его мире и технологиях, но в ее глазах читалось и нечто большее – искренняя нежность к Джонатану.

— У тебя еще будет время изучить наш мир, как живем мы, как живут люди. А сейчас давай протестируем тебя немного.

Аврора разложила на столе несколько мелких предметов из разных материалов и разной формы.

— Итак, — сказала она, — твоя задача – почувствовать эти предметы, не касаясь их. На первом этапе можешь подносить руку близко к предмету, но не касаясь его. В результате, ты должен почувствовать, словно прикоснулся к нему. Но если ты сможешь сдвинуть предмет, а в идеале поднять его в воздух так, чтобы он завис над столом, то это будет просто супер. Хотя, честно тебе скажу, у меня в детстве это не получилось в первый день занятий.

Аврора засмеялась звонким смехом.

— Чтобы твое зрение тебе не помогало в этом, я завяжу тебе глаза, — она достала черную повязку из ящика в столе и завязала Джонатану глаза. Поправив повязку, она нежно прикоснулась руками к его лицу и шепотом сказала: «У тебя все получится, я в тебя верю». Потом Аврора поменяла местами все предметы на столе, убрав некоторые и добавив новые.

Джонатан попытался водить руками над столом, чтобы хоть что-то почувствовать, но безрезультатно. Аврора смотрела на него с улыбкой.

— Вспомни свои ощущения, когда ты почувствовал приближение демона, — сказала она ему, — на самом деле руки тебе для этого не нужны. Не они чувствуют предметы на расстоянии. Ты чувствуешь, ты видишь. Твой разум, соединенный с твоим магическим естеством. Вспомни свое состояние, вернись в него в своей голове.

Ее слова эхом отзывались в его голове, словно она пыталась вложить их в его разум как своеобразное заклинание. Джонатан вспомнил, как он обратился к тому, что было в нем в той критической ситуации с демоном во дворе замка. Он пытался найти контакт с той самой частью себя, которая вчера проявила себя. И чем больше он погружался в этот поиск, тем спокойней становились его мысли. Он поймал себя на том, что уже не думает о предметах на столе, о том, что ему надо их «увидеть» и «потрогать», не касаясь руками и не смотря глазами.

— Предметов девять, — не уверенно произнес он.

— Внимательнее, — ответила Аврора. На столе лежало 8 предметов.

— Нет, их девять, — повторил Джонатан.

Аврора сильно удивилась.

— Почему девять? — спросила она его.

— В ящике стола, под столешницей, девятый предмет, — на этот раз увереннее сказал Джонатан.

— Может быть скажешь, что в ящике стола?

— Скажу. Там чернильница, пустая, — ответил Джонатан с улыбкой на лице и посмотрел на Аврору.

Для стороннего человека это было странное ощущение, когда на тебя смотрит человек с завязанными глазами, но смотрит так, словно видит тебя. Впрочем, удивить этим Аврору было невозможно. Она внимательно посмотрела на стол.

— Ты прав, там действительно лежит старая чернильница, — в ее глазах читалось удивление и восхищение успехами Джонатана, — продолжай, опиши все предметы, которые на столе.

Джонатан перечислил все предметы и рассказал, из какого материала сделан каждый из них.

— Завязанные глаза сейчас облегчают твою задачу на самом деле, — продолжила Аврора, — через несколько занятий ты уже должен уметь не отвлекаться на обычное зрение и слух. Я буду менять предметы, ты будешь рассказывать, что на что я поменяла и описывать новые предметы и в каком порядке они лежат. Я жду от тебя более подробных описаний с каждым шагом упражнения.

За этим, казалось бы, простым упражнением они провели около часа. А дальше все было как в школе – перемена 15 минут и следующее занятие. В конце второго урока Аврора убрала все предметы в ящик.

— Запомни свое состояние сейчас, когда ты в «работе», — голос Авроры звучал серьезно, подчеркивая значимость ее слов, — тебе надо будет упражняться в том, чтобы входить в это состояние так же легко и быстро, как поворачивать голову на окрик. Все наши упражнения в ближайшие дни будут нацелены именно на это. Важно не то, что ты сможешь видеть сквозь стены или передвигать предметы, а то, что ты постоянно в контакте со своим магическим «Я». И этот контакт должен углубляться. Ты будешь познавать себя как мага.

— Погоди, а как же конкретные навыки? — поинтересовался Джонатан.

— Навыки мы будем развивать параллельно, — ответила Аврора, — кстати, заодно и исследуем твои основные сферы магии. Они есть у каждого мага. В этих сферах маг сильнее всего. Но это не значит, что он больше ничего не может. Извини, но мне пора, — заторопилась Аврора, глянув на часы на стене комнаты, — кроме твоего обучения у меня еще куча дел, которые никто за меня не сделает.

Аврора покинула учебный класс, оставив Джонатана один на один с толстым учебником по основам магии, и ушла заниматься своими делами.

Нельзя сказать, что учебник по магии был легким чтивом для Джонатана, но содержание первых страниц было ему уже знакомо по вчерашнему разговору с Авророй и сегодняшним урокам. Однако стремление Джонатана познать свою новую сущность, подружиться с ней, стать с ней единым целым, давало ему очень сильную мотивацию изучения принципиально новой для него сферы. Увлекшись чтением, Джонатан чуть было не пропустил обед. Разумеется, унести книгу из башни у Джонатана не получилось, как и предупреждала его Аврора. Но он был бы не он, если бы не попробовал сделать это.

Во время послеобеденной прогулки по двору замка он продолжал размышлять обо всем, что произошло с ним и происходило в данный момент. Даже после двух уроков ему казалось, что он по-новому стал ощущать окружающий мир. Пусть это было пока еще малопонятное чувство, где-то глубоко в подсознании или в том, что, как ему казалось, жило внутри него. Он пытался понять, что это или кто это. И простая констатация, что в его жилах течет кровь некоего предка, который был из этого, магического мира, его не устраивала.

Вернувшись в класс для занятий, он продолжил читать учебник Авроры, но не мог и там найти все ответы на свои вопросы. Хотя некоторые упражнения в учебнике и легкость, с которой ему давались некоторые из них, пробудила в нем интерес к природе таких склонностей в его способностях. Всего лишь за 15 минут упражнений он научился зажигать свечи и предметы. В то же время перемещение предметов на расстоянии никак не давалось ему.

Отложив книгу в сторону, он размышлял о том, почему ему легко даются все упражнения, которые связаны с огнем. Ведь он или тот, кто в нем, именно огненным шаром уничтожил демона, пытавшегося напасть на него. И тут он вспомнил про то, как реагирует его кожа на механические угрозы, как она превращается в некое подобие очень прочной чешуи. «Какие существа в сказках покрыты чешуей и… изрыгают пламя?» — этот вопрос буквально пронзил его мозг стрелой. «Да нет, быть того не может, — подумал он. — Это же сказки. Какие драконы?! Ну и фантазия у тебя, Джонатан. Жаль, нет рядом Авроры, я бы у нее спросил, есть ли в их мире драконы».

Еще одна мысль прожгла его разум. «Мысли!» — воскликнул он вслух. Но эта башня не пропускала магию. И как бы он ни старался обратиться к Авроре мысленно, как было в тот момент в его комнате, когда она услышала его мысленную просьбу не уходить, ничего не получалось. «Что же я здесь сижу!» — подумал он и, положив учебник на полку, направился к себе в комнату. «Надо снова попробовать сделать это из комнаты. Тогда сработало, может быть, сработает еще раз», — думал он, быстро шагая по коридорам и лестницам замка.

Войдя в свою комнату, он сел на кровать, как было в тот вечер, и мысленно обратился к ней.

— Аврора, слышишь ли ты меня?

В это время Аврора работала в своем кабинете с важными документами. Его слова, прозвучавшие в ее голове, стали полной неожиданностью для нее. Она подняла голову, ее взгляд устремился куда-то вдаль, словно она пыталась сквозь стены увидеть Джонатана, где бы он ни был в этот момент.

— Да, Джонатан, — так же в мыслях ответила она ему. — Так это на самом деле происходит. Я думала, мне тогда показалось… И у тебя в комнате, и в лаборатории…

А еще она вспомнила его поцелуй утром, после их первой ночи, когда она уже ушла от него, но явно ощутила прикосновение его губ несмотря на то, что Джонатана не было рядом. Ее сердце затрепетало, и приятное волнение наполнило ее с головы до пят.

— Ты помнишь нашу первую ночь вместе? — спросил мысленно Джонатан. Небольшая пауза повисла между ними, словно Аврора пыталась вспомнить подробности того, что тогда произошло.

— Конечно, помню, — мысленно ответила она, хотя помнила она только его.

— Мне показалось, что тогда произошло нечто большее, — Джонатан задумался, пытаясь подобрать слова. — Помнишь свечение в комнате и яркую вспышку? Тогда мне показалось, что в меня что-то влетело. Что-то горячее, но приятное. И это было… это было не телесное ощущение. Это было нечто волшебное, как мне тогда показалось.

Аврора явно смутилась, вспоминая события той ночи.

— Все было как в тумане, — заговорила она после некоторой паузы, — но что-то подобное тому, что ты описываешь, я тоже ощутила. Думаешь, это как-то связано с тем, что мы теперь можем общаться с тобой мыслями?

— Это я у тебя должен спрашивать, — весело засмеялся Джонатан, — я же не волшебник, я только учусь. Кстати, у меня к тебе еще один вопрос. В вашем мире есть драконы?

И снова между ними повисла пауза.

— Драконы? — переспросила Аврора, задумавшись, и после паузы продолжила, — вообще-то да, есть упоминания о драконах. Но лично я не видела их живьем.

В ее голосе звучала какая-то недосказанность, будто бы ей не хотелось сказать что-то лишнее.

— А в вашей библиотеке есть что-то серьезное про драконов, — продолжал интересоваться Джонатан, — не в общей библиотеке, а в магической?

— Нет, не думаю... — неуверенно ответила Аврора.

— Ну хорошо, — не унимался Джонатан, — а про магию огня, виды магического огня есть что-то?

Пауза затянулась. Аврора вспоминала, есть ли что-то у нее про магический огонь.

— Кажется, что-то было, — ответила она более уверенно, — если я найду, я завтра принесу тебе в класс.

«Ну хоть что-то», — подумал про себя Джонатан. А потом снова обратился мысленно к Авроре.

— Ты придешь сегодня на ужин? — спросил Джонатан слегка игриво.

— Я подумаю, — кокетливо ответила Аврора.

В ожидании ужина Джонатан взял лист бумаги на столе в своей комнате. К своему удивлению, он понял, что до сих пор даже не исследовал содержимое своего рабочего стола. И что кроме стопки слегка желтоватых листов бумаги в ящике лежала небольшая деревянная коробочка размером с половину листа бумаги, если его согнуть по длинной стороне, и высотой около двух дюймов. В коробочке он обнаружил два небольших флакона с чернилами синего и красного цвета, две аккуратно сложенные в форме квадрата размером со спичечный коробок тряпочки и две перьевых ручки с металлическими корпусами. Все предметы располагались в выемках соответствующего размера. Крышка коробочки была на шарнирах и открывалась немного более чем на девяносто градусов, удерживаемая от дальнейшего открытия двумя тесемками по краям.

То, что ручек было две и они были красного и синего цвета, пришлось как нельзя кстати. Джонатан начал старательно разлиновывать лист на прямоугольники с клеточками внутри. 12 прямоугольников по 7 строк клеточек в каждом и по 6 столбцов. Осталось только заполнить клеточки цифрами, и получился календарь. Отметив в только что нарисованном календаре дату своего «прибытия» в этот магический мир, он отметил все прожитые дни. По ощущениям ему казалось, что он здесь уже пару недель, но на календаре только пять клеточек были перечеркнуты, вместе с сегодняшним днем.

В дверь постучали. Но время ужина еще не подошло. Джонатан сам открыл дверь Авроре.

— Я рад тебя видеть, Айнѐ, — Джонатан обнял ее, как будто они не виделись несколько дней. — Ты не против, если я тебя буду называть так?

— Я очень рада тебя видеть, Джонни, — ответила Аврора, сверкнув зелеными глазами. — Ты угадал имя, которым меня называли в детстве. Мне очень приятно слышать его от тебя.

Они сели в кресла, которые стояли возле рабочего стола.

— Расскажи мне больше про этот мир, — попросил Джонатан, — чем еще он отличается от нашего мира?

— Ну хорошо, — Аврора устроилась удобнее в кресле. — Слушай. Растительный мир нашей планеты очень похож на ваш, только более разнообразен. Это связано с тем, что у нас нет больших климатических контрастов между сезонами. И даже в северных странах достаточно тепло, хотя и на несколько недель выпадает снег. Думаю, что поэтому у нас не бывает ураганов. Во всяком случае, таких сильных, какие бывают в вашем мире. Что касается животного мира, то и он очень похож на ваш. Люди так же приручили многих животных. Лошадей, кошек и собак ты видел. Они почти такие же, как и в вашем мире. В этой сфере наши миры очень близки. И для тебя не будет дискомфорта. Что касается дикой природы, то в необжитых и труднодоступных территориях можно встретить довольно экзотических, с твоей точки зрения, тварей. Тут стоит быть осторожным. В морях так же, как и у вас, есть рыбы, моллюски, животные… Может быть, немного покрупнее, чем в вашем мире. И они могут быть опасны для моряков.

— Но если ты говоришь, что, к примеру, порох у вас не взрывается, то должны быть какие-то серьезные различия в микромире, в структуре вещества, физике и химии процессов? — поинтересовался Джонатан.

— Разумеется, такие отличия есть, — ответила Аврора, — и когда ты достаточно глубоко изучишь магию, ты начнешь их видеть. Ты сможешь познать этот мир гораздо больше и глубже, чем ваши ученые знают ваш мир. Но на это нужно время, много времени. Может быть, поэтому жизнь магов такая длинная.

Они разговаривали о природе, законах физики и о многом другом, в чем были похожи миры и в чем отличались. Но времени было слишком мало, чтобы задать все вопросы и получить все ответы. Да и ужин привезли вовремя, и уже через пару минут был накрыт стол на двоих, горели свечи, и красное вино в бокалах призывало их отвлечься от всех вопросов и забот. Это был их вечер…

Золотые лучи утреннего солнца наполнили комнату Джонатана. Он открыл глаза. Ему казалось, это было лучшее утро в его жизни. Аврора лежала рядом. Ее рыжие волосы были разбросаны на подушке. Приоткрыв глаза, она посмотрела на него с улыбкой.

— Доброе утро, Айнѐ.

— Доброе утро, Джонни, — ответила Аврора, потянувшись к нему, чтобы поцеловать его.

Он обнял ее и поцеловал. Но поцелуй был не долгим.

— Айнѐ, солнышко мое, — Джонатан глянул на часы, — скоро принесут завтрак. Нам надо вылезать из постели.

— Я не хочу вылезать, — нарочито изображая недовольство, ответила Аврора, — я хочу быть с тобой…

— Но я же никуда не денусь, у нас с тобой будет еще много возможностей просыпаться вместе, моя Айнѐ.

— Уговорил, — ответила Аврора и встала с кровати. Ее волосы вспыхнули огнем, попав в лучи солнца.

К приходу слуги с завтраком в комнате все выглядело прилично. Не было разбросанной одежды, постель была заправлена.

— Сегодня для тебя будет очень важный день, — сказала Аврора, посмотрев глаза Джонатану.

— И в чем его важность?

— Тебе предстоит посетить библиотеку магических книг, — ответила Аврора, — это очень важный ритуал. В обычных библиотеках читатели выбирают книги. Но в магической библиотеке книги будут выбирать тебя. Это в большой степени определит твою дальнейшую судьбу как мага.

Покончив с завтраком, Джонатан и Аврора вместе направились в высокую башню. Библиотека, куда они направлялись, располагалась на этаже ниже учебного класса. Аврора приложила руку к массивной двери библиотеки. В этот момент механизмы замка двери пришли в движение, издавая щелкающие звуки. Через несколько секунд все стихло, и дверь бесшумно открылась. Когда они вошли внутрь, масляные фонари загорелись сами по себе, осветив темную комнату, вдоль стен которой располагались стеллажи с очень старыми книгами.

— Говорить здесь можно только очень тихо, — почти шепотом произнесла Аврора, — но не бойся, ничего страшного с тобой тут не случится. Вспомни наши уроки с кубиками. Войди в рабочее состояние.

Джонатан сосредоточился. Несмотря на то, что практики было совсем не много, ему показалось, что у него получилось.

— Теперь поднеси ладонь к книгам на первой полке, но не касайся их, — Аврора говорила тихо, но четко, проговаривая каждое слово, — смотри на корешки книг, пытаясь увидеть больше. Медленно веди рукой вдоль полки, смотри на ту книгу, напротив которой твоя ладонь.

Джонатан медленно вел ладонь вдоль книг. Ничего видимого не происходило. Он не мог сказать, что видел или ощущал, что внутри книг. В какой-то момент его охватило легкое отчаяние, что он не справляется с этим ритуалом.

— Мне кажется, я что-то делаю не так, — почти шепотом обратился он к Авроре.

— Не сомневайся, — так же тихо ответила она, — ты все делаешь правильно. Надо продолжать. Здесь много книг, но только одна, реже две, еще реже – три, выбирают мага в первом ритуале.

Джонатан продолжил ритуал, перейдя на вторую полку. Аврора внимательно следила за его рукой. Еще половина полки была пройдена без каких-либо результатов. В следующий момент рука Джонатана остановилась. Корешок книги начал светиться… Через несколько секунд на нем проявились руны, которые светились тусклым красным цветом.

— Магия огня, — прошептала Аврора, — надень перчатки, которые лежат на полке, и возьми книгу. Книги с этой полки можно брать в учебный класс, но после занятий возвращать на место в библиотеку. Это очень важно. Не забывай ее в классе!

— Хорошо, Айнѐ, — Джонатан надел тканевые перчатки и взял книгу с полки, — только как я буду читать ее? Здесь совершенно непонятные буквы или руны…

— Не переживай, — ответила Аврора, — книга откроется тебе и станет понятной, когда ты откроешь ее в положенном месте и начнешь читать.

— О, это похоже на шифрование, интересно. Я могу продолжить знакомиться с книгами?

— Если хочешь, то можешь продолжить, — тихо ответила Аврора, — если уверен, что тебе одной книги будет мало.

— Я чувствую, что, — Джонатан положил взятую книгу на стол для чтения и снова поднес руку к книгам на второй полке и продолжил движение, — словно непереводимый шепот зовет меня…

Аврора внимательно следила за его рукой. Больше ни одна книга на второй полке не отреагировала на приближение руки Джонатана. Он поднял руку выше, на третью полку, и продолжил вести ее вдоль книг. Аврора с замиранием сердца следила за его рукой. Она знала, насколько серьезные книги лежат на этой полке, но не стала останавливать его.

В полной тишине Джонатан продолжал поиск книг, которые, как ему казалось, звали его. Три четверти полки было позади, но никакой реакции не было, как вдруг на корешке очень старой книги ярким белым светом вспыхнули руны. Джонатан остановился. Аврора охнула, раскрыв рот. Ее глаза расширились.

— Этого не может быть, — прошептала она, — эту книгу никто не брал с полки почти 400 лет…

— Что это за книга?

— Это Книга Времени, — ответила Аврора, глядя на него удивленными глазами, — ее можно читать только здесь, в этой библиотеке… И только когда ты здесь один. Иначе она даже не раскроется. То, что она откроет тебе, это только для тебя.

В ее голосе слышалось удивление, смятение и благоговение одновременно. Она никак не ожидала, что это может случиться, хотя втайне надеялась на это. Аврора стояла в оцепенении и не сводила с него глаз. Джонатан же отнесся к произошедшему как к чему-то само собой разумеющемуся. Он просто не знал, что за книга выбрала его, и что на третьей полке стояли очень серьезные книги, из которых Аврора читала лишь Книгу о Пространстве.

Джонатан взял книгу про магию огня, и они пошли в класс. Книга Времени не произвела на него особого впечатления. Но вот реакция Авроры на то, что именно эта книга выбрала его, впечатлила. После почти двух часов занятий с Авророй Джонатан остался один в классе и решил попробовать открыть книгу о магии огня. Ему было очень интересно, как будет происходить чтение непонятных ему символов и слов на неизвестном языке.

Он надел перчатки, взял книгу с полки и положил на стол. Внешне она выглядела как старинная книга из какого-нибудь музея. Когда он прикоснулся к ней, чтобы открыть, руны на обложке засветились слабым мерцающим светом, словно сквозь них было видно языки пламени. Постепенно руны изменились. И теперь Джонатан мог прочитать название «Магия Огня». «Так вот как это работает…» — подумал Джонатан и осторожно открыл книгу. И тут он вспомнил, как Аврора презентовала ему первую книгу в классе. «Ха, — подумал он, — значит она наплела мне, что сама переводила книгу». Он широко улыбнулся на пару секунд. Но надо было заниматься дальше.

Джонатан снова посмотрел в раскрытую книгу. Внутри все было написано на понятном ему языке. К его удивлению, стиль, в котором была написана книга, больше напоминал учебник по квантовой физике. Впрочем, и терминология была соответствующей. В какой-то момент Джонатану показалось, что эта книга не про магию, а про энергию, ее природу, ее источники и законы ее существования и перехода между состояниями. В этот момент он вспомнил слова Авроры о том, что по мере обучения он станет лучше понимать, как устроен мир.

Если в первые дни пребывания в новом для себя мире Джонатан не знал, куда деть свободное время и чем заняться, то теперь ему катастрофически не хватало времени. Уроки и чтение книг занимали большую часть дня. И только вечера оставались лишь для них двоих, когда весь остальной мир переставал существовать до утра.

К середине июля по календарю Джонатана он научился многому из того, что было описано в книге о магии огня. Ему даже казалось, что если бы он вернулся в свой прежний мир, то нобелевская премия за создание эффективно работающего термоядерного реактора была бы присуждена ему. Но эта книга была прочитана только на треть. Впрочем, его магический арсенал уже пополнился близкими защитными полями, зарядами разного уровня энергии для метания, в том числе и управляемыми в полете, купольными полями, огненными струями, прожигающими даже камни. Военные из мира Джонатана назвали бы это кумулятивным зарядом. Все эти навыки позволяли ему, как минимум, защищать себя от желающих напасть на него.

Однако еще много вопросов оставалось без ответов. Периодически Джонатану снились сны, в которых тайны звезд манили его, звали его. Он не мог найти объяснение этой тяге, но пока не говорил об этом с Авророй. Им хватало тем для обсуждения и изучения и без этого.

Обратный отсчет до своего 30-летия тяготил Джонатана. Он даже стал ощущать, как время сгущалось и даже сжималось. Словно в сутках становилось на час или два меньше. И это ощущение становилось все более тревожным, не давало ему покоя. Он все чаще поглядывал на «Книгу Времени».

Глава 4. Надежды и искушение

— Отец, время выбрало его.

— Не торопись с выводами, дочь моя. Пусть проявит себя в деле.

Пятнадцатого июля 2025 года по календарю Джонатана в половине пятого вечера он вошел в библиотеку магических книг, поставил на свое место книгу о магии огня и осторожно взял Книгу Времени. Руны на корешке книги и на ее обложке снова вспыхнули белым холодным светом. Книга была довольно толстой и тяжелой, богато оформленной вензелями и узорами из белого золота. Обложки книги были зафиксированы между собой резной золотой скобой с двумя шарнирами. Когда Джонатан положил руку на обложку, руны на ней пришли в движение, образовав надпись «Книга Времени». Скоба плавно открылась. Джонатан открыл книгу и углубился в чтение. Пока он читал, его не покидало странное ощущение, что течение времени для него изменилось. Он посмотрел на часы и замер от удивления. Секундная стрелка часов двигалась в несколько раз медленнее, чем обычно. Казалось, что книга сама хочет, чтобы ее прочли вовремя.

Когда Джонатан отворачивался от книги, смотря в сторону, секундная стрелка начинала двигаться в привычном темпе, а когда возвращался к чтению, она снова замедлялась. После чтения нескольких страниц понял, что переполняется информацией. Мозг с трудом мог концентрироваться на читаемом. «Непростая книга, — подумал Джонатан, — но я должен ее осилить». Делая паузы на размышление о прочитанном, ему удалось еще немного продвинуться вперед. Но подходило время ужина, и Джонатан закрыл книгу, чтобы поставить обратно на полку. Скоба сама закрылась, заблокировав обложку книги.

Даже во время ужина Джонатан выглядел задумчивым, погруженным в размышления. Ни бокал вина, ни звонкий голос Авроры не могли до конца развеять его мысли о прочитанном.

— Айнѐ, прости, что я немного не здесь сейчас, — попытался он объяснить свое состояние. — Я сегодня начал читать Книгу Времени.

— Тогда я понимаю твое состояние, — ответила Аврора, — не переживай, я знаю, каково это. Первое время будет тяжело. В твоем возрасте будет очень непросто вместить те знания, которые тебе эта книга предлагает. Я не читала эту книгу, она мне не открывается. Но я читала другие с этой же полки. Поверь, они такие же тяжелые для восприятия. А ты… ты еще и вырос в совсем другом мировосприятии, если можно так сказать.

— Если у меня будут возникать вопросы по этой книге, то…

— Нет, — прервала его Аврора, — с этой книгой тебе придется справляться самому. Даже не пытайся мне что-то объяснить из нее. Прошу тебя. Ты должен уяснить, что уникальные дары магов – это исключительно их дары. Маги не просто так хранят свои тайны в нашем мире. — Мои уроки скоро закончатся, — продолжила Аврора, — дальше ты будешь заниматься самостоятельно.

— Я могу пользоваться крышей водонапорной башни по вечерам? — спросил Джонатан.

— Не понимаю, зачем тебе это? — удивилась Аврора.

— Мне нужно место для уединенных размышлений на свежем воздухе, — ответил Джонатан.

— Если тебе так хочется, то, конечно, можешь, — ответила Аврора.

— Спасибо.

— И все же, зачем тебе крыша? — немного игривым тоном спросила Аврора, посмотрев на него с легкой хитринкой в глазах.

— Я люблю смотреть на звезды. В них есть что-то величественное, завораживающее, не правда ли?

Ее глаза на мгновение расширились, но она попыталась отогнать мысли о звездах, чтобы не выдать свою реакцию на слова Джонатана.

— Знаешь, меня больше интересует другое, — Аврора попыталась сменить тему разговора. — Скажи, Джонни, ты не думал о нашей общей возможности общаться мысленно? Получается, эта связь между нами возникла…

Она задумалась на пару секунд, словно вспоминая свои ощущения, чтобы понять, когда именно она могла возникнуть.

— В тот момент, когда ты остановил мою руку в том подвале, где я замахнулась на тебя с зарядом в руке.

— Айнѐ, дорогая, — Джонатан откинулся на спинку кресла. Кажется, его стали отпускать мысли о Книге Времени, — может быть, это судьба? Я, конечно, не могу знать, насколько подобное явление распространено между магами в вашем мире, но я верю, что между нами эта связь возникла не просто так.

Он посмотрел в ее зеленые глаза. Аврора нежно улыбнулась ему, ее глаза говорили «да», но она сама себе боялась признаться в этом. Боялась признаться в том, что многое давно вышло из-под контроля, что она уже не представляет своей жизни без него. И все же, она не могла себе позволить того, чего искренне желало ее сердце. Пока не могла.

— Некоторые сильные маги в нашем мире умеют проникать в разум людей и даже в разум более слабых магов, — голос Авроры звучал уже не так задорно. Она тщательно выбирала слова, — и даже контролировать чужой разум. Но наша с тобой ментальная связь немного другая. Это не вторжение против воли. Я размышляла о ее природе и свойствах. Если хочешь, мы можем исследовать ее глубже.

Аврора замолчала, опустив глаза. Она снова поддалась желанию своего сердца вопреки голосу разума.

— А какие возможности, теоретически, могут быть у нашей связи? — спросил Джонатан.

— Не знаю, — ответила Аврора, посмотрев ему в глаза, — можно предположить все, что угодно: показать партнеру то, что ты видишь или слышишь сейчас, что ты чувствуешь, поделиться воспоминаниями. Вплоть до того, чтобы добровольно полностью открыть свой разум для партнера. Но это… — Аврора замолчала на некоторое мгновение в нерешительности. Джонатан внимательно слушал, ожидая завершения фразы. — Это уже высшая степень доверия, — она посмотрел в глаза Джонатану, — и с такой открытостью надо быть крайне осторожным. Потому что могут всплыть воспоминания, о которых ты сам давно забыл, но они где-то в глубине сохранились. И они могут открыть раны, о которых твоя душа не хочет вспоминать.

— Может быть, — после некоторого размышления начал говорить Джонатан, — мне бы как раз хотелось раскопать эти самые «забытые воспоминания» о том, кто я такой на самом деле.

— И ты думаешь, это стоит сделать? — в голосе Авроры звучала изрядная доля сомнений в необходимости воспользоваться такой возможностью их связи, — это сделает тебя уязвимым. Настолько уязвимым, что ты можешь не справиться с этим внутри себя.

В то же время она понимала, что хотела бы узнать его лучше, что подобная открытость с его стороны могла бы пролить свет на те загадки и сомнения, которые еще оставались в разуме по отношению к Джонатану. Но она была не готова открыться ему в ответ. И это ее сдерживало. Она понимала, что не может даже просить его открыться ей без ответного открытия с ее стороны.

— Я бы рискнул, — подумав некоторое время, сказал Джонатан. Он надеялся, что она сможет увидеть не только его настоящего, которого он и сам еще не знает, но и те чувства, которые он испытывал к ней, но не решался признаться в этом.

— Ты же понимаешь, что я не смогу открыться тебе в такой же степени? — тихо сказала Аврора, глядя ему в глаза, — просто есть вещи, которые я пока не могу раскрыть тебе. Ты еще должен многому научиться в части магии. Но не только в этом причина. Есть важные государственные дела, в которых я участвую. И я не могу допустить раскрытие конфиденциальной информации.

Она пыталась найти достойное оправдание тому, что пока не готова была открыть ему свой разум в ответ.

— Я понимаю, — вздохнул Джонатан, — и все же я бы рискнул. Мне нечего от тебя скрывать. У меня нет важных государственных дел.

— Джонни, милый, ты не понимаешь, на что ты решаешься, — она почти умоляла его отказаться от его затеи. — Это очень трудно – чувствовать себя обнаженным душой перед другим человеком. Ты уверен, что потом не сойдешь с ума?

— Айнѐ, милая, я понимаю, что это может обернуться против меня. Но желание знать, кто я, сильнее. Ты только постарайся найти в моей памяти то, что поможет нам понять, кто я.

— Джонни, я буду очень деликатной, если ты все же настаиваешь, — в ее глазах читалась одновременно и тревога за Джонатана и желание найти ответы на вопросы, которые ее мучили не меньше, чем его.

Он взял ее за руки. Казалось, что какое-то скрытое знание подсказывает ему, как и что делать. И уже через минуту их погружения в себя она смогла увидеть его воспоминания, прикоснуться к значимым моментам его детства, юности, его жизни до перемещения в новый для него мир. Она ощутила всем своим сердцем то, как он относится к ней, что она для него значит. Ее сердце трепетало и сбивалось с ритма от того, что она испытывала. Но погрузиться глубже в его воспоминания не удавалось, как бы они оба не старались. Впрочем, Аврора все же нашла ответ на вопрос, зачем Джонатан спрашивал разрешения пользоваться крышей водонапорной башни. Она увидела его сны о звездах, о его стремлении, загадочной тяге к ним.

— Расскажи про сны о звездах, — спросила она, когда они вышли из погружения.

— Ты видела их? — спросил Джонатан.

— Да. И чувствовала твою тягу к ним. Ты не говорил мне об этом. Почему?

— Я не посчитал эти сны чем-то значимым, — немного смутившись, ответил Джонатан. — Созерцание звезд всегда вызывало во мне трепет и даже страх от осознания размеров вселенной, расстояний между звездами и от Земли до них. И что я – всего лишь… нет, даже не песчинка, просто бесконечно малая точка, потерявшаяся среди всего этого величия и бескрайности холодного мира.

— Знаешь, а звезды не так просты, как ты о них думаешь, Джонни. Может быть, они тебя манят не просто так? — в глазах Авроры блеснули зеленые огоньки от осознания чего-то важного и значимого.

Поздно ночью, когда Аврора уснула, он все же пошел смотреть на звезды. На ту самую крышу водонапорной башни. Только в этот раз ощущения были не такие, как раньше. Звезды уже не казались ему такими холодными и далекими. И речь не о расстояниях. Звезды казались ближе, чем когда-либо. Ему казалось, что стоит ему забраться еще немного выше и протянуть руку, и он коснется их. Конечно, не в буквальном смысле. Джонатан поймал себя на мысли, что звезды больше не кажутся ему чужими, что они теперь не только огромные ядерные реакторы во вселенной, но и… А вот что именно они из себя представляют, он пока не мог даже сформулировать для себя самого.

«Когда-нибудь я дотянусь до вас, — подумал Джонатан, обращаясь к звездам, — и вы мне расскажете все свои тайны». С этой мыслью он отправился в свою комнату. До рассвета оставалась лишь пара часов, и надо было хоть немного успеть поспать перед очередным напряженным днем, заполненным чтением магических книг и выполнением разных упражнений.

С этой ночи прогулки под звездным небом на крыше стали для Джонатана почти таким же обычным делом, как и занятия магией и чтение «Книги Времени» и книги о магии огня. «Ведь звезды тоже в какой-то степени являются формой огня, — рассуждал он сам с собой, — а значит, к ним можно применять те же подходы и понятия, что и к другим формам стихии огня». Он начал практиковаться самостоятельно, пытаясь дотянуться до их энергии. Где-то в глубине своего подсознания он чувствовал, что тот, кто в нем, знает о звездах намного больше, чем можно было бы почерпнуть из книги о магии огня.

Но теперь в голове Джонатана возникал новый вопрос: как достучаться до того, что в нем скрыто. И скрыто настолько, что даже при полном открытии разума Аврора не смогла увидеть. Опять одни вопросы и никаких ответов. «Хорошо. Я знаю, что во мне есть еще кто-то или что-то, — рассуждал Джонатан сам с собой вслух, сидя на крыше водонапорной башни. — Поговорить с ним? Но смогу ли я его услышать? И услышит ли он меня? Но пытаться надо». Так в его учебном процессе появилось еще одно упражнение, внешне очень напоминающее медитацию.

К середине августа, когда Джонатан почти отчаялся достучаться до глубин собственной души, крупицы знаний о звездах стали появляться в его сознании, как… звезды в вечернем небе. Но как если бы этот вечер длился бы долго… очень долго. Он начал чувствовать энергию звезд, словно мог подключаться к ней, получать ее, ощущать ее внутри себя.

Но в один ясный солнечный день, когда Джонатан устраивал себе небольшую прогулку по крыше водонапорной башни между уроками, он услышал у себя в голове крик Авроры.

— Джонни, помоги, — ее голос был полон отчаяния и страха, — я не могу двигаться и мне страшно. Я не знаю кто наложил на меня это заклинание…

Джонатан максимально сконцентрировался, пытаясь найти ее. Его зрение неслось сквозь стены замка по ее следам. Она была на заднем дворе. В этот момент он почувствовал ужас, который испытала Аврора. В его голове раздался пронзительный крик его возлюбленной.

— Копье-е-е!

В тот же миг он увидел то, что видела она — летящее в нее копье. Времени на размышления от том, откуда оно взялось, не было. Это было похоже на прыжок без подготовки с десятиметровой вышки в те знания, которые он почерпнул из «Книги Времени». И время подчинилось его воле и начало замедляться. В его голове зазвучал пульс, как удары кувалды по наковальне. Ему вторил пульс замка. Джонатану казалось, что это происходит безумно медленно, что он не успеет остановить время до того, как копье пробьет ее сердце. В этот момент тот, кто в нем, словно протянул ему руку, вселив в него уверенность. Время остановилось совсем. Все вокруг замерло. Каждый удар пульса в его голове был посчитан. Это получалось само. Джонатан бежал так быстро, как только мог, по узкой винтовой лестнице башни. Только три ступеньки между ударами молота в его голове — уже 30 ударов в конце лестницы. Некоторые двери на пути были заперты. Драгоценные секунды его времени уходили на их отпирание. Это были секунды его жизни, его жизненной силы.

Перед его глазами стояла картина, которую видела Аврора… Копье почти коснулось ее одежды. 70 ударов… Он уже пробегал арку между внутренним и хозяйственным дворами. Он убрал копье, бросив его в сторону тренировочной площадки гарнизона. Пять ударов зловещего таймера, отдававшихся эхом в его голове. Он коснулся рукой ее головы, и фиолетовое свечение распространилось от его руки, покрыв Аврору целиком, как кокон. Еще пять ударов великого молота времени, и он уже бежал с ней на руках в свою комнату. Силы почти покинули его, когда он положил ее на свою кровать и запустил время. 120 ударов стоили ему очень дорого. Он лежал рядом с кроватью, не в силах пошевелиться.

Сияние, окружавшее Аврору, рассеялось вместе с чарами, которые на нее кто-то смог наложить. Она увидела Джонатана, лежавшего неподвижно возле кровати и смотревшего вверх. В его глазах почти не осталось жизни.

— Джонни, — закричала она, — что ты наделал? Ты жив?

Он смог лишь беззвучно пошевелить губами, но она услышала его в своей голове.

— Айнѐ, у меня получилось. Ты жива.

Она припала к нему, ее руки снова светились белым, когда она прикладывала их к его голове и к его сердцу.

— Что ты сделал? Ты остановил время? На сколько? – ее голос был полон отчаяния.

— 120 ударов, — он смог ответить только мысленно. — Кто это сделал с тобой? Кто обездвижил тебя во дворе замка?

— Джонни, какая разница? – она заплакала, склонившись над ним. — Ты чуть не убил себя. Так нельзя, глупый мальчишка.

— Я не мог иначе, Айнѐ. — Я бы никогда не простил себе, если бы ты погибла. Похоже, что 120 секунд остановки времени – это мой предел, чтобы остаться в живых.

— Не делай так больше! Слышишь? Никогда так больше не делай! – она не могла унять слез, — я не могу тебя потерять.

Немного придя в себя, Аврора распорядилась, чтобы Джонатану оказывали максимально возможный уход. И сама не отходила от него, отложив все дела, какие только можно было отложить.

Джонатан поправлялся достаточно быстро и уже на пятый день рвался возобновить учебу. Он как никто другой теперь понимал значение времени. Для него оно текло по-особому. Точнее, воспринимал он его теперь иначе. В дополнение к новому ощущению времени Джонатан стал намного ближе с тем, кто был спрятан в нем. Новые, а точнее, заложенные в скрытой части его души знания открывались все больше. Аврора не переставала удивляться тому, как быстро он продвигается в изучении магии. Но многие вопросы по-прежнему оставались без ответов. То, как он видел сквозь стены замка, когда искал ее, одновременно казалось ему непонятным и в то же время таким знакомым, словно так было всегда. Пытаясь сопоставить все факты его взаимодействия с замком, Джонатан все больше склонялся к тому, что этот замок каким-то образом связан с ним или с тем, кто был внутри него. Оставалось только понять, почему замок допустил угрозу для Авроры.

Участие Авроры в изучении магии Джонатаном существенно сократилось. Большую часть времени ему приходилось работать самостоятельно, но обеды и вечера они чаще всего проводили вместе. Накануне одного из вечеров Джонатан попросил прислугу накрыть стол чуть торжественнее, чем обычно, и сделать это в необычном месте. Да, он уже мог немного разговаривать на языке королевства Эвендер. В этом ему помогал служитель библиотеки, который свободно владел многими языками и с удовольствием занимался с Джонатаном пару раз в неделю. И это было еще одной загадкой для него. Хирумо, а именно так звали библиотекаря, не был похож на простого человека из этого мира. Но и на людей из мира Джонатана он тоже не был похож.

Когда пришло время и ничего не подозревающая Аврора вошла в комнату Джонатана в надежде разделить с ним ужин, ее ждал пустой стол и… Джонатан с букетом осенних полевых цветов.

— А где ужин? — удивленно спросила Аврора, глядя на Джонатана.

— И я рад тебя видеть, Айнѐ, — улыбнувшись, ответил он и протянул ей букет, — сегодня ровно четыре месяца, как мы с тобой встретились. И небольшой праздничный ужин ждет нас, но не здесь.

— Тогда веди меня, — она посмотрела на него, ее лицо светилось от счастья.

Они вышли из комнаты и направились вниз по лестнице. Джонатан был немного взволнован. Казалось, что он выверял каждый шаг на пути к месту их романтической трапезы. Когда они вышли на плоскую крышу водонапорной башни, солнце опустилось почти к самому горизонту, но еще отбрасывало алые лучи на белую скатерть стола, накрытого посередине площадки, по углам которой стояли корзины цветов. На столе стояла ваза с тремя пышными кремовыми розами. Вечер был тихий, и свечи на столе горели ровно. Они сели за стол.

— Джонни, ты когда успел все это подготовить?

— Я очень хотел сделать тебе небольшой подарок. И наша, пусть и совсем не круглая, дата пришлась как нельзя кстати.

Он взял в руки бокал красного вина и встал. Аврора видела, как он волнуется.

— Я благодарен судьбе за нашу встречу, — начал он свой тост в ее честь, — за все те радости и опасности, через которые нам пришлось пройти за этот совсем короткий срок.

— И я глубоко признателен тебе за твою заботу, — слова давались ему с некоторым трудом, — и помощь во всем, и в учебе и… — Он запнулся, сбившись, — во всем остальном.

Она слушала его затаив дыхание.

— За это время ты стала для меня самым значимым, самым дорогим человеком.

— Джонни, ну зачем? – в ее взгляде было заметно смущение от его слов.

— Айнѐ, я должен сказать все до конца. И ты абсолютно достойна самых возвышенных слов восхищения, — он замолчал, собираясь духом сказать что-то очень важное. — Айнѐ, — продолжил он, — я… я хочу сказать тебе… — Он посмотрел в ее зеленые искрящиеся глаза, — я люблю тебя. Всем сердцем и душой. И готов без колебаний отдать свою жизнь за тебя, если потребуется. У меня нет возможности подарить тебе кольцо, как полагается в таких случаях в нашем мире. Но я…

Аврора слушала его с замиранием сердца. В уголках ее глаз блестели слезы счастья, а сами глаза светились ярче самых ярких огней вечернего города в последних лучах заходящего солнца.

Он немного вытянул руку в ее сторону. Его тело засветилось едва заметным фиолетовым сиянием, которое стекалось в ладонь руки, протянутой к Авроре. Через несколько секунд это свечение свернулось в мерцающий жгутик и образовало кольцо, которое сжалось до размера ее безымянного пальца. Джонатан протянул ладонь с парящим над ней кольцом Авроре.

— Ты выйдешь за меня замуж? — негромко, но уверенно произнес Джонатан и посмотрел в глаза Авроры. По ее щеке стекала слеза, оставляя блестящую дорожку.

— Ты сошел с ума, Джонни, — она попыталась смахнуть слезу.

— Ты выйдешь за меня замуж? — повторил свой вопрос Джонатан.

— Конечно, да! Тысячу раз да! — она бросилась ему на шею.

— Прими эту частичку моей души в знак моей вечной любви, — кольцо по-прежнему парило над его ладонью.

— Конечно, — она посмотрела на него, извиняясь за то, что поддалась эмоциям раньше, чем следовало бы. Аврора просунула свой безымянный палец в это светящееся кольцо, почувствовав тепло, исходящее от него. Кольцо пришло в движение, и фиолетовое сияние побежало по ее коже, обволакивая ее. Через несколько секунд она вся на мгновение вспыхнула фиолетовым светом, который не погас, а как бы вошел внутрь ее. Ее сердце замерло на несколько мгновений, волна трепета охватила ее. Джонатан взял ее за руки.

В это время на крыше появился Хирумо с инструментом, очень похожим и по виду, и по звучанию, на саксофон. Это был их первый танец.

— Джонни, — в ее голосе внезапно прозвучала легкая грусть, — ты отчаянный парень. Ты ведь даже не представляешь, кому ты сегодня сделал предложение.

— Айнѐ, я сделал предложение лучшей девушке на свете, девушке, в которую влюбился всем сердцем. И я не могу себе представить что-либо, что могло бы заставить меня изменить свое решение.

— Со мной не все так просто, — она посмотрела ему в глаза, словно искала там подтверждения, что его предложение и его отношение к ней не изменится и не разрушится, что бы ни открылось в ближайшее время или когда-либо еще. — Есть определенные препятствия на пути, которые не зависят от меня и моего желания быть с тобой рядом, пока смерть не разлучит нас. Я пока не могу сказать всего. Ты же знаешь… Я и раньше тебе говорила, что есть вещи, которые я не могу тебе пока рассказать по разным причинам. Но я обещаю, я все расскажу, как только это станет возможным.

— Как в сказках? — Джонатан попытался сохранить решимость в голосе, но Аврора уловила грусть в его словах. — Злой колдун тебя заколдовал и чтобы на тебе жениться, я должен пройти огонь, воду и медные трубы?

— Ну почти так, — Аврора улыбнулась, глядя ему в глаза с мольбой и надеждой, что он не отступит от своего решения, что бы ему ни пришлось узнать в будущем. — Я действительно сейчас не могу тебе рассказать всего. Но скоро ты сможешь узнать, почему все именно так, почему со мной все не просто. Только обещай мне, что то, что ты обо мне узнаешь, не изменит твоего отношения ко мне, пожалуйста.

— Обещаю, — он смотрел в ее зеленые глаза уверенным взглядом, — ты сама это знаешь. Это не просто слова.

Он обнял ее. Она положила голову ему на плечо, в ее глазах были слезы. Она искренне хотела, чтобы все было иначе, чтобы она могла открыто говорить с ним обо всем, чтобы на их пути не было никаких препятствий. И дело было не в том, что он на деле доказал, что любит ее. Она сама была влюблена в него без памяти, забыв про все сложности и обстоятельства ее жизни, ее статус и многое другое, от чего ее душа теперь не находила покоя.

На следующий день во время завтрака Джонатану вручили листок бумаги, на котором было красивым почерком написано, что он приглашен на обед в присутствии монарших особ королевства Эвендер. Далее было указано время, в которое он должен прибыть в зал приемов, и дресс-код, обязательный к исполнению.

Джонатан перечитывал послание несколько раз. Он пытался вспомнить все, что когда-либо читал или слышал о правилах этикета на подобных мероприятиях. Но легче ему не становилось, потому что это был другой мир и здесь могли быть другие правила. В его памяти всплыли слова Авроры, о том, что он не представляет, кому делает предложение. Джонатан буквально рухнул в кресло. «Неужели?! Она королева? Ну ты и влип, Джонни!» — сказал он сам себе, не в силах поверить в собственную догадку. «Да нет, этого не может быть! — рассуждал он сам с собой, — ведь она была такой простой в общении… Обычной девушкой, хоть и магом. Ну да, иногда властные железные нотки были в ее голосе. Так это… Ну, нет, нет».

Сейчас он отчаянно нуждался в помощи, но не мог обратиться с такой просьбой к Авроре. Нельзя было ударить в грязь лицом. Надо было что-то делать самому. Мысли хаотически носились в его голове. «Хирумо! — осенило Джонатана, — он точно должен знать все правила, дресс-код и прочие придворные заморочки!»

Взяв это письмо, Джонатан направился в библиотеку. У него было всего лишь три часа на то, чтобы выучить и отрепетировать все то, чему люди обучаются годами. А потом надо было еще и правильно одеться. Хирумо без колебаний согласился помочь ему. В библиотеке нашлись рисунки, по которым он объяснял Джонатану, как надо входить в зал, где присутствуют монаршие особы, что и как говорить, когда и как наклонить голову и прочие премудрости и ритуалы великосветских мероприятий и монарших приемов с их обилием разных столовых приборов, которыми надо уметь правильно пользоваться.

За час до назначенного времени они прошли в комнату Джонатана, и Хирумо помог подобрать одежду для соответствия дресс-коду. Выходя из комнаты, он пожелал Джонатану удачи. На его лице мелькнула загадочная улыбка, словно он что-то знал или о чем-то догадывался. Джонатан остался один в комнате. Он стоял перед зеркалом и репетировал движения, которые они с Хирумо только что изучали. В дверь постучали. Вошел лакей, одежда которого отличалась от одежды прислуги, которая обычно приносила обед. Жестом он пригласил Джонатана следовать за ним. Его походка и движения были выверенными и отточенными годами службы при дворе. Глядя на него, Джонатан начал волноваться еще больше, опасаясь, что он сам на фоне прислуги и других присутствующих на обеде будет выглядеть деревенским мальчишкой. Он снова и снова мысленно произносил полное имя Авроры на ее языке «Айноакѐ». Выучить фразы для обращения к титулованным особам на местном языке он не успел. Но Хирумо объяснил, что допустимо обращаться на том языке, на котором разговаривает гость. И если на такие мероприятия приглашают иностранных гостей, то переводчик обязательно будет, если это необходимо.

Они неумолимо приближались к той части замка, в которую, по словам Авроры, нельзя было входить без приглашения. Справляться с волнением Джонатану становилось все труднее. Высокие двери отворились перед ними. Они вошли в зал. Нет, это был не тронный зал. На небольшом подиуме посередине зала стоял прямоугольный стол примерно на двенадцать персон, если считать по количеству кресел. Сквозь высокие узкие витражные окна с острыми арками наверху лучи солнца освещали каменный пол, отполированный до зеркального блеска. Рисунок на полу напоминал дорогой персидский ковер с его переплетающимися орнаментами, центром которого был подиум, от которого исходили остроконечные лучи разной длины и толщины, рассекавшие рисунок пола, похожие на розу ветров на старинных картах или указатель частей света.

Несмотря на наличие двенадцати посадочных мест за столом, приборы стояли только для двух персон – на дальних краях стола. «Стало быть, обед будет на двоих», — подумал Джонатан, продолжая рассматривать убранство зала. На стенах в массивных резных деревянных рамах, покрытых золотом, висели портреты королевских особ. Под арочными сводами потолка висели две большие люстры со свечами, которые отражались в зеркально отполированных каменных пластинах, которыми были отделаны свода потолка.

В это время в зал вошел лакей и торжественно провозгласил что-то с единственным знакомым словом «Айноакѐ», склонившись в приветствии. Такие же высокие двери, как те, через которые в зал вошел Джонатан, только расположенные с противоположной стороны, бесшумно отворились, и в зал вошла… Нет, вплыла Аврора. На ней было достаточно строгое длинное платье из шелка глубокого синего цвета, напоминающего последние отблески неба после заката, отделанное золотой вышивкой и кружевом. На голове была ажурная диадема из белого золота с бриллиантами. Ее походка была царственно величественна, взгляд холодный и гордый. Джонатан склонился в приветственном поклоне, как они разучивали с Хирумо. Аврора села на свое место, после чего находившийся неподалеку лакей, с которым Джонатан прибыл в этот зал, беззвучно пригласил его сесть за стол.

Джонатан понимал, что это церемониальная часть обеда. И старался держаться соответственно обстановке. Он также отметил, что слуги умели незаметно подсказывать жестами, что ему и в какой момент надлежит делать. Это произвело на него приятное впечатление. Джонатан старался не задерживать взгляд на Авроре, но не обмениваться взглядами они все равно не могли, хоть и старались оба сохранять отсутствие эмоций и дворцовую холодность.

— Айнѐ, — обратился он к ней мысленно, — как мне к тебе обращаться официально?

— Обращайся ко мне «Ваше Высочество», — так же мысленно ответила Аврора. — Привыкай к некоторой официальности. Теперь ты будешь обедать со мной каждый день, если только предварительно не уведомишь меня, что у тебя есть важные дела на это время. И тщательно выбирай темы и слова. Даже в пустом зале полно посторонних ушей.

— Я постараюсь, моя любовь, — ответил он мысленно.

— Сэр Джонатан, — обратилась она к нему официальным тоном. — Как вам наша столица? Вы уже осматривали город и окрестности?

— Ваше Высочество, я совсем немного успел осмотреть город за пределами замка.

— Я бы рекомендовала Вам прогуляться по королевскому парку. Там очень красиво сейчас. Но самое яркое буйство красок будет немного позже, в октябре, — Аврора посмотрела на него абсолютно непроницаемым королевским взглядом.

— Благодарю за совет. Я обязательно осмотрю этот парк в ближайшее время, — ответил Джонатан с соответствующим кивком головы.

Они продолжали общаться мыслями, стараясь не выдавать себя ни взглядом, ни улыбкой. У Авроры это получалось просто идеально. Джонатан восхищался ее поистине королевской статью, как она преобразилась в этом наряде со сверкающей диадемой на голове.

— Скажи, Айнѐ, — продолжал скрытое в их мыслях общение Джонатан, — если ты по статусу принцесса, то получается, что я должен просить твоей руки у самого короля? Ведь так полагается?

— Если честно, то да, — отвечая ему в мыслях, Аврора была все той же веселой рыжей девушкой, которую он привык видеть за эти несколько месяцев, — я надеюсь, мой отец одобрит твою кандидатуру на мои руку и сердце. Но он человек не простой. Так что тебе тоже придется постараться, проявить себя.

— И как скоро ты познакомишь нас? — продолжал мысленный разговор Джонатан.

— Я не могу точно знать, когда мои родители вернутся из поездки по стране. Но думаю, что ждать остается недолго.

Тем временем трапеза подошла к концу. Аврора встала из-за стола. Джонатан тоже встал, глядя на нее.

— Благодарю вас, сэр Джонатан, за компанию, — официальным тоном произнесла Аврора.

— Ваше высочество, это высокая честь для меня – разделить с Вами трапезу, — он попытался сделать благодарственный поклон, как его учил Хирумо.

Аврора едва заметно улыбнулась, глядя на него, и с королевской статью в походке удалилась из зала. Джонатан выпрямился только после ее ухода. Вернувшись в свою комнату, он не находил себе места. «Это же надо было влюбиться в принцессу! — думал он, — кто я такой? Без роду, без племени! Ее отец ни за что не даст добро на такой брак. Что же я за дурак такой? Почему сразу не спросил ее про родителей». Мысли гудели в его голове, как рой пчел, вылетевший из разбитого улья.

— Джонни, — услышал он голос Авроры в своей голове, — прости меня, что я сразу не сказала, кто я. Я просто не хотела, чтобы мое происхождение и мой статус как-то влияли на твое отношение ко мне. И я по-прежнему согласна быть твоей женой.

— Айнѐ, милая, — отвечал он ей так же мысленно, — но разве твой отец согласится выдать тебя за простолюдина?

Аврора медлила с ответом, словно подбирала слова.

— Я верю, — в ее голосе слышалось, что ответ дается ей непросто, — что отец согласится…

Ее фраза оборвалась, словно была недосказанной. Джонатану показалось, что она что-то недоговаривает. Он вспомнил про результат анализа крови, что Аврора говорила, что в его жилах какой-то большой процент крови некоего предка из этого мира. «Может быть, этот предок не был простолюдином?» — подумал Джонатан, но не рискнул поделиться свой догадкой с Авророй.

— Будем надеяться, что в вашем мире все не настолько строго с правилами династийных браков, как могло бы быть, — мысленно ответил Джонатан, не дождавшись продолжения оборванной, как ему показалось, фразы Авроры.

— Поверь, все не так страшно с этими правилами, — она отвечала немного сбивчиво. — Я знаю, все будет хорошо. Я точно знаю.

— Я верю тебе, — мысленно ответил он, хотя сомнения в ее словах не покидали его, — мне надо идти заниматься. Там связи не будет. Мы увидимся вечером?

— Конечно, Джонни, — ее голос, звучавший в его голове, снова стал веселый, как прежде, — увидимся.

С грузом своих мыслей он отправился в класс для занятий магией. Науки в этот день давались ему как никогда тяжело. Вернув книги на свои места, он отправился на крышу водонапорной башни. Солнце неумолимо клонилось к закату. Воздух был кристально прозрачным. Тихое спокойствие ранней осени в этом мире настраивало на созерцание природы и погружение в себя. Джонатан начинал понимать, почему монастыри разных религий в его мире часто располагались в отдаленных и труднодоступных местах.

Он втягивал полной грудью воздух, наполненный запахами спелых плодов и осенних цветов. В какой-то момент он поймал себя на том, что различные запахи, наполнявшие воздух, стали для него как отдельные строки в списке. Каждый сорт яблок, слив, груш, ягод. Его мозг буквально вскипел от обилия деталей, которые он внезапно ощутил в воздухе. «Что со мной?» — спросил он сам себя, задержав на несколько секунд дыхание, чтобы как-то справиться с обрушившимся на него потоком информации. «Что за способность активировалась и как ею управлять?» — продолжал он размышлять, мысленно обращаясь к самому себе, к тому «себе», который был скрыт в глубинах его души. Спустя несколько минут после того, как он ослабил внимание к запахам, пытаясь переключиться на что-то другое, его обоняние вернулось к обычной чувствительности.

Еще с того момента, когда его тело защитилось от летящей в него стрелы, на мгновение покрывшись чешуей, он не мог отмахнуться от темы, которая дальше все больше и больше занимала его сознание. Вопросы, от ответов на которые Аврора всегда уходила, не давали ему покоя. На самом деле, Джонатан откуда-то знал часть ответов. Он не мог сам себе объяснить этого. Но это знание было глубоко внутри него. И именно сейчас оно обретало новый смысл. Джонатан решил пойти дальше в исследовании своей новой природы, все больше ища единения внутри себя.

После ужина они сидели у камина. Дрова тихо потрескивали. Созерцание танца огня наводило каждого из них на свои размышления. Первым тишину вечера нарушил Джонатан.

— Айнѐ, помнишь, я спрашивал тебя, есть ли что-то в книгах про драконов?

— Да, конечно, помню, — в ее голосе Джонатан уловил едва заметную тревогу, — но у нас нет ничего о драконах. Совсем ничего.

— Тогда я спрошу тебя, можно?

— Но я сама очень мало знаю о драконах, — ответила Аврора.

— Скажи, насколько сильным и влиятельным в вашем мире может быть дракон? — спросил Джонатан.

— Мне сложно сказать, — Аврора отвечала, тщательно подбирая слова. — Насколько я знаю, драконы могут быть достаточно сильны с точки зрения их животной природы. Особенно те из них, которые являются огнедышащими. Но и с точки зрения магии…

Аврора задумалась, словно не решаясь продолжить мысль.

— Ты хочешь сказать, что дракон мог быть и магом одновременно? — спросил Джонатан, не дожидаясь завершения фразы.

— Да, — выдохнула Аврора, опустив глаза, — как правило, драконы являлись магами. Это есть в легендах. Но за свои триста с хвостиком лет я не слышала о том, чтобы где-то были живые драконы в нашем мире. Если хочешь, Хирумо найдет тебе пару-тройку книг с легендами, где упоминаются драконы. Но ты должен понимать, что это именно легенды, а не летописи.

— Тогда у меня еще один вопрос, — не унимался Джонатан, — королевство, в распоряжении которого есть полноценный огнедышащий дракон, насколько оно обретет преимущество в военном и политическом плане?

— Ты хочешь услышать правду, Джонни?

— Конечно, Айнѐ.

— Если говорить в понятиях твоего мира, то обладание огнедышащим драконом-магом для королевства – это все равно что обладание ядерной бомбой в вашем мире, — Аврора посмотрела в глаза Джонатана.

В ее взгляде были одновременно удивление, страх и немой вопрос о том, что заставило Джонатана углубиться в эту тему.

— Почему ты спрашиваешь меня об этом? — ее голос немного дрожал от волнения.

— Я не знаю точно, но… — теперь Джонатан тщательно подбирал слова, — Согласен я с этим или нет, есть у меня доказательства или нет. Я просто знаю и вижу все больше подтверждений этому. Мне кажется, что во мне есть что-то от дракона.

— Джонни, мне кажется, ты преувеличиваешь, — Аврора улыбнулась, глядя ему в глаза, — выдаешь желаемое за действительное. Так иногда бывает. Особенно, когда только начинаешь изучать магию.

— И все же, — не унимался Джонатан, — смотри сама. Первое. Моя кожа превращается в чешую, очень похожую и по виду, и по свойствам на чешую драконов. Второе. Я могу использовать разные виды огня как оружие…

— Джонни, — прервала его Аврора. — Я тоже могу использовать огненные шары в качестве оружия. Но я же – не дракон, верно?

— Ну… верно, — с ноткой сомнения в голосе согласился Джонатан, — еще один момент. Сегодня я обнаружил, что могу обострять свое обоняние до такой степени, что различаю запахи отдельных сортов фруктов и цветов, людей и животных, разных материалов… По-настоящему звериное чутье. Что скажешь на это?

— На это я тебе ничего не могу сказать, — ответила Аврора, — чуткий нюх не только драконам свойственен. Волки-оборотни, например.

Она посмотрела на него игривым взглядом и тихонько засмеялась, понимая, что это объяснение не снимает вопроса Джонатана. В этот вечер они больше не возвращались к этой теме. Но мысли Джонатана были устремлены к познанию своей собственной тайны. Он долго не мог заснуть и решил, что свежий прохладный воздух сентябрьской ночи и звездное небо помогут ему прогнать навязчивые мысли. Уже через пять минут он сидел на крыше водонапорной башни, укутавшись в теплый плед. И снова звезды притягивали его мысли и его взгляд. Джонатану казалось, что он знает о них намного больше. Точнее, не он сам, а другой Джонатан, который все активнее проявлялся в нем через новые знания и навыки, о которых он не читал в учебниках и книгах по магии.

Вот и сейчас, глядя на звезды, он понимал, что может в каком-то смысле подключаться к ним, к их энергии. Джонатан пока не понимал, как это сделать и что это может дать ему, но знание постепенно становилось все яснее. Бессловесный диалог с тем, кто был скрыт в нем, становился все интенсивнее. Как вдруг он услышал, как чей-то мужской голос позвал его — «Джонатан…» Он огляделся вокруг и никого не увидел на башне.

— Джонатан, не бойся меня, — продолжил голос из ниоткуда. — Я хочу тебе помочь. Помочь стать тем, кем ты рожден.

— Сначала представься, кто ты, — ответил Джонатан.

— Сейчас это не важно, — голос звучал весьма дружелюбно, даже слишком. — Тебе нужен настоящий учитель, который поможет тебе раскрыть все свои таланты и возможности. И не думай про эту юную рыжую девчонку. Она не сможет дать тебе то, что смогу я.

Джонатан попытался сконцентрироваться, чтобы понять, что происходит. Он явно чувствовал чье-то присутствие, но ничего и никого не видел. Голос постоянно менял направление, словно его источник перемещался вокруг Джонатана.

— Под моим руководством ты станешь великим магом здесь, в этом мире, — продолжал говорить неизвестный голос. — Я знаю твои сомнения, твой страх. О, да ты влюблен в нее? — Голос рассмеялся почти гомерическим хохотом. — Мой юный Джонатан, она не стоит и твоего пальца на ноге! — в речи загадочного гостя явно добавилось наглости и самоуверенности. — Когда ты будешь готов, ты даже не посмотришь на таких, как она. Решайся. Я предлагаю тебе могущество и власть, какие тебе больше никто не сможет дать. Ты сам будешь брать все, что захочешь. Вместе мы будем править этим миром.

Джонатан не отвечал на сладкие речи искусителя и все больше погружался внутрь себя, пытаясь перестать мыслить словами.

— Что же ты молчишь, мой юный друг? — спросил незнакомец. — Это невежливо с твоей стороны не отвечать на такое щедрое предложение. Сколько у тебя осталось дней до дня рождения? О, через 10 минут останется 120 дней. Не теряй время. Это самые важные дни в твоей жизни. Долгой и счастливой, если ты согласишься на мое предложение. И очень короткой, если откажешься.

В конце фразы голос собеседника зазвучал угрожающе и очень серьезно.

— Ты хочешь сказать, что, если я не соглашусь, ты убьешь меня? — ответил Джонатан максимально спокойно, хотя в его душе покоя не было. Но он по-прежнему старался скрывать свои мысли и ощущения от всех, даже от Авроры, и максимально искал единения с другим собой.

— Если ты откажешься, ты не оставишь мне выбора, — голос собеседника стал намного более жестким и совсем не ласковым, как вначале.

Джонатан внезапно ощутил связь с замком. Это говорило о том, что защитные системы замка почувствовали угрозу и чье-то присутствие. Зрение Джонатана изменилось, словно стало дополненным той информацией, которой делился с ним замок. Но, в отличие от предыдущего нападения на него, никаких внешних проявлений этой связи не наблюдалось.

— Джонатан, малыш, — снова зазвучал голос неизвестного гостя, — не смеши меня. Ты ничего не сможешь со мной сделать. Этот замок не может меня ни остановить, ни уничтожить. Последний раз предлагаю тебе дружбу и могущество. Соглашайся, не будь глупцом.

Джонатан сформировал вокруг себя защитную сферу. Его зрение нащупало сгусток темной энергии, носившийся вокруг водонапорной башни.

— Твое предложение очень щедрое, Незнакомец, — заговорил Джонатан, — какова цена?

— Служи мне верно, и ты станешь великим магом и властителем этого мира, — голос незнакомца наполнился пафосом и величием, — или умри.

Последние два слова были сказаны очень резко. Перед Джонатаном из темного сгустка сформировалась некая фигура, похожая на человека.

— Я не буду служить тебе, кем бы ты ни был, — громко и уверенно ответил Джонатан.

— Глупец, — прошипел незнакомец в ответ.

Из фигуры, которая висела в воздухе перед Джонатаном, с огромной скоростью вылетели два огненных шара и врезались в защитную сферу, которую он сформировал вокруг себя ранее. Защита справилась с зарядами, но Джонатан ощутил их на себе как весьма болезненные, хоть и не оставившие повреждений.

— А ты многому уже научился, — голос незнакомца стал злее.

Темная фигура снова начала перемещаться вокруг Джонатана, в ее руке появился длинный меч, который вспыхнул ярким оранжевым пламенем.

— Тебе не справиться со мной. Подчинись, прими мою власть или умри.

Джонатан максимально увеличил размеры защитной сферы. Однако огненный меч беспрепятственно проткнул ее. Но рука, державшая его, не могла войти внутрь сферы.

— Твои силы скоро закончатся, это неизбежно, — незнакомец больше не проявлял любезности.

Джонатан попытался сформировать заряды для удара по тени, которая носилась перед ним, но шары никак не получались. Отчаяние начало захватывать его разум. Он не мог обратиться к Авроре и позвать ее на помощь, даже не позволял себе думать об этом, чтобы не выдать их связь между собой. Защитная сфера постепенно сжималась, и острие огненного меча, которым размахивала рука неизвестной тени, становилось все ближе к его телу.

— Ты даже не представляешь, кто ты на самом деле! — не унимался голос.

«Кто я?» — мелькнула мысль в голове Джонатана, и он всем своим разумением и сознанием устремился внутрь себя.

— Что? Что ты делаешь? Ты хоть понимаешь, кого ты собираешься выпустить на свободу? — незнакомец перешел на крик.

Джонатан понял, что все делает правильно, но он должен был сохранить контроль над той силой, к которой он обращался в себе. По мере погружения в себя он ощутил незримую связь, словно тонкие ниточки поднимались в небо от него, каждая ниточка к своей звезде. Он ощутил дыхание звезд как свое собственное. Это было очень странное ощущение. Джонатан начал втягивать в себя «воздух» звезд. Его взгляд устремился на мечущуюся перед ним тень, которая застыла под его взглядом.

— Это невозможно! Что ты делаешь? — кричал незнакомец, в его голосе появилась паника и страх.

Джонатан продолжал этот вдох, если его можно было так назвать. По мере того, как он втягивал в себя энергию звезд, крыша башни и темная фигура, замершая и хаотично махавшая огненным мечом, уменьшались. В своей груди Джонатан ощутил сильный жар. Его тело было покрыто чешуей, из-под которой в районе груди исходило свечение.

— Нет, нет, — тень задрожала, пытаясь вырваться из плена, голос незнакомца дрожал, — этого не может быть! Ты убьешь сам себя!

В следующий момент струя белого пламени вырвалась изо рта Джонатана точно в неизвестную темную сущность. Яркая вспышка озарила небо над замком. Через секунду все стихло. Джонатан осмотрелся вокруг, не ослабляя собранности. Никакой опасности или чьего-либо присутствия не наблюдалось. Замок тоже показывал отсутствие опасности. На мгновение Джонатан ощутил свободу, какую не ощущал никогда. Ему захотелось остаться в таком состоянии насовсем. Но он вспомнил слова незнакомца о том, что тот, кто в нем, может выйти из-под контроля. Джонатан вернулся к концентрации внутри себя и через несколько секунд начал возвращаться к своему привычному виду. Осмотрев себя, он обнаружил, что вся его одежда была разорвана, он стоял обнаженным на крыше водонапорной башни.

Едва он успел накинуть на себя плед, как на крышу вбежала Аврора. Ее взгляд устремился на Джонатана, в ее глазах был страх за него.

— Ты в порядке, Джонни? — почти со слезами спросила она. — Почему ты не позвал меня? Что здесь произошло?

Она бросилась ему на шею, обнимая его и целуя его лицо.

— Айнѐ, все хорошо. Я не ранен, — ответил он, прижимая ее к себе, — я тебе сейчас все покажу.

Он взял ее за руки и показал свои свежие воспоминания о том, что здесь только что произошло. Аврора смотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Ты даже не представляешь, что здесь только что произошло, — тихо сказала она, пытаясь осмыслить увиденное, — ты только что уничтожил заренского демона-аватара…

— И что это за демон такой?

— Таких демонов используют только Объединенные княжества Зарены. Они используются как дистанционный портал, когда их хозяин обеспечивает себе удаленное присутствие в любом месте, при этом не подвергая себя опасности. И убить такого демона мало кто может. Я бы не справилась с ним, — она задумалась на несколько секунд, — только… огнедышащий дракон может справляться с ними без особых проблем и, может быть, пара-тройка магов во всем нашем мире. Остальные могут только защищать себя, но не убивать этих демонов.

— Погоди, Айнѐ, — Джонатан замотал головой, не веря услышанному, — ты хочешь сказать, что я огнедышащий дракон?

— Думаю, да, — ответила Аврора, посмотрев ему в глаза. На ее лице читалось удивление и трепет, словно она сама не ожидала этого, — пойдем спать, Джонни. Для тебя это была тяжелая ночь. Кстати, а что стало источником энергии для огненного дыхания?

— Звезды, — задумчиво ответил Джонатан.

— Поздравляю, ты инициировал огнедышащего дракона, — с загадочным и одновременно довольным выражением лица сказала Аврора. — Но будь осторожен. Не дай ему сорваться с цепи, пожалуйста. Неспроста тебя искушали властью и могуществом. Он обращался именно к дракону. Но, похоже, не ожидал, что он будет огнедышащим и на крепком поводке. Я горжусь тобой, любимый.

На ее лице сияла улыбка, словно она выиграла в лотерею кучу денег. Они вместе направились в комнату Джонатана.

Глава 5. Райский остров

— Отец, я была уверена в нем с самого начала, и он не подвел меня.

— Я наслышан о его подвигах и хочу сам посмотреть, на что он способен.

Джонатан проснулся очень рано, еще до восхода солнца. Стараясь не будить Аврору, он оделся и вышел из комнаты. На часах было только начало шестого утра. Он быстро спустился по лестнице и вышел во двор замка. Воздух был достаточно свеж и прохладен, чтобы прогнать сон за считанные минуты. Главные ворота замка, расположенные в крепостной стене, были еще закрыты. Но калитка в воротах во двор замка была уже отрыта. Двадцать кругов вокруг замка в достаточно быстром темпе были лучшим началом утра. Во всяком случае, на тот момент Джонатан считал именно так. К концу пробежки первые лучи восходящего солнца окрасили ярко-оранжевым цветом башни и стены.

Вернувшись к себе в комнату после пробежки, Джонатан увидел идеально заправленную постель и такой же идеальный порядок в комнате. На столе лежала записка, написанная красивым каллиграфическим почерком Авроры: «Сегодня ты обязательно должен быть на обеде. Твоя Айнѐ». Он несколько раз прочитал записку. Странное предчувствие охватило его. Нет, не угроза, не страх. Скорее ожидание неприятного события. Ход времени снова застучал пульсом в его сознании, как внутреннее напряжение. Несмотря на предчувствие, Джонатан решил не беспокоить Аврору. Тем более, он чувствовал, что и она находится в некотором напряжении по поводу предстоящего обеда.

Позавтракав, Джонатан поспешил в учебный класс в высокой башне. После ночных событий на крыше водонапорной башни Джонатан с еще большим усердием взялся за изучение способов защиты от магических воздействий. Нескольких часов между завтраком и обедом было катастрофически мало для того, чтобы как следует освоить защитные заклинания или иные магические приемы противодействия чужой магии. Между тем странное предчувствие так и не оставляло Джонатана в покое. Словно он что-то знал в глубине души о том, что должно произойти, но никак не мог понять, что именно его ожидает.

В назначенное время Джонатан стоял у дверей зала. В этот раз он не был единственным приглашенным на обед. Еще несколько пар, по всей видимости из знатных родов, судя по их изысканным одеждам, ожидали приглашения вместе с ним. Высокие двери бесшумно отворились, и ожидающих пригласили войти. Место Джонатана было напротив Авроры, которая сидела не во главе стола, как ранее, а с левой стороны от главного места. Такой расклад мест не оставлял сомнений в том, что этот обед состоится в присутствии королевской четы.

— Айнѐ, я рад тебя видеть, — мысленно обратился он к Авроре. — Я правильно понял, что твои родители будут на этом обеде?

— Да, Джонни, — так же мысленно ответила Аврора, сохраняя внешнюю отрешенность, — когда начнется трапеза, смотри на меня и повторяй действия за мной. По остальной церемонии смотри на гостей. Они знают, что, как и в какой момент надо делать.

— Спасибо, Айнѐ, — мысленно ответил Джонатан.

В следующий момент глашатай провозгласил приветствие, из которого Джонатан уловил, что сейчас в зал войдут король Регрантс и королева Артвелк, правители Эвендера. Следуя тому, что делали гости, Джонатан так же повернулся в сторону открывшейся двери и замер в приветственном поклоне. В полной тишине король и королева вошли в зал. Вопреки ожиданиям Джонатана, одеты они были совсем не так, как он себе представлял королей и королев. Конечно же, ее умеренно строгое платье кремового цвета было пошито из очень дорогой ткани, украшено золотой и серебряной вышивкой и драгоценными камнями. Но совсем не с вычурной пышностью. Ее корона больше была похожа на ажурную диадему, сверкавшую бликами драгоценных камней в лучах солнца, проникавших в высокие окна зала. Так и король не был одет в мантию с горностаями. На нем был скорее военный костюм. Красный строгий сюртук был украшен золотой вышивкой, на плечах покоились эполеты из золотой нити с вышитым вензелем в виде первой буквы имени короля. От привычного образа королей была только корона, украшенная драгоценными камнями.

Их поступь, осанка, взгляд, полный достоинства и власти, не оставляли ни малейшего сомнения, что перед Джонатаном король и королева Эвендера. Все сели за стол. Атмосфера в зале постепенно становилась менее официальной. Гости разговаривали, поглядывая на Джонатана. К сожалению, его уровня владения местным языком явно было недостаточно, чтобы понять, о чем они говорят.

— Джонни, — мысленно обратилась к нему Аврора, — ты сегодня в центре внимания. Все только о тебе и говорят.

В ее голосе, звучавшем в голове Джонатана, была изрядная доля веселья. Он даже почувствовал, что она улыбалась ему, хотя внешне на лице Авроры не дрогнул ни один мускул.

— Да уж, — так же мысленно ответил Джонатан. — Я все же чувствую себя не в своей тарелке на подобных приемах.

— Привыкай, — ее голос звучал игриво, — если хочешь, чтобы я стала твоей женой.

В этот момент Джонатан заметил на себе взгляд короля. Это был весьма пристальный взгляд. К счастью для Джонатана, этот взгляд был коротким, но все же оставил ощущение, что король просканировал его. С этого момента Джонатан почти постоянно чувствовал на себе внимание короля. Или ему так казалось от того, что он все же волновался, как его примут родители Авроры и примут ли вообще. А еще он заметил, что король ловил каждый его взгляд на Аврору.

Тем временем общая атмосфера в зале становилась все более непринужденной. Может, этому способствовало вино, которое подавалось к обеду, а может быть, гости привыкли к присутствию Джонатана и королевской четы. Король, и королева общались с подданными вполне демократично. «Наверное, я не те книжки читал», — подумал Джонатан, наблюдая за происходящим в зале.

— Так не во всех королевствах в нашем мире, — уловив его размышления, Аврора мысленно прокомментировала происходящее в зале.

— Ты тоже можешь чувствовать мое настроение и эмоции? — так же мысленно спросил ее Джонатан.

— Когда они сильные или когда ты сам позволяешь мне их чувствовать. А ты чувствуешь меня?

— Конечно, Айнѐ.

Их ментальная магическая связь давала им небывалые возможности быть вместе независимо от расстояний, оставляя свое общение скрытым от посторонних глаз и ушей. И в то же время они могли действовать сообща, даже не обмениваясь взглядами, просто зная мысли друг друга. Джонатан не находил в учебниках по магии, доступных ему для чтения, ничего подобного. Хотя там и были описаны связанные камни, через которые маги могли общаться друг с другом на расстоянии. Но такой вид связи ни в какое сравнение не шел с тем, что было между ними.

Их мысленный диалог прервал сам король, хлопнув Джонатана по плечу со словами — Ну, что, Джонатан, думаю, нам стоит узнать друг друга получше. Пойдем в кабинет, чтобы никто не мешал.

Его низкий тембр и уверенность в голосе не оставляли ни малейшего шанса на отказ от продолжения разговора. Волна мурашек пробежала по телу Джонатана под одеждой. Вот он, тот момент, которого он ждал и которого опасался. Король подтолкнул Джонатана к двери справа от обеденного стола. Когда они подходили, стражник открыл перед ними невысокую, но весьма массивную дверь.

— Смелее, — король предложил Джонатану пройти в кабинет.

Когда дверь кабинета закрылась, в небольшом, уставленном стеллажами с книгами, кабинете воцарилась глубокая тишина. Джонатан разглядывал полки с книгами. Ближе к окну стоял массивный рабочий стол с основательными тумбами и большим количеством выдвижных ящичков. Помимо стола, в кабинете были два не менее массивных деревянных кресла с кожаной обивкой. Король указал Джонатану на одно из них.

— Присаживайся.

— Спасибо, Ваше Величество, — Джонатан осторожно опустился в кресло, которое оказалось на удивление очень удобным.

Король сел во второе кресло, которое располагалось ближе к окну.

— Предлагаю оставить формальности и дворцовый этикет за пределами этого кабинета. Я хотел бы, чтобы это был разговор двух мужчин, без регалий и званий, — начал разговор король. — Здесь, в этом кабинете, называй меня просто Регрантс. Не надо никаких «величеств» и прочего. Оставь их для торжественных залов и официальных приемов. Договорились?

Несмотря на то, что голос короля был твердым, но все же дружелюбным, Джонатан не поверил в искренность Регрантса.

— Договорились, — он старался держаться и отвечать уверенно, но полностью расслабиться не мог. Взгляд короля казался ему всепроникающим.

— Я наслышан о твоих весьма шумных подвигах, — с легкой улыбкой продолжил король, — и хочу выразить искреннюю благодарность за готовность к самопожертвованию ради защиты моей дочери. Твои успехи в изучении магии также достойны восхищения. За такой короткий срок ты сделал очень много.

— Благодарю, — ответил Джонатан.

— Однако почивать на лаврах еще рано, — голос короля зазвучал серьезнее, — политическая обстановка не позволяет расслабиться. И если с северными соседями у Эвендера отношения более чем добрососедские, то вот с Западным Альянсом не все так просто. Да и кочевники на восточных границах тоже доставляют беспокойство, хотя они, на мой взгляд, менее опасны, чем Западный Альянс. Надеюсь, ты уже ознакомился с географией нашего мира или хотя бы континента?

— Да, я смотрел карты…

— Последний твой «подвиг» наделал много шума в политических и военных кругах всех наших соседей, — король немного наклонился в сторону Джонатана. — И я этому рад, честно говоря. — Король откинулся на спинку кресла. — Скажу откровенно. Я очень заинтересован в тебе. В тебе как воине, как защитнике интересов Эвендера, — взгляд короля снова сканировал Джонатана. — Я готов стать твоим наставником в магии и в военном деле. Возможности, которыми ты обладаешь, уникальны. Но любому алмазу требуется огранка, чтобы он стал бриллиантом. Скажу прямо, я жесткий учитель. Но поверь, это стоит того. У нас мало времени. До твоего тридцатилетия остается меньше полугода.

Джонатан испытывал крайнюю неловкость, хотя ничего такого, что бы могло смутить его, в словах короля не было. Это была совсем другая неловкость. Словно его застали врасплох.

— Я в курсе ваших отношений с Айноакѐ. И, честно говоря, я не сторонник столь вольного подхода к добрачным отношениям. Но, — его голос стал немного строже, — учитывая то, что ты из другого мира, в котором подобное давно не является чем-то предосудительным, и зная свою дочь, я готов закрыть на это глаза.

Король снова наклонился ближе к Джонатану.

— Но только если твои намерения в отношении моей дочери самые что ни на есть серьезные. Ты же понимаешь, что без моего согласия брак между вами невозможен?

Регрантс снова откинулся на спинку кресла с легкой, почти самодовольной улыбкой, словно он знал больше, чем говорил.

— Понимаю. Мои намерения в отношении Вашей дочери самые серьезные. И…

— Не сейчас. Просить ее руки у меня еще рано. Прояви себя в служении Эвендеру. Да, я знаю, что ты чуть не погиб, защищая мою дочь. Не возмущайся. Брак с представительницей королевского рода – это всегда политика, это всегда служение интересам страны. И даже не думай меня обхитрить, — он говорил, словно знал каждую мысль Джонатана в данный момент.

Джонатан осознал, что та неловкость, которую он ощущал с самого начала их разговора, была связана именно с тем, что король не просто смотрел на него пристальным взглядом, он копался в его голове. Джонатан сразу же вспомнил ночное происшествие на крыше и перестал думать словами. Но это не закрывало его разум, а лишь скрывало его текущие мысли. Между тем присутствие короля в его голове ощущалось все сильнее. Напряжение между ними нарастало. Джонатану нужно было время, чтобы использовать защитное заклинание, но так, чтобы король не смог этого заметить раньше, чем защита будет установлена.

Ответ пришел сам собой из глубины его души, которая теперь не была отдельной частью Джонатана, а стала почти единым целым с ним. Мгновенная концентрация – единственное, что успел увидеть король в его глазах перед тем, как время остановилось для всех, кроме Джонатана. Несколько секунд было достаточно, чтобы использовать защитное заклинание от магии короля. И время снова пошло. Их взгляды встретились. Если бы столкновение взглядов могло звучать, то этот звук услышали бы все, даже за пределами замка.

— Похоже, я недооценил тебя, — голос короля прозвучал напряженно.

— Ваше Величество, — Джонатан попытался вложить в свой голос всю уверенность, на которую только он был способен в этой ситуации, — Ваши речи про верность и служение Эвендеру в Вашем лице теряют всякую ценность при отсутствии и капли доверия с Вашей стороны. Вы сами видели все, я не готовился к Вашему вторжению в мой разум, потому что доверял Вам.

В этот момент он ощутил некоторую растерянность короля, хотя внешне Регрантс все так же был уверен в себе и своей власти. Секундная слабость короля позволила Джонатану заглянуть в разум короля на мгновение. Это произошло непроизвольно, у него не было намерений проникать в разум Регрантса. Но Джонатан почувствовал, что его внутренний дракон сделал это. Словно у этого дракона были свои счеты с королем. Джонатану пришлось, что называется, натянуть поводок и остановить себя самого.

— Если Вы хотите, чтобы я был с Вами, служил Эвендеру от всего моего сердца, со всей преданностью и отвагой, то начинать надо с доверия. Мне кажется, я не давал повода подозревать меня, в том, что у меня есть скрытые намерения и мотивы. Я всем сердцем люблю Вашу дочь. И ее я буду защищать, не жалея своей жизни. Но не Вас. Во всяком случае, пока.

Джонатан встал с кресла.

— Разрешите идти, Ваше Величество?

Король был ошеломлен, хотя и всячески скрывал свои эмоции.

— Я запрещаю тебе покидать крепость, запрещаю видеться с моей дочерью, — король был зол, но не позволял себе выразить это явно. — Ты остаешься моим гостем без права ношения оружия, на полном обеспечении. К нашему разговору мы еще вернемся. Свободен.

Король встал и отвернулся к окну. Джонатан кивнул в ответ, развернулся почти по-военному и вышел из кабинета. В зале он встретился взглядом в Авророй.

— Что произошло? — мысленно спросила она.

— Я тебе расскажу позже, извини, пожалуйста. Мне надо побыть одному сейчас. Твой отец запретил мне видеться с тобой, — так же мысленно ответил Джонатан.

— Что? Как запретил?

— Пожалуйста, Айнѐ, дай мне хотя бы пару часов. Я тебя очень прошу.

Он быстрым шагом направился в учебный класс. Джонатан не хотел, чтобы Аврора видела и чувствовала его отчаяние, которое охватило после разговора с ее отцом, поэтому и поспешил в учебный класс, зная, что никакая магия извне не может проникнуть в помещения высокой башни замка, равно как и вырваться из них наружу. Но Аврора все равно поняла, что разговор был тяжелым, даже не имея возможности чувствовать эмоции и переживания Джонатана через их ментальную связь.

Ураган мыслей бушевал в его голове. «Снова одни вопросы и никаких ответов, —Джонатан пытался рассуждать сам с собой. — Как я здесь оказался и почему именно я? Насколько искренними были чувства Авроры? Какова истинная роль ее отца во всем том, что произошло и происходит со мной? Насколько Аврора в курсе планов и действий ее отца? А может быть она с ним заодно? Что связывает дракона во мне и короля?» И любая попытка найти предположительный ответ на любой из этих вопросов порождала лавину новых. Никакие попытки чтения книг по магии не помогали утихомирить бурю в голове Джонатана. В его сердце была тяжелая тоска.

«Я должен был догадаться, что все происходящее не является случайностью», — думал он, разозлившись на себя самого. «Спустить дракона с цепи, чтобы выжечь все это огнем к чертовой матери? Тогда я буду хуже короля, погубив много жизней ради мести непонятно за что», — мысль о драконе напугала Джонатана. Прилив гнева и предвкушение наслаждения местью на мгновение овладели им. «Нет, нет, нет! — буквально закричал сам себе в мыслях Джонатан, — ему нельзя давать волю. Успокойся, Джонни, остынь. Никакой мести. Тем более не зная, за что именно. Может быть, король только этого и ждет… Я не сделаю ему такой подарок, нет. В любом случае, сейчас не стоит ничего решать. Не будь идиотом, Джонни».

Ужин в одиночестве явно не способствовал изгнанию тоски из сердца Джонатана. Он поймал себя на том, что уже привык к постоянному присутствию Авроры, ее смеху, ее озорному взгляду, а теперь подозревал ее в том, что она использовала его, действуя под руководством отца. «Неужели все это было притворством? — он не мог поверить в то, что Аврора могла так сыграть любовь, не имея реальных чувств к нему. — Нет, я же чувствую ее, это невозможно подделать или сыграть. Наша связь… Она ведь возникла обоюдно и почти сразу. А если все же возможно? То тогда она самая коварная ведьма на свете. Еще страшнее короля. Черт, как же все сложно. Я не хочу, чтобы все было именно так!» Сон никак не хотел принимать в свои объятья Джонатана, и он, как обычно, отправился на крышу. Ночь была безлунной и звездной. Он ощущал себя одиноким котом, который сидел на крыше и вглядывался вдаль.

— Джонни, я знаю, ты не спишь, — тихий и грустный голос Авроры, полный мольбы и надежды на ответ, зазвучал в его голове, — поговори со мной.

— О чем? — Джонатан постарался ответить максимально сдержанно.

— О том, что было в кабинете отца. О том, что было и, я надеюсь, есть между нами.

Он чувствовал ее, что она страдает не меньше, чем он сейчас. Но можно ли верить этому чувству, он не знал, не мог определиться.

— Скажи, что из того, что было между нами, правда, а что игра? — собравшись с мыслями, спросил он Аврору.

— Все правда. Я не играю с тобой. Я люблю тебя, — голос Авроры, звучавший в голове Джонатана, дрожал от накатывающих слез. — Когда началось массовое перемещение демонов из вашего мира, отец попросил меня найти среди них другой дух. Я не знала, кого именно он ищет. Но он сказал, что тот, кого я не смогу уничтожить, и будет тем самым другим духом, которого надо найти.

— Ты хочешь сказать, что мое перемещение было не случайным?

— Да. Но подробностей я не знаю, — ответила Аврора, — это была не первая волна демонов из других миров. Но в этот раз все пошло не так, — Джонатан ощутил то тепло, о котором она сейчас вспоминала.

— Когда ты схватил меня за руку в том сыром подвале, — продолжила Аврора, — я ощутила такое нежное тепло и в то же время такую силу, добрую силу, какую не ощущала никогда ранее. И эта сила показалась мне родной… Я не знаю, как это объяснить. Я могу только поделиться с тобой тем, что я чувствую, если хочешь.

Ее переживания, которыми Аврора поделилась с ним, открыв свою душу через их магическую связь, наполнили теплом его душу.

— Потом отец попросил меня проверить твои способности и обучить тебя всему, на что хватит времени. И я с радостью согласилась, потому что мое сердце стремилось к тебе. И между нами возникло что-то, чего я даже не могла себе представить. Это не просто ментальная связь. Это родство душ, единение двух сердец. Джонни, я люблю тебя больше жизни и хочу быть с тобой до конца своих дней. Но мое происхождение накладывает много ограничений и обязанностей.

В ее голосе зазвучала тоска от тяжести на сердце. Джонатан устремил взгляд, если только так можно сказать применительно к их ментальной связи, на нее. Он видел искренность в ее словах и очень хотел верить в то, что это не какой-то магический обман, что это и есть их правда, одна на двоих. Он обнял в своей душе ее незримый образ, прижав ее к себе, и почувствовал, как слезы хлынули из ее глаз.

— Айнѐ, я люблю тебя, ты знаешь это. Я ничего не скрываю. Ты была в моем разуме и все сама видела.

— Я знаю, Джонни, тебе нет нужны убеждать меня в своих чувствах. Ты все доказал на деле едва не умерев за меня.

Она продолжала плакать у него на груди. Хотя они были физически в разных местах, но их души были вместе и рядом, в объятиях друг друга.

— Что еще король знает обо мне?

— Он следил за твоими успехами в магии, — ответила Аврора, — и за твоими подвигами тоже.

— Влезать в чужой разум без спроса – это норма для него?

— К сожалению, его методы, мне тоже не нравятся. Но родителей не выбирают, — ответила Аврора.

— Он может влезть в нашу с тобой связь?

— Я не знаю. Такого явления я не встречала ни в книгах, ни в жизни. Я надеюсь, что наша связь для него недоступна, даже если он залезет в мой разум, — в голосе Авроры была надежда, но она не была уверена, что все именно так.

— Айнѐ, я надеюсь, ты меня поймешь, — Джонатан старался говорить мягко, — но я вынужден буду ограничить доступность моего разума и для тебя, чтобы защититься от твоего отца. Мы сможем общаться, как и прежде. И сможем больше открываться друг для друга, если будем уверены, что он не пытается проникнуть в мой или твой разум. Прости меня за это. Ты сама прекрасно знаешь, что значит иметь вынужденные ограничения. В твоем случае это связано с государственным статусом. В моем – это необходимость самозащиты.

Она замолчала на некоторое время.

— Да, я понимаю тебя, — Джонатан чувствовал, что Аврора не была согласна, не хотела, чтобы между ними были препятствия. — Только не оставляй меня одну… Я не смогу жить без тебя.

— Я не знаю природу нашей с тобой связи, — Джонатан очень хотел верить в искренность Авроры, — но я чувствую, что никакая магия этого мира не сможет разорвать ее, чтобы разлучить нас.

Она по-прежнему ощущала себя в его объятиях, лежа в своей кровати. Он сидел у бортика на крыше водонапорной башни, ощущая себя рядом с ней. От его тепла, которое передавалось Авроре, она успокоилась, и сон начал одолевать ее.

Аврора уснула, а Джонатан вернулся к своим сомнениям и размышлениям о том, что произошло днем и что может ждать его дальше. Он вглядывался в ночное небо, усыпанное звездами, словно ища поддержки и ответов на свои вопросы. Аврора была единственным якорем для его души здесь, в этом мире, в который чей-то злой умысел вырвал его с корнем из понятного и уютного мирка и мира и перенес сюда непонятно зачем. «Неужели все только из-за того, что во мне живет огнедышащий дракон? — Джонатан снова рассуждал сам с собой, пытаясь понять, что именно привело его в этот мир. — Если учесть, что Аврора сравнивала обладание таким драконом для королевства в этом мире с обладанием ядерной бомбой в нашем мире, то это может стать аргументом в пользу замысла короля обзавестись подобным преимуществом».

При всей очевидности преимуществ владения таким оружием для королевства Эвендер эта мысль никак не укладывалась в голове Джонатана. «Ну, хорошо, — продолжал мысленно рассуждать он. — Если это единственная цель, то почему бы королю не женить меня на своей дочери, сделав подданным его королевства. Ведь по условиям брака я должен был бы дать присягу на верность королевству. Или мое происхождение может быть непреодолимой помехой? Нет, при таком соблазне любой король наплевал бы на мое происхождение, желая получить такое оружие в свои руки».

Впрочем, Джонатан понимал, что это другой мир. И он мог просто не знать каких-то скрытых обстоятельств или препятствий, которые могли бы направить развитие событий по более сложному и запутанному для всех сторон пути. Несмотря на все попытки объяснить происходящее для самого себя, ни к каким однозначным выводам он так и не пришел. Тем временем небо на востоке начало светлеть и эта ночь близилась к концу.

Джонатан направился в свою комнату, чтобы хоть немного поспать. Единственное, что он решил твердо, так это то, что он продолжит изучать магию и самого себя, чтобы стать сильнее и лучше контролировать очень опасного зверя, который жил внутри него. И тогда никакой король, как думал Джонатан, не сможет его удержать или диктовать ему неприемлемые условия.

После завтрака Джонатан снова направился в класс для занятий магией, но сначала решил зайти в библиотеку, которая была расположена в той же башне. После неоднозначного разговора с королем и установки целого ряда запретов для себя Джонатан хотел проверить, доступна ли для него библиотека магических книг. К его удивлению, дверь в библиотеку открылась. Более того, он смог взять книгу с полки и вынести ее в учебный класс. Этот факт, с одной стороны, обрадовал его, но с другой стороны, добавил неопределенности в отношение короля к нему.

«Стало быть, король не против, чтобы я продолжал изучать магию, — думал Джонатан, сидя за столом в учебном классе, — может, все же есть надежда на то, чтобы выстроить отношения с ним, и он все же даст свое согласие на брак с Авророй». Но воспоминания о первой встрече с королем были еще очень свежи в его памяти, и подавить эмоции, которые вновь возникли в его душе, стоило Джонатану немалых усилий воли. Однако сама причина, поднимавшая такую волну желания отомстить королю, была ему непонятна. И вторжение в его разум без спроса не могло служить объяснением столь сильного желания мести.

Самым существенным изменением после знакомства с отцом Авроры в жизни Джонатана стал запрет видеться с ней и сомнения насчет ее искренности, с которыми приходилось ему бороться. Каждый день проходил по одному сценарию: подъем в шесть часов утра, пробежка, тренировка на площадке гарнизона замка, самостоятельное изучение книг по магии, уроки местного языка вместе с Хирумо и в завершение дня – общение с Авророй.

В то же самое время Джонатан все больше ощущал поддержку с совсем неожиданной стороны. С каждым днем, проходившим после его знакомства с королем, он все больше чувствовал себя своим в этом замке. Джонатан всегда знал, куда не стоит ходить, чтобы не пересечься с королем или королевой. Иногда ему казалось, что даже стены замка стали для него теплее, чем раньше.

Вечером шестого дня от знакомства с королем, после ужина, Джонатан размышлял о том, какой смысл в его существовании в этом мире в целом и в его пребывании в замке в статусе пленника, в частности.

— Привет, Джонатан. Как прошел твой день? — раздался голос Авроры в его голове.

Каждый день примерно в одно и то же время Аврора приходила к нему в мыслях. Это были одновременно и приятные часы общения, и время сомнений и борьбы с ними. В глубине души Джонатан знал, что Аврора искренне любит его. Но эмоции от разговора с ее отцом еще не улеглись в его душе.

— Привет, Айнѐ. Обычный день, как и все остальные за последнюю неделю, — голос Джонатана звучал в ее голове немного грустно. — А ты, как всегда, в государственных делах?

— Неделя одиночества... это тяжело, Джонни, — отвечала Аврора. — Король требует все больше и больше моего времени, но я не могу не думать о тебе. Я хочу быть с тобой, чего бы мне это ни стоило.

— Куда уж больше требовать? — возмутился Джонатан. — Он и так тебя загрузил настолько, что ты не выходишь из рабочего кабинета целыми днями.

— Ты и вправду видишь, где я нахожусь в замке? — Аврора знала об этой способности Джонатана, но ей было важно, что он постоянно думает о ней.

— Я же говорил тебе, что всегда знаю, где ты в замке. И это помогало мне, когда ты была в опасности, Айнѐ, — его голос наполнился любовью и нежностью от воспоминаний о том, как все было до возвращения короля. — Меня сейчас больше удивляет, — продолжил Джонатан — что твой отец полностью игнорирует мое присутствие в замке. Словно специально заставляет меня думать об этом. Впрочем, может оно и к лучшему, что у меня есть это время.

— Джонни, я так соскучилась по тебе, по твоим прикосновениям. Наши мысленные беседы являются спасением от полного одиночества, но они не могут заменить тепло реального прикосновения. Раньше ты был более открытым через нашу связь. Я могла чувствовать тебя почти так же, как если бы ты был рядом, если бы касался меня, обнимал, целовал. Почему ты закрылся от меня?

— Мы уже говорили с тобой на эту тему. Я не знаю, чего ждать от твоего отца, насколько он может воспользоваться нашей связью. Поэтому вынужден ограничить свою открытость и для тебя. Я не хотел бы, чтобы он снова влез ко мне в голову. Да еще и использовал тебя для этого. Пойми меня, пожалуйста.

— Я понимаю, — в ее голосе была грусть, которую она не могла и не хотела скрывать, — моя любовь к тебе настоящая, независимо от того, что говорит или делает мой отец.

— Айнѐ, милая, мое сердце всецело желает верить в это. Потому что я люблю тебя. Но что, если твой отец никогда не даст согласия на наш с тобой брак?

— Я не хочу даже рассматривать такой вариант, — возмутилась Аврора. — Мы будем вместе. Я знаю. Потому, что люблю тебя и готова на все ради того, чтобы быть с тобой рядом.

— Ты знаешь, на что готов я ради этого. Но сейчас мне нужно время... — тихо ответил Джонатан — Есть вещи, которые я еще хочу узнать из книг в магической библиотеке, пока они еще доступны мне.

Джонатан подумал, что, может быть, напрасно он сказал, что магическая библиотека доступна для него. Но попытался убедить себя в том, что Аврора все же не будет все рассказывать своему отцу. Наличие в его душе призрачных сомнений в отношении Авроры не давало ему покоя. Он не хотел сомневаться в ней, но совсем игнорировать это едва ощутимое беспокойство он все же не мог.

— Ты как никто знаешь истинную ценность времени. Я верю, что ты используешь это время с пользой для нас обоих, — Аврора отвечала уверенно, надеясь развеять всякие сомнения в душе своего возлюбленного.

— Мне не дают покоя звезды, — продолжил Джонатан. — Мне кажется, они знают многое... И должен быть способ, как получить доступ к их знаниям. Именно это я и ищу сейчас в книгах.

— Я верю, ты найдешь все, что тебе нужно, — голос Авроры звучал с плохо скрываемой радостью. — На самой верхней полке есть одна книга, которая может тебе помочь. Проверь, откроется ли она тебе.

— Спасибо за подсказку. Я обязательно проверю.

Их беседы по вечерам были для них обоих главным временем всего дня. Но они не могли длиться бесконечно. Утром Аврору ждали государственные дела, а Джонатана – занятия магией и изучение языка. Так что сон забирал их в свои объятия еще до полуночи.

На следующее утро Джонатан уже сканировал, если можно так сказать, книги на самой верхней полке библиотеки в высокой башне. Его рука медленно смещалась от одной книги к другой, пока одна из них не проявила признаков открытости для читателя. Он осторожно взял книгу. Судя по внешнему виду, эту книгу не открывали несколько сотен лет, не меньше. Как только он занес ее в класс для занятий, замок двери щелкнул, заперев класс. Такое происходило, только когда Джонатан брал читать книгу времени. Название книги, которое теперь стало понятно ему, звучало как «Небесные летописи», но по содержанию книга не была сборником историй. Она раскрывала суть вселенной как всеобъемлющего хранилища информации в каждом ее атоме, в каждой частице, в энергетических взаимосвязях между ними и между целыми звездами, пронизывающих всё и вся паутиной чего-то единого, чему Джонатан даже не мог придумать адекватного названия.

Однако что-то попробовать из тех способов получения информации, которые были описаны в книге, Джонатан толком не смог. Ведь из класса магия не выходит наружу. Но и того, что удалось добиться, было достаточно, чтобы представить, как это работает. Несколько дней упражнений, и Джонатан знал, например, историю деревянного стола в классе в таких подробностях, что ни одна летопись или исторический труд ученых со всеми их методами рентгенологических и углеродных анализов не смогут даже предположить.

Но это было не все, чему учила эта книга. Погружаясь в структуру разных предметов в учебном классе, Джонатан заметил, что если предмет сделан из неживой материи, то его информационное поле не просто доступно для чтения. Его можно изменять. «А что если можно отредактировать информационное поле предмета?» — подумал он и начал жадно искать в книге хоть что-то, описывающие подобные возможности. И нашел. С этого момента попытки изменения структуры и формы предметов из камня и железа, имевшихся в учебном классе и принесенных им туда, стали неотъемлемой частью занятий.

Утро двадцать восьмого сентября по привычному для Джонатана календарю начиналось для него, как обычно, с пробежки и тренировки на площадке гарнизона замка. Он уже успел познакомиться с некоторыми с солдатами и командирами, которые помогали ему совершенствовать навыки владения мечом и стрельбы из лука. Когда он вернулся в свою комнату к завтраку, то ощутил очень знакомое присутствие. Открыв дверь в гардеробную, он увидел там Аврору, одетую в охотничий костюм. Рядом стояли два вещмешка довольно внушительных размеров. В углу комнаты стоял лук и большой колчан стрел. Аврора смотрела на Джонатана светящимися глазами.

— Только тихо! — прошипела она. — Я все объясню поле завтрака. Закрой дверь в гардеробную и веди себя как обычно.

Джонатан улыбнулся, оглядев ее и весь ее скарб удивленным взглядом.

— Ты точно сошла с ума, — едва слышно ответил он, — сиди тихо. До завтрака еще почти двадцать минут.

Джонатан закрыл дверь в гардеробную и пошел принимать душ. Его лицо светилось от счастья оттого, что он снова увидел эти полные озорства и задора зеленые глаза своей возлюбленной.

После того, как завтрак был готов, Аврора вышла из гардеробной комнаты.

— Джонни, у нас мало времени, — она говорила полушепотом, ее глаза блестели зеленым огнем, — но завтрак надо съесть обязательно.

— Что ты задумала, Айнѐ? — в его голосе звучало удивление.

— Доедай быстрее и собирайся.

— Куда? Ты вообще понимаешь, что тебе нельзя здесь находиться? — Джонатан был очень рад, что Аврора пришла к нему, нарушив запрет отца, но не беспокоиться о ней он не мог.

— Все я понимаю, — ответила Аврора, дожевывая булочку, — мне чертовски все это надоело. Я не маленькая девочка, которой так легко что-то запретить в своем же доме.

Она снова открыла дверь гардеробной комнаты и стала срывать с вешалок одежду Джонатана, складывая в вещмешок.

— Думаю, этого будет достаточно, — сказала она, утрамбовывая одежду, — этот рюкзак возьму я. Ты бери второй. Он тяжелее. И… Не забудь оружие.

Джонатан посмотрел на нее, собираясь задать вопрос. Но едва он открыл рот, как она прервала его.

— Знаю, отец тебе запретил ношение оружия. Но здесь и сейчас я приказываю. Ты будешь охранять меня. Поэтому ты обязан иметь при себе оружие. Не задавай вопросов. Просто делай, что говорю.

Джонатан смотрел на нее с застывшим на лице удивлением и восхищением. Через пару секунд он все же начал действовать. Одеться в охотничий костюм, застегнуть ремень, на котором висел легкий меч и кинжал, надеть перевязь с колчаном стрел и лук – на все это ему понадобилось около полутора минут.

— Браво! — сказала Аврора, оглядев его и пару раз хлопнув в ладоши. — Бери вещмешок. Там провизия на несколько дней. Готов?

Джонатан закинул вещмешок на плечо.

— Готов. Вопрос только – к чему?

— Доверься мне, пожалуйста, — она посмотрела ему в глаза, — и следуй за мной, только быстро, что бы ты перед собой ни увидел, следуй за мной.

Она закрыла глаза, глубоко вдохнув и сконцентрировавшись. Ее губы беззвучно двигались, читая заклинание. На стене перед Авророй образовалась круглая воронка искаженного изображения стены за ней. Через пару секунд воронка увеличилась до размеров человеческого роста. Аврора взяла Джонатана за руку и шагнула в эту воронку. Он последовал за ней. Ощущение при проходе через этот портал было похоже на падение в воздушную яму на небольшом самолете. При этом в глазах была полная темнота. В следующий момент его нога опустилась на что-то сыпучее и мягкое. Одновременно с этим вернулось и зрение. Аврора потянула его за руку, чтобы он отошел чуть дальше от портала, и портал закрылся.

Джонатан осмотрелся вокруг. Они оба стояли на морском берегу. Запах моря и шум прибоя шокировали его органы чувств.

— Оу, я так не умею, — он все еще осматривался, пытаясь справиться с удивлением и восхищением. — Где мы? Куда ты нас перенесла?

— Это мой остров, — Аврора раскинула руки, показывая Джонатану свои владения. — Добро пожаловать в мой рай. Я иногда сбегаю сюда, когда хочется отрешиться от всего. Этот остров необитаем. Но здесь есть хижина, есть ручей с очень вкусной водой, в середине острова много фруктовых деревьев. Осенью здесь можно прожить целый месяц только на одних фруктах.

Ее глаза блестели от счастья. Она кружилась, раскинув руки в стороны. Солнце наполняло ее рыжие волосы огненным свечением.

— Здесь только ты и я, — громко прокричала она и засмеялась.

Джонатан бросил вещмешок, снял с себя и бросил на песок лук и колчан со стрелами, догнал Аврору, подхватил ее и закружился вместе с ней. Морской воздух опьянял их обоих. Это был ветер свободы, разносивший их радостный смех вдоль берега.

— Пойдем, покажешь мне твою хижину, — сказал Джонатан, глядя в глаза Авроре, — а потом, — Он прижал ее к себе сильнее, — потом продолжим, — он поцеловал ее в губы.

Она долго не отпускала его, не желая прерывать их поцелуй.

— Так все же идем в хижину? — спросила Аврора, успокаивая дыхание после страстного поцелуя. — Или все же продолжим?

Ее голос был наполнен желанием.

— Идем, хотя бы вещи оставим там, — ответил Джонатан.

Они собрали разбросанные на берегу вещи и пошли вдоль линии прибоя, пока не дошли до песчаной тропинки, уходившей вглубь острова. Растительность на острове была довольно густой, чтобы скрыть весьма просторное бунгало, находившееся буквально в сотне метров от берега.

— Вот моя резиденция! — Аврора открыла плетеную дверь. — Добро пожаловать, мой рыцарь!

Джонатан никогда еще не видел ее такой счастливой. Судя по обстановке внутри, Аврора бывала тут достаточно часто. Но все же слой пыли на плетеной из ротанга мебели говорил о том, что как минимум месяца три здесь никого не было.

— Айнѐ, что это за остров?

— Это остров в Южном море, примерно в двухстах пятидесяти морских милях на юг от побережья. Он принадлежит королевству Эвендер. Это если говорить о юридических аспектах. Но если точнее, то это моя собственность как члена королевской семьи. На картах он называется Янукату, но я хочу его переименовать в свою честь.

— Ну если учесть, что «кату» означает остров, то и переименовывать почти не придется. Самый простой вариант: Айнѐкату.

— А ты делаешь успехи в изучении нашего языка, — восхищенно ответила Аврора. — На самом деле, на этом же языке говорят еще в пяти королевствах. Да и кочевники многие тоже немного говорят на нем.

— Я очень стараюсь в части изучения языка. Но все мои успехи стали возможны только благодаря преподавательскому таланту Хирумо.

— Так, все Джонни, забыли про учебу, — голос Авроры звенел словно колокольчик на фоне пения птиц, — пойдем, покажу, где растут фрукты. Да сними ты с себя все лишнее. А то будет жарковато ходить здесь в охотничьем костюме.

Она вытряхнула содержимое вещмешка с одеждой прямо на большую кровать, выбрала себе легкое полупрозрачное платье.

— Чтобы идти вглубь острова, лучше все же что-то надеть. Ну, или хотя бы накинуть на себя, — она загадочно улыбнулась ему. Ее глаза говорили «к черту одежду, но не сейчас».

— Опасных зверей тут нет, так что возьми с собой только нож. Пригодится срезать некоторые фрукты.

Она взяла с собой корзину и повела Джонатана вглубь острова. Постепенно тропинка становилась менее заметной. Песок уже давно сменился травой. Справа от тропинки сквозь деревья виднелась небольшая скала высотой примерно в три человеческих роста, выступавшая из склона холма, у подножья которой было небольшое озеро в форме почти круглой чаши, а с вершины скалы в него водопадом стекал небольшой ручей.

— К этому озеру я хожу за водой, — пояснила Аврора, показав рукой в сторону водопада, — а фрукты растут несколько дальше.

Примерно через минуту лес вокруг них немного изменился. Подлеска почти не стало. Вокруг тропинки росли фруктовые деревья и кустарники, но расположены они были так, словно это был сад, высаженный опытным и заботливым садовником.

— Вот мы и пришли, — Аврора повернулась к Джонатану, — это мой сад. Мой райский уголок. Здесь съедобно все!

— Ты сама за ним ухаживаешь?

— Ну как тебе сказать, — изображая напускное смущение ответила Аврора. — И да и нет. Конечно же, мне помогает садовник. Особенно по весне, когда здесь надо привести все в порядок, убрать лишние ветки, подрезать кроны деревьев. Но я всегда участвую в процессе.

— И ты каждый раз перемещаешься сюда через портал?

— Конечно же, нет. Открытие портала на такое расстояние не такое уж и «дешевое» волшебство, — голос Авроры стал серьезным. — Обычно без магии путь сюда по времени занимает целую неделю. На другой стороне острова есть пристань. Небольшой парусник обычно доходит сюда за двое суток, но при хорошем ветре и за сутки можно дойти. Еще пять дней надо, чтобы доехать от Саи-Карнака до Тобенаса. Это самый крупный наш город-порт на берегу Южного моря. Если ехать в хорошей карете, запряженной четверкой лошадей, то за четыре дня можно доехать. Если добираться верхом со сменой лошадей, то можно за три дня успеть. Но такая гонка весьма утомительна. Потом приходится отлеживаться пару дней.

Пока Аврора рассказывала про остров, корзина уже была полна фруктов.

— Я не знаю, чего я тут набрал, — сказал Джонатан, — но выглядит и пахнет аппетитно. Растения в вашем мире очень похожи на наши. Я бы даже сказал, что они такие же.

— Так и есть, — ответила Аврора. — Разница, конечно же, присутствует, но небольшая, по химическому составу клеточных органоидов. Я проводила сравнительные исследования.

— Ого! — удивился Джонатан. — Ты не перестаешь меня удивлять.

— У нас нет таких крутых приборов, как в вашем мире, — ответила Аврора, — но это не значит, что мы не можем проникать в глубины материи и тайны мироздания. — Ее ответ прозвучал с гордостью за мир, которому она принадлежала.

Сладкие фрукты, жаркое солнце и теплое море как нельзя лучше способствовали беззаботному пляжному отдыху. А осознание того, что сейчас этот райский остров принадлежит лишь только им двоим, позволило влюбленным раствориться друг в друге, забыв обо всем. Когда Аврора уснула сном младенца, Джонатан смотрел на ее лицо, освещенное лунным светом, падавшим через окно хижины. Его сердце переполнялось любовью.

Глубоко внутри он не мог отделаться от мысли, что рано или поздно их будут искать. Но эта мысль была не единственной, которая прогоняла сон. И необитаемый остров, расположенный далеко от берега, как нельзя лучше подходил для того, чтобы реализовать то желание, которое не давало ему покоя последнее время.

Очень осторожно он встал с кровати, стараясь не разбудить Аврору. Его путь лежал на тот самый холм в середине острова, край которого он видел на тропе к фруктовому саду. Взобравшись на него, он увидел довольно большую открытую каменистую поверхность без деревьев и кустарников.

«Идеальное место», — подумал Джонатан. Сконцентрировавшись, он обострил свое зрение и начал вглядываться в морскую даль. Перед тем, как реализовать свой план, он должен был убедиться, что никто не сможет ничего увидеть с проплывающих мимо кораблей.

Горизонт был чист. Помня свой первый опыт на крыше водонапорной башни, Джонатан снял с себя одежду, аккуратно сложив ее на камень. «Не хотелось бы опять остаться без штанов», — с усмешкой сказал он сам себе. Единственное, чего в некоторой степени опасался Джонатан, так это то, что он не сможет полностью контролировать то, что должно было произойти.

Как тогда на башне, он начал погружение в себя, в свою природу, которая манила его совершенно новыми возможностями. Некоторое время ничего не происходило, что можно было бы увидеть снаружи. В какой-то степени на башне было проще. Там была реальная угроза его жизни и все получилось само собой. После нескольких безуспешных попыток Джонатан решил передохнуть и попытаться на время переключиться на что-то другое. Он снова осматривал окрестности, прислушивался к звукам и запахам.

«Это может помочь!» — подумал Джонатан. Он вспомнил, как впервые ощутил небывалую для человека остроту обоняния во время своих ночных бдений на башне. Устремившись в свои ощущения от всех органов чувств, он снова почувствовал это. «Да, получается», — подумал он, продолжив одновременно искать единение со своей новой природой. И вдруг он ощутил, как его тело начало меняться, наполняясь силой. Это ощущение опьяняло его, но Джонатан старался не терять концентрации, не терять контроля над собой. Через полминуты изменения завершились. Он чувствовал себя могущественным великаном. Осмотрев себя, он воскликнул в мыслях: «С ума сойти! Я дракон!» Самым непривычным ощущением для него было то, что его руки теперь были крыльями, такими же по структуре, как крылья летучих мышей, только большими и прочными. «Я должен это попробовать», — сказал он сам себе мысленно.

Несколько взмахов крыльями подняли облако пыли вокруг. Джонатан пытался расправить крылья максимально широко. «Ну что, Джонни, ты же должен все это знать и уметь», — мысленно обратился он к самому себе, тому себе, который теперь проснулся и обрел физическую форму. Еще несколько взмахов подняли намного больше пыли. И на мгновение он ощутил, что оторвался от земли, почувствовав опору на воздух. Его крылья начали чувствовать даже слабые потоки воздуха, поднимавшиеся от нагретой дневным солнцем земли. Возникло ощущение, что память о том, как управлять этими потоками и своим телом, возвращалась к нему из отдаленных уголков его сознания.

Еще одна попытка взлететь, и он уже поднялся на пару метров над землей. Преодолевать страх было не просто. В этот раз Джонатан ограничился лишь попытками оторваться от земли. Ведь была еще одна опасность: вдруг он не сможет снова вернуться в человеческий вид? Но у него все получилось, хоть и не сразу. Одевшись, он вернулся в бунгало к своей возлюбленной. Аврора спала как ребенок, на ее лице была едва заметная улыбка. Усталость взяла верх над его телом и разумом, и через несколько минут он заснул, обняв Аврору.

На следующей день Аврора и Джонатан проснулись достаточно поздно.

— Доброе утро, Джонни, — ее голос звучал нежно.

— Доброе утро, Айнѐ, — ответил он и поцеловал в губы.

— Знаешь, чего я сейчас хочу больше всего? — ее голос был тихим и нежным.

— Всего и сразу, — с улыбкой и так же нежно ответил Джонатан.

— Ну почти, — засмеялась она, — я хочу с тобой в море прямо сейчас. Пойдем.

Они побежали к морю. Солнце уже стояло достаточно высоко, но еще не в зените. Легкий бриз развевал ее волосы. Не останавливаясь, они вбежали в воду и через несколько метров, когда вода была уже почти по пояс, плюхнулись в теплую волну.

— Догоняй, — крикнула ему Аврора и поплыла, быстро удаляясь от берега.

Джонатан удивился тому, с какой скоростью она плыла.

— А ты хорошо плаваешь! — крикнул он ей в ответ и бросился догонять.

Она сменила направление, плывя на запад, вдоль берега. Через пару минут Джонатан догнал ее. Они остановились.

— Я хочу показать тебе одно место на западной стороне острова, — сказала Аврора, немного запыхавшись. — Плыви за мной, здесь недалеко.

Теперь они плыли не так быстро. Через несколько минут они приблизились к скалистому берегу.

— Ты хорошо плаваешь под водой на задержке дыхания? — спросила его Аврора.

— Ну, метров десять или пятнадцать проплываю, — с улыбкой ответил Джонатан, — я не ныряльщик и никогда не тренировался целенаправленно.

— Тогда ныряй за мной.

Вода была кристально прозрачной, и Джонатан хорошо видел, как Аврора нырнула под скалу и скрылась в пещере, по всей видимости. «Ого», — подумал Джонатан и нырнул вслед за ней. Видимость в воде без маски была почти никакой, но Джонатан все же заметил небольшой тоннель в скале и поплыл сквозь него. Примерно через десять метров скала над ним закончилась. Он вынырнул и осмотрелся. Аврора была рядом. Над ними возвышались обломки скал. Складывалось впечатление, что когда-то давно внутри скалы образовался большой пузырь, который потом взорвался. Теперь от него остался природный аквариум шаровидной формы, связанный с морем тоннелем. По берегам лежали довольно крупные обломки камней, на которых можно было лежать. Диаметр этого шара по линии воды был примерно метров тридцать. Высота стенок и их форма практически не оставляла вариантов выбраться отсюда наверх. Вода внутри этого бассейна была очень теплой и прозрачной.

— Как тебе мое секретное место? — Аврора подошла к нему вплотную.

Они все еще стояли в воде, на большом камне, который лежал на дне посреди этого водоема. Вероятно, это и была крыша, которая рухнула вниз, образовав этот причудливый каменный аквариум.

— Это просто шикарное место, — ответил Джонатан, прижимая ее к себе.

Они больше не хотели сопротивляться страсти. Само место, казалось, призывало их забыть обо всем вокруг, обо всех проблемах. Только две души, любящие друг друга и потерявшие счет времени в этом красивом и скрытом ото всех месте.

В хижину Джонатан и Аврора вернулись только на закате. В этот раз они не стали ограничиваться фруктами на ужин. В вещмешке Авроры нашлось вяленое мясо, сухарики и другие вкусности длительного хранения.

— Джонни, тебе удалось продвинуться в разгадке тайны звезд? — осторожно спросила Аврора. — Я знаю, в библиотеке была книга, которая могла бы тебе помочь. Она открылась тебе?

— Да, открылась, — ответил Джонатан, — только в классе не удалось почти ничего практически попробовать. И еще. Это не про тайны звезд. Это совсем другое. Я не могу внятно объяснить тебе это. Потому что сам еще не разобрался. Название книги «Небесные Летописи», хотя речь в ней совсем не про летописи.

— Ого. Мне эта книга не открывалась, — ее голос стал более игривым, — Тебе такие книги открываются, что я уже немного завидую. Знаешь, даже в других королевствах нет сейчас магов, которым бы открылись книги времени и звезд или, как ты сказал, «Небесные Летописи». Я знаю, со временем ты станешь очень могущественным магом в нашем мире. Жаль только, что на обучение у тебя осталось совсем мало времени. Потом придется учиться, как у нас говорят, не бесплатно.

Она посмотрела ему в глаза с уважением, осознавая кто сейчас рядом с ней.

— Ты мне льстишь, Айнѐ, — Джонатан немного смутился.

— Нисколько, — Аврора ответила, глядя ему в глаза. — Поверь, я знаю, о чем говорю.

— Но я… я почти ничего не умею, даже если сравнить с тобой. Ты знаешь и можешь применять столько заклинаний, что я даже представить себе не могу это.

— Количество заклинаний не так важно, как то, что внутри тебя, — отвечала Аврора, — пойми, важен источник силы. Большинство заклинаний требуют внешних источников. Ты думаешь, что моя сила против демонов – это моя заслуга?

— А разве нет? — удивился Джонатан.

— И да и нет. Чтобы быть непобедимой для демонов, я использую амулет. Конечно, я и без него могу защитить себя и других от многих демонов, но не от всех. А твоя сила… Она исключительно внутри тебя. Только помни, любая магия имеет цену. Не трать годы мага зря.

— Да, ты говорила мне об этом в самом начале, я помню, — Джонатан словно задумался о чем-то, а потом продолжил, — я постараюсь максимально использовать оставшиеся дни до моего тридцатилетия. Я тебе обещаю.

Они еще долго разговаривали о магии, книгах, амулетах, кольцах, наделяющих тех, кто владеет ими, разными способностями. Уже давно стемнело, небо было усыпано звездами.

Аврора уже спала сладким сном, когда Джонатан снова отправился на скалистый холм в середине острова. В этот раз трансформация проходила намного легче. И крылья лучше чувствовали движение воздуха под ними. Связь разума и нового тела становилась все прочнее. В своем мире Джонатан назвал бы этот процесс установкой необходимых библиотек для работы с новыми устройствами, по аналогии с компьютерами.

Уже через час тренировки он облетел этот холм вокруг и смог приземлиться. Ощущение от полета, пусть даже от такого низкого, что его крылья слегка задевали верхушки деревьев, росших вокруг холма, было не похоже ни на что из того, что Джонатану доводилось испытывать ранее. Даже с прыжками на парашюте.

Вторая попытка полета была значительно выше и дальше. Он облетел весь остров и снова приземлился. На третий раз он поднялся высоко. С каждой минутой полета он чувствовал свое новое тело все лучше, его крылья ловили потоки воздуха. Джонатан уже почти мог наслаждаться свободой парить в воздухе, не думая о движениях и наклонах крыльев. Он словно вспомнил давно забытые навыки. Опускаться на землю не хотелось, но надо было.

Вернувшись в свое тело, Джонатан все еще пребывал в эйфории от полета. Ни о каком сне не могло быть и речи. Помня о том, что времени у него на обучение катастрофически мало, Джонатан решил попробовать то, что не получалось в учебном классе. Вспомнив все, что он успел прочитать из книги «Небесные Летописи», он пробовал сосредоточиться, как он делал раньше. Потребовалось значительное время и много попыток, прежде чем ему удалось сконцентрироваться, абстрагировавшись от своих впечатлений от полетов.

Постепенно он начал ощущать нарастающий поток, который начал захлестывать его разум. Было ощущение, что он пытался устоять против шквального ветра, который обрушивал на него обломки разрушенных домов, камни, пыль, град и много чего еще. Джонатан не мог справиться с этим потоком и попытался разорвать связь. Почти потеряв сознание, он все же смог «вывалиться» из этого потока. Придя в себя, он решил не повторять попытки подключиться до следующего дня.

На утро Джонатан проснулся очень поздно. Авроры не было в хижине, а возле него на столике стояла корзина свежих фруктов.

— Айнѐ, ты где? — мысленно обратился он к Авроре.

— Ты уже проснулся? — ее голос звенел в его голове, словно колокольчик. — Я сейчас приду.

Через несколько минут она уже была рядом, еще не обсохшая от морской воды.

— Джонни, что было с тобой ночью? — в ее голосе чувствовалась тревога, — я чувствовала, что с тобой было что-то не так.

— Я пробовал практиковаться по книге «Небесные Летописи», как я делал в учебном классе. Но я не ожидал, что поток информации будет таким мощным. Я чуть не потерял сознание.

Аврора смотрела на него с интересом, словно ждала продолжения.

— Может, ты могла бы мне помочь, — после некоторой паузы продолжил Джонатан, — если нам объединиться через нашу связь?

— У меня нет такого дара как у тебя, так что я вряд ли смогу помочь советом. Расскажи о твоих упражнениях в классе. Может быть, мы вместе сможем разобраться, что и как нужно делать?

— Я не уверен, что смогу объяснить все на понятном тебе языке, — засомневался Джонатан.

— А ты попробуй, я все же изучала ваш мир и вашу науку в том числе, — ответила Аврора с некоторым вызовом в голосе. — И вообще, надо будет поработать с твоими знаниями языка на другом уровне, — она загадочно подмигнула ему.

— Хорошо. В классе поток информации был небольшим. Его источником были межатомные и внутриатомные связи разных типов взаимодействия. Внешние же связи обрывались на стенках класса. Так что я смог только прочитать хронологию древесины и кожи, из которых была сделана мебель, и предметов из поделочного камня.

— Получается, ты опустился на самый нижний уровень информации, если я правильно поняла твои слова. Это может объяснить огромный поток, который обрушился на тебя вчера, когда не было изолирующих стен, — размышляла вслух Аврора, — но то, что ты смог прочитать не сами связи, а историю, это говорит, что дар у тебя есть. И дар сильный.

— И что мне с этим делать? — в голосе Джонатана слышались нотки отчаяния, но он старался не поддаваться.

— Ты же программист! — улыбнулась Аврора.

— И что из этого?

— Как что? Или ты не работаешь с большими объемами данных? — она посмотрела на него с хитрым прищуром.

— Ты хочешь сказать, что…

— А ты все еще думаешь, что магия – это чудо? — ее глаза сверкнули зеленым огнем. — Магия – это тоже часть этого мира, как энергия, материя, мысль…

Джонатан задумался. По его взгляду было видно, как в его голове зашевелились «шестеренки». Он пытался сопоставить сказанное Авророй с миром данных и их обработкой в обычных компьютерах.

— Мысль материальна… — пробубнил он себе под нос.

Аврора вопросительно посмотрела на него.

— Чтобы ограничить поток информации, надо понимать, что мы ищем и на каком уровне группировки, если речь идет об иерархической структуре данных.

Теперь Аврора смотрела на него с легким недопониманием.

— Поясни, что это значит на практике.

— Это значит, что нам сначала надо определиться, что мы хотим найти, начиная с самого верхнего уровня – от общего к частному.

— Я все еще не могу понять, что мы должны сделать, — Аврора смотрела на него в ожидании ответа.

— Первый фильтр нужен по времени: в прошлом или сейчас, — продолжал рассуждать Джонатан, — это и в книге было написано. Далее – по типу: мысль, вещество, энергия.

— Давай проще сделаем, — у Авроры явно была идея. — Надо попробовать увидеть самих себя здесь на острове прямо сейчас, увидеть так, как видят нас звезды…

— Айнѐ, давай сделаем это вместе. Я не уверен, что смогу сам справиться с этим. Если что-то пойдет не так, ты хотя бы меня вытащишь. Вытащишь ведь? — в его глазах читалось вполне обоснованное опасение.

— Я надеюсь, что вместе мы справимся. И никого не придется вытаскивать. Итак, ограничиваемся текущим временем и нашим местоположением.

Они взялись за руки. Через несколько секунд разум каждого из них уже работал как единое сознание, как общий единый разум. Они вместе мысленно сформулировали, что они будут искать, и Джонатан начал процесс погружения в потоки Вселенной. Первая волна нахлынула на них так, что они физически качнулись, сидя в хижине. Но Аврора взяла на себя большую часть работы с потоком, в то время как Джонатан осваивался в навыках контроля за процессом. Через несколько секунд в их объединенном создании возникла планета, на которой они сейчас находились. Они вместе начали как бы спускаться вниз, пока не увидели море, а затем и остров, на котором они сейчас находились. Постепенно управление потоком со стороны Джонатана становилось все увереннее, а Аврора направляла его фокус внутри потока.

— Я давно хотела найти одно место, о котором я знаю с детства. Я там бывала, когда мне было лет тринадцать или пятнадцать, — в их едином сознании ее голос звучал совсем иначе, чем когда они общались мысленно, — давай попробуем его найти?

— А что это за место? — поинтересовался Джонатан.

— Это в горах Сурас Пал, где-то недалеко от горы Сат Кичот. Я не помню подробностей, но где-то там есть место, где нас точно никто не сможет найти. Место силы, скрытое убежище… Если я увижу горы, как мы видим себя сейчас, я, наверное, смогу вспомнить.

— Давай попробуем, — ответил Джонатан и начал перемещать фокус, — только ты говори, куда мы «летим».

— На северо-восток. Пока можно подняться выше, а ближе к горам – опуститься ниже.

Картина в их сознании начала меняться. Джонатан перемещал фокус в указанном направлении. Это было похоже на вид с космической станции на Землю.

— Говори, куда дальше, — обратился он к Авроре, когда в их сознании был весь горный хребет от Южного до Северного моря.

— Опустись ниже… Еще ниже. А теперь немного на север.

Они словно летели надо горными вершинами.

— Еще ниже, — Аврора внимательно всматривалась, пытаясь узнать то самое место, — опустись так, чтобы видеть деревья, и перемещайся от подножья к пику, на северо-восток. Нет, пока не вижу. Давай посмотрим ущелье от южного склона до самого подножья. И опустись как можно ниже.

Голова Джонатана покрылась каплями пота. Его руки немного дрожали от напряжения. В таком состоянии он не мог сконцентрироваться на подробностях картинки, которую рассматривала Аврора. Он старался вести точку фокуса наблюдения, как она просила его.

— Поторопись, мне стало труднее держать фокус на этом месте, — голос Джонатана немного дрожал, но Аврора чувствовала напряжение Джонатана и без его слов.

— Мне кажется, теперь я знаю, где это, — сказала Аврора, — я запомнила картинку.

Джонатан закрыл информационный канал, и они вернулись в свое обычное состояние. Он вытер пот с головы. Его рубашка была мокрая.

— Мне надо отдохнуть.

— Джонни, я просто в восторге от твоих возможностей, — она смотрела на него с восхищением, — такого на моей памяти не делал никто.

— Тебе спасибо за помощь. В одиночку я бы не справился сейчас, — он улыбнулся, глядя на нее уставшими глазами. — Но у меня другой вопрос. Как ты планируешь туда добираться? Через портал?

— Нет, такое расстояние мне не по силам. И я не помню точное место. В памяти лишь отрывочные образы пути в ущелье. Вид сверху, конечно, поможет мне сориентироваться. Но там были ориентиры, которые сверху не были видны сейчас. А без хорошей и четкой картинки в памяти я в принципе не могу открыть портал, не говоря уже о расстоянии.

— Ладно, что-нибудь придумаю, — его глаза сверкнули огнем, который Аврора не замечала до этого момента.

— Я что-то о тебе не знаю? — она уловила искры в его глазах.

— Ну если только самую малость, — уклончиво ответил Джонатан с улыбкой на губах, — к вечеру собери вещи в дорогу. Только сделай это по-особому – свяжи вещмешки веревкой так, чтобы их можно было… как бы сказать, положить на что-то круглое, чтобы они свисали в разные стороны. Ну, как на осла, что ли.

Он подмигнул Авроре. Она смотрела на него с удивлением во взгляде.

— Ты что задумал?

— Вечером увидишь. А сейчас я хочу поспать. Мой мозг должен остыть.

Джонатан улегся на кровать и практически сразу заснул. Авроре ничего не оставалось, как собирать одежду и оставшиеся продукты в мешки, как попросил Джонатан. Дополнительно она взяла еще две фляжки с водой. Ожидая, пока Джонатан проснется, она сама задремала в кресле.

Солнце уже было достаточно низко над горизонтом, когда Джонатан проснулся. Аврора все еще дремала в кресле.

— Просыпайся, Айнѐ, солнце уже садится, — он нежно коснулся ее руки.

Аврора открыла глаза.

— Ну ты и спать, Джонни, — шутливо проворчала она.

Он помог ей встать. Увидев собранные и связанные вещмешки, он окинул взглядом хижину.

— Ничего не забыли? — спросил он, посмотрев на Аврору, которая немного волновалась.

— Вроде бы ничего. Я даже воды приготовила две фляжки, — она показала походные фляги, — на какое время в пути ты рассчитываешь?

Джонатан понял, что Аврора догадывается, что именно он задумал.

— По моим расчетам, завтра после обеда или на закате мы должны быть на месте, — ответил он, — но может понадобиться остановка. И я думаю, что лучше у южного подножья гор, на территории кочевников. Я думаю, ты сможешь указать место, где будет вода и не будет поселений?

— Попробую. Я в тех местах не бывала, но надеюсь, сверху смогу разглядеть, — ответила Аврора.

В ее взгляде читалось волнение, глаза блестели в предвкушении новых приключений. Джонатан еще раз окинул взглядом хижину.

— Возьми одеяло. И оденься теплее. Все-таки завтра уже октябрь.

— Джонни, я ведь правильно поняла, мы полетим? — ее глаза блестели от волнения и радости.

— Возьми одеяло и воду и иди на пляж, налево от тропинки, где он становится шире. Жди меня там.

Он взял вещмешки и пошел по тропинке вглубь острова, а она пошла на пляж. Через пару минут над пляжем замелькали тени от широких крыльев. Подняв облако песка, Джонатан приземлился. Его чешуя блестела фиолетовым металлическим блеском в лучах заходящего солнца. На шее уже висели вещмешки. Он опустил крыло, чтобы Аврора могла зайти на его спину.

— Постели одеяло и устраивайся поудобнее, — его голос звучал в ее голове. Она поднялась на его спину, постелила одеяло ближе к шее, где висели вещмешки.

— Готова?

— Да. Только взлетай аккуратнее. Мне держаться не за что, — так же мысленно ответила Аврора, пытаясь ухватиться руками за чешую.

Несколько мощных взмахов, и они вылетели из облака песка, поднятого в воздух. Большой темно-фиолетовый дракон набирал высоту. Остров, на котором они провели последние дни сентября, становился все меньше и отдалялся, оставаясь позади. Солнце опустилось на самую линию горизонта и окрасило небо над морем в ярко алый цвет.

— Какой красивый закат! — мысленно воскликнула Аврора.

— Закат очень красивый, — так же мысленно ответил ей Джонатан. — В нашем мире подобное можно видеть из иллюминатора самолета, если повезет сидеть с нужной стороны.

Воздух становился все холоднее. Джонатан даже опустился немного ниже, чтобы Аврора не замерзла.

— Когда стемнеет, я опущусь ниже. Надеюсь, нас не заметят. Иначе на высоте будет еще холоднее, чем сейчас.

Аврора сдвинула одеяло ниже на спину, где тело дракона было шире, легла на один край одеяла, накрывшись другим.

— Постарайся меня не потерять в полете. Ты выспался, а я нет, — в ее голосе прозвучала напускное недовольство, словно она шутливо изображала капризную принцессу.

— Айнѐ, я буду очень осторожен, — ответил он, уловив ее шутку.

Солнце давно уже опустилось за горизонт. Звезд на небе становилось все больше и светили они все ярче. А вскоре взошла и луна. Под ними поблескивало море, отражая лунный свет. Аврора заснула, а Джонатан окутал ее коконом из едва заметного фиолетового свечения, которое согревало ее, давая ощущение уюта и спокойствия. Единственное, что сейчас волновало Джонатана, так это его максимальная дальность перелета без необходимости отдыха. Ведь это был первый его дальний полет. Но глубоко внутри он чувствовал, что сможет долететь.

Глава 6. Поход за чужим могуществом

Под ним все еще простиралось море, когда небо на востоке начало светлеть. Аврора проснулась, когда солнце уже поднялось над горизонтом.

— Доброе утро, Джонни, — мысленно пожелала она.

— Доброе утро, Айнѐ, — так же мысленно ответил Джонатан.

В полете они общались исключительно мысленно. Это позволяло Джонатану не сбивать дыхание. К тому же ветер уносил бы слова Авроры. Да и голос у дракона был совсем не такой, как у человека.

— Как спалось? Не замерзла? — спросил Джонатан.

— Нет, не замерзла. Я думала, на твоей спине будет сложно спать. Она же все время движется. Но это мне не помешало.

Солнце поднималось все выше. И Джонатан тоже поднимался выше, чтобы быть менее заметным с поверхности. Примерно за час до полудня морская гладь под ними сменилась на степной пейзаж страны кочевников. Теперь они летели на север вдоль хребта Сурас Пал, вершины которого были видны с правой стороны. В южной части его горные вершины не были покрыты снегом. Но чем севернее уходила горная цепь, тем более массивными становились снежные шапки.

Джонатан высматривал место вдали от поселений и дорог, но рядом с рекой или озером, где бы они могли приземлиться для отдыха. Его зрение позволяло с большой высоты различать даже отдельные камни на поверхности. Наконец подходящее место было найдено, и Джонатан начал снижение. Они приземлились на берегу озера, с восточной стороны, где был небольшой перелесок. Это позволяло им хотя бы частично оставаться незамеченными, особенно учитывая то, что Джонатан решил оставаться в теле дракона во время отдыха.

— Мне надо хотя бы пару часов. И потом мы продолжим путь до самого места. Ты не забыла, как выглядит место посадки?

— Я все помню, — ответила Аврора.

Она смотрела на него словно маленькая девочка рядом с большим драконом. Но это был ее дракон. И от этой мысли ее глаза просто светились изумрудным светом.

— Как думаешь, Айнѐ. Слухи о полетах дракона сильно напугают людей и властителей этого мира?

— Если это останется только на уровне слухов, то нет, — ответила Аврора. — Вот если кто-то из представителей властей увидит тебя в теле дракона своими глазами, то тогда… Хотя все равно вряд ли. Пошумят немного, и все затихнет.

Его голова, которая была по высоте больше половины ее роста, лежала на земле. Она сидела рядом, постелив одеяло и прижавшись спиной к его шее, слушая его дыхание. Через два часа, когда солнце было в зените, они отправились дальше к своей цели. Джонатан поднялся высоко в небо, чтобы разглядеть их с земли было трудно. Под ними медленно плыли степи с небольшими перелесками, то и дело блестели реки и небольшие озера. При желании и достаточной остроте зрения можно было различить даже деревни и стойбища. С левой стороны был виден достаточно крупный, по меркам страны Иермак-Ор, город Бархалг.

Прошло около пяти часов. Солнце неумолимо клонилось на запад, опускаясь все ниже.

— Айнѐ, думаю, что тебе пора уже поглядывать вниз, — Джонатан мысленно обратился к Авроре, которая немного задремала на его спине.

— Да, да… я уже смотрю, — встрепенулась она и начала вглядываться в пейзаж, над которым они пролетали.

Прямо перед ними возвышалась снежная вершина Сат Кичот.

— Джонни, опустись ниже.

— Смотри моими глазами, — ответил Джонатан и позволил ей видеть то, что видит он, через их ментальную связь.

— Так намного лучше. У тебя такое острое зрение!

Она нашла поляну у подножия горы в устье ущелья.

— Думаю, что лучше будет приземлиться здесь. А дальше пойти пешком.

Джонатан начал снижаться.

— И далеко идти от этой поляны до места? — спросил Джонатан.

— Точно не могу сказать, но, думаю, часа три или чуть больше, — ответила Аврора.

Минут через десять Джонатан аккуратно приземлился на поляне, которую показала Аврора.

— Айнѐ, достань из вещмешка мою одежду, — попросил он ее.

Пока она развязывала вещмешки и доставала его одежду, Джонатан вернулся к своему привычному человеческом облику. Оставалось только одеться.

— У меня вопрос, — сказал он, одеваясь, — можно ли сделать такую одежду, которая бы менялась при трансформации в дракона так, чтобы не рвалась. А при обратной трансформации возвращалась в исходный вид?

— Я не готова тебе ответить на этот вопрос сходу, — сказала Аврора. — Но я поищу варианты, что можно сделать.

— Предлагаю заночевать здесь, — сказал Джонатан, осмотревшись. — Только не на этой большой поляне, а немного в стороне. Я точно сегодня никуда не пойду. И я чертовски голоден. А еще нам надо будет пополнить запасы воды.

— Согласна. Тебе нужно отдохнуть. Ты же летел почти сутки.

Они расположились в стороне от большой поляны. Аврора применила заклинание, скрывающее их лагерь от посторонних глаз. А Джонатан установил защитную энергетическую сферу, как он делал на крыше башни, когда защищался от заремского демона-аватара. Небольшой костер помогал им согреться, пока они не спали. А потом Джонатан укутал их обоих в защитное поле, которое и сохраняет тепло, не давая им замерзнуть ночью, и защищает от дождя или росы.

Утро выдалось весьма прохладным. Несмотря на то, что на часах Джонатана было уже половина девятого утра и было светло, солнце все еще не появилось из-за гор. Позавтракав вяленым мясом с лепешками и фруктами, они собрали вещи, сняли все магические защиты, которые выставляли накануне вечером, и были готовы отправиться в путь.

— Веди нас, Айнѐ, к нашему счастью и покою, — весьма бодро сказал Джонатан.

— Пойдем, поищем ту тропу, про которую я помню…

Пройдя немного вглубь ущелья, Аврора обнаружила тропу, уходившую вдоль реки, которая протекала по дну ущелья.

— Кажется, это та самая тропа, — в голосе Авроры слышалось некоторое сомнение. — Но я точно помню, что нам надо идти по этому берегу реки. А другой тропы здесь нет.

— Столько лет прошло, и ты помнишь? — удивился Джонатан.

— На самом деле я готовилась, — Аврора улыбнулась, посмотрев в глаза Джонатану. — Я просмотрела карты, перечитала те описания маршрута, какие мне удалось найти. Так что мы должны с тобой добраться до места. — Она постаралась вложить максимум уверенности в последнюю свою фразу.

— Надеюсь, так оно и будет, — ответил Джонатан.

Тропинка забиралась все выше, поднимаясь по склону со дна ущелья. Шум воды стал уже едва различим среди остальных звуков леса, росшего на склонах. В воздухе пахло хвоей и прелой листвой. Примерно через три часа пути они остановились у развилки. Хорошо натоптанная тропинка уходила вниз по склону ущелья. А другая, едва заметная, поднималась выше. Аврора какое-то время молчала, пытаясь вспомнить, куда им идти дальше. Джонатан опустил вещмешки на землю.

— Решай следопыт, куда нам дальше идти, — сказал он, обращаясь к Авроре.

— Не торопи меня, Джонни, — ответила она, — а то свернем не туда.

Она стояла и смотрела то на одну тропинку, то на другую.

— Сюда, — Аврора указала на ту тропу, которая уходила влево, взбираясь все выше по склону.

— Ну, хорошо.

Джонатан взвалил на себя вещмешки, и они двинулись дальше.

— Ты говорила, что идти всего часа три, а мы только до развилки шли дольше трех часов.

— Видимо, я перепутала время, — ответила Аврора, — и три часа – это время пути до развилки.

— Тогда сколько еще нам идти? — спросил Джонатан.

— Если честно, то я не помню, — с сожалением в голосе ответила Аврора.

— Еще бы знать, куда именно мы идем и что нас там ждет.

— Я очень надеюсь, что за последние пару сотен лет там ничего не изменилось.

Они продолжали довольно бодро подниматься по склону ущелья. Солнце давно перевалило за середину своего пути по небосводу. Увидев довольно большой плоский камень, лежавший справа от тропинки, Джонатан предложил устроить привал и немного перекусить. Аврора с радостью согласилась. К этому времени она уже порядком устала от постоянного подъема. По оценкам Джонатана, высота, на которую они поднялись, была никак не меньше километра от уровня той поляны, с которой они начали свой путь наверх.

— И все же, — не унимался Джонатан, — куда мы идем?

— В надежное место, где мы сможем найти покой от всех. Где нас точно никто не будет искать… — начала отвечать Аврора, не поднимая глаз.

— Ты мне опять что-то недоговариваешь, Айнѐ. Если идти так далеко, то почему ты выбрала именно то место для посадки? Почему мы не могли приземлиться непосредственно на месте? Ведь ты же увидела точно, куда нам надо добраться, когда мы вместе смотрели «звездную» картинку.

— Конечно же, я точно увидела цель нашего с тобой похода, — Аврора отвечала не очень уверено, — но разглядеть саму тропу было сложно. Я бывала там в детстве, читала о том, как туда добраться от подножия горы. Но читать – это одно. А идти – совсем другое. И, в конце концов, я женщина. И мне сложнее ориентироваться на местности по картам и приметам.

— Ты не ответила на мой вопрос, — голос Джонатана стал строже. — Может быть, ты хотела, чтобы наше прибытие осталось незамеченным для тех, кто находится в том месте, куда мы идем?

— Ну-у-у, да, — ответила Аврора, посмотрев на Джонатана с плохо скрываемым волнением во взгляде, — понимаешь, прилет дракона может сильно напугать кого угодно.

— Нет, здесь есть что-то еще, — не унимался Джонатан. — Расскажи мне про это место подробнее. Что оно из себя представляет? Кто там живет? Почему ты говоришь, что это убежище, где нас не будут искать?

Аврора поняла, что больше не сможет скрывать всю правду от того, кого она любит всем сердцем. Ее сердце сжалось от стыда и чувства вины, навалившегося на нее, в ее глазах появились слезы. Джонатан обнял ее и прижал к себе.

— Просто расскажи все, как есть, не держи камень на душе, — он говорил с любовью.

— Прости меня, Джонни, — Аврора разрыдалась, опустив голову ему на грудь.

Он только сильнее прижал ее к себе.

— Ты знаешь моего отца, — говорила она сквозь слезы.

— Как же не знать, — Джонатана озарила мысль, — так вот почему нас никто не искал на твоем острове. Отец был в курсе?

— Да, — она продолжала плакать, уткнувшись лицом в его грудь.

— И мы здесь, потому что это нужно твоему отцу?

— Да.

Отвечать более развернуто Аврора не могла. Слезы текли из ее глаз не переставая. Джонатан до сих пор никогда не видел ее плачущей, хотя слезы на ее щеках ему доводилось видеть пару раз, когда она сильно переживала за него.

Теперь многое стало ясным для Джонатана. И почему отец после их первого и пока последнего разговора не пытался встретиться, поговорить или выполнить обещание учить Джонатана магии. И почему их побег на остров не вызвал никакой реакции. Ведь такой опытный маг, как ее отец, не мог не знать о том, что в его замке открывается портал и «пленник» сбегает вместе с Принцессой. Оставался только вопрос, ради чего все это было организовано. Причем не только их побег на остров, а его появление в этом мире.

— Айнѐ, я тебя очень сильно люблю, но я должен знать правду о том, что задумал твой отец. Иначе о продолжении пути не может даже речи идти. Ты его дочь, и я понимаю, что он имеет власть над тобой. Но я пешкой в его игре точно не хочу быть. И не позволю ему использовать тебя в этой роли.

— Ты прав в своих догадках и сомнениях, — ответила Аврора, все еще всхлипывая. — Цель нашего похода – это магический артефакт, дающий его обладателю огромную силу. Мой отец уже много лет вынашивает идею переустройства мира, создания идеального королевства, где все были бы счастливы, все было бы устроено справедливо, всем бы всего хватало. Но сам он не может просто прийти и взять этот артефакт.

— Интересный поворот событий, — ответил Джонатан. — Я думал, что в вашем мире такими «болезнями» не болеют. Я про идеи построения идеального общества. Но об этом позже. Почему он сам не может пойти и завладеть этим артефактом?

— Было две основных причины, — Аврора уже перестала всхлипывать. — Никто в нашем мире не знал точного пути к месту, где этот артефакт хранится. Были только частичные описания, что искать его надо где-то на склонах Сат Кичот. Никаких карт не осталось. А вторая причина заключается в том, что тому, кто хочет завладеть этим артефактом, надо пройти «лабиринт смерти». Он описан в летописях подробно. И пройти его может только тот, кто владеет магией времени и способен останавливать его не менее чем на полторы минуты. А таких магов в нашем мире не осталось.

— Так значит, ты использовала мои способности смотреть через ткань мироздания, чтобы найти маршрут? — Джонатан не пытался в чем-либо обвинить Аврору, потому что понимал, что она делала это под давлением отца.

— Да. И мне очень стыдно за это перед тобой, Джонни, — она снова опустила глаза.

Джонатан задумался на некоторое время, вспоминая события, когда он остановил время, чтобы спасти Аврору от неизвестно кем брошенного в нее копья, когда он чуть не умер, потому что потратил много сил на двухминутную остановку времени. Неприятная догадка пронзила его разум.

— Помнишь ту ситуацию с копьем на заднем дворе замка? — спросил он.

— Конечно, помню, — Аврора посмотрела на него испуганными глазами, — ты думаешь, это…

— Теперь я не думаю, я знаю, — тихо ответил Джонатан, — когда я боролся с твоим отцом, защищая свой разум от его вторжения, я на несколько секунд сам проник в его разум. Это сделал дракон, защищая меня, но не только. И я кое-что успел увидеть, что мне не хотелось бы знать вообще.

Джонатан замолчал, обдумывая дальнейшие слова. Аврора смотрела на него вопросительным взглядом, ожидая продолжения его слов.

— Эта ситуация с копьем… — Джонатан посмотрел ей в глаза, — это его рук дело. Он проверял, на сколько я могу останавливать время.

— Это неправда! — Аврора не могла поверить в слова Джонатана.

— Увы, но правда, — грустно ответил Джонатан, — и, к сожалению, не единственная грустная правда.

— Что ты такое говоришь? Этого не может быть! — Аврора отскочила от Джонатана на пару шагов. Ее глаза светились ярким зеленым светом, но это был совсем не добрый свет.

— Айнѐ, милая. Тут легких ответов не будет ни для тебя, ни для меня.

Внутри Джонатан приготовился защищаться, если вдруг в порыве гнева Аврора попытается применить какую-либо магию против него.

— Ты говорила, что много изучала наш мир, его историю, науку, общество в целом. Соответственно, ты должна знать, сколько внимания философы и писатели уделяли вопросам построения идеального общества… И что никому из правителей нашего мира не удавалось сделать это ни в древности ни в современной истории. Ты можешь мне возразить, что в нашем мире нет таких возможностей для власть имущих, как в вашем. Потому что сила магии дает почти неограниченные возможности. Но я отвечу. Чем больше научный прогресс давал человечеству, тем страшнее и смертоноснее становились войны. И идеи построения идеального общества, провозглашаемые правителями, на поверку всегда оказывались лишь прикрытием их личных властных амбиций.

— Ты не можешь приравнивать моего отца к правителям вашего мира! Маги впитывают мудрость веков! — возмутилась Аврора.

— И тем не менее. То, что я успел увидеть в разуме твоего отца, не оставляет сомнений в том, что идея построения идеального общества и мира в целом – не более чем прикрытие его личных властных амбиций. Мне надо было рассказать тебе все это еще тогда, после разговора с ним. Но я опасался, что он может «прослушивать» нас через твой разум. Мне очень грустно оттого, что приходится тебе говорить все это. И оттого, что ты использовала меня, пусть и под давлением со стороны отца.

Аврора никак не могла поверить в услышанное. Джонатан видел в ее глазах борьбу и чувствовал смятение в ее сердце. Она не пыталась закрыться от него сейчас, хотя соблазн был очень велик. Мысль о том, что она может его потерять навсегда, не давала ей сделать это. Сквозь гнев и смятение она понимала, что их отношения может спасти только открытость и правда. И что в этой ситуации виновата она, потому что позволила втянуть себя в это.

— Джонни, ты можешь показать мне то, что увидел в разуме моего отца?

— Ты точно хочешь это видеть? Ты его дочь. И твое кровное родство будет требовать от тебя быть на его стороне и даже защищать его.

— Я хочу знать правду, — она говорила тихо, но уверенно, глядя Джонатану в глаза, — какой бы она ни была. Мой отец всегда был очень строг со мной. Он объяснял это тем, что готовит меня быть правительницей после него, что я должна быть сильной, умной и, если надо, жесткой. Иначе в королевстве начнется хаос, и соседи, особенно западные, непременно воспользуются этим, чтобы захватить наши территории или даже уничтожить мою страну.

— Хорошо. Но только при одном условии, — ответил Джонатан, — ты откроешь свой разум, как я в свое время открыл для тебя свой. Без утайки, без скрытых уголков. Разумеется, я тоже открою тебе все еще раз. Хотя это не просто после всего того, что я узнал.

Аврора стояла в нерешительности, понимая, что она может оказаться неготовой принять истину о своем отце. Она сделала шаг ему навстречу, наполовину сократив дистанцию между ними.

— Да, Джонни, я понимаю тебя. И готова доказать, что люблю тебя больше всего на свете.

Она сделал и второй шаг, вернувшись в его объятия. Они объединили разум каждого из них в единое целое, без тайн и скрытых мыслей. Аврора увидела все, что было в кабинете ее отца при первом их разговоре. Джонатан увидел, как отец манипулировал ею, добиваясь, чтобы она действовала в его интересах. Когда они вернулись в обычное состояние сознания, они оба были уже в какой-то степени другими людьми. После долгих минут молчания Аврора нарушила тишину вечернего леса.

— Джонни, летим домой, — она улыбнулась, глядя ему в глаза, в которых теперь горел теплый огонь ее любви.

— Конечно, Айнѐ! С тобой хоть на край света! — ответил он, подхватив ее на руки и закружившись, крепко прижимая ее к себе.

На глазах Авроры снова появились слезы, но она светилась от счастья.

— Джонни, я больше никогда не буду ничего скрывать от тебя, обещаю.

— Айнѐ, лучше ничего не обещай… — он вытер ей слезы, — просто поступай по любви и не позволяй никому манипулировать тобой. Вообще никому и ни под каким предлогом. И не только в отношении меня.

— Я сейчас снова заплачу…

— Почему?

— Потому что ты идеальный, — она снова начала всхлипывать, — после всего, что я сделала, ты все еще любишь меня, не оттолкнул меня, не прогнал прочь.

— Я же люблю тебя, Айнѐ. А любовь – штука безусловная. Во всяком случае, если она настоящая. Я так считаю, — он сделал акцент на слове «так» в последней фразе.

Джонатан никак не мог привыкнуть к тому, что время для магов в этом мире течет совсем иначе. И что Аврора, несмотря на то что ей чуть больше 300 лет в человеческом исчислении, все еще остается девчонкой в душе. В его мире у людей не было возможности, чтобы по 300 лет оставаться наивными в понимании жизни. Отчасти он мог понять и отца, который до сих пор относился к ней как к девочке, хотя и втягивал ее в совсем не детские игры.

— Давай найдем место, откуда можно взлететь, — сказал Джонатан, начиная собирать вещи.

Не прошло и получаса, как они нашли достаточно большой открытый участок склона, чтобы крылья дракона не задевали деревьев. Еще несколько минут, и они уже летели вдогонку клонившемуся к линии горизонта солнцу. Их путь пролегал практически точно на запад. Но на этот раз возможности на промежуточную посадку для отдыха у них не было. К тому же ближе к полуночи небо затянулось плотными низкими облаками и пошел дождь. Джонатан поднялся выше, над облаками, чтобы не лететь под дождем.

— Джонни, ты не собьёшься с пути? — Аврора была рада, что теперь холодный осенний дождь не доставлял ей неудобства, но переживала, что не видно поверхности.

— Не волнуйся, не собьюсь. Ты помогла мне лучше освоить получение информации от Вселенной, — ответил он ей так же мысленно, как и она спрашивала его, — теперь мне не сносит мозг.

Она почувствовала, как он улыбнулся ей, хотя заметить улыбку она вряд ли бы смогла. Ведь Джонатан был сейчас не в своем человеческом теле.

— Ты знаешь, Джонни, ведь мы возвращаемся домой без магического артефакта, — Аврора продолжила мысленный разговор, — но я совсем не чувствую, что я потерпела неудачу. Скорее даже наоборот, я чувствую себя победителем. Даже как-то странно или необычно, если сказать точнее.

— Ты действительно победила. Только победа твоя много ценнее для тебя самой, чем та цель, которую ставил перед тобой отец. Да, ты не добыла трофей, который он ждет от тебя. Но ты обрела себя. И мы сохранили нашу любовь. Мне кажется, это главная победа. Только битва еще не окончена.

— Мне даже страшно представить, что будет, когда мы вернемся в столицу. Кстати, когда мы будем на месте? — спросила Аврора.

— Завтра после обеда должны быть, если ветер не изменится существенно, — ответил Джонатан и продолжил. — Я высажу тебя на крыше башни, а сам… Мне надо найти убежище на какое-то время. Вряд ли твой отец примет меня с распростертыми объятиями.

— Я тебе завтра покажу одно место. Мы как раз должны будем пролетать над ним, если наш путь строго на запад. Это пещеры в дремучем лесу. Люди туда не ходят, потому что боятся. Во всяком случае, у тебя там будет время и возможность подготовиться.

— Думаешь, твой отец будет искать меня даже там?

— Уверена. Он захочет достать тебя даже из-под земли. И я не смогу его остановить, только предупредить, когда он организует военный поход за тобой или попытается предпринять что-то еще, о чем мне станет известно.

— Надеюсь, что у него не хватит ресурсов снарядить демонов-убийц. В замке было проще справиться с демоном, потому что замок помогал мне.

— Теперь ты и без помощи замка справишься, я уверена в тебе. Ты уже совсем не тот слепой котенок в мире магии, каким был вначале. Ты владеешь двумя уникальными способностями: управлять временем и получать любую информацию, которая есть во Вселенной.

— Ты так считаешь? — Джонатан все же сильно сомневался в своих способностях, потому он не верил, что за пару-тройку месяцев можно стать достаточно опытным магом, чтобы сражаться с ее отцом.

— Знаю, тебе трудно поверить в свои силы и навыки, — отвечала Аврора, — но поверь, ты справишься.

Слова Авроры нисколько не добавили Джонатану уверенности в себе, но возражать дальше он не стал.

— Айнѐ, если я правильно понял, то мое перемещение в ваш мир тоже организовал твой отец, так?

— Я только догадывалась об этом, потому что он не говорил мне никаких подробностей. Лишь просил «встречать» демонов, которые «будут лезть» в наш мир, и сообщал примерное место и время, ссылаясь на то, что до него дошли какие-то слухи о готовящемся перемещении или вторжении. Единственное, что он сказал четко, так это то, что его интересует «демон», которого я не смогу убить.

— Так значит, твой отец искал меня целенаправленно, — Джонатан словно рассуждал вслух, — интересно, на основании чего он решил, что ему вообще нужно кого-то искать?

— Он говорил про какое-то древнее пророчество, которое предсказывает появление мага из другого мира: «Тот, кто может останавливать время и общаться со звездами, укажет путь к совершенству». Но это не полный текст того пророчества, а только одна строка. Отец не рассказывал мне всего. Он говорил только то, что считал достаточным для конкретной задачи или ситуации.

Джонатан все же решил воздержаться от выражения своих мыслей по поводу мастерства манипуляций, которым ее отец владел в совершенстве, судя по всему. Аврора и так узнала много не самых приятных вещей о своем отце.

— Знаешь, мне бы еще понять, почему дракон имеет какие-то свои претензии к твоему отцу. Я это понял во время разговора с ним, потому что чувствовал желание «обоснованной мести», хотя не понимал, чем она может быть обоснована.

— Это долгая история. Я еще с момента получения результатов твоего анализа крови знала, что… — Аврора задумалась, подбирая слова, — что ты не гость в нашем мире, если можно так сказать. Я не говорила этого отцу. Он не знает того, что знаю я. Сейчас мне будет сложно объяснить тебе все. Ты должен все увидеть сам. Тогда ты поймешь, о чем я говорю. А пока прости меня за то, что не могу рассказать все прямо сейчас в полете, я могу только подтвердить, что ты имеешь основания для мести.

Ее голос на последней фразе стал тише в его голове. Он чувствовал тяжелую печаль в ее сердце.

— Так вот почему замок принимал меня за своего… — в голове Джонатана сложился еще один пазл, который он никак не мог собрать. — Я чуть ли не со второго дня ощущал, что замок знает и принимает меня.

— И еще, — голос Авроры стал немного тревожнее, — хочу тебя предупредить по поводу меча, которым владеет отец.

— Меча? Разве мою чешую можно пробить мечом? — усмехнулся Джонатана.

— Его мечом можно, — ответила Аврора. — Его меч не простой. Он пробивает чешую дракона как сливочное масло. И я не уверена, что твоя энергетическая защита тебе поможет против него. Я думаю, что он попытается вызвать тебя на поединок, зная, что у тебя только обычный меч, лук со стрелами и охотничьи ножи.

— Это ценнейшее предупреждение, Айнѐ. Не волнуйся, я не дам себя в обиду. Хотя пока и не знаю, как именно.

Они проговорили всю ночь, продумывая планы дальнейших действий и варианты использования магии для защиты от короля, и даже не заметили, как за их спиной взошло солнце. Тучи под ними начали рассеиваться, открывая виды на леса, над которыми они пролетали в этот момент.

— Ты про этот лес говорила, что в нем есть пещеры?

Аврора посмотрела вниз и вдаль по ходу движения, чтобы понять, где они находятся сейчас.

— Не совсем, — ответила она, — точнее, это восточная окраина леса. Он начинается почти от границы с землей кочевников и тянется на два дня пути на лошадях в сторону столицы. У этого леса дурная слава среди людей, поэтому через него почти нет никаких дорог, кроме одной: от столицы до западной окраины леса. А дальше на восток в лес уходят только тропы охотников. Но эти охотники не из людей. Это народ, к которому принадлежит Хирумо. Только они решаются ходить в этот лес.

— А ты сама бывала в тех пещерах?

— Да. Мы ходили туда вместе с Хирумо и его соплеменниками. Поэтому я и знаю о тех пещерах. Ты мог бы спуститься ниже? У меня не такое острое зрение, чтобы разглядеть то самое место.

— Кончено, могу.

Джонатан спустился достаточно низко, чтобы можно было разглядеть все в подробностях.

Солнце поднималось все выше, а лес под ними все не кончался. Иногда среди зелени хвойных и разноцветных вкраплений лиственных деревьев мелькали синие зеркала небольших лесных озер и небольшие холмы, словно специально сложенные из огромных валунов.

— Видишь впереди три каменных холма рядом? — Аврора указала рукой, но поняла, что Джонатан, скорее всего, не увидит ее руку.

— Вижу, — ответил Джонатан.

— Межу ними как раз и находится вход в пещеры. Точнее, там несколько пещер.

— Сколько у меня будет времени на подготовку?

— Я думаю, что быстрее, чем за два дня, туда даже верхом не добраться. На той дороге нет трактиров, где можно было бы сменить лошадей, — ответила Аврора.

Через три часа полета на горизонте показался знакомый силуэт замка Саи-Карнак. Аврора вытащила из вещмешков свою одежду, связав ее в отдельный узелок, а всю провизию, которую она брала с собой на остров, оставила Джонатану.

Замок становился все ближе. Джонатан не спешил снижаться в надежде на то, что так он сможет оставаться незамеченным хоть немного дольше. И только перед самым замком он сказал Авроре, чтобы она держалась крепче, и начал круто снижаться по спирали. Конечно же, стража заметила его. И во дворе замка началась суета. Подняв облако пыли, Джонатан точно опустился на крышу водонапорной башни замка. Он опустил крыло как трап. Аврора скатилась по нему на крышу и быстро отбежала в сторону, чтобы не мешать ему взлетать. Еще не успевшая осесть от его посадки пыль снова была поднята в воздух мощными взмахами крыльев.

Большой дракон, поблескивая чешуей, начал быстро удаляться от замка. Несколько стрел, выпущенных ему вслед, отлетели от его чешуи, не причинив ему никакого вреда. Джонатан даже не заметил их. Он усиленно набирал высоту, удаляясь на юг, чтобы потом повернуть к тем пещерам, которые показала ему Аврора. Впрочем, он понимал, что ему вряд ли удастся своим маневром сбить с толку короля. Но, может быть, это даст ему дополнительное время на подготовку.

Аврора вбежала в свою комнату и заперла за собой дверь. Она пыталась сосредоточиться и настроиться на встречу с отцом. Замок, как и весь город, буквально гудел, словно растревоженный улей. Шутка ли, средь бела дня на башню замка приземляется дракон. Не прошло и пяти минут, как она услышала стук в дверь. Ей даже не пришлось открывать дверь. Отец вошел в ее комнату быстрым шагом.

— Ты привезла его? — спросил отец, глядя ей в глаза.

— То есть, ты даже не хочешь поздороваться со своей дочерью? — ответила Аврора, демонстративно посмотрев в окно.

— Извини, Айнѐ, — он попытался продемонстрировать хотя бы легкое раскаяние, — просто твой Джонатан наделал много шума своим появлением в таком виде. Извини еще раз, доченька. Ты привезла его?

— И я тебя люблю, папочка, — ответила Аврора, посмотрев на отца, — нет, не привезла.

— Что значит, не привезла? — отец буквально впился в нее глазами, пытаясь сдерживать закипающий гнев.

— Дословно: не привезла, — Аврора старалась отвечать спокойно, словно ничего не случилось, а она просто вернулась с прогулки по городу.

— Только не говори, что Жезл могущества у него! — король почти перешел на крик.

— Так вот как называется то, из-за чего ты затеял всю эту игру? — Она сложила руки на груди и стала прохаживаться по комнате, поглядывая на отца, — нет, не у него. Надеюсь, это тебя хоть немного успокоит.

— Успокоит? — отец еле сдерживал себя, чтобы не кричать на дочь. — Твоя любовь ослепила тебя! Ты не смогла довести до конца то, что мы готовили столько лет, на что мы с тобой потратили столько усилий. Ты просто выкинула это все в помойку!

Отец все же перешел на крик на последней фразе.

— Не кричи на меня, — Аврора старалась сохранять спокойствие. — Время рассудит, выкинула ли я все в помойку или приняла самое главное и правильное решение в своей жизни. Лучше скажи правду, зачем тебе этот «Жезл могущества».

— Какое еще правильное решение? — отец почти вскипел от негодования, — предать свою страну? Предать меня? Променять свое королевство на этого недоумка из сумасшедшего мира ты называешь главным решением? Нет, ты… Ты просто глупая девчонка, которая не слушает отца, не способна мыслить на государственном уровне! За столько лет ты ничему не научилась. Горе мне, что некого оставить после себя!

— Браво, папа, — Аврора несколько раз хлопнула в ладоши. — Если ты хочешь власти и могущества, считая, что ты мудр как Создатель или даже мудрее Его, то отправляйся сам за этим Жезлом. Ты серьезно считаешь, что сможешь переустроить мир лучше Него? Я видела твой разговор с Джонатаном. И как ты влез в его разум, отказав даже в минимальном уважении как гостю, как другу твоей дочери… И на что ты рассчитывал после этого? Ты и вправду считал его настолько глупым, что он будет играть под твою дудку, не понимая, что его используют, и принесет тебе на блюдечке абсолютную власть над миром?

— Ты так ничего и не поняла, — в голосе отца звучало разочарование, — все, чему я учил тебя… Интересы государства для тебя должны быть на первом месте. Ты будущая королева! И ты должна быть политиком в первую очередь, мыслить на государственном уровне. А что в итоге? Вместо того, чтобы направить влюбленного парня, готового для тебя горы свернуть, на выполнение не самого сложного для него задания, ты сама сдалась ему на милость. Где твоя женская хитрость? Не побоюсь этого слова, где твое коварство? Ах да, ты же думаешь, что использовать мужчину в своих интересах – это низко. Ты не просто женщина, ты принцесса, будущая королева. И ради политических целей ты должна быть готова использовать все средства. Иначе твоему королевству рано или поздно придет конец. Политика – это грязь, хочешь ты этого или нет. И ты не можешь быть вне политики, понимаешь?

— Выговорился? — Аврора посмотрела в глаза отцу, — Так вот. Я понимаю, что такое политика. Мне не 20 и даже не 100 лет.

Она неспешно расхаживала по комнате с поистине королевской важностью.

— И, если бы речь действительно шла о серьезной политической необходимости в этом артефакте, я смогла бы убедить Джонатана достать его, поверь. Но и он не дурак. К тому же… — она посмотрела в глаза отцу сверлящим взглядом, — он знает о тебе больше, чем ты думаешь. Ты проиграл дуэль с его разумом. Он взломал тебя. Я видела это. И мне горько и досадно, что, — она всеми силами сдерживала слезы, — то, что он увидел, не оставляет сомнений и альтернативных вариантов трактовки… Тебе нужна абсолютная власть над всем миром. Власть ради самой власти. И ты использовал меня даже вслепую, чтобы заполучить желаемое. Ты даже убивал ради этого.

— Не смей так говорить! — вскипел отец. — Не смей!

Он подошел к ней, и они встретились взглядами. Они смотрели друг другу в глаза почти минуту. Никто не хотел уступать в этой дуэли.

— Ты еще девчонка, — прошипел отец, — глупая девчонка, чтобы понимать это. Я вернусь, и мы продолжим наш разговор.

Король быстрым шагом вышел из комнаты своей дочери, громко хлопнув дверью. Аврора легла на кровать, слезы полились из ее глаз. Она никогда раньше не видела отца таким. Джонатан чувствовал все, что произошло между Авророй и ее отцом. Используя связь между ними, он обнял ее. Она почувствовала его незримое прикосновение, словно он реально обнимал ее сейчас, прижимая к себе.

— Я с тобой, что бы ни случилось, — его голос звучал в голове Авроры.

— Джонни, он никогда не был таким со мной, — ее голос дрожал в голове Джонатана, — он и раньше частенько бывал строг со мной, но чтобы так…

Он промолчал в ответ, лишь дал ей почувствовать его сострадание и поддержку через связь между ними.

— Джонни, — она произнесла его имя, словно находила в этом особое утешение, — отец сейчас собирает дружину. Думаю, что в течение часа они могут выдвинуться на поиски.

Аврора немного успокоилась, переключившись на поиски вариантов, чем она теперь может помочь Джонатану. За окном было слышно, как отряд всадников покидает замок под звуки горна.

— Джонни, дай знать, когда доберешься до места, и покажи мне то, что увидишь сам. Я должна тебе кое-что передать.

Ожидание казалось бесконечным. Небольшим утешением для Авроры стало то, что обманный маневр Джонатана с уходом на юг от замка сработал, и отряд во главе с королем отправился по южной дороге. Однако ни она, ни Джонатан не питали иллюзий, что они смогут запутать опытного мага так, чтобы он не смог вычислить место, где будет прятаться Джонатан.

Солнце давно перевалило экватор своего пути по небосводу, когда Аврора увидела в своей голове то, что видел сейчас Джонатан. Он стоял у входа в пещеры, осматривая местность, чтобы и Аврора могла все увидеть его глазами.

— Отлично! Пока не уходи никуда, — сказала Аврора.

Через несколько минут рядом со входом в пещеру открылся портал, из которого появилась Аврора с мечом в руках.

— Вот, — она протянула ему меч, — это не простой меч. Попробуй вынуть его из ножен. До сих пор этого не удавалось сделать никому. Но если он признает тебя своим хозяином, то это будет означать, что все мои предположения верны. Давай, смелее.

Джонатан взял в руки меч. Он оказался намного легче, чем ожидал Джонатан. Аврора не сводила глаз с меча, ожидая, когда Джонатан попробует обнажить меч.

Его рука легла на рукоять, и в следующую секунду раздался звон клинка, извлекаемого из ножен. Меч сверкал на солнце так, что Аврора на секунду прищурилась. Ее глаза вторили изумрудным блеском.

— Да, значит, я права. Не могу сказать, что я знаю все про этот меч. Но то, что он не простой, – это точно. Пусть он сослужит тебе добрую службу, мой рыцарь, мой возлюбленный.

Джонатан преклонил колено, держа меч перед собой.

— Клянусь защищать тебя, моя принцесса, до последней капли крови.

— Джонни, тебе не нужно давать никаких клятв и обещаний. Ты все уже доказал. Встань, — она улыбалась, глядя на него, — пафосные ритуалы мы оставим на потом, когда нам нечего будет делать.

Джонатан встал и вложил меч в ножны. Аврора шагнула обратно в портал, и он закрылся.

В это время отряд, возглавляемый королем, двигался по южному тракту. Внезапно, король остановился и поднял руку. Сопровождающие его остановились в ожидании приказа. «Восточный лес. Три камня», — произнес король, и они повернули на северо-восток, прямо через поле.

Аврора поняла, что открытие портала не прошло незамеченным. Но она не могла не сделать этого, не могла оставить своего возлюбленного совсем без оружия. Ее отец все равно бы понял, где скрывается Джонатан, и понял бы это очень скоро.

Всю ночь они общались, пытаясь найти заклинания и методы их применения для противодействия магии короля. Аврора вспоминала все, что только могла, о сильных и слабых сторонах своего отца как мага и воина. Джонатан, в свою очередь, пообещал, что сделает все возможное, чтобы не причинять вреда ее отцу.

Джонатан сумел отследить маршрут своих преследователей благодаря способности получать информацию от Вселенной. Навык оказался очень полезным, если точно знать, что нужно найти или увидеть. И полученная информация давала ему возможность вздремнуть пару часов на рассвете нового дня. Весь остальной день прошёл для Джонатана в упражнениях и изучении заклинаний и собственных способностей в магии. Аврора помогала всем, чем только могла, незримо присутствуя рядом с ним благодаря их магической связи. А опыты с предметами в учебном классе, помноженные на практику подключения к потокам Вселенной, после нескольких часов упорного труда позволяли Джонатану надеяться, что он сможет преподнести королю пару магических сюрпризов.

Примерно в пять часов утра Джонатана разбудило сработавшее сигнальное заклинание. Отряд короля приближался к пещерам. С этого момента счет шел на минуты. В лесу не было видно факелов, бойцы старались ступать максимально тихо, чтобы оставаться незамеченными как можно дольше. Король жестом показал командиру отряда, чтобы бойцы рассредоточились и окружили входы в пещеры. Всего было четыре входа. У каждого входа встали по два лучника. Наконечники их стрел мерцали в темноте леса. Джонатан прекрасно видел все, что происходило вокруг пещер. Равно как и то, что эти стрелы могли представлять реальную опасность для него. На все четыре входа в пещеры Джонатан выставил энергетические барьеры, преодолеть которые не могли ни люди, ни простые предметы.

Некоторое время король стоял на небольшой поляне, вокруг которой располагались входы в пещеры, пытаясь понять, что предпринял Джонатан в части магической защиты.

— В пещеры не входить, — сказал он командиру отряда, — я пойду один. Если кто-либо выйдет, вылетит или выползет из пещер, стреляйте без предупреждения. Даже если это будет заяц, птица или жаба.

— Никто не пройдет, Ваше Величество, — так же тихо ответил командир.

— Нельзя его недооценивать. Будьте крайне внимательны.

Король сделал несколько шагов к одному из входов в пещеру. Едва заметная фиолетовая завеса отделяла его от Джонатана. Он поднес руку к завесе. «И этим ты хочешь меня остановить?» — пробурчал он себе под нос. Тело короля покрылось оранжевым энергетическим щитом, похожим на защитное поле Джонатана, и он шагнул в пещеру. Войти ему удалось не сразу. Сопротивление со стороны защитного поля оказалось довольно сильным, но не настолько, чтобы остановить короля. Его фигура скрылась в темноте пещеры.

— Выходи, недоумок, — крикнул король, обращаясь во мрак пещеры, — и сразись со мной в честном поединке.

Король негромко произнес заклинание, и от его кольца на указательном пальце правой руки отделился яркий светящийся шар, который осветил пещеру ярким белым светом. Пещера была относительно небольшой и почти круглой. Диаметр ее составлял примерно тридцать метров, а высота свода в самом высоком месте не превышала пяти метров. И эта пещера была пуста.

— Покажись. Я знаю, ты здесь, — король смотрел в определенную точку пещеры.

— Я не собираюсь с Вами драться, — голос Джонатан исходил из той самой точки, куда смотрел король, — хотя не скрою, часть меня страстно желает вонзить меч Рианса в Вашу плоть. Но я не хочу становиться таким же, как Вы.

— Меч Рианса? — король постарался скрыть свое удивление, — его никто не может извлечь из ножен.

Он засмеялся, но Джонатан уловил его гнев, что его собственная дочь передала этот меч его сопернику.

— Я тебе еще при первой встрече сказал. Не пытайся меня обмануть. Просто выходи и докажи, что ты мужчина, воин и маг, достойный руки и сердца моей дочери.

— Доказать? — усмехнулся Джонатан, — что именно я должен доказать и кому? Айноакѐ уже получила все доказательства моей любви и преданности ей.

— У тебя был шанс доказать свою верность Эвендеру…

— Да что Вы говорите, Ваше Величество! — Джонатан прервал слова короля. — Вы даже не удосужились попросить меня лично, не стали объяснить, зачем Вам Жезл могущества. Вы предпочли использовать свою дочь, которая любит Вас как отца, и она сделала все, что могла. Я видел ваши истинные намерения. Прошу прощения за это. Та часть меня, которая считает, что имеет право на месть, успела заглянуть в Ваш разум во время нашей дуэли в Вашем кабинете.

— Да к черту эту демагогию! — закричал король. — Просто выходи и сразись.

Король обнажил меч, который мерцал оранжевым светом, указывая на близкое присутствие дракона.

— Что, никак не удается меня увидеть? — съязвил Джонатан. — Ну так разрушь мои чары, высвети мое присутствие, на которое указывает твой меч. А может, здесь и нет никаких чар? И меня здесь нет?

Король вскинул руку, на которой было его кольцо, вверх. В этот момент яркая вспышка озарила пещеру. Но, когда свет от вспышки рассеялся, ничего не изменилось. Король начал озираться по сторонам, не понимая, что происходит.

— Я здесь, разве ты меня не видишь? — голос Джонатана прозвучал из другой части пещеры.

Король резко повернулся туда, но никого там не увидел.

— Ну же, — на этот раз голос Джонатан прозвучал с противоположной части.

— Трус! Дитя малое! — король вытянул руку с мечом в сторону, откуда он слышал голос Джонатана.

В этот же миг меч короля оказался внутри большого камня, образовавшегося из ниоткуда.

— Я видел твой отряд на всем маршруте. И я знал, когда и с какой стороны вы подойдете к пещерам. Меня здесь нет. Можете не искать. И, стоит мне только подумать, Вы тоже окажетесь внутри камня. И это не магический обман. Это настоящий гранит, какой можно встретить на юго-западном склоне Сат Кичот.

— Ты мерзкий ублюдок! — прошипел король. — Думаешь, меня вот так просто остановить?

В следующий миг камень, в котором был меч короля, разлетелся на куски. Но не прошло и доли секунды, как вокруг меча образовался новый камень, а обломки прежнего камня исчезли.

— Неплохо, — сказал король, — ты действительно успел чему-то научиться. Я могу предложить тебе сделку. Ты приносишь мне Жезл могущества, и мы вместе будем править всем миром, идеальным миром. Что скажешь?

Голос короля звучал весьма убедительно.

— Сколько лет мага у тебя осталось? — спросил Джонатан в ответ, нарочито перейдя на «ты», — полагаю, что значительно меньше тысячи. А мои годы пока еще не списываются. Правда, и возможности моей магии ограничены. По поводу твоего предложения. Я скажу «нет». Мне не нужен весь мир и вся власть и могущество. Можешь продолжать и дальше тратиться на разрушение моей магии. Мне это выгодно, если говорить честно. Но я не хочу твоей смерти, Регрантс. Твоя дочь любит тебя, несмотря ни на что. А я люблю ее. И я не хочу оставить ее сиротой. В связи с чем я предлагаю тебе другую сделку. Мы заключаем перемирие. Ты признаешь за мной неограниченное право на перемещение по землям Эвендера и право на ношение оружия. Если хочешь, чтобы я был на службе королевства, то тебе придется быть со мной честным. Может быть, мы еще будем с тобой сражаться плечом к плечу, а не друг против друга, кто знает. И да, я прошу руки твоей дочери и отеческого благословения на наш брак.

— Не много ли ты хочешь?

— Думаю, что нет, — ответил Джонатан деловым тоном, — без моего дозволения ты сейчас даже с места не сойдешь.

Король посмотрел в сторону, откуда слышал голос Джонатана, и попробовал сделать шаг, но не смог. Он ощутил, что вокруг него просто нет пространства, куда можно двигаться. Словно он был внутри скульптуры с очень толстыми стенками. Свободно двигаться могла только его голова.

— Это… это… — король начал задыхаться, — как ты это делаешь? Это не обездвиживающее заклинание.

В его глазах появился страх и паника.

— Да, это не заклинание вовсе, — спокойно ответил Джонатан, — ты искал того, кто «может читать звезды»… Но есть и другая сторона этого дара. Состояние материи можно не только прочитать, но и создать или изменить. Это двунаправленный канал. Я могу менять материю и пространство в достаточно степени, чтобы ты оказался в невидимой ловушке.

Регрантс еще несколько раз попытался вырваться из ловушки, но ничего не получалось.

— Хорошо, хорошо. Отпусти меня.

Джонатан отпустил его, но меч короля по-прежнему был внутри камня.

— Я согласен на твои условия, кроме одного, — сказал король, отдышавшись и успокоившись. — Я не дам согласия на ваш брак. Во всяком случае, пока. Но я назначу тебе жалование как воину наравне с командиром сотни с обязательной мобилизацией в случае войны. В остальное время можешь жить, где хочешь, и заниматься, чем хочешь.

— Согласен, но с дополнительным условием. Мобилизация только в случае внешней агрессии на Эвендер. В качестве ответного жеста доброй воли с моей стороны я не буду претендовать на замок и трон, на которые я имею право по крови. Во всяком случае, при твоей жизни.

Лицо Регрантса стало пунцово красным, когда Джонатан сказал про право наследия. Он понял, что его дочь рассказала ему не все о Джонатане. И то, что он принял за блеф про меч Рианса, на самом деле правда.

— Согласен, — процедил Регрантс сквозь зубы, — теперь отпусти меч.

В этот же момент камень, в котором был меч короля, рассыпался в песок, который исчез, не успев упасть на землю. Регрантс быстрым шагом вышел из пещеры. «Уходим!» — крикнул он командиру отряда, который протрубил сбор. Через минуту отряд во главе с королем Эвендера удалялся в западном направлении от пещер. Теперь Джонатан мог расслабиться. Несмотря на его браваду перед королем, он чувствовал себя уставшим и измотанным, не столько физически, сколько внутренне.

— Джонни, — голос Авроры радостно зазвучал в его голове, — ты мой герой!

Она мысленно поцеловала его, и этот поцелуй был реальным для них обоих.

— Я сделал все, что мог, — ответил Джонатан, — но твой отец не дал добро на то, чтобы мы были вместе официально.

— Сейчас это не самое важное. Главное – все живы. И ты свободен в передвижении и ношении оружия. И еще. Король вернется в замок не раньше, чем завтра к вечеру. Я хочу, чтобы ты прилетел сегодня ночью, чтобы тебя не заметили в небе. Я обещала тебе показать кое-что в замке. Хотя ты уже почти все знаешь про своих предков, чья кровь течет в твоих жилах. И тем не менее, это важно. Я обещала открыть тебе все тайны, и я должна это сделать.

— Жди меня сегодня к полуночи.

— Только не приземляйся снова на крышу, — Аврора засмеялась, — народ сильно напугался от твоего первого появления. Лучше подходи к городу пешком и дай мне знать, где ты. Я тебя проведу через портал, потому что все равно ворота будут закрыты.

— Хорошо, — засмеялся в ответ Джонатан, — я сообщу, когда буду подходить к городу, и покажу тебе место своими глазами. Так будет проще, чем объяснять на словах.

Джонатан посмотрел на часы, прикидывая, когда ему надо вылетать, чтобы прибыть уже затемно, но при этом еще до полуночи. Солнце только появилось над горизонтом и осветило верхушки округлых скал рядом с пещерами. После всех магических упражнений и применения своих навыков на практике в противостоянии с королем Джонатан чувствовал небывалое единение с окружающим миром, словно мириады невидимых нервных окончаний, тончайших нитей связывали его со всей материей этой планеты, энергией стихий, временем и пространством. Теперь он смотрел на мир совсем другими глазами, видя и чувствуя тончайшие взаимосвязи между всеми элементами мироздания.

Уже через час Джонатан начал понимать, что такое состояние глубокого погружения истощает его силы. Вспомнив, как он научился управлять своими органами чувств после того, как обнаружил, что может их существенно обострять благодаря природе дракона, он попытался регулировать и свою степень погружения в незримые структуры мира вокруг него. Уже к завтраку он добился успеха в этом.

В вещмешке еще оставалось немного вяленого мяса и пара лепешек, которые, к удивлению Джонатана, нисколько не засохли и не испортились за те несколько дней как они сбежали на остров. До Саи-Карнака было примерно 4 часа полета, так что у Джонатана и Авроры было достаточно времени для общения. Связь, которая возникла между ними в самый первый день встречи, была уникальным даром для них, потому что никакие расстояния между ними не могли их разлучить, разделить их души, если только кто-то из них не окажется запертым в высокой башне замка, которая не пропускает внутрь и не выпускает наружу никакую магию. Именно этого где-то в глубине души опасался Джонатан, несмотря на уговор с отцом Авроры.

Когда солнце уже клонилось к закату и все оставшиеся запасы были съедены, Джонатан упаковал одежду и оружие так, чтобы было удобно нести все это на шее, когда он будет в теле дракона. Через несколько минут дракон набирал высоту, направляясь на запад.

За полчаса до полуночи Джонатан приземлился на поляне посреди леса примерно в двадцати минутах ходьбы от восточных ворот городской стены. Этот лес нельзя было назвать дремучим. Скорее, он был похож на городской парк. Одевшись и перепаковав вещи в один вещмешок, Джонатан направился к западной дороге, которая вела к воротам города.

— Айнѐ, — обратился он мысленно, — я прибыл и направляюсь к восточной дороге. До городской стены минут двадцать ходьбы. Дома еще не начались.

Столица Саи-Карнак уже давно распространилась за городскую стену, которая была построена еще четыреста лет назад. Разумеется, за стеной селились в первую очередь беднейшие жители города.

— Джонни, — голос Авроры зазвучал в голове Джонатана, — покажи, где ты идешь. Я заберу тебя оттуда.

Он показал ей то, что видел сам, повернувшись вокруг своей оси, чтобы она увидела все. И в следующую секунду прямо перед ним открылся портал. Джонатан шагнул в него и оказался в подвале замка, в той самой комнате, где началась его история в этом мире.

— Я так рада тебя видеть! — Аврора бросилась ему на шею.

Несколько минут они стояли обнявшись, целуя друг друга.

— У нас впереди вся ночь, но сначала я открою тебе последнюю тайну. Во всяком случае, из тех, что я знаю о тебе и твоих предках в нашем мире. Иди за мной.

Она повела его по подвальному коридору замка в самый дальний его конец. Темный коридор едва освещался факелом в руке Джонатана.

— Здесь не бывает стражи, — Аврора говорила тихо, — поэтому и за факелами никто не следит. Да и светильники в свое время не стали делать здесь.

Они подошли к довольно узкой двери, обитой железом и висевшей на весьма массивных кованых петлях.

— Мой отец не знает, что у меня есть ключ от этой двери.

Аврора достала ключ весьма причудливой формы, вставила его в замочную скважину и повернула три раза.

— Теперь помоги открыть дверь. Она очень тяжелая.

Дверь подалась не сразу, но все же со скрипом открылась. В помещении за дверью стены мерцали тусклым оранжевым светом. Комната была небольшой, примерно три на три метра. Посередине возвышался каменный постамент, на котором располагался прозрачный куб. Внутри находилось большое сердце. От этого сердца к потолку комнаты поднималось множество мерцающих трубок разной толщины. Далее эти трубки расходились по потолку в разные стороны и исчезали в стенах и потолке комнаты.

Джонатан смотрел на сердце, не отрывая глаз, и едва заметно вздрогнул, когда сердце сжалось и снова расширилось. В этот момент по всем трубкам пробежали чуть более яркие, чем фоновое свечение, оранжевые огоньки. Аврора смотрела на Джонатана.

— Можешь прикоснуться к кубу, — ее голос прозвучал еще тише, — тебе можно это сделать. Если это сделает кто-то чужой, он может умереть.

Джонатан посмотрел на Аврору и осторожно протянул руку к кубу. Когда он прикоснулся к его стенке, сердце в нем вздрогнуло. По трубкам побежали разноцветные огоньки. Мерцание стен комнаты на некоторое время стало ярче. Рука Джонатана тоже начала мерцать тем же светом, что и стены комнаты. В этот момент воспоминания того, чье сердце давало жизнь и магические свойства замку, открылись для Джонатана. Он пристально смотрел на куб с сердцем, словно видел того, кому оно принадлежало. Авроре показалось, что Джонатан беззвучно разговаривал с ним.

Через несколько минут все вернулось в прежнее состояние. Джонатан убрал руку от куба. Аврора не стала ни о чем спрашивать его. Она и так чувствовала, что ему нужно время, чтобы осознать произошедшее. Они вышли из комнаты и закрыли дверь.

— Айнѐ, — Джонатан посмотрел ей в глаза, — после встречи с твоим отцом в пещерах я опасался, что он запрет тебя в высокой башне и мы не сможем пользоваться нашей связью. Теперь я этого не боюсь. Для тебя все двери замка будут открыты, кроме покоев твоего отца и его кабинетов. Я договорился с истинным хозяином замка.

Джонатан попытался улыбнуться. Аврора смотрела ему в глаза, понимая всю тяжесть груза воспоминаний о событиях давно минувших дней, которые только что свалились на него.

— Теперь ты знаешь все, что было скрыто или недосказано, — она говорила, не отводя взгляд. — Что с этим делать, решать только тебе. Но я всегда готова помочь и поддержать тебя словом и делом. А сейчас… пойдем. Как только ты поднимешься из этого подвала, тебе сразу станет легче, обещаю.

Аврора улыбнулась, взяла его за руку и повела по длинному коридору к лестнице наверх. Он чувствовал ее поддержку и участие. И чем выше они поднимались по лестнице, тем легче становилось у него на душе. В его комнате их ждал еще не успевший остыть ужин. На столе горели свечи. Эта ночь принадлежала только им двоим.

Джонатан проснулся рано. Солнце еще даже не показалось над горизонтом. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что, может быть, вся эта история со встречей с королем, островом, магическим артефактом и пещерами в лесу ему просто приснилась. Сейчас ему казалось, что все было как прежде: он просыпается утром в своей комнате, рядом спит его возлюбленная. Ее рыжие волосы раскиданы по подушке. И, казалось бы, нет никаких препятствий, мешающих жить им долго и счастливо.

Однако стереть из памяти все, что произошло за последние дни, было невозможно. А то, что было вчера, еще предстояло осмыслить. «Просто остаться в замке и жить в этой комнате, не имея возможности быть вместе с Айноакѐ… Я не смогу так жить, — размышлял над ситуацией Джонатан. — Постоянно чувствовать на себе его взгляд, даже просто его присутствие в замке… Смогу ли я сохранять спокойствие зная, что Регрантс сделал с моим отцом?»

В это время Аврора обняла его, проснувшись.

— Джонни, мы все преодолеем вместе, — она чувствовала тяжесть, которая была на душе Джонатана.

— Конечно, моя Айнѐ, — он повернулся к ней лицом, — у нас не так много времени до возвращения твоего отца. Если я правильно проследил его отряд, то они будут в замке к ужину.

Аврора смотрела ему в глаза.

— Я вижу твои переживания, — она говорила тихо, с пониманием в голосе, — и поддержу любое твое решение, каким бы оно ни было. Я не могу требовать от тебя остаться здесь, хотя ты можешь жить в этой комнате столько, сколько пожелаешь.

Он смотрел на нее, словно прощался на долгий срок.

— Айнѐ, я люблю тебя больше жизни, но я не смогу жить в замке, — он замолчал на несколько секунд, подбирая слова, — я опасаюсь, что не удержу дракона от мести, если останусь здесь.

— Понимаю, Джонни, — ответила Аврора с грустью и поддержкой в голосе.

Она постаралась улыбнуться, но слеза уже катилась по ее щеке. Она смахнула ее рукой.

— Я, правда, понимаю тебя. Не смотри на мои слезы, — она старалась не расплакаться, — возьми в библиотеке башни книги, которые открылись тебе. Они все равно больше никому не открываются. Думаю, что замок позволит тебе вынести их теперь. И еще. Я подготовлю письмо, с которым у тебя нигде на землях Эвендера не будет никаких проблем.

— Прости меня, Айнѐ…

— Ты не должен извиняться передо мной за это решение. — Я все понимаю. Время для магов течет иначе. Поверь мне, когда тебе исполнится тридцать, ты это почувствуешь. Я верю… Нет, я знаю. Наша разлука не будет долгой. К тому же, никто не сможет разлучить наши души. И ты всегда будешь со мной, а я – с тобой. Как бы мы ни были далеко друг от друга.

— Думаю, что и тебе тоже нужно время, чтобы разобраться в отношениях с отцом. И это будет непросто.

— Все идет так, как должно идти, — отвечала Аврора, — наверное, странно слышать от мага про судьбу или руку Создателя… Но я уверена, что нас обоих ведет эта самая рука. И сейчас каждому из нас предстоит пройти свой особый отрезок пути.

— Думаю, что ты права, хотя никогда до этого в судьбу не верил, — улыбнулся Джонатан.

Они оба ощутили внутреннее облегчение, словно кто-то свыше давал им понять, что они все делают правильно. Аврора ушла готовить письмо, которое обещала Джонатану, а он занялся сборами в дорогу.

После завтрака Джонатан забрал две книги: «Книга Времени» и «Небесные Летописи» – из библиотеки в высокой башне. Когда он пытался сложить все свое имущество в вещмешок, в комнату зашла Аврора с письмом в плотном конверте. На конверте был ее вензель, а на самом письме – печать Принцессы Эвендера.

— Это, по сути, твои документы и твой пропуск во все двери. Ну, почти во все, — улыбнулась она, — а еще, держи вот эту походную сумку. Не удивляйся ее небольшим размерам. В нее влезает очень много всего.

— Надо же, — изумился Джонатан, разглядывая сумку, — я думал, что такие бывают только в кино про волшебников в нашем мире.

— Ты теперь в другом мире. Но этот мир теперь такой же твой, как и мой. Ты вернулся домой.

Он с теплом посмотрел на Аврору и начал складывать книги в сумку. Когда предмет оказывался в сумке, он уменьшался в размере в несколько раз. Сумка не была бездонной, но вмещала в себя весьма большой объем.

— Спасибо за такой подарок, — он попробовал сумку на вес и обнаружил, что вес ее содержимого тоже уменьшался в несколько раз, — это просто находка для путешественника!

— У меня есть для тебе еще вот это, — она протянула кошелек, который можно было вешать на пояс или ремень, — на первое время тебе хватит. Письмо, которое я дала тебе, позволяет снимать деньги с моего счета в Королевском банке.

— Король обещал мне жалование как для командира сотни, — Джонатан посмотрел на Аврору, — думаю, я смогу прожить на него.

— Знаю, ты сам сможешь себя обеспечить, — она улыбнулась, глядя ему в глаза, — но если что, то чувствуй себя свободно, чтобы воспользоваться моим счетом. В рамках разумного, конечно же.

— И каковы эти рамки? — шутливо спросил Джонатан.

— Чтобы снимать жилье и питаться, в месяц надо хотя бы 50 эвров или 5 «золотых», как называют в народе золотые монеты, что в твоем кошельке. Думаю, что Хирумо тебе расскажет подробнее об этом. Он, кстати, тоже кое-что приготовил для тебя. Так что зайди в общую библиотеку до обеда.

Джонатан только сейчас осознал, что впервые держит в руках местные деньги. Кошелек, подаренный Авророй, был весьма тяжелым, потому что монеты были из настоящего золота, а не позолоченные.

— Я не смогу разделить с тобой обед, — говорила Аврора с грустью в голосе, — сам понимаешь, положение обязывает быть на обеде совсем с другими людьми. Как только освобожусь, приду к тебе. А сейчас мне надо бежать – государственные дела не могут ждать долго.

Она ушла. До обеда оставалось еще пару часов. Джонатан не стал терять время и пошел в библиотеку. В конце концов, уйти, не попрощавшись с Хирумо, было бы крайне невежливо со его стороны. Двери в библиотеку были открыты. Джонатана там явно ждали. На столе лежали отобранные книги, подборки газет и журналов. Печатное дело в Эвендере было весьма развитым.

— Рад тебя видеть в добром здравии и на свободе, мой мальчик, — приветствовал его Хирумо.

— Я тоже очень рад тебя видеть, — ответил Джонатан, заключив его в дружеские объятия. — Аврора сказала мне, что ты принял решение отправиться в путешествие по нашему миру. Я приготовил для тебя подборку, которая поможет лучше ориентироваться в нашем мире в целом и в Эвендере в частности. Здесь есть лучшее издание атласа с максимально подробными картами и описаниями к ним.

Хирумо протянул ему достаточно большой по формату атлас в кожаном переплете.

— Спасибо, — ответил Джонатан, взяв фолиант в руки.

Также Джонатан получил небольшой обзор экономики королевства Эвендер в формате журнала, В таком же формате было оформлен краткий свод законов, структура власти королевства и краткий внешнеполитический обзор стран континента.

— И еще, — сказал Хирумо, протянув Джонатану достаточно толстый конверт размером с обычный лист бумаги для письма, — здесь ты найдешь адреса и имена представителей моего народа, на помощь которых ты можешь рассчитывать в своих странствованиях. Письмо от меня к ним тоже в этом конверте. Особенно рекомендую Феринао из Карвеста. У него просто огромная библиотека, да и сам он бесконечный кладезь мудрости. Обязательно навести его и передай от меня горячий привет и наилучшие пожелания.

— Хирумо, за эти месяцы ты стал для меня настоящим другом. И мне неловко, что я не могу тебя достойно отблагодарить за все, что ты для меня сделал.

— Погоди, — перебил его Хирумо, — чуть не забыл. Вот словарь с нашего языка на английский и два разговорника: один по языку Эвендера, второй по языку кочевников. Увы, у меня нет книг по грамматике нашего языка, написанных для людей из твоего мира. Впрочем, ты уже очень неплохо говоришь. Занятия с Авророй дали очень хороший результат. Все же магам немного проще учить языки, — Хирумо сдержано улыбнулся.

Он вручил ему увесистый словарь и разговорники.

— Если пойдешь на запад, — продолжил Хирумо, то сначала внимательно почитай политическую прессу. Не везде тебе будут рады, мягко говоря. Теперь вроде бы все. Хотя времени никогда не бывает достаточно, чтобы насладиться общением с умным человеком. А ты именно такой, Джонатан. Ты мудро поступил, не по годам мудро.

Хирумо крепко обнял его на прощание.

— Я обязательно вернусь, — сказал Джонатан, выходя из библиотеки, — хоть и не люблю обещать, но сюда я точно вернусь.

— Я знаю, — ответил Хирумо с едва заметной улыбкой.

Вернувшись в свою комнату, Джонатан уложил подарки от Хирумо в походную сумку, оставив только атлас. В ожидании обеда он принялся еще раз изучать карты королевства, пытаясь понять, с чего он начнет свое путешествие. Взгляд на календарь настраивал его на исследование южного направления в первую очередь. Как раз в этом направлении располагался Карвест, о котором говорил Хирумо. «Неплохой вариант для зимовки», — подумал Джонатан, глядя на карту южной дороги до Тобенаса.

Обед проходил в тишине. Мысль о том, что это последний обед здесь, навевала грусть. Джонатан знал, что и Аврора, которая в это же время обедала в королевском зале для трапез, мыслями и душой была с ним. И это придавало ему бодрости не поддаваться тоске.

— Джонни, — услышал он голос Авроры в своей голове, — в три часа приходи на конюшню. Нехорошо тебе путешествовать пешком.

— Айнѐ, ты просто прелесть, — улыбнулся в ответ Джонатана, — только я не особо уверенный наездник.

— Не волнуйся, я дам тебе опытного коня. Он все делает сам. Только не забывай разговаривать с ним. Он понимает больше, чем ты можешь себе представить.

В указанное время Джонатан пришел на хозяйственный двор со всеми своими вещами. Его внешний вид вполне соответствовал образу воина рангом не ниже командира сотни. Меч, подаренный ему Авророй, выглядел достаточно просто, никакой отделки золотом или драгоценными камнями. Только изысканные черненые узоры на ножнах выдавали, что это был меч не рядового война. Кожаные брюки со специальными вставками для верховой езды, кожаный жилет без рукавов поверх достаточно теплой рубашки.

— Я вижу, ты готов отправиться в путь, — Аврора вышла из конюшни, ведя статного серого в яблоках коня, — знакомься, это Мавр.

— Мавр? – удивился Джонатан.

— Да, — Аврора улыбнулась, понимая, какие ассоциации это имя вызывает у Джонатана.

Джонатан подошел к коню и погладил его.

— Ну, здравствуй, Мавр, — сказал Джонатан на языке Эвендера.

Конь ответил ему поклоном.

— Как видишь, он весьма воспитанный, — Аврора смотрела на Джонатана одновременно с едва заметной улыбкой и тоской в глазах.

Ее глаза показались Джонатану темнее, чем обычно. Он смотрел в них, словно старался наглядеться на всю оставшуюся жизнь. По щеке Авроры покатилась слеза.

— Не надо слез, Айнѐ. Ничто не сможет разлучить нас. Даже мы сами.

Он обнял ее и поцеловал. Мавр вежливо отвернулся. Прощальный поцелуй казался бесконечным. Ни Джонатан, ни Аврора не хотели его прерывать. В какой-то момент Мавр ткнулся мордой в спину Джонатана, намекая, что пора уже отправляться в дорогу.

— Дорога зовет, — сказал Джонатан, указывая взглядом на Мавра.

— Он очень умный, — ответила Аврора, — не игнорируй его мнение в дороге. И береги себя.

Джонатан постарался вспомнить все свои навыки верховой езды и вскочил на Мавра с такой легкостью, какую сам от себя не ожидал. Комок подступил к горлу. Он изо всех сил старался сдержать слезы, не сводя глаз с Авроры. Но Мавр сам направился в сторону ворот на главный двор, вежливо извиняясь за свое поведение кивком головы. Аврора осталась на месте, провожая Джонатана взглядом. Она уже не сдерживала слез.

— Айнѐ, не плачь, — его голос, полный любви, звучал в ее голове, — ведь мы не расстаемся насовсем. И наши души всегда вместе, в любой момент.

Он выехал за ворота замка, миновал мост, разделявший замок и стену замка.

— Джонни, — она говорила сквозь слезы, — я… я сделаю все, чтобы убедить отца дать согласие на наш брак. Я давно с ним хотела поговорить, но все откладывала разговор… Но дальше откладывать нельзя. Я уже давно не маленькая девочка. И последний разговор с ним перед тем, как он отправился искать тебя, был тяжелым. Это уже моя битва за себя, за нас.

— Я всегда с тобой, Айнѐ. Вместе мы справимся с любыми трудностями и препятствиями на нашем пути.

Продолжая мысленный разговор с Авророй, Джонатан выехал в город и сказал Мавру: «Идем на юг». Мавр кивнул головой и бодро зашагал в направлении южных ворот города.