Спасение для темного, или Попаданка замуж не желает

Глава 1

Лидия

— Попалась, красотка! — Продемонстрировал мне свою жемчужную улыбку широкоплечий мужчина, в которого я врезалась со всего маху, сбегая от какого-то озабоченного, напугавшего меня в городском парке.

— Ой… — только и смогла сказать, рассматривая волевой подбородок красавца, бережно державшего меня в объятиях.

Он был одет в вишнёвый охотничий костюм, из-под которого выглядывала идеально белая рубашка. Видела я такие в городском музее еще когда училась в школе. В таких обычно короли или знать предпочитали кататься на лошадях или охотиться. Вот точно не стоило выходить из дома в Хэллоуин, сейчас кого только не встретишь на улицах!

— Ты очень красивая. Не зря я всё-таки пришёл сюда. Будешь моей, — уверенно заявил этот наглец, нежно проводя рукой по моей щеке.

— Что значит вашей? Отпустите меня немедленно! — голос дрожал от страха, сердце колотилось в бешеном ритме и я едва могла устоять на ногах.

— Сейчас ты поцелуешь меня и мы пойдём отсюда! — совершенно проигнорировав мой вопрос, в приказном тоне заявил он, словно пытался меня загипнотизировать. Рука легла на затылок, а я смотрела на него, как завороженная.

Карие глаза незнакомца смотрели на меня, как на трофей. Так хищник смотрит на добычу, когда уже точно знает, что она попалась и никуда от него не сбежит. Но ведь я не трепетная лань и с незнакомыми мужчинами не целуюсь!

— Нет, не смейте так делать. Я же вам не какая-нибудь… — прикусила язык, решив не сравнивать себя с женщинами древнейшей профессии.

— Конечно же, нет. Тебе предстоит стать моей женой, — всё также уверенно заявил он и потянулся за поцелуем.

— Не надо! — взмолилась я и попыталась вырваться, но это оказалось так же бесполезно, как если бы мышь рвалась из захлопнувшейся мышеловки.

— Как именно? — его рука скользнула на мою талию и надавила в какую-то точку так, что я невольно прижалась к мужчине. Нет, это было не больно и даже наоборот — приятно. Тело предательски возжелало этого сильного мужчину, словно всю жизнь только и ждало именно его касаний.

— Вот так, как сейчас… — прошептала, полыхая словно подожженный факел.

— А если так? — снова ухмыльнулся незнакомец, приблизился и горячее дыхание тут же обожгло мою шею, а мягкие губы коснулись нежной кожи, вызывая дрожь по всему телу.

— Мне нужно… — снова попыталась сбежать, хотела сказать, что нужно поскорее попасть домой, но тут наши глаза встретились и я замерла, словно завороженная.

— Поцелуй меня. Сейчас же! — настоятельно повторил мужчина и я безвольно потянулась к его губам. Боже, что я делаю?

В последний миг я с трудом отвернулась. Нужно поскорее окончательно взять себя в руки, потому что такое притяжение может плохо кончиться.

— Я должна уйти… — прошептала сдавленно и попыталась отстраниться.

— Поцелуй и я тебя отпущу. Даю слово чести! — Он снова улыбнулся, словно играл со мной и, решив поскорее с этим закончить, я резко подалась вперёд и звонко чмокнула его в щёку. А что? Он вообще-то не уточнял куда именно я должна поцеловать.

— Как тебя зовут? — спросил, глядя прямо мне в глаза.

— Какая разница? Ты просил и я поцеловала, так что теперь отпускай меня!

— Если бы нам было по пять лет, то непременно отпустил бы, но… Мне нужен взрослый поцелуй.

— Хорошо, но если после этого не отпустишь… Не знаю, что я сделаю, но тебе не понравится! — пригрозила, дрожа словно воробушек.

Он лишь улыбнулся, не став ничего мне отвечать. Ещё миг и наши губы наконец встретились…

Ох! Меня словно прошибло током. Тело само подалось к нему навстречу, я прижалась, прикрыла глаза и с трудом сдержала стон. Каждое его касание обжигало, словно расплавленная смола, и земля, казалось, уходит из-под ног, оставив нас двоих парить в невесомости.

Хоть я и сопротивлялась, и не была из тех девушек, кто целуется на первом свидании… Меньше всего на свете мне сейчас хотелось, чтобы этот поцелуй заканчивался, но… Спустя буквально несколько секунд он сам разорвал поцелуй, снова ухмыльнулся, разомкнул свои объятия и повторил:

— Можешь идти, но я уже сделал свой выбор и ты всё равно будешь моей! Я буду ждать здесь, только добеги до меня, когда за тобой снова погонятся!

Маркус

Всего одну ночь в году судьба играет злую шутку с жителями этого мира и именно в это время меня угораздило родиться.

Я бы с удовольствием жил не заботясь о завтрашнем дне, но родившись магом… Рано или поздно меня всё равно ждала та же участь, что и остальных, появившихся на свет в эту ночь.

Так уж вышло, что мальчики, что праздновали свой День рождения тридцать первого числа второго месяца осени, носили в себе проклятие Чёрной луны. Просто в определённый момент, на щелчок пальцев от судьбы, маг начинал постепенно сходить с ума и у него оставалось примерно полгода, чтобы добраться до Туманного леса и попытать удачу. Только девушка, явившаяся из другого мира, способна нейтрализовать проклятие и спасти ему жизнь.

— Я чувствую, как истончается материя меж мирами. Ты уверен в своем решении? — поинтересовался наставник, с рассветом постучав в мою комнату.

— Уверен, Алан. Так будет лучше. — Откинул одеяло и вскочил с кровати. Тут же принялся разминаться, мысленно проигрывая в голове свой план.

— Подумай еще раз, Маркус. Поездка в Туманный лес — это тебе не увеселительная прогулка и совсем непростое испытание.

— Мы уже говорили об этом. Я не стану ждать того момента, когда действительно припечёт. Лучше заранее подготовиться к возможным проблемам, чем потом метаться в агонии. Подготовьте комнату для девушки, Алан.

— Все готово. Я вечером перепроверил. Одежда разных размеров, чистая постель, украшения, косметика. Все что могли найти для самой прекрасной розы в твоем саду.

— Спасибо, — кивнул и ушел умываться. Нужно выглядеть действительно достойно. Главное выжить и девушку привезти сюда, дальше уже все будет просто.

Нет, конечно, можно было подождать ещё, но в этом году я разменял четвертый десяток и меня постепенно стали посещать мысли о том, что пора бы обзавестись наследниками.

Хотя, жениться не хотелось совсем. Зачем? Чтобы выжить. А в остальном… Уж женской лаской я никогда не был обделен. Любая дама в Сильве была готова провести со мной ночь и не только, но их внимание давно приелось и даже стало раздражать. Хотелось чего-то нового, необычного. Страсти и огня.

Сейчас уже поздно размышлять, да и все равно мысли бродят по кругу. Решение принято, вещи собраны, так что… Отдал последние распоряжения, дошел до портальной площади и переместился сквозь арку поближе к лесу.

Несколько часов в седле и показались серые скрюченные ветви мертвых деревьев. Много лет назад их поразила какая-то болезнь и сейчас казалось, что они связаны из массивных узлов.

В небе парили черные вороны, предвкушали добычу. Сегодня маги передерутся за право обладать иномирянками и птицы на славу попируют.

Каждый год к границам Туманного леса съезжались маги со всех уголков континента и даже с островов. Кого-то проклятие настигало к восемнадцати годам, а кого-то могло шарахнуть по голове и к седьмой сотне. Вот так проживёшь жизнь, женишься, детей вырастишь, а потом раз и срочно нужно искать себе новую невесту. Я так не хочу. Если уж жениться, то сразу на той, что способна спасти меня, когда это потребуется…

Лошадь мерно цокала подковами по каменистой тропе, солнце клонилось за горизонт, а я углублялся всё дальше в лес. Внутри все дрожало от предвкушения и азарта. Это будет сложная, но интересная охота!

Когда тьма окутала лес, выехал к небольшой стоянке, где собрались маги, тоже решившие попытать удачу с этой стороны леса. Конь заржал, а на меня тут же уставились ненавидящие взгляды. Конечно, каждый тут противник друг другу. Девушек может хватить всем, а может в этих краях появится лишь одна. И, увы, другого шанса поймать себе нейтрализатор проклятия у них может и не быть. А это значит лишь одно: к утру здесь будет очень жарко.

Останавливаться не стал, даже несмотря на то, что здесь было бы безопаснее до поры до времени. Проехал еще немного, спрыгнул с лошади. Черная вуаль закрыла луну. Темный диск медленно катился по небосводу, а я с замиранием сердца ждал, постепенно двигаясь вперед.

Неподалеку бродил кто-то еще. Я чувствовал постороннее присутствие, но не стал обращать на него внимания. Подраться можно будет и после, а пока…

Девушка в алом платье выскочила на тропу, появившись словно из-под земли и на полном ходу врезалась в меня. Даже так? Сама в руки попалась?! Право слово, я думал это будет куда сложнее, но и до рассвета еще далеко...

Красивая. Каштановые волосы рассыпались по плечам, зеленые глаза пронзительно смотрели, а губы… О, да! Ее губы манили меня, словно глоток воды пустынного странника.

А характер… Проще удержать в руках электрического угря, чем этот торнадо в человеческом обличье. С такой точно не будет скучно.

Твердо решив, что не отдам ее больше никому, прямо об этом заявил, но моя прекрасная роза выпустила шипы. Что ж… Придется приручить этот цветок. И лучше пусть не сопротивляется!

Лидия

Нахал! Какой же нахал. Просто слов нет.

“Можешь идти, но я уже сделал свой выбор и ты всё равно будешь моей!” — мысленно повторила его слова, возмущённая до глубины души. Вот же индюк самоуверенный.

А ведь вечер так хорошо начинался. Такое настроение замечательное было. И хоть интуиция настойчиво твердила, что в ночь на Хэллоуин лучше остаться дома, лучшая подруга уже неделю пилила меня, желая познакомить с другом ее парня. До следующих выходных я бы не выдержала.

Да и права она. Пора уже перестать мечтать о несбыточном и как-то пытаться наладить свою личную жизнь, иначе так и умру старой девой!

Исполненная решимости, я достала прошлогодний костюм, переоделась в роскошное алое платье с пышной юбкой и сделала яркий вампирский макияж.

Прождала такси более получаса и поняла, что сегодня быстрее будет добраться пешком через парк. Ну, подумаешь, туфли на высоком каблуке… На всякий случай закинув в сумочку удобные балетки, выдвинулась по главной аллее.

Раскидистые ивы шумели над водой, полоская в реке свои гибкие ветви, накрапывал холодный октябрьский дождь, небо было затянуто чёрными тучами, а над головой кружились вороны, кем-то вспугнутые с насиженных мест. Разве этого недостаточно, чтобы сразу повернуть назад? Тем более, когда начало казаться, что кто-то идёт следом… Быть может это и был знак свыше, но явно не для меня.

Громкая мелодия звонка практически затерялась в шуме ветра, но я все же услышала и ответила подруге.

— Лид, ты еще долго? — ее голос звучал встревоженно, на заднем плане громко стучали басы, слышался чей-то смех и какая-то нелепая песня из тех, что обычно включают в клубах.

— Да, скоро буду. Мне только через мостик перейти и через пять минут я у вас.

— Ты что через парк идёшь? Лида, так же нельзя! Мало ли дураков вокруг. А если с тобой что-то случится? Мы выдвигаемся навстречу. — Она сбросила вызов, а я заметила какое-то движение за кустами и невольно вздрогнула.

Молния взрезала небо настолько неожиданно, что я невольно вскрикнула от резкой вспышки. Раскат грома, что последовал сразу за ней, прогремел практически оглушив меня и я невольно начала дрожать. Зажмурилась, но останавливаться не рискнула, и продолжила медленно идти. Через несколько секунд открыла глаза и тут появился он.

Мужчина словно вырос из-под земли, встал напротив меня и схватил за руку:

— Пустите! — пискнула я испуганно.

Но он и не подумал разжимать пальцы. И даже наоборот, потянул к себе в попытке поцеловать, но коронный удар коленом в пах ещё никого не оставил твёрдо стоять на ногах.

— Собака! — прохрипел он, скрючившись, а я схватила туфли в руки и побежала вперёд по дорожке так быстро, как не бегала никогда в жизни.

А потом врезалась в другого наглеца. Хорошо хоть отпустил. Правда, немного осмотревшись, я осознала, что не понимаю где нахожусь. Здесь не было тропы и деревья совсем другие, а еще совершенно не было слышно звуков города и на небе сиял лунный диск, освещая сухую, растрескавшуюся землю. И куда делись тучи и дождь?

Я бы многое отдала за то, чтобы сейчас оказаться дома, за уют и спокойствие, чашку горячего чая и теплый плед. Никакой парень мне не нужен и лучшая личная жизнь — чувствовать себя в безопасности. Вот почему меня всегда так сильно тянет именно туда, где должно случиться что-нибудь плохое?

За спиной все еще маячил тот кареглазый наглец с вороным конем. И как я животинку сразу не заметила?

Эх, может зря бегу? Надо было познакомиться? Одет, как аристократ — не самый подходящий для Хэллоуина наряд. Хотя, может он король тьмы и ищет себе невесту?

Ха-ха три раза. Нет уж, домой! Осталось только понять где он, этот дом.

Петляя, словно заяц, я все пыталась найти хотя бы подобие тропы. Продрогла и постоянно дергалась, пугаясь каждого шороха.

Спустя примерно четверть часа, ноги вынесли меня к небольшой речушке с крутыми берегами. Сейчас она обмельчала и вода искрилась только на дне глубокого оврага, отражая лунный свет и сияя, словно настоящие алмазы.

Залюбовалась увиденным и не заметила мужчину, который подкрался сзади и накинул мне на голову какой-то мешок.

— Не вздумай орать, — прошептал на ухо хриплый баритон. Конечно, так я и послушалась!

— Помогит… М-м-м! — сильная рука зажала мне рот, лишив возможности позвать на помощь. И кто меня теперь спасет? Разве что только чудо…

Нет, я бы согласилась, что чудеса случаются, когда в них веришь, если бы не третий маньяк за один вечер, свалившийся на мою голову, как цунами на берега небольшого островка, затерянного посреди океана.

И раз кричать не получилось, а руки мне уже начали связывать жесткой верёвкой, резко подняла ногу и со всей дури опустила каблук прямо ему на пальцы.

Мужчина выругался и от неожиданности разжал руки, а я не удержала равновесия и кубарем покатилась к реке.

Маркус

Стоял, смотрел девушке в след и просто ждал, пока кто-то следующий не попытается её поймать.

В любом случае, поцелуй закрепил её за мной и пока я жив, другому от неё толку не будет. Так что, можно немного расслабиться и просто наблюдать за зрелищем.

Едва девушка успела скрыться из виду, а я достать лепёшку с ветчиной, как раздался крик. Пришлось бросать еду и быстро мчаться по подобию тропинки вслед за ней.

Редкие ветки больно хлестали по лицу, но я успел вовремя.

Девушка скатилась в небольшой овраг с мешком на голове и верёвкой, неудачно висевшей на руках, а один из охотников уже успел спуститься вслед за ней.

— Эй, эта дама уже занята! — обратился к нему, выхватив меч.

— С чего бы ей тогда бродить одной? — рассмеялся он в ответ и ухватив девушку за волосы потащил вверх по склону. Зря она мешок скинула, не хотелось бы чтобы моя будущая жена видела всю жестокость этой ночи.

Швырнув перепачканную даму в грязь, этот невежа запустил в меня череду шаровых молний, которые я благополучно принял на клинок, рассеяв его заклинание.

— Потому что я её уже поцеловал. А она… Так до ветру отлучилась. Ещё попытку? — ухмыльнулся, рассчитывая разозлить противника. Эмоции в бою — самый плохой советчик.

— Твоя очередь, — холодно ответил он и занял боевую стойку.

Интересно, почему не достает оружие? Неужели, рассчитывает только на магию?

Я сплёл довольно простое бытовое заклинание по рубке дров и запустил его в толстую ветку дерева, что так услужливо росла прямо над его головой. Повезло, что девушка лежала в стороне, иначе такой фокус бы не прошёл. А так… Противник не ожидал подобной подлости и прекрасно попался в импровизированную ловушку. Толстый ствол приложил этого горе-охотника в аккурат по темечку и надёжно вырубил на довольно хороший промежуток времени.

Убрал меч в ножны и подошел к своей будущей жене.

— Ты как? — нежно провел пальцами по взъерошенным волосам и подал руку, чтобы девушка встала.

— Как я?! Ты… Да как у тебя вообще язык поворачивается такое спрашивать? — Она нахохлилась, словно воробей, бросила недовольный взгляд на придавленное веткой тело, поежилась и спросила: — Он хотя бы выживет?

— А разве тебе не всё равно, что будет с ним? — изогнул бровь, не понимая логику девушки.

— Ну… Он хоть и редкостный грубиян, но всё-таки человек…

— Шакал. — Поправил её я.

— И зачем сразу бросаться оскорблениями? Может быть ему помощь нужна! — она встала, покачнулась, подошла к ветке и попыталась её поднять.

— Ты не поняла. Я никого не оскорблял. Он — оборотень-шакал.

— Оборотней не существует! Может быть поможешь мне? — кряхтя от натуги, поинтересовалась моя прекрасная роза.

— Нет, — покачал головой и невольно ухмыльнулся, глядя на её старания. — Если он очнется раньше, чем мы успеем убраться подальше отсюда, будет снова пытаться убить меня.

— Что это за место? Почему он так поступил? Зачем ему тебя убивать? — на её глазах блестели слезы, но она явно пыталась их сдержать, упорно не отпуская проклятую ветку.

— Потому что ты меня поцеловала и теперь, пока я жив, ты под моей защитой! — подошёл ближе, отшвырнул ветку и, подхватив девушку за талию, быстро закинул на седло.

— Что ты делаешь? Я вообще-то не умею кататься верхом! — запаниковала она, словно действительно впервые оказалась в седле.

— Не бойся, Сириусу ты тоже не очень нравишься, но он не сбросит. Но я бы настоятельно рекомендовал помолчать… — ответил, взял коня под уздцы и медленно двинулся вперёд, постоянно прислушиваясь и ожидая нападения в любой момент.

Боги, женщины задают так много вопросов! А у некоторых ещё и напрочь отбиты инстинкты самосохранения. Ох, как же мне не хватает блаженной тишины… А ведь мы с ней знакомы всего ничего, дальше-то что будет?

Глава 2

Лидия

Жеребец был просто огромный! Я чуть сознание не потеряла от страха, когда этот наглый кареглазый тип закинул меня на коня и медленно двинулся вперёд.

Еще и насмехается! Вообще ни стыда, ни совести нет.

Хорошо хоть ветку убрал с пострадавшего. Пусть этот варвар и пытался меня связать и от мешка воняло рыбой, но за такое ведь не убивают?

Вообще, до меня постепенно начало доходить, что здесь что-то нечисто. Первый шок прошёл и теперь усиленно работал мозг, выдвигая сотни различных теорий о том, где я оказалась. Самыми очевидными из них были: кома, сон, розыгрыш с фестивалем и… Боль я чувствовала, особенно пока катилась к реке. И получается ближе всего к реальности самый фантастический вариант — я попала в другой мир. Каким образом и почему — это главные вопросы, но судя по всему, был ещё один, куда более важный: если последний вариант верный, то как мне выжить в подобном мире и не сойти с ума?

— Как тебя зовут? — спросил мужчина, вырвав меня из собственных размышлений.

— Ну, допустим, Маша! — ляпнула первое, что пришло мне в голову.

— Ты лжёшь, — абсолютно спокойным, безэмоциональным голосом сказал он и бросил на меня недовольный взгляд.

— Ладно, — тихо пробурчала себе под нос и уже громче добавила: — Лидия. А тебя?

— Маркус. Приятно познакомиться, Ли-ди-я, — протянул он так, будто бы пробовал моё имя на вкус.

— Куда мы идём? Что это за место? — я изо всех сил пыталась сдержать панику, которая неумолимо подкрадывалась ко мне, разинув свою прожорливую пасть.

— Для начала нам нужно хорошо постараться и выбраться из Туманного леса, а потом поедем ко мне домой, там уже подготовлены для тебя комната и всё необходимое для комфортного пребывания в этом мире.

— В этом мире? В каком таком мире?! Я просто шла к подруге и очутилась здесь. Ничего не понимаю и меня это пугает! — решила говорить честно и откровенно, даже слова подбирать не стала.

Мужчина остановился, сделал глубокий вдох, повернулся ко мне и крайне убедительно произнёс:

— Всё, что тебе нужно знать на данный момент: ты оказалась в другом мире, потому что так задумал кто-то свыше. Поцеловала меня по доброй воле и теперь находишься под моей защитой. Об остальном можешь не беспокоиться, это уже моя забота.

— В смысле по доброй воле? Вообще-то ты меня заставил! — фыркнула я недовольно.

— Уговорил. Если бы я действительно хотел тебя заставить, то взял бы этот поцелуй силой, но магия так не работает, к сожалению.

— А как она работает? — спросила, чувствуя как закрадываются нехорошие подозрения: а в своём ли уме этот аристократ?

— Слушай, женщина, я тебе всё объясню, когда мы окажемся в безопасном месте. Пока мы находимся на территории леса, на нас в любой момент могут напасть, между прочим, с целью отнять тебя. И, поверь, это не единственная опасность, с которой мы можем столкнуться до рассвета или до того момента, пока не выберемся отсюда.

Мужчина явно злился. То ли это я его раздражала, то ли он действительно опасался того, что скрывается в полумраке… Не знаю. Но после его слов притихла и начала обращать внимание на то, как он постоянно прислушивается и озирается по сторонам, словно действительно ждёт какого-то нападения.

Вот теперь паника окончательно раскрыла свои объятия и укутала меня своей черной вуалью. Теперь этот сон, или что бы то ни было, окончательно перестал мне нравиться. Страх сковал всё тело, я вцепилась в луку седла и притихла, боясь даже дышать.

Кем бы ни был этот странный человек, он по крайней мере обходился со мной лучше остальных, встреченных здесь. И уж точно лучше мне держаться рядом с ним, постепенно пытаясь разобраться в происходящем, чтобы понять, как поскорее вернуться домой.

Я успокаивала себя изо всех сил, приводила себе сотни крайне спорных аргументов, стараясь упорядочить мысли и вернуть трезвость перепуганного рассудка, хотя получалось из рук вон плохо.

Внезапно, прямо на тропу перед нами выскочило нечто похожее на зверя и на человека одновременно. Из огромной зловонной пасти торчали окровавленные клыки, заостренные уши свисали по черепу, одно из них было порвано. Горбатое, покрытое грязной шерстью, тело его вызывало только лишь чувство отвращения. Ком дурноты подкатил к горлу, хотелось закричать от вида этого чудовища.

Чёрные бусинки глаз недобро сверкнули в лунном свете и посмотрели прямо на меня. Тут мой рассудок уже не выдержал. Мир перед глазами поплыл и земля стала стремительно приближаться…

Маркус

Обезумевший от запаха крови гуль выскочил, когда я наконец объяснил этой занозе все тонкости её положения, и я был готов к его появлению.

Эти твари предпочитают более слабую добычу и конечно же, проигнорировав меня он отвлёкся на девушку. Дальше было дело за малым: один взмах клинка и безобразная голова покатилась по сухой земле.

Боковым зрением заметил движение и в последний момент успел подхватить Лидию. Да уж, не так сильна её выдержка. Всего лишь гуль, а она уже давай сознание терять. Дальше-то что будет, когда она столкнётся действительно с существенными сложностями?

Осторожно уселся на небольшой пень, не удержался от соблазна и накрыл губы девушки мягким поцелуем. Она всё равно без сознания, а мне хоть какая-то моральная компенсация за её постоянные вопросы. Только когда насладился и сумел оторваться от неё, сделал небольшое магическое воздействие, чтобы привести девушку в чувства.

Лидия вздрогнула, резко открыла глаза и уставилась на меня, словно уже успела сжечь мое бренное тело и даже вдоволь поскорбеть.

— Ну и чего ты на меня так смотришь? Это всё ещё я. — Усмехнулся, нежно погладил её по волосам и звонко чмокнул в кончик носа.

Мне хотелось продолжения поцелуя и не только. Эта девушка определённо манила меня намного сильнее, чем многие другие. Возможно это лес так действовал или действительно в скором времени и мне пришлось бы охотиться, борясь с проявлениями безумства. Уверен, я принял правильное решение и не зря пришёл заранее подстелить соломки, чтобы было не так больно падать.

Надеюсь, пройдёт немного времени и девушка перестанет задавать свои бесконечные вопросы, примет условия игры и просто будет жить рядом, обеспеченная всем необходимым. Да, можно сказать, что таким образом я оплачиваю доступ к её дару, но это честная и взаимовыгодная сделка, от которой в плюсе будем мы оба.

Правда, придётся решить вопросы с женитьбой и совершить все необходимые обряды, чтобы окончательно привязать её ко мне, но это лишь вопрос времени…

— Кхм… Отпусти меня, пожалуйста! — настоятельно потребовала она и тут же попыталась встать.

Что ж, удерживать её не было никакого смысла и я даже помог подняться.

— Садись на коня, нам нужно двигаться дальше, — проворчал, наблюдая, как она, взглянув на поверженного гуля, тактично попыталась скрыть слёзы. Абсурд какой-то! Неужели ей жалко эту тварь?

Нет, я ещё мог бы понять, что она проявляет сочувствие к другим участникам охоты, но к подобным тварям…

— Я больше не сяду на этого зверя! — всхлипнула она и на всякий случай отошла подальше от жеребца.

Сириус недовольно фыркнул. Он всегда был невероятно умным и чутким, и сейчас прекрасно понимал, что речь идёт о нём.

— Сядешь. И ты его вообще-то обижаешь! — нетерпеливо притопнул ногой, почувствовав чьё-то приближение.

— Я его боюсь. Можно я тоже пойду пешком? — составила брови домиком, словно капризный ребёнок. Ох, женщины! Боги, пошлите мне терпения и сил.

Смерил взглядом ее странную обувь с нелепым высоким каблуком и скептически хмыкнул:

— И далеко ты сможешь уйти в этих орудиях пыток?

— Это очень удобные и, между прочим, дорогие туфли! Фирменные. Так что вот не надо… — поджала губы и обиженно отвернулась. Ну, посмотрим, как далеко она в них уйдёт…

— А если придётся бежать? — решил привести последний аргумент, что мог образумить упрямую девицу.

— Я справлюсь, — гордо ответила она и зашагала вперед, словно по мраморной дорожке.

Конечно же, первый попавшийся корешок, торчащий из-под земли, тут же попал ей под ногу и мне пришлось подхватывать девушку под руку, чтобы она не упала в большой колючий куст, что рос поблизости.

— Ну-ну, — хмыкнул, отпустив её сразу после того, как Лидия снова обрела равновесие.

Правда, на эти нелепые споры было потрачено слишком много времени и маг, что давно уже подкрадывался к нам, решил, что самое время напасть.

Огненный шар вылетел из-за ближайших кустов и просвистел у меня над головой, благо, что я успел пригнуться, но со следующими атаками пришлось куда труднее…

Лидия

Ну это надо было так глупо споткнуться? Всё-таки я та ещё мастерица попадать в нелепые ситуации. Обидно, досадно, ну да ладно!

Только собиралась признать свою ошибку и переобуться, как из-за кустов сперва вылетел один огненный шар, а потом посыпался целый каскад светящихся шариков. Причём все эти атаки были направлены на Маркуса и ни одной на меня.

И почему мне сейчас хотелось верить, что это не настоящая магия, а всего лишь спецэффекты? Видимо, потому что увидеть такое вживую, куда страшнее, чем мечтать о подобном, глядя в экран ноутбука или телевизора.

В воздухе буквально витало напряжение. Я стояла прижавшись спиной к дереву и наблюдала, как дерутся мужчины, используя не только оружие, но ещё и магию.

Пальцы вспотели, на лбу проступила испарина. Словно это я там сейчас дралась. Не знаю, не понимаю… Маркус так не отталкивал, как этот нападающий. Может быть потому, что не пытался первым кого-нибудь убить, а наоборот только защищался и пытался защитить меня?

Совершенно случайно заметила какое-то движение с той стороны, откуда мы пришли. И буквально через минуту узнала того самого мужика с мешком, которого совсем недавно привалило деревом. Он шёл слегка покачиваясь, глаза выхватывали лучи лунного света и казалось, что они фосфоресцируют каким-то безумным огнём.

Пока я отвлеклась на подходящего, противник ненадолго обрёл преимущество и, казалось, ещё миг и одолеет моего проводника.

Нет. Так не пойдёт!

Схватила толстую палку, которую заприметила ещё в начале поединка и от всей души приложила ею по затылку нападавшего.

— Маркус, сзади! — выкрикнула, когда стукнутый мной мужчина покачнулся и рухнул на колени.

Мой брюнет тут же резко развернулся и одним выверенным взмахом меча вспорол горло противника.

Я успела лишь вскрикнуть и закрыть рот руками, когда мужчина, брызжа кровью, рухнул на землю и навеки уснул.

Никогда прежде мне не доводилось видеть смерть так близко. Всегда считала, что жизнь — это самое ценное, что есть у человека, а тут… Получается, что своя шкура всё равно ценнее.

Самооборона или нет, но выглядело это всё действительно ужасно. Руки тряслись, перед глазами мелькали тёмные точки и слёзы катились таким потоком, что казалось потоп гарантирован.

Маркус бросил на меня хмурый взгляд, поджал губы и занёс меч над оглушённым противником.

Я зажмурилась и отвернулась, не желая видеть того, что произойдет дальше. Но не услышала ничего, что могло бы подтвердить, что он завершил начатое.

Приоткрыла один глаз и увидела, что мужчина отошёл от раненого, обтер клинок белым платком и запустил большой огненный шар в убитого.

Пламя охватило тело, испепелило буквально за несколько мгновений и тут же погасло.

Я почувствовала как подкосились ноги и покачнулась, в последний момент успев ухватиться за ближайшую ветку.

Маркус вздохнул, покачал головой, подошёл ко мне и прижал к груди.

От него пахло мятой, корицей, терпким бергамотом и едва уловимым ароматом полыни. Тепло сильного мужского тела окончательно вышибло землю из-под ног и я банально разрыдалась, как последняя дурочка. Хотя, почему дурочка? После всего увиденного вполне имею право дать слабину.

— Ну, тихо-тихо, — приговаривал он, поглаживая меня по волосам, словно маленькую глупую девочку, которая ещё ничего толком не видела в жизни.

Наверное, это неправильно, но почему-то рядом с ним я чувствовала себя в полной безопасности. Никогда ещё не ощущала подобного, а тут… Как за каменной стеной.

— Нам нужно выбираться из леса. Только за его пределами мы сможем хоть немного выдохнуть. Я понимаю, тебе тяжело, но соберись, Лидия. Здесь не играют в игры. На девушек из твоего мира идёт охота и до самого утра она не прекратится… — он говорил спокойно, но я чувствовала, что мужчина действительно переживает. И мне даже показалось, что волнуется он не за себя, а за меня.

— Зачем мы им? Почему они охотятся на девушек из моего мира? — голос дрожал, я хотела закричать на него, но могла лишь тихо пищать, словно мышка.

— Они прокляты, а эти девушки могут их спасти.

— А я должна буду спасти тебя? — утёрла слезы и заглянула в карие глаза своего собеседника.

— Мне бы хотелось, чтобы это было именно так, — он кивнул, подозвал коня и подал мне руку: — Позволь Сириусу подвезти тебя. Не думаю, что после всего произошедшего ты сможешь идти самостоятельно.

Его мягкий баритон звучал так убедительно, что даже конь уже не казался настолько страшным. Я коротко кивнула и протянула руку, чтобы погладить чёрную, как смоль, морду.

К моему огромному счастью жеребец не возражал и даже не пытался укусить. Бархатная шерсть под ладонью придала немного уверенности и я всё-таки позволила снова усадить себя в жёсткое седло.

Борясь со страхом и отмахиваясь от инстинктов самосохранения, кричащих благим матом, вцепилась в луку седла и уверенно произнесла:

— Давай поскорее убираться отсюда!

Маркус усмехнулся, взял коня под уздцы и повел навстречу полной луне.

А что я не так сказала-то?!

Маркус

Подхватив коня под уздцы, медленно пошёл в сторону тракта. Я слышал чужие шаги где-то неподалеку и как какой-то из монстров принялся лакомиться магом, оставшимся лежать без сознания. Что ж, видимо такова его судьба, а я повторять её не хочу.

Пытался передвигаться предельно тихо, да и девушка, вроде бы, наконец поняла всю серьёзность ситуации и стойко молчала, будто внезапно язык проглотила. Лучше так, чем через каждые два шага отбиваться от кого-то. В этом лесу уровень опасности просто зашкаливал и в обычные дни, а уж в эту ночь… Но все наши попытки прошли даром, это не спасло от хыжа с отменным нюхом.

Красноглазое существо было похоже на огромную рыжую гончую. Длинная шерсть покрывала невероятно гибкое тело, а крепкие лапы способны были вынести самую длительную погоню. А еще к магии оно было абсолютно не восприимчиво. И именно такая тварь сейчас преградила нам проход.

— Тьма! — выругался себе под нос, встал перед конём, чтобы защитить его и Лидию, и выхватил меч, глядя прямо в глаза монстру и откровенно провоцируя его напасть на меня.

Как только установился зрительный контакт, стал плавно отходить в сторону, перетягивая внимание на себя. Краем глаза заметил, как побледнела девушка. Неужели в её мире нет ничего подобного? Вообще такое ощущение, что она словно тепличный цветок, привычный к покою и безопасности, к тихой и размеренной жизни…

Монстр припал на задние лапы, готовый прыгнуть прямо на меня, но вдруг резко развернулся и опрометью кинулся прочь, что-то увидев или почуяв. Я резко обернулся, пытаясь понять, что его напугало и увидел большую чёрную пантеру.

Оборотень свесился с мощной сухой ветви и кончиком языка провел по щеке моей невесты, словно хотел проглотить её целиком.

Лидия замерла то ли от страха, то ли от такой невиданной наглости, только глаза зажмурила и лицо скривила.

— Слюни подбери. Она уже со мной! — ухмыльнулся, точно зная, что девушке этот кошак-переросток не навредит. Раз пришел, значит она ему самому нужна.

Он грациозно спрыгнул на землю, лениво потянулся, и только после этого, наконец, принял человеческую форму.

— Маркус, а что ты здесь делаешь? — поинтересовался мой старый знакомый. — Разве твое проклятие уже начало набирать обороты?

— Не твое дело, Корнелиус. Я здесь, значит так надо. — огрызнулся, отнюдь не уверенный в своей победе, если он вдруг решит напасть.

Барон Мур был отменным турнирщиком и славился по всему континенту своим особым ударом. Он делал обманный ход в самый неожиданный момент и когтями вспарывал противнику живот так, что тот далеко не всегда успевал подобрать свои кишки. Редкостная мерзость…

Иногда смерть бывает красивой или эпичной, но этот тип убивал изощренно и ради забавы. Даже в тех случаях, когда противник полностью признавал своё поражение и бросал оружие, барон добивал беззащитного.

Драться с ним не было ни малейшего желания. Даже не из страха, я точно знал, что могу не вернуться отсюда и осознавал риски. Но тут… Если бы мог — я бы ушёл просто из чувства отвращения к этому мяснику.

— Ну, почему сразу не моё дело? У меня как раз есть необходимость отловить какую-нибудь симпатичную красотку. И эта мне вполне подходит, — промурчал он, указав на Лидию, — я не собираюсь тут бегать всю ночь и ждать, пока появится очередная девка. — Он гадко ухмыльнулся и добавил: — Вот привезу её домой и займусь дрессурой, будет потом мне тапки приносить и котят плодить! В конце концов, пора бы уже подумать и о наследниках.

— Вы омерзительны! Как у вас вообще язык такое повернулся сказать?! Женщина — не игрушка и не инкубатор. Я искренне надеюсь, что вам не удастся поймать ничего крупнее и интереснее собственного хвоста! — выпалила Лидия и даже сплюнула под ноги мужчине, презрительно наморщив нос. Вот так розы и показывают свои шипы. Слишком часто за красивой внешностью скрывается ещё и коварный нрав и наивно было полагать, что мне попадётся нежная ромашка.

А вообще, забавно. Буквально пару мгновений назад она дрожала и бледнела, а сейчас, казалось, готова растерзать Корнелиуса на месте, причем голыми руками.

— Ах, ты ж… — он выругался так, что даже конь недовольно фыркнул и поджал уши. Если перевести всю тираду барона на нормальный язык, то можно уложиться буквально в одно предложение: нехорошая девица, ведет себя плохо, позволила себе оскорбить столь великого воина и её всенепременно нужно наказать самым беспощадным образом.

— Довольно ругательств, Кор. Если ты пришёл сюда драться, то давай драться, если просто поговорить, то лучше уходи, потому что нам давно пора покинуть это негостеприимное место. — Решил остановить его, когда бранные слова стали повторяться уже по третьему кругу.

Барон ухмыльнулся и наконец соизволил вынуть меч из ножен, но…

— А-у-у! — донеслось откуда-то с востока тонким девичьим голоском.

— О, кажется ещё одна попала, — рассмеялся Кор. — С вами мы потом поговорим, а пока мне пора! — он вернул меч в ножны, перекинулся и рванул на голос, подняв после себя небольшое облачко пыли.

И что-то мне кажется, что он не шутил и это не последняя наша встреча…

Глава 3

Лидия

Сперва я жутко испугалась того существа, что выскочило перед нами, потом за своего защитника, но…

Когда прямо перед моим лицом свесилась огромная морда пантеры, сердце мгновенно ушло в пятки. Успела промелькнуть мысль, что жеребец сейчас встанет на дыбы и сбросит меня, прежде чем мое тело будет надкушено этой зверюгой. Но конь стоял, как вкопанный, словно большая киса вовсе не была для него неожиданностью или проблемой.

Жутко хотелось заорать, но из лёгких как будто враз выбили весь воздух и я могла только судорожно открывать рот.

А уж когда шершавый язык коснулся моего лица, думала и вовсе снова потеряю сознание, лишь бы не видеть, как становлюсь местным вариантом кошачьего корма.

На миг реальность помутнела, видимо от слёз, навернувшиеся на глаза, а когда я проморгалась, вместо кота на дереве, перед нами уже стоял дорого одетый мужчина. Его хищный взгляд скользил по моему телу так, словно я уже была его собственностью и пугал до мурашек, хотя казалось, что сильнее пугаться уже некуда.

Что произошло, прежде чем мы снова двинулись в путь, я вспоминала уже после.

Кажется я накричала на этого незнакомца, возмущенная его отношением к женщинам. Хотя, с такими как он и феминисткой недолго стать. Тапки приносить… Ишь, что удумал!

А потом он просто сбежал…

— Маркус, — тихо прошептала я, заметив крайне реалистичного скелета, бодро шагающего в нашу сторону.

— Ерунда, — мужчина махнул рукой и с его пальцев сорвался крошечный огненный заряд. А едва магия соприкоснулась с нежитью, скелет рассыпался, превратившись в пыль.

Боже, у меня было столько вопросов, что можно было смело играть в "Что? Где? Когда?", только сейчас я понимала, что лучше помолчать и дождаться подходящего для разговора момента.

Мысли клубились в голове, словно рой пчёл в улье. Жужжали и не давали сосредоточиться на чём-то одном. Хотелось верить, что всё это всего лишь сон и утром я проснусь в своей постели, забыв навсегда карие глаза своего проводника и все события этой ночи.

Мы шли довольно долго, соблюдая гробовую тишину и постоянно прислушиваясь к происходящему вокруг. Ещё пять раз нам на пути попадались различные мертвецы и Маркус сжигал их.

Ему пришлось убить несколько более матерых монстров, они выглядели жутко, но мой мир сузился до луки седла, за которую я держалась мертвой хваткой, в надежде, что в случае чего конь сумеет унести меня подальше отсюда. Я понимала, что это своеобразная защита организма от стресса, но всё равно было не по себе.

Ещё мы видели двух мужчин, но ни один из них не рискнул подойти к нам и напасть. Это радовало хотя бы тем, что в душе поднималась вера в людей и в то, что не всё так плохо в этом мире, как кажется на первый взгляд.

Хотя, что тут может казаться? Всё ужасно! Я попала в эпицентр каких-то странных событий и без понятия, как мне выпутаться из этой истории.

В голове сразу всплыли эпизоды фильмов и книг о том, как современный человек попадал в прошлое или другие миры, как выживал после этого и, по закону жанра, непременно находил свою любовь.

Любовь… Какая любовь, если нужно приносить тапки? И где гарантия, что тот, за кем я покорно иду словно наивная овечка, не будет относиться ко мне так же?

Да и вообще, мне домой нужно. И пусть меня там ничего особо интересного не ждёт, но, по крайней мере, там я чувствую себя в безопасности и не вздрагиваю от каждого шороха и каждой тени.

Правда, какое-то внутреннее чутьё подсказывало мне, что свою квартирку я больше никогда не увижу: не посижу на кухне, заварив себе травяной чай; не постою на балконе, наблюдая, как опадают с берёз золотые листья; не почитаю книгу допоздна, валяясь в постели.

Можно было бы попытаться уговорить Маркуса объяснить мне, как попасть домой, но знает ли он ответ на этот вопрос? А если знает, то захочет ли ответить? Кажется, я ему нужна для чего-то, но для чего?

Кое-как проанализировав всю плачевность ситуации, я стиснула зубы и запретила себе плакать. Каждый по-своему реагирует на критическую ситуацию и я точно знала, что в моём случае за волной паники последует полная апатия ко всему происходящему. Я буду действовать так же флегматично, как ленивец в зоопарке, почёсывающий свой мохнатый зад на уютной соломенной лежанке. И лишь, когда опасность минует, придёт время жёсткого отката. Будут слёзы, сопли, трясущиеся руки и жуткая головная боль, а пока опасность до конца не миновала, можно делать вид, что мне всё равно и стойко наблюдать за происходящим.

К тому моменту, когда мы наконец выбрались из леса и конь зацокал подковами по утоптанной грунтовке, я с трудом держалась в седле, готовая рухнуть в любой момент.

Благо, Маркус заметил это и свернул на небольшую поляну, скрытую за буйно разросшимися вечнозелеными кустами. Они защищали от холода и ветра, а заодно, и от посторонних глаз. А когда я увидела небольшой шалаш, то едва не прослезилась от такого подарка судьбы. Мне очень нужен был отдых, а здесь явно всё было подготовлено для того, чтобы можно было остановиться и погреться у огня или переночевать.

Несмотря на то, что мужчина отдал мне свой плащ, я продрогла до костей и зубы радостно выбивали чечётку. Обидно было только то, что Маркус шёл абсолютно спокойно, словно его вовсе не беспокоил холод.

— Спускайся, зяблик, — улыбнулся и помог мне наконец вылезти из жутко неудобного седла.

Едва ноги коснулись земли, я потеряла равновесие и чуть не упала, но Маркус придержал меня и за руки притянул к своей крепкой груди.

— Бедная моя, совсем замёрзла! — он склонил голову и принялся дышать на мои озябшие пальцы, растирая их своими горячими ладонями и разогревая.

— Я не твоя, — мягко возразила ему.

— А чья? — мужчина улыбнулся и помог мне усесться на большое бревно, явно служившее жалким подобием скамьи.

— Своя собственная, — пробурчала, недовольная тем, что он отошёл от меня к коню и принялся снимать уздечку. С ним было хоть чуточку теплее.

— Нет, Лидия. Увы, но при тех обстоятельствах, что мы имеем, ты теперь моя и тебе придётся с этим смириться.

— А что ты сделаешь, если я не смирюсь? — поинтересовалась с вызовом, сама боясь услышать ответ.

Маркус

Это был крайне провокационный вопрос и ответа на него у меня не было, потому я лишь неопределенно пожал плечами, расседлал Сириуса, достал из сумки одеяло и немного еды.

Я даже представить себе не мог, что девушка способна так озябнуть. Не настолько на улице было холодно, чтобы продрогнуть и превратиться в самую настоящую ледышку.

Подошёл к ней, укрыл сверху ещё и одеялом, накинув его прямо на свой плащ и вручил ей для начала флягу с ягодной наливкой. Как бы паршиво я не относился к горячительным напиткам, сейчас ей это было действительно необходимо, чтобы не заболеть.

— Пей, — потребовал в приказном тоне, когда она взяла бурдюк, но только понюхала и сразу же заткнула пробкой.

— Не буду. Я не пью алкоголь. Никогда.

— Тебе сейчас это нужно. Ты ведь не хочешь доехать до своего нового дома с ужасной простудой?

— Лучше уж костёр развести и погреться у огня, — она шмыгнула носом и в очередной раз поежилась от холода.

— К сожалению, это небезопасно. Нам лучше дождаться рассвета и не рисковать, ведь неизвестно, кто может заглянуть на огонёк. Осталось всего-то полтора часа, а пока послушай меня и сделай хотя бы несколько глотков.

Лидия покачала головой и тихо попросила:

— Лучше обними меня, с тобой намного теплее… — она тут же потупила взгляд, на щеках вспыхнул яркий румянец. Обычный человек не увидел бы этого, но только не я.

Покачал головой, понимая, что не стоит идти у девушки на поводу, но всё же присел рядом с ней на бревно, пересадил эту занозу к себе на колени и завернул в одеяло так плотно, насколько это вообще было возможно.

Постепенно Лидия согрелась в моих объятиях и уснула, измотанная дорогой и всеми событиями, которые ей пришлось пережить за эту ночь.

Я сидел, продолжая держать её на руках, и любовался тонкими прядками, прикрывающими лицо, длинными ресницами, аккуратным носиком и изящной линией губ, которые хотелось целовать снова и снова.

Как бы там ни было, а внешность у девушки более чем привлекательная и я буду с нетерпением ждать того момента, когда смогу вкусить не только её поцелуй, но и гораздо большее.

Дождался, когда солнце покажется из-за деревьев и облегченно выдохнул. Самая длинная ночь в году закончилась и теперь убийства будут караться законом. После окончания ночи Тёмной луны, отнять девушку можно только в честном поединке и это невероятно большой плюс.

Как ни крути, а дуэль по правилам — всегда лучше, чем бой без правил, где можно ждать от противника любой гадости. Да, с одной стороны отличий практически нет, но с другой…

Яркие лучи озолотили лес своим сиянием; холодная роса, что опустилась на землю вечером, сейчас стремительно высыхала; лёгкий ветерок раскачивал сухие узловатые ветви деревьев, то и дело срывая редкие пожухлые листья и плавно опуская их на растрескавшуюся землю. Я всегда любил осень. Это время урожая, сезон свадеб, период, когда у людей наконец наступает долгожданное затишье и сходит на нет вся суета летнего сезона.

Можно сидеть у камина, любоваться танцующими языками пламени или читать какую-нибудь книгу, узнавая что-то новое и открывая для себя сокровенные знания, изучая новые заклинания, упорядочивая собственные мысли и, приводя в порядок эмоции и чувства. А можно гулять по парку, среди деревьев, ставших настоящими шедеврами в умелых руках художницы-осени.

Я привык к спокойной и размеренной жизни, и она мне действительно нравилась, но в то же время прекрасно понимал, что вечно это продолжаться не может, рано или поздно придётся выйти за пределы своего скромного убежища и, наконец, вернуться домой.

Только в отличие от девушки, что мирно спала на моих руках, я возвращаться не хотел. Быть может, нам удастся провести ещё хотя бы пять-десять лет, в том месте, которое я действительно люблю, но…

Лучше не думать о том, что будет дальше и не загадывать на будущее. Быть может уже завтра меня убьют, чтобы отнять Лидию, а может никто и не станет мешать нам пытаться найти общий язык, чтобы обрести своё счастье.

Я очень слабо себе представлял, как именно нужно добиваться этой девушки. Это забавно, но ещё ни разу мне не приходилось завоёвывать женское внимание самостоятельно. Обычно девицы сами висли на меня, как невменяемые, и готовы были отдаться в любом месте и в любое время.

Помню как-то развлекался с одной такой на сеновале её отца. Горячая была штучка, но всего лишь одноночка, не способная подарить мужчине ничего, кроме мимолетного удовольствия обладать её стройным телом, которое буквально спустя несколько лет увянет, словно самый нежный цветок.

Наверное, я слишком избалован и самоуверен, но это ещё никогда не шло мне во вред. И крепость по имени Лидия тоже непременно падёт. Другой вопрос в том, хочу ли я, чтобы она пала и стала такой же податливой, как другие? Ведь с ней мне придётся общаться всю оставшуюся жизнь.

"Своя собственная!" — невольно вспомнились её слова. Жаль, что девчонка до сих пор так и не поняла, что больше не принадлежит себе.

А пока жрец не проведёт ритуал, пока я не назову её своей женой, она в любой момент может стать ещё чьей-нибудь…

Я часто слушал истории о таких, как она. По сути, каждый маг в нашем мире, рано или поздно задумывается о том, что неплохо было бы изучить то, с чем придётся столкнуться в будущем.

Конечно, бывали случаи, что проклятие не срабатывало вообще и большинство из них заканчивалось летальным исходом. Но, как по мне, это глупо надеяться на судьбу, каждый сам кузнец своего счастья и должен понимать, что ждёт его впереди. И не просто понимать, а просчитывать заранее и всегда иметь запасной план…

— О чём задумался? — вопрос девушки выдернул меня из собственных мыслей так резко, словно мне ушат воды вылили на голову.

— О том, что пора тебя будить, — улыбнулся и осторожно коснулся губами её щеки, чтобы не провоцировать на совершенно бесполезные сейчас споры.

— Не нужно так делать! — возмутилась девушка и попыталась встать, но я удержал её.

— Хочешь, чтобы я отстал от тебя? — спросил на ушко, касаясь губами её шеи.

— Да! — тут же выпалила она.

— Тогда поцелуй меня снова… — ответил ей и заглянул в глаза.

Если Лидия сейчас согласится, то уже точно никуда от меня не денется. А вот если откажется…

В конце концов, моё проклятие ещё не вступило в силу и в следующем году можно будет попробовать снова. Правда в том, что эта девушка тогда умрет.

Лидия

Нет, всё-таки он невыносимый нахал! Чуть что — так сразу целоваться. А как же познакомиться поближе? На свидание пригласить? Ужин романтический устроить…

— Я… — хотела послать его куда подальше, но замерла на вдохе.

По сути, на данный момент, моя жизнь зависит от этого мужчины. Может быть стоит хотя бы сделать вид, что я подчиняюсь? Нет, это совсем не значит, что я буду выполнять любой его каприз, но как-то же нужно знакомиться.

— Ты… — этот наглец крайне заманчиво улыбнулся и приподнял одну бровь, ожидая от меня ответа.

— Вечером скажу! — выпалила я и попыталась встать, загадочно сощурившись, но...

Запутавшись в одеяле, потеряла равновесие и снова плюхнулась прямо к нему в объятия.

— Ну, вот. Уже и секунды без меня прожить не можешь, а от поцелуя отнекиваешься! — рассмеялся он.

— Я вообще домой хочу, — со вздохом поделилась с ним своими мыслями. — Ты поможешь мне вернуться, когда я помогу тебе?

— Это невозможно. Уже рассвело и проход в твой мир закрылся. Ты больше не попадёшь домой, Лидия, — он поджал губы, нахмурился и добавил: — Никогда.

— Что?! — голос дрогнул, на глаза тут же навернулись слёзы. Что он имеет в виду? — Что значит никогда?

— Связь между нашими мирами появляется всего лишь на одну ночь в год и те девушки, которые до рассвета кого-то поцеловали по доброй воле, навсегда остаются в нашем мире.

Я на миг замерла, осознав всю мерзость ситуации. Он знал. Точно знал, что я не смогу вернуться домой, если уговорить меня на поцелуй и сделал это! Сделал выбор за меня. Лишил права решать, чего я хочу и обязал помочь ему, ведь у меня просто не осталось выбора…

— Ах ты ж… — я буквально захлебнулась возмущением, мне хотелось так много ему сказать, но я лишь стиснула зубы, скинула с себя одеяло и поднялась на ноги. — Я хочу помочь тебе прямо сейчас и после этого уйду. Что я должна сделать?

Сердце колотилось, словно у загнанного зайца, хотелось кричать, что-нибудь разбить, врезать этому наглому, самодовольному грубияну, позволившему себе так обойтись со мной, но в то же время я прекрасно понимала, что наши силы не равны и, как бы я ни старалась, одолеть его не смогу.

Вот и осталось у меня теперь всего лишь два варианта: помочь ему, в надежде, что он отпустит меня сам, или сбежать, как только мужчина потеряет бдительность. Да уж, та ещё перспектива… Ни разу не радужная.

— Уйти не выйдет, Лидия.

— Это ещё почему? Посадишь меня на цепь и заставишь приносить тапки, как тот из леса?

— Нет, я таким не занимаюсь. Вся проблема в той помощи, которую оказывают девушки из твоего мира.

— Так расскажи мне, Маркус.

— Вечером, — он улыбнулся, словно вернул мне мою же шпильку, встал и кивнул в сторону коня: — Поешь сначала или поедем?

— Для начала я умоюсь, — фыркнула, развернулась и пошла к кринице, что виднелась под небольшим навесом.

Кое-как раскорячилась, чтобы наклониться к воде, но не вставать коленями на сырую землю и буквально спиной чувствовала, что мужчина наблюдает за каждым моим движением. Бесит!

Всё-таки жизнь в подобном мире совершенно не для меня. Я — дитя каменных джунглей, привыкшее к их законам и правилам. Конечно, кое-что знаю о выживании в лесу, смутно помню историю периода средневековья, но никогда бы даже загадывать не стала для себя такого счастья.

Бред все эти россказни о романтике того времени. Антисанитария, жестокие нравы и обычаи, куча болезней и полное отсутствие всех прелестей цивилизованного мира. Боже, я же здесь не выживу!

Дотянулась руками, зачерпнула ледяной воды и плеснула себе в лицо, глупо надеясь, что после этого проснусь, но… Когда открыла глаза, ничего не изменилось. Всё так же пахло сырой землёй, тиной и откуда-то повеяло дымом с запахом жареного мяса.

Я, вдруг, поняла, что безумно хочу есть и придётся пробовать то, что предложит человек, лишивший меня шанса вернуться домой. Кто он теперь для меня? Друг или враг? Ответов нет, сплошные вопросы и всё та же холодная паника, острыми когтями вцепившаяся в мою нервную систему и никак не желающая её отпускать.

— Умылась? — поинтересовался Маркус.

Я обернулась и невольно нахмурилась. Он стоял с другой стороны от меня, а я всё ещё чувствовала тот самый жгучий взгляд в спину.

— Да, дорогой, — сказала так, чтобы он обратил на меня внимание и взглядом намекнула, что здесь есть кто-то ещё.

— Тогда предлагаю всё же не терять времени. Поешь по пути, — он подошёл, вручил мне подготовленные бутерброды и бурдюк с водой, а затем быстро оседлал коня и помог взобраться на него.

Интересно, это он боится или что? В лесу этот мужчина спокойно принимал бой и делал всё необходимое, чтобы выжить, а сейчас мы сбегаем? Но от кого?

Маркус

Что-то странное эта девушка пробуждает во мне. Может быть чёрное сердце чувствует, что она призвана исцелить его?

Каждый взгляд, каждое касание, каждая секунда проведённая рядом становятся отдельным испытанием. Меня настолько сильно к ней тянет, что никаких сил не хватит, чтобы противиться этому. И это раздражает.

Если бы я когда-нибудь верил в любовь, то мог бы утверждать, что она нагрянула. Только вот, я не из тех, кто готов пускать розовые сопли и бегать за кем-то, ради удовлетворения собственных эгоистичных потребностей.

Да, сейчас я делаю ставку на эту девчонку, но если не выйдет, то придётся расстаться с ней. Это должно быть просто, ведь я заведомо понимаю, ради чего отправился в лес и теперь терплю её капризы.

Правда, она довольно смекалистая, что не может не радовать. Ещё бы меньше вопросов задавала — цены бы ей не было. Хотя, рискну надеяться, что это так сказывается стресс и, как только она придёт в себя и упорядочит мысли в своей красивой головке, моя пытка закончится.

По сути, от неё не так много и требуется. Всего лишь жить рядом, периодически ночевать в моей спальне и беречь себя. Попозже можно будет подумать и о детях, ведь ей предстоит стать моей официальной женой, а значит она должна будет выносить и родить для меня наследника. Да, даже если ей этого не будет хотеться. Таковы законы этого мира и мне придётся её с ними познакомить.

Вон, как она взбеленилась, когда барон заговорил про тапки. Явно в её мире женщин куда больше уважают и ценят, чем в этом. Думаю, будет непросто обуздать её нрав, но это даже к лучшему. По крайней мере, ближайший год скучно точно не будет…

Я чувствовал чьё-то присутствие, но не хотел придавать этому значение, чтобы не пугать её в очередной раз. И очень удивился, когда девушка сама намекнула мне, что неплохо было бы поскорее покинуть это, не самое гостеприимное, место.

Некоторое время Лидия смиренно жевала бутерброд и вокруг царила блаженная тишина, только я всё время оглядывался и посматривал на неё, ожидая очередного вопроса.

Когда мы почти доехали до города, она тихо окликнула меня:

— Маркус.

— Что? — ответил сухо, надеясь, что это отобьет у неё желание снова засыпать меня своими бесконечными вопросами. Хватит уже и того, что пришлось сказать ей о том, что она не сможет вернуться домой. Вон как сразу обиделась, с места вскочила. И что будет, когда я сообщу ей, что она должна стать моей женой?

— Там город, — девушка указала вперёд и замялась, не спеша продолжать.

— И?

— Мне нужно в кустики! — выпалила и покраснела до самых кончиков ушей. Тьма, она ещё и естественных потребностей стесняется.

— Давай, помогу спуститься, — ворча, подал ей руку. — Стой тут, проверю, чтобы там было безопасно.

Дошёл до ближайших кустов, оставив её рядом с конём, осмотрелся и даже магией на всякий случай проверил, чтобы никого опасного не было поблизости, вернулся и жестом указал, что она может идти.

Девушка быстро юркнула за раскидистый куст, словно спешила на пожар. Вот чудная, это же сколько она терпела? Всю дорогу что ли?

Постоял минуту, переминаясь с ноги на ногу, прислушался, но ожидаемого журчания или шелеста одежды не услышал. Неужели она решила сбежать?

Вздохнул, подавляя волну гнева, и пошёл за кусты, чтобы проверить свою догадку.

И, конечно же, я оказался прав! Девушки там не было. Выходит, зря я понадеялся на её благоразумие. Вот уж точно, никому нельзя доверять в этой жизни, кроме самого себя. Особенно женщинам.

Дурак да и только. Ведь это было абсолютно ожидаемо, зачем повёлся?

Конь недовольно фыркнул и перебрал копытами, а затем опустил морду, пытаясь сжевать дикое яблоко, подобранное с земли.

Стараясь перестать злиться, поднял глаза к небу и сделал глубокий вдох. Ветер гнал на север чёрные грозовые тучи, холодало. Вот и куда она пойдёт в своём чудном наряде?

Попытался прикинуть, куда могла побежать Лидия, даже принялся плести поисковое заклинание, как внезапно чья-то ледяная рука легла мне на плечо.

Нащупал рукоять меча и медленно обернулся, готовый атаковать в любой момент. Только вот, мой нежданный противник первым сделал свой ход…

Глава 4

Лидия

Едва скрылась за кустами, как всё тело словно парализовало. Страх пробрался в каждую клеточку и я, забыв зачем пришла сюда, решила, что выйти на дорогу с другой стороны кустов будет куда проще, чем возвращаться тем же путём.

Едва выглянула на дорогу, как увидела спину мужчины, который явно решил пойти проверять меня. Вот же… Фома неверующий, а не Маркус!

Осторожно ступая по пожухлой траве, подкралась к мужчине и коснулась рукой его плеча, на всякий случай тут же сделав шаг назад.

Подбоченилась и притопывая ногой встретила взгляд его карих глаз. У меня даже создалось ощущение, что он готов был голову мне снести, но вовремя успел остановиться.

— В следующий раз в туалет сразу пойдём вместе? — поинтересовалась, борясь со смущением и злостью одновременно.

— Как ты успела заметить, в этих краях довольно опасно. И, если я сочту, что во имя сохранения твоей жизни, нужно будет писать стоя, то тебе придётся писать стоя! — хмуро ответил он, подхватил меня за талию и лихо закинул на коня, я только и успела вцепиться в луку седла, чтобы тут же не свалиться.

Жеребец недовольно фыркнул, но покорно поплёлся за хозяином. Я же смотрела на спину мужчины и видела как напряжены его плечи. Неужели и вправду испугался за меня?

Тяжело вздохнула и даже не стала возражать на его высказывание. Ведь, действительно, лучше “писать стоя”, чем не делать этого вовсе, лёжа где-нибудь в сырой земле. Хотя, мог бы и мягче донести свою точку зрения, ведь не с солдатом-новобранцем разговаривает же.

— В городе постарайся держаться спокойно и ничему не удивляться, ладно? — почти перед самыми воротами, Маркус обернулся и смерил меня долгим, внимательным взглядом.

Я ничего не стала ему отвечать, только лишь кивнула. Что он хотел этим сказать? Что выгляжу как какая-то безумная оборванка? Ну, так нечего было по лесу меня таскать и в речку ронять, хотя не он же пытался мне мешок на голову надеть... Но, всё-таки, чему я должна удивляться? Вполне логично, что будут смеяться и возможно даже тыкать пальцами...

Но как же я ошиблась! Едва мы вошли в город, со всех сторон стали доноситься злые смешки, обожающие взгляды были предназначены Маркусу, а мне — ненавидящие и полные злобы. Такое ощущение, что местные жители хотели убить меня куда сильнее, чем всех тех тварей, что мы успели встретить в лесу. Непреодолимо захотелось спрятаться в ракушку, зарыться под одеяло и не отсвечивать, но в то же время, вся моя натура бунтовала против такого.

Решив, что терпеть подобное отношение не в моих правилах, гордо расправила плечи и подняла голову, заставила себя натянуть обворожительную улыбку и старалась смотреть только на спину мужчины идущего передо мной.

Копыта жеребца мерно стучали по заляпанной, чем-то, мостовой, жители тут же начинали обсуждать нас, едва мы успевали пройти мимо них. Несколько раз я слышала имя своего проводника и ядовитые выпады в свой адрес. Кажется, местные дамы были расстроены тем, что только я могу ему помочь. Да, забирайте… Больно нужен мне ваш Маркус!

Плевать на них и на него тоже! Нужно как-то побыстрее помочь этому наглому типу и свалить куда-нибудь в тихое место, где можно будет хорошо подумать и попытаться смириться с тем, что домой я не вернусь. Или наоборот, отправиться искать способ, даже если его якобы не существует. Только бы выспаться в нормальной постели, поесть нормальной еды и хотя бы немного отдохнуть…

И, хвала всем местным богам, кажется мои желания были услышаны! Маркус несколько раз свернул по узким улочкам и мы вышли к небольшой площади, где возвышалась каменная арка, залитая странным туманом.

— Скоро будем дома, — радостно заявил мой кареглазый проводник, перекинулся парой слов со смотрящим за этим местом, вручил ему несколько монет, а потом вернулся ко мне и помог спуститься, крепко взял за руку.

— Страшно, Лидия? — спросил ехидно ухмыльнувшись.

— Страшно… — тихо произнесла, выдержала небольшую паузу и добавила: — интересно!

— Тогда идём, — он хохотнул, явно довольный моим ответом и первым шагнул в туман, увлекая меня за собой.

Маркус

Туман портала рассеялся и мы вышли в небольшом городке, недалеко от которого располагался мой замок. Вернее сказать, это был замок моего прадеда, который я оккупировал десять лет назад и жутко не любил выбираться за его пределы.

Узкие улочки были вымощены серым камнем, который добывали только здесь в окрестностях, кругом благоухали осенние цветы и пахло аппетитной выпечкой.

Я вдруг понял, что жутко проголодался и неосознанно ускорил шаг.

Цокот подков Сириуса чередовался с мерным постукиванием каблуков Лидии. Местные жители приветственно кивали, девушки бросали завистливые взгляды на мою спутницу.

Конечно, ведь каждая из них уже понимала, кому именно предстоит стать моей женой, и уже заранее её ненавидела. Хотя, на самом деле, это было абсолютно зря. Неужели они думают, что после свадьбы я буду постоянно ночевать в одной постели? Нет уж, я не для того женюсь, так что рано они отчаялись.

Когда мы покинули город и свернули с основной дороги в сторону, Лидия облегчённо выдохнула и на меня снова посыпались вопросы:

— Кто ты? Почему все с тобой здоровались, а на меня смотрели, как на врага?

— Скажем так, в этом государстве я занимаю далеко не последнее место, — попытался уйти от темы, как и всегда, но тут задумался: а может быть стоит сказать ей сразу и в лоб, кем девушке предстоит стать?

— Ммм… — недоверчиво протянула она. — Значит, мажор?

— Кто? — не понял слова.

— Богатый папенькин сыночек, привыкший, что всё падает к его ногам и все подчиняются. Сразу говорю: со мной этот фокус не пройдёт! — недовольно пояснила она и ускорила шаг. — Поторопись, Маркус. Нам нужно поскорей закончить дела и мне ещё искать себе дом и работу.

— Какую работу? — изогнул бровь, глядя в затылок девушки. О чём она вообще?

— Нормальную человеческую работу. Некоторым это необходимо, чтобы выжить.

— Тебе нет нужды работать. Как я уже говорил, у тебя будет всё необходимое.

— Нет, я тебе не содержанка! — гневно бросила она, обернувшись и смерив меня ненавидящим взглядом.

А я ведь ещё даже не сказал ей всей правды. Уф-ф-ф…

Дальше Лидия шла быстро, не проронив ни слова, и после всего сказанного, её молчание раздражало ещё сильнее, чем постоянные вопросы.

Девушка остановилась только напротив ворот замка, смерила хмурым взглядом мой дом, хмыкнула и прошла в открытые слугами ворота.

— Добрый день, госпожа, — Алан по-отечески добро улыбнулся, пропуская девушку вперёд.

— Добрый день. Я не госпожа вам. Зовите меня просто Лидия, — ответила она снова со злостью глянув на меня.

Старик, казалось, ничуть не удивился и спокойно повторил:

— Рад знакомству, госпожа Лидия.

— Это Алан, мой наставник и советник, — представил ей старика.

— Хорошо, если ты умеешь слушать советы, — она наигранно улыбнулась, запахнула плащ и медленно пошла к дому, с интересом рассматривая сад. Что её так раздражает?

Мы с наставником переглянулись, он забрал Сириуса и повёл на конюшню, а я поплёлся следом за девушкой, уже не до конца уверенный, что сходить за невестой в этом году было хорошей идеей. Уж лучше бы и правда подождал…

Чем дольше я находился рядом с Лидией, тем сильнее убеждался, что поторопился и эта девушка способна сделать мою жизнь невыносимой. Тот самый случай, когда сдохнуть от проклятия не кажется идеей хуже, чем постоянно терпеть рядом кого-то, кто люто тебя ненавидит. Нужно как-то договариваться с ней, иначе это будет настоящим наказанием.

Дворецкий распахнул перед нами дверь, но девушка остановилась, как вкопанная, словно не хотела заходить в замок.

— Что случилось? — спросил, попытавшись взять её под руку, но Лидия отстранилась.

— Ничего. Просто ощущение, что вхожу в музей.

— Это мой дом. А теперь ещё и твой.

— Нет, мой дом в другом мире и ты не заставишь меня считать это всё своим.

— Тебе нужно помыться, поесть и отдохнуть. Потом поговорим и всё обсудим, — сказал, с трудом сдерживая вздох.

— Нет, сначала разговор! — упёрлась она, но зато вошла в протопленную гостиную.

— Не спорь со мной, женщина, — сказал с нажимом, стараясь не повышать голос.

— Не указывай мне, что делать, и я не скажу, куда тебе пойти! — она притопнула ногой и сжала кулачки, словно готова была придушить меня на месте, если бы только могла.

Собственно, я и сам готов был это сделать, только с ней. Всё-таки невыносимый у неё характер, но на уступки я не пойду. Женщина, она ведь как лошадь — всегда чувствует седока и, если дать ей возможность ощутить собственную власть, то можно не ждать покоя.

— Ты идёшь приводить себя в порядок и отдыхать! — всё-таки повысил на неё голос, в надежде, что хотя бы это отрезвит её дикий нрав.

Лидия

Развернулась на каблуках, бросила презрительный взгляд на мужчину и честно собиралась уйти, громко хлопнув дверью, но…

А куда? Обратно в город, где меня заведомо ненавидят непонятно за что? Или вообще в неизвестном направлении, где бегает куча озабоченных маньяков? Спасибо, как-то не очень хочется. По крайней мере, здравый смысл во все горло вопит, что лучше остаться и хотя бы дождаться разговора, отдохнуть в безопасности и уже потом решать, что делать дальше.

На мое счастье, в комнату вошёл наставник этого наглого средневекового мажора и я решила обратиться к нему:

— Алан, пожалуйста, покажите, где я могу отдохнуть и сообщите этому великому господину, что я с ним не разговариваю, пока не извинится за свое поведение! — произнесла с нажимом и гордо подняв голову. А что? Пусть понимает, что я имею право обидеться за тот тон, в котором он говорил со мной!

Не позволю общаться со мной так никому, и уж, если ему действительно нужна моя помощь, то пусть удосужится нормально общаться, а не как с животным или ещё кем похуже.

— Вообще-то, я и сам прекрасно тебя слышу, — проворчал Маркус, развернулся и ушёл, словно дальнейшее его абсолютно не интересовало.

— Идёмте, госпожа Лидия, — покачал головой старик и жестом пригласил следовать за ним.

— Алан, ну пожалуйста! Я не привыкла, чтобы меня называли госпожой и не хочу привыкать. Поэтому ещё раз, очень вас прошу: зовите меня просто Лидией! — взмолилась, и без того чувствуя себя не в своей тарелке.

— Я постараюсь, — по-доброму улыбнулся мужчина и проводил меня до комнаты.

Я никак не могла избавиться от ощущения, что нахожусь в музее. Стены замка были украшены причудливой лепниной, кругом стояли горшки с живыми цветами, мебель потрясала своей роскошью, а стоящие то там, то сям доспехи вызывали странный трепет.

Казалось, что я попала в какое-то дурацкое шоу или на съёмки исторического кино. Постоянно хотелось найти скрытую камеру, но все выглядело слишком реалистично…

Увы, но надежды на лучшее таяли с каждым шагом, потому что всё явно было по-настоящему и ощущение неизбежного зла почему-то неприятно грызло нервы.

Комната… Вернее, комнаты были настолько нереальны, что я даже украдкой ущипнула себя, рассматривая убранство.

Гостиная, спальня, гардеробная, ванная и туалет (к слову, вполне цивильный, что удивительно), и даже небольшой кабинет.

— Алан, это всё для меня? Или только спальня? — решила поинтересоваться, раз старик стойко продолжал стоять в дверях.

— Да, гос… Лидия. — Кивнул мужчина и довольно улыбнулся. — Надеюсь, мы угадали с размерами и одежда вам подойдет. А вот обувь точно нужно будет перебрать и мы унесём все, что придётся вам не по размеру. Да и платья, которые не понравятся, тоже. Вы обмойтесь, а я пришлю служанку.

— О, нет! Никаких служанок. Я справлюсь сама.

— Как скажете, но не стесняйтесь обращаться, хорошо? — он переступил с ноги на ногу и поинтересовался: — Я могу идти?

Что? Неужели он стоял и ждал, когда я его отпущу, пока я осматривала комнаты?

— Ой… Конечно, извините… — промямлила я растерянно.

— Если что-то понадобится — на тумбе колокольчик, — он указал на нужный предмет, поклонился и ушёл, прикрыв за собой дверь.

Я хотела устало плюхнуться на кровать, но вовремя вспомнила, что испачкалась похлеще самой настоящей хрюшки.

Вздохнула и ушла в ванную.

Что ж… Кран вполне обычный, ничего сверхъестественного, но… Он один! Если это с холодной, то где горячая вода?!

— Ладно, хотя бы умоюсь… — проворчала себе под нос и повернула вентиль.

К моему огромному удивлению, температура оказалась как раз такой, как я люблю. Поэтому, радостно скинув одежду, залезла в ванную, заметила рычажок, нажала на него и прямо из стены, будто в нее была вмонтирована лейка, полилась вода. Улыбнулась и с удовольствием подставила лицо под горячие струи.

Вот оно, настоящее блаженство, после всех пережитых испытаний, всего-навсего отмыться и немного полежать в горячей воде.

Перебрала флакончики, что были расставлены на полках в довольно больших количествах, обнаружила недурно пахнущий шампунь, с удовольствием помыла голову и уже было собиралась вылезать из воды, как в ванную без стука вошёл Маркус и с порога заявил:

— Извини я был не прав, — а тон такой, словно это я должна перед ним извиниться.

Маркус

Быстро сходил в душ, перекусил и заперся у себя в кабинете, не желая кого-либо видеть или слышать. В ушах до сих пор тревожным колоколом звенел голосок Лидии, заставляя морщиться от головной боли и вспоминать то бесконечное количество вопросов, которые она успела задать за столь короткое время нашего знакомства.

И почему из всех невыносимых девиц мне досталась именно она? Наверняка ведь это далеко не единственная девушка, что попала в наш мир этой ночью. Может, нужно было подождать, поискать еще? Варианты посмотреть, что-ли… А то схватил первую попавшуюся, как дурак, и попер домой.

Сидел в кресле, всё думал как ей донести информацию без скандала и истерик, пока в дверь не постучали.

— Маркус, можно войти? — Алан заглянул в кабинет и с осуждением посмотрел на бокал в моей руке. А вот в целом вид у него был взволнованный.

— Можно, наставник. Это всего лишь морс, — зачем-то решил объясниться. — Что-то случилось?

— Случилось, — старик прошёл и уселся в соседнее кресло. — Женщина у нас в доме случилась. Причём не обычная, а с характером.

— Я заметил. Пока сюда добирались, она меня до нервного тика чуть не довела. С ней рядом находиться невозможно!

— С ней будет трудно. Это не местные охотницы за вашим титулом и кошельком. С этой девушкой придётся призвать всё ваше обаяние и идти на уступки, иначе через неделю вы с ней поубиваете друг друга, — он загадочно улыбнулся, словно в предвкушении настоящего веселья. — Ну или вы её случайно пришибёте. У девчонки-то сил явно не хватит, хотя… — он замолчал, зная, что я терпеть такое не могу. Начал мысль — закончи, иначе к чему было воздух сотрясать?

— Хотя что? — встал и прошёлся по кабинету, остановился и уставился в окно, наслаждаясь удивительным видом любимого предгорья и пытаясь успокоиться. Вся ситуация раздражала до зубного скрежета. Сам пошёл, сам её сюда привел, сам прибью!

— Хитрость часто куда важнее грубой силы, а девушка явно не глупая. — Закончил наставник свою мысль.

— Хочешь сказать, что она умнее меня и тебя вместе взятых? Или, что ты уже на её стороне? — невольно хмыкнул, сдерживая смех. — Она всего лишь маленькая, наивная женщина, куда ей против меня?

— Не такая уж и наивная. Будь мудрее и хитрее, чем она. Сделай первый шаг, Маркус, извинись перед девушкой.

— Что? Я?! С какого это перепугу я должен перед ней извиняться?

— Потому что это ты её поймал. И тебе придётся мириться с её характером до самой…

— Нет! — не дал ему договорить. — Уж проще в следующем году снова попытаться, найти кроткую девушку и спокойно жить. Такую, чтобы была под стать мужу, украшала его жизнь своим присутствием, а не отравляла её!

— Тогда тебе нужна мертвая женщина… — пожал плечами Алан, встал, поклонился и ушёл, добавив напоследок: — Реши, чего тебе на самом деле хочется и действуй!

Легко сказать, но выполнить такое наставление куда сложнее.

Сделал глубокий вдох, прикрыл глаза, чувствуя как внутри разрастается буря и если я не сумею ее обуздать, то она же меня и погубит.

Вот так и бывает, видимо: хочешь обмануть судьбу — будь готов к тому, что она в ответ поставит тебе подножку!

Злясь на себя за преждевременный поход в Туманный лес, вышел из кабинета, спустился в кухню и набрал еды на поднос. Поднялся в комнату, что была подготовлена для моей будущей жены, постучал в дверь.

Подождал немного, ответа не последовало и вошёл в гостиную. Там никого не обнаружил, оставил поднос на столе и постучал в дверь спальни. И тоже бессмысленно. Сбежала она что-ли?!

Вихрем ворвался в комнату, ринулся проверять гардероб, а затем ванную комнату.

Девушка лежала в воде по самый подбородок и тихо напевала что-то себе под нос.

— Извини, я был не прав, — сказал, как только она обратила на меня внимание.

— Стучаться не учили?! — в мгновение ока взбеленилась Лидия, смутившись своей наготы.

— Пробовал, не помогло, — проворчал в ответ и тактично отвернулся.

— Уходи! — потребовала девушка, заливаясь густым румянцем. Да-да, мне было всё прекрасно видно по отражению в зеркале.

— А может мне к тебе присоединиться? — поинтересовался, желая смутить её ещё сильнее.

Глава 5

Лидия

Я пулей выскочила из ванной и со скоростью мангуста завернулась в полотенце. Подскользнулась мокрыми ногами на гладком полу и рухнула прямо в объятия, так удачно успевшего развернуться, мужчины.

— Ну всё, я спас тебя. Надеюсь, теперь прощён? — обворожительно улыбнулся, наблюдая, как с меня сползает полотенце и я пытаюсь удержать равновесие и выскальзывающую ткань.

— Прекрати насмехаться надо мной! — потребовала решительно, стараясь ещё и удержать вместе разъезжающиеся ноги.

— Может ещё и отпустить тебя? — поинтересовался этот гад, подхватив меня за талию и прижав к мускулистой груди. Сердце тут же затрепетало и во рту пересохло от внезапно накатившего влечения к этому мужчине.

— Нет, отпускать не надо… — получилось жалобно и я разозлилась на него и на ситуацию в целом.

Опустила взгляд на пол и догадка кольнула меня острее, чем веретено спящую красавицу. Пол не был скользким, когда я пришла сюда и не должен быть таким скользким сейчас. Я ведь не плескалась и воду не разливала. А ощущение такое, будто всё здесь мылом натёрли. И при этом Маркус спокойно стоит и ни капельки не скользит. А ещё я видела, как он огненными шариками бросался. Маг.

И, внимание, вопрос: что ему мешало сделать пол таким?!

Стоит же, зараза, держит. Даже прижал покрепче, а я ноги в кучу собрать не могу…

Значит, так он со мной? Ладно.

— Маркус… — прошептала томным голосом и посмотрела на его лицо, словно больше всего на свете сейчас хочу его поцеловать. Жаль, что это еще несколько секунд назад было правдой.

— Да? — он изогнул бровь и улыбнулся одними уголками губ.

— Ты не мог бы… — нежно провела рукой по груди мужчины, скользнула к затылку и запустила пальцы в шелковистые волосы этого хитреца.

Взгляд мужчины изменился, наполнился желанием и я физически почувствовала его возбуждение. Да-да, дорогой, все правильно!

— Не мог бы… — прошептала с придыханием и трепетно хлопнула ресницами, а затем уже нормальным голосом закончила: — прекратить пользоваться магией, чтобы заставить меня тебя простить?! — стукнула его кулачком в грудь и резко отстранилась.

Он от неожиданности или из принципа разжал руки и я тут же чуть не шлёпнулась снова. Кое-как удержала равновесие и пол вдруг перестал быть таким скользким.

Фыркнула и бодрой рысью умчалась в гардероб, захлопнула за собой дверь и прижалась к ней спиной, не обнаружив совершенно никакого замка или банальной задвижки.

Простояла так ещё минуту, ровно до того момента, пока не услышала, как хлопнула дверь. Ушёл, слава богу!

Как можно быть таким наглым и бессовестным? По сути, воспользовался моей беззащитностью, чтобы бесцеремонно облапать и посмеяться надо мной. А явился-то с понтом извиниться…

Перевела дыхание, кое-как успокоилась. А что если он меня обманывает и про возвращение домой? Может быть вполне способен вернуть, только играет, как с тупой набитой куколкой?

— Нет уж, господин мажор, я не такая! — проворчала себе под нос, обтёрлась, откопала вполне приличное бельё, в которое тут же влезла, и принялась рассматривать платья.

Выбор, конечно, был просто огромный, да только вот…

Вульгарное.

Неудобное.

С кучей рюшечек и невообразимым корсетом.

Со сложными застежками.

Слишком яркое.

Мрачное, только на похороны в таком ходить.

Слишком тонкое.

С кучей каменьев…

Спустя примерно четверть часа, я таки выкопала среди всего этого разнообразия брючный костюм приятного бордового цвета. Он был предназначен для верховой езды, но для человека, привыкшего к современной одежде, оказался просто идеальным.

Занырнув в белоснежную рубаху, с удовольствием отметила про себя, что пахнет от неё очень приятно. Тонкий аромат чайной розы, дополненный ещё чем-то незнакомым для меня, невероятно нежный.

Брюки оказались слегка великоваты, но за счёт пояска из ткани вполне неплохо сели по фигуре.

А вот пиджак или камзол, даже не знаю как его назвать, сел идеально, словно был сшит именно для меня.

В отделении с обувью нашла невысокие сапожки из тонкой, качественно выделанной кожи. Примерила — идеально…

Тут же стояло трюмо с зеркалом и целой горой разнообразной косметики. Воспользовалась тонким гребнем и, обматерив всё на свете, кое-как расчесала волосы, собрала их в пучок на затылке и перевязала лентой.

Здесь же лежали разнообразные заколки из золота и серебра, украшенные крупными самоцветами, но такие подарки от человека, по сути пленившего меня, мне не были нужны. Все-таки одежда — предметы первой необходимости, а остальное — это уже лишняя роскошь.

Косметику тоже проигнорировала, не собираюсь прихорашиваться для него. Пусть лучше видит суровую реальность, чем считает, что я буду ходить перед ним на задних лапках и тапки приносить.

Закончив с приведением себя в порядок, выскользнула из гардеробной в комнату, а затем в гостиную.

На столе красовался поднос с разносолом. Видимо, слуги принесли… Бррр! Дикость какая-то. Хотя, если он платит им зарплату, то по сути это ничем не отличается от обслуживания отеля, к примеру. Но всё равно, все эти обращения “господин” и тому подобные не вызывают ничего, кроме отвращения и негодования.

К черту, как-нибудь потом поем. Не до набивания желудка сейчас.

Дотянулась до своей одежды, оставленной тут же на стуле, и достала телефон. Попыталась поймать связь и поняла, что это бесполезно. Ещё и заряда осталось всего семнадцать процентов. Конечно, зря надеялась, но вдруг бы получилось?! Издевательство какое-то!

Плюхнулась в кресло, по-прежнему не понимая, как себя вести и что делать дальше и прикрыла глаза, в надежде, что решение ещё немного где-то погуляет и обязательно придёт в мою больную голову…

Маркус

Подумаешь, решил подшутить, но малость перестарался и пол оказался слишком скользким. А она… Ишь как взбеленилась!

Хотя, я сам не ожидал такого эффекта и, к счастью, вовремя успел среагировать, придержал Лидию.

Пока она выпускала шипы и пыталась колоться, было довольно забавно наблюдать за ней. А вот, когда прижималась…

Уф! Нужно как-то отвлечься и забыть об этой прелестнице хотя бы на время. Наглая девчонка, хоть и хорошенькая. Дать ей волю — она сведёт меня с ума быстрее, чем даже самое страшное проклятие этого мира!

Я честно пытался, но так до конца и не сумел сдержать естественное мужское желание.

Даже обидно стало, что она так быстро раскусила мою шутку и сбежала. А ведь все могло зайти куда дальше и стать прекрасным завершением поездки в Туманный лес…

Быть может Алан и прав, в этот раз у нас наконец появился достойный противник.

Решив, что побыть в одиночестве всё-таки пойдёт ей на пользу, развернулся и ушёл. Спустился в сад и бродил там довольно долго, пока не вышел к фонтану, у которого росла мамина любимая роза.

В прошлом году морозы оказались настолько сильными, что почти все кусты погибли. Осталось всего три и только в этом месте. И они продолжали самозабвенно цвести, несмотря на грядущие холода.

Жаль, что мать умерла, когда я был ещё ребёнком. Сейчас я бы не отказался от дельного совета. Конечно, Алан умён, но сейчас не помешала бы именно женская мудрость.

А всё-таки хорошо здесь! Тихо, спокойно, никто не отвлекает и не закидывает множеством нелепых, никому не нужных вопросов. Благодать и гармония — именно то, что я всегда любил.

Уселся на скамейку и откинулся, прижавшись спиной к стволу векового дуба. Вдохнул осеннюю свежесть и прикрыл глаза, наслаждаясь моментом.

Правда, долго просидеть не вышло. Сначала услышал тихие шаги, а потом кто-то уселся рядом со мной.

— Значит, решил жениться? — поинтересовался до боли знакомый голос.

Открыл глаза, повернулся и протянул руку для приветствия:

— Здравствуй, отец.

Проигнорировав рукопожатие, он крепко обнял меня, слишком прытко для его возраста.

— Рад вырваться к тебе. А неплохо ты облагородил дедов замок.

Ненавижу эти разговоры. Нелепые, наигранные. Полные напряжения и только по необходимости.

— Зачем ты приехал? — спросил прямо, не желая играть в дипломатические игры. Не до того мне сейчас.

— Познакомиться с твоей будущей женой. Я думал, что тебя настигло проклятие, раз ты за девушкой поехал, но Алан уже успел в двух словах обрисовать ситуацию.

— Печально было бы, если бы единственный наследник сошёл с ума и ты приехал всё проконтролировать лично, ведь так? — не смог сдержать сарказма. А как иначе? Последние десять лет мы только и делали, что переписывались. Я не хотел возвращаться в столицу даже на день, а он — приезжать сюда, считая, что я сбежал от своего долга и обязанностей, не готовый принять ответственность.

— Я действительно переживаю за себя, Маркус. Не нужно воспринимать всё в штыки. Хотел убедиться, что тебе не требуется моя помощь. — Голос отца стал отстраненным, словно он был не здесь. Наверняка, как и всегда, успевал думать о делах даже при личной беседе.

— Я в порядке. — Вздохнул, в очередной раз убедившись, что не хочу прожить свою жизнь, также, как он. Служить своему народу, заниматься благополучием своей страны, не помнить о личном и всегда “держать лицо”.

Притворяться, лукавить, играть в подковёрные игры, плести интриги… Нет. Я не готов принять на себя эту ношу.

Он встал, подошёл к розовому кусту и уткнулся носом в едва распустившийся бутон.

— Я помню, как она ухаживала за ними, — он улыбнулся и прикрыл глаза, вдыхая тонкий аромат.

— У неё было имя, — нахмурился, вспомнив их постоянные ссоры, его многочисленных любовниц и ту ложь, которой отец долгое время кормил меня, скрывая настоящую причину маминой смерти.

— Я помню, — он поджал губы и отошел к фонтану. — Аманда Рай. Красивая, умная, сама себе на уме. Женщина, которая всю жизнь верила в сказки и жила в каком-то своём, выдуманном мире. Ты вырос таким же, какой была она. Большой ребёнок, желающий жить исключительно по собственным законам и пренебрегающий обязанностями!

— А ты самоуверенный, крайне решительный и властный. Всегда всё должно быть по-твоему, все обязаны подчиняться и исполнять приказы. Как был командующим, так им и остался, но каждый раз забываешь, что занять престол тебе помог дед. А ты в благодарность за это сжил со свету его единственную дочь! — повысил голос, не сдержав эмоций и сжал кулаки, до побелевших костяшек. Давно уже не испытывал подобной ярости, но сейчас готов был драться за свою свободу и отстаивать свой образ жизни.

Да, мне предстояло унаследовать блистательную Сильву — нашу прекрасную лесную страну, которую вот уже тридцать четыре года держала железная рука бывшего генерала.

Наращивалась военная мощь, свято оберегались границы, народ жил с охоты, собирательства и скотоводства.

Каждый, кто бродил по этой земле, соблюдая строгие законы, имел достаток и уважение. И, бессмысленно было бы отрицать тот факт, что королём этот человек был хорошим, а вот мужем и отцом…

— Понятно, ты не настроен на разговор. Пойду лучше познакомлюсь с твоей невестой, где она? — поинтересовался отец, закатив глаза на мои высказывания.

— У себя в комнате. Слуги проводят тебя, — передёрнул плечами, стараясь успокоиться и в надежде, что Лидия выдержит это знакомство без моего участия…

Лидия

Вместо идеи решения навалившихся проблем, в гостиную без стука вошёл высокий, широкоплечий мужчина. Седина успела украсить его виски, а на лице пролегли дорожки мелких морщин.

Он смерил меня недовольным, цепким взглядом и фыркнул, словно увидел назойливую муху или ещё что похлеще.

— Добрый день, — заставила себя приветственно улыбнуться, хлопнула ресницами, включив дурочку, и поинтересовалась: — Вы, наверное, комнатой ошиблись?

— Как тебя зовут? — спросил, проигнорировав приветствие и мой вопрос.

— Лидия, а вас?

— А я обычно сам прихожу. Где будущая госпожа? — надменный холодный тон мужчины вывел меня из состояния хрупкого душевного равновесия. Захотелось послать его в южные страны. Куда-нибудь к павлинам, где ему самое место.

— Госпожи здесь нет, есть только я. — Равнодушно пожала плечами и увлеклась изучением своего маникюра.

Что слишком просто оделась? Ну, и ладно. Главное, что мне самой нравится.

— Встать, когда я с тобой говорю! — рявкнул этот тип.

Закрыла глаза, вздохнула. Встала и посмотрела на него, гордо подняв голову. Спорить с королем, конечно, себе дороже, а вот пресмыкаться перед ним — ни за что.

— А вы уверены, что говорите с прислугой? Недальновидно, я ведь вам не приказываю встать на колени передо мной. — Ответила ему, развернулась и вышла из гостиной в коридор.

Сердце колотилось, как сумасшедшее, металось словно дикий хомяк, только недавно запертый в клетку, но я стиснула зубы и заставила себя держать лицо, ровно до того момента, пока не свернула за угол, пройдя по длинному коридору.

Вот там на глаза навернулись слёзы и я едва не разрыдалась, но вовремя увидела Маркуса и тут же проморгалась, снова включив режим благородной девицы.

— Значит, не просто мажор. Принц! — хмыкнула, с вызовом глядя ему в глаза.

— И что это меняет? — пожал плечами и смерил меня изучающим взглядом, не хуже, чем у папаши.

— Ненавижу теперь тебя ещё больше! — ответила ему, обошла и направилась к лестнице.

В сознании билась мысль о том, что неплохо было бы свалить отсюда от греха подальше, но всего лишь одна маленькая проблемка останавливала меня. Валить было некуда.

А вот свежий воздух мне сейчас не помешает, потому выскользнула во двор и медленно двинулась по саду.

Всё-таки нереально красиво здесь! Замок, целый лабиринт из вечнозелёных растений, чистый воздух и небо, настолько голубое, что в нём можно утонуть!

Конечно, нам нужно было поговорить, и чем скорее тем лучше, но этот гад, всё уже сказал и мне придётся ждать до вечера, пока он соизволит со мной объясниться.

Не знаю почему, но вся эта ситуация невероятно бесила, выводила из состояния равновесия и заставляла постоянно бороться с приступами паники и злости одновременно.

Заметив небольшую беседку, прятавшуюся между высоких елей, прокралась туда и уселась на бархатные подушки.

Позволила себе дать слабину тихо поплакала, даже не заметив, что за мной наблюдают.

Алан обозначил своё присутствие стуком о несущую балку беседки.

— Лидия, у вас всё в порядке? — поинтересовался он, усевшись напротив.

— Нет, — честно призналась старику и всхлипнула.

— Маркус обидел?

— И да, и нет. Это очень сложно объяснить…

— Он бывает невыносимым. Характер ужасный, одиночка, который практически не терпит чужого присутствия. Замкнутый и холодный на вид, но внутри этой ледяной глыбы на самом деле бьётся очень горячее сердце.

— Мне нужны ответы, Алан. Я нахожусь в чужом мире и не понимаю, как мне вернуться домой. Я обещала ему помочь и не понимаю в чём. Объясните мне, пожалуйста, — попросила, в надежде внести хоть какую-то ясность в сложившуюся ситуацию.

Старик вздохнул, постучал пальцами по столу, прикрыл глаза и тихо сказал:

— Не думаю, что вы должны услышать это от меня, Лидия. Если он откладывает разговор, то на это должны быть причины.

— Но как мне понять эти причины? Я не могу ждать, мне просто нужно попасть домой. Пожалуйста, расскажите мне, молю!

— Боюсь, что для вас теперь навсегда закрыта дорога в тот мир, из которого вы сюда попали. Хорошо, немного объясню… Ткань между мирами истончается лишь на одну ночь в году. Если девушка до рассвета подарит поцелуй мужчине, то она привязывается к нему и к этому миру навсегда.

— Навсегда?! — округлила глаза, надеясь, что ослышалась. Хотя что-то такое смутно припоминала из разговоров с Маркусом. Навсегда… Не может этого быть. Всегда есть выход из любой ситуации. И тут он тоже найдется!

— Совершенно верно, навсегда. Дело в том, что мужчины в этом мире носят в себе проклятие. И оно дремлет довольно долго, но оно же сводит их с ума, проснувшись в определённый момент. Маркус маг и рано или поздно проклятие должно настигнуть и его. Так вот, чтобы не сойти с ума, он отправился в Туманный лес и привёз оттуда вас. Вы с ним теперь связаны и это навсегда… — старик замолчал, нахмурив брови и глядя на меня с таким искренним сочувствием, что мне опять захотелось плакать, но я не позволила себе снова проявлять слабость.

— И что, эту связь никак не разорвать? — спросила, всё ещё надеясь на лучшее.

— Ну почему же? Можно. Только, если один из вас умрёт.

— Ох… Алан, что мне делать? Я не хочу здесь оставаться… — закрыла лицо руками и снова всхлипнула, не в силах контролировать эмоции. Отчаяние захлестнуло волной и понесло в неизвестные дали.

— Лидия, дайте ему шанс. Половина Сильвы мечтает о том, чтобы просто провести с ним ночь, а вам…

— Кхм… — донеслось от входа и в беседку бесцеремонно вошёл объект нашего разговора, а старик резко замолчал.

— Здесь занято, ты не мог бы поискать себе другое место для отдыха? — поинтересовалась, смерив принца недовольным, заплаканным взглядом.

— Лидия, нам нужно поговорить, — он уселся рядом со мной и даже накрыл мое запястье своей широкой ладонью.

— Мне пора, госпожа. Прошу простить, ещё очень много дел, — Алан поклонился, встал и стремительно удалился.

— Разве ваше высочество не отложило разговор до вечера? — поинтересовалась у Маркуса, стараясь выглядеть хоть немного спокойной, но...

— Ты согласишься выйти за меня замуж? — спросил он, проигнорировав мой вопрос.

Маркус

Сначала направился в покои к отцу, хотел… Сам не знаю чего. Но остановился на полпути, как раз у двери маминой комнаты.

Да, времени прошло немало, но она так и стояла запертой. И сейчас ключ от нее был только у меня. Я сам раз в месяц здесь делал уборку и следил, чтобы всё оставалось на своих местах.

Открыл дверь и вошёл в довольно скромно обставленные покои. По сути, этот интерьер давно устарел, но всё так и веяло уютом, теплом и заботой.

Подошёл к окну и распахнул бархатные занавески, впустив солнечный свет. Отсюда был хорошо виден сад и я заметил Лидию, вошедшую в беседку.

Что она собирается там делать? Просто сидеть? Плакать?

Вспомнил, как мама, после ссор с отцом, привозила меня сюда, а пока я играл, тренировался или учился, она уходила туда, чтобы побыть в одиночестве. А когда возвращалась — у неё всегда были красные глаза.

Вздохнул и уселся на подоконник.

— Мама, как бы ты поступила? Какой совет дала?

Закрыл глаза и представил себе её. Невысокого роста, с длинными ресницами и небесно-синими глазами. Длинные волосы рассыпаны по хрупким плечам, скромное платье, аккуратно подчеркивающее фигуру, совершенно без всей этой вульгарности, которой сейчас пестрят наряды для дам…

Встал, подошёл к шкафу, распахнул скрипучие дверцы. Нужно будет смазать их.

Провел рукой по разноцветным платьям.

В рубиновом она была на праздновании дня магии, в синем — на празднике урожая, изумрудном — в день летнего солнцестояния…

Всего один ряд нарядов, а сколько воспоминаний!

Она всегда могла подобрать нужные слова, от её присутствия становилось теплее. Ладони её пахли лавандой, а губы были мягче шёлка. Даже, когда я подрос, она приходила перед сном, чтобы поцеловать меня в лоб и пожелать спокойной ночи.

Покачал головой, прогоняя воспоминания, снова вернулся к окну и заметил Алана, рассматривающего розовые кусты.

Да, наставник всю жизнь любил мою мать. Он сиял, словно новая монета при одном лишь её приближении. А она всегда улыбалась рядом с ним.

А что, если бы отец отпустил её? Вдруг, будь она с Аланом, до сих пор оставалась бы жива?

— Маркус, — отец вошёл без стука и замер, озираясь по сторонам.

— Уходи отсюда. — Глянул на него, стараясь не злиться. Только не здесь.

— Не гони меня, сын. Я хочу поговорить с тобой.

— А разве ты не всё мне сказал в парке? — изогнул бровь и встал.

— Нет. Ты должен кое-что знать. — Он прикрыл за собой дверь, прошёл и уселся на край кровати.

— А если я не хочу?

— Конечно, не хочешь, но нам действительно пора расставить все точки в этой истории.

— Ладно, говори, — снова уселся на широкий подоконник и посмотрел на беседку.

— У нас с твоей мамой изначально был договорной брак. Это ты знаешь. Но буквально спустя несколько месяцев, я понял, что влюблён в неё по уши.

— Ты? — глянул на него с прищуром, как-то не верилось в такие откровения.

— Я. Увы, но у меня тоже есть сердце и оно отнюдь не такое ледяное, каким кажется. — он потёр виски и устало вздохнул.

— Допустим, дальше что?

— Время шло, я делал всё, ради её счастья, родился ты. Она улыбалась, говорила, что любит меня тоже, а потом узнал, что она пьет травы, чтобы не забеременеть снова.

— Почему? — Неужели он сейчас не врёт?

Прислушался к своим ощущениям. Лжи не чувствовал, хотя всегда неплохо определял, если мне пытались соврать.

— Она никогда не любила меня. На момент нашего знакомства, она уже была влюблена в Алана и я встал между ними по велению твоего деда. Он настоял на нашей свадьбе, а я на тот момент был слеп и амбициозен. Я хотел перемен в Сильве и мне было плевать на то, какую цену за это придётся заплатить.

— Хорошо, что я не похож на тебя, — невольно хмыкнул. От такого мне всегда было горько. Власть не стоит ничего, если она держится на крови.

— Ты даже не представляешь насколько похож. Тебе только кажется, что ты другой, но в тебе есть всё то же, что было у меня в твоём возрасте. Ты безрассудно кинулся в лес, не дожидаясь и не зная, проснётся ли в тебе проклятие! — отец сжал кулаки и слегка повысил голос.

— О, нет. Я как раз всё очень тщательно продумал. Не собираюсь сидеть и ждать, пока начну сходить с…

— Дурак! — рявкнул отец. — Мальчишка. Ты даже не понимаешь, что наделал! А что если девушка, пойманная до начала действия проклятия, не сумеет тебя спасти? Об этом ты подумал?

— Значит, я найду другую, — пожал плечами, не желая продолжать разговор и не понимая, к чему он клонит.

— А если к тому моменту ты успеешь полюбить эту? Сможешь отказаться от неё, ради спасения собственной жизни? А если она полюбит тебя, обречёшь её на муки?

— Ты правда веришь, что она полюбит меня? Судя по тому, какой фурией она мчалась по коридору, общий язык вы не нашли! — фыркнул в ответ, стараясь осмыслить его слова.

— А должны были? — пожал плечами отец. — Но, сынок, какие бы у нас с тобой ни были отношения, у меня больше опыта. Я видел разные стороны жизни: бедность и богатство, рождение и смерть, любовь и ненависть. Не повторяй моих ошибок. Ты должен продумывать и знать наперёд, не на один шаг, минимум на десять. Недальновидность сгубила много жизней и твоя иномирянка вовремя мне об этом напомнила.

— Она не хочет оставаться здесь. Хочет домой.

— Ну, это естественное желание, — хмыкнул отец, довольный моим растерянным откровением.

— Заявила, что ненавидит меня за твоё богатство.

— Не только моё. Ты неоднократно показал себя отличным дипломатом и успешно ведёшь немало дел. Да и денег я уже не помню, когда в последний раз брал у меня.

— Ей это не важно. Мне даже нравится то, что она не жаждет богатства или власти.

— Да, Маркус, это хорошо. Любовь к деньгам, особенно чрезмерная — тот ещё порок знати. Ты пробовал ей все объяснить?

— Она чуть что, сразу выпускает шипы. Ни подойти, ни подступиться.

— Что ты с этим планируешь делать? — отец встал, подошёл к маминому трюмо и достал из ящичка коробочку с родовым кольцом, которое дарил ей на свадьбу, повертел в руках и поставил на край, намекая что я должен буду передать семейную реликвию своей жене.

— Не знаю. Отложил разговор до вечера. Не стал шокировать её раньше, чем сам окончательно осознаю происходящее и смирюсь с ним. — Откинулся на оконный откос и прикрыл глаза.

— Ты уже всё решил. И сам знаешь все ответы. Если тебе нужен совет, объясни ей все сегодня прямо и без утайки. Сделай предложение, а потом покажи ей, что в этом мире тоже хорошо. Сделай так, чтобы она тебя полюбила и постарайся сам не попасться в свои же сети, ведь если она не сможет спасти тебя от проклятия, тебе придётся выбросить её из своей жизни, как использованный платок.

— Не переживай, я влюбляться не собираюсь. Надо будет — избавлюсь от неё без сожаления. — Ответил так больше для того, чтобы позлить его.

И, тьма! У меня получилось. Отец в несколько широких шагов пересёк комнату и неожиданно выдал мне оплеуху.

— Женщина — не мусор! — прорычал, исполненный гневом. — Не научился ты ценить окружающих тебя людей. И если сейчас не справишься — вряд ли когда-то сможешь. Не удивляйся потом, если останешься один.

Он покачал головой, подошёл к кровати и стукнул внизу спинки. Произошёл негромкий щелчок и выехал небольшой ящик.

Отец достал из него толстую книгу и вручил мне:

— Аманда всю жизнь вела дневник. В нём много умных мыслей. Это последняя книга. Ещё четыре я храню во дворце. И тебе будет полезно с ними тоже ознакомиться, конечно, если ты не струсишь! И удачи тебе в укрощении строптивой. Приеду через месяц, уверен ты не сдвинешься с места в отношениях с ней, — он усмехнулся, словно бросал вызов, развернулся и ушёл, оставив меня в одиночестве и отвратительном настроении.

Сейчас я должен был строить свою жизнь, а он явился и расшатал мое мировоззрение.

Конечно, можно было бы подумать об этом, ещё раз оценить все за и против, но… Я так не привык и начатое всегда нужно доводить до ума.

Убрал книгу за пояс, подхватил кольцо и, закрыв дверь, спустился в сад.

Конечно же, Лидия с Аланом говорили обо мне. Старик решил сосватать меня прежде, чем я сам всё объясню девушке. Ну, нет. Так не пойдёт!

Выгнав его из беседки, уселся рядом со своей будущей женой и задал тот самый, злосчастный вопрос, способный лишить меня любых путей к отступлению.

— Замуж? — она хлопнула длинными ресницами и уставилась на меня, словно впервые видела.

— Да, — ответил сухо, стараясь не выдавать своего волнения.

— А у меня есть выбор? — обреченно вздохнув, поинтересовалась девушка и потупила взгляд, озадачив меня вопросом.

Глава 6

Лидия

— Выбор есть всегда. Да, часто мы не можем на него повлиять и варианты могут быть неутешительными, но это не отменяет того, что выбор есть. Так что, я жду твоего решения, — ответил Маркус, нахмурив брови. Кажется, опять надулся или даже разозлился на меня.

Неужели принц-мажор боится отказа?

— Я так не могу. — Покачала головой, решаясь прямо озвучить свое мнение. — Неужели ты и правда не понимаешь, что это для тебя всю жизнь законы этого мира были нормой? А для меня — это чистое издевательство. Я привыкла жить по-другому, привыкла, что мнение женщины — не пустой звук. И я люблю свой дом, здесь же для меня всё чужое, незнакомое и пугающее. Ты не можешь заставить меня быть с тобой. Даже если мне придётся выйти за тебя замуж, если ты прикуёшь меня цепями, то получишь только ненависть в ответ. Так нельзя, Маркус. Прежде, чем сближаться с человеком, прежде чем делать предложение, нужно хорошо узнать друг друга. Ты не можешь требовать от меня ответа, когда ещё даже сутки не прошли с момента нашего знакомства.

Выпалила на одном дыхании и опустила взгляд, боясь посмотреть ему в глаза и увидеть в них ту же злобу, которая была у того сумасшедшего барона с тапками.

— И что ты хочешь обо мне узнать? — спросил Маркус, поставив шкатулку с кольцом на стол, скрестив руки на груди и склонив голову набок.

— Эм… — Я даже растерялась от постановки вопроса в таком ключе. — Не о тебе, а тебя. То есть, о тебе конечно тоже, но куда важнее узнать тебя как личность, а не то, что о тебе говорят. И это не делается вот так с наскока, должно пройти время.

— У нас его не так много. — Сухо сказал он и заходил желваками, словно весь этот разговор его злил, но он пытался сдержаться, чтобы получить желаемое.

Вот зачем я ему, если так злю? Неужели нельзя было найти другую? Бесит!

— Сколько? — засунув свои эмоции поглубже, коснулась его руки, в надежде хоть немного успокоить и смягчить назревающую ссору.

— Месяц.

— Это минимум или максимум? — нахмурилась, никогда не любила, если меня пытались торопить или принуждать.

— Жрец приезжает раз в три месяца. Ближайший его приезд будет через тридцать дней. Если сильно затягивать, то могут возникнуть проблемы.

— Какие? — Я видела, что его напрягает этот разговор и мужчина пытается от меня что-то скрыть, но… Мне нужны были ответы.

— Тебя будут пытаться забрать.

— Кто? Зачем?

— Лидия, поверь, ты не хочешь знать всего, что может приключиться, если мы с тобой не поженимся через месяц. Думай, решай. Я буду ждать тебя на ужин, — он убрал кольцо в карман и встал, собираясь уходить.

А меня, вдруг, осенило:

— Тебя раздражают мои вопросы, да? — тоже вскочила на ноги, злясь на себя, на него и на всю ситуацию в целом.

— Да. Ужасно раздражают.

— А я люблю их задавать. Мне нужно понимать причины и заранее знать последствия каждого своего решения и шага. Если не хочешь отвечать сам, то скажи у кого мне спрашивать.

— У меня. Ты же именно такого ответа ожидаешь? — он нахмурился, а я посмотрела ему в глаза и поняла, что испытываю нечто странное.

Меня буквально магнитом тянуло прижаться к этому мужчине, утонуть в его объятиях, подарить всю свою нежность. Не знаю почему, я интуитивно чувствовала, что смогу полюбить его, но самым страшным было другое: я хотела этого.

Где-то глубоко внутри всё сильнее разгоралось пламя любопытства.

Люди годами живут в родном мире, возводят каменные дома, выстраивают вокруг себя нерушимые стены, запрещая себе мечтать о том, что не поддаётся логике и разуму. Они отрицают существование чуда и не верят в то, что сказка однажды может стать реальностью.

Я задушила в себе ту наивную девочку, которая когда-то давно мечтала о сказочном принце, о мужчине, способном показать ей совсем другую жизнь, полную приключений и нежности, любви и заботы. Жизнь вдали от каменных джунглей и технического прогресса, среди природы и чудес... Я ведь часто в родном мире ощущала себя чужой, а здесь… Не знаю. Не понимаю.

И надо было бы бежать отсюда, да только вот сердце упорно твердило, что стоит дать шанс себе и этому мужчине, что нужно хотя бы попытаться изменить свою жизнь, воскресить веру в чудо и собрать осколки мечты, но…

Что если он опять использует магию? Потому что не должно быть так, как получается у нас. Это на меня совсем непохоже.

— Не важно, чего ожидаю я, Маркус. Даже если я узнаю об этом мире от кого-то другого, это совсем не будет значить ничего такого. Я могу перестать задавать вопросы, если ты будешь рассказывать мне сам то, что сочтёшь нужным, — сказала ему и поёжилась. Этот разговор не доставлял удовольствия ни ему, ни мне и был некомфортным до предела.

— Я готов поторговаться, — ответил он, ухмыльнулся. Снял с себя плащ и укрыл меня им, а заодно привлёк к себе, заставив чувствовать жар его тела и краснеть от собственных ощущений.

— Торг неуместен! — ответила, стараясь побороть смущение от этой внезапной близости.

— Разве?

— Ладно, чего ты хочешь? — попыталась отстраниться, но он удержал меня.

— Поцелуй. За каждые три ответа.

— Целоваться устанем! — посмотрела ему в глаза, а затем взгляд опустился ниже, на приоткрытые губы, манящие меня, словно большой магнит.

— Я не против, — хмыкнул он и потянулся за поцелуем…

Маркус

Я почему-то рискнул поверить, что в этот раз между нами промелькнула искра. По крайней мере, Лидия так смотрела на меня, что притяжение возникло само собой… Но в последний момент она отвернулась, не дав себя поцеловать. Наивно было считать, что будет иначе.

— Маркус, ты торопишь события. — Прошептала она смущённо и потупила взгляд.

— Или ускоряю неизбежное. Видишь, все зависит только от того, с чьей позиции смотреть. — Пожал плечами я, развернулся и собирался уходить, но она коснулась рукой моего плеча.

Нехотя обернулся, чувствуя какое-то разочарование после этого разговора. И даже раздражение. Все должно было быть куда проще, чем получается на деле.

— Ты действительно считаешь, что можешь заставить кого-то полюбить тебя? — она скривила губы, отвернулась и я почему-то почувствовал себя пауком в банке.

Сидишь такой взаперти, а тебя спрашивают: “Что же ты не выходишь?”

Хотя, если так судить, то и она такой же паук. Только банка у нас одна на двоих и в конечном итоге останется всего два нехитрых варианта: или мы избавимся от стеклянной преграды вместе, или сожрем друг друга. Вопрос только в том, какой исход выберет она. Но одно я знаю точно, если не быть до конца откровенным — не выйдет ничего.

— Всё гораздо сложнее, Лидия. Я считаю, что любви не существует. Это лишь название периода, когда двум существам хорошо рядом. Не более. То же самое, что дружба или торговые отношения. Просто сделка.

— Отрицаешь любовь, но даёшь ей определение. Как-то странно это, тебе не кажется?

— Возможно, но уж таков я. И если не нравлюсь тебе, то ты все ещё вольна уйти. Но, поверь, за пределами моего замка, этот мир очень быстро сломает тебя. — Замолчал, не хотелось пугать её. Зачем ей знать, если она все равно останется здесь? Я бы остался.

— Почему? Ты не знаешь меня, но берёшься судить. Что если мой мир не сильно отличается от этого? Что если на деле он ещё более жесток? — Она несколько раз толкнула меня в грудь, гордо подняла голову и пристально посмотрела мне в глаза, словно защищалась и одновременно бросала мне вызов.

— Ты привыкла, что твоё мнение хоть что-то да значит, не умеешь подчиняться, не следуешь правилам. И ты — женщина. В этом мире мало кто готов вас слушать.

— А ты готов? — хмыкнула она, улыбнувшись уголками губ.

— Это четвертый вопрос. Ты уже должна мне поцелуй. — Ответил, снова за талию притянув её к себе. Условия были озвучены и уступать я не собирался.

— Хорошо, — она слегка сощурилась, словно довольная кошка, и быстро коснулась губами моей щеки.

— Неужели ты думаешь, что я буду принимать плату сестринскими поцелуями? — Хмыкнул, борясь с желанием забрать обещанное силой.

— В условиях не было озвучено, какие именно поцелуи тебе нужны, так что всё честно. — Она улыбнулась, обнажив жемчужные зубы, а я прижал её крепче.

— Тогда позволь мне показать тебе, о каких поцелуях идёт речь! — прошептал ей в губы.

— Даже озвучивая просьбу, ты приказываешь, а потому — нет.

Девушка упёрлась руками в мою грудь и попыталась высвободиться.

— Не играй со мной, Лидия. Ты не выстоишь и непременно проиграешь. — Сказал, стараясь не показывать своих эмоций.

Все эти её попытки вести переговоры вызывали во мне только лишь одно животное желание — немедленно возобладать этим стройным телом, а недоступность получить то, чего хотел — бессильную злобу. Я буквально чувствовал, как кровь закипает в венах от её близости.

— Я не играю. А ты, вместо того, чтобы очаровать меня этим миром, пытаешься им же напугать, несмотря на то, что я и без того уже в ужасе. Отпусти меня. — Потребовала она сердито. Ух, всё же у этого цветка слишком острые шипы, но я умею с ними справляться. Просто на это действительно нужно время.

— Да уж. С тобой будет даже сложнее, чем я мог представить… — Разжал руки, покачал головой, развернулся и ушёл в город. Не оглядываясь, стараясь забыть ощущение её губ на своей щеке.

Эта девушка должна была стать моим спасением, а стремится стать ещё одним проклятием, не думая о последствиях, не понимая сути и всей иронии судьбы. Да, наверное нужно было ей всё объяснить ещё в Туманном лесу и отпустить, но… Искал легких путей, а сам невольно выбрал самый трудный…

Добрался до своего любимого кабака, вошёл в помещение и с наслаждением вдохнул аромат свежей выпечки. Выбрал столик в слабо освещённом углу и сделал заказ.

Сегодня по залу бегала новенькая разносчица. Девчонке едва перевалило за восемнадцать, а она уже строила глазки, словно готова была пуститься во все тяжкие.

Один из посетителей скользнул рукой по её бедру и тут же получил по рукам:

— Не для тебя ягодка зрела! — Хихикнула она, стрельнув зелёными глазками в мою сторону.

Хорошенькая, что тут сказать? Два роскошных изумруда, обрамлённых веером черных ресниц, нежная кожа, шелковистые волосы, собранные в тугую косы, аккуратный носик, розовые губы и ладная фигурка. Может, стоит получше обратить на неё внимание и банально сбросить напряжение с ней?

Лидия

Боже, как же мне хотелось, чтобы он всё-таки не послушал и поцеловал меня!

Да, я сама отталкивала его, но было в этот момент между нами нечто такое… Особенное.

Только вот я не решилась на поцелуй, оттолкнула Маркуса и он ушёл. Снова бросил меня в одиночестве, оставил наедине со своими мыслями и страхами.

В попытке сбежать от необходимости принимать решения, вернулась в замок. Долго бродила по коридорам, рассматривая интерьер и огромные картины на стенах.

Не знаю почему, но мне нравилось здесь. Да, ощущение, что я нахожусь в музее, никуда не делось, но в то же время, я чувствовала себя сказочной принцессой, готовой к приключениям и поискам своей настоящей любви.

Наверное, стоило остановиться, перестать мечтать и не давать полёта своей фантазии, но…

Я мысленно перебирала в уме все сказки, которые когда-либо слышала, проигрывала целые диалоги из них и робко надеялась, что вот-вот из-за угла выйдет Маркус. Мне казалось, что именно он и есть тот самый принц, способный подарить мне счастье.

Но я всё продолжала бродить, а он не появлялся и только постоянно спешащие слуги, изредка пробегали мимо, бросая на меня косые взгляды, словно я была юродивой.

Такая себе белая ворона, нарушившая покой этого дивного места, осквернившая его своим присутствием и обязанная поскорее убраться восвояси.

Лишняя на этом празднике жизни, чужая и не понимающая законов и течения жизни в этом мире.

Нет, господа. Я бы ушла, оставила сказки для тех, кто действительно в них верит, но… Не могу, увы. Сама бы хотела оказаться дома, да только кто меня отпустит или хотя бы объяснит, как это сделать?

— Госпожа, — выдернула меня из размышлений какая-то служанка. Её белый передник смотрелся нелепо на красивом синем платье с туго затянутым корсетом, словно был лишним в этом образе, но разве мне судить о местной моде?

— Да? — Ответила ей, невольно скривившись от этого нелепого обращения. Госпожа… Какая я им госпожа? Если Маркус мнит меня своей невестой, то другим так считать совсем не обязательно. Они его слуги, а не мои. Боже, мне это всё не нужно…

— Господин Маркус приказал привести вас к нему, — с милой улыбкой сообщила девушка, перебирая оборку передника, словно нервничала.

Интересно, это она из-за того, что не знает меня или просто-напросто боится девушки из чужого мира?

Найти бы сейчас Алана и расспросить его как следует, но… Раньше надо было об этом подумать, а не в облаках витать.

Интересно, зачем я великому господину? Извиняться будет или снова спровоцирует ссору?

Ох, как же я устала от этого мира. Скорее бы справиться с помощью Маркусу и заняться поиском способа вернуться домой. А то я вон уже будущее с принцем мысленно придумываю… Это так глупо, но в то же время интересно. Кажется, я окончательно запуталась в том чего именно хочу и как мне нужно поступать, чтобы выпутаться из всей этой переделки…

Девушка молча смотрела в пол, пока меня раздирали на части сомнения. Снова обратив на неё внимание, я лишь вздохнула и кивнула служанке, мол веди куда надо…

Интуиция неприятно кольнула по нервам, но я отмахнулась от неё, устав бояться и ждать чего-то плохого. По-моему, всё самое ужасное уже произошло, да и сил бояться больше не было.

Хотелось спрятаться ото всех, скрыться где-то в укромном месте и уснуть до лучших времён. Только жаль я не медведица, чтобы впадать в спячку. И проблемы никуда не денутся, если постоянно избегать их.

Да, нужно встретиться с Маркусом снова и попытаться убедить его, что жена из меня будет никудышная и лучше бы нам не поднимать снова эту тему. А ещё о том, что пора бы начать разбираться с его проблемой. Ведь наверняка есть какой-нибудь ещё способ, помимо замужества? Должен быть. Вот ни за что не поверю, что нет другого варианта.

Совсем скоро мы покинули замок, прошли по тропинке, вышли через небольшую калитку за садом, прошли по узкой дороге и побрели по городским улицам.

Уже начало смеркаться и я спешила за девушкой, боясь заблудиться в незнакомом месте. Вообще странно, куда она меня ведёт? Почему Маркус сам не пришёл ко мне и почему нужно было искать со мной встречи за пределами замка? Разве там нельзя было поговорить?

Служанка остановилась у небольшого домика и распахнула передо мной дверь, пропуская вперёд.

Я же, словно наивная дурочка, шагнула за порог, совершенно не задумываясь о последствиях, а зря…

Резкий толчок в спину и я по инерции прошла еще несколько шагов и рухнула на колени посреди небольшой комнаты.

Тусклый свет от толстых свечей едва ли мог рассеять темноту, но я выхватила несколько картинок: большие бочки у одной из стен, травы сохнущие под потолком, скамья и массивный стол из грубо обработанного дерева, выпачканные в грязи сапоги внезапно появившиеся передо мной.

— Можете сперва поразвлечься с ней, только тихо. И помните: чем скорее вы от неё избавитесь — тем лучше будет для всех! — услышала голос служанки и звук захлопнувшейся двери.

Сильная рука ухватила меня за волосы и потащила вверх.

— А она хорошенькая! — донеслось из тёмного угла грубым басом.

— Даже жаль будет убивать такую бабу! — мерзко расхохотался тот, что держал меня.

— Сама сдохнет, когда мы с ней закончим, — ответил ему третий голос, а я наконец справилась с ужасом и попыталась заорать.

Маркус

Дождался пока разносчица зайдёт в чулан и направился вслед за ней.

Девушка поставила поднос на крышку одной из бочек и набирала в миски соленья, изящно прогнув спину и, едва я вошёл, тут же выпрямилась и стрельнула в меня глазками.

Не церемонясь, прижал её к балке, поддерживающей крышу, и принялся задирать юбку, жадно бродя губами по нежной коже на её тонкой шее.

Она сама принялась задирать юбку, приглашая меня воспользоваться её молодостью и красотой.

Я уже потянулся к шнурку своих штанов, но остановился и замер.

Доступная, мягкая, податливая. Она абсолютно не привлекала меня сейчас.

— Господин, окажите мне честь… — прошептала, прогибаясь ещё сильнее, бесстыдно демонстрируя мне изгибы своего тела, истекая от желания подстелиться…

Стало совсем уж мерзко. И это странно, потому что раньше меня вполне устраивало подобное. Я приходил, выбирал ту, что привлекала, получал желаемое и возвращался домой, не особо думая о последствиях.

Сейчас было иначе. На щеке, словно ожог, горел поцелуй Лидии. Я хотел её и только её. Что это? Неужели синдром охотника проснулся?

Недоступная цель всегда желаннее и слаще той, что сама бросается под ноги.

А может это проклятие так работает? Иначе какая может быть причина подобного нежелания?

Покачал головой, развернулся и молча вышел из чулана. Здесь мне делать нечего.

Оставил на столе монету и медленно побрёл по дороге обратно к замку. Нужно всё-таки собраться с мыслями и нормально поговорить с Лидией, иначе всё это ничем хорошим не кончится.

Кажется, моё спасение и вправду стало настоящим проклятием. Всё-таки судьба — злая женщина, не стоит пытаться её обыграть, иначе последствия могут быть самыми непредсказуемыми.

С другой стороны, наставник всегда говорит: если что-то делаешь, не жалей потом об этом, ведь решение принял ты сам. И всё верно, я сам решил подстраховаться и избежать пробуждения проклятья, что рано или поздно настигало многих тёмных магов, а значит и последствия придётся разгребать самому.

Прикрыл за собой ворота, прошёл по аллее и заглянул в беседку, проверить ушла уже Лидия или нет.

Никого не обнаружив в саду, отправился к ней в комнату, но и там её не было.

Спустился на кухню и нашел Алана.

— Наставник, ты Лидию не видел? — спросил, глянув на миску с румяными пирожками. Она, наверное, голодная…

— Бродила по замку, — пожал он плечами, продолжая нарезать ветчину.

— Оруэлл, — обратился к рыжему мальчишке, сыну одной из служанок и по совместительству поваренку, — ты видел мою невесту?

— Да, господин, — закивал он.

— Пробегись по замку, найди её и приведи в трапезную, я буду ждать там.

Потёр виски, проклиная этот бесконечный день, и ушёл к камину, ждать пока мальчишка выполнит задание.

Уселся в кресло, устало отмахнувшись от интуиции, противно скребущейся где-то глубоко в моём сознании. Сейчас, что ни миг, то какое-то предчувствие. Жизнь меняется и от этого хочется сбежать куда-нибудь подальше, забыть всё это и начать с чистого листа.

Достал мамин дневник, открыл первую попавшуюся страницу и принялся читать.

«Говорят, что у судьбы на каждого из нас есть свой план, только как предугадать ход её мысли?

Мне порой кажется, что в этом мире не осталось ничего доброго и светлого, только непроглядная тьма окружает меня. А потом в комнату вбегает сын и темнота тут же отступает.

Маркус всегда был для меня самым настоящим лучиком света. День за днём я молюсь, чтобы он никогда не стал таким же, как его отец.

Человек не должен жить лишь во имя власти. В жизни каждого из нас должно оставаться место для чуда и любви…»

Да уж, с чудесами в последнее время слишком туго. Кончились, видимо.

Перелистнул ещё несколько страниц. Дальше мама писала о том, как ей гадко, когда отец требует исполнения супружеского долга. Собственно, это и было основной причиной того, что мы так часто приезжали сюда. Тут она чувствовала себя в безопасности и хотя бы ненадолго обретала гармонию.

На некоторых страницах остались размытые пятна, она явно писала их со слезами на глазах. Увы, но это только с виду у них все было хорошо, а на деле…

Все же иногда куда приятнее смотреть на мир с детской наивностью, не замечая всей боли, что процветает вокруг, не обращая внимания на фальшь и притворство близких, не осознавая всего дерьма, что происходит в жизни.

Наверное, не стоит надеяться на то, что Лидия когда-либо полюбит меня. Мама ведь так и не смогла полюбить отца. А это значит только одно: я буду мучиться сам и мучить её. Потому что уже не уверен, что смогу отпустить и позволить жить так, как многие знатные дамы, у которых брак только ради статуса. Они перепрыгивают из одной постели в другую, не особо стесняясь и не сильно пытаясь скрыть свои измены.

Изначально я думал, что и у нас будет примерно так же, но сейчас от одной мысли об этом всё внутри протестует и сжимается от злости.

Почему я отказался от удовольствия и сижу здесь, жду, как последний дурак?

И да, куда это запропастился Оруэлл?

Закрыл дневник, посидел ещё несколько минут и встал, готовый уже сам отправляться на поиски.

Мальчишка вбежал в трапезную взмыленный и запыхавшийся.

— Господин, её нигде нет! — доложил, уперевшись руками в свои колени и пытаясь отдышаться.

— Везде проверил? — спросил хмуро. Неужели она решила уйти?

— Да, даже сад успел оббежать. На территории замка госпожи нет.

— Свободен, — махнул рукой, отпуская его и прошёлся из угла в угол.

Вот куда её понесло в вечернее время?

Глава 7

Лидия

И всё бы хорошо, но крик застрял в горле. Рот то я открыть открыла, а вот звука не случилось.

От страха я совершенно потеряла рассудок и способность управлять своим телом. Казалось, что у меня дрожит буквально каждая клеточка.

Почему я не послушалась своей интуиции? Зачем пошла за этой подставной служанкой? Ведь видела же несоответствия и всё равно поперлась! Дура.

Владелец грязных сапог крепко держал меня за волосы и усердно тащил в сторону бочек.

Еще двое подбадривали его и улюлюкали:

— Гляди какая, даже не сопротивляется особо!

— Ага, покладистая девка.

— Всех добровольно обслужит, даже заставлять особо не придётся.

— А хороша-то…

— Хороша. Они все хороши, паршивых из другого мира не затягивает.

— Сейчас обслужит нас по очереди, как хорошая подстилка.

— Не сглазьте, придурки! — огрызнулся тот, что тащил меня и швырнул на бочки.

Я не удержала равновесия, упала и сильно ударилась бедром, и тихо заскулила от боли. Да, чтобы их всех собаки покусали! Вот же уроды.

— Снимай штаны, давай! — приказал этот грубый хам.

— Да, пошел ты! — едва слышно всхлипнула я. — Маркус с вас за меня три шкуры спустит! Нелюди…

Но они лишь загоготали в ответ. Видимо, его они совсем не боялись. Но чего-то же должны…

Умом понимала, что сейчас самое время начать изо всех сил сопротивляться. Взглядом пыталась найти хоть что-то, чем можно было бы врезать хотя бы одному из троих мужчин, находившихся в комнате.

В то же время, я точно знала, что у меня нет ни единого шанса выстоять против них без посторонней помощи. Только вот ждать её было неоткуда. Как и всегда, рассчитывать в этой жизни можно только на саму себя.

Это только в сказках прекрасный принц всегда появляется вовремя и спасает напуганную принцессу из лап злодеев, а реальность — вот она! Принцесса стоит раком, медленно сползая с бочки, а с неё уже пытаются содрать штаны с вполне очевидными целями.

Кое-как дотянулась и ухватила глиняный кувшин, кем-то позабытый на крышке одной из бочек, и собиралась со всего маху приложить им по голове мужика, но он перехватил мою руку, отобрал импровизированное оружие, ещё и наотмашь ударил по ягодицам.

Взвыла от боли и задергалась, словно бабочка, пришпиленная острой булавкой к доске. Ещё немного и он таки стащит с меня штаны, а после этого...

Всего лишь тонкий поясок спасал сейчас мою честь, но и его хватило совсем ненадолго. Острый нож в одно движение перерезал последний рубеж моей обороны.

Липкие немытые пальцы ухватились за край штанов и стащили их вниз, а потом задрали рубаху и принялись больно сжимать мою грудь.

— Пусти… — жалобно проскулила я, всё ещё пытаясь освободиться и надеясь как-то ухитриться сбежать.

— Обязательно пущу. На корм псам. Но только после того, как закончу начатое. — Загоготал он.

— Что я вам сделала?!

— Пока ещё ничего, но скоро доставишь удовольствие!

— Нет! Пожалуйста, не надо! — взмолилась, особо ни на что не надеясь.

— Цыц! — шикнул насильник и убрал руки, чтобы в следующий момент прижать меня к бочке.

— Пожалуйста, не надо. Ну, вы же не звери… — всхлипнула, дрожа от ужаса и неизбежности происходящего.

— Заткнись, курица. Раскудахталась тут! — Он снова шлёпнул меня по ягодицам. Это было очень звонко и жутко больно.

Я заскулила и стиснула зубы, надеясь хотя бы выжить, после того как всё это случится.

Зажмурилась, до ужаса боясь того, что произойдёт в следующую секунду, но…

Стук в дверь разнёсся по помещению, словно раскат грома.

Меня тут же скрутили, зажали рот и швырнули в погреб, грозно прошептав:

— Только пикни, пожалеешь!

Я скатилась по лестнице, собирая паутину и поднимая пыль. Ударилась всеми мыслимыми и немыслимыми местами. Тихо заскулила от боли, не в силах даже плакать.

— Чего вам? — Глухо донёсся до меня хрипловатый голос одного из присутствовавших в доме.

— Взять их, — приказал кто-то.

Я обратно натянула штаны, отползла в дальний угол и вжалась спиной в стену, дрожа и зажимая рот рукой. Слёзы катились по щекам, обжигая кожу.

— За что это? — фыркнули в ответ.

— За похищение и попытку причинения вреда невесте принца! — Отчеканили в ответ.

— Какой невесте?

— Той, что он привез из Туманного леса сегодня днём. Где она?

— Здесь только мы. Никакой невесты не было.

— А чей это тогда поясок? — спросил знакомый голос. Где я его раньше слышала?

— Ваше величество, это здесь до нас лежало. Мы сами недавно прибыли.

— Ложь. Помогите… — прошептала я. Хотела закричать, но голос не слушался меня.

— Тогда вы не будете против обыска.

— Вы думаете сбежавшая девка тут стала бы прятаться?

— Мы знаем, что ваша сестра привела её сюда обманным путем. Её сейчас допрашивают. Сдадитесь добровольно и вместо казни отправитесь на рудники, — проявил милость король.

— Ваше величество, эти обвинения оскорбительны! — возмутился один из троицы.

— Уводите их! — Королю явно надоело играть в дипломатию и он снова повторил приказ.

Послышалась возня, звон оружия, грохот…

Спустя несколько минут всё стихло. Снова послышались неразборчивые голоса, а затем скрип дверцы в погреб.

Дорожка света пролегла практически до моих ног. Я рухнула на пол и разрыдалась, всё ещё пребывая в дичайшем шоке от того, что едва не произошло.

Маркус

Закрыл глаза, детально представил себе образ Лидии и призвал магию, чтобы найти её.

Даже если девушка решила уйти, мне почему-то хотелось убедиться, что с ней всё в порядке. В груди разлилась тревога и старательно выжигала все остальные чувства и эмоции, которые я мог бы испытывать сейчас.

Нужно было срочно что-то предпринять, но магия никак не шла за пределы замка, кружа здесь и не желая показать мне, где прячется Лидия.

Ладно. Пойдем более сложным путём.

Перестал мерить шагами комнату, уселся в кресло, закрыл глаза и прошептал заклинание, которое позволяло видеть глазами другого человека, если тот не защищен от ментальной магии. У Лидии такой защиты не должно быть.

Это было очень сложное заклинание, способное лишить сил на несколько дней, а то и недель. Но сейчас мне было всё равно. Я должен её найти.

Реальность на миг подернулась пеленой и изменилась…

Полоска тусклого света. Тёмное помещение. Подвал.

Руки девушки закрывают лицо. Плачет.

Тень, перекрывает свет. Приближается.

Лицо отца. Взволнованное.

Он что-то говорит. Гладит по волосам.

Подхватывает девушку на руки и несёт наверх.

Снова что-то говорит и Лидия крепко закрывает глаза…

Ещё несколько бесконечно долгих секунд и я вижу улицу.

Четверо стражников держат двоих мужчин под руки. Ранен один караульный и один из арестованных, тот что моложе.

Где-то я их уже видел. Но где?

Отец отдает приказ. Стражники уводят мужчин.

Говорит что-то Лидии. Она прижимается к его груди. Он успокаивает её. Чувствую, как из глаз текут слезы. Картинка меняется, становится нечёткой, плывёт.

Медленно они идут к замку. Возвращаются…

Развеял заклинание, жалея только о том, что не мог послушать о чём они говорили. Быстрым шагом выдвинулся навстречу.

Лидия шла рядом с отцом, в его плаще накинутом на плечи. На щеке горела алым глубокая ссадина, она слегка прихрамывала, глаза были заплаканными и под ними пролегли тёмные круги. Она сутулилась, словно на плечах лежал большой груз и вздрагивала от каждого звука.

Да, произошло именно то, о чём я её предупреждал. Говорил же, что не стоило уходить. Почему она меня не послушала?!

— Маркус, у тебя кровь, — отец указал на моё лицо и я почувствовал, как что-то щекочет над губой.

Достал платок и собирался приложить к носу, но вместо этого зачем-то протянул его Лидии.

Она подняла на меня глаза, хмыкнула и вместо слёз вытерла кровь с моего лица. Вернула испачканный лоскут и пошла дальше, плечом задев меня, словно я ей мешал.

Нет, всё же женщин понять невозможно…

Постоял ещё несколько секунд, злясь на себя и ситуацию, и медленно поплёлся вслед за ними. Зря я оставил её одну, нужно было хотя бы приставить кого-то, чтобы наблюдал. Тогда бы мне доложили, что она ушла и Лидия была бы сейчас в порядке.

Только вот глупо жалеть о том, что уже произошло. Нужно взять себя в руки и озаботиться тем, что будет дальше.

Я видел, как Лидия и отец вошли в её комнату, ускорился, догоняя их, но она захлопнула дверь прямо передо мной.

Оторопел от такого поведения, устало потёр виски и почувствовал, как снова потекла кровь из носа.

Нет, так жить невозможно! Я никогда не пойму её, а она никогда не станет полностью моей. Между нами всегда будут стоять её желание вернуться в родной мир и моё нежелание, чтобы рядом кто-то был.

Так бывает. Просто мы не созданы друг для друга и каждый слишком упрям, чтобы попытаться понять другого и принять его позицию.

Кажется, наладить отношения не выйдет. По крайней мере не сегодня и, возможно, даже не завтра.

Настроение окончательно испортилось, кровь капнула на рубашку и на пол. Что ж, я знал какие будут последствия, когда применял заклинание и сейчас лучше заняться своим состоянием, чем стоять здесь, как полный неудачник, не способный договориться даже с одной-единственной женщиной, не то что управлять целой страной.

Отец не прав, в своём желании вернуть меня в столицу. Я не смогу принять бразды правления, пока не научусь сам управлять своей жизнью. Это так глупо звучит, но в то же время куда более рационально будет остаться здесь, а не бросаться сейчас из огня да в пламя.

Дошёл до своих покоев, сбросил одежду и ушёл в ванную. Соль и горячая вода помогли остановить кровь и расслабиться. Этот день был слишком долгим, нужно закончить его поскорее и возможно завтра что-то изменится и всё станет лучше…

Лидия

Меня трясло. Король нашёптывал что-то утешительное, пытался успокоить меня, приободрить, говорил о том, что всё хорошо закончилось, но в тот момент, когда я увидела Маркуса…

Мне захотелось одновременно обнять его и врезать хорошенечко, чтобы этот гад прочувствовал всё то, что мне пришлось из-за него испытать.

Этот человек лишил меня всего: дома, друзей, работы, привычного известного мира… Как после всего этого он вообще может смотреть мне в глаза? Как может разговаривать со мной и предлагать выйти за него замуж? Он не оставил мне выбора, заставил быть здесь. Всё, что я испытала за последние сутки, произошло из-за него.

Я должна что-то изменить. И, в данной ситуации, попытки изменить своё отношение — совсем не вариант. Я не хочу и не могу относиться к произошедшему по-другому.

Дважды за последние двадцать четыре часа меня похитили. Обманули множество раз и попытались изнасиловать. Такое не забывают и не прощают. Нет, надежда на сказку загнулась в конвульсиях, едва успев воспрять духом. Умерла на реанимационном столе, так и не успев окончательно прийти в себя.

Глупо, нелепо и крайне наивно было надеяться на другой исход. Сказок не существует и я совсем не принцесса. Любви, судя по всему, не бывает тоже. Даже если назвать её союзом уважения и понимания — их тоже нет.

Маркус поступил со мной бесчеловечно. Ничем он не лучше тех троих, что были в доме. Ему нужно моё присутствие, согласие и брак. Только вот это тоже своеобразная форма изнасилования. Он не хочет и не будет ждать, всеми силами попытается сломить меня и заставить выйти за него.

Нет, дорогой принц. Попаданка замуж не желает! Она хочет домой в тепло и уют. Ей нужно быть там, где она будет чувствовать себя в безопасности, ощущать свою значимость и где у неё будет выбор.

— Я не хочу больше оставаться в этом мире, — сказала отцу Маркуса, едва за нами закрылась дверь. — Ваш сын не станет мне помогать вернуться домой. Я прошу вас… — голос дрогнул, сорвался и я закрыла лицо руками, не в силах остановить слёзы.

— Я не стану сейчас говорить с тобой об этом. Для начала тебе нужно помыться и перестать плакать, — он взял меня под руку и буквально затолкал в ванную комнату. — Раздевайся, я принесу тебе одежду и найду мазь, чтобы обработать ссадины. Было бы неплохо, если бы тебя осмотрел лекарь, но ты ведь не согласишься?

Он вроде бы задавал вопрос, но скорее утверждал, заранее зная на него ответ.

— Не стоит беспокоить лекаря, я в порядке, насколько это вообще возможно в данной ситуации.

— Лидия, не отказывайся от помощи, ведь именно её ты просишь, — он улыбнулся, по-отечески провёл по моей руке и ушёл в гардероб.

Я на всякий случай подперла дверь тумбочкой, стоявшей перед зеркалом и принялась судорожно стаскивать с себя одежду.

Король был прав, мне до жути хотелось смыть с себя ощущение чужих касаний, этих липких пальцев, посмевших так беспринципно лапать меня…

Я беспощадно извела почти целый брусок мыла и бутылочку шампуня. Ссадина на лице болела, ушибы по всему телу ныли, раздражая и постоянно напоминая мне о произошедшем. Впервые в жизни мне хотелось напиться до беспамятства и это было действительно странно, с учётом моего негативного отношения к алкоголю.

Уровень отчаяния по десятибалльной шкале застрял где-то на пятнадцати и никак не желал спускаться ниже. Да, горячая вода немного успокоила меня, дала небольшое ощущение комфорта, но не смыла с меня воспоминания. К сожалению, мысли о произошедшем так просто не выветрятся из головы и ещё довольно долго будут меня мучить, заставляя с криком просыпаться по ночам и оставлять свет включённым, боясь кошмаров и собственной памяти.

Когда я вылезла из ванной и завернулась в полотенце, раздался тихий стук.

— Лидия, я принёс одежду и всё-таки позвал лекаря. Позволь Асаре осмотреть тебя и обработать ссадины. Я подожду за дверью, пока вы закончите, — сообщил король и я услышала, как отдаляются шаги.

Почему-то мне стало стыдно. Да, сразу этот человек показался мне напыщенным индюком и редкостным засранцем, но именно он спас меня. Не женишок, готовый выпрыгнуть из штанов, лишь бы жениться на мне, не его слуги или стража. А именно король. Встречают по одежке, а провожают по уму. Надеюсь, что я не разочаруюсь и он действительно поможет мне вернуться домой, хоть и не обещал этого.

Закрыла глаза, сделала глубокий вдох, отодвинула тумбочку и открыла дверь…

Лекарка стояла у окна и молча ждала, пока я подойду к кровати.

Ею оказалась девушка примерно моего возраста, с длинной косой цвета вороного крыла и огромными зелёными глазами. Она смотрела на меня с какой-то непередаваемой теплотой. Бывает такой типаж людей, которые с первого взгляда вызывают доверие и она явно была из их числа.

Я уже было решила, что она просто постоит и уйдёт, но едва потянулась к чистой рубахе, девушка тут же заговорила.

— Вам не стоит торопиться. Его величество просил детально осмотреть вас и грозился оторвать мне голову, если что-то не догляжу. И, уж поверьте на слово, если оплошаю, то угрозу он выполнит.

Я вздохнула и покачала головой, а рукой сделала приглашающий жест. Мне не хотелось, чтобы сейчас кто-то трогал меня, но это было меньшее из зол.

Казалось, что у меня не осталось сил даже на то, чтобы говорить, не то что спорить с кем-то. Если бы Маркус сейчас потащил меня к алтарю, то шла бы следом, как покорная марионетка. Только вот это состояние не будет длиться вечно и, если бы он так поступил, то ничем хорошим подобное не закончилось бы…

— Что ж, всё не так плохо, как может показаться на первый взгляд, — девушка улыбнулась и достала из сумки небольшую глиняную баночку с зелёной крышкой. — Я обработаю ссадину и несколько больших синяков. Вы упали откуда-то?

— Меня столкнули с лестницы, — пожала плечами и почувствовала, как кольнуло под ребром. Наверное, перелом. Сейчас, когда адреналин выветрился, боль дала о себе знать на полную катушку. Жаль, рентгена здесь никто не сделает, чтобы узнать наверняка.

— Тогда вы отделались лёгким испугом. Есть несколько трещин в рёбрах, но мазь поправит всё к утру, а заодно исцелит ссадину на лице, даже шрама не останется.

Хм, может я и ошиблась насчёт рентгена, но в остальном…

Её тёплые и мягкие пальцы касались кожи бережно и аккуратно, а мазь холодила кожу, чудесным образом устраняя боль. Я расслабилась, прикрыла глаза и молча ждала, пока она закончит. Ужасно хотелось спать и что-нибудь съесть. Желательно вкусное и жутко вредное, с повышенным содержанием холестерина и кучей лишних калорий, которые непременно осядут на самых уязвимых местах, но мне всегда было плевать на фигуру…

— Ну, вот и всё, — сказала она, наконец убрав от меня руки. — Король Инвар будет доволен, что вы в порядке, насколько это возможно после такого падения.

Я устало приоткрыла один глаз, Асара уже успела убрать мазь и с улыбкой протягивала мне рубашку.

— Спасибо, — я с благодарностью кивнула ей и с удовольствием оделась.

— Это моя работа, — она слегка поклонилась. — Вам сейчас лучше прилечь и хорошенечко выспаться. Сон и покой — лучшие лекарства.

Я не стала спорить, откинула покрывало в сторону и улеглась, зарывшись под одеяло до самого носа.

Асара подхватила свою сумку и вышла из комнаты, а спустя пару минут вошёл король, толкая перед собой небольшой столик на маленьких колёсиках.

— Составишь мне компанию на ужин? — поинтересовался, хитро сощурившись.

— Лекарка сказала, что мне лучше поспать… — вздохнула я, а он открыл крышку и по комнате разлился аромат жареной картошки с грибами. — Но я с удовольствием поем с вами.

Пронаблюдала, как он придвинул кресло к кровати и сама уселась напротив, продолжая заворачиваться в тёплое одеяло.

— Прости, — вдруг сказал он.

— За что? — Я удивлённо приподняла брови и уставилась на него, искренне не понимая за что он извиняется.

— За то, как встретил тебя. А ещё за то, что задержался, пока ждал патруль стражников. Я должен был прийти раньше.

— Боюсь, что это ничего бы не изменило. Меня также швырнули бы в подвал и были бы всё те же синяки и ссадины.

— Я немного о другом.

— Вы пришли вовремя. Они не успели сделать то, чего хотели… — замолчала, почувствовав, как снова дрожат губы и ком подкатывает к горлу.

— Всё равно. То, что тебе пришлось пережить — будет предстоять ещё не раз, если ты не выйдешь замуж за моего сына и не научишься отличать друзей от врагов, — он протянул мне вилку, ухмыльнулся и проворчал: — Надеюсь, ты не будешь против, если мы обойдёмся сейчас без лишнего этикета?

— Ваше величество…

— Инвар. Лидия зови меня просто Инвар, — попросил, жестом прервав меня.

— Хорошо, — кивнула и не сдержала тяжёлый вздох. — Инвар, я не выйду замуж за вашего сына. Он обманул меня, заманил сюда и…

Замолчала и задумалась. Что? Что ещё он сделал? Привёл меня в свой дом и выделил комнату, подготовил одежду, предупредил о жестокости, которая может ожидать меня в этом мире, сделал предложение.

— Я должна была помочь ему решить проблему и вернуться домой. А на деле оказалось, что проблема не имеет срока давности и, если я буду ему помогать, то домой не вернусь никогда.

— Ты можешь остановиться ненадолго, ещё раз всё хорошо обдумать и дать ему хотя бы один шанс? — король склонил голову набок, выжидательно глядя на меня, наколол кусочек картошки и с удовольствием принялся жевать.

— Не могу. Я не буду обещать вам подобного. Но, ради вас, я подумаю… — вздохнула и почувствовала, как во рту набирается слюна, а желудок едва ли не пританцовывает, выпрашивая хотя бы кусочек еды.

Плюнув на правила приличия и манеры, накинулась на картошку, словно оголодавший зверь.

Отец Маркуса смотрел на меня с улыбкой и смиренно ждал, пока я утолю первый голод.

Когда в сковородке значительно поубавилось содержимого, он с нижней полки достал два бокала и бутылку, оплетённую тонкой лозой, разлил вино и протянул мне один из бокалов.

Я хотела спросить нет ли чего-то безалкогольного, но решила, что сегодня можно позволить себе лишнего. Сделала всего лишь один глоток и закрыла глаза от удовольствия.

Я ошиблась. Это было не вино, а какой-то совершенно потрясающий напиток. Рецепторы просто взорвались от непередаваемой гаммы и оттенков вкуса. По телу разлилось приятное тепло, как от алкоголя, но я не чувствовала ни запаха, ни привкуса вина или чего-то подобного.

Буквально от нескольких глотков меня стало клонить в сон с ужасной силой, глаза просто слипались и я с грохотом поставила бокал, не в силах удержать его, а сама пообещала себе, что прилягу лишь на минуточку.

Где-то в закоулках мозга промелькнула безумная мысль о том, что меня отравили, но я не успела как следует обдумать её, провалившись в беспамятство…

Глава 8

Маркус

Я почти провалился в дрёму, когда в комнату бесцеремонно вошёл отец и, отодвинув мои ноги, уселся прямо на кровать.

— Ты — глупец. — Заявил он и подкрутил фитиль масляной лампы, добавляя света.

О, я прекрасно знал этот взгляд, полный осуждения, несбывшихся надежд и приправленный толикой презрения.

— Спасибо, я знаю, — хмыкнул и перевернулся на другой бок, не желая сейчас вести долгие разговоры о том, каким я должен быть.

— Она не заслуживает такого отношения. Ты ведь даже не пытался понять девушку, которую притащил сюда.

— А ты приехал и сразу всё понял? — перевернулся на спину, подтянулся и сел, зло глядя на него.

— Не всё, но куда больше, чем успел понять ты. Маркус, она не роза из твоего сада. Это живой человек, со своими чувствами, эмоциями, переживаниями и страхами. Неужели ты видишь в ней только эликсир для избавления от проклятия?

— Какая разница, что я вижу? Ты уже всё равно сделал свои выводы и переубеждать тебя бесполезно. А знаешь, я придумал отличный план: забирай её с собой в столицу, обучишь своим хитростям и передашь ей управление Сильвой и, быть может, наконец-то оставишь меня в покое! — сорвался и повысил голос, хоть и не должен был поддаваться эмоциям. Сложно, когда у тебя один противник, а когда их сразу двое…

— Обязательно, но только после того, как ты женишься на ней. Поверь, я неплохо разбираюсь в людях и ты не достоин этой девушки. — Отец ухмыльнулся, точно зная, что задел меня за живое.

Всю свою жизнь я слышал это проклятое: “Не достоин!”

Недостоин быть его сыном, недостоин управлять страной, недостоин выбрать свой путь самостоятельно…

Сделал глубокий вдох и с трудом взял себя в руки.

— Я не буду сейчас с тобой спорить. Не хочу. Ты мог бы поддержать меня, но вместо этого пытаешься потопить. Отец, уходи.

— Ты глупец, Маркус, — снова повторил он. — Я пытаюсь помочь, но ты не хочешь слышать. В конце концов, это не я гнал тебя в Туманный лес!

— Это было моё решение и я сам разберусь во всём этом дерьме.

— Ты сам-то себя слышишь? По сути, ты сейчас девушку назвал дерьмом, а сам ты тогда кто? — сказал он с такими интонациями, словно пощёчину выдал и это действительно немного отрезвило.

— Я не то имел в виду. Ты придираешься к словам и перекручиваешь их!

— А ты ведёшь себя словно дрянной мальчишка, не обученный манерам и правилам ведения переговоров. И это плохо, потому что неоднократно войны останавливались одними лишь словами. — Он встал и отошёл к окну, распахнул створки, запустив в комнату холодный ночной воздух.

— Ты оскорбляешь меня в моём же доме, отец. Не надоело?

— Я пытаюсь достучаться до тебя, сынок. Как же ты этого не понимаешь… — он покачал головой, тяжело вздохнул и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Уж лучше бы он хлопнул ею так, чтобы штукатурка посыпалась.

Когда он уходил вот так тихо, всегда стоило ждать беды и этот случай, наверняка, не станет исключением. Именно такой всегда и была его стратегия: довести собеседника до бешенства, а затем молча уйти, оставив наедине со своими мыслями.

Что ж, я никогда не был примерным сыном и, возможно, в некоторых моментах он действительно прав. Но отец не учитывает того, что я давно уже не мальчишка и вполне способен сам о себе позаботиться, сам решить свои проблемы и добиться расположения приведённой девушки.

Полежал ещё несколько минут, ворочаясь с боку на бок, но так и не смог уснуть. Встал, прошёлся по комнате, но так и не нашёл покоя.

Как бы я ни относился к данной ситуации, нужно завершить начатое и наконец вздохнуть с облегчением.

Накинул халат, прошёлся по коридору и подошёл к двери в комнаты Лидии.

Остановился, занеся руку, чтобы постучать. Замер. Если она спит, то я разбужу её, а вот этого не хотелось бы… Она достаточно настрадалась сегодня и наверняка сильно устала. Но проверить спит ли она всё равно было нужно, поэтому я тихо нажал на ручку двери, прокрался в комнату, словно вор и тихо дошёл до спальни.

Девушка лежала на постели, шелковистые волосы рассыпались по подушкам, одеяло натянуто почти до самого носа, только обнаженная ножка выглядывала, пробуждая во мне потаённые желания и страсть.

Подкрался ближе, осторожно улёгся рядом и принялся наблюдать за тем, как мерно вздымается её грудь, как трепещут ресницы, как приоткрыты губы. Тьма! И почему она так манит меня?

Правда, только когда спит, ибо когда девушка говорит, её бесконечные вопросы доводят меня до бешенства.

Удивительно, как сплетаются нити судьбы. Ещё буквально месяц назад я и не задумывался о женитьбе, потом решил, что нужно перехитрить проклятие и влип.

Можно отрицать сколько угодно, но эта девушка определённо нравится мне. Меня тянет к ней, несмотря ни на что. Словно она большой магнит, а я — металлический стержень, вмонтированный в камень этого замка и своих принципов.

Хочется верить, что пройдёт ещё немного времени и наши отношения наладятся. Да, она злится на меня за то, что вынуждена оставаться в этом мире, но не я её сюда призвал и нет моей вины в том, что на моём пути попалась именно эта девушка.

Вроде бы прошло совсем немного времени, но я вдруг почувствовал, что надоело мне всё это до одури. Проклятие, ненависть, ссоры и постоянные вопросы. Неужели нельзя как-то иначе?

Переместился ближе и осторожно обнял Лидию. Надеялся, что она не проснётся и я смогу ещё хоть немного побыть рядом с ней в гармонии и тишине…

Лидия

Мне снился сон. Очень странный сон о том, как я брожу по подземельям замка и никак не могу выбраться. Постоянно слышу голос Маркуса, в то же время каждый раз, когда иду на зов, натыкаюсь на глухую стену.

А потом я нашла большой молоток и пробила хлипкую кладку, напролом прошла через несколько стен и оказалось, что Маркус всё это время делал то же самое.

Мы замерли друг напротив друга с молотками в руках и долго смотрели в глаза, словно испытывали стоящего напротив. Мне казалось, что он в любой момент готов сорваться, отбросить молоток и обнять меня, крепко прижать к груди, погладить по волосам и пообещать, что рано или поздно всё снова станет хорошо, несмотря ни на что. Но он продолжал стоять, постоянно хмуря брови и поигрывая желваками. Упёртый эгоист!

Я развернулась и хотела уйти, только тогда он остановил меня, схватив за руку и притянув к себе.

После этого сон изменился и я спокойно спала, наслаждаясь видением того будущего, которое могло бы нас ждать, не будь этот мужчина таким упрямцем.

Просыпаться не хотелось, но настойчивый крик петухов где-то вдалеке, заставил меня открыть глаза.

— А-а-а! — было первой реакцией на обнимающего меня мужчину.

Маркус удивлённо распахнул глаза, а я заткнулась, сгорая от стыда и злости.

— Что ты здесь делаешь?! — попыталась вырваться из его объятий, но он и без того держал крепко, а после моих жалких попыток навалился сверху, прижав меня к подушкам и вызвав приступ самой настоящей паники.

— Успокойся, Лидия. Я просто охранял тебя. На всякий случай… — ответил он, нависая надо мной, словно скала и глядя в глаза с добродушной улыбкой.

— Я не просила об этом… — окончательно смутилась и отвернулась, избегая прямого взгляда.

— Но ты ведь не хочешь повторения вчерашней ситуации?

— Можно было выставить стражу перед дверью! — сказала сдавленно, пытаясь сдержать бурю чувств, что просыпалась во мне от ощущения его дыхания на моей шее.

— Со мной надёжнее.

— Ты… — хотела возмутиться, накричать на него за всё то, что произошло вчера, но что-то меня остановило.

— Я? — он усмехнулся и резко перекатился так, что теперь я оказалась сверху, сидя на нём.

Халат мужчины распахнулся, обнажив идеальный торс. И теперь я на все сто чувствовала, что он хочет меня не меньше, чем я его.

Внутри всё сжалось, встрепенулось и вспыхнуло. Я была готова сгореть, поддаться своим желаниям и… Ох!

— Ты покраснела, — он протянул руку и нежно провёл по моей щеке. — А ещё должна мне поцелуй. Не хочешь отдать?

Улыбка на его губах вызывала непреодолимое желание дотянуться до светильника и стукнуть этого гада в лоб. Раздражала и в то же время будоражила ещё сильнее.

— Хочешь получить поцелуй? — спросила и, не удержавшись, заскользила руками по его груди.

— Хочу. И даже готов взять его силой! — он шумно выдохнул. Наша близость действовала на обоих одинаково мучительно.

— Так возьми! — ответила с вызовом, прежде чем успела подумать.

Мужчина тут же оказался сверху и прикоснулся губами к моей ключице, проложил от неё целую дорожку поцелуев к уху, добился стона, который я не смогла сдержать, поцеловал меня в щёку и отстранился, сжав подушку так сильно, что побелели костяшки.

— Вот так, значит? — улыбнулась, откровенно провоцируя его.

— Не надо, Лидия. Не играй со мной сейчас, потому что я не смогу остановиться, а ты не готова перейти на следующий этап наших отношений.

— Я… — хотела возразить, но он действительно был прав.

Я ведь хотела убедить его, что из меня не получится примерной жены, а в итоге сама чуть не залезла в штаны к мужчине. Стыдоба-то какая…

— Ты. Если скажешь мне, что готова продолжить, я заставлю тебя кричать от удовольствия, но насильником никогда не был и не собираюсь.

— Насильников мне хватило вчера. И я разочарована, что на помощь пришёл твой отец, а не ты. — Сказала прямо, стараясь не обижаться на него.

— Я не думал, что подобное может произойти. К счастью, он оказался рядом. И мне действительно жаль, что это был не я.

Я чувствовала, как напряглись его мышцы, видела во взгляде искренность и от этого мои чувства разгорались ещё сильнее. Ощущение было такое, будто я держусь за оголённые провода и никак не могу их отпустить.

— Значит, тебе стоило бы извиниться.

— За что, Лидия? В произошедшем нет моей вины.

— Нет, Маркус. Есть. Именно ты притащил меня сюда, из-за тебя я застряла в этом мире и не могу вернуться домой. Говоришь, что ты против насилия?

— Всё должно быть добровольно и по обоюдному согласию.

— Тогда как ты объясняешь себе моё пребывание здесь? Что это, если не насилие?

— Ты права. Только это насилие совершаю не я. Наоборот, всеми силами пытаюсь сделать так, чтобы твоё пребывание в этом мире было предельно комфортным и ты не чувствовала себя обделённой или запертой в золотую клетку. Я же могу извиниться только за то, что не объяснил всего изначально…

— Тогда тебе стоит сделать это.

— Извини. Я хочу, чтобы ты была счастлива со мной.

Он сейчас говорил серьёзно, на лице не осталось даже следа от привычной ухмылки, а в глазах застыла какая-то непередаваемая мужественность. Я должна была оттолкнуть его, но вместо этого руки скользнули к плечам, пальцы сжались на вороте его халата. Я подтянулась вверх и, глядя ему в глаза, спросила:

— Если это произойдёт, то покуда мы вместе, ты будешь хранить мне верность. Я видела таких, как ты, избалованных и тех, которые никогда не ведали отказа. Решил жениться? Так теперь реши ещё и то, готов ли ты принять ответственность и последствия?

Он хмыкнул, изогнул бровь и ответил вопросом на вопрос:

— Ты же понимаешь, что я сейчас могу дать тебе тот ответ, который ты хочешь услышать, а после делать то, чего захочу я. И ты никогда не узнаешь: верен я тебе или нет.

— Ты невыносим! Убери от меня руки! — почему-то от этих слов меня окутала такая непередаваемая злость, что я едва не захлебнулась ею.

— Но я не дал тебе ответа. Почему же должен отпустить? — он склонился ниже, хищно глядя мне в глаза и заставляя сердце трепыхаться, словно бабочка попавшая в паутину.

Его рука скользнула вниз по телу и сильные пальцы слегка сжали мою ягодицу, заставив выгнуться и податься к нему навстречу. Стон невольно сорвался с губ, я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

— Тогда поспеши с ответом, потому что долго я так не выдержу! — простонала ему на ухо, чувствуя горячие губы на своей коже, горящей от желания.

Маркус

Её требования были вполне логичны, но всё внутри бунтовало от необходимости давать подобные обещания. Зачем?

Я не собирался после женитьбы остепеняться и принадлежать всего одной женщине, когда вокруг такое разнообразие... Лидия нужна мне только для того, чтобы защититься от проклятия. Ведь, действительно, только ради этого?

Запутался. Сейчас мозг отказывался работать, уступая место совершенно другому органу. Все мои чувства и эмоции были переполнены страстью и желанием возобладать этой девушкой, а в таком состоянии довольно просто наделать ошибок.

Я понимал, что Лидия ждёт от меня ответа, но продолжал молчать, лаская её стройное тело, слушая тихие стоны, которые постоянно срывались с её губ, наслаждаясь этой близостью и сдерживаясь на остатках самообладания.

Странно, нелогично, даже глупо. Все те чувства, что я испытывал к ней, вызывали приступы неконтролируемой злобы. Так не должно было быть. Она всего лишь средство избавления от проклятия, но почему рядом с ней замирает моё сердце?

— Хватит, Маркус, — она упёрлась руками в мою грудь и попыталась оттолкнуть.

Сейчас или никогда. Я должен был принять решение, которое изменит всю мою жизнь. Готов ли я к такому?

Нет, не готов. Увы…

— Лидия, успокойся, пожалуйста, — отстранился, дав ей чуть больше свободы и девушка тут же вскочила с кровати, как ошпаренная, и выскочила из спальни, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Я совершил ошибку. Возможно, стоило дать ей обещание, только вот я привык держать слово и просто так не разменивался никогда.

Неспешно поднялся с кровати, вышел из спальни, подошёл и постучал в дверь гардеробной.

— Лидия, нам всё ещё нужно поговорить.

— Уходи! — выкрикнула она, явно сидя сразу за дверью, возможно даже подпирая её спиной.

— Нет. Я останусь, подожду пока ты оденешься, после этого мы сходим в мою комнату и пойдём на завтрак. Можешь злиться на меня, но я больше не оставлю тебя одну.

Послышалось шуршание, всхлип, затем дверь открылась и девушка уставилась на меня с ненавистью.

— Ты уйдёшь. Уйдёшь сейчас же, потому что это по твоей вине я здесь. Ты должен мне, Маркус! Я не позволю тебе лишить меня свободы. — Она говорила, усердно тыкая пальчиком мне в грудь. На ресницах девушки блестели слёзы, а под глазами появились тени. Да, она злилась и я не винил её. Слишком много потрясений за такой короткий срок.

— Я не лишаю тебя свободы, Лидия. Только пытаюсь за… — но она не дала договорить.

— Серьезно? — девушка остановилась, изогнула бровь, глядя на меня с презрением, и это оказалось сложнее, чем я думал.

Этот её взгляд почему-то задел меня за живое, пробрался куда-то под кожу, проник глубоко в душу и заставил сердце пропустить удар. Она, сама того не понимая, причинила боль.

Не знаю, что это было и почему так произошло, но ощущения уж точно не из приятных.

— Я не хочу, чтобы всё было так. — Покачал головой и сдержал вздох. — Ты сказала, что тебе нужно узнать меня, так вот он я, — развёл руки в стороны, открывшись перед ней, — давай начнём сначала?

Лидия насупилась, продолжая буравить меня взглядом, скрестила руки на груди и поджала губы.

Я чувствовал, что девушка готова и хочет дать ответ, но что-то её останавливало, не давало заговорить.

Казалось, что время сейчас остановилось. Словно для приговоренного к смерти, в тот самый момент, когда палач уже занес свой топор над его головой. Ещё один миг и жизнь оборвется, оставив после себя лишь алые разводы на старом пне.

Да, одно её слово могло дать надежду или уничтожить всё то, что успело зародиться между нами и должно было вот-вот распустить свой бутон. Это нельзя было назвать любовью, но какое-то странное притяжение, влечение и желание — определённо были.

Она отвернулась и подошла к полкам. Принялась перебирать наряды, бездумно глядя сквозь них, не замечая богатства тканей и разнообразие фасонов. Я же молча наблюдал в отражении зеркала, как трясутся у неё руки, как по щекам катятся слёзы, оставляя влажные дорожки на нежной бархатистой коже, как дрожат самые сладкие в этом мире губы и как порывисто вздымается грудь.

Почему она так себя ведёт? То позволяет мне приблизиться, прикоснуться к ней, то обжигает, словно пламя вырвавшееся из жерла внезапно проснувшегося вулкана.

Как понять чего она хочет? Как перестать чувствовать то, что сейчас разгорается в моём сердце?

Она вдруг остановилась, покачала головой и тихо сказала:

— Здесь нет подходящей для меня одежды. Я не привыкла к таким нарядам и привыкать не хочу.

— Объясни, что именно нужно и я отправлю слуг, чтобы купили или вызову швею, — пожал плечами, всё ещё ожидая от неё ответа на заданный ранее вопрос.

— Что-то наподобие вчерашнего костюма. Не обижайся, все эти платья очень красивые, но мне они не подходят. Просто я привыкла к другому… — она вздохнула, снова подошла ко мне и поежилась, словно ей было холодно.

— Сказал же, это не проблема. Скоро слуги принесут тебе нужную одежду.

Она подняла голову, заглянула мне в глаза и тихо поинтересовалась:

— Ты действительно считаешь, что есть шанс на наше совместное будущее?

— Мы сами кузнецы своего счастья, — улыбнулся, уходя от прямого ответа, и притянул девушку к себе заключив в объятия.

— Пусти, — тихо попросила она, но вырываться не стала.

— Ты дрожишь, — коснулся губами её макушки и провёл руками по напряжённой спине девушки. — И до сих пор не дала мне ответа. А я его очень жду...

Лидия

— Я не дам тебе ответа, Маркус, но могу дать время… — сказала со вздохом и подхватила с вешалки первое попавшееся платье.

Оно оказалось красным, с небольшим декольте и пышной юбкой, но мне было всё равно. Был бы костюм — я бы непременно выбрала его, а так… Все эти наряды для меня сливались в единое непонятное облако, пёстрое и вычурное, подходящие разве что только на фестиваль или Хэллоуин.

— Подожди, — Маркус перехватил меня за руку, не пустив в ванную, чтобы переодеться, и потянул куда-то вслед за собой.

Несколько минут мы петляли по коридорам замка, затем остановились у одной из дверей. Мужчина достал из кармана ключ, открыл дверь и пропустил меня вперёд. Мы очутились в скромно обставленных покоях. И мне показалось, что в сравнении с остальным убранством замка, здесь всё как-то немного устарело, но при этом сохранило былой уют и изысканность.

— Куда ты меня привел? — невольно нахмурилась и завертела головой по сторонам, продолжая рассматривать убранство.

Да, как это ни странно, но в этой комнате мне нравилось гораздо больше, чем в тех покоях, которые готовили для меня. Как-то здесь всё было искренне…

— Это комната моей мамы, — нехотя ответил Маркус, распахнул дверцу большого шкафа и достал оттуда изысканный синий костюм. — Примеришь? По размеру должен подойти.

Ох, к такому жизнь меня точно не готовила. Я ещё с сыном-то не познакомилась, а мне уже предлагают примерить наряды мамы…

— Маркус, ты уверен, что это хорошая идея? — сделала глубокий вдох, попытавшись успокоить усердно колотящееся сердце.

— Если бы мама была жива, то наверняка предложила бы тебе сама, но её давно нет. Уже много лет я никого не впускал в эту комнату. Пусть это будет первым мостом доверия между нами, Лидия.

Я опустила взгляд, чувствуя себя как-то непривычно и неправильно. Мужчина подошёл ближе и притянул меня к себе, крепко прижав к мускулистой груди.

— Если тебе здесь некомфортно, мы можем уйти… — Маркус приподнял моё лицо и заглянул в глаза, словно хотел в них найти все ответы.

— Расскажи мне о ней, пока я буду переодеваться, — попросила, сама не знаю зачем. Наверное после утренних поцелуев меня смущала близость с Маркусом.

Мне хотелось большего. Этот мужчина стал для меня огромным магнитом, несмотря на все его недостатки и ситуацию в целом. Нужно было как-то остановиться, чем-то занять разум, чтобы удержать в узде возбужденную фантазию.

Маркус помолчал немного, затем медленно принялся рассказывать. Не зря ведь говорят, что человек раскрывается в общении со своей семьёй. С родными нет смысла льстить и притворяться, каждый становится самим собой и эта его сторона мне определенно понравилась.

Он говорил о матери с непередаваемым теплом, вспоминал о ней с трепетом, рассказывал только хорошее. Я даже не заметила, как успела переодеться, как мы спустились вниз, позавтракали и оказались в саду.

На улице было прохладно и только лёгкий порыв ветра смог вернуть меня к реальности. Только там я осознала, что мы бродим под руку по зелёному лабиринту и общаемся, словно старые друзья, обнажая друг перед другом души. Не знаю, когда я успела настолько забыться, чтобы начать рассказывать о себе, о своей семье, о родном мире. Теперь уже говорил не он, а я и остановиться оказалось не так просто.

Я оборвала на полуслове рассказ о том, как мы с друзьями таскали ягоды с соседской вишни. Опустила взгляд и снова свернулась, спряталась в свою ракушку. Вот что я делаю? Зачем навожу мосты, если хочу вернуться домой?

— Лидия? — Маркус остановился и заглянул мне в глаза.

— Я… — подавилась воздухом, не зная что сказать.

Откровенно говорить ему о том, чего хочу, значило снова разрушить хрупкое перемирие, наконец зародившиеся между нами. Сказать неправду — тоже не исправило бы ситуацию. И что делать дальше я не знала и не понимала.

— Я понял, не продолжай. Мне нужно будет отъехать по делам, ты сможешь придумать чем заняться в моё отсутствие? — поинтересовался мой навязанный жених. В его голосе читалась искренняя забота и почему-то мне от этого стало совсем горько.

— Смогу. Главное понять кому можно верить, а кому нельзя… — невольно вздохнула, вспомнив вчерашний вечер. Уж впечатлений мне хватило за глаза и я теперь отлично понимала, что лучше сидеть тише воды и ниже травы. И то не факт, что это поможет.

— Я приставлю к тебе охрану, — Маркус нахмурил брови и изменился в лице. Видимо вчерашние события и на нём оставили свой отпечаток.

— А без этого никак? — поморщилась, представив, что кто-то постоянно будет следовать за мной по пятам.

— Почему никак? Ты можешь поехать со мной, — самодовольно ухмыльнулся этот гад, словно ждал, что я откажусь от охраны.

— А ты надолго?

— Несколько часов, возможно чуть дольше, но к ужину точно вернусь.

— Тогда я просто побуду в комнате, — пожала плечами, прекрасно понимая, что мне нужно время, чтобы разобраться в себе.

— Хорошо, я провожу тебя… — Маркус как-то помрачнел, словно расстроился, что я отказалась ехать с ним.

В тишине мы вернулись в замок, он дождался пока за мной закроется дверь и только после этого я услышала удаляющиеся шаги.

Окинула взглядом комнату и вздохнула. Эти покои казались мне тюрьмой. Причудливой клеткой для жар-птицы или аквариумом для золотой рыбки…

Стараясь забыться и ни о чём не думать, принялась мерить шагами спальню. Прошло совсем немного времени, а мне это занятие успело порядком надоесть.

Тогда я решила, что неплохо было бы полежать в ванной. Перебрала флакончики на полках, нашла ароматную соль, набрала воды, сбросила с себя одежду, расчесалась и прикинулась той самой рыбкой.

Прикрыла глаза, наслаждаясь теплом и тонким ароматом роз, попыталась расслабиться, но мысли всё равно постоянно возвращались к образу моего похитителя. Да, именно похитителя, а как иначе его назвать?

Ведь мог же он оставить меня там, в лесу. Спряталась бы где-нибудь и переждала, а утром проснулась в своей постели…

Только вот задумывался хоть раз кто-то из местных о том, действительно ли девушки возвращались домой? Что если это неправда и они погибали или их закидывало в ещё более жестокий мир? Уверена, что никто не проверял куда они делись и что произошло потом.

Может быть я сейчас просто ищу повод остаться и успокаиваю себя мыслью о том, что здесь мне безопасно? Хотя, где безопасно? Вчерашний вечер очень здорово показал всю безнадёжность этого мира.

Неужели я никогда не смогу выйти отсюда без охраны? Что если мне придётся стать постоянным приложением Маркуса и потерять себя, свою индивидуальность и личность?

Не думаю, что аборигены сдадутся так просто. Особенно если учесть, что в первый же день, меня чуть не изнасиловали. Дальше будет только хуже…

Удивительно, как я умею накрутить себя. Теперь мне не только здесь страшно, но и мысль о возвращении домой тоже повергает в ужас. Получается мне придётся остаться здесь, не только потому что Маркус сказал, что я не смогу уйти, а ещё и потому, что возвращаться некуда. Вернее, возвращаться-то есть куда, но нет никаких гарантий, что я попаду именно туда, куда мне нужно.

И что остаётся? Ценить то, что имеешь?

Сказочка просто получается. Золушка заблудилась в лесу и нашла прекрасного принца, готового незамедлительно жениться на ней и прожить всю жизнь душа в душу. Только вот он так и не смог пообещать, что будет хранить верность. Я не верю, что такой, как он, способен к моногамным отношениям. Хотя, может быть я и ошибаюсь…

Нет ничего хуже того, чтобы не знать во что верить. Я как тот корабль, сбившийся с пути и затерявшийся посреди океана. Сколько бы он ни плыл, найдёт ли свою гавань?

Страшно жить без уверенности в завтрашнем дне. Всё-таки, если вспомнить историю, слишком часто дворцовые интриги убивали тех, кто не был к ним подготовлен. А Маркус рано или поздно займёт место отца и, если я останусь с ним, то и мне придётся учиться жить по их правилам.

Как можно планировать будущее, когда не понимаешь даже настоящего? Как можно заставить себя полюбить кого-то, если познакомиться нормально так и не удалось?

Слишком много вопросов и ещё больше сомнений. И полное отсутствие тормозов…

Я бы действительно хотела остановиться и нормально осмотреться, хотя бы попытаться адаптироваться здесь, прежде чем планировать своё будущее, но кто же мне даст сделать это? Вон как лихо Маркус сделал предложение, словно всю жизнь только меня и ждал. Но только вот любая сказка заканчивается свадьбой и никто не хочет рассказывать про разбросанные носки принца и его любви к почёсыванию царственного зада, пока никто не видит.

Слишком часто то, где должно было быть долго и счастливо, растворяется в бытовых ссорах и взаимных обидах. Хочу ли я такого? Нет, не хочу…

Спустила воду и обмылась душем, влезла в мягкий халат и замотала полотенцем волосы. Подхватила одежду и ушла в гардероб.

Сейчас мне хотелось чего-то большего. Не просто влезть в костюм и завязать хвост, а начать соответствовать этому миру и его моде. Какая девчонка в детстве не мечтала о шикарном пышном платье? Слушая сказки, многие хотели попасть на бал. А мне выпала возможность попытаться жить в роли принцессы, так почему бы действительно не попробовать?

Выбрала довольно скромное платье из тёмно-зелёного бархата, кое-как справилась с застежками и затянула корсет, насколько это было возможно.

Подошла к зеркалу и окинула свой образ критическим взглядом. Полотенце на голове к такому платью точно не подходит!

Вытерла волосы и расчесала их, чтобы высохли быстрее, а сама пока принялась рассматривать многочисленные вариации местной косметики.

Пудру проигнорировала, не желая забивать поры. Подвела глаза чёрным карандашом и добавила немного цвета тенями. Осторожно нанесла вишнёвую помаду и подкрасила ресницы. Макияж получился не сильно яркий, но довольно привлекательный.

Довольная результатом, занялась причёской. Особым парикмахерским талантом я никогда не обладала, поэтому аккуратно подобрала волосы шпильками, оставив у лица несколько тонких прядей, и украсила небольшой заколкой с зелёными камнями.

После выбрала аккуратные туфельки и снова повертелась перед зеркалом, пытаясь понять готова ли я принять себя в подобном облике?

Не готова. Но…

Стоит дождаться Маркуса и посмотреть на его реакцию. Вдруг хотя бы ему понравится?

Глава 9

Маркус

Лидия наконец начала открываться, разговорилась и перестала засыпать меня бесконечными вопросами. Мы успели провести вместе несколько часов, рассказывая друг другу о себе и беседуя, как старые друзья.

Мне стало комфортно рядом с ней, но хватило этого хрупкого перемирия ненадолго. Она вдруг осеклась на полуслове и я понял, что на сегодня достаточно и нам пора отдохнуть друг от друга. Я должен был позволить ей побыть наедине со своими мыслями, но как же трудно оказалось уйти!

Я не солгал, что мне нужно отъехать по делам. Действительно необходимо было поработать и ещё кое-куда заехать, но оставив её в комнате, я никак не мог сосредоточиться.

После вчерашнего было трудно оставить эту хрупкую девушку без присмотра. Конечно, я предупредил двух доверенных стражников и строго-настрого приказал им не отходить от двери даже в туалет. Также выдал инструкцию повару, чтобы тот сам отнёс еду для Лидии и никого не подпускал к готовке.

Я прекрасно мог защитить её, пока находился рядом, но как успокоиться, когда нужно быть на расстоянии?

Прежде чем отправиться в город, предупредил Алана и попросил его познакомить Лидию со всеми, кто появляется в замке, как только появится время. Если она будет знать доверенных людей в лицо, то сможет чувствовать себя в большей безопасности и я буду спокоен, уверенный что она не станет связываться с незнакомцами.

— Маркус, вам удалось хоть немного наладить отношения? — поинтересовался старик, пока я сам седлал коня.

Сириус не любил, когда к нему прикасался кто-то другой и я всегда старался по возможности заниматься им сам, не привлекая кого-то ещё.

Наверное у моего коня такой же вздорный характер, как и у меня самого. Пока меня не трогают — я просто прелесть, но если уж полезли, то пусть будут готовы получить копытом в лоб.

— Не знаю, наставник. Но я успел понять один важный момент… — замолчал, раздумывая стоит ли договаривать.

— Поделишься? — старик изогнул бровь, попытавшись задобрить Сириуса морковкой.

— Если Лидия не полюбит меня, она не останется и не подпустит к себе ближе, чем на расстояние вытянутой руки.

— А если полюбит?

— Тогда я должен буду дать ей слово и быть только с ней. Никаких других женщин в моей жизни после этого быть не должно. Она подобного не потерпит.

— Маркус, мне кажется ты уже всё и так решил… — хмыкнул старик, глядя на меня с прищуром. — Но будь готов к тому, что эту девушку придётся брать штурмом.

— Я не стану насильничать, никогда, — нахмурился и вскочил в седло.

— А я разве это тебе предлагал? — рассмеялся Алан, развернулся и ушёл из конюшни.

Вот же старый хитрец! Умеет выкрутить так, что каждое слово можно трактовать двусмысленно.

Брать штурмом… Я вот совсем не уверен, что кто-либо в мире способен заставить полюбить другого против воли. Чувства или есть, или их нет. И третьего тут не дано.

Вздохнул, закипая от собственных мыслей, и пришпорил коня, желая как можно скорее покончить с делами и вернуться домой. В конце концов, нужно готовиться к штурму! А уж с верностью как-то потом разберусь…

Для начала я должен был посетить темницу. Я ведь видел вчера, что двоих уводили стражники. Надо узнать для чего они похитили Лидию или хотя бы попытаться разговорить их.

Громоздкое каменное сооружение, выполняющее роль темницы, стояло недалеко от города, в противоположной стороне от моего замка. А потому пришлось проехать по центральной улице и что-то было не так.

Я так сразу не мог сказать, что именно. Просто в воздухе чувствовалось какое-то излишнее напряжение.

Обычно обожающие взгляды смешались с косыми, девушки смотрели на меня так, словно готовы были отдаться прилюдно, прямо на улице. Конечно, раньше они надеялись не просто запрыгнуть ко мне в постель, а ещё и совершенно случайно оказаться в женах. Тогда бы они разошлись на славу, а сейчас?

На какие только ухищрения они не шли, пытаясь достичь желаемого. И зелья приворотные все перепробовали, и различные артефакты, подавляющие волю…

Всё таки паршиво, когда тебя все знают и ждут определенных вещей. У людей тут же пропадает чистота помыслов.

Не удостоив горожан своим вниманием, изобразил каменное выражение на лице и остановился только у ворот темницы.

Один из стражников забрал поводья Сириуса и отвел коня в сторону, а я направился прямиком к командиру.

Эрик заметил меня прежде, чем я успел подняться к нему в кабинет и сам вышел навстречу. Не просто так он занимал своё место. Этот плут всегда поражал меня своей наблюдательностью и ни один заключенный за время его службы не сумел сбежать из темницы.

— Маркус, что произошло, что вы решили почтить нас своим присутствием? — командир поклонился, прищурившись, словно лис.

— Ничего критичного. Хочу увидеть тех, кто посмел похитить мою невесту, — сухо ответил ему.

— Всех клеймили за измену Сильве и казнили на рассвете по приказу его величества, — развел руками Эрик.

— Их допрашивали? — сжал кулаки, от злости готовый придушить кого-нибудь.

— Да, король был здесь до утра, но ничего не записывали.

— Остался в городе кто-то из тех, кто присутствовал на допросе? — спросил, и без того понимая, что если я всё-таки захочу узнать подробности, то придётся ехать на поклон к отцу.

— Всем приказали уйти, Маркус. В пыточной был только король и трое его людей. — Эрика это тоже явно злило, но кто посмеет ослушаться короля после прямого приказа?

— Ладно… — поджал губы, развернулся и ушёл. Здесь мне задерживаться больше не было нужно.

Пешком прошёлся по городу, ведя коня под уздцы и осматриваясь по сторонам. Теперь реакция горожан была вполне понятной и закономерной. После показательных казней все действительно боялись впасть в немилость. Только кто-то был хорошим актёром и умел скрывать свою неприязнь, а кто-то выдавал себя взглядом.

Зря всё-таки отец приехал сюда. У меня было всеобщее уважение, завоёванное годами честного труда, а теперь оно сменилось нелепым страхом.

Не спорю, наказать похитителей Лидии было необходимостью, но меру наказания можно было выбрать и менее жестокую. К примеру, на рудниках от них было бы куда больше пользы, чем от тел висящих на главной площади…

Теперь я переживал за свою невесту ещё сильнее. Непонятно почему эти уроды решили похитить её, но не думаю, что многие желали ей зла, а теперь будут. И всё из-за отца. Вот поэтому я уехал из столицы, поэтому не хочу власти. Ничего кроме крови и насилия меня там не ждёт.

А если ослабить хватку, то не факт, что наша страна тут же не погрязнет в мятежах. И боюсь, что идеального баланса найти не получится никогда.

К тому же, мне нравилось жить здесь, в своём замке, нравилась моя спокойная и размеренная жизнь.

Не зря говорят, что если работа хорошо налажена, то и делается она в два раза быстрее. Пришлось заставить себя успокоиться и сосредоточиться на текущих делах. Это принесло свои плоды и я управился за пару часов, но мог бы и быстрее, если бы постоянно не думал о Лидии. Она словно заноза засела в моих мыслях и никак не желала отпускать.

Усидеть на месте оказывается сложно, когда переживаешь, что что-то может случиться с важным для тебя человеком. Беззащитным человеком.

Я не переживал за отца или наставника, точно зная, что они оба могут прекрасно за себя постоять. Но с Лидией всё было совершенно иначе. Кто угодно мог обидеть её словом или делом, а отразилось бы это всё на мне.

Эту крепость нужно брать штурмом, только вот слишком много сложностей. Что если она права и между нами всегда будет стоять Туманный лес? Девушка считает, что я — корень зла, похитивший её, но как объяснить, что это не так?

По сути, я спас её от таких, как барон Мур. Этот мир жесток для столь нежного цветка и рано или поздно Лидия поймёт это.

Если бы не я, то неизвестно какому безумцу она досталась бы. Я не раз слышал, как иномирянок убивали, пытаясь сломить и подчинить или просто по неосторожности. Эти девушки никогда не появлялись подготовленными к жизни в подобных условиях. Всё равно, что тепличные цветы, пересаженные на утёс, где дуют вечно холодные ветра.

Даже местным женщинам не просто выжить в этом мире, что уж говорить о пришлых? Нужно как-то объяснить это Лидии, чтобы она перестала винить меня и осознала, что могло её ждать, если бы мы не встретились…

Решил пройтись по лавкам и подобрать какой-нибудь подарок, подходящий для взятия крепости. В конце концов, какая женщина не любит сюрпризы?

Только осталось угадать, что могло бы её порадовать?

Платья и украшения как-то сразу отпали. Здесь нужно было что-то действительно особенное, подходящее этой девушке под стать.

Я бродил по торговой площади, слоняясь от одной лавки к другой и никак не мог выбрать.

В конце концов плюнул на это дело, купил корзинку ягод и отправился домой.

Лидия

Усидеть на месте оказалось просто невыносимо! К тому же, бездельничать я не привыкла, а заняться в моей золотой клетке было совершенно нечем.

С другой стороны, покидать своё убежище было страшно. Неизвестно кого я опять встречу и в какие неприятности вляпаюсь.

Уже было собиралась всё-таки выйти, как дверь внезапно отворилась и в гостиную вошёл мужчина в белом переднике.

— Добрый день, госпожа. Меня зовут Грегори, я принёс ваш обед. — Он манерно поклонился, водрузил на стол большой поднос и спешно добавил: — Меня прислал господин Маркус. Еду готовил я и больше никто к ней не прикасался, как он и приказал. Всё безопасно, приятного аппетита!

Ещё раз поклонился, улыбнулся и удалился из комнаты.

Я вдруг почувствовала, что проголодалась на славу и с опаской покосилась в сторону доставленных угощений.

Сглотнула и подошла поближе к столу.

— Чему быть, того не миновать! — пробурчала себе под нос и взяла румяный пирожок.

Он оказался с ягодной начинкой и тесто просто таяло во рту. Налив ещё и морса, попробовала всего понемножку и закусила ещё одним пирожком.

— Фух! — облегченно выдохнула, не почувствовав ничего странного, позволив себе перестать параноить и хоть немного расслабиться.

Посидела немного, раздумывая над тем, чем бы я могла заняться, встала и решительно подошла к двери.

Положила руку на ручку и замерла. За пределами комнаты было не так безопасно, но я ведь не могу постоянно сидеть здесь?!

Решительно распахнула дверь и вышла в коридор.

По обе стороны от входа в мою комнату двое стражников подпирали спинами стены. На них не было доспеха, но было подобие армейских костюмов и что-то мне подсказывало, что в их кожаных куртках хватает сюрпризов.

На поясе каждого висел длинный меч, из-за голенища сапога у того, что стоял справа, выглядывала ещё и рукоятка кинжала. А у левого на поясе красовался боевой хлыст. Почему именно боевой? Потому что на кончике его я заметила небольшое лезвие.

Смерила эту парочку недовольным взглядом, заранее предвкушая, как они будут везде таскаться вслед за мной, вздохнула и отправилась вниз, решив, что прогулка по саду мне точно не навредит.

Шаги за спиной раздражали, но в то же время успокаивали. О, да! Я полна противоположностей…

Если рассуждать здраво, то пока эти двое прикрывали мою спину, можно было не бояться повторения вчерашней ситуации, но чисто по-человечески мне было совершенно некомфортно внезапно обрести телохранителей.

— Как вас зовут? — поинтересовалась, спускаясь по лестнице.

— Тициан, госпожа, — первым ответил тот, что был немного выше и постарше другого.

— Ларс, госпожа, — представился второй. Этот мужчина легко мог запомниться ярко-рыжей шевелюрой и веснушками, украшающими его нос с горбинкой. Как про таких говорят? Солнце поцеловало…

— Если хотите продолжить сопровождать меня, зовите просто Лидия. Госпожой никогда не была и становиться не собираюсь. — Вздохнула и помахала рукой Алану, как раз вошедшему в гостиную.

— Но через месяц будет церемония и вы станете женой нашего господина… — подал голос молодой охранник.

— И что? Другим человеком я при этом не стану точно! — ответила ему, не став говорить: далеко не факт, что мы с Маркусом вообще когда-либо поженимся. Я сама ещё не знаю возможно ли это вообще?

— Мы поняли, Лидия, — кивнул Тициан, а я направилась к Алану.

Старик широко улыбнулся и поинтересовался:

— Вы уже обедали, Лидия?

— Да, спасибо. Повар постарался на славу, всё было очень вкусно. Маркус ещё не вернулся?

— Нет, но он просил познакомить вас со всеми, чтобы больше не возникало досадных недоразумений.

— Буду рада, если вы проведёте мне экскурсию. — Смутилась, сперва сказав, а потом подумав. Наверное у него и без меня забот хватает, а тут…

Тем не менее старик подал руку и, как только я приняла её, направился в сторону одного из коридоров.

Мы бродили по замку больше часа. Старик показывал, что где находится, рассказывал понемногу о каждом из слуг, которых мы встречали.

На третьем этаже замка я просто влюбилась в огромную оранжерею. Несмотря на погоду за окном, здесь буйствовали ярчайшим цветением сотни различных растений.

— Можно здесь побродить? — попросила, не в силах оторвать взгляда от нежно-голубых соцветий какого-то незнакомого мне невысокого деревца.

— Можно, — услышала знакомый голос, обернулась и увидела ехидно ухмыляющегося Маркуса. — В таком наряде ты своим присутствием украсила бы любое место, но это — особенно.

Смущённо потупила взгляд и заставила себя улыбнуться, чувствуя как горят мои щёки.

— Спасибо, все могут быть свободны. Дальше я сам присмотрю за своей невестой, — сказал он стражникам и старшему вручил небольшой мешочек.

Тициан и Ларс просияли и тут же ушли. Алан заговорщически подмигнул Маркусу и отправился вслед за ними, оставив меня краснеть наедине с женишком.

— Ты восхитительна! — Маркус подошёл ближе, взял меня за руку и галантно коснулся губами пальцев.

— Спасибо, просто пыталась скоротать время…

Он улыбнулся, глядя на мои губы так, словно из последних сил держался, чтобы не притянуть к себе и не поцеловать.

Я тоже хотела этого, но сдержала порыв, точно зная, что если начнём, то остановиться нам обоим будет очень трудно.

Молчание затянулось, сделав ситуацию ещё более неловкой. Мы стояли напротив и пожирали друг друга взглядами. Казалось, что воздух между нами звенит, вибрирует словно натянутая струна и балансирует на грани взрыва.

Нет, как я вообще могу? Никто не влюбляется за несколько дней. К тому же, он так и не рискнул пообещать хранить мне верность, если между нами что-то получится. А это один из ключевых элементов семейного счастья.

Какая вообще женщина способна выдержать постоянные измены? Да у Маркуса же на лице написано, что он не просто красавчик, а ещё и всеобщий любимец.

Я вдруг вспомнила тот момент, когда мы шли по городу и как на него смотрели девушки. Просто пожирали его взглядами!

Блин, а вот это уже похоже на ревность…

— Маркус, не смотри на меня так! — наконец смогла произнести, отвела взгляд, подошла к приглянувшемуся цветку и вдохнула нежный аромат.

— Не стоило этого делать… — услышала шёпот за спиной и обернулась. О, да! Самый красивый в мире… в обоих мирах! Мужчина слегка нахмурился и покачал головой.

О, как я могла раньше не видеть насколько он подходит мне? Да он же идеален!

Волевой подбородок, заостренные скулы, прекрасные глаза и даже поджатые губы… Я смотрела на него и искренне не могла понять, как можно было отказываться от такого мужчины?

Это я должна покорить его, а вместо того, чтобы действовать, устраиваю тут какие-то спектакли. Нужно немедленно сделать всё для того, чтобы он стал моим.

Я облизнула губы, руки сами потянулись к сильным плечам мужчины…

Прильнула к своему будущему мужу, привстала на цыпочки и тихо прошептала:

— Поцелуй меня, Маркус…

Маркус

Тьма! Только не это…

Цветок Fictum Amare, крайне редкий в наших краях. Его чудесные свойства были замечены шарлатанами давным-давно.

Аромат, что излучают соцветия этого растения, крайне опасен. Если разово вдохнуть его запах, то можно потерять рассудок в лучшем случае на несколько часов, а в худшем — на несколько дней. Если нюхать его постоянно, то можно умереть.

Причём срабатывает только концентрат. То есть нужно именно понюхать цветок, чтобы помешаться на первом встречном.

Аромат Fictum Amare создаёт иллюзию любви. Человек под его воздействием способен на любые безумства, ради объекта своего обожания.

— Поцелуй меня, Маркус… — прошептала Лидия, встав на цыпочки и прижавшись ко мне всем телом. — Ну же! Чего ты ждёшь?

Её нежные руки скользили по моей груди, она была сейчас совершенно открыта и беззащитна передо мной.

Я мог бы приказать ей выйти за меня замуж или убить себя… И она бы безоговорочно выполнила, но отказать ей в поцелуе не смог.

Прильнул пересохшими губами к её губам, прижал девушку ещё крепче и почувствовал, что сам, и без влияния цветка, теряю голову.

Аромат Лидии пьянил сильнее всего на свете. Она манила меня словно запретный плод. Её губы были такими нежными и сладкими, что я никак не мог оторваться от них. Думал уже, что не смогу остановиться и все это зайдет слишком далеко, но она отстранилась сама.

— Идём! — Лидия ухватила меня за руку и повела за собой.

Лестницы, коридор, комната… Я даже не заметил, как оказался на постели, но когда Лидия начала раздеваться, словно проснулся, вспомнив, как чуть не потерял её, но сон не исчез. Лидия успела снять почти всю одежду и осталась стоять передо мной в одном белье, явно желая чтобы его снял именно я.

Ох, когда воздействие цветка пройдет, она будет злиться и на себя и на меня. А если я сейчас воспользуюсь моментом, и вовсе никогда меня не простит.

— Маркус, мне как-то холодно… — прошептала склонившись к моему лицу. Проказница! Специально губы облизала, провоцирует меня на новый поцелуй.

— Погоди, Лидия. Мне бы хотелось сегодня послушать о тебе! Расскажи мне без утайки всё то, что посчитаешь нужным.

— Разве ты не хочешь меня? — спросила и попыталась снова меня поцеловать, пришлось уложить её в кровать и укрыть одеялом.

— Хочу, но позже. А сейчас я очень хочу послушать о тебе.

Лида вздохнула, потёрла виски, словно пыталась собраться, потом медленно заговорила.

— Ещё в детстве я поняла, что с растениями мне гораздо проще, чем с людьми. Пусть это банально, но первое, что приходит мне в голову — рассказать о своей работе. В школе я посещала кружок ботаников, мы постоянно ездили на экскурсии, любовались на цветение редких растений, изучали их...

Оказалось, что всю сознательную жизнь её завораживали растения и она всегда знала, кем хочет стать и чему готова посвятить всю себя, без остатка.

Я не совсем понял, что значит “работать флористом в элитном цветочном магазине”, что такое эти экзотические растения, но когда она рассказывала об этом, в глазах моей невесты горел такой огонь, что я невольно вспомнил маму и то, как она всегда заботилась о своих розах. Может, действительно, встреча с Лидией — это моя судьба?

Учёба, работа в магазине, и подготовка специальных оранжерей, со странным названием “теплицы”, в которых они выращивали самые необычные цветы.

Автоматизированная система полива и гидропоника. Вот тут я вообще ничего не понял, кроме того, что это связано с водой для растений. Но сидел и честно слушал, мне было интересно понять, чем всё-таки Лидия занималась до того, как очутилась в Туманном лесу.

Оказывается, я с лёгкостью могу исполнить её заветную мечту — открыть цветочный магазин, чтобы заниматься продажей цветов и редких растений для магии и алхимии.

Я понял, что многие идеи и технологии из её мира, можно попытаться повторить здесь и начать можно с моей оранжереи. Думаю, что многое из этого могло бы сильно упростить работу здесь и даже в полях. Потрясающе…

Работа хорошо характеризует её, как человека со своими взглядами и целями, но показывает лишь одну сторону её личности. Меня же интересует немного другое.

Воспользовавшись паузой в её рассказе, задал следующий вопрос:

— Лидия, а чего ты хочешь помимо работы?

— Не знаю. Это сложно. Я всегда мечтала встретить такого же сумасшедшего, как и я сама, но… Обычно мужчины никогда не разделяли моих увлечений, не понимали меня и… — она замолчала и поджала губы.

— Мне ты можешь сказать честно. Я не стану стыдить или осуждать тебя, — заправил прядь волос ей за ухо и коснулся губами виска. — Мы должны научиться доверять друг другу.

— Понимаешь, Маркус, я всегда хотела крепкую семью, детишек, понимающего мужа рядом, но я не хочу становиться заложницей быта. Это сложно объяснить.

— Тогда не будем пока говорить об этом.

— Нет. — Она покачала головой и отвела взгляд, пытаясь спрятать проступившие на ресницах слезы. — Ты не поймёшь до конца, но ты тоже лишился матери. У меня всю жизнь не было ничего, кроме мечты. И я не готова поступиться ею, ради мужчины. Только в последние несколько лет я смогла открыться людям и завести хоть немного друзей. У меня не самый лучший характер. Я столько лет потратила на учебу, так хотела получить нормальное образование, построить свою жизнь так, как хотелось мне, а оказалась здесь…

Обнял её покрепче, прижал к груди и принялся успокаивающе поглаживать по спине.

— Я не могу изменить судьбу, Лидия. И не могу вернуть тебя домой. Но могу сделать тебя счастливой здесь. Поплачь, тебе станет легче.

Боги, что я натворил? Кажется, я и правда лишил эту девушку всего, что ей было дорого. Вернее не я, а Туманный лес, но от этого как-то ничуть не легче.

Она такая удивительная! Сильная, добрая, нежная. А я… Я далеко не такой. Не идеальный, со своими проблемами и делами, со своими целями и желаниями.

Как я могу оставить её здесь? Что если она права и я не достоин ее любви?

Лидия

Мы так хорошо говорили, пока я не дала слабину и не расплакалась. Маркус замолчал, просто лежал рядом, обнимал меня и смотрел на стену напротив, словно и не замечал больше ничего вокруг.

О чем он так задумался?

Внезапно мне стало интересно, что он чувствует? Замуж меня позвал, но ведь даже не знает. И полюбить точно не успел бы.

Кажется таким спокойным и рассудительным. Просто непрошибаемым. А что на самом деле?

— Маркус, а ты когда-нибудь любил? — решила не мучиться догадками и задала прямой вопрос.

Наверняка такого красивого мужчину любили многие девушки, да к тому же ещё и богатого наследника. Женщины должны были просто с ума по нему сходить.

— Только цветы, — он вздохнул, посмотрел на меня и широко улыбнулся, словно пытался отшутиться. — А почему ты спрашиваешь?

— Просто пытаюсь получше тебя узнать, — пожала плечами, не став дальше лезть к нему в душу. Не хочет — пусть не отвечает.

— А ты? Ты была влюблена? — вернул он мне вопрос.

Я набрала воздуха, чтобы ответить, но почувствовала лёгкое головокружение и на миг прикрыла глаза.

Рука мужчины скользнула по моему обнажённому плечу и я вдруг поняла, что лежу с ним рядом в одном белье.

— Что ты делаешь? Как мы здесь оказались?! — едва ли не закричала, инстинктивно натянув одеяло до самого носа.

— Неужели повезло и действие цветка закончилось так быстро? — удивился он и спросил: — Ты все ещё хочешь поцеловать меня?

— Что? Нет. Конечно, нет. С чего это я должна хотеть? За кого ты меня принимаешь?! — искренне возмутилась я, но тут в голове начали восполняться пропавшие мысли и воспоминания обрушились лавиной. Стало нечем дышать и я почувствовала, как к щекам приливает кровь.

— Вспомнила? — решил уточнить этот гад, ехидно улыбаясь.

— Кажется, да… Неужели такое действительно возможно из-за цветка? — покачала головой, борясь с желанием поскорее сбежать и одеться.

— Ещё как возможно. Достаточно вдохнуть аромат некоторых растений, чтобы отравиться или начать совершать несвойственные поступки. Собственно, именно это и произошло. Мне достаточно было приказать и ты тут же исполнила бы практически любую мою волю. В твоём мире не было подобных растений?

Приказать… Ну да, всё верно, типичное поведение мажора: добиться своего любой ценой.

— Нет. Ядовитые были, но настолько дурманящих от одного запаха — не припомню. Маркус, а зачем ты выращиваешь такое здесь? Это было твоим запасным планом, на случай если я так и не соглашусь выйти за тебя замуж? Хотел заставить меня?! — спросила прямо, понадеявшись, что он не станет лгать мне в лицо.

— Эм… — его брови удивлённо поползли вверх и кажется эта реакция была искренней. — Я, быть может, и не идеал для тебя, но на подобные изощрения не пошёл бы. К тому же, если бы хотел, то воспользовался возможностью и не только поцеловал тебя, а и…

— Замолчи! — зашипела разъяренной кошкой. — Гадко от одной мысли о подобном.

— Лидия, я что-то чувствую к тебе. Не могу сказать, что это любовь, но ты действительно нужна мне. — Он говорил серьезно и искренне, по крайней мере мне так показалось. Только вот я не была уверена, что могу ответить ему тем же.

— Мне нужно одеться. Отвернись, пожалуйста! — решила сменить тему, но чтобы не обижать его добавила: — Я запуталась, Маркус. И уже не знаю чего хочу. Не понимаю, что делать дальше и как жить. И всё же отвечу на твой вопрос: я была влюблена несколько раз, но в любовь эти чувства не успевали перерасти ни разу. Скорее всего, я для тебя сейчас стала запретным плодом, а он, как известно, всегда сладок. Ты рассчитывал, что девушка из леса будет ноги целовать своему спасителю, а я считаю, что ты похититель. И из-за этого тебе кажется, что между нами что-то есть.

— Но между нами действительно есть что-то особенное, Лидия! — он встал, подал мне вещи и отвернулся.

— Да, есть. Пропасть. Мы слишком разные, чтобы могло возникнуть что-то ещё. — Пробурчала себе под нос, быстро натягивая платье, но он всё равно услышал.

— Неужели тебе и правда настолько здесь не нравится? — он отошёл к окну и шумно выдохнул, а затем вдохнул аромат вечерней прохлады.

— Знаешь, многое из того, что в моем мире было сказками, здесь вдруг стало явью. Во мне всё сильнее разгорается любопытство, но я стараюсь сдерживать себя…

Замолчала, подошла к нему и поддалась порыву: обняла мужчину со спины и уткнулись носом между его лопаток.

От Маркуса пахло надежностью, защитой, силой. Он был той самой сказкой, о которой в моём мире не стоило даже мечтать. Но это всё казалось чужой историей, не моей.

— Может тебе перестать себя сдерживать и просто попробовать стать частью этого мира и частью моей жизни? — спросил он, потянул меня за руку, чтобы перешла вперёд и заключил в объятиях.

— Мне страшно, Маркус. Я вздрагиваю, когда рядом нет тебя или кого-то уже знакомого. Мне до сих пор жутко вспомнить тот дом, где якобы ты ждал меня, а по факту чуть не убили. И я безмерно благодарна твоему отцу, появившемуся настолько вовремя, что и вообразить трудно.

— Ох, Лидия… Это должен был быть я, а не он. Никогда себе не прощу того, что произошло и никогда впредь подобного не допущу! — он прижал меня так крепко, что трудно было не поверить в его слова. И на этом тема снова зашла в тупик.

А что если он прав и моё счастье действительно здесь? Быть может это и есть моя судьба и я зря упираюсь?

Ох, всё и так было непросто, а этот цветок запутал нас ещё сильнее.

— Я тебе верю, — вздохнула, не зная, что ещё тут можно сказать, и тихо попросила: — Покажи мне оранжерею. Мне нужно знать какие растения опасны. И не только растения…

— Идем, — он пожал плечами и мы вернулись на верхний этаж.

Это была долгая прогулка. Мы переходили от одного растения к другому, он рассказывал об их свойствах и особенностях, говорил так вдохновенно, что я заслушалась и не замечала, как летит время.

— А это Амофиллум. Коснись его, не бойся, — продолжил Маркус, остановившись у небольшого деревца, стоявшего в невысоком горшочке в самом углу оранжереи.

Мы оба одновременно протянули руки и коснулись круглых изумрудных листочков. В этот момент, на тонких веточках, в мгновение ока, появились крупные алые цветочки. Маркус замолчал и замер, словно для него подобное тоже было в новинку.

— Такие нежные… — улыбнулась, почувствовав, как мужчина взял меня за руку и слегка сжал пальцы.

— Амофиллум цветёт только рядом с истинно влюблёнными, Лидия... — словно боясь спугнуть момент, прошептал Маркус. Мы переглянулись и оба замолчали в недоумении.

Скажи он мне подобное несколько часов назад, я бы ни за что не поверила, но сейчас…

Мы ещё долго стояли в обнимку, никто не решался нарушить тишину, а деревце продолжало покрываться цветами до того момента, пока для новых попросту не осталось места…

Глава 10

Маркус

Невообразимо и просто волшебно! Амофиллум никогда при мне не цвёл. Было даже время, когда я пытался приводить к нему парочки влюблённых, но то ли их чувства были не настоящими, то ли цветок не желал творить чудес по указке…

— Это знак, Лидия! — покачал головой, когда молчание слишком затянулось, а я всё ещё не верил своим глазам.

— Это просто цветок, Маркус! — воскликнула она, но я по глазам видел, что девушку действительно задел мой рассказ о свойствах этого растения и она раздумывала о чём-то своём.

Я решил сменить тему и продолжил рассказывать ей о тех растениях, о которых знал, а Лидия рассказывала мне о растениях её мира. Вечер пролетел мгновенно, мы даже не заметили, как оказались в комнате и в одной постели. Моя невеста позволила приобнять её, да так и уснула на моем плече.

Я же ещё долго лежал и смотрел, как пылают раскалённые угли в камине. Хотелось застыть в этом моменте, остаться и запомнить его навсегда.

Раньше, отношения с женщинами были куда проще: пришёл, получил удовольствие и ушёл. Никакие разговоры не требовались, да и не о чем мне было с ними говорить. А с Лидией всё совсем иначе.

Наверное, впервые в жизни, мне хотелось общаться с девушкой более пяти минут.

Не знаю, в какой момент я провалился в дрёму, но когда открыл глаза, девушка всё ещё спала на моём плече, а в окно светило тёплое, яркое солнце.

Не знаю почему, но настроение оказалось на удивление радостным. Давно уже я подобного не чувствовал. Обычно дни сменялись один за другим, наполненные обычными хлопотами, привычными и понятными, а теперь… Теперь всё иначе и я понятия не имею, какой сюрприз будет ждать меня на следующее утро.

Тьма! Да что эта девушка со мной делает? Даже во сне я видел только её. Манящие губы, бездонные озёра глаз, шёлк её волос, нежную кожу… Это всё больше начинало походить на какое-то помешательство. Невозможно и невыносимо.

Самое страшное то, что я не могу этому сопротивляться. Я готов занырнуть в этот омут с головой и не выныривать из него никогда. Даже не думал, что способен на подобное.

Только Лидия по-прежнему не чувствовала ко мне того же. Что если я так и не смогу покорить её сердце? А если проклятие проснётся, несмотря на её присутствие и мне придётся искать другую девушку в Туманном лесу?

Я и сам не понял как стал бояться потерять её. Ведь прошло же всего ничего по времени, так как тогда Лидия успела так плотно войти в мою жизнь? Понять бы ещё, как сделать так, чтобы она впустила меня в свою…

А что если устроить прогулку? Чтобы она осмотрела окрестности, чтобы смогла полюбить сначала этот мир, а потом и меня возможно.

Можно было бы попытаться разбудить её поцелуями, но я уже заранее представлял реакцию на подобное. Так что, это не вариант, а значит…

С трудом сдерживая ехидный смешок, встал с кровати и резко сорвал одеяло со спящей девушки.

— Лидия, скорее! Просыпайся, на нас напали! — с паническими нотками в голосе, чуть ли не закричал я.

— Что? Где? Маркус, кто напал? И когда? Ох, что нам теперь делать и куда бежать? — Лидия подскочила с кровати и заметалась по комнате. Лицо её побледнело, на глаза навернулись слёзы и в этот момент я почувствовал нечто ещё более странное.

Кажется, я готов был убить любого, кто посмеет её обидеть, но не понимал, что делать с самим собой? Ведь причиной её ужаса сейчас оказался никто иной, как я сам.

— Лида, для начала успокойся! — быстро пересёк комнату, притянул девушку за плечи и прижал к груди.

— Как я могу успокоиться?! Маркус, что нам делать? — её трясло в буквальном смысле этого слова.

— Никто не нападал. Это просто такое выражение. Фраза такая, понимаешь?

Лида вдруг замерла, нахмурилась. Взгляд стал суровым и осмысленным.

— Отпусти меня, — произнесла сухим, безжизненным голосом.

— Нет, — прижал крепче, пытаясь её успокоить.

— Ты понимаешь, что эта фраза нелепа? Так шутить нельзя, Маркус! — принялась отчитывать меня, словно мальчишку.

— Я и предположить не мог, что ты так отреагируешь.

— А как по-твоему нормальный человек должен реагировать на подобные шутки? Это тебе не пощекотать пятки! Отпусти, кому говорю? — от злости она даже притопнула ножкой.

Покачал головой и разжал руки, не желая раздувать конфликт ещё сильнее, но Лидия продолжила:

— И вообще, тебя не учили, что стаскивать с девушки одеяло, как минимум, неприлично?

— Со своей невесты! — поправил её, но был награждён очередным гневным взглядом.

— Я не давала тебе своего согласия.

— Это лишь вопрос времени, Лидия! — сказал с нажимом, чувствуя, что готов сорваться и накричать на неё.

— Будешь вытворять такое, никакого времени не хватит… — Она резко развернулась и ушла, с грохотом захлопнув за собой дверь.

— Я не так уж сильно и тороплюсь, — проворчал и пошёл вслед за ней. Благо, запереться в ванной она не успела и, дёрнув за ручку, я вошёл в комнату.

— Уходи сейчас же! — глянула на меня так, словно была способна испепелить одним только взглядом.

— Хотел сказать, что у тебя полчаса на сборы. Нам нужно будет съездить кое-куда. Не успеешь собраться — поедешь в чём есть.

— Куда? И зачем тебе брать меня с собой? Уж лучше сидеть в комнате, чем терпеть твою компанию!

— Узнаешь… — тихо проворчал, не скрывая ехидной ухмылки. И, не желая продолжать этот разговор, развернулся и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

Лидия

Едва Маркус ушёл, со злости стукнула кулаком в дверь и тут же зашипела от боли.

Всё-таки парадоксально, как у него получается довести меня до ручки, практически ничего не делая. А вчера ведь было так хорошо, интересно и невероятно тепло в его объятиях.

Я даже грешным делом успела снова размечтаться о счастливой сказке, которую мы с ним могли бы создать вместе. Ещё ни один мужчина на моей памяти не говорил так страстно и горячо о растениях. Это могло бы стать для нас отличной точкой соприкосновения и постепенно мы бы лучше узнали друг друга. И может быть тогда, я смогла бы действительно открыть ему своё сердце.

Вот зачем он так пошутил? Просто зла не хватает! Все приятные ощущения прошлого дня мгновенно стёрлись в памяти, оставив после себя только горькое послевкусие и уверенность в том что такие мажоры никогда не меняются.

Ненавижу богатеньких папиных сыночков! Миры меняются, времена меняются, но одно остаётся неизменным: богатство портит людей. И Маркус отнюдь не исключение.

Избалованный, наглый, хитрый…

Красивый, сильный, нежный.

Вот как я должна разобраться в себе и понять, что я к нему чувствую, если он каждый раз ведёт себя по-разному? Только я успею поверить в то, что в этом мужчине есть что-то человечное, что-то притягательное, как этот гад выкидывает очередную глупость и я снова начинаю злиться и чуть ли не ненавидеть его.

И я действительно очень сильно испугалась. Ведь, если бы на нас действительно напали, я совершенно не подготовлена к подобным ситуациям. Я даже не успела нормально изучить замок, не говоря уже об окрестностях. И совершенно не имею понятия, куда бежать и как спасаться?!

Может быть Маркус хотел таким образом как-то подготовить меня к такому? Хотел защитить, пусть и сыграв на нервах?

Нет. Не нужно искать оправданий. Он же чётко дал понять, что это была всего лишь нелепая шутка. Очень сомневаюсь, что кого-то в этом мире будят фразой: “На нас напали!”

Да и кто вообще в своём уме мог бы такое придумать? С подобными вещами не шутят. Это слишком страшно, дико, первобытно и не способно вызвать ничего, кроме лютой паники.

И что это за желание куда-то меня отвезти? Что он задумал?

Если бы я могла верить Маркусу, то попробовала бы пофантазировать о каком-нибудь романтичном месте, о свиданиях и конфетно-букетном периоде. Но, кажется, этот мужчина даже не слышал о подобном, а если и слышал, то никогда сам даже не пытался создать романтическую обстановку и покорить девичье сердце. Видимо, смотрел только на тех, которые сами готовы были принять его с распростёртыми объятиями и вешались на шею, словно невменяемые…

Умылась, расчесалась и почти дошла до гардероба, как в дверь постучали.

Выглянула в узкую щёлочку, опасаясь возвращения Маркуса и продолжения скандала. Увидела слугу с тремя большими свёртками и решила, что вежливость лишней не будет:

— Доброе утро, — заставила себя улыбнуться и пошире открыла дверь.

— Доброе утро, госпожа, — поклонился мужчина, которого я уже видела вчера в компании Алана.

Он прошёл в гостиную, оставил свёртки на столе, ещё раз поклонился и удалился, снова оставив меня в одиночестве.

От нечего делать, подошла и потянула за верёвочку. В грубое сукно оказалось завёрнуто три новеньких брючных костюма.

Радостно хлопнув в ладоши, быстро переоделась и даже нанесла лёгкий макияж. Как бы я ни злилась на Маркуса, а меня с детства приучали, что в любой ситуации нужно выглядеть бесподобно. Конечно, до абсурда я не доводила, но старалась подчеркнуть природную красоту, не испортив её излишним слоем косметики.

Когда заканчивала укладывать волосы в простую, но изящную причёску, в дверь снова постучали и в этот раз служанка вошла, не дожидаясь приглашения, поклонилась и быстро заговорила:

— Доброе утро, госпожа. Господин Маркус ждёт вас в трапезной.

Поприветствовав её кивком головы и сдержанной улыбкой, поднялась и последовала за девушкой.

Как бы мне ни хотелось этого отрицать, любопытство просто раздирало на части. Я всё гадала, куда именно Маркус собирается меня отвезти? И с каждой секундой вариантов становилось всё больше.

Самым очевидным из них был тот, в котором мужчина тащит меня в храм и насильно заставляет выйти за него замуж. Он ведь говорил, что это лишь вопрос времени, значит вполне мог бы выкинуть нечто подобное.

Второй мне в голову пришла мысль о том, что он решил отвезти меня обратно в лес и оставить там на съедение монстрам или любую другую смерть, желательно пострашнее.

Третий вариант мне нравился меньше всего. В нём Маркус отдавал меня какому-нибудь незнакомцу. По принципу, раз за него замуж не хочу, то пойду за кого-нибудь другого.

Спасло от дальнейших раздумий меня только то, что мы наконец дошли. Мужчина тут же поднялся с места, галантно выдвинул для меня стул, улыбнулся и тихо сказал:

— Ты восхитительно выглядишь!

— Спасибо. Но, скажи, тебе правда нравится или это всего лишь вежливый жест? — спросила, невольно ожидая подвоха отовсюду.

Маркус хмыкнул, ухмыльнулся, но отвечать не спешил…

Маркус

— … тебе правда нравится или это всего лишь вежливый жест? — поинтересовалась Лидия в ответ на комплимент.

Я не торопился, помолчал немного и, выждав несколько секунд, серьёзно ответил:

— Мне правда нравится, как ты выглядишь. Разве мне может не понравиться собственная невеста?

Она лишь фыркнула в ответ и молча принялась завтракать. Я же не стал отвлекать её от еды и последовал отличному примеру.

Уж не знаю почему, но аппетит я успел заработать зверский. Обычно по утрам лениво ковырялся в тарелке, а сейчас смел всё до последней крошки. Казалось, что если не поем нормально, то мне не хватит сил совладать с удивительным характером этой девушки.

Спустя полчаса мы спустились во двор и шагая бок о бок направились к конюшне. Я всё поглядывал на недовольную Лидию и никак не мог понять почему она злится?

Едва завидев конюшню, девушка остановилась, словно вкопанная и нахмурилась.

— И почему я не удивлена? — спросила она словно между прочим.

— Наверное потому, что ты ужасно проницательна, — хоть вопрос и казался риторическим, но я всё же ответил.

— Ну да, это моё лучшее качество, — сказала едва слышно.

Войдя в конюшню, я сразу провёл Лидию к стойлам.

— О нет, я ни за что на свете не сяду на этого монстра! — воскликнула она, глядя на моего коня и скривила губки.

Это выглядело настолько мило, что я даже едва сдержал себя, чтобы не рассмеяться. Но когда Сириус фыркнул в ответ, я уже не смог молчать.

Мой хохот прокатился по конюшне, словно раскат грома.

— Ты на нём и не поедешь, — сказал, как только смог совладать со своими эмоциями. — Для тебя конюх подготовил спокойную лошадку. Она точно не взбрыкнёт.

Посмотрев на меня пристально, Лидия кивнула и подошла к Звёздочке.

— Это она? — спросила девушка, с интересом разглядывая кобылу.

— Да. Это Звёздочка. Она очень спокойна, так что можешь не бояться вывалиться из седла.

Правда, не сильно вынослива, но мы далеко и не собираемся, но этого озвучивать своей невесте я не стал.

Кивнув, Лидия протянула ладонь и провела кобыле по морде.

“А они нравятся друг другу!” – пронеслась у меня мысль.

Когда мы взобрались на лошадей и отправились на прогулку, я постоянно косился на Лидию. Сложно было оторвать взгляд от этой девушки. У меня создалось чувство, что эта поездка может нас объединить, вот только…

Обернулся.

О каком объединении может идти речь, когда за нами следует охрана, тьма их побери? Понятно, что после похищения это вынужденная мера, но всё же. Может отослать их обратно?

Нет, не думаю, что Лидия оценит подобный ход. Хотя…

— Скажи, куда именно мы направляемся? — задала она вопрос.

Мне показалась, или она решила сменить гнев на милость?

— На прогулку. Ты же не против?

— Хм, прогулка, тем более по таким красивым местам? Думаю, я “за”!

Вот и славно…

— А ты отлично держишься в седле, — не смог не заметить я.

— Когда-то я каталась на лошадях. Но это было давно и неправда, — сказала она с усмешкой, и похлопала Звёздочку по шее.

Вот оно как? А она открывается мне с совершенно иной стороны! И это не может не радовать!

Мы неспешно двигались по неширокой дороге, вокруг цвели яркие цветы, росли кустарники.

— Ой, смотри! Суслик! — воскликнула Лидия, радостно уставившись куда-то в сторону. Но я не мог оторвать взгляд именно от неё. — Ещё один! — снова воскликнула и рассмеялась.

Её улыбка просто завораживала.

Решив, что раз уже обычная дорога так понравилась Лидии, то, когда она увидит настоящую красоту, придёт в неописуемый восторг!

— Нам сюда, — сказал я, указывая направление.

Свернув с тропы, мы проехали ещё немного, и перед нами открылось невероятной красоты — озеро. Меж двух невысоких скал, воды быстрой речушки скатывались вниз и разлетались о камни, создавая радужный мост из мелких капелек, игравших в солнечных лучах.

— Не может быть! Это же водопад! — произнесла Лидия заворожено.

— Тебе нравится? — спросил негромко, стараясь не нарушить величие момента.

— Просто невероятно, — прошептала она не отрывая взгляд. — Я ничего подобного не видела в своей жизни!

Спешившись, Лидия сделала всего один шаг к озеру, и в этот момент я почувствовал неладное…

Лошадиное ржание и стук копыт, а затем на дальней дорожке появились трое.

Какого лиха им тут понадобилось?

— Маркус! — громко произнёс герцог Валлур.

— Валлур? Что ты делаешь на моей территории? — спросил я, оглядывая прибывших.

— Я здесь, чтобы вызвать тебя на поединок чести! — заявил он.

Резко дёрнувшись, Лидия посмотрела на меня с испугом.

— И что же сподвигло тебя на такой необдуманный шаг? — спросил я с усмешкой. Конечно, он имел право на этот вызов, даже простой селянин мог бы попытаться таким образом отнять у меня Лидию. В данном случае, происхождение не играло никакой роли, и даже мое.

— Маркус, ты что творишь? — зашипела моя малышка, забираясь обратно на Звёздочку. — Решил с ними беседы вести?

— Ты и сам прекрасно знаешь ответ! — сказал Валлур, стараясь глядеть на меня свысока. Ну-ну…

Тоже мне противничек… Башку себе только не сверни раньше времени.

Я почувствовал, как позади меня напряглась охрана. Я видел, как спутники Валлура положили руки на свои мечи.

— Маркус, давай просто свалим отсюда, пожалуйста! — взмолилась Лидия, глядя на то, как я оценивающе смотрю на своих противников.

— Нет, дорогая, — качнул головой. — Я вынужден согласиться, — сказал и усмехнулся.

— Ты в своём уме? — едва не закричала на меня Лидия. — Давай просто уйдём!

— Лидия, от поединка чести не отказываются, — сказал я, глядя в её бездонные глаза, в которых сейчас читался страх.

Вот же уроды, из-за них она готова расплакаться. Всю прогулку испортили. Нет, чтобы в замке подождать!

— Да что это за законы такие? — разозлилась Лидия, вцепившись в мою руку.

— Всё будет хорошо, — сказал я, высвободив ладонь, и провел по её щеке.

— Да, пошёл ты! — психанула моя будущая жена. — А знаешь что? Хочешь драться? Дерись! Но я ведь не обязана на это смотреть, верно?

— Ну что ты там раздумываешь? — криво усмехнулся Валлур. — Испугался?

— Да нет, — сказал, глядя на него. — С радостью!

— Тогда я жду тебя на рассве…, — но договорить я ему не дал. Если один идиот решил подохнуть, тогда кто я такой, чтобы заставлять его ждать?

— Что ж, я полностью к твоим услугам, герцог Валлур. К чему ждать утра? — и сказав это, спрыгнул с коня и прошёл вперёд.

Опешив, Вал нервно посмотрел на своих сопровождающих, и сглотнув, тоже спрыгнул с коня.

Я смотрел на противника и улыбался. Адреналин зашкаливал и во мне проснулся азарт перед схваткой.

— Маркус, прошу тебя! — окликнула меня Лидия.

— Подожди немного, можешь на водопад полюбоваться, — сказал, бросив на неё уверенный взгляд. — Я скоро освобожусь и мы продолжим прогулку!

Лидия

Никогда не понимала дуэлей! Вся эта якобы романтика вызывала в моей душе острое отторжение. Сколько талантливых людей погибло из-за этой глупой традиции!

“От поединка чести нельзя отказываться” — сказал Маркус, и мне самой захотелось его стукнуть чем-нибудь тяжёлым.

Не отказываются!

То есть любой придурок встанет у тебя на пути, скажет пару ласковых, а ты даже послать его не сможешь? Дикость какая-то!

Валлур — так назвал Маркус этого надменного индюка. Откуда он только взялся?! Зачем только мы отправились на эту проклятую прогулку? Вот и чего ему дома-то не сиделось? Хотя, скорее всего этот тип и до замка бы дошел со своей “честью”…

Да и не сидеть же нам в замке безвылазно? И скольким ещё идиотам так вот придёт в голову притащиться к нам и вызвать на бой моего…

Я сказала “моего”?

Но ведь Маркус называл меня “милой”, почему бы и мне не подобрать для него ласковое слово?

В эту минуту я была готова не только к словам. Мне хотелось обнять этого дуралея, погладить по волосам, шепнуть на ушко что-нибудь успокаивающее и отвлекающее от ужаса, творящегося у меня на глазах. Только бы он послушался меня и уехал, плюнув на условности.

Не похоже, чтобы доводы разума трогали хоть одного из присутствующих. Все мужчины — и горе охранники Маркуса, и те что явились с его противником — не сомневались в неотвратимости драки.

Послушайте! Если бы мне нравились подобные зрелища, я бы предпочла наблюдать как посторонние мускулистые мужики бьют друг друга по мордасам по телику, или в интернете, но никак не вживую!

Потом…

Приз победителю где, стесняюсь спросить?

Так! Кажется мои переживания по поводу целостности господина мажора отошли на задний план. Что если он проиграет?!

Уж не меня ли мечтает заполучить жестоко презираемый мною герцог?

Нет! Нет-нет-нет-нет…

Я пыталась успокоить себя, отгоняя страшную догадку, но чем пытливее вглядывалась в лица продолжавших якобы непринуждённый разговор мужчин, тем больше укреплялась в её правильности. Оба, уж Маркус так точно, сохраняли выдержку. Тщательно маскировали гнев за ехидством и выглядели, или казались, спокойными. Как будто не ждала одного из них скорая смерть! Как будто моя судьба не решалась в эти мгновения!

Проблеск надежды появился, когда герцог заговорил о встрече наутро. Я успела обрадоваться и чуть не бросилась к Маркусу, но его ответ чуть не лишил меня чувств. Это олух собирался сражаться прямо здесь и сейчас!

Ведь можно же было просто вернуться в замок, а потом что-нибудь придумать: оказаться больным или… Я не знаю! Спрятаться где-нибудь вдвоём — типа нас похитили!

О! Этот гордец намерен биться и совершенно не слушает меня.

“Отойди полюбоваться водопадом!”

Он серьёзно? В тот момент, когда на кону жизнь и свобода, мне цветочки нюхать и наслаждаться птичьим щебетом?

Послушайте! Вы не знаете с кем связались! Вот прямо честно могу пообещать: кто бы из них не победил, задушу собственными руками! Мне не нравится этот мир! Меня не устраивают эти законы! Я ненавижу гордецов, готовых ради выдуманных традиций убивать друг друга. И хватит мечтать о сказках. Их не бывает и всегда есть подвох…

Да… что-то там было о проклятие. Конечно! Они все проклятые, я бы точнее выразилась: больные на всю голову.

Что-то меня кидает из одной эмоции в другую. Это стресс, наверное. Как на волнах в семибалльный шторм: то к облакам, то в пучину. Теперь мне стало жалко Маркуса. Прямо очень жалко.

Я жаждала его победы. Только бы он сумел одолеть этого недоумка. Тот сам виноват — нарвался, что называется.

Я болею за своего! Вот.

Хотя смотреть на это всё ещё боюсь.

Дальше началось движение.

Все расступились, образуя круг. Я попыталась прорваться внутрь, но меня деликатно, но настойчиво оттеснили в сторону. Незнакомец из чужого лагеря совершил манёвр и неожиданно возник рядом со мной, даже успел заговорить, но один из охранников Маркуса довольно грубо его оттолкнул. И правильно! Мне сейчас вообще было не до светских бесед! Во рту возникла дикая сушь. Колени подгибались, руки дрожали, в животе образовался тугой узел, не позволявший как следует вдохнуть. Если так пойдёт и дальше, то я превращусь в средневековую нежную аристократочку, готовую грохнуться в обморок при виде крови.

Я не хотела это видеть! И не могла. Но кто бы меня спрашивал.

Скрежет металла… Короткие команды… Гул в ушах. Это моё сердце билось так, что заглушало все остальные звуки.

Бой завязался нешуточный и я должна была это видеть. Должна была заставить себя и тоже одержать победу. Мне нужно победить свой страх!

Глава 11

Маркус

Никто из нас не виноват, что родился в ночь чёрной луны. Это не кара за собственные преступления, не наказание за грехи предков. Так распорядились высшие силы: кому-то нужно обладать Тёмной магией, чтобы противостоять исчадиям тьмы. К несчастью, платой за эти способности является проклятие. Тьма, поначалу занимающая лишь скромный уголок мира, постепенно отвоевывала всё новые участки. С самого рождения проклятый знает, что рано или поздно погибнет, став её жертвой. И это удача, что есть путь к спасению. Непростой, не всем доступный, но есть! Нужна иномирянка, способная канализировать излишки тьмы.

Я прекрасно понимал, что Валлур вынуждено вызвал меня на поединок. Не по прихоти, не по принуждению – ради собственной жизни. Это у меня сейчас появилась надежда заполучить иномирянку в жёны, хоть проклятие еще и не вступило в силу, а герцог такой возможности не имел.

Да! Ни я, ни другие Тёмные не виноваты, что злой рок отметил нас. Однако выбор есть всегда. Собственный свободный выбор. Либо раз в год, в самую мерзкую ночь, отправляться в Туманный лес в поисках иномирянки: сражаться там с чудовищами, прочими жуткими тварями, отбиваться от зомби, противостоять другим проклятым, которые, пожелав отобрать добычу, имеют право и возможность убить соперника до того как он покинет лес. Либо терпеливо ждать, когда удачливые соперники приведут иномирянок домой, и похитить вожделённую девицу. Правда, это только в том случае, если не случилось поцелуя. Однако и здесь есть способ выиграть приз. Свадьба Тёмного и его невесты состоится в течение трех месяцев, значит поединок — прекрасный выход.

Кто-то скажет, что честный поединок — тоже опасность для жизни, ведь шансы у соперников равны. И всё-таки один единственный противник — это не шайка отчаявшихся проклятых и не свора иномирных монстров, хлынувших через открывшиеся порталы в Туманный лес.

Я имел право считать герцога Валлура подлым трусом, выбравшим лёгкий и менее опасный путь для спасения. Посчитать трусом и наказать за это!

Удивительно, что герцог решился вызвать именно меня. Ни для кого не секрет, что я отличный боец. Было время, когда поединки на турнирах были смыслом моей жизни. А было время, когда я месяцами пропадал в Туманном лесу, убивая тварей снова и снова...

У меня сомнений в победе не было, хотя Валлур сумел удивить. Он довольно ловко парировал мои излюбленные приёмы. Как будто специально изучал именно мою технику ведения боя!

Почему бы и нет? Этот гад явно готовился загодя!

Пришлось по ходу поединка перестраивать стратегию. Если поначалу бой напоминал танец с плавной сменой фигур, обманными выпадами, неуловимыми передвижениями по площадке, ударами без замаха и прочими моими излюбленными фишками, теперь началась мистерия: скачки, рывки, остервенелые броски…

Я всё дальше оттирал соперника, тот был вынужден отступать, хотя позади него было озеро довольно глубокое у самого берега. Свалиться в воду означало бы бесславный конец.

Магию применять нельзя — это закон. Однако доведённый до отчаяния Валлур преступил это правило и швырнул в меня заклинанием.

Вот же… Зачем? Неужели надеялся, что нарушение пройдёт незамеченным? Заклинание было простеньким, но мощным и довольно гадким. Оно лишь отнимало силы, превращая могучего бойца в тряпку, вялое подобие самого себя.

Я не то, чтобы готовился к этому, но допускал нечистоплотность противника. Успел поставить блок и отразить большую часть магической волны. Однако и тех брызг, что мне достались было достаточно, чтобы начать спотыкаться и пропускать удары, отражая их в последнюю секунду.

Смерть никогда меня не страшила. Я долгие годы жил с мыслью, что она рядом. Проклятие могло проявиться в любой момент и прикончить Тёмного до того, как он найдёт своё спасение. Но одно дело смириться с неизбежным, совсем другое — проиграть, уступить, сплоховать.

Я не почувствовал боль, когда клинок вспорол кожу на плече. не ощутил свою рану, но услышал её…

Женский голос перекрыл другие шумы. Лидия кричала, требовала остановить поединок, но я не мог сейчас позволить себе отвлечься, чтобы успокоить её.

Да! Смерть не страшна. Дело не в ней. Я только теперь осознал, что не за свою жизнь сейчас сражаюсь, я должен спасти свою женщину. Свою Лидию!

Уступить мою колючку этой гниде? Этому упырю, возомнившему себя достойным её? Никогда!

Осознав это, я ещё немного попятился, вяло парируя выпады противника, зато нашёл в себе силы вспомнить и прошептать укрепляющее заклинание. Давненько не было в нём нужды. Да никогда не было! Помнится, заучил-то его на спор! Чего-чего, а сил у меня всегда имелось в избытке. Я их ненавидел, но пользоваться умел и сейчас это было действительно необходимо.

И спасибо старому учителю — пригодилось заклинание!

Почувствовал прилив, но не подал виду, нарочно покачнулся, заставив Лидию вскрикнуть снова, сделал вид, что падаю, на самом деле присел, наклонился и, когда ликующий Валлур метнулся ко мне, рубанул его по коленям.

— А-а-а-э-э-э!!! – герцог упал с глухим дробным стуком. Резко запахло свежей кровью.

Я уже полностью восстановившийся, распрямился, развёл окаменевшие плечи, повернулся к Лидии. Глаза её были расширены, по щекам водопадом лились слёзы.

Покачал головой и улыбнулся ей, а после посмотрел в другую сторону. Там прямо на камнях распластался ещё один тёмный — спутник герцога. Отражённое заклинание прилетело ему. Будет жить, но восстанавливаться придётся неделю, если не больше.

Склонился над стонущим Валлуром, приставил остриё меча к его шее:

— Просишь ли пощады, герцог? Как смел ты воспользоваться магией? Таков, по-твоему, “честный” поединок?

— Убей… – сипло отозвался герцог, — убей меня, я…

— Нет! — Лидия, наконец, опомнилась и подбежала ко мне. — Пусть проваливают. Пожалуйста, я не хочу видеть ничьей смерти!

— Зря! — приобнял её и отвел в сторону.

По-хорошему я должен был убить Валлура. Хотя бы из милосердия, ведь иначе его добьет проклятие, но…

Прислонился спиной к дереву и с улыбкой наблюдал, как Лидия осматривает мою рану. Заботится.

— Вот к чему все это было, Маркус? Представляешь себе, как я испугалась? Бессовестный. А если бы он убил тебя? Вон какая дырень в плече. Сильно больно? Надо рану промыть! А то может случиться заражение… — пробормотала Лидия, сменив гнев на милость, и к нам как раз подошел один из охранников с бинтами.

— Лидия, я уже не раз говорил и повторю тебе: этот мир жесток. Здесь все устроено иначе… — Вздохнул. Хватит ходить вокруг да около, в конце-концов, она уже достаточно видела и должна узнать правду.

И я без лишних деталей рассказал ей о поединках чести, проклятии, объяснил причины. Даже извинился за то, что именно я вывел её из леса.

Она слушала, наблюдала за одним из охранников, перематывающим мою рану, хмурилась. А я бы всё отдал, чтобы оказаться в её голове и узнать мысли…

Когда закончил рассказ, Валлура уже увели, только охрана маячила чуть в стороне.

Лидия молчала. Сидела на сухом бревне, смотрела в землю, почти не моргая, и то сжимала кулачки, то разжимала. Ох, не представляю, как ей сейчас трудно переварить всю полученную информацию. Я бы, наверное, после такого с ума сошел. Или закрылся в себе…

— Поехали в замок! — наконец сказала она, вскочила на ноги и быстрым шагом направилась к лошади, мирно пощипывающей траву у берега.

Мы взобрались на коней и медленно двинулись в обратный путь. Успели отъехать чуть дальше, туда где дорога узкой лентой извивалась над небольшим склоном, как внезапно, обычно спокойная кобылка чего-то испугалась, встала на дыбы. Моя невеста испугалась, не удержалась в седле и полетела с крутого склона…

Лидия

Было сложно осмыслить ту информацию, которую он рассказал мне. Конечно, представлять себя прекрасной девой, за руку которой могут биться два доблестных рыцаря было несколько лестно, но подобные турниры давно канули в лету и давно не практиковались в моем родном мире. Что же до этого, как же дико всё это звучало... Хотя не менее диким было и мое попадание в этот странный и загадочный мир. Подумать только, отбить женщину, словно какую-то добычу или трофей, чтобы воспользоваться в личных нуждах. Мерзость!

А как же мужская солидарность? Вероятно, она не столь сильна как сила проклятия, на плечах Маркуса и других, подобных ему мужчин.

Варвары! Варварский мир, варварские традиции, варварские законы и нужды!

Верилось в его рассказы с трудом, но я и так здесь вопреки законам логики и здравого смысла. В любом случае выбора особого мне не предоставлялось. Уповать на благородство местных мужчин пока тоже не приходилось.

А свадьба?

А как же колено, кольцо и охапка белых роз в мой полный рост? А если я на меньшее не согласна?

Да и плевать на розы и колени. Я хочу банального: чтобы меня просто полюбили, прежде, чем тащить замуж. Быть пилюлей от проклятия я не хочу.

Решив, что лучше всего будет уехать отсюда и поскорее, я направилась к своей лошади.

Мы двинулись по дороге, всё было спокойно, но...

Жизнь пролетела перед глазами, когда моя кобылка вдруг взбрыкнула, встала на дыбы и...

— Лида! — услышала отчаянный крик Маркуса, но могла чувствовать только боль. И сейчас было уже совершенно не важно, где я и как сюда попала, за кого выходить замуж и каким образом...

Кубарем я катилась вниз, скользя по крутому склону берега. Больно ударяясь о камни и редкие ветки кустов, сбивала локти и колени, царапая лицо. Показалось, что вот-вот и я влечу в ствол раскидистого низкорослого дерева, которое по неизвестной причине занесло на этот проклятый участок.

Уже закрыла глаза и попрощалась с жизнью, но на пути встретился кусок отколотой породы, торчащий среди травы, и траектория скольжения изменилась. Удар рёбрами о камень выбил воздух из лёгких, дышать стало почти невозможно, а в глазах поплыло. Вдруг, движение замедлилось, а меня постепенно вынесло на небольшую поляну, но...

Стоило мне выдохнуть, как поняла, что скатилась прямиком в озеро. Боль во всем теле сменилась шоком от ледяной воды.

— Лида! — снова крикнул Маркус, быстро спускаясь вслед за мной по склону.

Я ухнула с головой под воду, а как только попыталась всплыть, почувствовала, что что-то держит меня за ноги, резко дернулась и закричала.

Воздух кончился. Не нужно было открывать рот. Остатки сил тоже истаяли, словно их и не было вовсе.

Первый приступ паники отступил, способность разумно мыслить вернулась и я поняла, как глупо себя повела и снова попрощалась с жизнью, но надежда на спасение была еще жива. Маркус же идет за мной, а значит нужно только продержаться, дождаться его…

Дождаться.

Или нет?

Сильные руки подхватили меня, вытащив буквально за шкирку из ледяной воды.

— Жива? — на меня смотрели бездонные, полные ужаса глаза тёмного, на этот раз действительно спасшего меня.

— Жива, — простонала я, едва шевеля посиневшими от холода губами.

На ногах виднелись остатки водорослей, в которых я запуталась, костюм был безнадёжно перепачкан илом, а всё тело болело так, словно из меня пытались сделать отбивную. Ох…

Я прижалась к широкой груди мужчины в попытке согреться и унять бешеный стук сердца. Слишком много событий для такого короткого промежутка времени.

Маркус осторожно опустил меня на землю.

— Потерпи немного, — приговаривал он, снимая с меня пиджак, стянул с себя сюртук и завернул меня в него. — Скоро будешь в тепле. И чаю горячего обязательно нужно попить! С розовыми лепестками и жасмином. Уверен, что он тебе понравится…

Стало и правда немного теплее, словно внутреннее пламя его души и меня согревало, опаляя своим жаром. Подхватив снова на руки, он понёс меня вдоль берега, а стража вместе с лошадьми уже спускалась со склона с более пологой стороны…

Маркус усадил сначала меня на своего огромного жеребца, а затем ловко взлетел в седло сам, прижавшись грудью к моей спине. Ощущение легкости и покоя накрыло меня словно белая пелена. Жутко хотелось тепла и спать. Веки едва держались открытыми, словно были налиты свинцом. И я хотела бы ненавидеть Маркуса за всё, что он сделал, но почему-то не могла…

Маркус

В тот момент, когда Лидия выпала из седла, мне на миг показалось, что сердце сейчас остановится. Словно весь воздух враз выбили из груди и лишили почвы под ногами.

Не думая, наплевав на все возможные последствия и на то, что я и сам мог бы убиться, кинулся за ней, вытащил из воды, прижал к себе и что-то нашептывал, как последний дурак, пытался успокоить её и успокоиться сам.

Плечо болело нещадно, но я не обращал на него никакого внимания. Самое главное, что Лида была спасена и могла стоять рядом со мной. Даже не думал, что для меня это будет настолько важно.

Сириус почувствовал моё настроение и сам ускорился, стремясь поскорее отнести нас домой.

Доехав до самых дверей, спрыгнул с коня и снова подхватил свою колючку на руки.

И пусть я не знаю, что она думает обо всём, что было рассказано ей сегодня, сейчас важнее всего сделать так, чтобы Лидия не заболела.

Занёс её в комнату, помог снять верхнюю одежду. Она замерла, смутилась и покачала головой:

— Я дальше сама, Маркус…

— Позволь мне остаться, — провёл руками по плечам и сомкнул пальцы на талии девушки, прижав её к себе. — Я не хочу уходить.

— Тогда отвернись… — Она поджала губки, а на щеках заалел румянец.

— Нет. Ты доверяешь мне? Я не прикоснусь к тебе насильно… — поцеловал в висок, ухватил за край рубашки и потянул вверх.

Лидия сперва напряглась, попыталась сжаться, но сделала глубокий вдох и подняла руки, позволяя стащить с неё мокрую, грязную ткань.

Провёл пальцами по нежной коже, добрался до кромки штанов и легким движением расстегнул пояс.

Присел и потянул вниз, коснувшись губами обнаженного бедра. Девушка переступила, окончательно избавляясь от грязной одежды. И попыталась прикрыться руками, как только бельё отправилось вслед за остальной одеждой.

— Ты прекрасна! — прошептал ей на ухо и подтолкнул в направлении ванной.

Пока она открывала воду, разделся тоже, правда оставил тонкие нижние штаны, чтобы не смущать её окончательно, и тоже залез под горячую воду.

Смочил губку, намылил её и принялся нежными, массивными движениями, отмывать речной ил, стараясь не касаться тех мест, где аллели ссадины.

Когда мы выбрались из воды, Лидия смотрела на меня по-другому. Что-то изменилось, но я не хотел сейчас об этом думать.

Подхватил её на руки и унёс на кровать, уложил на спину и взял со стола мазь, уже принесенную слугами вместе с большим подносом еды и чаем.

Зачерпнул рукой белую массу, растер в ладонях и принялся смазывать каждую ссадинку на теле этой хрупкой, нежной женщины.

Я хотел её, хотел завладеть каждым миллиметром её тела, осыпать поцелуями от кончиков волос до пальцев крошечных ног. Хотел, чтобы она была моей, и хотел так сильно, как никого и никогда прежде.

Она перестала выпускать шипы, стала податливой и позволила мне касаться там, где это было необходимо.

Едва закончив смазывать все повреждения на её коже, сплел заклинание, усиливающее действие мази и слегка светящимися ладонями, принялся просто массировать мышцы.

Лидия лежала, прикрыв глаза и едва заметно улыбалась. А я поймал себя на мысли, что просто счастлив от её близости.

Когда ссадины затянулись, девушка задремала, а я укрыл её одеялом, улёгся рядом и никак не мог отвести взгляда.

Перед глазами всё ещё стоял момент, как она выпадает из седла и кубарем катится по склону. Я слишком хорошо запомнил ощущения, которые испытал при этом. И не хочу, чтобы подобное повторилось снова.

Да, тьма его побери! Нам нужно скрыться где-нибудь до того момента, как в город нагрянет жрец. Затаиться в безопасности, чтобы больше не пугать её поединками и не бояться за неё.

Нужно было заставить себя уйти, обработать плечо ещё раз и отдохнуть самому, но взгляд. Да, хотелось большего, но я был счастлив просто от того, что она рядом и не гонит меня. Неизвестно, что будет с настроением у этой колючки, когда она откроет свои дивные глаза…

— Ты снова охранял мой сон? — спросила Лидия, потянувшись.

Одеяло соскользнуло, снова заставив меня дышать чаще, глядя на её роскошное тело.

— И не уйду, пока не буду уверен, что с тобой всё хорошо.

— Ой, — она натянула одеяло до кончика носа, словно пыталась от меня спрятаться.

— Не нужно, — взялся за край и потянул ткань на себя. — Позволь мне любоваться тобой.

— Ты какой-то странный сейчас, — она нахмурилась, а я улыбнулся и встал, сходил в гардероб, принёс ей длинную рубашку и, как только девушка оделась, подхватил на руки и отнёс к камину.

Сам уселся в кресло и усадил её к себе на колени.

— Я не странный, просто понял, что мне нужна именно ты. Раньше я думал, что подойдет любая девушка из Туманного леса. Мне это было нужно только для того, чтобы контролировать проклятие, но сейчас всё изменилось. — Отломил кусочек лепёшки, положил на неё сыра и ветчины, и протянул девушке.

— Маркус, ты хочешь мне что-то сказать? — спросила настороженно и заглянула мне в глаза.

Я должен был что-то ответить, рассказать ей о том, что чувствую, но замер, словно парализованный.

— Не говори, — она улыбнулась, приложила палец к моим губам и я понял, что мне сейчас катастрофически не хватает того, что уже есть между нами. Я должен сделать следующий шаг.

— Нет, — отложил лепёшку, убрал её руку от своего лица и коснулся губами пальцев. — Я хочу сказать. Просто для меня это впервые и я боюсь ошибиться.

— Тогда скажи, как есть. Не подбирая слов, — она пожала плечами и вздохнула.

— Я люблю тебя, Лидия. Ты нужна мне больше всего на свете. Плевать на проклятие! Я хочу быть с тобой, хочу жить и дышать тобой, хочу наслаждаться каждым мигом проведённым вместе, встречать с тобой рассветы и провожать солнце на закате. Хочу, чтобы у наших детей были твои глаза... — я хотел продолжить, передать ей все те чувства, что испытывал, но Лидия обвила своими нежными ручками мою шею и прижалась губами к моим губам, даря мне самый горячий поцелуй.

Он был долгим, чувственным, просто невероятным. Казалось, что в этот поцелуй мы вложили себя без остатка, передавая все чувства без каких-либо слов. Разговоры здесь были неуместны. Сейчас между нами царила самая настоящая магия.

Магия близости, магия наших тел и волшебство любви окутало всю комнату, наполнив её новыми красками, ярким светом и ощущением исполненной мечты.

— Я хочу, чтобы ты не останавливался… — прошептала она, нежно касаясь губами моей шеи.

Дважды просить было не нужно, я уже и так был настолько на взводе, что впору принимать холодный душ.

Подхватил её на руки и унёс на кровать, продолжая целовать снова и снова, словно если бы рискнул оторваться от неё, то не смог бы дышать…

Лидия

Солнечные лучи легли узором на каменный пол и я некоторое время любовалась бликами. Потом вспомнила, что надо вставать. Потянулась, улыбнулась, вспомнив эту волшебную ночь и заметила служанку, которая забирает поднос со вчерашней едой.

— Доброе утро, — поприветствовала её и завернулась в одеяло.

— Доброе утро, госпожа.

Покачала головой и ускользнула в ванную. Нужно было обмыться и привести себя в порядок.

Когда я искупалась, оделась и вышла в гостиную, шустрая горничная уже разложила на туалетном столике шпильки с шелковыми цветочками и жемчужинами, гребни с голубыми камнями, и ленты трёх оттенков голубого.

Едва я присела на банкетку, как девушка приговаривая что-то о прекрасном дне накинулась на мои волосы, как бультерьер на ботинок — причесывала, меняя щетки и гребни, натирала шелком, смачивала кончики отваром ромашки и приятно массировала голову “чтобы леди улыбалась”.

Что ж… Сегодня я не возражала. Раз уж это её работа, то стоит принять и насладиться.

— Какую будем делать причёску? — спросила она, когда я от удовольствия практически растеклась лужицей под её умелыми руками.

— Что-нибудь простое, — махнула я рукой, — без изысков и чтобы не долго возиться.

Девушка задумалась, как то покрутила волосы и р-р-раз! На голове что-то элегантное, простое, но неповторимое самостоятельно. Потом через эту красоту проскользнула голубая лента с кружевным краем, и завершили композицию три шпильки с цветочками.

— Вам нравится, госпожа?

— Очень! — улыбнулась и напомнила: — Не называйте меня госпожой. Пожалуйста, зовите по имени. Просто Лидией.

— Хорошо. Еще что-то нужно, госпожа? — слова горничной заставили меня в очередной раз улыбнуться и окончательно убедили перестать спорить. Госпожа, так госпожа...

— Проводи меня к Маркусу!

— Прошу прощения, госпожа, но господин Маркус занят делами. Он просил вам передать, что зайдет к вам сам, но скорее всего вы увидитесь уже за ужином!

Мне сразу стало грустно, и новое платье, причёска и туфельки на каблучке совсем перестали радовать. Что же мне делать? Чем занять время, чтобы не думать бесконечно о Маркусе? Взгляд сам собой упал на расшитый халат. Орхидеи. В этом климате такие цветы точно не растут в саду.

Точно, оранжерея! Вот я и нашла себе занятие на весь день. Погуляю по оранжерее, полюбуюсь растениями, может что-то интересное увижу. Во всяком случае это лучше, чем сидеть и переживать в комнате.

Отпустила служанку и сбежала наверх.

У самой двери располагались аккуратно подстриженные апельсиновые деревца в кадках. Красивые дорожки, выложенные мраморными плитками, раскидистые пальмы, изящно ползущие по решёткам бугенвиллеи — в общем то, что считается обязательным украшением оранжереи, и то, что можно из неё вынести в бальный зал или в гостиную.

Я дошла до цветов амофиллума и улыбнулась, вспомнив о его свойствах. Ни за что больше не стану нюхать!

Прошла немного вперёд и наткнулась на массивные двери. Распахнула тяжелые створки, а за ними… Я искренне залюбовалась самыми настоящими зарослями, искусно устроенными вокруг фонтана. Тут было очень тепло и влажно и растения росли именно те, которые нуждаются в таких условиях. Цветущих было мало, но разноцветная глянцевая листва привлекала внимание, а ещё среди ветвей висели клетки с птичками, и в целом вид был достоин любования.

Я пробиралась всё дальше и дальше — через заросли, и удивлялась тому, как в этой оранжерее всё замечательно устроено — морозостойкие растения высажены у стекла, влаголюбивые — у фонтана, кактусы и прочие суккуленты — возле печей, согревающих все это огромное и беспокойное хозяйство.

Часа через три я добралась до самого дальнего конца оранжереи. Здесь стояли ряды лоточков с крохотной рассадой, требующей пристального внимания. Высились ящики с землёй разных видов, с мульчей, удобрениями, торфом… Тут же в ряд выстроились лейки заполненные водой, грабли, совки, лопатки, тачки… Несколько молодых парней занимались поливом, стараясь делать это так, чтобы не повредить хрупкие растения. Рядом с ними стоял крепкий сухощавый старик, посасывая незажженную трубку.

Увидев меня он буквально подпрыгнул:

— Госпожа, вам что-то угодно?

— Добрый день, — ответила с улыбкой, — я просто бродила любуясь растениями и нечаянно забрела сюда. Извините, не помню, как вас зовут…

Старик приосанился, видно его не часто баловали вежливой речью:

— Старший садовник Лем! — представился он.

— Очень приятно, Лидия! У вас тут так красиво и сложно! Я восхищена результатом, и уверена, что вы приложили немало сил, чтобы всё это росло, цвело и благоухало в это время года! — сделала комплимент, хоть и знала, что Маркус тоже часто прикладывал руку к местным растениям.

Старшему садовнику очень польстили мои слова, и следующую пару часов мы бродили по всей оранжерее, где мне показывали узенькие тропки, по которым ходят помощники садовника, специальные упоры для тяжёлых плетистых роз, круглые медные чаши для сжигания мусора и кувшины с удобрениями.

Я вспомнила, как относился к растениям Маркус и задумалась. А что, если здесь сделать системный полив, чтобы вода курсировала и поливала растения осторожно, снизу, не повреждая нежные листочки? И систему распыления! С такой тоненькой структурой леечек, распыляющих воду, чтобы оседала словно роса…

Интересно, Маркус одобрит такое?

Глава 12

Маркус

Просыпаться вот так было непривычно. Лидия лежала, повернувшись ко мне лицом, и я видел рассыпавшиеся по подушке волосы, её безвольно лежащую руку. Глаза, вчера сиявшие мне изумрудами радости и страсти, сейчас были закрыты. Невольно задумался, что ей сейчас снится. Как глупо — я испытал ревность к тому, кого она могла видеть во сне. Но ведь у неё было своё прошлое, доступ к которому для меня был закрыт. Нет, всё ерунда! Надо отбросить подобный эгоизм. У нас и так с Лидией едва появилось хрупкое доверие. Я буду идиотом, если разрушу его сейчас. Осторожно коснулся её шелковых волос, вдохнул запах. Как же хорошо она пахла! Осторожно, чтобы не разбудить, поцеловал руку. Пальчики Лидии дернулись, но она не проснулась. Я выскользнул из постели, тихо оделся и поспешил к себе в кабинет.

— Господин!

На лице гонца было беспокойство. Что-то случилось? Вот так всегда: не успеешь расслабиться, как тебя ожидает беда.

— В чём дело?

Я сказал это поневоле раздраженно. Всё, чего мне сейчас хотелось, это позавтракать вместе с Лидией, наслаждаясь лицезрением её сияющих глаз. И даже тысяча вопросов, которыми она всегда была готова меня засыпать, меня уже не пугали.

— Форт, ваше высочество. Много пострадавших. Врагов остановили на второй линии рубежа, но форт придётся восстанавливать.

— Тьма! — выругался я, мрачнея. — Есть подробная информация? И позови Алана.

Наставник пришел так быстро, словно ожидал приглашения. А через час мы выехали к форту.

Возвращались мы вечером, обсуждая, что надо делать. Ущерб был огромен: одна башня была полностью взорвана, и разбор завалов продолжался. По нашим подсчетам, в нижнем ярусе могли находиться люди. Надо было как можно быстрее достать оттуда раненых. Одни ворота были полностью разбиты, и нападающие ринулись внутрь форта, оттесняя защитников к донжону. Хорошо, что подмога вовремя подошла, и мы смогли отбить атаку.

— Мы немедленно закажем новую партию камня из каменоломни. Дерево уже везут, — перечислял Алан.

— Сколько, по-твоему, уйдет времени на восстановление?

— Пока выроем временный земляной вал. На восстановление стены уйдёт недели две. А башню… Ну хорошо будет, если через месяца два она будет готова.

Голова пухла от забот, и тем приятнее было на время выкинуть эти мысли и отдаться общению с Лидией. Я нетерпеливо постучал вилкой по столу, ожидая её. Усмехнулся. Еще совсем недавно я в запальчивости говорил отцу, что готов избавиться от Лидии. И вот теперь торопил мгновения до встречи с ней. Дергался, как мальчишка, от каждого звука шагов. И вскочил, едва она показалась в дверях.

Я жадно смотрел на лицо Лидии. Ожидал увидеть на нём сожаление о собственной слабости. Отвращение к себе или холодность. Да просто отчуждение, в конце концов. Но Лидия казалась совершенно счастливой. Её глаза блестели, и она с готовностью подалась вперёд, подставляя губы. Я хотел впиться в них с той же страстью, что и ночью, но сам осадил себя. Нет, торопливо сорванный поцелуй, это не то, чего я жадно вожделел. Если я ничего не испорчу, то этой ночью мне достанется целая пригоршня таких поцелуев. И не только.

— Где ты был, Маркус? — спросила меня Лидия, и я чуть было не расхохотался. Ну конечно — вопросы!

Я отодвинул стул, усаживая девушку, сел сам и велел слугам подавать ужин. А сам неторопливо начал рассказывать сегодняшние дела. Лидия слушала внимательно, лишь изредка перебивая вопросами. Мне было необыкновенно уютно. На душе разливалось тепло. Наверное, в этом и состоит счастье настоящей супружеской жизни. Вот так сидеть вдвоём с дорогой тебе женщиной, обсуждать события за день, видеть неподдельный интерес к твоим словам…

— А чем ты занималась? Прости, что пришлось тебя покинуть.

— Ничего. Я прекрасно провела день. Маркус! Я снова ходила в оранжерею.

Я постарался не выдать своих чувств, а сам вдруг поймал себя ещё на одном ребячливом желании: загадать, понравилась ли Лидии оранжерея? И если да, то всё у нас будет хорошо. Какая глупость! Но на самом деле я вдруг испугался: нельзя же ставить такую важную вещь, как будущее семейное счастье в зависимость от случая. Но вчера мы говорили о растениях и я не догадался спросить насколько по душе ей именно цветник замка.

— И как тебе оранжерея? — нарочито небрежно спросил я.

— Она изумительна! — воскликнула Лидия. — Это просто чудо, Маркус! Поверь, я видела не одну подобную в своем мире. Но они этой даже в подметки не годятся!

Я почувствовал, как тепло разливается в моей душе. Наверное, так чувствует себя цветок, на которого падают первые лучи солнца после долгого холода или дождливой погоды.

— Только вот что, Маркус… Знаешь, что я подумала? Там не хватает оросительной системы.

— Не совсем понимаю, о чем ты. Садовники каждый день поливают растения.

— В нашем мире большие сады, теплицы или оранжереи не поливают люди. Это слишком сложно…

И Лидия начала подробно рассказывать о своей задумке. Она говорила с таким воодушевлением и азартом, что я тут же отогнал от себя мысль, что кто-то мог рассказать ей, что оранжерея была моим любимым детищем.

— Я велю Лему, чтобы он во всём тебе помогал. И распоряжусь выдать деньги на устройство этой твоей системы.

— Правда?

Лидия даже порозовела от удовольствия. Неужели судьба действительно подарила мне ту единственную во всём мире девушку, которая не только отвечала моему вкусу, не только заставляла сердце биться, но и разделяла мои интересы? Это было похоже на чудо.

Мы перебрасывались с Лидией шутками, обсуждали с увлечением растения, которые существовали в обоих наших мирах, но я уже с нетерпением подгонял окончание трапезы. Я любовался девушкой: её тонкими пальчиками, которыми она изящно управлялась с приборами, её покрытыми румянцем щеками, блеском глаз и тёмно-карминовыми, в свете светильников, губками. Ну и чего скрывать, я вспоминал изгибы её гладкого тела, скрытого сейчас под платьем, вспоминал и предвкушал. Как она стонала в моих объятиях, как заволакивались истомой и блаженством её невероятные глаза, как мы сплетались в единой страсти. Ведь сегодняшней ночью нас ждет повторение?

Кажется, Лидия отгадала мысли, которые бродили в моей голове, потому что под конец ужина она начала то и дело смущённо отводить глаза и мило краснеть.

— Сегодняшний ужин — один из лучших у меня за последнее время, — галантно сказал я, когда мы окончили. — А моя сотрапезница – самая красивая девушка обоих миров.

Лидия бросила на меня загадочный взгляд и зарделась ещё сильнее.

— Пойдем отдыхать? — небрежно бросил я, но сердце у меня забилось гораздо чаще.

Лидия

Мягкий, тёплый свет ламп освещал задумчивое лицо Маркуса, когда я, наконец, решилась выразить своё предложение о создании системы орошения для оранжереи замка.

Мужчина откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и задумчиво посмотрел на меня.

Я так ждала его реакции, что никак не могла успокоиться и нервно теребила поясок платья, в нетерпении услышать ответ. И как же было замечательно увидеть оживленный блеск зеленых глаз, когда он согласился и даже пообещал отдать нужные указания.

Это настолько осчастливило меня, что я расплылась в радостной улыбке и с благодарностью посмотрела на мужчину. Встретившись с ним взглядами, почувствовала, как в душе что-то щёлкнуло и словно запорхали волшебные бабочки.

В воздухе витала прохлада, за окнами опустилась темнота. Маркус как раз встал и позвал отдыхать, явно имея в виду не только это.

— Уже поздно, — кивнула в знак согласия.

Я тоже поднялась из-за стола и, улыбнувшись своему жениху, позволила взять себя за руку.

В ночной тишине замка гулко раздавались наши шаги по мраморным ступеням изящной лестницы и я никак не могла перестать восхищаться интерьером.

Внутри замок был просто великолепен и я не уставала рассматривать его, подмечая каждый раз всё новые и новые детали. Каждый элемент был тщательно продуман и выполнен искусными мастерами, поскольку всё смотрелось настолько гармонично, изящно и величественно, что каждый раз захватывало дух от красоты. Просторные залы с высокими потолками были украшены изысканными фресками и тяжёлыми тканевыми гобеленами. Полы были вымощены роскошной мозаикой или покрыты узорчатыми коврами, которые приглушали звуки наших шагов и были настолько мягкими, словно мы ступали по сочной весенней траве.

Освещение осуществлялось с помощью небольших магических светлячков, которые давали тёплый мягкий свет, отражавшийся от зеркал и золочёных рам картин, придавая помещениям загадочный блеск и романтическую таинственность древнего, величественного замка.

Как только мы достигли двери моих покоев, Маркус сказал, что ненадолго сходит к себе и придёт, а я воспользовалась моментом и быстро сходила в душ.

Когда он пришёл, я уже стояла у огромного окна, обрамлённого тяжёлыми бархатными шторами, и вдыхала воздух, наполненный ароматами осенней свежести. Попадание в этот мир было спонтанным и неприятным, берущим начало в хаосе и неопределённости, но теперь каждая минута здесь казалась оправданной.

Я убеждала себя, что это мой новый дом, представляла как могла украсить его по своему вкусу, внести новые ноты и цвета. Жизнь в новом мире обретала непредсказуемые очертания, и не все из них были лёгкими или радостными, но я должна буду научиться находить красоту в мелочах и счастье в тишине.

А уж если рядом со мной всегда будет Маркус…

Его поддержка теперь ощущалась в каждом взгляде, каждом прикосновении, каждой улыбке.

Разве не символично, что у нас на двоих есть одно любимое занятие – это растениеводство? Я давно уже нашла смысл в уходе за этими маленькими каплями жизни, нежно говорила с ними и даже мечтать не могла, что найду мужчину, который будет относиться к растениям так же… Видеть в них точно такой же смысл и красоту…

Размышляя о своих растениях, я находила параллели между их ростом и своим собственным изменением. Как и они, я нуждалась в заботе, в воде и свете, в поддерживающих руках, которые оберегали бы меня от порывов безжалостного ветра. И как и они, я училась распускаться цветком под покровом безграничного неба этого мира, признавая, что жизнь здесь не так уж и плоха. По крайней мере, она точно так же полна надежд, как и весенние бутоны, ждущие своего часа раскрыться во всей своей красе и дать жизнь чему-то новому, неизведанному.

Маркус подкрался сзади молча, как тень. Его шаги были бесшумными и мягкими, словно хищник вышел на ночную охоту.

Когда он нежно обнял меня за плечи, это было подобно ощущению тёплого летнего ветерка, что внезапно врывается в прохладу комнаты, наполненной тишиной и ластится, даря своё тепло и наслаждение.

Я ждала его, откинула голову назад, на миг закрыв глаза и наслаждаясь теплотой его ладоней на своей коже — он стал моим укрытием и моим смыслом в этом новом мире.

В моей душе воцарилась гармония, которую я раньше лишь иногда улавливала в отрывочных снах. Это ощущение уюта и спокойствия, не зависимое от времени и насущных забот, здесь и сейчас было таким же реальным, как и стук моего собственного сердца.

Маркус не говорил ничего, но его присутствие сказало всё за него. И я наконец почувствовала себя действительно счастливой, сама взяла его за руку и потянула к постели.

Маркус

Под звуки ранней зари, когда небо окрасилось бледными оттенками, я проснулся от громкого стука копыт, доносившихся со двора. После них послышались поспешные шаги, глухие удары дверей и тихие, но напряжённые голоса в коридоре.

Я осторожно выбрался из-под тёплого одеяла, чтобы не разбудить Лидию и вышел в коридор…

Сообщение прибывшего в такую рань гонца было лаконичным и холодным — король, исчез!

Велев седлать Сириуса и Звёздочку, быстро вернулся к Лидии.

— Милая, проснись… — коснулся губами её виска.

Она медленно открыла сонные глаза, но увидев моё взволнованное выражение лица, тут же настороженно поинтересовалась:

— Что случилось, Маркус? — нахмурилась и резко села, внимательно следя за каждым моим движением.

— Нужно немедленно ехать в столицу. Возьми с собой только один комплект сменной одежды и всё. Необходимое там предоставят. Я не знаю на сколько придётся уехать и не оставлю тебя здесь одну.

— Хорошо, — она кивнула и быстро встала, принявшись метаться по комнате… Больше не задавала никаких лишних вопросов, понимая, что случилось что-то из ряда вон выходящее.

Отбыли мы в течение часа. Прибыв в столицу в кратчайший срок, приказал срочно собрать совет. В тускло освещённой комнате столичного замка, где обычно царило благоговейное молчание, скопилась группа немногих избранных.

Сейчас я был не просто Маркусом. Мне пришлось вспомнить, что по праву рождения я всё же принц, наследник своего отца-короля, которому выпала тяжёлая ноша. Ошибиться я не имел права и должен был показать силу и решимость.

Я стоял во главе длинного дубового стола, руки покоились на массивной поверхности. Пожалуй, сейчас я выглядел как истинный наследник трона, несмотря на тревогу за отца, безжалостно поедавшую изнутри.

— Слушайте меня внимательно, — начал я, и голос острым мечом разрезал воздух. — У нас есть дело высшей важности, и я требую немедленного выполнения моих приказов без вопросов.

Взгляды всех присутствующих были прикованы ко мне в ожидании указаний. Придворные, капитаны стражи и самые доверенные слуги были готовы к бою, хотя и не понимали реальную угрозу, с которой столкнулось наше королевство.

— Мой отец, — продолжил я, стараясь держать каменное выражение лица, — исчез этой ночью. Это остаётся между нами, и я рассчитываю на ваше молчание. Вне этих стен вы не знаете ничего.

Все закивали, но было видно, как тяжесть этой новости усилила напряжение в комнате; она скользнула между нами, привнося страх и решимость действовать.

— Каран, ты возглавишь команду поиска внутри замка. Проверь каждую комнату, каждую тайную лестницу, каждый угол, — приказал начальнику королевской стражи, который держал всё в секрете до моего прибытия.

— Варгус, тебя я хочу видеть в городе. Если кто-то покидал замок ночью, найди и допроси. Тем временем, я займусь допросами придворных и слуг. Моя невеста будет со мной, — произнёс решительно, поворачиваясь к своей Лидии, которая слегка кивнула в знак согласия.

— Для всех остальных, — я повысил голос, чтобы мои слова достигли каждого, — рассказывайте штатные истории о занятости короля по важнейшим делам. Никто не должен заподозрить, что происходит что-то необычное. Спокойствие народа — наш первостепенный приоритет.

Комната замерла на мгновение, после чего присутствующие загомонили, и каждый отправился выполнять свои задачи.

На кону стояла не только судьба одного человека, пусть даже короля, но и устойчивость всего королевства. Неудача не входила в мои планы, и я был готов сделать всё, чтобы найти отца и предотвратить хаос, который мог последовать.

Величественность королевского кабинета не успокаивала меня, она была лишь фоном для внутренней бури. Я стоял перед огромным окном, скрытым за пышными бархатными занавесями, смотрел на виднеющиеся вдалеке бастионы и крыши города, а в ушах звучали сдавленные эхом коридоров шаги тех, кого вели на допрос или тех, кто шёл с докладами.

Лидия тихо сидела в отцовском кресле и нервно вертела нож для бумаги в своих тонких пальчиках.

Я задержал дыхание, когда дверь кабинета снова отворилась.

— Что-то нашли? — поинтересовался устало.

— Увы, Маркус, пока нет никаких новостей.

Слова камнем упали на сердце. Я знал, что мои чувства, блуждающие между отчаянием и надеждой, должны оставаться за стенами груди. Никто не должен видеть моих истинных чувств, только холодный расчёт и твёрдую руку.

Я лишь кивнул и отпустил тайника обратно, в мир слухов и множества глаз, которые могли что-то увидеть, даже незначительную деталь, которая послужит нам зацепкой. Как только он вышел за дверь, Лидия подкралась сзади и положила голову мне на плечо. Я позволил себе едва заметный вздох — знак борьбы между долгом и болезненным страхом за отца.

Время тянулось, заставляя меня беситься от неизвестности, от чувства собственной беспомощности, несмотря на то, что в моих руках сейчас была власть над целой страной — я не мог ускорить поиски отца. Мы не нашли ни одной зацепки. Ни-че-го! А что, если он уже мёртв?

В эти длинные часы ожидания и допросов, я находил мимолётное облегчение, только от того, что рядом была Лидия. Её успокаивающий голос и непоколебимый взгляд были как маяк для корабля, потерявшего курс в шторме и почти налетевший на разрушительный риф. И хотя паника могла в любой момент прорвать стены королевского убежища, я точно знал, что настоящая сила – в единстве и непоколебимости, что исходила от этой хрупкой, но такой сильной внутри девушки, которую я должен был защитить ни смотря ни на что. От моей любимой, которую я нашел лишь благодаря случайности и собственному упрямству.

Долг перед отцом и королевством требовал от меня сосредоточения и стойкости. Распоряжения были даны, план действий четко выстроен, но успех никогда не бывает гарантированным.

Я обернулся и взглянул на портреты предков, висящие на стене кабинета и смотрящие на меня оценивающе, выжидающе. У каждого был свой путь, их лица изображали мужество и мудрость — те качества, к которым я, как принц и наследник трона, должен был стремиться ежечасно.

Настоящее лидерство не требовало идеальных условий — это даже не было возможно. Скорее, оно было определено умением стоять прямо, когда безжалостные ветры неопределенности дули сильнее всего, держать руку на пульсе времени и никогда не давать своим врагам — или собственным страхам — увидеть свою слабость. И я не был слаб.

Я всегда хотел лишь покоя…

Лидия

В этом наполненном тайнами мире, где сейчас каждый шорох казался зловещим предвестником, я стояла оцепенев, пытаясь собрать свои мысли в кучу и понять, что же на самом деле произошло. Шок от неожиданности и страх за короля заставляли моё сердце биться так часто, будто оно пыталось вырваться из груди.

Но Маркус... Он был несгибаемым.

Его злоба к неведомому врагу, похитившему его отца, была ощутима в каждом его движении, в каждом жесте, но при этом он сумел сохранить ясность ума, что казалось невозможным в подобной ситуации. В тот момент, когда сковывает страх за отца и тяжёлым, неподъёмным грузом и навалилась ответственность за всё королевство…

Находясь рядом с ним, я поняла, что восхищаюсь его решительностью, его силой воли, его стойкостью несмотря ни на что. Видеть, как он, словно не чувствует страха перед ликом такой угрозы, и как он быстро принимает правильные, взвешенные решения, вызывало и во мне чувство уверенности, несмотря на ужасающий вихрь событий.

Маркус не давал мне уйти далеко от себя, своей заботой лишь подчеркивая опасность момента, но в то же время даря мне чувство полной безопасности рядом с ним. Только рядом с ним. Недавняя попытка моего похищения, провалившаяся как раз благодаря его Величеству, а теперь исчезновение короля — всё это заставляло нас быть особенно настороженными и держаться вместе.

Мысль о том, что Маркус так плечом к плечу со мной стоит перед всепоглощающим, безжалостным штормом, вызывала во мне не только трепет, но и некую важность происходящего. Боясь потерять ещё кого-то, он сжимал мою руку немного крепче, чем это было нужно, и я чувствовала его нервное напряжение. Мне хотелось сказать ему, что всё будет хорошо, но как могла я обещать что-то в мире, который вдруг перевернулся с ног на голову?

В сознании оставалась тёмная дымка неизвестности, которая покрывала будущее так же плотно, как туман покрывает землю в холодное утро. Видя его решимость спасти отца и защитить меня, я поняла, что Маркус обладает всем тем, что делает его не просто благородным по крови, но и благородным по духу. Его хватка и холодная голова в моменты, когда его собственное сердце наверняка было охвачено пламенем страха и злобы, говорили о многом.

Мы оба оказались на разломе обыденности, где каждый шаг, каждое решение могло изменить нашу судьбу. Он боялся за меня, как я боялась потерять единственного в этом мире близкого мне человека. В этой буре событий мы были вместе, и это заставляло меня верить, что мы пройдем сквозь все испытания, сохраняя в сердцах нежность…

Весь день прошел в бесконечном потоке голосов, быстрых шагов и напряжённых взглядов. Я стояла неподалёку от Маркуса, следя за тем, как хлынула волна расследования, которая каждую минуту оседала на наши плечи серой и липкой вуалью неопределённости и беспокойства. Моё присутствие в центре всех этих событий казалось одновременно и неуместным, и абсолютно необходимым. Главы служб иногда бросали на меня быстрые удивлённые, непонимающие взгляды, словно спрашивая себя: что же она здесь делает? Но ни один из них не осмелился бы выразить свои мысли вслух в присутствии Маркуса.

Я понимала, что мне нужно бы как-то попытаться помочь, поговорить с ним, расспросить обо всём, чего не понимала, но знала, всегда чувствовала, что он ненавидит, когда кто-то задает сильно много вопросов. Знала и молчала, стараясь просто быть рядом, чтобы поддержать его.

Солнце уже давно ушло за горизонт, когда Маркус счёл нужным отправить меня спать. Я видела его усталость, заметила, как с каждым часом его глаза всё больше темнели от недосыпа и переживаний, как опускались плечи от усталости и движения становились не такими быстрыми и чёткими. Ему самому требовался отдых.

Оставшись читать отчёты и ждать новостей от доверенных лиц, он был похож на рыцаря, несущего доспехи на своих плечах не только ради королевства, но и ради нас с ним. Смущённо взглянув на него, я едва уловила мягкость в его глазах, когда он смотрел на меня.

Я остановилась у двери, обернувшись к нему. Он всё ещё был погружён в свои бумаги, но его взгляд поднялся на меня, словно по призыву моего сердца. Я подошла к нему, аккуратно положила руки на его плечи, и его руки коснулись моих. Его кожа была горяча, напоминая о долгом и истощающем дне.

— Ты тоже должен немного отдохнуть, — тихо сказала я, чувствуя, как его напряженные, каменные мышцы начинают ослабляться под моим прикосновением. — Всё будет хорошо, — продолжала я, пытаясь окружить его своей заботой и теплом.

В ответ он обнял меня, и этот жест был таким естественным, как если бы мы нашли утешение друг в друге среди бесконечного отчаяния. Наши лица оказались настолько близко, что я чувствовала его дыхание. Маркус поцеловал меня — мягко, но с таким жаром, что моё сердце пропустило удар. В этом поцелуе скрывалось всё: страх, усталость, обещание защиты и что-то ещё… Такое неуловимое, но такое сильное.

Прощаясь с ним на ночь, я несла с собой мягкий свет того момента, который, казалось, стал маяком в наших сердцах среди темноты, обрушившейся на нас с той поры, как всё началось. И я не смогла уйти.

Взяла его за руку и потащила за собой.

— Что ты делаешь, Лидия? — он покорно пошёл следом, словно у него не осталось сил сопротивляться.

— Просто слушайся меня и всё будет хорошо, — заверила его, заталкивая в комнату, и принялась стаскивать с него одежду, чтобы отвести в душ и после заставить хоть немного поспать…

Глава 13

Маркус

Поглощенный своими мыслями, я внезапно почувствовал, как чьи-то руки нежно коснулись моих плеч, принося тепло и облегчение.

Лидия, словно не слыша моих протестов, мягко, но уверенно провела меня к душу, где горячая вода обещала хоть на мгновение смыть напряжение и усталость. Стоя под струями воды, я чувствовал, как моё тело постепенно расслабляется, а заботливые руки Лидии делают этот момент чем-то невероятно освежающим и целительным.

Покинув душ, я обнаружил, что Лидия уже готова продолжить свой ритуал заботы — на этот раз она предложила мне массаж. Плавные, уверенные движения её рук медленно рассеивали оставшиеся оковы напряжения, и чем дольше она это делала, тем сильнее я ощущал, как уходит тревога, уступая место глубокому, продолжительному чувству расслабления, даже несмотря на все сложности, переживания и страхи за отца.

И вот, массаж плавно перерос в нечто большее — в тишине комнаты, освещённой только мягким светом магических светильников, между нами с Лидией загорелось новое пламя чувств. Этот момент, настолько интимный и искренний, подарил мне долгожданное спасение от внутренних, изматывающих и сводящих с ума, бурь.

Позже, лежа в объятиях Лидии и чувствуя её теплое дыхание на своей груди, я ругал себя за моменты слабости, когда позволил себе так сильно расслабиться. Но в глубине души я понимал, что поддержка этой удивительной женщины стоит тысячи слов благодарности. И вот теперь я был по-настоящему рад, что решил связать свою жизнь с ней. Лидия, как никто другой, понимала бремя, которое я волок на своих плечах, и стремилась облегчить его тяжесть хотя бы на миг.

Лидия была моим светом, и я был счастлив, что она рядом…

Рассвет ворвался в комнату тонкими лучами, рисуя на столе узоры из света и тени. Обнаружив свою невесту в душе быстро оделся, позавтракал и снова склонился над столом, пытаясь собрать воедино разрозненные обрывки информации, которые, как мне казалось, должны были пролить свет на произошедшие события.

Увы, но новый день начался без каких-либо вестей, не принеся с собой надежды или каких-либо ответов на вопросы.

— Маркус, — руки Лидии мягко опустились мне на плечи, — мне кажется, нам пора сменить подход.

Я поднял глаза от карты, на которой красными линиями были обозначены маршруты отца.

— Я тоже об этом подумал. Мне кажется всё началось не здесь. Что если нападение на форт было первым шагом? Всего лишь отвлекающим маневром от похищения моего отца.

Лидия внимательно наблюдала за мной.

— Тогда для этого нужен был бы кто-то, кто прекрасно знает привычки и маршруты твоего отца. Кто понимает куда вы направите своё внимание. Где будете искать и на что обращать внимание.

Мысли путались в моей голове, создавая из себя нечто вроде паутины, в которой легко запутаться и застрять.

— Именно, — промолвил я, чувствуя, как понемногу появляется план действий. Сидеть дальше на месте я уже не мог. — Нам нужно выяснить, кто мог обладать такой информацией и использовать её против нас.

Тишина опустилась на комнату, в которой каждый предмет, от тяжёлых занавесок до массивного дубового стола, казалось, дышал предчувствием чего-то неизбежного, неотвратимого. Лидия первой нарушила её.

— Маркус, начнем с повторного опроса слуг и охраны?

Вздохнув, я откинулся в кресле и с усталостью посмотрел на неё.

— Подозреваемых много, но никаких доказательств. Нам нужно быть крайне осторожными в наших действиях. Нельзя допустить ошибку, которая обернётся против нас самих. И приведёт к смерти отца, конечно, если он ещё… жив.

— Мы начнем сначала. Опросим всех, кто мог бы дать нам хоть какую-то зацепку, — Лидия прижалась, невесомо коснулась губами моего виска, и я чувствовал, что не один в этой борьбе.

Возвращаясь к документам, я ощутил, как внутри меня, несмотря на усталость и бесконечные вопросы, разрастается огонь. Огонь, способный осветить даже самые тёмные уголки нашего мира, в поисках отца.

Тайные стражники уже допрашивали пленных, но всё, что до меня доходило, были лишь крупицы информации, слишком ничтожные, чтобы сложить из них целостную картину. Слишком многое на кону, и я понимал: если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам. Так я решил отправиться в форт, чтобы исследовать улики и провести свои допросы.

Лидия стояла у окна, когда я рассказал ей о своём решении. Она молчала, внимательно вглядываясь в мои глаза.

— Я с тобой, — наконец сказала уверенно и спокойно. Словно не понимала, что там может быть действительно опасно. Намного опаснее, чем здесь.

— Я боялся, что ты это скажешь. Мне хотелось, чтобы ты осталась здесь, под охраной, — мои слова звучали твёрже камня. Уверенно и непреклонно, как бы мне ни хотелось обратного. Отпускать её, оставляя здесь… было тяжело.

— Нет, Маркус. Я еду с тобой. Твой отец уже спас меня однажды и я не хочу оставаться в стороне. К тому же, без тебя мне будет неспокойно…

— Но, Лидия… — попытался возразить ей, но чувствовал, что её упорство не меньше, чем моё собственное.

— Я не буду спорить с тобой. Но если ты хочешь оставить меня здесь, то придётся отправить в темницу! — голос её звучал звонко и я понимал, что она и правда не сдастся.

— Хорошо, — покачал головой, не согласный с её решением, но в глубине души я был действительно рад, что она будет рядом, как бы разум не сопротивлялся этому желанию.

Седлая коней в тусклом утреннем свете, мы словно пара духов пролетели через влажный, плотный туман на подходе к форту. Мрачные стены возвышались перед нами, будто сама судьба выстроила их тут для испытания моего решения.

Внутри нас встретили хмурые стражники, их взгляды были наполнены вопросами, когда они увидели Лидию, но никто не осмелился произнести их вслух. И они были правы. Мало кто из знатных мог похвастаться, что его жена находилась рядом не только на балах, но и в трудных ситуациях, когда действительно грозила опасность.

— Я здесь не просто так, — начал, стоя, как каменное изваяние, перед пленными, которые с тревогой и страхом ожидали нашего следующего шага. Я обвёл взглядом каждого, ища в их глазах малейший намек на истину. — Мы знаем, что за нападением на форт стоят не простые мотивы. Мы хотим понять кто отравил вас сюда и зачем…

Допросы были долгими и изнурительными, но каждое слово, каждый намек пленных были для меня, как кусочки большой мозаики. Лидия же стойко помогала мне, следя за деталями, которые могли ускользнуть от моего внимания.

В конце дня, когда мы с моей невестой остались одни в пустующем помещении для допросов, она тихо сказала:

— Мы всё равно найдем ответы, Маркус.

Я кивнул, соглашаясь. В этот момент я ощутил, как между нами с Лидией возникло что-то гораздо большее, чем просто взаимное доверие и ночи вдвоём. Это было похоже на уверенность в том, что вместе мы способны пережить любые испытания, любые сложности и тяготы жестокого мира. И это чувство оказалось прекрасно…

Лидия

С утра до вечера я бродила по форту вместе с Маркусом, чья тревожная сосредоточенность временами сменялась редкими, но тёплыми улыбками в мой адрес.

Маркус такой решительный и собранный, вёл себя как настоящий детектив, чем меня покорял всё больше и больше. Он взял на себя роль руководителя расследования, и каждый его шаг был продуманным и логичным, тщательно выверенным.

— Тебе не кажется, что все эти события как-то связаны? — спросила я его, когда мы осматривали остатки разрушенных стен форта.

Маркус задумчиво потёр подбородок.

— Вполне может быть. Но пока рано делать окончательные выводы. Давай сфокусируемся на фактах.

Каждый раз, когда нам предстояло войти в комнату для допросов, Маркус вежливо, но непреклонно останавливал меня.

— Сюда тебе лучше не заходить. Поверь, это не место для девушки.

В первый раз такие его слова казались мне обидными, но со временем я поняла, что его забота была дорога мне. Маркус оставлял меня разговаривать с солдатами, которые участвовали в обороне, и я собирала свидетельства, которые потом передавала ему, стараясь быть полезной и узнавать как можно больше всего, ведь каждая незначительная деталь может оказаться важным кусочком запутанного пазла.

Этот день прошёл как в тумане. И, хотя расследование бросало тень надежды на разгадку тайны исчезновения короля, путь к истине был ещё долгим и тернистым. Но с Маркусом рядом мне казалось, что любые преграды нам преодолеть под силу. Вместе мы можем очень многое!

На рассвете мы покинули форт. Я была переполнена разнообразными чувствами, порой противоречащими друг другу. Наше расследование принесло плоды: мы нашли тех, кто стоял за нападением. Теперь Маркус поручил уладить дела своим доверенным лицам, и мы направились обратно в столицу. Мне было странно осознавать, что часть моей тревоги позади, однако волнение о будущем не покидало.

Карета, на которой мы ехали обратно, мягко покачивалась на неровностях дороги, когда Маркус внезапно нарушил молчание, царившее между нами:

— Мы знаем, что атака на форт была тщательно спланированной, и теперь, когда мы раскрыли заговорщиков, можно предположить, что у них были и другие намерения. Возможно, они хотели отвлечь наше внимание, — Маркус задумчиво хмурился, глядя сквозь меня, утопая в запутанной паутине своих размышлений.

— Это имеет смысл, — согласилась я, осторожно положив ладонь на его запястье. Мои мысли стремительно кружились в водовороте чужих интриг и переживаний за моего мужчину. — Но почему именно твой отец? Чего они хотели добиться, забрав его?

— Возможно, это банальные мятежники, — Маркус задумчиво погладил подбородок, продолжая анализировать ситуацию. Посмотрев в небольшое окно кареты на быстро сменяющийся пейзаж, перевёл затуманенный взгляд на меня и провел свободной рукой по моей щеке. Так нежно, так заботливо, словно делился со мной своим теплом, своими силами.

Минута поддержки быстро прошла и Маркуса вновь накрыли тяжёлые мысли. Он помолчал немного и глухо добавил к вышесказанному.:

— Нам нужно будет глубже изучить его дела, возможно, в них кроется ключ к разгадке.

Мы вернулись в столицу и вечером, когда темно-синий мрак окружал замок, а в комнате, где мы собрались с доверенными людьми, горели магические светильники, Маркус сделал объявление.

— Мы выяснили, что нападение на форт и исчезновение моего отца, к сожалению, не связаны между собой, — его голос звучал устало, но уверенно. Я чувствовала, как моё сердце сжимается, словно могла ощущать его боль. Вновь нет зацепок, вновь расследование ни к чему не привело и до сих пор неизвестно, что с королём. — Однако, мы нашли всех, кто был причастен к нападению.

— Значит, они ответят за свои действия? — спросил один из советников.

— Да, безусловно. Я обещаю тебе, что они понесут наказание. А теперь... Теперь мы сможем сосредоточиться на поиске моего отца. Я обещаю, мы найдем его, — Маркус посмотрел на меня с такой убеждённостью, что я не могла не поверить его словам.

Маркус

На заре следующего дня стражники обнаружили родственников тех, кого обвинили и казнили за похищение Лидии. Я отдал приказ привести их в замок на допрос. Требовалось как можно быстрее разобраться с этим вопросом, поэтому, как только пришло новое сообщение о том, что родственников уже доставили, мы с Лидией сразу же отправились к ним.

Атмосфера в комнате была напряженной, когда мы встретились с ними на допросе:

— Нам нужны ответы, — начал я, — но не для того, чтобы причинить вам боль.

— Ответы? О каких ответах речь? — спросил один из них, мужчина с глубокими морщинами на лице и усталым взглядом. Видно было как он измучен, но… я не мог сейчас позволить себе отвлекаться на его чувства. На кону слишком многое.

— О моём похищении. Мы хотим понять, знали ли те, кого обвинили, что делали на самом деле, или кто-то подтолкнул их к этому? — пояснила Лидия, её голос звучал тихо, но решительно.

— Мы ничего не знали, — с горечью ответила женщина в простом сером платье и маской усталости на лице. — Они ушли и не вернулись. А затем... затем пришла смерть. — Её глаза наполнились горькими слёзами, и она опустила взгляд. — Вернее нам доложили, что наши дети повешены на площади за измену короне. Мы знали, что это лишь вопрос времени и вы придёте и за нами тоже.

— И вы ни разу не слышали о планах своих детей? — уточнил я, пытаясь понять, насколько велика яма между фактами и домыслами.

— Ни слова, господин. Если бы знали — попытались бы остановить их, — ответил отец семейства, его голос дрожал от накопившейся боли.

Расспросы продолжались, но чем больше мы узнавали, тем сложнее становилась картина. Ни один из родственников не мог предоставить информацию, касающуюся какого-либо причастия их умерших к похищению Лидии или моего отца. Это был тупик, и я почувствовал, как хрупкая надежда покидает меня.

По пути обратно, когда мы закончили с родственниками, я не мог отделаться от тягостных мыслей.

— Неужели все это было зря, Лидия? Ничего. Ни единого ответа.

— Маркус, нам просто нужно больше времени. Мы разгадаем эту загадку. Мы должны, — уверенно говорила она, пытаясь не дать мне уйти в темноту отчаяния.

— Но загадка пропажи короля... Она так и остается без ответов. А у нас почти не осталось сил, — мои слова рассеялись в воздухе, словно лёгкий туман на рассвете под теплыми лучами яркого солнца.

Лидия взяла меня за руку и тревожно заглянула в глаза:

— Слушай, Маркус, мы все устали, но если мы сдадимся сейчас, то все усилия будут потрачены впустую. Помни, иногда самые важные открытия делаются тогда, когда кажется, что всё потеряно.

Её слова пробились сквозь мое оцепенение, наполнив сердце новой искоркой надежды. В этот момент я ещё раз удостоверился, что, несмотря на дикую усталость и отсутствие ответов, мы должны двигаться дальше. И что рядом со мной не просто женщина, которую я обещал защитить, а настоящий друг, способный поддержать в эти тяжёлые времена, стать маяком во время шторма, который ведёт к спасению.

— Мы не сдадимся. Мы найдем его, — она прильнула ко мне и коснулась губами щеки, заставив на миг забыться. Когда эта девушка так делала, я был готов забыть обо всем. Оставались только она и я. Словно в ней был весь мой мир и мой смысл.

Мы снова вернулись в кабинет отца, я смотрел на разбросанные передо мной бумаги, которые казались мне сейчас лишь бессмысленными кляксами на белом фоне. Мысли о том, что всё бесполезно захлёстывали меня волна за волной, разрушая последние оплоты моего рассудка. Я почти не спал уже третью ночь подряд, а последний приём пищи отодвигался всё дальше в моей памяти.

— Маркус, ты в порядке? — Лидия словно почувствовала моё состояние, её голос прозвучал мягко, но с нотками беспокойства.

Я вздохнул, не отрывая взгляда от бессмысленных отчётов передо мной.

— Я должен найти его, Лидия. Я просто должен, — бормотал, едва держась за последние остатки собственного разума.

— Понимаю тебя, Маркус, но посмотри на себя. Ты истощён. Ты почти не ел, плохо спал... Это не поможет найти твоего отца, — девушка села рядом со мной, сверля меня взглядом, полным решимости и заботы.

— Я не могу, Лидия. Каждая минута, каждая секунда... Они могут быть решающими, — глухо ответил, упрямо отказываясь от её попыток пробудить во мне здравый смысл.

Она взяла мои руки в свои и заставила меня посмотреть на неё.

— Слушай меня внимательно, Маркус. Если ты не будешь заботиться о себе, ты просто окончательно выбьешься из сил и точно не сможешь помочь своему отцу. Тебе нужен отдых, как бы ты ни старался отрицать это. К тому же, а ты подумал, что будет со мной, если с тобой что-то случится?

Её слова пробились сквозь туман моего упрямства и отчаяния.

— Но как я могу даже думать о еде или сне, когда...

— Маркус, пожалуйста, — резко перебила она меня. Встав, принесла тарелку с едой, которую я даже не заметил, как кто-то принес, и поставила передо мной. — Поешь хоть немного. За тебя никто это сделать не сможет.

Я медленно взял в руки вилку, чувствуя, как моё сопротивление начинает ослабевать перед её заботой и упрямством. Первые куски пищи казались мне безвкусной пылью, но с каждым последующим я начинал чувствовать, как жизнь возвращается в меня, пробуждая забытый голод.

— Ты права, Лидия. Я... Я благодарен тебе, — прошептал, положив вилку обратно на пустую тарелку. Быстро я разобрался с едой.

Она улыбнулась и подошла поближе, легко прикоснусь к моему плечу.

— Обещаешь мне хотя бы постараться лечь спать сегодня пораньше? Для твоего же блага.

— Да, — кивнул я, ощущая, как груз в моей душе стал чуточку легче благодаря её непоколебимой поддержке и заботе. — Я обещаю, но только, если ты будешь рядом.

Лидия улыбнулась и накрыла мою руку своей узкой ладонью, словно желала поделиться теплом.

— Маркус, если ты хочешь, чтобы я была рядом… То для начала сходи в душ, — сказала она мне без тени укора в голосе, но с той неизменной искренностью, что всегда пробуждала во мне смешанные чувства.

Я поднял брови в удивлении, но заулыбался, понимая, что последние дни были настолько насыщенными событиями, что мысль о личной гигиене ускользнула от меня. Мне и правда нужно было побриться и хорошенько откиснуть. То, что я успевал быстро ополоснуться — не в счёт. Как эта девушка вообще меня терпит?

— В таком виде я, конечно, вряд ли похож на сына короля, — признался, поглаживая трехдневную щетину и стараясь поддержать легкий тон разговора.

— В точку, — Лида улыбнулась и взяла меня за руку, потянув, чтобы я поднялся. — И учитывая, что всем сообщили о том, что король отбыл по секретным делам, тебе как наследнику трона следует поддерживать внешний вид, соответствующий твоему титулу. Тем более, если мы не хотим, чтобы слуги или, что хуже, народ начал подозревать неладное.

Я кивнул в знак согласия, понимая всю важность её слов. Сам прекрасно об этом знал, но… нервы и усталость забирали слишком много и на такие вещи попросту не оставалось сил даже подумать.

— Ты права, — окончательно сдался я, — надо это исправить. Даже в такие времена не стоит забывать о собственном достоинстве.

С этими словами я направился в ванную. Вода была прохладной, но приятной, и я с удовольствием окунулся в неё, размышляя о сложившейся ситуации, смывая тяжесть от навалившихся на меня проблем.

Выходя из ванны, я чувствовал себя обновлённым. Моя кожа пахла свежестью, а в голове уже начали складываться планы на предстоящие дни.

Возвращаясь в комнату, где меня ждала Лида, я поймал на себе её заинтересованный, с толикой восхищения, взгляд.

— Ну, как я теперь выгляжу? — спросил, позволяя себе небольшую улыбку.

— Гораздо лучше, — одобрительно кивнула она. — А теперь моя очередь!

Глава 14

Лидия

Дверь ванной медленно открылась, впуская в комнату полуобнажённого Маркуса. Капли воды змейками стекали по его могучему торсу, создавая на коже блестящие ручейки, что тянулись вниз… к полотенцу, которое обнимало его бедра. Я только смогла вздохнуть, не в силах отвести взгляд от этого зрелища. Мысли мои путались, и я поспешила спрятаться от внезапно нахлынувших эмоций под струями душа, чувствительно ловя каждую каплю прохладной воды на своей коже, что смывали охвативший меня жар.

Выключив воду, я медленно обернула полотенцем своё всё ещё пылающее огнём тело, стараясь восстановить дыхание, которое участилось от неожиданной волны желания. Едва вышла, как Маркус встретил меня горячим поцелуем. Таким обжигающим, страстным, полным настоящей магии наших чувств…

Эта ночь подарила нам настоящее единение наших душ!

Мы проснулись слишком поздно и сидели за обедом, перебирая бумаги и карты, потерявшись в раздумьях о том, где мог находиться король. Наши тарелки уже давно опустели, а в разговорах мы метались от одной догадки к другой, пытаясь собрать по крупицам мозаику.

— Может быть, он сам где-то спрятался? — предположил Маркус, разглядывая карту.

— Нет, — возразила я, отмахнувшись, — он бы так не поступил. Мы должны искать где-то, где никто бы не догадался.

Разговор прервался, когда в столовую ворвался его секретарь, бледный как полотно.

— Господин, — выдохнул он с трудом, — вас вызвали на поединок чести.

В комнате повисла тяжелая тишина. Моё сердце замерло. Это было нечто большее, чем просто недоразумение. Такие вызовы были смертельными, и Маркус не мог отказаться, это я уже выяснила ещё в прошлый раз.

— Снова? — я не смогла скрыть своего волнения. — Маркус, ты всё ещё измотан поисками отца, ты не можешь принять этот вызов.

Он посмотрел на меня, его лицо было спокойным, но в глазах я увидела призрак усталости.

— Я не могу оказаться, Лидия. Это дело чести.

Я знала, что его заботит моё мнение, но он уже принял решение. Как же я ненавидела эту чёртову честь!

— Ты не в состоянии сейчас сражаться! Я не могу потерять тебя вот так… — внутри всё дрожало от едва сдерживаемых слёз.

— Я должен, — твёрдо сказал он. — Это не только о моей чести, но и о нас, обо всём, что мы с тобой пытаемся создать.

Мне хотелось крикнуть, запротестовать, закрыть его от мира своими руками, но я не могла. Чувство бессилия наполняло меня, но я понимала, что не смогу отговорить его от этой безумной затеи.

— Пожалуйста, — едва слышно прошептала я, — будь осторожен. Вернись ко мне…

Он подошел и прижал меня к себе так крепко, словно защищал в этот момент ото всех тревог и ужасов этого мира.

— Я обещаю.

Маркус всегда был сильным и решительным, но зная, что он идёт на этот проклятый поединок, у меня на глаза наворачивались слёзы. Отпускать любимого, зная, что впереди его ждёт смертельная опасность, было мучительно.

Он коснулся губами моего виска, развернулся и, не оборачиваясь, вышел из трапезной. Но я не собиралась оставаться в стороне. Я должна была быть рядом, должна была поддержать его.

— Не хочешь остаться? — спросил, когда я догнала его и взяла за руку.

— Я буду рядом, чтобы ты помнил, чтобы не смел сдаваться! — прошептала ему, когда мы вышли из дворца.

Площадь, выложенная старым камнем, мерцала под серым небом, обещающим скорый дождь. Я стояла там, среди быстро собравшейся толпы, наблюдая за дуэлью, что разворачивалась перед моими глазами. Моё сердце стучало как безумное, каждый раз сжимаясь от страха и волнения при виде Маркуса и его противника — Корнелиуса, человека, которого я ненавидела до глубины души.

Барон Мур желал, чтобы ему приносили тапки. Этот мерзкий тип представлял собой всё, что я не могла вынести. Его напыщенное поведение, его холодные, расчетливые глаза, которые смотрели на Маркуса словно на ничего не стоящую преграду. Он был тем, кого я безмерно презирала до боли в мышцах.

— Давай, Маркус, покажи этому ублюдку! — прошептала я сама себе, словно мои слова могли достичь его сквозь шум и волнение вокруг.

Бой был тяжелым, и каждое движение Маркуса казалось испытанием на прочность. Корнелиус не давал ему ни малейшего шанса на ошибку, атакуя с каждым мгновением все агрессивнее.

Когда клинок Корнелиуса пронзил бок Маркуса, моё сердце остановилось. Нет, пожалуйста! Без этого напыщенного принца моя жизнь станет пустой, бессмысленной... Страх потерять его словно парализовал меня, и я не заметила, как мои ноги потащили меня вперёд, прямо к дерущимся мужчинам и я едва не бросилась туда.

Но Алан, который стоял рядом со мной, крепко схватил за руку, не давая ступить дальше.

— Лида, нет! Ты лишь ухудшишь положение. Доверься Маркусу, — решительно произнес он, удерживая меня от гибельного порыва.

Я пыталась вырваться, но Алан не отпускал меня, и я осталась стоять рядом с ним, с трепещущим сердцем, наблюдая за каждым движением, каждым выпадом, каждым защитным манёвром. Мой взгляд был прикован к моему мужчине, который, несмотря на полученную рану, продолжал бороться с неослабевающей решимостью.

Они танцевали опасный танец на грани жизни и смерти, а я молила о том, чтобы Маркус остался жив. Он делал всё возможное и невозможное, чтобы перехитрить Корнелиуса и защитить не только свою честь, но и меня, нашу любовь, нашу будущую жизнь вместе.

Цена этого поединка была слишком высока, и каждый удар напоминал мне о том, что ставка в этой игре — жизнь…

Этот поединок был нереально долгим. Противники кружились, метались, их клинки сталкивались с искрами, каждый выступал и оборонялся так быстро, что было трудно уследить. На миг мои мысли улетели отсюда, обратно в Туманный лес. Барон тогда побежал за другой девушкой…

“Если он здесь и участвует в поединке, то где же та, которую он забрал? — скользнула мысль. — Какова её участь? Жива ли она?”

Эти размышления рассеялись, когда…

Боже! Всё случилось так быстро.

Клинок Маркуса отлетел в сторону от мощного удара барона, а мой мужчина грузно упал на спину, поднимая пыль от земли. Моё сердце остановилось. Вокруг враз стало так тихо… Мне казалось, весь мир замер в ожидании.

Маркус лежал неподвижно, и я почувствовала, как мои ноги становятся ватными.

— Вставай, пожалуйста, вставай… — едва слышным шёпотом повторяла, не веря своим глазам. Эмоции захлестнули меня так сильно, что мне показалось, что сейчас я потеряю сознание и упаду… Также, как и Маркус. Я не могла смотреть на это.

Внутри что-то надломилось и медленно сковывала пустота…

В тот момент, когда мне показалось, что всё потеряно, я почувствовала руку на своём плече. Это был Алан, стоящий рядом со мной с самого начала поединка.

— Дыши, Лида. Просто дыши, — сказал он мне, хоть его собственный взгляд был всё так же прикован к Маркусу.

Площадь вновь наполнилась криками и возгласами, когда он с трудом, но встал на ноги. Его взгляд был сосредоточен на бароне. Он наверняка понимал, что его шансы упали, но он не сдавался. А моё сердце было с ним, совсем рядом, в каждом мгновении этой битвы.

Я вздрогнула, когда клинок Маркуса распорол бок Корнелиуса и алая кровь окропила мостовую.

— Давай, добей меня, — рассмеялся барон, не в силах устоять на ногах и медленно опускаясь на колени.

— Ты признаёшь поражение? — голос моего мужчины звучал уверенно и я чувствовала, как все собравшиеся с замиранием ждут ответа от его противника.

— Нет, Маркус. Я не проиграл, — рассмеялся тот, сплюнув кровь. — Ты лишь оттянул неизбежное. Защитил свою девку, но отца не спас! — смех сменился хрипами, толпа зароптала.

— Что ты знаешь о моём отце? — спросил мой мужчина, враз помрачнев еще сильнее.

— Знаю, что короля уже несколько дней никто не видел. Слышали? — обратился к толпе. — Вашего короля больше нет!

Ему бы помолчать, но барон явно не собирался останавливаться на достигнутом, словно наслаждался своей последней минутой славы, пытаясь нанести последний смертельный удар:

— Его величество, Ивар убит. И ты, — он снова посмотрел на Маркуса, — ты никогда не найдёшь его тело!

Мерзкий смех барона разлился по площади, словно липкая слизь. И все, кто стоял достаточно близко, чтобы его слышать, враз загомонили.

Маркус замер. Из его бока сочилась кровь, а ноги подкосились и он упал на колени рядом с бароном. Схватив того за плечи, он хотел узнать, что тот знает, узнать хоть что-то, хоть малейшую зацепку, но…

Лицо Корнелиуса исказилось в болезненной гримасе и из груди вырвался последний хриплый смех, что звучал словно из самой глубокой бездны.

Миг гнетущей тишины…

Где-то вдали громыхнула гроза, унося жизнь барона.

Мой принц медленно поднялся, опираясь на свой меч, а тело барона бездыханно лежало у его ног. Одежда обоих была залита кровью, лицо Мура застыло в мучительной, искажённой гримасе последнего мига своей ничтожной жизни. Моё сердце, которое на мгновение замирало с каждым их движением, теперь колотилось в груди с облегчением и ужасом одновременно. Маркус победил, но цена победы казалась слишком высокой.

Не теряя ни минуты, я бросилась к нему.

— Маркус! — вырвалось у меня, когда я была совсем близко.

Он обернулся на звук моего голоса, и я увидела его лицо, бледное и уставшее, но с легкой улыбкой.

— Лида, — тихо произнес он, его голос едва слышен был сквозь шум толпы.

— Ты победил, Маркус. Ты... ты… — мои слова смешались с рыданиями. Наблюдая его ужасное состояние, все ещё текущую кровь… Мне было трудно сдержать слезы.

Алан тоже оказался рядом, подставил плечо и Маркус благодарно схватился за него, чтобы не потерять равновесие и устоять на ногах.

Поддерживая его, мы медленно пошли обратно к замку. Он опирался на нас гораздо сильнее, чем ожидала, и я чувствовала, как силы покидают его израненное тело с каждым шагом.

Когда мы наконец добрались до комнаты, я осторожно помогла ему опуститься на кровать, а прибежавший лекарь принялся обрабатывать многочисленные раны. Даже израненный, Маркус стиснул зубы от боли, но не издал ни звука…

Маркус

Лёжа в постели, я проклинал барона за то, что он так быстро и легко сдох. Мне нужны были ответы, нужны, как воздух, а он… Он что-то знал об отце. Точно знал, но что именно? Был ли причастен или как-то получил информацию об исчезновении, несмотря на полную скрытность, и попытался нанести последний удар, чтобы я мучился?

Каждый вдох был наполнен болью и усталостью, после столь жестокой битвы с Корнелиусом. Радовало только одно: рядом со мной была Лида. Её мягкие и горячие пальцы сжимали мою руку, вызывая по всему телу приятное тепло, которое медленно, но верно проникало в каждую израненную мышцу, каждый уголок моего истощенного тела.

В этот момент я осознал нечто необычное в этом тепле. Это было не просто касание, а какое-то магическое исцеляющее тепло, тепло нашей взаимной любви, освещающее самые тёмные уголки моего сердца. Я закрыл глаза, пытаясь схватиться за эту мысль, за этот момент, но силы покидали меня, и мир перед глазами померк.

Когда я пришёл в себя, первым, что я почувствовал, были лучи утреннего солнца, играющие на лице. Вторым – тёплое, мягкое дыхание Лиды у себя на плече. Она спала, её голова покоилась возле моего быстро бьющегося сердца, и каждый вдох был для меня напоминанием о том, как много для меня она значит. В её присутствии полученные раны исцелялись быстрее, а душа наполнялась неведомой ранее гармонией.

— Ты проснулся, — прошептала она, открыв глаза и её рука нежно коснулась моей щеки.

— Лида, — голос был хриплым, но полным нежности, — ты не спала всю ночь?

Она кивнула, и улыбка осветила её лицо.

— Я не могла оставить тебя, — сказала она тихо. — Тебе нужен был уход, и... я просто хотела быть рядом. Рядом с тобой…

— Спасибо тебе, моя дорогая. Ты знаешь, я боролся не только за свою жизнь. Я боролся, чтобы этот ублюдок не смог достать до тебя. Я не мог допустить, чтобы тебе пришлось столкнуться с ним.

Её красивые глаза наполнились слезами, но она робко и счастливо улыбалась.

— Я знаю, Маркус. И я так горда тобой. Ты не представляешь, как я переживала, наблюдая за боем. Но в то же время я знала, что ты сильный. Ты всегда находишь в себе силы бороться за нас, за наше будущее.

— Мы вместе и это главное, – сказал я, чувствуя, как её присутствие исцеляет меня быстрее, чем любое лекарство. — И я обещаю, что всегда буду защищать тебя.

Но наш разговор прервался, когда в помещение вошёл лекарь.

— О, господин Маркус, вы ведь неимоверно быстро поправились, — резюмировал он, закончив внимательный и тщательный осмотр. — Это любовь Лидии так сработала. Сотворила чудо и помогла мне исцелить вас.

С озорными огоньками во взгляде произнёс старик, кивая на мою женщину, которая скромно стояла возле окна, чтобы не мешать осмотру.

Заметив наши взгляды, она смущенно опустила глаза.

После краткой беседы и нескольких наставлений по лечению лекарь удалился, оставив нас наедине.

Я попытался подняться, с мыслью, что нужно найти отца, но Лида, подскочив к кровати, остановила меня, положив руку на мою грудь.

— Тебе нужно ещё набраться сил, — твёрдо и непреклонно произнесла она.

Её забота разжигала во мне ещё один вид силы, и я улыбнулся ей в ответ, ловко повалив девушку на кровать и перекатившись на неё так, чтобы оказаться сверху.

— Я чувствую себя значительно лучше, — прошептал на грани слышимости, приближаясь к её лицу. Момент затишья обволок нас, секунды превратились в вечность перед тем, как наши губы встретились.

Поцелуй был мягким и аккуратным, словно две бабочки, коснувшиеся крыльями. Лида ответила на мой порыв. Её руки обвили мою шею, добавляя уверенности нашему тихому, сокровенному моменту.

Однако, вдруг Лида напряглась, и её глаза встретились с моими. Взгляд был встревоженным и странным, словно она вдруг испугалась меня.

— Ты это чувствуешь? — нежный женский голос дрогнул, а руки осторожно уперлись в мою грудь, останавливая.

Недоумевая, я нахмурился, пытаясь уловить невидимые нити её ощущений.

— Что?

— Что-то непонятное... Мне нужно встать. Нужно куда-то идти. Не понимаю, меня словно магнитом тянет, — томительная пауза висела между нами, словно воздух затвердел, заморозив всё вокруг.

Без возражений я выпустил её из объятий. Наблюдая, как она встаёт с кровати, я быстро оделся, постоянно переводя взгляд на Лиду, которая уже мерила шагами комнату, готовая бежать в неизвестность.

Мы выскользнули в коридор, быстро и бесшумно, словно тени в ночи. Она вела меня за собой, её шаги были уверенными и решительными.

— Куда мы идем? — спросил я, пытаясь уловить её мысли.

— Не знаю... но чувствую, что должна идти, — ответила Лида, словно сама ещё не понимала полной картины. — Это что-то очень важное, Маркус, но я не могу объяснить. Просто нужно идти…

Я крепче сжал её руку, выражая так свое доверие и поддержку.

Следом за Лидой я повернул в новый коридор, скрытый от обычных обитателей замка и открывавшийся только при помощи скрытого механизма. Сердцебиение участилось, в груди волнение смешивалось с любопытством. Это было чем-то большим, чем просто интуиция, это был магический призыв, который настолько мощен, что казалось воздух вокруг насыщен искрами молнии. Я чувствовал лишь далекие отголоски, но уже понимал природу этого зова.

По мере спуска в подземелье я чувствовал, как вокруг становилось всё холоднее. Магический светлячок, который я зажёг, едва за нами закрылась дверь, мягко мерцал освещая нам путь, но совсем не грел. Он просто летел впереди нас, словно живое существо, рассеивая мрак.

Лида уверенно петляла по узким коридорам, словно знала дорогу наизусть. Я не мог не удивляться её уверенности и спокойствию, что сейчас казалось не должны были быть, но… были. Это удивительная женщина!

Мы шли в глубокой тишине, каждый шаг эхом отдавался в заброшенных тоннелях. Я всё отчетливее понимал, что это за заклятие так влечет Лиду. Очень редкое, доступное лишь тем, кто однажды спас жизнь другого…

Коридоры сменялись один за другим, и вывели нас под старый заброшенный храм, чей потолок в своде уходил высоко вверх. Вековая пыль устилала пол толстым одеялом, кое-где напоминанием лежали большие камни, обвалившиеся во время переворота и прошлых войн.

Послышались тихие стоны, словно ветер шептал о боли и одиночестве. Мы с Лидой с тревогой переглянулись и пошли на звук медленно, настороженно пробираясь через развалины древнего храма.

Когда мы дошли до центра следующего зала, увидели клетку, проржавевшую от времени, но испещрённую защитными рунами. Внутри, на грани между жизнью и смертью, тяжёлыми цепями к железному трону был прикован… мой отец.

— Боже мой, какой ужас! — вскрикнула Лида, а я мгновенно кинулся к клетке. Руки дрожали, когда я касался холодных замков и цепей. Сердце, всё ещё не верящее в то, что мы смогли найти отца, колотилось в груди со скоростью горного ветра, разгоняя тревогу, страх и злость по венам.

Мой отец поднял голову, его затуманенные болью с пеленой изнеможения глаза, смотрели на нас с надеждой… Надеждой на спасение!

— Маркус... ты ли это? — его хриплый, надорванный голос был слаб, едва слышен.

— Да, Инвар, это он. Мы освободим вас, — со слезами на глазах ответила Лида, пока я почти не слышно шептал заклинания, начав отпирать замки.

— Я уже и не надеялся, что вы придёте, — король зашёлся в тяжёлом кашле.

— Мы искали вас. Мы всё это время не переставали искать вас, — заверила она, едва сдерживая рвущиеся наружу горькие слезы.

Я старался лишний раз не смотреть на отца, сосредоточившись только на одной задаче. Самой важной — вызволить его отсюда. Я понимал чувства Лиды, у меня самого сердце разрывалось от боли при виде измождённого, стоящего на грани отца. Кожа посерела, словно лишилась крови, глаза поблекли, пальцы дрожали, губы растрескались… Да он едва мог голову держать, не то чтобы разговаривать. Гордый, полный жизни и силы мужчина сейчас больше походил на замученного на каторгах старца.

Как только последняя цепь упала на пол с громким звоном, что разнёсся эхом по старым стенам, я обнял его. Отец был таким слабым, что едва не упал.

— Магия королевского рода... — пробормотал я, — она помогла тебе призвать Лиду?

— Да, — кивнул отец. — Помнишь старое заклинание? Жизнь за жизнь. Я позвал бы тебя, но…

— Потом, у нас ещё будет время поговорить, — пробормотала Лида и взяла его под свободную дрожащую руку. Втроём мы направились к выходу из подземелья, оставляя позади его полуразрушенные стены, что стали свидетелями страданий короля.

Как только мы выбрались наружу, отправил первого же встреченного нами слугу за лекарем.

— Маркус, мой сын, ты должен знать... — начал король, едва я помог ему прилечь на постель, а Лида подала стакан воды.

Его голос всё ещё был хриплым и едва слышным, но уже звучал более уверенно.

— Я вычислил группу мятежников, — прокашлявшись, продолжил он. — Пытался взять их главаря, Корнелиуса Мура, но он сбежал. И в ту же ночь меня схватили и привели сюда, — голова его чуть опустилась, но я видел в его глазах вспыхнувший и такой привычный мне огонь, который никогда не гас и больше не погаснет!

— Корнелиус Мур, — повторил я, с усмешкой. — Этот гадёныш больше тебя не потревожит.

— Да, но он был не один. Увы, я знал, что он опасен, но верил, что молодой барон не станет повторять ошибок своего отца, которого много лет назад оставили умирать в камере за изнасилование одной знатной девушки. Корнелиус хотел отомстить мне, — грусть отразилась в его взгляде и на последних словах его голос стал едва различим, словно шелест травы в пустом поле.

Наш разговор прервал слуга, что привёл лекаря, который немедленно принялся за свою работу.

— Я останусь здесь, в столице, — пообещал я. — Помогу найти и казнить всех мятежников, отец. Это моё слово.

— Маркус, я верю в тебя, — слабая, но искренняя улыбка коснулась растрескавшихся губ и король прикрыл глаза, погружаясь в лечебный, спасительный сон.

Лида посмотрела на меня, и я видел в её взгляде полную поддержку и одобрение.

— Мы справимся, — уверенно произнесла она и кивнула, словно подтверждая свои слова.

— Спи отец. Спи. Теперь ты в безопасности. Мы найдем их всех, — погладив отца по волосам, пообещал я и наконец-то за всё это долгое, тяжёлое, изматывающее и сводящее с ума время, широко улыбнулся и вдохнул полной грудью.

Отец дома. Король жив!

Пара дней и он будет в полном порядке, а нам хватит этого времени, чтобы найти всех, кто посмел посягнуть на жизнь моего отца, на жизнь своего короля. Теперь мы знаем с кого начать и никто не уйдет от расплаты.

Всего несколько дней и самые дорогие мне люди будут в безопасности!

Эпилог

Лидия

Находясь в оранжерее, что своими ароматами кружила голову, я сидела на маленькой скамейке. Моя система полива, над которой я трудилась месяцы, теперь работала безупречно, оживляя каждый уголок этого зелёного убежища и насыщая водой каждое растение, каждый маленький всход и даря жизнь всем цветам, позволяя им радовать своей изящной красотой и пышностью. Я наслаждалась зрелищем, как живительная вода ласкает лепестки и листья, вдыхая в них жизнь.

С тёплой улыбкой я вспоминала, как Маркус и я преодолели все невзгоды и трудности, что свалились неподъёмным грузом на наши плечи, чтобы быть вместе. С его восхождением на трон, после нашей свадьбы, в замке поселилась надежда и новая эра мира. Мы оба знали, что перед ним стоит много испытаний, но вместе мы готовы были преодолеть их все.

Рука моя невольно скользнула к животу, который ещё не изменил своих очертаний, скрывая под сердцем наше маленькое чудо. Три месяца назад я узнала, что жду ребёнка. Маркус уже говорил, как он или она будет играть здесь, в саду, который я так любовно обустраиваю.

— Лида! Ты здесь? — послышался голос самого восхитительно мужчины во всех мирах. Он подошёл и нежно поцеловал меня, даря еще больше счастья.

— Да, я решила проверить, как работает наша система полива. Смотри, она идеальна, — тепло улыбнувшись, я указала на цветы.

— Ты сделала это место настоящим чудом, — сказал он, обнимая меня за плечи. — И делаешь чудесным всё, к чему прикасаешься.

Я прижалась к любимому, наслаждаясь теплом и близостью.

— Маркус, ты думаешь, мы будем хорошими родителями? — нежно спросила я, впервые делясь своими переживаниями.

— Без сомнений, Лида. Мы пережили столько всего вместе, что справимся и с этим. Я уверен, наш ребёнок будет самым счастливым, — его слова были полны непоколебимой уверенности и любви.

— Я так рада, что мы вместе, Маркус. Все наши мечты начинают сбываться.

— Я тоже, Лида. Обещаю тебе, нашему ребёнку, всему нашему народу, что буду лучшим королём, каким только могу быть.

Нежась в объятиях любимого, я невольно погрузилась в размышления о минувших шести месяцах. Будучи молодой женой короля, я столкнулась с трудностями, которые прежде казались мне невообразимыми. Вокруг хватало проблем и невзгод, но Маркус проявил себя не только как отличный лидер, но и как человек несравненной мудрости и справедливости. Его порой жесткие, но всегда обоснованные решения помогли нам справиться с мятежниками. Они были выявлены, схвачены и наказаны. После того, как мы узнали, что всё начал Мур — это было уже не сложно. В моём сердце больше не осталось места для тревоги.

Свадьба, которая казалась мне такой странной и необычной с того самого момента, когда жрец соединил наши руки и сердца, теперь виделась мне светлым началом новой эпохи в нашей жизни. И вот я, сидя здесь, невольно гладила свой едва округлившийся животик, в котором рос наш будущий наследник.

Рука Маркуса накрыла мою ладонь, оставив в ней небольшой мешочек.

— Лида, этот цветок для тебя. Ты — смысл моей жизни, и я не могу выразить словами, как счастлив, что раньше срока отправился в тот лес за тобой, — прошептал он, прокладывая дорожку из нежных поцелуев от моего плеча к ушку.

Я обернулась к нему, чувствуя слезы счастья, которые непроизвольно выступили на глазах.

— Маркус, я так благодарна судьбе за тебя, за нас. Ты стал моей опорой и защитой во всем. И спасибо за этот цветок — он чудесен, как и каждый момент, проведённый с тобой, — счастливая улыбка не покидала моего лица.

Маркус наклонился и поцеловал меня так нежно, что сердце пропустило удар и вновь забилось с новой силой, разгоняя по венам радость и счастье.

— Мы пройдём через всё вместе, моя любимая. Наше будущее только начинается, — прошептал он, целуя возле ушка.

Наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах отражение всей той несказанной любви и преданности, которую я чувствовала к нему. В этот момент я поняла, что, независимо от тех испытаний, которые могут встретить нас на жизненном пути, мы сможем преодолеть их вместе. И этот простой жест с цветком был для меня подтверждением того, что в нашем доме царит истинная любовь и гармония.

Люблю его и всегда буду любить!