Соревнование межмировых Путешественников – 4. Лже-исходный мир

Глава 1

«Приветствую, Путешественник 6!

В этом мире ты играешь сам себя, как и каждый из Путешественников.

Суть соревнования: среди Путешественников есть Главный Герой, задача которого найти могущественный артефакт. Задача остальных Путешественников найти этого Главного Героя и уничтожить его, так как артефакт — зло, которое находить не следует. Роли будут розданы позже.

Твоя особая способность: ?

Твоя слабость: фамильяр.

Удачи в путешествии!

Твоя Система»

«Путешественник 6, твоя роль: Главный Герой.

Твоя миссия: найти могущественный артефакт и завладеть им.

Совет: не раскрывай свою роль другим Путешественникам».

Я — Главный Герой. Мафиози среди мирных жителей. Злодей этой истории.

Так думал я, глядя, как Луна ест сыр, который я нашёл в своём холодильнике. Я тоже решил перекусить: пожарил яичницу и сделал себе из неё бутерброд с помидорами и сыром. Получилось вкусно, давненько я не готовил на нормальной кухне.

— Ну, чего ты приуныл? — спросила Луна.

— Я не приуныл, — сказал я. — Просто задумался. Это мой исходный мир?

— Не понимаю, о чём ты. Какой ещё исходный мир?

— Ну, мой родной. Откуда я пришёл.

— Разве тебе не лучше знать? Я вот охотилась на дичь в одном из миров, а потом меня вытащило оттуда и занесло в твой коридор.

— Ты мой фамильяр… тебе Система об этом сообщила?

— Если ты имел в виду Высшего Мага, то да.

— Нам нужно выйти на улицу и осмотреться, — сказал я. — Я пока не особо врубаюсь, почему это место так похоже на мой исходный мир.

Луна кивнула, мы собрались и вышли. Коридор был таким же грязным, как я и запомнил, а лестница и того хуже. Луна семенила за мной, а я думал. Моя слабость — фамильяр. Луна. Значит ли это, что я должен защищать её изо всех сил?

Мы вышли. Вот и двор с разноцветными качелями-каруселями, вот тополя, побелённые снизу, вот машины, сверкающие в лучах утреннего солнца. Раннее утро. Пока довольно тихо, только с оживлённой улицы доносится шум машин. Всё такое обычное — такое, каким я запомнил, отправившись в путешествие. Неужели я и впрямь в исходном мире?

— Выглядишь не очень довольным, — прокомментировала Луна, наблюдая за мной.

— Видишь эту улицу? — я указал ей на тротуар вдоль серых высоток. В тротуаре зияли колдобины и ямы, а рядом в грязной траве валялся всевозможный мусор: банки из-под пива, пакеты из-под чипсов, просто пакеты…

Луна кивнула.

— По ней я каждый день ходил на свою работу. И возвращался обратно.

— Видимо, твоя работа — дело не очень приятное…

— Осточертевшее. И я рад, что у меня пока что есть миссия. Хоть и последняя.

Мы пошли по этому тротуару. Луна нюхала воздух вокруг и траву возле перил, то и дело чихала и морщилась. Я подумал про её родной мир — чистые луга и леса, нетронутые промышленностью — и решил, что для неё всё это непривычно. Впрочем, она никак не комментировала то, что чувствовала, а я не хотел спрашивать — понятное дело, здесь ей хуже, чем в фэнтези-мире.

Впереди показался человек — он шёл мне навстречу, копаясь в телефоне. Слава богам, а я уже думал, что людей здесь, как и в предыдущем мире, нет! Человек мельком глянул на меня, снова уткнулся в телефон и прошёл мимо. Вторая отличная новость: я не призрак, меня замечают.

— Есть план? — спросила Луна. — Куда мы идём?

— Пока просто разведываем, — ответил я.

Я не знал, с чего начать. Куда мне идти? Как-то не вяжется могущественный артефакт с моим исходным миром. Да и сам факт того, что я — Главный Герой, напрягает меня. Это значит, что остальные Путешественники будут соревноваться против меня. А я не чувствовал себя настолько уверенным, чтобы противостоять им.

— Ты что-то знаешь? — спросил я. — Про могущественный артефакт, который нужно найти.

— Ничего, — ответила Луна. — Говорю же: я охотилась в одном из миров, а потом… ого! Ты посмотри, там что-то есть!

И она вдруг побежала вперёд, а потом исчезла за высоткой. Я припустил следом: что она там приметила? Потому что я не наблюдал ничего интересного: обычные дворы, привычные улицы. Завернув за угол, я увидел, что Луна скребётся в дверь подвального помещения, расположенного в пятиэтажном здании. Я добежал до неё и спросил:

— Что там такое?

— Я почувствовала что-то магическое, — отозвалась Луна, продолжая скрестись в дверь. — Внутри. Ты сможешь открыть?

Я огляделся по сторонам и спустился вниз по крошащимся ступенькам. Дверь была железной, покрытой ржавчиной, а на ней висел массивный замок. Обычная подвальная дверь. Но раз Луна говорит, что там что-то есть, а я совсем не знаю, с чего мне начать, то стоит попробовать…

Я присел возле замка, и Луна отошла за мою спину. Я думал, мне придётся ковыряться или ломать его, но к моему удивлению, замок со щелчком открылся сам, едва я взял его в руки. Дверь нехотя, со скрежетом распахнулась, и из темноты пахнуло сыростью и затхлостью.

— Фонарик бы, — прошептал я.

Когда я это сказал, внутри вспыхнула пыльная одинокая лампочка, висящая на проводе. Я шагнул внутрь и осмотрелся. Подвал был пуст за исключением деревянного стола, гордо стоящего в самом центре помещения. Этот стол покрывала старая скатерть с полустёртыми ромашками, а на ней что-то лежало. Шесть аккуратных блестящих прямоугольников.

Телефоны, — понял я, подойдя ближе. Да, это были смартфоны — одинаковые, только по цветам разные. Лежат так аккуратненько, как на витрине в салоне связи.

— Что это за штуки? — спросила Луна. Она запрыгнула на стол и обнюхивала их.

Я подошёл ближе. Надеюсь, мой телефон лежит тут, раз дома я ничего не нашёл.

Когда я остановился возле стола, все телефоны вдруг засветились. Луна зашипела и спрыгнула со стола. Мои глаза обожгло огнём, и я прочитал:

«Путешественник 6, пора выбрать особую способность.

Обрати внимание: выбор окончательный и бесповоротный, выбирай с умом».

Открыв глаза, я принялся рассматривать экраны смартфонов. Слева направо. И прочитал:

«Неуязвимость» — на синем смартфоне.

«Невидимость» — на белом смартфоне.

«Очарование» — на жёлтом смартфоне.

«Призыв демонов» — на красном смартфоне.

«Сила стихий» — на зелёном смартфоне.

«Телепортация» — на чёрном смартфоне.

Вот они, способности… Видимо, мне нужно выбрать телефон. Моё преимущество из-за того, что я хорошо справился с индивидуальной миссией в предыдущем мире и единственный из всех выжил — выбрать первым и заодно узнать способности других. Очень даже неплохо! Вот только что мне взять? Всё такое заманчивое…

Мне, как Главному Герою, как мафии, нужно выбрать то, чтобы оставаться в игре как можно дольше. Неуязвимость — очень хорошо, как и невидимость. Очарование? Может быть. Призыв демонов? Тоже неплохо. Сила стихий? Хорошо. Телепортация? Да, отличная способность, но тут надо думать, что будет наиболее полезно конкретно в этом мире, с конкретно этой миссией.

Мне нужно найти артефакт, а для быстрого передвижения телепортация будет самой полезной. Но не стоит забывать о других Путешественниках: то, что я не выберу, уйдёт им и станет оружием против меня. А я бы не хотел, чтобы на меня применяли силу стихий или невидимкой тащились за мной… Тогда, наверное, стоит выбрать неуязвимость? Что же выбрать?..

Я глянул на Луну. Та сидела возле стола и изучала меня, как будто я невесть какой экспонат.

В детстве, когда у меня было много друзей, мы часто играли в супергероев. И когда наступал момент выбрать себе суперспособность, я никогда не мог сделать это быстро: мне хотелось обладать и тем, и другим, и третьим. Поэтому, пока я выбирал кем мне быть, другие дети уже вовсю дрались друг с другом, выкрикивая: «Суперсила!», «Суперскорость!» и «А я пускаю в тебя паутину!» Сейчас я тоже застрял, не зная, что мне взять. Плохой выбор может нехорошо аукнуться в этом соревновании, а у нас, как-никак, счёт по нулям. Кто угодно теперь может стать победителем — главное выиграть в этом мире. Я хотел выиграть.

Глаза обожгло: «Время на выбор заканчивается. Осталась 1 минута».

Что? Ещё и на время выбирать?! Я пробежался взглядом по телефонам. Скорее, Крыс, скорее! Просто выбери, иначе Система тебя накажет! Я даже услышал в голове таймер — а может, мне это просто показалось.

Так, что мне выбрать? Телепорт? Неуязвимость? Силу стихий? Призыв демонов? Невидимость? Очарование? А-а-а!

Таймер заканчивался. Звук стал чаще и громче.

Я выбросил вперёд руку и коснулся телефона. Чёрного телефона. И когда я это сделал, остальные экраны погасли, а я взял в руки телефон. По экрану побежали зелёные буквы:

«Поздравляю, Путешественник 6!

Теперь вы обладаете особой способностью: телепортация.

Чтобы ознакомиться с ней подробнее, нажмите сюда».

Я глянул на стол и вздрогнул — остальные телефоны исчезли. Должно быть, отправились на выбор к следующему Путешественнику. Кто там дальше? Ловелас. После него — Плут и Валькирия. Они набрали равное количество очков, значит, будут выбирать вместе? Хе-хе, посмотреть бы на это! После них — Оратор, а самый последний — Тренер. Хорошо, что Тренер в конце — у него не будет выбора, а значит, ему придётся забрать то, что осталось.

Ещё преимущество тех, кто выбирал первым: мы знаем суперспособности других. Я знаю все, Ловелас будет знать все, кроме моей, и так далее. Тренер и Оратор не будут знать почти ничего. Любопытно, что каждый из них выберет…

Мы с Луной вышли из подвала, и я дошёл до ближайшей скамейки. Опустившись на неё, я щёлкнул по ссылке и прочитал: «Чтобы открыть телепорт, постройте маршрут по карте». Я ткнул по окошку, и карта раскрылась во весь экран.

— Ого, — вырвалось у меня.

— Что такое? — Луна, сидящая рядом, ткнулась носом в экран и снова чихнула.

— Я думал, я в своём городе… но карта не очень похожа на мой город.

Так и было: вот этот кусок карты с моим домом и двором — это мой город, а за его пределами — незнакомые мне улицы и места. Как будто соединили несколько городов в один, сшивая своеобразное лоскутное одеяло. Зная Систему, вполне вероятно, что так оно и было.

— Ну ладно, давай построим маршрут, — сказал я. — Не знаю, как работает телепорт, но на всякий случай держись поближе. Вдруг я один перенесусь, и мы потеряем друг друга.

— На всякий случай запомни, где останусь я, — предложила Луна. — Если ты перенесёшься один, я останусь тут и подожду тебя.

Я кивнул, хотя запоминать было необязательно — я итак наизусть знал ту часть города, на которой мы сейчас находились. Отлично помнил рисунок карты и мог найти свой дом, даже отдалив карту.

— Что ж, давай попробуем, — и я построил маршрут на карте, указав соседнюю улицу. Нажал «Построить маршрут»…

…и ощутил, что провалился, как во сне. Я упал на что-то твёрдое, потому что скамейка вдруг исчезла. Вздрогнув, я огляделся и увидел, что местность переменилась: я сидел на тротуаре возле облупленного старого здания, а редкие утренние прохожие странно косились на меня. Что-то мягкое коснулось моей спины, и я развернулся — но там оказалась лишь Луна.

— Кажется, работает, — сказала она. — Даже для двоих.

— Угу, — я поднялся на ноги. — Только больно уж неожиданно всё это происходит.

— Тебе лучше стоять, когда телепортируешься.

— Да я уж понял, — я украдкой потёр ушибленный копчик.

Я взглянул на экран телефона и увидел, что точка местоположения изменилась. Круто! Хоть и немного тревожно от взглядов других людей. Надо бы телепортироваться в менее людные места, что ли.

Я снова построил маршрут — на этот раз в дальний конец города, ближе к реке. Снова ощущение падения, как во сне, и вот я уже стою на набережной и щурюсь от солнца. Утренний бегун странно посмотрел на меня, но ничего не сказал и пробежал мимо. Странно, должно быть — я ведь появился на его пути неожиданно, мгновенно.

— О, а здесь не так плохо, — сообщила Луна, нюхая воздух. — Воздух не такой мерзкий.

Мы пошли вдоль набережной, и я снова уселся на скамейку. Внизу несла свои воды неизвестная река, а мимо бодро шли бабушки с палками да пробегали редкие спортсмены. Я принялся рыться в телефоне — что ещё тут было? И с удивлением обнаружил в контактах пять номеров телефонов: Оратор, Тренер, Плут, Валькирия и Ловелас.

Больше в телефоне я не нашёл ничего интересного, поэтому убрал его в карман. Ладно, с телепортом разобрался, теперь нужно построить план. С чего мне начать? Я должен найти артефакт… Артефакт, который находить не следует, потому что он — зло.

— Мне не очень нравится моя миссия, — признался я. — Какой смысл искать артефакт, если он — зло?

— Я не очень понимаю в этих ваших соревнованиях, — сказала Луна, — но разве вы не подчиняетесь каким-то законам?

Это правда. Если не играть свою роль, Система может наказать. Вот только она за всё путешествие так никого и не наказывала, хотя вот, например, Ловелас обычно очень медлителен и не всегда следует своей миссии прямо. А вдруг наказания и не существует вовсе?

— Знаешь что? — сказал я, вставая. — Я не собираюсь быть злодеем этой истории. Я не буду искать артефакт. Мне всё равно.

— Но ты проиграешь! — удивилась Луна. — Ведь проиграешь, да?

— Проиграю, — уныло согласился я.

…и стану неудачником в своём настоящем мире. А кто-то из остальных Путешественников победит. Кто-то один — тот, кто меня убьёт.

— Это тупо, Крыс, — покачала головой Луна. — Очень по-бестолковому.

— Почему? Думаешь, мне бы хотелось быть злодеем?

— Думаю, что ты бы не хотел проиграть. Что хоть на кону?

— Бесконечная удача, — прошептал я и вдруг вспомнил пиратский мир, когда я зашёл в некий Змеиный храм и обнаружил там стеклянный шар. В нём я увидел себя успешного: в классной квартире, на классной тачке, с классной девушкой. Всё это будет возможно, если я выиграю в этом мире.

Луна покивала:

— В моём мире удача — редкость, даже магии такой нет. И ты хочешь это так легко упустить?

Если так подумать, то да — глупо. Остался-то всего один рывок… Да и все мы находимся в равных условиях, имея при этом какой-никакой опыт в соревнованиях. Теперь каждый из нас представляет, как всё работает, и у каждого есть шанс победить. Тренер прав: нет смысла поддаваться, потому что всегда будут проигравшие.

— Я не хочу навредить этому миру, — признался я, указывая на реку и дома позади себя. — Если артефакт действительно зло…

— Ты ещё не понял, да? Этот мир — ненастоящий, — сказала Луна. — Лишь иллюзия твоего мира.

— С чего ты взяла? — удивился я.

Луна понюхала воздух:

— Я бывала в твоём мире и знаю, как он пахнет. Здесь пахнет… ничем. Ничем здесь не пахнет. Это иллюзия, фальшивка, всё тут ненастоящее.

— Ты уверена?

— Я ходила по многим мирам, и каждый из них чем-нибудь да пах. А тут… ничего. Конечно, я уверена, кожаный.

Тогда это всё меняет. Тогда мне можно не переживать за моральные принципы. Тогда, пожалуй, можно и злодеем побыть. Я улыбнулся:

— Ну тогда идём. Делать наши злодейские дела.

Зазвонил телефон. Я вздрогнул, так как отвык от такого: чтобы мне кто-то звонил. Я вытащил телефон и увидел имя: «Тренер». А почему, кстати, «Тренер», а не «Путешественник 2»? Разве Система признаёт наши прозвища?

Я нажал «Ответить»:

— Алло?

— Привет, Крыс.

— Ага, привет.

— Где ты? Нам бы встретиться всем вместе, поболтать, — сказал Тренер вальяжно. Его голос был низким и рокочущим, как ледяная глыба в океане. Интересно, у него тоже своё собственное тело, а не чужое? Или я единственный очнулся тут в своём облике?

— Я осматриваюсь, — отозвался я. — Ты нашёл остальных?

— Ищу. Мне тут недавно звонил Оратор, сказал, что неплохо бы собрать народ…

— Угу. — А почему Оратор в первую очередь позвонил Тренеру, а не мне? Я думал, мы с ним друзья. — Скинь мне место, куда надо подходить.

— Хорошо. Ты придёшь? — в его голосе заскользило подозрение. Разумеется, я не мог отказываться, ведь тогда он сразу смекнёт, что я — Главный Герой, которого они ищут:

— Конечно, приду. Только пришли адрес.

Глава 2

После этого мне позвонил и Оратор:

— Алло? Крыс? Как ты там?

— Всё нормально, — сказал я. — А ты собираешь людей?

— Ну, я решил, что лучше вместе собраться, потому что…

— Потому что мафия среди нас, — закончил я за него. — Да, я тоже об этом подумал.

— Мафия, — Оратор рассмеялся, смех у него да и голос был приятным, таким тёплым в отличие от ледяной глыбы Тренера. — А ведь и правда похоже! Ещё бы шерифа нам и медсестру…

— А почему ты с Тренером сначала связался? — спросил я. — А не со мной?

— Ты ревнуешь, что ли? — усмехнулся Оратор.

— Мне показалось это… странным.

Оратор вздохнул:

— Стараюсь держать наиболее подозрительных личностей ближе, чем друзей.

— Что? — удивился я. — Ты его подозреваешь? Думаешь, это он — Главный Герой?

— Пока голословно, конечно. Помнишь, как в пиратском мире все были пиратами, а он — божеством? Я подумал, Система может его как-то выделять, считать более сильным Путешественником, поэтому могла сделать его Главным Героем. Но это, конечно, пока неточно. — Тут он хохотнул. — Ведь Главным Героем можешь быть и ты, в теории.

Я тоже хохотнул и заметил:

— Как и ты, Оратор, как и ты.

Рассмеявшись, мы отключились, и я поймал лукавый взгляд Луны. Я подумал о тех чудесных студенческих деньках, когда мы с другими ребятами играли в мафию. Мы собирались у кого-нибудь на квартире, брали пиво, заказывали пиццу и почему-то всегда играли в мафию. И если я был мафией, никто не мог меня вычислить, а после игры обзывали тёмной лошадкой. Я надеялся, что за прошедшие годы я не разучился играть.

Тренер скинул мне адрес. Я соврал, что нахожусь поблизости и скоро приду, а сам открыл карту и ввёл в строку название переулка. Нажал «Построить маршрут», и снова ощутил, что проваливаюсь сквозь землю. Хлоп! — я приземлился на асфальт и увидел, что нахожусь в грязном и тёмном переулке. Луна чихнула:

— Уф! Я уже почти приноровилась.

— Я тоже, — признался я. Хоть на ноги приземлился, даже не пошатнувшись!

Мы отправились к выходу из переулка, и я осторожно выглянул из него. Там, в сквере возле чьего-то памятника, уже стояло два человека. Крупный мужчина и мужчина поменьше.

— Знаешь что? — сказал я, поворачиваясь к Луне. — Тебе лучше остаться тут. Им ни к чему знать, что у меня есть фамильяр.

— Стыдишься меня, кожаный? — фыркнула Луна.

— Нет, просто переживаю, — сказал я. Ведь она была моей слабостью, и я подумал о том, что если Луна вдруг умрёт, умру и я. Как было в пиратском мире: только там были предметы, а здесь — живое существо.

— Как скажешь, — Луна уселась в луче солнечного света, пробивающегося между высоких домов, и аккуратно обернула хвост вокруг лап.

А я отправился к памятнику. Вокруг высились дома, огромные, этажей в двадцать, а то и выше, и я в своём родном городе их не припоминал. Как и памятник Лжецу. Кто вообще ставит памятники лжецам?

Памятник Лжецу оказался огромным каменным изображением невысокого мужчины с хитрыми глазами. Он сидел на корточках и потирал руки, ухмыляясь, будто бы в ожидании каверзы. Одет он был в плащ с натянутым на самые глаза капюшоном. Особенно выделялись его зубы: блестящие, словно люди забирались на памятник и тёрли их на счастье.

Когда я подошёл ближе, оба мужчины обернулись.

«Путешественник 2». Как и всегда, Тренер оказался крепким и широкоплечим мужчиной с толстой шеей. Чёрные волосы лежали аккуратно, зачёсанные назад при помощи геля, а прозрачно-голубые глаза смотрели внимательно и цепко. Одет он был в костюм: серые брюки, голубую рубашку с галстуком, серый пиджак. Вся его одежда тоже была огромной, как медвежья шкура. Он и напоминал медведя.

«Путешественник 5». Ловелас оказался чуть пониже Тренера, но едва ли уступал ему в объёме. Жилистый, широкоплечий, он выглядел выносливым и сильным, несмотря на весь свой жир — он оказался тем ещё толстяком. Не сильно запущенным толстяком, но тем не менее. Лицо у него было некрасивым: маленькие глаза, кривой нос, словно его ломали, тонкая нить губ, словно их и вовсе не было. Волосы — густые и тёмные. Одет он был в спортивные штаны и свитер, под которым топорщился живот. Надо же, а в прошлых мирах обладал телами таких красавчиков!

— Крыс! А вот и ты! — обрадованно прогудел Тренер. — Выглядишь… не очень спортивно.

— А я когда-то выглядел спортивно? — хмыкнул я, подходя к ним.

— Во всех мирах, кроме этого. Это твоё исходное тело?

— Угу. У вас, надо полагать, тоже?

— Да, — это вздохнул уже Ловелас. Было видно, как он недоволен собой, недоволен своим телом. Ну конечно, после всех этих подтянутых парней! Даже я, не настолько пока себя запустивший, его понимал.

— Значит, когда вернусь в свой мир, сразу же запишусь в спортзал, — буркнул я.

— Я тоже, — поддержал Ловелас.

Тренер весело на нас поглядел — ну конечно, он-то выглядел замечательно! Видно, что по вечерам не сидит с бутылкой пива перед компом, а идёт в зал тягать железо. На то он и Тренер.

— О! Там кто-то идёт! — заметил Тренер, и мы обернулись.

К нам пружинистым нетерпеливым шагом приближался мужчина. Не слишком высокий, но очень энергичный, весь его облик кричал об этом. «Путешественник 1». Когда Оратор приблизился, мы смогли получше его разглядеть, и я решил, что выглядит он классно. Ярко-жёлтый свитшот с мультяшной белкой, коричневые джинсы, а волосы, русые у корней, выкрашены в сиреневый цвет. Глаза большие и карие (как у этой белки), а черты лица — аккуратные и правильные. Вот он, наш блогер! И не скажешь, что ему тридцать пять, как будто подросток…

— Всем привет! — пропыхтел Оратор. — Ух, я так бежал, так бежал!.. Нормально выглядите, кстати. Ловелас, ты оказывается такой мощный.

Голос у него оказался ещё лучше, чем по телефону — чётко поставленный, приятный на слух. При этом, он умудрялся ещё и быстро говорить, словно диктор на телевидении. На то он и Оратор.

Мы услышали голоса и увидели, что к нам приближается парочка. Они о чём-то громко спорили — девушка и парень — и шагали в нашу сторону.

— Видишь? Все уже только нас и ждут!

— Если бы мы срезали, были бы уже здесь!

— А нечего было тупить!

Они приближались, и Система оповестила нас об этом.

«Путешественник 3». Плут — невысокий мужчина хрупкого телосложения выглядел как мальчишка. (Может, поэтому Система давала ему тела подростков?) Детское лицо с большими зелёными глазами, веснушки, тёмно-рыжие волосы. Одет он был в треники с лампасами и такую же ветровку — всё серого цвета.

«Путешественник 4». Валькирия оказалась высокой девушкой (сейчас она была чуть выше Плута) с горделивой осанкой. Она шагала к нам уверенной походкой, и её светлые волосы были собраны в высокий хвост. Одета она была в чёрные джинсы, белую футболку и джинсовку. Когда её голубые глаза остановились на мне, сердце ёкнуло — Валькирия, как я и предполагал, оказалась красивой и спортивной девчонкой.

— О, Крыс! Я думал, ты будешь крысой в своём исходном облике, — заметил Плут.

— Ха-ха, — вяло отозвался я.

— Ну что, все в сборе, — жизнерадостно объявил Оратор. — Давайте начинать?

— А что начинать? — удивился Ловелас.

— Конкурс красоты, блин, — проворчал Плут. — Нам нужно выяснить, кто из нас Главный Герой. И уничтожить его.

Наступила тишина, наши взгляды заскользили друг по другу в поисках улик. Я стоял с покерфейсом и тоже изображал подозрительный вид. Когда Тренер полоснул по мне своим по-рентгеновски внимательным взглядом, я немного струхнул, но вида не подал. Я надеюсь.

— У нас у всех наши тела, правильно? — сказал Тренер.

Все закивали, а Ловелас несмело поинтересовался:

— А почему ты спрашиваешь?

— Да я думал, если мы друг друга поубиваем, скажется ли это на нашем исходном мире, — признался Тренер. — Вернёмся ли мы в свой мир или окончательно умрём здесь. Вот что любопытно.

— Это твоё решение? — удивился я. — Убить всех?

— Ну, так больше вероятности, что я найду Главного Героя, разве нет? — пожал плечами Тренер.

— Откуда нам знать, что не ты этот Главный Герой? — хмыкнул Оратор. — Убьёшь нас всех и спокойненько пойдёшь искать артефакт.

— Да клянусь вам, что я не Главный Герой! — Тренер поднял руки.

— Если помните, мы никогда не могли убивать друг друга напрямую, — заметил Оратор. — Система этого не позволяет.

— И это радует, — выдохнула Валькирия. Я заметил, что она немного отступила от Тренера, глядя на него с недоверием. Вот так, Валькирия. Нечего было к нему липнуть, он совсем не такой хороший, как ты себе представляла.

Тренер вздохнул и вдруг хлопнул в ладоши. Все вздрогнули, а он прогудел:

— Да ладно вам, ребята! Не с того мы начали. Давайте-ка лучше порадуемся, что мы прошли апокалипсис-мир и оставили его кошмары позади.

— Мы не прошли, — вставил Плут. — Только Крыс смог.

— Тем не менее, каждый справился на отлично, — продолжал Тренер. — И мне жаль, что так получилось в том театре. Это полностью моя вина.

— Почему твоя? — удивилась Валькирия. — Ничья это вина! Никто не мог знать, что за чертовщина будет твориться в том театре! И что Ворота вовсе не внутри…

— Я был командиром в прошлом мире, поэтому беру полную ответственность. А Крыс, — тут он посмотрел на меня и улыбнулся, вполне себе дружелюбно улыбнулся, — Крыс нас вытащил. Спасибо тебе. Думаю, ты был больше моего достоин стать командиром.

Я вдруг смутился. Меня нечасто хвалили.

— Да ладно, мне просто повезло, что я выжил, — пробормотал я. — Охотник мог выстрелить в меня вместо тебя, так что это неважно.

— А я вот благодарен, что мы проиграли, — вклинился Плут. — У меня теперь хотя бы есть шанс победить.

Что правда, то правда. Счёт у нас был 0—0—0—0—0—0, как будто мы начинали с начала, и у каждого Путешественника были равные возможности выиграть. Все прошлые победы просто стёрлись после нашего проигрыша.

— В общем, что я хотел сказать, — продолжил Тренер. — Я не собираюсь убивать никого из вас. Мы были командой — и хорошей командой! — поэтому я буду играть… не так агрессивно. Пока точно не выясню, кто Главный Герой, убивать не буду.

— Спасибо тебе большое! — с сарказмом протянул Плут. — Ты просто душка!

— О, смотрите, там! — сказала Валькирия, и мы увидели, что на памятнике проступают светящиеся зелёные буквы.

«Приветствую, Путешественники!

Поздравляю с успешным прохождением пяти миров! Остался последний, и вы отправитесь домой.

Правила:

Чтобы уничтожить Главного Героя, нужно привести его в Центр Уничтожения Героев. Только так миссия будет считаться выполненной и вы получите победное очко.Вы можете уничтожать друг друга, и я вам не помешаю. Только делайте это с умом: если вы убьёте Путешественника, который не является Главным Героем, вы тоже будете уничтожены. Если вы уничтожите Главного Героя вне Центра Уничтожения Героев, то не получите победного очка.Миссия Главного Героя: отыскать могущественный артефакт и завладеть его силой. Тогда он получит победное очко.Ваши тела останутся в исходном мире в целости и сохранности, что бы ни происходило в этом.Удачи в путешествии!

Ваша Система»

Прочитав, мы переглянулись. Я вдруг ощутил, как сердце колотится в груди. Я — Главный Герой, и все мечтают меня убить. Но есть отличная новость: меня не уничтожить за пределами Центра Уничтожения Героев без выгоды для игрока. А значит, следует держаться оттуда подальше…

— Центр Уничтожения Героев, — протянул Тренер. — Где он?

Он потянулся было к карману, но под моим взглядом передумал. Если бы только я увидел цвет телефона, я бы сразу понял, какой способностью обладает Тренер! Но он, видимо, подумал о том же самом.

— Отпадает всякий смысл убивать друг друга, — с заметным облегчением высказалась Валькирия. — Так и сами целее будем.

— Это точно, — поддержал её я. — Наконец-то Система приняла меры…

— Но странно, что она сняла запрет на причинение вреда друг другу, — сказал Оратор. — Неспроста это… зловеще как-то.

Я пожал плечами — мне пока не хотелось загружать этим голову. Я подумал с воодушевлением, что моя миссия проще. Ведь мне не придётся гадать, кто из них Главный Герой, а кто нет, кого я могу привести в Центр и уничтожить, а кого нет, не придётся играть в эти игры разума. В этот раз мне просто нужно найти артефакт и завладеть его силой. Ну, и остерегаться подозрений со стороны остальных Путешественников…

— Ну что, признавайтесь, — сказал Тренер. — Кто из вас Главный Герой?

Все посмотрели на него, как на дурака.

— Так тебе все и сказали, — хмыкнул Плут.

— Наверное, это ты, Плут…

— Всё возможно, — Плут даже не изменился в лице.

— А может, и ты, Валькирия? Выглядишь слишком уж довольной.

Валькирия пожала плечами и слегка покраснела.

— Крыс? Точно, это Крыс! — обрадовался Тренер. — Ты ведь стал главным героем в прошлом мире, значит, в этом у тебя есть какие-то привилегии.

— Моя привилегия была — первым выбрать себе способность, — пожал плечами я. — Я не Главный Герой. А может быть, это ты, Тренер? Больно ты шумный и агрессивный.

— Что? Я душка, мне Плут об этом сказал.

— Ладно, знаете что? — остановил это безобразие Оратор. — Давайте пока просто подумаем. А после соберёмся возле Центра Уничтожения Героев. Что скажете?

— Пытаешься свалить? Наверное, это ты Главный Герой? Не терпится пойти искать артефакт? — напирал Тренер, найдя себе новую жертву.

— А даже если да, ты меня убьёшь? — хмыкнул Оратор, глядя прямо ему в лицо. — Давай, попробуй, уничтожим друг друга и дадим шанс остальным.

Их взгляды скрестились, и Тренер вдруг успокоился, кивнул.

— Твоя правда, Оратор. Давайте разойдёмся и встретимся возле Центра. Скажем… на закате?

Все закивали. Я развернулся и отправился обратно в свой переулок, стараясь не смотреть на остальных. Напряжение спало, едва я отошёл. Всё нормально. Пока всё нормально. Теперь надо просто начать поиски…

— Ну что, кожаный? — шёпотом спросила Луна, сидя на том же месте. — Всё нормально?

Я кивнул и огляделся. Хвоста не было, но у кого-то из Путешественников есть невидимость, а значит, следовало быть начеку.

— Пойдём отсюда скорее, — шепнул я, и мы быстро пошли прочь по переулку.

Свернули несколько раз, забираясь всё глубже в тень, и я на ходу достал телефон, принялся строить маршрут. Если меня преследует невидимка, то лучше свалить отсюда поскорее — он точно не сможет телепортироваться.

«Построить маршрут». Вжух! И я на другом конце города. Вместе с Луной. Я облегчённо выдохнул и наконец-то по-настоящему расслабился. И рассказал Луне, что мы там обсуждали и какое сообщение прислала нам Система.

Мы были в парке среди больших деревьев — в моём родном городе не было таких парков, похожих на лес. Между деревьев вились тропинки, кое-где мелькали яркие одежды бегунов и собачников. По ветвям скакали птицы и чирикали на разные лады.

— Центр Уничтожения Героев, — пробормотала Луна. — Звучит… зловеще.

— Так и есть, — вздохнул я, присаживаясь на скамейку.

Я вбил в телефон это название и тут же получил результат: на карте он располагался прямёхонько в центре этого большого лоскутного города. Им оказалось девятиэтажное здание из стекла и бетона, похожее на любое офисное здание, и я увидел на фотографии, что на здании сверху написано огромными буквами: «ЦУГ», а ниже располагается расшифровка «Центр Уничтожения Героев».

— И тебе придётся идти туда на закате? — рассмотрев фотографии, спросила Луна.

— Если не приду, они всё поймут, — сказал я. — Да и будет полезно узнать, что это за здание.

— Хорошо.

— А пока у нас есть время, нужно начать поиски артефакта, — сказал я. — Пока я не знаю, с чего начать. У меня ни одной зацепки.

— Зато у меня есть, — отозвалась Луна, и я взглянул на неё во все глаза:

— Правда? Откуда?

— Пока ты там болтал со своими друзьями, я без дела не сидела, — заявила Луна.

Я подумал о том, где её оставил — на входе в переулок, где она грелась в солнечном луче, пробивающемся между домов. Когда я вернулся, она сидела там же в той же позе, только теперь уже в тени, потому что солнечный луч сместился. Не похоже, чтобы она куда-то отходила. Либо коты могут делать вид, что они целый день лежебокничают, а на самом деле успевают переделать кучу своих кошачьих дел.

— Когда ты ушёл, — сказала Луна, — в переулке появился очкарик. Он сказал, что нам нужно к Дому Надежд. Я только моргнула, а он уже исчез.

— Очкарик? — я наморщил лоб. — А как он выглядел?

— Ну, очкарик. Коротышка. Нервный такой.

— Хм… и больше он ничего не сказал?

— Нет, даже не представился. Сказал, что в Доме Надежды мы найдём ответы.

Я подумал о способности призывать демонов. У кого-то из Путешественников она есть… и вдруг этот очкарик — и есть демон, который может сбить с толку? Или вывести на чистую воду? Тогда узнать, что я Главный Герой, будет проще простого.

— А он не говорил ничего про артефакт? Например, «если вы ищете артефакт, идите к Дому Надежды»?

— Ни слова об артефакте.

А с другой стороны, призванный демон мог и не говорить об артефакте. Ты не пойдёшь в Дом Надежды, если ты не Главный Герой, ведь у остальных миссия вполне понятная: среди вас мафия, разоблачите её, притащите в ЦУГ и убейте.

— Если ты будешь продолжать так морщиться, — заметила Луна, — то однажды твоё лицо не разгладится обратно.

— Ладно, — я встал. — Ловушка это или нет, давай тихонько проверим этот Дом Надежды.

И на всякий случай я буду держать палец на кнопке «Построить маршрут», чтобы свалить оттуда, если вдруг запахнет жареным. Я отыскал Дом Надежды на карте — он обнаружился возле набережной, на которой мы были час назад, и построил маршрут.

Хлоп! Приземлился на асфальт в переулке и тут же вбил другой адрес — рандомный. Для того, чтобы в случае опасности оставалось только нажать «Построить маршрут».

— Мне идти с тобой? — спросила Луна, выглядывая из переулка.

— Да, пошли вместе. Вдруг придётся быстро убегать.

Мы вышли на улицу и оказались напротив Дома Надежды — двухэтажного жёлтого здания с белыми буквами. Здание казалось старинным: вот и арочные двери по центру, и окна в деревянных рамах, и лепнина под покатой крышей. Людей на улицах стало больше: с серыми лицами они спешили куда-то, кто-то смотрел на часы, кто-то в телефон, а кто-то жевал на ходу. Людская масса, проживающая свои рабочие будни.

Мы дождались зелёного света и пересекли улицу. Свернули на тропинку, ведущую к Дому Надежды, и добрались до дверей. Я не знал, что нас там ждёт, только очень надеялся, что это не будет что-то опасное как зомби-насекомые или скелет-некромант. Я открыл скрипучие двери, и мы вошли в прохладное помещение.

Мы оказались в вестибюле с гладкими блестящими полами. На стойке светились зелёные буквы «Дом Надежды», а за стойкой сидела девушка с аккуратной причёской и золотистым бейджиком. Она дежурно улыбнулась нам и спросила:

— Здравствуйте! Чем могу помочь?

Я растерялся. То ли потому, что жизнь в апокалипсис-мире отучила меня общаться с другими людьми, то ли потому, что я не знал, что спрашивать.

— Нам бы… — я покосился на Луну и, кашлянув, поправился, — мне бы узнать информацию. Что-нибудь о миссии.

— Вам нужно пройти в кабинет «Подсказка о миссии», — продолжая улыбаться, ответила девушка. — Кабинет номер тринадцать. Это прямо по коридору, а потом налево.

Кабинет «Подсказка о миссии»? Ну и ну! Я тоже улыбнулся ей, кивнул и зашагал по коридору вперёд, потом — налево, словно каждый день сюда приходил. А вот и дверь с табличкой «Подсказка о миссии», наверху виднеется число 13. Я повернул ручку и вошёл внутрь.

И оторопел.

Глава 3

Судя по пространству между дверьми, я думал, это будет маленький кабинетик, а тут мне открылось огромное уличное пространство: зелёные луга, далёкие горы, полоска леса на горизонте. Солнце сияло с чистого неба, а прямо под моими ногами стелилась пыльная дорога, ведущая вперёд.

Это точно не мой мир. В моём мире это невозможно — чтобы за дверью кабинета появлялось что-то подобное.

— Мне нравится, — обрадовалась Луна и поскакала по траве, мелькая хвостом. — Здесь очень хорошо!

— Да-а, мне тоже, — отозвался я, настороженно поглядывая по сторонам. — Но давай поскорее найдём подсказку.

Мы пошли по пыльной дороге, поднялись на холм и увидели впереди указатель. Когда мы подошли к нему ближе, прочитали незамысловатую надпись: «Подсказка». Указатель направлял в сторону леса, и пыльная дорога тоже исчезала там. В лесу стало прохладнее, воздух увлажнился, а дорога прекратился пылиться.

Вдруг Луна зашипела и мазнула по кому-то лапой. Белая сфера размером с яблоко отлетела от неё, качаясь от удара. Я присел на корточки и пригляделся: сфера повернулась ко мне, и на меня уставился чёрный зрачок в обрамлении льдисто-голубой радужки. Чёрт подери, это был летающий глаз!

Я отскочил от него и увидел ещё один: он открылся прямо на уровне моего лица. Попятившись, я задел третий, а потом, оглядевшись, увидел, что эти глаза повсюду, и все они направлены на нас с Луной.

— Что за на фиг? — прошептал я.

— Их надо убить! — шикнула Луна.

— Нет, не трогай, — предостерёг я. — Мы не знаем, что это такое. И пока оно не нападает…

Не послушав меня, Луна ещё раз махнула лапой, растопырив когти, и попала прямёхонько по летящему глазу. Хлоп! — и глаз исчез, словно проткнутый воздушный шарик. Я в страхе оглянулся — вдруг остальные сейчас нападут? — но другие глаза как будто не заметили этого, продолжая холодно таращится на нас.

— Больше ничего не трогай, — предостерёг я. — Пошли дальше.

Дорога становилась всё уже, а глаз — всё больше. Они смотрели на нас со всех сторон: маленькие размером с вишню и крупные размером с целый арбуз. Впрочем, они не нападали, поэтому мы старательно делали вид, что их не замечаем.

Впереди показался просвет, и мы вышли на поляну. Дорога тут снова расширялась и вела к кованым железным воротам. За воротами белел трёхэтажный особняк с окнами-арками. Когда мы подошли к воротам, они приветливо отворились перед нами. Дальше дорога из пыльной превращалась в мощёную каменную, как в исторических фильмах — по таким цокают кареты с лошадьми.

Посередине двора гордо возвышался фонтан. Вода алмазной россыпью блестела в лучах жаркого солнца и приятно журчала. Я подошёл к нему и освежил лицо.

— Эй, кожаный. За нами кто-то идёт.

Я поднял голову и удивился. К особняку шёл Тренер, то и дело оглядываясь по сторонам. А за ним трусил… тигр. Необычный тигр — чёрного цвета, с серыми полосками, точь-в-точь Тёмный Тигр в пиратском мире. Мы с Луной спряталась за фонтаном, пока Тренер нас не увидел.

Откуда он здесь? Я думал, мы единственные придём сюда за подсказкой… Когда Тренер и тигр зашли во двор, я встал и выпрямился за фонтаном. Тигр зарычал, а Тренер удивлённо поднял брови:

— Крыс? Как ты здесь так быстро оказался?

— Что это за зверь? — спросил я, глядя на тигра. Тот смотрел на меня и едва слышно порыкивал.

— Не видишь, что ли? Тигр.

Луна продолжала прятаться за фонтаном, ещё и в кусты залезла. А я подумал, что это излишне, ведь тигр наверняка её уже почуял.

Возле леса мелькнуло движение, и я увидел ещё одну фигуру. В этот раз к нам шла Валькирия. Спасаясь от жары, она сняла джинсовку и обмахивалась ею от зноя. Когда она приблизилась, мы увидели, что на её плече сидит маленькая коричневая птичка. Воробушек.

До меня начало доходить. Не только мне дали фамильяра — у каждого Путешественника появился свой. У Валькирии — воробей, у Тренера — тигр, что, кстати, нечестно, потому что это животное крупное и может убить махом одной лапы.

— О, привет! — Валькирия улыбнулась нам. — Скоро и Оратор подойдёт…

Не успела она договорить, как мы его увидели: блестящую сиреневую шевелюру в лучах солнца и жёлтый свитшот. Он обливался потом, но выглядел всё таким же энергичным, а рядом с ним бежал, вывалив язык, золотистый ретривер. Не тот щеночек, которого он спас в прошлом мире из горящего дома, а взрослый большой пёс.

— Почти все в сборе! — заметил Оратор, подходя к нам. — Видел, за мной шёл Плут…

Я поглядел на его пса, а тот уставился на меня. Я задался вопросом, а разговаривают ли их фамильяры с ними или только мне повезло с говорящей Луной? Где она, кстати? Всё так же прячется в кустах, хоть это и бессмысленно…

Плут. Да, вот он, шагает к нам в своих лампасовых трениках. Рядом бежит лиса с пушистым рыжим хвостом. Почти сразу за ним показался Ловелас, за которым лениво катилась панда. Да-да, настоящая панда, правда, маленькая, размером с собаку, и она правда катилась кувырками, иногда переходя на косолапый шаг. Она явно хотела сейчас лежать на ветке и жевать бамбук, а не это вот всё.

Мы столпились возле фонтана. Наверное, так и задумывалось изначально: что мы будем тут вместе, а не я один. Значит, тот загадочный очкарик, которого видела Луна, явился не только ей.

— А у тебя разве нет фамильяра? — простодушно спросил Ловелас, оглядывая пространство около меня.

Я не успел ничего ответить, потому что Луна выползла-таки из кустов и, поджав уши и глядя на всех снизу вверх, подошла и прижалась к моей ноге.

— Ой, какая милая! — обрадовалась Валькирия и шагнула было в мою сторону, но Луна на неё зашипела.

Я подумал взять Луну на руки, но решил, что это будет невежливо по отношению к ней — она не очень-то жаловала прикосновения. Да и вряд ли она так уж боится их всех — скорее, разыгрывает представление, чтобы сбить с толку. Я надеюсь: по крайней мере, раньше её не особо что-то пугало.

Я оглядел остальных животных. Мне было любопытно, говорящие ли они, разумные ли, как моя Луна. Потому что Луна сейчас изо всех сил делала вид, что она обычная кошка.

— Смотрите! На воротах что-то есть! — заметил Плут, глядя на особняк.

Мы оглянулись и увидели зелёные буквы. Подошли ближе:

«Соревнование за подсказку

Выиграйте в прятки и получите подсказку о своей миссии.

Водящий: хозяин особняка и его глаза.

Участники: все Путешественники и их фамильяры.

Правила: хозяин особняка ищет Путешественников по всей доступной местности при помощи многочисленных глаз, а Путешественники должны найти его и уничтожить всеведущий глаз в его лбу.

Удачи!»

— Многочисленных глаз? — пробормотал я. — Уж не значит ли это…

Вокруг появились глаза — прямо как те, в лесу. Я не ошибся: глаза заполнили всё окружающее пространство: большие и маленькие, но все нацеленные на нашу группу.

— Эти глаза… снова, — прошептал Плут и вдруг, развернувшись, припустил к ближайшим кустам.

Тренер подёргал ручку дверей, ведущих в особняк, но они оказались заперты. Поняв это, все бросились врассыпную. Я оказался вместе с Ловеласом: мы вместе побежали вдоль стены особняка — туда, где глаз было меньше.

Мы затаились за углом. А потом услышали шипение и подняли головы — там замер глаз и смотрел на нас своим льдисто-голубым зрачком. Этот зрачок вдруг зашипел и стал красным, а потом в нём что-то шевельнулось. Это что-то материализовалось и шлёпнулось на землю рядом с нами, а потом резво вскарабкалось по штанине Ловеласа. Я в ужасе отшатнулся: Ловеласа оплели склизкие чёрные щупальца, всего, как мумию, а потом — хлоп! — и он исчез. Его панда исчезла тоже.

«Путешественник 5 выбыл».

Щупальца навострились на меня, но я уже знал, что делать: подпрыгнув, я схватил красный глаз и с силой его сжал. Он хлопнул, как тугой воздушный шар, и существо, состоящее из щупалец, исчезло.

— Надо… уничтожать их, — выдохнул я. — Или они уничтожат нас.

— А я тебе о чём говорила, — проворчала Луна, когда мы побежали дальше вдоль стены особняка.

Впереди на уровне груди показался ещё один глаз. Я ударил по нему кулаком, и тот с хлопком исчез. Луна подпрыгнула и махнула в воздухе лапой, уничтожая другой глаз — поменьше. Мы завертели головами в поисках других глаз, но, кажется, тут, на заднем дворе, их было не так много, как перед парадной дверью.

Двор же оказался огромным — он уходил вперёд мощёными тропинками, фигурно обрезанными кустами, журчащими вдалеке фонтанчиками и изящно изогнутыми беседками. Но едва ли там что-то было, кроме розовых кустов и деревьев. Даже глаз толком нет, а вот в окнах особняка то и дело мелькают. Где глаза, там и хозяин.

— Нам нужно в особняк, — пропыхтел я. — Давай поищем чёрный ход.

Чёрный ход обнаружился чуть дальше, ограждённый с двух сторон колючими кустами ежевики. Тут глаз было побольше, и мы с Луной принялись рьяно их колотить. Я размахивал палкой, которую выдернул из грядки с кустом розы — эта палка её поддерживала, — и глаза хлопались охотно, один за другим.

— И ты здесь, Крыс! — с другой стороны кустов показался Тренер. Он лупасил по глазам невесть откуда взявшейся кочергой, а его тигр доставал глаза так высоко, как не мог бы даже я.

— Видимо, мы подумали об одном и том же, — выдохнул я, припечатывая к стене очередной глаз. Последний в этой местности.

— Уф, приятно всё-таки, — расплылся в улыбке Тренер, опуская кочергу. — Как будто лопаешь пупырки на пакете. А что Ловелас, как он выбыл?

— Его сожрал глаз, — отозвался я и потянул на себя ручку двери. Дверь открылась, и я указал в темноту рукой. — Только после тебя.

— Ну и джентльмен ты, Крыс, — покачал головой Тренер, но всё-таки вошёл внутрь. За ним вальяжно прошёл тигр, а за ними — мы с Луной.

Нас окутала приятная прохлада. Я услышал хлопки и увидел, как Тренер с тигром разделываются с глазами, парящими в этой комнате. Я тоже махнул палкой и разорвал один глаз, а потом огляделся. Старинная комната с тикающими часами, из которых вылазит кукушка, на полу — ковры, глушащие шаги, а на пыльных шкафах со стеклянными дверцами — древние книги. Мы будто бы зашли в особняк аристократа, который живёт свою жизнь праздно и лениво, при этом, умудряясь жаловаться на её бессмысленность.

— Ладно, увидимся, — сказал я на прощание, проходя в боковые двери.

Тренер, который внимательно рассматривал часы, буркнул что-то неопределённое.

Мы с Луной оказались в тёмном тесном коридорчике. Я с размаху сбил сразу три крупных глаза, Луна прыгнула и вцепилась зубами в маленький глаз. Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп! Впереди виднелась дверь, и за ней слышались звуки боя: хлопки, грохот мебели, сдавленные ругательства — будто бы Плута. Я туда не пошёл, прошёл в левую дверь.

Удивительно, но здесь не было ни одного глаза. По крайней мере, мы с Луной, как не вертели головами, не увидели. Квадратное помещение — ещё более прохладное и ещё более приятное, чем то, в котором оказались изначально мы с Тренером. По периметру — старинные коричневые шкафы, набитые безымянными книгами. На полу — ковёр, а на маленьких столиках возле круглых диванов стоят вазы с сухоцветами.

Может быть, где-то тут находится хозяин особняка? Раз тут так тихо… Но здесь можно прятаться только в шкафу, а какой нормальный хозяин будет поджидать гостей в шкафу? Хотя… разве он нормален?

«Путешественник 4 выбыл».

Вот и Валькирия больше не борется за подсказку. Я ощутил от этого облегчение: чем меньше Путешественников останется, тем больше шансов победить. Я не хотел, чтобы кто-то из них завладел подсказкой, ведь в этой подсказке могла быть наводка на Главного Героя — на меня!

— Эй, кожаный, — шепнула Луна. — Этот шкаф выглядит подозрительным.

Она сидела перед самым обычным шкафом — таким же, как и все шкафы вокруг — и внимательно его рассматривала.

— Почему он подозрительный? — спросил я.

— Там внутри что-то есть.

Неужели я прав и там действительно засел хозяин особняка? Тогда победа, можно сказать, в моих руках! Я шагнул вперёд, дёрнул за ручку и сразу же отскочил — на всякий случай. В шкафу мирно висели пальто разных цветов: от коричневого к бежевому. Я развёл пальто в стороны, но обнаружил только стенку. Никого.

Я повернулся к Луне, чтобы сказать об этом, но вдруг что-то схватило меня за лодыжку. Я вскрикнул, а меня дёрнуло в шкаф и понесло к стене. Я зажмурился, ожидая удара, а потом вдруг упал во что-то мягкое и холодное. Открыв глаза, я удивлённо вскочил: я находился посреди белоснежного леса, под ногами хрустел снег, а с неба падали пушистые снежинки. Где-то я такое уже видел… в каком-то фильме, названия которого мне не вспомнить.

Я оглянулся, но Луны рядом не оказалось — впрочем, как и выхода. Одни лишь заснеженные ели… Я осмотрел следы на снегу: вот тут я плюхнулся лицом в снег, даже есть отпечаток моего носа, а тут вон длинный след, похожий на змею — он уходит дальше в лес. Сжав покрепче палку, я отправился по этому следу и вскоре завидел впереди слабый жёлтый свет. Фонарь? А вот и нет!

Посреди крохотной полянки стоял окаменевший человек. Руки по швам, ноги прямо, а лицо обращено к небу, и на него падают снежинки. Во лбу у него горел жёлтый свет, разгоняя зимний полумрак.

Хрустнула ветка, и я увидел, как с елового бока сошёл снег. Во тьме деревьев мелькнул человеческий силуэт. Длинный след, похожий на змею, уходил туда же.

Треск! Каменный человек вдруг двинулся и стал сходить со своего места. С его плеч и груди посыпался снег, и он наклонил ко мне голову. Жёлтый фонарь посветил прямо мне в лицо, и я вдруг увидел, что это вовсе не фонарь, а глаз — огромный, размером с грейпфрут, с тонким, как у кошки, зрачком. Этот глаз уставился на меня.

…Путешественники должны найти хозяина особняка и уничтожить всеведущий глаз в его лбу.

Хозяин особняка! Он был здесь, в волшебном шкафу!

Хозяин не походил на живого человека — скорее, на каменного голема. Всё тело каменное, каменные губы, каменные глаза, как у статуи, только жёлтый глаз казался живым. И он смотрел на меня с лютой ненавистью.

Без боевых криков и прочих приготовлений хозяин шагнул ко мне и размахнулся кулаком. Я отскочил от удара, а он уже размахивался левой — от него я увернуться не смог, и каменный кулак врезался в моё плечо. К счастью, в краешек плеча, но с такой силой, что меня отбросило назад и закрутило, словно юлу.

Я упал, потом вскочил и чуть не схлопотал следующий удар — статуя оказалась на редкость быстрая и проворная, и она уже собралась пнуть меня. Каким-то чудом я избежал удара, прыгнув в сторону, а потом припустил в лес со всех ног. Снег забился в кроссовки, облепил меня всего, падал с веток на голову, но я не замечал его, стараясь убежать как можно дальше. Что мне делать? Как мне уничтожить его глаз, если он настолько сильный и быстрый?

На ходу я сорвал сухую еловую ветку и развернулся. Статуя была тут как тут, и она готовилась нанести очередной удар. Я швырнул в неё палкой острым концом вперёд и — о чудо! — попал прямо в жёлтый глаз! Статуя не обратила внимания на это всё и пнула меня в колено. Колено хрустнуло, и меня всего пронзила острая боль. Чёрт подери, этот гад сломал мне ногу!

Тем не менее, я встал и, хромая, побежал прочь. Каждый шаг отзывался адской болью, а потом я услышал:

— Крыс, сюда! — это был голос Луны.

Я побежал на её крик, чудом уворачиваясь от каменных кулаков, и выбежал на полянку. Тут сидела Луна, а за её спиной из сугроба выступал камень. Из камня торчал меч.

— Хватай меч! Быстрее! — крикнула Луна и бросилась вперёд, прямо к статуе.

— Не надо! — рявкнул я. Куда такой мелкой кошке против такой большой статуи? Он её вмиг затопчет!

Впрочем, что бы ни сделала Луна за моей спиной, это отвлекло статую на несколько мгновений. Этих мгновений хватило мне на то, чтобы дохромать до камня, схватить меч за рукоять обеими руками и вытащить из камня. Легко и просто, словно я истинный король.

Я развернулся к статуе. Статуя гонялась за Луной, пытаясь её пнуть, но кошка ловко уворачивалась от каждой атаки. Ещё чуть-чуть, нога, потерпи, пожалуйста! Луна подбежала ко мне, статуя бросилась за ней, а я размахнулся мечом и ударил.

Бам-м! Меч приземлился на макушку статуи и разрезал её череп надвое — так легко, словно свежий арбуз. Жёлтый глаз треснул и прекратил светиться. Статуя, протянувшая было ко мне руку, упала на колени, а затем рассыпалась в прах.

«Путешественник 6 успешно выполнил задание и получил подсказку».

— Ну вот, блин, — услышал я чей-то голос. — А я был так близко…

Между деревьев стоял Тренер, рядом с ним — тигр.

Я опёрся на меч. Сломанная нога дрожала, а руки окоченели от холода. Я не чувствовал триумфа — скорее, подавленность, перемешанную с облегчением. Облегчение: я жив, угроза миновала. Подавленность: я сломал ногу и не сумел справиться с заданием самостоятельно.

— Ты только что пришёл? — спросил я, глядя на Тренера.

— Конечно! — отозвался он. — Если бы я пришёл раньше, подсказка была бы моей.

Значит, это был не Тренер… не Тренер помог мне справиться с заданием. И правильно: с чего ему помогать мне?

Луна услышала что-то в шкафу — без неё я бы заглянул внутрь и ничего бы не нашёл. Но куда важнее, что меня кто-то схватил и втащил внутрь шкафа, прямо в убежище хозяина замка. Этот кто-то прятался за деревьями. И этот кто-то помог мне завладеть подсказкой. Но кто?

Глава 4

«Подсказка: Сад Чудес».

Выбраться из шкафа оказалось проще простого: нужно было лишь воткнуть меч обратно в камень, и нас тут же потащило куда-то в лес. И вот, мы уже копошимся в шкафу, все облепленные снегом, а потом вываливаемся на тёплый ковёр особняка.

— Ну что, — сказал Тренер, поднимаясь. — Поздравляю с подсказкой, Крыс.

— Спасибо, — отозвался я.

Я хотел поставить ногу осторожно, но нога не болела. Я ощупал её, прошёл пару шагов и отметил, что каким-то чудом нога исцелилась.

— Поделишься? — спросил Тренер. — Всё-таки мы заодно против Главного Героя… У тебя ведь на него инфа?

— Не хочу рисковать, — сказал я. — Ты можешь оказаться Главным Героем, подсказка довольно расплывчатая.

Тренер мгновение просто смотрел мне в глаза, я смотрел — в его, а потом он пожал плечами:

— Что ж, твоё право. И я понимаю, почему ты так осторожничаешь. Тогда давай выбираться отсюда.

Я кивнул, и мы пошли искать выход из особняка. После уничтожения жёлтого глаза остальные глаза исчезли, только в некоторых комнатах царил беспорядок: была опрокинута мебель, книги валялись на полу вперемешку с сухоцветами. По пути мы встретили Оратора и Плута — те сидели на диване и ждали нас.

— Крыс, ты нашёл подсказку, — Оратор улыбнулся. — Молодец.

— Да уж, молодец, — проворчал Плут. — Поделиться не хочешь?

— Хочу, но не могу, — соврал я.

Остальные вопросы прервала Система, убрав у нас землю из-под ног. Хоп! — и мы стоим перед кабинетом 13, только теперь здесь нет таблички «Подсказка о миссии». Просто безликая белая дверь. А перед этой дверью на скамейке сидят Валькирия и Ловелас, целые и невредимые, с таким скучающим видом, будто в очереди к врачу. Панда привалилась к плечу Ловеласа и спала, а воробушек сидел на плече Валькирии и беспрерывно вертел головой, стараясь получше нас рассмотреть.

— Молодец, Крыс, — сдержанно похвалила Валькирия. — Теперь ты знаешь, кто из нас Главный Герой?

— Подсказка не указывает на кого-то конкретного, — туманно ответил я. — Просто даёт наводку.

— Хорошо, конечно, — пробормотал Ловелас. — Но может, поедим где-нибудь? Я ужасно хочу есть.

Я тоже проголодался, но мне не хотелось обедать вместе с другими Путешественниками. Да, у них нет подсказок, ведущих ко мне, но ловить их подозрительные взгляды и — что хуже — защищать свою подсказку мне совсем не хотелось. А с другой стороны, если я откажусь и быстренько смотаюсь, они подумают: «Если он не хочет быть с нами, значит, он Главный Герой». И окажутся правы. Поэтому я сказал:

— Да, давайте забежим в какую-нибудь кафешку… сто лет не ходил в кафе.

— Как и мы все, — заметил Оратор.

Мы вышли из Дома Надежды и попали в жаркий полдень. Солнце опаляло, как костёр, а асфальт подогревал город снизу, и мы будто бы находились на большой сковороде. Я стащил с себя худи и запоздало вспомнил, что не взял денег, потому что не нашёл в своей квартире карточки.

— Слушайте… но ведь у нас нет денег, — сказала Валькирия, увидев, как я хлопаю себя по карманам джинсов.

— Да… — протянул Оратор. — Думаю, Система убрала кое-какие вещи, чтобы мы не вспомнили своих настоящих имён.

— Действительно, — отозвался Тренер. — Предлагаю разойтись по домам и поискать наличку. А вечером увидимся где-нибудь. Что скажете?

Все закивали, кроме Ловеласа. Тот стоял посреди тротуара потерянный, и пот катился по его рыхлому лицу. Люди обтекали его слева и справа, упорно не замечая панду, которая сидела на его плечах, как малыш. Наверное, люди не видели наших фамильяров, а может, относились к ним, как к чему-то нормальному.

— Что случилось, Ловелас?

— Нам ведь не придётся грабить банк, чтобы выжить, да? — спросил он жалобно, почти как ребёнок.

— Конечно, нет, — рассмеялся Оратор. — Мы скорее будем сидеть на обочине и просить милостыню, чем пойдём кого-то грабить…

— Или будем раздавать листовки, — подхватила Валькирия. — Раздал, получил сколько-то денег, пошёл пообедал. Где жить, к счастью, есть у всех.

На этом мы разошлись. Отсутствие денег вдруг оказалось благом — мне не пришлось обедать с ними вместе. Вместе с Луной мы зашли в переулок, а потом я вытащил телефон и переместил нас к своей квартире: мне хотелось сходить в душ, переодеться и действительно найти что-нибудь съестное — или деньги. Едва мы вошли в квартиру, Луна тут же вновь стала разговорчивой:

— Ты тоже намерен просить милостыню? — спросила Луна.

— Уж скорее пойду работать курьером, — усмехнулся я, заглядывая в холодильник. — Моя способность позволит мне вмиг озолотиться.

В холодильнике лежал остаток сыра, один помидор, пара яиц и несколько кусков нарезанного хлеба в пакете. Я сделал из всего этого пару бутербродов: полтора — себе, половинку — Луне. Потом я пошарил по всей квартире, но денег нигде не нашёл. Ни карточки, ни налички.

— Сад Чудес… — пробормотала Луна, когда мы собрались выходить. — Звучит слащаво. Ты нашёл его на карте?

— Ага, — ответил я. — В этом мире такой есть, представляешь?

Мы вышли во двор. Послеполуденное солнце жарило нещадно, поэтому я оставил худи дома. Мы забрели за пустую детскую площадку, и я построил маршрут до переулка рядом с Садом Чудес. Из своей квартиры я не перемещался в целях безопасности: вдруг окажусь на уровне высокого этажа, упаду и что-нибудь сломаю.

Переместились в узкий прохладный переулок и вышли прямо к Саду Чудес. Это был парк, ограждённый кованным железным забором, выкрашенным в чёрный цвет, за которым возвышались зелёные деревья. На арке с гостеприимно распахнутыми воротами значилось: «Сад Чудес». Редкие прохожие выходили оттуда или заходили туда прогулочным шагом, многие тащили на поводке собак или, наоборот, собаки тащили хозяев за собой.

— Если хочешь, я возьму тебя на руки, — сказал я, потому что собаки, вывалив языки, с интересом смотрели на Луну.

— Вот ещё, — фыркнула Луна и пошла вперёд, задрав хвост. На собак она даже не взглянула.

Мы вошли в сад, и нас укрыло прохладной тенью деревьев. Они росли всюду, а по бокам длинной аллеи выстроились ровно в ряд, как солдаты. Я приблизил карту на телефоне и отметил, что парк довольно большой, а что нам искать — непонятно. Может быть, уже где-то здесь лежит артефакт, который я ищу? Или мне следует искать очередную подсказку, которая укажет дальнейший путь?

Луна нюхала асфальт и траву рядом с деревьями, часто чихала и трусила дальше. Я шагал за ней, надеясь на её чуйку. Ведь не зря Система подогнала нам фамильяров: Луна нашла для меня тот подвал с телефонами, потом добыла подсказку о Доме Надежды, пока я разбирался с Путешественниками — и точно так же, думаю, поступили фамильяры других. Любопытно было лишь одно: у остальных они тоже разумно-говорящие или нет?

— Кожаный, пошли сюда, — шепнула Луна, сворачивая на узкую тропинку между деревьями.

Вскоре мы вышли на берег небольшого пруда. Посередине этого пруда был возведён островок, усаженный кустами, а в кустах виднелись крохотные деревянные домики. Возле этих домиков плавали лебеди.

— Что такое? — спросил я, глядя на лебедей.

Луна нюхала воздух, жмурясь от солнца. Сказала:

— Нам бы попасть на этот островок. Мне кажется, там что-то есть.

Рядом с нами стояла мама с ребёнком, и она странно покосилась в нашу сторону. Затем подхватила ребёнка на руки и пошла прочь — видимо, посчитала меня за сумасшедшего, который разговаривает сам с собой разными голосами.

Мы с Луной пошли вдоль берега, надеясь найти переправу на островок. Но на то он и остров, что переправы нигде не было: круглый пруд, а посередине кусочек суши, к которому иначе как на лодке никак не подобраться. Вот только и лодок тут никаких не было.

— Ты уверена, что там что-то есть? — уточнил я.

— Да.

— Тогда я иду туда, — я присел на скамейку и стащил с себя кроссовки, потом — носки. Вслед за носками снял футболку, и влюблённая парочка, проходящая мимо, охнула от удивления.

Я закатал джинсы и полез в пруд. Луна присела возле моей одежды, на которой я также оставил свой телефон, и глядела мне вслед. Влюблённая парочка остановилась и смотрела на меня с ужасом и благоговением.

Вода оказалась тёплой, но грязной. Она доставала мне максимум до груди, пока я брёл в сторону островка, а лебеди возмущённо смотрели в мою сторону и уплывали прочь. Я старался не думать о том, как на берегу собирались зеваки, снимали меня на телефон и посмеивались, думая, что я пьян. Плевать! Мне нужно выполнять миссию, и я это сделаю!

Я добрался до островка и прошёл вглубь него. Хотя слово «вглубь» звучит странно, потому что островок был небольшим, места тут было, как в лифте. Он густо порос кустами, и я принялся шарить в них, возмущая лебедей всё больше и больше. Они плавали вокруг и гоготали — наверное, у них где-то рядом было свито гнездо.

Ага, нашёл! Я увидел небольшой пластиковый пакет, а внутри — свёрнутую бумагу. Присев на корточки, я вытащил бумагу и развернул её. Карта. Карта этого города. И на ней были отмечены красные крестики. Много красных крестиков. Чёрт подери! Это похоже на пиратский мир…

Сунув карту в пакет, а тот — в карман, я побрёл обратно. Дюжина человек столпилась возле берега, и все смотрели на меня с любопытством. Многие снимали на камеру, и я подумал вдруг: если это попадёт в сеть, это могут увидеть другие Путешественники и задаться разными вопросами…

Когда я выполз на берег, людей как ветром сдуло. Я услышал только, как какой-то дедок пробормотал себе под нос: «Вот почему парк называется Садом Чудес». Я оделся, и мы как ни в чём не бывало пошли прочь. Добрались до дальнего угла парка, где стояла скамейка под прикрытием деревьев, и я показал Луне карту. Та обнюхала её и сказала:

— Крестиков двадцать четыре штуки. Почему?

— Возможно, здесь двадцать четыре ключа, как в пиратском мире. И все они нужны, чтобы отпереть финальный сундук, где лежит артефакт.

— Не многовато ли?

— Не знаю. Знаю только, что мы должны проверить все двадцать четыре места как можно скорее. Пока остальные не поняли, что я Главный Герой.

Треск веточки под чьей-то ногой. Я обернулся и увидел, что к нам бредёт девочка в красном сарафане. У неё были короткие чёрные косички, а взгляд — серьёзный и взрослый. Луна с интересом на неё поглядела.

— Простите… вы ведь Путешественник шесть, да? — спросила девочка.

Я уставился на неё, не зная, как реагировать.

Девочка протянула мне свою маленькую сумочку и чёрный маркер. Прошептала:

— Можете, пожалуйста, дать автограф?

Ч-что?

— Вы мой любимый Путешественник, — смущаясь, сказала девочка. – Я болею за вас и, надеюсь, вы победите.

Я обменялся с Луной поражёнными взглядами. Что за очередная дичь?

— Откуда ты обо мне знаешь? — спросил я, беря в руки маркер и сумку.

— О, в нашем мире вы знаменитость. И все остальные тоже, но вы, я считаю, вы лучше всех!

— Подожди… — я рассеянно расписался на её сумке («Крыс» с завитушкой — получилось нелепо и по-детски, поэтому я добавил морду крысы в уголок) и спросил. — Почему я знаменитость? Откуда ты обо мне узнала?

— Вас в интернете показывают. Есть шоу «Соревнование межмировых Путешественников». Вы не знали?

Чёрт подери!

— Вы очень здорово разделались со всеми, когда были крысой, — восторженно болтала девочка. — Ну, когда вы были в самом первом своём мире. Это было та-ак круто!

Я не хочу в это верить. Нет. Абсурд! Система не настолько долбанутая.

— Можно с вами сфотографироваться? — спросила девочка и, не дожидаясь ответа, подошла ко мне с поднятым перед собой телефоном. Не успел я сообразить, как она сделала селфи и уже желала мне удачи.

Оглушённый, недоумённый, я побрёл прочь. Телепортировал нас с Луной к своему дому, а потом, едва видя куда иду, поднялся в свою квартиру. И, расслабившись, опустился на свой диван. Луна запрыгнула на подоконник и принялась смотреть наружу, не говоря ни слова.

Я вытащил телефон и загуглил «Соревнование межмировых Путешественников». Первая же ссылка вела на одноимённый сайт, который под завязку был заполнен видео с заглавиями: «Сезон 1. Мир тёмного фэнтези», «Сезон 2. Облачный мир», «Сезон 3. Фэнтези-мир», «Сезон 4. Пиратский мир», «Сезон 5. Апокалипсис-мир». Шестого сезона не было.

Я ткнул в первую же попавшуюся серию первого сезона и был окончательно поражён: мы как будто действительно снимали шоу или сериал, но я точно помнил, что никаких камер поблизости не летало. А с другой стороны… какие камеры? Это всё Система, ей не нужны никакие камеры, чтобы состряпать шоу и выложить его в интернет в несуществующем мире. У неё столько сил — нереальных сил, — что всё становится возможным. Как там говорила Луна? «Этот мир — ненастоящий. Лишь иллюзия твоего мира».

То есть, этот мир полностью создан Системой для последнего соревнования. Поэтому, возможно, тут сделан акцент на нас, Путешественниках, и даже сфабрикован целый сериал, который смотрели ненастоящие местные жители.

Я подумал о других мирах — тех, что Система не создавала, — настоящих. Луна уверяла, что все они чем-то пахнут, а этот — нет. Всё тут одна огромная иллюзия, поэтому я не должен так волноваться из-за какого-то чёртового сериала.

Но почему Система решила для последнего испытания использовать площадку, созданную собой? Я вспомнил кучу-малу, которая случилась в апокалипсис-мире с драконом и некромантом, и передёрнул плечами. Существа из разных миров полезли в чужой мир… Может быть, в настоящих мирах сейчас творится такая вакханалия, что Система бросила нас в этот иллюзорный мир, пока пытается восстановить стены между мирами? Но в таком случае, что нас ждёт в исходном мире? Вдруг мы вернёмся, когда стены окончательно рухнут — и в нашем мире окажутся и драконы, и зомби, и пираты, и чужие боги… Будет ли это концом света, как думает Луна?

— Как думаешь, — тихо спросил я, — что сейчас происходит в наших мирах?

Луна повернулась ко мне, обрамлённая оранжевым светом солнца, и сказала:

— Я не знаю, кожаный. Возможно, конец света уже случился.

Я помотал головой. Не может быть! Так быть не должно!

— Что ты помнишь перед тем, как Система дала тебе задание?

— Говорю же, я охотилась, а потом оказалась здесь. И мне дали задание. Ничего подозрительного я не помню.

— А Мерина?

Мерина появилась в апокалипсис-мире, и я до последнего думал, что она ненастоящая, лишь морок от Системы, призванный сбить с толку. Но выглядела она вполне себе подлинной, касалась меня, помогала мне…

— А что Мерина? — встрепенулась Луна.

Я кратко пересказал о встрече с Мериной в апокалипсис-мире.

— Хм-м… она называла тебя Нэлем? Точно?

— Да, точно! И говорила, что никакого другого Нэля нет, есть только я.

— Хм-м… теперь я беспокоюсь, кожаный. Ты уверен, что это была не иллюзия?

— Не знаю, — беспомощно развёл руками я. — Я ни в чём не уверен, потому что Система в прошлом мире очень сильно глюкнула.

— Глюкнула, — повторила Луна, как будто пробуя слово на вкус.

Я развернул карту и уставился в неё невидящим взглядом. Крестики… снова крестики, как в пиратском мире, но есть ли в этом хоть какой-то смысл? Какова вероятность, что я выиграю и, вернувшись домой, обнаружу, что исходный мир уничтожен? И что наступил конец света…

— Слушай, Луна, — я посмотрел на неё. — А здесь… в этом мире ты видела какие-нибудь «окна»? «Окна» в другой мир, я имею в виду.

— Пока только одно, — вздохнула Луна.

— Ты проверила? Куда оно вело?

— Мы проверили. Оно вело в тот мирок с особняком и глазами.

Я разинул рот. Я помнил, как прошёл в такое «окно» — точнее, белоснежную дверь в Доме Надежды. Система красиво оформила это окно и контролируемо сделала из него мини-миссию для нас.

— А тот мир с особняком? Он как-то пах? Он был настоящим?

— Не знаю, Крыс. Я уже и сама запуталась. — Луна вздохнула и поглядела на меня. — Но я понимаю, о чём ты думаешь. Ты хочешь сходить в свой мир и проверить, всё ли в порядке. Поверь, я тоже хочу. Но пока что… пока что этот мир выглядит довольно герметичным.

Я задумался. Система запечатала нас в этом мире, оставив только «окна», которые полностью контролировала — как ту дверь, ведущую в мир особняка и глазного монстра. Возможно, она исправила свои ошибки после того кошмара, который произошёл в апокалипсис-мире? Может, зря я волнуюсь?

— Так или иначе, — я встал, — нам придётся закончить миссию, чтобы попасть в свои миры. Но если ты всё-таки увидишь где-нибудь «окно», пожалуйста, сообщи мне об этом.

Глава 5

Вечером мы с Путешественниками договорились встретиться где-нибудь. Мне этого совсем не хотелось, но моё отсутствие показалось бы им подозрительным — и тогда они бы точно окрестили меня Главным Героем. Да и вообще… желательно держаться поближе друг к другу, тогда я под шумок смогу выполнить свою миссию.

До нашей встречи я планировал добраться хотя бы до одного крестика, но мои планы разрушил входящий звонок. «Плут» — я сильно удивился, увидев на дисплее это имя. Мы с Плутом не то чтобы хорошо общались.

— Ты где? — без предисловий спросил он.

— Дома, — отозвался я. — Размышляю над подсказкой, кто из нас Главный Герой.

— Это ты хорошо делаешь. Может, дашь мне хоть намёк какой-нибудь?

— На что?

— На Главного Героя. — Он протяжно вздохнул в трубку. — Ну, серьёзно, Крыс, я устал быть главным неудачником из Путешественников.

— У нас нет неудачников.

— Я единственный, кто никак не выделился за всё путешествие. А все остальные только и делали, что блистали. Дай хоть крохотную подсказку?

Ну не мог я дать ему подсказку! А вот соврать мог:

— Хорошо, Плут, — я опустил голос до шёпота. — Сейчас подсказка указывает на Тренера, Ловеласа и Оратора.

— Ого! Спасибо, Крыс, — обрадовался Плут. — Значит, нужно добыть ещё подсказок, чтобы сузить круг подозреваемых… кстати, на счёт этого. Уже скоро вечер, нам бы встретиться и подумать, где мы можем добыть ещё подсказку.

— Да, было бы неплохо, — согласился я, больше всего мечтая ни с кем не встречаться и продолжить свои дела. Одновременно с этим я размышлял, правильно ли поступил, наводя Плута на ложный след, а он уже болтал дальше:

— Я нашёл кое-что любопытное и предлагаю встретиться в кафе. Сейчас предложу остальным тоже.

— У меня нет денег на кафе, — признался я.

— О, по поводу денег не переживай! — рассмеялся Плут и отключился.

Спустя пару секунд от него пришёл адрес, вбив который я обнаружил кафе «Для Путешественников». Меня насторожило, что это кафе располагалось совсем близко к Центру Уничтожения Героев, в самом сердце города. Может, Плут меня подозревает, поэтому позвал в кафе, чтобы каким-то образом заманить в Центр Уничтожения Героев и, собственно, уничтожить? С него станется…

Но в любом случае, мне этого Центра не избежать. Я думал, все забыли, что хотели его навестить, но никто ничего не забыл. Что ж, ладно. Я готов, а мой палец будет на кнопке «Построить маршрут», если вдруг всё пойдёт наперекосяк.

— Что делаем? — спросила Луна.

— Идём в кафе, — сказал я. — И заодно посмотрим на этот Центр Уничтожения Героев. Ты со мной?

— Конечно, я ведь твой фамильяр. Хотя звучит это глупо.

— Что именно?

— Что я твой фамильяр. Будто я вторична.

— Да брось, Луна! Неважно, как назовёт это Система, для меня ты союзник. Союзник и, возможно, друг.

— Правда?

— Конечно! Мы с тобой вместе с фэнтези-мира! И судьба продолжает сталкивать нас и в последующих мирах, поэтому я к тебе привык. — Встрепенувшись, я спросил. — Кстати говоря, а что было бы, если бы ты отказалась быть моим фамильяром?

— Ну вообще, Высший Маг написал, что я не смогу вернуться домой, если не стану твоим фамильяром. Но я тогда подумала, что это для меня не проблема — вернусь домой через «окно». Но «окон» тут нет…

— Мне жаль, Луна, — вздохнул я.

— Перестань, кожаный, — Луна покачала головой. — Я не жалею. Тем более, дела у нас идут неплохо, правда?

Она посмотрела на карту, и я кивнул. Я свернул карту и спрятал её в шкаф — нести с собой столь драгоценную вещь не хотелось, потому что другие Путешественники могли её отобрать. Поэтому я отметил все 24 крестика на своей карте в приложении, а потом принялся собираться. Пока никто не написал точное время встречи, но мне хотелось прибыть на место первым и осмотреться. В первую очередь, меня, конечно же, интересовал ЦУГ.

Мы вышли из дома, и я телепортировал нас в переулок в нескольких остановках от кафе «Для Путешественников». Выйдя из переулка, через дорогу мы увидели большую площадь с фонтанами, скульптурами и скамейками под редкими деревцами. А в основании этой площади большоедевятиэтажное здание из стекла и бетона. Наверху металлические буквы «ЦУГ», а чуть ниже расшифровка «Центр Уничтожения Героев». Вроде бы, внешне ничего особенного, но почему-то жутковато.

— Не нравится мне это здание, — поёжилась Луна.

— Понимаю, — сказал я.

Мы перешли дорогу и подошли к зданию поближе. Так и есть, офисное здание, в окнах то и дело мелькают люди в деловых костюмах. Я представил, как они там работают: «Вот, объявился Герой, его нужно доставить к нам и срочно уничтожить». Смешно, конечно, но такое ощущение, что этот мир создан для нашего соревнования.

— Зайдём? — предложил я, когда мы остановились перед вращающимися дверьми.

Луна кивнула, и мы прошли в сверкающие двери — в здание, внутри которого нас могли убить. На первом этаже обнаружился прохладный вестибюль, потолок которого уходил далеко ввысь. Отсюда можно было с лёгкостью разглядеть все этажи, ограждённые стеклянными перилами. Наверное, с высоких этажей этот вестибюль и бродящие по нему люди казались букашками. Впрочем, девять этажей — это не так уж много.

Впереди виднелись турникеты. Сотрудники прикладывали к ним карточки, турникет открывался, и они деловито шли домой. Кто-то строчил в телефоне, кто-то глядел на часы.

Справа располагалась длинная стойка, и возле неё столпились люди. Сотрудники что-то взволнованно обсуждали, многие снимали на телефон то, что происходило внутри этой кучи-малы. Настроение витало предвкушающе-восторженное, и я тоже решил подойти и узнать, что происходит.

Я сразу увидел виновника торжества: Тренер стоял возле стойки и разговаривал с хорошенькой администраторшей, которая краснела от смущения. Рядом с ним стоял тигр и недовольно порыкивал на зевак, которые снимали его и его хозяина на телефоны.

— Путешественник два, я ваша фанатка!

— Путешественник два, вы проходите тут миссию?

— Вы пришли уничтожить Главного Героя? Вы уже узнали, кто он?

Тут были сотрудники этого здания, это верно, но по большей части тут толпились люди из прессы. Они стояли с телефонами наготове и хищно следили за каждым движением Тренера. Я попятился, чтобы тихонько улизнуть, но меня вдруг заметили. Не успел я опомнится, как меня сомкнули в кольцо и подтолкнули к Тренеру, только Луна успела с шипением сбежать.

— О, Крыс, — растерянно пробормотал Тренер. — А я пытаюсь пройти, но меня не пускают без Главного Героя. Хочешь, возьму тебя?

— Но я не Главный Герой…

— Путешественник шесть, как бы вы описали ваши отношения с Путешественником два? — спросила самая бойкая журналистка, тыкая в меня телефоном.

— Никак, — брякнул я.

— Но вы столько пережили вместе в последнем мире! У вас не возникли чувства друг к другу?

— Что? — ужаснулся я, поняв, куда всё клонится. — Нет-нет, мы просто соревнуемся и всё.

Тренер обратился к администратору за стойкой регистрации:

— Если я сейчас скажу вам, что он Главный Герой, вы меня пустите?

— Конечно, — ответила девушка с румянцем на щеках. — Но вам нужно быть полностью уверенным в своём выборе, потому что пути назад не будет.

— Вот как… — Тренер с сомнением на меня глянул. — Ладно, я понял. А никак иначе на верхние этажи не попасть? Просто… осмотреться.

— Нет, иначе никак. Когда твёрдо определитесь с Главным Героем, приходите вместе с ним.

— Вам нравится участвовать в соревновании? — спросил какой-то парень. В руках он держал ручку и блокнот.

— Как думаете, кто победит и заберёт всю удачу? — спросила рыжеволосая журналистка.

— Путешественник шесть, есть ли у вас чувства к Путешественнику один? — спросила всё та же бойкая журналистка.

— У него чувства к Путешественнику четыре, это всем известно, — ответила женщина с бейджиком ЦУГ.

О боже…

— Так, пошли отсюда, — сказал Тренер, и они с тигром в мгновение ока расчистили путь через толпу. Я быстро зашагал вслед за ними, лишь бы подальше отсюда и этой толпы.

Когда мы выходили из здания, к нам присоединилась и Луна. Поглядев на неё, я вдруг подумал, что если кому-то из Путешественников придёт в голову посмотреть шоу «Соревнование межмировых Путешественников», то они узнают, что Луна говорящая. И что она уже не в первый раз со мной видится. Но мне почему-то было плевать — ну узнают, ну и что. Не такой уж это козырь.

— Приятно, конечно, когда люди узнают на улицах, — проворчал Тренер. — Неприятно, что приходится отвечать на их вопросы.

— Что-то я не видел, чтобы ты отвечал, — заметил я, шагая с ним рядом.

— Да нет, отвечал. На нормальные вопросы. А потом появился ты. Тоже решил узнать получше об этом Центре?

— Ага, — ответил я. Хотел добавить «Нужно ведь будет как-то уничтожать Главного Героя», но не стал. Лишняя и подозрительная фраза.

— Оказывается, они смотрят шоу с нами. Некоторые даже становятся фанатами…

— Да, я в курсе.

— Правда? — покосился на меня Тренер. — Неужели у тебя есть фанаты?

— Видимо, есть.

В ушах у меня всё ещё звенели вопросы: «У вас не возникли друг к другу чувства?», «Есть ли у вас чувства к Путешественнику один?» и это ужасное «У него чувства к Путешественнику четыре, это всем известно», будто я персонаж из мыльной оперы. Чёртова Система.

— Что ж… видимо, мы попадём в это здание не раньше, чем определимся с Главным Героем, — подытожил Тренер. — Что там с подсказкой? Так ничего и не скажешь?

— Подсказка широкая, — пожал плечами я. — Чтобы что-то понять, придётся найти ещё.

Тренер кивнул, а потом переменил тему:

— Значит, собираемся в кафе «Для Путешественников»? Плут сказал, хорошее заведение.

— Он там был?

— Ага. И сказал, что деньги не нужны.

Я задался вопросом, как передвигаются остальные Путешественники. У меня-то телепорт, а они что? Катаются на транспорте без денег, как зайцы?

Мы пересекли площадь и перешли дорогу. Солнце щедро поливало асфальт и здания оранжевым вечерним светом, а люди спешили домой после работы. Иногда на нас украдкой кидали взгляды, но в целом, не подходили. Может, из-за грозного вида Тренера, может, просто не понимали, кто мы такие. Лучше бы второе, конечно — я не привык к публичности.

А вот и кафе. Оно располагалось на нижнем этаже жилого здания и было выполнено в чёрно-зелёных тонах. Светящиеся зелёные буквы, так похожие на послания Системы, возвещали: кафе «Для Путешественников». Мы вошли и оказались в крохотном помещении с одним круглым столом на шесть персон. Вдоль стены тянулась барная стойка, вдоль другой – окна, выходящие во внутренний двор. Вот, собственно, и всё.

Понятно. Это кафе для нас. Только для нас. Секрет Плута тоже выяснился с порога: на стене висел плакат с надписью «Межмировым Путешественникам — бесплатно». Что ж, спасибо Системе, что предусмотрела для нас бесплатную еду…

Мы уселись за стол, и молчаливый официант принёс меню. Не успели мы углубится в него, как колокольчик звякнул — пожаловали остальные Путешественники: Плут, Оратор, Валькирия и Ловелас. И конечно, животные — для них в кафе предусмотрели мини-столик в нише в углу. Прежде, чем уйти туда, Луна посмотрела на остальных животных с любопытством, а на воробья Валькирии — с кровожадным интересом. Тот с писком присел на жёрдочку повыше.

— Ну и ну, бесплатное кафе! — восхитился Ловелас. — Я теперь всегда буду тут питаться.

— Бесплатно только три раза в день, — встрял официант, и Ловелас смутился. Валькирия прыснула и сочувственно погладила его по плечу.

— Ладно, чего уж, — пробормотал Ловелас. — Значит, придётся худеть.

— Все уже поняли, да? — спросил Плут, когда каждый заказал себе еду. (Я взял куриный суп, плов и апельсиновый сок.) — Нас тут знают. И кое-что делают для нас бесплатно.

— Пропадает всякое желание выживать, — покачал головой Тренер. — Как было здорово в других мирах…

— Сериал про нас довольно любопытный, — заметила Валькирия, и я вздрогнул. Чёрт подери, если зрителям очевидно, что я влюблён в Валькирию, значит, и Валькирия это заметила, пока смотрела.

— Это точно, — подхватил Плут. — Я тоже сегодня полдня смотрел. Всегда интересно, что делали остальные, пока ты проходил свою миссию…

М-да… неловко-то как.

— Ко мне человек двадцать подошли, чтобы я дал автограф, — сказал Оратор. — И то мне по секрету сказали, что в этом городе законом запрещено подходить к Путешественникам на улице.

— Почему? — удивилась Валькирия.

— Потому что, как говорится в законе, они могут отвлечь нас от миссии, а миссия — это святое. Подходить можно только в специальных местах.

— Да уж, к нам с Крысом подошли, — хмыкнул Тренер и передразнил журналистку. — «У вас не возникли друг к другу чувства?»

Оратор рассмеялся во весь голос:

— Меня постоянно об этом спрашивали. О том, нет ли у меня чувств к кому-нибудь из вас, чаще всего — к Крысу.

Я хохотнул. Вот это было забавно!

— Потому что вы в пиратском мире ходили вдвоём постоянно, — отметил Тренер.

— Кто ж знал, что за нами наблюдают, — Оратор подмигнул мне. — Нам надо быть осторожнее, Крыс.

Я расхохотался, и все подхватили мой смех. Конечно, у меня не было чувств к Валькирии и мне не стоило переживать из-за всей этой ерунды — люди могут шипперить кого угодно с кем угодно, это их святое право. Реально, пусть думают, что хотят, а я вернусь в свой мир и перестану быть популярным.

— Откуда они знают, как мы выглядим на самом деле? — спросил Ловелас. — В других мирах у нас была другая внешность.

Мне тоже приходило это в голову, когда та девочка подошла ко мне в парке.

— Есть специальный сайт шоу, где помимо всего прочего показаны наши облики от исходного мира к апокалипсис-миру, — пояснил Оратор.

Вот оно как… надо будет тоже пошариться по сайтам, узнать получше об этом шоу.

Нам принесли еду, и на какое-то время мы прекратили болтать. Как я соскучился по нормальной современной еде! Даже по кафешкам, к которым ранее потерял интерес! Может быть, мне стоит открыть ресторан, когда я вернусь домой? Буду делать бутерброды и бургеры, продавать горячий суп в стаканчиках…

Когда мы доедали, на стене вдруг появились светящиеся зелёные надписи. Официант, убирающий наши тарелки, не обратил на них внимания, а вот остальные вскочили. Те, кто сидел спиной к надписи, обернулись.

«Следующее соревнование за подсказку ждёт вас возле памятника Океану», — провозгласила надпись и медленно растаяла.

— Всякий раз, как мы собираемся вместе, появляется миссия, — заметил Оратор.

— Памятник Океану, — пробормотал я и вытащил телефон. Все впились в него взглядами, но бояться мне было нечего — никто не знал, какой способностью обладает хозяин чёрного смартфона. А вот если бы телефон достал кто-то из них, я бы сразу всё понял. — Он на набережной.

— Предлагаю поехать туда вместе, — сказал Плут. — Можешь посмотреть, на чём можно доехать?

Я посмотрел и увидел, что дотуда идёт пара трамваев и один автобус. Ехать на транспорте категорически не хотелось, ведь я мог переместиться туда в мгновение ока. Но палить свою способность не хотелось больше, как и навлекать на себя новые подозрения. Поэтому я сказал:

— Да, хорошая идея. Поехали вместе.

Мы посидели ещё немного и поболтали. В основном, они все пытались вытянуть из меня первую подсказку — все, кроме Плута, которому я уже всё «рассказал». Тот лишь смотрел на нас со стороны и посмеивался. Тренер это заметил и спросил:

— А ты чего ржёшь? Может, ты Главный Герой?

— Хотел бы я им быть, — хмыкнул Плут. — Тогда я бы легко оставил вас всех с носом.

Валькирия хмыкнула.

— Ну что же, — Оратор встал. — Давайте отправимся на место следующей миссии?

Глава 6

Оказалось, транспорт для Путешественников тоже бесплатный. Но только общественный — для того, чтобы поехать на такси пришлось бы заплатить. Это я узнал из разговоров между Путешественниками, пока мы ехали, заняв всю хвостовую часть трамвая. Люди иногда поглядывали на нас с любопытством, кое-кто тайком снимал на телефон, но никто ничего у нас не спрашивал.

Ехали целую вечность. Я нервно постукивал ногой по стенке трамвая и смотрел в окно на неторопливо проплывающие мимо дома. Со своим телепортом я уже давным-давно был бы там! А тут приходится подстраиваться под других, чтобы они не узнали о моей способности… А собственно, зачем я прячу её? Что такого, если они узнают? Наверное, потому что хочу держать этот козырь в рукаве. Никогда не знаешь, что может пригодиться.

Спустя минут сорок вышли на конечной остановке и направились к набережной. Отсюда открывался вид на широкую реку, которая медленно несла свои воды мимо города, равнодушная ко всему. Когда мы спустились к реке, то сразу увидели памятник Океану — это оказалась застывшая на каменном постаменте мраморная волна.

Когда мы собрались вокруг этого памятника, он вдруг замерцал зелёным светом. Мы приложили к нему ладони, он вспыхнул и ослепил нас… а потом мы оказались в другом месте. (Очередное «окно» в небольшой мирок?) Другие Путешественники исчезли, остались только мы с Луной. При этом, в руке у меня лежал… деревянный пистолет. Пистолет из дерева, с деревянным спусковым крючком. Я нажал на него, и из дула вдруг выстрелил золотой свет, не причинив вреда плитке под моими ногами. Луна с изумлением смотрела на свои когти — они тоже светились золотым, словно были оружием.

Мы огляделись. Это по-прежнему была набережная, вот только тут и там выросли стены, образовывая что-то вроде лабиринта. Некоторые стены были высокие — не перелезешь, другие — низкие, которые можно легко перепрыгнуть.

— А это у тебя что такое? — спросил я, увидев зелёное пятно на её спине.

— А что там такое? — Луна выгнулась, чтобы посмотреть. Я присел на корточки и разглядел это пятно. Мишень.

— У тебя тоже сзади есть, — прошептала Луна, обойдя меня. — Прямо на одежде.

Пистолет, мишень… ну, кажется, всё понятно.

На высокой стене появилась светящаяся зелёная надпись:

«Соревнование за подсказку

Выиграйте остальных Путешественников и получите подсказку о своей миссии.

Правила: каждый Путешественник должен исключить остальных, используя выданное оружие. Путешественник считается выбывшим, если поразят его мишень на спине. Фамильяры сражаются друг с другом.

Запрещено: фамильярам вмешиваться в бои с Путешественниками, а Путешественникам вмешиваться в бои с фамильярами. За нарушение правила Путешественник и его фамильяр будут немедленно исключены.

Последний выживший Путешественник и последний выживший фамильяр признаются победителями и получают подсказку.

Удачи!»

— Что ж, — сказал я и с сомнением поглядел на Луну. Вспомнил тигра и подумал, что она по сравнению с ним такая хрупкая и слабая…

— Хватит на меня смотреть, — прошипела Луна. — Я справлюсь, вот увидишь.

— А я и не думал, что ты не справишься, — соврал я. — Пошли?

Мы осторожно двинулись внутрь лабиринта, а потом услышали впереди звуки сражения: топот, вскрики, рычание тигра… Кажется, Тренер уже сцепился с кем-то из Путешественников. Я свернул вправо, чтобы обойти его стороной: если повезёт, кто-нибудь из Путешественников его пристрелит, а я пока не хочу лезть на рожон.

Пара поворотов, дальше, дальше от Тренера — и вот мы вышли в место, где лабиринт ограждали перила. А там, за этими перилами, плескался настоящий океан. Он с рокотом наползал на берег внизу и с грохотом бился о скалы, а солёный ветер ерошил волосы и каплями оседал на лице. Я перегнулся через перила и посмотрел вниз. Скала, на которой мы находились, вздымалась высоко-высоко — упадёшь отсюда и, наверное, умрёшь.

«Путешественник 1 выбыл».

Ну вот, началось… Видимо, Тренер сражался с Оратором. Не повезло ему, что тут сказать…

Я пошёл вперёд вдоль перил, затем свернул налево и нос к носу столкнулся с Валькирией. Ойкнув, мы отскочили назад и наставили друг на друга деревянные пистолеты. Да, у неё тоже был пистолет.

— Не думаю, что нам нужно сражаться сейчас, — ляпнул я.

Я не боялся Валькирию, хотя и считал её серьёзным соперником. И тем не менее, мне не хотелось сейчас с ней драться: вот если бы мы остались один на один…

— И что ты предлагаешь? — спросила Валькирия, прижимаясь спиной к стене, чтобы закрыть от меня мишень. Я с той же целью прижимался к стене напротив. Над нашими головами парил её воробушек с золотистым клювом, и Луна шипела на него. Она, в отличие от меня, свою мишень спрятать не могла.

— Предлагаю сначала добраться до Тренера, — сказал я. — Он уже исключил Оратора да и его тигр выглядит самым сильным.

— Хм… — Валькирия задумалась, а потом кивнула своему воробушку. Тот прекратил летать над нами и опустился на её плечо. Луна затихла и прижалась к моей ноге.

— Ну что, тогда пошли? — сказал я, указывая на проход вправо. — Попробуем его поймать.

И мы пошли — правда, держались друг с другом настороженно, старались не мелькать спиной друг перед другом. Привычка Путешественника — не доверять другим — благополучно вернулась после апокалипсис-мира. Теперь каждый снова был сам за себя, и я не мог понять, нравится мне это или всё-таки лучше было командой. Но тем не менее, её недоверие немного обижало.

— Да брось, — сказал я. — Разве я когда-нибудь нарушал своё слово?

Призадумавшись, Валькирия ответила:

— В самом первом мире ты клялся и божился, что нужно идти в болота. Мы пошли и застряли, а ты пошёл в противоположную сторону и выиграл соревнование.

— Да, было такое, — признал я. — Но, может, это и к лучшему. По пути пришлось зайти в замок, в котором меня чуть не убил сумасшедший некромант.

— Уж не тот ли, который прикончил всех нас в прошлом мире?

— Да, тот…

В прошлом мире Валькирия умерла самой первой, и я до сих пор, вспоминая об этом, испытывал чувство вины и беспомощности. Как будто я мог это предусмотреть! Конечно, не мог… разве можно предусмотреть то, что всемогущая Система баганёт и начнёт выдавать неожиданные вещи?

Впереди послышались шаги, и мы насторожились. Прижимаясь спинами к противоположным стенам, притаились — и вдруг нам навстречу вышел… Ловелас. При виде нас он испуганно вскинул руки, а потом вспомнил, что у него есть пистолет, и нацелил его на нас. Его мини-панда лениво глянула на Луну, потом — на воробушка. Её когти тоже сияли золотистым светом.

— Ловелас, подожди! — прошептал я. — Давай объединимся против Тренера?

Ловелас облегчённо выдохнул и сказал:

— Хорошо, давайте. Я видел его там, — и он указал куда-то в сторону, а потом спокойно повернулся к нам спиной. Мишень отпечатали прямо на его свитере, и она оказалась у нас перед глазами. Стоило кому-то из нас нажать на курок, и Ловелас выбыл бы отсюда. Ловелас-Ловелас… Мы с Валькирией переглянулись, и я покачал головой. Он стал слишком доверчивым после апокалипсис-мира…

Теперь мы пошли втроём. У нас появились шансы задавить сильного Тренера численностью.

«Фамильяр Путешественника 3 выбыл». Лисичку Плута выбросили из игры…

— Ловелас, ты бы не отходил так далеко, — сказала Валькирия в спину быстро идущего Ловеласа. — Опас…

Не успела она договорить, как кто-то схватил Ловеласа и затащил за угол. Он лишь успел вскрикнуть, мы побежали с пистолетами наготове, но было уже поздно.

«Путешественник 5 выбыл».

Панда зарычала и скрылась за поворотом. Кто-то вскрикнул. Мы завернули за поворот и увидели, как панда вцепилась во что-то… что-то невидимое. Это что-то со стуком напарывалось на стены и ругалось голосом Плута до тех пор, пока панда не исчезла в золотом сиянии.

«Фамильяр Путешественника 5 выбыл».

Панда нарушила правила, напав на Путешественника, поэтому её исключили.

А Плут выбрал невидимость! И он использовал её сейчас! Я скакнул к нему, уже не думая, что открываю Валькирии свою спину, схватил его в охапку и прижал к стене. Плут двинул локтем и попал мне под рёбра, отчего я чуть не задохнулся.

— По-подожди, Плут, — выдохнул я, кажется, ему в ухо. — Давай… сначала Тренера уберём.

Но Плут меня не слушал, он извивался, как угорь, он кусался и лягался, из-за чего я всё-таки его выпустил. Но едва он вывернулся из моих объятий, как невидимость с него спала — и вот он перед нами, рыжий-конопатый в своём сером спортивном костюме. Валькирия выстрелила — и попала прямо в спину.

Не издав больше ни звука, Плут исчез — мгновенно, словно его вырезали в фотошопе. «Путешественник 3 выбыл».

Мы с Валькирией переглянулись. Я думал похвалить её за меткий выстрел, но почему-то не захотел. Ведь мы могли его переубедить… невидимость стала бы отличным козырем против Тренера. Но я не стал критиковать Валькирию — как получилось, так получилось. Наверное, она растерялась, поэтому всё произошло так… (Я ошибался.)

— Он был полностью невидим, — сказал я. — Даже пистолет в его руке…

— Да, хорошую он себе способность захапал, — согласилась Валькирия. — А у тебя что, если не секрет? Ты-то самый первый выбирал.

— Это секрет, — подтвердил я. Я не собирался никому открывать свою способность — даже Валькирии. Мне хотелось с ней поделиться, но оно того не стоило.

— Ладно, — она пожала плечами. — Остался Тренер, получается?

— Получается так.

Мы пошли дальше, и я заметил, что Луна подозрительно косится в сторону воробья, который летал над ней кругами. Когда разберёмся с Тренером, останемся лишь мы с Валькирией… и тогда придётся что-то предпринимать. Стрелять в неё, чтобы не дать ей заполучить подсказку о Главном Герое. Уничтожить её воробья…

За стеной мы услышали лай — наверное, это был золотистый ретривер. Потом он заскулил и внезапно затих, а мы прочитали: «Фамильяр Путешественника 1 выбыл». Теперь в игре оставались только мы втроём и наши фамильяры. Остальные Путешественники уже не могли претендовать на подсказку — и это было хорошо.

— Они за стеной, — шепнула Валькирия, и я кивнул. Только тигр Тренера мог напасть на бедную собаку…

Мы осторожно двинулись в ту сторону, стараясь издавать как можно меньше шума. Но, наверное, это было излишне: тигр наверняка чуял нас — и наверняка мог сообщить об этом Тренеру. Я подумал, что неплохо бы сейчас вбить маршрут в другой конец лабиринта, чтобы в случае опасности быстро свалить… но не успел.

Из-за угла вышел Тренер собственной персоной, в своём огромном сером костюме, так похожем по своим размерам на шкуру убитого медведя. За ним вальяжно шагал тигр и скалился на нас. Мы с Валькирией остановились, и я подумал, как жалко мы выглядим против него — такого крупного и сильного. Тренер тоже остановился, и атмосфера вмиг стала напоминать мне вестерн.

— Ну что, двое на одного? — ухмыльнулся Тренер.

— Но силы-то равны, — заметила Валькирия, а я, хоть и согласен с ней, всё равно расстроился. Получается, она считает, что мы вдвоём равны одному Тренеру? То есть, я один никто против него?

Тренер наставил на нас пистолет, мы на него — тоже. Я старался держаться поближе к стене, чтобы укрыть спину, и потому моя поза была кривовата. Валькирия делала то же самое: мы прятали спины не только от Тренера, но и друг от друга. Тренер заметил это и хохотнул.

А потом вдруг резко напал и выстрелил наугад. Жёлтый свет врезался мне в грудь, но не причинил вреда — я только почувствовал тепло, не более. Тигр с рыком прыгнул на воробья, который в этот момент как раз спикировал на его спину. Он хлопнул лапой и сбил птаху на пол, после чего сомкнул светящиеся золотом когти. Во все стороны полетели перья, и Система провозгласила: «Фамильяр Путешественника 4 выбыл».

Валькирия вскрикнула и открыла по Тренеру огонь. Я побежал к нему, держась боком у стены — надо было развернуть его, чтобы кто-то из нас попал в мишень на спине! Тренер отступал в то время, как тигр рычал на нас, пугая своим криком. Я заметил краем глаза, как Луна крадётся к нему, пользуясь всеобщей суматохой. Умница.

Вот, Тренер уткнулся спиной в стену. Как нам быть? Ведь его ничем не сдвинуть, он как скала! Как бы сейчас пригодился невидимка Плут… Что ж, видимо, придётся засветить свою спину Валькирии…

Я сунул пистолет в карман, побежал к Тренеру и схватил его за плечо, стремясь отлепить от стены. Другой рукой я схватил его запястье с пистолетом, чтобы он ненароком не завёл его за мою спину и не пометил мою мишень. Что там делала Валькирия и уж тем более фамильяры, я не знаю — слышал только тигриное рычание и шипение Луны, которая, как ни удивительно, всё ещё была в игре. Я-то думал, что она не продержится против такой махины и минуты. (Хорошо, что мои мысли не материальны.)

Итак, я тягал Тренера, вцепившись в его плечо и запястье, Валькирия помогала мне тащить Тренера за руку, а он намертво упёрся спиной в стену. Нам бы отодвинуть его хотя бы чуть-чуть, чтобы пролезло дуло пистолета, но ничего не получалось… Ну конечно, вон он какой сильный, под кожей комьями ходят мышцы — я и двумя руками не могу обхватить его бицепс, чтобы сдвинуть его с места…

Тренер расхохотался:

— Я так целый день могу! А вы скоро устанете…

Сердито засопев, я упёрся ногой в стену и приложил удвоенную силу для отлипания Тренера. И Тренер двинулся! Да, чуть-чуть, да, Валькирия сумела просунуть пистолет между стеной и его спиной и даже выстрелила, но Тренер не выбыл. Видимо, она не попала. А потом он снова намертво прилепился к стене.

— Валькирия, ну зачем тебе это? — воззвал к ней Тренер. — Давай ты объединишься со мной…

— Не слушай его, — отозвался я. — Потом ты останешься с ним один на один, и он тебя не пощадит.

— И без вас знаю, что мне делать, — фыркнула Валькирия, снова пытаясь подобраться к спине Тренера.

Не знаю, сколько уж мы так возились и сколько могли возиться ещё, но Тренер вдруг решил контратаковать. Он дёрнул рукой, в которую я вцепился, и отшвырнул меня назад. А потом отпнул Валькирию и двинулся вперёд… но Валькирия неожиданно ловко запрыгнула на него, цепляясь за голову. Тренер по инерции прошагал несколько шагов вперёд, пытаясь её сбросить, а я уже был рядом, я вытащил свой пистолет и выстрелил аккурат в мишень на его широкой спине!

Есть! «Путешественник 2 выбыл», — сообщила Система, и Тренер исчез. Я развернулся и быстро прижался к стене, потому что Валькирия стояла прямо за моей спиной. Мне открылся вид на коридор, по которому мы пришли, вот только Луны и тигра я не видел — похоже, в пылу боя они куда-то переместились. Вдалеке, как раскаты грома, разносились рыки чёрного тигра.

— Отлично! — порадовался я. — У нас получилось!

— Да, но теперь остались мы вдвоём… — заметила Валькирия, подбираясь ко мне и пряча спину.

— Может, решим на камень-ножницы-бумага? — без особой надежды предложил я. Я не против соревноваться с девушками, но вот так, один на один, когда физическая сила на моей стороне… нечестно как-то получается.

— Что? — рассмеялась Валькирия. — И проигравший добровольно повернётся спиной?

— Ну да…

Мне нужно было выиграть, иначе Валькирия получит подсказку — и эта подсказка будет о Главном Герое. Так что я не собирался поворачиваться спиной, даже если проиграю в КНБ. Я просто тянул время, размышляя, как мне её не слишком обидно вывести из игры…

— Я на это не поведусь, Крыс, — сказала Валькирия и ловко скользнула в сторону на мой правый фланг. Она выстрелила, но попала в плечо, а я уже ткнулся спиной в стену, к которой совсем недавно прижимался Тренер. Она схватила меня за плечо, стремясь отлепить меня от стены, как и Тренера раньше.

Как и Тренер, я не поддавался. Да, Валькирия оказалась сильнее, чем я ожидал, но тем не менее, она оставалась девушкой — а девушки почти всегда физически слабее мужчин. И я не сексист, это просто факт, доказанный матушкой-природой.

Я вцепился в её пистолет — и вдруг мне удалось его отобрать! Валькирия на секунду растерялась, а потом принялась выкручивать мне пальцы, чтобы получить его обратно. Но я держал оба пистолета крепко, ведь без пистолета она не сможет вывести меня из игры! Без пистолета она не сможет выстрелить мне в спину, и я могу уже отстать от этой бедной стены…

Я пихнул Валькирию грудью, и она отскочила на пару шагов назад. Я наставил на неё два пистолета, а она попятилась. Теперь она была в моих руках. Победа была в моих руках.

— Я не позволю тебе выиграть и вторую подсказку, — прошептала Валькирия, шагая по коридору спиной вперёд. Она сунула руку в карман джинс…

— Мне жаль, но я заполучу её, — сказал я, шагая к ней.

Валькирия, ловко убегая спиной вперёд, вытащила телефон. Красный телефон. Я рванул к ней на всех парусах, но было поздно: она нажала на экран. Я побежал к ней, попытался прошмыгнуть слева и выстрелить в её спину, но… вдруг чьи-то мускулистые руки схватили меня сзади за капюшон, и я упал. Из меня вышибло весь дух, а в голове вдруг мелькнуло: «Красный телефон даёт способность призывать демонов».

Меня вздёрнули на ноги с неведомой силой, у меня отобрали оба пистолета, и я в ужасе увидел, что меня держат ярко-красные руки с длинными чёрными когтями. Я повернул голову и увидел, что на меня скалится страшная морда с белыми глазами и острыми рогами. С другой стороны хрипяще пыхтел второй демон, точно такой же, и оба они казались мне знакомыми. Где-то я их видел… а, ну конечно! В пиратском мире мы с Оратором столкнулись с таким же — он охранял священное место, но к счастью, Оратору удалось тогда телепортировать его куда подальше.

Жаль, я не мог сейчас сделать ничего подобного… Я задёргался, но демоны держали крепко, и я не смог сдвинуться ни на миллиметр. Валькирия подошла ко мне с двумя пистолетами и сказала:

— Извини, Крыс. Мне нужна эта подсказка, — а потом зашла мне за спину и выстрелила.

«Путешественник 6 выбыл».

Я ощутил странное: тело словно бы стало вязким и непослушным, а перед глазами потемнело. Не успел я испугаться, как ощутил, что сижу на чём-то, а открыв глаза, увидел городскую набережную с видом на ленивую реку. Я сидел на скамейке рядом с Оратором, и тот вскочил:

— Крыс?!

Напротив сидел сердитый Тренер, но и он обрадовался, едва увидел меня:

— Надо же! Неужели Валькирия тебя завалила?

— Не стоит недооценивать женщин, — буркнул я, ощупывая свои плечи, в которые недавно впивались демонические пальцы.

Плут присвистнул и покачал головой. Он сидел рядом с Тренером, а на его коленях, как кошка, свернулась калачиком лиса и спала. Плут гладил её по рыжему меху, и лиса блаженно вздыхала. Два рыжих.

Ловелас обнаружился рядом с Оратором, а его панда — точнее, её уши — торчали из-под скамейки. Видимо, она тоже спала.

«Путешественник 4 успешно выполнил задание и получил подсказку».

Ну что ж… обидно, конечно, кто ж знал, что Валькирия выберет телефон с призывом демонов? Но что поделать, зато теперь я знаю.

Осталась только битва фамильяров, и я уверен процентов на девяносто, что победит не Луна. Эх…

«Фамильяр Путешественника 2 выбыл».

Погодите…

«Фамильяр Путешественника 6 успешно выполнил задание и получил подсказку».

Глава 7

Я вскочил на ноги. Луна победила тигра! Луна добыла для нас подсказку! Мои губы сами собой разъехались в улыбке, и тут я поймал взгляд Тренера — тот хмурил брови и смотрел на меня так, словно я обманул его в честной игре. Вот, рядом с ним возник тигр, а потом появились и победители: сначала Валькирия, потом — Луна.

Тигр рыкнул было в её сторону, но Луна запрыгнула мне на колени, а я ещё и защитил её руками. Хотя, надо признать, если бы тигр вздумал разорвать меня, у него это с лёгкостью получилось бы.

— Ну ты даёшь, Валькирия! — восхищённо отметил Плут. — Поделишься с нами подсказкой?

— Не думаю, — отозвалась она. — Вдруг кто-то из вас Главный Герой.

— Я точно не Главный Герой! — заявил Плут. — Квартирой своей клянусь!

Остальные не требовали у Валькирии подсказку, видимо, понимая, что это бесполезно. В голубых глазах Валькирии горел решительный огонь. А вдруг она уже знает, кто из нас Главный Герой, потому и не смотрит в мою сторону?

— Что ж, — я встал, подняв Луну на руки. — Мы уходим. Встретимся на завтраке в кафе. Думаю, там и получим третий шанс на подсказку. Пока.

Все на разный лад пробормотали мне «пока». Луне не нравилось, что я держу её на руках, но она вида не подавала, хотя и застыла в напряжённо-неудобной позе. Мы зашли за угол, и она начала извиваться, пока не спрыгнула на землю, вся взъерошенная и всклокоченная.

— Я тебе что, невеста, чтоб ты на руках меня носил? — недовольно пробурчала Луна.

— Ну извини, — отозвался я без сожаления в голосе. Потрёпанная шерсть не казалась мне такой уж бедой по сравнению с тем, что взбудораженный тигр мог её покалечить.

Я боялся, как бы Плут не увязался за мной со своей невидимостью, поэтому шёл быстро, а Луна семенила следом. Я на ходу построил маршрут к своему дому, а когда мы завернули за угол, нажал на кнопку. Хоп! — и мы перед моим домом, куда зашли, не сбавляя шага. Вот мы и в квартире, наконец-то можно расслабиться и поговорить о подсказке.

— Ты очень крутая! — выдохнул я, снимая кроссовки. — Как тебе удалось победить тигра?

— Ну… я же говорила, что я редкая, — Луна делала вид, что ей всё равно, но я каким-то образом понимал, что ей приятны мои комплименты.

— Это было супер! Хоть я и не видел… но уверен, что было супер!

— Спасибо, Крыс, спасибо. Может, хочешь всё-таки узнать подсказку?

— Конечно!

— «Все северные крестики фальшивые».

Мгновение я смотрел на неё, а потом бросился к шкафу, где спрятал карту.

Я развернул карту, которую добыл в Саду Чудес. Когда я смотрел её сегодня до вечерней миссии, то почти ничего не видел, кроме этих крестиков. Я был расстроен из-за того, что Система сделала из нашего соревнования шоу, и из-за того, что мы застряли в герметичном, искусственном мире. И переживал из-за догадок по поводу остальных, настоящих миров — вдруг они сейчас под угрозой? Вдруг наступил конец света?

Но сейчас я откинул всё это на край сознания и сосредоточился на карте. Если отдалиться, то город представлял собой цветок с четырьмя лепестками. Лепестки смотрели строго по сторонам света: на север, на восток, на юг, на запад. А точно посередине города — там, где должна быть сердцевина цветка — располагалось здание Центра Уничтожения Героев. Теперь я посмотрел на крестики: они располагались по городу равномерно, и на каждом «лепестке» было по шесть штук. Тогда-то я и понял подсказку Луны: в северном «лепестке», в той части города не было смысла проверять крестики — все они фальшивые. Минус шесть крестиков, осталось восемнадцать.

— Так вот как это работает, — сказал я, вычёркивая северную часть города. — Теперь за каждую мини-миссию мы будем получать подсказку, какие крестики убрать…

—…и в конце концов найдём нужный крестик, — подхватила Луна.

— И под этим последним крестиком будет артефакт, — закончил я.

Мы кивнули друг другу, и я снова сфотографировал карту. Затем сказал:

— А вообще… наверное, не так-то сложно проверить восемнадцать крестиков?

— Думаешь, стоит?

— Чем ждать миссии, в которой мы можем и не выиграть… думаю, проще будет посвятить всю ночь поискам артефакта.

— У меня плохое предчувствие, Крыс.

— Думаешь, Система это предусмотрела?

— Что ты пойдёшь по крестикам вместо того, чтобы соревноваться с другими Путешественниками? Да.

— И всё-таки попробовать стоит.

Мы немного отдохнули: я сходил в душ, поменял одежду и улёгся на диван, на котором посмотрел шоу «Соревнование межмировых Путешественников». Это выглядело не как шоу, а как сериал, вот только смотреть на себя было почему-то странно и немного стыдно. И не потому, что я был антропоморфной крысой, а потому, что смотреть на свои действия со стороны всегда немного неловко. Луна устроилась в кресле и крепко уснула, свернувшись в чёрный комок. В этом сериале она, кстати говоря, вовсе не была говорящей и её роль оказалась простой: многозначительно смотреть на меня, пока я веду диалог с самим собой. Это показалось мне странным (зачем скрывать, что она говорящая, это ведь её изюминка?), но не критичным, чтобы заострять на этом внимание.

Сам сериал оказался увлекательным — интересно же, что делали остальные! — и потому я оторвался от него только когда на часах было десять вечера. Тогда я встрепенулся и разбудил Луну: пора было выходить на проверку крестиков. Я уже прикинул: если тратить на каждый крест по 10—20 минут, то к утру как раз закончим. Вот все удивятся, когда я выполню свою миссию за ночь! Они проснутся, а я уже выиграл! Здорово всё-таки, что я выбрал себе телепортацию… (О том, что Система наверняка предусмотрела такой ход мыслей, я старался не думать.)

— И всё-таки мне это не нравится, — сообщила Луна, когда я обувался в прихожей. — Будет какой-то подвох…

— Мы с тобой справимся, — я беспечно пожал плечами. — Мы через столькое прошли!

Мы вышли из дома и решили для разнообразия пройтись пешком. Потому что ближайший крестик находился совсем рядом, минутах в пяти ходьбы. Уже стемнело, зажглись фонари, а из темноты нет-нет да доносились разговоры людей, отдыхающих после работы. В тёплую ночь они выбирались из своих квартир, звенели банками пива и обсуждали текущие новости.

Крестик лежал посреди соседнего двора. Мы пробрались туда, и я внимательно сравнил двор с картой. Судя по всему, крестик располагался на месте детской горки. Странно… Если там что-то было, разве дети не забрали бы это?

Мы подошли к горке, и я забрался по игрушечной лесенке. Сел в горку и огляделся. Далёкий фонарь едва-едва разгонял ночной мрак, но было пусто, никаких крестиков. Луна рядом нюхала воздух.

— Опять алкаши забрались на горку, — проворчал женский голос с балкона.

— И не говори, — отозвался другой. — Снова утром будут дрыхнуть под окнами.

Я возмущённо поглядел на балкон, но форточка уже закрылась и ворчащие женщины ушли. Луна звонко чихнула.

— Будь здорова, — машинально пожелал я, ничего не понимая. Наверное, стоит копать под этой горкой? Как в пиратском мире…

— Кожаный, я кое-что почувствовала, — шепнула Луна и спрыгнула с горки. Я съехал вниз и присел на корточки, вглядываясь в темноту под горкой. Луна зашла под основание этой горки и тронула её лапой. Когда я заполз туда следом за ней, на внутренней части горки стали появляться зелёные светящиеся буквы: «Открыть тайник?», а чуть ниже располагалась светящаяся замочная скважина.

— Ну и ну, — выдохнул я. Вот почему Система выдала нам фамильяров — они могут почувствовать кое-что, что для нас, людей, скрыто. И могут найти то, что мы сами никогда не найдём.

Луна вопросительно посмотрела на меня, и я кивнул. А она ткнула в замочную скважину лапой.

Замочная скважина окрасилась в красный цвет и исчезла. А потом земля разверзлась под нами, и мы полетели вниз вместе с детским городком. Плюх! Мы упали в воду, и вся одежда мигом промокла. Я вынырнул, нащупал скользкий бортик и вдруг понял, куда мы свалились: в канализацию! Отфыркиваясь и бормоча проклятия, Луна залезла на бортик и отряхнулась от нечистот, прилизанная и жалкая. Я еле как залез за ней и ощутил, как же тут воняет. Ужасно воняет!

— Что… что это значит? — прохрипел я, глядя наверх. Потолок смыкался, как заживающая рана, и вскоре свет фонарей исчез из нашего поля зрения. Стало темно, хоть глаз выколи — хотя из-за такого резкого запаха они и сами скоро выпадут.

Я пополз вперёд и наткнулся на обломки детской площадки. Похоже, алкаши — не самое страшное, что с ней могло случиться.

— Я тебе говорила, — прошипела Луна. — Говорила, что это плохая идея.

— Давай выбираться, — сказал я. — А то я сейчас задохнусь.

Я вытащил телефон и с тревогой нажал на разблокировку. Телефон не пострадал ни капельки, хоть и был вымазан в чёрной вонючей жиже. Я включил фонарик и осветил пространство. Да, это точно была канализация: вот нечистоты, вот небольшой бортик у стеночки, вымазанной во всяком, и всё скользкое, заляпанное, вонючее. Я попытался построить маршрут, но телефон вдруг сообщил: «Вы не можете использовать свою способность в этой зоне». Спасибо, блин, большое!

Спрятав нос в рукаве, я пошёл вперёд. Это не первый раз, когда я проваливался под землю во время своего путешествия. Был ещё подземный храм в пиратском мире, который кишел змеями и крокодилами… И уж лучше я бы снова провалился туда, чем бродил тут под городом по вонючей жидкости. (Хотя, окажись я снова вместе с крокодилами, думаю, я бы утверждал обратное.) Ворча и брезгливо оплёвываясь, Луна шагала за мной.

Мы выбрались спустя час, найдя-таки лестницу наверх. Телепортация так и ни разу не сработала, хотя я проверял её каждые пять минут, как мобильный интернет на даче. Когда я отодвинул люк и вдохнул воздух, у меня закружилась голова, и я едва не свалился с ног. Луна спрыгнула с моей спины и куда-то рванула. Я закрыл люк и огляделся: мы вылезли в тёмном пустынном дворе, а Луна побежала валятся в песочнице, надеясь сбросить с себя запах.

— Никогда в своей жизни я так не маралась, — в сердцах выдала она. — А ведь я бездомная шарилась по мусорным бакам возле кафешек…

— Что? — удивился я. — Но ты ведь жила в фэнтези-мире… в горах.

— Это образное выражение, кожаный, — проворчала Луна, вздыбив шерсть. — Значит оно, что я росла в бедности, пока меня не приютили. Давай уже, пошли домой.

Я проложил маршрут (в этот раз проложился!), и мы юркнули в мою квартиру. Я швырнул все вещи в стиралку и до отказа набил её порошком, а потом залез под душ и долго мылся. Луна устроилась в раковине и рьяно вылизывалась под тонкой струйкой воды.

Когда мы отмылись и я отскрёб от запаха все вещи, включая телефон и кроссовки, было уже далеко за полночь. Вот и выполнили миссию, ага, как же! Десять минут на каждый крестик? Перебьёшься, Крыс!

— Видимо, если ты открываешь фальшивый тайник, — предположил я, — то Система тебя наказывает, отправляя в канализацию.

— Видимо так, — отозвалась Луна. — Поэтому лучше нам проходить задания с другими Путешественниками, чем заниматься самодеятельностью.

— Да уж…

Лёгкого пути к победе не существовало.

Канализационный запах преследовал меня даже во сне, но к утру, слава богам, перестал мне мерещиться. Я даже словил удовольствие, какое можно получить, нежась в постели, когда тебе не на работу. Давненько у меня не было такого приятного утра! А то последние пять миров я ночевал, в основном, на земле под открытым небом или в грязных заведениях, пропахших мышами. После такого начинаешь ценить прелести цивилизации.

Я немного размялся, а потом открыл новости, как делал ещё живя в исходном мире. Первая же новость заставила меня покраснеть: «На улице Весенней загадочным образом исчезла детская площадка. Жители ближайших домов говорят, что последний раз видели на горке неизвестного…» М-да, вот это я злодей, оставил детишек без игровой площадки.

Вторая новость насторожила: «На улице Мира произошло загадочное наводнение. Жители первых этажей чуть не утонули». Судя по заметке, наводнение произошло ночью — каким-то образом ближайшая река (улица находилась возле набережной) за ночь хлынула именно на эту улицу, чуть не потопив мирно спящих жителей первого этажа. А вдруг это тоже из-за меня?..

— Чего кривишься? — поинтересовалась проснувшаяся Луна.

Меня в этот момент пронзила другая догадка, и я развернул карту. Улица Мира… набережная… Я быстро нашёл ту улицу и увидел, что на ней тоже расположен крест. Значит, кто-то тоже нашёл тайник и решил его открыть. Кто-то из Путешественников, потому что разглядеть тайники могут лишь фамильяры. Валькирия?

Да, наверное, она! Ведь она получила подсказку! Но я думал, она получила подсказку о личности Главного Героя, а вовсе не о крестиках… Может быть, подсказки даются вразнобой, кому какая попадёт? И мне может выпасть подсказка о Главном Герое — то есть, обо мне? Пока непонятно. Подозрительно и непонятно.

Я вычеркнул крестик, который вчера проверил, а крестик на улице Мира зачеркнул карандашом — мало ли, вдруг его всё-таки не открыли, а наводнение — случайность. Глянул на время — восемь утра. Что ж, можно, наверное, и в кафешку подгребать: позавтракать, пока остальные подтягиваются.

Умывшись и одевшись, я натянул кроссовки, и мы с Луной телепортировать в облюбованный нами переулок в центре. Добрались до кафе, зашли… но были не первые, как мы думали. За круглым столом сидела Валькирия, под её глазами пролегли круги от недосыпа.

— Доброе утро, — смущённо сказал я.

— Крыс! — Валькирия встрепенулась. — Привет.

Её воробей сидел на жёрдочке, вбитой в стену, и внимательно наблюдал за нами глазами-бусинками. Луна бросила на него кровожадный взгляд и подошла к своей тарелке.

Перед Валькирией стояла тарелка с кашей, в которой та с неохотой ковырялась. Ко мне подошёл официант, и я заказал какой-то завтрак, наугад ткнув в меню. В кафе повисло напряжённое молчание.

— Ты совсем не спала? — принялся я прощупывать почву. — Выглядишь… сонной.

Девушкам нельзя говорить, что они сегодня выглядят плохо, даже если обычно они выглядят великолепно.

— Из головы не выходит наше соревнование, — пожала плечами Валькирия. — Я… если честно, я уже устала. Хочу вернуться домой, а не разгадывать эти загадки, не зная, кому и чему верить.

Я покивал, хоть и не разделял её мнения. Мне, напротив, не хотелось возвращаться в серую реальность.

— Ты вчера отлично справилась, — заметил я. — Хотя мне и не понравилось двойное объятие этих твоих демонов.

Валькирия смущённо улыбнулась:

— Извини. Мне нужна была подсказка.

— Да чего уж… соревнование, я всё понимаю.

Она правда была очень симпатичная в своём исходном теле, даже с сонно-помятым лицом и взлохмаченным хвостом. Пока мы соревновались в других мирах, я, если честно, думал, что она окажется дурнушкой. Не знаю почему. Но если честно, я был бы рад, если бы она была чуть менее красивой — тогда у меня были бы хоть какие-то шансы…

Стоп, Крыс. Какие у тебя мысли? Валькирия — Путешественник, твой соперник, а никак не любовный интерес. Сначала закончи соревнование, а потом думай о других вещах.

— Валькирия, я могу кое-что спросить? Кое-что личное.

— Давай, — она пожала плечами.

— Ты правда знакома с Тренером в исходном мире?

Она удивлённо поглядела на меня поверх ложки с кашей и отложила её.

— Думаю, да. Он — ТОП-менеджер компании, в которой я работаю. Мы иногда встречались в офисных коридорах… но вряд ли он меня запомнил.

Я вспомнил ту интимную атмосферу, которая возникала, стоило им остаться вдвоём. Они не делали ничего такого, просто разговаривали, но почему-то всякий раз хотелось стыдливо прикрыться и не смотреть.

— А мы… как думаешь, мы могли бы видеться в исходном мире? — спросил я. Мне так этого хотелось! Словно если вдруг окажется, что я учился с ней в одном университете и списывал у неё домашку, то это сделает нас ближе, чем мы есть на самом деле. Как ни крути, общее прошлое объединяет.

— Не знаю, Крыс. Я даже не уверена, жили ли мы в одном городе…

Это правда. Мы могли жить в разных городах.

Но тогда, в пиратском мире, я взял её за руку, а она обхватила мою в ответ. Она говорила мне, что я надёжнее любого из Путешественников. Она, как мне казалось, выделяла меня…

— Но когда мы вернёмся в исходный мир, — сказал я, — я бы хотел увидеться с тобой.

Валькирия улыбнулась:

— Я тоже, Крыс.

Моё сердце радостно затрепыхалось. Я ожидал худшего: недовольного фырканья, молчания, даже того, что она пошлёт меня по известному адресу. Но никак не ответной улыбки, никак не этих слов «я тоже». Неужели это взаимно?

Я думал, а не обхватить ли мне снова её руку, я уже потянулся за ней, как вдруг Луна оглушительно чихнула за моей спиной. Я оглянулся: Луна выразительно глядела на меня над своей поилкой, да и воробей смотрел на меня уничижительно.

Официант принёс мне мой завтрак, а потом в кафе ввалился Плут. Не успели мы обменяться приветствиями, как внутрь один за другим повалили остальные Путешественники. Все шестеро собрались за круглым столом, а это значило, что Система вот-вот объявит нам очередную мини-миссию. Каждый из нас уже это понимал: стоит нам собраться вместе, как что-то происходит. Недаром ведь Система на протяжении нескольких миров сбивала нас в кучу.

Валькирия теперь сидела через человека от меня — между нами затесался Плут, а я нет-нет да поглядывал на неё. Вот будет здорово, если мы встретимся в исходном мире! Если будем дружить! Если начнём встречаться!..

На стене начали появляться светящиеся буквы: «Следующее соревнование за подсказку ждёт вас в Длинном сквере».

Глава 8

Длинный сквер и впрямь оказался длинным: метров на триста вперёд уходила широкая асфальтированная дорога, по которой прогуливались парочки, катались велосипедисты и ходили вездесущие бабушки с палками. По обе стороны от этой пешеходной дорожки вздымались ввысь деревья — огромные, почти как в апокалипсис-мире — и роняли прохладную тень.

Мы всей гурьбой прошли в ворота аллеи и тут же привлекли внимание некоторых людей, которые молчаливо вытащили телефоны и принялись нас снимать. Оратор дружелюбно помахал им рукой и вызвал вспышку девчачьего визга.

— И куда нам теперь? — спросил Тренер, поглядывая по сторонам.

Мы остановились, едва войдя в арку, и теперь инстинктивно встали в кружок — так нам было видно друг друга. И едва мы это сделали, как под ногами у нас стали появляться надписи:

«Соревнование за подсказку

Пройдите полосу препятствий и первыми доберитесь до финишного дерева.

Правила: участники делятся по парам и связываются невидимой нитью. Паре нужно первой прийти к финишу и коснуться дерева — тогда они получат подсказку.

Удачи!»

— Значит, нужно разделиться? — переспросил Ловелас.

— Что ж, здорово, — Тренер закинул руку ему на плечи. — Выбираю тебя, Ловелас.

Я посмотрел на Валькирию, но не успел ничего предпринять — её поспешно взял за руку Плут и спросил:

— Надеюсь, ты не против?

Валькирия кивнула — мол, всё нормально. И чего Плут к ней так привязался? Они ведь как кошка с собакой — постоянно ворчат друг на друга с тех пор, как Валькирия обвела его вокруг пальца в фэнтези-мире.

— Здорово, — Оратор хлопнул меня по плечу, никак научился этому жесту у Тренера. — Значит, мы с тобой, Крыс.

Я как можно бодрее кивнул — общество Оратора мне тоже нравилось, просто я думал закрепить возникшую между нами с Валькирией симпатию. Ну да ладно, в следующий раз. Или вовсе в исходном мире.

— Ого! Ты посмотри! — заметил Оратор, и я увидел, что наши руки соединяет светящаяся зелёная нить, обхватывая запястья. Длинная, метра на два, и прочная — подёргав её так и эдак, я не смог её разорвать. У остальных «парочек» появились такие же.

Что ж, мы в парочках. Значит, подсказку снова получит двое людей. Луна недовольно пофыркивала на скачущего рядом с ней золотистого ретривера, который то и дело норовил её облизать и бешено вилял хвостом.

Возле аллеи засветилось дерево, стоящее с самого края. Мы подошли к нему и увидели путь, который нам предстояло пройти. Через дремучий лес, который отходил от аллеи вдаль. Финишное дерево отсюда видно не было, мы только догадывались, что оно где-то впереди. Мы построились вдоль стартовой черты, коей был конец асфальтированной аллеи. Люди собрались за нами полукругом, продолжая снимать, многие из них поддерживали Оратора, скандируя:

— Путешественник один, Путешественник один!

— Ты популярен, — позавидовала Валькирия, стоя рядом с Оратором.

Оратор беспечно пожал плечами и улыбнулся. Ну ещё бы он не был популярен! Харизма так и прёт, а ведь он ничего особо не делает!

«На старт, внимание… марш!» — болью отозвалось в висках, и все рванули вперёд. Я тоже рванул, а вот Оратор что-то не торопился — и меня приостановил за конец верёвки, из-за чего мы сразу ото всех отстали. Я возмущённо оглянулся на него.

— Не торопись, — сказал он. — Это полоса препятствий, а не гонка. Тут надо быть осторожнее.

Оратор оказался прав: бегущие впереди всех Тренер и Ловелас вскоре попали в ловушку и… исчезли. А потом появились позади нас, на стартовой черте. Ага, вот оно как работает! Тише едешь, дальше будешь.

Мы перешли на быстрый шаг, и золотистый ретривер почти сразу завернул нас влево. Похоже, впереди было препятствие, которое мы видеть не могли, а фамильяры — могли. Если честно, мы вообще не видели никаких препятствий — только лес и мягкую почву под ногами. Значит, фамильяры в этой миссии — наши глаза… Поняв это, мы перестроились: животные впереди, мы — позади, и реагируем на каждое движение фамильяров.

Луна и ретривер отлично сработались в паре: они вынюхивали и высматривали ловушки, ныряя то влево, то вправо. Мы с Оратором послушно следовали за ними, видя лишь твёрдую лесную почву и корни. Надо будет спросить потом у Луны, что там такое было… и как оно выглядело. Вдруг мы обходим рвы с лавой? Как в детстве: пол — это лава.

Обходя препятствия, мы углублялись и углублялись в лес, а потом потеряли из вида остальных. Было непонятно, сзади они или уже все впереди… Лес кружил нас, а может, мне это только казалось. Кто бы мог подумать, что посреди города есть такой бесконечный и дремучий лес? Хотя, вероятнее всего, это очередной мини-мир для мини-миссии.

— Как думаешь, кто-нибудь уже дошёл до финиша? — пыхтя, спросил я.

— Мы бы знали, — отозвался Оратор.

Мне очень нужна была подсказка! Без подсказки мне придётся регулярно купаться в канализации в разных частях города… или устраивать потоп, как это, вероятно, сделала Валькирия. Интересно, знала ли она, что это за тайник и есть ли у неё полная карта? Едва ли, она ведь не Главный Герой.

Фамильяры вдруг встали, как вкопанные, и Луна повернулась ко мне с написанным на морде изумлением. Я посмотрел вперёд, но, как и ожидалось, ничего не увидел. Мы остановились и какое-то время обменивались взглядами с нашими животными. Пока Луне это не надоело, и она, по-человечески вздохнув, не сказала:

— Впереди огненное болото, и нам его не обойти.

Оратор так и уставился на неё, потом — на меня.

— Твоя кошка… она говорит?

— А что такое? — невинно поглядел я на него в ответ. — А твоя собака нет?

— Нет… только мысленно.

— Мысленно?! — так ведь это ещё круче!

— Ну да, образами и иногда — словами. Сейчас, например, он сообщил, что рад быть здесь с нами и всех-всех любит — особенно, твою кошку.

Луна надменно поглядела на золотистого ретривера, который с обожанием смотрел на неё, вывалив язык. Фыркнув, она подошла ко мне ближе и сказала:

— Это очень длинное болото — вперёд метров сто. Нам нужно придумать, как его обойти.

Я поглядел наверх и указал на довольно-таки удобные ветки:

— Можно попробовать перелезть по верху.

Ретривер заскулил, даже, кажется, помотал головой. Демонстрируя превосходство, Луна запрыгнула на дерево и прошлась по нижней ветке туда-сюда. Ретривер попробовал тоже запрыгнуть, но быстро соскользнул вниз и заскулил ещё жалобнее.

— Ничего, ничего, — успокаивающе произнёс Оратор. — Сейчас придумаем.

Он присел спиной к ретриверу, и тот положил передние лапы ему на плечи. Наверное, Оратор хотел взять его на манер рюкзака, но эта идея провалилась: собачьи лапы были не приспособлены находиться в таком положении да и цепляться за Оратора ему было нечем. Оратор распрямился и обернулся вокруг, словно ища помощи (мне пришлось повернуться вместе с ним, чтобы нить не запуталась) — и вдруг действительно её получил! Из-за дерева вышел человек — по виду, обычный горожанин средних лет — и сказал:

— Путешественник один, я могу помочь вам!

— Правда? — рассеяно спросил Оратор. Он словно и не удивился появлению ноунейма посреди леса, в котором, между прочим, проводилось соревнование.

— Вам надо перетащить собаку? Да легко! — горожанин улыбнулся и поднял пса на руки. Мускулы под его рубашкой напряглись. — Я легко сделаю это для вас, я ваш фанат!

— Но подождите, там впереди — ловушки, — заметил Оратор, указывая вперёд.

— Так это… они для вас, Путешественников, — бодро отозвался горожанин, игнорируя ретривера, который принялся облизывать его шею. — Я тут легко пройду напрямик.

— Точно?

— Абсолютно!

— Хорошо, спасибо, — Оратор улыбнулся. — Тогда увидимся на той стороне.

Горожанин-доброволец просиял от счастья и понёсся вперёд, держа ретривера на руках. Мы проводили его взглядами, но с ним и впрямь ничего не случилось — и он бежал вперёд как ни в чём не бывало: Система не откидывала его назад. Глядя им вслед, Луна фыркнула:

— Надо было тоже прикинуться немощной, чтобы меня прокатили на ручках.

— Пошли, — сказал Оратор, и мы полезли на дерево вслед за убегающей Луной.

Деревья тут и впрямь были удобные для лазанья: крепкие, с толстыми ветками, только успевай грамотно шевелить руками-ногами. Правда, светящаяся верёвка, сковывающая нас, иногда мешалась или цеплялась за сучки, но в целом, мы продвигались наверх уверенно.

— Что это было? — спросил я.

— Один из моих фанатов, — сказал Оратор, когда мы начали перелезать на другое дерево. Это оказалось тоже не так уж сложно, потому что ветки деревьев тут довольно плотно переплетались.

— Но как он… а-а! — до меня, наконец, дошло. — Ты выбрал жёлтый телефон! Очарование!

— Да, — Оратор мельком мне улыбнулся. — И очаровал этого парня ещё на старте, на всякий случай. И как видишь, не зря.

Вот что это значило! Очарование, надо же!

Значит, у Тренера либо сила стихий, либо неуязвимость. И то, и другое звучит угрожающе. Я представил, как он перетаскивает через ловушки своего огромного тигра, используя силу воздуха, и хмыкнул. Впрочем, вряд ли неуязвимость никто бы не взял до Тренера, выбирающего последним. Что-то мне подсказывает, что неуязвимость всё-таки досталась Ловеласу, который выбирал вторым. Но кто знает…

Я полез в карман за своим телефоном и открыл карту. Лес, всюду лес. Никаких точек, маршрут тут, как я и предполагал, не построить. Что ж…

— Чёрный телефон, — прокомментировал Оратор. — Выглядит так, словно ты можешь поднимать мертвецов.

— Почему ты выбрал очарование? — удивился я. — И что было вторым?

— Если скажешь, какая у тебя способность, я скажу, — отозвался Оратор.

Начались старые деньки!

— Прости, но я придержу пока при себе, — сказал я. — Это сюрприз.

— Звучит многообещающе, — хмыкнул Оратор, нисколько не обидевшись. — И почему-то страшно. Надеюсь, ты не мотаешь время назад?

Было бы славно! Но, к сожалению, нет.

Мы продолжили путь по деревьям, перебираясь с ветки на ветку следом за Луной. И спустя минут двадцать таких лазаний она сообщила:

— Внизу безопасно, можно спускаться.

Мы с превеликим удовольствием спустились — и там нас уже ждал горожанин с радостно скачущим вокруг него ретривером. Когда мы спустились, ретривер напрыгнул на Оратора и едва не повалил его на землю.

— Полегче, полегче! — рассмеялся Оратор и ответил горожанину. — Спасибо вам большое, выручили!

— Можно мне ваш автограф, пожалуйста? — горожанин снял кепку и протянул её Оратору вместе с ручкой. Оратор без лишних вопросов подписал головной убор, горожанин пожелал нам победы (точнее, не нам — меня он старательно игнорировал, — а Оратору) и пошёл прочь. Вскоре его фигура скрылась за деревьями.

Мы продолжили свой путь, вновь обходя препятствия по наводке Луны, которая предупреждала нас вслух, или по образам, которые посылал Оратору ретривер. Я всё боялся, что кто-то уже вот-вот достигнет финиша и заберёт подсказку, поэтому чувствовал громадное напряжение в плечах.

И вот, мы увидели мелькнувшее движение между деревьев справа, а потом увидели Плута и Валькирию. Они вынырнули откуда-то справа и выглядели куда более потрёпанными, чем раньше: в порванной одежде, с исцарапанными лицами и растрепавшимися волосами, в которых застряли листики. Воробей Валькирии летел впереди, а лисичка Плута бежала вровень с ними.

— Что с вами? — крикнул я.

— А, это вы! — они так рьяно отшатнулись от нас, будто наткнулись на медведя.

— Мы с великаном схлестнулись, — добавил Плут, и они побежали дальше.

Мы с Оратором переглянулись. Великаны… Либо Плут врёт, либо… неужели Система и великанов решила приплести?

Вот, мы взобрались на холм и увидели впереди Тренера с Ловеласом — они осторожно шли друг за другом, как будто под ними была узкая доска, а под этой доской — ров с кольями. Плут и Валькирия взяли правее, ну а мы с Оратором решили побежать левее. Пока что мы шли самыми последними.

Вдруг Луна резко затормозила и, развернувшись к нам, сообщила:

— Тут… какой-то гном.

— И вовсе я не гном, — проворчало из пустоты, и перед нами вдруг возник человечек. Ростом мне по пояс, он был одет в зелёный наряд, чем-то напоминающий листву местных деревьев. Его сморщенное, как печёное яблоко, лицо поражало своей белизной, а ярко-зелёные глаза глядели на нас со снисхождением. Ретривер тут же принялся рьяно его обнюхивать.

— Здравствуйте, — Оратор, казалось, нисколько не растерялся. — Чем можем помочь?

Он с дуба рухнул, что ли? Нам не помогать нужно каждому встречному, а искать финиш!

— Помочь? Да, можете, молодые люди. Я потерял своё кольцо, а без него мне ну никак не прожить. Другие лесные обитатели смеются надо мной, а я плоховато вижу без него, поэтому найти не могу.

Маленький человечек и впрямь выглядел расстроенным, мне даже стало его жаль. Но искать кольцо?.. Мы же на соревновании! Мы ищем подсказку!

— Я уже обращался к вашим друзьям, — человечек ткнул в сторону убегающих Путешественников, — но они даже не остановились, промчавшись мимо. Ну и ладно.

Ох, бедняга… конечно, нужно помочь. Но не сейчас.

— Мы найдём ваше кольцо, — пообещал Оратор.

— Но только после соревнования, — добавил я, отчего получил тычок под рёбра от Оратора.

— Прямо сейчас примемся за поиски, — продолжил Оратор как ни в чём не бывало, а я посмотрел на него, как на сумасшедшего.

Человечек искренне обрадовался, в его зелёных глазах засветилось счастье:

— Спасибо, спасибо вам, молодые люди! А как найдёте кольцо, крикните «Приди, хозяин леса!», и я тут же появлюсь, — и с такими словами человечек исчез.

У меня отвисла челюсть. Хозяин леса? Вот это да!

— Что это было? — спросил я, потирая бок. — Нам сейчас не до пропавших колец!

— Все остальные думали так же, — заметил Оратор. — И всё ещё не достигли финиша. Ты подумай, Крыс. Мы уже довольно давно бежим куда-то, а финиша всё не видно.

До меня дошло:

— Точно! Он хозяин леса, он может подсказать кратчайшую дорогу! А может быть даже, — поражённо добавил я, — он и вовсе водит нас кругами, как лешие в мифологии.

— Вот именно, — сказал Оратор и обратился к своему псу. — Ну что, Сол, давай возьмём след.

Ретривер согласно завилял хвостом. Последние пару минут он обнюхивал человечка и его наряд до тех пор, пока он не исчез. Затем ткнулся носом в землю и куда-то нас повёл.

— Луна, следи, пожалуйста, чтобы он не попал в ловушку, — попросил я, а Оратору сказал. — Надеюсь, твоя идея верная.

— Я тоже надеюсь.

Полчаса мы провели в поисках. Следуя за ретривером и аккуратно обходя невидимые ловушки, мы двигались назад, а не вперёд. Это нервировало, но я подбадривал себя мыслью, что никто из Путешественников до сих пор не нашёл финишное дерево. А значит, наш путь был не таким уж неправильным… я надеялся на это.

Наш путь привёл к самому обычному дереву, и Сол, упёршись в него носом, принялся его царапать. Подняв морду, он коротко тявкнул.

— Смотрите! — сказала Луна и быстро принялась взбираться на дерево.

Наверху в метрах двух—трёх от нас сидела ворона и примеривалась к чему-то блестящему, что висело на пеньке от оторванного сука. Кольцо! Быстро взбираясь по дереву, Луна на ходу зашипела на неё. Ворона вздрогнула, клюнула кольцо и взлетела. Подскочившая Луна успела лишь мазнуть когтями по её крылу, и чертовка, злорадно каркая, полетела прочь.

Мы с Оратором выругались на разные лады и побежали следом за улетающей вороной. Она летела низко, чтобы не задеть переплетающихся ветвей, и искала выход к небу. Сол с лаем мчался впереди нас, то и дело подпрыгивая, чтобы сбить ворону. Впрочем, его прыжка не хватало, и ворона успешно удирала.

Бам! Чавк! Мы резко провалились, и земля сомкнулась на наших поясах. Я повторно выругался, дёргаясь, но земля крепко держала нас. Похоже, мы всё-таки попали в одну из ловушек…

— Это не ловушка, — крикнула Луна. — Это просто болото!

А, ну да, ловушка отправила бы нас к старту…

Ворона улетала, и Луна мчалась по ветвям следом за ней. Сол с гавканьем атаковал с земли. Ну а мы с Оратором старались выбраться из трясины — я нащупал ветку куста и потихоньку вытягивал нас наверх. Оратор старался не шевелиться, потому что с каждым движением проваливался лишь глубже.

Ветка, на которую я так надеялся, сломалась, и я вновь провалился по пояс. Чёрт подери эти дурацкие болота! Какое нам кольцо, какая нам победа, мы даже из трясины выбраться не можем…

— Эй, Крыс, смотри.

Я посмотрел. К нам бежали Луна и Сол: у Луны изо рта торчало несколько перьев, а Сол выглядел довольным, хоть и не показывал языка. Они остановились рядом с нами, и Сол выплюнул на землю кольцо.

— Приди, хозяин леса, — провозгласила Луна. — Мы нашли твоё колечко.

Человечек не замедлил с появлением, тут же схватил своё кольцо и заохал от радости. Поскольку мы с Оратором стояли по пояс в болоте, теперь мы глядели на него снизу вверх, и он больше не казался мне низким. Хозяин леса же, рассыпавшись в благодарностях, торжественно надел кольцо и щёлкнул пальцами.

Хлоп! — и нас вытянуло из болота, поставив на ноги. Мы поспешили перейти на твёрдую почву и повалились на землю: сухую и тёплую. Джинсы и кроссовки промокли насквозь и пропитались запахом тины.

— Спасибо вам, дорогие путешественники, — человечек поклонился Луне и Солу, отчего последний радостно завилял хвостом. — Вы спасли меня от позора! Ух, теперь я приструню этих наглых великанов!

Мы с Оратором стояли в сторонке и чувствовали себя лишними. Впрочем, скоро хозяин леса вспомнил о нас и обратился к нам:

— Ну что, молодые люди, чем могу быть вам полезен?

— Тут где-то есть финишное дерево, к которому стремятся все Путешественники, — сказал Оратор.

— Нам бы найти туда кратчайший путь, — добавил я.

— Конечно, — улыбнулся человечек. — С кольцом я смогу доставить вас туда кратчайшим путём.

— Будьте любезны.

— Спасибо вам.

Он щёлкнул пальцами, и я почувствовал, будто меня засосало гигантским пылесосом. Открыв глаза, я увидел, что мы стоим перед мерцающим зелёным деревом… финишем! А вдалеке виднеются силуэты Ловеласа и Тренера, которые сейчас сражаются с чем-то невидимым. Недолго думая, мы подскочили к дереву и коснулись его руками.

«Путешественник 1 и Путешественник 6 успешно выполнили задание и получили подсказку».

Глава 9

«Все южные крестики фальшивые».

Мы материализовались на Длинной аллее и попали под скандирование толпы:

— Путешественник один, Путешественник один!

Иногда кто-то где-то робко вставлял:

— Путешественник шесть!

Оратор принялся улыбаться и махать толпе, я же лишь натянуто улыбался. Я не любил скопление народа и внимание к своей персоне, поэтому захотел как можно скорее покинуть эту шумную аллею.

Рядом появились и другие Путешественники: растрёпанные Валькирия с Плутом и бешено озирающиеся по сторонам Тренер и Ловелас. Ну и ну, поверить не могу! Я снова получил подсказку! Теперь я могу исключить ещё шесть крестиков на своей карте, а значит, остаётся всего лишь двенадцать.

— Как вы это сделали? — прогремел Тренер, оказавшись рядом с нами. — Мне казалось, вы бежите позади нас!

— А мы нашли короткую дорогу, — сверкнул улыбкой Оратор.

Я заметил, что все они расстроились. Особенно, Плут — он посматривал на нас со злобой и недоумением. Наверное, решил, что мы каким-то образом смухлевали и оставили его с носом. Чувствовал себя, наверное, паршивым Путешественником — худшим из всех, раз никогда не выигрывал в каком-либо мире и не получал подсказок теперь. И мне было его жаль… немного… или нет.

На этот раз никто не стал вымогать у нас подсказок, все просто поделились впечатлениями и разошлись в разные стороны. Толпа, окружающая нас, также быстро рассосалась. Мы с Луной отправились куда-то наугад, ища укромное местечко, чтобы переместиться.

«Все южные крестики фальшивые».

А мне-то везёт! И Луна у меня умница — уже добыла вторую подсказку! Такими темпами я, пожалуй, смогу и победить… Вот только нужно ли мне это? Я получу удачу, это классно, но как же остальные Путешественники? Как же Оратор, Валькирия? Да на самом деле никто не заслужил неудачу! Может быть, мне как-то удастся договориться с Системой и, например, обнулить свою удачу взамен на то, чтобы каждый Путешественник вернулся без неудачи? Ведь Система объявится в конце соревнования, чтобы вручить приз?..

Всякий раз, как я думал о своей победе, я чувствовал вину. Мне не хотелось делать неудачниками остальных за счёт своей удачи. Мне хотелось просто закончить соревнование и построить лучшую для себя жизнь. Я пообещал — тому подростку из апокалипсис-мира, этому маленькому демонёнку, чёртовому паршивцу, который списывал меня как порченый товар. Я пообещал себе.

Но хотел ли я на самом деле заканчивать соревнование? Не лучше ли было до конца своих дней путешествовать по мирам и выполнять миссии? Ведь это намного увлекательнее! Приключения, магия…

Перед глазами всплыл образ Валькирии. Красивая, умная девушка. И готова встретиться со мной в исходном мире! Конечно, я вернусь в свой мир — Система не даст мне возможности путешествовать дальше. Потом будут другие Путешественники, как до этого были во главе с Умником.

Умник… он говорил, что соревнуется с Системой, а не с Путешественниками. Что он её достанет и призовёт к ответу. Получилось ли у него? А дыры между мирами его рук дело? Что происходит за пределами этого герметичного мира и не случился ли там конец света?! Если это так, то всё, о чём я так мучительно рассуждаю, бессмысленно.

Приподнятое после победы настроение улетучилось, и я приуныл. Заметил, что мы дали крюк, ища местечко поукромнее, и забрели, наконец, в узкий переулок. Но едва я достал телефон, как поднял взгляд и увидел впереди двоих. Я тут же сел, прячась за мусорным баком.

Коротышка-худышка Плут прижимал к стене внушительного Ловеласа и спрашивал:

— Это ведь ты Главный Герой, да?

— Нет, — отозвался Ловелас, спихивая его руки со своего свитера. — С чего ты взял?

Их животных поблизости не наблюдалось.

— Ну а кто ещё? — хмыкнул Плут. — Ты шатаешься по улицам, высматривая что-то… Я знаю, я следил за тобой. Если бы ты не был Главным Героем, ты бы держался поближе к остальным, как и в апокалипсис-мире.

— Я хожу, где хочу, — буркнул Ловелас. — И тебя это не касается.

— Ещё как касается, моя миссия — найти Главного Героя! — вспыхнул Плут. — А вот ты явно не ищешь среди нас Героя, иначе бы держался поближе и наблюдал! Верно?

Ловелас пожал плечами, и я задумался. Плут… не задумал ли он это представление для кого-то? Для меня?.. Или он просто вылавливает так каждого Путешественника по одному, пользуясь эффектом неожиданности (и своей невидимостью), чтобы застать врасплох.

— А может, это ты Главный Герой, поэтому так себя ведёшь? — сказал Ловелас, и получилось у него почти дерзко. Натаскался в апокалипсис-мире, молодец.

Я-то знал, кто из нас Главный Герой, поэтому не стал ждать развязки — и решил вмешаться. Выпрямился и подошёл к ним, специально громко хрустя камешками под кроссовками.

— Что тут происходит? — спросил я.

— Я ищу Главного Героя, — отозвался Плут. — И Ловелас подозрительно себя ведёт. Например, когда ты добыл первую подсказку, все спросили о её содержании, но не Ловелас. Он спросил, где бы можно поесть. Ты не заметил? В твоей подсказке ведь было сказано про Ловеласа?

Я неопределённо мотнул головой. Ранее я сказал ему, что первая подсказка указывает на Ловеласа, Оратора и Тренера, но поручиться за свои слова не мог.

— Крыс, заканчивай уже, серьёзно, — вздохнул Плут. — Ведь ты получил уже три подсказки. Почему бы тебе не поделиться знанием?

— Зачем? — удивился я. — Я тоже хочу поймать Главного Героя. И тоже хочу завладеть удачей.

— Все хотят, — вставил Ловелас.

— Между прочим, — подлил я масла в огонь, — одна из подсказок указывала на тебя, Плут.

Ловелас торжествующе посмотрел на него, а Плут опешил, и его веснушки побледнели. Прошептал:

— Да ну, быть не может… я не Главный Герой.

— Как и я, — добавил Ловелас.

Крепко задумавшись, Плут отвернулся. Затем снова посмотрел на нас (Ловелас инстинктивно придвинулся ко мне ближе) и сказал:

— Нет, я почти полностью уверен, что Главный Герой — Ловелас. Моя чуйка подсказывает мне…

Дура твоя чуйка. Впрочем, вслух я сказал другое:

— Всё может быть, Плут. Но пока разброс слишком широк.

— Даже для того, кто получил три подсказки? — ядовито взглянул на меня Плут.

— Да, даже для него.

— И сколько подсказок нужно получить, чтобы определить конкретного человека?

Я пожал плечами. Затем сказал:

— Ладно, я пошёл, — и кивнул на свои испачканные в болоте штаны, — нужно переодеться. И отдохнуть. А за обедом снова встретимся, да?

Хороший предлог, чтоб свалить. А иначе действительно получается странно: уходить от подозреваемого так, словно ты им совсем не интересуешься?

Я пошёл прочь, Луна засеменила следом.

Мы с Луной искали переулок и то и дело останавливались, прислушиваясь — вдруг невидимый Плут идёт за нами? — а потом продолжали путь. Нам не везло: везде были люди, и я не хотел телепортироваться у них на виду. И вот, только мы добрались до какого-то парка и нашли более-менее укромный уголок, как увидели бегущую к нам фигуру. Я только хотел досадливо хмыкнуть, как вдруг понял, что фигура бежит прямо на нас. И это была Валькирия — впереди неё летел воробей.

— Крыс! Это ты! — ахнула она, вся раскрасневшаяся, с испуганными глазами. — Прячься, скорее!

Она была так напугана, что я тотчас же повиновался — и мы скрылись в кустах. Только хотел спросить, что происходит, как услышал частые шаги. Кто-то бежал сюда. Мы вчетвером затаились.

Некто в чёрном вбежал на поляну, на которой мы только что находились. Валькирия вцепилась в мою кофту, а я попытался разглядеть беглеца через листву. Человек, одет во всё чёрное: джинсы, худи, кроссовки, кепку и солнцезащитные очки. В руке он сжимал пистолет.

Человек с пистолетом. Гонится за Валькирией. Зачем? Я поддался чуть ближе, чтобы лучше его рассмотреть, и Система мне его, наконец, представила: «Охотник на Путешественников 2». Чёрт подери! Система и сюда их пригнала! Я мигом подумал об Охотнике 1, который был моим бывшим одноклассником. Значит, он тоже где-то здесь, а наличие Охотников усложняет нашу игру.

Охотник остановился и принялся оглядываться, прислушиваясь. Мы замерли, и я даже перестал дышать. Нам нельзя ему попадаться. У него пистолет, а у нас — ничего. Мы беззащитны. Я потихоньку вытащил телефон и открыл карту. Валькирия не смотрела, что я делаю, а я вбивал маршрут к Центру Уничтожения Героев. Я не был уверен, что смогу телепортировать нас всех, но если вдруг Охотник решит проверить наши кусты… словом, призрачная надежда лучше глупой смерти.

Впрочем, Охотник в наши кусты не полез — только позыркал в нашу сторону, а потом пошёл куда-то дальше. Вскоре его шаги затихли вдали, и мы смогли выдохнуть. Я убрал телефон в карман. Мы какое-то время посидели и послушали, а потом вылезли из кустов и быстро пошли в другую сторону. Окончательно выдохнули только тогда, когда выбрались из парка на оживлённую улицу.

— Значит, Охотники и сюда добрались, — констатировал я.

— Да-а… я шла по своим делам, а он просто выскочил из-за угла и погнался за мной, — вздохнула Валькирия. — Тут же начал стрелять, но к счастью, не попал. Охотник из него никудышный, раз не попал с такого расстояния.

— Повезло, — согласился я.

— Не так всё просто в этот раз, — заметила Валькирия. — Эта миссия… и Охотники.

Я тоже об этом думал. Мало того, нужно соревноваться с другими Путешественниками (теперь-то мы не команда, в отличие от предыдущего мира), так ещё и опасаться Охотников. Наверняка, Система снова пообещала им в награду исполнение желания. Знает ведь, как замотивировать!

— Я думаю, что… — начала было Валькирия и вдруг резко остановилась.

Я тоже остановился, потому что у меня перед глазами появилась надпись: «Путешественник 5 уничтожен». Ловелас… опять он первый. Неужели Охотники и до него добрались? «Фамильяр Путешественника 5 уничтожен». Ну вот и всё…

Следующее сообщение ввело меня в ступор: «Путешественник 3 получает победное очко за устранение Главного Героя».

Валькирия ахнула над моим ухом. Это что получается… Ловелас уничтожен, а Плут получает победное очко за устранение Главного Героя? Ловелас был Главным Героем? Я не единственный?..

Валькирия смотрела на меня, прижав ладонь к губам. Я попытался сделать менее удивлённое лицо:

— Значит… значит, Главный Герой уничтожен? И наша миссия выполнена?

Палиться нельзя ни в коем случае. По крайней мере, пока всё не прояснится.

— Выходит, так… — прошептала Валькирия, глядя на меня широко распахнутыми глазами.

— И что нам делать? — растерянно спросил я. — Искать Ворота Системы?

— Но в миссии не было сказано о Воротах, — заметила Валькирия и горько рассмеялась. — В конце концов, Плут нас всех победил. И вернётся в исходный мир с удачей в кармане.

Я, конечно, не стал говорить о том, что это не конец. Есть ещё один Главный Герой. Я.

А что, если нас с Ловеласом сделали Главными Героями, потому что мы в апокалипсис-мире набрали 100% на индивидуальных миссиях? Звучит вполне себе правдоподобно! И совсем скоро и остальные дойдут до этой очевидной истины и тоже попытаются запихнуть меня в Центр Уничтожения Героев. Плут, судя по всему, каким-то образом дотащил Ловеласа в этот Центр и убил его там. Иначе бы он не получил победного очка.

— Может… — предположил я. — Может, нам нужно собраться вместе, чтобы понять, что делать дальше?

— Да, наверное, — рассеянно отозвалась Валькирия. — Может, это и к лучшему, Крыс.

— Что именно? — насторожился я.

Она улыбнулась мне:

— Мы наконец-то попадём домой.

Я не хотел возвращаться в исходный мир, но от её улыбки повеяло теплом. Действительно, а может, вернуться в свой мир не так уж и плохо?

У нас зазвонили телефоны. Я достал свой и увидел, что мне звонит Оратор.

— Алло?

— Крыс, ты тоже в шоке, да? — без предисловий начал Оратор. — Ловелас был Главным Героем! Плут победил!

Ну вообще говоря, не победил — другой Главный Герой всё ещё в игре. Но говорить я этого не стал, сказал лишь:

— Да-а… мы тут с Валькирией не знаем, что делать. Я думаю, надо собраться вместе, что ли.

— Да-да, я тоже так подумал! Поэтому и звоню! Давайте все в кафешку, что ли? Всё равно через час уже обед!

При упоминании об обеде желудок согласно заурчал, и я заверил Оратора, что пойду прямо в кафе. Когда я закончил разговор, то увидел, что Валькирия всё ещё разговаривает — и, судя по всему, с Тренером. Опустив глаза в пол, она пинала камешки и улыбалась — точь-в-точь, смущённая школьница.

— Да, хорошо, Тренер. Ничего страшного, правда, я в порядке. Мы с Крысом скоро будем, — и она повесила трубку.

— Значит, в кафе?

— Да.

Я постарался выбросить из головы этот разговор, но у меня нет-нет да возникал вопрос: а какие у них отношения? Впрочем, пусть пока этот вопрос останется без ответа. Мне сейчас всё равно не до того. К тому же, Валькирия ведь симпатизирует мне, и она не прочь встретиться со мной в исходном мире. Всё, пока ставлю тут точку.

До кафе добрались на автобусе. Все смотрели на нас, на мои грязные штаны, а потом, поймав наши взгляды, старательно игнорировали. Видимо, в общественном транспорте было нельзя приставать к Путешественникам. И хорошо, потому что парни, сидящие перед нами, меня напрягали — они тайком снимали Валькирию и краснели от удовольствия. Видимо, её фанаты. Луна сидела у меня на коленях и безотрывно глазела на них, чем немало их смущала.

Когда мы вошли в кафе, Оратор и Тренер уже были там, а тигр и ретривер лежали в уголке для животных и смотрели друг на друга с недоверием. Когда к ним присоединилась Луна, ретривер тут же встал и бешено завилял хвостом. Луна его проигнорировала и улеглась на подушке, закрыв глаза. Воробей Валькирии остался на её плече, посматривая на тварей ползучих с надменностью. Мы уселись за круглый стол и какое-то время сидели в тишине, ожидая Плута.

Первым не выдержал Оратор:

— Ну, Плут, конечно, оставил нас с носом…

Я кивнул. И правда! Он с таким уверенным видом убеждал, что Ловелас — это Главный Герой, а я не прислушался к нему. Я не думал, что Система сделает двоих Главных Героев. Чуйка Плута оказалась совсем не дурой, и он наверняка сейчас уверен, что выиграл соревнование. Все они так думают. Но остался ещё один Главный Герой… Вот бы Система не сказала им об этом! Иначе они будут подозревать меня!

Плут всё не шёл. Я оглядел лица Путешественников: хмурые, задумчивые, уставшие. Настроение за столом царило похоронное. Ну конечно, никто не хотел возвращаться в исходный мир с неудачей!

— Бедный Ловелас… — только и вздохнула Валькирия.

Дверь хлопнула, и мы непроизвольно вздрогнули. Сначала внутрь проскользнула лисичка и села возле стены, обернув вокруг лап пушистый хвост, а потом на пороге возник и Плут. Слегка потрёпанный, рукав серой олимпийки в грязи, а на скуле — свежий синяк. По-моему, он не был таким, когда я видел его после сегодняшнего мини-соревнования.

При виде нас Плут широко улыбнулся. Кажется, я никогда не видел у него такой яркой улыбки. От этой улыбки его веснушчатое лицо совершенно преобразилось, став чуть ли не солнечным — что совсем не вязалось с его ворчливым характером.

Встретившись со мной взглядом, Плут сказал:

— А ты говорил, что я неправ.

Я промолчал. Я ведь не знал…

— Я выиграл соревнование, — рассмеялся Плут. — В самый последний момент, в самом последнем мире!

— Провернул своё дельце у нас за спиной, — сказал Тренер. — Но это было круто, Плут.

— Да, но что теперь будет с нами? — спросил Оратор. — Сможем ли мы вернуться домой?

Ни у кого не было ответа на этот вопрос, но все напряглись, когда на стене стали появляться светящиеся зелёные буквы. Вот, они сложились в текст:

«Статистика:

Путешественник 1 — 0.

Путешественник 2 — 0.

Путешественник 3 — 1.

Путешественник 4 — 0.

Путешественник 5 — 0.

Путешественник 6 — 0».

Плут (двумя часами ранее)

Плут считал, что он победит в этом мире. Победит и вернётся в свой мир с удачей в кармане. Ведь у него для этого есть всё: невидимость, смекалка и прозорливость. Он больше не даст никому из Путешественников обмануть его, он всё сделает для своей победы.

И он не даст Ловеласу уйти, что бы ни говорил Крыс. Потому что Плут знает: Ловелас 100% Главный Герой.

Плут аккуратно шёл за ним, готовый в любой момент включить невидимость. Ловелас был беспечным: не оглядывался и шлёпал по асфальту звонко, как на прогулке. Соревнование его ничему не научило…

В какой-то момент Плут понял, что за ним тоже кто-то идёт. Он обернулся и похолодел: к нему приближались подозрительно знакомые фигуры в чёрной одежде. Система тут же их представила:

«Охотник на Путешественников 3», «Охотник на Путешественников 4», «Охотник на Путешественников 7», «Охотник на Путешественников 8».

Система и сюда их бросила… Плут выругался сквозь зубы и нащупал телефон в кармане.

— Это он! — крикнул один из Охотников. — Путешественник три!

Плут хмыкнул: он исчезнет, и пусть они хоть весь город прочешут — не найдут его.

— Подожди сбегать, — сказал другой Охотник. — Поговорить надо.

Но Плут, конечно же, не собирался с ними разговаривать, ведь он торопился разделаться с Ловеласом. Нужно лишь уничтожить Ловеласа в ЦУГе, и победа будет у него в кармане! А эти Охотники ему даром не сдались.

— Извините, я тороплюсь, — сказал Плут и включил невидимость.

Глава 10

«Статистика:

Путешественник 1 — 0.

Путешественник 2 — 0.

Путешественник 3 — 1.

Путешественник 4 — 0.

Путешественник 5 — 0.

Путешественник 6 — 0».

Покрасовавшись какое-то время, эта надпись исчезла со стены. Мы медленно переглянулись. Плут, прищурившись, оглядывал наши лица:

— Что это значит? Разве это не конец игры?

— Может, и конец… — пробормотал я. — Может, нужно ещё подождать? — И я демонстративно уставился на пустую стену: вдруг что-то появится?

Нам принесли еду. Мы поели, и я почти не ощущал вкуса — просто запихивал в себя то, что заказал, ведь мне были нужны силы. Кажется, все ждали, что после приёма пищи Система выкатит ещё какое-нибудь сообщение, но ничего такого не произошло. Плут заволновался.

— Может, нам, напротив, нужно разойтись? — тихо предположила Валькирия. — Тогда игра будет окончена.

Все пожали плечами. Все, кроме онемевшего Плута.

— Давайте так и поступим, — решил Оратор. — Если до ужина ничего не произойдёт… соберёмся здесь снова и обсудим.

Все закивали — и снова все, кроме ошарашенного Плута. Вот так вот: не радуйся, пока победа не в твоих руках.

Мы с Луной с явным облегчением покинули кафе и быстро пошли уже в знакомый переулок, где я привычным жестом достал телефон и телепортировал нас к своему дому. Оказавшись в квартире, я расслабился окончательно и со вздохом повалился на диван. А потом вспомнил, что мои штаны все в болотной грязи, и пошёл принимать душ и переодеваться.

— Надо что-то быстро делать, — сказал я, опускаясь в кресло. Луна заняла излюбленное место на подоконнике. — Скорее, пока они не заподозрили, что я второй Главный Герой.

— Почему ты думаешь, что тебя заподозрят? — удивилась Луна. — Держишься вполне естественно.

— Спасибо. Но ты плохо о них думаешь: они смышлённые ребята. Не понимаю только, как Плуту удалось справиться с Ловеласом… я почти уверен, что он взял себе неуязвимость. И как он сумел заманить его в ЦУГ… и что стало с его бедной пандой. Неужели у Плута поднялась на неё рука?

— Панда исчезла вместе с ним, — предположила Луна. — Она ведь фамильяр.

— Хм… значит, если вдруг меня…

— Да, я тоже исчезну. Наверное, перемещусь в свой мир.

— Или в межмирье до окончания соревнования, — предположил я.

Мы замолкли на какое-то время и стали думать каждый о своём. Я подумал об Ораторе: какую подсказку он сегодня получил? Вдруг она наведёт его на мысль, что Главных Героев двое, а я — второй? Ещё и Охотники всюду рыскают, а у них, между прочим, пистолеты… Время идёт, круг сужается, надо что-то делать.

Не усидев на месте, я вскочил и заходил по комнате. Нет-нет, ждать нельзя! Следующую подсказку я могу и не получить! Надо что-то предпринять и срочно! Я вытащил карту и хлопнул её на стол. Вычеркнул все крестики южных и северных «лепестков» и уставился на двенадцать оставшихся. Двенадцать — это не так уж и много. Хотя вот есть крестик в восточной части карты, и он зачёркнут карандашом. Место, которое затопило в ту ночь, когда я оказался в канализации. Я решил, что кто-то из Путешественников его проверил. Значит, проверю его в последнюю очередь — вероятно, он тоже ложный. Итого: одиннадцать крестов. Можно попробовать.

— Что ты задумал? — спросила Луна.

— Мы с тобой сейчас же отправимся проверять крестики, — заявил я. — Возможно, до ужина управимся с западной частью города.

— Опять в канализацию?! — ахнула она.

— Ну… да, зато у нас появится шанс отыскать-таки нужный крестик, — сказал я. — Может быть, мы выиграем соревнование до того, как они догадаются про меня.

Луна кивнула, смиряясь с неизбежным, и мы вышли из дома. Тот крестик, который мы проверили и провалились в канализацию, находился на южной стороне — как и мой дом. Ближе всего нам добраться до западной части, а значит, скрепя сердце, проверим каждый крестик. Жаль мне мою одежду…

Мы телепортировались в западную часть к ближайшему крестику и оказались на футбольном поле. Залитое жарким солнечным светом, оно сейчас пустовало и было ограждено со всех сторон мягкой сеткой. Мы принялись бродить по этому полю, ища спрятанную замочную скважину.

Вскоре Луна, звонко чихнув, подозвала меня к угловой линии. Она тронула пересечение линий, и на них появилась зелёная надпись: «Открыть тайник?». Внизу, как и тогда, расположилась светящаяся замочная скважина. Весь подобравшись, как сжатая пружина, я кивнул Луне, и она ткнула лапой в скважину — и тут же отскочила назад на целый метр. Я тоже немного отошёл, лелея надежду… Вдруг нам снова повезёт, и я сходу найду артефакт?

Замочная скважина окрасилась в красный (чёрт подери!), а потом исчезла. Я отскочил ещё на несколько метров назад, ожидая, что земля вот-вот разверзнется и погребёт нас в канализацию… но этого не произошло.

— Не нравится мне это, — шепнула Луна, и мы быстро пошли к выходу с футбольного поля.

Земля мелко-мелко завибрировала под нашими ногами. Нет, я не хочу в канализацию!

Вот, прямо передо мной брызнула трава и на поле легла красная мускулистая рука. Я остановился и замер, глядя, как из-под земли выбирается демон… такой же, какого мы видели с Оратором в пиратском мире, такой же, какого могла призвать Валькирия. Острые рога сверкнули на солнце, а белые глаза уставились на меня.

Это было ещё не всё. Я ощутил сзади движение и увидел ещё нескольких демонов, которые выбирались из-под земли, вспарывая поле чёрными когтями. Они рычали, как сторожевые псы, и выбирались из-под земли, как восставшие мертвецы.

— Бежим! — крикнул я, и мы припустили к выходу на всех парах.

Пока они выбирались и стряхивали с себя грязь, у нас было время, чтобы скрыться. Я на ходу вытащил телефон и тыкнул в карту. И почему мне не хватило ума заранее открыть вкладку и вбить какой-нибудь маршрут?! Карта прогружалась медленно, очень медленно… я слышал топот демонов, которые бежали за мной…

Есть! Я наугад выбрал маршрут и ткнул на кнопку. Хоп! — нас подхватило и тут же отпустило на асфальт. Я огляделся — демонов нет, они с нами не переместились. Мы стояли на тротуаре в чьём-то тихом дворе, а на детской площадке играл один-единственный ребёнок, и сейчас он смотрел на нас, раскрыв рот. Я помахал ему рукой, и мы с Луной пошли прочь.

— Ну, хоть в этот раз не изгваздались, — заметила Луна.

— Угу, и нам осталось проверить всего пять крестиков на западной стороне, — сказал я, открывая карту. — А сейчас мы… мы в северной части города.

— Стоит ли нам туда возвращаться? — спросила она. — Вдруг демоны нас поджидают.

Я задумался. С демонами нам, конечно, не совладать… но я надеялся, что после нашего исчезновения они упокоятся обратно. Не успел я придумать, куда телепортироваться дальше, как увидел впереди зелёную стрелочку. Она светилась в мягкой тени деревьев и была высечена на каменном боку дома. В остальных мирах такая стрелочка всегда указывала на местоположение Ворот Системы…

Сейчас она указывала в сторону гаражей. Я на всякий случай открыл карту и построил маршрут, и мы с Луной отправились исследовать гаражи. Гаражи располагались в глухом тупичке, а за ними крючились полусгнившие деревянные заборы да щедро росли кусты. Мы добрались до самого дальнего гаража, а потом на его ржавых дверях стало что-то появляться…

Карта! Карта города, похожая на цветок с четырьмя лепестками, глядящими в разные стороны света. В центре торжественно высветился ЦУГ. Всё это горело привычным для Системы зелёным светом. А потом на каждом «лепестке» появились белые крестики — и располагались они точно так же, как на моей самой первой подсказке.

Это были не Ворота Системы. Это была подсказка. Вот оно как! Значит, в этом мире можно найти случайные подсказки точно так же, как и в мирах до этого. И для этого даже необязательно участвовать в мини-соревнованиях — можно просто бродить по городу и глядеть по сторонам. Вот только как их много? И будут ли они мне полезны? А эта карта — вдруг кто-то из Путешественников наткнётся на неё и завладеет артефактом раньше меня?

— Значит, ты мог и не плавать в парке, чтобы получить эту подсказку, — задумчиво сказала Луна, глядя на карту.

— Да, — вздохнул я. — Но кто же знал. Давай уходить отсюда. И проверим ещё пару крестиков. Только теперь на востоке.

Мы проверили. Один крестик располагался в тенистой аллее и после его активации мы на какое-то время стали магнитом для всевозможных насекомых: муравьи, пчёлы и пауки бросились нас атаковать. Не помогла даже телепортация: возникнув в северной части города, мы какое-то время ещё бегали и стряхивали с себя разных гадов, пока действие негативного эффекта не прошло. Покусанные, несчастные, мы дёргано посидели на скамейке и отправились к следующему крестику.

Следующий тоже оказался ложным: в этот раз нашим наказанием стал страшный град. Крестик этот располагался в чистом поле — на пустыре, — и спрятаться нам было негде, пока град величиной с перепелиное яйцо барабанил по нашим плечам и головам. Я схватил Луну в охапку и сунул под кофту, а сам припустил к ближайшим зданиям. Когда я встал под крышу, град тут же прекратился, словно его выключили, а на мне помимо укусов насекомых добавились синяки.

— Да уж, — сердито сказала Луна, когда я достал её, растрёпанную, из-под кофты и поставил на землю. — Лучше вернуться на запад, демоны всё-таки лучше.

— Не скажи, — возразил я. — Демоны могут и убить.

— Это точно, — сказал чей-то голос, и мы обернулись. Два демона стояли возле дырявого забора и скалились на нас. Как? Неужели они нас нашли? А потом я увидел, что из дыры появилась Валькирия и понял, что это её демоны.

Она хмуро поглядела на нас и сложила руки на груди. Подумав, демоны скопировали её жест.

— Что ты тут делаешь, Крыс?

— А ты? — глупо спросил я. Я не думал, что остальные Путешественники будут сейчас шастать по городу, ведь Главный Герой уничтожен, а значит, миссии как будто и нет.

— Я живу тут неподалёку. Услышала твои… точнее, ваши, — она выразительно поглядела на Луну, — вопли и решила проверить, что происходит.

Я покраснел, а Луна хмыкнула.

— Ты умеешь говорить, да? — спросила Валькирия.

— Да, и что? — дерзко спросила Луна.

— Ничего. Это круто, — сказала Валькирия, и воробей на её плече согласно чирикнул. Луна смягчилась и махнула хвостом.

Валькирия посмотрела на меня и спросила:

— Сам скажешь или мне сказать?

— Что? — под её строгим взглядом я чувствовал себя глупым мальчишкой.

— Что ты — Главный Герой и ищешь артефакт. Я ведь знаю, где расположены крестики, один я даже сама проверила. Ты ходишь и проверяешь их, верно?

— Да, но не потому, что я Главный Герой, — сказал я.

— Правда? А для чего?

— С чего ты вообще взяла, что крестики для Главного Героя? — спросил я. — Они могут означать что угодно. Лично я ищу подсказки.

— Перестань, Крыс. Мы оба знаем, что где-то под этими крестами сокрыт артефакт.

— Я не могу сказать точно, Валькирия. Мы не знаем этого наверняка.

— Ты Главный Герой?

— Нет. А ты?

— Нет.

На какое-то время мы замокли, недоверчиво глядя друг на друга. Демоны стояли между нами и с хрустом разминали мощные когтистые пальцы.

— Система почему-то не закрывает соревнование, — заметила Валькирия. — Значит, кто-то ещё является Главным Героем, правильно? Вы с Ловеласом набрали сто процентов по индивидуальным миссиям в прошлом мире, значит, логично сделать вас обоих Главными Героями. Или скажешь, что я не права?

— Ты не права. Но права ты можешь быть в другом — в том, что мы не закончили миссию, поэтому нас не выпускают. Помнишь Охотников? Может, теперь нам нужно разобраться с ними? Или, например, среди них есть Главные Герои?

Валькирия задумалась. Кажется, мне удалось сбить её со следа — хотя бы немного. И я решил закрепить свой успех:

— Охотники тут неспроста. Я думаю, сейчас задача каждого Путешественника отыскать миссию, которая с ними связана.

— И ты считаешь, эта миссия кроется под крестиками? — спросила Валькирия.

Мне не хотелось отвечать утвердительно, ведь тогда все Путешественники ринутся проверять эти кресты… что мне совсем не на руку, ведь где-то под ними скрыт артефакт, который нужен мне. Но чтобы не вызывать подозрений, я всё-таки кивнул.

— Ладно, — выдохнула Валькирия. — Может, ты и прав, Крыс. Тогда, может, нам объединиться? Какую подсказку получили вы с Оратором?

Она шагнула ко мне и доверительно заглянула в глаза. Конечно, она не хотела ничего плохого, но она не знала, что я играю в другой команде — в своей личной команде — и делиться с ней подсказками не намерен. Сейчас я раздумывал над таким выбором: обмануть или просто отвертеться? Лучший вариант — обмануть, ведь он не вызвал бы подозрений, но это может аукнуться в длительных отношениях. А мне не хотелось портить отношения с Валькирией.

Но тогда возникает вопрос: что для меня важнее — не обидеть Валькирию (которая, может быть, вовсе и не обидится) или придерживаться тактики выживальщика? И я выбрал второе:

— Ладно. Я тебе подскажу, — я огляделся по сторонам, а потом понизил голос до тихого шёпота. — Все западные крестики фальшивые.

Я солгал, да, но это соревнование, а мы — не одна команда. Я должен найти артефакт, и я его найду. А потом попрошу Систему забрать мою удачу и вернуть нас всех в исходный мир без клейма неудачников. А что будут делать в случае выигрыша остальные я не имел понятия, и мне не хотелось вверять свою судьбу в чужие руки. Поэтому я был твёрдо намерен выиграть.

Валькирия кивнула и улыбнулась:

— Спасибо, Крыс.

Она сказала это так искренне, что на мгновение я даже пожалел, что обманул её. Но что сделано, то сделано. Я улыбнулся ей в ответ как самый честный человек на свете.

Как теперь с ней расстаться, я не знал, но к моему удивлению, Валькирия решила эту проблему за меня:

— Рада была повидаться, Крыс. Я пойду.

— Д-да, хорошо. Я тоже.

Мы вышли из дыры в заборе и разбрелись в разные стороны. Я то и дело оглядывался на неё, но она так ни разу и не посмотрела на меня. Внутри что-то зудело и чесалось, что-то казалось нелогичным и лишённым смысла. Но что именно?

Мы с Луной прошли несколько домов, и до меня дошло. Валькирия поспешила ретироваться, едва получив мою подсказку. Она не стала предлагать мне пойти проверять эти кресты вместе, а предпочла уйти (чтобы заняться этим самой). Мне кажется, она бы так не сделала, не будь она Главным Героем.

Что, если Валькирия тоже Главный Герой? Да, это может быть правдой! Она тоже ищет артефакт и проверяет крестики… Она не заинтересована в том, чтобы ловить кого бы то ни было.

Но подождите… Я вспомнил лица Путешественников после того, как выяснилось, что Главный Герой Ловелас уничтожен. Они сидели растерянные и недоумённые — такие, словно не ожидали, что Ловелас окажется Главным Героем. А почему не ожидали? Может, потому что Система сделала Главными Героями вообще всех? Никто, в таком случае, и подумать не мог, что есть второй Главный Герой!..

Да-да, это в духе нашей Системы! Вспомнить хотя бы фэнтези-мир: тогда нам впервые дали одно и то же задание. И в пиратском мире это повторилось. И в апокалипсис-мире тоже… И сейчас, очень даже логично сделать то же самое, ведь это стало почти правилом!

Чёрт подери, если я прав, то мы все — Главные Герои. И мы все ищем один и тот же артефакт.

А Плут… Плут чуть нас всех не обманул, заставив медлить. Он специально заманил Ловеласа в ЦУГ, узнав о том, что тот — второй Главный Герой, и решил избавиться от конкурента. Ещё и такое лицо изумлённое делал: мол, я же победил, почему игра не заканчивается? Актёр, проныра, лис!

Ну ничего, ничего, теперь-то меня врасплох не застанешь.

(Как выяснилось позже, ещё как застанешь.)

Глава 11

Мы с Луной решили пойти пешком до самого дома в надежде найти подсказки, которые Система спрятала по всему городу. И мы и впрямь нашли: проходя узким переулком, увидели едва заметные буквы на нижней части стены: «Главных Героев больше трёх», и это подтвердило моё предположение. Чуть дальше, когда мы свернули в малозаметный тупичок, увидели другую подсказку: «Способность переходит победителю». И хотя эта подсказка оказалась расплывчатой, я осознал, сколько я терял, бездумно телепортируясь туда-сюда. Иногда пешком ходить куда полезнее.

От района Валькирии до моего дома оказалось полтора часа пешком. Я как обычно поднялся на свой этаж, вошёл в квартиру, и Луна сказала:

— Что-то не так, кожаный. Мне кажется, кто-то за нами следил.

Неужто невидимый Плут? Я заглянул в глазок, словно ожидал увидеть там веснушчатое лицо Плута. Там никого не оказалось.

— Когда ты почувствовала? — спросил я.

— Вот когда домой заходили.

— Хм… — я вышел в коридор и, оставив Луну дома, принялся оглядываться. Может, Охотники напали на наш след? Вполне вероятно, мы ведь шли пешком через полгорода…

Я дошёл до самого низкого этажа, сжимая в руке ложку для обуви. Никого: пусто и тихо. Но стоило мне выйти из моего подъезда, как кое-что случилось.

На меня налетел ветер — да такой сильный, что выхватил из моей руки обувную ложку, и та с грохотом врезалась в чьё-то стекло. Потом ветер подхватил меня и понёс, понёс, как пушинку, я даже осознать ничего не успел. Ветер резкими порывами поднимал меня, а потом — бамс! — я грохнулся на крышу многоэтажки, отбив себе весь зад. Ветер тут же утих и стал безобидно трепать мои волосы.

Передо мной стоял Тренер. В своём широком сером костюме, скрестив мощные руки на груди, он смотрел на меня с прищуром. И тут до меня дошло: всё-таки Тренеру достался зелёный телефон, телефон повелителя стихий!

— Ну что, Крыс, — сказал Тренер. — Думаю, детские забавы кончились, раз Ловеласа убили.

— По-подожди, — я попытался подняться, но ветер тут же снова налетел и прижал меня к полу, чтобы я не смел вставать. — Я не убивал Ловеласа…

— Знаю я. Но ты всё ещё игрок.

— Что тебе нужно? — спросил я.

— Подсказки, — серьёзно сказал Тренер. — Все, что у тебя есть.

Я хмыкнул:

— Так я тебе и отдал.

— Погоди, — Тренер полез в карман и вытащил зелёный телефон. Пока он там копался, я снова попытался встать, но не преуспел — на меня опять налетел разъярённый ветер.

Тренер что-то там у себя нажал, и ветер сменился водопадом — он обрушился на меня ледяной водой, и я тут же промок до нитки и продрог до костей. Ещё и оглох — вода ударила по темечку не хуже кирпича.

— Отдавай подсказки по-хорошему или я переключусь в режим земли, — сказал Тренер. — Это значит, на тебя сверху будут сыпаться камни. Также могу использовать на тебе испепеляющий огонь…

— Ну ты… и изверг, — выплюнул я. Мне-то казалось, что он поменялся за прошлый мир, когда мы были вместе, а он снова за старое. Как же он мне надоел! Я потянулся к телефону, но заранее знал, что это безнадёжно: чтобы вбить маршрут, нужно время, которого у меня нет.

— Значит, переключаюсь в режим земли? — спросил Тренер, копаясь в своём телефоне.

— Зачем тебе мои жалкие подсказки, если ты Главный Герой? — спросил я.

Тренер отпираться не стал, сказал:

— Ты тоже Главный Герой, Крыс, я это точно знаю. И твои подсказки мне о-очень понадобятся.

Я не успел ничего ответить, как на меня вновь обрушилась вода: тяжёлая, холодная, мокрая. Она повалила меня на бок, и я, оплёвываясь, едва сел обратно после такой мощной стихийной оплеухи. Если на меня посыпятся камни, я превращусь в мокрое место. А если огонь — в пепел.

— Впрочем, тут везде люди, поэтому давай перенесём нас подальше от невинных, — Тренер ткнул в экран, и меня снова подхватил ветер. Я видел перед собой лишь скачущее небо, покрытое полосками облаков.

Хлоп! — я шлёпнулся посреди луга и огляделся. Со всех сторон нас окружал лес, состоящий из крупных деревьев. Сложно было сказать, оказались мы с парке или в лесу, но едва ли Тренер был способен переместить нас в другой мир. М-да, тут мои вопли едва ли кто-то услышит…

Тренер был близко, и он, наверное, подумал, что я буду лежать и корчиться, но я этого не сделал (хотя мне и хотелось). Не разгибаясь, игнорируя боль, я бросился вперёд и врезался в его ноги, подхватив его под коленками. Тренер упал, его телефон выпал из руки и затерялся в траве. В следующее мгновение я получил ногой в лицо, и со стоном откатился в сторону. Раньше Система защищала нас от подобных атак, теперь же пришлось сполна ощутить, насколько у него поставлен удар. А Тренер схватил меня за шкирку и поднял, как мешок с картошкой. Перед глазами всё плыло, поэтому я видел его лицо нечётко, зато услышал всё прекрасно:

— Делись подсказками! — и встряхнул меня так, что воротник впился в горло.

Я схватил его запястья и попытался освободить себя, но куда там — он был гораздо сильнее меня. Тренер отшвырнул меня в сторону, и я покатился по траве, чувствуя себя слабым и уязвимым. Впрочем, я тут же вскочил и, шатаясь, поднялся на ноги. От его пинка перед глазами всё ещё взрывались фейерверки.

Надо поделиться подсказками. Соврать, как я соврал Валькирии. Это лучше, чем сейчас покалечиться.

— Хорошо, Тренер, — пробормотал я, чувствуя кровь на губах. Кажется, он сломал мне нос. — Я расскажу тебе о подсказках.

Тренер остановился на полпути ко мне, затем кивнул, и я увидел, как он прячет свой телефон в карман. Нашёл-таки, пока я валялся.

— Первая подсказка…

— Эй! Что делаете? — крикнул кто-то, и мы обернулись.

Из леса выходил… Оратор, и его фиолетовая макушка светилась в тусклом свете солнца. В руке у него был зажат жёлтый телефон, и он прекрасно гармонировал с его жёлтым свитшотом. На свитшоте радостно улыбалась глазастая белка.

Тренер выхватил свой телефон из кармана, как вынимают револьвер в вестернах. Оратор поднял обе руки вверх:

— Я просто поговорить!

Тренер недоверчиво наблюдал за его приближением. А Оратор осторожно убрал телефон в карман, демонстрируя ему, что не намерен его использовать. Тренер, конечно же, не знал, что за сила у Оратора.

Я стоял и соображал, как мне избавиться от Тренера. Я уже потянулся к своему карману и вытащил телефон, но Тренер развернулся ко мне — и меня с новой силой впечатало в траву. Вода обрушилась на меня и в очередной раз шокировала своей тяжестью и холодом. Тело онемело, а мой телефон куда-то вконец сгинул.

— Что тебе нужно, Оратор? — спросил Тренер, пока я шарился в траве в поисках своего телефона.

— Я узнал, что ты Главный Герой…

— Ты тоже Главный Герой, Оратор.

Я был прав… они все — Главные Герои.

— И я предлагаю нам всем объединиться, — продолжал Оратор, нисколько не смутившись. — Потому что здесь Охотники.

— Охотники? — Тренер опешил. Похоже, он ещё не знал…

— Да, те самые Охотники.

— Я тоже их видел, — вставил я, продолжая поиски телефона.

— Я думаю, нам надо объединится, — гнул свою линию Оратор. — В прошлом мире мы неспроста были все вместе… И раз уж мы все Главные Герои, давайте будем заодно и покажем Охотникам, чего стоим.

— Бред! — обрубил Тренер. — Артефакт-то один! И победа достанется только одному.

— Ну поубиваем мы друг друга… что в этом хорошего, Тренер? Неужели прошлые путешествия ничему нас не научили?

Где этот чёртов телефон?! Мокрая трава липла к замёрзшим пальцам, а телефон пропал. Видимо, его куда-то смыло водопадом…

— Есть правила, Оратор…

— Которые не помешало бы нарушить.

— Я подумаю о твоих словах, а пока извини, мне нужно вытрясти подсказку из Крыса…

— Очень зря.

Я поднял голову, услышав, как изменился голос Оратора. И увидел, как из-за деревьев выходят люди… много людей. Это были обычные горожане, но все они смотрели на Тренера, как на врага. Кто-то из них крикнул:

— Тренера на мыло!

— На мы-ыло! — подхватила толпа.

Похоже, Оратор использовал свою способность очарования, чтобы привести сюда всех этих людей… своих фанатов, коих у него в этом мире было очень много — больше, чем у любого из нас. Тренер попятился, в его глазах я увидел растерянность. До этого он говорил, что не хочет причинять вреда невинным…

Я с удвоенными усилиями зашерудил в траве. Ну же, телефон, где ты? Нужно убираться отсюда, пока подворачивается случай!

— Не подходите! — услышал я голос Тренера. — Иначе мне придётся принять меры!

И чего он вдруг заволновался из-за местных? В прошлом мире твердил, что всё вокруг ненастоящее и мы можем не париться из-за такой ерунды как причинение вреда кому-либо. ДА ГДЕ МОЙ ТЕЛЕФОН, ЧЁРТ ЕГО ДЕРИ?!

— Тренер, просто уйди, — попросил Оратор. — Если ты разозлишь всех этих прекрасных людей, то не сможешь спокойно передвигаться по городу. Ты попадёшь в розыск.

Ах, вот оно что! Вот почему Тренер боится навредить…

— Ладно, Оратор, — сказал Тренер. — Я понял тебя. И я ухожу.

Я поднял голову от травы и посмотрел на Тренера. Да неужели? Неужели Тренер отступит? Так он и сделал: сунул телефон в карман и пошёл прочь — в другую сторону от толпы. Это было необычно — похоже, Оратор его и впрямь уделал.

— Спасибо, Оратор, — сказал я, поглядев на него снизу вверх.

— Тебе помочь? — спросил он, подавая руку, но я отмахнулся и продолжил поиски:

— Не, я тут кое-что выронил из-за Тренера.

Очень надеюсь, что телефон не смыло слишком далеко! Я прополз на четвереньках уже несколько метров, и коленки на чистых джинсах вымазались в зелёном травяном соке. А ещё я устал и замёрз, а одежда тяжело липла к моему телу. Оратор присоединился к моим поискам и тихо спросил:

— Так значит, у нас у всех снова одинаковая миссия?

— Похоже на то, — пробормотал я.

— Телефон ищем?

— Ага.

Я вспомнил о жителях, которые стояли на опушке леса, но, когда поднял голову, увидел, что они исчезли. Похоже, Оратор их отпустил. Мы остались на поляне лишь вдвоём, и я подумал, что это может быть опасно. Не потому, что я не доверял Оратору (доверял больше всех), а потому, что мы были удобно открыты для удара.

И удар не заставил себя ждать. Прогремел выстрел, Оратор дёрнулся и упал лицом вперёд. Вскрикнув, я потянул его на себя, и мы скрылись за холмом. Я чуть-чуть высунулся и увидел среди травы идущих к нам людей в количестве трёх штук.

«Охотник на Путешественников 5». «Охотник на Путешественников 4». «Охотник на Путешественников 8», — представила их Система.

Чёрт возьми, ещё Охотников тут не хватало! Оратор зажимал кровоточащее плечо и громко дышал, и мы отползали назад, к лесу. Был бы у меня телефон!..

— Они… специально меня не убили сейчас, — выдохнул Оратор. — У них были все шансы!..

— Если они не хотят нас убить, мы можем сбежать, — прошептал я.

Я окинул взглядом траву позади нас, надеясь, что каким-то чудом в последний момент там сверкнёт телефон. Увы и ах… Ну что ж, попадаться этим гадам из-за телефона я не собираюсь. Уж лучше потерять способность, чем попасть в плен.

— Бежим, — сказал я, и мы, резко поднявшись, припустили к лесу, петляя, как зайцы.

По нам открыли огонь из пистолетов, и одна из пуль ширкнула совсем рядом с моей ногой, ужалив бедро. Вот гады! И без них тут несладко из-за Тренера!..

Наконец, мы вбежали в лес и уходить от пуль стало куда легче. Я бежал вперёд, сломя голову, уворачиваясь от деревьев и веток, тараня кусты и перепрыгивая корни. В ушах стучала кровь, а ноги дрожали от переполняющей их энергии. Я бежал, бежал, бежал, пока не выбежал на тротуар и не очнулся, оказавшись напротив оживлённой улицы. Прохожие смотрели на меня, мокрого, грязного, всего в паутине, с изумлением, а некоторые, признав во мне Путешественника, тут же доставали свои телефоны.

Я оглянулся, чтобы разделить удачу с Оратором, но… того за мной не оказалось. Я вгляделся в лес, но поблизости никого не было. Встревоженный, я вернулся в чащу и стал прислушиваться к звукам. Ведь он бежал за мной, и я должен слышать его шаги! Но Оратор пропал. (Прямо как в пиратском мире.)

Чёрт возьми! Потерял не только телефон, но и друга!

Я пошёл обратно в лес, по дороге отломив от дерева ветку. Палка против пистолета — такое себе оружие, но всё же лучше, чем ничего. Мне хотелось помочь Оратору — бескорыстно, как он делал это для меня. И плевать, что я могу получить пулю в лоб… наверное. В любом случае, во мне бурлил адреналин, и он гнал меня к Охотникам, к Оратору, которому я хотел помочь.

Не знаю, сколько я блуждал по лесу, но никого так и не встретил, только смертельно устал. А потом я решил вернуться на поляну и посмотреть там: и Оратора, и свой телефон. И тогда на меня напали.

Едва я вышел на поляну, мне под ноги прилетела верёвка с двумя утяжелителями на концах и обмоталась вокруг лодыжек, как в ковбойских фильмах. Я упал, едва успев выставить перед собой руки, чтобы смягчить удар. А потом ко мне подошёл человек в чёрном.

«Охотник на Путешественников 1». Мой бывший одноклассник.

— Привет, Путешественник шесть, — он схватил меня за обе руки и вывернул их за мою спину, связав. У меня не осталось сил, чтобы сопротивляться ему, я лишь вяло трепыхался, как умирающая птица.

— Что тебе нужно? — устало спросил я. — И что вы сделали с Оратором?

— Что стало с твоим другом тебя не касается, — отрезал Охотник и потащил меня куда-то.

Я покорился судьбе. Я очень устал.

— Что вы тут делаете? — спросил я. — Снова получаете награду в виде исполнения желаний?

— Да, — просто сказал Охотник. — А ещё я мщу тому, кто измывался надо мной в последнем мире.

— Я не измывался, — сказал я. — Просто ты повёл себя как крыса и…

— Я слышал, что это ты ведёшь себя как крыса. Поэтому тебя называют Крысом.

Я пожал плечами. Может быть.

Он затащил меня в лес, и мы пошли между деревьев. В бок мне то и дело раздражающе тыкался пистолет, пока он вёл меня, предусмотрительно держась слева и чуть сзади. Такой гад.

По пути он снял свои тёмные очки, и я увидел синие глаза, которые так нравились девочкам из всех классов. Смазливый парень. Раздражающий и сахарный, как десятая порция торта подряд.

Вот, мы вышли в город, и Охотник достал телефон, вызвал такси. Он посадил меня на заднее сиденье, а сам сел рядом, продолжая размахивать пистолетом. Водитель этому нисколько не удивился, только сказал, что повезёт нас по двойному тарифу, раз я такой грязный. Я посмотрел на одноклассника-Охотника и спросил себя, а откуда у него деньги.

Впрочем, неважно… Важнее сейчас, куда он меня везёт.

— В ЦУГ, пожалуйста, — вежливо сказал Охотник, и водитель тронулся с места.

Ясно. В ЦУГ. Наверное, за меня он получит исполнение желания. Так или иначе, это его миссия — не убить самому, а отправить в Центр Уничтожения Героев. Это даёт мне какой-никакой шанс на спасение.

Стыдно, но я не чувствовал ничего, кроме благодатного комфорта: тело растеклось по удобному сиденью и с благодарностью приняло тепло и сухость — я даже на какое-то время расслабился. Плевать, что будет. Я буду биться до последнего. А пока отдохну.

— Ты не представляешь, как я рад, что именно я тебя уничтожу, — сказал бывший одноклассник. — Популярный избалованный мальчик, которому я всегда завидовал в детстве… ты не представляешь, какой травмой ты стал для меня.

— Что? — изумился я. Это было для меня откровением, ведь, насколько я помнил, он всегда был волком-одиночкой, которому не было дела до других. Такой у него был образ в школе.

— Ты был очень популярен в классе, все хотели с тобой дружить, — пояснил Охотник, глядя на меня синими глазами. — Я тоже хотел, но не получал этого. Мне хотелось с тобой дружить, и я очень обрадовался, когда ты навестил меня в больнице. Но потом оказалось, что ты вовсе во мне не заинтересован.

Так и было. Но лишь потому, что он показывал всем, что ему всё безразлично.

— Из-за тебя я всегда чувствовал себя ущербным, — продолжал исповедь Охотник. — Ты такой классный, а я — тот, кого все ненавидят. Надо мной издевались твои дружки.

Они издевались, потому что он симпатичный и девчонки положили на него глаз.

— Когда я вырос, я принёс всё это своему психологу. Это было… тяжело. Но по-настоящему я почувствую облегчение, когда одержу победу над тобой, Крыс. Мне кажется, это имя тебе очень подходит.

Я не стал ничего отвечать. А что на это ответишь? Может быть, я что-то и сказал бы, чтобы слова глупо не повисли в воздухе, но тут пришло сообщение от Системы:

«Путешественник 1 уничтожен».

«Фамильяр Путешественника 1 уничтожен».

Глава 12

Вот так. Оратора убили. Впервые я взглянул на своего бывшего одноклассника со страхом, а он ухмыльнулся в ответ. Шрам на скуле, оставленный бешеной собакой, растянулся, тоже будто бы скалясь.

Охотники убили Оратора. Вероятно, в Центре Уничтожения Героев. А теперь туда еду я и, надо думать, меня ждёт та же участь. Когда за окном показалось огромное здание с буквами «ЦУГ», я вздрогнул и сжал кулаки. Не знаю, что меня ждёт, но так просто я не дамся. Он правильно только что сказал: я — Крыс, и мне это имя подходит. Поэтому я всегда выживаю. Практически всегда.

«Путешественник 3 получает победное очко за устранение Главного Героя».

Так, не понял… Почему Плут снова получает очко? Ведь это Охотники схватили Оратора, а значит, они его и убили. Разве я не прав?

Наверное, Плут устроил им засаду возле ЦУГ и, воспользовавшись невидимостью, перехватил Оратора... Это наиболее вероятный вариант. Впрочем, мой бывший одноклассник озадаченным не выглядел — возможно, потому что Система не показала ему сообщение о том, кто именно получает победные очки. Ему-то зачем знать: у Охотников, насколько я понимал, другие задания.

Такси остановилось, и мы вышли. И пошли к зданию ЦУГ через площадь, собирая изумлённо-испуганные взгляды. Ведь я шёл грязный и связанный, со сломанным носом, а за мной, тыкая пистолетом мне в ребро, шёл человек в чёрном. Никто ничего не делал, в этом мире, похоже, не вмешивались в разборки Путешественников с кем бы то ни было. Это очень удобно, Система, ты можешь собой гордиться! Создала свой собственный мир, внушила персонажам такие удобные для тебя мысли. Всё, лишь бы усложнить наше путешествие, поиздеваться над нами.

Впервые я осознал, что думаю о Системе со злостью. Крутит нами, как хочет, а напоследок вовсе заслала в бестолковый мир, который работает по удобным ей законам. От миссий нас не отвлекают, а если кто-то с кем-то дерётся или угрожает пистолетом — это в порядке вещей. Нас поддерживают и от нас фанатеют, но при этом, не готовы помочь, если в игру вмешиваются чёрт-те как оказавшиеся здесь Охотники. Будто нам их в прошлом мире не хватило!

Я подумал об Умнике — ещё одном Путешественнике. Он написал, что соревнуется с Системой, а не с другими Путешественниками, потому что ему не нравится, что она ими командует. Ему хотелось знать, что она собой представляет и почему имеет право вертеть ими, как хочет. Я вдруг ощутил похожее желание. Где ты находишься, Система? Почему не откроешься нам? Почему держишь нас всех за марионеток-идиотов?

Охотник провёл меня в сверкающие двери, и мы оказались в прохладном вестибюле. Сейчас ближе к вечеру здесь сновало множество по-деловому одетых людей, и их голоса тонули в высоком-превысоком потолке. Я поднял голову и увидел за стеклянными перилами людей, которые с ленивым любопытством наблюдали за нами со всех этажей, которые отсюда просматривались. Среди них я заметил и людей в чёрном — возможно, это были Охотники.

Ох, Луна… Я ведь вышел всего на пару минут — и не вернулся. Наверное, она сейчас беспокоится, ищет меня, бедняжка…

В этот раз у стойки не оказалось толпы восторженных людей, окруживших Тренера. А жаль: может, нам вдвоём удалось бы справиться с Охотниками. Уж Тренер бы молчать не стал — выступил бы в лобовую атаку. Но, увы и ах, я был тут один.

Эх, обладай я невидимостью, как Плут… Я подумал о своём пропавшем телефоне и вздохнул. Похоже, мне теперь придётся обходиться вовсе без способностей.

Охотник довёл меня до стойки регистрации, и симпатичная девушка с улыбкой взглянула на нас.

— Добрый день! Я привёл Героя на уничтожение, — бодро отчеканил бывший одноклассник.

— Хорошо, — девушка тут же взяла трубку и прижала её к уху. — Король, тут привели ещё одного Героя. На уничтожение, да. Да, поняла вас.

Значит, Плут был тут совсем недавно… какой он ловкий, раз сумел отобрать у Охотников Оратора да ещё и протащить его сюда.

Повесив трубку, девушка улыбнулась и выдала Охотнику пластиковую карточку:

— Пожалуйста. Вам на девятый этаж.

Охотник забрал карточку, кивнул и повёл меня к турникетам. Там он приложил карточку, и дверцы раскрылись, пропуская нас. Затем мы влезли в прозрачный лифт и поехали наверх. Признаться, в тот момент я решил сделать рывок, хотел толкнуть его и убежать: лифт поехал бы с ним наверх, а я бы сбежал. Но мне не удалось: едва я дёрнулся, Охотник тут же бахнул меня по голове рукоятью пистолета, и перед глазами заплясали звёздочки — и плясали всё время, что мы поднимались наверх. Мне даже не удалось полюбоваться через стеклянную стенку на удаляющийся вниз вестибюль.

— Даже не пытайся, Крыс, — прошипел одноклассник. — Я знаю, что ты собой представляешь, и я не дам тебе сбежать.

Девятый этаж. Охотник вытащил меня в коридор и повёл к гостеприимно распахнутым двустворчатым дверям в конце коридора. Такие двери обычно ведут в конференц-зал или в тронный зал. Я ведь не ослышался — девушка за стойкой обратилась к кому-то, назвав королём?

Мы вошли в эти двери и оказались в просторном кабинете с панорамными окнами. Этаж не то чтобы был высокий, но вид оказался отличный и далеко просматриваемый. В этом просторном кабинете стелилась неуместная красная дорожка, и она вела к единственному здесь рабочему столу. Шикарному столу — из полированного дерева, а за этим столом обнаружился мужчина, сидящий на высоком мягком стуле с такой длинной спинкой, что та царапала потолок (и я не шучу).

Мужчина строго поглядел нас через прямоугольные очки и оторвался от бумаг. На нём был деловой тёмно-синий костюм, галстук, белоснежная рубашка… и корона. Золотая, украшенная драгоценными камнями, она сверкала в свете вечернего солнца и выглядела так же неуместно, как и ковровая дорожка. Впрочем, этому типу за столом всё это удивительно шло.

— А, ещё один Герой, — сказал мужчина удивительно тонким голосом, похожим на женский. — Ты отлично постарался, Охотник.

— Что мне нужно сделать, чтобы уничтожить его и получить очко? — спросил Охотник.

Вместо ответа мужчина с короной величественным жестом раскрытой ладони указал перед собой. Мы обернулись, и я выдохнул. Вся противоположная стена была увешана оружием на любой вкус и цвет: тут были и пистолеты, и ружья, и луки со стрелами, и мечи, и даже рогатки со снарядами.

— Выбери оружие, — сказал мужчина-король. — И уничтожь им Героя.

Крепче перехватив меня и предупреждающе вонзив мне в бок пистолет, Охотник потащил меня к стене — к блестящему на солнце оружию. И тогда я решил, что это мой последний шанс вытащить себя. Не стану же я бездействовать, чтобы этот гад получил победное очко за мой счёт! Нет уж!

Я дёрнулся и резко обмяк. Охотник вздрогнул, и я ощутил больной тычок пистолетом, который, к счастью, не выстрелил. А я сделал вид, что теряю сознание, и свалился на пол.

— Что это с ним? — спросил король.

— Не знаю… похоже, сознание потерял, — растерянно отозвался мой одноклассник и пнул меня по ноге.

Сквозь полуприкрытые веки я увидел, что он склонился надо мной, чтобы проверить пульс или что-то подобное — и тогда я решил, что вот он — мой единственный шанс. Я резко сел и ударил его лбом по его голове, а потом набросился со всей силы напружиненного тела. Моя атака имела успех: пистолет ударился о моё плечо и отлетел в сторону, а я сел на Охотника сверху, стараясь разорвать верёвку, сковывающую мои руки. Я ударил его коленом по лицу, а потом вскочил на ноги и отпнул пистолет ещё дальше, а сам подскочил к кинжалу, висящему на стене. Пока Охотник кряхтел и пытался справится с болью, я подрезал верёвку на руках и поранился (не так-то просто освобождать себя, когда руки связаны за спиной!) и сумел-таки разорвать оковы.

Наконец-то свобода! Я выпрямился и увидел вдруг, что мужчина с короной схватил пистолет Охотника и наставил его на меня. Да что ж такое!

— Оставайся на месте, Герой, — попросил он. — Тебя поймали и привели сюда, так будь вежлив…

— …и дай себя убить? — чуть не задохнулся от возмущения я. — Нет уж, простите, король!

Охотник в это время поднялся на ноги, и я решил, что медлить больше нельзя. Выбор невелик: либо меня пристрелит один, либо второй, и лучше уж пусть это будет король, потому что король никаких плюшек от Системы не получит. Я не собираюсь становиться чьей-то наградой.

Я побежал в сторону дверей, скача с места на место, как заяц. Король принялся стрелять мне по ногам, и я выругался, когда одна пуля ужилила в лодыжку. Стреляет, как лох, но умудрился-таки задеть меня, гад!

— Я его поймаю! — услышал я голос моего бывшего одноклассника, выбегая за дверь. Теперь на ногу было больно наступать, и я захромал к лифту…

Я нажал на кнопку, но понял, что не успею. Лифт не ехал! Тогда я ломанулся к дверям, ведущим к лестнице, и помчался вниз, игнорируя ногу. Я слышал грохот дверей и быстрые шаги — это преследовал меня Охотник. Я ему не дамся, тоже мне, пытается за мой счёт вылечить свои душевные травмы!..

Вниз, вниз, вниз! Один раз я пролетел мимо мужчины со стопкой бумаг, и тот охнул, рассыпав листы по всей лестнице. Мне бы сюда телепорт, и я бы уже был далеко! Ну почему я так невовремя потерял свой телефон?!

Этаже на пятом меня ждал сюрприз: двое Охотников примчались на подмогу своему товарищу и, едва я показался наверху лестницы, тут же выстрелили в меня чем-то… чем-то, что оказалось сетью. Сеть обмотала меня всего, я сделал пару неуклюжих шагов и покатился вниз по лестнице, считая ступеньки всеми частями тела. В завершение всего я шлёпнулся прямо им в ноги, и из меня выбило всякий дух борьбы.

Сквозь гул в ушах я услышал, как Охотники смеются:

— Вот же Путешественничек…

— Что ж ты, Синеглазка, не справился с ним…

Кряхтя, я попытался подняться, но не смог толком пошевелить руками — их, словно смирительной рубашкой, прижало к телу. Ноги и вовсе были замотаны в беспорядке, отчего каждое движение причиняло резкую боль.

Ко мне спускался мой бывший одноклассник и хмурился на насмешки своих товарищей. Они называли его Синеглазкой, словно ни во что его не ставили.

— Давай мы тебе поможем, Синеглазка? Вдруг опять сбежит?

— Нет, — в голове моего бывшего одноклассника зазвенела сталь. — Я сам.

Охотники присвистнули и глупо захихикали. Дураки. А вот Синеглазка, похоже, как ни старался стать кем-то крутым, не мог этого сделать — к нему так и так относились пренебрежительно.

Синеглазка кое-как поставил меня на ноги и потащил за собой вверх по лестнице. Смеющиеся Охотники остались позади.

— Они тебя ни во что не ставят, — заметил я, когда мы подходили к последнему этажу. — И ты им помогаешь?

— Я помогаю не им, а себе. Я тебя поймал, и я хочу получить за тебя победное очко.

— И как ты с ними вообще связался?.. Дураки дураками.

— Они похожи на твоих дружков, — заметил Синеглазка. — Так и сыплют нелепыми остротами.

Я пожал плечами. Не помню, что за друзья были у меня в школе — я с ними давным-давно не общался и не собирался их защищать.

— Команду не выбирают, к сожалению, — вздохнул Синеглазка, пропуская меня в дверь. — Тебе ли не знать. Твои склоки с Путешественником два…

— С Тренером.

— Да, с ним. Я смотрел сериал, я всё про вас знаю.

— О боже…

Опять эти двойные двери, опять этот мужчина-король в своём нелепом длинном кресле. И это оружие на стене… Я не хотел умирать вот так. Я не хотел проигрывать. Это так глупо, мне ведь оставалось совсем чуть-чуть до нахождения артефакта! Но, пожалуй, я ещё могу оттянуть неизбежное, и я обратился к королю:

— Слушайте, а вы тут и правда занимаетесь тем, что убиваете Главных Героев?

— Да, — с гордостью отозвался король. — Они приходят, наводят беспорядки и ищут артефакт, который уничтожит наш мир. Поэтому нам велено их уничтожать, мы даже свой Центр открыли, как видите.

— Артефакт уничтожит ваш мир? — удивился я.

— Да, так предсказано в одном пророчестве.

Что там говорила Система в своём задании? Артефакт — это зло, которое находить не следует. Что ж, может, он и впрямь может уничтожить этот мир… Ненастоящий мир, созданный Системой специально для соревнования. Ведь нахождение артефакта означает конец нашей миссии, а конец миссии вполне можно приравнять к концу этого мира.

— Но почему тогда никто из местных нас не поймает? Для нас даже еда и транспорт бесплатные, — недоумевал я этой логике. — Почему нельзя подключить полицию?

— Потому что вы гости нашего мира, и мы оказываем гостеприимство, — отозвался король. — Если этого не сделать, то наш мир тоже будет уничтожен.

Система взяла этот мир в тиски…

— А кроме всего прочего, вы не выбираете свои роли, — продолжал король. — Вы — Путешественники, за которыми с удовольствием следят многие наши люди. Они болеют за вас, и мы не можем уничтожить вас на улице. Это нечестно.

Какой-то театр абсурда! Из нашего путешествия сделали реалити-шоу, у нас есть фанаты — и всё это на фоне пророчества, которое предсказывает, что любой из нас может уничтожить этот мир… Где логика?..

— А почему вы король? — придумал я новый вопрос.

— Меня так зовут, — отозвался он. — Я — Король Центра Уничтожения Героев.

Всё чудесатее да чудесатее…

— Я выбрал! — заявил Синеглазка, и я повернулся к нему. В руке он держал пистолет. Ну конечно, самый простой выбор! Меня ждёт быстрая смерть.

Попробовать ли мне снова сбежать? Но как, я еле ногами передвигаю, руки вообще крепко прижаты к телу — я такими лифт не вызову.

— Отлично, — сказал Король. — Теперь пройдите, пожалуйста, в кабинет слева. Там мы уничтожаем Главных Героев. А я пока зарегистрирую и заполню для вас бланк…

Где это видано, чтобы король — Король! — собственноручно, своими монаршьими руками, подписывал бланки? Всё в этом мире странно, нелогично и неправильно!

Синеглазка вытащил меня в коридор и повёл к дверям справа. В отличие от двухстворчатых, ведущих в тронный зал… тьфу, в кабинет с оружием, — эта дверь была совсем скромная и вдобавок была некрасиво обита железом. Охотник открыл её и с такой силой толкнул меня внутрь, что я запутался в своих итак запутанных ногах и упал. Упал на покрытый кафелем пол. Всё тут напоминало ванную комнату: этот пол, блестящая плитка на стенах, даже маленькая раковина в углу. Наверное, чтобы легко смывать кровь после устранения Главных Героев… Единственное, что здесь выбивалось из общей обстановки, это окно во всю ширь и высь противоположной стены.

У меня мелькнула безумная мысль: я не дамся так просто, я лучше умру, упав с высоты — и пусть никто не получит за меня очков. Но едва я приподнялся на руках, как кое-что вдруг произошло. Во-первых, Охотник с лязгом захлопнул железную дверь, а во-вторых, за окном вдруг появился силуэт.

Это было так неожиданно — увидеть человеческий силуэт на девятом этаже. Но ещё более неожиданным оказалось то, что он, похоже, карабкался по внешней стене от самого первого этажа. Закутанный в фиолетовый плащ с глубоким капюшоном, силуэт вдруг размахнулся кулаком и ударил по стеклу. Удар был несильный, но стекло вдруг взорвалось и с грохотом осыпалось на кафельный пол. Охотник лёг, закрыв голову и лицо руками, а я итак уже лежал, поэтому просто отвернулся к стене, чтобы стекло не впилось мне в лицо.

— Крыс, Крыс, это же КРЫС! — прогремел на весь кабинет до боли знакомый голос.

Я неуклюже развернулся и увидел, как фигура в фиолетовом плаще идёт ко мне, хрустя стеклом под ногами. Его капюшон откинулся, и я увидел человеческий череп вместо лица и зубы, растянутые в вечной ухмылке. В глазницах горел синий огонь. Конечно, я сразу его узнал, но не мог поверить, что снова вижу его. Это был некромант: тот самый, из первого мира, и тот самый, который помешал нашей победе в прошлом мире!

Система снова глючит…

Но ещё больше я удивился, когда из-под его плаща высунулась чёрная кошачья морда, и Луна спрыгнула на пол.

— А теперь бежим, кожаный.

Что происходит? Я не понимаю… Тем не менее, я честно попытался вскочить на ноги и воспользоваться шансом на побег, но сеть вновь мне помешала — и я свалился обратно на пол, царапая ладони кусочками стекла.

— Какого чёрта?! — проорал Синеглазка и выстрелил в некроманта.

— Хи-хи-хи! — рассмеялся некромант, когда пуля отскочила от его лица и срикошетила обратно в Охотника. Тот упал и увернулся. — Очень щекотно, не рекомендую так делать, ха-ха-ха! Но ты это здорово придумал: засунуть крысу в сетку, в ловушку, да, хи-хи-хи…

Некромант щёлкнул пальцами, и сеть, которая так мне мешала, вспыхнула синим огнём и исчезла. Синеглазка охнул и выбежал за дверь, а некромант, хихикая, поскакал за ним следом. Я вскочил на ноги, и мы с Луной бросились за ними — только они скрылись за дверью с королём, а мы побежали к лифту.

— Сколько у вас оружия, надо же, хи-хи-хи! Как это замечательно, ха-ха-ха!

— А ну-ка выйдите, пожалуйста, — услышал я голос короля. — Здесь вам не место.

— Мне везде место, везде я себе местечко найду, ха-ха-ха!

— Сделай же что-нибудь!

— Его не берёт оружие! — сдавленно охнул Охотник.

Цзинь! — приехал лифт, мы с Луной заскочили в него, и я нажал на кнопку первого этажа. Скорее, надо использовать этот чудесный шанс, пока Охотники не опомнились и не сбежались в вестибюль! Надо уносить отсюда ноги как можно скорее!

— Что происходит, Луна? — спросил я, пока мы ехали вниз и я нервно поглядывал через стеклянную стенку. Внизу пока ничего суматошного не происходило.

— Я пришла тебя спасти, — отозвалась Луна, и лифт остановился на первом этаже. Я поднял её на руки и крепко прижал к себе.

Створки разъехались, и я рванул вперёд что есть сил. Ко мне бежали охранники, кто-то что-то кричал, но я бежал и бежал, расталкивая людей и игнорируя всё. Я перемахнул через турникет, а потом бросился к воротам — и вскоре выскочил на улицу. Но и тогда я не остановился: домчался до остановки и сел на подошедший автобус.

Мы сошли на конечной, и я тут же набросился на Луну с вопросами:

— Что этот некромант здесь делает?!

— Пришёл тебя спасти.

— Но почему? И откуда он тут взялся?

— Я не знаю, кожаный. Когда я бегала и искала тебя повсюду, он возник передо мной и пообещал помочь.

Не к добру это…

— Да с чего ему мне помогать?!

— А мне откуда знать?! — огрызнулась Луна. — Мне нужно было думать, как тебя спасти, а не о мотивах этого скелета!

— Ладно… ладно, — я вдохнул и выдохнул воздух, попытался улыбнуться. — Спасибо тебе большое, Луна. Ты правда очень помогла. Я просто… я…

Мои ноги задрожали, и я, прислонившись к стене, сполз на холодный пол. Мы находились в узком переулке чуть вдалеке от дороги, и прохожие то и дело косились на нас. Я чуть не умер, меня чуть не убили, я чуть не проиграл. И меня вытащил некромант, который убил почти всех наших в предыдущем мире. Мне надо над этим подумать.

И ещё кое над чем:

— Луна, ты ведь не обычная кошка, да?

— Я постоянно тебе об этом говорю.

— Да я о другом… Никто из фамильяров не говорит, кроме тебя. И все Путешественники удивляются этому. А тут ещё некромант вдруг решает помочь тебе… Что происходит?

— Не понимаю, о чём ты, кожаный.

Так говорят, когда что-то скрывают. Луна что-то от меня скрывала.

Какое-то время я сидел и осмысливал произошедшее, а Луна лежала рядом и недовольно зыркала на прохожих, которые задерживали на нас взгляд. Зря, наверное, я так долго сидел. Потому что вскоре нас нашли.

— Значит, люди не соврали, — заметил Тренер, заходя в наш переулок. — Ты здесь, Крыс.

За ним тенью маячила Валькирия и смотрела на меня с сожалением.

Я вздохнул. У меня не было сил, чтобы противостоять им. Что бы они не задумали.

Глава 13

Итак, Тренер и Валькирия стояли бок о бок и смотрели на меня. Всё ещё чувствуя дрожь в ногах и боль в простреленной лодыжке, я кое-как встал, а потом ощутил боль в бедре — сюда меня ранили Охотники, когда гнались за мной и Оратором. Луна предостерегающе зашипела, увидев, как из тени выходит чёрный тигр и идёт к нам.

— Нас осталось четверо, — подытожил Тренер. — Я, ты, Валькирия и Плут.

— Да, — согласился я. — Но давайте пока без разборок, ладно? Я еле сбежал от Охотников…

— Да, я слышала, что ты учинил в Центре Уничтожения Героев, — сказала Валькирия.

«Охотник на Путешественников 2 уничтожен», «Охотник на Путешественников 5 уничтожен», «Охотник на Путешественников 8 уничтожен».

— Ого! — сказал Тренер, открывая глаза. — Ты продолжаешь наводить там суету! На таком расстоянии…

А, так вот что они подумали! Они ведь не знают, какая у меня способность на самом деле, а теперь думают, что я могу вызывать сумасшедших некромантов себе на подмогу! Ну, или думают, что я способен наводить суету на расстоянии — я не знаю, что именно им известно. Это, конечно, мне только на руку.

— Да, и будет здорово, если вы не будете мне угрожать, — сказал я как можно увереннее. — Иначе мне придётся применить эту разрушающую силу против вас.

Тренер поднял руки в знак примирения:

— Ладно, Крыс, не сердись.

Было не видно, чтобы он испугался. Наверное, понял, что я блефую и у меня на самом деле нет разрушающей силы. Эх…

— Мы пришли, потому что объединились, — продолжал Тренер.

— Будет здорово, если и ты к нам присоединишься, — добавила Валькирия, когда я посмотрел на неё с недоверием.

— А какой смысл? — удивился я. — Победитель-то будет только один!

Да, я уже слышал эти слова, только не от себя. От Тренера.

— Но у Плута огромное преимущество, — заметил Тренер. — Он может становиться невидимым. Он может и сейчас нас подслушивать и узнавать всё, что ему нужно.

Я кивнул:

— Да, ты прав. Давай объединимся. Какие условия?

— Будем вместе противостоять Плуту, помогать друг другу в случае нападения Охотников. И каждый будет потихоньку искать артефакт. Мы в равных условиях, и это честно. Ты же любишь честность.

Я снова кивнул. Я думал, что сейчас он попросит поделиться подсказками и уже готов был врать, но Тренер этого делать не стал. Почему-то. Почему — я узнал позже, когда мы с Луной вернулись в мою квартиру. Бумажная карта с моими пометками и почеркушками пропала. И я сразу всё понял: Тренер выкрал её!

— Тут пахнет этим хитрым воробьём, — сморщив нос, заявила Луна.

Получается, не Тренер, а Валькирия. Я покачал головой, мне хотелось злиться и негодовать, но я слишком устал для этого. Ну конечно! Они объединились, а когда мы с Луной пешком пошли от дома Валькирии, её воробей увязался за нами. Он проследил за нами, поэтому нам показалось, что кто-то есть в подъезде. А потом на меня напал Тренер, а воробей тем временем пробрался в квартиру и утащил карту… Спелись голубки.

Я вспомнил сожалеющий взгляд Валькирии. Так вот о чём он был! Она меня обокрала, объединившись с Тренером, поэтому и смотрела с таким несчастным видом! Ну и на кой мне это сожаление, если она так меня предала?!

Пока принимал душ и переодевался, я немного успокоился. Луна в это время стояла на стрёме — мало ли, пожалуют Охотники, или Плут, или некромант. Затем я лёг и прикрыл глаза, чтобы немного отдохнуть и подумать.

Что мы имеем? Восемь крестиков, которые осталось проверить. Под одним из них будет лежать артефакт. Валькирия и Тренер теперь тоже знают, какие крестики ложные. (И какого чёрта я не уничтожил эту дурацкую карту?!) Сейчас они, надо полагать, ищут артефакт. Очень надеюсь, что на них нападут Охотники и утащат в ЦУГ. Интересно, некромант ещё там?

Я подумал о нём. Очередной глюк Системы? Иначе откуда ему тут взяться? Я вспомнил его слова, сказанные в апокалипсис-мире: «Я прошёл через миры, чтобы тебя поймать! Ты ушёл от меня так далеко, но неужели ты думал, что я тебя не найду?» Может быть, некромант, как и Луна, научился видеть «окна» между мирами и путешествовать таким образом? Но ведь этот мир герметичен! Так как он сюда попал?

Ладно, так и голову недолго сломать. Буду думать, что это глюк Системы. А сейчас мне надо искать артефакт и надеяться, что я доберусь до него первым. Но сначала… наведаюсь-ка я в кафе и хорошенько поем! Напоследок.

До кафе пришлось добираться транспортом, но к счастью, за это время никто на нас не напал. Мы с Луной с наслаждением поели, и я предался мыслями о фатализме. Может, и прав был Ловелас, который никуда не спешил? Какой смысл в этой суете, если можно путешествовать спокойно и наслаждаться всем тем, что предлагает тебе каждый мир? И если я выиграю, то хорошо, значит, так и предопределено, а если нет, то это тоже такая судьба и её следует принять. Моё от меня не уйдёт. Вот и всё.

— Где, думаешь, лучше продолжить поиски? — спросил я. У меня не было ни телефона, ни карты, я лишь мог полагаться на свою память. — По-моему, на востоке оставалось три крестика, а на западе — пять.

— Тогда на запад, — сказала Луна.

Мы вышли из кафе — точнее, попытались, — потому что за стеклянной дверцей на тротуаре я увидел Тренера и Валькирию. Возле их ног тёрся чёрный тигр, а они разговаривали с кем-то… Вытянув шею, я увидел рыжую макушку Плута. Пожаловал голубчик.

Что они там говорили слышно не было, поэтому я приоткрыл дверь, но меня тут же заметили:

— Крыс! Выходи, чего там стоять? — почти дружелюбно крикнул мне Плут.

Я вышел, стараясь держаться подальше и от Тренера с Валькирией, и от Плута. Так, чтобы в случае чего убежать. Жаль, телепорта нет…

— О чём говорите? — спросил я.

— Об Охотниках, — отозвался Тренер. — Думаем, надо сначала разобраться с ними, а потом уже разбираться между собой.

Я не собирался в этом участвовать. Оставалось так мало крестиков… И Тренер с Валькирией об этом знали. Так что вряд ли кто-то из них на самом деле решит помочь Плуту разобраться с Охотниками. Впрочем, я изобразил заинтересованность, покивал. Сказал, что да, надо что-то делать, мы даже обсудили, что можно устроить им западню… а потом Плут сделал то, чего от него меньше всего ожидали: напал.

На Тренера. Он набросился на него с ножом, но у Тренера реакция оказалась что надо — он увернулся, и нож вонзился не в грудь, а в руку. Затем он вытащил из кармана телефон, и на Плута вылился водопад, который ранее сбивал меня с ног… а его почему-то не сбил, и Плут остался стоять как ни в чём не бывало, только мокрый.

Валькирия отскочила назад и принялась лихорадочно нажимать что-то в своём телефоне. По её зову тут же появилось два амбала-демона, и они набросились на Плута. «Ну всё, хана ему», — подумал я, но не тут-то было.

Плут, этот костлявый мужчинка в сером спортивном костюме, стоял напротив демонов Валькирии, разъярённого Тренера и рычащего, припавшего к земле тигра с улыбкой и спокойствием. Так, словно ему ничего не угрожало… Но он вот-вот мог умереть!

Что-то здесь было не так. Я попятился, но не мог оторвать глаз от неравной схватки. Если бы я делал ставку, то поставил бы, конечно, на Тренера — тем более, помимо силы стихий, на его стороне была Валькирия с демонами и тигр, который мог разорвать Плута в клочья за считанные секунды. Плут тоже это знал. И продолжал улыбаться.

Сначала Тренер наслал на него испепеляющее пламя, и оно охватило Плута с ног до головы… а потом быстро погасло, не оставив после себя ни горящей одежды, ни ожогов, словно огонь был лишь бутафорией, иллюзией. Плут остался невредим.

Потом на него набросился тигр, целясь в хрупкое горло, а Плут даже не стал отбиваться от него — и острые зубы сомкнулись на его шее… Я ждал хруста, но его не последовало, а Плут вонзил нож в тело тигра, прямо в его пасть, и тот обмяк, повалившись на асфальт. Тренер вскрикнул, а Плут остался невредим.

Затем на него напали демоны Валькирии. Они бросились одновременно, растопырив гигантские когти, и мышцы буграми заходили под ярко-красной кожей. Они набросились на Плута, но тот ловко отскочил назад, не обратив внимания на когти, которые прошлись по его лицу, и махнул ножом по широкой дуге. Кажется, он попал им по глазам. Взревев, демоны исчезли, а Плут остался невредим.

— Что происходит? — прорычал Тренер, глядя на то, как его тигр умирает под ногами Плута. Плут присел и одним точным движением вонзил нож в сердце животного, прекратив его мучения. Тренер от этого движения вздрогнул и схватился за сердце.

«Фамильяр Путешественника 2 уничтожен».

Плут выпрямился. Он был весь в крови — крови тигра — и ухмылялся нам с видом победителя. До меня, наконец, дошло:

— У него неуязвимость.

— Что? — повернулась ко мне Валькирия.

— Он неуязвим, — повторил я. — Была такая способность на выбор…

— Разве? Но он выбрал невидимость!

— Да, выбрал, — Плут ухмыльнулся и достал из кармана синий телефон. — А потом, когда я привёл Ловеласа в ЦУГ, мне досталось и это. Бедняга не смог толком распорядиться своей силой.

Он отобрал телефон у Ловеласа… я был прав, Ловелас и впрямь выбрал себе неуязвимость.

— Когда уничтожаешь Героя в ЦУГе, тебе достаётся его сила, — пояснил Плут. — Такой вот приятный бонус. И ты не представляешь, как я рад, что наконец-то выступлю против тебя.

Это он уже сказал Тренеру. Тренер сильно сжал челюсть, отчего у него резко обозначились скулы.

«Способность переходит победителю». Так вот что значила та подсказка.

— Надо валить отсюда, — шепнула Луна, и я согласно сорвался с места. Мы юркнули в тень здания и побежали прочь, а Тренер позади сцепился с хохочущим Плутом. Чёрт подери, возможно, стоило взять неуязвимость!

Завернув за угол, мы прибавили скорость и запетляли по дворам. Раненое бедро горело огнём, простреленная лодыжка иногда подводила, а всё тело ещё помнило пересчитанные ступеньки в ЦУГе.

За нами кто-то бежал. Обернувшись, увидел, что это Валькирия.

— Ну ты и втопил! — выдохнула она.

— Конечно, я ведь убегаю, — я остановился и на всякий случай развернулся к ней лицом. Больше я ей не доверял.

Валькирия тоже остановилась, и её светлые пряди, выбившись из конского хвоста, прилипли к розовым от бега щекам. Она выглядела свежей и хорошенькой, как ромашка поутру, но это сейчас не вызывало во мне трепета.

— Нам лучше разойтись, — заявил я. – Не ходи за мной, Валькирия.

Валькирия вздохнула:

— Ты злишься…

— Нет, просто я понял, что никому из Путешественников нельзя доверять. Ну, может, только Оратору, но Оратор выбыл… А тебе нельзя. Ты проникла в мой дом и утащила карту, объединившись с Тренером.

Валькирия снова вздохнула:

— Прости, Крыс. Я сожалею.

— Да чего уж там, — проворчал я. — Ты всё правильно делаешь. Это ведь соревнование, и каждый из нас хочет получить удачу.

Это была моя ошибка. Расслабился — и на тебе! — получил нож в спину. Всё справедливо.

«Путешественник 2 уничтожен».

Открыв глаза, мы переглянулись. Тренер выбыл из соревнования, и претендентов на победу осталось всего трое: я, Валькирия, Плут. Кто бы мог подумать, что сильнейшие — Тренер и Оратор — выйдут из игры так скоро.

Я глянул на Валькирию. Сейчас был удобный случай вызвать демонов и устранить соперника, но Валькирия этого не сделала. Она грустно улыбнулась мне и сказала:

— Что ж, Крыс. Удачи тебе, — и пошла прочь. Мы с Луной пошли в другую сторону.

Пока мы просто сбегали подальше от Плута, но параллельно с этим я думал, что мне делать дальше. Телефона нет, карты тоже. Вероятно, выиграет Валькирия — у неё всё для этого есть. Ну, или Плут, но у него толком нет подсказок. Пока непонятно; единственное, что ясно как день — что у меня на данный момент меньше всего шансов на победу. Возможно, мне не стоило прогонять Валькирию, возможно, стоило с ней объединиться — и она вернула бы мне мою карту, либо я стащил бы её у неё. Но пока что мне не хотелось иметь с ней общих дел.

Я вспомнил слова Тренера: «Ты ещё так молод. Веришь в какую-то справедливость… Подумай: справедливости не существует. Чем раньше ты это поймёшь, тем быстрее добьёшься успеха». Он сказал мне это в апокалипсис-мире, когда я наезжал на него за то, что он хотел возглавить наш маленький отряд. Ещё он сказал тогда: «Чтобы обойти других, тебе нужно наступить им на горло», — и тогда я был категорически с этим не согласен, но теперь…

Теперь я оказался один против всех. Оказался обманутым. Оказался на дне, и мне предстояло выбираться наверх.

— Домой нам теперь нельзя, — рассудил я. — Нас там будут ждать либо Охотники, либо Плут, либо Валькирия. Давай-ка лучше побродим в западной части города и повысматриваем крестики. Что скажешь?

— Думаю, это лучшее решение, — одобрила Луна. — Пошли.

Солнце, тем временем, склонилось к горизонту и удлинило тени от домов, в которых так удобно было красться. Прибыв в западную часть города, мы просто шли тут и там, внимательно оглядываясь по сторонам. Шли медленно, обходя каждый метр со всей тщательностью. Я примерно помнил расположение крестиков, но, чтобы Луна обнаружила замочную скважину, следовало подойти к ней очень близко и какое-то время возле неё подождать.

Луна то и дело поглядывала на меня, и я не понимал почему, пока она не спросила:

— Ты выглядишь… угрюмым.

— Я просто устал. И ещё меня чуть не убили.

— Это из-за той девушки? — спросила Луна, будто не слыша меня. — Из-за Валькирии?

— Вовсе нет, — довольно-таки грубо сказал я.

— Ты смотришь на неё щенячьими глазами…

— Луна, прекрати.

Она фыркнула, затем чихнула, потом спросила с сожалением:

— Неужели эта твоя Валькирия лучше моей хозяйки?

Я остановился и изумлённо на неё уставился. При чём тут Мерина? Я так и спросил:

— При чём тут Мерина?

В голове пронёсся голос: «Высший Маг сделал меня специально для тебя. Он создал меня и прописал мою судьбу»… Мерина сказала эти слова в апокалипсис-мире, но и то там была не она, а просто голограмма глюкнувшей Системы.

— Да ни при чём, — мотнула головой Луна. — Просто поинтересовалась, кто из них нравится тебе больше. Как по мне, Мерина намного лучше.

— Мне тоже нравится Мерина, но она замужем и я ей неинтересен.

Ей нужен только Нэль — парень-пастух, чьё тело я занял в третьем мире.

— И без тебя знаю, — недовольно отозвалась Луна, которой не нравился Нэль и она всячески это демонстрировала. — Но, будь у тебя выбор между Мериной и Валькирией, кого бы ты выбрал?

— К чему эти вопросы? — недоумевал я.

Мерина, конечно, классная: умная, симпатичная, боевая и плюсом ко всему — способная волшебница. Но и Валькирия ничуть не хуже: не волшебница, правда, зато моя землячка, и мы живём в одном мире. Они обе хороши, чёрт подери! Слава богам, мне взаправду не нужно выбирать между ними…

— Да ни к чему, забудь, — отозвалась Луна. — Просто стало скучно, поэтому спросила.

Мы продолжили поиски и вскоре наткнулись на тайник. Он обнаружился в корнях дерева среди заросших кустов за жилой пятиэтажкой. Я застыл над этим тайником, и мы с Луной переглянулись.

— Открывай его, — прошептал я, — и драпаем отсюда.

Луна послушно тронула светящуюся в полумраке замочную скважину… и она окрасилась в красный, что означало: тайник ложный. Мы рванули оттуда, словно там должна была взорваться бомба — так и было, только мы не знали, что нас ждёт в этом месте: провалимся в канализацию, вылезут демоны, случится наводнение, на нас нападут осы?..

Не знаю, что уж там было, но в кустах за нашими спинами затрещало, поэтому мы прибавили ход и вскоре убежали за несколько домов — скорее, пока это нечто не добралось до нас. (Позже Луна уверяла меня, что там материализовался зомби-паук, как из апокалипсис-мира.)

— А может, у нас с тобой есть шанс победить, — заметил я, когда мы выровняли шаг и продолжили поиски. — Вдруг нам снова повезёт, и мы наткнёмся на правильный тайник…

Раненые бедро с лодыжкой иногда отзывались резкой болью, но в основном, я привык.

— Снова повезёт? А что, нам постоянно везёт, что ли? — фыркнула Луна.

— Ну да! — я принялся загибать пальцы. — Тебе вдруг встретился некромант, который вытащил меня из ЦУГ — это первое. Второе — я всегда каким-то чудом добывал подсказки в мини-соревнованиях. Третье — я всё ещё жив и ты тоже. Что это, если не удача?

— Ну и зачем ты пытаешься победить, если уже удачлив? — проворчала Луна.

— Чтобы быть удачливым в своём мире. Ну, или… я не знаю.

— Что такое?

— Может быть, я откажусь от удачи и попрошу у Системы кое-что взамен.

— И что же? — навострила уши Луна.

— Чтобы никто из Путешественников не вернулся с неудачей.

Луна звонко чихнула, обнюхав столбик, а затем сообщила:

— Ты такой скучный, Крыс. Думаешь, они тебе спасибо скажут?

Я пожал плечами. Пока что победа казалась далёкой, поэтому я не слишком-то фантазировал. Тем более, у меня пока хватало проблем: телефон исчез и вряд ли найдётся, карту украли, а на моём хвосте висели жаждущие крови Охотники. Да и Плут с Валькирией где-то рядом рыскают, соперничая со мной, а у них шансов на победу куда больше.

— Думаю, я буду скучать по тебе, когда вернусь в свой мир, — тихо сказал я.

— А я буду тебя навещать, кожаный, — усмехнулась Луна.

Навещать… знать бы, что наши миры останутся прежними.

Глаза обожгло болью, я закрыл их и на внутренней стороне века прочитал: «Фамильяр Путешественника 4 уничтожен».

Глава 14

«Фамильяр Путешественника 4 уничтожен».

Это значило, что Валькирия осталась без своего дерзкого воробушка. Без фамильяра, который единственный способен был находить тайники. А без этого, вероятно, Валькирия обречена на проигрыш. Я покачал головой. Жаль.

«Охотник на Путешественников 7 уничтожен».

Судя по всему, на Валькирию напали Охотники, и они прикончили её воробья, а сама Валькирия только что убила Охотника 7. Мне вдруг нестерпимо захотелось оказаться рядом с ней и помочь, но я отмахнулся от этого чувства. Валькирия спелась с Тренером, и они вместе украли мою карту… Тренер ещё и без телефона оставил… так почему я должен за неё переживать? Тренер прав: это соревнование, а значит, тут не место щедрости.

Но зато теперь у меня больше шансов на победу. Даже если сейчас уцелеет, Валькирия не сможет искать артефакт без фамильяра. Оставался только Плут… Плут и его лисичка. Два рыжих лиса. Причём, у Плута и невидимость, и неуязвимость — офигеть как удобно. Хорошо хоть, он убил Тренера не в ЦУГе, иначе ему бы досталась и сила стихий…

— Чего задумался? — спросила Луна, ушедшая далеко вперёд. — Догоняй, я тут вообще-то ищу.

— Да, ты права, — я добежал до неё, устроившись за ней следом. Я смотрел по сторонам, вспоминая карту, и одновременно сканировал местность на случай опасности.

Сгустившись, сумерки опустились на землю, и всюду зажглись фонари. Люди, освобождённые от работы, прогуливались тут и там, и их мягкие приглушённые голоса то и дело доносились до нас отовсюду. Не знаю, какой тут был месяц, но погодой очень походило на август-сентябрь, а значит, для вечерних прогулок самое то.

Мы бродили тут и там, пока не наступила ночь, а потом присели на скамейку отдохнуть. Хотелось, конечно, дойти до дома, помыться, поменять одежду, перекусить, в конце концов. Но не стоило: лучше чуть-чуть перевести дух, а потом продолжить поиски. Возможно, скоро всё это закончится. Насовсем.

Окончание соревнования вызывало во мне противоречивые чувства: с одной стороны, я должен радоваться, ведь можно будет расслабиться и начать снова доверять людям, не ожидая подвоха от каждого их слова, а с другой стороны… С другой стороны, придётся снова как-то жить свою скучную жизнь. Но я не собираюсь больше терпеть эту скуку — отныне я сделаю всё, чтобы улучшить свою жизнь и внести в неё новые краски. Стану заядлым путешественником — не межмировым, а обычным, по странам и городам. По-моему, это моё.

Чуток передохнув, мы продолжили путь и в соседнем дворе встретили сидящую на скамейке Валькирию. Она сидела под фонарём, и её высокий хвост растрепался, отчего взъерошенные волосы удивительным образом походили на ангельский нимб. Без своего воробья, который обычно сидел на её плече, она выглядела одинокой.

Когда я подошёл ближе, увидел, что она рассматривает карту. Мою карту. Услышав шаги, она вскочила и посмотрела на меня дикими глазами.

— А, Крыс… это ты, — Валькирия выдохнула, но настороженность из её взгляда никуда не исчезла.

— Жаль, что твоего фамильяра убили, — искренне посочувствовал я.

— Да, — Валькирия запустила руку в волосы, приглаживая их. В её глазах заблестели слёзы, которые она подавила. Покусав губы, она свернула карту и протянула её мне. — Возьми. Это твоё.

Я, не будь дурак, взял, ожидая какого угодно подвоха. Подвоха не последовало.

— Мне не следовало её брать, — сказала она. — Прости меня.

Я кивнул и проверил, точно ли это моя карта. Моя, с моими почеркушками. Отлично.

— Ничего, — отозвался я. — Наверное, тебя Тренер надоумил?

— Да, но ответственность всё равно лежит на мне. Я ведь согласилась на этот план.

— Значит, ты сдаёшься? — спросил я. — Или уже знаешь, где лежит артефакт?

Валькирия мотнула головой, вздохнула:

— Я устала, Крыс. Мне надоело соревноваться. Если захочешь, я пойду с тобой и помогу в поисках. Если не захочешь, я продолжу сама по себе.

— Наверное, ты успела сфоткать карту?

— Конечно, — она улыбнулась, но улыбка получилась тусклая.

— Ну что ж… можем и объединиться. Что думаешь, Луна?

— Можно, — согласилась она.

Да, мне стало жаль Валькирию, но отчасти я решил объединиться с ней, потому что так у меня стало бы больше шансов на победу. У Валькирии всё ещё есть способность призыва демонов, а у меня нет никакой. У меня есть фамильяр, а у Валькирии нет. Так почему бы не помочь друг другу? Правда, теперь нужно быть начеку — особенно, когда найдём артефакт. Потому что, мне кажется, Валькирия запросто может выхватить его у меня из-под носа, как было с подсказкой в лабиринте.

Я вычеркнул проверенный крестик на карте, Валькирия добавила пару своих — и теперь непроверенными остались всего пять крестиков: один в восточной части города, четыре — в западной, где мы сейчас находились.

— Надеюсь, Плут не найдёт артефакт раньше нас, — сказал я, пряча карту под худи.

— Надеюсь, нас не найдут Охотники, — вторила мне Валькирия.

Мы отправились проверять следующие крестики, но не успели дойти даже до одного. Кто-то из темноты крикнул:

— Это они! Лови их!

— Лови-и!

И мы тут же припустили прочь, цепляясь друг за друга, чтобы не потеряться. Мы выскочили на тротуар и, тяжело дыша, проверили, нет ли за нами погони. Луна, успевшая запрыгнуть мне на плечи, втянула свои когти, и я ощутил боль.

— Это были Охотники?

— Не уверен…

Мимо проезжали машины, по тротуару шагали прохожие. Они смотрели на нас, и я вдруг понял, что нас окружают. Они знали, кто мы… и собирались нас поймать. Но почему? Разве им можно вмешиваться в соревнование?

Нельзя. Если только…

— Вызывай демонов, — шепнул я. — Будем прорываться.

— Лови их! — крикнул кто-то из толпы, и толпа согласно зашумела.

Но вот, перед нами появилась пара плечистых демонов, и они стали прокладывать нам путь, грубо расталкивая прохожих по бокам. Мы шли впритык за ярко-красными телами, Луна шипела на тянущиеся к нам руки и сильнее вонзала когти в мои плечи, а я мужественно терпел и шагал за Валькирией. Люди расступались перед нами, как волны перед… перед… перед тем человеком, чьё имя не помню, но помню, что он был из древних мифов.

Едва вырвавшись из толпы, мы припустили что есть сил и побежали в темноту переулков и переплетения деревьев. Я потерял всякое направление, а мы бежали, бежали, бежали: вперёд, налево, направо, в переулки, мимо мусорок, сквозь кусты, через заборы… Остановились только тогда, когда поняли, что толпа осталась далеко позади, а мы стояли перед дырой в заборе. За забором пряталось старое заброшенное здание: словно, когда-то его начали строить, а потом передумали и так и оставили.

Луна спрыгнула с моих плеч, и я расправил их, стараясь не морщиться от ран, которые она мне нанесла. Валькирия ткнула в телефон, включила фонарик, и мы полезли в дыру. За дырой оказались густые кусты и едва различимая тропинка, по которой мы добрались до заброшки и до её осыпающихся лестниц. Взобрались на второй этаж — дальше не рискнули — и проверили, нет ли поблизости бомжей. Никого не было, только в углу валялись грязные матрасы да посреди комнаты красовалось ржавое ведро, полное старых углей. Возможно, раньше здесь жили, но теперь тут никого не осталось.

Это нам на руку. Расслабившись, я привалился к стене и сел на пол, чувствуя, как гудят ноги. Бедро разнылось по-новой — наверное, стоило обработать рану, но пока нечем. Завтра. Луна аккуратно привалилась к моей больной ноге, Валькирия села по другую сторону от меня.

— Ничего не понимаю, — пробормотала Валькирия. — С чего они вдруг решили устроить на нас охоту?

— А я, кажется, понял, — отозвался я.

— Правда? И что же случилось?

— Плут завладел не только силой Ловеласа… — устало ответил я.

— Он взял очарование? — ахнула Валькирия. — А ведь точно!

— Да, у Оратора. Но я не понимаю... когда он успел перехватить Оратора у Охотников. Мы ведь с ним были вместе, когда они его утащили.

— У невидимости есть свои преимущества. Как и у неуязвимости. Наверняка, он отобрал Оратора у Охотников и сдал его с ЦУГ.

— Да, я остановился на той же версии.

— Получается, теперь он настроил против нас целый город? Теперь все жители будут гнаться за нами, едва увидят?

— Похоже, что так.

Я длинно выдохнул остывший воздух. Нынче Плут на коне и, кажется, он наконец-то выиграет соревнование. Один раз, но зато какой!.. Окончательный.

— И что, ты просто сдашься? — спросила Луна. Её круглые янтарные глаза уставилась на меня, и я вдруг нашёл соответствие между её именем и внешностью: её глаза были похожи на две круглые жёлтые луны — такая луна летними вечерами встаёт за лесом.

Что ответить на её вопрос, я не знал. Прежде всего, мне хотелось отдохнуть: всё тело болело, особенно, простреленная нога, я был весь в ушибах и царапинах, и мне сейчас не хотелось ничего, только сидеть. Ну, или лежать.

— Плут стал могущественным, — заметил я. — Не думаю, что нам удастся его победить. Нас схватят, едва мы выйдем отсюда.

Луна фыркнула и отвернулась, сев ко мне спиной.

— Что? — рассердился я. — Я не могу чуть-чуть отдохнуть?

— Можешь, конечно, — Луна вильнула хвостом и поднялась. — Пойду я… поохочусь.

— Лучше не надо, — прошептала Валькирия, но Луна не удостоила её вниманием и вскоре скрылась в темноте.

Я не стал её останавливать — был слишком зол. Почему, собственно, я должен постоянно что-то делать и куда-то бежать?! Я устал! Меня чуть не убили! За мной гналось полгорода! Почему я не могу отдохнуть от всего этого хотя бы одну ночь?!

— Если её там схватят и убьют, — заметила Валькирия, — Плут выиграет, даже если ему придётся искать артефакт целый месяц.

— Не факт, — возразил я. — Ещё есть Охотники, и они могут вывести Плута из игры. Его или его лисичку, без которой он тоже не сможет найти артефакт.

Валькирия промолчала, да я и сам понимал, что едва ли это будет возможно: Плут невидим, неуязвим и у него есть своя армия в виде жителей этого города. Охотники для него не помеха, если он не полный дурак. А Плут вовсе не дурак. К сожалению.

— Всё будет нормально, Крыс, — сказала Валькирия, и я посмотрел на неё.

Она выглядела ещё более растрёпанной, чем раньше, но в её глазах я увидел спокойствие и твёрдость. Она не была напугана и не находилась в отчаянии, только устала. В глазах Валькирии горел решительный огонь.

(Ну конечно, она не была в ЦУГ на волосок от смерти, не сбегала оттуда в последний момент благодаря сумасшедшему некроманту…)

— Даже если выиграет Плут, — она пожала плечами, — что ж, разве он не достоин победы?

Мерина, появившись в апокалипсис-мире, сказала мне: «Только ты достоин победы и главного, настоящего приза!»

— Каждый из нас отлично постарался, — продолжала Валькирия. — И каждый из нас достоин победы. В конце концов, это всего лишь соревнование.

Соревнование, в котором победитель получит удачу, а остальные — неудачу. До конца дней. Я бы не сказал «всего лишь» — это всего-лишь-соревнование круто повлияет на наши жизни. Но Валькирия, конечно, права в том, что каждый из нас достоин победы. Победы достоин тот, кто её получает. Плут молодец.

Но и Луна тоже права. Это не конец, и мы ещё можем побороться за победу. Я могу. Плут пока не нашёл артефакт, он не победил.

— Мы ещё постараемся, — сказал я. — Мы так просто не сдадимся.

Валькирия улыбнулась:

— Конечно. Это же соревнование.

Я нашёл её ладонь и сжал её. Валькирия сжала мою руку в ответ, и я потянулся к ней, медленно и аккуратно. Валькирия не отстранилась, и я поцеловал её, мягко и нежно, ощущая приятное покалывание в груди. Она ответила на мой поцелуй осторожно и погладила меня по локтю, отчего по руке побежали мурашки.

Валькирия меня не отвергала! Я ей действительно нравился! И она отлично целовалась!

Вдруг в голове вспыхнул образ высокий загорелой девушки с длинной косой. Мерина посмотрела на меня осуждающе, и до меня донёсся её шёпот: «Ты выбираешь не то, Нэль»… Вздрогнув, я отстранился и поглядел по сторонам. Но нет, кажется, почудилось: Мерины тут, конечно, не было.

— Что такое? — спросила Валькирия, гладя меня по предплечью. Её взгляд был полон нежности.

— Всё в порядке, — я улыбнулся и коснулся её щеки.

За её спиной я увидел тень: Мерина вынырнула из темноты и сверкнула на меня глазами. Я отшатнулся, моргнул, и она тут же исчезла.

— Что происходит? — нахмурилась Валькирия, которая всего этого не видела.

— Я… кажется, я устал, — пробормотал я. — Мне чудится всякое…

Она посмотрела за своё плечо с опаской, но, конечно же, ничего не увидела. А потом из темноты появилась Луна, словно отделившийся от тьмы кусок. Она поочерёдно посмотрела на каждого из нас, затем спросила:

— Что-то случилось?

Мы помотали головами, а Луна сказала:

— Я кое-что видела снаружи. Большинство людей не ложится спать, они продолжают патрулировать улицы и дворы. Возможно, скоро доберутся и досюда.

— В лесах тоже?

— Наверняка.

— Значит, нам нужно продолжать поиски артефакта, — я раскрыл карту, и Валькирия посветила мне фонариком. — Остался один крестик на востоке и четыре на западе. Мы сейчас… а где мы?

Валькирия посмотрела на карте в своём телефоне и ткнула в бумажную карту. Мы были на окраине западной части города, а значит, следовало поискать сначала здесь. Вот будет смешно, если правильным крестом окажется тот последний на востоке… Если бы только знать наверняка… а так лучше оставаться последовательным.

— Что ж, тогда начнём с ближайшего крестика.

Мы выбрались из заброшки и медленно, аккуратно пошли вдоль заборов, заросших густыми кустами. Прислушивались к каждому звуку и отступали в тень, если слышали шаги. Валькирия держала телефон наготове, чтобы в случае чего сразу вызвать подмогу.

— А что с твоей силой? — шёпотом спросила она, когда мы крались под тёмными окнами пятиэтажки.

— Я потерял телефон, — смущённо сознался я. — Когда Тренер на меня напал.

— Прости… — выдохнула Валькирия, чувствуя себя виноватой. Ведь это был их план — вытащить меня из дома, чтобы её воробьишка украл мою карту.

— Да ничего.

Хотя ещё как «чего». Будь у меня телефон, мы бы передвигались очень быстро, в мгновение ока, в любую точку карты. И я бы чувствовал себя гораздо более защищённым, зная, что могу в любой момент сбежать от опасности. Я бы в тысячу раз быстрее проверил эти пять несчастных крестиков. А тут мы крадёмся, идём чуть ли не ползком, чтобы нас никто не заметил…

— А если нас поймают? — спросила Луна. — Что они сделают?

— Наверное, потащат к Плуту, — предположил я. — Или в ЦУГ, чтобы Плут нас убил и забрал наши силы. Тогда он запросто найдёт артефакт.

— Угу, это совсем не вдохновляет…

— Если вдруг на нас нападут, разрешаю тебе убежать, — неловко пошутил я. — Можешь даже привести на подмогу того, кто встанет у тебя на пути…

Это я намекал на некроманта. Мне всё ещё казалось невероятным, что он вот так запросто появился перед Луной, когда ей была нужна помощь, и решил помочь меня освободить… зачем-то. В прошлом мире он поубивал почти всех, меня тоже пытался, а про первый мир — его родину — я и вовсе молчу. А тут он встал на мою сторону и даже убил нескольких Охотников. Я пока не знал, как к этому относиться: либо у Системы очередной глюк, либо всё это неспроста.

Мы уже подошли к ближайшему тайнику, как вдруг я понял, что вокруг удивительно тихо. Уже не слышно никаких шагов и перекличек блуждающих тут и там людей. Слишком тихо и спокойно…

Я подумал об этом слишком поздно: на нас свалилось что-то тяжёлое и повалило на землю. Я забарахтался, путаясь в руках и ногах с Валькирией, под боком я чувствовал извивающуюся Луну, и понял, что нас накрыло сетью, с которой откуда-то сверху спрыгнула пара тёмных фигур. «Охотник на Путешественников 3», — представила одного из них Система, а второго не представила, потому что он нам здесь уже встречался. Их ещё не хватало! Мало нам Плута с жителями-марионетками!

Вскоре мы с Валькирией намертво застряли под этой сетью, ещё и Охотники нас держали, но у Луны был шанс выбраться… и она, умница, им воспользовалась! Прошмыгнула в дыру и исчезла.

— Снова ты попался, Крыс, — услышал я знакомый голос из-под чёрной кепки. Вторым Охотником оказался мой бывший одноклассник, он же Синеглазка.

— Да-да, в этот раз не сбежит! — восторженно отозвался второй Охотник.

Они вздёрнули нас на ноги, отобрали у Валькирии телефон через сеть, а потом связали нам руки за спиной — тоже через сеть. А потом Валькирия воскликнула:

— Это ведь ты! Ник, верно?

— Ты что, меня запомнила? — поразился Охотник, да и я тоже, если честно.

— Конечно! Ты сидел с нами в апокалипсис-мире, такой малыш…

— Я не малыш! — рявкнул Охотник и стащил платок с лица. На нас уставилось молодое лицо с тонкими усиками, которые ему совсем не шли. Глаза у него были круглые и невинные, как у оленёнка.

— Точно малыш, — выдохнул я, а потом загнулся от боли — это ударил меня под дых Синеглазка.

Синеглазка и Малыш — отличная парочка. Наверное, другие Охотники не воспринимают их всерьёз и командуют обоими. Один смазливый, второй — ребёнок, отличная парочка для травли, если остальные Охотники мужицкие мужики.

Охотники усадили нас, связанных, на скамейку, а я понадеялся на очередное чудо — что Луна появится с чудовищем из любого предыдущего мира, и мы сможем сбежать. Но второй раз вряд ли так повезёт…

— А разве вы не потащите нас в ЦУГ? — спросила Валькирия. — Или боитесь всех этих людей на улицах?

— Мы их не боимся, — усмехнулся малыш Ник. — Они нам ничего не сделают.

Неужели Плут натравил этих людей только на нас? Охотники для него не представляют угрозы? Или эти Охотники просто бахвалятся?

Непонятно. Охотники, судя по всему, кого-то ждали. И этот кто-то не задержался. Захрустели камешки под ногами, а потом в свете фонаря вспыхнули рыжие волосы. Эту хрупкую фигуру в сером спортивном костюме было легко узнать — Плут подошёл к нам, улыбаясь.

Я растерянно уставился на него, потом — на Охотников. Те смотрели на Плута не как на добычу, а как на… на командира?

— Ну вот вы и попались, ребята, — улыбнулся нам Плут.

Глава 15

Я ничего не понимал. Плут и Охотники заодно? Но как так получилось? Может, сила очарования очаровывает даже Охотников?..

— ЦУГ сейчас закрыт, — сообщил Плут. — Откроется в восемь утра.

— Может, стоит убить их сейчас? — спросил Синеглазка. (Надо же он спрашивал совета у нашего Плута!) — Чем ждать всю ночь…

— Я хочу получить столько очков, сколько это возможно, — сказал Плут. — Возможно, тогда мы все получим что-то более хорошее.

Он говорил не с нами, он говорил с Охотниками. Так, словно они были на одной стороне. Мы с Валькирией ошарашенно переглянулись, а я вдруг вспомнил изначальные условия Системы: «Среди Путешественников есть Главный Герой, задача которого найти могущественный артефакт. Задача остальных Путешественников найти этого Главного Героя и уничтожить его». Потом я как-то сам собой решил, что все Путешественники — Главные Герои и что миссия каждого из них — найти артефакт. Но, похоже, это было не так…

Не совсем так. Один из Путешественников всё-таки не был Главным Героем и его миссия заключалась в уничтожении Главных Героев. И этим Путешественником всё время был Плут.

— Так ты не Главный Герой! — выдохнул я.

— Верно, — расплылся в улыбке Плут, и улыбка, как обычно, преобразила его заурядное лицо. — Я тот, кто должен уничтожить Главного Героя… точнее, Главных Героев, потому что оказалось, что вас много.

— Но… — я поглядел на Охотников, и до меня, наконец, дошло. — Охотники в твоей команде! Потому что иначе ты был бы один против пятерых!

Поэтому, когда Охотники схватили Оратора, они сразу попали в руки Плута и тот завладел силой очарования.

— Верно, верно, ты очень догадливый, — сказал Плут.

— Но всё-таки нечестно, — заметила Валькирия. — Охотников восемь, с тобой девять, получается девять против пятерых.

— Даже не так, — поправил я. — Главные Герои играют каждый за себя, получается, что каждый из нас пятерых один против девятерых. Если б мы знали, мы бы объединились…

— Да уж… — вздохнула Валькирия. — Ну и что теперь? Так и будем сидеть или пойдём куда-то?

— Поедем в ЦУГ, — сказал Плут. — Но только когда он откроется. Сейчас почти пять утра, так что ждать остаётся не так уж долго. Вы, кстати, можете поспать, а то выглядите измученными.

— Вот это забота, — проворчал я.

Я думал, что же мне делать: расслабиться и позволить Плуту победить или же трепыхнуться напоследок, может, и выйдет из этого что-то путное. Хорошая новость заключалась в том, что у нас ещё было время — целых три часа, — чтобы немного прийти в себя и сбежать. Но вряд ли Плут позволит нам сделать это… ведь он почти победил. Ему осталось уничтожить нас с Валькирией — и всё, удача у него в кармане. И не нужен ему никакой артефакт, как нам.

«Артефакт — зло, которое находить не следует», — так сказала Система. Может, оно и к лучшему, если Плут победит в этом мире? Уничтожит всех Главных Героев и избавит этот город от зла. От уничтожения этого мира, ведь Король ясно дал понять: артефакт уничтожит этот мир. То, что нужно, для хорошей истории — хорошая концовка, не так ли? (Впрочем, сомнительно, что этот вымышленный мир не исчезнет после нашего соревнования.)

Мы сидели и ждали. Начало светать: сначала ночь проредили сумерки, а потом небо на востоке начало наливаться золотом. Я почти задремал, придавленный боком к Валькирии, но чутко прислушивался ко всем окружающим звукам. Вот где-то проехала машина. Вот за спиной умолк сверчок. Вот начали осторожно перекликаться птицы. А вот Плут тихонько переговаривается с Охотниками о ничего не значащей ерунде — кажется, они с Малышом Ником обсуждали графический дизайн.

Потом Плут заговорил с Валькирией:

— Тебе грустно, Валькирия? Выглядишь нерадостно.

— А что мне радоваться? Сижу тут связанная, комары кусают, а я их даже ударить не могу, — прошипела над моим ухом Валькирия.

— Прости, это нужно, чтобы ты не сбежала, — сказал Плут. — Я хочу выиграть в этот раз. Очень хочу. Ты ведь понимаешь?

Валькирия лишь фыркнула.

— Да брось, это же соревнование! Моя миссия — уничтожить всех Героев, а значит, я её выполню. Как и ты выбрала обмануть меня в фэнтези-мире…

— Не оправдывайся передо мной, Плут. Делай, что должен.

— Я не оправдываюсь, — сказал Плут и присел на скамейку рядом с Валькирией — я только и почувствовал, как пошатнулась скамейка. Впрочем, глаз я не открыл, продолжая подслушивать. — Просто мы с тобой стали связаны в этом соревновании. Сначала фэнтези-мир, потом ты помогла мне в пиратском, а в апокалипсисе мы получили одинаковое количество очков, из-за чего начали в этом мире вместе…

Вот как! Они здесь даже начали вместе!

— Что ты хочешь сказать? — спросила Валькирия.

— Мне кажется, мы могли бы дружить, — сказал Плут, и его слова прозвучали очень смущённо. — Я имею в виду, в реальном мире.

— В реальном мире? — удивилась Валькирия. — Хочешь сказать, этот мир ненастоящий?

— Конечно, нет! — рассмеялся Плут.

Да, Луна говорила то же самое. Этот мир ничем не пахнет — вероятно, он ненастоящий, и его создала Система, чтобы… чтобы что? Чтобы уладить проблему с межмировыми дырами? Потому что умирает?

— Ни один из миров не был настоящим, — продолжал Плут. — Я только потом это понял… Наши «Я» — они тоже лишь оболочки, которые создала Система. Всё с самого начала — иллюзия.

Тут он не прав. Луна настоящая. Из настоящего фэнтези-мира. Он не знаком с ней, поэтому не знает правды.

— Но тогда что такое Система? — спросила Валькирия.

— Это нечто, что создало эти миры. Что-то, что родом из нашего мира. Я не знаю толком, что это такое и как оно выглядит. Может быть, как огромный компьютер. Может быть, как целая планета. А может быть, вовсе никак, потому что нематериально. Есть высшая сила, которая создала наш мир. Возможно, Система — это то же самое.

— То есть, бог? — уточнила Валькирия.

— Не люблю слово «бог», но да, — отозвался Плут. — Но давай вернёмся к изначальной теме нашего разговора. Может быть… ты бы хотела подружиться со мной в реальном мире?

— Давай сначала доживём до реального мира, а потом посмотрим. Я даже не знаю, как меня зовут и где я живу.

— Я тоже, но мы найдёмся. Я уверен.

Смешные разговорчики, учитывая, что он постоянно натравливал на неё Охотников и те даже убили её фамильяра! Да и связанные сейчас руки не внушали особой симпатии. Впрочем, по прохладному голосу Валькирии всё это ещё как считывалось. Плут выбрал неудачный момент для того, чтобы брататься — наверное, у него не было особого опыта общения с девушками. А может, и не только с девушками.

Ладно, всё это неважно. Мне надо как-то выбираться. Нам надо. Я не позволю Плуту победить без боя. Хотелось бы, конечно, чтобы снова, как рояль из кустов, появилась Луна с некромантом, но второй раз надеяться на чудо было глупо.

Когда рассвело и тёплое солнце коснулась наших озябших лиц, Плут отошёл в сторонку поговорить с кем-то по телефону. Я прекратил притворяться спящим и открыл глаза. Шепнул:

— Давай постараемся сбежать.

— Но как? — так же тихо спросила Валькирия.

— Когда будем в дороге, — отозвался я. — Или в любой удобный момент.

— Хорошо.

— Ну-ка, хватит шептаться, голубки! — прикрикнул на нас Малыш Ник.

Оба Охотника встали рядом с нами, и мы больше не переговаривались. Вскоре вернулся Плут, а спустя минут пять к нам подъехала машина — неизвестной марки серый седан. Мужичок, сидящий за рулём, отсалютовал Плуту, и я решил, что он, как и все, очарован суперсилой.

Нас попытались запихнуть на заднее сиденье, но сеть, обмотанная вокруг нас, цеплялась за дверцу и сиденья, поэтому они решили её перерезать. И вот, нас усадили-таки, избавив от сети, только связанные за спиной руки больно выворачивались и упирались в сиденья. По бокам от нас сели Охотники, сдавив нас в центре. Несмотря на то, что машина была широкой, дверцы еле-еле закрылись. Ну а Плут, как шеф всей этой процессии, сел впереди рядом с водителем, и мы тронулись в путь. В ЦУГ — куда же ещё.

Я думал, у меня будет возможность сбежать, но куда там: меня так сдавило Охотником с одной стороны, а с другой — Валькирией, что я вдохнуть не мог, не то что двинуться. Так мы и ехали до центра города, где возвышалось офисное здание ЦУГ. Я ощутил облегчение, когда машина остановилась, и Охотники вышли, вытащив нас с Валькирией в разные стороны.

Плут ещё о чём-то болтал с водителем, и я не стал больше медлить: со всей силы наступил на ногу Охотнику Синеглазке. Тот вскрикнул и на мгновение отпустил меня, а мне только и нужно было: я сорвался с места и побежал, петляя, как заяц. Стрельба началась не сразу — видимо, долго доставали оружие, не ожидая от меня такого нахальства, — и я успел нырнуть за фонтан, а потом побежал дальше, дальше, к ближайшим зданиям.

— Лови его! — услышал я голос Плута и ускорился.

Пуля пролетела над моей головой, но я не обратил на неё внимания. Я старательно петлял и старался убежать, насколько позволяли связанные за спиной руки. Скорее, скорее, скорее!

Было раннее утро, город ещё спал (или только уснул после нашей поимки), и людей вокруг не наблюдалось. И это было мне на руку, ведь все люди в этом городе принадлежали Плуту. Все, кроме…

— Путешественник шесть!

Я добежал до ближайшего дома и свернул за угол, когда услышал громкий шёпот. У дверей подъезда я увидел девочку с серьёзным лицом — ту самую, в красном сарафане и чёрными косичками, которая брала у меня автограф в Саду Чудес.

— Я помогу вам! — прошептала девочка, открывая для меня подъездную дверь.

Недолго думая, я прошмыгнул за ней и оказался в тёмном подъезде старого здания. За дверью я услышал быстрые шаги — кто-то пробежал мимо.

— Спасибо тебе, — выдохнул я. — Ты… очень помогла.

Я настороженно взглянул на неё, но кажется, она не была очарована Плутом. Иначе не помогла бы мне. Верно?

— Где я могу укрыться? — спросил я.

— Здесь, — девочка показала мне на лестницу, ведущую то ли в подвал, то ли в погреб. — Туда никто не зайдёт. Я бы вас пригласила к себе, но там мама и она… она любит Путешественника три.

Я кивнул, понимая её. Спросил:

— А ты почему его не любишь? У него ведь суперсила очарования.

— Дети невосприимчивы к этим суперсилам, — ответила девочка.

Она проводила меня до подвала, в котором оказалось несколько пыльных мешков и всякий хлам вроде старых велосипедов и кресел. Я опустился на шаткий стул, и девочка, натужно пыхтя, перерезала мне верёвку старым ножом. Я с облегчением встряхнул затёкшие руки и поблагодарил её.

— Ну всё, вы сидите тут, сколько хотите, — сказала девочка. — А меня, наверное, мама вот-вот потеряет, поэтому я побежала.

— Спасибо тебе! — от всего сердца сказал я.

— Я хочу, чтобы вы победили, Путешественник шесть, — серьёзно сказала девочка и, смущённо покраснев, вышла. Какая прелестная девочка! Даже если полностью выдумана Системой.

Я остался один на один со светом тусклой лампочки и запахом пыли. И подумал вдруг, что мне снова повезло. Если бы я не наткнулся на эту девочку, если бы она меня не укрыла, вероятно, Синеглазка бы догнал меня и приволок в ЦУГ. Слишком много мне везёт в этом мире…

Итак, что мне делать? Нужно вернуться в западную часть города и обыскать оставшиеся крестики. Но пока этого делать не стоит — наверняка, поблизости рыщут Охотники в моих поисках. И хорошо бы найти Луну: я очень надеялся, что она найдёт меня. Без фамильяра мне тайники не обнаружить и не открыть.

Крохотная надежда висела на волоске, готовая вот-вот сорваться в пропасть. Надежда на победу против пропасти неудачи. Я схватился за этот волосок так рьяно, что меня бы не отодрали от него даже несколько демонов. Я сделаю всё, чтобы победить!

«Путешественник 4 уничтожен».

Бедная Валькирия, Плут её не пощадил. Да и с чего бы ему это делать? Он слишком долго проигрывал, чтобы сейчас проявлять благородство. И я мог его понять.

«Путешественник 3 получает победное очко за устранение Главного Героя».

Нас осталось двое: Плут и я. Плут, обладающий невидимостью, неуязвимостью, очарованием и призывом демонов, и я, не обладающий ничем, глупо потерявший свою суперсилу из-за Тренера. Плут с командой Охотников и армией местных жителей и я один-одинёшенек (ладно-ладно, на моей стороне хотя бы эта добрая девочка-фанатка). Перевес сил был слишком велик… и тем не менее, я цеплялся за крохотную надежду и верил в свою победу.

«Статистика:

Путешественник 1 — 0.

Путешественник 2 — 0.

Путешественник 3 — 3.

Путешественник 4 — 0.

Путешественник 5 — 0.

Путешественник 6 — 0».

Я выждал пару часов, а потом собрался было выйти, как вдруг услышал шаги в подъезде. Кто-то шёл. Шаги остановились рядом с моей дверью, и я услышал шёпот:

— Путешественник шесть!

Уф! Я расслабился, и девочка спустилась ко мне в подвал.

— Я скоро пойду в школу, — сообщила она. — Вам что-то нужно? Может, бутерброд сделать?

Я чуть не прослезился. Какой милый ребёнок! Впрочем, бутерброд был мне не нужен — какая может быть еда, когда я не могу думать ни о чём, кроме победы? Я даже голода не чувствовал… Я попросил кое-что другое.

Спустя полчаса из подъезда вышел парень в надвинутой на глаза кепке, серой клетчатой рубашке и светлых джинсах. Ни кепок, ни рубашек, ни настолько светлых джинс я не носил, поэтому чувствовал себя во всём этом как в чужой шкуре. Но это-то мне было и нужно: поменять внешность, чтобы люди на улице или Охотники меня не узнали. Спасибо девочке и её папе, у которого она позаимствовала эти вещи, иначе мне так и пришлось бы ходить грязному и лохматому — за версту видно, что идёт Путешественник.

Теперь главное вести себя естественно. Так я и поступил, направившись прогулочным шагом к остановке. Люди проходили мимо меня, не обращая особого внимания, а это уже был жирный плюс. Они искали меня в другой одежде, они не ожидали, что я переоденусь.

В общественном транспорте я спокойно доехал до западной части города, а там покружил по магазинам, делая вид, что страшно занят. На самом деле, я наблюдал, нет ли за мной погони и потихоньку продвигался к ближайшему тайнику. Мне хотелось, чтобы Луна меня нашла… и она действительно это сделала.

— Эй, кожаный! — послышалось из-за кустов, когда я присел на скамейку. — Крыс!

— Луна! — обрадовался я.

— Ох и непросто же за тобой гоняться, — пожаловалась она, не вылезая из кустов. Я видел лишь её янтарные глаза, сверкающие между веток. — Сначала я доехала на крыше машины до ЦУГ, потом ты куда-то рванул, я за тобой и потеряла тебя. Вот, решила вернуться, а ты тут бродишь… в другой одежде.

— И как ты меня узнала?

— По запаху, как же ещё.

Это одновременно и хорошо, и плохо. Потому что у Плута есть лисичка, и она, несомненно, тоже может найти меня по запаху. Да?

— В этом мире запахи разносятся не так, как в обычном, — шёпотом поведала Луна. — Я поняла, что это ты, только когда ты подошёл очень близко. А так они довольно быстро растворяются, становятся ничем, как и всё вокруг.

Что ж, а это уже хорошо. Вот почему лисичка Плута не нашла меня, пока я сидел в подъезде.

— Надо очень быстро проверить все крестики, — шёпотом сообщил я. — И знаешь, что я думаю? Давай рискнём и проверим самый западный крестик. Возможно, настоящий тайник там. Но надо как-то дотуда добраться, а у меня плохое предчувствие, что Плут висит на нашем хвосте…

— Вот, — шепнула Луна, и из-за скамейки вылетел… мой телефон! Он выскользнул из кустов за моей спиной, проехался по земле между моих стоп и остановился.

И снова удача!

— Где ты его нашла?! — изумился я, хватая его, словно он мог исчезнуть. Я ткнул на кнопку блокировки, и телефон приветственно загорелся. Невероятно: после всех этих водных процедур он ещё работал.

— Пробежалась рядом с тем местом, где ты его уронил, — отозвалась она. — Нашла на полянке в самом низу.

— Луна, ты такая классная! — от души выдохнул я, строя маршрут. — Просто лучше всех!

— Да брось, — сказала она и запрыгнула ко мне на скамейку. — Кстати, те парни на тебя странно смотрят, так что давай скорее.

Телефон, хоть и живой, тормозил. Я еле сумел открыть карту и приблизить её, чтобы понять, к какому крестику сейчас двигать. А там, впереди, действительно стояло два парня студенческого возраста и палили прямо на меня, один из них разговаривал по телефону. Наверное, с Плутом.

Я построил маршрут до самого западного крестика и ткнул по кнопке. По экрану поползли радужные пятна, и мы с Луной упали на асфальт. Посреди огромной площади с фонтанами, которой не было там, куда я построил маршрут. Посреди площади перед ЦУГ.

Я увидел перед собой чьи-то кроссовки, а когда поднял взгляд, понял, что передо стоит Плут. Его и без того большие глаза распахнуты, а сам он в изумлении прижимает телефон к уху — видимо, с кем-то общался, пока мы не появились пред его светлые очи.

— Ну и ну, вот это чудеса, — выдохнул Плут и улыбнулся. — Мне сегодня определённо везёт.

Глава 16

Я вскочил на ноги. Похоже, всё-таки мой телефон не в порядке, раз отправил нас в центр города вместо того, чтобы телепортировать в самую западную точку карты.

Я быстро оценил обстановку. Плут один, поблизости Охотников я не вижу. В руке у него зажат жёлтый телефон, в который он быстро сообщил:

— Он здесь, возле ЦУГ. Все сюда.

У него была куча могущественных сил в рукаве. Но в том-то и дело, что в рукаве — попробуй сначала вытряхни нужную, потыкай на правильные кнопки. Поэтому вместо того, чтобы убежать, я набросился на него. Хрупкий Плут в мгновение ока оказался прижатым к асфальту, а я заломил его руки, и жёлтый телефон поскакал по асфальту.

Впрочем, в следующее мгновение Плут контратаковал меня, отчего я едва не потерял равновесие и сумел-таки вмазать мне по лицу. Удар оказался слабый и пролетел лишь вскользь по моей скуле, и я вновь заблокировал его руку. Глянув на телефон, увидел, что Луна тащит его в зубах к ближайшему фонтану, то роняя, то вновь волоча за собой, как дохлую мышь.

Я запустил руку в карман Плута и вытащил синий телефон. Неуязвимость. Попытался разблокировать, но не сумел — на экране высветился пароль. Ну конечно, Плут упоминал, что силу может забрать только тот, кто уничтожит Героя в ЦУГе. Значит, я не смогу завладеть неуязвимостью. А это значит…

Размахнувшись, насколько мне позволял извивающийся подо мной Плут, я швырнул телефон об асфальт. Кажется, он не разбился, но экран сильно треснул, корпус погнулся, и телефон отъехал от нас метра на три. Плут мигнул, как голограмма, и я понял, что он стал уязвим.

— Ах, ты!.. — выдохнул он и вдруг так сильно ударил меня, что перед глазами вспыхнули красные искры.

Я взвыл от боли, но не прекратил цепляться за него, и мы кубарем покатились по площади, как попало нанося друг другу удары, словно два неокрепших котёнка. Битва слабачков: хрупкий Плут, похожий на подростка, против хилого меня, похожего на трясущееся желе — не чета тем брутальным мачо, которыми мы были в прошлом мире. Думаю, увидь нас сейчас Тренер, умер бы от смеха.

Впрочем, веса во мне было больше, поэтому вскоре я вновь подмял Плута под себя и спустя минуты борьбы вытащил из второго кармана красный телефон — телефон Валькирии, призывающий демонов. Я швырнул его далеко-далеко, и он триумфально плюхнулся в фонтан, подняв в воздух блестящие брызги.

— Ты… настоящая крыса! — выдохнул Плут, когда вслед за красным телефоном я вытащил и белый — на этот раз, из кармана его штанов. Невидимость. Его я тоже бросил в сторону фонтана, но телефон не долетел — ударился о каменный бортик и развалился на части.

— Будто ты не знал, — огрызнулся я и ударил его по лицу.

Плут вскрикнул, и я услышал:

— Крыс, нам надо убираться!

Я посмотрел на Луну и увидел, что к нам с другой стороны площади бегут две тёмные фигуры — Охотники. Между ними со всех лап неслась лисичка Плута. Я напоследок ударил Плута и, шатаясь, поднялся на ноги. Вытащил свой собственный телефон из кармана и упрямо ткнул в «Построить маршрут» в тот момент, когда Луна подбежала ко мне.

Экран мигнул радужным светом, и мы переместились… снова не туда, куда нужно. Уж это место я ни с чем не спутаю. Мы оказались на последнем этаже ЦУГа, прямо перед распахнутыми дверями, ведущими к Королю. И ещё один сюрприз: Плут-таки ухватился за мою штанину, поэтому мы переместились втроём.

— Телепортация! — ахнул Плут, отползая от меня подальше. — Так вот что ты выбрал!

Я сунул телефон в карман. Если у меня не получается переместиться в западную часть города, я сначала разберусь с Плутом. Иначе он от меня не отстанет, и я не смогу нормально закончить свою миссию. Вот только надо придумать, как его убить. Система ясно дала понять в самом начале игры: если убьёшь не Главного Героя, то и сам умрёшь.

Я снова ударил Плута по голове, а тот был так поражён, что не защитился — и оттого потерял сознание. А я прошёл в комнату с Королём… и опешил. Король — мужчина в прямоугольных очках и деловом тёмно-синем костюме — лежал на красной ковровой дорожке на животе, а в его спине дымилась чёрная дыра, словно его подпалил дракон. А на кресле-троне над распростёртым телом сидел… некромант, напялив отнятую корону на голый череп.

— Крыс, а я так соскучился! Ну надо же, надо же, хи-хи-хи!

Я отпрыгнул назад, как будто он меня ударил. Он не исчез? Он продолжает здесь шастать? Но ведь Плут только что был здесь и убивал Валькирию…

— А я тут провернул переворот, — заявил некромант. — Да-да, небольшой хитрый переворот ещё никому не повредил! — Поглядев на тело внизу, он добавил. – Ну может, кроме него, хотя вроде бы он и не страдал. Я так и думал, что ты заглянешь к старине-мне напоследок, ха-ха!

— Ты собираешься меня убить? — устало уточнил я.

— Ну зачем же, зачем сразу убивать? Я что, больной, что ли? Наоборот, я только и делал, что помогал тебе, хи-хи-хи!

— И зачем тебе мне помогать? — удивился я. — По-моему, обычно ты пытался меня убить…

— Зачем, говоришь? — некромант уставился на меня горящими синими глазницами. — Потому что мы с тобой так похожи, так похожи, хи-хи! Я только и мог думать: вот бы у тебя всё получилось!

Что-то мне это напоминало… Я почти на автомате задал следующий вопрос:

— Что тебе нужно?

— Ничего, ничего! Просто смотрю, наблюдаю, хи-хи! Просто хочу больше знать и больше уметь! Как и ты, друг мой, как и ты!

Я это уже слышал. Я точно слышал эти же самые слова, сказанные теми же интонациями. У меня возникло странное ощущение дежавю… а потом я вспомнил. Апокалипсис-мир! Тот сон, в котором ко мне пришёл Путешественник по прозвищу Умник! Он говорил те же самые слова, даже хихикал точно так же!

Я попятился. Что происходит? Значит, тогда был не сон? Или Умник пришёл ко мне во сне? А при чём тут этот некромант? Неужели…

— Ты… ты Умник? — спросил я.

— О, ну неужели, неужели, НАКОНЕЦ, ты догадался?! — радостно завопил некромант. — Да, да, тысячекратное ДА! Я тот самый Умник, тот славный Путешественник, который всех сделал, хотя от него многого не ждали, хи-хи-хи! Считали сумасшедшим дебилом, ха-ха-ха! Дураки, такие дураки!..

Я застыл в дверях, а мысли зароились в голове, словно пчёлы на цветочной поляне. Так вот что происходит с Путешественниками, которые возомнили себя равными Системе и посмели бросить ей вызов. Система сводит таких с ума и делает из них персонажей для одного из миров, и никто не догадывается, что этот скелет когда-то был человеком. Да ещё и внушает, что ты «всех сделал», что ты победил в соревновании.

— Наконец-то ты догадался, наконец-то! — некромант даже запрыгал в кресле, отчего длинная спинка затряслась. — А ведь я столько помогал тебе, СТОЛЬКО РАЗ! Я поставил на тебя, да-да, на тебя, мой дорогой Крыс, ведь ты так похож на меня, так похож!..

— Что? Ты мне помогал?

Некромант на мгновение застыл в своём кресле, а потом синие огни в его глазницах вспыхнули белым:

— Вы посмотрите на него! А он как будто даже и не заметил! Типа «всё сам», «всё сам», да? А не приходило ли тебе в голову, что тебе слишком уж везёт, дорогой мой мальчик?

Приходило. Много раз. Но я думал, что мне всего лишь везёт!

— Давай перечислю, чтобы ты знал, — некромант забрался в кресло с ногами и вытряхнул из-под рукава свою костлявую руку. И принялся загибать костяные пальцы. – Первое: в самом первом соревновании за подсказку я втащил тебя в шкаф и помог тебе выиграть, не так ли? Припоминаешь?

Я кивнул. Я тогда и впрямь почувствовал чьё-то присутствие, а уж как меня втащили в шкаф, я этого никогда не забуду.

— Второе: лабиринт, где вам нужно было сражаться друг с другом. Ты выбыл, но твоя кошечка ещё оставалась в игре. Думаешь, она смогла бы завалить тигра? Не-ет, это я ей помог! Да-да, я помог ей завалить тигра, ха-ха-ха!

Что ж… может, он и прав, хотя я своими глазами не видел. Я тогда тоже удивился: как могла хрупкая Луна победить такого мощного тигра?

— Третье: когда вы сражались за третью подсказку, ты тогда был в паре с Оратором, я помог вам первыми достичь финишного дерева, всячески усложняя дорогу для остальных. Если бы не я, друг мой, хороший мой Крысик, победили бы Тренер с Ловеласом.

Я прикусил губу, потому что меня всё это задело. Получается, я ничегошеньки не сделал сам? Ничего из того, что мог назвать полноценной победой?

— Ты ещё скажи, что специально не убил меня в прошлом мире! — фыркнул я. — Когда напал на нас в заброшенном театре.

— Да, да, ДА! — радостно подхватил некромант. — Это правда, я старался целиться в других! Чтобы отсеять их и дать тебе преимущество для последнего мира!

Ох, лучше бы я не спрашивал…

— Но давай продолжим считать, — сказал некромант и загнул ещё один палец. — Четвёртое: я вытащил тебя из ЦУГ, когда незадачливый Охотничек притащил тебя сюда. Если бы не я, ты бы был мёртв, да-да, мертвее всех мёртвых!

Я промолчал.

— Пятое: я убил нескольких Охотников. Шестое: я подсказал твоей кошечке о самом первом испытании. Я выбрал свой исходный облик очкарика и… да я смотрю, ты не слушаешь совсем?!

Я встрепенулся и поднял обе руки в воздух, словно сдаваясь:

— Хорошо, я понял тебя. Ты мне помогал, а я практически ничего не сделал самостоятельно. Но для чего ты помогал такому слабаку, как я?

— Для чего?! Для того, дубинья твоя голова! — рассердился некромант. — Первые несколько миров я наблюдал за тобой, и ты показался мне отличным вариантом, самым подходящим, самым великолепным, ха-ха! Сначала ты работал на зачётку, теперь зачётка работает на тебя, друг мой!

— Отличным вариантом… для чего? — осторожно спросил я.

— Для победы, Крысик, для чего же ещё?! Я хотел, чтобы Система наградила тебя удачей, ведь ты так впечатлил меня в первом мире, когда сумел сбежать из моего замка! Да-да, хитрый-хитрый Крыс, я тебя запомнил, я намотал тебя на ус, я решил помочь тебе получить удачу! Ведь мы с тобой так похожи, так похожи, хи-хи-хи!

Всё это звучало сомнительно. Но с другой стороны, он ведь был сумасшедшим, а у сумасшедших свои загоны.

— Да что ты расстраиваешься?! Не расстраивайся! Ты деятельный, Крыс, очень-очень, всегда что-то мутишь, а это такое отличное качество! Движуха — это у тебя в крови, как и у меня, ха-ха-ха! И вообще — я начал помогать тебе только в двух последних мирах, до этого я ещё как-то сомневался… думал, может, мне на Тренера поставить или на Оратора.

Может, тут я и деятельный, но в своём мире — отнюдь нет.

— Поставить? И где это у вас такие ставки? — хмыкнул я. О боже, только не надо, пожалуйста, делать из нашего соревнования шоу, которое спонсируют какие-нибудь богачи! Это так избито, что ноет в зубах!

— Где такие ставки? Исключительно здесь! — и некромант ткнул себя пальцем в костяной висок. Потом его челюсть раззявилась, и он громко и оглушительно захохотал. Точно сумасшедший.

— Эй, кожаный! Поторопись там! — услышал я голос Луны из коридора. — Он вот-вот очнётся.

Что ж, хватит болтать и оттягивать неизбежное. Я подошёл к стене и принялся разглядывать оружие. Плут — не Главный Герой, я не могу убить его, не навредив себе, но вдруг Система предусмотрела это? Ага, вот оно! Я обнаружил в углу небольшой пистолет, который с лёгкостью уместился бы в карман брюк, а на нём блестели маленькие буквы: «Против не Главных Героев». Отлично, теперь осталось рискнуть!

Я вернулся в коридор и увидел, что Плут кряхтит, извиваясь на полу. Луна сидела рядом и с тревогой смотрела на него.

— А ведь Плут в последнем мире разошёлся, да-да, разошёлся! — услышал я за спиной голос некроманта. — Такой славный парень, честное слово!

— Ну так что, ты теперь ему поможешь? — спросил я, обернувшись, но некромант Умник не пошевелился в своём кресле. Он лишь подался вперёд, чтобы лучше видеть.

— Помогу?! Не-ет, уже поздно, поздняк метаться, ха-ха!

— Крыс… какого чёрта ты снова побеждаешь? — слабым голосом спросил Плут, приподнимаясь на локтях, чтобы взглянуть мне в лицо.

Я пожал плечами и наставил на него пистолет:

— Просто мне везёт. Прости, Плут, ты отлично играл, — и выстрелил в него.

Пуля попала точно в лоб, и Плут исчез, не оставив после себя и следа. Система тут же оповестила: «Путешественник 3 уничтожен», «Фамильяр Путешественника 3 уничтожен». Я на какое-то время застыл, боясь, что сейчас и я исчезну… но ничего не произошло. Я не умер — я всё сделал правильно.

«Путешественник 6 получает победное очко за устранение не Главного Героя».

Вот и всё, я последний Путешественник. Я почти выиграл. От меня не укрылось, что Луна вздохнула с облегчением — наверное, боялась, что Плут в последний момент выкинет что-то или я уничтожу нас своим поступком.

Глаза снова обожгло болью, и я закрыл их, чтобы прочитать:

«Путешественник 6, ты уничтожил Путешественника 3, поэтому к тебе переходят все его особые способности:

Невидимость

Неуязвимость

Очарование

Призыв демонов»

Открыв глаза, я обнаружил на полу — там, где недавно лежал Плут — четыре новёхоньких телефона: белый, синий, жёлтый и красный. Аккуратные, будто только из магазина, они сверкали в лучах солнца и выглядели отлично, словно я никогда и не бил их об асфальт, а Луна не топила их в фонтане. Я подобрал телефоны и рассовал их по карманам. Это получилось с трудом: телефонов было много, а карманов мало — минус рубашек, в худи хотя бы засунуть что-то можно.

Затем я заглянул в зал с оружием, но некроманта Умника там больше не было. Только кресло едва крутилось вокруг своей оси. Выпендрёжник чёртов. Я присел на этот стул, не глядя на тело дымящегося Короля у своих ног, и вытащил жёлтый телефон.

В телефоне оказалась целая база жителей этого города, а внизу располагались кнопки по управлению каждым человеком. Недолго думая, я выбрал всех и нажал команду «Выполнить поручение», после чего описал, кого всем жителям следует искать. Людей в чёрном, Охотников.

Затем я взял синий телефон и увидел в нём три кнопки: «Активировать неуязвимость на 1 час», «Активировать неуязвимость на 3 часа», «Активировать неуязвимость на 6 часов». Тут же было предупреждение: «Каждая из этих способностей восстанавливается 24 часа». Конечно же, я активировал неуязвимость на 6 часов.

Дальше был черёд невидимости, и тут кнопок оказалось побольше: «Активировать невидимость на 1 час», «Активировать невидимость на 2 часа», «Активировать невидимость на 3 часа»… и так далее. Максимально можно было активировать на 6 часов, и эти способности тоже можно было использовать только один раз за 24 часа. Я взял шестичасовой сеанс и тут же сделался невидимым. Что удобно, вместе со всей одеждой и всеми предметами, которые находились при мне.

Потом я взял в руки (невидимые руки!) свой телефон. Он почему-то тоже пришёл в норму — уже не глючил и не тормозил, — и я отправил нас с Луной к западному крестику. Край города оказался заброшенным частным сектором — из тех, которые впоследствии застраивают огромными человейниками и благородно называют «спальным районом». Сейчас же тут было пусто и глухо: покосившиеся деревянные избы смотрели на нас провалами окон, похожими на глазницы скелетов. И даже полуденное солнце, заливающее всё вокруг ярким светом, не спасало от жутковатого ощущения безлюдности. Я был невидим, но мне всё равно стало не по себе.

Впрочем, Луна не могла стать невидимкой, поэтому вскоре её обнаружили.

— Смотри! Это же кошка у последнего Путешественника! — услышал я из-за забора.

— Давай убьём её!

«Охотник на Путешественников 6».

И они вылезли — два крепких человека в чёрном. Луна не была неуязвимой, поэтому я встал между ней и ими, а они выстрелили. Пуля отскочила от меня, как от камня, и полетела обратно, чуть не прикончив кого-то из них.

— Что за чертовщина?!

Они выстрелили ещё, а пуля снова отскочила, на этот раз ранив одного из них. Я достал красный телефон и нажал кнопку — их там было всего две «Призвать демонов» и «Отпустить демонов». Передо мной тут же появилось два высоких краснокожих демонов, и они побежали прямо к Охотникам.

— Она тут не одна! — догадался один из Охотников.

— Он забрал невидимость Плута! — ахнул второй, и они припустили прочь. Но демоны двигались заметно быстрее, и вскоре я услышал крики и получил сообщения: «Охотник на Путешественников 4 уничтожен», «Охотник на Путешественников 6 уничтожен».

— А ну покажись! — крикнули с другой стороны, и Луна с мяуканьем спряталась за меня. По ногам вновь прилетела пуля — и снова отскочила.

Ко мне вдоль забора шла парочка: мой бывший одноклассник Синеглазка и его друг Малыш Ник. Выглядели они не очень уверенно, хотя изо всех сил делали вид, что преимущество на их стороне. Мои демоны вернулись и встали рядом со мной, скалясь на оставшихся Охотников.

— Сразись с нами один, как мужчина! Чего ты прячешься? — крикнул Синеглазка, когда они остановились метрах в пятидесяти от меня.

Действительно, чего это я… Пусть посмотрят мне в глаза напоследок. Я достал белый телефон, отменил невидимость и отбросил его в сторону. Луна юркнула за забор и скрылась в кустах от греха подальше, но Охотники не обратили на неё внимания. А стоило бы… Ведь Луна была моей слабостью, без неё я бы тут же проиграл.

— И чего ты такой живучий, Крыс? — прошипел Синеглазка, наставив на меня пистолет. —Тебе сказочно везёт, не так ли?

Ты очень даже прав. Не знаю, рад ли я этому.

— Ещё и неуязвимость забрал, — заметил Малыш Ник. — Нам с ним не справиться.

— Ну чего ты, убирай неуязвимость, будь мужиком! — крикнул Синеглазка.

Но быть мужиком — одно дело, а дураком — совсем другое, поэтому я приказал своим демонам:

— Убейте их, — и демоны сорвались с места так стремительно, будто только этого и ждали.

Охотники пытались стрелять, да, они истратили на них все патроны, но демоны оказались толстокожими. В конце концов, Охотники пустились наутёк, и я услышал вопль Синеглазки:

— Ты пожалеешь, Крыс! Я найду тебя в реальном мире, и ты за всё поплатишься!

Потом его крик оборвался: «Охотник на Путешественников 1 уничтожен». Так тебе и надо! И нечего перекладывать на меня ответственность за свою детскую травму! Так и сказал бы, что завидовал мне… вместо того, чтобы скрежетать зубами и мстить непонятно за что.

«Охотник на Путешественников 3 уничтожен». Ну вот и всё, все уничтожены. Все, кроме меня. Я отпустил демонов и позвал Луну:

— Пошли, найдём этот тайник.

Глава 17

Мы обнаружили тайник в конце улицы, внутри заросшего полуразрушенного дома. Луна бросилась к стене, где тут же появилась зелёная замочная скважина. Я на всякий случай приготовил телепорт, и Луна коснулась этой замочной скважины…

Скважина окрасилась в ослепительно белый свет и растаяла в воздухе. В стене появилась маленькая дверца со светящейся ручкой. Мы с Луной переглянулись. Нашли.

«Артефакт — зло, которое находить не следует…»

Артефакт, который уничтожит этот мир.

Сомневался ли я? Чуть-чуть. Совсем капельку.

Я обхватил ручку и повернул её. Дверца открылась, и мы увидели внутри чёрный свёрток. Я бережно взял его в руки и развернул. В мою ладонь выпала изумрудная брошь, выполненная в виде четырёхлистного клевера. Зелёные грани сверкали в лучах солнца и яркими зайчиками скакали по потолку.

Удача.

— Мы победили? — шёпотом спросила Луна, глядя на меня.

— Наверное, — отозвался я… а потом земля разверзлась под нашими ногами, и мы полетели вниз, во тьму.

…Я боялся, что нас снова унесло в канализацию, но это было не так. Я попал в прохладную квадратную комнату, выполненную в тёмных тонах. Чёрный пол, серые стены, серый потолок. По периметру расположились сиденья ярко-салатового цвета, и сейчас на них сидели Путешественники.

Вот Валькирия рядом с Тренером, они что-то обсуждают. Вот Ловелас переговаривается с Оратором. А вот Плут ходит взад-вперёд перед ними и не находит себе места. Они чистые и опрятные, целые и невредимые, словно не прошли через несколько миров и не подрались друг с другом в последнем. Я тоже вдруг понял, что все мои раны исцелились, а одежда очистилась и разгладилась.

Когда появился я, Путешественники тут же вскочили. Все, кроме Плута, который стремительно бросился ко мне и схватил меня за грудки:

— Ты, паразит!..

— Извини, — только и смог вымолвить я, сжимая брошь в кулаке, чтобы они не увидели.

— Плут, перестань, — мягко попросил Оратор, появляясь рядом с нами. — Оставь Крыса в покое, соревнование закончилось.

Плут кивнул и отпустил меня. Вздохнул-выдохнул воздух, затем хлопнул меня по плечу и отошёл. Оратор взглянул мне в глаза, улыбнулся, а затем провозгласил для всех:

— Поприветствуем победителя соревнования!

Никто, конечно, не захлопал, все лишь взглянули на меня с вымученными улыбками. Впрочем, потом ко мне подошёл Тренер и от всей души пожал руку. Валькирия обняла меня, но как-то рассеянно, а Ловелас лишь кивнул издалека. Я понимал их озабоченность: у меня удача, значит, у них неудача. Мой выигрыш — их проигрыш.

Я незаметно сунул брошь в карман, не зная, чего ждать от этого места. Что мы тут делаем? Почему в этой комнате нет окон и дверей? А вдруг тут состоится последняя (точно самая последняя!) битва, в которой победителем будет считаться обладатель изумрудного клевера? Зная Систему и её любовь к сюрпризам — запросто.

И тут я увидел Луну в сторонке. Она сидела возле стены и сливалась с ней своей чёрной шерстью. Это оказалось странным, учитывая, что у других Путешественников фамильяров сейчас не было. Впрочем, может быть, это потому что мы с Луной выиграли. Я подошёл к ней и неловко встал подле неё.

— Твоя кошка здесь… — пробормотал Оратор.

— Она не моя, — отозвался я и открыл было рот, чтобы пояснить свою мысль, но на стене напротив появились зелёные буквы:

«Победитель межмирового соревнования: Путешественник 6. Награда: удача до конца жизни.

Проигравшие: Путешественник 1, Путешественник 2, Путешественник 3, Путешественник 4 и Путешественник 5. Наказание: неудача до конца жизни».

Я вышел вперёд и крикнул в пустоту:

— Подожди, Система! Могу я поговорить с тобой?

Остальные уставились на меня, как на дурака, да я и сам чувствовал себя глупо. Ранее, когда я думал об этом — поговорить с Системой, попробовать её убедить не «награждать» других неудачей, — это казалось разумным и вполне себе реальным. Сейчас же я сомневался, можно ли вести осмысленные переговоры с Системой. Как сказал Плут, это может быть и гигантский компьютер, и целая планета, и что-то вовсе нематериальное, как мысль.

— Меня не устраивает моя награда! — совсем уж нахально добавил я и поднял руку с брошью-клевером. — Я хочу кое-что другое.

— Крыс, что ты делаешь? — шёпотом спросила Валькирия.

— Дурак, что ли? — тоже тихо спросил Плут. — Брал бы удачу и валил отсюда…

Остальные просто застыли в ожидании обратной связи.

Буквы на стене погасли, затем появились другие:

«Путешественник 6, пройди в дверь 1.

Путешественник 1, Путешественник 2, Путешественник 3, Путешественник 4 и Путешественник 5, пройдите в дверь 2.

Тут ваши пути расходятся, и вы отправляетесь в исходный мир. Спасибо, что участвовали в межмировом соревновании!»

Система как будто не услышала меня… Ну что ж, надеюсь, за дверью 1 будет ещё один шанс поговорить… Я огляделся и увидел, что салатовые сиденья, растянутые по периметру комнаты, исчезли. Теперь в одной стене появилась светящаяся зелёная дверь с номером 1, а напротив неё — другая зелёная дверь с номером 2.

— Что ж, ребята, был рад с каждым из вас познакомиться, — сказал Тренер, пожимая руки. — Лично я хорошо отдохнул. С Валькирией мы увидимся в своём мире, с другими, надеюсь, тоже.

— Ну, Оратора будет несложно найти, — рассмеялась Валькирия, обнимая Оратора. — Блогер, ещё и с сиреневыми волосами.

— Ловелас, иди сюда, — они втащили в свою прощающуюся кучку и Ловеласа, который стоял в сторонке, не зная, куда себя деть.

— С тобой я надеюсь как-нибудь сходить в поход, — прогудел Тренер, хлопая его по спине. — Вы бы видели, как он круто ориентируется в лесу…

Ловелас зарделся.

— Плут, я обещала с тобой встретиться, и мы встретимся, — Валькирия нашла и Плута, заключила его в короткие объятия.

— Вообще нам бы не потеряться, — заметил Оратор поверх их голосов. — Надеюсь, нам не отшибёт память, когда вернёмся в свой мир.

Я смотрел на них и чувствовал себя чужим. Система словно прочертила между нами линию: они на той стороне, я — на этой. Поэтому обо мне они вспомнили в последнюю очередь:

— Крыс, а ты чего? Давай, подгребай к нам!

Я пожал все руки, обнялся с Валькирией и ощутил вдруг, что наш поцелуй был ошибкой. Да, она мне нравилась, очень, но я не видел нас вместе в исходном мире. Куда лучше ей бы подошёл Тренер… или даже Плут. А остальные? Мог ли я запросто увидеться с ними в исходном мире, позвать Оратора на кружечку пива, пойти в поход вместе с Ловеласом и Тренером? Мог ли я, встретив Плута на улице, остановиться и болтать с ним целый час? Я не знал ответа на эти вопросы.

И вот, все слова были сказаны, все улыбки розданы, и Путешественники вереницей потянулись к двери 2. Когда они её открыли, тёмная комната окрасилась полосой солнечного света, и они гуськом потянулись в этот светлый прямоугольник. Оратор бросил на меня последний взгляд, озорно подмигнул, и дверь за ним закрылась, вновь погрузив комнату во тьму. Дверь 2 исчезла.

— Ну что… думаю, и нам пора? — спросила Луна, вставая.

А я смотрел на стену, в которой только что была дверь 2, и размышлял: мог ли я пойти вместе с ними. А если бы мог, то получил бы я неудачу? А если бы они пошли со мной в дверь 1, мы бы получили удачу? Глупо, как глупо… Система не стала бы так глупить.

Я кивнул и подошёл к двери 1. Повернул ручку и надавил… вот только за моей дверью не светило солнце, а океаном переливался зелёный свет — тот, который теперь напрочь ассоциировался у меня с Системой. Салатовый, ярко-зелёный — всё это её.

Я посмотрел на Луну:

— Надеюсь, ты вернёшься в свой мир, и там всё будет хорошо.

Луна замешкалась:

— Подожди, Крыс. Я не была честна с тобой.

— Это я понял. Но не понял, где и в чём.

— Я… на самом деле, я не родилась в фэнтези-мире, — пробормотала она. — Я перебралась туда, потому что там хорошо. А выросла я в твоём мире.

— Ч-что? — удивился я. — И почему ты об этом лгала?

— Ты встретил меня в фэнтези-мире и радовался, как ребёнок. Я не хотела тебя разочаровывать тем, что я… совершенно обычная кошка. Меня выбросили вместе с моими братьями и сёстрами в закоулок, и я единственная выжила в этом кошмаре. Потом я долго жила возле мусорки, где питалась объедками от кафешек.

Да, я помнил её странную оговорочку про кафешки.

— И что же потом? — спросил я. — Ты ведь говорящая. И ты, в конце концов, оказалась в фэнтези-мире… и твоя хозяйка Мерина…

— Я думаю, об этом ты узнаешь за дверью, — прошептала Луна. — Прости меня, Крыс. За мою ложь.

И она первая проскользнула в дверь. Я в смятении — за ней…

…и мы оказались в зале, потолок которого уходил высоко-высоко, а наверху состоял, казалось, из волн, которые смыкались над нашими головами, создавая впечатление, словно мы находимся под толщей океана. Зелёный свет скакал по чёрному мраморному полу, словно сверкающие рыбки.

Впереди стоял трон, а на троне кто-то сидел. Мы пошли к нему, и я очень надеялся, что этот кто-то поможет мне решить вопрос с моей наградой и ответит на мои вопросы.

Когда я приблизился, то вдруг узнал сидящего на троне. Скелет, закутанный в фиолетовую мантию и глядящий на меня светящимися синими глазницами. Он нетерпеливо пощёлкивал костяными пальцами и с любопытством наклонил голову, как собака. Какого чёрта?!

— А ты что тут делаешь? — вырвалось у меня.

— Ты не рад мне, Крысик? — изобразил печаль некромант Умник. — Нисколечко не рад, да?

— Я думал, я встречусь с Системой… — в сердцах отозвался я. — А тут ты.

— Сболтнул глупость, хи-хи! Подумай ещё разок, Крыс. Ты же умный мальчик, я знаю.

Я ошарашенно уставился на него. Помотал головой в неверии. И снова воззрился на него во все глаза:

— Ты… ты и есть Система?

— Бинго! — возопил Умник. — Прямо в яблочко! Вот за это я тебя и люблю, да-да, люблю всеми фибрами души, дорогой мой Крысик!

Я застыл с открытым ртом. Умник был Путешественником — таким же, как я, — а потом решил померяться силой с Системой. Он так и написал в своей записке: «Я делаю вид, что соревнуюсь с другими. На самом деле, я соревнуюсь с Системой. Я собираюсь узнать, что она такое и почему она сделала нас Путешественниками». Но впоследствии я решил, что у него ничего не получилось… что Система, конечно же, его переиграла, а в отместку свела с ума и превратила в некроманта.

Система — холодная, расчётливая и компьютерная — не вязалась у меня с этим некромантом — сумасшедшим, импульсивным, вечно хихикающим.

— Подожди… но ты ведь Умник, — беспомощно произнёс я.

— Да-да, я Умник, а ещё я некромант и Система, — ухмыльнулся Умник.

Я помотал головой: у меня ничего не сходилось.

— Если ты Система, зачем ты мне помогал? Зачем пытался сделать меня победителем?

— Я же много раз говорил: мы с тобой похожи, да-да, очень похожи! Для меня выгоднее всего, если выиграешь ты! Хотя, признаться, какое-то время я выбирал между Тренером и Оратором. Толковые ребята, да! А в последнем мире меня приятно поразил Плут, такой плохой мальчик, очень-очень плохой — то, что нужно для меня, ха-ха! — Он вмиг посерьезнел, словно нажали кнопку. — Но выбрал я всё-таки тебя, это правда.

Я ощутил себя уязвлённым и недостойным приза:

— Любой Путешественник был достоин удачи… а ты подтасовал результаты.

— Да, кстати об этом, — Умник сложил костяные пальцы домиком. — Я слышал, ты недоволен своей наградой и хочешь поговорить. Так о чём?

— Я хочу, чтобы остальные Путешественники вернулись в исходный мир без неудачи, — сказал я и протянул к нему руку с четырёхлистником. — Взамен я могу отдать тебе удачу обратно, мне она не нужна.

Умник щёлкнул пальцами и ухмыльнулся:

— Ты что у нас, благородный? Но ты ведь не хочешь, верно? Не хочешь, хи-хи, отдавать удачу, которую полностью заслужил?

В том-то и дело, что не заслужил…

— Подумай о жизни, в которой тебе всегда везёт, — предложил Умник. — Жизнь, в которой тебя всегда несёт попутным ветром. Блистательная карьера, хороший дом, классная машина, красивая жена, которая тебя уважает. Хи-хи-хи, представляешь, да?

— Это всё здорово, конечно, но мне не хочется, чтобы другие Путешественники стали неудачниками…

— Такова цена, Крысик. Откуда, думаешь, берётся удача? Она забирается у других, ха-ха!

Я отшатнулся. Я, конечно, догадывался об этом, но узнать наверняка оказалось гораздо больнее. Я точно не хотел жить в достатке, зная, что забрал его у других. Зная, что они мучаются от неудач, которые предназначались мне…

— Я на это не согласен, — прохрипел я.

— Что это за всплеск дурацкого благородства? И ты думаешь, что ты крутой, раз сейчас отказываешься от удачи, думаешь, альтруизм выглядит круто? Хе-хе-хе, как бы не так! Каждый Путешественник выбирает то же, что и ты, да-да, Крысик, то же самое! Вас будто на одном заводе выпускают… Ты нисколько не уникален, ха-ха-ха!

Я хмыкнул и повёл плечом:

— А ты, стало быть, выбрал удачу? А если да, то почему ты сейчас здесь?

— А тут мы, дорогой мой Крысик, славный ты добрый мальчик, переходим к другой более интересной теме, — Умник забрался на свой трон с ногами и принялся раскачиваться, с любопытством глядя на меня. — Вопрос тут в том, хочешь ли ты вернуться домой? По-моему, не очень-то хочешь, я ведь знаю, я всё про тебя знаю! А вот остальные Путешественники ещё как хотят… Я ведь выбирал между Тренером и Оратором, но у первого компания, а у второго — жена. Плут был вполне неплох в последнем мире, но он всё-таки ещё может как-то прижиться и, главное, хочет этого — ради своей матери, царствие ей небесное! Валькирия? Хороша чертовка, но нет, нет уж, спасибо, слишком она меня пугает, женщины в принципе пугающие, хи-хи, не находишь? Да и осточертели ей все эти испытания… А Ловеласу я уже предлагал остаться, но он твёрдо выбрал свою семью и — не знаю, заметил ли ты — в последнем мире даже ни к кому не подкатывал, хи-хи-хи!

Лавина информации хлынула в мои уши не хуже водопада из суперсилы стихий. Я помотал головой, чтобы вытряхнуть лишнее, и вернул его к сути:

— Ты предлагаешь мне остаться?

— Ну конечно, конечно, Крысик, чего ещё мне предлагать?! Брось ты эту удачу, что она по сравнению с тем, чтобы остаться тут и шататься между мирами?

— Но… что я буду тут делать? — я огляделся по сторонам.

Умник длинно вздохнул и погрозил мне пальцем:

— Я уже немножко жалею, что выбрал тебя… да-да, хи-хи, жалею чуток, что ты столь несообразителен… Луна, может, хоть ты объяснишь ему?

Надо же, он обратился к Луне! Он знал её имя! Луна, доселе спокойно сидевшая в сторонке, привстала, выгнулась дугой, потягиваясь, и снова села. Затем посмотрела на меня и сказала:

— Высший Маг умирает, кожаный, и не может держать перегородки между мирами. Разве ты не видишь, что он разваливается на части?

— Не так уж я и плох, — обиделся Умник, и тут до меня дошло:

— Ты предлагаешь мне стать Системой?!

— О, ну не надо так орать, у меня голова сейчас разболится. Хотя, погодите, у меня же не может болеть голова, ха-ха-ха!

Но я продолжал смотреть на него безумными глазами, и он перестал хихикать:

— Да, Крысик. И по-моему, это было очевидно с самого начала, разве нет?

Офигеть! Стать Системой! Держать перегородки между мирами! Редактировать миры! Чёрт подери!..

— Я об этом говорила, кожаный, — мягко произнесла Луна. — Все миры, которые ты прошёл, созданы Высшим Магом или, по-вашему, Системой. Они — чистая иллюзия. Из них реален только один мир — исходный. Твой.

— Но твоя хозяйка… Мерина?..

— К сожалению, нет. Это иллюзии, созданные им, — и она мордой указала на Умника, который от возбуждения стал раскачиваться сильнее. Вот-вот вылетит со своего трона и ударится лбом о мраморный пол.

— Мерина? — услышал он знакомое имя. — Да-да, ну конечно! — И щёлкнул пальцами.

Она возникла за его троном — высокая, загорелая, в простом деревенском платье. Увидев меня, она улыбнулась и бросилась ко мне в объятия. Вдыхая травяной аромат её душистых волос, я машинально поглаживал её по гибкой спине, а сам вспоминал её слова, сказанные в апокалипсис-мире: «Никакого другого Нэля нет, есть только ты, мой Нэль». А ещё: «Высший Маг сделал меня специально для тебя. Он создал меня и прописал мою судьбу».

Нет! Нет-нет! Я чувствовал себя обведённым вокруг пальца. Многие Путешественники к концу соревнования стали поговаривать, что миры и всё вокруг — ненастоящее, но я им не верил, полагаясь на информацию, которая была им недоступна. На информацию от Луны, которую повстречал в горах фэнтези-мира…

Отстранившись от Мерины, я попятился и посмотрел на Луну:

— Но ты говорящая!

— Высший Маг дал мне способность думать и разговаривать по-человечески. Поэтому из обычной бездомной кошки я стала необычной… и мне всегда хотелось занять ещё более высокое место. Поэтому я увязалась за тобой в этом соревновании.

— Да, хи-хи, — встрял Умник. — Луна умеет быть настойчивой, ха-ха! Когда тебя выбрасывают на улицу котёнком, иначе и быть не может!

Бред, какой это всё бред! Я поочерёдно смотрел на них: на Луну, на Мерину, на Умника, который бешено раскачивался на своём троне. Зелёные переливы от потолка ложились на их силуэты, делая их призраками. Что же реально, а что — нет?

Выронив изумрудный клевер, я с силой потёр лицо и глаза. Мои веки были горячими, словно я болел лихорадкой. Когда я отнял руки от лица и посмотрел вокруг, ничего не исчезло: ни этот большой тёмный зал под океаном, ни некромант Умник, бывший Системой, ни Луна, глядящая на меня с сожалением, ни Мерина, в глазах которой горела надежда.

— Разбрасывается он! — фыркнул Умник. — Удачей разбрасывается, посмотрите на него, ха-ха-ха! А ведь шесть миров подряд только и делал, что гнался за ней…

Я посмотрел на сверкающий в океанских переливах изумруд у своих ног. Удача… Соревнование…

— Значит, всё это соревнование… оно было нужно, чтобы выбрать следующую Систему? Потому что ты умираешь?

— Да, да, примерно так, — согласился Умник. — Видишь ли, миры жрут очень много энергии! Да-да, очень много! А ты истощаешься… даже если взять во внимание, что получаешь всю мощь Системы, огромное количество сил, которые тратишь на поддержание порядка в мирах… ты смертный, а смертные довольно слабые существа. К сожалению, да. Я умираю, это так, хотя, хи-хи-хи, я прожил гораздо дольше любого смертного и мне не на что жаловаться!

— Но если все остальные миры ненастоящие, почему бы их не уничтожить? — спросил я. — Тогда и перегородки будут не нужны, и Система тоже.

Умник нахмурился:

— Самый умный, что ли? Ну ты, Крысик, ну хоть думай, что говоришь, хи-хи-хи! Нельзя уничтожить то, что уже создано. Можно только редактировать. Да и мы, знаешь ли, в ответе за то, что создали. Так что в твоём распоряжении будет шесть миров, а может, и больше, если захочешь, ха-ха-ха, предаться творчеству. Только не забывай про перегородки, это очень важно! Иначе вся нечисть хлынет в исходный мир… Я уже почти не справляюсь с ней, там столько дыр образовалось в исходный мир, да-да! А кроме того, ты подумал о Системе? Это ведь огромная, необъятная сила, которая может снести всё к чёртовой матери, ха-ха-ха! И её нужно кому-то держать в узде и растрачивать, иначе всем хана, знаешь ли, хи-хи-хи!

Так вот как всё это работает. Есть сила, которую мы называли Системой, и Умник сейчас ею управляет. С её помощью были созданы миры, и с её помощью можно создать ещё. А если эту силу не тратить, она бомбанёт на всю галактику.

Ну уж нет… Звучит как-то слишком мощно и очень ответственно. Я не буду Системой. Ни за что. Не хочу, правда, я этого не хочу. Нагнувшись, я подобрал изумрудный клевер.

— Ты умрёшь, если я откажусь? — спросил я. — Система умрёт?

— Ну почему же? Есть ещё столько вариантов, хи-хи! Не ты первый, не ты последний! Я могу снова собрать соревнование и набрать в него ещё более несчастных людей, чем ваша шестёрка. Таких, которые наверняка согласятся стать Системой.

— Набирай больше шести, — посоветовал я. — Выбор будет шире.

— Нет уж, хи-хи, спасибо, не хочу быть погребённым под парадоксом выбора. Большой выбор — не залог успеха, ведь выбирать из множества — дело утомительное.

Мерина коснулась моей руки и прошептала:

— Нэль, не уходи, пожалуйста…

Её ладонь согрела мою руку, и она казалась такой настоящей. Она не была похожа на иллюзию, и мольба в её серых глазах затронуло что-то внутри меня. Я сжал её ладонь на прощание, а потом отпустил.

— Значит, хи-хи, забираешь удачу и уходишь? — уточнил Умник.

— Да.

— Но если бы ты остался, никто из Путешественников не подхватил бы неудачу, — заметила Луна.

Моя решимость вновь порушилась от её слов, а потом я подумал о своём мире. Об офисной работе, о родителях, которые во мне разочаровались. Да, я мог бы всё поправить, если у меня будет удача. Мог бы, почему бы и нет? А с другой стороны, я буду до конца жизни корить себя за то, что отобрал у них удачу…

Из-за трона высунулся подросток с горящими алыми глазами, и я его тут же узнал. Моя тень. Я пятнадцать лет назад. Он обещал найти меня, если у меня ничего не выйдет. А теперь он стоял за троном и с усмешкой смотрел на меня, наверняка зная, какие муки выбора меня сейчас одолевают. А если, несмотря на удачу, я не смогу добиться успеха? Что, если я даже с удачей останусь тем же бесперспективным человеком, которого стыдятся собственные родители и у которого нет друзей? А кроме того, между мной и другими Путешественниками проляжет огромная пропасть, какая может возникнуть только между победителем и побеждёнными.

— Итак, выбирай, хи-хи-хи, — сказал Умник. — Первый вариант: ты уходишь в свой мир вместе с удачей, а твои друзья-Путешественники — с неудачей. Второй вариант: ты остаёшься и становишься Системой, а твои друзья-Путешественники живут без неудачи. Вот тебе двери.

Он щёлкнул пальцами, и за троном слева и справа возникли две двери с номерами 1 и 2. Я тупо уставился на них.

Первое: я хотел вернуться домой и наладить свою жизнь.

Второе: я хотел остаться и забыть о своей прежней серой жизни.

И всё-таки мне придётся выбрать что-то одно.

Глава 18

Путешественники

Они встретились в кафе в самом центре столицы и заняли круглый стол у окна. За окном открывался вид на большой зелёный парк, и по его тропинкам бродили люди, крохотные, как муравьи. Вечернее солнце полосами ложилось на деревья и сверкающие полы кафе, придавая внутреннему интерьеру уютный вид.

— Как же я рад, наконец, встретиться в реальности! — с улыбкой сказал Оратор, садясь спиной к окну. Его сиреневые волосы подсветило солнце, заставив их вспыхнуть синим пламенем. На любимом жёлтом свитшоте красовалась мультяшная белка.

— Да уж, я думал, мы никогда не соберёмся… — проворчал Плут, занимая место рядом с ним. Одетый в серый джинсовый костюм, он выглядел всё таким же подростком, несмотря на то, что ему исполнился тридцать один год. «Это всё веснушки», — подумала Валькирия, поглядев на него с теплотой.

Сама Валькирия уселась между Плутом и Тренером, и её светлые волосы упали на плечи. Она приоделась для встречи: надела платье и босоножки на каблуках. Взглянув на неё, Плут отметил, что она выглядит потрясающе. Впрочем, разве она не всегда так выглядела?

— Прошёл целый год, — заметил молчаливый Ловелас. Он остался таким же плечистым и жилистым и, при этом, значительно похорошел, сбросив несколько килограммов. А всё потому, что сразу же после межмирового путешествия он записался в спортзал, в который ходил теперь регулярно.

— Ты отлично выглядишь, Ловелас! Очень круто! — заметил Тренер, облачённый в деловой серый костюм.

Хотя Путешественники уже знали настоящие имена друг друга, они не могли обращаться друг к другу иначе.

— Он похож на главного героя какого-нибудь боевика, — вставил Оратор. — Правда ведь?

Ловелас смутился, а все остальные закивали. В этом крепком подтянутом парне и впрямь было что-то от сурового воина, который сражается с негодяями.

— Это всё твоё влияние, Тренер, — заметил Плут. — Через год он станет таким же шкафом, как ты!

Тренер остался польщённым.

Подошла официантка, приняла заказ. Слушая вполуха их разговоры, она подумала, что эти люди странные: называют друг друга «Ловелас», «Тренер», «Оратор», «Плут» и «Валькирия». И выглядят они слишком уж по-разному: вон солидный мужчина в дорогом костюме, а вон рыжеволосый парень в самых дешёвых джинсах. Непонятная, разношёрстная компания. И как с них чаевые брать?

— Жаль только, мы Крыса не нашли, — вздохнул Оратор. Лично он целый год только и делал, что искал его; даже на стримах обращался к нему, чтобы он ему написал. В результате приходила куча сообщений с никами типа «Крыс202424», но ни один из них не был тем самым Крысом, с которым они прошли шесть миров.

«Возможно, с ним что-то случилось», — подумала Валькирия. Она думала об этом уже не раз и не два: что-то с ним произошло, когда он вышел через другие двери. Может быть, его убили… кто эту Систему знает? А как иначе? Ведь Крыс обещал, что найдёт её, что они встретятся… А если он не выполнил своё обещание, значит, с ним что-то случилось. Думать о том, что он не связался с ней, потому что не захотел, было неприятно.

— С ним что-то случилось, — повторил мысли Валькирии Тренер. — Во-первых, никто из нас не пострадал от неудачи. Верно ведь?

Все закивали.

— Во-вторых, все мы помним, что случилось перед тем, как нас отправили домой. Он сказал, что его не устраивает его награда.

— Дурак он, — вставил Плут.

— Крыс обменял свою удачу на что-то другое, — предположил Оратор. — На то, чтобы мы ушли в свой мир без неудачи.

— Да… а вдруг Система наказывает за такие дерзости? — прошептала Валькирия. — Поэтому Крыс так и не отозвался.

Все замолкли. Конечно, за прошедший год они не раз и не два думали об этом. И эта загадка не давала им покоя. Куда делся шестой Путешественник?

Они немного поговорили на эту тему, но она скоро себя исчерпала, ведь ранее они только это и обсуждали. Потом разговор перетёк на изменения в их жизни, превратившись в настолько откровенный, какой могли вести только люди, многое пережившие вместе.

Оратор рассказал, что его жена даже не заметила его пропажи, потому что в исходном мире прошёл всего час, пока они путешествовали по шести мирам. Получилось так, что он очнулся у себя в комнате, выскочил на кухню и увидел её за плитой. Она очень удивилась, когда он бросился к ней, словно тысячу лет не видел, сжал её в объятиях, начал шептать всякие глупости. Он был так счастлив вернуться к ней! Что касается его блога, он твёрдо решил: ну и пусть всё это смешно и дико, ему это нравится. И никакой он не неудачник, раз занимается такой ерундой — зато люди смеются с его шуток, а смех, как водится, продлевает жизнь. Правда, за год он в своём блоге стал потихоньку говорить и на серьёзные темы помимо своих вечных шуточек, что только добавило ему аудитории.

Тренер, как и всегда, быстро освоился в ситуации и понял, что «пропал» он ненадолго. Впрочем, ему пришлось напрячься, чтобы вспомнить о своих текущих делах и ситуации в его компании, куда он вышел уже на следующий день. Но когда он вышел, никто даже не понял, что он не сосредоточен на бизнесе, некоторые только отметили, что его сдержанная агрессия исчезла из его взгляда и он стал мягче. Через полгода он поднял компанию ещё выше, хотя стал уделять ей куда меньше внимания, чем раньше — ведь за пределами офисных стен была и другая жизнь.

Валькирия вышла на работу спустя неделю, помня, что она взяла отпуск. Выходила на работу решительно, считая своего руководителя не таким всесильным, как до путешествия. А в коридоре она столкнулась с Тренером… и, конечно, он тепло её попривествовал, а она была очень рада его видеть. Когда она пришла в свой отдел, оказалось, что её руководителя уволили, а вместо него взяли другого — и он не приставал к ней, относился ко всем ровно и профессионально. За год Валькирия сумела показать себя хорошим специалистом, освоилась в компании и уходить оттуда не собиралась.

Плут поболтался немного тут и там, а потом нашёл себе работу в офисе небольшой компании — и ему понравилось, что здесь так мало правил и так много свободы. Тут же он встретил замечательных людей, которые из единомышленников вскоре стали его друзьями. Обычно после работы Плут шёл домой удовлетворённый и думал, поглядывая на небо: «У меня всё хорошо, мама. Надеюсь, и у тебя тоже».

Ловелас первым делом искренне, от всей души, попросил у своей жены прощения за то, что был таким чужим для неё все эти годы. Жена удивилась… и в ответ извинилась за то же самое. Ловелас принялся специально находить в ней то, что любил, а детям стал уделять куда больше внимания, чем раньше. Это не её дети, это их дети. Он записался в спортзал и занялся собой, постепенно превратившись в сильного мужчину, который теперь не казался ему жалким. Дети стали смотреть на него с уважением, а жена — с обожанием, а потом и она тоже записалась в спортзал. Глядя на её упорство и трудолюбие, Ловелас решил, что очень её любит — в тысячу раз сильнее, чем любую красотку из других миров.

А что Крыс? Они не знали… знали только одно: они вряд ли его ещё увидят.

Крыс

— Ну что, Луна, это твой любимый мир? — усмехнулся я, когда мы шагали по живописной полянке. Вдалеке голубели высокие горы, почти сливаясь с ослепительным небом. Деревушка скромно устроилась в низине, а рядом с ней, обмахиваясь от насекомых, паслись коровы.

— Самый любимый, — подчеркнула Луна, вдыхая запахи трав.

Я был облачён в коричневый дорожный плащ и опирался на палку, которая здорово помогала в движении по холмам.

— И чем тебе эта деревня не угодила? — вздохнула Луна. — Ведь здесь живёт моя хозяйка Мерина…

— Твоя фальшивая хозяйка, — вставил я. — Да брось, ты прекрасно знаешь, чем я собрался заниматься.

— Знаю. Редактировать.

Редактировать миры. Потихоньку-полегоньку, учась на своих ошибках и время от времени внимая Умнику, который регулярно ждал от меня отчёта о проделанной работе, я готовил созданные Системой миры для следующего соревнования — того, в котором выберу Путешественника, который впоследствии заменит меня. Но до этого ещё далеко, поэтому учёба у меня неторопливая и комфортная.

Система — необъятная сила, которая не может существовать без физического тела. Когда она окутывает тебя, ты чувствуешь небывалый, сверхъестественный прилив сил, а ещё знаний и умений. Ты чувствуешь, что можешь всё — и это правда.

Помимо силы я получил и воспоминания всех предыдущих Путешественников, ставших Системой. Какие только миры они не выдумывали и как только их не переделывали! А ещё я узнал, что у Умника в команде было четыре девчонки, и они его беспощадно задирали, считая его странным. Неудивительно, что после этого он взял в нашу команду одну только Валькирию.

Также я узнал, что перегородки между мирами и впрямь начали сыпаться: например, в тот час, что Путешественники отсутствовали в исходном мире, там появилось несколько дыр, в которые лезли чудовища. Люди страшно их испугались, но к счастью, никто не пострадал — я занял место за пультом Системы и всё поправил, в точности следуя указаниям Умника.

Впрочем, у моего теперешнего положения есть и минусы. Сила Системы и груз чужих воспоминаний слишком мощный, чтобы носить их с собой вечно, поэтому потихоньку мой организм износится и не сможет больше управлять силой так, как надо. Но до этого момента ещё далеко: я проживу дольше, чем любой обычный человек. Кажется, я добился того, о чём мечтал в детстве: стать кем-то значимым, кем-то успешным. Пятнадцатилетний «Я» может гордиться мной.

— Ты не жалеешь, правда? — спросила Луна уже который раз.

Я подумал о Путешественниках: как они там, наладили ли они свои жизни. Подумал о Валькирии: надеюсь, она меня не ждала, ведь я обещал ей встретиться… Подумал о том, что ждало бы меня по возращении: ипотека, обшарпанная квартира, офис — и передёрнул плечами.

— Нисколько, — отозвался я.

— Но ты мог бы неплохо устроиться со своей удачей, — заметила Луна, искоса поглядывая на меня.

— Мог бы, но теперь я здесь, — сказал я. — И ты тоже.

— Я давно хотела стать другом Высшего Мага…

— И ты это сделала, поставив на меня в этом мире, не так ли, хитрая ты кошка?

Луна зажмурилась и отвернулась, скрывая усмешку.

— Ну ладно, пошли, что ли, — сказал я и направился к деревушке. — Поредактируем немного.

Впереди был весь ослепительно яркий мир, полный возможностей — таким, каким мог быть только мир, созданный человеком из нашей серой реальности.