Сорок третий - 5

Глава 1

В Марсане зимогляд[1] не означал снег и пургу.

В других краях в это время уже доставали меховые шубы, проверяли тягу в печи, ругались на сырость в сапогах и смотрели на небо с тем тупым раздражением, с каким человек смотрит на начальника, снова придумавшего обязательное построение под ледяным дождём. В Марсане же всё выглядело куда цивилизованнее и одновременно коварнее. Воздух становился чуть прохладнее, по утрам над протоками поднимался сизый пар, пальмы у воды блестели тяжёлыми листьями, а дождь шёл словно по расписанию, как у хорошего чиновника. Утром, после полудня и обязательно ночью, чтобы всем напомнить - субэкваториальный пояс не признаёт человеческих понятий о комфорте.

Дом на Радужной протоке жил в этом влажном ритме привычно и уверенно.

Слуги закрывали тяжёлые окна раньше, чем первые капли ударят в стёкла, охрана перестала ругаться на сырость вслух, потому что после третьего замечания Ардора поняла: ругаться можно, но только одновременно неся службу и не отвлекаясь ни на что. Зато садовники ходили по дорожкам в коротких плащах и штанах из водоотталкивающей ткани выглядя счастливыми людьми, ведь им наконец дали достаточно воды для всех клумб сразу.

А в малой зале второго этажа Лиара Гес уже третий час училась входить в комнату.

- Ещё раз, - сказала госпожа Тарина, преподавательница придворного поведения, сухая стройная женщина с лицом человека, видевшего в этой жизни слишком много дебилов и ленивых тварей.

Лиара остановилась у дверей, медленно выдохнула и посмотрела на неё с той вежливостью, которая ещё утром была живой, а теперь слегка напоминала желание ударить чем-нибудь тяжёлым.

- Госпожа Тарина, если я войду в эту комнату ещё раз, пол начнёт узнавать меня по шагам.

- Это свойство всех полов в старых домах. – Ровно ответила дама.

- Мне казалось, это обязанность прислуги.

- Прислуга должна не знать, не понимать, а просто исполнять. Это разные вещи.

У окна, развалившись в кресле с таким видом, будто всю жизнь мечтал наблюдать дрессировку будущей жены, сидел Ардор. На коленях у него лежал толстый отчёт по маркизату Ванкос, сбоку на подносе стояла чашка солго, уже остывшего до состояния печального болотца. Он честно пытался читать, но после пятнадцатого прохода Лиары по залу начал подозревать, что придворный этикет является особой формой пытки, просто более дорогой и социально одобренной.

- Я правильно понимаю, - спросил он, не поднимая глаз от бумаги, - что основная задача дворянки при входе в комнату заключается в том, чтобы не выглядеть человеком, который действительно куда-то шёл?

Тарина повернула голову.

- Нет господин маркиз, основная задача дворянки - войти так естественно, как вода втекает сквозь пробоину.

- А если она действительно не случайно?

- Тогда особенно.

Лиара тихо фыркнула.

- Не поддерживайте его, - строго сказала Тарина. - Он вреден для учебного процесса.

- Да я вообще молчу!

- Ваше молчание имеет очень ясное выражение лица.

Ардор наконец поднял взгляд.

- Да нормальное у меня лицо.

- У вас лицо человека, оценивающего помещение на предмет удобных позиций для стрельбы.

- К сожалению, это и есть моё нормальное лицо. – Ардор усмехнулся.

Из соседнего кресла, где Альда просматривала приглашения на ближайший бал у графини Таршан, донёсся тихий смешок.

- Тарина права. Ты вреден для учебного процесса.

- Я сижу тихо.

- Ты сидишь тихо так, что Лиаре хочется смеяться, а преподавателю - уйти в монастырь.

- В монастыре тоже есть двери. Она и там заставит всех входить правильно.

Лиара не выдержала и рассмеялась.

Госпожа Тарина закрыла глаза.

- Прекрасно. Чувство меры погибло под напором всеобщей безответственности. Начнём сначала.

- И сколько раз ещё? - спросила Лиара уже почти жалобно.

- Пока вы не перестанете входить как секретарь, пришедшая сообщить хозяину, что в доме пожар.

- Но если в доме пожар, лучше войти именно так.

- Если в доме пожар, - вмешался Ардор, - лучше не входить, а вывести людей, перекрыть каналы вентиляции и проверить, не отвлекающий ли это манёвр.

Тарина строго посмотрела на Альду.

- Герцогиня, я прошу удалить господина маркиза из помещения.

- Не могу, - спокойно ответила Альда. - Он егерь. Удаляется плохо, возвращается быстро, а если закрыть дверь, снимет её с петель причём одним движением.

- Я могу уйти сам, - предложил Ардор.

- Нет, - одновременно сказали Альда и Лиара.

Он посмотрел на них обеих.

- То есть я вреден, но нужен?

- Разумеется, - сказала Альда. - В этом основа семейной гармонии.

Лиара снова подошла к двери, на этот раз уже не с раздражением, а с тем самым внутренним собранным спокойствием, которое в ней появилось не сразу. Она расправила плечи, чуть изменила положение подбородка, положила пальцы на ручку и вошла.

Не как секретарь, и не как девушка из рабочего района, которой всё ещё кажется, что большие дяди и тёти смотрят на неё сверху вниз. Она вошла тихо, ровно, сдержанно. Будто действительно знала, зачем пришла, и не собиралась объяснять это каждому встречному стулу.

Тарина помолчала, и после кивнула.

- Уже лучше.

Лиара остановилась.

- Это всё?

- Нет. Теперь мы проделаем то же самое в вечернем платье, с тяжёлым украшением на шее, после двух бокалов вина, представив, что находимся под взглядами сорока сплетниц, из которых пятеро вас ненавидят, семеро хотят купить, трое уже сочинили о вас грязный слух, а одна искренне желает дружить, что опаснее всего.

В этот момент в дверь постучали, и вошла Гарла Эсгор с конвертом под мышкой и выражением человека, принёсшего не бумаги, а маленькое стихийное бедствие в аккуратной обложке.

- Госпожа Альда, господин маркиз, пришёл пакет из Королевской канцелярии. Срочно, с красной нитью, и малой печатью государя.

Альда мгновенно стала другой.

Исчезла мягкая усмешка, чуть ленивое движение пальцев по приглашениям, домашняя расслабленность женщины, сидящей в своём кругу. Осталась герцогиня вон Зальта - спокойная, точная, опасно собранная.

- Дай.

Гарла подошла и положила конверт на стол. Ардор уже поднялся и встал рядом. Лиара, сама не заметив, как, оказалась чуть с другой стороны, там, где удобнее читать документы одновременно с ним.

Тарина посмотрела на эту троицу, правильно оценила момент и тихо сказала:

- Занятие продолжим позже.

- Не уходите далеко, - машинально сказала Лиара.

Преподавательница приподняла бровь.

- Вот вы уже и отдаёте распоряжения тоном хозяйки дома. Запомните это ощущение. - И вышла.

Ардор сломал печать, и руками разорвал плотную бумагу, проклеенную металлическими нитями.

Внутри лежали несколько документов. Указ, несколько заверенных копий, приложение к реестровым книгам и отдельная записка из канцелярии Ингро Талиса, короткая настолько, что в ней почти слышался его голос: «Его Величество счёл нужным усилить символическую часть наказания. Лучше ознакомиться дома, до публичного объявления».

- Символическую, - пробормотал Ардор. - Когда чиновник такого уровня пишет подобное слово, кто-то обычно теряет имущество, свободу или голову.

Альда уже читала основной текст.

- Или всё это одновременно. - Лицо её осталось спокойным, но глаза чуть сузились. - Ванкос больше не Ванкос.

Лиара подняла взгляд.

- Как так?

- Вот так. Королевским указом прежнее имя маркизата исключается из дворянских, земельных, налоговых, архивных и церковных книг. Владение отныне именуется маркизатом Таргор-Увир. Все последующие упоминания рода Ванкос и демонстрация их символики в связи с владением подлежат оценке как измена.

Ардор медленно взял документ из её рук и перечитал.

Слова в указе, как и положено, аккуратные, юридически безупречные, без единой лишней запятой. Именно поэтому от них веяло холодом сильнее, чем от приговора, где палач хотя бы честно стоит рядом с топором.

- Стирают род, - сказал он наконец.

- Не род целиком, - уточнила Альда. - Только его политическое присутствие в этой части истории. Но для старых домов это пострашнее казни.

Лиара осторожно взяла одну из копий.

- За участие в перевороте?

- За участие, финансирование, укрывательство и попытку остаться в стороне после того, как всё пошло плохо, - сказала Альда. - Последнее, подозреваю, Его Величество счёл особенно оскорбительным. Когда мятежник проиграл и, хотя бы умер с оружием, это ещё можно оформить красиво. Когда мятежник проиграл, спрятал деньги, подставил младших и стал уверять, что просто не так понял общую атмосферу вечера, короли злятся.

Ардор отложил указ.

- Значит, нам надо лететь.

- Да, - сказала Альда. - И быстро. До того, как местная администрация поймёт, что прежнее имя больше не защищает их привычного скотства.

Гарла открыла вторую папку.

- Я ещё неделю назад запросила и сегодня получила отчёт от детективного агентства список управляющих, старших слуг, арендаторов, подрядчиков, складских смотрителей и лиц, получавших выплаты по личным распоряжениям бывшего маркиза. Там много интересного.

- Насколько много? - спросила Лиара.

- Если коротко, то прислуга в главном доме ест на господском серебре, кладовые пустеют быстрее отчётности, а управляющий рудным двором купил своей любовнице дом, стоящий как три его годовых жалования.

Ардор посмотрел на Альду.

- Мне всё меньше нравится так называемая мирная жизнь. Война хотя бы честнее. Там если кто-то хочет тебя ограбить, он обычно для начала стреляет.

- Привыкай, - сказала Альда. - Здесь сначала подадут чай.

Через сутки они уже летели на юго-запад и не парадным составом, на роскошном прогулочном аппарате, а на быстром семейном воздухолёте Зальтов, переделанном так, чтобы внешне выглядеть прилично, имея внутри командный центр, два десятка бойцов охраны, тяжёлое вооружение, запас ручного оружия и всех тех людей, способных найти грязь даже на хирургических инструментах.

Марсана осталась позади влажным блеском каналов, башен и островерхих крыш, а через пять часов полёта под крылом потянулись земли герцогства Кунар - мягкие холмы, речные изгибы, тёмные пятна лесов, посёлки, похожие сверху на брошенные горсти светлого камня.

Лиара сидела у окна и держала на коленях планшет с выписками.

- Маркизат действительно небольшой, - сказала она. - Если сравнивать с графством Таргор, почти вровень.

- Не смотри на размеры, - поправила Альда. – Это настоящий центральный гвоздь в конструкции герцогства.

- Потому что с Источником?

- Потому что Источник, дороги, пристань, залежи изменённых материалов, коптившихся в поле аномалии сотни лет. Небольшая земля не значит слабая. Иногда маленький участок держит за горло десятки больших.

Ардор, сидевший напротив, рассматривал карту.

- Тот самый овраг, это здесь?

- Да, - Лиара наклонилась и показала пальцем куда-то вдаль. - Местные называют его Глубокая глотка. В отчётах - Третий энергетический разлом Кунарской линии. Постоянная аномалия. Не буйная, но плотная. За пару часов меняет железо на синюю сталь, древесину, некоторые виды кристаллов и материалов чуть медленнее. С одной стороны, медленно и печально, а с другой не нужно следить с секундомером. Всё происходит плавно и идеально поддаётся контролю. Из-за этого доходы выше, чем должны быть при такой площади и интенсивности.

- Получается, что люди часами торчат в поле большого напряжения? Тогда у них должна быть огромная смертность?

Лиара дёрнула плечом.

- Официально низкая.

- Неофициально?

- Не знаю. Но если официально низкая, а расходы на похоронные выплаты стабильно-высокие, значит кто-то врёт либо в первой графе, либо во второй.

Альда посмотрела на неё с одобрением.

- Хорошо.

Лиара чуть улыбнулась.

- У меня хорошие преподаватели.

- У тебя хорошее чутьё, железная воля и фантастическая харизма. - сказал Ардор. - Преподаватели только научили тебя считать.

Она хотела ответить, но аппарат чуть качнуло, и впереди, между холмами, открылся овраг.

Он выглядел не просто глубоким. Он выглядел так, словно земля когда-то не выдержала и разошлась швом, обнажив тёмные, почти чёрные стены, уходящие на огромную глубину. Внизу, где не видно дна, клубился плотный белёсый пар. Не дым, не туман, а именно пар силы - медленный, густой, местами подсвеченный изнутри зелёными и синими всполохами. По краям оврага стояли подъёмные краны, рельсовые тележки, защитные мачты, складские ангары и маленькие серые домики рабочих посёлков.

А чуть дальше, на уступе, располагался бывший дом маркизов Ванкос.

Не замок, а скорее укреплённая усадьба: широкая, низкая, с двумя башнями, толстыми стенами и большим внутренним двором. На флагштоке ещё висел старый стяг, снятый ветром наполовину, словно сама ткань уже понимала, что её время закончилось.

Ардор посмотрел на него.

- Первым делом снять.

- Уже приказано, - сказала Альда.

- Нет. Я сам. Сейчас этот флаг нарушает указ, подпадая под измену третьей степени.

Едва трап коснулся каменных плит двора, к нему уже выстроились местные работники. Управляющий, дворецкий, экономка, начальник охраны, несколько старших слуг, рудный смотритель и трое чиновников, по виду пытавшихся одновременно казаться полезными, незаменимыми и совершенно непричастными ко всему, что могло оказаться преступлением.

Управляющий выступил вперёд.

Крупный мужчина лет пятидесяти, с ухоженной бородкой, тяжёлой цепью должности на груди и улыбкой, в которой вежливости было ровно столько, сколько масла на клинке.

- Господин маркиз, госпожа герцогиня, леди Гес. Позвольте приветствовать вас в Ванкосе.

- Нет, - сказал Ардор.

Управляющий замер.

- Простите?

- Маркизат больше не Ванкос. Указом короля, владение теряет прежнее имя, и получает имя Таргор.

Мужчина побледнел не сразу. Сначала в его глазах мелькнуло раздражение: мол, что за ерунда, никогда такого не было. Потом взгляд упал на папку в руках Гарлы, на королевскую печать, на лица прибывших юристов, и раздражение сменилось пониманием.

Ардор поднял руку, указывая на флаг.

- Снять.

Начальник охраны дёрнулся.

- Господин маркиз, по протоколу смена стяга проводится при свидетелях муниципального совета и церковного представителя.

- Я сказал снять. Протокол, бумаги, всё остальное что вам захочется будете оформлять позже, или прямо сейчас я арестую вас за измену королю.

- Но это родовой символ…

- Именно.

Дальше спорить никто не стал.

Двое слуг почти бегом пошли к башне. Через несколько минут старый стяг Ванкосов пополз вниз. Ткань цеплялась за блок, хлопала на ветру, упрямилась, будто даже мёртвый герб не хотел уходить без последней мелкой пакости.

Ардор стоял и смотрел.

Лиара подошла ближе.

- Тяжело?

- Нет.

- Точно?

Он чуть повернул голову.

- Неприятно. Род, конечно, сам выбрал себе судьбу. Но стирать имя… Это уже не про людей. Это про вторжение в вечность.

Альда услышала и тихо сказала.

- Иногда память тоже служит оружием. Логрис просто забрал его у тех, кто мог бы через двадцать лет рассказывать детям, что Ванкосы не мятежники, а жертвы обстоятельств.

- Через двадцать лет дети всё равно найдут способ поверить в удобную ложь.

Новый стяг подняли через полчаса.

Просто герб Егерского Корпуса, сообщавший всем, что сюда пришла настоящая власть. Простовато, почти грубо, но честно.

Лиара посмотрела на флаг и неожиданно для себя улыбнулась.

- Мне нравится.

- Это потому что ты уже практически жена комбата егерей, - сказала Альда.

- Как и ты.

- Как и я. – Девушки переглянулись, синхронно фыркнули и негромко рассмеялись.

Работа началась сразу.

Альда заняла большой приёмный кабинет бывшего маркиза, не спрашивая ничьего разрешения, Лиара расположилась рядом, за столом управляющего, что само по себе произвело на местный аппарат впечатление, сравнимое с небольшим артиллерийским обстрелом, Гарла развернула юридическую группу в библиотеке рядом с кабинетом а Ардор ушёл с охраной смотреть периметр, склады и рудный двор.

Через два часа уволили первых семерых.

Тихо, без истерик и криков, Гарла по очереди называла фамилии, Альда смотрела в документы, Лиара задавала один-два вопроса, после чего человек либо оставался уходил в группу оставленных на прежней должности, либо получал запечатанный конверт с расчётом и письменным распоряжением покинуть служебное жильё в течение суток.

Экономка попыталась заплакать.

- Госпожа, я служила этому дому двадцать семь лет!

Альда кивнула.

- Поэтому вы точно знали, что списываете ткань рулонами как изношенную, а продаёте его через племянницу в графство Альвис.

Экономка закрыла рот, и в ужасе распахнула глаза.

- Но…

- Не надо, - сказала Лиара, останавливая женщину жестом. - Голос у неё был негромкий, но очень ровный.

Экономка перевела на неё взгляд. Там читалось всё сразу: и возмущение тем, что какая-то бывшая секретарша смеет говорить со старшей экономкой рода Ванкос, и страх, и попытка быстро понять, можно ли эту молодую женщину продавить жалостью.

Нельзя.

Лиара, словно таблички развернула перед ней веером три накладные.

- Вот документ из прачечной. Вот отметка склада. Вот письмо вашей племянницы покупателю, вот банковский чек. Вы воровали не у бывшего маркиза. Теперь это можно было бы даже оставить богам. Вы воровали у дома, где работают люди, которым потом не хватало нормальных простыней в казарме охраны и чистых перевязочных тканей в рудной лечебнице. Так что не плачьте. Вы ещё очень хорошо уходите, потому как за подобное полагаются плети и каторга.

Экономка побледнела так, будто её не уволили, а уже раздели догола перед всем двором, чтобы высечь.

Альда на мгновение посмотрела на Лиару, и не с удивлением, а скорее с признанием, качнула головой словно соглашаясь со своими мыслями, и повернулась к ожидавшим людям.

- Следующий.

К вечеру стало ясно, что маркизат Таргор-Увир действительно маленький, богатый, но больной.

Не смертельно, но весьма запущенно.

Складские книги врали вежливо, рудные ведомости нагло, штат прислуги раздут так, будто бывший маркиз собирался не управлять домом, а изображать императорский двор в миниатюре. Десятки людей числились на должностях, где работы было на двоих, зато жалование уходило исправно и почему-то часто через один и тот же расчётный дом в Кунаре.

С рудным двором всё оказалось сложнее.

Когда Ардор вернулся оттуда, сапоги у него были в серой пыли, плащ пропах озоном и нефтяным дымом, а лицо имело то выражение, увидев которое умные подчинённые начинают прятаться по щелям.

- Там воруют, - сказал он, входя в кабинет.

Лиара даже не подняла головы.

- Везде.

- Но там ещё и убивают.

А вот теперь подняли головы все.

Альда медленно закрыла папку.

- Пояснишь?

- В овраге три опасных участка. Официально закрыты щитами и контрольными мачтами с защитным полем и оповещателями. Ну, там громкий звук и вспышка. По факту две мачты работают едва-едва, третья вообще не включается. То есть защитного поля нет. Смотритель говорит, что всё по норме, мастер смены говорит, что докладывал, а рабочие вообще отворачиваются.

- Погибшие?

- За год официально четверо, по то, что я вытянул из работяг - не меньше семнадцати. Ещё девять стали калеками, но их провели как бытовые травмы вне производства.

Гарла тихо выругалась, а невесты переглянулись.

- Смотрителя будешь арестовывать?

- Да, - сказал Ардор.

Альда покачала головой.

- Не сейчас.

- Почему?

- Потому что он не один. Если мы возьмём его сейчас, остальные спрячут документы, а графство Альвис получит половину ночи, чтобы уничтожить все улики и сделать удивлённые лица.

- Альвис? Моё графство?[2]

- Да. Деньги уходят туда, - сказала Лиара. - Через подрядчиков, ремонтные сметы, поставку защитных кристаллов.

Ардор помолчал.

- То есть пока не бить.

- Успеешь ещё, - сказала Альда. - Сначала нужно считать, и готовить нормальный аудит. Я вызвала бригаду из своих структур, и они будут через пару часов.

- А если за это время кто-то ещё погибнет?

В кабинете стало тихо.

Вот это и был тот самый неприятный вопрос, ради которого управление землями не стоило путать с красивыми гербами на серебряных тарелках. Любое решение имело цену. Быстро ударить - приятно, правильно, по-человечески. Но можно вспугнуть верхушку и оставить систему жить. Подождать - разумно, эффективно, государственно. Но где-то внизу люди продолжат спускаться в овраг под нерабочим защитным куполом.

Лиара первой нарушила молчание.

- Можно остановить опасные участки официально. Не арестами, а ревизией.

Альда посмотрела на неё внимательнее.

- Продолжай.

- Мы не говорим, что нашли преступление, а скажем, что новый владелец требует личной проверки всего оборудования, потому что после смены имени маркизата меняются страховые документы, а без них работы на опасных участках незаконны. Участки закрываются на три дня, или сколько там нам понадобится чтобы всех взять за горло. За это время ревизоры наведут тут порядок, поставим своих людей у складов, и вызываем представителей графства Альвис как твоих подчинённых. Пусть приезжают. Не предупредить их нельзя, если мы сейчас будем тут всё менять. А когда приедут, посмотрим, кто начнёт потеть.

Ардор посмотрел на Альду.

- Рабочих вывести сможем?

- Запросто, - сказала она. – Сделаем под видом полной проверки страховки.

- Тогда так и делаем.

- Но смотрителя пока не трогать, - предупредила Альда.

- Я понял.

- Арди!

- Что?

- «Я понял» в твоём исполнении иногда означает: «я понял, как сделать по-своему».

- Несправедливо.

Лиара и Альда почти синхронно произнесли:

- Нет справедливо.

Он с улыбкой посмотрел на невест.

- Как всё быстро переменилось.

К ночи ливень накрыл Таргор-Увир плотной стеной.

Не Марсанский тёплый дождик, пахнущий зеленью и мокрым камнем, а здешний, холодный, с привкусом металла и аномальной силы. Капли били по крыше бывшего дома Ванкосов так, будто кто-то снаружи сыпал на черепицу мелкую дробь, а в окнах вспыхивали далёкие зелёные отблески Глубокой глотки.

Ардор стоял на балконе под навесом и смотрел в темноту.

Снизу, во дворе, менялись караулы. Новые люди, привезённые Альдой и Ардором, уже взяли под контроль весь дом, старые держались настороженно и очень тихо, как люди, внезапно понявшие, что пол под ними не просто скрипит, а внезапно открывается вниз.

Лиара вышла к нему, накинув меховую накидку поверх домашнего платья.

- Альда уснула?

- Нет. Наводит страх на юристов и аудиторов.

- Гарла?

- Там, вокруг порхает. Бабочка с тяжёлым пулемётом. – Девушка негромко рассмеялась. Она встала рядом, тоже глядя на овраг. - Странное место.

- Но перспективное.

- Одно другому не мешает.

Лиара помолчала.

- Ты жалеешь?

- О чём?

- О том, что всё это свалилось перед свадьбой. Маркизат, указ, аудит, балы, спектакли, преподаватели, я с дверями…

- Особенно ты с дверями. – Ардор негромко рассмеялся, приобняв девушку.

Она ткнулась лбом в грудь.

- Я серьёзно же!

- Я тоже. Если бы не ты с дверями, день был бы совсем мрачный.

Лиара опустила глаза на серебряный браслет малого обета на своём запястье. Металл в свете лампы казался почти белым.

- Иногда мне кажется, что я бегу за вами двумя и всё равно опаздываю.

Ардор повернулся к ней.

- За нами?

- За тобой и Альдой. Она родилась в этом мире власти. Ты… - Лиара чуть усмехнулась. - Ты просто входишь в любую систему как нож в плоть. А я всё ещё учусь не вздрагивать, когда мне говорят «леди».

- Да, вздрагиваешь уже меньше.

Она рассмеялась, но смех быстро ушёл.

- Сегодня, когда снимали флаг, я вдруг подумала: а что останется от меня, если однажды кто-то так же решит стереть моё имя? Я ведь не род. Не дом. Не герб. Просто Лиара Гес.

- Нет.

- Что нет?

- Ты очень давно не просто дама по фамилии Гес.

Он сказал это так спокойно, что она не сразу нашла ответ.

Ардор взял её руку, провёл большим пальцем по браслету.

- Имя держится не только на книгах. Иногда на людях, иногда на том, что кто-то утром просыпается и выбирает не предать. Ты сегодня удержала от смерти рабочих, которых даже не видела. Не дала нам с Альдой выбрать удобное решение вместо правильного. Вот это и есть имя.

Лиара долго молчала, а после тихо сказала:

- С тобой иногда невозможно спорить. Ты говоришь грубо, а попадаешь всегда в центр проблемы.

- Профессиональная деформация.

- Убийцы?

- Офицера.

Она посмотрела на него, и в этом взгляде смешались смущение, тепло и что-то совсем новое - уже не страх перед будущим, а осторожное признание, что это будущее действительно наступает.

Сзади открылась дверь.

На балкон вышла Альда, держа в руке тонкий конверт.

- Простите, что мешаю вашему почти приличному семейному моменту…

- Иди к нам, - негромко сказал Ардор.

Альда каким-то непостижимым образом вкрутилась в круг рук Ардора, тоже уткнувшись в него носом, и прижав руки к груди.

- Пришёл ответ из графства. Этот мерзавец и будущий каторжник, управляющий выражает радость, уважение, готовность к содействию и прочие виды дипломатической суеты. Завтра к полудню прибудет с делегацией.

Лиара насторожилась.

- Так быстро?

- Именно.

Альда протянула письмо.

Он прочитал, потом перевернул лист, анализируя печать, сгибы и краешек бумаги.

- Они были готовы.

- Да, - сказала Альда. - Либо ждали нашего запроса, либо хотели приехать сами.

- Почему?

Герцогиня вынула из конверта второй, совсем маленький листок.

- Потому что вместе с официальным ответом пришло это. Без подписи. Наш человек на почтово-телеграфной станции перехватил до того, как его успели вложить в другой пакет.

Лиара взяла листок и прочитала вслух:

- «Не допускайте новых хозяев к нижнему архиву.

[1] Декабрь в местной традиции.

[2] В состав маркизата входят несколько графств. Альвис, Шаролл, Атеро.

Глава 2

Записка лежала на столе между лампой, раскрытым планом северного крыла и королевским указом о переименовании маркизата.

Маленький лист недорогой бумаги, сложенный вчетверо. Чернила чуть расплылись по волокнам, но слова читались хорошо, будто тот, кто писал, боялся быть непонятым.

«Не допускайте новых хозяев к нижнему архиву. В случае опасности – ликвидируйте всех.».

Несколько строк, а воздух в кабинете резко изменился.

До этого здесь пахло дождём, мокрой кожей плащей, горячим солго и пылью старых бумаг. Теперь ко всему примешался запах войны. Не настоящей, фронтовой, с дымом и криком, а другой - домашней, подловатой. В такой войне люди улыбались за обедом, передавали друг другу сахар, писали аккуратные письма и в то же время спокойно приказывали убить новых хозяев, если они подойдут к чему-то запретному.

Лиара прочитала записку второй раз, затем третий.

Она держалась ровно, только лицо стало слишком спокойным - таким, каким оно бывало у неё в те минуты, когда страх уже задавлен волей, и осталось только злость и решимость.

Альда стояла у края стола, положив ладонь на папку с первыми выписками по рудному двору. Внешне она оставалась прежней: собранной, холодной, безукоризненно владеющей собой. Но Ардор уже достаточно хорошо знал обеих, чтобы заметить, как у Альды чуть изменился взгляд. Не испугалась. Нет. Просто где-то внутри герцогини вон Зальта тихо закрылась дверь, отделив осторожность от жёсткости.

Он взял лист, повернул к лампе и посмотрел на неровные строки. Ему не требовалось быть криминалистом, чтобы понять главное. Автор вообще не пытался напугать их. Он обращался к своим. К тем, кто уже понимал, какое значение имеет нижний архив.

Альда медленно провела пальцем по плану усадьбы.

- Это под северным крылом. Старые производственные книги, журналы смен, ведомости по защитным мачтам, страховые списки, списание материалов и всё такое. Если что и есть, то только там.

- Или уже не там, - сказала Лиара.

- Если бы не там, - Ардор положил записку обратно на стол, - нас бы не предупреждали так нервно. Нужно сходить посмотреть.

Альда не стала возражать сразу и это выглядело хуже любого спора. Она смотрела на него слишком внимательно, оценивая не упрямство, а необходимость а Лиара шагнула ближе к столу.

- Это ловушка.

- Конечно. – Ардор усмехнулся.

- И ты всё равно в неё полезешь?

- Ловушка хороша, пока тот, кто её ставил, правильно оценивает габариты добычи. Надеюсь я им не по зубам.

В кабинете снова стало тихо. За окнами шумел дождь. Где-то внизу, за толстыми стенами бывшего дома Ванкосов, скрипнула дверь, и этот обычный ночной звук вдруг показался частью чужого движения.

Альда первой отвела взгляд от плана.

- Сейчас подниму своих.

- Без шума, - сказал Ардор. - Если начнётся шум, половина дома побежит спасать не людей, а бумаги. А вы побудете вместе.

Глаза Лиары вспыхнули. На мгновение прежняя Лиара - секретарь, привыкшая быстро понимать настроение хозяина и обходить углы - исчезла совсем. Перед ним стояла женщина, которая уже дала обет, уже приняла своё место рядом и больше не собиралась изображать удобную тень.

Но Альда положила ей руку на плечо.

- Сейчас он прав. Ты не боевик и не специалист по проникновениям, и это не время получать такую хлопотную специальность.

Лиара резко повернулась к ней, но ничего не сказала. В молчании между ними мелькнуло слишком многое: страх, злость, доверие, нежелание уступать и понимание, что иногда любовь не в том, чтобы стоять рядом, а в том, чтобы не мешать удару, который должен быть нанесён быстро.

Ардор, уже одетый в лёгкую броню, взял укороченный метатель, кинжал и мощный фонарь с направленным лучом. Затем снял со стола план северного крыла, свернул его и убрал за пояс.

- Если через четверть часа я не выйду на связь, - сказал он Альде, - берёшь дом под полный контроль, и вызываешь поддержку.

- Сделаю, но… ты… - Герцогиня подошла, поправила ремень у него на груди, хотя тот и так сидел правильно. - Будь осторожен, - сказала она тихо.

Ардор кивнул.

Не стал обещать. Обещания в такие минуты раздражали богов и давали людям лишнюю надежду. Он просто коснулся её пальцев, затем повернулся и вышел.

Северное крыло встретило его темнотой, сыростью и затхлым духом.

Парадная часть усадьбы ещё старалась выглядеть дворянским домом с широкими лестницами, полированными перилами, гобеленами, лампами в бронзовых держателях и вазонами с поздними цветами. Здесь же всё было иначе. Строго утилитарные конструкции без украшений, узкие окна, запах старой извести, пыли и металла. Дом будто снимал с себя шелка и показывал старые кости.

За спиной бесшумно двигались четверо людей Альды и двое из команды герцога. Опытные боевики шли не плотной толпой, а растянувшись так, чтобы контролировать коридоры и боковые проходы. Рубис, глава телохранителей Альды, майор егерского корпуса в отставе шёл ближе всех, держа метатель у плеча в готовности открыть огонь немедленно. Ещё двое, повинуясь его беззвучной команде исчезли на верхнем уровне, перекрывая лестницу к хозяйственной галерее.

Ардор не любил старые дома и не из-за сквозняков, пыли или скрипа половиц. Старые дома слишком часто врали своей архитектурой. Парадная лестница обещала один путь, служебный коридор выводил в другой, глухая стена оказывалась дверью, а за красивой обшивкой прятался ход, по которому сто лет подряд таскали любовниц, золото, трупы или всё вместе.

Северное крыло бывшего Ванкоса именно таким и выглядело.

Оно не просто хранило архив. Оно защищало его от тех, кто должен был считать себя хозяевами.

У первой двери их встретил ночной сторож. Старый, сутулый, с фонарём в дрожащей руке и лицом человека, который слишком поздно понял, что жалование не покрывает риск подобных встреч.

- Господин маркиз, нижние помещения ночью закрыты, - выдавил он.

Ардор остановился перед ним, и протянул руку.

- Ключи.

Сторож явно испугался, задрожал, но сдаваться не собирался.

- У меня только от первого уровня. От нижнего архива у господина управляющего и у старшего архивариуса.

Ардор упёр ствол в лоб сторожа.

- Давай что есть.

Сторож, сведя глаза в кучу на глядяшем в голову стволе, наощупь нашёл связку, и торопливо протянул вперёд и Рубис тут же подхватил её.

- Кто спускался сегодня ночью?

Сторож побледнел.

- Никто, господин маркиз.

- Плохой ответ. – Ардор взвёл затвор. – Ещё одна попытка.

- Я… я не видел.

- Это уже лучше. Кого не видел?

Старик сглотнул.

- Я… не…

И тут снизу, за закрытой дверью первого архивного уровня, донёсся едва различимый звук. Не шаг. Скорее короткое металлическое касание, как если бы кто-то задел застёжку или крюк.

Сторож услышал тоже и его лицо стало совсем серым.

Ардор больше не задавал вопросов. Одним движением оттолкнул старика к стене, и жестом приказал Рубису открыть дверь, сам взяв метатель наизготовку, чуть отойдя назад.

Чуть слышно скрипнув, замок щёлкнул и дверь почти беззвучно распахнулась на всю ширину.

Первый уровень архива выглядел почти прилично. Зал метров десять на десять, занятый полками, ящиками, и рядами аккуратно прошитых книг. Только воздух отдавал ледяной сухостью словно рядом кто-то открыл холодильник, а одна из ламп у дальней стены горела не жёлтым, как остальные, а мерцала слабым зеленоватым светом.

Глубокая Глотка давала о себе знать даже здесь. Энергетическая аномалия лежала в овраге на расстоянии в несколько километров, но её дыхание просачивалось сквозь грунт, стены, металл и подземные потоки. В таких местах невозможно жить без последствий, разве что привыкать не замечая, как уродства становятся частью жизни.

Лестница на нижний уровень находилась за широкой дверью между стеллажами. На плане она была обозначена как служебный спуск к продуктовым хранилищам. В реальности дверь оказалась толще наружной и с внутренней накладкой из тёмного сплава. Замок был свежий. Не новый целиком, но со следами масла и новыми болтами на двери.

- Ломать? - спросил Рубис негромко.

Ардор приложил ладонь к металлу.

С той стороны веяло холодом и чем-то ещё. Запахом сырой шкуры, мокрой глины и крови, которую пытались смыть, но не до конца смогли.

Он отодвинулся и на мгновенном разгоне ударил в верхнюю петлю.

Первый удар каблуком только высек искры. Второй заставил стену скрипнуть и сдвинул дверь вместе с дверной рамой ломая стержни, соединявшие металл со старым камнем. Третий сопровождался коротким треском дерева. Рубис успел отступить влево, один из людей Альды занял позицию для стрельбы с колена, а Ардор коротко разогнавшись ударил плечом и дверь рухнула внутрь, тяжело грохнув и скользнув по ступеням.

И снизу сразу пахнуло Глубокой Глоткой.

Не просто сыростью. Там был густой, тёплый, почти животный запах изменённой плоти. Сладковатый, тяжёлый, с примесью железа и горелого камня. Такой запах не мог принадлежать архиву, даже если в нём сто лет не открывали окна.

Ардор расфокусировал фонарь, чтобы он освещал всё пространство, в желтоватом свете техномагического источника стали видны следы на камне.

Широкие, неровные отпечатки босых ступней. Слишком большие для обычного человека, а между ними - тёмные капли. Не свежая кровь, скорее густая сукровица, подсыхающая по краям зеленоватыми кристалликами.

- Опасность, - сказал он, подняв руку в предупреждающем жесте, и Рубис понял правильно. Не ушёл, а отступил на два шага, освобождая пространство и распределяя людей и сектора контроля.

Ардор начал спускаться первым, плотно прижимая приклад метателя к плечу, фонарь к цевью, и внимательно слушая и смотря вокруг чтобы не пропустить момент атаки.

Камень под подошвой чуть пружинил от плотного налёта изменённого мха, проросшего даже без света, стены покрывали тонкие прожилки блестящего минерала, и от этого казалось, будто они не отражают фонарь, а сами сверкают из темноты.

На середине лестницы сверху донёсся глухой стук. Это люди Альды закрывали первый уровень, отсекая нападение с тыла.

Нижний архив оказался не комнатой, а длинным сводчатым помещением с высоким пятиметровым потолком и боковыми нишами, как видно когда-то давно поострённого для хранения вина. Стеллажи тянулись вдоль стен, часть полок была закрыта решётками, часть - плотно заставлена книгами и ящиками. В центре стоял широкий стол, покрытый брезентом, а над ним висела старая лампа, но в зале всё равно не было темно от мерцающего зеленоватого света, идущего от россыпи мелких трещин в полу.

Архив построили слишком близко к жиле аномалии, случайно или специально над ней, но в нижнем зале всё было буквально пропитано энергиями.

У дальней стены что-то шевельнулось, Ардор остановился у последней ступени и луч фонаря осветил дальний конец зала.

Существо когда-то явно бывшее человеком, стояло между двумя стеллажами, в рваных остатках рабочей куртки, грубых штанах, заправленным во что-то вроде кожаных опорок. Но тело ушло слишком далеко от человеческой нормы. Плечи раздались вширь, шея почти исчезла, руки вытянулись ниже колен, пальцы стали толстыми, с чёрными ногтями, похожими на крючки. Кожа на лице натянулась серо-бурыми складками, один глаз зарос мутной плёнкой, второй светился слабым зелёным огнём, а на груди, поверх порванной ткани, ещё висела железная бирка рабочего учётным номером.

Ардор уже видел такие бирки днём у рудного двора.

Из боковой ниши вышел второй.

Этот был ниже, но шире. Череп деформировался буграми, словно кость пыталась расти сразу в несколько сторон. Вдоль позвоночника из-под лохмотьев торчали твёрдые наросты, на руках - следы старых ожогов и кровоподтёков длинной формы. Видимо его держали где-то на привязи.

Не случайные твари из оврага, не дикие порождения Глубокой Глотки а просто рабочие.

Как видно те самые, кого списывали в книгах, хоронили в отчётах, оплакивали родственники или делали вид, что оплакивают, если им вообще сообщали. Их держали внизу и, похоже, использовали как рабочие отряды там, где обычный человек быстро умирал от фона, газа, жара или чего ещё таила в себе Глубокая Глотка.

Один из монстров чуть повернул голову, принюхиваясь.

Потом издал низкий, почти жалобный звук.

Не рычание. Не стон. Что-то среднее. И от этого стало хуже, потому что в этом звуке на мгновение проснулось человеческое горло.

Рубис выругался за спиной шёпотом.

Ардор поднял левую руку, останавливая его.

Стрелять здесь было опасно. Стеллажи, бумаги, возможные защитные магемы, неизвестный фон. Метатель мог сработать нормально, а мог дать искру туда, где лежали сухие книги, ради которых они сюда пришли.

Существа двинулись одновременно и неуклюжими они только казались.

Первый рванул вперёд низко, почти на четвереньках, но с такой скоростью, что обычный солдат не успел бы даже удивиться, а второй зашёл сбоку, отрезая выход к лестнице. Работали не как дикие а как обученные или хорошо дрессированные.

Ардор шагнул навстречу первому, ломая выбранную тварью дистанцию встречи, клинок коротко блеснул в зелёном свете и ударил снизу-вверх, не пытаясь пробить грудь, где кости могли оказаться крепче стали, а входя в мягкое место под челюстью. Лезвие пошло тяжело, будто резало плотную резину. Существо дёрнулось, но не упало. Левая рука с чёрными ногтями ударила по Ардору сбоку.

Он успел уйти на полшага, но когти всё равно скользнули по плечу, срезали ткань и полоснули защитную пластину из синей стали так, что брызнули искры. Удар был страшной силы и если бы пришёлся прямо, сломал бы ключицу, но Ардор выдержал, развернулся вместе с движением, отпуская клинок в ране, и ударил локтем в мутный глаз так что влажно хрустнуло, существо заревело уже по-настоящему, широко раскрыв пасть, где человеческие зубы перемешались с новыми, кривыми и мелкими.

Тем временем второй монстр прыгнул.

Рубис у которого метатель имел более мелкий калибр и надульный гаситель, ударил длинной очередью, сбивая прыжок. Этого хватило Ардору. Он выдернул клинок из первого, ушёл под удар длинной когтистой лапы и бросил нож в шею второму.

Не убил, но остановил.

Тварь захрипела, хватаясь за рукоять, а Ардор уже подхватил со стола тяжёлую бронзовую подставку для архивных книг и напрягая мышцы встретил ею голову первого существа. Удар вышел глухой, хрусткий и тяжёлый. Второй – точнее в темя а третий - с разворотом, всей массой корпуса, в то же место и череп не проломился сразу, но шея не выдержала согнувшись под углом. Существо рухнуло на колено, и задрожав словно в конвульсии попыталось встать.

В нём бурлило слишком много жизни. Чужой, искорёженной, насильно удержанной. А может, это уже не жизнь, а работа аномалии, продолжавшая гонять изменённую кровь по телу, которому давно полагалось лежать в земле.

Ардор поднял метатель.

Риск пожара оставался. Но теперь первый монстр закрывал собой каменный простенок, а за ним не было стеллажей.

Выстрел ударил в основание черепа и голову оторвало и унесло вперёд, а огромное тело наконец рухнуло грудью на камень.

Второй к этому моменту вырвал нож из горла.

Крови почти не было. Из раны тянулась густая тёмная масса с зелёными искрами, словно внутри вместо сосудов проросла живая руда. Тварь больше не пыталась отрезать лестницу. Она смотрела на мёртвого первого, и в её перекошенном лице на секунду проступило выражение, от которого Рубис потом долго не мог избавиться.

Узнавание.

Потом монстр бросился на Ардора.

Теперь он шёл прямо, без обхода, без хитрости. Слишком быстро для такой массы. Ардор успел выстрелить один раз в грудь. Заряд вспорол плоть, отбросил куски изменённой ткани, но не остановил. Второй выстрел ушёл в плечо. Руку оторвало, но тварь всё равно ударила другой и Ардор ушёл в сторону поднимая одной рукой огромный стол и принимая удар на столешницу дубовой плахи, и уже не дерево а фактически превращённый в камень материал, усиленный железными скобами, треснул и распался надвое. Ардор ушёл вниз, перекатился под разорванной столешницей, вскинул метатель и оказавшись у твари сбоку, там, где под наростами ещё угадывалась человеческая подмышка, он ударил короткой очередью выкрашивая плоть фонтаном и разворотив тело.

Монстр взвыл и побелев глазами рухнул всем телом на пол, зацепив плечом стеллаж. Несколько книг посыпались вниз, раскрываясь в воздухе, как птицы с перебитыми крыльями. Одна упала рядом с Ардором, и он машинально увидел на странице строку: «Смена 18. Рабочий Кевар Лонс. Списан после обрушения. Тело не найдено».

На железной бирке второго монстра был тот же номер.

Ардор стоял над ним, тяжело дыша.

В плече жгло. Куртка была распорота, стальная накладка смята, кожа под ним саднила кровоподтёком. На полу медленно расползалась тёмная масса, пахнущая кровью, болотом и горячим металлом.

- Господин маркиз, - хрипло сказал Рубис, - это люди.

- Были.

Ардор наклонился и сорвал бирку с груди второго. Металл оказался тёплым.

Кевар Лонс.

Не пропавший, не списанный и не похороненный а использованный, как бумажная салфетка.

Через пятнадцать минут, получив сообщение что уровень чист, в нижний архив вошли люди Альды, затем сама Альда с тяжёлым метателем в руках, и Гарлой, как всегда беукоризненно одетой но со странным длинноствольным одноручным метателем в подмышечной кобуре. Альда не стала спрашивать, что произошло. Один взгляд на тела, на бирки, на разорванный стол и на книги вокруг дал ей достаточно.

Лиара появилась следом, несмотря на приказ оставаться наверху. Бледная, с плотно сжатыми губами, и тоже с оружием. Она остановилась у первой ступени, увидела монстров и на мгновение закрыла глаза. Не от слабости. Скорее от того, что иногда разуму нужна секунда, чтобы согласиться с увиденным.

Альда подошла к ближайшему стеллажу, затем ко второму, сунула метатель кому-то из охраны, и подняла с пола раскрытую книгу.

На страницах плотными рядами шли списки смен. Имена. Номера бирок. Отметки о травмах. Переводы в «глубинные отряды». Подписи мастеров. Расходы на питание «нештатного состава». Выдача укрепляющих растворов и плетёных ремней. выплаты семьям, которых они, возможно, не получали.

Архив не просто подтверждал воровство, а открывал преступление совсем другого масштаба. Здесь никто не прятал мёртвых, а просто вели ими добычу.

Альда закрыла книгу. Очень аккуратно, почти нежно, будто боялась повредить не бумагу, а возможность наказания.

- Никто ничего не трогает, - сказала она таким тоном, что даже её охрана отодвинулась от шкафов. - Опечатать весь нижний уровень. Северное крыло закрыть и под охрану. Слуг, сторожей, архивных работников и управляющего - изолировать по отдельности. Без разговоров между собой. Рудный двор остановить полностью. Все выходы из усадьбы перекрыть. Птиц, курьеров, сигнальные амулеты - под контроль.

Ардор посмотрел на неё.

- Сыскарей и безопасников?

- Сразу как ты ушёл.

Она повернулась к Гарле, стоявшей у лестницы с лицом человека, увидевшего слишком многое и уже превращающего ужас в распоряжения.

- Срочную радиограмму в Марсану и генералу Сенго Деворсу. От моего имени и имени маркиза Таргор-Увира. Формулировка: обнаружены признаки массового сокрытия смертей, незаконного использования изменённых людей, подделки страховых и производственных книг, возможного участия должностных лиц управляющих графством Альвис и бывшей администрации Ванкоса с поддержкой из чиновников герцогства. Требуется выездная группа с силовой поддержкой.

Гарла уже писала.

Лиара всё ещё смотрела на бирку в руке Ардора.

- Их объявили мёртвыми, - сказала она тихо, - а потом заставили работать в Глубокой Глотке.

- Не всех. Некоторые не дожили до «потом».

Альда обошла тела, не приближаясь слишком близко. Её лицо оставалось холодным, но в этой холодности уже не было дворянской выдержки. Это была сталь.

- Теперь понятно, почему они боялись именно книг. Воровство можно возместить. Халатность можно списать на старого маркиза. Даже смерти рабочих можно попытаться утопить в бумагах. Но это…

Она не договорила.

Внизу снова запахло Глубокой Глоткой. Из щели в полу поднялся плотный зелёный завиток, прошёл между телами словно змея и распался у сапог Ардора.

Лиара медленно подняла взгляд на него.

Сверху донёсся шум. Короткий, резкий, оборванный. Кто-то попытался прорваться через кордон у северного крыла и быстро пожалел.

Альда даже не повернула головы.

- Началось.

Ардор поднял метатель, проверил расход в большом барабанном магазине и посмотрел на лестницу.

- Кому не спится в ночь такую…