Советница Айвис

Глава 1: "Колдунья во дворце"

Айвис полагала, что граница Хинельвии пробежит по её венам, словно молния, и хорошо, если оставит в живых. Но легенды, как то часто бывает, оказались преувеличены. А может, она сама себе построила ложные ожидания.

Магия нарастала фоново, постепенно, с каждым шагом. Только увидев на горизонте первый одинокий дом, Айвис прислушалась к своим ощущениям. Нечто неуловимое под кожей, в костях подсказывало: да, утром, в начале пути, она чувствовала себя совсем иначе. И дело не только в усталости.

Айвис медленно вздохнула. Неужели наконец добралась? Неужели можно хоть немного расслабиться?

Она оглядела зелёные холмы, безупречно-голубое небо с перьями облаков, и направилась к дому. До ночи ещё далеко, но неизвестно, будет ли впереди возможность для ночлега. Человеческого ночлега, под крышей и с возможностью постирать свои вещи. Другого ей хватило на всю жизнь с лихвой.

Домишко оказался покосившейся, тёмной избой, окружённой редким забором. Во дворе ходили куры, на верёвке сушилось бельё. Дверь открыла низенькая старушка в платке, заохала при виде гостьи и тут же пригласила внутрь.

— Ты откудова, деточка? Из далёка? Садись-садись, вон на лавочку одёжку клади, — она стала накрывать на стол. Видно, как раз собиралась обедать.

— Да, давно в пути, — Айвис улыбнулась и сняла грязный дорожный плащ, сложив его, куда было сказано. Присела, чинно сложив руки на коленях. Говорила спокойно, слегка вкрадчиво. — Скажите, я ведь уже в королевстве Хинельвия?

— Конечно. Тут совсем недалече пройти, уже и дворец покажется. А я тут, на окраине живу-поживаю, соседей нет почти, да и семьи никакой. Ну ничего, хозяйство веду, да что мне в мои годы делать-то…

Весь следующий день старушка радушно принимала гостью, не прекращая болтать. Поведала и о том, как проводит дни, и о былой девичьей жизни, о соседях и их родственниках, о том, что у неё самой родственников нет, как так вышло, и ещё много о чём. Айвис почти не слушала. Но, разумеется, натянула улыбку, кивала и хмыкала во всех нужных местах.

Днём она помогла натаскать воды и полить огород, вечером вдевала нитку в игольное ушко. Постирала себе одежду — лучше выглядеть та не стала. Ополоснулась в погнутом железном тазу. Спала как убитая, даже на жёсткой лавке, едва ли её вмещающей.

Рано утром, едва рассвело, съела нехитрый завтрак, выпила холодного молока, собралась и приготовилась уходить.

— Благодарю за ночлег, — Айвис поклонилась. — Живите в здравии. А мне пора.

— Погоди-погоди, детонька! — замахала на неё руками старушка.

Она, причитая, сунула ей в руки два платка, один со свежим хлебом, другой с сухарями.

— Спасибо, скрасила бабке одиночество. Вот, покушаешь в дороге, а то такая худесенькая, ай-яй. Ты уж будь аккуратней! Мы хоть и мирно живём, а мало ли что! Вот сосед мой, который… ай, ладно, заболтала я тебя, старая. По дороге иди, так и доберёшься. Ну а там уже куда надобно.

Старушка радостно щурила глаза и улыбалась, вся в морщинах и тонких седых волосах. А с лица Айвис улыбка сошла. Она оцепенело, с настороженно распахнутыми глазами приняла дары, сложила их в кладезь-мешочек и выслушала все напутствия.

Потом она моргнула, смахнула с себя удивление. На сей раз уголки её губ приподнялись лишь немного, но зато действительно искренне.

— Вам спасибо.

Айвис ушла. Сначала со двора, потом продолжила путь по тропке. Вскоре прошла мимо немногочисленных соседских домов, вышла на более широкую и не такую поросшую дорогу.

Ещё несколько часов. Она уже в пределах королевства. Солнце грело голову сквозь тёмный капюшон и освещало поля вдалеке. Действительно, скоро показались очертания дворца и горы вокруг.

Город оказался тих и мирен. Светлые улочки, вывески заведений, негромко переговаривающиеся друг с другом прохожие. На девушку в плаще никто не обращал внимания. На главной площади около фонтана кучка детей играли перепрыжки, от цветочной лавки рядом приятно благоухало. Здесь Айвис перекусила, взглянула на положение солнца на небе. Подбирался полдень. В кладезь-мешочках спрятаны талисманы. До дворца — рукой подать.

Айвис оттолкнулась от стены и направилась дальше.

Пока что Хинельвия во многом казалось такой, как о ней рассказывали. Совсем молодое, процветающее королевство, расстелившее свои владения в небольшом, но благодатном уголке мира. Сейчас, в начале лета, оно сверкало и купалось в лучах света, плодородные земли зеленели яркостью изумруда. Зимой всё покроется густой пеленой белого снега. Должно быть, будет стоять ужасный холод. Но это малая цена за жизнь под защитой волшебных сил самих земель.

Основатель Хинельвии, Ивнест Эльвий, почил не так давно, оставив после себя двух наследников. В данный момент королевством управлял их регент. К сожалению, Айвис знала о этой загадочной стране гораздо меньше, чем ей хотелось бы.

Но, если сегодня всё пройдёт удачно, ей представится такая возможность.

Айвис остановилась перед высокими дворцовыми воротами, что охранялись двумя стражниками.

— У вас есть пропуск, мадам? — спросил один хмуро.

— К сожалению, нет, — Айвис поклонилась. Капюшон отбрасывал тень на её лицо. — Но мне нужно встретится с Его величеством Редлеем Хиддори. У меня есть дар, который я могу ему предложить. Нельзя ли впустить меня?

Стражники переглянулись, помолчали некоторое время, осматривая незнакомку, но всё же открыли ворота.

— Джейни! — гаркнул тот же мужчина. Из-за кустов выглянула молоденькая служанка с садовыми ножницами в руках. — Приведи кого-нибудь!

Джейни глянула на Айвис, округлив глаза, кивнула стражникам и убежала. Уже через минуту она вернулась, ведя за собой мужчину возраста Айвис, в обмундировании и с мечом на поясе. Загорелая кожа, выделяющиеся на её фоне светлые волосы, собранные в низкий хвост. На стража не походил — вероятно, рыцарь?

— Сайвен, проводи девушку к Его величеству.

Мужчина сдвинул брови, но мотнул головой в сторону дворца.

— Следуйте за мной, пожалуйста.

Они направились по широкой дороге, устланной белой брусчаткой. Вокруг росли живые изгороди, в клумбах пестрели цветы. Дворец стоял на склоне горы, воздух был чист и свеж. Действительно сказочный пейзаж.

Прошли внутрь. Рыцарь позаботился о том, чтобы они шли рядом, нога в ногу. Айвис бы следовало завязать разговор, задать пару вопросов мягким голосом, но в данный момент она была занята тем, что под плащом вцепилась пальцами в своё запястье и пыталась унять дрожь в руках. Проклятье, если она хоть раз сегодня запнётся в словах, то будет стыдиться до конца жизни.

Вдруг из какого-то коридора вылетел человек, чуть не натолкнувшись на них. Айвис уловила совсем тонкое, мимолётное ощущение чего-то.

Человек тут же рассыпался в извинениях, торопливо поклонился и убежал вперёд, удивительно быстро, но слегка пошатываясь в ногах. Айвис и Сайвен удивлённо смотрели ему вслед.

— Какие у вас тут шустрые… — Айвис замешкалась, но не опустила улыбку. Это ведь был слуга? Выглядел довольно непримечательно. А если нет? Лучше не предполагать, чтобы не попасть впросак. — …Маги.

— Что? Нет, у нас нет магов, это… — рыцарь выглядел сбитым с толку и будто что-то просчитывающим в уме. — Просто какой-то новый работник. Почему вы вообще так решили?

Они возобновили шаг.

— О, как странно. Значит, мне показалось.

На вопрос она так и не ответила. Сайвен покосился на неё, но ничего больше не сказал.

Айвис же про себя решила, что ничего ей не показалось — магическая энергия на момент вспыхнула настолько сильно, что даже она смогла заметить совершенно случайно. Либо это всё же волшебник, который по какой-то причине скрывает свои способности, либо у него с собой магические артефакты. Шпион? Вор? Просто счастливчик, по воле случая владеющий зачарованной вещью?

Или Хинельвия не так хороша, как кажется на первый взгляд?

Айвис покуда склонилась только к третьей версии, но по привычке похлопала карманы, чтобы убедиться, что все кладези на месте. Для успокоения нервов.

Поворот, новый коридор. Они встретили группу слуг, несущих тяжёлые портьеры — среди них вился мальчик лет десяти-одиннадцати. У них рыцарь спросил, где сейчас Редлей. Прямо так, назвав по имени. У Айвис в голове активно строчились записи.

— Он в кабинете! — крикнул мальчик и бросил конец портьеры, который помогал нести. — Мне сбегать к нему?

— Позови его в тронный зал, будь добр, — согласился Сайвен. — К нему пришла посетительница.

Мальчишка окинул взглядом Айвис и понёсся прочь со всем рвением получившего важное задание ребёнка. Сайвен повёл Айвис в другую сторону, а слуги мигом зашептались за их спинами.

Всё убранство вокруг выглядело неброско, почти скромно. Но тронный зал, как и положено сердцу дворца, даже так радовал глаз простором и изяществом. Здесь стояли три трона: большой в середине и два поменьше по бокам от него. Либо троны принцев выставили заранее, либо они были старше, чем полагала Айвис. Вопрос в том, насколько.

Сайвен вывел их в центр зала, тут же вздрогнув и метнув взгляд наверх. Айвис тоже почувствовала это гудение, на миг пронёсшееся сквозь тело, вероятно, чуть сильнее. За долю секунды она не смогла определить его направление, так что доверилась рыцарю и подняла голову наверх, придерживая капюшон, чтобы он не упал. Но наверху ничего не было. Обычный потолок. Даже скучноватый.

Из тронного зала вели несколько выходов. Разве не мог тот странный слуга выбежать из одного из них? Они ведь сделали крюк, пока шли сюда. Ах, а Айвис-то думала, что она здесь будет самым странным человеком.

Когда Айвис отвлеклась от потолка, то увидела, что Сайвен смотрит на неё очень внимательно, положив ладонь на рукоять меча в ножнах. Думает, что она причастна? Что ж, справедливо.

Айвис мило улыбнулась. Возможно, если бы капюшон не отбрасывал такую тень, получилось бы менее зловеще. Скепсис во взгляде рыцаря можно было измерить на весах.

Послышались шаги. В зал ступил высокий, худощавый мужчина возрастом где-то пятидесяти лет. Его длинные, рыжевато-каштановые волосы с широкой проседью были заплетены в косу. Бородка аккуратная, ухоженная. Плащ на меху плечах придавал фигуре величия и веса. Вся одежда — в расшитых тонкой ниткой узорах, богатая, но удобная. Не столько напоказ, сколько для собственной красоты. А ещё на поясе висели ножны.

Мужчина встал перед тронами. Карие глаза узкого разреза критически оглядели посетительницу. Регент Редлей собственной персоной, надо полагать.

— Ваше Величество, эта женщина просила у вас аудиенции, — Сайвен склонился в поклоне.

— Для меня честь… — начала Айвис, но замолкла.

Наверху затрещало.

Айвис кинулась влево, Сайвен отскочил в другую сторону и обнажил меч. На потолке вдруг с шумом засветилась большая магическая печать.

— Что за!.. — вскрикнул Редлей и выхватил меч из ножен.

Рука Айвис метнулась к кладезь-мешку с талисманами.

— Отойдите! — крикнула она и кинула на пол, под печать, гладкий камешек.

Трещащий круг на потолке замигал ещё ярче и невыносимей. Из камня, словно маленькая молния, стала вырываться энергия. Айвис глянула на символы в печати, лихорадочно зашарила по карманам.

— Извините, будет ярко!

Снаружи зала послышался топот, двери распахнулись, печать зашумела ещё громче. В этот момент Айвис вынула другой талисман, пальцем сделала над ним круговое движение и кинула к первому.

На мгновение зал озарился светом и треском. Энергия вырвалась с потолка и, разваливаясь на ходу, вбежала в оба камня.

А затем случился маленький взрыв.

Раздались вскрики. Айвис прикрыла лицо руками, волной её отбросило на несколько шагов, и она едва удержалась от падения. Капюшон сбился, а организм ощутил секундный шок от резкого исчезновения магии. Вокруг заохали и зашептались.

Когда она опустила руки, то увидела, что регент стоит на том же месте, в ошеломлении глядя на происходящее. Несколько стражников встали около него полукругом, все с оружием наготове, но явно тоже удивлённые. В дверях толпились люди. Рыцарь Сайвен, находившийся к взрыву ближе всего, тоже удержался на ногах. От талисманов остались только горстка пепла и странно ровный круг сажи на полу.

Айвис откашлялась в кулак.

— Итак, продолжим.

Она повернулась к Редлею Хиддори и склонилась в изящном поклоне, расправив руками плащ. Чёрные волосы отчасти завесили лицо. Грязные, чтоб их.

— Приветствую, Ваше величество.

Глава 2: "Своеобразное собеседование"

Ропот в дверях усилился. Регент Редлей нахмурился и выступил вперёд.

— Кто вы?

— Всего лишь скромная странница, что хотела бы предложить свою помощь, — Айвис выпрямилась, сложив ладони спереди. — Хотя я и не думала, что она понадобится так скоро. Прежде чем мы продолжим знакомство, разрешите спросить у всех присутствующих кое-что?

— …Спрашивайте, — позволил Редлей.

Айвис окинула затихнувшую толпу взглядом медных глаз.

— Кто-нибудь сегодня сталкивался со странным слугой, с короткой светлой стрижкой, что куда-то спешил? Скорее всего, он новенький в рядах работников.

Люди завертели головами. Кто-то выкрикнул:

— Какой-то парень недавно чуть не сбил меня в коридоре! Я его не узнал!

— Стой, ты про того нервного, в подтяжках? — вторил второй голос. — Утром по всему дворцу ходил.

— Я тоже видела какого-то новенького, но уж не знаю, тот это или не тот!

Редлей Хиддори прервал их:

— Вы думаете, что это тот, кто стоит за… — он кисло глянул на сажу на полу, — тем, что произошло?

— Я не знаю точно, разумеется, но предполагаю, — Айвис повернулась на рыцаря.

— Ваше величество! — сказал Сайвен, — мы видели этого человека как раз около коридора, ведущему в тронный зал. Госпожа колдунья отчего-то предположила, что он владеет магией.

— Маги в наших землях так же редки, как и во всех остальных, — покачал головой Редлей, убирая меч. — Стража! Немедленно найдите этого слугу, пока он не ушёл! Сара, Кириат, присмотрите за принцами! Сайвен, ты остаёшься. Те, кто знает внешность разыскиваемого, опишите её. Остальные — прочь.

Люди принялись исполнять поручения, большая часть разбежалась. Но тут же выяснилась проблема: не могли сойтись во внешности злоумышленника. Кто-то утверждал, что он курносый, кто-то перечил, ведь точно запомнил прямой нос, одни описывали волосы как «мышиные», другие как каштановые или пшеничные. Хорошо, в одежде все сходились. Было решено не тратить время и поскорее отправиться на поиски.

Айвис, Редлей Хиддори и Сайвен собрались у круга сажи. Айвис нашла тот платок с сухарями, подаренными старушкой, пересыпала их во второй и собрала в освободившуюся ткань пепел от сожжённых талисманов.

— Вы знаете, что это была за печать? — спросил Редлей. Он смотрел за действиями Айвис внимательно, но недоумения не выказывал. Сайвен выглядел более сбитым с толку.

— Я разглядела лишь некоторые вещи в ней, поэтому не уверена, — девушка вновь встала на ноги. — Не что-то напрямую боевое, это точно. Возможно, смогу узнать больше, если изучу этот пепел.

А возможно и нет. Зато остатки энергии, пусть даже такие незначительные, лишними не бывают. Этого она говорить вслух, конечно же, не стала.

— Хорошо, — регент сложил руки за спиной. Статный и серьёзный, выше их обоих. Хотя короны он не носил, действительно смотрелся так, как подобает «Его величеству». — Теперь могу ли я поинтересоваться, как вас зовут?

— Моё имя Айвис, — она приподняла уголки губ. — А свою фамилию я отринула, как только стала путешествовать, она более не важна. Называйте меня так, как вам угодно.

— Вот оно что, — задумчиво проговорил Редлей. — И почему вы пришли именно к нам?

Айвис развела руками.

— Хотела взглянуть на молодое государство собственными глазами. Какое ещё королевство построено в таком содействии с волшбой? Мне стало любопытно.

— И надолго вы планируете остаться?

— Насколько мне будет позволено.

Оба замолчали, глядя друг другу в глаза. Сайвен тоже не шевелился. В широком пространстве зала повисла тишина.

— Ваше величество, мы нашли его!

В зал вошли несколько стражников, двое вели изрядно напуганного, вспотевшего юношу. Он бегал взглядом по округе и нервно то сжимал, то разжимал губы. Странно, в коридоре он выглядел старше.

— Госпожа колдунья, вы всё ещё чувствуете магию в этом человеке? — спросил Редлей.

Айвис подошла поближе к пленнику и прислушалась к своим ощущениям. Да, энергия всё ещё легко распознавалась.

— Ничего не хочешь сказать? — спокойно спросила она его.

— Из-извините, ох, простите, мне нужно идти… мне поручили дело, извините… — бессвязно начал бормотать парень.

С каждой секундой его лицо постепенно менялось. Незаметно, если смотреть из одного положения, но сдвинешься немного в сторону — и черты смажутся, волосы потемнеют, глаза изменят цвет и форму. Сайвен, тоже подошедший ближе, ахнул.

— Это не человек, а чья-то кукла, — провозгласила Айвис. Юноша так и продолжал лепетать. — Искусственное создание, которому ставят простые задачи. Её создал кто-то, располагающий весьма могущественными силами.

Она обернулась и посмотрела на потолок.

— Однако он не рассчитал, что кукле будет не под силу поставить пригодную для работы печать. Вот она и сломалась сразу после создания.

Честно сказать, ей было любопытно. Описания таких кукол она встречала лишь в книгах. Интересно, а смогла бы она создать такую же, если бы раздобыла хорошие усилители собственной магии? В этом королевстве наверняка полно мелких естественных артефактов.

— Можем ли мы по кукле узнать, кто её сделал? — Редлей прищурился, снова вытащил меч и кончиком, плоской стороной немного откинул голову лже-слуги.

Кукла замолкла. Грудь перестала двигаться, бездыханная.

А затем лже-слуга попытался вырваться, стражники с грозными окриками схватили его крепче, регент откинул меч назад, Айвис отшатнулась, остальные направили оружие на пленника. Но это оказалось ненужным: кукла сильно дёрнулась в хватке, и одна её рука резко выгнулась и сжалась, как сломанная трубка. Кожа вдруг приобрела вид старой влажной бумаги, глазные яблоки закатились внутрь черепа, и всё тело попросту рассыпалась. В руках у стражей и на полу осталась только одежда.

— …Очевидно, теперь нет, — помедлив, произнесла Айвис. Вышла из позы готовности бежать или защищаться.

— Да чтоб его верьи драли! — ругнулся Редлей, посмотрел на собственный меч так, будто тот его предал, и злобно засунул его в ножны. Один из стражников выразил негодование словом покрепче, и другие поддержали его согласным гудением. Сайвен цыкнул.

От куклы не осталось ни пылинки. Айвис осмотрела вещи и махнула рукой:

— Одежду можно выбросить, она бесполезна.

— Неужели по ней нельзя узнать хоть каких-то зацепок? — спросил Сайвен.

— Кукла рассыпалась, энергии нет, а на рубахе вряд ли вышили адрес, чтобы вернуть хозяевам, — Айвис пожала плечами. — Впрочем, я никогда расследовала заговоры, так что действуйте, как считаете нужным.

Редлей потёр переносицу.

— Отнесите одежду на хранение и исследуйте всю территорию дворца. Нужно понять, как оно пробралось внутрь и не бродят ли где такие же.

— Ваше величество, мне тоже отправляться на поиски? — Сайвен приподнял подбородок.

— Ты пока погоди, — регент кивком дал разрешение страже уходить. — Лучше…

Не успел он закончить фразу, как из главного коридора послышался быстрый топот. Бегущие резко затормозили прямо перед входом, но все трое человек в зале уже обернулись на них.

В проёме стояли два мальчика, судя по всему, не успевшие решить, стоило ли им прятаться за стеной. Впрочем, из-за предыдущего шума попытка всё равно не увенчалась бы успехом. Так они и застыли, с удивлением оглядывая собравшихся.

— Лучше подвесь этих негодников на дерево, чтобы они научились хоть иногда сидеть смирно, — прошипел Редлей. Настоящей злости, однако, в его тоне не слышалось. — Вы почему не в своих комнатах?!

— Просто пришли посмотреть, что за суматоха, — моргнул один.

— Если ты кого-то за нами прислал, то они нас ещё не нашли! — второй потянул первого за руку, чтобы подбежать ко взрослым.

Айвис узнала его: это ведь тот самый мальчик, с которым они встретились в коридоре, что помогал нести портьеры и сбегал за Редлеем в кабинет. Вблизи оказалось, что лица двух детей выглядели совершенно одинаково: те же широкие тёмные глаза, форма носов и челюсти. У обоих были каштановые, кудрявые волосы, только у первого стриженные у затылка, а у второго, того что из коридора, чуть подлиннее. Оба одеты в удобные коричневые штаны и белые рубашки, но слегка разного покроя. Близнецы, как мило.

— Прекрасно, — сухо сказал Редлей, — Сайвен, тебе важное задание.

Рыцарь едва не засветился, всем выказывая полную внимательность. У Айвис это вызвало мысленный смешок.

— Проводи вот этих, — регент указал на детей, — до покоев и побудь с ними, пока всё не закончится. Может, хоть твоё присутствие поубавит им пыл.

Сайвен глянул на мальчиков, хмыкнул, забавляясь, и кивнул.

— Есть, Ваше величество.

Но ребятам было всё равно, что им в няньки приставляют вооружённого воина. Они во все тёмные-претёмные глаза смотрели на Айвис. Хотя тот, что с короткой стрижкой, ещё косился на идеально ровный круг сажи неподалёку.

— А вы всё-таки кто? — бодро спросил мальчик из коридора.

Айвис кинула взгляд на регента Редлея. Лицо того снова приобрело холодность. Девушка улыбнулась.

— Меня зовут Айвис, я просто колдунья, что захотела посетить ваш дворец. Может быть, предложить что-нибудь занимательное, раз уж я тут. А вы кем будете?

Она, конечно, уже поняла, но дети смутились и вопрошающе посмотрели на Редлея. Тот вздохнул.

— Не будьте невежественными, вы двое. Представьтесь нашей гостье как следует.

Близнецы переглянулись между собой. Тот, что с короткими волосами, первым подобрался и встал в опрятную позу.

— Оден Эльвий, первый принц королевства Хинельвия.

Его брат тоже выпрямился, заложил руки за спину и ярко улыбнулся:

— Калин Эльвий, второй принц королевства Хинельвия!

— Вот как. Приятно познакомиться, юные принцы, — Айвис поклонилась.

— А вы надолго останетесь? — спросил Калин.

— Что ж. Зависит от милости Его величества.

Айвис повернула голову к регенту. Редлей Хиддори смотрел на неё прямым взглядом. Не совсем жёстким, скорее выжидающим.

— Разве вольная волшебница зависит от чьей-либо милости? — проговорил он.

Айвис, в потрёпанном платье, старом плаще и с неопрятными волосами лишь хмыкнула. И сказала с лёгкостью:

— Нет, если не хочет. Может, я сегодня же уйду, раз уж уже помогла. Но скажите, много ли волшебниц проходит через ваши двери?

Зал снова погрузился в молчание. Маленькие близнецы, казалось, отлично улавливали атмосферу и тоже замерли тихо и неподвижно. Сайвен внимательно следил за выражениями лица колдуньи и короля.

В конце концов, Редлей выдохнул.

— Позовём кого-нибудь отыскать вам комнату. Оден, Калин, от Сайвена ни на шаг, пока не разрешат.

И Айвис выдохнула тоже.

***

Покои наверняка были не самыми просторными во всём дворце, но больше старушечьей хижины, больше номера в таверне, больше случайно найденной для ночлега пещеры. Когда двери закрылись и снаружи окончательно настала тишина, Айвис скинула свой плащ на пол, подошла к кровати и упала на неё плашмя.

Милостивая Чанрэ, как мягко. Ощущение, словно такого комфорта она не знала уже сотню лет. Айвис устало застонала и обернулась в плед, перекатившись на бок и с наслаждением расслабляясь на своём, как она надеялась, не таком уж временном ложе.

Да, она пока просто гостя, даже не очень-то почётная. Неожиданно подвернувшиеся неприятности со лже-слугой и печатью пусть и помогли показаться гораздо эффектнее, чем если бы она выступила с изначальной парочкой трюков и голыми речами. Однако теперь её наверняка подозревают в причастности к ним. Что ж, она не в темнице, верно? Значит, всё не так уж и плохо. А доверие ещё можно заработать.

И что, что из неё посредственная колдунья. Магия и знания всё равно никуда не деваются. Она сможет проложить себе путь на вершину… Или, по крайней мере, на достаточно удалённое от низа место. Делов-то!

В дверь постучали.

Вошедшая служанка застала уже чинно сидящую на краю постели Айвис.

— Мэм, вот ваша еда, — женщина поставила поднос на стол, вежливо не обратив внимания на валяющийся на полу плащ. — Ужин вам тоже доставят сюда. Его величество будет занят весь оставшийся день, а вы можете пользоваться всеми удобствами ваших покоев.

— Благодарю, — мило улыбнулась Айвис.

Служанка коротко поклонилась и ушла. Айвис нашла в себе силы встать, потянуться и запереть дверь. Обед она решила на время отложить, и пошла в боковую комнату.

Ванная, крохотная, но симпатичная, сияла чистотой. Девушка покрутила краники на раковине — водопровод исправно работал. Это заставило Айвис поневоле расплыться в улыбке.

Решено, даже если Редлей Хиддори захочет выдворить её из дворца, она проберётся обратно, наймёт саму себя на работу призрака, станет питаться на кухне по ночам и, может быть, иногда пугать рыцаря Сайвена ради развлечения. А жить останется именно в этой ванной. Точка.

Глава 3: "Как сплетаются легенды"

Жить во дворце, пусть и на птичьих правах, оказалось приятно. Помимо еды, приносимой в личные покои, и парочке одолженных для чтения книг, ей, как уважаемой волшебнице, предоставили новое платье, чтобы она не ходила постоянно в тех обносках, которыми владела. Наряд в синих тонах был совсем простым, но Айвис этого хватало.

Расследование по горячим следам результатов не принесло. Никаких зацепок, позволяющих выяснить, откуда взялся лже-слуга, не нашли, и в качестве меры безопасности оставалось только усилить охрану и тщательнее проверять посетителей. Все люди здесь теперь дважды оглядывались на каждого встречного, проверяя, не изменилось ли его лицо. Может, были приняты ещё какие-то меры, но она их не знала.

Тем временем, регент Редлей официально разрешил Айвис прогуливаться по территории дворца, однако приставил к ней Сайвена Делль, того самого рыцаря, что сопровождал её в первый день. Вслух никто этого не упоминал, но понятно, что он должен был следить за незваной гостьей и, чуть что, пресечь любое злодеяние взмахом меча. Айвис отнеслась к этому спокойно: если бы Редлей Хиддори ничего такого не сделал, она бы серьёзно задумалась над его умственными способностями.

Тем более, что кое-какие дворцовые обитатели проявляли к ней недюжинное любопытство. Почти каждый раз, когда она прогуливалась по коридорам, за ней увивались принцы.

— Достопочтенная колдунья, а вам у нас нравится? — Калин, сцепив руки за спиной, с любопытством заглядывал ей в лицо. На его собственном же сияла широкая, но не показывающая зубы улыбка. В сочетании с прищуром блестящих глаз, выглядела она хитрой.

С другого бока, в том же темпе, что и брат, шёл Оден. Он обычно говорил поменьше, хотя слушал и рассматривал Айвис с истовым интересом. За ними тремя следовал Сайвен. Высокие окна заливали этот коридор ярким светом, их шаги негромко стучали по полу.

— Разумеется, — ответила Айвис. — Такое красивое королевство, прекрасный дворец и его чудесные хозяева.

— Ла-а-адно, — кивнул Калин, отвёл взгляд и прикусил губу, очевидно, раздумывая, какой бы ещё вопрос задать.

— Мы рады, что вам здесь по душе, — подал голос Оден, а затем добавил более строго: — Калин.

— А, да, счастливы принять вас! Так, скажите, а что с книгами, которые вы сейчас читаете? Ещё не закончили?

— Вы спрашивали меня об этом десять минут назад, Ваше Высочество, — вздохнула Айвис. На расстоянии показались большие открытые двери, что вели в сад.

— Тогда я спросил, интересные ли они и что вам больше всего в них приглянулось, — тут же поправил Калин.

Откровенно говоря, Айвис льстило внимание к своей персоне. Пусть даже от одиннадцатилетних мальчишек. Пока что только они подходили к ней заводить разговор, пытаясь выведать всё на свете. Откуда она? Что её сюда привело? А какая магия ей подвластна? На всё это Айвис отвечала загадочно, расплывчато, а по большей части вовсе уводила суть вопроса так, что она терялась вовсе. Принцы прекрасно понимали её стратегию, кидали каждый раз разочарованные взгляды и либо спрашивали что-то более безобидное, либо придумывали иную формулировку. Когда Айвис со смешком поинтересовалась, почему же с их любознательностью они ещё не захотели узнать её любимый цвет, Калин надулся и сказал, что это слишком по-детски. Следом Оден с умилительной улыбочкой задал именно этот вопрос. Айвис ответила. Калин, возмущённый и не желающий отставать, спросил то же самое, но Айвис сказала совершенно иное. Теперь каждый их разговор начинался так — близнецы интересовались её любимым цветом, а она каждый раз называла разный.

Мило и забавно. Вот только Айвис однообразные расспросы уже утомили.

— Может быть, юным принцам следует заняться чем-нибудь повеселее? Взгляните, какая чудесная погода. Поиграйте в салочки, воронью песню, чаронушки…

— Как это — в воронью песню? — озадачился Оден.

Они вышли наружу. Свежий горный воздух, повсюду зелень и аккуратные дорожки. Хотя, если забраться в сад чуть дальше, можно побродить и по земле, среди более буйных зарослей и фруктовых деревьев.

— Там, откуда я родом, в неё играли все дети. Выбирается водящий, король, а остальные становятся воронами — они прячутся в укромных местах и, когда игра начинается, по очереди каркают, привлекая водящего. При этом вороны должны постоянно перебегать с места на место и отвлекать короля своими криками, когда он приближается слишком близко к кому-либо из участников. Когда король ловит ворону, та становится солдатом и помогает искать остальных.

Близнецы, судя по всему, такой игры не знали. Зато Сайвен, удивительно бесшумно подошедший ближе, казался заинтересованным.

— О, я помню, как мы играли в неё в детстве. Только мы не называли никого королём и воронами, и для отвлечения водящего просто хлопали в ладоши.

— Вот как. Видимо, в моём краю эта игра совместилась с легендой о вороньей деве.

— Что за легенда? Никогда о такой не слышал! — воскликнул Калин.

— …Если хотите, могу рассказать вам её, — Айвис оглядела принцев. Те смотрели на неё с широко раскрытыми от любопытства глазами.

— Это было бы очень любезно с вашей стороны, — кротко сказал Оден.

Айвис хмыкнула. Замедлила и так неспешный шаг.

— Как мы знаем, всякая история проистекает из нашей жизни. Любой человек может стать её героем и так зажить вечным образом в воспоминаниях других. Течение времени и людская молва уносит детали, меняет что-то или связывает разные истории воедино. Неизвестно, сколько в этой легенде правды, сколько вымысла, но в том, чтоб послушать чужую судьбу, всегда есть толк.

Айвис говорила размеренным, текучем голосом. Её слушатели затихли во внимании.

— Однажды на свете жила девушка, обладающая невероятно прекрасным голосом. Каждый, услышав от неё даже простое напевание, не мог не остановиться и не заслушаться. Люди восхищались и её талантом, и красотой. За это её сравнивали с чудесной певчей птицей. Однажды девушка захотела впечатлить своим пением самого короля. Её представили двору, где все, как и всегда, были сражены. Но, на её беду, король влюбился в неё до одержимости.

— Это плохо? — уточнил первый принц.

— «Одержимость», Оден, — сказал Сайвен с добродушной усмешкой. — Естественно это скверно.

— О, тут можно было бы интересно порассуждать, — повеселела Айвис, — Но да, в этой легенде это слово использовано в самом ужасном смысле. Король запер девушку в замке, каждый день заставлял петь для него. Неважно, насколько уставшей она становилась, какую боль начинала испытывать под конец долгих выступлений. Люди стали говорить, что она сама виновата, ведь возгордилась и привлекла к себе ненужное внимание.

— Вот ведь… Нехорошие, — Калин фыркнул. — На короле что, табличка висела, «всех понравившихся певиц забираю в плен»?

— Ваши Высочества, может вы проявите к госпоже волшебнице немного уважения и прекратите перебивать её? — вздохнул Сайвен. Айвис пожала плечами.

— Ничего, замечательно, что они хотят обсудить услышанное. Итак, девушка желала сбежать из заточения. Она пела из окна своей комнаты, как птичка из клетки, в надежде, что кто-то спасёт её, но никто не приходил. Вот, в один из дней король зашёл к ней и объявил, что она будет петь, восславляя его, для всех знатных гостей на балу, с вечера и до следующего утра. Девушка поняла, что умрёт от изнеможения. Тогда она, охваченная отчаяньем и последней надеждой спастись, обратилась в ворону и улетела из замка. Её пытались найти по прекрасному пению, которым она жила и не могла оставить, но не могли. Она утратила свой голос, и теперь всегда лишь по-вороньи каркала. Так и закончилась эта история.

— Можно вопрос? — Оден поднял руку, — Как же она превратилась? Раньше она точно так не умела, ведь сбежала бы сразу же.

— Этого мне неизвестно, — ответила Айвис. — Кто-то полагает, что она взмолилась всем богам и духам, которые могли бы её услышать, иные считают, что сами вороны, волею случая оказавшиеся рядом, сжалились над ней. А может она действительно могла принять этот облик в любой момент? Но знала, что её голос, главное сокровище, навеки пропадёт, и не решалась на такой шаг?

— Тогда ей очень повезло, что король заранее объявил ей о бале. Иначе было бы уже слишком поздно, — сказал Сайвен.

Принцы призадумались. Тем временем, все четверо дошли до статуи покойного короля и остановились рядом. Айвис с интересом воззрилась на ней.

Белокаменный Ивнест Эльвий, пусть и не был создан скульптором огромным, всё равно возвышался над людьми. Статуя изображала его не в королевских одеждах, а в более простых, ладных для путешественника, и с повязанным шейным платком. Он стоял, уверенно и гордо, с улыбкой всматриваясь вдаль — за стены сада, на своё королевство, одной рукой прикрываясь от солнца. Во дворце висело несколько его прижизненных портретов, из которых можно было узнать, что пышный низкий хвост до лопаток имел светлый, пшеничный цвет, а зелёные глаза сверкали искрами, похоже, не пропавшими с возрастом. Если, конечно, художники не преувеличили.

— Хинельвия столь загадочна, что рассказы о ней тоже превращаются в легенды и сказки, — проговорила Айвис, не отводя глаз от статуи. — К сожалению, сама я почти ничего не знаю о вашем чудесном королевстве. Может, взамен на мой рассказ, юные принцы поведают мне о короле Ивнесте?

Оден и Калин замерли. Сначала переглянулись друг с другом, потом выжидающе посмотрели на Сайвена. «Умные детки» — подумалось Айвис от их осторожности.

— Неужели его история совсем неизвестна могучей волшебнице? — спросил Сайвен. Его тон этого не показывал, но его лицо посерьёзнело и даже стало слегка настороженным.

— Увы, нет, — может, могучая волшебница и знала бы, но точно не Айвис. — Разве что давние слухи. Молодой смельчак нашёл забытый край, который ожил при его появлении и даровал людям защиту. Король правил милосердно и мудро, а его подданные по сей день живут в мире, не боясь ни войн, ни стихий. История на слуху, но мало кто знает хоть какие-то подробности. А может, я просто не находила на пути толковых рассказчиков.

Рыцарь подумал и немного расслабился, постукивая пальцем по ножнам.

— Что ж, мы не можем многого добавить. Его Величество Ивнест был выдающимся человеком, стал героем собственной грандиозной легенды. Здесь все знают, что когда-то он был обычным путешественником, что искал приключений. Постепенно вокруг него начало собираться всё больше людей — кто-то захотел идти с ним из-за его яркой личности, кого-то он спасал, и те следовали за ним, как за своим лидером. А когда Ивнест Эльвий, его соратники и будущие подданные дошли до места нынешней Хинельвии, он пробудил здешнюю магию для защиты.

— Барьер, да, — кивнула Айвис. — Действительно удивительное явление. О нём часто говорят, как о непробиваемой стене, так что я удивилась его широте и мягкости.

Злые языки иногда даже полагали, что барьер не выпускает никого из страны. Что, разумеется, глупость, ведь туда и обратно путешествовали торговцы, но некоторые просто не могли поверить, что почти все, кто посещал королевство, захотели остаться в нём жить.

— Барьер может быть довольно суров к тем, кто вредит жителям Хинельвии, — губы Сайвена тронула улыбка. — Недаром вторым по суровости наказанием после казни становится изгнание.

— Очень интересно. Я удивлена, что поэты не разобрали всю историю королевства для своих творений.

— Отчего же? Разбирают, просто пока мало что передаётся в другие края.

— Всему своё время. Уверена, что когда-нибудь мир услышит и о светлых принцах Хинельвии, — Айвис улыбнулась близнецам.

Оден и Калин смотрели на неё всё так же внимательно и молча.

Куда бы ни зашёл этот разговор дальше, его прервал подбежавший слуга.

— Госпожа волшебница, — он коротко поклонился, — Регент Редлей просит вас пройти к нему в кабинет.

Айвис, не выказывая удивления, кивнула братьям на прощанье и пошла за слугой. Сайвен двинулся следом. Оден присел у подножия статуи, глядя на их удаляющиеся фигуры, Калин сделал шажок вперёд, высматривая их, пока они окончательно не скрылись из виду. Оба молчали.

***

Кабинет регента оказался довольно небольшим. Стол стоял под углом, чтобы свет из окна напротив двери освещал его, и при этом сидящий видел бы любых посетителей. Почти всё пространство стен занимали застеклённые книжные шкафы, а около окна расположился удобный на вид диванчик.

Редлей Хиддори поднял голову от бумаг, оглядел вошедших и жестом указал Сайвену выйти. Рыцарь подчинился. Дверь закрылась со стуком.

Айвис сложила руки впереди, не сцепляя ладони в замок и не опуская лёгкой любезной улыбки. Редлей потратил несколько долгих мгновений, чтобы рассмотреть её. Без мехов на плечах он выглядел совсем худым и жилистым, но не утратил строгости из-за острых черт и твёрдого взгляда.

— Достопочтенная колдунья, — начал он, — Скажите, как вам живётся здесь?

— Вы проявили радующее сердце гостеприимство, Ваше Величество, давно я не бывала удостоена такой чести. Сэр Сайвен и Его Высочества, к тому же, составляют мне прекрасную компанию.

— Вы планируете остаться надолго?

— Я уже отвечала на этот вопрос — надолго или нет, зависит лишь от вашей милости.

Редлей выдохнул. Неожиданно спросил:

— Могу я узнать, сколько вам лет? Не примите за дерзость.

Судя по его сухому тону, ему вовсе не нужны были отшучивания в духе «у женщины такое спрашивать неприлично». Айвис поколебалась. Легенды вплетены в ткань этого мира, никогда нельзя сказать, где заканчивается одно, где начинается другое. Именно поэтому на них следует обращать внимание, если хочешь себе лучшую судьбу. А в историях могущественные волшебницы обычно сильно старше неё. Да, она и так выглядела на свой возраст и не скрывала того, но признавать вслух собственную молодость, особенно по сравнению с регентом, было… Ужасно неловко.

С другой стороны, она всё ещё оставалась той, кем является. Если ты король, а на твоём пороге появляется странная женщина, будь то нищая старушка или прекрасная дева в лохмотьях, лучше впустить её в надежде на благо и в опасении проклятия. Регент Редлей прекрасно знает это. Именно поэтому она и стоит здесь.

— Мне двадцать два, Ваше Величество. Кажется, сэр Сайвен старше меня всего на… Сколько, год? — Айвис улыбнулась, слегка склонив голову.

— На два, — ответил Хиддори. — И что же, вы выбрали тратить юность на путешествия по дальним краям? Отчего же тогда остановились именно у нас?

Всё время, пока регент был занят расследованием, Айвис вычисляла в голове стратегию. В этот самый момент она пришла к окончательному решению — снова встала прямо, согнала улыбку с лица и приняла спокойный, деловой вид.

— Не буду таится, Ваше Величество. Мне интересна магия, бьющая ключом в ваших краях. Я могла бы бесконечно ходить по городам, деревням и глухим просторам природы в поисках магических явлений, а могла бы осесть здесь и сосредоточится не на поиске, а на исследовании.

— Исследовании? — регент приподнял брови, хотя глаза оставались полуприкрытыми и сосредоточенными. В его голосе проявился интерес.

— Не то что бы я учёная, конечно, — Айвис всплеснула рукавом, — Но я родилась с даром волшбы, и мне любопытно узнать, как же она работает, не только из туманных текстов в книгах. Даже если я уйду из дворца, смею надеяться, что мне позволят поселиться в Хинельвии.

— …Стражи сказали мне, что вы говорили о некоем даре, который хотели бы преподнести.

— Дар — мои способности, — уголки губ Айвис приподнялись. — Я удивилась, поняв, что в таком королевстве нет ни одного видного мага, и хотела в случае чего предложить свою скромную помощь.

— Отчего же не предложили сразу?

— Все были заняты переполохом с лже-слугой, я не хотела мешать.

— Действительно. К тому же, вы и так помогли тогда, — согласился Редлей.

Он впервые за весь разговор отвёл взгляд, задумавшись. Айвис ожидала. Сейчас он мог бы легко намекнуть, что пора бы прекратить злоупотреблять гостеприимством, и ей ничего не осталось бы, кроме как, стараясь сохранять достоинство, покинуть дворец.

Она даже не знала, насколько он поверил её показной величавости и выверенным словам. Этот человек явно был проницателен и не зря стоял подле короля много лет. Возможно, он оценил её и перспективы, с ней приходящие. Возможно, она кажется ему лишь самонадеянной девчонкой, и в таком случае Айвис, может быть, задумается над созданием какого-нибудь проклятия. Не смертельного и даже не такого уж сильного, разумеется, она же не самоубийца. Так, немного раздражающего.

— Что ж, я понимаю ваши порывы, — сказал Хиддори наконец. — В таком случае, оставайтесь сколько душе угодно. Мы никогда не отказывали тем, кто желал идти рядом с нами.

На этот раз Айвис не стала кланяться. Лишь кивнула и улыбнулась.

— Благодарю.

— Не стоит. Я не могу уделять вам должного внимания из-за своих обязанностей, но надеюсь, что вас это не огорчит. Спасибо, что пришли.

— До свиданья, Ваше Величество.

Айвис вышла из кабинета регента и незаметно выдохнула, расслабив напряжённую спину. Сайвен, стоящий поодаль, выгнул бровь. Она улыбнулась ему, показывая зубы, и направилась свои покои. Подальше от всех королевских особ.

Глава 4: "Необычные способы провалить охоту, часть 1"

В тот же вечер за Айвис был выслан слуга, который провёл её по всей территории дворца и наконец полноценно познакомил с его устройством. Больше всего удовольствия ей принесло то, что теперь она могла свободно посещать местную библиотеку. Та не поражала воображение количеством книг, но, судя по лишнему пространству и высоким шкафам, она готовилась заполняться ещё долгие годы. Что ж, всё начинается с малого.

— Принцы часто здесь остаются, так что уединения лучше не искать, — предупредил Сайвен между делом, видимо, сочувствуя объекту внимания двух любопытных детей.

— Это ведь их дворец, — пожала плечами Айвис, — Я могу встретиться с ними где угодно.

— Что верно, то верно, — усмехнулся рыцарь и добавил скорее сам себе: — Такое чувство, будто у них везде мышиные лазы.

Айвис лично убедилась в этом в последующую неделю. Оден и Калин перестали утятами следовать за ней, но при каждой прогулке по дворцу она неизбежно натыкалась на одного из них или на обоих. Они выбегали на встречу из-за угла коридора, их голоса слышались за дверьми залов или в разных уголках сада, они любили устраиваться у подножия статуи прошлого короля, иногда с книгами в руках, иногда просто болтая. Совсем пропадали близнецы только во время занятий с учителями.

Однажды Айвис, отложив скудные остатки своих талисманов и пепел от неудачного магического заклятья, которые изучала всё утро, захотела размяться и ещё раз обойти дворец. Все здешние обитатели уже привыкли видеть её, прогуливающуюся то тут, то там, и уже даже не слишком обращали на неё внимание.

— Извините, сэр Сайвен далеко? — обратилась она к стражнику, как раз проходящему мимо с караулом.

— Он на площадке, тренирует принцев, — ответил он. — Вас куда-то нужно провести?

— Это не срочно, — Айвис, подумав, решила попытать счастья. — Скажите, поскольку я уже освоилась во дворце и не рискую потеряться… Я же могу пройтись самостоятельно, верно?

Она приподняла уголки губ, придав лицу выражение расслабленного, почти безразличного ожидания. Изначально никто и не заботился о том, что она может заблудиться, так что это стало проверкой текущих границ.

— Конечно, — кивнул стражник. — Если что, обратитесь к любому встречному человеку, вас будут рады направить.

И границы расширились.

Айвис поблагодарила его и ушла. В ходе раздумий, куда же направиться, её охватило любопытство насчёт тренировки Сайвена Делля и Их Высочеств — всё же, такое зрелище увидишь не каждый день. Потому то она и направилась туда, где, как ей помнилось, располагалась тренировочная площадка. И правда удалось даже почти не заблудится.

Солнце заливало пространство и заставляло щуриться. Площадка располагалась на большом отвесном выступе, и была огорожена полукруглой каменной стеной. Поодаль стояли пара манекенов, мишени для стрельбы, длинное бревно на подставках и приспособления для лазания.

В центре Сайвен и Оден дрались на деревянных мечах, оба в кольчуге. Рыцарь наступал, хотя при внимательном взгляде становилось ясно, что он явно замедляет свои движения и действует не в полную силу. Принц, стиснув зубы, отбивался и пытался получить шанс для атаки.

Калин же, тоже в обмундировании и с мечом рядом, сидел на одной из лавок у стены и ел что-то из бумажного кулька. Заметив Айвис, выглядывающую из входной арки, он удивлённо раскрыл глаза, а затем радостно помахал рукой.

Раздался глухой стук, Айвис и Калин повернули на него головы. Оден упал и выронил меч, и теперь недовольно прошипел, то ли от боли, то ли от неудачи. Сайвен помог ему подняться и мягко похлопал по плечу.

— Молодец, уже лучше, — сказал он с ухмылкой. — Калин! Какую ошибку он допустил?

— Запутался в ногах! — выкрикнул Калин, пряча кулёк.

— Да ты даже не смотрел! — недовольно воскликнул Оден.

— А до этого кучу раз пропустил шанс сделать хороший удар!

— Чтобы меня сбили ещё раньше? Сайвен, пусть этот лодырь тоже тренируется!

— Да-да, как раз его очередь, — рыцарь взмахнул рукой. — Калин, вставай.

Калин вскочил с лавки, но вместо того, чтобы бросится подбирать меч, покачал головой и указал на вход на площадку.

— Я не могу! К нам пришла волшебница, нужно её поприветствовать и сообщить новости!

Айвис вышла вперёд и вежливо улыбнулась. Второй принц подбежал к ней.

— Добрый день! Какой у вас сегодня любимый цвет?

— Малахитовый зелёный, — ответила Айвис. — Ваши Высочества, сэр Сайвен.

— Здравствуйте, госпожа, — Сайвен не выглядел удивлённым тем, что она бродит в одиночестве.

Оден поднял с земли оружие и тоже пошёл к Айвис. Волосы прилипли к вискам от пота, а дыхание всё ещё только возвращалось в норму, но мальчик принял почтительное и доброе выражение лица.

— Уважаемая волшебница, вы как раз вовремя. Мы хотели зайти к вам после тренировки и кое-что спросить.

— Ох, вот как? И что же? — Айвис приподняла брови.

— Мы завтра отправляемся в лес! — сообщил Калин. — После всей этой неразберихи со странным слугой мы наконец-то снова выйдем за пределы дворца, а то мы уже с ума сходили от скуки. Хорошо, что хоть вы скрасили эти дни! Так вот, мы хотели прогуляться в лесу — и ещё немного поохотиться, чтобы…

Оден толкнул брата локтем в бок, заставив замолчать. Калин на секунду кинул на него кислый взгляд, но сердитым не выглядел. Оден же заложил руки за спину и стал говорить вежливо и без спешки.

— Наш регент сказал нам, что вы изучаете магию. Поэтому мы хотели предложить вам завтра отправится с нами и осмотреться в окрестностях — то место, в которое мы пойдём, довольно близко к барьеру, так что, возможно, вы найдёте что-то интересное для себя. Что думаете?

Оден ещё больше выпрямился. Вероятно, он пытался придать лицу вид почтительного ожидания, но не совсем преуспел. Он смотрелся забавно и по-детски очаровательно из-за усердия. Рядом Калин вполне сознательно изображал милую мордашку. Они ещё не пережили свой скачок роста, а Айвис не отличалась миниатюрностью, будучи одного роста с сэром Сайвеном, так что, стоя так близко, им почти приходилось задирать головы. Возможно, встали хитрецы так специально. Айвис это не тронуло, но она мысленно оценила усилия.

— Для меня было бы честью принять ваше предложение, — ответила она, — Я с удовольствием присоединюсь.

— Вы умеете ездить верхом? — подал голос Сайвен.

— Умею, но давно не практиковалась.

В последний раз с лошадью Айвис имела дело ещё в отрочестве. Во время своего путешествия она много раз думала о том, чтобы купить или осмелиться украсть коня. Но, даже если опустить суровое наказание за кражу, которое её могло постигнуть, животное в любом случае требовало ухода, а значит денег, сил и времени. В итоге она отказалась от этой затеи и продолжила дорогу одна.

— Ничего страшного, у леса мы в любом случае спешимся, — сказал Сайвен.

— Здорово! — Калин хлопнул в ладоши. — Тогда встретимся утром в половине девятого! До скорого!

Он, минуя Айвис, шмыгнул сквозь арку и понёсся прочь.

— Эй! — Оден, позабыв о всяком впечатлении, что он пытался производить, гневно окликнул близнеца. — Тренировка ещё на закончилась! Ты куда?!

Но Калин только на бегу прижал ладонь с растопыренными пальцами к носу, одновременно показывая язык, дразня брата, и скрылся из виду. Сайвен не сдержал смешка, а Оден сердито фыркнул. Айвис спрятала улыбку в рукав.

***

Утром Айвис вместо обычного полупучка на затылке заплела косу, надела верный тёмный плащ, и спрятала в укромное место свой новоприобретённый пропуск во дворец, представлявший из себя маленькую лёгкую табличку с начертанными надписями и печатью. Подумав, талисманы она тоже захватила с собой.

За ней зашёл сэр Сайвен. Они степенно поприветствовали друг друга и хотели отправиться ожидать Их Высочеств, вот только близнецы сами нашли их в коридоре, одетые в красные жилеты и высокие сапоги. Калин тащил Одена за руку, бодрый и заряженный энтузиазмом, а вот Оден, хоть и не отставал, заспанно тёр глаза и позёвывал в ладонь. У последнего за спиной висели лук со стрелами.

Вместе они прошли ко двору, из которого должны были выехать. Воздух полнился утренней прохладой. Там уже стояли пять лошадей, одну из которых по шее похлопывала коренастая женщина средних лет в рыцарском обмундировании и с луком. Черты лица у неё были округлые, а воздушные волосы медового оттенка коротко острижены до подбородка. При виде неё Оден и Калин оживились и со всех ног ринулись на встречу, чуть в неё не врезавшись.

— Берта!

— Берта, как мы давно тебя не видели! Ты нас не забыла, нет?

Женщина рассмеялась, обняла их и потрепала по макушкам.

— Как вас, сорванцы, забудешь? Вы позавтракали, надеюсь?

— Мы да, а вот Редлей не завтракал!

— Ха, с вами или вообще? Ничего, он у меня получит, если опять голодным ходит.

Одна из лошадей щёлкнула ухом и фыркнула, другая взмахнула хвостом. Сайвен тоже с теплотой поприветствовал даму по имени.

— Утро доброе, Берта. Тебе же сообщили, что к нам присоединится ещё одна спутница?

— А как же, — Берта взглянула на Айвис с добродушной ухмылкой на губах. Под глазами у неё залегли тонкие морщинки, но выглядела она свежо и румяно. — Неужели вы та самая госпожа колдунья?

— Всё так, — кивнула она. — Меня зовут Айвис. А вы кем будете?

— Я Берта Киррес. Так, слежу за порядком, ничего особенного.

— Она начальница королевской стражи, — сказал Оден.

— И подруга короля Ивнеста и регента Редлея. А ещё она самая лучшая! — добавил Калин.

Берта закатила глаза, снова потрепала их по макушке и призвала всех отправиться в путь. В качестве последней задержки Оден и Калин настояли на том, чтобы познакомить Айвис с их лошадьми — Пуговкой и Морковкой. И, естественно, до кучи представили жеребцов Магнуса и Веспера, а так же Сойку, которая сегодня должна повезти Айвис. Близнецы уже знали, кажется, весь персонал дворца по именам, и, как видно, на живность это тоже распространялось.

Берта и принцы ехали спереди и разговаривали больше всех. Сайвен иногда вставлял пару фраз, но в основном молчал вместе с Айвис. Дорога от возвышенности дворцовых окрестностей к лесу вышла недолгой, погода, как и во все предыдущие дни, стояла замечательная, а Сойка оказалась смирной и мирной лошадкой. Около леса все спешились и пошли по широким тропам, ведя коней под узды.

— Так откуда вы, госпожа Айвис? — спросила Берта. — Если не секрет, конечно.

Близнецы скосили глаза, явно ожидая, что колдунья снова начнёт вещать о «далёких краях и серых пристанищах мира, откуда извиваются множество дорог, по которым тянет сердце пройти и не вернуться в место изящной суровости и дождей». Но Айвис после небольшой паузы только хмыкнула:

— На самом деле я родом из Шаунерна. Но я не хочу более называть его своим домом.

Мальчики чуть ли не поперхнулись. Пуговка недовольно заржала и дёрнула головой, когда Оден приостановился и нечаянно натянул узды. Первый принц поспешил возобновить шаг и извиняясь похлопать её по шее, а Калин издал разочарованный звук.

— А почему нам вы никогда не отвечали?!

— Разве? — притворно удивилась Айвис. — Возможно, я позабыла сказать конкретное название страны? Ах, в таком случае извините, видимо, я слишком увлекалась.

Калин хотел ещё что-то сказать, но Оден стукнул его в бок и что-то прошептал на ухо. Берта с интересом глядела и на них, и на Айвис. Лошадиные копыта мягко стучали по земле.

— Шаунерн находится весьма далеко, — заметил Сайвен. — Сколько же времени понадобилось, чтобы проделать путь от него до Хинельвии?

— Три года. Я не то что бы спешила. Всё же, хотелось повидать мир, подумать, не остаться ли где-нибудь и практиковать волшбу уже там…

Больше Айвис ничего говорить не стала. Берта напела и пожала плечами.

— Что ж, в таком случае мы рады, что вы всё же добрались к нам, — весело заключила она. — Здесь для чар раздолье, уж поверьте. Ивнест, мира его душе, был бы счастлив, если бы кто-то захотел их изучать.

Близнецы и Сайвен от её слов словно бы призадумались. Айвис, прислушавшись, ощутила тихую статику, как у окраины королевства, и кивнула.

— Тогда хорошо, что этим я и собираюсь заняться.

Они дошли до поляны и привязали лошадей. Оден и Калин вместе с Бертой намеревались пройти дальше и поохотиться, а Айвис в сопровождении Сайвена могла бы исследовать местную магию. Если посмотреть в небо под определённым углом, желательно в движении, можно было уловить нечто полупрозрачного розового цвета в просветах между деревьями.

— Мы вернёмся совсем скоро, не успеете заскучать, — заверила Берта. — Лес благоволит мальчишкам, как будто они охотничье благословение отхватили! Пообедаем и отправимся обратно.

Сайвен достал кладезь-мешочек — качественный и нисколько не потрёпанный — и хотел заняться всеми необходимыми приготовлениями, как вдруг замер.

— Эй, вы куда побежали?! — гаркнул он принцам, отошедших от поляны куда-то в заросли высоких кустов.

— Да тут мы, всё в порядке, — Оден полуобернулся, но идти продолжил. — Там какой-то блеск, и Калин уверен, что он двигался.

Но только он скрылся за листвой, его голос оборвался, словно опустился заслон, не пропускающий звук. Не успели рыцари подорваться бежать, как всех озарила вспышка света. Кони заржали и застучали копытами, хотя и не впали в панику, а в следующую секунду то место, куда ушли принцы, оказалось окружено переливающимся золотистым сиянием.

— Это что ещё за хрень?! — Сайвен вытащил меч, в секунду оказавшись около барьера. — Оден! Калин!

— О-о-о, понятно, — протянула Берта, почему-то расслабившаяся. — Сайвен, не трудись! Отставить, я сказала! Всё с ними нормально!

— Что? Почему ты такая спокойная?! — ошарашенно выкрикнул Сайвен.

В другую минуту Айвис бы наслаждалась зрелищем, когда обычно невозмутимый рыцарь так волнуется, но сейчас всё её внимание оказалось приковано к золотой стене света. Она наконец тоже подошла ближе, с интересом всматриваясь в необычное зрелище.

— Неужели это испытание превратностью?

— Это оно так по-научному называется? — Берта усмехнулась. — Я всегда называла его «Вот проклятье, опять он на какого-то духа напоролся».

Сайвен раскрыл глаза в изумлении и наконец опустил меч.

Глава 5: "Необычные способы провалить охоту, часть 2"

— Хорошо, чудесно, мы в ловушке, — кивнул запыхавшийся Калин после неудачной попытки сломать волшебную стену отчаянными пинками. — Как думаешь, это колдунья нас заперла? Ха-ха, нам конец, да?

— Напомнить, кто первым побежал за непонятным блеском посреди леса? — Оден, держа наполовину натянутый лук, обводил взглядом округу. Округа, как ни странно, выглядела совершенно мирной и приветливой.

— Ты побежал следом! — возмутился Калин.

— И тебе очень повезло с этим, потому что иначе ты бы остался один и без оружия. Кто идёт на охоту без оружия?!

— Верьи, ты серьёзно сейчас говоришь об охоте?

Их перепалку прервало появление того самого сияния, за которым они погнались. На этот раз его появление сопровождалось перезвоном невидимых колокольчиков. Оден направил на него лук, Калин отошёл на шаг назад, ноги расположились для удобного отталкивания в случае побега, руки сжались в кулаки.

Сияние меж тем росло. Оно сперва превратилось в силуэт, а потом спало, явив им… Существо. Женщину-птицу, судя по клюву на лице и обильному оперению, но при этом за спиной у неё распушились золотистые лисьи хвосты, а из-под платья выглядывали пушистые лапы. На её одежде не было вышито никаких узоров, зато вся она увивалась лентами и бубенцами.

— Оден… — шепнул Калин еле слышно, словно поторапливая. Оден шикнул на брата.

— Приветствую вас, молодые принцы, — сказала дух напевно. — Бояться ни к чему, я не могу и не собираюсь вам вредить, о сироты чистого солнца.

Руки начали дрожать от удержания лука в натянутом положении. Оден рискнул ослабить тетиву и опустил оружие вниз. Калин с недоумением скривил брови.

— Я не в курсе об этикете волшебных существ, но называть собеседника сиротой при знакомстве как-то грубовато.

Женщина-птица-лиса аж проглотила фразу, которую хотела произнести, и хлопнула глазами. Но затем кашлянула в кулак (раздалось тихое перезвякивание) и всплеснула широкими рукавами.

— Судьбою было определено нам встретиться! Имя мне — Хранительница, и такие, как я, рождаются с целью испытывать заблудших. Испытания те могут быть жестокими, могут быть каверзными, но истинно ловкий, умный и чистый сердцем человек всегда сможет их преодолеть. Отриньте замешательство, посмотрите в лицо шансу проверить себя. Вы поняли?

Оден неловко приподнял руку, как на уроке.

— Да, дитя света? — голос духа звучал величественно и переливчато.

— Если вы «хранительница», то что вы храните? В смысле, испытание — это ведь не вещь.

Она посмотрела на него молча. Из-за её маленьких глаз и клюва было сложно прочесть эмоцию. Оден поневоле смущённо ссутулился и опустил голову, прижимая лук со стрелой к груди, мысленно слыша почти ласковый укор Редлея: «Принцы не съёживаются и не бегают глазами, они расправляют плечи и держатся гордо, что бы ни случилось».

Хранительница вздохнула и прекратила придавать тону нарочитую торжественность.

— Я храню знания, которые вы получите сегодня, сойдёмся на этом. Теперь, надеюсь, вы готовы показать, на что вы способны?

Калин угрюмо перекатывал камень по ямке в земле, совершенно не заинтересованный. Оден убрал оружие и, не ощущая избыток выбора, кивнул.

***

Берта уселась на ближайший камень, совершенно спокойная. Если Сайвен и проявил интерес к её рассказу о парочке случаев, как Ивнест Эльвий попадал на испытания превратностью, то он довольно скоро сменился возобновлённым беспокойством. Оно не выражалось в словах и попытке сломать барьер, но рыцарь мерил шагами землю, заложив руки за спину, и хмуро поглядывал на переливающийся занавес, будто пытаясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь него. Казалось, он уже не столько страшился за жизнь близнецов, сколько был раздражён тем, что не может хоть как-то контролировать ситуацию.

Айвис времени зря не теряла. Достала талисман, реагирующий на магическое воздействие, ходила с ним около барьера, то прикладывая к разным его местам, то отдаляя, порой уходя на самый край поляны. Все результаты она записывала в небольшой блокнот.

— Неужели оттуда никак нельзя вырваться, не дав духу то, чего он хочет? — вырвалось у сэра Сайвена. — А что, если дух окажется злобным и несправедливым? Или заставит делать что-то непосильное?

— Это предмет споров, но чересчур жестокие духи обычно перестают классифицироваться, как таковые, если пересекают грань и вместо испытаний начитают просто мучить человека, — ответила Айвис, перенастраивая талисман на другую частоту, стараясь не расходовать слишком много сил. — Хотя про классификацию говорить, наверное, не стоит, учитывая беспорядочное и местами скудное состояние магических исследований. Но мне известны парочка действительно зверских случаев, когда…

Айвис прервалась и глянула на сэра Сайвена. Тот остановился и смотрел на неё с гораздо более мрачным выражением лица, чем прежде. Берта Киррес постукивала пальцем по щеке и не выказывала, о чём думает.

— …Но такое случается действительно редко и только в достаточно недоброжелательных местах, которым этот лес точно не является, — Айвис снова продолжила делать записи. — А сложность всегда определяется самим испытуемым. Так, если Его Величеству Ивнесту, закалённому в путешествиях, приходилось выискивать в речах того духа слабые места под угрозой нападения и шипов повсюду, Их Высочествам, как просто добрым детям, нужно было бы решить обыкновенные загадки без всяких сражений. Скорее всего, моральные.

Делль проворчал.

— И зачем вообще нужны эти испытания? Как будто в жизни их недостаточно.

— О, чтобы понять это, нужно обратиться взором и мыслью к прошлому и настоящему, как своему, так и сотням людей в истории, и увидеть, как капли сплетаются в реки, а реки в моря, ведь каждая маленькая ниточка судьбы похожа на струну, что такие вещи, как случайные духи, бросающие вызов человеку ради одной им понятной цели, дёргают, но ведь мы не можем понять музыку без знания нот, поэтому можно порассуждать, что есть нота, капля и нить…

Может, ей послышалось, но когда Сайвен понял, что волшебница опять завела свои пространные, никуда не ведущие речи, то еле слышно застонал.

***

— …И тогда старик ушёл и умер на той же дороге. И только на утро хозяева поняли, что натворили.

Принцы помолчали. Хранительница приглашающе взмахнула рукавами, как бы призывая их сказать хоть что-то.

— Очень поучительная история, мадам! — оживлённо отозвался Калин. — Вовек её не забудем, спасибо, что поведали! Теперь можно нам идти?

— В истории кроется загадка, — со снисходительным терпением произнесла хранительница. — Вопрос, на который ответит тот, кто чист сердцем. Но для того, чтобы узнать на него ответ, нужно самим задать собственные вопросы.

Оден призадумался, а потом осторожно проговорил:

— Почему старик сам отказался от каждого предложения? Да, хозяева не вели себя вежливо, но ему ведь и он ещё до этого наговорил им странных оскорблений у ворот?

Опять же, эмоции на лице духа читались трудно. Тем не менее, это равнодушное разочарование всё равно ощутилось и дало понять, что вопрос неправильный.

— Это были не оскорбления, а наставления, пусть и в непривычной форме, — ровно ответила Хранительница. Калин, судя по лицу, теперь сомневался не только в её манерах, но и в умственном состоянии.

— …А почему старик не мог пойти к другим людям в этой большой деревне? — снова попытался Оден, тихонько и смущённо.

Хранительница вздохнула. Ладно, было очевидно, что ответы на историю — доброта, сострадание, помощь ближнему и прочее, но ведь она действительно странная? Если уж случилось испытание, то нужно полностью его понять!

***

Берта хлопнула себя по коленям и встала.

— Ладно, похоже, это надолго, а я уходить с пустыми руками не хочу. Пойду поохочусь немного. Вы тут останетесь?

Сайвен, последние пару минут разглядывающие облака, согласно хмыкнул. Айвис, сосредоточенная на краже силы барьера в свободные талисманы, кивнула. Берта взяла оружие, попрощалась с лошадьми (кто-то из них щёлкнул ухом, другие махнули хвостами) и направилась по тропе глубже в лес.

***

— Ты сумасшедший? Мы не будем убивать птенца!

— Я не говорил про убийство, оставить его на месте достаточно! Более чем уверен, что это она сама в другом облике или просто иллюзия, — отозвался Калин. Оден сдержался, чтобы не ударить его по хребту.

— Даже если так, она задала нам задачу про мораль, очевидно, что не нужно бросать в беде первое попавшееся невинное существо.

Оден всунул брату в руки лук, подошёл к дереву и присел на колени. Птенчик жалобно запищал. Когда его подобрали на руки, он сначала испуганно забился, но за секунду затих. Несмотря на собственное согласие в том, что птенец подставной, Оден невольно ощутил нежность к маленькому тёплому комочку на ладонях.

Гнездо нашлось довольно высоко, а ствол дерева не имел даже ни одного сучка, чтобы на него опереться и добраться до ближайшей крупной ветки. К тому же, Оден был не очень хорош в лазании по деревьям.

В этот момент Калин молча положил лук рядом и протянул сложенные чашечкой ладони. Оден передал ему птенца, а сам подошёл поближе к дереву и присел. Калин аккуратно прижал птичку к груди одной рукой, забрался на Одена, затем с его помощью вскарабкался на ветку, дотянулся до гнезда и положил туда птенца. Птенчик оживился, запищал. Калин посмотрел на него пару секунд и расплылся в улыбке. Оден, наблюдавший за этим зрелищем снизу, сделал мысленную пометку в случае чего подразнить брата за это.

Их напугал звон колокольчиков и звучный голос, от которого Оден сперва схватил палку вместо лука, а Калин чуть не свалился с дерева.

— Капля сочувствия может и не изменить мир, но изменить сердце! Вы увидели это, дети ясного неба?

В гнездо прилетела птица-мать, раздались счастливые писки. Калин, поддерживаемый Оденом, спустился вниз, и мимоходом шепнул:

— Не иллюзия. Она правда специально вытолкнула птенца из гнезда ради урока?

Оден в ответ мимолётно скривился, и затем со всем почтением обратился к духу.

— Добрая Хранительница, мы ответили на ваш вопрос и прошли испытание. Можем ли мы теперь уйти?

— Да, конечно, конечно, — закурлыкала дух, хвосты плавно виляли позади. — Но сначала я хочу поведать вам ещё одну историю на прощание! Нет, нет, не разбегайтесь! Вам нужна будет вся ваша внимательность!

***

— Трезубец.

— Цапля.

— Опять. М-м… Ябага.

— Хм, что это?

— Руно степной овцы, госпожа колдунья. Вам на «а».

— Астрономия. Ха-ха-ха, ладно, не смотрите так, пусть будет «астроном».

— Спасибо. Мыло.

***

Когда дух наконец исчезла со всплеском света и очередным перезвоном колокольчиков, стены растаяли, словно и не стояли здесь. Оден и Калин тут же побежали назад, перепрыгивая кочки и корни.

— Мы точно туда бежим?!

— Я за тобой бегу!

— Опять?! Ничему не научился?

К счастью, уже через секунду из-за кустов выскочил Сайвен, мгновенно расслабившись, увидев их. Позади выглянула волшебница, явно больше интересовавшаяся исчезновением барьера.

— Нам уже пора возвращаться, Берта должна быть недалеко, — убедившись, что всё в порядке, сказал Сайвен.

«Ну, мы довольно бессмысленно потратили время» — подумалось Одену.

— А мне понравилось! — воскликнул Калин. — Что ты так на меня смотришь? Я только вначале жаловался, между прочим. Не каждый день встречаешь духов!

— Вы совершенно правы, Ваше Высочество, — согласилась госпожа Айвис. — Пока будем идти во дворец, поведаете нам троим, что с вами приключилось?

— Восьмерым, ещё же лошади, — сказал Оден, а Калин кивнул, прежде чем они оба поняли, что это как-то по-детски. Колдунья может и вела себя порой непонятно, но не хотелось выглядеть глупо перед ней.

Однако Айвис лишь рассмеялась, пока они стали идти обратно на поляну.

— Молодцы, что подметили, им тоже нужно рассказать.

— О да, — Сайвен улыбался. — И Маркусу, и Весперу, Сойке, Пуговке, Морковке. И регенту Редлею по возвращению расскажете, подробно, особенно тот момемнт, когда вы убежали невесть за чем и не слушали окликов.

О верьи, и как тут «расправлять плечи и держаться гордо»? Нет, на этот раз смущённо потупились и Калин, и Оден. Вот так охота.

***

Госпожа колдунья и близнецы сразу же пошли во дворец. Сайвен же ушёл к конюшням вместе с Бертой и задержался там. Он всегда был рад пообщаться со своей наставницей, но сейчас нуждался отнюдь не в праздном разговоре, который они могли бы вести в другой день.

— Что ты думаешь о ней? — шепнул он, поглаживая Веспера по шее.

— Интересная, — тихо хмыкнула Берта. Светло-зелёные глаза лукаво оглядели его. — Чуешь подвох?

— Не то что бы чую, — Сайвен силился подобрать точные слова. — Но ведь нельзя так слепо доверять, даже если она пока ведёт себя смирно. Мне не по себе от того, как все остальные быстро расслабились.

Он и не заметил, как его плечи напряглись, пока Берта не положила на него крепкую руку.

— Нашлась куча свидетелей, и из их показаний ясно, что эта Айвис пришла в королевство в тот же день, как заявилась во дворец, — сказала она. — От ворот и до зала ты сам её проводил, так что точно знаешь, что куклу подослал кто-то другой ещё до её появления.

Сайвен кивнул. Помолчал. Вздохнул, поневоле хмурясь.

— И всё же.

Веспер, будто ощущая его недовольство, фыркнул, мотнул головой и повернулся к нему ближе. Сайвен погладил его лоб.

— Ладно, скажу так: я согласна, что дамочка она загадочная, ещё может что-нибудь выкинуть и за ней нужен глаз да глаз. Но не изводи себя слишком сильно, понял? Если что, всё можешь сказать напрямую Редлею.

Берта хлопнула его по спине и улыбнулась, как всегда, ярко и заразительно.

— Давай, солдат, выше нос! Уж с кем-кем, а с тобой точно все будут в безопасности.

И Сайвен никак не мог не улыбнуться в ответ, ощущая, как в души сползла часть груза. Не навсегда, возможно, но достаточно на сей раз.

Глава 6: "Мастерство притворства"

Получив пропуск во дворец и дополнительную энергию из испытания превратностью, Айвис в приподнятом расположении на следующий же день отправилась изучать королевскую столицу.

Её архитектура была направлена не столько на изысканность, сколько на простоту и практичность, но город всё равно выглядел красиво. Айвис прошлась по жилым улицам, нашла много лавок и мастерских, библиотеку, школу и университет, монетный двор, корпус королевской стражи. Оказалось, как раз сейчас активно строился театр и ремонтировалась пара дорог.

В Хинельвии возвели сравнительно небольшой, но опрятный храм богине милосердия Чанрэ. Интересно, что ещё нашёлся храм покровителю воинов Каревию, которому поклонялись в основном в южной части материка, например, в Рифахе. Кроме того, Айвис видела дом, украшенный символикой и куклами лисиц, а на некоторых окнах стояли потухшие свечи в окружении пучков пряностей. Даже удивительно, что при репутации отдалённого и закрытого королевства Хинельвия собрала внутри себя столько разных людей, чтобы сочетать многообразие традиций и верований.

Регент Редлей ругался, поминая верьев, что тоже было характерно для юга и юго-запада. Неужели Ивнест Эльвий и Редлей Хиддори пришли оттуда?

Под вечер Айвис задержалась перед витриной одного магазина, где стояли резные модели кораблей. Не слишком детальные, по сравнению с тем, что она видела раньше, совсем не искусные. Тем не менее, простояла она там долго. Прохожие оглядывались на девушку в плаще с капюшоном, одиноко стоящую перед стеклом и сжимающую пальцами тёмную ткань.

Затем она вернулась во дворец, чтобы подготовиться к следующему дню.

Солнце сбавило теплоту, на улице царила приятная прохлада. Айвис пришла на городскую площадь в своём теперь уже привычном синем платье, с идеально-ровным полупучком на затылке и кладезь-мешочками на поясе. Не встречаясь взглядами с парой стражников, охраняющих площадь, она плавно двинулась к свободному закоулку около цветочного. Там Айвис достала из кладезь-мешка ножки и тёмную ткань, из которых собрала хлипкое подобие столика. Затем стала неспешно выкладывать на него карты, парочку талисманов, свето-порошок, а также всяческую мелочёвку со дна мешка, которая едва ли обладала и толикой магии, но заполняла пустующее пространство стола и привлекала внимание зевак.

Прохожие быстро обратили на неё внимание, замедляли шаг, поворачивали головы. Одна женщина подошла поближе. Её брови поднялись вверх, пока она рассматривала странные предметы.

— Вы что-то продаёте?

— Торговля — это сделка между берущим и отдающим, и она может скрываться в самых разных формах и путях, — натренированным для работы на публику тоном ответила Айвис. — Сегодня я не делаю сделок с товарами, но могу оказать услугу, если кому-то понадобятся мои силы.

Какой-то мимопроходящий старик с удочкой на плече усмехнулся:

— Если ничего не продаёшь, зачем всё это разложила?

— Человеческий глаз цепляется за редкое, а редкое служит опорой для магического. В моей работе это важно, — Айвис прищурилась. — Вокруг вас струны погнуты. Вижу, происходила какая-то значительная перемена в жизни?

— Нет, уже десяток лет ничего у меня не происходило. Или ты сорвавшуюся рыбалку за перемену посчитала, барышня? — самодовольно отозвался старик, совсем остановившись.

Рядом потихоньку начали толпиться люди. Стражники поглядывали на всё действо со своих постов.

— Я не говорила, что перемена случилась недавно, — ничуть не растерялась Айвис. — Когда речная вода пересекает резкие пороги, она не забывает об этом, пока течёт дальше, и сотни земель спустя. Так и судьбы хранят воспоминания о каждом склоне и развилке жизни человека, и, если знать, куда смотреть, и иметь силы всматриваться, можно даже предугадать частичку грядущего.

Пока она всё это говорила, её рука чертила в воздухе узоры и обводила фигуру мужчины, а после взяла горстку блестящий стекляшек и рассыпала по столу.

— Выберете один или два осколка.

Старик фыркнул, подошёл поближе и указал на три стекляшки. В толпе зашептались. Айвис невозмутимо стала касаться осколком пальцами.

— Эй, так он же выбрал три!

— Я не надзиратель, я проводник, — пожала плечами Айвис, — Если выбрал, значит на то его воля. Хотя лишние частицы грядущего, особенно для человека в возрасте, могут изнурить, так что не вините меня, если здоровье вдруг ухудшится.

Раздались шокированные вздохи. Старик мгновенно потерял всю свою самоуверенность и принял такой вид, будто только что проглотил лягушку.

— Не волнуйтесь, так уж и быть, я перенаправлю импульс на себя для гарантии безопасности, — безразлично бросила Айвис.

Поскольку каждая шарлатанка может крутить руками и заговаривать зубы, Айвис, как шарлатанка особенная, всегда доказывала, что магия у неё действительно имеется.

Над осколками вспыхнули лилово-розовые огоньки. Они напоминали пламя свечей и издавали перезвон при движении. Айвис провела над ними ладонью — свет потянулся к кончикам пальцев — подняла руку вверх и сжала кулак. Перезвон усилился, свет разгорелся ярче. Люди суетились, стремясь занять удобное место, чтобы всё разглядеть. Ближайший стражник встал рядом с цветочным, но больше внимания не привлекал.

— Хорошо, взглянем же на то, что случалось, и на то, что грядёт.

Айвис разжала кулак. Свечение вспыхнуло ещё ярче, оторвалось от осколков и слилось в очертания чего-то, похожего на тропу. Тропа расползалась и колыхалась, как волна, и вскоре превратилась в смутные очертания сначала простых хижин, затем опрятных домов. По крайней мере, именно это Айвис старалась показать — художница из неё выходила не лучшая, но в воздухе и из чистой магии всё смотрелось эффектнее.

— Вы долго шли — как по дороге жизни, так и буквально по земле. Строится поселение, вырастают дома.

Линии света собрались в изображение дворца.

— Перемена заключалась в том, что это королевство стало вашим новым домом, при том ещё до того, как смогло расцвести, и вы свидетель его подъёма по сей день.

Толпа гудела перешёптываниями, разговорами, шорохами. Раздалось чьё-то детское протяжное «ва-а-ау!». Старик нахмурился и почесал лысину.

— Ну да, выходит, и правда…

Ха, конечно. Хинельвию основали немногим больше двадцати лет назад, так что такая «значительная перемена» происходила у подавляющего большинства людей на площади.

— Госпожа колдунья, а что там про будущее?!

— Госпожа, а погадайте и мне!

— По-моему какая-то хрень…

— А ну цыц, болван, не нравится — уйди и не мешай другим смотреть!

Айвис взмахнула рукой, свет искристым облаком отлетел в сторону, заставив стоящих там ойкнуть и отшатнуться, стукнувшись с соседями, и растворился бесследно. Все смотрели, как волшебница взяла горстку блестящего порошка песочного цвета и кинула на ткань. От столкновения он засиял пуще прежнего.

— Вижу продолжающееся движение в вышину, — Айвис стала говорить громче. — Расцвет и взлёт, защиту земли и людей…

Круговой поворот указательным пальцем. Тот же самое лилово-розовое свечение поднялось сквозь порошок и показало спутывающийся, дёрганный клубок.

— Беды придут. Или, возможно, одно единственное, но большое несчастье…

Раздались охи и ахи. Свет изобразил две короны.

— Ах, юные наследные принцы, сыны великого человека, лучистого солнца и воли земли и небес! — Айвис всматривалась в завихрения под коронами. — Не могу разобрать, когда случаться беды, но королевские знаки — безусловно, добрый знак. Да, да, вот здесь… пятёрка, шестёрка и двойка… победа случится с триумфом и лёгкостью, быть может, даже не случится страданий. Благодаря двум будущим правителям королевство выстоит и воссияет ярче прежнего, так же, как и двое наследников.

Выждав паузу, чтобы наблюдатели успели рассмотреть всё, закрепить в памяти и начать бурные разговоры, уже не маскирующиеся под шёпотом, Айвис погасила свет и начала собирать всё, что раскидала. Порошок, как всегда, доставил больше всего проблем. Без него можно было и обойтись, надо его уже выкинуть.

— Госпожа колдунья, куда же вы?!

— Эй, это всё? Правда всё?

— Постойте, постойте, посмотрите ещё что-нибудь!

Вещи и сам стол спрятались в кладезь-мешочки. Айвис покрутила запястьями, наслаждаясь почти полным отсутствием усталости и тяготы в конечностях. Вот что значит хороший магический фон и сильная подзарядка.

— Не следует сыпать все семена в одну лунку, даже если мешок семян бездонен, а лунка выкопана на почётном месте, — важно и неторопливо, не пытаясь перекричать толпу, проговорила она. — Если мне найдётся, что сказать — я скажу. Найдётся, чем помочь — помогу. А покуда мне хочется пойти отсюда.

Она двинулась прочь от цветочного. К счастью, собравшаяся толпа расступилась перед ней, и Айвис, гордо подняв подбородок, удалилась по направлению ко дворцу. Она чувствовала на себе взгляды, слышала отголоски разговоров и чувствовала, как грудную клетку распирает от почти опьяняющего удовлетворения. Так что Айвис позволила себе улыбку. Маленькую, но победную.

***

— Ты придёшь посмотреть, как мы играем? Оден всё ещё стесняется, но на самом деле у него получается очень хорошо, — Калин забрался на стул лицом к спинке, сложив на неё руки, а на руки пристроив подбородок.

— Посмотреть на вас я и так всегда могу, — ответил Редлей.

Он стоял, прислонившись поясницей к столу из тёмного дерева. Зал совещаний, пусть по сути не сильно отличался от остальных помещений, каким-то образом излучал особенную серьёзность. Может, дело в мебели или отсутствии излишеств декора. Регент Редлей Хиддори вписывался в него очень хорошо, так, будто этот зал и построили специально для него.

Впрочем, бойкий ребёнок такую атмосферу успешно разбавлял.

— А вот послушать буду рад, — его губы тронула улыбка. — Ты ведь это имел ввиду?

Калин надул щёки и высунул язык.

— Не обязательно занудничать. Ты знаешь, что занудство плохо влияет на молодые организмы? И на старые тоже! — он начал раскачиваться вперёд-назад. Стул пока оставался неподвижным, но долго это не продлится.

— Негодник, — равнодушно отозвался Редлей. — Скажи на милость, что ты пытаешься сделать? Расшибить себе лоб об пол?

— Видишь? Когда много занудничаешь, вся эта штука въедается тебе в кости, делает их слабыми и дряхлыми, пока в конце-концов ты не становишься сварливым стариком, который…

Раскачивания продолжались, ножки стула громко стучали о пол, пока в конце концов Калин не начал падать вперёд. Он успел лишь на миг расширить глаза, прежде чем Редлей схватил стул за спинку, а затем вернул его в устойчивое положение.

— Под «штукой», полагаю, ты имел ввиду здравомыслие? Тебе нужно поработать над выбором слов, молодой человек.

Забавно смущённый и всё ещё крепко цепляющийся за стул ладошками Калин не успел ответить. Дверь в зал совещаний открылась. Внутрь вошёл мужчина в синем, с короткой стрижкой и сединой на висках.

— Ой! Здравствуйте, господин Пран, — Калин резво спрыгнул со стула, опять чуть не уронив его.

— Ваше Высочество, рад видеть вас в добром здравии, — Найден Пран поклонился мальчику, затем кивнул Хиддори. — Редлей, добрый день.

Калин уже шмыгнул к выходу, но на полпути затормозил, обернулся, примчался обратно, чтобы поставить стул в правильное положение за столом, ещё раз глянул на Прана и выбежал из зала. Тот усмехнулся на закрывшуюся дверь.

— Всё ещё меня стесняются? — он подошёл и не стал присаживаться, встав сбоку.

— Ты редко с ними видишься, — ответил Редлей.

— Лейтона они видят ещё реже, но уверен, от него они не сбегают, — в его голосе не звучало досады.

— Воспринимай как комплимент авторитету. Меня они тоже сперва побаивались. А кто будет побаиваться Лейтона?

Найден рассмеялся.

— Ладно, ладно, не будем говорить про друзей за их спинами. У меня с собой отчёты и планы, — он похлопал по сумке, перекинутой через плечо. Однако не стал ничего доставать. Улыбка спала с лица. — Сперва хочу спросить кое-что. Неужели ты и правда намерен оставить ту колдунью, о которой говорила Берта?

Редлей отвернул голову, лениво скользя взглядом по карте королевства на стене.

— Планирую.

— Редлей, — голос Найдена посерьёзнел, — Я не хочу сомневаться в твоих решениях, но это очень рискованно. Что, если именно она подослала того лже-слугу?

Редлей не ответил. Пусть даже мог назвать противоречащие догадке факты. Длинные сухие пальцы постукивали по краю стола.

— Даже если нет, это всё ещё какая-то бродячая волшебница, у которой неизвестно, что на уме. Ты теперь фактически король, у тебя страна и принцы на попечении, риск спровоцировать превращение жизни в основу для легенды увеличился в разы. Раз ты её не прогнал, значит, она могущественная? Что, если в одно утро вы все проснётесь околдованными, а она захватит трон или просто убьёт вас ради какой-нибудь своей безумной цели?

— Вот именно поэтому я её и не прогнал, — вздохнул Редлей. — Неизвестно, хочет она обмануть нас и совершить какое-то злодеяние, или нет, но известно, что давать колдунам повод для обиды — верх глупости. Я не хочу навлечь на мальчиков или королевство проклятие, потому что пожалел предоставить незнакомке комнату на неопределённый срок. К тому же, лучше она будет под надзором меня и моей стражи, чем неизвестно где, занимаясь неизвестно чем.

Найден поразмыслил над его словами.

— Ясно. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе?

Редлей полуобернулся и посмотрел ему в глаза.

— Да.

Найден кивнул, отвернулся. Всё ещё не торопился приступать к делам, по поводу которых он пришёл.

Тем временем Редлей промолчал о том, что логикой, которую только что высказал, он по большей части руководствовался только вначале, когда госпожа Айвис только явилась к порогу дворца. Сейчас, если быть честным, он всё меньше верил в её силу. Возможно, есть шанс об этих сомнениях пожалеть, но вся эта якобы непринуждённая бравада, мудрёные речи… Что-то в них было не так.

В любом случае, покуда волшебница не вынашивает коварные планы, её никак нельзя сбрасывать со счетов. Пран прав, он в ответе за целое королевство. Королевство, построенное на волшбе, волшбою питаемое, без единого урождённого мага в нём. Если не считать за магов энтузиастов, как…

— Знаю, ты ненавидишь, когда я спрашиваю, но я обязан, — на лице Найдена появилось выражение, которое Редлей сразу узнал и рефлекторно поморщился.

— Два года я без этих твоих душещипательных вопросов прекрасно обходился, так что можешь не тратить воздух в лёгких. Ты вроде по работе пришёл?

— Редлей, не юли, я выполняю свой товарищеский долг.

Раньше он таким тоном говорил не умел. Молодой Найден часто вёл себя неловко, порой простодушно, в целом замкнуто, немного смягчаясь лишь в их общем кругу. За годы из того нервного юноши он превратился в старого лиса, невзрачного на вид, но плутоватого. Наверное, следовало им гордиться. Не получалось.

— Ты хороший лидер, правда, и лучшей замены Ивнесту никогда бы не нашлось — даже Берта не взялась бы за управление государством. Я доверяю твоим решениям, потому что ты пытаешься сделать так, как нужно народу. Но ведь ты ответственен не только за народ, но и за детей, и…

— Найден.

— Им нужна безопасность за рамками заботы о наследниках престола, а это дело со лже-слугой и некстати заявившаяся колдунья…

— Найден Пран!

От жёсткого окрика Найден захлопнул рот и убрал нарочито открытую позу тела. Голубые глаза смотрели снизу вверх. Редлей не пытался скрыть сжатую челюсть, прищуренные глаза и обхватившие пальцами стол ладони.

— Ты прекрасно знаешь, как меня это раздражает, — процедил он.

— Разговоры о чувствах? — буркнул Найден.

— Когда мне указывают, как мне жить.

Пран отвёл взгляд.

— Я здесь регент. Не ты. И я забочусь не только о Хинельвии, но и о подопечных мне детях тоже. Я осознаю всё, что мне нужно осознавать. Ты можешь жаловаться на моё правление, но не поучай меня в этом вопросе.

Зал погрузился в молчание. Редлей быстро ощутил лёгкую горечь сожаления от резких слов, но стряхнул её с себя, как привык. Отчасти Найден прав. В другой ситуации Редлей бы порадовался тому, что у него есть те, кто готов указать на его ошибки в воспитании Одена и Калина — он не доверял здесь себе полностью.

Однако Найденом, казалось, никогда не двигала излишняя забота о детях. В этом разговоре тоже.

— Хорошо, давай обсудим дела, — наконец, спокойно сказал Пран, вынимая бумаги из сумки и раскладывая их на столе.

Редлей вздохнул и склонился над документами.

Оставшаяся встреча прошла рутинно, напряжение постепенно спало под напором привычных рабочих разговоров. На прощание Найден только кивнул ему.

— Надеюсь, расследование выйдет из тупика.

Дверь закрылась за ним со стуком. Редлей остался в пустом зале совещаний наедине с собой. Он долго смотрел туда, где недавно стоял старый друг, прежде чем устало вздохнуть и провести ладонью по лицу.

Найден Пран, с юности не выдающийся ни в общении, ни в бою, не считающий свой ум чем-то примечательным. По молодости интересовавшийся магией. Один из немногих в Хинельвии, что хоть немного сведущ в ней, к тому же, теперь обладая значительными ресурсами и возможностями, чтобы использовать волшбу, не будучи колдуном по рождению. Те артефакты, которые он выставляет в своём доме, как одно из проявлений этих возможностей.

О, милосердные грозы. Редлей действительно ужасный человек, да? Что сказал бы Ивнест, узнай о его подозрениях?

Неважно. Ивнест мёртв. Живы его королевство, его дети, и куча проблем, с которыми предстоит разобраться. И нечего тут рассиживаться.

Глава 7: "Будь осторожнее"

Лето в Хинельвии выдавалось прямо-таки идеальным. Большинство дней погода баловала теплотой, но не переходила грань изнуряющей жары. Ночью лил дождь, но и дороги, и трава уже успела высохнуть. Солнечные лучи заливали королевский сад, ярко-изумрудная зелень шелестела на лёгком ветерке.

Принц Оден сидел на постаменте, у подножия статуи короля Ивнеста, сгорбившись и уткнувшись в книжку. Айвис расположилась рядом с ним, делала расчёты в блокноте. У неё значительно прибавилось и знаний, и вежливо позаимствованных запасов магии, которые следовало проанализировать и составить, так сказать, план расходов. Она хотела демонстрировать больше небольшой волшбы тут и там, чтобы королевская семья не забывала, кого держит рядом. К тому же, она решила взять курс на сближение с маленькими близнецами, раз уж регент Редлей и сэр Сайвен слишком недоверчивы, а остальное население дворца пока что находится для неё в слепой зоне. Мальчики и так, несмотря на предостережения, что определённо им озвучивались, тянулись к Айвис. А как можно выгнать колдунью, когда к ней хоть немного привязаны наследные принцы?

Сейчас вот Оден спокойно учит уроки у неё под боком, а Калин лазает по деревьям неподалёку. Они мило поздоровались и уже обсудили, что любимый цвет колдуньи на сегодня — перламутровый. Даже Сайвена для охраны нет: у него дела в штабе королевской стражи. Это ли не показатель успеха?

Айвис в задумчивости постучала по карандашу кончиком пальца. Следовало бы преподнести Его Величеству подарок. Она уже изготовила себе парочку новых талисманов взамен старых, но лучше набрать материалов и сделать что-то особенное. В Хинельвии существовали волшебные артефакты, пусть и использовались они совсем редко и только теми, кто мог себе их позволить. К сожалению, Айвис не могла прямо спросить «эй, а чего у вас, королевской семьи, есть из магических предметов?» чтобы понять, в каком направлении двигаться, ведь в нынешнем шатком положении это могли расценить как нечто крайне подозрительное. Кукольный слуга обеспечил ей гораздо более эффектное появление, чем она планировала, но одновременно доставил лишние сложности.

В стороне зашумела листва. Калин перебрался на соседнее дерево. Оден поднял голову от книги и вздохнул.

— Ты не хочешь хоть немного позаниматься?

— Мы только что с уроков! Нет, не хочу! — Калин подлез по ветке ближе к стволу и, видимо, решил пока отдохнуть там.

— А потом ты подготовиться просто забудешь! Больше напоминать не буду! — Оден нахмурился.

Айвис с любопытством улыбнулась, закрыла блокнот и положила его на колени.

— Что же вы сейчас проходите?

Оден, похоже, на мгновение смутился, но затем повернул книгу так, чтобы ей было лучше видно.

— Учим географию материка. На следующем занятии нужно будет рассказать про… Ну, рельеф, природные зоны, про погоду, — тон Одена значительно изменился по сравнению с тем, как он только что окликал Калина, стал привычно учтивым. — Господин Тижэ сказал, что потом мы будем изучать каждый участок местности подробнее, и станем изучать страны.

— Уважаемая волшебница, — раздался бодрый голосок Калина, — Вы же путешествовали к нам от самого Шаунерна! Может вы нам расскажете что-нибудь интересное про географию?

Оден приподнял плечи и кинул на брата не то возмущённый, не то испуганный взгляд, но ничего не сказал. Видимо, он посчитал такую просьбу невежливой, однако и сам хотел узнать ответ. Айвис усмехнулась.

— О, в мои странствия я пересекала поля и холмы, торговые города и глухие деревушки, овраги и реки. Я ведь уже вам об этом рассказывала, — она слегка отклонилась назад, уперевшись ладонями в постамент.

— Но вы всегда говорите очень расплывчато! — Калин взмахнул ногой, свисающей с края ветки, и задел зашелестевшую листву.

— Может у вас есть какая-то… Конкретная история, например, об одной реке? — Оден склонил голову вбок, направляя всё очарование бездонно-карих глаз на Айвис. Неясно, намеренно или нет. Честно говоря, эти их взгляды могли бы смотреться очень жутко при определённых обстоятельствах, но сейчас солнечный свет только добавлял красок и искорок.

— Что ж, — Айвис глянула на небо. Ветер гнал предвещающие ясную погоду облака. — Об одной реке у меня действительно есть история. Я тогда шла через срединные земли и как раз покинула небольшой город, принадлежащий Квеирну…

Близнецы тут же навострили уши и затихли, все во внимании. После той переправы с участием, если сказать мягко, чудаковатого паромщика, речное чудовище и сломанные защитные заклинания на одном из берегов, Айвис, вся промокшая, дрожащая и злая, утешала себя лишь тем, что когда-нибудь сможет превратить этот случай в захватывающую историю. Так и вышло.

— Оно не стремилось нападать на нас, скорее, пугало. Во время чего то и дело цеплялось хвостом за поля заклинаний, пугалось, гневалось и принималось взбалтывать воду ещё активнее, — где-то на полпути Айвис оставила попытки чрезмерно приукрасить речь. — Несколько раз мы едва не перевернулись, но, как я уже сказала, паромщик реагировал на это в своеобразной манере и даже не пытался отплыть подальше…

Мальчики внимательно слушали её рассказ, даже не перебивая вопросами.

— Тогда-то и стало понятно, что заклинания были поставлены весьма неумело, а долгие годы ещё больше их исказили. Тогда я вознамерилась применить свои способности, чтобы исправить всё, но, как вы уже поняли, в таком положении сделать это представлялось затруднительной задачей.

Сейчас Айвис описала произошедшее как нечто изящное. В реальности «исправила всё» она путём простого, но действенного разрушения треклятых заклинаний без сожалений. В любом случае, прошла сотня лет с тех пор, как они несли хоть какую-то пользу, берег давным-давно пустовал. А если кто-то и остался в итоге недоволен таким радикальным решением проблемы, то Айвис уже ушла слишком далеко, чтобы услышать жалобы.

— …Затем и чудовище наконец затихло, а я продолжила свой путь на север.

— Вот это да! — Калин вскочил на ноги, цепляясь рукой за ствол дерева.

— Мне жалко этого зверя из реки, — проговорил Оден. О своей книге он совсем забыл. — Хорошо, что вы ему помогли.

Айвис только неопределенно напела вместо ответа. На самом деле, в таком ключе она об этом не думала.

— А-ах, я тоже хочу отправится в путешествие! — Калин, полный энергии, снова принялся лазать по дереву. — Хотя бы на чуть-чуть!

— Мы можем попросить объехать границы королевства, — Оден подпёр подбородок рукой. — Редлей обещал, что отпустит нас, когда мы станем постарше.

— Это «постарше» ещё точно не наступило! — скрип ветвей, громкий шорох листьев. Ветер совсем успокоился, так что шум создаёт только резвящийся принц. — Кто знает, когда оно вообще будет!

— О, не волнуйтесь, Ваше Высочество, я уверена, что время пролетит быстро, — Айвис слегка взмахнула ладонью. — Не успеете оглянуться, как дивный мир развернётся пред вами во всей своей красе.

Оден улыбнулся и, похоже, задумался о чём-то своём. Калин тоже размечтался, но вслух.

— Мы так давно не бывали за пределами столицы, я уже и забыл, как там всё! — скрип, шелест. — И вообще, когда вырастем, побываем и за барьером, и может даже в соседних странах! В гостях! А ещё я хочу побывать на море, а там…

Треск.

Короткий вскрик и глухой стук.

Айвис тут же поднялась на ноги, так и замерев, а Оден стрелой спрыгнул с постамента и помчался к деревьям.

— Калин!

За кустами Калин, скулящий от боли, сгорбился на траве. Испуганный Оден подскочил к брату, тронул за плечо. Калин издал тоненькое «а-а-ай-й!..» и попытался присесть, с чем Оден ему помог, и зашипел. Айвис, не дыша, подошла поближе и увидела, что кожа на его голени сильно содралась, сочась кровью. Волосы растрепались, рубашка выправилась из штанов и испачкалась в земле и траве.

— Ваше Высочество, всё в порядке? — торопливо спросила Айвис, не зная, куда себя деть. Первая мысль, появившаяся у неё в голове, прозвучала как «Конечно не в порядке, ребёнок с дерева упал!». Второй же пронеслось «О, грозные бури, хоть бы в этом не обвинили меня».

— Всё нормально, — Калин проморгался, согнав с ресниц слёзы. — Ай-ай-айх… Я ещё плечом ударился…

Кровь довольно быстро остановилась, пусть обширная алая рана в окружении порванной ткани всё ещё смотрелась жутко. Оден, поняв, что брат почти что цел и довольно спокоен, сменил страх на гнев.

— Дурачьё! Тебе делать больше нечего, кроме как по веткам скакать?! Надо было головой удариться, чтобы хоть какие-то мысли в ней появились! — несмотря на возгласы, руку он всё ещё держал на чужой спине и даже не думал отстраняться.

Калин обиженно промычал, отвёл взгляд и сгорбился ещё больше. Айвис присела рядом.

— Принц Оден, не стоит желать близкому человеку того, чего на самом деле не хочешь, — спокойным, назидательным тоном проговорила она, хотя внутри страдающе стонала и ругалась. — Принц Калин, позвольте.

Она аккуратно собрала разодранную штанину поверх колена, так, чтобы она не упала. Оден понурился.

— Надо отвести тебя к Доротее, — тихо сказал он.

— Да, вот она меня пожалеет, — буркнул Калин.

— И всё же согласитесь, Ваше Высочество, вам не помешало бы играть осторожнее, — снова высказалась Айвис.

Принцы или нет, а её авторитета хватило, чтобы осадить обоих детей. Калин, пусть и испытывая боль как от раны, так и от ушибов из-за падения на землю, без проблем встал, не жалуясь больше ни на что. Удивительно, учитывая высоту падения. Айвис, мысленно вздохнув, намеревалась проявить благородство и понести принца, но позорно не смогла и поднять его, не то что удержать.

— Спасибо, госпожа волшебница, мадам, не стоит! — зачастил Калин, опираясь на одну ногу и хватаясь за руки Айвис.

— Всё хорошо, я сам понесу, — сказал Оден, развернулся и присел, не дожидаясь ответа.

Айвис ничего не оставалось делать, кроме как помочь Калину забраться брату на спину. Он обхватил шею Одена, а тот подхватил его под бёдра и пошёл, вполне выдерживая тяжёлую ношу. Айвис уныло поглядела на это зрелище, забрала с постамента книгу и блокнот с карандашом и двинулась следом.

Кабинет лекаря находился недалеко от дворцового входа в сад. Во время пути напряжение между мальчиками спало, Калин канючил и дразнил Одена за готовность нести его на спине, Оден ворчал, но, как видно, тоже скорее шутливо. Около нужной двери как раз дежурил стражник, который изрядно удивился их компании.

— Ваше Высочество?!

— Он с дерева упал! — поспешил доложить Оден, не прекращая идти. Айвис попыталась слиться с фоном.

— Я нечаянно! — протянул Калин.

— Да уж, специально с деревьев мало кто падает, тем паче так, — хмыкнул стражник себе в усы. Из-за угла выглянула служанка и тоже с удивлением поглядела на принцев, но страж только махнул ей рукой.

Айвис постучалась в дверь кабинета.

— Войдите! — донёсся изнутри приглушённый женский голос.

В кабинете их встретила совсем ещё молодая девушка, смуглая, в очках, с пышными тёмными волосами, убранными в аккуратный пучок. При виде посетителей она округлила глаза и вскочила на ноги.

— Милостивая Чанрэ, принц Калин, как вы так?

— Приветик, Доротея! Я по деревьям лазал, запрыгнул на тонкую ветку, а она сломалась! Но ничего, мне даже уже не больно почти! — Калин спустился с чужой спины и забрался на кушетку у стены.

Оден выдохнул, потянулся и устало развалился на одном из стульев в углу. Айвис присела рядом, вещи положила на колени. Доротея принялась хлопотать над Калином.

Кабинет оказался небольшим, но уютным, освещался светом из большого окна. Оно было приоткрыто, так что в помещение долетало чириканье птиц. Прикрытый занавесью проход в стене, должно быть, вёл в палаты, рядом стояла раковина, на подоконнике расположились горшки с цветами, письменный стол радовал глаз порядком, в небольшом книжном шкафу пестрели книги. Калин тихонько шипел, когда ногу и ссадины на ладонях щипало от раствора, но в остальном не жаловался. Пару раз взгляд Доротеи метался к Айвис, задерживаясь лишь на долю секунды.

— Ногу старайся не напрягать. Вечером нужно будет ещё раз намазать ушибы мазью, — голос девушки сам по себе звучал мягко, но серьёзно. — И я дам тебе бинты, чтобы перед сном сменить повязку. Сможешь сам это сделать?

— Конечно смогу, я же не безрукий, — Калин одёрнул рукав и ярко улыбнулся. — Спасибо, ты самая лучшая!

Доротея улыбнулась ему, встала, чтобы убрать мазь. Затем она развернулась, без надобности пригладила фартук.

— Достопочтенная колдунья, честь приветствовать вас. Спасибо, что позаботились о Его Высочестве, — у неё была очень живая мимика и ямочки на щеках.

— О, всю заботу проделали вы, — Айвис кивнула, — И принц Оден, разумеется. Как мне вас величать?

— О, просто Доротея. Или можно просто Тея, — она сцепила руки в замок, улыбаясь, искренняя, но слегка смущённая.

Лицо Одена вдруг озарилось удивлённым выражением, словно он только что что-то осознал.

— Эй, знаете, что это значит? — с радостным оживлением воскликнул он.

Принц взял свою книгу и протянул её к Калину.

— Теперь не отвертишься!

Калин разочарованно застонал.

***

В такой обширной столовой их обеденный стол казался комично крохотным. Но зачем нужны длинные столы, способные вместить два десятка человек, когда здесь собираются только члены семьи? Порой несколько близких друзей. Совсем редко — почётные гости.

Как сегодня, например.

Калин и Оден, как всегда, сели на соседние места, и первый неловко старался не встречаться взглядом с Редлеем. Обычная реакция после его выговоров. За годы проверено, что через полчаса Калин снова будет весел и нагл. С Оденом требовалось времени подольше.

Праздные размышления Редлея немного сбились, неожиданно подкинув ему вопрос, когда он в последний раз проводил время с детьми. Не сталкиваясь во дворце, не во время приёмов пищи и не тогда, когда они бесцельно болтались в его кабинете, когда он работал, а целенаправленно. Он не составлял расписания (потому что даже для него «расписание для поддержания адекватных отношений со своими подопечными детьми» звучало слишком странно и жалко), но старался придерживаться какой-никакой регулярности. Тренировка? Ах, у Калина травма. Значит, что-то менее активное.

Все эти думы пришлось отложить на потом, ведь точно ко времени прибыла колдунья, и как раз после её появления подали еду.

Айвис сидела за столом с неизменной лёгкой улыбкой, словно ленивой и благожелательно-учтивой одновременно, как у фарфоровой куклы. Она поприветствовала их, вежливо поинтересовалась у каждого делами, но не задавала вопросов, с чего вдруг её пригласили отужинать. Взгляд её медных глаз зацепился за отсутствие стула во главе стола. Его убрали, когда Ивнест перестал занимать это место.

— Скажите, уважаемая волшебница, — размеренно начал Редлей, глядя в свою тарелку.

Айвис издала звук, показывая, что слушает, нисколько не изменив выражения лица. Оден и Калин, потеряв ко взрослым интерес, уплетали еду, как маленькие голодные зверьки.

— Знаю, вы сказали, что не можете сказать ничего о заклятье, кроме того, что оно не наносило вред напрямую. И всё же я должен спросить ещё раз: не появилось ли у вас хоть каких-то предположений, для чего оно предназначалось?

— Предположений столько же, сколько комбинаций трёх цифр существует на свете, и даже больше. Колдун может выписать на магическом круге лишнюю линию, и заклятье уже измениться относительно прочих. Либо наоборот, совершенно разные по начертанию заклятья и символы могут работать практически одинаково.

— А если колдун не выписывает никакие линии сам? — спросил Редлей. — Существуют ведь талисманы, которыми может пользоваться любой, артефакты, легко поддающиеся хоть немного сведущему в теории человеку. Ведь такие магические заклятья тоже могут продаваться, как товар?

Волшебницу это, похоже, заинтересовало. Она перестала держать лицо и стала похожа на нормального человека.

— Вы думаете, круг был типовым? Да, это возможно, — она принялась резать мясо на тарелке. — Сэр Сайвен сказал, что в королевстве нет магов, по крайней мере, достаточно сильных и известных. Но какие-нибудь коллекционеры вполне могли заполучить своеобразные трафареты для заклятья. К тому же, не забываем о кукле. Насчёт неё не могу сказать точно, можно ли воссоздать такую сложную вещицу без врождённой силы, но и отрицать шанс нельзя. Есть ли у вас кто-то на примете, Ваше Величество?

Даже если она преувеличивает своё могущество, в Шаунерне удивительно часто рождаются одарённые магией. Даже ходили слухи, что там волшебники не таинственные предметы легенд, а часть государственной системы, как любой рабочий и чиновник. Знания о магии хранятся не только в личных убежищах колдунов и развалин посреди глуши, но и в семейных библиотеках, упорядоченных архивах. Эта девушка наверняка знает немало.

— Возможно и есть, — задумчиво ответил Редлей и больше ничего не добавил.

Близнецы, уловив, о чём речь, переглядывались друг с другом и кидали взгляды на старших. Редлей цыкнул: Оден опять отложил на край тарелки всю капусту и лук.

— Я хочу попросить вас о кое-каком пустяке, Ваше Величество, — вдруг сказала Айвис.

— О каком же?

— Видите ли, я хотела сделать вам и юным принцам небольшие подарки. Но чтобы такой подарок смастерить, мне нужен волос человека.

Редлей напрягся. Волшебница, видя его настороженность, улыбнулась и вернулась к трапезе.

— Не хотите — не отдавайте, ваше право. Я просто предложила.

Редлей посмотрел на близнецов. Те тихо недоумевали. Калин с любопытством склонил голову, как бы спрашивая его, что нужно делать, Оден взглянул на Айвис, потрогал свою чёлку и пожал плечами.

Нет, какие бы дары на кону не стояли, от мальчиков никакая колдунья с большой дороги волос не получит. Редлей мог бы рискнуть и предложить только свой, чтобы проверить…

— Давайте обсудим это позже, — сказал он.

— Как вам угодно, — похоже, волшебнице искренне было всё равно.

Нет, для всех этих магических дел сейчас не время. Ему нужно углубиться в расследование, переговорить с Бертой обо всех тяжёлых темах и устроить времяпрепровождение с детьми. Возможно, не в таком порядке.

Так ещё и праздник не за горами.