Советник поневоле: на службе у феи

Глава 1: Я просто хотел поспать!

Я просто хотел поспать!

Три бессонные ночи над конспектами, предэкзаменационная истерия в общаге и шизанутый сосед, решивший отметить окончание сессии очередной гулянкой, сделали своё дело. Мой мозг был похож на перегруженный сервер, готовый вырубиться в любую минуту. Поэтому, получив заветный «Уд.» в зачётку, я прихватил рюкзак, набитый тетрадями, и свалил.

Ещё и телефон выключил. Потому что он раздражал даже на беззвучном режиме. «Сима, ты где?», «Сим-сим, живее тащи свою задницу». Друзья, тоже мне. Прекрасно знают, как я ненавижу, когда моё имя коверкают, но продолжают это делать из желания побесить. Да, Анисим, мягко говоря, имечко несовременное. Тут уж бате надо спасибо сказать, решил назвать меня в честь какого-то прадеда. А я теперь страдай.

Да пошли они все! Всё, чего мне хотелось — это найти идеальное место, где бы меня никто не трогал. В тот момент отличной идеей показалось отправиться чилить в парк. А почему нет? Начало лета, на улице теплынь, но не жара. К тому же я знал укромное место, куда не забредают мамочки с детьми и собачники.

В дальнем углу парка, за зарослями сирени, было своеобразное «гнездо» под раскидистым дубом. Я нашёл это местечко ещё на первом курсе, и с тех пор не раз прятался тут ото всех. В тёплое время года, конечно.

Пышная крона отбрасывала густую тень, и я устроился между корней, на упругую сочную траву, засунул под голову рюкзак, натянул капюшон на переносицу, отсекая солнечный свет, и подумал: «Сто лет бы всего этого не видеть. Никаких людей. Никаких экзаменов».

Закрыл глаза, сделал глубокий вдох, и даже почти вырубился, как кто-то взвизгнул:

— Эй! Ты!

Я вздрогнул. Нет-нет-нет, только не это. И сюда добрались! Вот что им на детских площадках не гуляется? Может они подумают, что я бомж и сами свалят? На всякий случай я попытался изобразить храп. Ну уйдите уже!

— Эй, человек! Ты меня слышишь?

Голос раздался настолько неожиданно близко, что я дёрнул головой, стряхивая капюшон, и открыл глаза. Передо мной в воздухе висело... нечто. Маленькое, светящееся и явно раздражённое.

— О! Ты всё-таки слышишь! — сказала искрящаяся фигурка, глядя на меня сверху вниз.

«Какие забавные глюки», — подумал я.

Эпизоды сонного паралича у меня бывали, хоть и нечасто. И обычно там мерещилась какая-то хтонь, а тут просто девчонка с крылышками. Динь-динь, блин.

Я подвигал плечами, прогоняя наваждение, пристроился поудобнее и снова закрыл глаза.

— Не игнорируй меня! — резко заявила светящаяся пигалица. — Ты вообще знаешь, с кем имеешь дело?

Да бли-и-ин! Я просто хотел выспаться. Провалиться в тёмную яму без мыслей и снов, и дать, наконец, своей гудящей башке перезагрузиться. А получил вот это. В универе ходила байка, что пару лет назад один из студней отъехал в больничку от перенапряжения, но я всегда считал себя психически устойчивым парнем. Но мало ли что я там считал.

Я с силой зажмурился, пытаясь выдавить наваждение из своего перегретого мозга. «Я просто устал. Сейчас продышусь и она исчезнет».

— Ах, вот ты как? — взвизгнуло создание. — Ну значит сам виноват!

Раздался громкий щелчок и в тот же миг в мой лоб словно вонзилась раскалённая игла. Боль была хоть и кратковременной, но на удивление реальной и острой. Я аж подпрыгнул на месте, и мир взорвался белым светом.

Когда пелена перед глазами рассеялась, первое, что я осознал — воздух был другим, непривычным. Даже неправильным. Вкусным. Казалось, этот густой влажный аромат можно черпать ложками и им питаться. Это была смесь запахов зелени, хвои и чего-то незнакомого, сладковатого. Да и сидел я уже не на примятой траве, а на слое мягкого, прохладного мха.

Я внимательно огляделся. Дуб всё ещё был тут. Но его ветви стали более причудливыми, изогнутыми, а листья отливали в тёмный изумруд. А макушка терялась в неправдоподобно синем предзакатном небе. Да и вместо парка вокруг простирался лес, какой я видел разве что в документалках про тропики.

— Ну что, прояснилось в мыслях? — повторился надоедливый голосок, и я наконец перевёл взгляд на девчонку.

Понятно, почему первой ассоциацией была Динь-динь. В воздухе передо мной порхала натуральная фея. Как ещё назвать существо с прозрачными, как у стрекозы, крылышками? Она не была крошкой, как в мультике — размером примерно с кошку, если бы та встала на задние лапы. Щуплая, с острыми чертами лица, она была одета в тунику, облегающие штанишки и короткие сапожки, всё в лилово-зелёных «бензиновых» переливах. «Экипировка как для похода», — мелькнула у меня мысль.

Длинные лиловые волосы были забраны в высокий хвост и заплетены в косу, которую она нервным жестом перебросила через плечо. Её кожа отливала перламутром, а из-под пушистых ресниц на меня смотрели огромные для такой мордашки миндалевидные глаза цвета расплавленного золота. Чуть заострённые уши подрагивали, и мне подумалось, что это признак крайнего нетерпения.

— Где... я? — мой прозвучал хрипло и неуверенно.

— В Эверглейде, конечно! — ответила она, будто это хоть что-то проясняло. — И тебе очень повезло, ты будешь советником самой Мириллы, то есть моим! Поздравляю!

Я перестал её слушать. Потому что мой взгляд упал на небо. Сквозь разрывы в кронах деревьев виднелись две маленькие луны, одна белая, другая с лёгким фиолетовым оттенком.

И тут до меня наконец-то дошло очевидное. Это не сон.

— Советником? — повторил я бездумно, мысленно маша рукой отлетевшей кукухе. — Подожди, я что-то не догоняю. Когда я успел стать твоим советником?

Мирилла сложила руки на груди и посмотрела на меня как могла бы смотреть воспитательница на непослушного малыша.

— Ну, ты же ничей, да? — начала она с очень терпеливым тоном, явно объясняя что-то очевидное. — То есть был ничей. Я нашла тебя первой. И заявила своё право. Отработаешь стандартный контракт — и свободен. И тебе очень повезло, что мне нужен именно советник, а не сборщик росы или нянька огненных саламандр. — Она выразительно сморщила носик, показывая насколько альтернативы были бы хуже.

— Ну нетушки, — я поднялся со мха, отряхивая штаны, — я свободный человек, и я пошёл! Согласия на вот это всё, — я обвёл руками странный лес и её саму, — я не давал.

— Ты воззвал к Древу. Значит был согласен, — отмахнулась она, и я с ужасом посмотрел на дуб, который перестал мне казаться таким уж безобидным.

Воззвал? То есть те мои мысли перед тем, как завалиться в его корни, были воззванием? Что же там было? «Сто лет не видеть»? Да ну нафиг!

— Ты, конечно, можешь уйти, — продолжала Мирилла, задумчиво улыбаясь и изучая мою реакцию. — Но сам ты в свой мир вернуться не сможешь. Будешь плутать в лесу, голодать. Может даже попадёшься в лапы ограм. Думаешь, с ними тебя понравится больше?

Я уже открыл рот, чтобы выдать язвительный комментарий насчёт того, что рискну, но она его опередила, беззаботно махнув рукой.

— Когда набегаешься, просто коснись метки и я тебя заберу. Если, конечно, к тому времени ещё будет, что забирать, — она кровожадно щёлкнула зубками, намекая, что меня могут и съесть.

— Какая ещё метка? — у меня похолодело внутри.

Мирилла пожала плечами, словно речь шла о сущем пустяке:

— Ну, скажем так, это маленькая формальность.

Я медленно, почти неверяще, поднёс пальцы ко лбу. Кожа в том месте, куда пришёлся щелчок, была горячей и как будто пульсировала.

— Ты... ты что, поставила мне клеймо?! — рявкнул я, не своим голосом.

— Не клеймо, — поправила она, с преувеличенным вниманием разглядывая свои идеальные ноготки. — Знак доверия и защиты. Теперь все будут знать, что ты мой. Ну всё, хватит разговоров! — Она приземлилась на ветку дерева, на уровне моего лица, и с лёгким шелестом сложила за спиной крылья. — С чего бы начать? У меня куча вопросов, и раз уж у меня теперь есть собственный человек, мы мигом всё порешаем.

— На твоём месте я бы на многое не рассчитывал, — пробубнил я ядовито. Что бы она там не говорила, но я ощущал эту её метку именно клеймом. — Я разбираюсь, разве что, в сортах заварной лапши.

— Не прибедняйся. Человеки разбираются во всём!

— Люди, — поправил я. — И кто только тебе такое сказал?

— Ну... другие феи. Это же все знают. Если в мир попадает попадает челове... людь, он сразу всех спасает, всё исправляет и решает все проблемы. А у нас как раз проблем накопилось. Как же славно, что тебя нашла именно я!

Я нервно засмеялся. «Это не может происходить на самом деле», — промелькнуло в голове, но твёрдая земля под ногами и пульсирующий лоб убеждали в обратном.

— Ну окей, допустим, — выдохнул я, смиряясь с абсурдом. — Тогда озвучь, пожалуйста, условия. У вас тут рабство? Хотя нет, ты же говорила про контракт. Значит это как работа в найме. У меня будут выходные? Страховка от несчастных случаев? Включено ли питание, или мне самому придётся добывать еду? График нормированный, с восьми до пяти? Будет ли как-то эта работа оплачиваться? И, самое главное, каков срок контракта?

Я говорил и говорил, наслаждаясь тем, как надменное выражение лица феечки сменяется удивлением и растерянностью. Её ушки дёргались, а брови ползли всё выше и выше с каждым словом.

— Выходные? — переспросила она, будто раньше никогда о таком не слышала. — У меня очень ответственная должность, так что ты можешь понадобиться мне в любое время! И... какая ещё страховка? От чего?

— Да хотя бы от неприятностей с ограми, — напомнил я ядовито. — Или от местных болезней. Кстати, а профсоюзы у вас тут есть? Куда я смогу пожаловаться на невыносимые условия труда?

— Хватит! — пискнула Мирилла. — Контракт, он... он стандартный! Отработал и свободен, всё честно!

— Что значит «отработал»? У любого контракта должен быть срок. Год, пять? Десять? — не унимался я.

— Это зависит от... твоей эффективности! — вспылила она. Но при этом больше нервничала, чем злилась. И тут в голове вспыхнула внезапная догадка.

— Погоди-ка. Ты ведь раньше не имела дел с такими контрактами. И людей видела только на картинках. Да и на своей ответственной должности недавно, — я говорил, и напитывался уверенностью, считывая её реакцию.

Феечка покраснела до кончиков ушей.

— Я полноправный член Совета! — взвизгнула она.

— На испытательном сроке, — пошёл я ва-банк. — И тебе нужна помощь, чтобы не опозориться. А тут такая удача — ничейный мужик под кустом лежит, надо брать. Так?

Мирилла смотрела на меня, и в её золотых глазах мерцала ярость. Но как бы она ни пыжилась, воспринимать всерьёз девчонку с крылышками я не мог.

— Я могу вернуть тебя обратно, — прошипела она. — В твой мир. Хоть сейчас.

Так просто? Сердце ёкнуло, но я старался сохранять невозмутимость.

— Но? — спросил я, чувствуя подвох.

— Но Древо тебя услышало, контракт заключён. Поэтому ты вернёшься. И будешь возвращаться, пока не выполнишь условия.

Вот так мерзость. Я закрыл глаза, потирая переносицу.

— Сколько? — пробубнил я невнятно.

Но Мирилла меня поняла:

— Восемь часов.

— Ладно, — сказал я, открывая глаза. — Советник так советник. Но сначала мне нужно уладить дела. Дай мне эти восемь часов. А потом... потом я твой.

Мирилла смотрела на меня с подозрением, оценивая.

— И без глупостей? — спросила она, как мне показалось, с надеждой.

— Контракт же обязывает, верно? — я усмехнулся. — Так что да, без глупостей.

Она секунду помедлила, затем кивнула.

— Хорошо.

Фея взмахнула руками, и мир поплыл.

Глава 2: Советник феи?

Я лежал на спине. Голова раскалывалась и слегка мутило, а перед глазами расплывались разноцветные пятна. Впрочем, через пару минут состояние стало терпимым. Проморгавшись, я понял, что лежу на самом солнцепёке. С мучительным стоном сел и огляделся.

Я снова был в парке. На чистом ясном небе — ни облачка, не то что фиолетовых лун. И вообще день на дворе, какие луны? Рюкзак валялся в корнях дуба — тоже совершенно нормального, без русалок на ветвях или порхающих фей. Сердце колотилось, отдаваясь шумом в ушах, но всему произошедшему легко нашлось логичное объяснение.

Я просто вертелся во сне и выкатился из тени. Очень активно вертелся. А сны такие странные оттого, что головушку напекло. Тепловой удар, вот что это.

На всякий случай потрогал лоб. Он был чуть горячим, что вполне нормально для перегрева, но никакой пульсации. Желание ещё хоть минуту оставаться в этом месте отбило напрочь. Глупая была идея.

Я встал, отряхнулся от мелкого мусора, налипшего на одежду, и, пошатываясь, побрёл к выходу из парка, распугивая собак и случайных прохожих.

До общаги добрался на автопилоте. Мысль о том, чтобы идти в свою комнату, где наверняка кутёж в самом разгаре, вызывала физическое отвращение. Спа-а-ать. А можно ведь попроситься к старосте! Я зевнул, рискуя вывихнуть челюсть, и постучал в знакомую дверь, даже не успев толком обдумать эту великолепную мысль.

Дверь открыла не одногруппница Настя, которую я ожидал увидеть, а Лиза, её соседка. О которой не знал ничего, кроме имени. Ну и ещё то, что она отшивала всех, кто к ней подкатывал. Да и в целом вела себя чуть свысока, словно не считала никого ровней себе.

Она, как и наша староста, была заучкой, немудрено, что они быстро спелись, да ещё и поселились вместе, хоть Лиза и училась на другом факультете. Даже сейчас, открывая дверь, она не выпустила из рук пухлую тетрадь с конспектами — просто заложила нужную страницу пальцем.

Всем своим видом она транслировала, насколько ей плевать на собственную привлекательность — ноль мейка и миллион презрения в спокойных и чуть раскосых серых глазах. Волосы, цвет которых напоминал мне гречишный мёд, она собирала в небрежный пучок, из которого выбивались закручивающиеся колечками пряди.

Одежда на ней тоже была самая обычная — футболка с растянутой горловиной, обрезанные по колено джинсы. Но даже в таком неказистом прикиде она не казалась пацанкой. Такую хоть в мешок от картошки обряди, как сказала бы моя мама, всё равно будет выглядеть сошедшей с рекламного плаката.

Если Настя-щедрая душа ещё могла бы меня приютить, то тут шанс был околонулевой. Но отступать мне было некуда.

— Лиза, привет, — просипел я сухим горлом и попытался сделать жалобное лицо. — Так пить хочется, что переночевать негде. Пустишь?

Лиза оценивающе осмотрела меня с ног до головы, и мне показалось, что её взгляд на секунду задержался у меня на лбу. В глазах что-то мелькнуло, но тут же погасло и я не стал об этом задумываться.

— Хм-м... Ну заходи, — она отошла, пропуская меня в комнату. — Настя к парню уехала с ночёвкой. Ложись на мою койку.

— Спасибо, ты просто лапочка, — пробормотал я, шагая мимо неё, стараясь не задумываться, за что мне такая удача.

Комната была разделена на две части обращённым ко входу шкафом. Стандартным, у нас тоже такой стоял. Но тут на дверце было закреплено зеркало. В груди ёкнуло и я шагнул вперёд, впиваясь взглядом в собственную физиономию.

Чисто.

Чуть лоснящаяся от испарины кожа, старый шрам у границы волос — привет от бесшабашного детства. Глаза как у бешеной селёдки. Но никаких новых отметин. Чего и стоило ожидать.

Вздох облегчения вырвался будто сам по себе.

Я стащил кроссовки, наступая ногами на задники, скинул толстовку на какой-то стул, и на остатках воли донёс себя до свободной койки. Зарылся носом в пахнущее стиральным порошком покрывало и в тот же миг провалился в ласковую темноту.

По ощущениям прошло минут десять, когда настойчивые тычки в плечо вернули меня в реальность.

— Анисим, подъём!

Я открыл глаза, пытаясь осознать себя в этом мире. Получалось не очень — в комнате царил полумрак, отгоняемый лишь настольной лампой, а за окном стояла глубокая ночь. Так какого хрена?

Кажется, я сказал это вслух, потому что Лиза нахмурилась.

— А такого, что времени у тебя осталось мало, — она пристально посмотрела мне повыше переносицы. — Оригинальное место для печати, конечно. Сам не видишь, зато светишься, как маяк.

— Не по-о-онял, — протянул я, хватаясь за лоб. Он уже ощутимо пульсировал. — Ёпрст, это же был сон!

— Фея твоя, похоже, ещё совсем зелёная, — невозмутимо вещала Лиза, — очень грубая работа, на троечку. Я, конечно, тоже молодец, что сразу не проверила... В общем, у тебя минут двадцать чтобы закончить все дела в этом мире. Или даже меньше.

Звучало зловеще, и я почувствовал холодок по позвоночнику.

— Хотя бы предупреди родителей, что на каникулы не приедешь. Нашёл работу на лето. Или стажировку своей мечты.

Я представил, какую панику может вызвать звонок среди ночи, но кивнул и полез в рюкзак за телефоном. Нажал кнопку разблокировки, но экран остался чёрным. Зажал на подольше — ни одного признака жизни.

— Батарейка сдохла! Проклятие! — я засуетился, пытаясь отыскать зарядку в утробе рюкзака, но что-то уже началось.

Я ощущал еле различимый ухом низкочастотный гул, пробирающий до самых кишок и заставляющий вибрировать всё тело. Края предметов стали размываться.

— Чтоб тебя! — резко выдохнула Лиза и выхватила телефон. — Говори пин-код, я отправлю им сообщение.

— 3375, — выдохнул я в отчаянной надежде, что ей можно доверять.

А перед глазами уже проступал знакомый лес Эверглейда.

В этот раз сознание я не потерял и даже удержался на ногах, несмотря на отчаянные «вертолёты» в голове и вызванную ими тошноту.

Само-собой первой, кого я увидел, оказалась Мирилла. Она сияла предвкушающей улыбкой, порхая на уровне моего лица, но всё же не достаточно близко, чтобы я мог её нечаянно зацепить. Или не нечаянно.

Сегодня она была одета почти так же как в прошлый раз, разве что обзавелась сумочкой через плечо и коса в этот раз была закручена в шишку на макушке. В своих лапках она сжимала увесистый свиток, исписанный мелкими закорючками.

— Ну наконец-то! — воскликнула она, дёргая ушками в нетерпении. — Я уже составила список дел! Начнём с переговоров в Нижнем Лесу, потом разберёмся с нашествием таракануи...

Я поднял руку, останавливая этот поток.

— Брейк! — мой голос прозвучал как карканье и пришлось откашляться. — Хреновый из тебя работодатель, даже не поинтересовалась, как моё имя.

Я порылся в раскрытом рюкзаке, который всё это время держал за лямку, и с облегчением извлёк оттуда початую бутылку воды. После пары глотков даже дышать стало полегче.

Мирилла непонятливо заморгала, будто даже не задумывалась о том, что у человека может быть имя.

— Меня зовут Анисим, — продолжил я, выпрямляясь и закидывая рюкзак за спину. — Не Сима, не Сим-Сим и не Анис. Исключительно Анисим.

— Ну... Хорошо? — промямлила она, растеряв свою браваду.

— И ещё пара моментов, прежде чем мы начнём трудовые подвиги, — кивнул я на свиток. — Ты что-то говорила про воззвание к Древу. Уточни, плиз.

Феечка раздражённо закатила глаза, и принялась бубнить унылым речитативом, будто читала инструкцию от стиральной машины:

— Приблизься к Древу в час Двойной Луны

И тайный зов души корням его вверяй;

Но помни, благо требует цены:

Исполнишь долг — награду получай.

Она вздохнула и снова посмотрела на меня, как на неразумное дитя:

— Если по-простому, то ты обменял желание на свободу. Будешь подчиняться мне, пока не отработаешь контракт. Потом твоё желание будет исполнено.

Я попытался вспомнить, какие мысли я успел «вверить корням», и приходил в ужас. «Сто лет... Никаких людей...». Дурацкий дуб посчитал это желанием?

— Послу-у-ушай, — начал я, стараясь казаться спокойным, и от этого немного растягивая слова. — А если желание было... ну-у-у, скажем, неконкретным? Например, кто-то хотел, чтобы его все оставили в покое... Что тогда?

— По-моему вполне конкретно. Звучит как полное искоренение социальных связей. И это очень сложное желание! — оживилась феечка. — Так что ты со мной теперь надолго.

— А если я просто откажусь? Взял и передумал. Тогда всё отменяется?

— Однозначно нет! — возмутилась Мирилла. — Если Древо перенесло тебя сюда, то процесс запущен. Не будешь выполнять условия, получишь откат. И тебе лучше не знать, что это такое.

Угораздило же влипнуть! Я сглотнул вставший в горле комок.

— А если не отменить, то скорректировать желание можно? — мозг лихорадочно искал варианты выбраться из ловушки.

На личике Мириллы мелькнула озадаченность. Она уселась на ветку и уложила свиток на колени.

— Сложный вопрос. Я о таком не слышала. Я попробую узнать, но только если ты начнёшь, наконец, исполнять свои обязанности! — она нахмурила бровки и взмахнула свитком.

Я вздохнул, смиряясь с неизбежным. Ладно. Сначала работа. Потом — переговоры о досрочном освобождении.

На всякий случай отошёл от дуба подальше. Мало ли — вдруг эта громада снова начнёт считывать мои сиюминутные порывы вроде «хочу чтобы это всё кончилось».

Нашёл уютную, залитую солнцем полянку, и со вздохом опустился на землю. Мирилла тут же появилась из-за плеча, и с сияющим видом развернула свой дурацкий список.

— Итак, первое и самое срочное, — объявила она, тыча пальчиком в закорючку в самом верху. — Переговоры в Нижнем Лесу. Дриады сорвали сроки поставки и не отвечают на наши запросы. Придётся отправиться туда и обсудить все вопросы лично.

Я уставился на неё, пытаясь понять, шутит она или нет. Вид у неё был абсолютно серьёзный.

— Мирилла, — я говорил ласково, пытаясь воззвать к её здравому смыслу. — Перед тобой социофобушек, который предпочёл лечь спать под деревом, лишь бы избежать общения.

— Ну и? — феечка непонимающе моргнула. — Со мной ты отлично общаешься.

— Это истерическое. Но вообще я худший кандидат для переговоров. Поверь человеку, который за три года не решился сказать соседу, что тот дерьмово рисует. Теперь у меня ноутбук, мобильный и даже кроссовки с его аэрографией. И это очень плохо, просто очень, — я вздохнул, вспоминая, что оставил свой телефон малознакомой девчонке. Как бы она там не натворила дел. Вдруг в сохранёнки полезет?

— Но ведь ты человек! Вы даже обучаетесь этому, мне фейри рассказывали, — не сдавалась Мирилла. — Риторика, дипломатия...

— Я на программиста учусь, — парировал я. — Твои дриады какой язык лучше понимают: «пайтон» или «си плюс плюс»?

— Нет, они на люмиэфе говорят, — совершенно не выкупила иронии Мирилла. — Как и мы с тобой.

— Что? — только теперь я осознал, что всё это время, совершенно не задумываясь, говорил на незнакомом языке.

— Ну, это бонус. Чтобы ты мог быть полезным, должен понимать чего от тебя хотят. Поэтому ты теперь знаешь люмиэфе. И, скорее всего, все остальные языки тоже.

— Все? Вот вообще все? — я совершенно обалдел от открывающихся перспектив.

Да это же практически суперспособность! Радость слегка увяла, когда я подумал о своём текущем положении. Но и это неплохо. Значит и с другими обитателями Эверглейда сумею объясниться.

— Это я тоже попробую узнать. Позже, — с нажимом сказала Мирилла и выразительно подвигала бровями.

— Понял-принял, — вздохнул я, окончательно смиряясь со своей новой ролью. — Давай-ка посмотрим твой список. Может, начнём с чего-то другого?

И протянул руку.

— О, нет-нет-нет! — Мирилла отдёрнула руку со свитком и взлетела повыше. — Во-первых ты всё равно не сможешь прочесть. Очень мелкий шрифт. Во-вторых это нежная материя и от твоих лапищ может испортиться. А в-третьих, это я тут главная!

Глава 3: Деревья — это серьёзно!

Я обречённо закатил глаза и с покряхтыванием поднялся — ноги ощутимо успели затечь. Да и задница не была благодарна за сидение на земле, пусть и волшебной.

Мирилла, кажется, приняла молчание за согласие, и резво рванула вперёд, так что мне ничего не оставалось, как податься следом, на ходу отряхиваясь и поправляя одежду. И спотыкаясь о выступающие из земли корни.

Тропинок в этом лесу попросту не было, да и откуда бы им взяться, если феи передвигаются преимущественно по воздуху? Но мог же их и кто-то другой протоптать, те же огры? Хотя Мирилла могла и приврать, наверное. Или там может быть опасно, или... Минут через двадцать такого похода, после того как мой глаз чуть не остался на очередной внезапной ветке, голову посетила гениальная мысль:

— Послушай, госпожа начальница, а почему мы идём пешком? Ты потратила свой заряд на перенос меня сюда, и надо ждать, пока батарейка подзарядится?

— Моего заряда хватит на десять таких как ты! — сверкнула Мирилла глазками, оборачиваясь ко мне. — Просто Нижний лес это территория дриад, а они, скажем так, особенные. Верят что наша магия портит ауру деревьев.

— На самом деле портит? — решил уточнить я, просто чтобы поддержать беседу и передохнуть. Продираться через кусты оказалось утомительным занятием.

— Нет, конечно! Ты видишь тут хоть одно зачахшее растение? Вот именно! Но дриады чувствуют даже остаточные следы магии, поэтому к ним лучше не соваться, пока не очистишься. Но пока доберёмся, ты уже всё стряхнёшь.

— В смысле стряхнёшь? — я представил, как отряхиваюсь, как мокрая собака, и капли «остаточной магии» летят от меня во все стороны.

— Вон ещё об тот куст оботрись, драконье лыко хорошо магию впитывает, — Мирилла махнула на раскидистое растение с широкими листьями, напоминающими по форме когтистые лапы.

— Так ты меня специально через дебри потащила, что ли? — возмутился я. — Совершенно не заботишься о кадрах.

— Давай-давай, быстрее начнёшь быстрее закончишь, — фыркнула Мирилла и устроилась на ветке, пока я покорно обтирался всем собой об указанный куст.

Надо сказать, неприятных ощущений не было, даже наоборот. Я неожиданно взбодрился, да и аромат листьев оказался приятным. И после этой странной процедуры я благоухал почти что брендовым парфюмом.

— Расскажи мне поподробнее, о чём речь, — попросил я, когда мы двинулись дальше. — Про дриад и что они там сорвали.

Теперь Мирилла вела меня по более удобному пути — корни под ногами конечно оставались, но хоть в лицо больше ничто не тыкалось. Наверное, это значило, что куст сработал как надо, и стряхивать с меня больше нечего.

— Вчера от них должны были прибыть листья тутонника. Ой, да ты же вообще ничего не знаешь! — спохватилась феечка. — В общем через наши земли, земли дриад и кентавров проходит река. И с этими дриадскими закидонами против магии... В общем, очень удачно, что она образует такую петлю, которая начинается и заканчивается на земле кентавров, с ними у нас тоже договорённость. В общем, это ещё прошлый архимаг придумал, но это просто гениально. Мы сделали такие плоты, которые плывут через земли дриад к нам, от нас к кентаврам, а там кентавры переносят их на вторую сторону петли и они опять плывут к дриадам. И поставки давно отлажены: дриады нам тутонник, мы кентаврам заряженные магией кристаллы, у них же своей магии нет, но не суть. А кентавры значит плоты переносят, грузят туда разряженные кристаллы для нас и удобрения для дриадского леса. У них этого добра, знаешь, кентавры же. И вот оно так по кругу движется, движется. А вчера приплыл плот без листьев, но с кристаллами и навозом. Вот у нас шуму было, не представляешь!

Я представил, и очень живо, и кучи навоза, возмущённых таким непотребством фей.

— Я сразу вызвалась провести переговоры, ведь это такой шанс! Повезло ещё что у всех были другие задания, — щебетала Мирилла.

— А у вас этот тутонник не растёт? — поинтересовался я, пытаясь уложить в голове столько новой информации.

— Увы, — вздохнула феечка. — У нас почва не подходящая, или им наша магия не нравится. Из семян не вырастает, а саженцы дриады не дают, боятся что мы их погубим. Для них же каждое дерево как ребёнок. Они и листья собирают только когда растение их само сбросит.

— И на что вам трухлявые листья?

— Почему трухлявые? Очень даже прочные, — Мирилла подёргала ремешки на своей одежде и на сумке, словно в доказательство слов. А потом, словно этого было мало, подлетела и сунула мне в лицо свою ногу. — Вот, посмотри, отличный материал!

До меня не сразу дошло, что она говорит о своей обуви.

— Хм, я думал что это кожа.

— Что? Ой, фу! Какой ужас! Только не говори, что у тебя... — она с отвращением посмотрела на мои кроссовки.

— Не волнуйся, чистейший дермантин и полиамид. Ни одно живое существо не пострадало, — постарался я успокоить фею.

Но остаток пути она ошеломленно молчала.

— Уже рядом, — вздохнула Мирилла дёргая плечиком.

Кажется и её этот длительный переход утомил. По ощущениям мы шли уже битых два часа. Да, Мирилла тоже время от времени спускалась на землю и перебирала своими крошечными ножками с поразительной скоростью. Наверное давала отдохнуть крыльям.

Я огляделся, ожидая, что лес как-то изменится. Должен же как-то отличаться Нижний от Верхнего, или какой он у них там. Но на мой неискушённый взгляд все были плюс минус такое же. Один я бы точно тут не сумел ориентироваться.

Но через пару десятков шагов я физически ощутил границу территории дриад. У этого леса была аура. Меня словно окутало мягкое облако, воздух стал ощущаться иначе. Если в фейской части леса он казался вкусным, то тут буквально напитывал с каждым вдохом, а это было очень актуально, ведь желудок уже подводило от голода.

Милашка-работодатель даже не задумалась о том, что моё тело требует энергии. А в сумке, кроме воды, нашёлся только пакетик сухариков, который я давно уговорил. Но сейчас и голод и жажда проходили, как после плотненького обеда с первым, вторым и компотом.

Я собирался было намекнуть Мирилле, что останусь тут жить, если она не озаботится моим питанием, но эта паршивка уже упорхнула вперёд. Да ещё и принялась истошно кричать.

— Э-Э-ЭЙ! Дриады!

Несмотря на габариты, Мирилла обладала голоском сирены. И не той, что завлекает моряков сладкими песнями, а той что установлена на пожарной машине.

Пронзительный клич разнёсся по лесу и у меня аж зубы свело. Ближайшие к нам кусты дёрнулись, потревоженные спугнутой живностью и даже птицы замолчали.

— Это Мирилла из Совета фей! Нам нужно поговорить.

— Вот же срань, — поморщился я, потирая виски. — Тебе обязательно так орать?

Но Мирилла не унималась, а наоборот принялась порхать между стволами, и заглядывать за каждый куст, и продолжала голосить:

— Выходите! Мы пришли с миром!

— Мирилла, — позвал я, но она не услышала.

— Давайте всё обсудим, как цивилизованные существа!

— Мирилла!

— Да что?! — она резко развернулась и посмотрела на меня с раздражением. — Я пытаюсь делать свою работу! Если не можешь помочь, то хотя бы не мешай!

— Ты просто распугиваешь всё живое в радиусе нескольких километров, — попытался я донести до неё очевидное. — Будь я дриадой, давно окопался бы в корнях дерева, лишь бы не слышать твоих воплей. Просто замолчи. Кажется я кое-что слышу.

Мирилла открыла было рот, но потом, видимо, вспомнила что я тут тоже не просто так нахожусь и захлопнула его, навострив ушки.

Этот чуть слышный гул я заметил почти сразу, как мы вошли в Нижний лес, но теперь, без постороннего шума, понял что он складывается в мелодию.

— Теперь слышишь? — прошептал я.

Она слышала. Мягко ступая, я направился в направлении звука, он становился разборчивее, и всё больше напоминал горловое пение некоторых коренных народов. Монотонное и немного заунывное, но по-своему красивое. Завораживающее. Настолько, что волоски на руках вставали дыбом.

— Да, слышу, — прошептала она в ответ, порхая над моим плечом. — Это точно они!

И рванула в сторону звука.

Вернее попыталась рвануть, потому что я успел ухватить её за ремешок сумки. Возмущённая феечка дёрнулась, словно пыталась укусить меня за руку, и я тут же её выпустил.

— Не смей так делать больше никогда! — снова повысила она голос.

— Извини, — виновато пожал я плечами. — Но и ты, пожалуйста, без фанатизма. И не кричи, ради всего святого что у вас тут есть.

— И не собиралась. Я умею быть деликатной, когда нужно, — обиженно зашептала она, зависнув у меня перед лицом. — Не забывайся, человек! Ты всего лишь мой помощник!

Я вздохнул, никак не комментируя этот выпад, и спокойно пошёл вперёд. Не скрываясь, но и не производя лишнего шума. Мирилле не оставалось ничего, как лететь рядом, возмущенно сопя.

Когда мы подошли ближе, то смогли расслышать отдельные голоса, высокие и низкие, сплетающиеся в стройный хор. Я не мог различить слов, но было в этой мелодии что-то, от чего сердце сжималось.

Глубокая всепоглощающая печаль.

Я переглянулся с Мирилой и понял, что она тоже это почувствовала. Её личико смягчилось, глаза погрустнели, и даже ушки, казалось поникли.

— Что-то плохое случилось, — прошептала она.

Через несколько шагов, сдвинув в сторону завесу из свисающих вьющихся растений, мы вышли на поляну. И то, что на ней открылось, заставило меня замереть на месте.

Глава 4: Лесные девы

Поляна была разворочена, словно здесь прошёлся... Да не знаю кто, разве что тиранозавр рекс. Влажная земля была вывернута наружу большими пластами, несколько деревьев повалены, некоторые сломаны или вывернуты с корнем. На паре стволов я увидел глубокие царапины, как от огромных когтей. Запах свежей древесины, хоть и казался мне раньше приятным, в этом случае казался почти тошнотворным.

А для дриад деревья как дети!

Кстати, о дриадах. Отправляясь сюда, я представлял их кем-то вроде эльфов, только зелёных. Этаких лесных дев с тонким станом и каскадом лиан вместо волос. Но собравшиеся вокруг травмированных деревьев существа скорее напоминали лесовичков из старых русских сказок. Они были невысокими, едва доходящими мне до груди, коренастыми, и... голыми.

Впрочем, вряд ли одежда нужна тем, у кого вместо кожи кора. Я кашлянул, отмечая своё присутствие и шагнул вперёд. Мирилла порхала над моим плечом и пока молчала, хвала великому древу.

Дриады явно напряглись, но дело своё не прервали, лишь несколько ближайших к нам повернули свои лица, похоже на пеньки со ртом и глазами. Глаза и поразили меня больше всего. Огромные, совсем без белков, лишь блестящая радужка цвета влажной земли. И паника в них.

Кажется, если бы не необходимость позаботиться о повреждённых деревьях, их бы уже и след простыл. И вопли наверняка они слышали, но просто не могли уйти, когда такое творится.

Мирилла набрала воздуха в грудь, словно опять собралась горланить, но я её остановил жестом.

— Без резких движений, — сказал я шёпотом, — и вполголоса, пожалуйста. Хотя в твоём случае лучше вчетверть. Ты их пугаешь.

Дриады и правда шарахнулись, когда фея подлетела к ним ближе. И попыталась заговорить.

— А лучше оставь переговоры мне, — вздохнул я. — Кажется, твой подход не работает.

Мирилла отступила и поджала губы. Я видел, как в ней борются здравый смысл и желание показать, кто тут главный. Разум победил, и она отступила, сложив руки на груди. «Валяй, но я за тобой слежу» — читалось на её мордашке.

Я повернулся лицом к дриадам, поднял обе руки, демонстрируя раскрытые ладони. А потом опустился на одно колено. Казалось странным начинать разговор, нависая над собеседником. Тем более, таким испуганным.

До Мириллы, похоже тоже это дошло и она спустилась на траву.

— Мы пришли помочь, — произнёс я тихо, когда одна из дриад подошла и становилась в паре шагов от меня. — Позволите?

Я уже успел осмотреть разрушения, и понял, что они пытаются вернуть поваленные деревья на место. И сил у них явно не достаёт.

— Это можно сделать магией, — шепнула Мирилла.

Но дриада покачала головой:

— Твоя магия убьёт их, — прошелестела она. — А наша лечит, но не может поднять.

Потом дриада перевела взгляд на меня.

— Мы согласны.

Я перевёл взгляд на фею. Она растеряла всю браваду и надменность и выглядела растерянно. Я поднялся и оглядел предстоящий фронт работ.

Повреждённые деревья не были исполинами, ствол в обхвате чуть шире моей груди, и в длину, то есть высоту в три моих роста или меньше. Но в одиночку один хрен не поднять. Что же придумать?

Шевеля последними извилинами я пошёл вслед за дриадами к самому пострадавшему дереву. Оно лежало, обнажив вывернутые корни, под которым влажно зияла яма. Крона при падении помялась, усыпав мох вокруг измочаленными ветками и кусками коры. Дриады прилаживали на место отломленные части, чем-то их намазывали и пели.

Не знаю, что у них за клей, но он работал, и я поймал себя на том что тоже стал мычать в тон общей мелодии, подтаскивая к дереву очередную тяжёлую ветку. Малыши споро намазали слом чем-то похожим на смолу, я помог приподнять ветку, чтобы она встала на место. Они приложили к основанию ладошки и я заметил мерцание. А когда руки убрали, слом затянулся, напоминая о себе рубцом, но ветка выглядела вполне живой.

Впрочем всё это не решало главной проблемы.

Чувствуя себя идиотом я дошел до макушки, обошёл по периметру, но понял что без шансов, руками это не поднять. Даже если бы я ходил в зал вместо того чтобы ботанить. Думаем, думаем... Школьный курс физики, простые механизмы.

Неподалёку от нашего поваленного страдальца очень удачно стоял гигант с крепкими раскидистыми ветками и одна из них выглядела достаточно прочной, чтобы выдержать большой вес.

— А у вас есть верёвка? — спросил я у той же «общительной» дриады. Она единственная хоть что-то говорила, остальные лишь мычали что-то совсем неразборчивое. И мысленно дал себе подзатыльник. Какие верёвки? Одежду они не носят... — Ну, что-то такое длинное и гибкое, прочное. Можно попробовать сделать блок. Или не блок.

— Моё имя Мэйа, — прошелестела дриада и я устыдился.

— Анисим. А это Мирилла, — представил я нас обоих.

— Посол третьего ранга Мирилла Пуансеттия де’Оуртэ. Рада приветствовать тебя, первая жрица Мэйа! Процветания Нижнему лесу! — разразилась феечка пышной тирадой.

«Самое время для церемониальных приветствий», — пробурчал я себе под нос. А в ответ получил ощутимый укол в плечо и строгое: «Ну кто-то ведь должен помнить о приличиях!». Интересно, где были её приличия четверть часа назад?

К счастью, на этом официальная часть закончилась, и Мирилла позволила мне изложить свою мысль жрице. Просто руками мы ствол не поднимем. А вот если поменять направление силы, может что-то и выйдет. Она слушала внимательно и задумчиво. А потом что-то шепнула другим дриадам и вскоре к моим ногам принесли несколько длинных лиан.

— Эти плети дал лес. Можно, — ответила она на невысказанный вопрос.

— Вот за ту ветку можно зацепить. Там хорошая развилка, — предложил я, показывая на то дерево, что присмотрел раньше.

— Мы спросим, — отозвалась Мэйа.

И они правда спросили. Подошли, приложили ладошки к коре и мычали что-то, периодически прислушиваясь. А потом вернулись с тем же «можно», и дальше всё пошло быстрее.

Жрица разделила дриад на группы: несколько малышей забрались на то огромное дерево и перекинули связанные лианы через толстую крепкую ветку, кто-то сноровисто обвязал поваленный ствол, стоило мне объяснить, как я это представляю.

Лиана на ощупь была чуть влажной, прохладной и казалась довольно крепкой. Я взялся за свисающий свободный конец и потянул на пробу. Да, так было удобнее, но сил мне все равно бы не хватило.

— Раз, два, взяли! — начал я задавать ритм, и лесовички быстро сообразили, что нужно делать.

Они гроздью повисли на лиане, поскрипывая от напряжения. А через минуту на помощь пришёл довольно крупный дриад, почти с меня ростом, но поперёк себя шире, как сказала бы бабушка. Он ухватился и тоже начал тянуть. Лиана гудела, как струна, выскальзывала из пальцев, мышцы наливались свинцом, но дело сдвинулось с мёртвой точки.

В какой-то момент я услышал треск и испугался, что ветка, через которую мы перебросили лиану, не выдержит, и я поднял глаза. Но на дереве всё ещё сидели малыши-дриады, буквально обнимая его своими телами. Мерцание разливалось в местах соприкосновения.

Дриадская магия, шаманство или вуду, но это работало — ветка выдержала. Множество маленьких рук ухватило поднятое дерево, направляя его, и наконец комель встал на прежнее место. Ствол качнулся и тяжело осел в развороченную яму. Земля под ним чавкнула, принимая обратно повреждённые корни.

Я ощущал себя так, словно поднял грузовик, не меньше. Сердце стучало как бешеное, а руки мелко тряслись от перенапряжения. Но дриады только начали свою работу. И, пока я устало оседал на траву, утирая пот рукавом толстовки, они плотно обступили поднятое дерево и стали его лечить. Наложением рук, ага. Похоже, эта методика здесь очень популярна. Они прикрыли глаза и снова запели.

Вблизи это оказалось ещё более волнующим. Теперь мелодия звучала громче и глубже, отдаваясь где-то в животе. Мерцание, стекающие из ладоней дриад, окутало корни дерева, и я мог бы поспорить что видел, как они шевелятся. Сращивают трещины, уходят под землю, словно это не корни, а щупальца.

Но Мирилла умудрилась и тут испортить очарование момента:

— Я впервые присутствую на ритуале, это так волнительно! — ни капли не смущаясь, она уселась мне на колено и подпёрла подбородок кулачком, словно наблюдала представление, а не реанимационные мероприятия.

Но долго расслабляться нам не пришлось. За первым деревом последовало второе, и третье... Мирилла, хоть я и не ожидал многого, тоже помогала по мере сил: собирала обломанные ветки, укладывала на место небольшие куски дёрна. А когда мы закончили, поляна перестала напоминать побоище. О случившемся напоминали разве что затянувшиеся следы на коре, да чуть криво сращённые ветки.

Дриады устали. Хоть они и не потели как я, не дышали загнанно (а я так и не успел понять как эти существа дышат) и не строили страдальческих рожиц, как Мирилла, я видел, что многие пошатываются, а некоторые малыши сидят на плечах более крупных соплеменников. Они начали расходиться, но я успел увидеть взгляды, обращённые к излеченным деревьям. Так смотрят, пожалуй, на больного ребёнка, которому наконец полегчало.

Я упал на траву прямо там, где стоял — сил даже на то, чтобы удерживать себя в вертикальном положении, не оставалось. Мирилла тоже облюбовала себе мягкую на вид кочку и обессиленно приземлилась, раскинув руки ноги и крылья.

— Спасибо вам, — прошелестело рядом, и я пошевелился, заставляя себя подняться.

Невежливо лежать, когда к тебе обращается целая великая жрица, или как там у неё звучит должность.

— Не вставайте, — остановила меня жестом Мэйа и присела рядом. — Позвольте Матери наполнить вас силой.

После её слов я почувствовал, словно и правда от самой земли по телу растекается щекотное ощущение. Мышцы понемногу расслаблялись и на смену измотанности пришло чувство приятной усталости.

— Что здесь произошло? — подала голос Мирилла.

— Мы не видели, пришли на плач братьев, — грустно проговорила жрица. — Кто-то большой. Кто-то сильный. С острыми когтями. Не ведающий жалости. Братья поправятся, но им страшно. Он ушёл, но может вернуться.

— Деревья им сказали что это было чудовище, — пояснила мне феечка. — А куда это чудовище ушло, вы знаете?

— В сторону ущелья Унар-тах, — Мэйа показала куда-то в сторону.

— А как выглядит это чудовище? — ляпнул я.

— Человек, ты неумный? — возмутилась Мирилла. Видимо, манеры окончательно её покинули. — У деревьев нет глаз!

— Посол третьего ранга Мирилла Пуансеттия де’Оуртэ, — прервала её Мэйа. Её голос был таким же тихим и шелестящим, но в сочетании с официальным тоном звучало почти угрожающе. — Совет фей верно озабочен тем, что мы не прислали листья? Теперь вы понимаете, что нам было не до торговли, когда наши братья страдали и могли погибнуть. Но теперь мы сможем вернуться к работе, и в ближайшую поставку компенсируем ущерб. Я свяжусь с главой Совета чтобы обсудить нюансы.

Мирилла прикусила язычок, и жрица снова обратилась ко мне.

— Посол Анисим, мы высоко ценим вашу мудрость и силу, — начала она, игнорируя фею, пискнувшую возмущённо «он простой советник, а никакой не посол!». — Примите в благодарность наш скромный дар.

Тут я уже не выдержал и сел. Подарки лёжа принимать это точно не про меня. Мэйа протягивала на раскрытой ладони маленькую пушистую штуку, похожую на паршютик одуванчика, разве что чуть побольше.

— Это же... светозар! — с благоговением прошептала Мирилла, которая никак не могла остаться в стороне.

— Спасибо? — я неуверенно протянул руку и пушинка перекатилась на мою ладонь. — И что мне с этим делать?

— Лес признал тебя. Дар жизни в благодарность за жизнь, — Мэйа могла изъясняться нормально, я сам слышал. Но сейчас, видимо, был не тот случай.

— Его нужно вдохнуть. Светозар это частичка их Древа. Это и сила и энергия... — просвещала меня фея. — И вообще большая честь.

— А отка...

— Не смей отказываться, это оскорбление! — шепнула мне в ухо Мирилла и обернулась к Мэйа. — Простите, Первая жрица, мой советник всего второй день в Эверглейде, и ещё не знаком с этикетом. Человек, знаете. И просто с ума сходит от радости. Он очень благодарен, просто безумно.

На последних словах она неожиданно дёрнула меня за мочку уха, и я неволько наклонил голову. И успел заметить снисходительную улыбку жрицы.

Задерживаться в Нижнем лесу мы не стали, и сразу, как набрались сил от «матери», как тут называли землю, отправились в указанную дриадой сторону. Мне хотелось посмотреть на следы чудовища, а Мирилле зудело поскорее приступить ко второму заданию. Как удачно, что всё это оказалось в одном направлении.

Светозар я со всей почтительностью упаковал в жестянку от мятных конфеток, невесть как завалявшуюся в кармане толстовки, и затолкал поглубже в рюкзак, чтобы не потерять.

— Вдохни, — настаивала Мирилла. — Человеки живут мало, а он сделает тебя сильнее и здоровее.

— Да-да, а ещё он оживляет мёртвых и позволяет общаться телепатически, — пробормотал я. — Но всё же я не стану вдыхать что-то только потому, что ты говоришь, что это круто. И вашим деревьям я пока не очень доверяю, уж прости. Он может испортиться?

— Нет. И оживить не может. А вот если сломаешь ногу...

— Закроем тему. Я не отказался, оскорбления не нанёс, — отмахнулся я, — а с остальным разберёмся по ходу дела.

— Такой честью не разбрасываются, — фыркнула Мирилла.

А через пять минут принялась порхать вокруг меня, выписывая пируэты. Благо ветви теперь не мешали это делать — лес ощутимо поредел.

— Мы справились! — ликовала она. — Мои первые переговоры прошли успешно!

— Это нельзя назвать переговорами. Просто стечение обстоятельств и совместная работа, — отмахнулся я. — Скорее всего они и сами бы справились, просто позже.

— Да, пару раз мелькала мысль, что мне достался бесполезный человек, но ты довольно способный.

— Польщён, — улыбнулся я. — Это самая трогательная похвала, что мне доводилось слышать.

Я смахнул пальцами воображаемую слезу, и на следующем шаге снова ощутил переход границы Нижнего леса. Но на этот раз мы вышли с другой стороны, где деревья сменялись кустарником, стало меньше травы и больше песка и камней.

А через несколько километров мы увидели следы. Несколько нечётких отпечатков лап со внушительными ямками в районе когтей.

Глава 5: Большой Эх

— В Нижнем лесу есть хищники? — спросил я, почёсывая затылок и рассматривая следы.

Они были слишком крупными для того, кого можно считать безопасным для человека. Больше медведя, если я что-то понимаю в следах. Ну или это очень большой медведь.

— Нет. Да и во всем Эверглейде крупных хищников не водится. Значит это не хищник, — голосок Мириллы звучал скорее задумчиво, чем обеспокоенно.

— Теоретически, у ленивцев тоже большие когти. Но я бы на это не рассчитывал. Будешь докладывать в Совет?

— О чём? —непонятливо захлопала глазами феечка.

— О том, что по вашей территории бродит чудовище, например? — едко ответил я.

— Да брось! Сами мы никакого чудовища не видели. И дриады не видели, а деревьям могло почудиться. Это был небольшой, м-м-м... локальный ураган, — начала она фантазировать. — А им от страха примерещилось. Они ведь не видят и не осязают, как мы. Так что когти там были или острые камни, уже не узнаешь.

— А вот это что тогда? — напомнил я очевидное, указывая на отпечатки лап. Которые, впрочем, уже подзамело ветром.

— Ну что ты привязался к этим следам? Если кто-то тут и был, то уже ушёл. А у нас срочное дело!

Такая незамутнённая наивность заставляла меня сомневаться в том, что в этой крошечной голове есть хотя бы зачатки здравого смысла. Да кто её вообще мог назначить послом?

Но я не успел как следует обдумать эту мысль. Знакомый гул и помутнение в глазах подсказали, что Мирилла опять творит магию.

— Давай ты будешь предупреждать о таком заранее? — возмутился я, упираясь ладонями в колени и пытаясь отдышаться. — Чтобы я успевал настроиться.

Вроде бы всё закончилось, по крайней мере в глазах прояснилось, но желудок ещё некоторое время не мог успокоиться.

— Ничего не понимаю, — Мирилла порхала вокруг, пытаясь заглянуть мне в лицо. — Первые пару раз может быть неприятно, но сейчас-то? Может с тобой что-то не так?

— А может это тебе стоит быть нежнее? В первый раз я перемещения даже не почувствовал, — выдохнул я и наконец выпрямился.

Теперь мы находились у входа в ущелье. Усыпанная мелкими камешками земля с редкими пучками травы была достаточно ровной, чтобы можно было проехать на машине. Впереди возвышались две отвесные скалы, образующие проход. С нашего места ущелье не просматривалось, и я мог видеть только покрытые причудливыми природными узорами отвесные стены. Но и они впечатляли — я словно оказался внутри фильма с канала дискавери.

— В первый раз тебя дуб перенёс, — дёрнула ухом Мирилла. А потом достала из сумки уже знакомый мне свиток и какую-то палочку, и заозиралась по сторонам. — О! Повернись-ка спиной.

Не дожидаясь моей реакции, сама залетела мне за плечо, и я вывернул шею, пытаясь рассмотреть что она делает. Фея развернула и пристроила свой свиток и принялась рисовать на нём мелкие завитушки.

— Вот именно! Дуб! — продолжил я возмущаться. Впрочем, старался не дёргаться, чтобы не мешать ей заполнять отчёт, или что она там делала. — А с тобой я в первый раз сознание потерял. А сейчас расстался бы со своим обедом. Если бы обедал.

— А ты не обедал? — раздалось равнодушно за спиной.

— Уже подумываю перекусить одной букашкой, — проворчал я. — Но, боюсь, изжога замучит.

— Ага, ясно, — хмыкнула Мирилла, и я понял что она меня не слушает, поэтому решил подождать и вернуться к вопросу позже.

Тем более подпитка дриадского леса пока действовала. Жаль, нельзя было надышаться тем воздухом впрок.

Я осмотрел вход в ущелье. Видимо, то самое Унар-Тах. Встроенный Деревом в мою голову универсальный переводчик перевёл это название как «Поющее горло». Вернее, я словно это уже знал. Услышал и сразу знал, что это значит. Очень удобно. А сработает ли это на наши, человеческие языки? Было бы неплохо.

Но долго предаваться мечтам мне не дала Мирилла.

— Ну всё, записала. А то потом забуду или перепутаю, — выдала она и упаковала свиток обратно. — Можем приступать.

— А к чему, собственно?— я развёл руками, оглядывая безлюдное — вернее, безфейное — местечко, в котором и намёка не было на какое-то нашествие. Или что она там зачитывала мне утром. Сейчас время, по ощущениям, уже двигалось часам к трём. — И ты ещё не пояснила мне за перерывы на отдых и питание. Считаю пора это обсудить.

— Когда закончим здесь, я снова тебя отправлю в твой мир! — с жаром пообещала Мирилла, и я приободрился, но она быстро вернула меня с небес на землю. — На восемь часов. А чем ты питаешься в своём мире?

— Обычно, конечно, лобстерами и фуа-гра, — хмыкнул я устало. — Но вряд ли у вас тут такое водится.

— Не водится, — помотала головой Мирилла. — Но я поспрашиваю, чем обычно вас кормят. А пока попробуй нектаринку.

— Нектаринку, это можно. Нектаринки это я люблю, — ответил я.

Мирилла, покопавшись в своей сумочке, подлетела и выложила мне на ладонь маленькую... конфетку. Прозрачную, янтарного цвета, размером с витаминное драже.

В моей голове боролись два знания: из моего мира, где нектарин это сладкий сочный плод, и из Эверглейда, где нектаринка это концентрированный нектар местного цветка. Этакий протеиновый батончик из мира фей. Как и ожидалось, нектаринки мне было на один зубок. Вкусновато, но маловато. Мирилле меня не прокормить.

Видимо, сама феечка подумала о том же, потому что мордашка её стала очень серьёзной.

— Ладно, забей. Ещё пару часов продержусь, — вздохнул я. — Ну и где тут нашествие тараканов?

Она с облегчением встрепенулась:

— В поселении Ивеллен, — феечка махнула рукой, и я посмотрел в указанном направлении, но ничего толком не разглядел. Какие-то поля? — Они за два дня почти полностью уничтожили посевы лунной ягоды.

— Нифига себе аппетиты у тараканов, — хмыкнул я. — У нас в общаге они тоже живут, но до ваших им ещё расти и расти.

— Таракануи, — насмешливо фыркнула Мирилла, и в моей голове всплыл новый образ — зверёк, похожий на помесь кошки с фенеком, ушастый и с короткой коричневой шерсткой. — Они обитают в этом ущелье и обычно никуда не высовываются.

В подтверждение её слов, низкие кустики неподалёку от нас шевельнулись, и ко входу в ущелье шмыгнул зверёк. Я успел заметить только его гибкий хвост и довольно большие для такого тельца уши.

— Вот это локаторы! — невольно восхитился я.

Одно дело знать, как существо должно выглядеть, и совершенно другое — увидеть его вживую. Знания от древа в моей голове больше походили на изображения в школьных атласах, поэтому представление давали неполное.

— Да, у таракануи очень чуткий слух, — отозвалась Мирилла. — А ещё они очень хорошенькие. Многие феи хотели бы себе такого питомца, но увы, они совершенно не переносят неволю.

Я соотнёс размеры животного и феи и скептически поднял бровь. Наверное, это было бы похоже на то, как если бы я захотел завести себе личного тигра. Мирилла тем временем направилась вслед за животным, и мне ничего не оставалось как последовать за ней.

— Если раньше такого не было, значит у ушастиков появилась причина сорваться с привычного места, — рассуждал я, вспоминая соседа с его любовью к тусовкам и громкой музыке. — Например, чудовище, о котором говорила жрица. По-моему всё сходится.

— И почему мне достался такой трус? — фыркнула Мирилла не оборачиваясь.

Я не стал отвечать, но прихватил с собой камень покрупнее, и головой вертел почти как сова. Не трусость, а разумная осторожность!

Ущелье внутри оказалось совсем не таким мрачным, как мне представлялось. Свет сюда проникал в достаточном количестве, чтобы развилась растительность. Не особенно обильная, но и не голый камень: трава, кустарник. Встречались даже небольшие деревья, цепляющиеся корнями за каменистую почву.

Какая-то зелень пробивалась в трещинах практически отвесных стен. А расстояние между ними было довольно широким. Пожалуй, здесь поместилась бы волейбольная площадка. Местами просвет сужался, но я не ощущал себя запертым. Выглядело всё достаточно идиллически, и приступа клаустрофобии можно было не опасаться.

Но всё же что-то было не так.

— Плохо, — пробормотала себе под нос Мирилла и я повернулся к ней.

— Что именно? — ответил шёпотом.

Неужели до неё наконец дошло, что где-то тут может находиться опасный зверь? Я перехватил камень поудобнее и на всякий случай пошарил глазами по дну ущелья в поисках другого оружия. Но там был лишь сор: высохшие обломленные веточки, труха и помет мелкой живности. Ни одной крепкой палки!

Но Мирилла упрямо летела вперёд и я шёл за ней, стараясь ступать мягко.

— Тихо, и ветра нет, — продолжала она задумчиво.

Я прислушался. И вправду, слышны были мои шаги, шорохи, создаваемые лёгким движением воздуха, и далёкие птичьи голоса, доносящиеся сверху. Словно всё живое в ущелье замерло и притаилось.

— Вообще Унар-Тах не зря получило своё название, — решила просветить меня фея. — Здесь очень хорошая акустика, — она с каждым словом всё повышала голос, и я напрягся. — А когда дует ветер, оно поёт. Нас сюда на экскурсию водили, когда я училась. Жаль, сейчас спокойно, ты бы оценил.

Звонкий голосок Мириллы потревожил местный покой, и мне это не нравилось. Отражаясь от стен, он становился резче и грубее, вызывая тревожное чувство. У меня аж волоски на загривке приподнялись.

— Будь потише, — отчаянно прошипел я, озираясь.

Но кто бы меня слушал.

— Эхо тут тоже чудесное, — продолжала эта тараторка. — Вот, послушай.

Она взлетела чуть повыше, набрала в грудь воздуха и...

— Ла-ла-ла-ЛА-А-А-А!

Вы слыхали, как орут баньши?

Я не слыхал, но Мирилла могла бы преподавать там, где их учат. Звук был высоким и пронзительным, но к нему я был готов — успел насладиться и раньше. А к чему не был, так к тому, что ущелье ответит.

Звук отражался от стен, дробился, разлетался осколками и накладывался так, что создалась жуткая какофония. Лязг, рык, звон, пронзающий барабанные перепонки раскалённой иглой. Это было похоже на что угодно, но не на пение.

Я отбросил камень и зажал уши руками, вжимая голову в плечи. Мирилла от шока свалилась на землю, которая тоже словно ожила. Сотни ушастиков, панически пища и перепрыгивая друг через друга, сталкиваясь и кувыркаясь, мчались к выходу из ущелья. Их визг тоже подбросил угольков в этот звуковой ад.

Когда все стихло, я обнаружил себя сидящим на груде камней, вжатым спиной в скалу. Мирилла умудрилась забраться под мою распахнутую толстовку и теперь боязливо высовывала голову с прижатыми ушками и озиралась. Почти как кошка.

Впрочем, через пару секунд она, видимо вспомнила, что я лишь помощник, выбралась и принялась приводить себя в порядок. Крылышки её были сложены и выглядели как слюдяные трубочки. Я на мгновение испугался, что они повреждены, но фея встряхнулась и расправила их, принимая прежний высокомерный вид.

Отряхнулась, брезгливо фыркнула, когда заметила на своей одежде прицепившиеся катышки флиса. Это задело. Только что она искала у меня защиты, а теперь строит из себя высшее существо. Да, она просила не прикасаться к себе, но теперь-то сама полезла за пазуху!

— Жители Ивеллянии будут очень тебе благодарны, — из меня попёр сарказм наполовину с пассивной агрессией. Впрочем, из-за того, что говорил я шёпотом, это звучало не так уж впечатляюще. — Кажется, сейчас ты уничтожила остатки посевов.

— Зато мы выяснили причину поведения таракануи. Осталось её устранить, чтобы они могли вернуться, — голос Мириллы был удивительно ровным и безэмоциональным.

— И каким же образом? — скептически усмехнулся я.

— Починим эхо.

Глава 6: Ремонт

«Починим эхо, починим эхо... Легко сказать», — ворчал я про себя, пока мы с Мириллой проходили через теперь уже не поющее, а хрипящее «горло» в поисках причины ларингита. Передвигаться приходилось медленно, чтобы не провоцировать лишних звуков, ведь даже неудачно отлетевший мелкий камушек мог доставить несколько неприятных мгновений.

Перепуганные ушастики, которых я упрямо отказывался называть так, как тут принято, не спешили возвращаться домой, и Мирилла время от времени задумчиво вздыхала. Но и признавать, что её методика «прём напролом» не всегда работает, не спешила. Ну или до сих пор дулась из-за вынужденного контакта.

Я не имел представления, что мы ищем, и слегка бесился. Осознание того, что превратился фактически в няньку при бестолковой девчонке, настроения не улучшало.

— Может, ты взлетишь повыше и оттуда посмотришь? — предложил я, блуждая глазами по очередному участку скалы. Точно такому же, как и сотня предыдущих.

Мирилла снова посмотрела на меня, как на идиота.

— Нет необходимости.

— Почему? Не сдавался я. Ведь обзор будет больше, видно дальше.

— Ущелье извивается, местами кверху сужается. И отсюда видно лучше, — дёрнула она плечом. И добавила уже зло: — Лучше ногами побыстрее перебирай. А то до ночи провозимся.

— Да ты просто высоты боишься, — попытался я взять на слабо.

Но Мирилла, на удивление, не повелась.

— Просто это нецелесообразно, — высокомерно ответила она. — И тактически не обосновано.

Кажется, я попал в десятку.

— Ох, какие ты слова знаешь, — огрызнулся в ответ, но нарываться не стал.

Отношения с единственным существом, способным вернуть меня на родину, портить не стоило.

У меня в запасах была ещё пара идей. Но поднимать меня магией Мирилла отказалась наотрез, так что полетать не удалось. Подзорных труб и сапог-скороходов у них ещё не придумали.

Наконец, за очередным поворотом мы поняли: вот оно. В узкой части ущелья, ровнёхонько посередине лежал огромный камень. Ну как камень... огромный такой обломок скалы, примерно три на пять метров. И гадать, откуда же он отвалился, тоже не приходилось — на выступе не хватало куска, а скол был более светлым чем остальной камень.

Приглядевшись, я заметил царапины и сколы поменьше, но этот впечатлял своей формой — словно кто-то отгрыз и выплюнул кусок. И если у этого чудища такого размера пасть, нам пора тикать.

Впрочем, Мириллу ничто не смущало — она уже порхала вокруг, ощупывая и чуть ли не обнюхивая.

— Остаточный магический след, — наконец вынесла она вердикт и тяжко вздохнула. — Неосторожное обращение с артефактами. Придётся составлять отчёт.

— Ты уверена, что это не следы зубов? — скептически переспросил я, продолжая озираться.

— Уверена. И нарушителю повезёт, если это не посчитают вандализмом. Всё же уникальный природный объект, — и вздохнула ещё трагичнее. — Писанины теперь будет...

Договорить она не успела. По ущелью прошёл порыв ветра. Резкий, прохладный, он ворвался в узкое пространство, как в огромную свистульку, создавая леденящий душу вой.

— Что за... — пробормотал я, но не услышал собственного голоса.

Мирилла уже снова пыталась забиться ко мне под одежду, зажимая ушки руками, и я поспешил сделать то же самое. Звук проникал сквозь пальцы, и заставлял шевелиться все волоски на теле. Благо, длилось это секунд десять.

— Ужас, — я медленно опустил руки, и дожидался пока пройдёт звон в ушах. — Надо что-то с этим делать.

— Надо, — пробормотала Мирилла, отлетая от меня подальше и потирая виски с болезненной гримаской.

— Может м-м-м.. просто убрать его? Магией перемещения, — предположил я, прикидывая, осилит ли Мирилла такой вес.

Я порылся в голове, но знаний на эту тему дуб мне не подкинул. Так что фейских мощностях я мог только догадываться. Меня она переносила туда-сюда с лёгкостью, но должен же быть и лимит?

— Человек, да ты просто гений, — саркастически хмыкнула фея.

Она подлетела к обломку, порылась в сумке и навела на него какую-то стекляшку.

Я услышал знакомый уже гул, каменная махина задрожала в воздухе и исчезла, оставляя за собой клубы пыли. Мирилла чихнула, отряхнулась и посмотрела по сторонам. Я подошёл ближе и восхищённо присвистнул.

Звук был тихим, но ущелье словно ждало его и жадно подхватило. Я вдохновился, засунул в рот пальцы и свистнул уже громче. Эхо было обычным. Никаких завываний. Но Мирилла недовольно поморщилась.

— Как я и думала, — проворчала она и спустилась на землю, пиная кончиком сапога мелкие обломки. — Совершенно не то. Так оставлять нельзя.

— Тогда примагичь этот кусок на место, — пожал я плечами. — Или вызови подкрепление.

Мирилла задумчиво покрутила браслетик из бусин на своей руке, почесала затылок и решительно выпрямилась:

— Сама справлюсь.

Она выудила ту же стекляшку, что я видел до перемещения, и направила её вверх. Я тоже поднял глаза, и убедился, что моя фея ко всему прочему ещё и ленивая — обломок лежал на широком уступе, практически над нашими головами. А если эта гробина упала бы?

На всякий случай я отпрыгнул подальше. А потом ещё раз, потому что камень лёг чуть в стороне от предыдущего места. Теперь он оказался повёрнут ко мне другим боком, и я заметил, что к нему что-то прилипло.

Когда я подошёл ближе и рассмотрел свою находку, то чуть не задохнулся от возмущения. Я же говорил! Пару секунд я мог только тупо открывать и закрывать рот, на находя слов. Из трещины, как огромная заноза, торчал коготь!

Тёмный, отливающий в зелень, изогнутый. И довольно крупный — с мою ладонь. К тому же, словно вырванный «с мясом», причём в самом буквальном смысле — у основания, там где коготь должен был крепиться к кому-то живому, темнели клочья. Кожа, и... кровь?

— Теперь ты видишь, что была не права? — прошипел я, тыкая пальцем в коготь, когда Мирилла подлетела ближе. — По-твоему это тоже «следы магии»?

— Мы это заберём с собой, — невозмутимо ответила фея. — Открывай свою сумку.

Она принялась деловито тыкать в застрявший коготь очередной стекляшкой и раскачивать его, вызволяя. Мне пришлось повиноваться.

Прикасаться к этой фигне руками не хотелось. Поэтому я вытащил из рюкзака первый попавшийся конспект — теория вероятностей, кажется — и пожертвовал им во благо науки. Замотал извлечённую Мириллой улику в несколько слоёв бумаги, и уложил между тетрадями.

— Что дальше? Отнесём это в ваш Совет? — уточнил я, застёгивая молнию.

Но фея от намеченного плана отступать не собиралась:

— Закончим здесь, потом решу. Чем закрепляют камень в твоём мире?

— Ну скалы у нас вряд ли кто додумается ремонтировать. А вообще цемент, — пожал я плечами. — Бетон. Эпоксидка, наверное. Но не на таких размерах точно.

— М-г-м, — промычала Мирилла, проводя пальцами по сколу.

И тут меня осенило:

— А такая смола, как у дриад, у тебя есть?

— У меня есть кое-что получше! — радостно воскликнула Мирилла. — Жди здесь!

И растворилась в воздухе. А я остался зажимать уши от вызванного её криком эха.

Вернулась обратно она с несколькими ведёрками мерцающей жидкости и кистью. Вернее, сначала появились ведра, размером чуть побольше стаканчика мороженого, а потом довольная Мирилла вручила мне в руки кисть. Для её роста это была, пожалуй, метла.

— Начинай, человек! — радостно взмахнула она руками, очерчивая фронт работ. — Начни вот оттуда, и двигайся вот сюда.

— Это клей? — уточнил я и осторожно понюхал незнакомое вещество. Запаха почти не было. Разве что чуть озона, но мне могло и показаться. — Не хочу тебя расстраивать, но этого не хватит.

— Это экспериментальный алхимический состав. Зелье восстановления. Если не хватит, принесу ещё. Но оно очень экономное, — успокоила меня фея.

Помогать мне она не собиралась. Только мельтешила над плечом, то и дело указывая на пропущенные участки, пока я ползал, покрывая каждую впадинку и трещинку непонятно чем, которое могло и не сработать. Несколько раз смоталась за новыми порциями зелья, но это вряд ли можно было назвать помощью.

— А теперь... — начал я, когда вымазал на камень последние капли и вытер кисть очередным вырванным из тетради листом.

— А теперь считай до ста, сказала она, усаживаясь в позу лотоса прямо в пыль.

Она приняла очень деловой вид: поддёрнула рукава, пригладила растрёпанные волосы около лица. И в этот раз достала из сумки сразу две стекляшки, по одной в каждую руку. Нацелила их на обломок и он стал потихоньку подниматься вверх.

Я благоразумно отступил назад им даже немного затаил дыхание. Лицо феи было необычно серьёзным и сосредоточенным, даже ушки встали торчком, как у сторожевой собаки. Артефакты в её руках мерцали, на лбу заложились морщинки. Похоже, творить магию не всегда получается в лёгкости.

— Считай! — крикнула она, не оборачиваясь, когда кусок скалы тяжело стукнул и встал на место.

Я послушно уставился на глыбу и принялся считать. Старался делать это ровно, как метроном:

— Раз, два, три... — Где-то на двадцати по краям скола стало пробиваться свечение.

— Сорок пять, сорок шесть... — Мирилла дунула на свой лоб, и я увидел что по нему стекает капля.

— Пятьдесят три, пятьдесят четыре... — Я поддёрнул рукав и осторожно промокнул пот, который уже начал стекать ей в глаза.

Фея поморщилась, но промолчала.

— Семьдесят пять, семьдесят шесть... — Руки Мириллы подрагивали, спина дрожала от напряжения, зубы сжаты.

Я видел что она на пределе своих сил.

— Свет почти погас... — пробормотал я. — Нектаринка тебе поможет?

— Да!— решительно ответила фея. — Считай!

— Восемьдесят восемь, восемьдесят девять... — я аккуратно открыл боковой карман фейской сумочки и покопался внутри.

Пальцы были пыльными, чуть липкими от зелья, но это, видимо уже имело мало значения. Потому что фея, не глядя, открыла рот, когда я поднес конфетку к ее лицу.

— Девяносто два, девяносто три...

Свет действительно угасал. Края скола уже не светились, просто выглядели чуть светлее остального камня. Глыба больше не выглядела как приставленный чужеродный кусок — она вросла в скалу, слилась с ней, как родненькая.

— Сто! — Выкрикнул я, и, не сдержавшись, хлопнул в ладоши.

Эхо отозвалось сразу. Звук прокатился по ущелью, отражаясь от стен, растекаясь нежным певучим отзвуком. И вернулось мягким шёпотом.

— И правда, красиво, — восхитился я.

Мирилла попыталась встать, но не удержалась на ногах, и я в последний момент подхватил её на руки. Благодарности, увы, не дождался.

— Отпусти, — прошипела она, вяло отталкивая мои пальцы.

Пришлось уложить фею на импровизированное ложе из свёрнутой толстовки. А потом просто сидеть рядом и ждать, пока её магическая «батарейка» подзарядится.

Мы молчали. Унар-Тах пел — вновь подул ветер и ущелье наполнила тихая, тягучая мелодия. Чертовски красиво. Я на минутку прикрыл глаза.

Глава 7: Восемь часов на всё

Проснулся я от ощущения, что на меня смотрят. И нюхают. Осторожно приоткрыл глаза и увидел хвост, а потом и любопытную глазастую мордочку. Ушастики вернулись домой и теперь осматривали чужаков, расположившихся на их территории.

Я потихоньку пошевелился, зверьки разбежались, а Мирилла рывком подскочила, и тут же взвилась в воздух.

— О, Древо, я опоздала на совещание! — воскликнула она.

Звук разлетелся по ущелью, эхо журчало и переливалось, лаская слух. Но Мирилла даже не улыбнулась. Она теребила свой браслетик, несколько бусин на котором светились красным, и дёргала ушками. Похлопала себя по карманам, потом отыскала на земле обронённые стекляшки, и навела одну из них на меня:

— Тебе пора!

Перемещение было столь же отвратительным, как и раньше. Но мало того, что меня штормило и мутило — я снова оказался в треклятом парке у треклятого дуба. Под дождём. Без толстовки.

Футболка и джинсы стремительно напитывались водой и липли к телу, рюкзак и вовсе оказался в грязи. Я поднял его и выругался. Это была не грязь. Треклятые собачники! Пришлось обтирать его прямо об траву.

К моменту, когда я добрался до общаги, и сам стал чувствовать себя мокрой псиной. Коменда на проходной попыталась ворчать, но, увидев мой взгляд, молча пропустила. На лестнице наткнулся на одногруппников.

— О, Анис! Ты чё... — начал Влад.

Но я даже не притормозил:

— Потом! — и пошёл на свой этаж, хлюпая кроссовками.

В комнате пахло едой. И не дошиком как обычно, а жареной картошкой. Серый валялся на своей койке в одних шортах и сыто почёсывал пузо. Я пошарил глазами и обнаружил на столе сковороду, накрытую крышкой. Рот мгновенно наполнился слюной.

Я с трудом стянул с себя мокрые шмотки и скидал их в одну кучу в угол. В одних трусах уселся за стол, и, не отвлекаясь на мелочи вроде тарелок, усердно заработал ложкой.

— Сима, ты не охренел? — выпучил глаза Серый. — Там бы ещё на ужин осталось!

— Считай это моральной компенсацией, — икнул я, соскребая со стенок последние прилипшие кусочки. — Я целую вечность не жрал.

— Девчонка не покормила? Или не до того было? — хохотнул он и подмигнул. Якобы понимающе.

Я промолчал. Нормальная легенда, не хуже прочих. И уж точно лучше реальности. Кто бы мог подумать, что моей реальностью станут побегушки у феи. У неблагодарной мелкой засранки, которая даже имя моё запомнить не в состоянии. Это её «человек» успело уже порядком выбесить.

А сейчас я и вовсе чувствовал себя использованным. Хотя в этом суть любой работы. В каждом из миров.

— Чем воняет? — вывел меня из задумчивости голос Серого.

Пришлось сгребать манатки и топать в прачку и душ. Благо очереди ни там не там не оказалось. Половина общаги разъехалась на каникулы, остальные досдавали «хвосты».

Отмытый до скрипа, в сухой чистой одежде, да ещё и с набитым желудком, я ощущал себя почти счастливым. Пока шмотки крутились в сушилке, почистил рюкзак и перетряхнул его содержимое.

Многое пришлось выбросить — тетради промокли и выглядели пожёванными, ручки превратились в крошево. Коготь, про который Мирилла напрочь забыла, пришлось оставить. Теперь, переупакованый в пакет из супермаркета, он не вызывал прежних эмоций. Просто предмет. Как и жестянка со светозаром.

Нужно было подготовиться к следующему переносу. Но сначала получить обратно телефон. И ответы.

Дверь открылась до того, как я постучал. Лиза шагнула в сторону, пропуская.

— Настя... — начал я и замялся.

— На кафедре, — Лиза взглянула на часы и заперла дверь на щеколду. — У нас с полчаса. Плюс-минус.

— Ты знаешь про Эверглейд, — констатировал я. — Бывала там?

— Да, в некотором роде. — Лиза взяла с тумбочки телефон и протянула мне. — Перезвони маме. Кажется, она решила, что ты в заложниках.

Пара пропущенных, куча непрочитанных уведомлений. Несколько сообщений от приятелей. Ничего критичного. Я поднял взгляд на Лизу, но та уже отвернулась и демонстративно вставила в уши наушники.

— Алло, мам?

Трубка разразилась вопросами, мягкими упрёками и радостными восклицаниями. Я опасался, что не смогу убедительно врать, но мне и не пришлось — Лиза провела неплохую подготовительную работу. Я лишь успевал вставить «да, мам» или «угу». А к концу разговора с удивлением узнал, что нашёл не только стажировку.

— Значит, ты моя девушка? — я спрятал телефон в карман и посмотрел на Лизу.

— Я такого не говорила, — невозмутимо ответила та. — Просто у твоей мамы богатая фантазия. Садись!

Она подтолкнула меня к стулу, который успела поставить посреди комнаты. Собрала волосы в пучок. Когда она поднимала руки, футболка чуть задралась и я на мгновение увидел полоску кожи на животе. Сел, как подкошенный, а когда она подошла вплотную, поднял глаза выше, и...

От неё пахло цветами и свежестью. Ресницы подрагивали, а дымчато-серые глаза с интересом рассматривали моё лицо. Я задержал дыхание. Когда красивая девушка нависает над тобой, сложно не начинать фантазировать.

— Закрой глаза и расслабься, — сказала она тихо, и я подчинился.

Даже, кажется, приоткрыл рот. Как идиот.

И буквально поплыл, когда ощутил прохладные пальцы, поглаживающие метку по кругу. Лиза неразборчиво бормотала, касалась кожи чем-то острым, от чего приятные мурашки разбегались ото лба к вискам, а оттуда к затылку.

Хотелось, чтобы это продолжалось подольше. Я ощущал её лёгкое дыхание, тепло тела, и просто наслаждался моментом. Когда она закончила и отстранилась, вздохнул с сожалением.

— Что ты сделала? — я осторожно потрогал лоб и приоткрыл глаза.

Лиза быстро отвернулась и отошла за шкаф.

— Исправила ошибки, — ответила она из-за открытой дверцы. — Когда почувствуешь покалывание, постарайся найти место, где тебя не увидят, и накрой метку рукой. От призыва до перемещения не больше часа. Но советую не тянуть время, если перекинет насильно, будет тяжелее.

Я нехотя поднялся со стула, потоптался, но Лиза явно не желала продолжать диалог. Она копалась в шкафу, не оборачиваясь.

— Спасибо, — пробормотал я смущённо.

— Не за что, — проворчала Лиза, продолжая свои непонятные дела. — Сил не было и дальше смотреть на такую топорную работу. И чему только этих фей учат?

Я постоял ещё немного, но Лиза не оборачивалась. Продолжать разговаривать с её спиной было странно, но я попытался:

— Откуда ты всё это знаешь? Магия и всё такое.

— Иди к себе, — отозвалась она хрипло.

— Но мне нужна информация! И спросить, кроме тебя, не у кого, — попробовал я воззвать к её совести.

— Просто. Иди. К себе! — гаркнула Лиза, и я вздрогнул.

Она дёрнулась, словно хотела повернуться, но в последний момент передумала. На мгновение показалось, что я могу пожалеть, если она это сделает.

Поэтому я просто открыл щеколду, и вышел за дверь.

— Анисим, постой, — раздалось мне вслед, когда я уже повернул в сторону своей комнаты.

Меня догоняла Настя. Высокая, крепкая девушка из тех, что слона на скаку остановит. Вид у неё был слегка растрёпанный, но решительный. Собранные в хвост волосы от влаги начали курчавиться, и поднялись надо лбом пушистым облачком.

— Привет! Ты единственный из группы сессию ещё не закрыл, чего тянешь? — она ткнула меня кулаком в плечо.

И не нежно и заигрывающе, как некоторые наши девчонки, а довольно ощутимо. Чем она там занимается, плаванием? Я скорее поверил бы в силовые. Да, точно. Качается, чтобы держать группу в узде. Ходячее добро с кулаками.

— С работы не вырваться, — я потёр ушибленное место и показательно поморщился. На лице Насти промелькнуло виноватое выражение. — А сегодня ещё и под дождь попал.

— Хрен с тобой, — вздохнула она устало. — Давай зачётку, сама закрою. Но чтобы в последний раз!

— Хорошо, — я кивнул в сторону своей комнаты, и Настя последовала за мной.

Теперь к запаху еды примешивалась ядрёная «альпийская свежесть». Сосед собирался на охоту. И, видимо, надеялся сразить девушку наповал, поэтому залился дезодорантом с ног до головы.

— Не скучайте тут без меня, — подмигнул он и ретировался, прихватив ветровку.

Я достал из тумбочки подмокшую синюю книжицу и протянул старосте.

— И что за работа? — спросила она, чуть брезгливо разглядывая наш типичный бардак. — Ты вроде в бэкенд хотел?

— Ну, — замялся я. — Там не совсем по специальности. Но опыт интересный. Командировки, работа с разными... людьми.

— Это ты-то — с людьми? — хохотнула староста. — На постоянку?

— Сам в шоке, — честно признался я. — Пока не знаю.

«Постоянку» с Мириллой я представлял слишком хорошо. И рассчитывал отделаться от неё как можно скорее.

— А, испытательный срок, — понимающе кивнула Настя. — Заявление не забудь написать на летнее проживание. Наше крыло на лето закрывают, не поторопишься — окажешься на улице.

О таких мелочах я, конечно, не подумал.

Коменда моему явлению не порадовалась. Долго ворчала про безголовых, которые всё откладывают на последний момент. Но заявление всё же приняла. И сообщила, что мне несказанно повезло.

— Одна комната осталась. Бывшая кастелянная.

Мои брови поползли вверх. Конечно, я знал, где была эта комната. Но не представлял, что там возможно жить. Это же буквально чулан!

— Да, помещение небольшое, — вздохнула коменда на мой красноречивый взгляд. — Но всё необходимое там имеется. И без соседей.

Пожалуй, последнее было единственным плюсом. Потому что оплата не снизилась ни на рубль. А платить пришлось сразу за два месяца.

— Какое счастье, — буркнул я, забирая ключ.

Взглянул на часы: до возвращения в Эверглейд оставалось часов пять. Кажется, выспаться не выйдет и в этот раз.

Я вернулся в комнату, достал из-под кровати баул, с которым сюда заезжал, и покидал туда вещи без разбора. Параллельно сунул в рюкзак то, что могло пригодиться в ближайшее время: влажные салфетки, складной нож и стратегический запас снеков из тумбочки.

Налил в пустую бутылку воды из-под крана. Дождь за окном всё ещё хлестал, и тащиться в магазин не хотелось. Вторым заходом пришлось тащить в свою каморку матрас с постельным. Потому что тот, что оказался там, был покрыт подозрительными пятнами.

Впрочем, новое логово оказалось не таким уж плохим. Да, прямо напротив туалета. Да, узкая комната, в которой не развернуться. Зато у меня теперь было то самое «уединённое место» и вполне приличная койка. Которую я поспешил использовать по назначению.

Раздеваться не стал, упал как есть. Успел только шлёпанцы скинуть.

Сон был очень приятным. Я лежал на мягкой упругой траве, наслаждаясь тёплым ветерком и ласковыми солнечными лучами на лице. Они гладили щёки, скользили по шее. Затем лучи сменились нежными пальцами, а те — настойчивыми губами.

Тело отозвалось приятной истомой. Я запрокинул голову чтобы ответить на поцелуи, но тут лбу стало щекотно, будто на него села муха. Я нахмурился, пытаясь согнать паршивку.

Не помогло. К мухе присоединился десяток муравьёв, которые ползали кругами, словно хороводы водили. К щекотке добавилось покалывание.

Я поморщился и попытался их смахнуть.

«Призыв!» — запоздалое осознание накрыло в тот момент, когда ладонь коснулась метки.

Глава 8: Не в том положении

С такой работой спать в одежде придётся примерно всегда.

Мой собранный рюкзак, выстиранные джинсы и сухие кроссы остались в каморке. Как и нелюбимая толстовка, которую пришлось взять взамен канувшей в неизвестность. А я снова лежал под тем самым дубом.

Впрочем, не успел встать, и оглядеться по сторонам, как меня снова дёрнуло. Секунда, и я уже стоял босыми ступнями на полированном каменном полу. В старых спортивках с пузырями на коленях и растянутой майке, которую однажды случайно постирал с линяющими носками.

На меня смотрели. Пара десятков глаз. Формально я был одет, но ощутил себя как в том сне, где пришёл в универ без штанов.

Я огляделся. Помещение напоминало холл госучреждения — многофункционального центра или вроде того. Высокие своды, полированный пол, указатели. И множество дверей. Существа, сталкиваясь с моим взглядом, поспешно отворачивались. С преувеличенным энтузиазмом изучали свои свитки, переговаривались. Пялиться перестали. Но взгляды, брошенные исподтишка, никуда не девались.

Здесь были не только феи: я успел заметить парня с рожками, торчащими из курчавых волос, группу низкорослых бородачей и двоих женщин вполне человеческого вида, если бы не красные радужки и длинные чёрные когти. Впрочем, я видел маникюр и похуже, когда одногруппницы сходили моделями на наращивание.

Одна из фей подлетела ко мне, и зависла на уровне лица. Я не сразу признал Мириллу. Сегодня вместо походной туники на ней было струящееся сиреневое платье, подпоясанное под грудью. Волосы убраны в сложную высокую причёску, а на шее поблескивал кулон в виде капли. Глаза же сверкали так, словно она хотела меня испепелить.

— Нас вот-вот вызовут к главе Совета, а ты похож на отрыжку огра! — заявила она. — Ты и раньше выглядел простовато, но сейчас...

Мирилла пыхтела, поглядывая то на меня, то на прозрачную сферу, зависшую над резными двустворчатыми дверями.

— Если бы знал, что попаду на аудиенцию, то лёг спать в костюме и ботинках, — ответил я, переминаясь с ноги на ногу. Ступням было некомфортно. — Зато ты принарядилась.

— Это стандартная форма, — она закатила глаза.

Я осмотрел присутствующих более внимательно и отметил, что большинство фей действительно носили одинаковые платья. Мирилла поправила рукав-фонарик и снова зыркнула на меня:

— Он спал! Невероятно! Я заполнила тысячу отчётов и написала сотню объяснительных, а он спал! Тебе не хватило времени в ущелье?

— Обычно людям нужно часов восемь, — начал я.

— Восемь?! — захлебнулась возмущением Мирилла. — До чего ленивая раса!

К её расе вопросики тоже имелись, но я сдержался.

— Если тебя не устраивает, просто верни меня, откуда взяла. Переоденусь, почищу бивни, и готов идти хоть к папе римскому, — ответил я.

И только теперь осознал, что в этот раз перемещение произошло без малейшего дискомфорта. Если так пойдёт и дальше, я действительно готов мотаться туда-сюда почаще.

— Времени нет, — отозвалась Мирилла. Сфера, на которую она время от времени поглядывала, загорелась зелёным. — Да и не уверена, что мне позволят тебя отпускать.

Пояснять свои слова она не стала, а направилась к дверям, створки которых начали плавно разъезжаться. Меня же хватило лишь на недоумённое «А?», после чего пришлось последовать за работодательницей.

Кабинет Главы-Фейского-Совета был роскошным и уютным одновременно. И уют не от слова «маленький». Высокие сводчатые потолки, стрельчатые окна, в которых вместо стекла подрагивало что-то напоминающее мыльную плёнку. Стеллажи вдоль стен, уходящие вверх на три человеческих роста.

Роскошный стол, переливающийся перламутром, стоял на подиуме из тёмного полированного камня. Мирилла подлетела к нему практически вплотную, и я последовал её примеру.

Если верить шуткам про мужчин, которые компенсируют размерами автомобилей свои комплексы, то у владелицы кабинета точно имеется пунктик насчёт роста. Всё здесь было устроено так, чтобы она смотрела на посетителей сверху вниз. Мне пришлось даже слегка запрокинуть голову, чтобы посмотреть на хозяйку кабинета.

Та восседала за столом с видом царственой особы. Или просто висела в воздухе — спинки кресла я не увидел. Она отличалась от Мириллы и других фей, которых я заметил в холле. Я ожидал увидеть очередную девчонку с крылышками — может быть, более важную, чем другие. Ну или пухленькую добродушную тётушку. Наверное сработали стереотипы из мультиков.

Вместо этого на меня оценивающе смотрела сухощавая взрослая женщина. То есть фея, конечно. Больше похожая на чиновницу, чем на сказочное существо. Я не заметил седины или морщин, но её лицо определённо не было юным.

— Приветствую тебя, Глава Совета Магистр Элиандра Фрезия Де’Латур, — отрепетированно произнесла Мирилла, и Глава перевела взгляд на неё. — Твоя мудрость — опора Эверглейда.

Сочетание обращения на «ты» с пышными титулами показалось мне забавным. Я представил, как говорю декану что-то вроде: «твоя мудрость — опора кафедры вычислительных систем», и усмехнулся. Совсем чуть-чуть, это скорее был короткий выдох через нос, но Главфея его уловила.

На её лице мелькнуло выражение, которое я не успел рассмотреть — слишком быстро оно сменилось высокомерным равнодушием. Казалось, сейчас нас начнут отчитывать, но фея выпорхнула из-за стола и улыбнулась. Настолько радушно, насколько могла бы улыбнуться ящерица. Или змея.

— Посол, — кивнула она Мирилле. — Давайте без формальностей. Присядем?

Я оглянулся в поисках мебели пригодной для сидения. Взглянул на Мириллу, но у её глазах было лишь полное непонимание происходящего. Подумал было, что придётся располагаться прямо на полу, но Главфея чем-то щёлкнула.

В углу комнаты, где мгновение назад было совершенно пусто, материализовалось кресло. А вместе с ним две конструкции, напоминающие барные стулья. Только вместо сиденья их венчали небольшие пуфики с подлокотниками, но без спинок — наверняка, чтобы не цепляться крыльями.

Кресло тоже выглядело необычно — низкое и широкое, из тёмного дерева с резными подлокотниками. С внушительным углублением, рассчитанным на более крупную задницу, чем моя.

Когда я присел на край, ягодицы мгновенно провалились в эту яму. А колени оказались практически на уровне груди. Я поёрзал, но принять уверенную, солидную позу в этом кресле было просто невозможно. Либо вытягивать ноги вперёд, либо поджать под себя. Я плюнул на условности, уселся по-турецки, и откинулся на широкую спинку. Приемлемо.

— Прошу прощения, — без малейшего раскаяния в голосе сказала Элиандра Как-Её-Там. — Мебели под твой рост у нас нет. Гномье кресло самый подходящий вариант.

Легенда была шита белыми нитками — я видел в холле существ сопоставимых со мной габаритов. Так к чему эти манипуляции? Заставить чувствовать себя неловко? Указать место?

— Всё отлично, — соврал я. — Благодарю.

Мирилла с явной неохотой опустилась на ближайший ко мне пуфик. Я поймал её взгляд, в котором читалось «я не понимаю, что происходит». Обычно резкая и дерзкая, сейчас она выглядела как первокурсница, впервые попавшая «на ковёр» в деканате.

Главфея опустилась на своё место, и посмотрела на нас обоих, склонив голову набок.

— Как ты оказался в Эверглейде, человек?

И эта туда же. У них какие-то проблемы с именами? Учитывая, как заковыристо зовут самих фей — вряд ли. Им западло называть по имени именно меня? Обезличивание и абьюз!

— Уснул под деревом, проснулся здесь, — отозвался я с напускным равнодушием. — Но ты ведь уже в курсе.

Сказать этой большой начальнице «ты» потребовало усилий, и я собой немножко гордился.

— И где находится это дерево? — продолжала допрос Элиандра.

К этому моменту иллюзий о милой беседе у меня уже не осталось — это был именно допрос. Одно и то же в разных формулировках, словно меня пытались поймать на вранье. Не хватало разве что лампы в лицо, но её с успехом заменило местное солнце, лучи которого светили прямо мне в физиономию, не давая рассмотреть экзекуторшу.

Через какое-то время Главфея, поняла, что от меня больше ничего не добиться. Улетела к своему модному столу, и взялась тыкать в оранжевый полупрозрачный шар, который я сначала принял за безделушку. До нас с Мириллой доносились только обрывки фраз: «сигнализация», «комиссия», «под контроль».

Я зацепился только за одно «аран-та». Знание разблокировалось. Отражение. Близнец. Проявление Древа в другом мире. Так вот как оно тут работает. Деревья-порталы. Интересненько.

Видимо, прислушивался я слишком явно: главфея в какой-то момент просто накинула на нас с Мириллой прозрачный пузырь, через который не доносилось ни звука.

— Почему ты меня сюда притащила? — не выдержал я тишины.

— Пришлось, — вздрогнула феечка. — Я запросила материалы по контрактам с человеками в архиве. Ну а они...

Дальше можно было не объяснять. Доложили куда следует. Но то, что Мирилла попыталась раздобыть для меня информацию, порадовало.

— Успела что-то выяснить?

— Немного. У предыдущего человека был контракт с тёмной фейри. Давно, — Мирилла опять взялась теребить свой браслет. — Но там... по-другому всё.

Рассказать подробнее она не успела — пузырь исчез, и Элиандра нарисовалась прямо перед моим лицом.

— Закрой глаза, человек. И не шевелись, — от стали в её голосе я опешил.

Не дожидаясь, пока я выполню команду, главфея коснулась моих ресниц и глаза закрылись сами. Веки стали неподъемными. А на лбу, в районе метки, начало припекать.

Поначалу это даже можно было назвать приятным — если любишь массаж горячими камнями. По лбу, да.

Но потом к жару добавились и менее безобидные ощущения. Словно в кожу тут и там втыкались раскалённые иглы. Примерно как при первом знакомстве с Мириллой. Но там «игла» была одна, а теперь с десяток.

— Эй, полегче можно? — возмутился я на особенно портивном моменте.

Ощущалось это словно мне пытались вытянуть спинной мозг — пронзило болью от переносицы до самого копчика. Естественно, я дёрнулся.

— Хм, — издала Элиандра недовольный звук.

И попыталась ещё раз.

Третьей попытки я ей не дал — отстранился и закрыл пылающий лоб ладонями. Морок спал и я сумел открыть глаза.

— Смерти моей хотите? — возмутился я.

Главфея зависла в воздухе и смотрела на меня сверху вниз. Не только лицо, но и вся её фигура выражала крайнюю степень недовольства.

— Ты не в том положении... — начала она.

— А в каком я положении? Хотелось бы, наконец, его прояснить. Я тут гость? Заложник? Питомец?

Вежливости на дамочку, ставящую бесчеловечные опыты на живых людях, у меня не осталось.

Некоторое время мы с Элиандрой вели борьбу взглядов. Неизвестно, сколько могли бы продолжаться эти гляделки, но шар на столе главфеи заверещал, стал мигать, и она отвлеклась.

— Разберемся с вами позже, — сказала она сквозь зубы. — Посол, вся ответственность за человека на тебе. Чем бы это не обернулось.

Я перевёл взгляд на Мириллу, но та только мелко кивала, соглашаясь с каждым словом.

— А пока, — продолжала главфея, — ты отстраняешься от выездной работы. Поработаешь в архиве, пройдёшь проверку.

Ушки Мириллы поникли. Стало даже обидно — не столько за меня, сколько за мою фею.

— Свободны! — махнула рукой Элиандра, раздался щелчок и мебель под нами исчезла.

Глава 9: Тишина должна быть в библиотеке

Мы шли по коридорам Совета. Вернее шёл я, а Мирилла летела чуть впереди. Я продолжал ловить на себе взгляды встречающихся существ, но после аудиенции у Главфеи на них стало кристально пофиг. Пусть смотрят, пока глаза не выпадут.

— Это нечестно! — пыхтела моя феечка, не замечая ничего вокруг. — Просто возмутительно! Мы столько всего сделали! А вместо благодарности — ссылка!

— Да-да, мы с тобой прямо декабристы, — хмыкнул я под нос, оглядываясь по сторонам.

Чем дальше мы шли, тем пустее становилось вокруг.

— Мне, видите ли, «не по рангу»! Но я, именно я была первой! Я поставила метку! И это у меня теперь есть собственный человек!

Она развернулась в воздухе и указала пальцем на меня:

— Ты понимаешь, что это значит?

Я мотнул головой, показывая что не понимаю. Мы добрались до конца коридора и впереди осталась последняя дверь. И кроме нас здесь уже никого не было.

— Она просто завидует! И хотела забрать контракт себе! «Контроль над иномирцами», ха! Последний иномирец тут был ещё в её юности, и тот достался её подруге.

Мне стало смешно. Элиандра Как-Её-Там не производила впечатления девочки в песочнице. Это там за понравившуюся игрушку могут вести настоящие бои.

— Не думаю, — почесал я затылок. — Наверняка у неё другие мотивы. Может она просто за тебя переживает. Или что я начну носиться по Эверглейду и крушить тут всё.

Тут мне захотелось ударить себя ладонью в лоб. Коготь! Царапины на деревьях. А вдруг сюда не только человек может провалиться, но и... динозавр, к примеру?

— Замри! — скомандовала Мирилла и подлетела к самому моему лицу.

Она напряжённо всматривалась, водила по моему лбу пальцами и задумчиво мурлыкала.

— Мирилла, у меня в общаге остался коготь, — сказал я, стараясь не шевелиться. — Его нужно показать твоей начальнице и рассказать про монстра.

— Не надо, — отмахнулась фея. — Про тебя пришлось рассказать, и вон что вышло. Сама всё выясню. И тогда точно повышение получу!

— Не думаю, что это хорошая идея. Это существо наверняка опасно.

— Не преувеличивай. Жертв нет. Среди разумных, — уточнила она, считав мысли по моему лицу.

— Тогда я сам пойду и сообщу!

То, как старательно Мирилла закрывала глаза на проблемы, подбешивало. А уж путь к кабинету главы совета я и сам найду.

— Не пойдёшь и не сообщишь, — удовлетворенно улыбнулась Мирилла, оставив в покое мой многострадальный лоб. — Я через метку могу запретить тебе раскрывать мои тайны другим. А это тайна!

Мирилла подлетела к двери и коснулась её ладошкой. Тут же сфера над дверью стала переливаться зелёным и отворилась. И плавно закрылась, стоило нам войти.

Фейский архив поражал своими размерами и беспорядком. От самого входа я видел наваленные кучами на стеллажах свитки и стопки бумаг, перекошенные указатели.

За одним из стеллажей что-то шуршало. Раздался глухой стук, словно что-то упало.

— Ай! — раздался вскрик. — Драконье лыко мне под хвост!

Голос был женским. Чистым и высоким.

Через мгновение из-за стеллажа показалась голова:

— Вот и обещанная помощь пожаловала. Проходите, я скоро.

На секунду мне показалось, что это человек. Но лишь на секунду. Потом я осознал, что это не укладка такая интересная, просто из волос выглядывают рожки. Ну конечно.

— Вот на ней и проверим, — шёпотом произнесла Мирилла мне на ухо.

— Что проверим? — затупил я, пытаясь уложить в памяти все виденные мною за сегодня расы и соотнести с тем, что я знал из кино и книг.

— Попробуй ей рассказать. Посмотрим, как у тебя получится.

Обладательница красивого голоса и рогов не заставила долго себя ждать, спустя минуту она вышла к нам, звонко цокая по каменному полу... копытцами?

Сверху она выглядела вполне по-человечески, не считая рогов. Разве что лицо было чуть вытянутым, а глаза слишком круглыми и широко расставленными. Обычная фигура. Обычные руки. И обычные козьи ноги выглядывающие из-под юбки.

Я на пару секунд завис, но потом всё же открыл рот, чтобы рассказать этой милой... Сатирке? Фавнессе? О разгуливающем по лесам Эверглейда хищнике. Но вместо этого с губ сорвалось:

— У тебя невероятно симметричные рога!

Фавнесса замерла, хлопая длиннющими прямыми ресницами, а Мирилла хихикала в кулачок. Метка напомнила о себе щекоткой и покалыванием. Я попытался ещё раз:

— А копыта очень изящные. И цокают потрясающе музыкально. Как кастаньеты!

Мирилла уже не скрывала веселья, а ржала в голос. Работница архива смущённо улыбнулась, поправила волосы и поспешно уселась за стол.

— Спасибо. Мне очень лестно.

«Расскажи ей!» — орал я в собственной голове. Но, как только рот открывался, оттуда лилось:

— И в архиве очень уютно. Мне нравится. Буду рад работать в таком атмосферном месте со столь очаровательной...

— Ох, — грустно вздохнула фавнесса. — Мне очень приятно твоё внимание. Но я не ищу отношений. У меня есть пара и даже малыш. Ты обязательно найдёшь своё счастье, милый. Как твоё имя?

Она смотрела вопросительно, и я сдался.

— Анисим, — я выдохнул и почувствовал себя сдувшимся воздушным шариком.

— Анисим, — повторила она задумчиво. — А я Кассия.

— Главный архивариус Кассия Корнуа, — влезла Мирилла, отсмеявшись. — Мы прибыли по распоряжению Главы Совета Магистра Элиандры Фрезии Де’Латур. Для проведения инвентаризации и подготовки описи архива.

— Да вы издеваетесь. Я просила помощника, а прислали проверяющих? — Кассия вздёрнула бровь.

Она поднялась из-за стола и подошла к ближайшему стеллажу. Взяла пару свитков, посмотрела на ленточки и на значки на торце валиков, на которые они были намотаны. Вздохнула и положила обратно.

— Меня не было всего год, пока малыш на ножки не встал. И за это время всё, что я выстроила... Просто руки опускаются. А я ведь просила — найдите замену заранее, я обучу. Так нет же! Притащили кого-то в последний момент. «Да чему тут учиться». А сам не то что новые свитки не разбирал — даже старые на место не возвращал! Не представляю сколько времени уйдёт, чтобы навести тут порядок.— Кассия обречённо простонала.

Мирилла приосанилась с очень самоувереннывм видом.

— Мой советник в два счёта решит проблему. Он человек.

Кассия моргнула. Потом посмотрела на меня. Потом снова на фею.

— Человек? — переспросила она.

— Именно, — хвастливо кивнула Мирилла. — И у него уникальное видение и креативный подход!

Теперь на меня смотрели уже они обе. Фавнесса — с надеждой, и фея — с гордостью.

— Ну, — вздохнул я, и поджал одну ногу, поставив её на другую. Ступни уже конкретно подмерзали, — на первом курсе у нас было несколько пар по библиотечному делу. Довольно бесполезная фигня при наличии интернета. Но кое-что я запомнил.

Кассия тут же перевела взгляд на мои ноги. Потом на Мириллу. А потом, ни говоря ни слова, вышла, оставив нас одних. Мы переглянулись.

— Что это было? — спросил я.

— Не знаю, — феечка равнодушно пожала плечами. — Может, её пугают твои пальцы.

Долго ждать нам не пришлось — через пару минут Кассия вернулась с парой свёртков и сапогами.

— Надеюсь, подойдёт, — протянула она мне вещи.

Мирилла сложила руки на груди и взлетела чуть выше, но я заметил на её мордашке смесь досады и стыда.

Я с наслаждением натянул носки, мягкие сапоги и куртку. Рукава пришлось подвернуть, а шнурки на сапогах подтянуть, чтобы не болтались, но так было гораздо веселее. А ещё веселее стало, когда я обнаружил в последнем свёртке аппетитно пахнувшие лепёшки.

— Ну что там рассказывал про библиотеку? — не выдержала Мирилла, когда я набил пузо и запил ароматным отваром.

Пришлось напрягать память, и рассказывать, как всё организовано в нашей библиотеке. Здесь ни каталога, ни алфавитного указателя не было предусмотрено. Свитки сортировали по дате, а дальше работали только память архивариуса и артефакты, считывающие автора и тему документа. Память у фавнессы оказалась поистине феноменальной. Немудрено, что подменный специалист, не обладающий такими способностями, не справлялся.

Кассия быстро поняла принцип, и совместно мы придумали логичную и универсальную систему. Архив пришлось бы полностью перебрать, зато ориентироваться в нём смог бы любой. Следующие несколько часов посвятили сортировке бумаг и заполнению карточек. Работа кипела.

Кассия оказалась очень лёгкой в общении, много шутила и я расслабился.

— Слишком не очаровывайся, — раздражённо буркнула Мирилла мне в ухо, когда я улыбался очередной шутке архивариуса. — Это она нас сдала.

— Ты так говоришь, будто это что-то плохое, — хмыкнул я в ответ. — Человек просто делает свою работу.

Даже спустя только событий мозг не успел окончательно перестроиться, и я продолжал про себя называть всех разумных людьми.

— Человек очень хорошо справляется, — отозвалась Кассия, вынырнув около моего плеча. Кажется, она услышала лишь мою последнюю реплику. — И я так о многом хотела бы тебя расспросить, но... — она замялась. — Мне срочно нужно убегать. У малыша рожки режутся, муж не справляется один. Вы справитесь тут сами?

В её взгляде было столько надежды, что я без раздумий кивнул.

— Конечно, главный архивариус, — чопорно произнесла Мирилла. — Я возьму на себя эту ответственность.

Кассия с облегчением выдохнула и умчалась. Дверь захлопнулась, а вскоре и цоканье копыт затихло в коридоре.

Я огляделся. Работы, даже с их магическими артефактами и сверхъестественной памятью архивариуса, предстояло не на один день. Мирилла же, словно ждала момента. Бросила начатую работу и метнулась вглубь архива. Зависла у стеллажа и принялась «сканировать» свитки очередной цветной стекляшкой.

— Что ищем? — поинтересовался я.

Но фея не посчитала нужным отвечать. Она молча перебирала документы. Наконец, радостно выдохнула и вытянула один из свитков.

Я наблюдал, как её лицо меняется по мере чтения. Сосредоточенность, волнение и, кажется, отчаяние.

— Ну, что там? — не выдержал я, когда феечка отложила очередной свиток, нервно дёргая ушками.

— Ничего об изменении желания нет. Но все вопросы по контрактам решаются только через архимага, — ушки Мириллы заметно поникли. — Нам к нему не попасть.

— Важный перец?

— Самый важный.

— Тогда может письмо ему написать? — предложил я.

— Все обращения к архимагу только через Главу Совета. А она не станет нам помогать, — прикусила губу Мирилла.

— Засада, — вздохнул я.

— Я что-нибудь придумаю, — грустно отозвалась фея. — И вообще, о таком лучше думать с утра. Мы и так достаточно провозились. Пойдём.

— И бросим всё вот так? — я обвёл руками окружающий бардак, который лишь чуть-чуть начинал упорядочиваться.

— Кассия же бросила. Если для неё личные дела важнее работы, то для нас тем более.

Мирилла полетела к выходу, и я, прихватив со стола последнюю лепёшку, шагнул следом.

— Сейчас нужно отчитаться о выполненной работе, и я отправлю тебя в твой мир, — щебетала фея по пути. Коридоры Совета уже опустели. — Но ты уж в этот раз подготовься, как следует! Я чувствую себя ущербной, когда мой человек расхаживает в таком виде. Ещё и с кормом надо что-то решить...

Тут я окончательно почувствовал себя домашним питомцем. Не самое приятное чувство, мягко говоря. Захотелось как-то уколоть в ответ, но подходящие слова не шли на ум.

— И всё-таки я молодец! — продолжала Мирилла.

— Сомнительное утверждение.

— Объективное, — самодовольно ухмыльнулась она. — С первого раза, без опыта, поставила идеальную печать. Даже Элиандра Фрезия Де’Латур не смогла её взломать, а это что-то да значит!

Глава 10: Удачные решения

— Ну, это вовсе не твоя заслуга, — устало усмехнулся я.

Хвастовство Мириллы было даже по-своему очаровательным. Как у ребёнка, который искренне гордится поделкой из пластилина. Даже если всем окружающим она напоминает какашку.

— Не поняла?! — взвилась фея. — Что ты имеешь ввиду?

— Только то, что клеймо подправили.

— Что?! — у Мириллы почти буквально упала челюсть.

Она тут же подлетела к моему лицу, присмотрелась. Потом достала из сумки что-то из своих магических штук, принялась водить ей по моей коже и бормотать.

— Но я ведь... И правда. Ох... Кто это сделал?

— Знакомая. Из моего мира, — не стал я тянуть кота за хвост.

— Не шути со мной! — возмутилась фея. — Это очень-очень серьёзная работа. Чужую печать корректировать всегда сложнее, чем ставить новую. Ты обращался к другим феям за моей спиной?

Это прозвучало так, будто она ревнует. Я устало усмехнулся:

— Она человек.

— Совершенно исключено, — Мирилла замотала головой так, что я на миг испугался, что она может вывихнуть шею. — Людям магия не дана. Даже если знать теорию — искры нет. Без искры нет магии. Ну или нужны заряженные кристаллы, как у кентавров. У неё был кристалл?

Мирилла развела руки в стороны, показывая, видимо, размер кристалла. Выходило, что это внушительный булыжник. Был ли у Лизы такой? Может она как раз его в шкафу прятала?

— Не видел. Я вообще с закрытыми глазами сидел. А выглядит она совершенно обычно, — тут я завис, вспоминая нашу последнюю встречу.

Насчёт «обычно» я приврал, конечно. Но кто она, если не человек? С чудинкой, конечно. И красивая ещё... Можно ли назвать это «нечеловечески красивая»?

— Человек, владеющий магией... Очень интересно, — протянула Мирилла, когда закончила шаманить над моим лицом. — Или фейри, но это ещё интереснее. Я хочу её увидеть!

Мирилла полетела вперёд. А потом вернулась и дёрнула меня за волосы, понуждая двигаться быстрее.

— Пока ты плетёшься, все уйдут!

Но шагать в больших по размеру сапогах, хлопающих при каждом шаге, быстро не выходило. И к тому времени, когда мы добрались до холла, стало ясно, что мы опоздали. Вокруг не было ни души. Пустые стойки, потухшие сферы над дверями.

И при этом светло, как днём. Нас бы за такое коменда прибила. Я покрутил головой, но источник света обнаружить не удалось. Как и окон, чтобы определить время суток.

— Никого, — констатировала фея, зависнув в воздухе. — Ну да ладно. Оставим отчёт в кабинете Главы. Пусть видит, что мы работали, пока другие отдыхали.

Она подхватила со стойки листок почти в половину своего роста, достала из сумки знакомую мне палочку, и принялась быстро-быстро строчить мелкие загогулинки. Я просто стоял рядом и пытался быть красивым. Одежда с чужого плеча и сползающие гармошкой сапоги усложняли задачу, но не делали её невозможной. Глядишь, с таким нерегулярным питанием я приобрету аристократическую бледность и выразительные круги под глазами.

— Готово, — объявила Мирилла спустя некоторое время. — И подпись.

Она порылась в сумочке, достала очередную стекляшку — прозрачную, похожую на призму — и приложила её к листу. Потом придавила ладонью. На бумаге проступил мерцающий оттиск со сложным узором.

— Теперь ты, — фея передвинула стекляшку на свободный участок и уступила место мне.

— Как? — удивился я. Мне-то магии не выдали. — И зачем?

— Потому что ты мой советник, — Мирилла раздражённо закатила глаза. — Прошлый отчёт сдала без твоей отметки и долго выслушивала нотации. Так что ставь и не нуди.

— И как я должен...

Договорить мне не дали. Мирилла подлетела сзади и с силой надавила мне на затылок. Я не удержался, качнулся вперёд и приложился лбом об стол. Вернее, о призму.

— Японамать! — возмутился, потирая ушибленный лоб.

Мирилла убрала стекляшку. Рядом с фейским оттиском появился второй — более грубый, красно-коричневый. Похожий на размазанную печать.

— Вот и всё, а ты боялся.

Она невозмутимо подхватила листок и полетела к дверям кабинета Главфеи. Внутри тоже никого уже не было. Здесь царил приятный полумрак, из окон падали тонкие предзакатные лучи. На столе мерцал, переливаясь изнутри, давешний шар. Остальная поверхность была девственно чиста, даже пылинки не лежало.

Фея подлетела к столу, и аккуратно положила отчёт на край. Потом подумала и подвинула ближе к середине. Удовлетворённо кивнула. Мы развернулись к выходу. Я уже сделал несколько шагов, как за спиной раздался звук. Негромкий, мелодичный. Потом чуть громче и настойчивее.

— Сигнализация? — уточнил я. И на всякий случай добавил: — Я ничего не трогал.

Мы обернулись. Шар на столе Главфеи уже не мерцал, а горел чистым оранжевым светом. Звук шёл от него.

— Звонят, — озвучил я очевидное, и повернулся обратно, собираясь уйти.

Но у Мириллы были свои соображения:

— Я отвечу.

— Уверена? Это же не твой аппарат, — возразил я. — Вряд ли Элирия Цветочек Не-помню-какова будет довольна таким самоуправством.

— А вдруг это срочно. Я представитель Совета, так что имею право ответить. Наверное.

— Просто уйдём, — ещё чуть-чуть и я готов был умолять. — Мне очень пора домой.

Но фея уже коснулась ладошкой поверхности шара.

— Элиандра? — раздался из его глубины чуть хриплый мужской голос, прерываемый треском и шипением — Какая удача...

Мирилла замерла. Обернулась на меня и прижала палец к губам, хотя я и так молчал. А потом стала жестами показывать на шар, в котором как будто плавал светящийся символ. Вернее вязь символов. Которые мой прокачанный Древом мозг расшифровал как «Алдарион». Ничего не говорящее имя.

— Нужна помощь, — продолжал тем временем голос, прерываемый помехами. — Отправь... надёжного. Координаты... доставить в Таллорн.

На этом звонок прервался. Я ничегошеньки не понял, но Мирилла вся словно светилась.

— Это был он! Архимаг! — с восторгом пропищала она. — Алдарион де Силв. Ты понимаешь, что это значит?

— Что у нас проблемы? — проворчал я.

Главфея по головке не погладит, когда узнает, что мы тут болтали с высоким начальством.

— Что у нас шанс! — фея подлетела к моему лицу и заглянула в глаза. — Архимаг! Лично! Дал задание. И когда ты поможешь мне его выполнить, я получу постоянное место в Совете. И ранг повыше. И может даже подчинённых, — размечталась она.

— Подчинённый у тебя уже есть, — напомнил я.

— И ты навсегда останешься моим первым, — успокаивающе промурлыкала Мирилла. — Но мне нужно двигаться дальше, понимаешь?

Шар ещё раз пиликнул, и Мирилла быстро приложила к нему свой браслетик. Одна из бусин поменяла цвет на синий. Потом на бордовый. И, мигнув напоследок, на зелёный. Феечка удовлетворённо улыбнулась.

— Отлично! Теперь у нас есть координаты. И мы знаем где сейчас Архимаг. Это же... — захлебнулась словами она.

— Полный попадос, — подытожил я. — Надо доложить начальству, и пусть разбираются. Так будет правильно.

— Твоё начальство — это я. А Главе доложу, когда выполним задание.

— Это называется «самоуправство». Да и что ты там собралась выполнять? Я из-за треска ничего не разобрал.

— Это называется «инициатива», — отрезала Мирилла. — И я всё отлично разобрала. У нас есть координаты трёх мест. Надо что-то там забрать, и доставить в Таллорн. Это западная резиденция Архимага. И он сам будет нас там ждать. Наверное. Разберёмся на месте.

— Ох уж это твоё «наверное». Так и наполняет уверенностью, — вздохнул я. И озвучил свой страх: — Домой я сегодня не попаду?

— Лучше! — просияла Мирилла. — Мы попадём домой. Ты заберёшь меня в свой мир.

Не сказать, чтобы мне эта идея не понравилась. Она была просто ужасна! Но в споре с Мириллой я по умолчанию проигрывал из-за своего подчинённого положения. Если она могла заставить меня нести чушь архивариусу, мало ли на какие ещё гадости способна. Проверять я не рвался.

Мы вернулись в холл, с которого началось моё знакомство со зданием Совета. Мирилла принялась искать в сумочке свою переместительную стекляшку, и я всё же предпринял попытку её образумить:

— В моём мире не существует фей. Если тебя увидят, это будет катастрофа!

— Не увидят, — легкомысленно отмахнулась она.

— Ты умеешь становиться невидимой?

— Спрячешь меня под курткой, — Мирилла на секунду задумалась. — Да, точно. Это будет лучше всего.

Я припомнил, как она брезгливо отряхивалась после вынужденного пребывания у меня за пазухой, и скептически хмыкнул. Однако энтузиазм, кипящий в Мирилле, оказался сильнее предубеждений. И, отыскав искомое, она отогнула полу теперь уже моей куртки и шмыгнула туда.

А через пару секунд мы оказались у корней ставшего мне родным дуба. Стояло самое прохладное предрассветное время, от травы поднимался лёгкий туман.

— Почему ты не переносишь меня туда, откуда забрала? — проворчал я. — Почему каждый раз я оказываюсь тут?

— Я могу перемещать только в пределах Эвеглейда, — прошелестел приглушённый толстым слоем ткани голос. — А между мирами переносит Древо. Я только отправляю призыв.

— А если мы с тобой оба тут, кто отправит призыв, чтобы вернуться? — вопрос был очень логичным и вылетел сам. До того, как я понял, что Мирилла, кажется, крупно просчиталась.

— Ой!

Голосок феи был наполнен такой тоской, что я стёр с лица пробивающуюся мстительную улыбку. Пожалуй, человеку в Эверглейде должно быть попроще, чем фее в российской провинции.

Придерживая полу куртки, чтобы не придавить или не выронить дрожащую бедняжку, я поплёлся в общагу.

Глава 11: Попаданец «с прицепом»

Мирилла опасалась высовываться наружу. И правильно делала — несмотря на ранний час, время от времени попадались машины или прохожие, невесть куда спешащие в такую рань. Впрочем спокойно она тоже не сидела — то и дело я ощущал тычки под ребра то локотком, то коленом.

— Пока есть время, просвети меня, — не выдержал я тишины. Да и хотелось расшевелить загрустившую феечку. — Про эту систему межмировых перемещений. Как оно работает?

Мирилла тоскливо вздохнула. Я уже подумал, что ответа не последует, но через минуту она всё же заговорила:

— Древо это сердце Эверглейда. Оно соединяет наш мир с другими через аран-та. Мы связаны, поэтому тебя я могу призвать или отпустить. Но ненадолго, как уже ты понял.

— Кста-а-ати, — вспомнил я. — Ты говорила про восемь часов. Нас через восемь часов притянет обратно в Эверглейд? Тогда не о чем беспокоиться.

А что, логично же? Если это должно было сработать на мне одном, то почему не сработает на двоих?

— «Притягивает», как ты выразился, не к миру, а к аран-хи, связанному существу. А у меня только ты связанный! Мы застряли...

Мирилла снова приуныла. Наверное, осознавала новую для себя мысль, что иногда лучше сначала думать, а потом делать. Или смирялась с ролью попаданки. А я остался за взрослого.

В раздумьях добрёл до общежития. К этому времени уже рассвело, но двери оказались заперты. Стучать было бесполезно: тяжёлая дверь на ночь запиралась на железный засов. Никаких тебе домофонов и магнитных замков. Только старенькая вахтёрша с выборочно плохим слухом.

Мой мозг не в состоянии постичь тайну, как можно не слышать, когда барабанят в дверь, но замечать тихий матерок в сторону. Который относился не к человеку, а к ситуации! Я сполз по стене на корточки, и приготовился ждать семи утра. Куртка, пожертвованная Кассией, неплохо грела, но вот ноги под трениками ощутимо мёрзли.

К счастью, минут через двадцать, когда я уже отбивал зубами дробь, звякнул засов. Я радостно метнулся к двери и схватился за ручку. Но открыть мне не дали.

— Пшёл отсюдова! Сейчас милицию вызову! — раздалось из образовавшейся щели.

Блеснули стёкла очков. Я потянул ручку сильнее, но сопротивление усилилось. Бороться со старушкой, подрабатывающей на пенсии, я счёл недостойным и отступил. Впрочем, успел вклинить ногу с закрывающуюся дверь. За что тут же поплатился острой болью. Мягкие сапоги не самая подходящая обувь для таких фокусов.

— Зинаида Аркадьевна! — самым жалостливым своим голосом протянул я. — Это Анисим. Из триста двенадцатой.

Дверь медленно приоткрылась. Вахтёрша настороженно оглядела меня с ног до головы. Я и сам понимал, насколько плачевно выгляжу.

— И чего ты... такой? Загулял?

Времени придумывать другую легенду не было, и я осторожно кивнул.

— Вот молодёжь, совсем стыд потеряли. В наше время в таком виде даже в дачный сортир выйти стыдно было. А теперь? Тьфу! Ещё и шарятся по ночам. Нет бы спать как все нормальные люди!

Я игнорировал ворчание, потому что женщина потихоньку отступала внутрь, давая мне войти.

— Тёть Зин, а я ещё и ключи в комнате оставил, — вспомнил я. — Дайте запасной. Я открою и сразу верну.

Я сделал ещё пару шагов, и оказался прямо под лампой. Мирилла, почуяв долгожданное тепло, шевельнулась.

— А это что у тебя? — Зинаида Аркадьевна снова нахмурилась, разглядывая оттопыренную куртку. Заметила! — Никаких кошек в общежитии!

— А это не кошка, — лихорадочно соображал я. Как назло, ни одной здравой мысли не приходило. — У рюкзака лямка оторвалась. А в руках устал тащить. Вот и засунул.

Фея притихла, притворяясь рюкзаком. Я замер. Вахтерша пристально просканировала меня ещё раз. Молчаливая сцена затягивалась.

— Ладно, топай себе. Но если что услышу, вылетишь отсюдова вместе с кошкой! — произнесла она наконец.

— Никаких кошек! — радостно пообещал я, дожидаясь, пока мне в ладонь упадёт заветный ключик.

Стоило мне попасть в комнату и распахнуть куртку, Мирилла взлетела и начала озираться. Да, моя берлога была не самым уютным местом. Но чего нос-то морщить?

— И где она? — возмущённо вскрикнула фея.

— Она? — я совершенно потерял контекст разговора.

Куда важнее казалось переодеться в нормальное. Чем я и занялся, не обращая внимание на мельтешащую мелкую занозу.

— Какой ты однако... шерстистый, — прокомментировала поганка, даже не подумавшая отвернуться. — Это можно как-то убрать?

— Вся моя шерсть останется со мной! — фыркнул я, и натянул на свою шерстистость джинсы. — Я тебе не кукла, которую можно наряжать и хвастаться подружкам.

Неспешно сменил майку на чистую футболку, надел толстовку. Роли переменились, даже если Мирилла этого ещё не осознала.

— И ещё моментик, — продолжил я. Уселся на койку, и, свесившись, заглянул под неё. Носки непостижимым образом всегда оказывались там. — Ты сказала «аран-хи». У нас ближайшее по смыслу: «братья по разуму» и «напарники». Ни то, ни другое не означает моего полного подчинения. Смекаешь?

Полезная штука всё-таки, этот встроенный переводчик. Ещё и с картинками. По которым я понял, что эта связь двусторонняя. То есть и печати должно быть две.

Мирилла, ожидаемо, смутилась. Приземлилась на краешек стола, опустила взгляд, старательно разглаживая складочки на изрядно помятом, словно жёваном, платье.

— И у тебя тоже есть метка, — настоял я.

Мирилла продемонстрировала ладошку. Сначала совершенно чистую, но на несколько мгновений я увидел круглый мерцающий знак, похожий на тот, что она оставляла в качестве подписи.

— Я просто... — мямлила она, перебирая пальчиками потускневшую ткань.

— Да понял, не оправдывайся, — вздохнул я. — «Цель оправдывает средства». Но теперь наши отношения изменятся.

— Теперь, — опустила феечка голову ещё ниже. — Ты главный?

Издеваться и дальше над сущим ребёнком, на пару дней дорвавшимся до власти, я не собирался.

— Нет главных. Или оба главные, тут как посмотреть. Сотрудничаем, советуемся и вместе ищем выход. Ясно?

— Ясно. Ани... Анисим, — пробормотала фея.

Ну вот. А то все «человек», да «человек».

— Что ещё мне следует знать? — я решил ковать это размякшее железо, пока это возможно. — Может и отката никакого не существует?

— Откат есть, — на Мириллу, растерявшую свою дерзость, было грустно смотреть. — Если ты не исполнишь контракт, то забудешь свои желания.

— И только-то? — хохотнул я. Какая фигня, забыть что я не хотел никого видеть в тот день.

— Ты не понял. Все желания. Вообще все. Уверен, что останешься собой, если перестанешь желать?

Так глубоко о связи личности и желаний я никогда не задумывался. Цели в жизни это ведь тоже в некотором роде желания? И всё, к чему я сейчас стремлюсь, потеряет значение?

Смеяться резко перехотелось.

— И ты тоже пострадаешь? — уточнил на всякий случай.

— Да.

Я замолчал, укладывая информацию в голове. Параллельно с этим готовился к отбытию: проверил рюкзак, потуже зашнуровал кроссовки, которые слегка покоробились от воды.

— Можно пойти к дубу и пожелать возвратиться, — озвучил я одну из идей возвращения.

— Ночью, примерно через месяц. Но ты уже потратил своё желание.

— Тогда ты пожелай.

— Древо выполняет желания только немагических существ, — Мирилла чуть успокоилась и устроилась на столе поудобнее, поджав под себя ноги.

Мы замолчали, и стало слышно как в коридоре началась жизнь: кто-то шаркал ногами направляясь в умывальник, хлопнула дверь туалета.

— Ладно, — потёр лицо руками. — И что нам тогда остаётся?

— Твоя знакомая. Она владеет магией. И это магия Эверглейда — чужая бы не легла так легко, да и Глава бы заметила. Тогда ссылкой в архив не обошлось бы.

— Хэх, — крякнул я. — Все пути ведут к Лизе. Тебе пока не стоит высовываться, я схожу один. А ты не скучай.

Я налил фее воды в колпачок от бутылки и вручил завалявшуюся в рюкзаке конфету. Мирилла приняла её двумя руками, настороженно глядя на меня снизу вверх. Это было почти трогательно. Просто маленькое беззащитное существо в чужом мире. Которое ждёт, когда большой дядя порешает все проблемы.

— Сиди тихо, — наказал напоследок, и вышел.

Привычным уже маршрутом из десятка шагов добрался до знакомой двери. Постучал ровно три раза. Внутри что-то грохнулось, раздалось: «Да чтоб тебя!», и дверь наконец открылась.

Лиза явно куда-то собиралась. Симпатичная кофточка, облегающая фигуру, джинсы. Волосы собраны в тугой гладкий пучок, у двери сумка на колёсиках.

— Ты, — выдохнула она вместо приветствия.

— И тебе привет, — отозвался я. — Уезжаешь?

— Домой, на каникулы, — ответила она ровно, глядя мне в глаза. — Что-то хотел?

За её спиной, на заправленной кровати, развалилась Настя. Которая, судя по всему, пока никуда не собиралась. Домашний трикотажный костюм, руки за головой. И улыбка человека, довольного миром и собой. Сейчас она напоминала большую сытую кошку.

— Привет, — лениво протянула она. — Я уж думала ты свою зачётку мне решил оставить. — и кивнула головой в сторону вешалки у входа.

Синяя корочка действительно лежала там, на полочке для шапок. ЯЯ машинальо протянул руку и схватил её.

— Спасибо.

— «Спасибо?» — приподняла бровь Настя. — Хоть бы шоколадку принёс, балда. Эх, мужики.

Впрочем, её ворчание звучало безобидно. Скорее по привычке, чем из желания упрекнуть. Лиза продолжала настороженно сверлить меня глазами.

— Настя, прости... Ты не могла бы выйти на пару минут? — постарался я сказать максимально нейтрально.

— С чего бы? — она даже не пошевелилась. — Это моя комната.

Я снова посмотрел на Лизу. Та сложила руки на груди и наблюдала за мной. С любопытством.

— Ну хорошо, — я шагнул внутрь и прикрыл за собой дверь. — Мне нужно поговорить с Лизой. Наедине.

— О-о-о, — насмешливо протянула староста. — Я думала ты ради меня вокруг ошиваешься, а тут вон какие страсти.

Вставать и уходить она так и не подумала. Я поймал глазами взгляд Лизы и попытался передать ей то-что-нельзя-называть телепатически. Беззрезультатно.

— Тогда, — поменял я объект уговоров, — Лиза, пойдём ко мне? Это очень важно!

Она чуть-чуть приподняла бровь. Если бы я не смотрел так внимательно, то и не заметил бы. Я облизнул пересохшие губы.

— О-о-о! — Настя подобралась и села, подтянув ноги под себя. Вид у неё стал азартный, словно она смотерла финал чемпионата мира. — Кажется, у нас тут намечается голевая атака! Анисим выходит на оперативный простор! Смотрите, как он обходит защиту! Финт влево, финт вправо... Защита стоит неприступно. Но что это? Он меняет тактику!

Лиза не изменилась в лице:

— Это настолько важно?

— Жизненно.

— Хорошо, — наконец кивнула она и шагнула к выходу

Настя разочарованно выдохнула. Кажется, ей доставило бы радость, пошли меня Лиза куда подальше. Я бросил на неё взгляд на прощание. Она показала мне кулак. И подмигнула.

Мы шли молча до самых дверей. Я достал ключ, провернул его в скважине. Неловко хмыкнул:

— Сейчас сама увидишь, — и пропустил гостью вперёд.

— Ты жалуешься или хвастаешься? — Лиза шагнула внутрь и огляделась. — Комната как комната. Но я бы шторы повесила.

Я зашёл следом и обмер. Мирилла исчезла.

Глава 12: Когда их двое

Забытая зачётка выскользнула из пальцев и шлёпнулась на пол.

— Она была здесь, — выдохнул я и аккуратно прикрыл за собой дверь.

— Кто? — беспечно отозвалась Лиза.

Я молчал, лихорадочно оглядываясь. Колпачок остался на столе. Фантик от конфеты валялся рядом.

— Мирилла, выходи, — позвал я негромко, заглядывая под стол. — Тут только я и Лиза.

Под столом было пусто. Я выпрямился, ощущая как подступает паника. Она же не могла просто исаить? Хорошо если вернулась в свой мир, а если нет? Удивительно, как я успел за это время прикипеть к этой мелкой занозе. Странно было это чувствовать, но я действительно переживал.

Под кроватью зашуршало. А потом раздался звонкий чих. Край покрывала отогнулся, и, потирая нос, оттуда вышла фея. Многострадальное платьице теперь было ещё и пыльным. Но на её замашках это никак не отразилось. Она провела ладошками по платью, отряхиваясь, потом задрала нос и взлетела.

Я облегчённо выдохнул.

— Так вот ты какая, — ухмыльнулась Лиза.

— Посол третьего ранга Мирилла Пуансеттия де’Оуртэ, — представилась феечка с таким достоинством, словно была королевой в изгнании. — Совет фей Эверглейда.

— У кого-то монстры под кроватью, а у меня целый посол, — проворчал я. — Ты на кой туда полезла?

— Ты сказал сидеть тихо, — невозмутимо ответила Мирилла. — Вот я и сидела.

— Удивительное зрелище, — Лиза плюхнулась на мою разворошённую кровать и закинула ногу на ногу. Выражение лица при том у неё было весьма сложное. — Послушная фея. Какими судьбами в этом мире? По работе, или для отдыха? Добровольно, или...?

Она перевела сканирующий взгляд на меня. Я сжал зубы:

— Ну не думаешь же ты, что я её украл? А теперь решил похвастаться, что ли? Нам помощь нужна.

— Я бы выслушала вторую сторону, — Лиза не повела и бровью.

— Я... — смущённо пробормотала Мирилла, — просто хотела посмотреть. Так интересно было. Я же никогда не бывала нигде, кроме Эверглейда!

— Ну и как? Насмотрелась? — дёрнула уголком рта Лиза. — Для вас, детей цветов, немагический мир опасен.

— Уже поняла, — виновато шмыгнула носом Мирилла. — Моя магия здесь не работает.

— И летай поменьше, — продолжила Лиза поучительно, — только силы зря тратишь.

Мирилла опустилась на стол, уселась и сложила ладошки на коленях. Как примерная девочка.

— Я не могу перенести нас обратно, — прошептала она виновато.

— Думаете, что я могу? — ухмыльнулась Лиза.

— Почти уверены, — отозвался я. — Помоги нам, пожалуйста.

— А что мне за это будет? — тон был шутливым, но выражение глаз — серьёзным.

— Что скажешь, — уверенно обещал я. — У Мириллы связи в Совете фей...

Чем могу быть полезен я сам, голову не приходило. По всему выходило, что ничем.

— Связи, — пренебрежительно хмыкнула Лиза. — Посол третьего ранга — это как младший помощник третьего заместителя.

— Но у меня есть задание от архимага! — возразила Мирилла. — Когда выполним, меня точно повысят. Ну и всем моим помощникам будет положена награда.

— Вот как? — Лиза подалась вперёд, а в глазах мелькнула новая эмоция. — Любопытно.

Некоторое время она молчала и оглядывала нас с Мириллой. Я нервно жевал губу в ожидании. Мирилла тоже замерла.

— Хорошо, — наконец решилась Лиза, — я в деле. Думаю, мне есть, о чем попросить у архимага.

Мои вещи были уже собраны. Лиза тоже не заставила себя ждать. Единственной заминкой стала необходимость спрятать фею. Кататься за пазухой ей не очень понравилось. Но Лиза добыла обувную коробку.

— Здесь воняет! — сморщила носик фея, когда мы уговорили её забраться внутрь.

— Радуйся, что там лежали новые кроссовки, — отрезала Лиза и закрыла крышку. — И есть дырка для вентиляции. Переживёшь.

Лиза шла налегке, придерживая лишь ручку чемодана на колёсиках. А оба наших рюкзака, дорожная сумка и коробка с Мириллой достались мне.

— Если что — стучи, — шепнул я, наклонившись к коробке.

— По твоей голове, когда выберусь! — прозвучало в ответ.

На первый этаж спустились молча. Зинаида Аркадьевна подняла голову от сканворда и прищурилась.

— Ну вот, совсем другое дело, — одобрительно кивнула она. — Хоть на человека стал похож. Уносишь свою кошку? Это хорошо.И больше чтобы никогда! Лизонька, ты съезжаешь? — переключилась она на мою спутницу.

Связка с номерком на бирке перекочевала в руки вахтёрши, Лиза расписалась в журнале, а я вспомнил, что так и не вернул запасной ключ. А достать его из кармана джинсов, когда обе руки заняты, оказалось затруднительно.

Лиза, совершенно не смущаясь, сделала это за меня. И половину пути в парк я думал о том, насколько близко к сокровенному побывали её руки.

Она шла не рядом — на полшага впереди — и не оглядывалась по сторонам. Чемодан она катила рядом с собой, а свободной рукой перебирала бусины браслета, который, как близнец, был похож на тот, что я видел у Мириллы. Разве что бусины пропорционально крупнее.

Без всяких вопросов я догадался, что это гаджет для связи. Что-то вроде нашего смартфона. Можно сообщение отправить, можно файл по блютузу скинуть. А сейчас под её пальцами одна из бусин вспыхивала, но тут же гасла. Лиза досадливо скривилась.

— Прости, — начал я осторожно. — Кажется, мы испортили твои планы на каникулы. Наверняка ты хотела провести время как-то иначе. Спасибо тебе.

Коробка в моих руках фыркнула.

— Пожалуйста, — ответила она ровно. — Не воспринимай на свой счёт.

Коробка хохотнула. Мои потуги непринуждённого общения не оценили, так что дальше я шёл молча.

Когда мы оказались у дуба, я осторожно поставил коробку на траву, а потом с облегчением скинул с плеч лямки. Лиза, кажется, прихватила с собой в качестве сувениров несколько кирпичей. Иначе объяснить такой вес у небольших, в общем-то, сумки и рюкзачка, не получалось.

Послышалось шуршание, крышка коробки поднялась и Мирилла выбралась наружу. Повела плечиками и огляделась.

— Грязно. И воняет.

Лиза, не обращая на нас внимания, подошла к дубу и обняла его, прижимаясь всем телом. Я сглотнул. А Мирилла подлетела к ней поближе, и стала внимательно разглядывать, чуть не утыкаясь носом.

— И как это работает? Ты общаешься непосредственно с Древом? Имеешь доступ к сети аран-та? Кто-то в Эверлейде должен отправить призыв? — трещала она без остановки.

Лиза закрыла глаза:

— Замолкни, детка. Я обещала помочь, а не проводить повышение квалификации для недоучек.

Фея обиженно замолчала.

— Анисим, сначала ты, — скомандовала Лиза.

Я подхватил рюкзак, и растерянно шагнул ближе.

Она схватила меня за руку, дёрнула поближе к себе, и в следующую секунду я оказался в Эверглейде. Следом материализовалась Мирилла, потом на землю рядом попадал багаж, и, наконец, проявилась Лиза, всё так же обнимающая дуб.

На мгновение мне показалось, что её лицо заострилось, а глаза сверкнули красным, но она моргнула, и всё стало, как прежде.

Лиза — не человек. Теперь я был уверен в этом. Но ничего объяснять мне никто не планировал.

Она разжала руки, и отступила от дерева, отряхивая ладони от налипшего мусора. Мирилла радостно встрепенулась, и принялась чистить пёрышки. Почти буквально — достала из сумочки очередной артефакт, и принялась водить им по платью. Ткань под его воздействием мгновенно расправлялась и самоочищалась.

Не успел я порадоваться, что перемещение состоялось, как воздух вокруг нас загустел. Двигаться стало невероятно сложно — тело словно увязло в желе.

— Сюрпрайз, — проворчала Лиза, медленно опуская ногу на землю. Её эта аномалия застигла в начале шага.

— Ох, — Мирилла горестно вздохнула. — Мы же слышали, что Глава Совета говорила про сигнализацию! Но не придали этому значения.

— Тогда ничего страшного, — отозвалась Лиза. — Скоро сюда явятся доблестные феечки и освободят нас.

— Да, конечно, — язвительно ответила Мирилла. — Освободят, доставят в Совет и запрут до конца дней в архиве. Задание у меня отберут, Анисима перепривяжут, и тогда он никогда не изменит своё желание!

Я тоже подозревал, что Главфея может повторить свою попытку. А в силу Лизы, конечно, верил. Но не настолько, чтобы проверять, выдержит ли печать ещё одно вмешательство.

— А что там с желанием? — заинтересовалась Лиза. — Люди всегда хотят одно и то же. Вот ты, Анисим, чего пожелал? Денег? Всемирной славы? О! Неужели гарем из красоток?

— Перестань! — возмутилась фея, ещё до того, как я успел раскрыть рот. — Анисим хороший! А Древо такие желания не исполняет. Сама знаешь.

— Леди, давайте в другой раз это обсудим? — прервал болтовню я. — Если Мирилла права, то нам и правда лучше выбираться отсюда. Желательно побыстрее.

— Хорошо, детки. Закройте глаза, — заявила Лиза.

— Боишься, что узнаю твои секреты? — хмыкнул я.

— Просто заткнись и слушайся. Или остаёмся, и ждём пока нас вызволят феи.

Спорить смысла не было, и я подчинился. Тут же раздался шорох, потом треск, как будто что-то рвалось. И через несколько секунд я почувствовал, что могу двигаться без усилий.

— Переноси нас отсюда! — скомандовала Лиза.

Я не успел открыть глаза, но перемещение ощутил. Главным образом потому, что оказался скрюченным в три погибели, и носом буквально упирался в собственное колено. Пошевелился и понял, что выпрямиться не могу. Повёл плечами, но они во что-то упёрлись. Хуже того, пол подо мной ощутимо прогибался и подозрительно трещал при движении.

— Не сломай мне дом! — возмутилась Мирилла, и я замер, не дыша.

Хотелось подробнее рассмотреть, как выглядит дом феи, но из такого положения, да ещё и прижатым со всех сторон, это оказалось затруднительно.

— Ну ты молодец, конечно! Идеальное место выбрала, — фыркнула прижатая к моему боку Лиза.

Мирилла вздохнула, и мы снова перенеслись.

В этот раз я оказался сидящим на траве. Мягкой, прохладной, и приятно пружинящей. По безмятежно голубому небу плыли мягкие облачка, а щёки обдувал ветерок. Уютная, идиллическая картина. Я с наслаждением вытянул ноги и повертел головой.

— Уже лучше, — сказала Лиза, поднимаясь на ноги. — Но где мои вещи?

Я тоже подскочил и испуганно заозирался. Но тут же выдохнул — мой рюкзак всё ещё висел одной лямкой на плече.

— Я просто не сориентировалась, — начала оправдываться Мирилла, — от неожиданности. Ты так крикнула, ну я и...

Лиза стояла ко мне спиной, и её плечи подрагивали.