Сопряжение 3. Маверик

Глава 1

Это что за хрень?!

Я, конечно, ожидал любой подлянки от дорогого Франсуа, но с хера ли он решил сделать меня своим преемником?

Вместо ответа кто-то стреляет мне в лицо.

Типичная сраная Небраска. Они, что, не видят, тут люди задаются экзистенциальными вопросами?!

Пуля рикошетит от вспыхнувшего кинетического барьера и улетает под углом в небо.

С рыком дёрнув головой, нахожу грёбаного умника. Какое-то прыщавое чмо, лишённое половины зубов, вцепилось побелевшими пальцами в ветхий Калаш и судорожно давит на спусковой крючок.

Не успеваю вскинуть оружие, как сзади пролетает Драгана, а бестактный невежа разваливается на три дольки. Всё правильно. Уважай, сука, личное пространство.

Оглядываюсь, подмечая детали. Бой вошёл в фазу зачистки. Зэков осталось меньше дюжины. Их прижали к паре машин и методично выбивают прицельными выстрелами. На передовой орудует Тай, а на второй линии — Гидеон. Вот засранец! Выпорю!

Вытащив Серое Веретено, спокойно прицеливаюсь, ловлю висок блондинчика с парой пистолетов и жму на спусковой крючок. Винтовка вздрагивает, а голова противника разлетается перезрелой дыней.

Недобитки бросают оружие, вскинув руки.

— Сдаёмся! Мы сдаёмся! — орёт один из них.

Несколько защитников прекращают стрелять, чего нельзя сказать о Пульсарах. Те эффективно и без лишних эмоций добивают безоружных врагов. Возможно, у прежнего Егора ещё что-то шевельнулось бы в душе, но у Егеря, видевшего прибитые к стене женские и мужские тела в посёлке амишей, даже пульс не учащается. Сейчас не время для людей. Увы, выживают только монстры.

— Раненых к медикам! — ору я, перекрывая общий шум. — Мёртвых и экипировку не трогать! Трофеи будем разбирать позже. Выполнять!

Защитники форпоста торопливо разбредаются.

Закинув винтовку на плечо, ковыляю к своим союзникам. Гидеон раскраснелся, взмок с головы до ног. Глаза зыркают по сторонам в поисках новой угрозы. Тай меланхолично жуёт травинку, рассеянно смотря в сторону горизонта. Накомис быстрым шагом двигается со стороны форпоста, а за ней бежит довольный Ракета.

Все живы, все в порядке. Прямо камень с души падает.

— Егерь!! — орёт полицейская и прыгает на меня.

Успеваю поймать её, а потом стройные ноги обхватывают мою поясницу. Горячие податливые губы имеют солоноватый привкус. Целуется она самозабвенно и страстно, будто мы у меня в комнате. Как бы… сейчас не до того немного. Что это с ней?

Ответ приходит, когда я, скосив глаза, замечаю Драгану, застывшую с мечом наперевес в стороне. Ушастую окружает почти видимое статические электричество. Какой-то задумавшийся Пульсар случайно толкает её и тут же улетает прочь, брошенный через плечо одним слитным движением.

Хмм. Надо что-то делать с этими девицами. Эдак они меня до могилы доведут в попытке насолить конкурентке.

— Егерь, — сухо окликает меня Ваалис.

Аккуратно отцепляю от себя и опускаю Накомис.

Лидер пришельцев степенно шествует, сложив руки на ремне. Щупальца на голове плавно подрагивают, что, видимо, выдаёт хорошее настроение.

— Всё получилось, — искренне улыбаюсь я.

— Потому что я принимал участие в разработке плана, — отвечает Квазар.

— Смерть от ложной скромности тебе не грозит.

— Она не грозит никому из нас. Мы не умрём у себя в постелях, можешь мне поверить.

— Умеешь ты испортить настроение.

Ваалис игнорирует мои слова и продолжает:

— Я вижу, тебе удалось разобраться с предводителем второго форпоста. Он уничтожен в связи с гибелью лидера, или тот позаботился о преемнике?

— Тут такое дело… — тяжело вздыхаю. — Перед смертью этот говнюк спихнул свой форпост на меня.

Брови Накомис уезжают к кромке лба. Щупальца Ваалиса цепенеют.

— Я не предполагал, что подобный исход возможен. Он что-то сказал?

— Угу. Злорадствовал и бросил что-то вроде: «Теперь сам с ними разбирайся, это твои проблемы». Всё в таком духе.

— Ты действительно оказался в щекотливой ситуации. С одной стороны, будь уверен, Дом Архарц не простит тебе убийство их бойца. Поступить иначе значит расписаться в собственной слабости. Сделать подобное они не могут, когда к ним приковано внимание. Иначе их клан сожрут конкуренты.

«Внимание приковано»?..

— С другой стороны, будучи главой форпоста, ты являешься гарантом того, что союз со второй стороной всё ещё действует. Что они имеют право проживать на территории поселения. И, будучи предводителем, этот союз ты можешь разорвать. Нужно внимательно прочитать условия, зафиксированные Сопряжением.

Ваалис трёт скулу.

— Поэтому, на мой взгляд, на текущий момент тебе не грозит опасность, но сколько это продлится, предсказать невозможно. Когда завершится первый этап, перчатки будут сброшены, и ситуация станет действительно непредсказуемой.

— Когда завершится этот самый этап? Вы постоянно его упоминаете, но никакой конкретики.

— Это будет зависеть только от вас, — пожимает плечами Кваз. — Землян. Если бы все развивались так же быстро, как и ты, — он кивает, — второй этап начался бы ещё неделю назад.

Намёк на то, что условием наступления второго этапа является получение людьми какого-то рейтинга или ранга? Или одним из условий?

— По правде говоря, я не видел уже несколько Стадий, чтобы кто-нибудь повышал свой РБМ так же быстро. Уточню, своими силами, а не обирая других претендентов. Последним на моей памяти был… — отрывистый взгляд на Драгану. — Впрочем, не важно.

Муж Ушастой?

Средний рейтинг, если оглядеть сновавших туда-сюда жителей форпоста, составляет между 60-ю и 95-ю единицами. Имееется несколько уникумов, которые перевалили за 130 и уже подбираются к границе Войда, но таких пока мало. Люди, в массе своей, не стремятся убивать монстров круглыми сутками, как и лезть головой в петлю, что я делаю на регулярной основе. Поэтому у них и страдает скорость развития.

— Я прочту соглашение, заключённое между Самеди и Домом Архарц, после чего предлагаю обсудить наши дальнейшие шаги. Как минимум, следует навестить Фритаун, чтобы обчистить его на предмет наших законных трофеев, а также освободить пленников и предложить жителям переселиться в Уайтклэй.

— Прочти-прочти, а потом поговорим, — Ваалис резко меняет тему. — Нашу долю от трофеев в сегодняшней битве следует передать Хаску, тот разберётся, что с ней делать.

— Ладно.

Осьминожка разворачивается и делает шаг, когда я добавляю ему вслед:

— Ты же знаешь, что однажды тебе придётся раскрыть все карты и объяснить, что именно вы забыли в этой дыре. Я догадываюсь, но хочу услышать это от тебя.

Пришелец замирает, не говоря ни слова, наконец, уходит.

— Ох, чую, нам ещё аукнется эта подлянка от Самеди, — вздыхает Нако.

— Хм, возможно, я могу отказаться от поста лидера Фритауна? Надо бы посмотреть в интерфейсе. Как запасной вариант, если совсем припрёт.

— Н-да. Что будем делать с Ларри? — уточняет полицейская.

— Сегодня вечером я вышибу ему мозги на главной площади.

— Ты не шутишь, — вздрагивает девушка.

— Бывает и такое, представляешь?

— Это как-то совсем уж…

— Из-за него бандиты убили сколько человек? Семь, верно? Это только те, кого мы потеряли, пока я был на Испытании. Ещё неизвестно, во сколько жертв обошёлся нам этот штурм. Я озвучивал правила в самый первый день. Предательство города будет караться смертью. Или ты думала, я блефовал? Не собираюсь никого ставить в угол, чтобы подумали о своём поведении. Все взрослые люди, все отдают отчёт своим действиям.

— Тогда в чём отличие между нами и этими, — размашистый жест рукой.

— Они мертвы, — пожимаю плечами, — а мы ещё нет.

Накомис уходит в форпост, смотря под ноги. Натура полицейской восстаёт против творящего беззакония. Ей хочется порядка и стабильности, но всё, что у нас есть, это право сильного.

— Тай, нашёл своего суженого? Диего? Хосе? Или как там его?

В ответ тихий смешок. Мечник кивает и протягивает мне банку холодного пива. Это точно какая-то способность. Ступени S, не меньше.

— А ты, — навожу указательный палец на Гидеона, что пытается прикинуться ветошью, — попал.

Дружелюбная улыбка выползает на моё лицо.

— Э-э…

— Приказ был нарушен. Я сказал оттащить Ракету в форпост, а до этого не вылезать за стены.

— Но не мог же я…

— Не-не, никаких отговорок. Будем делать из тебя человека, который выполняет приказы, а не порет дикую горячку.

Мэтт сдувается и, шаркая, идёт к городу. Я подхожу к Самеди и наклоняюсь.

Содержит:

180 577 единиц арканы.

Способность «Астральная проекция».

Требует: Хладнокровие (C), Проницательность (C), Интуиция (C), Резонанс (C)

Активная

Расходует: 3 000 (1 605) единиц арканы в минуту

Ступень: С

Шанс отторжения: 61%

Позволяет вам создать свою астральную проекцию и направить её за пределы собственного тела, чтобы смотреть на мир, оставаясь в невидимости. Во время действия способности ваше тело находится в состоянии кататонии. В случае повреждения астральной проекции может серьёзно пострадать ваше физическое тело.

Собираю Экстрактором трофей и убираю в кольцо до лучших времён. Что-то во всём этом тексте пытается привлечь моё внимание, но мозги перегреты. Фокус размывается. Нужно будет разбираться, что за подарочек мне достался.

Из личных вещей на теле чернокожего только очередное Экстрамерное кольцо, с начинкой которого я буду возиться позже. Дальше брожу по площадке, собирая аркану с убитых в бою. Это приносит мне ещё 11 906 единиц. Процесс нудноватый, но не всё же коту масленица.

Хоть мне и хочется поскорее завалиться к себе в дом и начать просматривать сообщения, что выкатило мне Сопряжение после смерти Самеди. Позже. Вначале дело.

— Ты сегодня занят? — рядом бесшумно появляется Драгана, закончившая своё собственное обогащение.

— Хотела позвать меня на танцы? — ухмыляюсь.

— Можешь быть уверен, танцы дроккальфар тебе не понравятся, — в улыбке девушки слишком много клыков.

— А что такое? Там на баяне играют вместе с арфой?

— У нас действительно есть чудесный музыкальный инструмент под названием ворпалит, который изготавливают из костей и жил твоих заклятых врагов. Каждый уважающий себя Дом обязан иметь его у себя, а каждая дочь — уметь играть на нём.

— Эх, сейчас бы ворпалит слушать под пиво, а не вот это вот всё, — обвожу пальцем залитую кровью площадку.

Драгана смеётся, мелодично и очень по-девчачьи, на миг теряя ауру жестокой и опасной хищницы. Её смех нарушает звук сработавшего Трансивера. Я уже реально начинаю его ненавидеть.

«День добрый, Мистер Егерь, в связи с объявленным президентом особым военным положением до его отмены всем гражданским надлежит выполнять приказы армейского командования. Будучи единственным представителем армии США в округе, приказываю вам явиться на территорию военной базы Чадрон для прохождения дебрифинга. Бригадный генерал Конрад Данн».

Глава 2

Первое моё желание — отправить собеседника по известному маршруту и добавить в игнор-лист. Потому что, ну, сколько можно уже? Очередной человек с синдромом вахтёра что-то от меня требует. В беспрекословной манере приказывает, а я должен сразу метнуться это всё выполнять.

Вместо хамства проявляю невероятную выдержку и отвечаю более тактично:

«А спину тебе сгущёнкой не намазать, Конрад?»

Генерал долго обдумывает мой ответ. Возможно, ищет по словарям непонятные слова.

«Причём здесь сгущёнка?»

Ну так и есть.

«При том, что шансы, что я попрусь мазать спину тебе сгущёнкой настолько же астрономически малы, как и шансы, что я вообще поеду на вашу сраную базу после подобного захода с твоей стороны».

«Ты, кажется, не понимаешь, в каком положении находится наша страна. Военное положение было введено, чтобы обеспечить выживание гражданского населения. Критически важно, чтобы…»

Он печатает что-то ещё, но я перебиваю:

«Нет, это ты, кажется, не понимаешь, что вообще происходит. Больше двух недель от федеральных властей не было ни слуху, ни духу. Даже шериф с помощником сбежали. А теперь появляешься ты, весь из себя такой красивый, и решаешь построить «гражданских»? Не угадал. Брифинги тебе будут твои подчинённые проводить, они же пусть мечутся по первой команде. Ещё вопросы остались?»

Военный молчит, а Драгана изучает моё лицо. Похоже, на нём всё читается, как в открытой книге.

— Кто тебя так разозлил?

— Один авторитарный ушлёпок. Решил, понимаешь, в начальника поиграть.

— Предлагаю его убить, — с улыбкой пожимает плечами дрокк.

Я умиляюсь её кровожадности, но лишь потому, что наши мысли сходятся.

— В самое сердечко, красавица, в самое сердечко! — возвращаю ей улыбку.

Наконец, по экрану бежит новый текст.

«Мистер Егерь, это Конрад. С вами общался мой адъютант. Я попросил его вызвать вас для личной беседы. Ознакомившись с вашей перепиской, считаю, что вы неверно трактуете ситуацию. Цель нашей встречи — установить первый контакт. Поскольку коммуникации между населёнными пунктами были нарушены, мы очень слабо представляем, что сейчас происходит за пределами нашей непосредственной базы. У меня есть ряд вопросов, которые я хотел бы задать при встрече. Поэтому прошу вас пойти нам навстречу и прибыть на базу. Вашу безопасность и свободу я гарантирую лично».

Интересно, это, правда, был помощник, начавший бычить зазря, или генерал ловко сваливает на него собственный косяк и играет в хорошего полицейского?

«Как вы узнали обо мне?»

«Две недели назад мы получили сообщение из неизвестного источника, так называемого «Сопряжения», о том, что вы основали форпост неподалёку от нашей базы. Исходя из этого, был сделан вывод, что с вами находится группа выживших».

Вот, где мой позывной засветился. Поэтому и смогли написать мне через Трансивер. Конрад продолжает:

«А сегодня пришло новое сообщение о том, что вы возглавили ещё один форпост. Кроме того, мне вас рекомендовали, как человека неглупого и порядочного».

«Это кто такой доброхот?».

«Не принципиально».

Пытается зацепить мой интерес. Хитрец!

«Понятно. Я подумаю и дам вам знать».

«Хорошо. Если решите прибыть, я буду благодарен за любой провиант, который вы сможете захватить с собой. На базе в данный момент находится большое количество гражданских. Несмотря на наши запасы, с едой возникли определённые сложности».

«А в чём проблема? Убивайте монстров, собирайте аркану и покупайте рационы в Магазине».

«К сожалению, не всё так просто. Наша база находится в состоянии осады. Дайте мне знать, когда будете на подъезде, и мы пробьём для вас коридор».

Осады?..

«Я подумаю».

Повторяю я и гашу дисплей

— Судя по всему, мы его не убиваем? — хмыкает Драгана.

— Пусть пока поживёт. Отвечая на твой первоначальный вопрос, у меня найдётся время.

— Неужели? — притворно хлопает глазами дроккальфар. — Ты сможешь уделить внимание простому скромному Квазару?

— Если ты котлет нажаришь, я ещё и цветы принесу, — не могу удержаться от усмешки.

— Зачем мне ваши растения? — встряхивает головой она. — Это что-то значит?

— Ничего. Ни-че-го. Ко мне или к тебе? — я меняю тему.

— Ну-ну. Зайди ко мне через два часа. Модуль напротив мастерской Хаска.

— Хорошо. Захватить что-нибудь к чаю? — с улыбкой спрашиваю, вспомнив один старый анекдот.

Драгана фыркает и уходит.

К этому моменту раненых уже уволокли. Надеюсь, Мириам хватит сил, чтобы их откачать. Тоже вот проблема. В городе есть целительница, но её, как и многих других специалистов, надо развивать. А для этого требуется аркана. Как окончательно решим вопрос с жильём, придётся этим заняться.

Такаду я нахожу за беседой с прокурором. Тот слегка помят, но выглядит вполне здоровым.

— Где Ларри? — спрашиваю я у Бекшно.

— Его посадили под замок. Нужно будет что-то решить с ним.

— Я решу, не переживай. Старик, — перевожу взгляд на бывшего судью, — с трофеями сможешь разобраться? Всё собрать, чтобы не растащили, аккуратно перенести на склад, пересчитать и опознать. Всякий мусор в одну кучу, полезное — в другую…

— Яйца курицу не учат, — сварливо отзывается тот, потом выдыхает. — Сделаем, всё сделаем.

— Отлично. Тогда это на тебе. Нужно будет ещё долю Пульсаров выделить.

Следом ищу Зака. Ему повезло не поймать пулю в суматохе боя, и сейчас бывший военный устало курит, расположившись в кузове грузовика. Над ним возвышается станина пулемёта, из которого он знатно пострелял.

Я присаживаюсь и закуриваю.

Молчим. Только шипит сгорающий табак, пока дым кольцами вьётся ввысь.

— Весь мир сошёл с ума, — бормочет мужик. — Подобная заваруха не где-нибудь в другой стране или хотя бы на границе, а у самого дома. А дальше что?..

— Если повезёт, какое-нибудь новое дерьмо и стучащее от страха сердце.

— А если нет? — искоса смотрит на меня собеседник.

— А если не повезёт, мы все помрём и для нас этот спектакль закончится.

— Умеешь ты подбодрить, Егерь.

— Обращайся.

— Что хотел? — вздыхает он.

— Возникла вакансия. Ларри ушёл в неоплачиваемый постоянный отпуск. Возьмёшься?

Зак молчит и крутит сигарету в пальцах.

— Нет. Из меня дерьмовый администратор. Не люблю людей и ещё меньше — разбирать их проблемы. Обратись к Робин. Она в этом всём, как рыба в воде.

— Кто такая?

— Была школьной директрисой в Рашвилле, уволилась и последние годы торчала в Уайтклэй, занимаясь всякой всячиной.

— Хорошо. Спасибо за совет.

Поёжившись от холода, долбаная осень, я бреду к себе домой. Ракета не отстаёт, весело крутя хвостом. Вот у кого ноль сомнений, рефлексии и терзаний. Лишь бы кормили и гладили, а там всё как-нибудь само сложится.

Наскоро перекусив, отматываю сообщения в интерфейсе и начинаю читать.

Поединок завершён. Вы уничтожили противника. Ваш ранг повышается с Войда до Квазара. Функции Магазина расширены. Вы — седьмой человек на Земле, который повысил свой ранг. В качестве награды вы получаете право задать один вопрос. У вас есть три попытки.

Кручу в голове возможные вопросы, но большую часть из них я уже пробовал задавать, и Сопряжение ответило отказом. Потом мой взгляд упирается в Ракету и по наитию спрашиваю:

— Что является критерием для получения класса? Почему одни животные получают класс, как этот пёс, а другие — нет?

Для получения класса требуется минимальный уровень когнитивных способностей. Большая часть Земной фауны не проходит этот порог, однако некоторые представители животных видов соответствуют заданным условиям.

— Какие? — с любопытством, но без особой надежды уточняю я.

Шимпанзе, дельфины, слоны, собаки, крысы, кошки, вороны, свиньи и осьминоги.

Чем выше ранг, тем больше Сопряжение ведёт себя со мной, как с полноправным членом, а не досадной помехой.

Подтвердите готовность повысить ранг.

Хм, в прошлый раз это произошло автоматически. А что сейчас изменилось? Вытаскиваю и на всякий случай держу наготове аптечку, после чего соглашаюсь.

Вены набухают синевой арканы. Сердце стучит, как отбойный молоток. По телу пробегают волны искристой энергии. Чувствую себя песчинкой в водовороте космоса. Перед глазами плывут картины зарождающихся и взрывающихся звёзд. Солнечный ветер несёт меня туда, откуда берёт своё начало вселенная.

Не знаю, сколько времени проходит, пока видения не исчезают, а на их место не приходит ощущение шершавого и мокрого языка. Он елозит по моей щеке и виску под жалобный скулёж.

— Я в порядке, — скриплю пересохшим горлом.

Ракета гавкает.

— Тихо, голова раскалывается.

В ответ слышу пыхтение.

Я лежу на ковре там же, где и упал. Невероятно чёткое зрение охватывает всю комнату, включая нависшую надо мной собаку. Медленно сажусь, а потом и встаю.

Ощущения странные, словно моё тело… Да нет, оно действительно изменилось. Ногам тесновато в обуви. Грудину сдавливает кираса. А ещё поменялся угол обзора. Я стал ближе к потолку.

Возвышение прошло успешно. Открыты дополнительные параметры.

С интересом заглядываю в окно статуса и вижу семь новых строчек. Параметры разбиты на пары. Похоже, каждый из них получил по одной добавке.

Фокусирую взгляд на обновках.

Мощность — способность организма кратковременно превышать максимальный порог силы за счёт внутренних резервов путём их истощения.

То есть взрывная сила, насколько я понимаю.

Скорость — способность организма совершать быстрые движения.

Хоть что-то сформулировано просто.

Хладнокровие — способность организма сохранять выдержку и ясность мысли, а также справляться со стрессами.

Это так мило. Сопряжение заботится о том, чтобы я не испытывал лишних стрессов. Будет мне чай с ромашкой подавать и тёплый пледик?

Проницательность — способность организма быстро и верно определять сущность объектов и явлений.

Нихрена не понятно, чем это отличается от Интеллекта.

Регенерация — способность организма со временем восстанавливать повреждённые ткани и утерянные органы.

А я-то думал, что Ушастик-Джиендро регенерировал за счёт какой-то способности. По крайней мере, теперь не так обидно, что она не выпала.

Интуиция — способность организма проникать в смысл событий посредством единомоментного бессознательного вывода.

Интересно, если её прокачать достаточно сильно, я получу озарение, что танцевать горизонтальное танго сразу с двумя девушками — это опасно для жизни?

Интенсивность — способность организма быстро вырабатывать и расходовать аркану.

Любопытно, как это скажется на имеющихся способностях.

В целом, всё это выглядит в меру полезно. А ещё понятно, что цепануло моё подсознание при осмотре Астральной проекции. Параметры, которых у меня тогда не было.

Ладно. Теперь можно посмотреть, что там насобирал в своём Хранилище Самеди.

Глава 3

В кольце покойного Франсуа царит образцовый порядок. Вспоминая его тягу к микроменеджменту, не удивительно. Всё рассортировано и разнесено по разным углам окна интерфейса в зависимости от предназначения предмета, а внутри блоков этих ячеек распределено по редкости.

Первым я вытаскиваю одноручный топор[1] с белоснежной рукояткой, состоящей сплошь из острых граней. На обухе располагается короткое изогнутое лезвие. Прямо вижу, как оно входит в чей-то лоб.

Модифицированный Атарийский боевой топор

Модель: Лихой рубака

Аспект: Отсутствует

Ступень: D

Похоже, Самеди, кроме призраков, любил личный подход в работе с персоналом. Понимаю, так иногда проще донести свои мысли. Правда, меня слегка смущает название. Веет от него какой-то насмешкой. Словно оружие предназначалось атарийскому офисному планктону, слишком много возомнившему о собственных боевых навыках.

Впрочем, в руке трофей сидит надёжно, и, взмахнув им несколько раз для проформы, я с удовлетворением убираю его в своё кольцо. Отличная замена тому мечу с Ушастика. Топором всё же орудовать гораздо проще, чем клинком. Знай, руби себе.

Следом достаю огнестрел с плавными матово-чёрными обводами и складным прикладом. Достаточно короткий и лёгкий, почти пистолет-пулемёт, хотя Сопряжение классифицирует его иначе.

Модифицированный Гранзольский автомат

Модель: Близнец

Калибр: 10.2х87мм

Вид боепитания: магазин на 30 патронов

Ствол: 517 миллиметров

Масса: 3.21 килограмм

Эффективная дальность: 1 270 метров

Скорострельность: 900 выстрелов в минуту

Аксессуары: Отсутствуют

Применимые патроны: Ступени F/E/D

Аспект: Отсутствует

Ступень: D

Хорошая штука, жаль, пока пострелять не могу. Надеюсь, что только пока.

Забавный, конечно, товарищ этот Франсуа. Тащил всё себе, как настоящий Плюшкин. Он этот автомат на моей памяти даже не доставал. Так полагался на своих духов. В руках меткого стрелка от этой игрушки было бы больше проку, чем в сумке того черконожего дятла. Хотя, может, просто не мог взаимодействовать с материальными объектами в своей призрачной форме.

Это не единственный занимательный факт, который я узнаю, изучив Хранилище.

Меня удивляет отсутствие кинетического или любого иного щита. Самеди настолько уповал на собственную нематериальность? Нет, он всё-таки не был конченным идиотом. Возможно, эта способность как-то конфликтовала с барьером? Либо он сбоил, либо она?

Дальше нахожу полный комплект гаджетов: Трансивер, Картограф, Переводчик и Экстрактор. Все ступени D. А вот Сканера не вижу. Скорее всего, покойник имел Оценку. Подарок со стороны Дома Архарц? Его так же, как и меня, белые господа купили блестящими бусами?

Экстрактор, кстати, набит под завязку.

Элементальное насыщение

Требует: Ловкость (C), Интеллект (C), Резонанс (C), Интенсивность (C)

Активная

Расходует: 1 200 (642) единицы арканы

Ступень: С

Шанс отторжения: 48%

Позволяет вам насытить холодное оружие арканой, придавая ему стихийные свойства для двух следующих атак. Вы можете выбрать стихию из следующего перечня: огонь, лёд, ветер, электричество. Чем сильнее оружие, тем сильнее раскрывается потенциал этой способности.

Очень интересно, с кем столкнулся Франсуа, чтобы заграбастать себе подобную штуку. Это был монстр? Считаются ли когти и клыки холодным оружием? Столько вопросов и никаких ответов.

Что ж, у меня есть целых два потенциальных кандидата для этой способности, но один из них мне видится более удачным выбором. Всё же не стоит мешать работу с развлечениями. Надо только выяснить его дальнейшие планы, теперь и повод зайти появился.

Экстрамерное кольцо также содержит пяток аптечек ступени E и тройку ступени D. Надо бы выдать парочку Гидеону, чтоб было. Ещё бы Ракете повесить на ошейник. Жаль, у него нет больших пальцев, чтобы колоть их себе. Вдруг станет Квазом и получит их?

Мысленно потешаюсь, а сам проглядываю Хранилище дальше. Рационы, вода и патроны для автомата — десяток магазинов ступени E, три осколочные гранаты ступени E и одна уже знакомая кумулятивная ступени D, четыре мины того же типа, что использовал Джиендро. В принципе логика понятна. Если цель — обезопасить собственный сон, мины осколочные или фугасные ты ставить не будешь, по крайней мере, рядом с кроватью. А вот те, что направленно стреляют иглами — вполне.

На этом всё, хотя я бы не отказался от дорогостоящего транспорта. Машины или ещё одного мотоцикла. Однако Самеди явно не вылезал из Фритауна, обирая жителей и зэков на предмет арканы. Куда ему ездить?

Дальше я мог бы начать повышать параметры и способности, но для вдумчивой прокачки нужно время, а у меня сегодня ещё полно дел, включая приглашение на чай от Драганы. Придётся отложить до вечера.

Выбравшись из дома, иду по улицам в сопровождении Ракеты. Уайтклэй отходит от нападения, а его жители постепенно возвращаются к мирной жизни. Насколько это возможно в текущих условиях. Некоторые всё ещё напряжены, но больше не излучают дикий страх.

С интересом изучаю встреченных горожан, а те как-то странно на меня косятся. Загадка решается, когда мне навстречу попадается несколько ребятишек в сопровождении тётушки в глухом тёмном платье явно из амишей.

— Ого, какой большой дядя! — с придыханием выдаёт один шкет.

— Какой дядя, дурень?! — шипит на него Принцесса Единорогов. — Это Егерь!

— Выглядит, как Супермен! — не спускает с меня глаз малец.

Хочется перекреститься и быстрым шагом скрыться с улицы.

— Он круче! — уверенно заявляет Шелли. — Потому что Егерь настоящий!

Давлю улыбку, обгоняя ребятню, и через несколько минут заворачиваю на тренировочную площадку. Так и знал, что найду его здесь.

Тай снова выполняет комплекс движений, но сейчас, на мой взгляд, в них не хватает обычной грации и уверенности. Он перетекает из одной стойки в другую, но как-то скованно и неуклюже. В какой-то момент замирает в низком выпаде, но это больше выглядит, как момент задумчивости, чем осознанное решение. Тряхнув головой, Николай продолжает, а я окликаю его.

— Похоже, тебе не помешает выпить, — оглядев потерянную физиономию мечника, говорю я.

Тот пожимает плечами и тянется к карману куртки, завязанной за рукава на поясе. И как ему только не холодно? Ветер насквозь пробирает. На полпути рука Тая останавливается, и он с удивлением пялится на меня.

— Просто банку протеина нашёл, — отмахиваюсь я. — Ты как? Выглядишь не очень, если честно.

Николай обдумывает вопрос и медленно отвечает:

— Я исполнил клятву. Убийца отца получил по заслугам.

— Тогда почему я не вижу радости на твоём лице?

— Она была. Она есть. Просто я не знаю, что делать дальше. Эта миссия вела меня последние годы, а теперь я дошёл до конца дороги, и… дальше темнота.

— Разве это не у вас там: «У самурая нет цели, только путь» и всё такое?

— «А путь самурая — это смерть», — продолжает мечник.

— Полагаю, это путь всех нас в текущих условиях. Разница лишь в том, что успеем натворить перед тем, как повстречаем костлявую.

Тай оценивающе смотрит мне в глаза и медленно кивает.

— Возможно.

Он опускает взгляд, сосредоточившись на рукояти катаны, выдающейся вперёд у него на поясе, и продолжает:

— Одна клятва исполнена. Вторая — ещё нет. Я верну тебе долг и тогда смогу сам решать, что делать дальше. А до этого момента я буду твоим мечом.

Закончив этот нехарактерно длинный пассаж, Николай вытаскивает Универсальный сканер и на миг прикладывает к глазам. Удовлетворившись увиденным, прячет устройство.

— Меч — это хорошо, но я предпочёл бы друга, — замечаю в ответ на его обещание. — Иначе с кем буду пить эту кислятину.

Мой палец наводится на банку пива, возникшую из кармана его куртки. Собеседник мягко улыбается и снова кивает.

— Вот тебе мини-цель, старик. Докачаться, чтобы суметь пустить огонь по клинку. Звучит круто, как по мне. Хочу на это посмотреть.

Миг, и я протягиваю ему Экстрактор с Элементальным насыщением.

Тай возвращает Сканер на лицо и осматривает способность.

— Если начнёшь упираться и делать мне мозги, как обычно, будешь катаной чистить картошку до нового года.

Николай вздыхает и кивает с искренней благодарностью.

— Завтра у нас, скорее всего, будет одно дельце, мне потребуется твоя помощь.

— Ясно.

Кивнув ему, ухожу к следующему пункту из списка дел.

Найти эту женщину нелегко, в частности, потому что многие до сих пор не знают имена друг друга, но в итоге это мне удаётся. Робин, отрекомендованная Заком, ведёт урок для немногочисленных детей форпоста. Когда с математикой покончено, а мелкие убежали на отдых, захожу в небольшую комнату. Здесь ни типичных парт, ни столов, лишь пяток стульев. Как я понимаю, амиши своих отпрысков обучают самостоятельно.

— Егерь, да? — неуверенно тянет женщина.

Ей слегка за сорок, полноватая, волосы собраны в простой хвост, а на лице несколько родинок прямо над бровями. Это она засыпала меня вопросами на площади, когда я объявил себя шерифом. Не удивительно, сразу показалась мне очень активной.

— Угу.

— Что вы хотели? — с некоторой опаской спрашивает она.

— Хотел предложить вам работу.

— Работу? Но у меня есть работа, — она обводит рукой комнату. — Или на меня поступили жалобы?

— Нет, напротив, о вас отзывались очень хорошо.

— Кто, если не секрет?

— Зак.

— Закари Торнсайд, помню его, — после долгой паузы продолжает женщина. — Его сын учился у меня, пока не… — она обрывает себя.

— Пока не?..

— Несчастный случай, — отрывисто и чуть враждебно отвечает Робин. — Что вы хотели?

— Городу нужен администратор. Ларри покинул должность, сами понимаете.

— А что вы с ним сделаете?

— Я пришёл говорить не о Ларри. Нужен человек, который сможет взять текучку на себя. Зак сказал, что вы хорошо справляетесь с организацией процессов.

— Ещё бы, — ворчит бывшая директриса, — попробуйте проследить, чтобы несколько сотен маленьких дьяволят получили знания, были сыты и здоровы и попутно не переубивали друг друга.

— Итак, вам интересно попробовать себя?

— Да. У меня есть кое-какие идеи по возможным улучшениям. Не обижайтесь, но многие процессы сейчас построены неэффективно.

Хмыкнув, я прощаюсь и иду искать жилище Драганы. Не знаю, приняла она мои слова всерьёз, или это была хитрая тактика, чтобы выиграть у Накомис, но дроккальфар реально кормит меня. Вытаскивает из Хранилища какой-то незнакомый рацион, что одуряюще пахнет мясом. В общем, она активно зарабатывает очки.

Через несколько часов я выхожу из её дома сытый и расслабленный. Это благостное настроение портится от мысли о том, что мне предстоит совершить.

«Мужчина не жалуется. Мужчина берёт и делает. Понял, сопляк?»

Скрипнув зубами, гоню воспоминание прочь и отправляюсь искать камеру с коммерсантом.

[1]. Художник— Cody Freeman.

Глава 4

Ларри сидит там, где когда-то сидел покойный Артур. Есть в этом какая-то поэтическая справедливость. Ведь из-за этого пухлого предателя не стало нашего первого арестанта.

Глядя на потеющего от страха торговца, я думаю о том, что недотёпа Дикси, пытавшийся прикончить одного из Пульсаров, в итоге раскрылся с неожиданной стороны. Успел послать сигнал о помощи и прикрывал свой отряд, позволив хотя бы одному его члену — Заку — выжить. Порой люди гораздо многограннее, чем может покажется на первый взгляд.

— Мистер Егерь, — начинает блеять лавочник, дёргая руками, скованными в запястьях у него за спиной, — это просто огромное недоразумение.

— То есть, ты невиновен? — склонив голову на бок, спрашиваю я.

— ДА! — отчаянно трясёт головой Ларри.

— А с Самеди зачем переписывался?

— Только из самых лучших побуждений. Я хотел попытаться примирить обе группировки. Мне казалось, что я смогу убедить Мистера Дювалье прийти к какому-то компромиссу. А если нет, узнаю что-то полезное для нашего форпоста.

— То есть, ты играл роль двойного агента? Самеди считал, что ты шпионишь для него, но на самом-то деле ты радел о нашем благе? Почти Мата Хари, только танцуешь похуже?

Глаза собеседника на миг затуманиваются, но он активно кивает.

Я бью его ногой в живот. Без особого замаха, и всё же потный шарик складывается, сдавленно сипя.

— У меня есть другая теория, Ларри. Я почитал твою переписку, дружище, и выглядит она не очень. Во-первых, именно ты вышел на связь с врагом. Во-вторых, именно ты чётко и недвусмысленно сливал информацию о передвижениях наших людей. В-третьих, все эти комментарии о том, как тебя бесят «красножопые индейцы» в городе. Очень неполиткорректно, Ларри, — усмехаюсь, — очень. Думаю, поэтому ты и пошёл на предательство, разве нет?

Боров вскидывает лицо, и впервые проступает настоящий он. Без прикрас и масок. Не подхалим и льстец, а переполненная застарелой ненавистью, озлобленная и угрюмая мразь.

— Ты притащил в город всю эту оборванную шваль! — выплёвывает торгаш. — Всю эту вшивую сволочь, только и способную сидеть на дотациях! Они прожигали наши ресурсы тогда, делают это и сейчас!

Да, вот она, реальная причина. Поэтому он и открыл в Уайтклэй магазин, направленный на продажу алкоголя жителям резервации. Два в одном: и деньги, и возможность законно уничтожать ненавистных индейцев. Накомис была права, видя в спаивании своих сородичей злой умысел.

— Если я достану плюшевого мишку, покажешь на нём, где тебя трогал Джон Большое Копьё?

Глаза Ларри полыхают гневом и бессилием в равной мере.

— Ты пришёл издеваться? — цедит он.

— Нет. Тебя ждут твои пятнадцать минут славы.

Я хватаю его под локти и вздёргиваю на ноги. Мы неспешно идём по городу, давая жителям возможность собраться. Перед тем как заглянуть в камеру, я переговорил с Такадой, Кёртисом и Якобом. В отличие от прошлого городского вече, сегодняшнее целиком добровольное и не обязательное для посещения. Я и так уверен, что новости о нём услышат все жители форпоста.

Торгаш ещё что-то шипит мне в ухо, но мои мысли далеко, и все его слова улетают в темнеющее небо.

Нас уже ждут. На перекрёстке собрались около сорока человек и парочка пришельцев. Несколько горожан всё ещё перебинтованы, Мириам не всесильна, но в целом они выглядят здоровыми и сытыми. Есть в этом часть и моих заслуг, что радует.

На меня смотрят десятки пар глаз, выражая самые разные эмоции: интерес, страх, одобрение и равнодушие. Вижу Бекшно и Такаду, Зака и Робин, Накомис и Гидеона. Пастырь перебирает чётки в стороне. От амишей присутствует несколько человек, включая Исайю.

Протолкнув Ларри, делаю ещё несколько шагов и разворачиваю его лицом к толпе. Кто-то с шумом сплёвывает себе под ноги.

Начинаю говорить не очень громко, заставляя собравшихся прекратить болтовню и прислушаться.

— Сегодня утром нам удалось отбиться от тех, кто хотел уничтожить Уайтклэй, а выживших сделать рабами. В этом есть заслуга всех вас, — кто-то одобрительно гудит, — а также Пульсаров. Вот почему мы когда-то заключили с ними союз. Теперь вы видите, что это было не зря.

Несколько кивков в толпе.

— За прошедшую неделю несколько отрядов попали в засады. Семь человек было убито бандитами из Фритауна. Это стало возможным, потому что один из нас, — я встряхиваю Ларри за шкирку, как котёнка, — сливал информацию их лидеру.

— Это доказано? — выкрикивают из толпы.

— Да. В его Трансивере, это устройство для связи, осталась вся переписка. Могу показать её любому желающему.

Ларри ушёл в себя. Выглядит потерянным и жалким.

— Но это ты выбрал его своим помощником! — вопят из задних рядов.

Справедливый упрёк, к которому я не был готов.

— Да. Я дал ему шанс, а этот ублюдок подорвал оказанное доверие, обманул и меня, и всех остальных. Больше я такого не допущу.

— Что с ним будет? — спрашивает другой человек.

— Когда я объяснял правила, действующие в нашем форпосте «Весёлое солнышко», их слышали все. Забыли? Ну что ж, тогда я напомню. За тяжкие правонарушения: убийство или грабёж одного из жителей, предательство, изнасилование и так далее — единственное наказание — смерть.

Кто-то смотрит недоверчиво, считая, что я шучу, а иные с азартом. Недаром в Средние века казни пользовались такой популярностью у обычных людей. Хорошо, хоть сегодня никто не додумался притащить с собой детей.

Медленно вытаскиваю револьвер из кобуры, и, Ларри, наконец, отмирает. Оглядывается по сторонам и начинает частить:

— Это незаконно! Это тирания!..

— Нет, — равнодушно говорю я, — никаких последних слов, — и спускаю курок.

Под грохот выстрела черепная коробка предателя взрывается с влажным шлепком. Ноги покойника подламываются, и он падает боком на асфальт.

На перекрёстке стоит абсолютная тишина. Слышно, как льётся кровь, растекаясь по дороге. Осматриваю толпу, но многие отводят взгляды.

— Я не шутил. У нас есть правила, и вы будете их соблюдать.

Жители молчат, уставившись на остывающий труп. Перед моими глазами проплывает первая снежинка, предвестница наступающей зимы.

— На сегодня культурная программа окончена. Все свободны.

Переговариваясь, люди начинают расходиться, а я беру за ногу Ларри и тащу его прочь из города. Я наследил, мне и убирать.

Сбоку пристраивается Накомис и заговаривает:

— Можно было найти иной способ. Пускай сидел бы и дальше под замком.

— У нас ограничены ресурсы. С чего мы должны кормить его? Из человеколюбия? У меня, если не заметила, его нет. Кроме того, я нарушил бы собственные правила. А если их не соблюдаю я, почему должны другие? И, наконец, когда Карлос прикончил твоего напарника, ты искала всю эту шакалью стаю, чтобы убить без суда и следствия. А чего не арестовать? Вон, даже в меня стреляла, просто потому что приняла за одного из зэков.

Возможно, удар ниже пояса, но это правда.

Индианка хмурится и произносит:

— Общение с Драганой плохо на тебя влияет.

— Я никогда не пытался казаться лучше, чем я есть. Быть может, ты просто приняла меня за другого человека.

— Быть может.

Полицейская отстаёт, а я выбираюсь за пределы городских стен. Даже сейчас несколько Пульсаров несут здесь дежурство, поглядывая на темнеющие просторы.

Начинают пованивать пролежавшие весь день тела нападавших. Их оттащили подальше и на этом успокоились. Уверен, эта проблема решится за ночь сама по себе. А если кто-то из монстров решит заглянуть в форпост за десертом, ребята Ваалиса объяснят им, почему это плохая идея.

Оставив Ларри коченеть среди его товарищей по несчастью, плетусь домой. Мне предстоит небольшое внеклассное чтение и не менее увлекательное саморазвитие.

Грея в камине рацион, прихожу к мысли, что надо ставить модульный дом Сопряжения. Тогда смогу подключить его к коммуникациям, и у меня, наконец, появится электричество вместо свечей, горячая вода и тепло.

Усевшись с кружкой горячего кофе в руках на диван, вытягиваю ноги и медленно выдыхаю. Долгий день, в конце концов, подходит к завершению. Ракета забирается рядышком, подставляя лобастую голову. Ну правильно, если рука свободна, давай чеши, двуногий.

Договор, заключённый Самеди от лица Фритауна с Домом Архарц, перечитываю трижды, ища какой-либо подвох. По своей сути он весьма похож на тот, что я подписал с Пульсарами. Фритаун предоставляет пришельцам возможность проживания, а дрокки защищают его от любых атак. В отличие от наших союзников, ушастые не платят налоги. Кроме того, по завершении первого этапа они получают приоритет на право выкупа форпоста у его главы.

Путём изучения всех менюшек и высвечивающихся подсказок складывается следующая картинка. В течение тридцати шести часов я могу свободно отказаться от должности главы форпоста. В этом случае она перейдёт к назначенному мною преемнику, а при его отсутствии форпост будет уничтожен.

По истечении дедлайна в результате моего самоотвода должность будет передана выбранному мной преемнику, а при его отсутствии случайному жителю форпоста. Если же заблокировать эту функцию, в случае моей смерти или ухода с позиции главы, форпост будет разрушен.

Что значит уничтожение форпоста? Это не физическое стирание с карты, лишь утеря статуса защищённой зоны, где не могут появляться враждебные формы жизни. Вдобавок, на этом месте больше никогда нельзя будет создать форпост или город.

Исходя из всего этого массива информации, я могу сделать несколько выводов. Первое, вот почему Ваалис поначалу так беспокоился о моей сохранности и приставил ко мне Бранои. Я не назначал преемника, а он не хотел, чтобы из-за моей смерти по глупости исчез форпост. Телохранитель перестал за мной ходить, как раз примерно, когда истекло полтора дня с момента основания форпоста.

Второе, несмотря на то, что оба форпоста управляются мной, союз между ними не был автоматически заключён. Это можно сделать, я даже вижу подобную опцию в меню управления, но спешить не хочу. Надо бы обговорить детали с Ваалисом.

Третье, переход главенства к случайному жителю в контексте Фритауна значит вполне реальный шанс для Дома Архарц получить эту заветную должность. Тогда у них появится и юридическое право управлять форпостом, и реальная власть, которая сейчас ограничена рамками договора.

Четвёртое, если я откажусь от должности главы Фритауна, тот форпост будет уничтожен. А там до сих пор проживает большое количество людей. Точное число неизвестно, но подозреваю, что за сотню легко. С потерей статуса защищённой зоны все они превратятся в ужин для появляющихся монстров. Ещё и ушастые мрази лишатся обязанности защищать горожан.

Пятое, в этом и кроется подлянка, подготовленная для меня Самеди. Если захочу умыть руки, Дом Архарц может получить полное право управлять Фритауном. Если уничтожу форпост, пострадают обычные люди.

Если расторгнуть договор и изгнать пришельцев… Что произойдёт в этом случае со мной? Не знаю. Придётся спрашивать у Ваалиса. Допустим, что ничего. Тогда появляется иная проблема, враг срывается с насиженного места. Мы теряем возможность следить за ним и вынуждены готовиться к внезапному удару, который, несомненно, однажды последует. Ушастики не из тех, кто прощает или забывает. Прямо, как я. Казалось бы, мы должны были поладить на почве такой общности характеров.

Если перевезти всех жителей Фритауна-Рашвилла в Уайтклэй, начнётся полная задница с их размещением. Пока мы не можем себе позволить построить три-четыре десятка домов Сопряжения одним махом.

В общем, как и при игре в сапёра, двигаться надо аккуратно, чтобы не взлететь на воздух.

Всё это крючкотворство наполняет меня глухим раздражением. Тут нужен Мастер-Юрист с золотым классом и рангом Суперновы, чтобы разобраться в этом нагромождении хитрых условий и ограничений.

Поэтому я решаю переключиться на куда менее затратное по умственным усилиям занятие — повышать собственные параметры. В первую очередь, конечно, добить пятые звёзды для уже имеющихся. На это уходит 76 640 единиц арканы и чуть больше часа.

Шесть раз я задерживаю дыхание, но получаю разочаровывающий пшик, но единожды мне всё же везёт.

Ваш параметр Восприятия повысил свою ступень с D до C.

Вы — первый человек на Земле, который пробил предел этого параметра. В качестве награды вы получаете случайную способность на основе Восприятия.

В шаге от меня появляется светящийся контур в форме круга, который быстро трансформируется в привычный металлический диск. От него исходит фиолетовое свечение.

Манок

Требует: Интеллект (C), Восприятие (C)

Активная

Расходует: 900 (450) единиц арканы

Ступень: С

Позволяет вам издать резкий пронзительный свист из видимой точки в пределах 55-и метров, способный привлечь внимание противника. Этот звук особенно эффективен против существ с острым слухом. Вы можете регулировать диапазон и громкость манка. Звук свистка также можно изменить, чтобы он имитировал крики определённых существ. Способность приобретает слабый псионический аспект, усиливающий её притягательность.

Честно говоря, вначале я мрачнею, читая описание способности, но после продолжительной паузы смотрю на неё совсем другими глазами. Если я правильно понимаю, из Манка выйдет отличный способ отвлечь противника. Пускай я нихрена не ниндзя, это всё равно может пригодиться. Вдобавок надо тестировать максимальную громкость. Возможно, её получится задрать до реально болезненных величин. Тогда в бою это послужит очень неприятным сюрпризом. Да и с имитацией чужих криков надо разбираться. Там речь только о вопле ксарида или, допустим, получится скопировать речь Вальторы?

Дальше берусь за семь новых характеристик. Они требуют смешные 16 047 единиц арканы и 3 часа, чтобы улучшиться до ступени E. Увы, кто-то обогнал меня, больше никаких даров от Сопряжения.

Проверить почти все новинки проблематично, но одну достаточно легко. Провожу топором по тыльной стороне предплечья, оставляя небольшой порез. Пяток минут, и он зарубцевался. Ещё четверть часа, и на его месте гладкая кожа. Регенерация — это вещь.

Успеваю повысить ещё три параметра до ступени D, затратив 35 151 единицу арканы, а потом уставший организм принудительно отправляет меня в сон.

Спустя шесть часов я подъезжаю к Фритауну в сопровождении Накомис, Тая и Драганы. Гидеон, как нарушивший приказ, остался тренироваться под присмотром Такады и Ракеты.

Наша кавалькада из двух мотоциклов и одного пикапа ещё только вкатывается на центральную улицу форпоста, как ветер усиливается в несколько раз. Впереди мелькает стремительный силуэт, летящий вдоль двухэтажных домов со скоростью пули.

Удар сердца, и Вальтора зависает в воздухе напротив нас.

Глава 5

Опустив подножку мотоцикла, я откидываюсь в седле и ловлю взгляд Повелительницы бури. Та парит над землёй, окутав руки ореолом искрящего электричества. С лёгким укором спрашиваю:

— Разве так встречают лидера вашего форпоста? А где хлеб и соль? Ну или хотя бы крекеры?

— Ты действительно не в своём уме, — сощурившись, произносит дроккальфар.

— Без всяких сомнений, — еле слышно бурчит Накомис.

— Ответь, что вы здесь забыли прежде, чем я пущу ваш пепел по ветру?

— Валя, не прикидывайся дурочкой. Выглядит неубедительно.

Драгана, сидящая на своём мотоцикле по левую руку от меня, прыскает со смеху. Вальтора не разделяет её эмоций. Над нашими головами резко собираются тучи, в которых проскакивают разряды молний. Ветер поднимает валяющийся повсюду мусор и с силой закручивает его в миниатюрных воронках торнадо. Удар грома бьёт по ушам.

— Не забывайся! — рявкает дрокк. — Ты, может, и стал Квазаром, но даже близко не ровня мне!

— Ещё не вечер, — я пожимаю плечами и продолжаю, — ты прекрасно знаешь, что Самеди сдох. Как и то, что своим преемником он назначил меня. Разве удивительно, что мне захотелось приехать посмотреть на свой новый форпост?

В нескольких метрах от моего мотоцикла в землю вонзается разряд молнии, опаляя асфальт безобразным чёрным пятном. Ещё одна вспышка, и новое белоснежное дерево на миг соединяет небеса с дорогой Фритауна.

— Да-да, ты — злой и страшный серый волк, ты в поросятах знаешь толк, — отмахиваюсь я, не разрывая зрительного контакта с собеседницей. — Долго ещё будем на пороге топтаться или поговорим о деле?

— Я могу спалить вас одной мыслью, — тянет Вальтора.

— Нет, не можешь. Не во время первого этапа.

— Тебя — нет, но их, — повелительница бури небрежно взмахивает рукой, — легко. В рамках защиты форпоста от враждебных сил, конечно, — плотоядная улыбка выползает на её лицо.

— Валя, что же ты не следишь за новостями? Пять минут назад между обоими форпостами был заключён союз. Мы все здесь теперь одна большая дружная семья! — говорю я с отеческой интонацией.

Глаза ушастой на несколько секунд затуманиваются, явно проверяет по интерфейсу, а затем она не выдерживает:

— Кройц тебя задери!

— Сильно оскорбительно? — скосив глаза, спрашиваю я у Драганы.

— Легко могут вызвать на дуэль, — отзывается та.

— Да? — возвращаю внимание к Вальторе. — Ну тогда, чтоб тебе всегда на Трансивер звонили, когда ты жирную шаурму ешь!

Накомис хрюкает и качает головой.

Так же быстро, как появились, тучи рассеиваются, и Повелительница бури хмуро требует:

— Что ты хотел?

— Ну как же? Обсудить условия вашего дальнейшего нахождения на территории форпоста.

— Они прописаны в договоре, — глаза Вальторы превращаются в щёлочки.

— Который вы заключили с прошлым главой. Увы, он недавно споткнулся и упал на мой револьвер. Хм, звучит как-то двусмысленно. В общем, его больше нет. Самое время пересмотреть условия договора. Ты правомочна это делать? Или мне нужно переговорить с настоящим лидером вашего клана?

— Она говорит за клан, — негромко замечает Драгана.

— Я говорю от имени Дома Архарц! — надменно заявляет Вальтора.

Взгляды сестёр скрещиваются и полыхают лютой ненавистью. Куда там врагам. Никто так не бесит, как собственная семья. Уж мне ли не знать.

— Поговорим в другой обстановке, — нехотя добавляет она. — На третьем перекрёстке поверните направо. Там находится комплекс. Я буду ждать тебя на втором этаже. Сестрёнка, — щерится Вальтора, кивнув Драгане, и улетает.

— По-моему, неплохо прошло, — констатирую я.

— Если альтернативой являлся сценарий, где нас прикончат на месте, то да, всё прошло идеально, — с сарказмом отзывается Нако.

Слышатся негромкий щелчок, шелест выходящих газов и ритмичное бульканье. Тай сидит в кузове пикапа и спокойно потягивает себе пиво, не испытывая ни малейших угрызений совести. У него нервы не стальные канаты, а настоящие титановые балки.

— Ты можешь прекратить хлестать пиво хотя бы до того момента, как нас начнут убивать?! — не выдерживает индианка, развернувшись на водительском сиденье в сторону Николая.

— Тогда будет поздно, — резонно возражает он, оторвавшись на миг от металлической ёмкости.

Мы продолжаем движение по городу. Здесь имеется разительный контраст с Уайтклэй. Во-первых, у нас гораздо чище. Тут до сих пор неубранные валяются мёртвые тела людей и нескольких монстров, все разной степени разложения, а кроме них — всевозможный мусор.

Во-вторых, у нас въезд на территорию форпоста перегораживает стена, а тут проход полностью свободен. По крайней мере, так я думаю, пока не замечаю пяток дрокков-снайперов, засевших на крышах домов. Их винтовки следят за нами неотрывно.

В-третьих, у нас жители передвигаются свободно и выглядят уверенно, насколько это возможно для людей, выживших после падения цивилизации. Всё же постоянная борьба за собственное выживание накладывает отпечаток. А тут на улицах практически никого не видно, а если кто и идёт, как вон тот плюгавый мужик, то постоянно озираясь и очень быстро.

— Скажи, мил человек, — поддав газу, догоняю его и торможу рядом, — а где сидит Самеди с ребятами?

Горожанин теряется, испуганно переводя взгляд с меня на Драгану и обратно.

— Там, — рука указывает примерно в том же направлении, что обозначила Вальтора.

— Рядом с ушастыми, что ли?

— Да.

— Тебя как звать-то?

— Терри.

— А меня — Егерь. Ты в курсе, Терри, что Самеди сдох? Да и все ублюдки, что с ним вчера укатили, тоже?

Мужичок преображается на глазах. На его лице возникает такая надежда, кажется, будто ему сообщили, что всё, случившееся за последние недели, просто глупый пранк. Сейчас прибегут операторы с камерами и болтливый ведущий, чтобы вручать всем участникам подарки.

А потом местный житель снова мрачнеет.

— А какая разница, если эти пришельцы остались и всем заправляют? Что Самеди всю аркану сдавать, что им, — он тяжело вздыхает.

— Это они так сказали? Пришельцы?

— Что? — не понимает собеседник.

— Пришельцы велели теперь им аркану сдавать?

— Да. Вчера днём всем приказали.

— Быстро подсуетились, суки, — Накомис сплёвывает на дорогу.

— Вот что, Терри, собери всех выживших минут через 30 там, где я смогу с ними пообщаться.

— Бейсбольный стадион, — механически предлагает он, а потом вглядывается мне в лицо. — А ты кто такой, Егерь?

— Ваш новый шериф. Самеди я ухайдакал.

— Ты, что ль, с того второго форпоста?

— Ага.

— А ушастых этих,— кивок на Драгану, — можешь так же, — характерный жест большим пальцем по горлу.

Мечница скрипит зубами под мой сдержанный смех.

— Я работаю над этим.

— Бейсбольный стадион, — он указывает на восток. — Через тридцать минут.

— Ага.

Едем дальше, и Драгана, не выдержав, задаёт вопрос:

— Зачем ты помогаешь им?

— Это, что, какой-то вопрос с подвохом? Потому что они такие же люди, как и я.

— Не такие же. Ты — хищник. Они — жертвы. Не могут бороться и не хотят. Что мешало им перебить своих тюремщиков?

— Те действовали спаянно и были вооружены. Имели классы и способности.

— Отговорки, — отмахивается Драгана. — То были Нулёвки да Пустышки. Они не сильно отличаются от обычных выживших. Просто этим травоядным не хватило ни мужества, ни дерзости, чтобы убивать и умирать.

Накомис, слушающая наш разговор, бросает со злостью:

— Тебе хорошо рассуждать, кто тут жертва, а кто нет! Тебе объяснили все правила, дали нужные навыки! А это простые мирные жители, многие из которых никогда не держали в руках оружия. И что теперь бросить их подыхать?!

— Да, — отрывисто роняет дрокк. — Если они не готовы драться за свою жизнь, значит, они её не достойны.

— Ты такая же, как та грёбаная сука Вальтора! — рычит полицейская. — Монстры! Две горошины из одного стручка!

Запоздало распознаю и трансформирую фразу в понятную мне: «Два сапога — пара».

— Я не такая, как она! — заводится ушастая, стискивая рукоять клинка. — Тебе ясно?!

— Брейк, дамочки, — вмешиваюсь, пока не дошло до поножовщины. — Давайте отношения выяснять в иное время, не на вражеской территории.

— А ты не лезь! — вскидывается Нако.

— Сами разберёмся! — огрызается Драгана.

— Выпорю обеих к этой, как её, Кройцевой матери!

Мечница начинает ржать, но на мои попытки выяснять причины веселья не реагирует.

Фритаун, он же Рашвилл, постепенно выводит нас к части города, выбранной чужеземным кланом под собственные нужды. Когда-то здесь явно находился промышленный район. Имелось много свободного пространства, частично занятого парой производств. Сейчас тут возвышается трёхэтажное модульное здание, окружённое россыпью таких же модульных малоэтажных построек. Слегка иной дизайн, но в остальном, всё тот же продукт Сопряжения.

Здесь уже имеется и стена, и пропускной пункт, контролируемый пятёркой дрокков.

— Тай, найди того чокнутого сборщика машин и проследи, чтобы он пришёл на собрание. Нако, выясни численность местных жителей, наличие серебряных и золотых классов. Драгана…

— Да? — ухмыляется ушастая, явно ожидающая приказа, чтобы послать меня в далёкое путешествие.

— Если я не выйду отсюда через двадцать минут, скажи Ваалису, чтобы позаботился о моих сородичах.

— Выйдешь, — не особо уверенно отвечает она. — Вальтора не настолько тупая, чтобы нарушать правила Сопряжения. Если ты, конечно, не будешь и дальше доводить её.

— А вот этого не обещаю.

Убрав мотоцикл в пульт управления, я двигаю к КПП, ожидая тупых вопросов. Кто я? Куда я? К кому я? Могу я? Хочу я? Зачем я? Однако парочка бойцов меряет меня внимательным взглядом и не говорит ни слова.

Я иду к главному зданию, изучая местную жизнь. Дроккальфары-мужчины бегают, как электровеники. Все занятые, все при деле. Женщины ведут себя более спокойно и уверенно. Могут стоять, обсуждая какой-то вопрос, и не дёргаться. Имеются и представители иных инопланетных видов, которых шпыняют вообще все. Явно что-то вроде слуг или рабов.

Первая сложность возникает, стоит мне подойти к лифту.

Несколько десятков секунд я разглядываю пустую шахту, пытаясь понять, куда пропала сама платформа, пока не вижу, как в ней опускается какой-то дрокк. Просто плавно съезжает, будто его поддерживают невидимые канаты. Пожав плечами, я нажимаю на среднюю кнопка на ближайшем пульте управления и ступаю внутрь. Гравитация меняется, и меня тащит вверх. Своеобразные ощущения.

Выбравшись, я делаю пяток шагов по направлению к большой стальной двери, за которой может скрываться как кабинет, так и зал для переговоров. Путь мне перегораживает пара ушастых бойцов с винтовками. Оба Квазы, чей РБМ превосходит мой всего на сотню единиц.

— Стоять, чужак! — металлический палец упирается мне в ключицу. — Госпожа занята. Тебя вызовут!

— Вальтора! — повышаю голос так, что меня невозможно не услышать. — Если этот мудак не уберёт свои руки, я засуну ботинок ему так глубоко в задницу, что он почувствует гуталин у себя во рту!

— Да как ты смее… — начинает охранник.

— Ещё десять секунд, и я ухожу, но потом не кричи, что новый договор оказался несправедлив!

Парочка оглядывается в сторону двери, которая медленно расходится в стороны. Из глубины комнаты выплывает Вальтора, сменившая доспех на платье[1]. Чёрное с золотыми прожилками в тон моему комплекту брони. Облегающее в груди, как перчатка, оно завершается на уровне бедра, оставляя узкую полоску тёмно-фиолетовой кожи. Дальше начинаются высокие сапоги.

— Не стоит шуметь, — бархатистым голосом замечает Квазар. — Я просто переодевалась во что-то более комфортное. Проходи, прошу. Уверена, мы сможем обо всем договориться.

[1]. Художник— CherrysDesigns.

Глава 6

Прохожусь глазами по её наряду сверху вниз и беззвучно хмыкаю.

— После тебя, — делаю приглашающий жест.

Вальтора ступает в комнату, покачивая бёдрами. Целый спектакль для меня одного. Действует она столь же наигранно, сколь очевидно. Посмотрим, что меня будет ждать в следующем акте.

Обстановка внутри — это палаты зажиточного хана с поправкой на инопланетный хай-тек. Просторное помещение разделено на две части массивной деревянной перегородкой, обтянутой узорчатой тканью. На одной половине находится рабочий кабинет с парой кресел, столом и широким шкафом. С другой половины выглядывает краешек кровати, пушистый ковёр и экзотические растения в горшках.

Обе части имеют огромное количество декоративных безделушек, не то статуэток, не то «шедевров» современного искусства. Сплошь выворачивающие сознание изгибы камня и дерева. Хозяйка словно противопоставляет старину с её первобытными материалами архитектуре Сопряжения с её безликой гладкостью.

Ну и дерьмовый же вкус у Вальторы.

— Нравится? — негромко спрашивает она.

— Уютненько, — вру я.

Квазар обходит одно из кресел, ведя ладонью по его спинке, и садится, забросив ногу на ногу одним элегантным движением. Последовав её примеру, занимаю место напротив.

Не могу не отметить её расчётливость. Вальтора выбрала кресло, позади которого находится дверь в комнату, а мне оставила кресло, придвинутое к стене. Она понимает, что в противном случае я держался бы настороже, вынужденный отслеживать ситуацию у себя за спиной. А так она убрала лишний дискомфорт для меня и показала свою заботу.

— Возможно, мы неправильно начали наше знакомство, — произносит представитель Дома Архарц и вынимает из кольца вначале бокалы, один за другим, а потом и бутылку.

Жидкость в ней светится холодной бирюзой прямо сквозь толстые стенки, словно в ёмкости имеется светодиодная лампа.

— Фендарийский альцион, — разливая напиток, поясняет девушка. — Производится только в одном мире Сопряжения и стоит столько, что можно снарядить отряд Квазаров на полгода боевых действий.

— Польщён, — равнодушно комментирую я, принимая бокал.

— Итак… — тянет Вальтора, отпив сияющую жидкость.

— Итак, — говорю я, сделав вид, что пригубил альцион. Не хватало ещё отравиться. — Говорить мы будем, конечно, о деньгах.

— А я надеялась, о чём-то более волнующем, — Квазар стучит ноготком по влажным губам.

Мне вот интересно, дроккальфары мужики настолько изголодались по сексу, что даже настолько грубая провокация со стороны «госпожи» может отключить у них мозги, или просто Вальтора считает меня ненамного умнее обезьяны, только слезшей с дерева?

— Поскольку Самеди допустил ошибку, формируя договор, я планирую её исправить, — говорю, как ни в чём не бывало. — Сейчас ваш клан не платит ни копейки налогов. Эта вольница дальше не может продолжаться. Справедливым мне видится число двадцать пять. Двадцать пять процентов со всей добываемой арканы Дом Архарц будет платить в казну форпоста.

На какую-то долю секунды я вижу прежнюю Вальтору, но вот она снова улыбается мне, хлопая ресницами.

— Егерь, уверена, ты понимаешь, как много мы делаем для защиты твоих сородичей. Почти каждый день мои бойцы отстреливают ту или иную враждебную форму жизни, забредающую к форпосту. Мы тратим боеприпасы, мы рискуем жизнями. А ведь за это наш клан не берёт ни единой арканы с местных жителей. Справедливо ли просить нас выплачивать налоги да ещё настолько грабительские? По́лно тебе, прояви благоразумие.

Да-да, «ни единой арканы». Ушастая врунишка.

Она подцепляет ноготком из кольца кубик льда и проводит им по губам, а потом отправляет в свой бокал. Всё это время её глаза непрерывно следят за моей реакцией.

— Если у Дома Архарц есть какие-то сложности с тем, чтобы осилить этот довольно скромный налог, Пульсары готовы взять на себя вашу «непосильную» ношу. Уже завтра их бойцы смогут перенять у вас посты. Я попрошу Ваалиса связаться с тобой, чтобы обсудить детали сдачи.

Всё это я говорю абсолютно спокойно, будто речь идёт о чём-то само собой разумеющемся. Вот только если Дом Архарц не обеспечивает защиту форпоста, значит, он не выполняет свои обязательства по договору, что даёт мне возможность расторгнуть его без каких-либо санкций.

А моя собеседница тем временем потихоньку звереет. Дребезжит бокал, сжатый чуть сильнее, чем нужно. Верхняя губа приподнимается, обнажая клыки. Новый кадр, и следы гнева исчезают, словно и не было. На их месте снова обворожительная улыбка. Допив сияющее пойло, она поднимается с кресла одним скользящим движением .

Я наблюдаю за ней, готовый уйти в сторону Глайдом при малейшем намёке на агрессию. Однако Вальтора низко наклоняется, чтобы поставить бокал на ближайший столик и попутно щедро засветить своё декольте, которое как раз находится где-то на уровне моих глаз. Задержавшись в этой позе на секунду дольше, чем нужно, она разгибается и отходит к скульптуре высотой почти до самого потока.

Состоящая из неизвестных металлов, вся какая-то острая и угловатая она вызывает у меня диссонанс. С одной стороны, в ней угадывается какое-то существо, а с другой, нет в этой фигуре ни малейшей гармонии.

— Это номарх Груумшар с Ялорра, некогда их верховный владыка. Статуи, подобные этой, стояли по всей планете. Сопряжение включило в себя их мир, и от династии, правившей веками, не осталось даже памяти. А Дом Архарц существует и по сей день, — мерным голосом добавляет она. — И будет существовать всегда.

Вальтора отходит от статуи и подплывает ко мне, улыбаясь словно лучшему другу.

— Как и любому клану, нам нужны союзники. Поверь, быть нашим союзником, — она склоняется ко мне, и её лицо замирает в считаных сантиметрах от моего, — очень выгодно.

Последняя фраза шёпотом отдаётся у меня в ушах. Обострённое обоняние легко улавливает её цветочное дыхание и нотки парфюма. Вижу её грудь, натянувшую тонкое платье. Улыбаюсь и приближаюсь к её лицу.

На миг в провале рта мелькает влажный язычок. Она прикусывает нижнюю губу. А я продвигаюсь мимо губ, к её острому лиловому уху. Слегка накрываю его, чтобы сказанное не ушло никуда дальше, и шепчу:

— Двадцать… Пять… Процентов.

Вальтора подаётся назад, резко, как гадюка.

— Это невозможно! — сексуальность в её голосе исчезает сдёрнутой вуалью.

— Разве вам это не по карману? — деланно удивляюсь.

— Это не важно, потому что договор уже подписан. Наш клан не несёт обязательств по уплате каких-либо налогов!

— Подписан, ага, а ещё он может быть расторгнут.

— Ты не посмеешь! — рычит Вальтора. — Ты хоть знаешь, что Сопряжение делает с теми, кто отступает от данного слова?!

Ваалис просветил, угу.

— Я в курсе. Месяц не смогу зарабатывать аркану за убийство противника. Мой негласный параметр Удачи понизится навсегда, снижая шансы выпадения способностей. И, наконец, в течение всё того же месяца количество арканы, получаемой за моё убийство, увеличится десятикратно.

— Хочешь сказать, ты пойдёшь на подобную жертву? Даже если тебя не убьют, а ты станешь лакомым кусочком для любого монстра или разумного, произойдёт нечто гораздо хуже. За месяц ты навсегда отстанешь от своих сородичей в развитии.

— Во-первых, у меня есть иные способы получения арканы. Не забывай, я управляю двумя форпостами. А, во-вторых, ваш клан прекратит портить мне настроение. Думаю, довольно выгодный размен.

Она сверлит меня тяжёлым взглядом дольше минуты. Я молчу и держу циничную полуулыбку.

— Пять процентов, — припечатывает моя визави.

Всё, процесс пошёл.

— За пять процентов я сам встану с винтовкой на крышу. Можете паковать чемоданы. Говорят, в Гренландии в это время отличная погода. Езжайте, не ошибётесь. Двадцать один процент.

— Первый этап не будет длиться вечно, Егерь. Не совершай ошибку! Восемь процентов.

— Этап-шмитап. Я сожгу этот мост, когда доберусь до него. Восемнадцать процентов.

— Пульсары платят всего десять процентов!

Хех, всё-то она разузнала.

— Видишь ли, какая штука. У них есть весомое преимущество.

— Какое? — хмурится Квазар.

— Они не пытались меня убить.

— Двенадцать, — подавляет рык Вальтора. — Моё последнее предложение!

— Шестнадцать. Моё последнее предложение!

Ушастая сжимает кулаки, которые потихоньку начинают потрескивать от электричества.

— Четырнадцать.

— С половиной, — улыбаюсь я и протягиваю руку.

Нехотя дроккальфар пожимает её. Сразу же вношу соответствующую правку в договор и отправляю ей на подтверждение. Миг, и изменения вступают в силу.

Учитывая, что я планировал выбить из Архарц около десяти процентов, однозначный успех.

— Да, кстати, жители Рашвилла, естественно, не платят вам ни хрена. Они должны только форпосту.

Последние слова девушка принимает стоически. Явно понимает, что это была наглость с их стороны, которая не могла долго продолжаться.

— Тебе следовало принять моё предложение. Ради твоего же блага.

— Приятно иметь с тобой дело, — скалюсь я. — Вероятно, приятнее, чем иметь тебя.

— Каждая дерзость отольётся тебе стократно, когда придёт время, — голос собеседницы холоднее льда.

— Как скажешь, Валя. Как скажешь.

Так или иначе, но когда-нибудь один из нас убьёт друого. По крайней мере, до этого момента я заработаю на них сколько-то арканы. Пусть ушастики сами проспонсируют великое переселение.

Выхожу из здания весьма довольный собой. Драгана, кажется, выдыхает, завидев меня.

— Как всё прошло?

— Гладко, как на катке.

— То есть, вы практически вцепились друг другу в глотку?

— Видишь, ты сечёшь самую суть.

— Куда теперь?

— На стадион, — отвечаю я, сверившись с часами. — Я уже четыре минуты, как выступаю там перед собравшейся толпой.

— Выходит, ты можешь быть в двух местах одновременно. Сколько скрытых талантов, — с насмешкой фыркает мечница.

Пока мы едем, спрашиваю у неё:

— Сколько арканы Дом Архарц собирает со своих членов?

— Зависит от должности. Семьдесят процентов с рядовых. Пятьдесят с младших офицеров. Тридцать со старших.

— И они это терпят? — искренне удивляюсь я.

— А куда деваться? Одиночки в Сопряжении не выживают, если, конечно, это не Новы.

Понятно, почему покойный Джиендро имел такой РБМ. При подобной дани хорошо хоть, если на чистые трусы хватает и рацион на ужин.

Небольшой бейсбольный стадион не забит до отказа, увы. Для этого выживших осталось слишком мало. Однако и пустым его не назвать. По моим прикидкам здесь собралось от ста двадцати до ста пятидесяти человек. Они сидят на трибунах и в нетерпении смотрят, как мой мотоцикл выезжает прямо на отросший газон.

Глушу двигатель и оглядываю разношёрстную массу.

— Меня зовут Егерь. Спасибо, что пришли.

Бурление постепенно сходит на нет.

— Я — ваш новый шериф, а также глава обоих форпостов. Вчера я с союзниками прикончил Самеди и всю его кодлу.

Последние слова вызывают новую волну обсуждений.

— Теперь для вас всё будет по-новому. Первое, отныне вы все не должны ни копейки Дому Архарц.

Радостный гомон.

— Второе, единственный налог в размере десяти процентов вы выплачиваете в казну форпоста. Третье, любой желающий может переехать в Уайтклэй. Единственное, у нас напряг с жильём, поэтому на данный момент мы не сможем вам его предоставить. Если соберёте пятнадцать тысяч, сможете построить свою собственную хату.

Мне приходится прерваться, чтобы позволить им обсудить услышанное.

— Четвёртое, у нас существуют правила, которые нельзя нарушать.

Перечисляю их и оглашаю наказание.

— Если думаете, что я шучу, напрасно. А теперь, внимание, вопрос, среди вас есть бывшие заключённые или их пособники?

Глава 7

Как говорил классик: «Народ безмолвствует». Впрочем, продолжается это недолго. Вначале взгляды собравшихся скрещиваются на нескольких персонах, а следом поднимется тихий гул, постепенно перерастающий в выкрики.

— Этот вон!

— Вот та! Сука кровожадная!

— Крыса!

— Гнида!

Я изучаю их одного за другим.

В первых рядах сидит высокий чернокожий мужчина с вьющимися немытыми волосами, одетый в ветровку с пятнами, рваную рубашку и перчатки без пальцев. Джек «Туз» Томпсон, Ноль, Боец, РБМ 119 единиц.

Ему компанию составляет молодая женщина, блондинка с каре и кольцом в носу, одетая в чёрную кожаную куртку и рваные джинсы. Райли «Блейз» Уокер, Войд, Стрелок, РБМ 211 единиц.

Последним, кто вызывает ажиотаж толпы, является пожилой «джентльмен». Лысый, на глазах очки в проволочной оправе. В твидовом изношенном и изорванном пиджаке, а на шее грязный шарф. Он опирается на трость с острым металлическим наконечником на конце. Гарольд «Док» Дженкинс, Ноль, Стрелок, РБМ 37 единиц.

Исходя из считываемой Оценкой информации, можно сделать очевидный вывод: девку и парня Самеди оставил приглядывать за городом и держать людей в подчинении. Причём, Райли, скорее всего, была за главную. А вот третий — Док — у нас явный коллаборационист. Старпёру мочить монстров было не с руки, поэтому промышлял тем, что сливал бандитам информацию о своих товарищах. Думается мне именно так.

— Терри, — громко обращаюсь я к единственному, чьё имя мне известно, — расскажи-ка мне про этих сусликов.

Гарольд явно нервничает, вертя головой по сторонам. Туз и Блейз в шаге от того, чтобы схватиться за оружие, спрятанное под одеждой.

— Так это, — мнётся Терри. — Райли — одна из тех, кто командовал. Её Самеди поставил. Лютая…

— Захлопнись, утырок! — рычит девушка, выхватывая пистолет.

Накомис незаметно кладёт руку на кобуру.

— Продолжай, я тебя внимательно слушаю.

Терри переводит взгляд с блондинки на меня и несмело говорит:

— Конченая она. Просто конченая. Пегги убила, Мэдса покалечила. Бешеная сука, вот, что я скажу.

— Закрой пасть, закрой!! — пистолет в её руке наводится на мужичка и подрагивает.

— Это правда? — уточняю я, оглядывая сидящих на трибунах.

— Да.

— Угу.

— Чистая правда.

Усиленный выстрел и Дуплет.

Первая пуля разбивается о кинетический щит, а вторая, полупрозрачная, перфорирует висок девушки. Она заваливается на спинку сиденья и остаётся лежать, свесившись через синий пластик.

В толпе раздаются шокированные крики. Туз вскакивает и довольно прытко пытается сбежать. Накомис смотрит на него, потом на меня, но я качаю головой. Драгана с интересом следит за беглецом.

— А про Джека что скажешь? — спрашиваю всё у того же источника информации.

— Мелкий злобный паразит, — выплёвывает Терри. — Жестокий и тупой.

— Отморозок.

— Дерьма кусок.

— Еду у меня отнял! — жалуется какая-то женщина.

Спринтер тем временем уже пересёк площадку и свернул за угол ближайшего здания. Не глядя, отставляю руку и активирую Управляемую пулю.

Выстрел. Фокусирую сознание вокруг куска свинца, который устремляется вперёд на дикой скорости. Притормаживаю пулю и заставляю её сменить траекторию, огибая угол здания. Снова разгоняю, и с хрустом она пробивает затылок бегуна. Тело по инерции пролетает вперёд ещё два метра и замирает.

Открыв глаза, фокусирую внимание на оставшемся представителе троицы. Тот замер, как статуя. Побелевшие пальцы вцепились в трость. Краска отлила от лица.

— Чем успел прославиться Док?

Терри выдаёт охрипшим голосом:

— Не надо его убивать.

— А есть за что? — уточняю я.

— Выслуживался перед шайкой этих животных. Выполнял все их капризы, искал бухло и наркотики, еду им таскал и всякую мелочёвку. Просто шестёрка.

— И что, даже ни разу не слил им информацию о ваших планах? Никто не погиб из-за него? А «крыса» орали, потому что у него живут четыре черепашки?

— Про ружье Билли расскажи! — кричат с задних рядов.

— Что за Билли и что за ружьё? — с интересом спрашиваю я.

— Был такой парень, сожрали его на охоте, — отвечает Терри. — С нас же аркану, считай, под чистую всю собирали. А ему как-то удалось накопить приличную сумму и купить дробовик на неё. А этот, — презрительный взгляд на Дока, — узнал о том и рассказал бандитам. Ружьё отняли, а Биллу сломали руку.

— И ты считаешь, что не стоит уважаемому Гарольду провентилировать мозги за это?

— Не надо, — просит мужичок. — Я его мальцом ещё помню.

— Док, — смотрю на предмет обсуждения, и тот испуганно вздрагивает. — Я не буду тебя убивать…

Обладатель модного пиджака облегчённо выдыхает.

— …Но и жить в моём форпосте не позволю. У тебя есть час, чтобы собрать свои манатки и свалить на хер на все четыре стороны.

— Куда же я пойду?

— Можешь в аду Самеди поискать. Можешь забиться в пещеру и ждать, пока тебя не сожрут. Здесь ты жить не будешь. Время пошло.

— Постойте, но почему?!

— Другие как-то нашли способ остаться людьми, не продавая задницу преступникам. Ты пошёл по лёгкому пути, и за это настало время платить.

Гарольд продолжает пытаться договориться, и я взвожу курок с громким щелчком. Док понимает намёк. Пока он покидает стадион, делаю последнее напутствие жителям Рашвилла.

— Я здесь человек новый и никого толком не знаю. Поэтому выберите сами того, кто будет помогать мне в управлении форпостом. Того, кому вы доверяете. Если ещё не купили, приобретите хотя бы пару Трансиверов, чтобы держать связь с Уайтклэй. Я постараюсь регулярно заезжать сюда или отправлять кого-то из своих людей. И последнее, ваше дело, где жить, но рекомендую переселяться в наш форпост. Здесь, — показательно оттягиваю ухо, — климат не очень.

Тая мне удаётся найти, сверившись с картой. Его сигнал отмечен в здании, которое снаружи выглядит, как автомастерская. Ею оно и оказывается. Ступив внутрь, я попадаю в просторное помещение, забитое всевозможным хламом. Остовы полуразобранных машин соседствуют с горой снятых покрышек, деталями движков, канистрами с бензином и машинным маслом. Для моего обоняния тут настоящий ад.

Николай стоит, прислонившись к стене, и безмятежно потягивает пиво. Его взгляд направлен на мужчину, который зарылся по пояс под капот пикапа.

— Просил же привести его, — я с укором бросаю мечнику.

— Бесполезно. Как об стенку горох.

Что-то бормочет незнакомец, и я не сразу понимаю, что он разговаривает не с нами, а сам с собой.

— Анри, — окликаю его.

Ноль реакции.

— Анри!

— Да? — не отрываясь от занятия, отвечает тот с едва уловимым французским акцентом.

— На минуту.

— Занят, — отрывисто бросает он и активно орудует ключом-трещоткой под стрёкот металла.

— Это важно.

— Потом.

— Самеди убит.

— Плевать, — равнодушно отвечает механик.

— Сюда ползёт орда гигантской саранчи, которая сожрёт в городе всё живое.

— Плохо, — так же, без лишних эмоций откликается он. — Вон та тачка готова, — его рука указывает в угол ангара, где красуется очередное постапокалиптическое чудо на высокой подвеске. — Крупнокалиберный пулемёт. Используйте.

— Анри, — вздыхаю я, — мы поговорим, даже если для этого мне придётся связать тебя и отобрать все инструменты.

Мои слова какое-то время перевариваются под капотом. Наконец, под недовольное цоканье показывается худощавый мужчина с осунувшимся лицом и проницательными карими глазами. Они, кажется, постоянно бегают по сторонам в поисках чего-нибудь полезного. Его волосы всклокочены, торчат во все стороны и частично прикрывают лоб, изрезанный глубокими морщинами. Борода тёмная с проседью, короткая, но неаккуратная и не особо чистая. Машинное масло вообще не способствует чистоте.

Вся одежда Анри заношенная и перелатанная с использованием различных подручных материалов. На нём лёгкая куртка выцветшего оливкового цвета с беспорядочно пришитыми карманами, а поверх неё сумки и подсумки для хранения инструментов и деталей. Её рукава закатаны, обнажая сильные, покрытые шрамами руки.

На шее техника висит коллекция ожерелий, сделанных из проволоки, гаек, шайб и других металлических отходов. На лоб сдвинуты защитные очки. Даже показавшись из-под капота, он крутит в руках какую-то деталь и бормочет себе под нос.

Анри «МакГайвер» Кассини

Вид: Человек

Класс: Мастер-Изобретатель

Редкость: Золото

Ранг: Войд

РБМ: 152 единицы

Клан: Отсутствует

Должность: Отсутствует

Статус: Раздражён

Войд. Как интересно. Похоже, Франсуа высоко ценил этого Кулибина, раз вливал в него аркану. Вряд ли тот самостоятельно шастал на охоту.

— Что? — с трудом оторвавшись от предмета, спрашивает Анри.

— Самеди и вся его банда мертвы…

— Мне всё ещё похрен, — перебивает меня механик.

— …А ты переезжаешь в Уайтклэй.

— На кой чёрт мне сдалась эта дыра?

— Потому что я так сказал. Твоя специализация слишком ценна, чтобы оставлять её в зоне контроля дрокков.

— Чего?..

— Ушастых. В городе слишком много ушастых. Поэтому ты переезжаешь.

— Да ну на хер, — отмахивается он. — Мне и здесь хорошо.

А если зайти по-другому.

— В Уайтклэй полно пришельцев, с которыми можно сотрудничать. Доступ к инопланетным технологиям, опыту и знаниям. И, конечно, к материалам, которых здесь не достать.

Изобретатель зависает на добрую минуту и мягко кивает.

— Хорошо. Как, ты там сказал, тебя зовут?

— Егерь.

— Хорошо, Егерь. В Уайтклэй, так в Уайтклэй. Только пробей мне канал к одному из этих чужаков. Здешние молчат, как могила. Сколько раз просил Самеди договориться с ними о сотрудничестве, и без толку, — раздражённо замечает он.

— Не вопрос. Пакуйся. Мы уезжаем через десять минут.

— О, нет. Нет-нет-нет. У меня слишком много вещей, — он растерянно обводит руками горы хлама. — Мне нужна фура. Лучше две.

— У меня нет фуры, но что-то, полагаю, мы постепенно сможем перевезти. Ты давно ел? — резко меняю тему. — Выглядишь так, будто свалишься под порывом ветра.

— А? Что? Да плевать.

— Держи, — протягиваю ему пару батончиков.

При виде работы Экстрамерного хранилища, глаза Анри загораются. Больше, чем у ребёнка, которому подарили новый набор Лего.

— Дай изучить кольцо! Самеди никогда не разрешал. Чёрт, да оно все известные законы нарушает. Как они их делают?!

Подталкивая и буквально тряся перед его лицом инопланетными гаджетами, нам удаётся посадить механика в машину. На обратном пути я еду вместе с Накомис, а та рассказывает о результатах своей работы. В Рашвилле имеется 4 серебряных и 9 бронзовых классов. Всё это охотники, которые лучше других смогли адаптироваться и добывать аркану. Что-то удавалось потратить на себя, остальное отнимали бандиты.

Переселить всех их в Уайтклэй занятие ближайших недель, не дней. Налоги, полученные от Дома Архарц, сильно помогут в этом деле, но основная нагрузка ляжет на самих жителей форпоста.

В целом, сегодняшнюю поездку можно записать в успех. Основные задачи выполнены, никто не погиб. Чего ещё желать?

Посмотрим, что Анри сможет дать нашему городку, если обеспечить его знаниями и ресурсами. Хочется верить, что это будет мощный транспорт и прочие полезности. Должен же он уметь не только тачки чинить?

По возвращении в Уайтклэй я оставляю на Накомис поиск жилья для Самоделкина, а сам отправляюсь в Магазин. Надо посмотреть, что там изменилось с тех пор, как я стал Квазаром.

Глава 8

Шагнув в портал, попадаю в знакомую, до предела функциональную обстановку. Такирам развалился на стуле и активно рубится в какую-то портативную игровую приставку. Кажется, в геймбой.

В помещении звучит хрипловатое контральто.

♪ You′re simply the best

Better than all the rest

Better than anyone

Anyone I ever met[1] ♪

— Перешёл на музыку 80-ых, Таки? — спрашиваю я.

Тот поднимает глаза от экрана и улыбается.

— Есть в ней какой-то особый шарм, Мистер Егерь. Рад вас видеть. Давненько не заглядывали. О…

Его цепкий взгляд пробегается по мне подобно сканеру.

— Вас можно поздравить. Ранг Квазара доступен далеко не каждому, к тому же в столь сжатые сроки… Да, вас, определённо, стоит поздравить. Вы далёко пойдёте. Конечно, если не умрёте раньше времени, — ухмыляется коротышка.

— Я работаю над этим. Скажи-ка, на этом ранге мне открылось что-нибудь новое в рамках Магазина?

— Безусловно. Вы получаете доступ к Павильону Метаморфоз.

— Звучит пафосно, — я скалюсь. — Там меня превратят из гадкой гусеницы в прекрасную бабочку?

— Это уже произошло, — улыбается Такирам. — Став Квазаром, вы раскрыли свой потенциал. Осталось отточить его до совершенства. Что касается вашего вопроса, будет проще, если я покажу. Прошу следовать за мной.

Пришелец делает приглашающий жест всеми шестью руками и направляется к единственной двери. Та, что скрывает и душевую, и капсулу поддержания жизненных функций, и несуществующий склад. Следую за ним и уже не удивляюсь, когда в соседней комнате обнаруживаю нечто совсем иное.

Стены из гладкого чёрного металла, одна из которых имеет добрых полсотни ячеек, словно соты улья. Семь колонок по семь штук в ряду, если быть точным. Края каждой ячейки окаймляют светящиеся голубые линии. Не иначе кто-то накупил светодиодных лент по акции и хреначит их теперь везде.

Внутри ячеек лежат круглые серые жетоны или «проводники», как их называет Ваалис. Далеко не все ячейки заполнены, насколько я вижу. Не хватает около полудюжины жетонов, и данные отверстия лишены подсветки.

Все соты закрыты силовым полем, а перед ними располагается консоль с голографическим экраном. Последним элементом является роботизированная рука-манипулятор, торчащая из потолка. Поскольку находится она довольно близко к ячейкам, несложно догадаться, что именно эта клешня должна доставать оттуда жетоны.

Приблизившись к консоли, я изучаю высветившуюся информацию. Догадка подтверждается очень быстро, в Павильоне продаются способности. Что ещё могло бы храниться в жетонах? Да и мучило меня уже давно подозрение, что где-то в Магазине можно приобрести способности. Иначе нахрена Такирам готов их у меня покупать?

Мне представлен список из сорока двух вариантов, все не ниже ступени D с вкраплениями ступени С. Все стоят чертовски дорого. Если принять за точку отсчёта стоимость открытия моих способностей в Талантах, а тот же Дуплет шёл за 32 000 единиц арканы, то здешний ценник задран раза в два.

— Прежде, чем вы углубитесь в изучение доступного вам ассортимента, — отвлекает меня голос коммерсанта, — хочу сообщить, что он обновляется один раз в месяц и доступен всем Квазарам Земли.

— Кто первый встал, того и тапки, да?

— Ваше ораторское мастерство, как всегда, поражает, — кивает со смешком Такирам.

В этот момент одна из ячеек тускнеет, а жетон в ней исчезает.

— Когда там следующий завоз, если что?

— Через десять дней, Мистер Егерь.

— Давай поглядим, что осталось, пока всё не расхватали.

Я провожу рукой по экрану, и тот отзывается.

Итак, здесь есть атакующие способности вроде:

Ядовитые брызги

Требует: Интеллект (D), Резонанс (D), Интенсивность (D)

Активная

Расходует: 850 (408) единиц арканы

Ступень: D

Шанс отторжения: 61%

Стоимость: 65 000 ед. арканы

Позволяет вам выпустить из себя в радиусе трёх метров облако ядовитой взвеси, способной отравить большую часть углеродных форм жизни. В зависимости от биохимии цели отравление может привести к смерти, ослаблению, парализации или рвоте.

Костедробилка

Требует: Сила (D), Мощность (D), Интенсивность (D)

Активная

Расходует: 650 (312) единиц арканы

Ступень: D

Шанс отторжения: 7%

Стоимость: 62 500 ед. арканы

Позволяет вам нанести мощный удар в ближнем бою, способный раздробить кости или суставы врагов. Эффективность способности против кинетических щитов увеличена вдвое.

Есть и защитные способности, как например:

Иллюзорный лабиринт

Требует: Интеллект (C), Проницательность (C), Интуиция (C), Резонанс (C)

Активная

Расходует: 2 500 (1 200) единиц арканы

Ступень: C

Шанс отторжения: 49%

Стоимость: 150 000 ед. арканы

Позволяет вам создать многослойный иллюзорный лабиринт, способный дезориентировать или заманить врагов в ловушку. В пределах иллюзии не работают Трансивер, Картограф и эквивалентные способности. Способность приобретает средний псионический аспект, усиливающий её реалистичность.

Наконец, имеются способности практического назначения:

Лингвистическая гибкость

Требует: Хладнокровие (С), Интеллект (C), Проницательность (C), Восприятие (C), Резонанс (C)

Пассивная

Ступень: C

Шанс отторжения: 21%

Стоимость: 146 500 ед. арканы

Перманентно улучшает левую лобную и височную доли, позволяя понимать и говорить на любом языке, потратив не менее десяти минут на прослушивание речи его носителя.

Однако моё сердце начинает биться чаще, когда я дохожу до следующей строки:

Электрическая изоляция

Требует: Стойкость (D), Выносливость (D), Регенерация (D), Резонанс (D), Интенсивность (D)

Пассивная

Ступень: D

Шанс отторжения: 19%

Стоимость: 61 000 ед. арканы

Перманентно перестраивает ионные каналы и клетки кожного покрова, обеспечивая более эффективную изоляцию от электричества. Ваше тело может пережить умеренные удары током без серьёзных травм за счёт перенаправления электрических зарядов от жизненно важных органов и уменьшения наносимого ими урона.

Это идеально. Это золотой единорог, встреченный в лесу. Пускай он стоит втридорога, но я куплю эту способность, чтобы однажды наша с Вальторой встреча прошла куда более продуктивно. Как там «красноречиво» говорила одна дамочка: «Знаешь, что бывает с лягушкой, когда в неё попадает молния? То же, что и со всеми».

Не хочу быть той лягушкой.

Подтверждаю покупку, и рука-манипулятор приходит в движение. Изогнувшись, она находит нужную ячейку и вытаскивает из неё жетон прямо сквозь силовое поле, после чего опускает диск передо мной.

Мой кошелёк начинает показывать дно. Осталось всего восемьдесят две тысячи. Однако я листаю дальше. Надо понимать, с чем однажды могу столкнуться. Прочитав очередное описание, замираю.

Эмпатическая проницательность

Требует: Интеллект (D), Проницательность (D), Восприятие (D), Интуиция (D)

Пассивная

Ступень: D

Шанс отторжения: 32%

Стоимость: 57 500 ед. Арканы

Перманентно перестраивает зеркальные нейроны, островок и переднюю поясную кору головного мозга, позволяя вам лучше улавливать микровыражения, феромоны, а также чувствовать и понимать эмоции других существ. Вы приобретаете возможность распознавать ложь, если собеседник является представителем вашего вида.

Я обещал жителям форпоста, что не допущу повторения ситуации с Ларри. Лучший способ найти будущего предателя — это вовремя раскусить его двуличную природу. Да и в целом пригодится. Союзники, враги — всегда лучше знать, что про тебя думают и не пытаются ли приврать.

Трачу аркану, не жалея ни минуты. Тем более, у меня есть боевые трофеи, которые можно продать, чтобы поправить собственное финансовое положение, но делать это лучше вне Магазина. Больше заработаю.

Дочитываю список до конца. Способность Теневой рой заставляет меня морщиться. Не хотелось бы столкнуться с облаком полуразумных теней, способных атаковать исподтишка.

Я возвращаюсь к Такираму, который снова развлекается, собирая карманных монстров.

— Мне нужен набор для ухода за оружием. Есть такой в наличии?

— Конечно. Рекомендую приобрести ступень D. Вы сможете поддерживать свою экипировку в идеальном состоянии. Всего 7 990 единиц арканы.

— Окей. Беру.

Я прячу средних размеров кофр в кольцо и выдыхаю:

— Вот как ты это делаешь, Таки? Захожу к тебе богатым человеком, прикуривая от стоаркановой банкноты, а покидаю, затягивая бельевую верёвку на падающих штанах.

Коротышка широко улыбается.

— Мы очень ценим вашу лояльность по отношению к Магазину.

— И поэтому предоставите мне скидку в 20% на следующую покупку? Да?

— Боюсь, это не в моих полномочиях, но позволю дать вам один совет.

— Внимательно тебя слушаю.

— Продолжайте налаживать связи с другими форпостами, а если получится, создавайте их.

— Это как-то связано с первым этапом?

Мой собеседник молчит.

— Я тебя понял. Спасибо.

Направляюсь к выходу и бросаю через плечо:

— Глянь игрушку про водопроводчика. Тебе понравится.

— Обязательно, Мистер Егерь. Удачной охоты!

Выбравшись домой, падаю на диван и чешу Ракету. Всего две покупки опустошили мою аркану почти до нуля. Шестнадцать с половиной тысяч — это ни о чём. А мне ещё надо интегрировать три способности, учитывая Астральную проекцию. На эту задачу надо сразу тысяч сорок закладывать, не меньше. Капсула плюс добавки, столько и выйдет.

Да, кстати, я же перешагнул порог, прокачав многие способности до ступени С. Надо проглядеть, что там стало с моим фундаментом и с Талантами.

Мастерство Стрелка

Пассивная

Ступень: S (C)

Совокупность знаний, включающих в себя всё ремесло Стрелка. Эффективность способности ограничена только развитием параметров носителя. Дополнительно повышает показатели Ловкости, Интеллекта и Выносливости на 35%. Интуитивно вы способны легко разобраться даже в самом чужеродном огнестрельном оружии, а также беглым взглядом определить его техническое состояние и наличие поломок. Дополнительно повышает показатели Скорости, Проницательности, Регенерации, Восприятия и Интуиции на 15%. Значительно повышаются меткость и убойная сила при использовании метательного оружия.

Неплохо, как по мне. На 10% выросли старые параметры, и на 15% — целая пачка новых. Плюс буду теперь швыряться карандашами и картами с убийственной мощью. Берегись, Вальтора! А то получишь в задницу вилкой для фондю!

В Талантах добавились три новые вкусные опции. Что-то я всё о еде, да о еде. Задумчиво смотрю на пса, который встречает мой взгляд непонимающим наклоном головы.

— Надо пожрать, наверное.

Ракета издаёт радостный гавк.

— Но вначале дочитать.

Ракета издаёт возмущённый гавк.

Пригоршня пуль

Требует: Ловкость (C), Скорость (C), Выносливость (C), Восприятие (C), Резонанс (C)

Активная

Расходует: 2 000 (960) единиц арканы

Ступень: C

Стоимость: 75 000 ед. арканы

За счёт кратковременного уменьшения времени сенсомоторной реакции и воздействия арканы на механизм позволяет опустошить магазин оружия за одну десятую секунды. На оружие небарабанного типа накладывается штраф — стрельба займёт не менее половины секунды.

Инстинкты охотника

Требует: Интеллект (C), Проницательность (C), Восприятие (C), Интуиция (C), Резонанс (C)

Пассивная

Ступень: C

Стоимость: 75 000 ед. арканы

Аркана перманентно усиливает ваше предклинье и хвостатое ядро головного мозга, что позволяет по мере сражения с противником подмечать жизненно важные и слабые точки на его теле, атака по которым окажется наиболее эффективна.

Противофазный выстрел

Требует: Ловкость (C), Интеллект (C), Восприятие (C), Резонанс (C), Интенсивность (C)

Активная

Расходует: минимально 800 (384) единиц арканы

Ступень: C

Стоимость: 75 000 ед. арканы

С помощью арканы меняет материальную структуру следующего выстрела, что увеличивает поражающую и пробивную способность пули против энергетической и элементальной защиты. Чем больше затрачено арканы, тем сильнее эффект.

Ясно одно, надо выходить на охоту и искать новые приключения на собственный зад. Заодно и Гидеона погоняю, чтоб парнишке жизнь малиной не казалась.

Спустя час, когда я перекусил и занимаюсь медитативной чисткой оружия, попутно думая о том, как обустроить свою личную жизнь в условиях множественности выбора, на Трансивер приходит сообщение от Накомис.

«Не спишь ещё? Тут что-то странное происходит».

«Странное насколько? Ваалис голым пляшет гопак на улице?»

«Ну у тебя и фантазия. Брр. Пришёл сигнал СОС. Мне, Такаде и ещё паре человек из Пайн-Ридж».

«Кто отправитель? Откуда пишет?»

«Отправитель неизвестен. А само сообщение сейчас перешлю».

Читаю появившийся текст и натурально морщу лоб. Это что за дошкольное послание?

«Помогите. Опасность. Много. Врагов. Опасность. Золотой. Виг. Вам».

Я отбиваю ответ Нако:

«Что за кретин это написал?»

«Может, ребёнок? Или кто-то с задержкой развития? Или раненный, нихрена не соображает?»

«Или это большая жирная ловушка».

«Возможно. Поедем или игнорируем?»

«Поедем, конечно!»

Это же неприятности, они же ждут!

[1]. Tina Turner — The Best.

Глава 9

Ехать решаем нашим небольшим отрядом, чтобы не тащить с собой лишних людей, в чьей боеспособности я всё равно не уверен. Мой зад везёт Бахамут, а Тая, Гидеона и Накомис — внедорожник, отжатый у бойцов Самеди. Битва с их форпостом принесла нам много единиц техники, а также приличное количества топлива, учитывая и то, что нашлось в мастерской Анри.

До Пайн-Ридж маршрут простой и прямой. Проезжаем его, не испытав никаких сложностей. В стороне от дороги мелькают монстры, но либо не суются к нам, либо отстают, не сумев догнать. Изредка включаю Пелену тишины, если вижу по карте, что мы будем двигаться мимо большого скопления враждебных целей.

На въезде в город лежит окровавленная туша массивного чудовища. Лапы разбросаны в стороны. Толстая шкура полосами содрана с крепкого костяка. Вокруг вьются падальщики — орава шестилапых поджарых тварей с запавшими животами. При виде нас они агрессивно верещат. Понятно и без слов. «Наша добыча. Не подходи».

Врубив Пелену тишины, опустошаю барабан Карателя, чтобы не тратить более ценные патроны. Измочаленные тушки отлетают прочь, смешно загребая лапами воздух. Выжившие при виде демонстрации силы предпочитают убраться, признавая наше право ступать беспрепятственно.

Добыча оставляет желать лучшего, по 254 единицы арканы с носа. Собрав, движемся дальше.

Уже на выезде из городка на нас пикируют сверху знакомые скаты-вругрики. Гидеон, высунувшись из окна, обдаёт огнём одного, Нако из пистолета цепляет ещё двоих. Последнего добиваю я прежде, чем он разобьёт лобовое стекло, влетев внутрь салона. Мёртвое тельце со шлепком стучит по лобовухе и отлетает прочь.

— Хорошая реакция! — кричу я обоим союзникам, сблизившись с автомобилем.

Гидеон сияет, как начищенная монета, а полицейская хмыкает. Уверен, ей всё равно приятно.

До Золотого Вигвама отсюда ехать около четверти часа. Казино поставили вне городской черты по каким-то там местным законам резервации, как сообщила мне индианка.

Шоссе петляет среди холмов, места тут довольно живописные, но вскоре подводит нас к искомой цели. Обычно многолюдная парковка теперь пустует, а в нескольких точках уже пробиваются травинки. Природа постепенно отвоёвывает своё.

Казино — это трёхэтажное здание из песчаника и стекла. Некогда роскошное, оно постепенно приходит в упадок. Краска на внешних стенах облупилась под следами когтей, а фасад покрыт битыми окнами. На крыше виднеется огромный купол, призванный добавить естественного света в дневное время. Сейчас целая его секция провалилась внутрь, а изломанные стеклянные края отражают солнечный свет.

На фасаде болтается неоновая вывеска, в настоящий момент тусклая. Огромные буквы съехали, повиснув под углом, поэтому «Золотой Вигвам» превратился в «Золотой Виг вам». Само же изображение индейского остроконечного шалаша и вовсе разбилось об асфальт.

Перед входом в здание лежат опрокинутые тотемные столбы. Грязные и покрытые засохшей кровью, они выглядят так, будто их кто-то пытался грызть, но выплюнул, разочаровавшись.

— Что скажешь? — обращаюсь я к Накомис.

— Не выглядит как место, где могли остаться выжившие, — задумчиво отвечает она.

— Может, они спрятались где-нибудь и боятся показаться? — предлагает вариант Гидеон.

— Ну кто-то, определённо, должен был отправить то послание, — отзывается полицейская. — Осталось его найти.

— Так пошли искать, — говорю я, широко улыбаясь, и кладу дробовик на сгиб руки.

С ружьём оно всегда как-то лучше ищется. Особенно, если встретишь оголодавшего соседа по галактике.

А Николай ничего не говорит. Просто держит руку возле меча, изучая обстановку. Ну и нормально, я за двоих могу трепаться.

— Урок шестнадцатый, мой юный падаван, — негромко сообщаю Гидеону. — При встрече с непонятным вначале стреляй, а потом задавай вопросы.

— А если это человек? — уточняет Мэтт.

— Тогда делай предупредительный выстрел в голову.

Накомис моего веселья не разделяет. Приходится добавить:

— Доверяй интуиции. Если встреченный выглядит так, словно насилует старушек, не стоит узнавать у него, насколько тяжёлым было его детство и какие социо-экономические факторы заставили его докатиться до такой жизни.

— Эк ты завернул, — хмыкает полицейская.

— Да так, вспомнил новостные репортажи. Ладно, Тай идёт первым, за ним Накомис, потом Гидеон, а я замыкаю.

— Отсидеться решил в задних рядах, значит? — подкалывает девушка.

— Ну, конечно, как я это обычно делаю. Чтобы Егерь да лез с головой в петлю?!

— Нет-нет, на тебя это совершенно не похоже.

Переговариваясь, мы ступаем внутрь здания и попадаем в лобби. Полутёмное просторное помещение, в центре которого возвышается оранжевая колонна из пластика, а вокруг неё извиваются металлические полосы. Возможно, прежде она подсвечивалась изнутри, а всё вместе это напоминало столб огня или костёр. Хрен его знает.

По левую руку находится стойка регистрации, я так понимаю, в этом же здании есть гостиничные номера, а по правую руку — окошки, где можно обменять мёртвых американских президентов на игровые фишки.

Сейчас здесь царит запустение, разбросаны личные вещи и чемоданы. Подозрительные пятна украшают пол и стойку. Пахнет застарелой грязью, пылью и чем-то неприятным, что пока не получается идентифицировать. А вот типично-человеческих свежих запахов я не чую.

— Можешь в подсобку заглянуть? — негромко прошу Тая.

Тот молча кивает и одним лёгким движением перемахивает через стойку. Выходит через полторы минуты, качая головой.

— Тогда двинули.

Лобби выходит в узкий коридор, с обеих сторон украшенный декоративными кустиками, палками бамбука и чёрными аппликациями в виде индейцев верхом на лошадях. Работай позади подсветка, выглядело бы это всё посимпатичнее.

— Кто там мне втирал про расизм неделю назад? — окликаю Нако. — Мол, это мы, белые, сразу думаем про копья, луки и трубку мира? А это чё? — стучу пальцами по плюмажу из перьев, украшающих всадника, а следом по копью в его руках.

— Потому что на вас, дурачков, такое казино и рассчитано, — фыркает она. — «Ах какой колорит! Мардж, погляди-ка!» — индианка пытается изобразить бас мужика в возрасте.

— Что ты сказал? — дёргается прочь от меня Гидеон.

— Копья, трубка? А что? — смотрю на него с прищуром.

— Нет. Ты сказал что-то… — он жуёт губами, уйдя в себя.

— Ты в порядке?

— Что? Да… Да.

Обмениваюсь взглядами с полицейской.

— Будьте начеку.

Мы проходим коридор и попадаем в большущую комнату с игровыми автоматами. Здесь уже дневной свет из проломленного стеклянного купола частично разгоняет сумрак. Лучи солнца подсвечивают пыль, витающую в воздухе. Втягиваю в себя почти выветрившиеся нотки крови, требухи и смерти.

Краем глаза улавливаю что-то яркое. На долю секунды мне кажется, что возле дальнего автомата стоит пожилой мужчина в гавайской рубашке и бриджах, но, когда фокусирую внимание, там ничего нет.

— Егерь, ты охерел?! — зло шипит Накомис.

— Что? — перевожу на неё удивлённый взгляд.

— Не придуривайся! Ещё одна фраза, и я за себя не отвечаю!

— Я молчал вообще-то. Мэтт? Николай?

Тай отрывисто кивает, а вот Гидеон находится в прострации.

— Что это? — тянет он, указывая пальцем в дальний край зала. — Ребекка?..

Шарю глазами, но ничего не нахожу в той стороне. Пиромант делает несколько шагов в ту сторону, и я с силой одёргиваю его за плечо.

— Твою-то, сука, мать! Я здесь один мозги не растерял?

Парень растерянно вертит башкой по сторонам.

— Мне показалось, что я увидел свою подругу… — заторможенно произносит он.

Без предупреждения Тай одним молниеносным движением пластает пространство перед собой. С пронзительным скрежетом кусок игрового автомата обрушивается на пол. Мечник же вздрагивает и недоумённо смотрит себе под ноги.

— Так. Мы уходим, — командую я. — Понятия не имею, что с вами происходит, но мне это не нравится. На выход! Живо!

Крутанувшись, делаю шаг к… стене. Проход в лобби исчез. Крепкая каменная кладка занимает его место. Прижимаю ладонь к поверхности. Стучу по ней. Звук глухой и ровный.

— Так. Кажется, мы откусили чуть больше, чем я рассчитывал, — бормочу себе под нос.

А сзади уже доносится вскрик Накомис.

— Акандо! Засранец!

Она срывается на бег, и мне приходится ускориться, чтобы догнать её и подхватить поперёк пояса, останавливая.

— Нако, едрить тебя в фуражку, твой напарник мёртв!

— Да нет же, — уверенно заявляет она. — Вот он!

Мэтт тоже порывается побежать куда-то, но Тай перехватывает его.

— У вас что-то с мозгами. Какой-то хреносос внушает вам галлюцинации. Ну! Мы в казино. Здесь нет ни ваших друзей, ни ваших родных. Соберитесь!

Гидеон после паузы уже куда более осмысленно кивает. Полицейская трясёт башкой и шумно выдыхает.

— Да. Да. Надо найти уродца. Сейчас, возможно, это поможет.

Она делает жест рукой, будто загоняет клин в землю, и из воздуха формируется сияющий… тотем. Да, больше всего это похоже на тотем с головой орла около локтя в длину. Девушка хватает его одной рукой и прижимает к себе.

— Держитесь рядом, в поле его действия!

— Вперёд! Пока вы не убежали играть в картишки с призраками.

Мы несёмся по опустевшему помещению сквозь одинаковые ряды игровых автоматов. Влетаем в секцию, где расположены столы для игры в блэкджек. Чуть дальше бар и сейчас погасшая стена из телевизоров, где наверняка транслировались спортивные состязания. В казино же можно делать ставки на спорт в том числе.

Уже на подлёте к бару, замечаю, что два высоких стула заняты. Молодая пара сидит там, болтая ногами и о чём-то переговариваясь.

— Вы их видите? — на всякий случай уточняю у товарищей.

— Да, — шепчет Гидеон.

— Угу, — кивает Нако.

Стреляю рядом с мужчиной, вгоняя пулю в дерево барной стойки. Грохот, пороховой дым и… ноль реакции. Парочка слишком увлечена друг другом.

Тай без спросу подлетает и размашистым жестом рассекает ладонью человека. Ладонь проходит сквозь торс без сопротивления.

— Иллюзия, — констатирует Николай.

— Мираж, — соглашается полицейская.

— Ищем дальше! — поторапливаю их.

Снова бег по этажу, и в какой-то момент Гидеон бросает через плечо:

— Он смотрит моими глазами. Моими глазами. Глазами. Глазаза…

Встряхиваю его на ходу, стиснув плечи.

— Ай, за что?! — обижается Мэтт.

— А нехрен тут изображать ребёнка из типичного ужастика!

— Я молчал! — возражает пиромант.

— Егерь! — отрывает меня голос Тая.

Впереди у широкой лестницы, на пересечении сумрака и редких дневных лучей, танцуют три пары самых разных возрастов. Они кружатся в вальсе, забыв обо всём на свете. Выглядят влюблёнными и весьма счастливыми.

— Дальше!

Николай пролетает мимо танцоров, за ним следует Накомис, перепрыгивая через две ступеньки. Мэтт бежит, стараясь не смотреть на пугающее действо.

Один из людей внезапно подаётся к нему резким скачком, и бок парня раскрывается, словно пробитый пакет с молоком. Под крик мучительной боли алая струя пятнает грязный ковёр.

Глава 10

К чести мальца, его тренировки не проходят даром. Даже падая на пол и заливая собственной юшкой грязный ковёр, Мэтт выбрасывает поток пламени в лицо нападающему. И практически мажет, потому что на долю секунды фасад благообразного танцора исчезает, открывая нам вид на жилистую прямоходящую тварь[1].

Вся покрытая рыбьей чешуёй, она замотана в шкуры, как неандерталец, и сжимает грубое подобие оружия, сделанного из костей. Из локтей у неё торчат короткие шипы, а широкие ступни напоминают и обезьян за счёт противостоящего большого пальца, и амфибий за счёт перепонок.

Гидеон почти промахивается, потому что противник оказывается гораздо ниже своей иллюзорной картинки. Та добавила ему почти две головы роста. Пасть ублюдка раззявлена и демонстрирует впечатляющих размеров клыки. Большие глаза навыкате сидят по обе стороны облезлой морды. На спину свисают лохмы — не то волосы, не то шерсть.

В общем, как сказала бы его мамаша: «Завидный жених! Все девки будут за ним бегать!»

Оценка не успевает просканировать нападающего, потому что иллюзия возвращается, но идиллия уже нарушена. Край огненного потока цепляет уродливую макушку, и отросшие лохмы вспыхивают, как облитая бензином пакля.

Противник верещит, всё так же прикидываясь человеческим танцором, а я выдёргиваю из кобуры Десницу одним скользящим движением. Щёлкает раз за разом курок, вздрагивает револьвер, окутанный пороховыми газами. Дуплеты рвут миражи в клочья, и из них вылетают чешуйчатые дикари, разбрасывая во все стороны свой фарш. Намеренно кладу пули в живот «людей» и таким образом пробиваю головы настоящих монстров.

Верещание на какую-то долю секунды бьёт по ушам, заполняя пространство перед лестницей, но так же резко смолкает. Мертвецы кричать не умеют.

Стонет Гидеон, держась за рассечённый костяным ножом бок. Накомис заторможенно пялится на пироманта, что-то явно давит на её мозги, затрудняя мышление. Тай выглядит более сфокусированным и первым бросается к раненому. В его руках мелькает шприц и тут же входит в залитую кровью плоть. Мэтт шипит от боли, а я гляжу по сторонам в поисках новых любителей польки и нижнего брейка.

Казино выглядит всё таким же пустым и заброшенным. Впрочем, это впечатление обманчиво, как мы уже успели убедиться.

От мёртвых врагов несёт тиной, солёной водой и тем самым типично рыбным запашком. Словно кто-то погрел селёдку в СВЧ. Был среди конюхов на ранчо такой обмудок, который очень быстро уяснил, что просьба не использовать микроволновку в общей комнате отдыха для этих целей вовсе не является просьбой.

— Мэтт, живой? — бросаю я белобрысому и подаю руку.

— Адские колокола! — ошарашенно отзывается тот.

На долю секунды зависаю, пытаясь конвертировать сказанное во что-то понятное моему мозгу. Делаю вывод, что это какое-то заковыристое ругательство амишей, чтоб не богохульствовать. Что-то типа «срань господня!».

Накомис отмирает и пинает ботинком окровавленное тело монстра. Дуплет снёс ему челюсть и разворотил на выходе затылок. Кровь, кстати, бледно-зелёная и очень-очень жидкая.

— Где-то мы слышали про ублюдских рыболюдей, или мне кажется? — тянет она.

— Давай, вспоминай. Потому что у меня ноль идей, — я выжидающе смотрю на неё.

— Точно! — щёлкает пальцами девушка. — В Денби твари, похожие по описанию на этих, лезли из реки. Нам сообщил один из их жителей, пока я ещё сидела в Пайн-Ридж. Насколько я знаю, с тех пор на связь они не выходили.

— Денби — это городок на западе от Пайн-Ридж?

— На востоке, — поправляет меня Нако. — Около получаса на машине из этой точки.

— То есть, теоретически они могли сюда добраться. Вопрос лишь — нахрена?

— Разведчики? — предполагает полицейская.

— Так далёко от реки? Если они в ней живут, вряд ли стали бы далеко углубляться от своего естественного ареала.

— Может, их выгнали? — морщась, произносит Гидеон.

— Более опасный монстр заставил искать новый дом? Вариант. Но почему на суше?

— А что если их подкупили, ну, или договорились? — трёт подбородок Накомис. — Шкуры и костяные ножи указывают на интеллект.

— Тогда бы у них имелся жетон и класс, но Сопряжение считает их безмозглыми монстрами, — возражаю я, пройдясь Оценкой по трупу.

Пупырчатый скриг

Ранг: Войд

РБМ: 249 единиц

Статус: Мёртв

Содержит: 1 253 единицы арканы

Собираю трофеи с пяти убитых, шестого, похоже, засчитали Гидеону. Тот как раз касается кристаллического цветка.

— Вы видите хоть одно окно? — спрашиваю я у напарников.

Тай качает головой.

— Нет.

— Неа, — хмурится Нако.

— И я нет, а они здесь точно имелись. Разбитые окна украшали фасад.

— Кто-то дурит наши органы чувств, — утвердительно выдаёт девушка.

— Верно, потому что запах от скригов я не почувствовал, хотя должен был, едва вошёл в казино. Больше скажу, прямо сейчас Картограф показывает, что в пределах ста метров нет ни одной враждебной цели. Вы верите в это?

Все трое отрицательно качают головами.

— Кроме того, они явно не сами на себя наложили иллюзии. Слишком тупые. Для этого нужен какой-то главарь.

— Нужно найти этого сраного умника и выжечь ему кишки, — со злостью бросает Мэтт.

— Мне нравится твой настрой.

— Как это сделать? — скептически спрашивает индианка. — Мы чуть все не разбежались в разные стороны. Здание огромное, а ублюдок может прятаться где угодно.

— Ты права, но есть одно «но», — возражаю я. — Ни один хитроумный сукин сын не будет пренебрегать охраной. Чем больше сопротивления мы будем встречать, тем больше шансов, что мы на верном пути.

— Надо идти, — заговаривает Тай.

— Да, пока противник не сделал следующий ход.

Мы в темпе поднимаемся по лестнице на второй этаж. Здесь имеются столики, предназначенные для баккары и рулетки, а также несколько залов для тех, кто привык играть в покер по-крупному. На зелёном сукне до сих пор лежат пыльные карты. Атмосферу несколько портят чьи-то обглоданные фаланги пальцев, оставшиеся на горке разноцветных фишек.

— Похоже, последняя раздача прямо добила его, — скалюсь я, оглядев обстановку.

Ответом мне служат тяжёлые вздохи пополам с ворчанием.

— Я почти хочу словить новые глюки, лишь бы не слушать твои херовые каламбуры, — закатывает глаза Накомис.

— А ты что скажешь, юный падаван?

Гидеон с вымученной улыбкой показывает большой палец.

Мы идём по этажу и уже через минуту натыкаемся на десяток игроков, замерших возле стола с рулеткой. Иктоми выпускает стрелу в одного из них, но та бесполезно прошивает иллюзию.

— Фейк, — она пожимает плечами.

Вместо ответа я дёргаю Карателем слева направо и выпускаю веер Усиленных выстрелов. Пули, подсвеченные арканой, перфорируют изображения людей, и несколько из них выбрасывают из себя всё тех же скригов. Стреляет Гидеон, полицейская отправляет ещё парочку стрел, Тай закрывает собой группу от возможной атаки. Через полминуты всё кончено.

Новая волна ментального давления настигает нас, когда мы расправились ещё с одной группой врагов и уже подходим к фешенебельному ресторану. Мой слух заполняет неразборчивый шёпот. Нако машет руками перед лицом. Мэтт пялится в собственное отражение и пускает слюну. Тай что-то бормочет себе под нос и ожесточённо стучит себя по затылку.

Ребят явно накрывает сильнее, чем меня. То ли, будучи Квазом, получаю какую-то природную защиту, то ли один из параметров так влияет. Возможно, Хладнокровие? Оно вроде мозги от стресса защищает, а я сейчас по ноздри в стрессе.

Тормошу спутников, кричу и с трудом заставляю очнуться. Мы проходим сквозь ресторан, и я вынужден зажимать нос от дикой вони испортившихся на кухне продуктов. Всем остальным тоже неприятно, но мой обострённый нюх реально страдает. Утешаю себя тем, что отправляю в кольцо пяток бутылок дорогого алкоголя. Тут имеется целая стена из закреплённых в специальных пазах вин. Выглядит это очень эффектно даже в полумраке.

Игровая часть этажа перетекает в отельную. Здесь есть разделительные двери и пост ресепшена, сейчас пустующий. Настороженно двигаемся по коридору, погружённому во тьму. Моё Спектральное зрение справляется весьма неплохо.

Сворачиваем за угол, и я в удивлении пялюсь на девочек-двойняшек, стоящих посреди коридора, держась за руки. Синие платьица, аккуратные причёски, волосок к волоску. Револьвер прыгает в руку, кажется, быстрее, чем я делаю вдох.

Однако вместо выстрела соображаю попробовать иные режимы Спектрального зрения. Возможно, в инфракрасном или ультрафиолетовом смогу распознать илл…

Оступившись, задумчиво смотрю на оружие, зажатое в кулаке. Что я хотел сделать? Дурацкое чувство дежа вю. Коридор пуст, но здесь и не было никого. Чего мы копаемся?

Тай тормошит меня, и наша группа продолжает углубляться в жилую часть гостиницы.

— Мы уже проходили эту вазу, — внезапно замечает Накомис.

— Здесь же типовой декор, — откликаюсь я. — Немудрено.

— Нет. Именно эта ваза имеет скол в верхней части. Бросился в глаза. Мы ходим кругами.

В раздражении я впечатываю мысок в ту самую вазу, и звон фарфора разносится по коридору.

— Лучше? — уточняет она.

— Нет. Когда найдём этого ушлёпка, я буду держать ему руки, а ты, Мэтт, устроишь барбекю из его яиц.

— Даже спорить не буду, — тихо добавляет полицейская.

Мы кружим по этажу, заводясь всё сильнее и постепенно теряя силы. Разбитая ваза попадается нам трижды. Прочёсываем комнаты, чьи двери давно выбиты, но там лишь пятна крови, шёпот и давящая атмосфера.

В какой-то момент замыленный глаз обращает внимание, что рисунок на обоях на стене коридора слегка отличается от соседних. Стоит сфокусироваться на этом, как разница исчезает, но я уже упираюсь руками в препятствие. Ладони ощущают крепкую поверхность, а глаза видят незыблемую преграду. Закрываю их, отсекая зрение, и очищаю разум. Тут нет стены и никогда не было.

— Что такое? — уточняет спутница.

— За мной, — командую, не отвлекаясь.

Рука девушки вцепляется в мой ремень.

Концентрируюсь, ощущая неизвестное сопротивление, и буквально проваливаюсь на ту сторону. Здесь оказывается лестница, ведущая на третий этаж. Все трое цепочкой следуют за мной.

Тут картина всё такая же безрадостная. Нам приходится разобраться ещё с одной, очень малочисленной группой скригов, замаскированных под горничных. Полчаса бесплодных поисков. Ментальная усталость нарастает с каждой минутой. В висках стучит, и я сжигаю Второе дыхание, чтобы восполнить собственные силы.

Возможно, это прилив энергии, а, возможно, просто подсознание сопоставляет имеющиеся факты.

— Он не здесь! — я замираю посреди коридора.

— А где? — спрашивает Гидеон.

— Слишком мало охраны. Мы же обсуждали. Их становилось всё меньше. Мы шли прочь от цели!

— Тогда, где этот говнюк?! — рычит Накомис.

— Каково самое охраняемое и надёжное место в казино?

— Сейф.

— Именно. Сейф в подвале!

Мы буквально слетаем по лестнице. Почему-то больше нет попыток запутать нас в трёх стенах. Мимо ресторана и игорных столиков. Первый этаж. Слишком много дверей, но Тай подсказывает — деньги из кассы должны перемещаться в сейф.

Я жду, что вот-вот усилится сопротивление. Нас попытаются завалить толпой скригов, но, нет. Никого.

Перепрыгиваем через стойку, пол буквально усеян рассыпанными фишками. Массивная дверь, которая должна быть закрыта на кодовый замок, сейчас распахнута. Извилистый коридор, неработающие камеры наблюдения.

Мы выбегаем в просторное помещение, на другом конце которого находится огромная круглая сейфовая дверь. Она призывно распахнута, и я всё отчётливее улавливаю чужой запах.

— Он там!

Накомис накладывает стрелу на тетиву. Тай обхватывает рукоять меча.

Секунда, и мы внутри. Пол устилают дочиста обглоданные костяки, перемешанные с грязными банкнотами. На горе из них, как на троне, восседает крупное мускулистое существо[2] с шестью руками. На этом сходство с забавными сородичами Такирама заканчивается.

Кожа гладкая и сухая, как наждак. Черты лица резкие и сплюснутые. А самое главное, на башке извиваются щупальца-отростки, чьи кончики испускают фиолетовый свет арканы.

Как и его слуги, противник одет в какие-то дикарские тряпки, что всё же выдаёт какой-никакой разум.

Зоргулон пси-мастер

Ранг: Квазар

РБМ: 581 единица

Статус: Доволен

Содержит: 36 822 единицы арканы

— Пришли. Хорошо, — отрывисто выплёвывает противник.

Речь у него грубая и максимально чужеродная.

— Проголодался. Мясо. Свежее.

— Значит, это ты — красавец, который нас пригласил? И как тебе это удалось? Просто интересно.

Зоргулон равнодушно стучит длинными когтями по Трансиверу, лежащему справа от него. Прямо на теле частично подгнившего мужчины.

— Это Расти, — ожесточённо бросает индианка. — Жил в Пайн-Ридж, один из охранников центра правосудия.

Похоже, он какое-то время весьма успешно выживал, даже Трансивер купил. А потом повстречал этого шестиручку. Понятно, почему сообщения пришли именно Такаде и Нако. Монстр каким-то образом вытащил воспоминания у покойника.

Это также объясняет, почему приглашение было таким странным. Полуразумный утырок скопировал буквы, но ему что Вигвам, что Виг вам — разницы нет.

Пора заканчивать этот балаган.

Я хватаюсь за оружие, но и оппонент не отстаёт. Он не делает ничего.

А вот в меня без единого слова летят стрелы, сгусток огня и взмах катаны.

[1]. Художник— Max Kostin.

[2]. Художник— Peter Lumby.

Глава 11

Тело само реагирует на атаки — молниеносно разрываю дистанцию Глайдом. Круглая форма комнаты практически не оставляет возможностей спрятаться. Лишь пяток колонн создают какое-никакое укрытие.

Скольжу к дальней стене в пустоту, а из неё внезапно веет желанием убивать. Стреляю, не раздумывая, и в каких-то двух шагах от меня из ниоткуда вылетает мёртвый скриг с костяными ножами.

Крутанувшись, ловлю на мушку псионика, который так и не сдвинулся с трона, но револьвер ведёт мимо него. Руку что-то тянет прочь, невзирая на мою попытку удержать врага на прицеле.

В этот момент новая стрела со звоном отскакивает от вспыхнувшего вокруг меня барьера. Следом за ней воздух пронзает глубокий выпад Тая. Его глаза затуманены фиолетовой плёнкой, а физиономия не выражает никаких эмоций. Похожим образом выглядит и Мэтт с Накомис.

Вот же сучий псионик! Мощный, холера. Держать под контролем и толпу скригов по всему казино, и троих Войдов должно быть непросто.

Остриё катаны прыгает мне в лицо. Уворачиваясь на сверхблизкой дистанции, позволяю клинку проскочить над своим плечом, а сам с силой бью в подставленный корпус. Ощущение, будто зарядил по упругой резине. Сгустившийся Отражающий покров Николая блокирует мой удар, возвращая обратно всю вложенную кинетическую энергию. Кулак с силой отбрасывает, а меня разворачивает на месте. Раскрываюсь по-глупому, и оружие в руках умелого мечника пытается наказать меня за самоуверенность.

Сзади тем временем веет опасностью, а сбоку шкворчит пламенный сгусток, посланный Гидеоном. Врубаю Спурт и, вывернувшись так, что катана проходит почти впритирку к лицу, ускользаю прочь. Огонь разбивается о воздух, и оттуда доносится болезненный вой скрытого невидимостью скрига.

В движении активирую Кокон иллюзий, и без того переполненное действующими лицами пространство заполняется ещё сильнее моими мельтешащими послеобразами. Зоргулон любит миражи? Их есть у меня.

Нако выпускает стрелу в одного фальшивого Егеря. Её примеру следует Мэтт, поливающий огнём ещё одну копию. Тай активирует Ионный барьер, и электричество окружает его смертельными всполохами. Разряды сразу же прыгают в мою сторону и упираются в щит. Если б не Массив туманности, поджарило бы меня до хрустящей корочки.

Выгляжу, я должно быть, как та плазменная лампа[1]. Окружённый пучком сияющих разрядов электричества, что притягиваются ко мне с разных сторон, но бьют лишь в кокон барьера. Его батарея начинает резво опустошаться, иначе и быть не может. Там хоть и заложено 250к, но и хреначат по мне со всех сторон, не жалея сил.

Пока я торопливо уворачиваюсь от очередных взмахов меча, слева из пустоты вываливается прожжённый насквозь скриг, дёргаясь в конвульсиях. Сколько их вообще в помещении?! А справа воздух рвёт рой фиолетовых частиц. Больше всего они похожи на игральные карты, такие же тонкие и скромные в размерах. Псионический залп в форме двух дюжин таких снарядов норовит нашпиговать меня почище индейки на день Благодарения.

Скольжу прочь Глайдом, а «безобидная» аркана распыляет кучку моих послеобразов. Обычные атаки им нестрашны, а вот эта не даёт и шанса. Её ментальная природа идеально подходит для того, чтобы уничтожать иллюзии, то бишь ментальные конструкты.

Сейчас бы зарядить Струнами пустоты в полную мощь, но они легко накроют почти весь зал. Убивать же своих спутников не входит в мои планы.

Вновь пытаюсь взять на прицел Кваза, но тот в очередной раз задействует свою псионическую мощь. Невидимые нити воздействуют на тело, заставляя руку ходить ходуном. На секунду поддаюсь, прекращая давить в нужную сторону. И вместо этого просто спускаю курок.

Управляемая пуля покидает ствол револьвера на огромной скорости, ускоренная моей волей, загибается по дуге и влетает в ублюдка.

Влетает, чтобы зависнуть перед самой его мордой. Телекинез или нечто похожее, но кусочек смертоносного металла бессильно вращается в воздухе. А потом, словно свежее тесто, раскатывается в тонкую пластинку, распадается на сотню частиц и осыпается наземь пылью.

Посмотрим, сможешь ли ты угнаться за мной.

Опустошаю оба револьвера целой россыпью Управляемых пуль. Никогда до этого момента я не пытался контролировать столько объектов за раз. И всё это происходит, пока тело рефлекторно продолжает уклоняться от атак Нако, Мэтта и Николая.

Мозг едва не короти́т от напряжения. Кровь капает из носа. Полтора десятка пуль выписывают вензеля по комнате. Мне не хватает точности контроля, чтобы заставить их идеально следовать нужной траектории. Всё, что я могу, это направить пули плюс-минус к противнику с разных сторон.

Все они должны выпотрошить тварь, а вместо этого зависают перед ней, будто попали в кисель. Гроздь металлических «пчёл» парит перед псиоником, а потом резко устремляется обратно к отправителю. То есть, ко мне.

Трачу Спурт, чтобы не только увернуться, но и выдернуть Тая, стоявшего между мной и врагом. Тому, похоже, плевать на жизнь и безопасность мечника. А ещё у него явно кончается терпение.

Остатки скригов беззвучно атакуют меня со всех сторон. Кто-то сгорает, слишком близко приблизившись к электрическому полю мечника, кто-то успевает нанести удар по моему барьеру.

Зоргулон одну за другой создаёт знакомую фиолетовую россыпь пси-снарядов и швыряет их в мою сторону. Уворачиваться становится не просто сложно, а чертовски сложно.

Мои товарищи также не жалеют своих козырей. Ослепляющая стрела Нако едва не ловит меня. Лишь благодаря удаче в момент взрыва я смотрю в иную сторону, а потому сохраняю зрение. Катана Тая оставляет за собой нехорошие багровые росчерки. Подставляться под них нет никакого желания. Гидеон держит раскрытую ладонь, направленной в мою сторону, и с неё льётся поток огня. Трюков у него пока не так много, да и аркана вот-вот должна показать дно. Однако, это лишь очередной гвоздь в гроб моей манёвренности.

Я торопливо перебираю весь свой арсенал, пытаясь подобрать что-то, способное справиться с защитой шестирукого ублюдка. Кидаю гранату в его сторону, но оппонент ловит её ещё в воздухе и спрессовывает в крошечную стальную болванку. Она даже не взрывается.

Аркана улетает, как вода из дырявой бочки. Я сливаю Спурты и Глайды, просто чтобы выжить в череде постоянных атак.

С мрачной безысходностью подлетаю к пси-мастеру под ускорением, сжимая в одной руке новый топор, а в другой меч Ушастика. И едва успеваю разорвать дистанцию, потому что три пары рук рождают волну пурпурной энергии, которая расходится по всему залу. Попавшие под её действие напарники зависают и корчатся от боли, хватаясь за виски.

Мне удаётся с помощью Глайда разминуться с ней в считаных сантиметрах. Только скорость и относительная стойкость к прямому контролю до сих пор спасают мой зад.

Пользуясь заминкой, добиваю скригов. Монстр пытается помешать, но хотя бы тут я могу взять своё. Топор влёгкую сносит черепушки с одного удара.

Закончив с этим, продолжаю мысленно листать свои способности.

Дуплет? Бесполезен. Не могу ни направить револьвер на врага, ни пробить его телекинез. Пробую соединить Усиленный выстрел и Управляемую пулю. Всё также без особых проблем Кваз перехватывает её.

Струны пустоты прикончат товарищей. Животная эмпатия, Кокон иллюзий, Пелена тишины… Бесполезно, бесполезно, бесполезно!

Манок.

Больше из чувства отчаяния, чем реальной надежды на успех, активирую новую способность.

Пронзительное гудение раздаётся из точки рядом с Квазом. Он если и удивлён, то вида не показывает. Вообще, не очень экспрессивный парень, надо признать. Мы бы с ним не поладили.

Фокусирую внимание на этом звуке и постепенно меняю его. Визг. Скрип когтей по железу, стеклу и грифельной доске. Мурашки по всему телу. Я перебираю прорву всевозможных вариантов. То ниже, то выше. Оглушительный крик и взрывы. Стрельба и монотонный писк. Пробую всё, до чего могу додуматься. Лишь бы рассеять его сосредоточенность.

Возможно, срабатывает ассоциация. Это не человек, он видит и слышит иначе, чем люди. В другом диапазоне? Ультразвук, например, отпугивает собак. Я пробую, вначале опускаю всё ниже и ниже.

Еле слышное гудение наполняет хранилище. Вибрируют кости и металлические поверхности. Инфразвук становится всё более насыщенным.

Квазу… плевать.

Он стреляет в меня пучками пси-энергии, облизываясь с вполне конкретным интересом. Завершить жизнь в его желудке было бы весьма печальным итогом моей насыщенной карьеры.

Мне бы не удалось сформулировать, что я делаю и как. Человек же не обдумывает, как ему взмахнуть рукой. Просто желает, и рука подчиняется. Тут то же самое.

Иду ва-банк и задираю частоту. Всё выше и выше. Тончайший вой звучит всё пронзительнее, всё чаще, пока не сливается в одну бесконечно-протяжную ноту. От звука взлетающей ракеты к писку комара. Пока просто… не исчезает. Я перестаю улавливать какой-либо шум.

А Кваз нарушает тишину, рыча от боли. Пара когтистых ладоней зажимает провалы ушей. Щупальца на его башке стегают во все стороны хлыстами. Огоньки на их концах мерцают: то вспыхивают, то гаснут. Залпы в мою сторону становятся хаотичными. Фиолетовые частицы распадаются, толком не сформировавшись. Ему не хватает контроля, чтобы управлять собственной силой.

С кряхтением и кашлем на полу начинают возиться мои товарищи. Первым приходится в себя Тай. Заняв сидячее положение, он вбирает в себя картину какую-то секунду, а потом кидается в бой. Катана по дуге падает на голову Кваза, и тот с мучительной миной тормозит её ход, вскинув руку. Тормозит не физически, а ментально. Всё тот же телекинез удерживает клинок, не давая ему опуститься.

Я стреляю от бедра. Пули частой дробью стучат о невидимый барьер, созданный противником вокруг себя.

Как когда-то в коммуне амишей, я вижу лук в руках Накомис. Он наливается ослепительной белизной, а наложенная стрела увеличивается в размерах, пока не достигает метровой длинны. Прямо с пола девушка выпускает её в цель.

Зоргулон с трудом останавливает снаряд, припав на одно колено. К общему веселью присоединяется Гидеон. В одной руке плазменный пистолет Джиендро, вторая выпускает огненные сгустки.

Монстр покачивается, а в движении его щупалец чувствует паника.

Усугубим!

Выхватываю из кольца винтовку и сливаю аркану почти под ноль в Усиленный выстрел и Дуплет. Остатков хватит лишь, чтобы поддерживать Манок.

Серое Веретено громыхает, и светящаяся пуля таранит невидимый барьер. Поначалу кажется, что враг совладает, но щупальца гаснут, и одна из его рук отлетает, перебитая в локте. Конечность со шлепком стучит по полу, а катана уже врубается в чудовищное тело, разрубает плечо и уходит ниже — к внутренностям. В это же время поток огня омывает уродливую морду. Выжигает глаза, зарывается в раскрытую от боли пасть.

Досылаю патрон. Выстрел. Пуля дробит колено, вынуждая псионика припасть к земле. Передёрнуть затвор. Выстрел. Грудная клетка вздрагивает от крупнокалиберной пули, что больше не видит никаких преград. Кровь толчками выплёскивается на пол.

Еле слышный на фоне творящегося хаоса свист.

И ослепительная стрела Нако пробивает лобную кость чудовища.

Ослеплённый, обожжённый, искалеченный он валится на спину и замирает.

Всё.

[1]. https://ru.wikipedia.org/wiki/Плазменная_лампа

Глава 12

Вокруг царит тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием выживших. Привалившись к ближайшей колонне, я оглядываю развороченное хранилище. Заляпанные грязью и кровью банкноты, искалеченные тела скригов в разной степени сохранности с вырастающими цветами арканы, а также остывающая туша Кваза. Уперев в него ногу, Тай вытаскивает катану. Гидеон ошалело смотрит по сторонам, его руки дрожат, а глазной тик придаёт ему несколько нелепый вид. Накомис, застывшая в позе для стрельбы из лука, медленно поднимается с колена.

— Это было ужасно, — охрипшим голосом произносит она.

— Да, по-моему, как обычно, — отзываюсь я, попутно дозаряжая винтовку. — Разве что возни чуть больше.

— Нет, — мотает она головой. — Эта мразь залезла ко мне в голову. Я всё видела, но ничего не могла сделать. Не контролировала собственное тело. Ужасно!

Мэтт лихорадочно кивает.

— Святые дудки! — выдыхает он.

И после паузы, словно подумав, неуверенно добавляет:

— Пиздец!

— Вот! — радуюсь я, — это куда лучше описывает произошедшее.

— Ты плохо на него влияешь, — с укоризной замечает Нако.

— Это реальная жизнь плохо на него влияет. Сидя на ферме, когда главная твоя проблема — это молоток, зарядивший по пальцу, можно отделаться «дудками». Столкнувшись со всем этим, — обвожу руками разнесённое хранилище, — нужно подбирать более подходящие слова.

Полицейская устало отмахивается.

Мы разбредаемся по залу для того, чтобы собрать трофеи. Из дюжины скригов мне принадлежат семь. Почти девять тысяч арканы, неплохо. Собравшись у тела Кваза, изучаем светящийся синим кристаллический росток.

Трофей Накомис «Иктоми» Дурной Нрав

Содержит:

63 043 единицы арканы

Способность «Телекинез».

Требует: Интеллект (D), Восприятие (D), Резонанс (D)

Активная

Расходует: 1 000 (480) единиц арканы в минуту

Ступень: D

Шанс отторжения: 11%

Позволяет вам силой мысли манипулировать объектом массой до 50 кг в пределах 33-и метров от вас. Использование телекинеза может быть утомительным для разума и требует высокой концентрации. Вы получаете возможность манипулировать несколькими объектами одновременно. Сила воздействия и контроль значительно улучшены.

— Можешь зачитать полное описание? — просит Накомис.

Озвучиваю и уточняю:

— Какой шанс отторжения?

— 26%.

— Купишь пилюли в Магазине и арендуешь капсулу. Это срежет 23%.

Она механически кивает, но тут же возражает:

— Основной вклад в победу за тобой. Давай, забирай способность.

— Так-то оно так, но боеспособность надо повышать у всего отряда. Поэтому вытаскивай Экстрактор.

— Но!..

— Понравилось быть марионеткой Кваза? — жёстче, чем следует, спрашиваю я. — Нет? Тогда не спорь.

Индианка осекается, а я добавляю уже мягче:

— К тому же своими пулями я и так могу управлять, а тебе Телекинез для стрел пригодится. Хорошо сочетается.

— Ладно, забери хоть аркану.

— Подели на всех, мою долю отдай Мэтту. Ему надо нас догонять, а тебе ещё 60к собирать на интеграцию.

Пиромант только-только приближается к Войду. В отличие от Тая, который уже набрал 334 РБМ, и Накомис с её 289-ю единицами.

Переглянувшись с Николаем и Мэттом, девушка кивает.

— Едем обратно? — примиряющим тоном спрашивает Гидеон.

Часы показывают 17:39.

— Через час стемнеет. Предлагаю ещё поохотиться вокруг казино и переночевать здесь.

— Мы же успеем вернуться? — удивляется пиромант.

— Да, но наша следующая остановка — это Денби. Отсюда ближе будет ехать.

— Хочешь глянуть, что там стряслось? — задаёт вопрос Нако.

— Ага, плюс, это один из двух оставшихся городков поблизости, что мы ещё не навещали.

— Ты же не собираешься действительно отправиться в Чадрон? — с прищуром смотрит она.

— Я? Как ты могла такое подумать? — отвечаю с ехидцей.

— Самоубийца, — вздыхает Иктоми. — Федералам нет веры, а этот ещё и военный.

— Как будто это что-то плохое.

— Кто, по-твоему, придумал термины «допустимые потери» и «сопутствующие потери». Уверена, если бы они могли жахнуть атомной боеголовкой по Сопряжению, давно бы это сделали, и похер, сколько гражданских погибнет.

Учитывая историю её народа, немудрено, что Накомис не верит федеральным властям ни на йоту.

— Скажем так, я уверен в собственных силах. Если что, ноги я унесу в любом случае. На данный момент только шесть Землян выше меня по РБМ.

— Твои похороны, — фыркает она.

Закончив с хранилищем, мы выходим на улицу. Солнце медленно клонится к горизонту. Имея на руках Картограф, найти монстров несложно. Особенно, если их не прикрывает искусный псионик.

Целая пачка существ размером с пуму облюбовала лесок позади казино. Так называемые зарвиксы имеют мех тёмно-синего оттенка, гибкие когтистые лапы и длинный цепкий хвост, которым в первом же бою один из них подсекает ногу Мэтта. Приходится вмешаться, чтобы он не стал поздним обедом.

Мне с них падает едва 730 арканы, поэтому в бой особо не лезу. Просто слежу, чтобы никто из напарников не погиб. Николай отвлекает всё внимание на себя, влезая в самую гущу вражеских сил, а Мэтт и Накомис работают издали, планомерно выбивая тварей одну за другой.

Заодно оцениваю, чему научился Гидеон. Парнишка он упрямый и неглупый, а ещё далеко не трус. В хранилище амиш стал куклой могущественного Кваза, а подобный опыт способен расшатать нервы даже опытному бойцу. Однако пиромант оказывается способен отделить свои эмоции от дела. Бесценный навык для любого человека, который ежедневно подвергается опасности.

Возможно, вселенная оценивает это по достоинству, потому что ему везёт с трофеем. На одном из монстров вырастает кристалл, содержащий способность Молниеносные рефлексы ступени Е. Как понятно из названия, она значительно ускоряет реакцию и сокращение мышц.

Чтобы интегрировать обновку, Мэтту ещё предстоит развить Ловкость вкупе с Выносливостью. Отдаю ему Экстрактор Самеди, а заодно и все остальные гаджеты покойного Франсуа, а сам размышляю, что в Сопряжении практически невозможно оставаться узким специалистом. Тем, кто повышает только определённые параметры и забивает на все остальные.

Резонанс нужен всем, иначе все способности останутся бледной копией себя. Без Восприятия ты или не засечёшь врага, или не сможешь отследить его в бою, ведь каждый из нас ускоряется всё сильнее и сильнее с каждой ступенью. Выносливость? Куда без неё, иначе быстро устанешь и в бой войдёшь хрипящей от натуги загнанной лошадкой. Интеллект надо повышать без вариантов, поскольку он разгоняет мышление. Пока ты прикидываешь варианты, оппонент успеет обдумать три десятка контрмер.

Без Стойкости, то есть без физической защиты, человеческое тело останется необычайно хрупким. Ловкость позволяет действовать быстро и точно. Даже если ты можешь успевать за врагом глазами и мозгом, отстанет тело, и ты — покойник. И, наконец, Сила. Нужна и бойцам ближнего боя и дальнего, чтобы справляться с возрастающей отдачей огнестрела. Возможно, есть некие «маги», которые оперируют исключительно способностями арканы без использования оружия, но мне их встречать не приходилось.

Вальтора, тут же поправляю себя. Полагаю, её можно отнести к этой категории, хотя больше чем уверен, даже она про Силу не забывает. Потому что в её доспехе, на предплечьях я подметил особые отсеки. Готов поставить свою винтовку на кон, что там спрятаны клинки.

Мы заканчиваем охоту, когда ночь уже вступила в свои права. Переключившись на Спектральное зрение, я спокойно ориентируюсь в сумрачном лесу и вывожу нас обратно к казино. В пути обращаюсь к товарищам:

— Купите в Магазине инфо-пакет по любому ночному зрению, оно вам пригодится ещё не раз. Главное, чтобы нужные монстры водились где-то в наших краях, а не на Мадагаскаре.

Тай молча кивает, уверен, он и сам уже думал об этой проблеме. Накомис демонстрирует большой палец.

На ночь мы останавливаемся в отеле в номере люкс. Хотя, конечно, до настоящего люкса этому номеру далеко. Всё же Золотой Вигвам — это второсортное заведение по меркам реально роскошных казино и гостиниц того же Лас-Вегаса. Не то чтобы мне когда-либо приходилось там ночевать.

Четыре комнаты, огромный неработающий телик, мини-бар с хорошими запасами алкоголя и закусок, здоровые кровати с мягкими матрасами, джакузи, бесполезное сейчас в связи с отсутствием водоснабжения, большой камин с предусмотрительно заготовленной поленницей в специальной подсобке.

Разжигаем его и стаскиваем кресла поближе к огню. Накрывшееся отопление сделало номера местом весьма холодным. Рационов у нас полно, а вопрос с напитками решается очень быстро. Накомис открывает красное вино, а я беру из мини-бара первую попавшуюся бутылку виски.

Посиделки затягиваются до полуночи. За окнами начинается первая метель.

Мы обсуждаем произошедшее за день. Даже немногословный Тай морщится, когда описывает свои ощущения во власти Квазара. А уж Накомис… Она смотрит в огонь пустым взглядом, с силой сжимая наполовину пустую бутылку вина, и внезапно стекло трескается. Осколки разлетаются прочь, и красные брызги пятнают ковёр. Поначалу мне кажется, что она поранила руку, но нет, возросшая Стойкость уберегла.

Полицейская удивлённо смотрит на обломок горлышка, до сих пор зажатый в руке, и начинает поспешно убирать стекло.

— Нако, иди спать, — по возможности мягко, но твёрдо говорю я. — Мы наведём порядок.

Она замирает, кивает и аккуратно кладёт горлышко на стол. Я смотрю ей вслед с беспокойством. Даже самый стойкий и психологически уравновешенный человек может сломаться, а прошедшие недели вывалили столько дерьма на нас, сколько иной не переносит за одну жизнь.

Вскоре Тай выбирает себе пустующую комнату и тоже отправляется на боковую. Я смотрю на Мэтта, сидящего с пачкой арахиса и книжкой в руках, и негромко говорю:

— Ты отлично справился сегодня. Настоящий боец!

— Спасибо, — отзывается пиромант со смесью облегчения и благодарности.

— Ты в порядке? Даже ребятам этот бой дался нелегко, а тебе…

Мэтт кивает, но в его глазах проскакивает тревога.

— Спасибо, что помог с той хвостатой гадиной.

— Херня.

— Я так не думаю. Ты другой.

— В каком смысле?

Он откладывает книгу в сторону и произносит:

— Сейчас многие пекутся только о себе. О своей безопасности. О своём пропитании. О своей силе. Пока тебя не было в Уайтклэй, я видел, чем дышат выжившие. Ты другой, — вновь повторяет он. — Ты напоминаешь мне моих братьев. Они всегда присматривали за мной, точно так же как ты делаешь это сейчас.

Я невесело улыбаюсь собственным мыслям.

— У меня тоже когда-то был брат.

— Что с ним случилось? — спрашивает Гидеон и тут же осекается. — Прости, я не должен был…

— Все в порядке. Он был смышлёным, но очень ранимым, а наш отец… Не важно. Лёшка увлёкся наркотиками и… — неоконченная фраза повисает в воздухе.

Мэтт смотрит на меня и произносит с искренним сочувствуем:

— Сожалею о твоей утрате. Но я не такой, как твой брат. Я не подведу тебя.

— Это не он меня подвёл. Это Я его подвёл! — ожесточение прорывается в моём голосе.

Амиш отводит взгляд и смотрит на танцующие языки огня. Наконец, говорит:

— Я, конечно, ничего не знаю, но, уверен, это не твоя вина. Если бы ты был способен, ты бы помог своему брату.

— Вот именно, ты нихрена не знаешь.

Больше не говоря ни слова, я ухожу спать.

Глава 13

Накомис инстинктивно прижимается ко мне, когда я залезаю под одеяло. Она что-то неразборчиво шепчет во сне и обхватывает мою руку, обнявшую её сзади. Целую её за ухом, и постепенно напряжённое тело расслабляется. Индианка начинает дышать мерно и глубоко. А я ещё долго не могу уснуть, размышляя о прошлом.

Решаю потратить это время с пользой и вливаю аркану в Хладнокровие, чтобы прокачать его до ступени D. Именно этот параметр, как мне кажется, помогает противостоять ментальному контролю. А если даже нет, держать себя в руках всегда полезно. Минус тринадцать тысяч арканы и пятьдесят пять минут, я засёк. Следом переключаюсь на Интуицию, повторяя процесс заново.

На счету остаётся чуть меньше пятнадцати тысяч. Можно было бы развить ещё один параметр, но решаю приберечь аркану на базовые нужды. Что ж, осталось всего два параметра ступени E. Завтра настреляю дичи и займусь ими.

Будит меня солнечный зайчик, отразившийся от прикроватной лампы. Иктоми уже встала и сейчас умывается, используя для этого собственные запасы воды. Вылезать из тёплой кровати не хочется, слишком давно не доводилось отдыхать на таком классном матрасе. Тем более в комнате за ночь стало действительно холодно. Похоже, камин погас.

Заставляю себя опустить ноги на ледяной пол и ёжусь. Зарядка поможет разогнать по жилам кровь и согреться. К тому моменту, когда девушка выходит из ванной, я уже хорошенько пропотел и нагулял аппетит. Осталось лишь решить вопрос с собственной гигиеной.

— Я на секунду, — бросаю Накомис и вхожу в портал Магазина.

Такирам раскладывает пасьянс и при виде меня дружелюбно улыбается.

— А, Мистер Егерь, доброго денёчка.

— И тебе не хворать, Таки. Мне нужны доступ в душевую, мыло без отдушки, химчистка для одежды, и потом я хотел кое-что прикупить.

— Конечно-конечно. Прошу.

Со счёта списывается три тысячи. Под горячими тугими струями воды жизнь начинает играть новыми красками. Привожу себя в порядок и надеваю заботливо подготовленную для меня экипировку. Без слоя грязи и крови выглядит она, надо признаться, весьма внушительно.

— Итак, — встречает меня Такирам за прилавком, — что вас интересует?

— Две пачки Шершней ступени D для Десницы и противогаз.

— Неожиданно, — удивляется коммерсант. — Противогаз какой ступени вам требуется?

— Самый простой — F.

— С учётом патронов с вас 9 124 единицы арканы. Это всё?

— Да.

— Прошу, — он выкладывает коробки с Шершнями и военный противогаз.

— Фильтров хватит на период от 24-х до 36-и часов в зависимости от вида отравляющих веществ. Безусловно, речь лишь о самых простых Земных смесях. Если брать ступень Е, противогаз выдержит не более 15-и минут, а ступень D разъест маску за 19 секунд.

— Кхм, буду иметь в виду. Спасибо. Подскажи, за сколько возьмёшь этот меч?

Я демонстрирую клинок Ушастика.

— Дайте посмотреть, — Такирам изучает оружие и выносит вердикт, — 18 420 единиц арканы.

— Учту, спасибо.

Теперь можно будет попробовать поторговаться с интендантом Пульсаров.

Возвращаюсь в номер. В гостиную уже начали стягиваться остальные участники отряда. Пока мы завтракаем, набираю на Трансивере одинаковые сообщения для Такады, Драганы и Робин. Новая администраторша почти сразу после нашего прошлого разговора включилась в работу.

«Проводим разведку. Пришлось задержаться. Как обстановка в форпосте? Есть происшествия?»

Драгане я мог бы позвонить, благо, у неё гаджет ступени D, а вот остальным двоим пришлось бы в любом случае писать — у них только Е.

Ответы приходят один за другим. Всё нормально, никто на нас не нападал, новые логова не появлялись, тишь да гладь. Прям подозрительно. Разве что дроккальфар пишет:

«Почему ты не позвал меня с собой?»

«А ты больше не телохранительница Ваалиса?»

Прямо вижу, как она хмурится и возмущённо сопит, но дальше тему не развивает.

— Выдвигаемся? — спрашивает Нако, когда заканчиваем есть.

— Да, только в ресторан тот хочу заглянуть.

— Чур без меня, — торопливо произносит девушка. — Там даже рядом стоять невозможно.

— Мне казалось, у тебя нюх обострённый? — удивляется Гидеон.

— Поэтому я подготовится, — с улыбкой демонстрирую противогаз.

Спустившись на второй этаж, подходим к когда-то дорогому заведению. Сейчас же хочется опустошить желудок уже на подходе. Не знаю, что там сгнило, но смердит адски.

— Я недолго.

Экипировавшись, ступаю внутрь.

Всё укрывает толстый слой пыли. Обеденная зона с десятком столиков представляет собой тень своего прежнего «я». Гранитная плитка местами потрескалась, картины на стенах или упали, или перекосились. Некогда дорогая мебель испачкана подозрительными выделениями, а пауки сплели паутину в углах комнаты.

Несмотря на полуразрушенное состояние, в ресторане всё ещё есть определённый шарм. Тем сильнее контраст между нынешним состоянием заведения и элегантностью, которой он когда-то обладал.

Первым делом подступаю к стене, от пола до потолка закрытой бутылками дорогого вина. Быстро опустошаю её, укладывая находки в кольцо Самеди. Следую на открытую кухню, где царит дикий беспорядок. В раковинах скопилась грязная посуда, а открытые продукты облеплены личинками. Мерзкое зрелище.

Торопливо ищу что-нибудь полезное, и вскоре глаз цепляется за открытую коробку, внутри которой лежат запечатанные упаковки ножей. Явно дорогие режики, так ценимые первоклассными поварами. Прячу их в Хранилищие с мыслью раздать потом в форпосте. А, может, и мясник Пульсаров заинтересуется.

Продолжаю изучать кухню и в какой-то момент, открыв очередной шкаф, натыкаюсь на ряды всевозможных специй. Те, что распечатаны можно смело выбрасывать, но остальные, а здесь их дохрена, пригодятся ещё как. Нет ничего хуже, чем есть пресную пищу.

В последнюю очередь заглядываю в морозильную камеру. Тут всё сгнило, и помещение не содержит ничего полезного, но вот небольшая кладовка поблизости таит целую прорву консервированных фруктов. Всевозможные ананасы, персики, груши. Можно будет побаловать детей в Уайтклэй, чьи родители только-только начали стабильно зарабатывать достаточно арканы на ежедневные рационы.

Закончив с этим рестораном, мы покидаем гостеприимные стены казино и отправляемся в Денби. Для этого приходится вновь проехать через Пайн-Ридж, где нас вновь ждёт небольшая стычка со скатами-вругриками. Вот упёртые сучьи твари. Каждый раз получают по харе и всё равно не могут выучить урок.

Дорога до цели занимает у нас около часа. Я с интересом кручу башкой по сторонам, изучая, как меняется планета во власти Сопряжения. Замечаю койотов, что дерутся с какими-то мелкими тварюшками. Ровные поля, укрытые ослепительно-белым снегом внезапно сменяются участком около полукилометра в диаметре, где с небес медленно падаю алые хлопья. Почему? Как? Ответов нет. Сюрреалистичный алый снег устилает землю, усиливая внутреннее напряжение. Новое напоминание, что Земля больше не принадлежит человеку.

На подъезде к Денби единственные звуки, которые мы слышим, — это жуткий скрип и далёкий рёв реки. Источник первого звука вскоре становится очевиден. Дорожные знаки, заржавевшие машины и навесы, свисающие со зданий, покачиваются на ветру, пронзительно дребезжа.

Сам город представляет собой набор скромных двухэтажных зданий, построенных из дерева и камня, большинство из которых в настоящее время изношены из-за воздействия стихии и отсутствия ухода. Разбитые провалы стёкол, грязь, брошенные тачки — всё это усугубляет первое впечатление.

Широкая река разделяет поселение на две части. Вода бежит, забранная с двух сторон в каменную набережную. Хотя «бежит» — это громко сказано. Скорее еле-еле тягуче сочится. Поверхность реки невероятно мутная, а сама вода приобрела жуткий зеленоватый цвет. Того грязного оттенка, что можно увидеть в болоте. Окружающий воздух пропитан едкой вонью.

— Господи, что это?! — с трудом сдерживая рвотные позывы, спрашивает Накомис.

— Вот почему не стоит кидать в океан пластиковые бутылки, — ухмыляюсь я, зажав нос.

— Очень смешно! Здесь вообще есть кто живой?

Картограф пока не отображает людей, только монстров, и, исходя из информации на экране, в воде имеются враждебные формы жизни. Редкие красные точки мельтешат где-то в зловонной глубине.

— Вон там, — киваю на зелёную воду, — есть пяток пловцов. Пригласим их на поверхность?

— О да! — с азартом произносит Мэтт. — Время жарить стейки!

— Поверь мне, ты не захочешь съесть ничего из того, что водится в этом болоте.

Нашу болтовню нарушает далёкий звук стрельбы. Инстинктивно все мы оборачиваемся в сторону шума, как те охотничьи собаки. Разве что уши не встают.

— Пойдём, познакомимся? — уточняет Гидеон.

— Конечно, — отвечаю я. — Надо же узнать, где здесь лучшее пиво наливают, да, Тай?

Тот меланхолично салютует мне открытой банкой и со вкусом отхлёбывает. Ни смрад реки, ни выстрелы — ничто в этом мире неспособно заставить его отложить в сторону пенный напиток.

Ориентируясь на звук пальбы, мы движемся по набережной и вскоре достигаем большого прямоугольного здания. Судя по роллетным дверям, бетонному пандусу и паре грузовых контейнеров, это склад.

Картограф показывает, что внутри собралось почти полсотни красных точек. Астральная проекция сейчас бы очень пригодилась, чтобы прогуляться на разведку и узнать детали, не подвергая опасности свою тушку. Придётся по старинке, нахрапом.

Я иду первым, имея самый жирный кинетический щит, и полутёмный коридор вскоре выходит в просторную полупустую зону. Здесь идёт сражение не на жизнь, а на смерть. Десятка два людей отчаянно отстреливаются от превосходящих сил противника. Знакомые нам рыболюди-скриги, пронзительно вереща, атакуют взятых в кольцо горожан. По крайней мере, думается мне именно так. Не тянут они на отряд, решивший прокатиться в далёкие дали.

Вооружение у защитников разнородное, но в массе своей простое — винтовки, ружья и пистолеты. Я бы сказал, что только треть имеет оружие Сопряжения. Да и экипировка тоже оставляет желать лучшего. Самопальные металлические пластины, прикрученные на грудь, несколько кевларовых бронежилетов, у одного вообще разрезанные куски покрышки закрывают уязвимые места.

Торец склада выходит на реку, вероятно, прежде по ней сплавляли какие-то грузы на баржах. Ворота открыты, и именно сквозь них вливаются ручейки подкреплений для скригов.

Сражение явно складывается не в пользу людей. Держатся они до сих пор лишь благодаря умелому руководству своего лидера и её способности. Женщина лет сорока вертится, как юла, атакуя лезущих монстров. Она широко разевает рот, и пронзительный крик на грани ультразвука конусом расходится во все стороны. Попавшие под его действие враги отлетают прочь, оглушённо тряся башкой. А тех, кто оказался слишком близко, сминает и корёжит.

Маргарет «Железная Мэгги» Монро

Вид: Человек

Класс: Банши

Редкость: Серебро

Ранг: Войд

РБМ: 154 единицы

Клан: Отсутствует

Должность: Отсутствует

Статус: Защищается

— Ну что, наш выход? — оглядев товарищей, спрашиваю я.

— Погнали! — с решимостью в глазах кивает Накомис.

— Зададим жару! — улыбается Мэтт.

Момент несколько портит огромный скриг, с грохотом падающий на бетонный пол склада. За его спиной закручивается воронка тошнотворной речной воды.

Глава 14

Насколько ублюдок здоровый? Раза в три крупнее своих собратьев. Поскольку те едва достают до груди взрослого человека, этот амбал возвышается над защитниками, как древний дуб над чахлыми берёзами.

Скриг-вожак

Ранг: Войд

РБМ: 394 единиц

Статус: Зачищает угодья

Содержит: 10 909 единиц арканы

Предпоследняя строчка царапает мне мозг, вырывая из горла глухой рык. Угодья, значит? Охотничьи, поди? Значит, ты у нас охеренный охотник, а это твоя добыча? Посмотрим!

Вскидываю винтовку, одним плавным жестом загоняя в экстракционное окно бронебойный Таран, и сливаю аркану почти до нуля на Усиленный выстрел. Это чуть меньше шести с половиной тысяч в одном патроне. Никогда не тратил столько за раз. Оставляю лишь шесть сотен. Из них 192 единицы тут же сгорают в активации Дуплета.

Рыболюд тем временем выбрасывает чешуйчатую руку в сторону горожан в кольце врагов, и мутное цунами сметает всех. Люди летят, подхваченные вонючим потоком. Кричат, рефлекторно стреляют в потолок и в случайные стороны, бьются о ящики, оставшиеся на складе.

Скриги реагируют на атаку своего лидера куда более спокойно. Их мутный вал речной воды как будто не затрагивает. Вроде бы заливает, но не пытается утащить.

Рыжеволосую предводительницу сносит со всеми наравне. На автомате она выпускает оглушительный вопль, и закреплённую под потолком кран-балку вырывает из пазов с пронзительным скрежетом. Грохочет падающий вниз механизм.

Раздражённо шипит Накомис, стоящая под боком. Гидеон, не сдержавшись, делает несколько выстрелов по ближайшим целям. Николай аккуратно обходит парнишку, вытаскивая из ножен клинок.

В зале царит дикий хаос. Скриги, загребая перепончатыми лапами, рвутся к разбросанным повсюду людям. Отфыркивающиеся, кашляющие бедняги пытаются продрать глаза и убрать из лёгких смрадную воду. От гибели их отделяют секунды.

Спурт.

Реальность бьёт по тормозам.

Серое веретено в моих руках вздрагивает, но возросшая сила не даёт стволу взбрыкнуть. Управляемая пуля покидает дуло в ослепительном венце арканы. Переполняющая её энергия заставляет металл сиять, как миниатюрное солнце.

Подконтрольный мне боеприпас чертит воздух, и башка ближайшего скрига разлетается мокрыми хлопьями. Траектория пули изгибается, проводя её сквозь лоб следующего врага. Влажный хлопок. Очередное безголовое тело начинает завалиться на бок.

Сосредоточившись до предела, я веду пулю от одной цели к другой, не ослабляя ментальной хватки. Череда хлопков наполняет склад. Головы скригов взрываются, словно попкорн.

Для разогнанного в шесть раз мозга застывшие мертвецы, извергающие из обрубков шеи фонтаны зелёной крови, выглядят невероятно сюрреалистично.

Управляемая пуля собирает щедрую жатву. Она носится по складу, а на её крыльях следует сама Смерть. Один взмах невидимой косы, один хлопок. Каждое новое отверстие, каждый новый мертвец потихоньку повреждают мою пулю, заставляя её расходовать вложенную энергию. Ухудшают её аэродинамику, усложняют мне контроль. Под конец я обливаюсь потом, чтобы удержать свою хватку, а вытянутый кусочек металла так и норовит перекрутиться и уйти в свободный полёт.

Скриг-вожак до отказа распахивает глаза. Его разум с задержкой реагирует на происходящее. Для взора здоровяка вся эта череда смертей, должно быть, наступила в один миг. Синхронно.

Предпоследний рыболюд застывает парализованный касанием безносой. Его мозги окропляют далёкий потолок. А моя пуля устремляется к своей финальной жертве.

Войд ещё только пытается заставить воду собраться стеной на пути угрозы. Зелёные ручейки неторопливо стягиваются к нему. Слишком медленно. Слишком поздно.

Никакой ты не охотник. Тот не может себе позволить быть настолько слабым.

Ты — грёбаная добыча.

Управляемая пуля, растерявшая весь заряд, бьёт в переносицу монстра и… разлетается шрапнелью о вспыхнувшую изумрудным чешую. Похоже, трюк с водой был не единственным его козырем. Впрочем, ситуацию это не спасает. Потому что, кое-как выдержав первое попадание, сияние гаснет, а аркановый клон моей пули, этот призрачный двойник, сбривает главарю голову.

Буквально испаряет её.

Если Дуплет насыщает копию всеми качествами основной пули, то покойный Войд мало что мог противопоставить выстрелу, содержащему почти весь запас энергии Квазара.

Удар сердца, другой, и мир вновь ускоряется.

Падают туши раболюдов. Ожившая мутная вода вновь становиться просто грязной жидкостью, растекаясь во все уголки склада. Охреневшие жители славного города Денби застывают и таращатся по сторонам.

Накомис бурчит:

— Выпендрёжник.

— Стиль или есть, или его нет, — широко улыбаюсь я.

— Как я научусь, если ты всех будешь убивать? — разочарованно спрашивает Гидеон.

— Не переживай, представится ещё возможность. А сейчас предлагаю познакомиться с местными. Будьте начеку.

Я выступаю из затемнённого коридора, и люди сразу реагируют на шум шагов. С кряхтением и руганью они поднимаются на ноги и настороженно изучают меня и мой отряд. Лидеру группы помогают встать, и она не спешит подходить ко мне, но и агрессивных действий не совершает.

Неспешно приближаюсь и хорошенько рассматриваю мадам.

Маргарет «Железной Мэгги» Монро около сорока лет. У неё короткие волосы, выкрашенные в бледно-красный цвет. Сухие, обветренные губы, нос картошкой. Не шибко красивое лицо, особенно из-за шрама, расчертившего её щёку от верхней губы к виску. Ей крупно повезло, что нападавший не зацепил глаз. Прошла по краю. На левой руке женщины не хватает трёх пальцев. Одета она в пару заношенных джинсов и темно-коричневую кожаную куртку, из-под которой выглядывает тонкий свитер.

— Спасибо, мистер, — говорит она с тягучим южным акцентом. — Вытащил ты наш бекон из самой коптильни. Верно, ребятки?

После её слов напряжение в зале спадает на несколько градусов.

— Как есть, вытащил, — цедит бородатый седой мужик с дробовиком. — Загнали в ловушку, твари!

— В ловушку? — с лёгким любопытством переспрашиваю я.

— Ага, мистер, — отвечает вместо него Мэгги. — Думали мы, что поймаем карасей на живца, но фортуна посмеялась, и карасями стали уже мы.

Весь этот деревенский шарм начинает меня раздражать.

— А если без присказок и поговорок?

— Чего непонятного, мистер? — она изгибает бровь. — Хотели мы заманить уродцев на этот склад да перестрелять к хренам. Однако ж их оказалось гораздо больше в реке, чем мы думали. К тому же на появление того шкафа, — она кивает на лидера скригов, — не рассчитывали. Не такие уж они и тупые, как мы думали. Стоило начаться драке, как появилось подкрепление. Облепили нас и давай кружить, как стервятники при виде павшей бурёнки.

Я вздыхаю.

— Егерь. Меня зовут Егерь.

— Мэгги, мистер. Железная Мэгги. Так меня кличут ребятки.

— Полагаю, ты возглавляешь выживших из Денби?

— А однолапая утка плавает кругами? — ухмыляется она неполным комплектом зубов.

Тру переносицу, словно это та лампа джина. Ещё чуток, и дым пойдёт. Кажется, я начинаю понимать, какой эффект порой имею на людей.

— Вы, стало быть, из Пайн-Ридж? — спрашивает Банши.

— С чего взяла?

Мэгги кивает в сторону Накомис.

— А откуда ещё эта крошка нарисовалась?

Полицейская закатывает глаза.

— Мы из Уайтклэй, — отвечаю я. — Там собрались выжившие из окрестных городков — Пайн-Ридж, Длани Веры и деревни амишей.

— Будь я проклята! — хлопает себя по ляжкам женщина. — Даже сычи в подтяжках вылезли из своей берлоги?!

— Да. Так что собирайте шмотки, и мы сопроводим вас в наш форпост. Там безопаснее, чем здесь.

— Придержи лошадей, мистер, — качает головой Мэгги. — Денби — наш дом, а дом не бросают, даже если стропила занялись. Здесь жили ещё мои старики. Я не намерена позволить хозяйничать тут всякой инопланетной швали.

Горожане встречают её слова одобрительным гулом.

— И у вас есть способ разобраться с монстрами? — скептически щурюсь я. — Потому что пока с вами чуть не разобрались они.

— Цыплят по осени считают, — улыбается собеседница. — Вот ты, красавчик, намылил гадам их нежные чешуйчатые шейки, а дальше уж мы как-нибудь сами.

— Упёртая, — сплёвываю в лужу мутной зелёной жидкости.

— Агась, — хмыкает Мэгги. — Здесь все такие. Кто послабее был, уже на тот свет отправился.

— Много вас осталось?

— Те, кто здесь, и ещё полтора десятка детей, женщин и стариков, — более серьёзным тоном отвечает она.

— И вы точно не готовы переселиться в Уайтклэй?

— Нетушки, мистер. Хоть лопни, но мы свой городок отвоюем обратно.

— Надо им помочь, — вклинивается Накомис.

— Дюже рады будем, если так, — кивает тётка. — Мы добро помним, красавчик.

— А вы что скажите? — оборачиваюсь к Таю и Гидеону.

Николай равнодушно пожимает плечами, что можно трактовать и как «решай сам», и как «будет драка, я в деле». Мэтт заминается.

— Это самое, Егерь. Решать тебе, но я думаю, надо им подсобить.

Минуту я размышляю, а потом вспоминаю слова Такирама. «Продолжайте налаживать связи с другими форпостами, а если получится, создавайте их». Он на ветер слов не бросает, значит, в этом есть какой-то смысл.

— Ладно, Мэгги, поздравляю. Ангелы-хранители спустились с небес в ваш медвежий угол.

— Меня уши подводят, или житель грёбаного Уайтклэя назвал наш чудный городок дырой? — ворчит бородатый старпёр.

— Уймись, Гарри, — кладёт ему руку на плечо красноголовая. — Дыра она и есть, но это наша дыра!

— Короче, Мэгги, я вас спас и в благородство играть не буду. Заключим союз между нашими форпостами — и мы в расчёте.

— Форпостами? — она непонимающе наклоняет голову.

— Сообщения не читали, что ли? Один был основан в Рашвилле, второй — в Уайтклэй. Ну а третий сделаем здесь, как прикончим рыболюдов.

— А нахрена он нужен?

— Монстры тогда внутри города не будут появляться. И ещё по мелочи всякие радости.

Шепотки бегут по рядам людей.

— Это дело хорошее, красавчик. Будет тебе союз!

— Где ваши склизкие друзья засели?

— На водохранилище, Егерь, — впервые называет меня по имени Мэгги. — Засели крепко, как репей в собачьем хвосте. Несколько моих парней ходили туда на разведку. Один только ноги унёс. Думали, здесь как разберёмся, будем и оттуда их выкуривать, медленно и упорно.

— Это не наш метод. Дай мне несколько человек в провожатые, а остальные пусть возвращаются к семьям. Мы прогуляемся к водохранилищу и решим этот вопрос.

— Уверен, красавчик? — серьёзно смотрит она на меня. — Там опасно.

— А вот это всё тебя не убедило? — обвожу руками безголовые тела скригов.

— И то верно. Коли всё получится, с меня стейки и выпивка.

— Главное пива побольше заготовь, а то есть тут у нас одна прорва. Сколько в неё не лей, до краёв не наполняется.

— Как скажешь, Егерь. Гарри, проводишь их?

— Лады, Мэгги.

Я оборачиваюсь к Мэтту и хмыкаю:

— Ты хотел размяться?

Глава 15

Прежде чем отправиться с нашим новым провожатым, мы собираем трофеи. Мэтту удаётся урвать арканы с троих, плазменный пистолет покойного Ушастика — это оверкилл для скригов. Основная доля добыча приходится на меня. Сорок шесть кристаллических цветов на общую сумму 67 294 единицы арканы.

Вожак рыболюдов оказывается жлобом и не спешит делиться со мной своими способностями. Хотя от того же укрепления кожи я бы не отказался, как и от гидрокинеза.

— Водохранилище за городом, — говорит Гарри. — Часа за два дойдём.

— Ни к чему, мы на колёсах, — замечаю я.

— Это объясняет твоё поведение, — скалится Накомис.

— И этот человек ещё жаловался на мои каламбуры.

— Это как вы технику запустили? — удивляется бородач.

— Есть у нас один умелец. Давай, показывай дорогу.

Загрузившись по машинам и мотоциклам, катим на север вдоль реки и вскоре выбираемся за город. По левую руку простирается всё такая же смрадная зелёная водная гладь. А вот далеко впереди за излучиной реки виднеется чистая поверхность. Поперёк неё стоит каменная плотина, к которой подходит двухполосная асфальтовая дорога.

По мере приближения, выхватываю всё больше деталей.

На другом краю реки торчит двухэтажное здание водохранилища. Прямоугольное сооружение с крышей из гофрированного металла и бетонными стенами. Оно примыкает к плотине и окружено забором из сетки-рабицы.

Уже на подъезде к цели начинаются неприятности. Без какого-либо предупреждения из реки слева от нас вылетают поджарые тела дюжины скригов. Водная гладь выстреливает ими, словно из пушки. С верещанием твари приземляются впереди по ходу движения транспорта, а также позади нас. Все вооружены костяными клинками и чем-то вроде острог.

Нако бьёт по тормозам, и машину слегка ведёт. Гарри нервно тянется к ружью, но Тай делает рукой успокаивающий жест.

— Они ваши, — откидываясь в седле Бахамута, кричу я.

Хлопают двери, и ребята, потягиваясь, выбираются из внедорожника. Тай молчаливо бредёт вперёд, а Иктоми и Гидеон поворачиваются к подступающим сзади скригам.

— Давай, салага, — хмыкает полицейская. — Твой дебют.

Амиш надувается, но перехватывает винтовку, висевшую на ремне, и начинает стрелять. С тех пор, как он палил по мишеням на тренировочной площадке, парень успел прокачать Силу. Поэтому оружие Говнюка в его руках если и дёргается, то несильно.

Работает Мэтт довольно уверенно и кладёт все пули плюс-минус в цель. Стреляет он по ногам скригов, чего те явно не ожидали. С болезненным воем враги валятся наземь. Пытаются увернуться, сблизиться и сойтись в партере, но юнец опустошает обойму, позволяет винтовке повиснуть на ремне и выхватывает Кольт M1911. Три-четыре выстрела, и последний противник корчится на земле, хрипя от боли.

Я с интересом слежу за Гидеоном. Вывести из строя рыболюдов обычными патронами, чтобы потом прикончить способностями, умно, но хватит ли ему духу добить несопротивляющегося противника?

Впрочем, даже потерявшие мобильность скриги остаются опасными врагами. Сделавший несколько шагов к ближайшей твари Мэтт вынужден резко уклоняться. Потому что монстр, зажавший простреленное колено, с шипением бросает в его сторону костяной нож.

К его чести, амиш не теряет бдительности. Упав на бок, он выпускает в скрига огненный сгусток. Пламя охватывает корпус чудовища, вспыхивают лохмы на голове, и через несколько секунд тот уже подёргивается в предсмертных конвульсиях.

Делаю ментальную зарубку. Надо бы достать парню кинетический щит и оружие Сопряжения.

Поднявшись, Гидеон хладнокровно сжигает скригов одного за другим, больше не приближаясь на дистанцию атаки.

В это время Тай завершает свой танец с оставшимися врагами. Стремительные точные движения дарят смерть с каждым выпадом и каждым взмахом. Катана рассекает костяное древко, не встретив сопротивления. Отлетают конечности и головы, падают распоротые худощавые тела.

Негромко щёлкает гарда, столкнувшись с ножнами. Напившийся крови меч прячется в свой футляр до следующего раза.

Пока победители собирают трофеи, наш провожатый Гарри с охреневшим видом переводит взгляд с Гидеона на Тая и обратно. Потом поворачивается ко мне и бормочет:

— Я думал, из всех только ты — монстр, а вас таких целый отряд. Охереть! Теперь понятно, почему вы так легко согласились на это задание.

Пожимаю плечами и отвечаю с улыбкой:

— Есть многое на свете, друг Гаррицио, что и не снилось нашим мудрецам, — после чего, оглядевшись, добавляю, — пакуемся.

Ещё десять минут, и мы подъезжаем к плотине. Дорога заворачивает и пересекает по ней реку. Однако мы решаем припарковаться и продолжить путь на своих двоих. В первую очередь, потому что я хочу разобраться, что именно настолько загрязняет воду. Потому что на другой стороне этой искусственной преграды она вполне себе чистая. А вот после встречи с ней приобретает этот неповторимый болотный оттенок и запашок.

— Посидишь в машине? — спрашиваю я провожатого.

— Не-не, я с вами.

— Как хочешь.

По ходу движения изредка сверяюсь с Картографом и в этот раз засекаю движение скригов до того, как они вылезут на сушу.

— Морские гады на девять часов. Столкновения через пять, четыре…

Накомис натягивает тетиву. Гидеон вскидывает кулак, охваченный огнём. Тай упирается ногами в бетон и отводит ножны с мечом далеко назад.

Верещащие твари с шумом и брызгами вылетают из воды. Свист тетивы, и стрела перфорирует морду дальнего скрига. Пламенный снаряд разбивается о корпус ещё одного, мгновенно иссушая его. Потрескивает темнеющая чешуя, и охваченный огнём рыболюд с грохотом бьётся о землю.

Беззвучный молниеносный взмах катаны. Лезвие рассекает воздух и выстреливает вовне алым полумесяцем. Нечто похожее я видел со стороны Драганы. У Тая эта атака выходит ничуть не хуже. Парочка скригов преломляется в поясе и падает на плотину уже по частям.

Ещё несколько секунд, наполненных выстрелами, верещанием, а также палящим жаром, и всё кончено. Гарри нервно водит дробовиком из стороны в сторону, но выстрелить он так и не успел. Это, наверное, и хорошо. Только зацепил бы Мэтта по неосторожности.

Накомис машет кулаками и раздражённо шипит себе под нос. Приблизившись, определяю причину её возмущения. Скриг, поймавший лицом стрелу, качается на воде, уносясь всё дальше и дальше по реке.

— Ты у нас, получается, скорострел? — ухмыляюсь я.

Иктоми испускает тяжёлый вздох и трёт переносицу.

Вскоре мы проходим мимо технического люка, ведущего вглубь плотины. Откинув его, отшатываюсь, потому что вонь оттуда идёт такая, что завтрак подступает к горлу. Остальные зажимают нос и вопросительно смотрят на меня.

— Мы же не полезем туда?! — гундосит Накомис.

— Угадай с одной попытки, — отвечаю я, натягивая противогаз.

— Почему мы не могли отправиться куда-нибудь на Гаваи?.. — риторически шипит девушка. — И где мой противогаз?!

— В Магазине. Осталось его купить, — отвечаю я ей с широкой улыбкой.

Перепад воды здесь не очень большой, поэтому и плотина довольно невысокая. Спускаемся по ступенькам и очень быстро оказываемся в коридоре с низким потолком. Кроме смрада, здесь ощущается высокая влажность. Конденсат покрывает и стены, и потолок.

Двигаемся на шум ревущей воды, и через минуту проход выводит нас в техническое помещение. Здесь река преодолевает плотину и извергается на другую сторону.

По правую сторону в бетонной стене имеются люки, сейчас открытые, сквозь которые с шумом затекает вода. По левую сторону располагается пологий обрыв бетонного бортика, на который попадают пенистые струи. Здесь же находится источник экологической катастрофы.

Каменная поверхность щедро изгажена чем-то, что отдалённо напоминает икру грязного болотного цвета. От обычной рыбной её отличает размер. Каждая икринка крупнее мяча для гольфа. Вся эта кладка покрыта комками слизи и наростами, которые хоть и тянут на кораллы, но явно ими быть не могут.

При контакте со всем этим чистая вода мгновенно окрашивается в тот самый мерзкий оттенок.

— Так, — глубокомысленно заявляю я.

— Здесь надо всё нахер сжечь, — морщась, произносит Накомис.

— Боже правый! — кривится Гарри. — Эта из-за подобных инопланетных соплей наша речушка превратилась в общественный сортир на фестивале?!

— Очень точно подмечено, — говорю я. — Мэтт, придётся поработать, но вначале надо задраить люки. Кто-нибудь видит механизмы?

— Если они даже есть, техника отказала, — возражает полицейская.

— Должен быть ручной способ. Этой плотине лет сорок. Тогда о компах и слышать не слышали.

Разбредаемся по залу, и первым искомое находит Тай. Он привлекает наше внимание стуком по металлу. Пара массивных вентилей спряталась в небольшой нише.

— Гарри, Мэтт, за дело. А мы вас прикроем.

— Щегол, я тебе в отцы гожусь, — бурчит бородач. — С моей грыжей только заржавевшее железо крутить!

— Должна же и от тебя быть какая-то польза? — скалюсь я.

Проклиная всё на свете, парочка берётся за дело. Пронзительно скрипит металл. Медленно и через силу вентили начинают проворачиваться, выходя из своей вековой спячки.

— Долго ещё? — утирая пот, через полторы минуты вздыхает Гидеон.

— Пилите, Шура, пилите. Они золотые.

— Чего? — недоумённо косится на меня парень.

— Эх ты, темень.

Люки постепенно сдвигаются в пазах, снижая напор воды. А я слежу за экраном Картографа, который остаётся девственно чист. Лязгают, закрывшись, люки, и постоянный водный поток исчезает. До самого конца я жду какой-то подлянки, вот-вот из воды выпрыгнет какая-нибудь срань, но ничего так и не происходит.

Мэтт чертыхается, смущается и явно хочет ударить себя по губам, но сдерживается. Направив обе руки на источник заражения, он щедро окатывает его огнём. Лопаются икринки, вонь становится сильнее. Зараза сгорает, чадя не хуже резины. Амишу приходится сделать перерыв, чтобы восстановить аркану. Дезинфекция продолжается, пока на бетоне не остаётся только чёрная копоть.

— Один готов, остался ещё один, — хлопнув пироманта по плечу, констатирую я.

— Думаешь? — косится Мэтт.

— Уверен. Погнали.

Выбравшись на поверхность, мы вскоре приближаемся к зданию водохранилища. Двойные двери стоят нараспашку, открывая нам вид на полутёмное фойе. Забор из сетки-рабицы местами поломан и опрокинут. Из глубины строения веет знакомой вонью скригов и чем-то ещё. Запах новый и доселе мне не встречавшийся.

— Вперёд? — уточняет Гидеон.

— Зачем же? — хмыкаю я. — Давай пригласим местных обитателей на разговор. Здесь и пахнет получше, и света хватает.

— И как ты этого добьёшься? — скептически спрашивает Нако.

— Вежливо попрошу, конечно.

Фокусирую взгляд на точке перед самыми дверьми и активирую Манок. Звук оглушительной стрельбы наполняет пространство. Кажется, что по зданию садят из дюжины пулемётов. Громыхание продолжается около тридцати секунд, а потом вонь усиливается, и, выключив способность, я улавливаю приближающийся топот.

— Вы — чокнутые, — качает головой Гарри.

— Нам говорили.

Перевожу взгляд на товарищей.

— Прошу, дамы и господа. Ваш выход.

Глава 16

Накомис вгоняет в землю тотем с головой волка около локтя в длину. Исходящее от него багровое сияние отдаётся во мне агрессией, желанием догнать убегающую жертву, впиться клыками в уязвимый хребет и одним мощным укусом раздробить слабые кости. Волоски встают дыбом на руках. Тело наполняется энергией. Ментальный эффект проходит так же быстро, как и появляется, но адреналин в теле — ускорение и усиление — остаются со мной.

Судя по картографу, в здании находится целый рассадник скригов. Огромный чешуйчатый цветник. На дисплее многочисленные красные точки стягиваются к фойе, и через пяток ударов сердца эта верещащая толпа вылетает наружу.

Вновь я активирую Манок, но вместо стрельбы заставляю его издавать ультразвук. Рыболюды сбиваются с шага, забыв о том, что привело их сюда. Кто-то в оглушении падает мордой в асфальт, кто-то в дезориентации машет лапами, словно воюет с осами. Существенная часть замедляется, шипит от ярости, но всё ещё рвётся к нам.

Щёлкает тетива, и наполненная светом стрела взрывается в толпе скригов, отшвыривая обожжённые тела. Полицейская работает чётко и умело, молниеносно вытаскивает из колчана новые боеприпасы, ловит в прицел клыкастую морду противника и посылает стрелу в цель. Хлопает раз за разом тетива, и каждый выстрел обрывает существование очередной твари.

Гидеон держит в вытянутой руке энергетический пистолет и шустро жмёт на спусковой крючок. Каждую секунду сфера чистой плазмы покидает дуло, выжигает в движении воздух и пробивает идеальный круг в груди или голове очередного скрига, чтобы следом достать его невезучего собрата позади. Один выстрел — минимум два трупа.

Когда волна рыболюдов докатывается до ребят, Мэтт подключает свои способности, чередуя стрельбу с огненными сгустками. Верещащие в агонии враги пытаются сбить пламя, катаются по земле, врезаясь друг в друга, но всё бесполезно.

Пироманту приходится уворачиваться от взмаха костяного ножа, и в этот миг я испытываю что-то вроде… Чувства гордости, да. Потому что парнишка делает это вполне грамотно. С тревогой, но без паники. Пинком отбросив худощавое тело, Гидеон швыряет в него очередной язык пламени.

Сзади к амишу прыгает рыболюд с острогой, и я уже хватаюсь за револьвер, когда молниеносный взмах катаной пластает туловище противника наискосок. Хлюпает требуха, и асфальт устилает инопланетная начинка в обрамлении зелёных нитей и такой же лужи крови.

Тай мечется от противника к противнику, словно шаровая молния. На лице безумный оскал, а в глазах полыхает пламя войны. Его клинок мелькает, обрывая чужие жизни быстрее, чем их обладатели вообще понимают, что им угрожает опасность.

Резкий разворот на месте, грубо сделанная колотушка из костей проносится над головой Николая. Его меч продолжает свой полёт, рассекая жилистое тельце врага на уровне подмышек, окропляет юшкой товарищей павшего и ныряет к беспечно подставленной шее нового скрига. Тот ещё только хватается в панике за расходящуюся в стороны плоть, а катана уже сбривает голову с плеч следующего оппонента.

Пляска Тая зрелище настолько же впечатляющее, насколько ужасающее. В эти мгновения боя молчаливый пепельноволосый мужчина превращается в демона, охочего до чужой крови. Кажется, что в мирное время он не живёт, а лишь существует, и только в круговерти жестокой битвы находит себя. Раскрывается полностью.

Хлопки тетивы, рычание огня, свист меча, верещание и крики сливаются в одну сплошную какофонию. Рявкает дробовик Гарри, неосторожный рыболюд, подобравшийся слишком близко к пенсионеру, получает заряд картечи в харю.

То ли скриги начинают привыкать к ультразвуку, то ли просто оглохли нахрен, но Манок действует всё хуже, и масса врагов растёт. Они прибывают быстрее, чем их убивают. Тай подключает свой Ионный барьер, сжигая тех, кто подобрался слишком близко. Однако это вынуждает его разорваться дистанцию с Мэттом и Накомис, чтобы не задеть своих. Без прикрытия парочка дистанционных бойцов оказывается в опасности.

Я жду, не вмешиваясь, как можно дольше, позволяя отряду заработать побольше арканы. Параллельно заряжаю интересующие меня патроны в соответствующее оружие.

Когда же ситуация достигает критической точки, перехватываю Разорителя правой рукой, а Карателя – левой и делаю свой ход. Дробовик грохочет не хуже двенадцатифунтовой пушки. Осколочно-проникающие Скарабеи выбивают целую просеку в рядах скригов. Усиленный выстрел превращает дробь в миниатюрную смерть. Сияющие от арканы частицы разлетаются во все стороны, потроша и калеча врагов.

Передёрнуть затвор, дослать патрон. Дуплет. Усиленный выстрел.

Количество дроби удваивается, и новую волну противника сметает, буквально распыляет, оставляя на стенах и камнях шматки чешуи, влажного мяса и осколков костей.

Делаю ещё пяток точечных выстрелов из револьвера по ногам скригов, покупая передышку товарищам. Те сразу же используют предоставленную возможность.

Залитый чужой кровью Тай замирает, водя головой по сторонам в поисках новой жертвы. Гидеон устало сжимает и разжимает кулак, который отработал не хуже огнемёта. Иктоми опускает лук и смахивает пот с лица.

— Это всё? — тянет она.

— Адские колокола! Я надеюсь! — выдыхает Мэтт.

Его пистолет выплёвывает ещё несколько плазменных сфер, и покалеченные скриги успокаиваются навеки. Я перезаряжаю оружие и прикидываю, сколько арканы нам удалось набить с этого здания. Суммарно тысяч под сто, не меньше. От приятных мыслей меня отвлекают две вещи: инородный запах, усиливающийся с каждым мигом, и нарастающий шелест.

— Нет, — напряжённо говорю я, — не всё. Нако, Мэтт, назад. Гарри, забейся куда-нибудь.

Тай стряхивает с лезвия кровь и делает несколько шагов вперёд, хрустя шеей. Со стуком его катана прячется в ножны, по которым начинают бегать алые искры. Вначале медленно, но быстрее с каждым мигом.

Редкие лучи солнца разрезают сквозь прикрытые жалюзи окна сумрак, царящий в фойе. В его сердцевине я улавливаю плавное шевеление. Переключаюсь вначале на инфракрасное зрение, но в этом диапазоне заметна всё такая же серо-голубая прохлада. Дальше перескакиваю на ультрафиолетовое, и в нём засекаю разгорающееся сияние. Оно выглядит, как холодное голубое пламя, струящееся из эпицентра весьма скромного размера.

— Это что за срань?.. — бормочет где-то позади Гарри.

Возвращаю себе обычное зрение и в удивлении наблюдаю, как из глубины постройки вылезает отдалённо человекоподобное переплетение[1] щупалец. Выглядят они, будто корни какого-то древа, разве что покрыты плёнкой влажной слизи. В нескольких местах эти отростки украшают цветы и листья, но больше всего внимание к себе приковывают не они, а маски. Четыре белоснежные маски, изображающие улыбающиеся лица. Одна находится там, где у нормального человека располагалось бы лицо. Остальные три, как ожерелье, прячутся в переплетении щупалец где-то на уровне шеи. Если бы у этого существа имелась шея.

Провалы глаз и улыбок на этих масках прячут не лицо, а бездонную тьму. Даже со своим улучшенным зрением, заглянув туда, я не вижу ничего. Ничего.

Я впиваюсь Оценкой в это существо и ощущаю, как пересыхает во рту.

Вр’кса «ВечноЦвет» Зрт'вин

Вид: Ультхак

Класс: Пробуждающая

Редкость: Золото

Ранг: Квазар

РБМ: 1 179 единиц

Клан: Отсутствует

Должность: Отсутствует

Статус: Испытывает любопытство

Это пришелец, не монстр. И у неё РБМ выше Вальторы почти на три сотни!

— Медленно отходим, не совершая резких движений, — говорю я спокойным, насколько это возможно, голосом.

А сам не спускаю глаз с нашей новой знакомой.

Вр’кса замирает, покачиваясь на своих щупальцах, и издаёт череду щелчков, хлюпающих звуков и шипения. Краем глаза смотрю на Переводчик, закреплённый у меня на поясе, но тот остаётся молчалив и безучастен. Похоже, речь ультхаков не входит в 50 самых распространённых языков Сопряжения.

Накомис и Мэтт без споров сдвигаются назад. Николай же замирает, сканируя пришельца своим визором. Почти вижу напряжённую мыслительную деятельность в его голове. Сильный враг. Опасность. Интерес. Шанс проверить себя. Угроза группе. Риск чрезмерный. Он… плавно отшагивает прочь, не поворачиваясь спиной к неизвестной.

Видя это, Вр’кса протягивает в его сторону гроздь щупалец, и у меня руки чешутся оттого, насколько сильно хочу выхватить Десницу и вогнать разрывную пулю в лоб этому. Однако на конце отростка формируется небольшой кристалл арканы, полная копия тех, что вырастают на телах убитых монстров.

Содержит: 386 712 единиц арканы.

У меня перехватывает дыхание от жадности.

Со стороны Тая доносится сипение, будто в воздушном шарике прокололи отверстие. Иктоми и Гидеон более спокойны, хотя и они замирают, словно парализованные.

— Господь милосердный! — выдыхает Гарри. — Столько арканы не бывает…

Периферийным зрением фиксирую, как бородач торопливо шагает к Квазару. Вспотевшее раскрасневшееся лицо проводника заворожённо смотрит на кристалл.

— Не тупи! — тихо рявкаю я. — Бесплатный сыр в мышеловке, идиота кусок!

— Оно же предлагает. Нельзя отказываться, — отмахивается тот.

Хватаю Гарри за плечо, но Вр’кса выдаёт короткую серию щелчков, а одна из её масок оборачивается вокруг своей оси. Белоснежная, как бы фарфоровая, поверхность теперь изображает злую гримасу вместо улыбки.

Отпускаю бородача, и звуки смолкают. А тот уже бежит навстречу пришельцу.

— Ща-ща-ща! — частит он. — Спасибо за подгон, дружище!

— Гарри! — зло цежу я.

Ноль внимания.

— Отходим!

Мы разрываем дистанцию, а наш проводник тем временем поравнялся с Квазом. Его ладонь обхватывает кристалл арканы. На лице экстаз.

— Охереть! Четыреста штук! — приплясывает мужик.

Вр’кса приподнимается на своих щупальцах-корнях. По её телу наискосок бежит чёрная трещина, огромный провал. Края которого украшают… клыки.

Моё даже улучшенное с помощью Глаз охотника зрение едва фиксирует, насколько молниеносно гигантские челюсти смыкаются на теле бедняги Гарри. Долю секунду его ноги дрыгаются в бездонном чёрном провале, а потом окровавленные конечности шмякаются на асфальт. Всё остальное исчезает в чреве пришельца.

Не сговариваясь, мы атакуем врага. Синхронно и изо всех сил.

Под Спуртом я вгоняю комбинацию из Дуплета и Усиленного выстрела в голову твари. Разрывная пуля винтовки сносит и белоснежную маску, и всю «голову», вырывая огромный шмат щупалец из чужеродного корпуса. Продолжаю стрелять, опустошая магазин.

Ко мне присоединяется Гидеон. Его пистолет выплёвывает очередь из плазменных сфер, каждая из которых насквозь дырявит тело Квазара. Огненный сгусток поджигает правую «руку». Сухо щёлкает механизм.

— Я пустой! — орёт амиш.

Белоснежная стрела взрывается в корнях врага на уровне ног, подкидывая его ввысь. Ещё несколько ловят тушу в полёте. А следом молниеносно мелькает лезвие катаны. Алые полумесяцы расчленяют Вр’ксу на три крупные части. Все они падают на асфальт с влажным шлепком.

— Это что!.. Это что за нахер!.. — голос Нако дрожит.

Шелест. Скрип. Трение. Фигура, состоящая из бесчисленных щупалец, поднимается с земли.

Целая.

И невредимая.

ВечноЦвет. Естественно.

— НАЗАД! — ору я во всю глотку, уклоняясь от ударивших в нашу сторону отростков.

Меня пытаются схватить, но разогнанное тело стелется прочь. Другого выхода нет.

Глайд швыряет меня вперёд, в объятия врага. Скольжу по шершавому асфальту не хуже конькобежца, уворачиваясь в движении от новых атак. Скольжу и стреляю. Оба револьвера опустошают барабаны. Пули бронебойные и разрывные перфорируют тушу оппонента, вырывая из неё огромные шматки биомассы. Впрочем, те регенерируют прямо на глазах.

Когда до цели остаётся не больше двух метров, уворачиваться просто некуда. Меня ловят, сжимают в тисках, приближая к себе. Вот и отлично. Трещит, прогибающийся кинетический щит.

— ЕГЕРЬ! — вопит Накомис, и очередная стрела вонзается в тело твари.

Сзади слышны крики друзей. Уверен, их тоже схватили, а значит, у меня один короткий миг прежде, чем расстояние между нами…

Скалюсь в пустоту маски и рычу:

— Не стоит жрать, что ни попадя!

Струны пустоты.

Я взрываюсь изнутри ворохом сияющих нитей, которые кромсают Вр’ксу на ломти не толще буханки хлеба. Её отбрасывает, рассекая на десятки кусков. Опустошаю барабан, распыляя их на атомы. Падает чека гранаты. Одной, второй. Тяжёлые болванки летят туда, где приземлились останки Кваза. Успеваю припасть к земле, снижая площадь поражения.

Взрывная волна, и осколки стучат по телу. Натужно воет защитный барьер. Над асфальтом стелется дым.

Ну? НУ?!

— ДА! — орёт Мэтт.

Я не оставил от неё ничего крупнее пачки сигарет. Если гадина сможет собраться после…

Из дыма вырывается щупальце, обхватывает меня за пояс и рывком дёргает к себе. Успеваю перерубить топором одно, а потом меня обматывают в несколько слоёв, прижимая руки к корпусу. Бью Струнами пустоты. Снова и снова, выбрасывая вовне бритвенные нити.

От этого невозможно сбежать. Только попытаться убить.

Аркана улетает в ноль, а грёбаная Вр’кса вновь собирается почти из ничего. Из пыли и еле заметных частиц.

Сбоку проносятся жгуты щупалец, и я вижу Иктоми, Гидеона и Тая. Их стягивает сюда же. К пасти Квазара.

Над ней подрагивают три фарфоровые маски. Четвёртая исчезла после смерти Гарри. Центральная, самая крупная, смотрит мне в глаза. Улыбку давно сменил оскал гнева.

— Ты мной подавишься, сука. Это я тебе обещаю.

Пальцы нащупывают кольцо Хранилища. Кумулятивная граната ступени D падает в ладонь. Лучше уж так, чем в животе мрази. По крайней мере, не придётся смотреть, как она жрёт моих друзей.

— Давай! Давай! Меня! Не их! — я беснуюсь в тисках, как буйный.

Разве что пены на губах не хватает.

Меня подносит к провалу пасти. Чужое дыхание омывает лицо. Пахнет, как ни странно, прелой листвой и компостом, чем-то таким.

Вижу, как одно из щупалец приближается к моей голове, и подцепляю чеку большим пальцем. Отросток уже рядом и… ласково шлёпает меня по темечку несколько раз. В этом движении ощущается материнская снисходительность. Ироничная мягкость.

«Ну-ну, не плачь, кроха. Конечно, ты самый грозный. Конечно!»

Центральная маска вновь оборачивается вокруг своей оси, сменяя оскал на улыбку. Щупальца расслабляют захват, и меня медленно опускают на асфальт. Рядом приземляются мои товарищи.

Вр’кса подрагивает на стеблях, что-то щёлкает, хлюпает и шипит. Из её недр появляется антрацитово-чёрное семечко. Она протягивает его мне, и механически я принимаю подарок. Охреневаю до глубины души, смотрю то на него, то на Кваза и ничего не понимаю.

ВечноЦвет же оборачивается одним быстрым движением и ныряет с плотины в воду.

Миг, и мы остаёмся одни.

Что сейчас, нахер, произошло?!

[1]. Художник— Michael Angelo Dulay.

Глава 17

— Что сейчас произошло?! — после долгой паузы дублирует мои мысли Накомис.

— С нами поиграли и решили не давить раньше времени. Не спортивно, — со злостью отвечаю я.

— Долбаный Гарри! — бросает полицейская. — Куда он полез?!

— Мы для этой штуки, как муравьи… — потрясённо качает головой Мэтт.

— А ты думал, уроды вроде Пираньи и Самеди наша главная проблема? — на эмоциях реагирую я. — Нихрена! На Земле полно тварей, каждая из которых сожрёт любого из нас и не заметит.

— Ты ошибаешься, — внезапно произносит Тай ровным голосом.

— Разве? Или тебе тоже сила ударила в голову?

— Противник не убил нас не потому, что это было неспортивно, — поясняет мечник. — Мы прошли тест.

— Тест? — вскидывает голову Нако.

— Соблазн — реакция — суть.

— А если без загадок? — нахохлившись, спрашивает она.

— Квазар предложила всем нам аркану. Столько, что против соблазна не устоял бы любой. За этим последовала наша реакция. Мы удержались, ведь дармовой силы не бывает. Гарри — нет. Наши действия открыли пришельцу суть наших характеров. Возможно, сражение также сыграло свою роль. Отсутствие страха. Готовность пожертвовать собой, — Тай кивает в мою сторону. — Так или иначе, был вынесен вердикт. Мы прошли тест.

— Я так думаю, что проверка была не только на жадность, — замечает Гидеон, потирая подбородок. — Тварюка предлагала нам кристалл с арканой, так? Вот только выжившие, да и все пришельцы аркану носят в жетонах. А кристаллы вырастают на телах монстров.

— Ты прав, — киваю я, — не обратил внимание поначалу, но это мог быть намёк на ловушку. Какая-то иллюзия?

— Почему сожрали Гарри? — задаёт вопрос Накомис. — Он же не атаковал Кваза, не давал ей повода.

— Мой Манок, — признание даётся мне нелегко. — Я использовал его, как атакующую способность, чтобы оглушить скригов. Похоже, её зацепило. Плюс, у шума есть псионический компонент. Возможно, это повлияло.

— Ты же не мог знать, что в здании будет Кваз, да ещё и пришелец, — успокаивающе говорит индианка.

— Мог, — возражаю я. — Если бы интегрировал Астральную проекцию. Тогда удалось бы провести полноценную разведку. Ладно, после драки кулаками не машут. Плохо, что придётся объяснять Мэгги, куда делся её человек.

— Что тебе там вручили? — интересуется Мэтт, заглядывая мне в ладонь.

С этим разговором совсем забыл о непонятном подарке Вр’ксы. Прохожусь по нему Оценкой.

Семя Кр’жака

Потрясающе информативно.

— Какое-то семечко Крыжовника, — морщась, отвечаю я.

На моей ладони лежит нечто чуть больше фаланги в длину и примерно с ноготь в диаметре. Поверхность слегка ребристая и абсолютно чёрная. Как и семечко подсолнуха, это имеет широкую основу и сужается к краю. Что с этой хренью делать, решительно непонятно.

— Может, выкинешь, чтобы судьбу не испытывать? — предлагает Накомис. — А то мало ли что…

— Меня любопытство загрызёт, если так и не узнаю, зачем оно было нужно. Так, ладно, собираем аркану и пакуемся.

Прячу непонятный подарок в кольцо и выбрасываю из головы.

К этому моменту площадка перед зданием напоминает кристаллический цветник. Такое количество мёртвых тел одновременно выпустило из себя затвердевшую аркану. Разбредаемся и начинаем процесс сбора. Если бы не неприятный осадок от поражения, можно было бы порадоваться. А так… Выжить только потому, что тебя пощадили — весьма мерзкое чувство.

Собрав 27 566 единиц арканы, я проверяю по Картографу отсутствие поблизости враждебных форм жизни. Не хотелось бы сюда возвращаться из-за одного пропущенного скрига. Быстренько проверяем самое здание на предмет «икры», но внутри пусто. Вот и славно.

Обратная поездка в Денби проходит в молчании. Каждый думает о своём, и, уверен, мысли те весьма безрадостные. Лично я до сих пор ощущаю то покровительственное похлопывание щупальцем по голове. И от этой мысли кровь закипает в жилах. Весь мой арсенал, всё купленное оружие и могущественные способности — ничего из этого не оставило на ВечноЦвете и следа. Уж не знаю из-за развитой до небес Регенерации или способностей класса. Факт остаётся фактом. Мне нужно стать сильнее.

В город мы въезжаем около двух часов дня. Слегка метёт, но это, скорее, тот снежок из рождественских фильмов, нежели полноценный снегопад, вызывающий пробки и желание остаться дома.

Прежде, чем искать убежище местных жителей, мы тратим ещё два часа, чтобы сделать круг по Денби и его окрестностям. Поскольку сообщений о создании форпоста не поступало, где-то остались неохваченные монстры. Так оно и выходит. Пяток покрытых шерстью гадов прячется в подвале разрушенной пекарни. Ещё дюжина обитает в ложбине сразу за южной стороной города. Вдобавок, требуется зачистить реку, в которой всё ещё плавают редкие рыболюды.

Суммарно эта охота приносит мне ещё 12 197 единиц арканы. В стороне радуется Гидеон, который накопил достаточно, чтобы выкупить ещё несколько способностей в Талантах. Будет интересно посмотреть, что он сможет, развив свой класс.

Добив очередного монстра, читаю знакомое сообщение.

Вы успешно выполнили необходимые условия:

— Предводитель враждебных форм жизни уничтожен;

— Все враждебные формы жизни в радиусе ста метров от населённого пункта уничтожены;

— Количество разумных форм жизни в пределах населённого пункта превышает 30 единиц.

Вы получаете право основать форпост в Денби.

На принятие решения даётся 1 минута.

Похоже, предводителем значился тот гигант-рыболюд. Явно не Квазар, отпинавший нас, как детей.

Соглашаюсь, оставляя Денби в качестве названия форпоста, и сразу же заключаю союз с Уайтклэй и Фритауном, не давая Сопряжению шанса объявить войну. Вот и всё, миссия выполнена. Можно и домой, но прежде стоит, как минимум, обсудить новые реалии с Мэггги.

Поскольку мы лишились проводника, искать, где прячутся выжившие занятие слишком долгое и нудное. Делаю ставку на то, что эта дамочка к текущему моменту обязательно купила бы Трансивер. К своей удаче оказываюсь прав.

С полученными инструкциями мы отправляемся в нужную точку. Фабрика по производству консервированных продуктов занимает большое трёхэтажное здание на отшибе. На его крыше до сих пор торчит покосившийся рекламный щит, на котором изображён Овощ-мэн.

Изучаю его и ощущаю лишь глубочайший испанский стыд. Пришло же кому-то в башку выбрать в качестве мэскота продукта супергероя, состоящего из морковки, баклажана и спаржи. Натурально, вязанка овощей в броском костюме с плащом.

Уверен, это чудовище — плод фантазии какого-то старпёра-директора, решившего сэкономить. «Сколько-сколько запрашивает рекламное агентство?! Что там у зумеров в моде, Карен? Сраные супергерои?! Хорошо, будет вам Овощ-мэн! Что, слоган? Как тебе: «Овощни́сь и получи суперсилу Овощ-мэна!» Запускаем в производство!»

Дочитываю этот текст на рекламном щите с леденящим душу восторгом.

— Ну-ка, овощнись, Нако, — фыркаю я. — А то чё-то хмурая ходишь.

— Егерь, иди ты в жо…жожобу!

— Восхищаюсь твоим словарным запасом, — улыбка сама собой выползает на лицо.

Припарковавшись, вскоре попадаем внутрь завода, кивнув вооружённым ребятам на входе. Здесь большое открытое пространство разделено на жилые помещения тряпичными перегородками на верёвках. Учитывая количество готовой продукции, наверняка оставшейся здесь на момент прихода Сопряжения, весьма неплохое место для базы.

Мэгги находится в бывшем кабинете директора фабрики. Здесь же она обитает, судя по грязным кружкам из-под кофе, спальному мешку и личным вещам.

— Ну что, красавчик, всё получилось? — кивает мне Банши.

— Ты же видела текст, — я пожимаю плечами.

— Так же ясно, как солнышко в небесах. А где этот бездельник Гарри?

— Погиб, — я поджимаю губы. — Мы столкнулись с Квазаром.

Предпочитаю не вываливать на неё все обстоятельства смерти нашего сопровождающего. Даже мне эта история кажется подозрительной и мутной, а у того, кто не видел всё своими глазами, и вовсе вызовет массу вопросов.

— Чёртово пекло и все святые угодники! — мозолистый кулак бьёт по столу. — Грёбаный Гарри… Как мне теперь смотреть в глаза Нэнси…

Мэгги закрывает лицо руками и вздыхает.

— Потом. Всё потом. Теперь здесь форпост. Больше никаких монстров? — она поднимает на меня покрасневшие глаза.

— Они не будут появляться внутри городской черты, — напоминаю я, — но точно так же могут войти внутрь. Огородите какой-то район или комплекс зданий. Вокруг этой же фабрики, например, и несите дежурство. У нас избыток людей в Уайтклэй и нехватка домов. Поэтому я предложу кому-то из наших перебраться сюда, помочь вам с защитой.

— Спасибо, Егерь, — кивает женщина. — Спасибо за всё.

— Мне жаль…

— Мои соболезнования его семье, — вмешивается Накомис.

— Спасибо.

— Поддерживай со мной связь. Если что-то случится, немедленно дай знать. К вам может пожаловать какой-нибудь Квазар, или неподалёку может открыться Испытание. Эдакое гнездо монстров, которое будет их рождать в больших количествах и может вызвать Всплеск.

— Это что ещё такое?

— Сам пока не видел, но много слышал. Опасное дерьмо, с которым лучше не сталкиваться.

— Чудесно, просто чудесно. Почему мы не могли воевать со сраными зомби?!

— Не поверишь, Мэгги, задаюсь тем же вопросом каждый день.

— Переночуете у нас?

— Нет. Поедем обратно, пока световой день не кончился. Много дел.

— Берегите себя.

Распрощавшись, мы выдвигаемся в Уайтклэй. Перед этим приходится заправить мотоцикл, чей запас энергии опустился до красной отметки. Вливаю сразу 9 000 единиц арканы, коснувшись жетона на приборной панели. Этого хватит на ближайшее время.

Бахамут неплохо показывает себя на занесённой снегом дороге. Сцепления хватает, чтобы транспорт уверенно шёл на приличной скорости, не пытаясь выскользнуть у меня из-под задницы.

По бокам проносятся белые поля, леса и холмы. Мысленно я прикидываю, на что потрачу собранную аркану. Сумма вроде приятная, но совсем не разгуляться. Абсолютно точно интегрирую Астральную проекцию. Если каждый провал — это урок, свой я уже выучил. Нехватка информации ведёт к смерти. И нам чертовски повезло, что сегодня безносая забрала чужого мне человека, а не одного из друзей.

В Уайтклэй мы въезжаем, когда солнце уже почти опустилось за горизонт. Последние отблески окрашивают багрянцем заснеженные постройки. Я мечтаю о кружке горячего кофе, рационе, сдобренном новыми приправами, и приятной компании. Она действительно появляется, когда я прощаюсь с ребятами, припарковавшись у нашего административного здания.

Драгана выходит из-за угла и кивает мне с еле заметным намёком на полуулыбку.

— С тобой хотел побеседовать Ваалис. Заглянешь?

Поначалу хочу отмахнуться, сегодня и так день выдался длинный, но решаю иначе. Осьминожка никогда не тратил моё время на ерунду. Если хочет поговорить, значит, есть весомая причина.

Я нахожу его сидящим в глубоком кресле с бутылкой неизвестного мне напитка. На столе что-то вроде небольшой стопки с густой лазурной жидкостью. Её явно уже несколько раз опустошили.

— Егерь, — безэмоционально приветствует меня он.

— Ваалис, — в тон пришельцу говорю я.

— Ты никогда не задавался вопросом, что именно произошло с твоей планетой?