Способы выживания на войне для пехотинца

Глава 1 Пролог

-И раз, и два, и раз, и два....

Уже второй час стоя на плацу, среди таких же новобранцев, он размахивал копьем представляя как разит воображаемого врага. Удары сыпались то в ноги, то в корпус, то в голову. И так по кругу.

-Черт возьми, машете словно девки! Эй салага копье нужно держать крепче.

Инструктор подбежал к одному из солдат, и треснув тому палкой по руке, выбил из нее тренировочное копьё.

-Если выронил, копье значит умер! Не можешь Не можешь удержать его в руках, значит нечего делать тебе на войне.

Новобранец быстро опустился на землю, и подобрав его, дрожащими руками продолжил отрабатывать удары.

-Ты что забыл как дышать?Так ты даже бабу не заколешь! Бей резче, и выдыхай при ударе. Слабость это позор для нашего народа!

Удары барабанов не сбавляли ритма, а голос инструктора был слышен всем в округе .

-Мы народ завоевателей! В нас течет кровь великого Сина! Мы непобедимые! Как вы можете с такими навыками, даже мечтать биться так, как бились наши предки? Ну ничего я научу вам что значит быть воином!

Тренировка не была сложна для Карла так как он был крепким парнем, и простое махание копьем уже на второй неделе стало обычной рутиной. Бег с бревном, по округе и стойка всадника давались ему легко, выделяя его на фоне остальных.

Отрабатывая уже в который раз один и тот же укол копьем в строю, он все больше задумывался, правильно ли поступил, решив вступить в армию принца Цирия ll. Странно, наверное, что человек из будущего не придумал ничего лучше, но другого варианта уже нет.

Только попав в этот мир, я начал планировать, как комфортно в нем устроиться, но все планы перечеркнуло одно событие.

В самый обычный летний день, деревня подверглась нападению бандитов. Грязные и лохматые они выбежали из лесу, вооруженные топорами и кинжалами.Появившись словно из ниоткуда, одетые в изорванную одежду, с дикими глазами они неслись на селян, издавая страшные крики. Женщины и дети в панике ринулись от них в стороны.

Карл был среди тех детей, и в ужасе побежал за остальными, но спустя несколько секунд крики резко стихли. Кто-то обернулся первый и застыл на месте. Следом за ним все больше народу останавливалось.

Когда Карл обернулся он узрел ужасающую картину. Позади, на тропе до которой успели добежать бандиты, теперь лежали лишь их расчлененные тела. А посреди этой мясорубки стоял с закинутым на плечо полуторным мечем местный охотник Сэмвиль. До этого лишь ходили слухи, что он участвовал в войне десять лет назад. Как узналось позже, в свое время он дослужился до сотника, и пережил много битв.

Этот мир оказался совсем не похож на сказку с счастливым концом, и шанс умереть, будучи кем угодно, а особенно обычным фермером, был очень большой. Поэтому доступным решением было вступить в армию для участия в предстоящей войне с соседним королевством.

Люди, живущие в этом мире, знают его жестокость,намного больше, чем я сам. Если вспомнить, то идея вступить в армию окончательно сформировалась, когда один из моих друзей Джесси, сын фермера узнал, что скоро будет очередной поход на Виров.

Его отец уже дважды участвовал в таких походах, и мы все уже неоднократно слышали истории об этом. По его рассказам, он дважды был героем, разившим десятки противников в одиночку, но это была откровенная ложь. Однажды он напился и был избит, придя домой, он, поддавшись меланхолии, рассказал своему сыну, как все было на самом деле.

В первом походе он сразу получил несерьезное ранение, которое его, вероятно, спасло, но и не позволило принять участие в сборе трофеев. Вернувшись домой лишь с жалованием, он продолжал работать на поле. Во втором походе он и вовсе пропустил бой из-за болезни. В то же время его друзья, которые пошли на войну вместе с ним, сейчас на службе у короля. Один даже стал рыцарем и женился на дворянке. Именно успех его друзей и демонстрация силы Сэмвиля, стали для нас мотивацией вступить в армию.

Мать сильно расстроилась из-за моего решения, но не смогла отказать. Отец же был горд тем, что я буду воином. По этому поводу он даже достал из запасов бутылку вина, которую ему повезло выиграть в карты у проходящих мимо торговцев. Он жалел о том, что, будучи единственным сыном, не смог поучаствовать ни в одном сражении, и упустил свою возможность прославиться. Сестры были однозначно против, и со слезами на глазах пытались всяческими способами меня отговорить. Старший брат сильно завидовал и даже сначала обиделся, но потом остыл и просил принести какой-нибудь трофей.

На следующий день, взяв с собой припасы, мы вышли в сторону ближайшей крепости, в которой собирали новобранцев. Дошли к месту сбора спустя несколько дней нигде не задерживаясь, уже ближе к вечеру. Там наши имена записали, и мы были распределены в один отряд. Нам выдали лишь палки и деревянные щиты из скрепленных между собой досок, объяснили, что жалование для новобранцев выплачивается лишь по окончании похода, и сказали, где нам можно расположиться. Так как сбор и обучение проводился снаружи крепости, спать нам предстояло на голой земле. Уже был конец весны, поэтому спать на лежанке под открытым небом было достаточно комфортно, но насекомые уже не давали покоя.

Так, на первое утро нас всех разбудили, и начались учения. Нашей группе и еще нескольким парням, прибывшим с нами в один день, ничего не объяснив, сказали занять место в строю. После отработки команд, при исполнении которых мы часто ошибались, были объяснения, как правильно держать копье и щит. В конце учений к нам подошел мужик, представившись Даном, он оказался заместителем командира. Узнал у нас, что мы умеем, и сказал, где выдают пищу. Расположившись вместе, мы поужинали и легли спать возле костра.

Глава 2 Подготовка

Каменные башни, возвышавшиеся в небо, были украшены знамёнами с изображением чёрного орла на жёлтом фоне. У стен же расположился гарнизон, состоящий из сотен палаток. На специально выделенных площадках солдаты под команды инструкторов отрабатывали атаку и защиту. Солнце ещё не взошло, а повсюду была непривычная для деревенского жителя суета.

Первое утро в лагере произвело сильное впечатление на нас. Всё началось с громкого сигнала горна и звука копошения вокруг. Очень быстро лагерь превратился в шумное место, все собрались и двинулись в сторону ближайших к ним площадок.

Ещё повезло, что в первые дни мы не поучаствовали в ночных тревогах. Примерно раз в неделю, иногда реже, иногда чаще, нас будили и тренировали быстро приходить в состояние боеготовности. Сетуя на то, что напасть могут и ночью, поэтому мы всегда должны быть готовы. Но из-за постоянной усталости и скуки легко получалось продолжить сон, когда тренировка заканчивалась.

Как человек из современного мира Карл понимал, какое влияние имеет сила, особенно в эту эпоху. Имея достаточно удачи, чтобы не умереть при своём рождении и дорасти до того возраста, в котором он осознал себя, самым лучшим решением для него было начать развивать себя физически, чем он и занимался на постоянной основе. Знания из прошлой жизни давали преимущество в развитии своего тела.

Именно благодаря этому сейчас он выделялся на фоне своих друзей и других новобранцев. Когда они, уставшие после пробежки, приступали к отработке ударов, он преуспевал больше остальных, так как был лучше подготовлен.

— Эй, Карл, ты младше меня на два года, откуда в тебе столько сил?

Мосё был курносым юношей с рыжими волосами и веснушками по всему лицу. Он был другом Карла из деревни и, хоть и был старше, признавал в нём равного себе. Ему было уже 19 лет, и он был в хорошей форме, ровно как и большинство жителей деревни. Из-за обильных урожаев у них никогда не возникало проблем с налогами, и сама деревня считалась довольно зажиточной.

Отсутствие голода и постоянная работа в поле положительно влияли на физическое развитие, чего не скажешь о некоторых других новобранцах. Голод и та же работа приносила уже другой результат, плюсом к чему шли болезни. Знахари же зачастую селились именно в таких зажиточных деревнях.

— А я предлагал тебе присоединиться, но тебе всегда было лень после работы уделить время на тренировки.

Не сбивая дыхания Карл отрабатывал удары копьём, параллельно поддерживая беседу с другом. Они сегодня оказались рядом, поэтому Мосё от скуки частенько пытался завести разговор. Но Карл был сосредоточен, так как чем дольше он сможет махать копьём, тем дольше он будет жить на поле боя, поэтому для него это сейчас было важнее болтовни.

В таком темпе прошёл месяц, и тех, кто хорошо справлялся, распределили по новосформированным десяткам. Карлу с Мосё повезло оказаться в одной десятке, которую возглавлял упитанный ветеран, одетый в кольчугу и имевший полуторный меч, висевший без ножен на поясе.

— Ещё совсем зелёные, но ничего. Если выживете, свожу вас в бордель к Маринке, сынки. Но до этого ещё нужно дожить, а пока слушайте меня так, как даже батьку не слушали, авось и повезёт.

Десятник Джон чаще всего выглядел как добрый пьяница, но когда он был недоволен, доставалось всем. Нам дали неделю на притирку друг к другу, что с лихвой позволило Джону установить иерархию в нашем десятке.

На втором месяце мы всё больше тренировались в составе сотни, а когда мы ошибались, доставалось Джону. За это уже нам от него. Помимо меня и Мосё наша десятка состояла из самых крепких парней, как позже рассказал нам Джон, это не очень хорошо, так как есть большая вероятность, что мы будем с самого начала биться в первых рядах. Но так даже лучше, ведь можно получить вдвое больше славы и добычи.

Как оказалось, в нашем королевстве, а может быть и вообще в этом времени, не принято строгого разделения войск по оружию. Среди пехоты использовалось любое имеющееся снаряжение, но лишь копья предоставлялись новобранцам. Почти все десятники ходили вооружённые мечами и топорами, ещё больше в глаза бросалась разница в броне. Кольчугу имели лишь единицы, остальные обходились кожаными нагрудниками. Лишь капитан, возглавлявший тысячу воинов, был облачён в подобие лат.

Джона, как и других десятников, каждую неделю собирали, и за выпивкой с сотником обсуждалась текущая обстановка и ближайшие планы. На одном из таких собраний сотник рассказал, что через месяц они отправятся в поход, поэтому командиры заняты подготовкой, а сотникам поручили проводить учебные сражения между собой. Как и предполагалось, нашу десятку как лучшую в сотне поставили в первый ряд, Мосё достался левый фланг, а мне правый.

Вооружённые палками, обмотанными тканью для смягчения ударов, мы часто бились толпа на толпу. Это было весело в первые разы, но спустя десятки подобных сражений превратилось в рутину, так и продолжалась подготовка, пока в один из дней вечером к нам не подошёл Джон и не сказал, что через день мы выступаем.

Глава 3 Подготовка, часть 2

За день до начала похода нам выдали боевые копья с бронзовыми наконечниками и новые щиты, оббитые кожей с блестящей сердцевиной. К самим копям выдали еще по дополнительному наконечнику. Кому-то даже достались кожаные шлемы с бронзовыми пластинами.

Начала похода приходилось на самую середину лета, поэтому в шлеме было жарко, и никто особо не рвался их выхватить, поэтому Карлу легко удалось взять один.

- Зачем тебе этот шлем, в нем ты умрешь от жары раньше, чем дойдешь до поля боя?

Мосе толкнул Карла, когда тот примерял шлем. Скорчив рожу и демонстрируя свои желтые зубы, он всем своим видом демонстрировал свое «интеллектуальное» превосходство.

Среди своих сверстников Карл выделялся умом и всегда побеждал в спорах, даже взрослые его уважали за несвойственную его возрасту мудрость. Эта мудрость проявлялась часто в смирении, моральных и волевых принципах. Также деревенских удивляла его способность торговаться с проходящими мимо деревни купцами.

- Шлем можно привязать к рюкзаку и в случае опасности быстро надеть. Вспомни, как мы играли в детстве и тебе прилетело камнем по голове, тебе повезло, что у меня всегда с собой чистая ткань для перевязки, тогда ты мог умереть от потери крови или заражения.

Карл редко проявлял эмоции, поэтому с момента толчка его лицо не изменило своего спокойного выражения.

- Тск. Сколько ты еще будешь вспоминать тот случай? И хватит вести себя как мой папаша.

Выразив свое недовольство, Мосе все-таки тоже взял шлем. Не став примерять, он перекинул его через плечо, держа за шнурок.

- Твой отец самый умный человек в нашей деревне, и я благодарен ему. Он многому меня научил, тебе следовало заниматься тем же, а не валять дурака.

Во взгляде Карла можно было увидеть уверенность. Сам он был одновременно спокойный и прозорливый, складывалось ощущение, что он смотрел в саму суть собеседника.

Однажды в детстве Карл осознал, что помнит свою прошлую жизнь. Когда он умер, ему было около тридцати. Воспоминания о том, как его зовут и была ли у него семья, отсутствовали. Только образы необычных для этого мира вещей и различные знания о нем.

Всех своих друзей он воспринимал как младших братьев. Было немного странно, когда он заботился о тех, кто старше него, но всем приходилось с этим мириться.

- Скууууууучно. Айда поспарингуемся, я уверен, в этот раз ты не сможешь победить. Джон показал мне один приемчик.

Получив снаряжение, они пошли в сторону тренировочной площадки, где, сложив сумки и снаряжение, взяли тренировочные копья с щитами.

Встав напротив друг-друга, они расположили щиты перпендикулярно телу так, чтобы выглядывали лишь глаза и ноги. Начав ходить по кругу, они не позволяли себе даже моргнуть, чтобы не прерывать зрительный контакт. Хоть вокруг было шумно, оба слышали лишь шуршание песка под ногами и биение своих сердец.

Глаза Карла были спокойны, а мышцы полурасслабленны чуть согнув ноги, он выжидал, когда его оппонент сделает свой ход.

Мосе на выдохе сделал шаг вперед и начал серию ударов копьем, которую они отрабатывали уже десятки раз. Принимая удары на щит и чуть отходя в сторону, Карл ждал, когда противник увязнет в его защите и допустит ошибку, что в скором времени и произошло.

Сделав слишком большой шаг при ударе, Мосе открылся и чуть отвел в сторону щит. Карл воспользовался возможностью и резко нанес удар, целясь в его правый бок.

Словно ожидая этого, Мосе ударил его щитом, смещая корпус в левую сторону, тем самым избежав удар и выводя Карла из равновесия на мгновение. Предвкушая победу, он нанес удар, целясь в бедро, но потерпел неудачу. Копье скользнуло по опущенному своевременно щиту, и Карл приставил наконечник копья к его горлу, обозначая этим очередную победу.

- Ты молодец, Мосе, наконец-то ты начал планировать свои шаги наперед, но этого недостаточно, чтобы одолеть меня.

Оперев копье на себя, он протянул ему руку для рукопожатия, на что его друг ничуть не расстроился и, крепко сжав ее, улыбнулся, совсем забывая о своем поражении.

Подняв с земли свои вещи, они отправились к месту, где расположилась их сотня, для того чтобы начать готовиться к завтрашнему походу.

*********************************

Карл шевелил угли в костре, размышляя о своей судьбе, уже наступил вечер, и в это время обычно лагерь становился черезчур тихим. Из-за строгой дисциплины все следовали строгому распорядку, также новобранцам запрещалось слоняться без дела, поэтому обычно к этому времени люди собирались возле костров и отдыхали перед предстоящим днем.

Сегодня было особо тихо, так как на днях несколько новобранцев раздобыли бутылку спирта и попались на глаза капитану. Бедолаг забили до смерти плетями за нарушение дисциплины. Такое произошло впервые, обычно все отделывались несколькими ударами, но они, выпив лишнего, позволили себя оскорбить командира, за что и были наказаны по всей строгости.

Уже завтра они отправляются, а это значит, что остается все меньше времени и до первого столкновения. Единственное, что волновало Карла, стоит ли этот риск того? Сможет он выжить и избежать травм, зависит теперь лишь от удачи. Все возможное уже было предпринято, а риски покрываются возможным успехом.

У соседнего королевства нет шансов выстоять перед нашей армией, это всем известно. Остается лишь приложить усилия, чтобы извлечь из этого события максимум выгоды. С этими мыслями Карл двинулся в сторону своей лежанки, так как предстоял долгий поход, лучше воспользоваться этой возможностью выспаться.

Глава 4 Поход

Я ошибался в представлениях о размере нашего королевства, оказалось, до границы с соседним королевством очень маленькое расстояние. Джон сказал, что переход займет около недели. Далеко впереди от нашего отряда виднелись знамёна нашего королевства. Карлу лишь единожды посчастливилось увидеть принца Цирия -2-го. Во время одной из стычек между сотнями он мельком увидел отряд воинов, который следовал за стройным юношей с длинными светлыми волосами и голубыми глазами. Он улыбался и что-то обсуждал с командиром тысячи, активно жестикулируя. Командир в ответ редко отвечал, больше слушал и постоянно кивал. Из-за того, что Карл отвлекся на принца, ему прилетело по голове, и он потерял сознание, а очнулся уже на своей лежанке ближе к вечеру. Следующую неделю ему пришлось мучиться от мигреней и рвоты, но, к счастью, у него были с собой травы, которые помогли ему быстро поправиться. Знания из прошлой жизни указывали на то, что у него было сотрясение мозга, но, в отличие от его прошлого мира, здесь такое лечится очень легко, с помощью отвара из синей розы. Очень распространённый в королевстве Синь цветок, лепестки которого высушивают и часто заваривают как вкусный напиток. В этом мире много необычных растений и животных, аналогов которым не было в мире из воспоминаний. Например, редкое растение, что купил староста у купца несколько лет назад. Съев его, у лысого деда появилась шикарная копна рыжих волос, которой он теперь гордится больше всего. За одно такое растение ему пришлось расстаться с трофейным кинжалом, который он, по рассказам, получил в походе с убитого Вира. За время пребывания в гарнизоне он насобирал много полезных трав, но и использовал немало. Поэтому во время похода он старался обращать внимание на встречающиеся по пути растения. Возле граничного села подошли войска вассалов, и армия с 8 тысяч возросла до 14. Армии вассалов были вооружены чуть хуже. Мало у кого были щиты, да и копья в большинстве своем плохого состояния. Сами сюзерены были экипированы ничуть не хуже принца. В дне пути от граничного села организовали общую стоянку, через какое-то время на холме возвели шатер в который сначала прибыли сюзерены и тысячники, а спустя какое-то время и сам принц. Как рассказывал потом Джон, со слов нашего тысячника, там обсуждалась расстановка сил и кому какая доля трофеев достанется. На следующее утро прибыл всадник с ярко-красным знаменем, на котором был изображен дракон. Это было знамя Виров, видимо, разведка обнаружила передвижения нашей армии и отправила послов договориться, но спустя короткое время из шатра вынесли голову посла и насадили ее на кол по центру лагеря. Большинство уже заметило, что что-то назревает, и многие собрались ближе к центру лагеря, утягивая за собой тех, кто был рядом. Вскоре вышел и сам принц, он сел на своего коня и подъехал к столбу. По нему медленно стекала густая кровь, а на верхушке грязное помятое знамя и голова посла с выколотыми глазами.

На фоне принца, больше похожего на ангела, этот элемент смотрелся как противопоставление грязных виров благородным потомкам великого Сина. Принц неспешно осмотрел всех, кто собрался, словно заглядывая каждому в глаза, при этом улыбаясь так, что солнце отражалось от его белых, словно снег, зубов. Поставил коня на дыбы и заговорил, громко и звонко: — Смотрите, мои славные подданные! Виры уже трясутся от страха, прислали посла и пытались откупиться, лишь бы не биться с такими храбрыми воинами, как мы! Завтра на рассвете мы выступаем, передайте всем! Передайте всем, что за каждого убитого вира будет уплачено серебряным и всем, что ему принадлежит! Передайте всем, что нас ждет великая слава, богатство и почет! Этот день станет лучшим в вашей жизни, нас ждёт легкая победа! Подняв руку вверх, он собрал пальцы в кулак и обратился ко всем: — Вы хотите славы? То тут, то там послышались выкрики подтверждения в разное время. — Вы хотите богатства? Уже все одобрительно начали выкрикивать, отвечая принцу. Еще какое-то время люди кричали, пока принц не разжал кулак. Прошло еще немного времени, как наступила тишина. — Тогда готовьтесь, завтра мы идем убивать Виров! Принц опустил руку и под одобрительные крики проследовал к своему шатру и скрылся в нём.

Глава 5 Поход часть 2

Вечером Джон сообщил, что наша тысяча вместе с другими семью составит основную ударную силу по центру. А сюзерены будут удерживать фланги. Так как численность врага меньше, можно смело сосредоточить все силы по центру. У врага не хватит солдат укрепить свои фланги достаточно, поэтому весь удар придется на нас.

Вечно собранный и спокойный Карл к ночи ощутил тревогу, все его мысли были о завтрашнем дне. Существовал большой шанс получить серьезную травму или умереть, и это не давало ему покоя. Лежа с закрытыми глазами, он пытался отстраниться от этих мыслей. Шанс выжить больше, если получится хорошо выспаться.

В самом лагере была праздничная обстановка, кто-то выпивал у костра травя байки, кто-то занимался чисткой оружия, а кто-то уже даже спал.

Почувствовав легкий толчёк в по ноге, Карл резко открыл глаза и привстал, над ним возвышался Джон, закинув одну руку на плечо Мосе, в другой он держал бутылку.

- Эй, молодежь, рано спать, нам выдали по паре бутылок эля на человека, пока всё не выпьем, спать не положено...

Мосе, пригнувшись, ловко высвободился из объятий и, обойдя Карла, начал поднимать его на ноги.

- Подъем, сопляк, сейчас старший брат Мосе научит тебя пить эль!

Ему легко удалось поднять его на ноги, так как Карл не сопротивлялся, но как только он встал на ноги, ударил ему локтем в бок.

- Ауч.. Эй, это было грубо, в качестве извинения можешь выпить со мной пару бутылок эля.

Мосё отскочил от него и начал тереть место ушиба, при этом ехидно хихикая. В ответ на это Карл лишь улыбнулся и, зевнув, выхватил у Джона бутылку эля.

- Это кто тут сопляк?

Запрокинув почти полную бутылку, он залпом опустошил её до дна, а потом, звонко отрыгнув, передал её обратно Джону.

- Эй, малец, мой эль немного крепковат для тебя, зря ты выпил всё залпом.

Карл показал большой палец вверх и довольный направился к костру, за которым уже все собрались. За время, проведенное вместе, он уже нашёл общий язык со всеми, поэтому в их 10-ке не было никакой скованности.

Сильно напиться было сложно, так как эль был не такой уже крепкий, как сказал Джон, поэтому все позволили себе расслабиться перед завтрашней битвой. Лёгкое опьянение и разговоры на разные темы отогнали мешавшие спать мысли. Поэтому уже скоро все отправились спать крепким сном.

На утро Карл встал рано и развел костер, и поставил на него котелок с водой. На каждую десятку был один такой. Налил в него воды и, дождавшись, когда она закипит, он решил приготовить полезный напиток для своего отряда. У него как раз в запасе был набор тонизирующих растений. Так, если смешать тертый корень краснолиста и высушенные лепестки синей розы, получится приятный на вкус бодрящий напиток.

Почувствовав витающий в воздухе аромат трав, проснулся Джон и начал будить остальных. Вскоре уже вся десятка собралась у костра, и, выпив горячий напиток, все почувствовали легкий прилив бодрости.

- Повезло нам, что Карл разбирается во всяких травах, я себя так хорошо никогда не чувствовал.

Первый похвалил чудо-зелье Карла хмурый Ник, за ним остальные выразили поддержку его словам кивками и довольными лицами.

Вечно хмурый Ник, лишь выглядев таковым, был на самом деле очень жизнерадостным мужчиной. И каждый раз хвалил и подбадривал парней помладше.

Из его рассказов Карл знал, что у Ника никого не осталось из-за болезни, что погубила всю его семью. Он решил начать все сначала, а что может быть лучше войны против Виров. Слава и богатство, верно говорил принц в своей речи. Пожалуй, без богатого это единственный путь подняться выше.

На рассвете по лагерю раздался бой барабанов. К этому времени большинство уже проснулось, но кто-то только проснулся. Вся десятка Джона уже была готова, и уже вскоре стояла в сотне.

Вся армия двинулась на запад. Восходящее солнце мягко грело затылок, а утренняя прохлада бодрила, приводя в чувства. Элитный отряд принца уже занял место на холме, и кроме них никто не видел, что находится по ту сторону.

Холм протяженностью в несколько километров закрывал горизонт, но все знали, что там, скрытая от глаз, находится вражеская армия. Принц поднял руку вверх с прямой ладонью и плавно опустил. Всё войско встало в ожидании, и спустя час по отмашке принца член элитного отряда достал рог и протрубил в него.

- ВПЕРЕД!

По этому сигналу командиры тысяч пришпорили коней и, подняв мечи, с криком двинулись вперед.

Сотники дублировали команды, а десятники следили, чтобы никто не отставал. Вся армия неспешно двинулась навстречу врагу.

Командиры курсировали по фронту, оглядываясь то на принца, то на своих солдат, то на знамёна вражеской армии, показавшиеся из-за горизонта. Уже скоро Карл с первых рядов увидел стройные ряды вражеской армии. Знамя дракона грозно возвышалось над этими рядами, и сложно было понять примерное количество.

- Не лезьте сильно вперед и держите строй, если кто-то уходит слишком далеко, возвращайте. Их около 6 тысяч, это даже меньше, чем в прошлый раз.

Джон шёл на полшага впереди нашей десятки и вторил различные подбадривающие фразы.

Карл в этот момент чувствовал лишь тяжесть копья в его руке и не особо слушал. Шлем начал немножко давить, и ладони вспотели.

Прогремел очередной рёв горна, в этот раз от армии Виров, и их армия начала переходить на легкий бег.

Следом за ним, после отмашки принца, прогремел и наш горн, сотники проорали «Вперед!», а командиры чуть сбавили ход, пропуская армию в бой.

Глава 6 Бой

Сколь ни было велико желание Карла получить выгоду от этой войны, но разум растягивал каждую секунду до сближения с врагом. Время словно замедлило свой ход, но столкновение неизбежно.

Бам.

Звуки столкновения прогремели со всех сторон, и Карл не заметил, как копье врага уже метит ему в лицо. Разум не успевал осознать происходящее, но вбитые тренировками рефлексы сделали своё дело. Ударив щитом по летящему в него древку копья, он сделал резкий выпад, целясь в незащищённую ногу противника. Противник попытался отойти назад, но сзади стояли другие Виры.

В следующий миг копье пронзило икру и забрызгало лицо Карла кровью, враг, не устояв, пал на землю. Не успев его добить, Карлу пришлось блокировать удар от другого Вира и атаковать в ответ. С каждым новым ударом тяжесть отступала, а шлем и вовсе перестал ощущаться.

Успев в последний момент уйти из-под удара, он увидел, как копье врага пронзило его товарища и застряло в нем. Пользуясь моментом, он одним метким ударом пронзил рот врага, который так не вовремя решил криком отпраздновать свою победу.

Отпустив копье, Карл ловко поднял копьё убитого товарища и продолжил делать то, чему его учили всё это время.

Находясь в хаосе битвы, как мог простой пехотинец осознавать, что происходит вокруг? Он только мог чувствовать то, что они побеждают. Так как вражеская армия была малочисленной, и сейчас она всё больше продавливается прямо по центру.

Это упоение битвой, вкус железа во рту и легкость копья опьяняли. Своими ударами он сразил уже десяток вражеских бойцов и совсем не чувствовал усталости. Сплоченность отряда и смерть противника окрыляла, и страх, который сковывал ранее, отступал. Ему на смену приходила кровожадность и упоение собственной силой.

Над полем битвы простиралось чистое небо без единого облачка, но почему-то стало темно. Солнце находилось на пике, и от пыли, поднявшейся в воздух над залитым кровью полем боя, словно поднялся багровый туман. Яростные крики, стоны и плач. Даже от мертвецов словно исходил какой-то звук, похожий на белый шум.

С высоты птичьего полета легко было заметить, как армия принца Цирия продавливала центр вражеского строя, но ситуация на флангах кардинально отличалась. Большая часть солдат была облачена в потрепанные накидки, но те, кто оказался напротив них, могли заметить, что одежда что-то скрывает.

Была также заметна и явная разница в силе воинов, так как за время сражения на одного убитого противника тратилось десять жизней. Принц вместе со своей элитной гвардией находился в центре сражения и не осознавал происходящего.

Оба фланга рушились, а центральное войско всё глубже уходило вглубь армии врага. Пока в один момент на горизонте не показалось ярко-красное знамя с изображением головы дракона.

Топот несущихся на большой скорости лошадей привлек внимание многих бойцов, а затем прогремел рёв. Похожий на рычание дракона, он исходил от огромного воина, что возвышался надо полем битвы как бог войны. На нем был тяжелый черный доспех, покрытый царапинами, а в руках он держал топор больше него ростом, с острым наконечником на навершии. В отличие от доспеха, топор ярко блестел и завораживал своей красотой.

Прозвучал горн, и войска противника по центру разбежались в стороны, пропуская прибывшую кавалерию. Бедолаги, которые не успели уйти с пути конного отряда, были растоптаны по земле, успевая издать лишь предсмертные крики.

Элитный отряд принца уже собрался поближе к нему и начал движение в сторону вражеского отряда. Сильнейший воин принца первый столкнулся с прибывшим отрядом. Выставив копьё вперед, он помчался прямо на них.

Глава 7 Бой часть 2

Воин с огромным топором пришпорил свою лошадь и замахнулся своим оружием, совершенно не обращая внимания на свою защиту. Размах начался сверху и по дуге пошел вниз, а оттуда прямо в грудь бедной лошади. Одним ударом он разрубил коня вместе с всадником и проехал мимо. Не теряя инерции, он начал раскручивать свой топор, и не снижая скорости.

С каждым новым взмахом отнимались жизни. Отряд принца остановился, пораженный происходящим, а пехота, не понимая, что происходит, ринулась вперед.

Карл находился впереди строя, но, опьяненный битвой, тоже не видел ничего вокруг себя, и после того, как пехота врага разбежалась, он бросился за ней вместе с остальным войском.

Пораженный силой вражеской кавалерии, командир элитного отряда посмотрел на принца, в его глазах был виден страх.

- За всю свою жизнь я не видел такого чудовища.

Цирий поднял кулак в небо и приказал своему отряду отступить, развернув его, он увидел ужасную картину. Вражеские знамена окружали его армию с тыла и флангов. В нерешительности он остановил свой отряд, не зная, как поступить дальше. Как раз в этот момент он ощутил сильную боль в спине.

Стоящий спиной к врагу принц оказался легкой мишенью для лучника, следовавшего за воином с топором. Снова натянув тетиву, он выстрелил по лошади, угодив ей в ногу. Лошадь с визгом завалилась вперед, скинув с себя принца.

К этому времени отряд врага нагнал их и почти не чувствуя сопротивления начал добивать. Лучник метко повалил еще несколько коней и, убрав лук за спину, вступил в битву, вооруженный копьем.

Многие сотники обратили внимание, что что-то происходит не так, но было уже поздно. Развернувшаяся кавалерия противника ударила с тыла вместе с пехотой, прибывшей с флангов.

Разбежавшаяся пехота противника уже организовалась и вернулась в битву, замыкая круг. Те, кто оказался снаружи, бросали оружие и сдавались в плен или бежали. Ситуация резко склонилась к неизбежному поражению.

Карл поздно осознал ситуацию, в которой оказался, найдя Мосе, он обрадовался, что его товарищ жив. Пробираясь ближе к нему, он блокировал вражеские удары обломком щита и наотмашь бил копьем в сторону вражеского строя.

- Мосе, осторожно слева!

Почти дойдя до него, Карл стал свидетелем того, как вражеское копье разрушило щит Мосе, и следом пробило его руку. Он закричал от боли и выронил остатки щита, чтобы следом получить удар в шею. Враг вышел чуть вперед и, схватившись двумя руками за копье, наступил ему на грудь, вытаскивая его. Захлебываясь кровью Мосе лежал на спине, свет быстро покидал его глаза, и уже вскоре он совсем перестал двигаться.

В это время Карл почувствовал ярость, он с криком бросился на убийцу Мосё, ударив щитом по копью он в прыжке пробил насквозь ключицу врага. Кровь фонтаном залила его глаза полностью ослепив. Слепо размахивая копьем, он едва попадал по кому-то, пока в один момент его не ударили по голове, чем-то тупым, отправляя в отключку.

Прошло немного времени, и окружившие их войска перестали атаковать, а еще через какое-то время наступила полная тишина. Вскоре ряды противника разошлись в стороны, чтобы пропустить отряд со знаменем дракона. Вперед выехал воин с огромным топором.

Его оружие висело на лошади, а рукой он держал, схватив за волосы, голову принца Цирия 2-го. С неё продолжала капать черная кровь, и сама она была в грязи. По самой голове было сложно определить, кому она принадлежала, но длинные светлые волосы, показывали, чья это голова.

- Мое имя Ульф Яростный! Сдавайтесь, Сины! От вашего принца осталась только голова, а тело отдадут на корм свиньям. Бросайте оружие или умрите.

На минуту мир словно замер, до сих пор не осознающие происходящего Сины начали понимать, что случилось. Уже сотню лет они не знали поражения и регулярно воевали с соседями. Их отцы ,и отцы их отцов рассказывали истории о своих битвах, и хвастались трофеями. Трудно было поверить в происходящее.

Какой-то юноша не придумал ничего лучше и с криком бросился на виров. В следующий миг стрела пронзила его глаз насквозь, так что наконечник торчал из затылка.

Войско Виров радостно воскликнуло и начало подначивать Синов на нападение. Но они уже начали бросать свое оружие на землю.

- Вы будете жить, нашему королевству нужны рабочие руки. Так что смелее, бросайте оружие! Прокричал лучник, жестами поторапливая Цирийцев. На что Ульф фыркнул и, развернув своего коня, направился прочь. Весь отряд последовал за ним, кроме лучника.

Оставшийся всадник начал раздавать команды и распределять обязанности, солнце к тому времени было в закате, а пыль осела. Так и закончилось сражение, итогом которого стало поражение Синов и смерть Цирия-2-го.

Глава 8 Плен

По завершению битвы Виры разбежались по полю боя и начали мародёрствовать. Они шустро перебегали от трупа к трупу и обрывали жизни недобитых бедолаг. Этим занимались в основном плохо оснащённые солдаты, и брали они всё, что можно было взять. Так например один парниша полностью переоделся в экипировку мертвеца, побрезговав лишь исподним.

Куда ни глянь, везде были трупы, а среди них, словно стервятники, копошились Виры. Смрад от этого стоял жуткий, и атмосфера была гнетущая. Сам воздух стал плотнее и словно липким слоем оседал на коже. Хотелось смыть с себя всю эту грязь.

Виры же, казалось, совсем не чувствуют ни запаха, ни этой давящей ауры. С счастливыми лицами они грабили трупы, перекидываясь шутками и хвастаясь трофеями. Некоторые даже вступали в драку за особо ценные вещи. Один полноватый мужчина нашёл серебряный браслет, но не успел вдоволь порадоваться находке, как получил остриём щита по темечку, упав на землю он жалобно застонал. Браслет выпал из его рук, а низкорослый Вир ловко подобрал его и быстро спрятал в карман.

Тем временем оставшийся "Лучник" обратился к пленным Синам, несвойственным в данной ситуации добрым тоном.

— Меня зовут... А впрочем, неважно, если хотите жить, сидите смирно. А пока заберите их оружие и помогите раздеться.

Он говорил спокойно, но все его прекрасно слышали, а когда он говорил стояла относительная тишина, и едва звучало копошение мародеров на фоне. Пленные же не издавали ни малейшего шороха, словно смирившись со своей судьбой, оставив её на волю победителя.

Лучник из элитного отряда оказался совсем ещё юным, сняв шлем, все увидели, что ему не больше двадцати лет. Он был коротко стрижен и совсем не имел волос на лице. У него была нежная улыбка, словно он смотрел ни на своих недавних врагов, а на своих детей, а зелёные глаза будто змеиные, казались пустыми как у мертвеца. Карлу стало совсем жутко, когда он на секунду встретился с ним взглядом.

Подозвав рукой одного из своих солдат, он что-то сказал ему, после чего тот убежал и вскоре скрылся за горизонтом.

Виры, цыкая и посмеиваясь, приступили к исполнению приказа. Собирая копья и щиты, они параллельно снимали броню, одежду, сумки и с радостью доставали оттуда различные ценности. Вскоре внимание одного из солдат привлекло кольцо на пальце нашего сотника Александра. Не раздумывая, он схватил его за руку и начал пытаться стянуть его. За что получил от него кулаком по морде.

Вир в ответ на это достал нож и вспорол ему горло, один из Синов попытался было вступиться, но как только он двинулся, его голову со свистом пронзила стрела. Все перевели взгляд на место, откуда она прилетела.

Лучник смотрел с ожиданием, он явно жаждал продолжения. Но Сины лишь опустили головы вниз, прекратив всякое сопротивление. В ответ на это Виры ещё больше раззадорились и стали действовать более грубо. Когда черед дошел до Карла, к нему подошли со спины и ударили по ногам. Упав на землю, его поставили на колени и силой сдёрнули шлем, предварительно стукнув по нему палкой, проверяя на прочность. После стянули нагрудник, перерезав скрепляющие верёвки, и, потянув за воротник, сорвали рубаху.

От удара у Карла началось головокружение. Он стоял на коленях, покрытый уже запекшейся на солнце кровью в перемешку с грязью. И думал он лишь о том почему все так обернулось. Перед глазами постоянно появлялась сцена смерти его близкого друга. Было неизвестно что будет дальше, и мысли о будущем вызывали беспокойство.

-Горе побежденным.

Едва слышно прошептал он усмехаясь, собственной неудаче.

Примерно таким образом обходились со всеми пленниками, и уже через какое-то время всё ценное было отобрано Вирами, а оружие и броня разложены по отдельным кучам. Когда наступил вечер, прибыли повозки, запряжённые конями. Лучник скомандовал, и Виры начали выгружать оттуда кандалы с цепями, сразу надевая их на пленных Синов.

Близилась ночь, и на поле боя уже почти не осталось мародёров. Повозки, уже были загружены трофеями и вместе с пленными в конвое, они последовали в противоположную от Королевства Синов сторону.

Через час они уже дошли до лагеря Виров, увидев который у всех Синов перехватило дыхание. В лагере было слишком много людей. Даже больше, чем было в их лагере перед битвой. Они праздновали, пили и танцевали у костров. Но ещё больше поражали воины в броне, которые часто попадались на глаза. Ботинки с металлическими вставками, юбки до колена из таких же пластин, кирасы с изображением пресса и наплечники с торчащими из них шипами. И всё это было в чёрном цвете. У многих поверх брони висели человеческие и звериные черепа, окрашенные красным. Эти воины своим видом внушали страх.

Повозки проехали внутрь лагеря, а пленных оставили снаружи, и, выделив часовых, Лучник и большинство Виров отправились в лагерь.

— Эй, Карл, это же ты? Ты не ранен?

Этот голос был ему знаком, и он сразу же узнал его обладателя. Это был хмурый Ник. Обернувшись, он увидел покрытого грязью мужчину с разбитым носом. Как и все пленники, на нём были только штаны и ботинки.

— Джона выпотрошили прямо на моих глазах. Это было ужасно, наблюдать как он пытается собрать свои кишки обратно. Что случилось с твоим другом Мосе?

В его охрипшем голосе, совсем отсутствовала жизнь, и когда говорил он смотрел словно сквозь Карла.

Он сжал кулаки до крови, и в его сознании вновь возникла сцена смерти Мосе.

-Он мёртв — едва слышно ответил Карл и сел на холодную землю.

Ник придвинулся ближе к Карлу и присел рядом. Сины совсем вскоре стихли, и единственное, что было слышно, — крики радости и песни из стоящего рядом лагеря Виров.

Глава 9 Интерлюдия

Посреди лагеря Виров стоял крупный шатер, около которого развевалось множество знамен, что явно демонстрировало его значимость. Внутри, вокруг стола с картой, расположились все самые значимые люди. С правой стороны, ближе к выходу, сидели четыре человека, экипированные добротными доспехами, и странным было наличие на них знаков, королевства Сина.

- Мы задействовали лишь малую часть войск и легко разгромили их, думаю, принц доволен нами.

Сказал низкорослый бородатый воин, хватая кубок с вином и залпом опрокинул его в себя.

- Это только начало, хоть нам и удалось заручиться поддержкой нескольких лордов Синов, это не означает, что когда мы будем брать столицу, нам преподнесут ее на блюдечке. Сидевший во главе стола крупный воин, который косил топором Синов как траву, заговорил очень низким голосом, похожим на звериное рычание.

- Этот слабак принц Цирий, и Сины, даже без предательства своих лордов, ни на что не способны. Слабые и никчемные, они годны лишь на то, чтобы быть пушечным мясом.

Говоря это, он смотрел на лордов Сина, излучая тяжелую ауру, они побледнели, и их лбы покрылись испариной, несмотря на то, что был уже вечер и в шатре было прохладно.

- Но Ваш король сказал...

- Только наш? Теперь он и ваш король, не пытайтесь изображать честных людей, вы встали на нашу сторону из собственной выгоды.

Грубо перебил их Ульф, сопровождая слова ударом кулака по столу, от которого вся посуда на столе подлетела на десяток сантиметров.

- Знайте свое место, для меня вы трусы и предатели, не знающие чести, что не смогли умереть в бою как мужчины.

- Тише, Ульф, как ты можешь так разговаривать с нашими союзниками. Воинская честь и храбрость — это, конечно, важные вещи, но знать, когда отступить и поменять сторону, тоже необходимое качество.

Лучник постоянно улыбался, но глаза его были совсем холодные, а в словах совсем не чувствовались эмоции.

- Что, тоже переметнешься, если запахнет жареным? Жалкие слабаки, не хочу видеть вас, дальше говорите без меня, нужно выспаться, приготовьтесь выходить завтра на рассвете.

Взяв со стола куриную ножку, он целиком засунул ее в рот и начал с хрустом разжевывать ее вместе с костями, и, залив внутрь себя кружку с вином, он пошел на выход, с каждым шагом создавая ощутимые вибрации.

- С вашего позволения, в связи с уходом Ульфа, позвольте мне возглавить эту встречу. Если, уважаемые союзники, вам еще неизвестно мое имя, буду рад представиться, мое имя Слейд из рода Змеи.

Элегантно поклонившись, лучник, представившийся Слейдом, занял место ушедшего Ульфа. И атмосфера в шатре явно стала намного спокойнее. От него исходила совсем другая аура, и сам он походил больше на ученого, чем на отважного воина.

- Хочу поблагодарить наших новых союзников за их помощь на флангах, благодаря вам нам удалось свести к минимуму потери, что обеспечит нам более легкий штурм столицы.

- Спасибо, сэр Слейд, мы готовы уже сейчас присягнуть на верность королю. Хорошо, что вы не обращаете внимания на старые обиды, сейчас мы на одной стороне. Старший из лордов Сина говорил с легкостью и уверенностью, которую не мог себе позволить в присутствии Ульфа.

- Вы отлично справились, набрав ни на что не годное отребье. Но, надеюсь, ваши личные войска смогут оказать нам поддержку в дальнейшем.

Встав со своего места, Слейд окинул взглядом всех собравшихся.

- Как и сказал Ульф, завтра на рассвете мы выступаем. Хорошо выспитесь, нам предстоит долгий путь. Ближе к столице Синов мы объединимся с отрядами лордов и начнем осаду. Надеюсь, с осадными орудиями все в порядке.

Один из Виров, вероятно, отвечающий за осадные орудия, кивнул в ответ.

- Командир Клэй, вы отвечаете за них головой, от состояния осадных орудий зависит, сколько времени мы потеряем в осаде. Я уверен, каждый хочет скорее вернуться домой.

- На этом стоит закончить, можете идти отдыхать. Ах да, выделите небольшой отряд и сопроводите пленных солдат к рудникам. Хоть скоро Сины станут частью нашего королевства, конкретно эти люди убивали наших товарищей, поэтому не относитесь к ним снисходительно.

Глава 10 Выжить в бою, чтобы умереть рабом

- Эй, ублюдки, добро пожаловать в ваш новый дом. Наслаждайтесь, ведь в этом месте вы проведете остаток своей жизни.

Спустя несколько дней после сражения, отряд виров с пленниками добрался до шахт. Это место находилось в небольшой низине, окруженной горами. Внутрь вела лишь одна тропа, которую перекрывали огромные ворота. Большую часть лагеря занимали штольни, ближе к воротам располагалось здание из камня и небольшая церковь. В другой стороне был лагерь рабов. Беспорядочно расположенные лежанки были накрыты рваной тканью, под которой в данный момент отдыхала значительная часть рабов.

Повсюду бродили вооруженные стражники с сытыми рожами. Они были полностью расслаблены и всем видом демонстрировали скуку, чего не скажешь об рабах, грязных и исхудавших.

Босые, заросшие, в одних рваных штанах, они представляли собой ужасное зрелище. Эти рабы таскали деревянные корзины с рудой из пещер и сваливали их в кучи. Было заметно, насколько страшно им было даже поднять взгляд. Осторожно передвигаясь друг за другом, сгорбившиеся и покрытые ссадинами, все рабы, проходя мимо стражников, напрягались от страха, еще больше опуская голову вниз. Как дворовые псины, вздрагивающие, когда на них замахиваются палками, все они чуть-чуть ускорялись, чтобы не спровоцировать стражников.

Один хромой раб, несущий полную корзину руды, отвлекся на новоприбывших. В следующий момент он споткнулся об лежащий на полу кусок камня. Упав, он разодрал себе локти с коленями, и рассыпая руду на пол. Рабы, идущие позади, не обращая внимания, проходили мимо.

Ближайший к нему стражник ярко улыбнулся и направился в его сторону. Уронивший руду раб в панике принялся собирать все с земли. Дрожащими руками он хватал всё с пола и закидывал в корзину, из-за спешки один крупный осколок выскользнул, снова переворачивая ведро.

- Эй, ты замедляешь всех, пошевеливайся.

Стражник пнул кусок откатившейся руды и попал тому прямо в голову. Еще больше сгорбившись, раб продолжил собирать руду. Стараясь не обращать внимания на боль, он быстро наполнил корзину. Но в момент, когда он положил руку на последний кусок, стражник наступил на нее.

- Ссссс, простите-простите.

Стражник, ударивший раба, широко ухмыльнулся и оглянулся на своего напарника, лениво прислонившегося к груде руды.

- Видал, Гарт? - крикнул он, подбрасывая в руке окровавленный камень. - Опять этот хромой мешок с костями всё рассыпал! Думаешь, он хоть мозги имеет, или там лишь опилки?

Гарт, высокий мужчина с потрёпанным лицом, лениво плюнул на землю и скрестил руки.

- Зачем ты с ним возишься, Рин? - проворчал он. - Всё равно через месяц его в штольне завалит. Или сдохнет от лихорадки, как вон те двое на прошлой неделе.

Рин рассмеялся и пнул раба, который торопливо собирал рассыпанную руду.

- Да мне просто скучно, брат. А эти твари - единственное развлечение.

Он наклонился к дрожащему шахтёру:

- Правда же, червяк? Ты ради нашего удовольствия здесь горбатишься?

Раб что-то прошептал, но Рин перебил его, шлёпнув по затылку.

- Что-что? Говори громче, ни хрена не слышу!

Гарт встал и потянулся, зевая.

- Брось, Рин. Надсмотрщик сказал - если ещё один до вечера сдохнет, нам пайку урежут. Пускай валит.

Рин скривился, но махнул рукой.

- Ладно, ладно… Эй, калека! — он резко дёрнул раба за волосы, заставив того вскрикнуть. - Если ещё раз уронишь - привяжу тебя к столбу на ночь. Пусть крысы порезвятся.

Он отпустил его с таким толчком, что тот едва удержался на ногах, и, повернувшись к Гарту, усмехнулся:

- Всё-таки, брат, лучшая работа на свете - когда тебе платят за то, что ты и так бы делал бесплатно.

Гарт фыркнул, но в уголке рта дрогнула ухмылка.

- Идиот…

Они отошли, оставив раба торопливо хромать к груде руды, а новоприбывшие пленные обменялись молчаливыми взглядами. Теперь они понимали - здесь даже смерть не будет милостью.

Увидев происходящее, прибывший конвой пленных синов погрузился в еще большее отчаяние. Карл же окончательно смирился со своей судьбой. Его глаза метались в разные стороны, и то, что он видел, было намного хуже смерти в бою. Его сердце бешено колотилось, а во рту пересохло, когда он наблюдал за издевательствами над хромым рабом. Холодный пот стекал по спине, смешиваясь с грязью и кровью старых ран.

Его переживания были прерваны группой рабов, вытаскивающих из шахты мертвеца с пробитой головой. Бедолагу быстро вынесли за ворота под надзором стражников. Вероятно на его голову упало что-то тяжелое. Теперь же его скинут в общую яму с телами.

Выжить в бою, чтобы умереть рабом, такая судьба пугала, а страх сменялся ненавистью. Устремив взгляд в небо, он поклялся себе: «Чего бы мне это ни стоило, но я должен выжить и выбраться отсюда».

Количество прибывших синов было так велико, что распределение по бригадам заняло время до позднего вечера. Большинство пленных распределили таскать руду, но самых крепких отправили к шахтерам. Из-за худобы Карла ему также поручили транспортировку корзин.

Солнце уже скрылось за горами, но жара не спадала. Воздух в низине стоял тяжёлый, пропитанный пылью и запахом немытых тел. Карл с трудом различал лица вокруг - лишь бледные силуэты в свете факелов. Некоторые рабы шёпотом перебрасывались словами, но большинство молчало. Их глаза были пусты, будто души уже покинули тела, оставив лишь оболочки для работы.

- Эй, новичок, - хриплый голос раздался справа. Тощий старик с выбитыми зубами сидел на корточках, обхватив колени. - Если хочешь дожить до утра, запомни: не поднимай голову перед надсмотрщиками. Не пей из общей бочки, пока не разрешат. Тебе повезло, что ты работаешь днем, ночью стражники еще злобнее.

- Спасибо, -прошептал в ответ Карл, устраиваясь на сырой земле. Повернувшись на бок, он прикрыл лицо локтем от вездесущей пыли. Новый день начнется уже скоро, а значит, нужно хоть немного поспать.

Глава 11 День в аду

Карл проснулся от легкого пинка в бок, прежде чем успел толком забыться сном. Всю ночь его мучили кошмары — он снова видел, как Мосе разрывают горло копьём, а следом топчут ногами. Глаза слипались, тело ныло, но вокруг уже поднимались другие рабы, покорно выстраиваясь в ряды.

Он встал, ощущая, как каждая мышца протестует против движения. Рядом копошился худой парень с раненным плечом — тот самый, что вчера сражался рядом с ним в последней схватке. Они разговаривали, но в глазах незнакомца читалось то же самое: «Мы еще живы. Пока что».

Бригадиры — такие же рабы, но с повязкой на правой руке — начали разбивать толпу на группы. Карла определили в «носильщиков». В этот момент из штолен стали выходить ночные работники — изможденные, с пустыми глазами, они волочили ноги, словно живые мертвецы. За ними потянулась другая группа — крепкие, с налитыми мышцами, но не менее уставшие. Некоторые из них даже не боялись встречаться со стражниками взглядами.

Они и вызвали настоящий интерес у Карла. Те, кто вышел последними, оказались кирочниками.

Их было много — несколько десятков, в этот момент ночная и дневная смена встретились. Первая группа только выходила из темноты шахты. Впереди шел широкоплечий мужчина с лицом, изрезанным шрамами. С грацией хищного зверя, готового сорваться с цепи, он шел как лев. Его люди двигались за ним, как стая — не строем, но в четком ритме, будто чувствуя каждый жест вожака.

Вторая группа, возглавляемая мужчиной лет сорока, с холодными, словно сталь, глазами, уже строилась в колонну. Его спокойствие казалось неестественным среди этого ада. Он не говорил ни слова, лишь наблюдал, как его люди участвуют в распределении дневной смены. Дюжина человек, каждый из которых напоминал закаленного в боях ветерана. Их тела, покрытые шрамами и ожогами, даже без доспехов и оружия излучали опасность.

Две группы ненадолго пересеклись у выхода.

— Ночные волки возвращаются, — усмехнулся кто-то из дневных.

— А дневные крысы еще не сдохли? — огрызнулся один из ночных, но оба лидера лишь обменялись взглядами — без вражды, но с явным соперничеством.

Старый бригадир, заметив интерес Карла, наклонился и прошептал:

— Эти — особые. Кирочники. Те, кто выжил в шахте дольше всех. Но даже среди них есть те, кого боятся сами стражники.

— А почему их не трогают?

— Потому что они приносят больше руды, чем двадцать обычных рабов. А еще, — он оглянулся и понизил голос, — потому что однажды ночью пропал надсмотрщик. Нашли его в шахте... без головы. С тех пор с ними не связываются.

В этот момент лидер ночных кирочников свободно прошел в здание надсмотрщика, оставив свою группу позади.

Карл все больше понимал порядки места, в котором он оказался. В этом аду были свои правила. И свои короли.

Носить корзины оказалось не так сложно, как Карл ожидал. Тело, закаленное годами тренировок, справлялось, хотя руки быстро покрылись кровавыми мозолями от грубых краев плетеных ведер.

К полудню его отправили к кучам руды, где другие рабы грузили её в телеги. В этот момент из церкви вышла девушка.

Карл замер.

После месяцев грязи, крови и мужских криков её появление было как глоток свежего воздуха. Высокая, с плавными движениями, она шла, слегка приподняв подол просторного платья, но даже его свободный покрой не мог скрыть мягких изгибов её тела. Солнце, пробиваясь сквозь пыль, осветило её лицо — бледное, с высокими скулами и тёмными ресницами. Она не смотрела по сторонам, будто не замечая ни грязи, ни стонов, но для Карла она вдруг стала единственным напоминанием, что где-то ещё существует красота.

— Эй, смотри как наша роза расцвела, — хрипло засмеялся один из стражников у телег, толкая товарища локтем.

— Заткнись, дурак, — буркнул второй, оглядываясь. — Это дочь старшего надсмотрщика. Ты что, сам в рабы захотел?

— Да ладно, просто посмотреть...

— Посмотришь слишком пристально — будешь сначала кучки собирать, потом в телеги грузить. Как эти ублюдки.

Они оба засмеялись. Первый стражник плюнул под ноги и добавил:

— Кстати, а почему мы заставляем их сначала сваливать руду в кучи, а потом уже грузить? Было бы проще, если бы сразу в телеги...

— Потому что так не проще, — второй стражник ударил его по плечу. — А рабы — не пожалуются.

Девушка тем временем скрылась в каменном здании у ворот. Карл опустил глаза, чувствуя, как что-то внутри сжалось.

— Не смотри, — прошипел кто-то из рабов рядом. — Это дочь надсмотрщика. Лучше даже не думай.

К вечеру Карл едва держался на ногах, но не подавал виду. Это не осталось незамеченным.

— Ты крепкий, — сказал бригадир, подавая ему миску с серой кашей, в которой плавали обглоданные кости. — Откуда?

— Из Синов, — ответил Карл, жадно зачерпывая еду.

— Я тоже не всегда был рабом, — бригадир присел рядом. — Был солдатом. Служил королю Эльдарии.

Карл на мгновение оторвался от еды.

— Эльдария? Но вы же никогда не воевали...

— Пока Виры не пришли. Два года назад. Вырезали всех, кто мог держать меч. Короля повесили на главных воротах.

Карл задумался. Виры всегда были жестоки, но не безрассудны. Захват маленького мирного королевства — это не просто грабеж. Это что-то большее.

— Их новый король... — начал он, но бригадир резко встал.

— Не говори о нем здесь.

В его глазах мелькнул страх. Настоящий, животный.

Когда солнце скрылось за горами, Карл лежал на холодной земле, прислушиваясь к стонам спящих рабов. Мысли, как крысы, грызли его разум.

«Виры... Что-то не так с ними».

Он вспомнил рассказ бригадира: мирное королевство Эльдария, стёртое с лица земли. Виры всегда были жестоки, но не безрассудны. Захватывать слабых соседей - одно дело. Уничтожать целые народы - другое.

«Что, если они уже идут на Син?»

Перед глазами встала родная деревня: отец у плуга, мать у очага, младшие сёстры, смеющиеся у ручья. Все они даже не подозревают, какая туча сгущается над королевством. А он, вместо того чтобы защитить их, лежит здесь, покрытый грязью и кровью.

Кулаки сами сжались.

Мосе мёртв. Джон мёртв. Половина отряда - удобрение для чужих полей.

Но вдруг, сквозь пелену отчаяния, пробилась другая мысль:

«А что, если...»

Он посмотрел на кирочников, спавших отдельной группой. На стражников, лениво перебрасывающихся шутками у костра. На каменное здание, где скрылась та девушка.

В этом аду есть свои правила. И лазейки. Шанс был крошечным. Безумным. Почти невозможным. Но он был.

Глава 12 Тот самый огонь

Прошла неделя с тех пор, как Карл стал «носильщиком». Семь дней каторжного труда, когда каждое утро начиналось с удара плети, а заканчивалось падением на сырую землю без сил. Но он приспосабливался.

Тело, закаленное годами тренировок, медленно адаптировалось, но каждый день все равно заканчивался изнуряющей болью. Руки, изрезанные грубыми краями корзин, покрылись мозолями. Спина больше не горела огнем после целого дня ношения тяжестей. Даже запах руды и пота перестал вызывать тошноту.

За это время он немного сблизился с парнем, которого ранили в плечо еще во время битвы. Его звали Торвин — высокий, жилистый, с темными волосами, собранными в небрежный пучок, и пронзительными серыми глазами. На его лице выделялся шрам, пересекающий правую бровь, — подарок от вирского копья. Торвин был молчалив, но в его редких словах чувствовалась жесткая решимость. Он не собирался умирать в шахтах.

Виры сделали все, чтобы пленные Сины не могли объединиться. Их тщательно распределили по разным бригадам, сводя контакты к минимуму. Но даже в этом аду находились те, кто не забывал, что когда-то сражался плечом к плечу.

Однажды, когда Карл тащил корзину с рудой, над его головой с глухим скрежетом обрушился кусок скалы. Он даже не успел среагировать — Торвин резко рванулся вперед и оттолкнул его в сторону. Камень с грохотом врезался в землю в том самом месте, где только что стоял Карл.

— Осторожно, — только и сказал Торвин, хрипло откашлявшись от поднявшейся пыли.

Другие Сины тоже старались помогать друг другу, насколько это было возможно. Кто-то незаметно подсовывал лишний кусок хлеба. Кто-то прикрывал от ударов надсмотрщиков. Но за любую попытку сплотиться следовало жестокое наказание. Поэтому помощь была тихой и незаметной.

Бригадир, Гаррик, стал все больше уделять внимания Карлу. Старый солдат с потрепанным лицом и хриплым голосом, он когда-то служил в армии Эльдарии и быстро определил в нем хорошего бойца. Рабский труд и тяжелые условия не могли скрыть природной силы и выносливости Карла. В его движениях чувствовалась военная выучка, а взгляд, несмотря на усталость, оставался острым и оценивающим.

В конце недели, когда солнце уже клонилось к горизонту, Гаррик подозвал Карла в сторону.

— Ты крепкий, малец. Слишком крепкий для того, чтобы просто таскать руду, — прошептал он, оглядываясь по сторонам.

— Что ты имеешь в виду? — заинтересовался Карл.

— Есть способ получить больше еды. И шанс немного улучшить свои условия.

Гаррик усмехнулся, обнажив желтые зубы.

— Зачем ты помогаешь мне? — Карл совсем не понимал причины, по которой бригадир так хорошо к нему относился. Но бригадир частично усмирил его подозрения.

— У меня, конечно, есть выгода. Ты прирожденный боец, малец, уже завтра состоятся рабские бои, ты еще не знаешь, что это, поэтому позволь рассказать...

Оказалось, что стражники давно придумали себе развлечение: сталкивать рабов друг против друга. Сначала это были спонтанные драки, но со временем все превратилось в нечто большее.

Наместник лагеря, узнав об этом, не просто разрешил бои — он их узаконил. Теперь это была бойцовская арена, где рабы сражались за кусок мяса, а стражники делали ставки.

Правила были просты: носильщики бьются с носильщиками. Кирочники — с кирочниками. Лидеры смен и их приближенные дерутся только между собой, и редко — для стражников это было особым зрелищем.

Победитель получал двойную пайку, а если показывал себя хорошо — мог перейти в более привилегированную группу.Но была и обратная сторона: стражники часто намеренно стравливали тех, кто им не нравился, или просто для веселья отправляли слабых против сильных — чтобы посмотреть, как их разорвут.

- Лидеры кирочников — настоящие звери, — предупредил Гаррик.

- Если тебя поставят против них — ты труп, но такой чести нужно еще заслужить.

Похлопав его по плечу, бригадир уставился на него, ожидая ответа. В этот миг между ними повисла тишина.

Карл задумался. Риск был огромным. Но шанс получить больше еды, а значит — больше сил, был слишком заманчивым.

"Если я сдохну здесь, в шахтах, так и не попытавшись ничего изменить — это будет смерть раба."

Каждый день кто-то из носильщиков умирал. От истощения, от ударов плетей, от сорвавшихся камней. Их даже не хоронили — просто сбрасывали в яму за лагерем, где уже гнили десятки таких же. А кирочники… У них всё было иначе. Одному из них скала раздробила ногу — но вместо того, чтобы добить, как это сделали бы с носильщиком, его оттащили к лекарю. Потом отправили мыть котлы на кухне. Жив. Дышит. Ест горячую похлебку, а не гнилушки с плесенью.

Карл сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Разница была не просто в условиях — это был вопрос выживания. Носильщики были расходным материалом. Кирочники — хоть и рабы, но более ценные. И если бои давали шанс перейти в их число… Значит, игра стоила свеч. Даже если платой будет его кровь.

- Я согласен, — наконец сказал он, чувствуя, как в груди загорается знакомый огонь — тот самый, что вёл его в бой. Гаррик хлопнул его по плечу.

- Завтра вечером. Будь готов.

Позже от Торвина Карл узнал, что Гаррик тоже к нему подходил, и еще к некоторым Синам. Все они были воинами, поэтому в этом не было ничего странного, но Карл чувствовал, что что-то не так.

Обернувшись, он заметил, что их с Торвином подслушивает тот беззубый старик, который помог ему советом в первый день. Старик… мерзко ухмыльнулся, повалился на землю и, отвернувшись, захихикал — тихо, как безумный шакал, словно зная какой-то секрет.