Созвездие

Глава 1. Пещера

- Элли? Кто-нибудь видел Элли? - разнесся в наушнике голос профессора Ллойда, и моя спина окаменела. Я замерла перед узким проходом пещеры, боясь даже шевельнуться.

Это было глупо. Хотя профессор Ллойд обладал сверхострым чутьем на всякого рода нарушения, и порой я даже задумывалась, не обладает ли он экстрасенсорными способностями, но он точно никак не мог заметить меня в толще породы в пятнадцати метрах под своими ногами. Я надеялась, что мое отсутствие обнаружится гораздо позже, что у меня в запасе будет хотя бы десять минут. Как бы не так.

- Сэр, я ее видела! - после мучительной тишины наконец-то раздался голос Стейси. - Она шла в раздевалку, а потом собиралась в туалет. Думаю у нее начались... - она не закончила фразу, но этого и не требовалось.

Я мысленно чертыхнулась. Стейси! Вот как я теперь буду смотреть в глаза парням, когда присоединюсь к ним в автобусе? Мне хотелось взвыть в голос, но я боялась быть услышанной.

Стейси была единственной девушкой в нашей группе, и поэтому мы старались держаться вместе, хотя в обычной жизни едва ли нашли бы общие темы для разговоров. Стейси была сорвиголовой, и оказалась в группе спелеологов лишь благодаря своей любви к приключениям и славе отличного графического художника. Я же была совсем из другого теста.

Девочки всегда держатся вместе, особенно, если их всего лишь две в группе состоящей из дюжины мужчин. Когда я попросила Стейси меня прикрыть, она тотчас согласилась. Я и представить не могла, каким именно образом она это сделает.

- Понял, - голос профессора прозвучал на октаву выше. - Хорошо, мы подождем.

Я выдохнула и вытащила наушник из уха. Было бы обидно прямо сейчас возвращаться обратно, особенно теперь, когда я, по моим собственным подсчетам, уже находилась у входа в каменный зал. Ну, что, истина, ты где-то рядом?

Собравшись с духом, я выключила налобный фонарик. Мир тотчас погрузился в непроглядную тьму. Хотя я была к этому готова, меня охватил первозданный ужас. Я стояла в самой толще земли, там, куда не проникал даже самый тусклый лучик солнца. Воздух был влажным и спертым. Еще секунду назад я едва это замечала, теперь же мне казалось, что из него исчез весь кислород. Дышать стало трудно. Вокруг клубилась глухая, всепоглощающая тишина, которая давила на уши подобно толще воды.

Прошло не меньше минуты, прежде чем тьма перестала быть непроглядной. Далеко впереди появился странный жемчужно-белый свет.

По моей спине пробежали мурашки. Значит, я не ошиблась и не сошла с ума. Я действительно видела его, когда мы делали зарисовки в верхней пещере. Мне хватило ума никому не говорить о своем видении. Даже Стейси я соврала, что просто хочу посмотреть, куда ведет очередной ход. Не сомневалась, что, если я заикнусь о свете под землей, она подумает, что я тронулась умом.

Запомнив направление, я снова включила фонарик и осторожно пошла вперед.

Сеть пещер Аламес была открыта не так давно. Землетрясение, произошедшее в Куинси в прошлом году, вызвало частичный обвал породы, обнажив проход в древнюю сеть пещер и тоннелей, которая незамедлительно привлекла внимание специалистов.

Государством было выделено финансирование на ее исследование. Разумеется, в условиях затянувшегося кризиса, весьма скромное, а потому в проект вовлекли местных, среди которых оказалась и я.

Несмотря на наличие фотоаппаратуры и современных средств 3D-моделирования, спелеологи по-прежнему часто привлекают к работе художников. Зачастую они годами пользуются услугами одного и того же специалиста-любителя, нанимая профессионалов только на финальном этапе исследований, в случае, если те оказываются сенсационными.

Художник, работающий с профессором Ллойдом, в Куинси приехать не смог — свалился с пневмонией за несколько дней до начала экспедиции. Профессор планировал найти кого-то в самом городе, и хозяйка гостиницы, где остановилась группа, посоветовала ему меня.

Не скажу, что идея нанять вчерашнюю школьницу ему понравилась. В нашу первую встречу он говорил со мной нехотя и односложно, но тотчас сменил гнев на милость, когда я показала ему свои наброски.

Чуть позже к нам присоединилась Стейси. Та решила собрать дополнительное портфолио в случае, если ей когда-нибудь понадобится "земная" работа. Профессор долго не понимал, зачем ему сразу два художника, но парни, очарованные улыбкой Стейси и ее розовыми волосами, уговорили руководителя дать ей шанс. И она не подвела. Мне отлично давались общие планы, а Стейси обожала возиться с прорисовкой мелких деталей. Ее изображения выглядели настолько реалистичными, что казалось, их можно потрогать руками, ощущая шероховатость поверхности камня и его острые края.

Работа оказалась монотонной и безумно скучной. Пыль, шум и бесконечная ругань парней. Но даже это было лучше, чем безвылазно сидеть дома, ожидая, когда отец вернется из командировки. Он работал дальнобойщиком и порой неделями отсутствовал дома.

С тех пор, как полтора года назад мы с ним поселились в Куинси, я так и не успела привыкнуть к городу, и не обзавелась друзьями. Единственной моей подругой была Бекки, но на каникулы она уехала к сестре в Оклахому. И я буквально сходила с ума от скуки.

Именно скука стала причиной, по которой я теперь стояла в узком скальном коридоре, цепко вглядываясь в странный источник света. Приготовившись к встрече с непостижимым, я включила фонарик, направилась вперед... И разочарованно остановилась на полпути.

Это было озеро. Самое обычное озеро, почти что лужа. Должно быть, где-то проходила подземная река, питающая его, или же здесь скапливались наземные осадки. Именно вода отразилась в свете фонаря, когда я была в верхней пещере.

Идиотка.

Разочарованная, я направилась обратно, но остановилась. Нет, что-то определенно здесь не то. Я же видела свечение, когда стояла в темноте. Как такое возможно? Обернувшись, я снова выключила фонарь и принялась ждать, пока зрение снова привыкнет к темноте. Прошло не меньше минуты, прежде чем мой взгляд различил знакомый матовый свет. Я прищурилась, пытаясь разглядеть его источник.

Это был небольшой камень, лежавший на дне озера. Глубина была совсем небольшой, от силы два фута, и я шагнула прямо в воду. К моему удивлению, она оказалась теплой. Это было более, чем неожиданно. Сделав несколько шагов, я намочила ноги до колен, но все-таки достигла сверкающего камня.

Вот только на поверку это оказался совсем не камень. Что-то упругое, больше похожее на шарик для пейнтбола, но неправильной, странной формы. В голове отчего-то возникла ассоциация с янтарем. Но янтарь не бывает матово-серебристым и упругим.

Стоило мне включить фонарик, как свечение тотчас погасло. Это был обычный серый камень. Ладно, не камень. Нечто другое. Должно быть, кто-то из спелеологов уронил эту штуку в расщелину, а она попала в воду. Может быть, это вовсе какая-то специальная краска, которая светится в темноте, вроде тех, какими расписывают стены в ночных клубах.

Чувствуя себя полной дурой, я запихнула "камень" в карман, и поплелась обратно наверх. На свое бесполезное путешествие я потратила времени гораздо больше, чем рассчитывала, и, когда вышла к автобусу, профессор Ллойд был в крайней степени раздражения.

- Мы должны были уехать десять минут назад, - прокомментировал он мое появление. - Десять! И... Ты еще не переоделась?

Я покачала головой. С моих ног все еще текла вода.

Не знаю, о чем подумал профессор, но лицо его внезапно покраснело, и он подавился очередным комментарием.

- Ладно. Иди в автобус.

Я ожидала, что меня встретит череда грубых мужских шуточек, но вид моих штанов и пылающие щеки, видно, отбили у парней все желание шутить. Стейси бросила на меня заинтригованный взгляд, но ничего не сказала. Я выглядела жалко. Так же и ощущала.

Лишь дома, оказавшись в окружении родных стен, я почувствовала себя лучше. Моя комната была царством тишины и спокойствия. Я любила ее. Высокий книжный шкаф, рабочий стол с наваленными на него альбомами и блокнотами для скетчей. На стене над кроватью висели любимые рисунки, а на мольберте, подарке отца на шестнадцатилетие, стоял портрет, над которым я трудилась всю последнюю неделю.

Это было лицо парня, увиденного во сне. Вообще я крайне редко видела сны, а если такое происходило, то утром практически ничего не помнила. Но это лицо запечатлелось в памяти так ярко, словно я видела его на фотографии.

Темно-русые волосы, голубые глаза и точеные, мужественные черты лица, которые так и просились на бумагу. Я долго работала над контурами, то и дело стирая намеченные линии. Но труднее всего оказалось передать силу его взгляда. Я взяла совсем светлый оттенок синего, на самой грани с голубым, и все же мне никак не удавалось передать это ледяное сияние, напоминающее о небе в горах.

Портрет никак мне не давался, точно я разом утратила все свои навыки. Еще одно свидетельство моей никчемности. В последнее время, все, к чему бы я ни прикасалась, оборачивалось катастрофой. Вот и сегодня я, почти в прямом смысле слова, села в лужу.

Высунув из кармана камень, я окинула его внимательным взглядом и, разочарованная, положила на мольберт.

Комнату тотчас наполнил тусклый жемчужный свет. Вот и зачем, спрашивается, я забрала его с собой? Может, это вообще какая-нибудь радиационная ртуть, если, конечно, такая вовсе существует. Или какой-нибудь криптонит, прежде удерживающий злодея под толщей камня, и своей выходкой я обрекла весь мир на уничтожение. Последняя мысль была столь нелепой, что я даже рассмеялась. Кажется, я и в самом деле схожу с ума от одиночества. Ничего, осталось совсем немного подождать, и папа снова будет дома.

Оставив камень на мольберте, я принесла из кухни пачку чипсов и колу. Пока отец был в отъезде, я забивала на готовку, довольствуясь снэками и содовой. Устроившись на кровати, открыла лэптоп и включила Нетфликс. За просмотром сериала, я совершенно не заметила, как заснула.

В тот момент я даже не догадывалась, что, когда проснусь, мой мир станет совсем иным.

Глава 2. Сошедший с небес

Я проснулась от страшного грохота. Спросонья мне показалось, что это папа вернулся домой и в очередной раз сбил подставку для зонтов. Я смежила веки и поудобнее устроилась на подушке, когда меня пронзил ледяной ужас. Папа никак не мог вернуться домой сегодня! В дом кто-то забрался!

Мой пульс подскочил до небес, дыхание стало быстрым и неровным. Не было никаких сомнений в том, что к нам забрался грабитель. Паника парализовала мозг и тело. Телефон лежал где-то в рюкзаке, я не вытащила его после работы, а потому не могла позвать на помощь. Да и времени уже не осталось. Я слышала шаги, приближающиеся к моей комнате.

Понимая, что грабитель сейчас ворвется внутрь, я схватила первое, что попалось под руку - толстую книгу по рисунку архитектуры, лежащую на прикроватной тумбочке.

Дверь медленно открылась и мужчина шагнул в комнату. Я истерически завизжала, не хуже героини фильма ужасов, но практически сразу мой крик захлебнулся. И тому были две причины.

Хотя свет, льющийся через сомкнутые шторы. был довольно тусклым, мне все же удалось разглядеть лицо вошедшего. Возможно, от страха у меня помутился рассудок, но я могла бы поклясться, что в дверях замер тот самый парень, чье лицо я безуспешно пыталась нарисовать всю последнюю неделю.

Одного этого было достаточно для того, чтобы усомниться в реальности происходящего. Но была еще одна деталь. На парне не было ни намека на одежду. Мое смущение оказалось сильнее инстинкта самосохранения, а потому, охнув, я прикрылась книгой.

- Эм... - пробормотал он. - Я надеялся, что ты не проснешься. Черт...

Послышался непонятный шелест. Рискнув выглянуть из-за книги, я увидела, как парень стаскивает с кресла мой любимый плед с Порки Пигом и накидывает его себе на плечи.

- Раз ты все равно проснулась, не могла бы ты мне помочь? Мне нужна одежда. Потом я уйду и больше тебя не потревожу.

- Что? - тупо переспросила я, чувствуя себя героиней фильма про Терминатора. Состояние мое можно было сравнить с тем чувством, когда выходишь с аттракциона "Бешеная бочка" и пытаешься прийти в себя. После пережитого ужаса и стремительного вращения, все кажется нереальным, точно твой мозг вращается в голове, все еще подчиняясь центробежной силе.

- Мне нужна одежда, - невозмутимо повторил парень.

- Что... Да что происходит?! - я наконец смогла взять себя в руки и выдавить что-то членораздельное. - Кто ты? Что тут делаешь?

Парень тяжело вздохнул. От этого движения полы его импровизированной мантии немного разошлись, и я снова поспешно прикрылась книгой.

- Послушай, - пробормотал он, - все это слишком сложно, чтобы ты смогла понять. К тому же у меня совсем нет желания что-либо объяснять. Так что не могла бы ты найти мне какую-нибудь одежду и просто лечь спать?

- Нет, - мой страх исчез так же стремительно, как и накатил. Его место заняли возмущение и злость. - Если ты немедленно не дашь мне объяснения, то я вызову полицию, и уже она будет заниматься подбором тебе одежды.

- Ладно, понял. Имеешь право злиться.

- Спасибо за разрешение, - фыркнула я. - Кто ты и что здесь делаешь?

- Я могу присесть?

- Раньше ты не спрашивал.

Парень закатил глаза. Можно подумать, это я ворвалась в его дом и стала требовать вещи. Опустившись на кресло, он вытянул перед собой ноги, и я вновь ощутила, что задерживаю дыхание. Боже, я совсем не была избалована мужским вниманием, а сейчас в моей спальне находился обнаженный Аполлон. Даже если мне все еще кажется, что я брежу.

- Не думал, что придется это вовсе рассказывать, так что прости, если мое объяснение покажется тебе путаным. - Он примирительно улыбнулся и на его щеках появились две ямочки. И почему я вообще обращаю внимание на такие вещи? - Это и в самом деле непросто.

- Я тебе помогу. Откуда ты тут взялся?

Вместо ответа парень вытянул вперед руку и напряг мышцы. В следующее мгновение его кожа вспыхнула жемчужно-белым светом. Светом, который был мне знаком.

- Камень, - прошептала я.

- Материя, - поправил парень.

Несколько секунд мы провели в молчании, разглядывая странный свет, льющийся и центра его ладони.

- Ты никогда не думала, что случается с душами после того, как они расстаются с телом?

Это были совсем не те слова, которые я ожидала услышать.

- Ну, - пробормотала я, - они попадают в рай. Или в ад. Как кому повезет.

- Я тоже так думал. Но это не верно. Точно так же, как Землю опоясывает защитный купол атмосферы, есть еще один слой. Можешь называть его Небеса, чтобы было проще. Когда сознание покидает тело, то душа становится их частью.

- Ты бредишь, - выдохнула я. Хотя, скорее всего, бредила именно я.

Парень изогнул бровь и уставился на свой портрет, точно спрашивая, какие доказательства мне еще нужны.

- Небеса... Они не такие, как их описывают в книгах. Нет ни ангелов, ни зеленых полей с ягнятами и сторожащими их львами. Это не место, а скорее чувство, когда ты замираешь между сном и явью.

Ты все еще находишься в покое, но можешь слышать чужие голоса. Множество голосов. Одни звучат четко и ясно, другие едва различимы. Со временем ты учишься перемещаться среди них, находить те, которые тебе важны. Есть только они и бесконечный свет. Там ты практически полностью теряешь воспоминания о прежней жизни. Ты как будто становишься сгустком обнаженных чувств.

- Так ты... Призрак? Или пришелец?

- Я бы назвал себя духом. Нас миллиарды. Мы защищаем покой живых.

- От радиации? - ляпнула я и тотчас смутилась, понимая, какая глупость слетела с моих уст. Уголок губ парня дернулся вверх.

- От того, что находится снаружи. Ты когда-нибудь пыталась постичь Вселенную? Просто представить, на что она похожа?

- Не могу сказать, что в этом преуспела, - призналась я, и это было чистой правдой. - Я все время упиралась...

- В границы бесконечности, - вместо меня закончил парень, и я бы не смогла найти более точного определения. - Не все, что лежит за пределами нашей планеты, несет в себе добро. Есть разрушительные силы. Назови их чёрной дырой, дьяволом, адом, как хочешь. Полная противоположность бытию и покою. Пустота, стремящаяся к уничтожению. Мы называем её просто - Тьма.

Он замолчал, давая мне возможность все осознать.

- Выходит, все, кто умер...

- Не уходят. Они защищают покой живых, будучи частью Небес.

- Но тогда как ты оказался здесь?

Собеседник снова надолго замолчал. Казалось, он подыскивает правильные слова, чтобы суметь наиболее точно объяснить произошедшее с ним.

- Порой некоторые из нас возвращаются. Это похоже на гравитацию. Или реинкарнацию. Ты снова можешь выбрать более понятный для себя вариант. Иногда нас просто влечет на Землю, и мы воплощаемся в новых телах.

Но так происходит далеко не всегда. Метеориты, астероиды, все, что тебе известно под названием малых космических тел, ничто иное, как орудие Тьмы. Оно пробивает Небеса, и души сгорают, оказавшись в атмосфере Земли. Способствует этому и освоение космоса. Не знаю, сколько еще продержатся Небеса, если технологии продолжат развиваться так же стремительно. Один Starlink чего стоит.

Я невольно вспомнила мормонов. Выходит, они не так уж неправы, говоря, что все технологии от дьявола.

- Но бывают случаи, когда духи все-таки достигают Земли, - продолжил незваный гость. - Частью того же метеорита, или же сходят с дождем, оказавшись в верхних слоях атмосферы. Тогда они воплощаются в тела людей. Это отвратительное существование. Дух паразитирует в теле, которое ему не принадлежит. Это никогда не заканчивается хорошо.

Он вздохнул.

- Есть еще один путь - воплотиться в новое тело. Он сложнее и не каждому подвластен, не говоря уже о том, что это опасно. Мало ли чью внешность ты можешь перенять. Я не говорю уже о таких вещах, как документы.

- И ты выбрал его? - скорее сказала, чем спросила я. Парень кивнул.

- Твой портрет пришелся весьма кстати. И эти рисунки, - он кивнул на скетч в блокноте, изображавший обнаженную мужскую натуру. Я покраснела.

- Так ты оказался на Земле с потоком метеоритного дождя? Это была Тьма?

- Нет, - он покачал головой. Лицо его напряглось, - я сам принял решение сойти на Землю.

- Выходит, ты крутой дух, сохранивший волю и сумевший воплотиться в новое тело и не сгоревший при этом в атмосфере, - не удержалась я от едкого комментария. Парень тяжело выдохнул, точно моля Небеса даровать ему терпение.

- Дело не в крутости, - он поменял позу, и я поспешно отвела взгляд в сторону, давая ему возможность поправить сбившийся плед. - Не знаю, сколько прошло времени, с тех пор, как я сошел. Это трудно понять, учитывая, что вместо того, чтобы воплотиться в новом теле, я оказался в пещере. Может дни, может, - на его лбу появилась обеспокоенная морщинка, - десятилетия.

- Не думаю, что десятилетия, - возразила я. Парень бросил на меня взгляд полный надежды, и я пояснила, - Starlink не такая уж старая технология.

- Это хорошо, - пробормотал он. - Я решил вернуться из-за Лили. Она... моя сестра?

- Сестра? - изумилась я. - Родная?

Он покачал головой.

- Я же сказал, что на Небесах воспоминания гаснут. Я не помню лиц родных. Знаю, что у меня был брат, а родители, - он пожал плечами, - нас всегда было двое. Я сохранил совсем мало воспоминаний. Когда находишься на Небесах, со временем перестаешь понимать, какие из них истинные, а какие принадлежат сознанию других. Это сложно объяснить.

- Но я поняла, - ответила я, и это было абсолютной правдой. - Порой я вспоминаю сны, которые видела очень давно. Мне часто снятся города, которых не существует. И я прекрасно в них ориентируюсь. Некоторые улицы кочуют из сна в сон.

- А я думал, что моя история странная, - прокомментировал парень, и мне снова захотелось его пнуть. - Лили была моей сестрой в ином понимании. Мы вместе находились на Небесах. Ее голос я слышал чаще других. Порой мы спорили, ругались, но... Я чувствовал ее иначе, чем других. Будто мы часть одного целого. За несколько дней до того, как я вернулся на Землю, Небеса атаковала целая плеяда метеоритов. Тогда многие исчезли, включая Лили.

- Но разве ты не говорил, что души, упавшие с Небес, сгорают в атмосфере Земли?

- Говорил. Но я все еще слышал ее голос, пусть он становился все тише и тише. Я знаю точно, что она достигла Земли. Поэтому я и сошел. Я должен ее найти.

В комнате повисла тишина. Я все еще пыталась осознать услышанное. Духи, Небеса, Тьма. Если бы я собственными глазами не видела светящуюся материю из пещеры, и у этого парня не было лица с портрета, то решила, что это чей-то мерзкий розыгрыш. И потом, у него светилась рука!

Все еще не до конца уверенная в том, что не сплю, я встала с кровати и подошла к пришельцу. Тот наградил меня настороженным взглядом, когда мои пальцы коснулись его кожи. Плечо парня было теплым и крепким. И от него исходил приятный запах чистого тела. Я шумно сглотнула. Так, кажется, это все реально. Это происходит на самом деле, и я не тронулась умом.

- Ладно, предположим, ты не галлюцинация, - пробормотала я, снова возвращаясь на кровать. - Ты пришел за Лили. Кстати, как тебя зовут?

Этот простой вопрос вызвал у него странную реакцию. На мгновение он замер, точно к чему-то прислушиваясь, покачал головой, и неуверенно пробормотал,

- Уэсс?

- Ладно, предположим, Уэсс, - согласилась я. - Объясни мне, зачем нужно было так рисковать, если можно просто подождать какое-то время, и дух снова вернется на Небеса?

- Считаешь, это глупо?

Я пожала плечами.

- Что бы сделала ты, если бы кто-то сначала напал на твоего родного человека, а потом увез его в неизвестном направлении? Даже если бы ты знала, что рано или поздно вы, вполне вероятно, встретитесь снова.

- Постаралась бы его найти, - ни секунды не колеблясь, ответила я. Уэсс кивнул. - Но почему ты сказал, что это "вероятно". Разве это не предопределено?

- Представь себе, сколько душ уже находится на Небесах. Как среди миллиардов голосов услышать один-единственный? Я должен найти Лили. Я знаю это. Ты бы очень мне помогла, если бы позволила взять какую-нибудь одежду. И, - он смутился, - дала бы немного денег.

В моей голове завращались шестеренки. Я не собиралась так просто его отпускать. Это было сродни тому, как если бы Люси Певенси, найдя проход в Нарнию, стала бы использовать шкаф исключительно для хранения одежды.

- И куда ты собираешься?

Уэсс пожал плечами.

- Не знаю. Последую за интуицией.

Я усмехнулась.

- Ты считаешь, что найти человека среди восьми миллиардов людей будет проще, чем услышать голос на Небесах? О, дай я уточню, Лили может быть просто одной из двух сущностей в теле. Как ты себе это вообще представляешь?

По лицу Уэсса было видно, мои слова попали в цель.

- Обо всем нужно как следует подумать, прежде чем ты отправишься на поиски.

- Ладно, - сдался он, поднимая вверх ладони, и плед соскользнул с его плеча. Я судорожно выдохнула, чувствуя, как к щекам прилила кровь.

- Тебе нужно найти одежду, - пробормотала я, поднимаясь. - Сиди здесь, я все принесу.

И прежде, чем Уэсс успел мне возразить, я выскочила из комнаты. Вау! Если я и впрямь тронулась умом, то мои галлюцинации просто из разряда лакшери. Голый, офигенно горячий парень сидит в моем кресле и в доме нет никого кроме нас двоих. Он утверждает, что упал на Землю с Небес, и я единственная, кто знает о его существовании. Если это сон, я не хочу просыпаться.