Sonic and the Kingdom Stone

Пролог

– Он стравил нас! Посеял семена сомнений – в тебе, во мне! Мы были пешками в его руках, поступали так, как было выгодно ему! Настоящий враг – он, не я!

Я знаю, его это не остановит. Теперь уж точно нет.

Знаю – но ничего не могу сделать. Все мои усилия, предпринятые ранее, к моему глубокому сожалению, оказались тщетными. Бессмысленными даже. Всё равно что встать на пути стремительно несущегося на берег цунами и попытаться остановить его собственноручно.

Это невозможно. Очередной план доктора с треском провалился.

А ведь я чувствовала… знала, наверное, или, быть может, предвидела именно такой вот финал.

Тогда – почему…?

– Это неправильно всё! Не на это я рассчитывал!

Картина глубокой скорби: и без того мрачное небо затягивают чёрные тучи, неистовый ветер обжигает холодом и подрагивает от приближающегося бедствия земля.

В правой стороне находится огромный белый робот, по своему внешнему виду напоминающий ежа. От него исходит почти слепящее глаза искажённое свечение – белоснежное, с небесно-голубым оттенком по краям, будто бы лунное. Им управляет тот, кто поставил перед собой с самого начала главную цель – предотвратить грядущее Пророчество. Любой ценой.

В левой же стоит самое могущественное из всех, кого я когда-либо видела, существо. Оно охвачено чёрным дымом… пламенем… аурой… чем-то страшным и грозным, тем, что кормится негативными эмоциями, конвертируя их в силу – хаотичную, буйствующую будто бы извергающийся вулкан, разрушительную.

Это существо – тот, кто всегда храбро смотрел в глаза опасности, не забывая дерзко улыбаться. Тот, кого все называли героем, на кого возлагали большие надежды, в которого верили многие, в том числе я.

…Тот, кто ныне есть то самое Пророчество, сметающее с лица земли всё живое, несущее лишь погибель.

Тот, кого я люблю. Всегда любила. С первых минут нашей встречи.

– Ты должен понять, у меня не было выбора! Я вынужден был что-то сделать! Хотя бы попытаться!

Я согласилась участвовать в этом плане, считая его заведомо провальным, закономерно погибельным. Знала, что ничем хорошим это не кончится, а наши попытки перехитрить судьбу приведут к ещё более чудовищным и жутким последствиям.

Я согласилась – потому что других идей у меня не было. Какого-либо плана, предположений, теорий – кроме изъедающей мою душу тревоги и поглощающего мой разум отчаяния, ввиду которого я отдалась случаю, связывая себя с тем, кто, в отличие от меня, что-то да смог придумать.

…Вплоть до использования последнего аргумента на случай, если основной план не сработает – Королевского Камня.

– Что, так сильно ненавидишь меня, раз готов поступиться со своими принципами?

Чёрный ёж, наконец, открыл пустые белые глаза. Сжал кулаки. После – проревел на всю долину, будто бы избавившийся от сдерживающих его долгое время оков дьявол.

– Р-Р-Р-А-А-А-А-Р-Р-Р-Р-Р!!!

Это было Началом Конца.

Глава 1: Гости из прошлого

«П.Р.О.Л.О.Г.»

«ГЛАВА 1: ГОСТИ ИЗ ПРОШЛОГО»

Мобиус — планета, населённая не только людьми и животными, но и им подобными, унаследовавшими облик вторых, но мыслящих и живущих подобно первым — антропоморфными зверьми. Последние снискивали некоторую популярность за счёт особенностей своего организма. Так, например, одни способны были владеть какой-нибудь стихией, тогда как другие получали уникальный талант, благодаря которому могли прославиться.

Одним из таких стал синий ёж по имени Соник. Давным-давно он встал на пути небезызвестного злобного доктора Айво Роботника, позже который получил имя «Эггман» — и между ними возникло противостояние. Пока гениальный ум злодея придумывал всё более изощрённые и коварные планы по захвату Мобиуса, герой, чьей уникальной способностью стала сверхзвуковая скорость, постоянно преследовал его. Он не боялся своего врага, тогда как другие страшились его, как чумы, впадая в судорожную дрожь при мысли о роботизации.

Соник зашёл далеко. Он выпроводил Эггмана с Южного Острова, собрал все Изумруды Хаоса и получил величайшую трансформацию, позволяющую ему вносить дисбаланс в те моменты, когда зло одолевает добро — Супер Соника. Таким образом коварный доктор обрёл в лице синего ежа серьёзную угрозу, к борьбе с которой отнёсся максимально серьёзно.

Поначалу Эггман пытался копировать Соника, создавая лучшие свои творения, коими стали Сильвер, Метал и Меха Соники, однако все они были уничтожены оригиналом. Тогда гениальный ум прибегнул к следующему трюку: обману. Он втёрся в доверие к ведомому ехидне Наклзу, являющемуся хранителем Мастера Изумруда, и настроил его против героя. Этот план был удачен и почти привёл доктора к триумфу, но в последний момент Соник объединился с Наклзом, а затем сокрушил Эггмана.

Вторым почти удавшимся планом был Бог Разрушений Хаос, которого Эггман высвободил из Мастера Изумруда. Новое лицо, которое, казалось бы, несло волю коварного доктора, должно было сокрушить Соника и его друзей, и оно вполне оправдывало ожидания своего хозяина. Хаос был грозен! Он поглощал один Изумруд Хаоса за другим, что позволяло ему эволюционировать в более ужасного, сильнейшего воина, против которого была бессильна любая техника…

Но в один момент Эггман считался просчитался. Искренне надеясь на то, что он сможет удерживать в своих кандалах могущественное существо на Мобиусе, доктор был страшно шокирован, когда Хаос пошёл даже против него, затем поглотил все семь Изумрудов Хаоса и эволюционировал в Совершенного Хаоса, способного погрузить весь Мобиус в воду. Оскорблённый Эггман попробовал лично остановить «предателя», но, к несчастью, потерпел поражение: Совершенный Хаос превратил его воинственный крейсер в гору металла, напичканную электроникой и прочими микросхемами.

Всё, что оставалось сделать Эггману — это положиться на Соника, который, став Супер Соником, победил Хаоса, тем самым нейтрализовав его тёмную сторону. После этого Бог Разрушений вернулся в своё законное место — в Мастер Изумруд, — и на этом история с божественным существом закончилась.

Эггман истратил все свои резервы. Его искали Соник и его друзья, военизированное подразделение «G.U.N.». Можно сказать, весь Мобиус ополчился против злодея, который, пусть и медленно, но начинал осознавать, что его свободе совсем скоро придёт конец.

И в этот момент Эггман встретил того, кто привёл его к оружию, которое могло поставить на колени всю планету — чёрно-алого ежа Шедоу. Он — Совершенная Форма Жизни, созданная пятьдесят лет назад Джеральдом Роботником, и погружённая в долгий стазис, из которого его вытащил Эггман. Шедоу показал себя со стороны отличного союзника с первых же минут. На глазах доктора он сокрушил военного робота, а затем привёл к месту, которое должно было сделать Эггмана правителем Мобиуса — колонии АРК. Позже к ним присоединилась и летучая мышь Руж, но её присутствие для доктора было не столь значимым…

Шедоу рос в глазах Эггмана не по дням, а по часам. В паре с Руж он смог выкрасть большую часть Изумрудов Хаоса из штаба «G.U.N.», при этом подставив Соника, за которым власть тотчас же начала гоняться. Казалось бы, что же в этот раз может пойти не так…?

Предательство!

Эггман очень поздно понял, что всё это время был пешкой в руках Шедоу, у которого было иное желание — отомстить всему человечеству за гибель Марии. Доктору пришлось снова объединиться с Соником, чтобы остановить падающую на Мобиус колонию АРК и не допустить мирового геноцида, но всё шло к провалу. Однако надежда была ненадолго потеряна: ёж Шедоу таки вспомнил об истинном обещании Марии — она всем сердцем хотела, чтобы он помог всему человечеству, — и присоединился к Сонику, вступив в ожесточённую борьбу с первым прототипом Совершенной Формы Жизни — Биолизардом. Шедоу, как и Соник, обрёл супер-трансформацию, и битва не на жизнь, а на смерть происходила уже в открытом космосе, где псевдо-роботизированный ящер лично тянул АРК к Мобиусу, чтобы уничтожить его.

Этот бой отличался от всех предыдущих сражений, которые когда-либо проходил Соник. Теперь ему нужно было не просто победить врага, а в прямом смысле спасти свой мир, который стоял на грани гибели. Синий и чёрно-красный ежи дрались с угрозой как могли, черпали огромное количество энергии Хаоса и не смели допускать хотя бы одной ошибки, ведь она могла стоить им абсолютно всего.

Шедоу стал ключом к победе. Понимая, что АРК нужно вернуть на прежнее положение, он создал великий «Хаос Контроль», благодаря которому колония вновь обрела независимость и снова стала стабильной…

Однако это стоило ему жизни…!

После этого Эггман пропал, словно его никогда и не было. Что так повлияло на него, никто не знал, но с тех пор гениальный злодей не появлялся, то ли уйдя в длительный анабиоз, то ли решив покончить с захватом Мобиуса и начав развиваться в чём-то другом.

Соник в очередной раз стал героем Мобиуса…!

***

— И всё-таки мне интересно, почему Руж вдруг решила назначить нам аудиенцию… — размышлял вслух Соник, боковым зрением поглядывая на бронированное шлюзовое стекло, за которым находился открытый космос. — Неужто хочет позвать нас работать на «G.U.N.»?

— Хм, вряд ли, — задумчиво возразил Тейлз. — Скорее всего, хочет узнать, нашли мы Эггмана или нет.

— Да, но назначать встречу для этого, тем более на колонии АРК — не кажется ли тебе, что всё это как-то... подозрительно?

— Возможно, ты прав, Соник! Однако для вступления в ряды «G.U.N.» это тоже кажется сомнительным. Во всяком случае, с нами бы связалась не Руж, а господин Тауэр.

— Тоже верно.

Сегодняшний день начался с неожиданных новостей: Руж связалась с Тейлзом через его усовершенствованный планшет-переводчик-локатор с целью встретиться с ним и Соником на колонии АРК. Последняя, кстати, стала вторым штабом для «G.U.N.»: военные под руководством генерала Тауэра взяли её под свой контроль, дабы больше не допустить подобных ситуаций, которая случилась месяц назад.

В спешке перекусив, Соник и Тейлз отправились к огромному лифту, который мог их доставить с Мобиуса прямиком на АРК. Друзей мучили любопытство и подозрения, однако не давало какого-либо логичного объяснения. Как-никак, а Руж не числилась среди друзей Соника, да и не знали о ней толком-то ничего. Только то, что она является тайным агентом «G.U.N.», и всё. Именно она внедрилась в команду Эггмана, чтобы передать все его планы военному руководству, а затем остановить злодея.

— Ты — Истовая Форма Жизни!

Соник нахмурил лоб: слова Шедоу в очередной раз откликнулись в его голове эхом. Эту фразу чёрно-красный ёж обронил в тот момент, когда они сражались с Биолизардом в космосе. Что она означала, Соник так и не понял. Возможно, дело было в некотором сходстве, что делало Соника и Шедоу отчасти похожими друг на друга.

Но всё ли так?

Синий ёж и дальше бы думал об этом, однако Тейлз отвлёк его.

— Мы прибыли! — сообщил он.

Друзья вошли в компактный шлюз, который тотчас же захлопнулся, на несколько секунд изолируя их как от лифта, так и от АРК. Сканирование красной плёнкой прошлось от потолка до пола, проверяя, что находится в шлюзной камере, после чего исчезло, и автоматические двери открылись

— Давно не виделись, ребята, — послышался кокетливый женский голос.

Руж стояла у стены, прислонившись к ней спиной и скрестив руки под пышной грудью. Заметив её, Соник и Тейлз покинули камеру сканирования, и та замкнулась за их спинами броневой дверью, с которыми не сладил бы даже силач Наклз.

— Полагаю, ты не на чашку кофе нас позвала, — усмехнулся Соник.

— Угадал, синенький, — ласково ответила Руж, после чего отлипла от стены и сделала пару шагов в их сторону. — Хочу поделиться кое-чем интересным с вами.

— Почему с нами? — удивился Тейлз, переглянувшись с синим ежом.

— Сердце подсказывает мне, что лишь вы двое будете к этому неравнодушны. Да и… — мышка кокетливо улыбнулась и махнула рукой. — Можете считать, что я нашла идеальный повод, чтобы увидеть вас. Уверена, он компенсирует потраченное вами время.

Ёж и лис снова переглянулись друг с другом, после чего пожали плечами и пошли за красавицей.

Колония АРК изменилась: военные то и дело сновали по коридорам, тогда как учёные проводили различные опыты над имитациями Хаоса, которые отличались от своего оригинала разве что арсеналом возможностей. Роботы-стражники стояли у дверей, каждая из которых была помечена своим цветом: красный, зелёный, синий. Всё здесь говорило о том, что теперь АРК находится в надёжных руках, и что никакой Эггман сюда больше никогда не проникнет.

Руж привела Соника и Тейлза в главную комнату. В ту самую, где они когда-то смотрели сообщение профессора Джеральда, и где Тейлз схватился с Эггманом в ожесточённом поединке, когда тот обманом погрузил Соника в капсулу с режимом самоуничтожения и выбросил в открытый космос.

— Это же браслет Шедоу, верно? — уточнил Тейлз, заметив золотое кольцо в маленькой капсуле, которое постоянно сканировалось.

— Ага. Профессор Джеральд щедро подошёл к силе Шедоу, дав ему большие возможности, однако они же и стали его минусом, — изрекла Руж, тем временем включая компьютер. — Эти браслеты были созданы для того, чтобы ограничивать силу Шедоу.

— Понятно теперь, почему в битве с Биолизардом он их снял, — промолвил Соник. — Однако это слабый аргумент для аудиенции.

— Ты прав, ёжик. Для этого у меня есть кое-что другое.

После этого мышка нажала на кнопку, и на экране появилась картина, заставившая ежа и лиса удивиться. Это была до боли знакомая фреска, на которой изображались огромная фигура, держащая в руках огромный изумруд, и непропорциональный синий ёж, обволакиваемый золотым огнём.

— Мы видели эту фреску в Скрытом Дворце на Острове Ангела, — воскликнул Тейлз.

— Наклзу бы это не понравилось, — сказал Соник.

— Именно поэтому я позвала вас двоих, — вздохнула Руж. — Вы ведь понимаете, что Джеральд, когда работал над проектом «Совершенная Форма Жизни», вдохновлялся Островом Ангела и его Алтарём?

Видя изумление на лицах ежа и лиса, мышка продолжила:

— Пока я копошилась в файлах, многое интересного всплыло на поверхность.

— Джеральд знал о древнем клане ехидн, павших от безумной ярости Хаоса, — в шоке прошептал Тейлз.

— И не только. Эта фреска… — Руж указала на изображение. — Его ключ к созданию двух «СФЖ». Таким образом Биолизард стал подобием Хаоса, тогда как Шедоу — синего ежа, облачённого в золотой огонь.

— Ты хочешь сказать, что…? — Соник всё понял, округлив глаза.

— Да. Созданием для Шедоу стал твой образ.

Фраза об «Истовой Форме Жизни» вновь возникла в голове синего ежа, что заставило его нахмуриться. Фреска Скрытого Дворца предсказывала будущее ещё за несколько веков ранее, когда ни Соника, ни Эггмана ещё не существовало. Это ребята заметили, когда впервые ступили на закрытую территорию, где их недружелюбно встретил Наклз — хранитель Мастера Изумруда и единственный выживший из клана ехидн.

Однако о проекте Джеральда, связанном с фреской, Соник и Тейлз не знали. Увы, но, когда им представилась возможность впервые всё это увидеть, времени у них было с горстку: Мастер Изумруд был похищен в классической эпохе, а в нынешней помешал Биолизард, не дав героям сравнить Алтарь Джеральда с Алтарём Острова Ангелов.

— Воплощая священный образ в своём проекте, Джеральд столкнулся с огромной проблемой: отсутствие потенциала у «СФЖ», — говорила Руж, продолжая открывать один файл с записями за другим. — И если первая форма, Биолизард, изначально задумывался как фигура с прописанной в неё задачей, то вторая, коей стал Шедоу, должен был получить разум, чувства и личность. Для этого профессор использовал ДНК, о котором я так и не нашла никакой информации, однако результат был положителен: Шедоу ничем не отличался от других мобианцев.

— А Алтарь…? — начал было Тейлз.

— Он был создан для того, чтобы использовать силу Изумрудов Хаоса, часть которой послужила созданием Шедоу. Так, например, у него появились уникальные способности, которые он мог использовать даже без Изумрудов Хаоса.

— «Хаос Копьё», «Хаос Взрывt» и «Хаос Контроль», — вспомнил Соник. — Первым и последним Шедоу пользовался очень часто.

— Для того, чтобы энергия Хаоса не уничтожила его, Джеральд и придумал золотые браслеты, которые ограничивали Шедоу. Его вторая способность — она сокрушительна, однако изнуряет его до потери сознания.

Синий ёж кивнул. Он сражался со своим тёмным аналогом и знал, в чём тот силён, а в чём — слаб.

— Ладно, профессор Джеральд сумел скопировать Алтарь Острова Ангелов и с его помощью наделить Шедоу энергией Хаоса, но тогда у меня вопрос, — Тейлз вздохнул и продолжил: — Каким образом Шедоу может использовать супер-трансформацию, как Соник? Нет, я понимаю, что профессор Джеральд при его создании вдохновлялся изображением Соника, однако это объясняет разве что их внешнее сходство.

— И то верно, — согласился Соник. — Я очень часто использовал силу Изумрудов Хаоса, трансформируясь в супер-форму. И скажу я вам, для этого нужен колоссальный контроль.

— А поскольку Шедоу не способен совладать даже с той, которая есть в нём, то её прибавка так вообще должна была разорвать его на части, разве нет?

Лис аж поёжился, представив себе такую картину.

— Всё верно, однако… — Руж посмотрела на браслет в капсуле, и ребята сделали то же самое. — Я не знаю, из какого материала они сделаны. Эти браслеты ограничивали силу Шедоу, при этом позволяя ей резонировать в супер-форму.

— Слишком парадоксально и антинаучно, — пожал плечами Тейлз. — «Плюс» и «плюс» никогда не синхронизируются друг с другом.

— Это инопланетный материал.

Соник нахмурился, тотчас же переглянувшись с лисом.

— Инопланетный, говоришь? — уточнил ёж, на что мышка кивнула. — Тогда…!

— Есть ещё одна планета, свойства которой отчасти схожи с Мобиусом, — договорил Тейлз.

Руж закатила глаза. Быстро пробежавшись пальцами по клавишам, она перевела компьютер в «спящий режим», после чего повернулась к Сонику и его лучшему другу, скрещивая руки под грудью.

— Теорий относительно этого масса, однако какая из них верная — неясно, — изрекла девушка. — В «G.U.N.» уже давно предполагают о существовании «второго Мобиуса». Проблема в том, что его координаты нам неизвестны.

— Предлагаешь нам отправиться в открытый космос для его поиска? — усмехнулся Соник.

— Да нет, это уже слишком. Даже для тебя, — Руж с улыбкой подмигнула синему ежу. — Я хотела поделиться с вами этой находкой, полагая, что у вас есть свои версии насчёт секретов Джеральда. Однако результат был прямо противоположным.

— Ну прости, что мы не оправдали твои ожидания, хе-хе.

Мышка таинственно закатила глаза. Затем, подвигав крыльями за спиной, сделала несколько шагов в сторону выхода, лишь на пару секунд задержавшись полубоком около синего ежа.

— Я обязательно тебя прощу — как только ты отработаешь, — нежным голосом прошептала Руж, одарив Соника соблазнительной улыбкой, не забыв в конце добавить: — Милашка!

Закрыв двери с помощью красной ключ-карты, девушка решила проводить своих гостей к выходу, поскольку гражданский персонал строго воспрещался на территории АРК. И даже герой Мобиуса Соник, несмотря на свои заслуги, мог с лёгкостью угодить за решётку, если бы «G.U.N.» заподозрили его в чём-то плохом.

— Ты чего, Соник? — удивился Тейлз, когда ёж резко остановился и начал всматриваться в фигуру одного из военных. Руж обернулась.

Соник продолжал буравить взглядом незнакомца, который прошёл мимо него шесть секунд назад. Они пересеклись только взглядами, а через пару секунд синий ёж ощутил дежавю. Но длилось это недолго, поскольку незнакомец скрылся в комнате учёных.

— Что-то не так? — Руж тоже стала интересна причина остановки ежа.

— Да нет, ничего, — неуверенно ответил Соник, после чего последовал за ней.

«Этот парень — такое ощущение, будто мы уже с ним виделись», — думал он, пока троица шла к межпланетному лифту. — «Это… Слит? Да ну, ерунда какая-то!».

— Очень надеюсь, что вы не пустите в людские слухи то, что мы с вами обговорили тут, — с улыбкой попросила Руж, когда ребята зашли в шлюз. — Ах да: Наки — приветик!

— Уверен, он будет в бешенстве, — в «капле» улыбнулся Тейлз, чем рассмешил ежа и мышку.

***

В этот раз Соник закончил со скоростной пробежкой быстрее, чем обычно, после чего вернулся домой. Идти куда-то не было желания: Тейлз что-то конструирует у себя в мастерской, а другие лица синий ёж пока что не хотел встречать. К тому же Соник видел Эми, когда бегал около Привокзальной Площади, и сталкиваться с ней парень не хотел. Уж если кто и мог вызвать у синего ежа страх и ужас, так это розовая ежиха, готовая задушить его в своих страстных, горячих объятиях.

Этот день Соник решил провести у себя дома. Нарезав булочек, ёж снабдил их сосисками, вбухал в них сумасшедшее количество соуса чили и поставил в микроволновку. Пока любимое блюдо готовилось, Соник развалился на кровати и начал играть на старенькой гитаре, что висела на стене подобно охотничьему ружью.

Однако слушал синий ёж не то, что отыгрывал, а тот рассказ на колонии АРК. Отчасти в словах Шедоу был смысл: он считал Соника «ИФЖ», исходя из того факта, что появился на свет благодаря его образу. Они оба могли использовать энергию Изумрудов Хаоса в своих интересах, обращаться в супер-форму и даже перемещаться в пространстве. Впрочем, последним больше пользовался Шедоу, так как у Соника от «Хаос Контроля» кружилась голова, — потому-то ёж и пренебрегал этой возможностью, больше полагаясь на свою скорость.

Существует планета, частично похожая на Мобиус…!

Интриговало это синего ежа не меньше, чем его павший аналог. Будь то возможным, Соник уже давно бы прихватил с собой Тейлза и отправился бы на поиски той самой планеты. Он дико обожал всё то, что было новым, будь то враг какой или чудесное место, куда не ступала нога живого.

В дверь неожиданно постучали, что заставило синего ежа прижать пальцы к струнам, дабы оборвать музыку. Зелёные глаза подозрительно посмотрели в ту сторону, откуда был произведён уже второй звук. Логично было бы предположить, что это Тейлз, так как он частенько захаживал к своему лучшему другу в гости, чтобы совместно поесть, поиграть в «Dreamcast» и «Sega Saturn», или же отправиться с ним в приключения. Однако лис сказал, что будет заниматься их бипланом, «Торнадо Х».

А раз уж это был не Тейлз, то…

— Вот чёрт! — с досадой скрипнул зубами Соник, закатив глаза. — Всё-таки Эми меня заметила, когда я бегал.

Синий ёж дружелюбно относился к ней, однако это был слабый аргумент, чтобы он хотел проводить с ней время. Ежиха в основном твердила ему о нескончаемой любви и постоянно норовила обнять, чему парень был не рад. Ещё его отталкивал импульсивный характер Эми, которая иногда вываливала свою любовь к Сонику в виде огромного молота «Пико-Пико».

Согласитесь, ответных чувств вызовет он мало.

Однако притворяться, что дома никого нет, Соник не мог: Эми видела его. Сделать вид, что хозяин спит? Не сработает. Кончится всё тем, что розовая ежиха выбьет дверь своим молотом, потом ворвётся в дом, а затем…

Соник сделал дебильный взгляд, после чего помотал головой, отбрасывая ненужные мысли в сторону. Хочешь или нет, а дверь придётся открывать. Посему синий ёж уныло вздохнул, после чего отложил гитару в сторону и лениво поплёлся к двери.

— Если ты набросишься на меня со словами любви, я клянусь, что убегу на другой конец Мобиуса и больше никогда не буду с тобой дружить, — кислым тоном поклялся Соник, когда открывал дверь.

В эту же секунду ёж так и застыл, как вкопанный. Его глаза округлились, а рука, держащаяся за дверную ручку, безвольно повисла. Кого угодно он ожидал увидеть: Эми, Тейлза, Крим, Наклза. Да, чёрт подери, даже раскаявшегося в своих грехах Эггмана, который пришёл бы к нему, чтобы выпить на брудершафт. Даже Шедоу, вернувшегося с того света.

Но только не их…!

— А я говорил тебе, Соня, что обнимать брата с порога — плохая затея! — весело рассмеялся Мэник.

Зелёный ёж был точь-в-точь похож на Соника: та же мимика лица, та же улыбка, те же глаза, имеющие разве что карий цвет. Отличием были разве что утончённые иглы, похожие не то на чёлку, не то безобразный ирокез, браслеты с шипами на руках, и, конечно же, красная расстёгнутая жилетка.

Тёмно-малиновая ежиха имела те же самые сходства, которые в её ипостаси смотрелись уже женственно. Несмотря на шёрстку цвета малины, иглы и волосы у девушки были лилово-розовыми, благодаря лакам и гелям укладывающимся в пышную причёску. Её наряд — красная водолазка с оголёнными плечами, королевский золотой пояс, тёмно-фиолетовые юбка, перчатки до локтей, чулки и сапожки с чёрной пряжкой — совершенно не изменился с их последней встречи. Поменялся разве что цвет глаз: с чёрного — на синий.

— Хочешь или нет, а тебе не отвертеться! — возразила Соня, а затем крепко обняла всё ещё шокированного Соника, прижимая к себе. — Я чуть с ума не сошла, когда узнала, что ты спасаешь Мобиус в открытом космосе.

— Я… э-э-э… я… — Соник похлопал глазами, но пришёл в себя лишь тогда, когда помотал головой. — Соня? Мэник? А вы… как… тут…?

— Всё просто, бро: когда до нас дошли слухи о твоих последних приключениях, мы тотчас же бросили всё и сюда поспешили, — улыбнулся Мэник. Когда ежиха отпустила ежа, зелёный подошёл и обменялся с ним рукопожатием. — Здорова, брат! Давно не виделись.

— Это точно. Однако… — синий ёж в «капле» на них уставился. — С момента битвы в космосе прошёл месяц.

— Разве? — новоприбывшие удивлённо переглянулись друг с другом.

— Бро, я — чувак с улиц и на улицах живущий — до меня новости дошли последним, — пожал плечами брат Соника, после чего посмотрел на девушку. — И то она мне всё рассказала.

— Я была в депрессии и была бы в ней до сих пор, если бы служанка не рассказала мне, что мой брат бился в открытом космосе, — выдвинула своё алиби Соня.

— И в какой же депрессии ты была на этот раз? Дай угадаю! — Мэник коварно улыбнулся, якобы изображая дурачка. — Эт, случайно, не любовь ли всей твоей жизни — мажор Бартлби?

— Твоя проницательность столь же велика, как и твои «хорошие» манеры.

— У-у-у, я слышу сарказм из уст богатенькой дамочки, у-у-у.

— А я слышу безалаберность и бестактность из уст невоспитанного, хамоватого балбеса, который бросил учёбу, увязавшись за весьма сомнительной девкой.

— Ну, у этой девки была зачётная жопка, да и барабанные палочки время от времени нужно смазывать, чтоб не увяли.

— Что я и говорю: хам и нахал! — фыркнула Соня.

— А ты — зануда с ЧСВ под звёзды! — огрызнулся Мэник.

Что в этот момент делал Соник? А ничего. Стоял в дверях с дебильным выражением лица и не понимал, на кого нужно смотреть, а кого — слушать. Удивительного услышал ёж, конечно, мало, поскольку ругань друг с другом у них всегда стояла в приоритете, и Соник сам когда-то принимал в этом участие. Но в этот же момент на его душе стало тепло и уютно…

Его навестили родные брат и сестра, которых он не видел с тех пор, как отправился сражаться с Эггманом — тогда ещё доктором Роботником — на Зелёных Холмах.

Запах жаренного вывел Соника из раздумий, и тот оказался у микроволновки быстрее звука, извлекая из неё большую тарелку с внушительной горой чили-догов. Мэник и Соня прекратили ругаться, после чего зашли в дом, закрыв за собой дверь.

— Время идёт, но кое-что остаётся неизменным, — ностальгически улыбнулась Соня, имея в виду любовь её брата к чили-догам.

— Даже у такого непостоянного парня, как я, должно оставаться в жизни что-то стабильное, — хмыкнул Соник, ставя чайник на плиту. — И так как я планировал сегодня порадовать себя, прошу вас, дорогие мои, к столу. Знаю, это не фуршет из карвинга и морепродуктов, но тоже хавка.

— Благодарю тебя за приглашение, но я воздержусь.

— А я похаваю, почему бы и нет? — улыбнулся Мэник, после чего сел за стол и начал вместе с синим ежом уплетать чили-доги. — На зоне знаешь, как говорят?

— Не знаю и знать не хочу! — строгим тоном сказала Соня, скрестив руки под грудью. — Сиди и ешь, пока я тебе подзатыльник не влепила за твои разговоры.

И всё-таки она это сделала, ибо зелёный ёж решил объяснить синему, как правильно заходить на «хату» и обращаться к её персоналу. Сонику оставалось лишь подавиться едой от смеха.

Они изменились, причём все трое. За своими изменениями Соник следил не особо, а потому совершенно не обратил внимания на синего ежа в зеркале, который заметно вытянулся, стал стройнее и спортивнее, оставив свою черноглазую, пухленькую вариацию в прошлом.

Сие касалось и Мэника, который, в принципе, обрёл то же самое телосложение, что и его брат: стал подкаченным, стройным, высоким. Что касалось Сони, то девушка и раньше была фигуристой, но теперь её внешние характеристики значительно приумножились. Сейчас за одним столом с ежами сидела очень красивая ежиха, чьё телосложение могло вызвать у других девушек дикую зависть. Неудивительно, ведь Соня всегда была на пике моды, а данное от природы соблазнительное тело таки позволяло экспериментировать с собой в виде различных нарядов и красок.

Так что Соник и Мэник могли гордиться тем, что у них такая красивая сестра, у которой много поклонников.

Несмотря на свою супер-способность в виде огромной скорости, Соник был средним по возрасту среди этой троицы. Старшей являлась Соня, которая была образованной, умной и при этом сильной девушкой, способной в вольной борьбе положить своих братьев на лопатки. Мэник был младшим и формально считался слабым - ровно до тех пор, пока не применял магию. К тому же, выросший на улицах среди отпетых воров и мошенников, он обрёл разного рода навыки, а также способен был украсть у других что угодно, при этом не попавшись им на глаза.

Впрочем, Соник каким-то образом умудрялся поймать своего брата на воровстве, даже если тот находился на другом конце региона.

Когда с чили-догами было покончено, наевшиеся до отвала Соник и Мэник развалились на стульях, с довольными мордами хлопая себя по животам. Чаи разливать пришлось Соне, которая всё это время смотрела на своих братьев с кислой миной на лице. Увы, но она, даже спустя столько лет, по-прежнему не понимала, как эти двое могут есть такую острую пищу.

Хотя ею больше грешил Соник, чем Мэник.

— Да уж, занятная история! — резюмировал Мэник, когда синий ёж рассказал о своих последних приключениях. — Быть может, я и наивен, но мне казалось, что Роботоник всё-таки оставил свои злодейства, когда с его роботизатором было покончено.

— Роботоник, хе-хе-хе, — посмеялся Соник, вспомнив старую кличку Эггмана. — С другой стороны, если бы он ушёл с поста злодея, мне бы было скучно.

— Ну, знаешь, скучно или нет, а я больше предпочитаю спокойную жизнь, чем вечные догонялки с каким-то неприятным типом, — не согласилась с ним Соня.

— Поэтому я и отправился на Зелёные Холмы один. Всё же наши пути в один момент разошлись, и каждый пошёл в свою сторону.

Ежиха закатила глаза, тогда как зелёный ёж перестал улыбаться, задумчиво глядя на пустую тарелку.

— Удивлён, что вы до сих пор их носите, — вдруг произнёс Соник, покосившись на кристальные медальоны в виде музыкальных инструментов, что висели у Мэника и Сони на шее.

Когда-то синий ёж тоже носил такой как подарок, который был дан ему и его родным при рождении. Но когда Соник отделился от брата и сестры, и ушёл на Зелёные Холмы, медальон перестал быть его частью. Герой Мобиуса убрал его в ящик, познакомился с Тейлзом, а затем с Эми, окончательно погрязнув в приключениях. Казалось бы, что Соник поступил более чем опрометчиво, покинув своих родных и до сего момента не встречавшись с ними больше.

Но у этого поступка была причина…!

Троица всегда держалась друг за друга, была единой во всём и стремилась лишь к гармонии. Но в жилах каждого текла кровь королевы Алины, которую они искали, попутно сражаясь с доктором Роботником. Осознание того, что кто-то из них однажды воссядет на трон и станет править Мобиусом, пусть и не сразу, но постепенно добивало каждого изнутри. Так, например, Соник мечтал об абсолютной свободе для каждого, тогда как Соня с этим не соглашалась, полагая, что её излишки могут вылиться в бесформенную анархию. Про Мэника вообще стоило молчать, поскольку в кругу воров парень, не имеющий ни грамма образованности, и вовсе плохой пример для правителя…

Кончились эти междоусобицы тем, что Соник покинул фургон — они путешествовали на нём по Мобиусу — и умчался на Зелёные Холмы, решив завязать как с поисками Алины, так и с приключениями музыкальной рок-группы «Sonic Underground». Мэник ушёл на Восток, где какое-то время купался в любви нескольких горячих наложниц, а после вернулся к воровству, за что его однажды не упекли за решётку. Спасением бедняги стала Соня, которая выбилась в высшее общество, стала богатой, а также влиятельной особой, к которой большинство жителей Северного Мобиуса прислушивалось. Во многом эта заслуга, конечно, принадлежала богатому магнату Бартлби, за которого Соня должна была выйти замуж, однако вся их женитьба ограничивалась лишь гражданским браком.

И сейчас, спустя несколько лет, троица сидела за одним столом, держа глаза закрытыми. Каждый из них осознавал, что был неправ в прошлом, а потому никто из них не собирался выяснять друг с другом отношения. И если Мэник с Соней всё же смогли примириться, держась друг к другу поближе (хоть и не так, как раньше), то Соник пропал вовсе, пока по всему Мобиусу не передали, что синий ёж вместе с чёрно-красным спасают планету.

— А твой медальон где? — поинтересовалась Соня. — Я надеюсь, ты не решил от него избавиться?

— Хаос упаси, нет, — покачал головой Соник. — Он у меня в шкафу лежит, как отголосок светлого прошлого.

— Ну, Соня свой однажды продала, когда амнезию словила, а я его едва не проиграл в покер, — в «капле» рассмеялся Мэник. — Так что всё норм, братишка! Ты хотя бы не отдал медальон в чужие руки.

Синий ёж невесело улыбнулся.

— Значит Шедоу, — малиновая ежиха задумчиво прижала палец к губам. — Я удивлена, что у нашего старого «друга» был родственник, воссоздавший своё детище по твоему образу, Соник.

— Я удивлён не меньше, — согласился вор. — Мне даже жаль его в какой-то степени.

— Так-то да: Шедоу поспособствовал бедствию сильнее, чем Эггман. Но его прошлое… — герой Мобиуса не договорил, закрыв глаза.

Пятьдесят лет назад колония АРК подверглась нападению «G.U.N.». Власти посчитали, что профессор Джеральд затевает что-то против правительства, и выслали на его арест вооружённый до зубов отряд военных. Сотни учёных и гражданских были задержаны, а после отправлены в тюрьму. Джеральд, как глава всего персонала, и вовсе был приговорён к смертной казни — к расстрелу.

Шедоу защищал Марию. Вместе с ней он бежал по одиноким коридорам АРК, уводя свою близкую подругу от опасности, которая настигала их с каждым шагом. Мария, понимая, что чёрно-красного ежа заберут на опыты и тем самым угробят, погрузила его в капсулу и приготовилась сбрасывать на Мобиус. В этот момент «G.U.N.» догнали их, и лидер грозно приказал девушке отойти от пульта управления, но та его не послушалась, дёрнув за рычаг.

Выстрел!

Мария погибла на глазах Шедоу, который ничего не мог сделать. Позже погружённый в стазис на пятьдесят лет, но отчётливо запомнивший её смерть, чёрно-красный ёж поклялся, что человечество поплатится за это своими жизнями, и начал приводить свой план в исполнение с той самой минуты, как Эггман освободил его.

Каким образом Эми удалось убедить Шедоу помочь героям предотвратить масштабный геноцид, Соник не знал до сих пор, да и ежиха сама не понимала, как это получилось. Чёрный ёж в одночасье бросился исправлять свою ошибку, которая стоила ему жизни. Теперь всё, что напоминало Сонику об этом сломленном судьбой персонаже — это браслет, который находился в кабинете Руж.

«Sayonara… Shadow The Hedgehog…!».

Как бы Соник не злился на Шедоу за случившееся, к последнему он питал искреннее сочувствие. Похожее чувство было и с Хаосом, на глазах которого алчные ехидны сгубили всех чао, но его история закончилась хорошо: он увидел, как мир поменялся в лучшую сторону, после чего погрузился в восстановленный Мастер Изумруд вместе с ехидной Тикал, дочерью Пачакамак.

А вот история Шедоу закончилась трагично…

Из раздумий ежа вывел стук в дверь.

— Кого ещё принесло? — удивился Соник, после чего встал из-за стола и открыл её.

Всё, что успел он сделать в последнюю секунду — это упереться руками в стройную талию розовой ежихи, которая сдавила его в сильных объятиях и начала целовать в щеку.

— О, Соник! О, мой дорогой и прекрасный! — к его счастью, Эми всё же отстранилась, чтобы мечтательно закатить глазки, при этом хлопая ресничками. — Ты даже не представляешь, как я рада тебя видеть!

— Эми… — уныло вздохнул Соник, впадая в «каплю».

— Я видела тебя, когда ты пробегал около Привокзальной Площади, и моё сердечко тотчас же забилось. Ты очень быстро исчез, но моя душа, переполненная к тебе огромной любовью, вела меня к тебе подобно судьбе. Я шла сюда, чтобы сказать тебе, что ты самый лучший, самый восхитительный и… и-и-и… А это что ещё такое?

Прежде чем ёж успел понять, что ежиха имела в виду, та отстранила его в сторону и грозными шагами вошла в дом, направляясь к Соне. Последняя поперхнулась чаем, когда Роуз резко упёрлась кулаками в стол, яростно глядя на неё. Даже Мэник офигел.

— Слышь, ты кто такая? — с гневом зарычала Эми. — Какого чёрта ты делаешь в доме моего Соника?

— Эм-м… Твоего Соника? — не врубилась Соня.

— Да, моего! Он мой, тебе ясно?

— Эми… — позвал её Соник.

— У тебя типо здоровья много, раз ты позарилась на моего возлюбленного! Тебе нос сломать чи голову оторвать?

— Эми.

— Да я тебя сейчас раскатаю по этому полу, как тряпку, да так, что тебя мама родная не узнает!

— Эми!

— Что, совратить моего парня хочешь? Да я тебя сейчас сама совращу! — Эми призвала «Пико-Пико», чем шокировала не только Соню, но и Мэника, прооравшего: «Ничоси!». — Тебе будет больнее, чем мне, когда я увидела, как какая-то мерзавка липнет к моему милому…!

— ЭМИ!!! — у Соника окончательно лопнуло терпение.

К счастью всех, Роуз наконец остановилась и перевела изумрудный взгляд на него. Это позволило незнакомцам — от лица ежихи — с облегчением выдохнуть.

— Да, Соник? — милым голоском отозвалась Эми.

— Как же с тобой трудно, — Соник хмуро вздохнул, после чего закрыл дверь и сделал несколько шагов в сторону стола. — Знакомься, Эми: это Мэник и Соня. Они — мои брат и сестра!

Роуз так и застыла, как вкопанная, выронив из своих рук молот. Тот, к несчастью, упал неудачно — на ногу Мэнику, из-за чего тот завыл, ругаясь отборным матом.

— У тебя… есть брат… и с-сестра…? — с каждым словом Эми покрывалась потом от ужаса.

— Да, — ещё раз вздохнул Соник. — И можешь не спрашивать меня, почему я о них никогда не рассказывал. Про Мэника и Соню, кроме Наклза и Эггмана, больше никто не знает.

Роуз сглотнула. Затем покраснела от стыда и виновато склонила перед малиновой ежихой голову.

— Эм-м… я… я не хотела тебя обидеть, я… С-соник, у тебя такая красивая сестра! Ну… я… п-просто…

— Не знаю, что здесь происходит, но сделаем вид, что этого не было, — Соня положила ногу на ногу и осмотрела Эми с головы до ног, про себя отмечая её безвкусный наряд. — Я понятия не имею, в каких вы состоите отношениях, но с манерами у тебя явные проблемы.

— Соня, ну ты хоть не начинай! — уныло попросил Соник, поняв, что та может продолжить склоку. — Эми просто… ну… темпераментная сильно.

— Да я это уже, блин, понял! — обиженно буркнул Мэник, протирая больную ногу.

Кончилось всё тем, что ребята засмеялись с зелёного ежа, и конфликт был исчерпан за кружкой чая. Всё ещё чувствуя себя виноватой, Эми, к огромному счастью Соника, не липла к нему, боясь своими действиями не понравиться родне своего возлюбленного. Оно и верно: если уж завоёвывать любовь ежа, то начинать надо с его родственников. Однако герой Мобиуса сомневался в том, что у Роуз всё получится. Как бы она ни пыталась вызвать у них симпатию, нога Мэника по-прежнему болела, а Соня и подавно не отличалась миролюбивым характером.

— Соник, почему ты никогда не рассказывал мне, что у тебя есть такие замечательные брат и сестра? — Эми в очередной раз сделала комплимент в их сторону, однако приятно было лишь Мэнику, тогда как Соня по-прежнему была недовольной.

— Да как-то времени не было, да и дел невпроворот… — дались эти слова Сонику с трудом, ибо, если зелёный ёж мирно их воспримет, то малиновая — вряд ли.

К счастью, модница ничего ему не сказала.

— Я… я не знаю, — ошеломлённо ответила Эми, когда Мэник невзначай поинтересовался, каким образом ей удалось повлиять на Шедоу в последний момент. — Я всего лишь сказала, что мир полон как плохих людей, так и хороших, и что жизнь — лучший подарок, который только есть.

— Быть может, ты таким образом напомнила ему о прошлом? — предположил Соник, на что ежиха пожала плечами. — Всё-таки мы мало что знаем о Шедоу, кроме резни пятидесятилетней давности.

— Уверен, Соня бы влюбилась в такого крутого парня до беспамятства, если бы увидела его, — с издевкой хохотнул Мэник, чем заслужил хмурый взгляд сестры. — Ах, ну да, точно! У неё же есть только один единственный Бартлби, хы-хы-хы.

— Мэник, ещё одно слово — и я тебе нос сломаю! — зло пообещала Соня.

В дверь неожиданно забарабанили, отчего синий ёж тотчас же поперхнулся чаем.

— Да кто там, чёрт бы вас побрал? — раздражённо буркнул Соник, резко открывая её.

К его удивлению и одновременно облегчению, это был Тейлз. Правда, выглядел лис взбудораженным и обеспокоенным; его дыхание было тяжёлым и уставшим. В левой руке он держал свой КПК.

— Тейлз? — синий ёж с изумлением отошёл в сторону, пропуская к себе в дом гостя. — Ты чего такой взволнованный?

— Соник, это беда! Большая… ох… беда, — тяжело вымолвил Тейлз.

— Беда? О чём ты? Ах да… — парень кивнул в сторону стола. — Хочу познакомить тебя со своей роднёй. Это Мэник… — указывает на зелёного. — Это Соня… — на малиновую. — А это — Эми.

— Очень смешно! — фыркнула Роуз, тогда как вор посмеялся.

— А это Тейлз — мой лучший друг и напарник, с которым мы вместе путешествуем, попутно пиная старого пенсионера, доктора Эггмана.

— Очень приятно! — лис вежливо поклонился, на что ежи ответили ему улыбкой. — Соник, у нас неприятности! Со мной только что связалась Руж и сообщила о произошедшем на АРКе ЧП.

— Что? — опешили синий и розовая ежи.

Тейлз перешёл от слов к делу. Включив КПК, он нашёл в контактах летучую мышку, нажал «Вызов» и повернул экран, чтобы герою Мобиуса была удобно смотреть.

— Оперативно работаешь, малыш! Большинству из «G.U.N.» следовало бы поучиться у тебя, — похвалила лисёнка Руж, когда связь была установлена. — Соник, когда мы направлялись к выходу, ты вдруг остановился и стал в кого-то всматриваться — помнишь, кого ты видел?

— Вы были на АРКе? — удивилась Эми.

— Не уверен, конечно, но помню, — Соник проигнорировал Роуз, разговаривая персонально с летучей мышью. — А что случилось-то?

— Из лаборатории был похищен браслет Шедоу.

Тейлз не удивился этому, поскольку Руж проинформировала его первым. А вот Соник и Эми в шоке переглянулись, не понимая, как такое может быть. Хотя не понимала здесь по большей части Роуз, тогда как на синего ежа нахлынули смутные сомнения. Он помнил фигуру того волка с плащом, скрывшегося в дверях лаборатории, но не придал ему значения, решив, что обознался. Однако…

— Соня, Мэник… — Соник отвлёкся от разговора с Руж. — Когда вы в последний раз видели Слита или Динго?

— Давно, — растерялся зелёный ёж.

— Я видела Динго несколько дней назад в качестве официанта, когда мы с Бартлби были на банкете у герцога Артура, — сообщила малиновая ежиха.

Герой Мобиуса задумчиво кивнул, усваивая полученную информацию.

— Предоставь это нам, — сказал Соник, обращаясь к летучей мыши. — Душой чую, в этом замешан Эггман!

— Ну что ж, так как наш доктор скрылся, а лица незнакомца я не видела, то отдаю эстафету по поимке негодяя в твои руки, синенький, — Руж натянула на лицо улыбку и махнула рукой. — Удачи, герой!

На этом связь и закончилось.

— Что всё значит? — спросила Эми.

— Слит похитил браслет Шедоу из лаборатории АРК, — сообщил Соник, чем удивил уже Мэника и Соню, которые знали, кем является этот похититель. — Не знаю, каким образом ему удалось проникнуть на АРК, однако я уверен, что без Эггмана тут не обошлось.

— Я предлагаю отправиться к межпланетному лифту, чтобы поискать какие-нибудь зацепки, — предложил Тейлз. — Звучит глупо, знаю, но это единственный вариант.

— Всё нормально, дружище! Отправляемся туда немедленно!

Соник первым выскочил из дома, а лис — за ним…

В этот момент земля вдруг содрогнулась, из-за чего Тейлз и Эми упали, тогда как Соник сумел удержаться на ногах. Падения избежали и Мэник с Соней, задержавшихся в проёме двери.

— О нет! — вымолвил синий ёж.

Остров Ангела всегда находился в поле зрения, — он парил в воздухе, что говорило о том, что с Мастером Изумрудом всё в порядке. Однако сейчас остров медленно снижался, и его падение сопровождалось землетрясением, которое пробежалось по долине подобно звуку. Где-то вдалеке грохнуло, огромная волна моря поднялась и захлестнула близлежащие берега.

— Остров Ангела теряет высоту! — воскликнул Тейлз, поднявшись в воздух благодаря хвостам.

— Всё это неспроста, — посерьёзнел Соник, после чего побежал в ту сторону. — За мной, ребята! Надо узнать у Наклза, что произошло.

Лис летел рядом с ежом, тогда как Мэник запрыгнул на свой хаверборд и последовал за ними. Эми держалась за Соню, которая управляла розовым мотоциклом, способным набирать большую скорость.

Соник не знал, к чему всё это. Появление Слита ознаменовало возвращение Эггмана к истокам — он вновь воспользовался помощью двух наёмников, с которыми когда-то воевали «Sonic Underground». Ёж был уверен в этом, поскольку о браслете Шедоу мог знать только один человек, который после событий на колонии АРК скрылся.

Вот только зачем он ему, было неизвестно…!

Глава 2: В поисках Эггмана

«ГЛАВА 2: В ПОИСКАХ ЭГГМАНА»

Соник и Тейлз оказались самыми быстрыми, а потому резво ушли в отрыв, когда отправились на Остров Ангелов. Об остальных переживать не стоило, поскольку Эми знала эти окрестности, а Мэник и Соня были знакомы с Наклзом и знали об его острове. Вряд ли кто-то из них потеряется.

Ближайшие берега были затоплены, из-за чего Тейлзу пришлось взлететь вместе с Соником, таща последнего к границам Острова Ангелов. Им предстояло в изумлении лицезреть Джунгли, пылающие пожаром, а также пустыню, куда внезапно хлынул поток снега из северной части острова. И если с первым всё было не так удивительно — они уже видели подобное давным-давно, когда Наклз предстал перед ними как неприятель, — то со вторым всё выглядело менее прозаично.

— Надо добраться до Алтаря! Уверен, Наклз сейчас там! — сказал Тейлз.

Соник кивнул.

Когда вода закончилась, ёж отпустил руку лиса и побежал на сверхзвуковой скорости в ту сторону, где ехидна обычно обитал. Поваленные деревья не говорили ни о чём, кроме битвы Наклза с кем-то. И Соник не сомневался, что этот «кем-то» — никто иной как Эггман. Одна мысль о похищенном браслете Шедоу прямым текстом наводила его на коварного доктора, который после непродолжительного анабиоза таки решил выйти в свет и вновь о себе заявить.

«Я ему усы в бантик завяжу, яйцепузому этому», — мысленно пообещал Соник.

Алтарь располагался около самой высокой горы острова, соединяясь с ней прочным деревянным мостом. По нему Соник и Тейлз перебрались на крошечный кусок земли, что завис над горящими джунглями, после чего осмотрелись. Что и следовало ожидать: Алтарь был пуст.

— Вот он! — воскликнул Тейлз.

Ребята были уверены, что Мастер Изумруд похитили, раз Остров Ангелов упал в воду. Но каковым же было их удивление, когда они увидели его недалеко от Алтаря в целостности и сохранности. Волшебный кристалл упал на бок и лежал рядом с тем, которого Соник и Тейлз, собственно, и искали…

— Наклз! — ребята бросились к лежащей у Мастера Изумруда ехидне.

Распластался Наклз на животе — совсем как тогда, когда Хаос привёл сюда Эггмана, а затем напал на них обоих, украв все шесть Изумрудов Хаоса. Эти отголоски совсем не нравились синему ежу, который всё сильнее начинал омрачаться, видя, как новые проблемы используют старую механику и, подобно музыканту, играют на ностальгии. Тут тебе и Руж с рассказом о Джеральде, скопировавшего легенду об ехиднах в свой проект, и возвращение до сего момента забытых «Sonic Underground», и возникший из ниоткуда Слит на колонии АРК, и падение Острова Ангелов, когда-то ознаменовавшего возвращение Хаоса.

Не нравилось это Сонику, хоть и реагировал он обычно на всё с оптимизмом.

— Эй, Наклз, ты как? — обеспокоенно спросил Тейлз, когда последний начал приходить в себя. Друзья помогли ему приподняться на ноги.

— Голова… раскалывается… блин…! — помотав головой, Наклз наконец-то пришёл в себя, а затем в ужасе осмотрелся по сторонам. — О нет!

— Что здесь произошло? — Соник обвёл глазами дыры в земле, наверняка оставленные каким-то лазерным оружием. — Это был Эггман?

Ехидна хотел было ответить, однако смолк, когда заметил приближение новых лиц. Соник и Тейлз тоже обернулись…

В эту же секунд Наклз испытал тот же самый шок, который ранее пережил Соник: встреча с Мэником и Соней. Те прибыли на Остров Ангелов вместе с Эми, и та, поблагодарив сестру синего ежа, слезла с её байка. Да что там, даже глаза протёр своими мощными кулаками, чтобы проверить, сон это или нет.

— Соня? Мэник? — вымолвил ошеломлённый Наклз.

— Эм-м… — Тейлз впал в «каплю», посмотрев сначала на ежей, а потом на ехидну. — Вы знакомы?

— Ага. Причём, ещё до того, как Соник решил играть в соло, — улыбнулась Соня, после чего подошла к хранителю Мастера Изумруда. — Приветик, Кастет! Давно не виделись.

Для Эми и Тейлза стал удивительным тот момент, когда малиновая ежиха без всякого смущения обнялась с ехидной, а тот вместо того, чтобы оттолкнуть её, что обычно он делал с другими девушками, наоборот — обнял в ответ. Лис и ежиха вопросительно посмотрели на Соника и Мэника, однако те были спокойными. Это для первых такая картина могла показаться странной, ибо была нова, а бывшие «Sonic Underground» прошли через это ещё давным-давно.

— Ну, вообще-то я уже давно как не Кастет, — польщённо улыбнулся Наклз, когда с объятиями было покончено. — Да и шляпу свою потерял несколько лет назад.

— Знаешь, твоя шляпа хоть и была модной, но ты и без неё выглядишь намного моднее, — с улыбкой подмигнула ему Соня, чем смутила в очередной раз. — Говорю тебе это как знающий в моде толк гуру.

— Не моднее, а брутальнее, а так всё отлично, — хмыкнул Мэник, после чего пожал руку ехидне. — Рад тебя видеть, Красный!

— Всё же я соглашусь с Тейлзом насчёт «странностей», — Эми упёрла руки в бока и недовольно затопала носком сапога по земле. — Я бы нормально приняла тот факт, что о твоей семье, Соник, знает только Тейлз, так как он твой лучший друг и завсегдатай в ваших приключениях. Но Наклз…! — ежиха уставилась на ехидну, который ответил на это хмурым взглядом.

— Не надо на меня так смотреть, Эми! Это вы меняетесь изо дня в день, а я с самого начала был верен своему долгу, и именно благодаря ему я познакомился с Соником, Мэником и Соней.

— Ну, теперь мне хотя бы понятно, почему вы обращались друг к другу по именам тогда, когда я вместе с Соником прибыл на Остров Ангела впервые, — вздохнул Тейлз. — Но в этом случае, Наклз, ты выглядишь ещё более чудным и странным, чем раньше.

— Только не напоминай мне о тех событиях. Самому неприятно.

— Хм-м… это всё, конечно, замечательно, однако меня интересует другое, более важное… — Соник посмотрел на хранителя Мастера Изумруда. — Что здесь произошло? Сомневаюсь, что ты решил выяснить отношения со своим драгоценным возлюбленным.

Ехидна пропустил колкую шутку ежа мимо ушей, направившись к лежащему в траве Мастеру Изумруду. Бережно поставив его ровно, он отряхнул волшебный реликт от пыли.

— Сюда наведался Динго, — промолвил Наклз, чем удивил всех, кроме Соника, который предполагал подобный ход развития. — Правда, я так и не понял, какие у него были намерения: он не украл Мастер Изумруд, а всего лишь сбил с Алтаря.

— А горящие джунгли и нарушение полюсов? — напомнил Тейлз.

— С полюсами будь спокоен: всё из-за потери энергии Мастера Изумруда. А вот что с джунглями, я не знаю. Помню только то, что я отделал Динго, а потом меня усыпили снотворным газом.

— Я с самого начала был уверен, что это дело рук Эггмана. Мы с Тейлзом сегодня были на колонии АРК и видели Слита, — сказал Соник, чем удивил ехидну. — Но обо всём по порядку: что было дальше?

— Больше я ничего не помню. Очнулся только сейчас, когда вы пришли. Вот чёрт он, Эггман этот!

Наклз от злости сжал руку в мощный кулак.

— Зачем Эггману нападать на Наклза, если он не собирался красть Мастер Изумруд? — удивлённо воскликнула Эми.

— Соглашусь, это весьма странно, — Соня задумчиво прижала палец к губам.

Мэник отошёл в сторону, осматривая поле боя. Он знал, что Динго умом не блещет и способен разве что реализовывать приказы более умного наёмника, коим являлся его первый по значимости товарищ — Слит. Конечно, приказы в основном исходили от Эггмана, однако получал их Динго от своего партнёра, поэтому…

Ребята, за исключением Сони, изумились, когда Мэник опустился к земле, а затем прижал к ней ладонь, закрыв глаза.

— Что-то не так? — спросил Тейлз.

— Всё нормально, Мэник просто анализирует состояние земли и проверяет наличие здешних следов, — объяснила Соня, чем удивила всех. — Ой, да бросьте. Мэник хоть и был слабым звеном в «Sonic Underground», но имел весьма неоднозначную способность, которая могла создать землетрясение — Стихия Земля. Сейчас же его талант эволюционировал, так что там, где есть земля, он имеет весомое преимущество.

— Ничего себе! — изумилась Эми. — Совсем как Соник.

— Я Воздух, а не Земля, — поправил её синий ёж.

Мэник закончил совсем скоро, после чего поднялся, похлопав руками, чтобы избавиться от пыли.

— Был ли здесь Роботоник, я не знаю, однако следов Слита тут немерено, — сделал вывод ёж, чем удивил всех. — Полагаю, тебя, Красный, усыпил как раз-таки Слит.

— Мы видели Слита на АРКе, — напомнил Соник. — Ему, чтобы сбежать оттуда с похищенным браслетом, потребовалось бы немало времени.

— Да и бежал бы он не сюда, а на базу Роботника, — добавила Соня.

— А если… — Тейлз моментально привлёк к себе внимание, так как считался самым умным в команде, превосходя даже сестру синего ежа. — Наклз, с твоего острова действительно ничего не пропало?

— Да нет, я же только что… это…

Ехидна медленно округлил глаза, когда по привычке похлопал себя по карманам. Его ладонь ещё раз сделала это, однако результат был тот же, что и первый.

— Мой Изумруд Хаоса! — выпалил он.

— Слит и Динго забрали твой камень, не тронув Мастер Изумруд? — опешил Соник. — Но тогда…!

— О нет! — догадался Тейлз. — Если целью Эггмана были Изумруды Хаоса, то...

— Чёрт! Я свой как раз-таки оставил дома.

— Я тоже.

Это звучало неоднозначно и бредово, но Соник хорошо знал Эггмана, который руководствуется больше неординарными решениями, чем вполне предсказуемыми. То, что было донельзя вычурным, больше ассоциировалось с коварным доктором.

— Рвём назад, пока ещё не поздно! — бросил Соник, на что лис ответил кивком. — Тейлз, бери Мэника — и в путь! Соня, помоги Наклзу восстановить Остров Ангелов, а затем присоединяйтесь к нам.

— Выходит, я иду с тобой? — радостно пропищала Эми, чьи глаза моментально загорелись счастьем.

— Вообще-то я планировал соло, но… — синий ёж заметил осуждающий взгляд сестры и уныло вздохнул. — Ладно, пошли! Нечестно будет, если я начну выделяться из вас всех.

Розовая ежиха завизжала, будто школьница на выпускном, и тотчас же сдавила источник своей симпатии в сильных объятиях, ласкаясь об его щеку своей.

— Соник, я тебя не разочарую!

— Да-да, только прекрати лизаться! — недовольно попросил её ёж.

***

К его счастью, Эми больше не лезла ласкаться, смирно находясь в руках, пока тот быстрее звука мчался в сторону дома. С Тейлзом и Мэником они разминулись на середине дороги, когда парочка свернула к мастерской первого. Оставалось лишь надеяться, что Наклз и Соня быстро управятся с островом и совсем скоро их нагонят.

Соник не был уверен в том, что вывод Тейзла верен, но, с другой стороны, бережённого Бог бережёт. Эггман вряд ли послал бы Слита на АРК, если бы не задумывал какой-то грандиозный план по захвату Мобиуса. Всё-таки этот злодей пусть и был несколько тронутым, тупостью никогда не славился.

Однако сердце ежа в одночасье ощутило неимоверную тяжесть, когда дверь его дома оказалась распахнутой. Быстро поставив Эми на ноги, Соник с остервенелым лицом ворвался в гостевую, готовясь положить на лопатки любого, кого увидит. Но дом был пуст. Стол и стулья лежали на полу, один из которых оказался сломан, мебель перевёрнута, а кровать наверняка изрешетили лазерами. Но что больше озлобило синего ежа, так это его поломанная гитара.

Кто-то явно хотел задеть героя за живое.

Соник подошёл к тумбочке и открыл её, и его глаза медленно закрылись тёмно-синими веками.

— Мамочки! — Эми вошла в дом и тотчас же воскликнула, прижав ладошки ко рту.

— Его здесь нет, — мрачно промолвил Соник, задвигая тумбочку обратно. — Всё-таки Эггман был тут.

Ёж молча поставил на пол табуретку и сел на неё, подперев голову рукой. Он всё это время был наготове, ожидая любой пакости со стороны усатого злодея. Даже Изумруд Хаоса специально положил на видное место, чтобы выманить доктора из анабиоза и пересчитать ему все косточки.

Однако Эггман оказался хитрее ежа. Он сыграл в двойную игру, и в момент, когда Соник отвлёкся, воспользовался его потерей бдительности, выкрав волшебный камень. И за этот свой проступок синий ёж злился на самого себя больше всего. Подумай он об этом сразу же и возьми с собой Изумруд Хаоса, Эггман бы остался с носом.

Но содеянного уже нельзя было воротить.

— Соник, ну… ты не переживай так сильно, — утешала его Эми, сев на другую табуретку. — Я уверена, мы найдём этого Эггмана и отлупим три раза!

Ёж молчал. Хронология последних событий понемногу начинала собираться в некую цепочку из рассказов, которые герой Мобиуса слушал. В голове вновь всплыла история с фреской в Скрытом Дворце, досье Руж на колонии АРК, появление Слита или Динго, удивительный проект Джеральда, похищение браслета Шедоу. Всё это наводило на одну очень неприятную мысль:

«В это трудно поверить. Я лично видел, как он упал в стратосферу и исчез. Это бред какой-то!», — думал про себя Соник.

Внезапно ёж побагровел, что слегка встревожило Эми: она не так часто видела, чтобы Соник злился. Последний резко вскочил с табуретки и метнулся к шкафчику, — туда, где хранилось самое драгоценное, что досталось ему при рождении. Ёж распахнул дверцы и… с облегчением вздохнул.

На маленькой подушечке цвета индиго лежал полупрозрачный медальон в виде гитары. Сердце сразу же забилось от нахлынувших на героя чувств и эмоций: он вспомнил о тех днях, когда вместе с Мэником и Соней бороздил по Мобиусу, попутно выручая местных революционеров, что называли себя «Борцами за Свободу». Это было давно, но на несколько секунд Соник вернулся в прошлое и увидел самого себя…!

Изумрудный взгляд лицезрел низкого, пухленького, черноглазого ежа, чей окрас был чуть светлее. Это он — классическая вариация нынешнего Соника, когда-то вставшая на пути Эггмана, тогда ещё доктора Роботника. Ничем не примечательный ежок, в будущем ставший крутым героем, — он улыбнулся своему современному образу, и Соник, наконец, вернулся в реальность вновь. Всего лишь лёгкое наваждение, но оно напомнило ему о том, с чего ёж начинал своё становление героем Мобиуса.

— Соник…? — осторожно позвала его Эми.

Парень выдохнул. Затем взял медальон в руки и повесил себе на шею.

— Мне стоит держать его поближе к сердцу, — с улыбкой сказал Соник.

— Ух ты, какой красивый! — восхитилась Эми. — А что он означает? Я видела точно такие же у твоих брата и сестры.

— Подарок от мамы. Ой, не спрашивай о прошлом, это долгая история.

Роуз стало очень интересно. Несмотря на довольно долгое нахождение рядом с синим ежом, она ведь так и не знала, кем он был до того, как пришёл на Маленькую Планету. Ведь именно там розовая ежиха впервые встретила этого парня…

Но её ностальгию прервали знакомые голоса снаружи дома. Соник услышал их и первым вышел на порог, где столкнулся с запыхавшимися Тейлзом и Мэником. Видя грусть в глазах лиса, ему всё стало понятно.

— У меня та же проблема, — доложил Соник, большим пальцем указав себе за спину, где находился перевёрнутый вверх дном дом. — Ты был прав насчёт Эггмана, Тейлз.

— Вы нашли что-нибудь с ним связанное? — спросила Эми.

— Только следы, которые обрываются у железнодорожной остановки, — фыркнул Мэник.

— Если бы Эггман поехал на Привокзальную Площадь, его бы тотчас же задержали «G.U.N.», — неуверенно промолвил Тейлз, почесав затылок.

Соник нахмурился, а потом, услышав знакомый рёв байка, повернул голову в сторону. Это были Соня и Наклз, приближающиеся в дому синего ежа. Вдалеке находился восстановленный Остров Ангела, вновь набравший высоту.

— Полагаю, всё плохо? — уточнил Наклз, на что Соник ответил кивком. — Понятно. Есть идеи, как выйти на этого урода?

— Да, есть, — тяжело вздохнул Тейлз. — Как и раньше, я предлагаю отправиться к межпланетному лифту и поискать зацепки там.

— Поддерживаю! — согласилась Соня. — Следы Слита оборвались у Алтаря, однако мы можем пойти в обратном направлении и выйти на изначальную точку, с которой начал идти этот волк.

— Что ж, Мэник, без твоих талантов нам не обойтись, — хмыкнул Соник, хлопнув зелёного брата по плечу. — Справишься?

— Да как бык посса… — начал было вор, но тут же получил подзатыльник от сестры. — В смысле, ещё как, бро. Положись на меня!

***

Тейлз не понимал одного: почему «G.U.N.» не приставила охрану к лифту? Изоляция и сканирование данных на АРКе, конечно, было, однако на Мобиусе, откуда «прорастал» лифт, она отсутствовала. Любой другой мог спокойно пройти в кабину и добраться до космической станции, а там, имея определённые знания в технике, взломать систему защиты АРК и её составляющую. Неудивительно, что Слит прошёл на запретную территорию, при этом оставшись незамеченным.

Но оставался следующий вопрос: как Слит смог сбежать с АРК? Логично, что после того, как он изъял из капсулы браслет Шедоу, сработала тревога. Волк попросту бы наткнулся на охрану, которая тотчас же его арестовала.

— Думаешь, ему в этом кто-то помог? — предположил Соник, пока друзья добирались до места на фургоне «Sonic Underground».

— Не просто помог, а взял большую часть сопротивления «G.U.N.» на себя, — проницательно добавил Тейлз. — Я могу предположить, что это мог сделать только робот Эггмана, однако каким же крепким он должен быть, чтобы создать для военных серьёзную угрозу?

Синий ёж задумчиво кивнул, соглашаясь с другом.

— У меня такое ощущение, что ваш фургон нисколько не изменился, — промолвил Наклз, занявший передние места, где находилась родня Соника. — Как он умудряется столько лет оставаться в форме?

— Хе-е, всё благодаря мне, чувак! — хвастливо усмехнулся Мэник, при этом надев чёрные очки (типа крутой). — Настоящий вор должен уметь не только правильно доставать, но и правильно вставлять.

— Краткий ликбез о том, как под маской автомеханики скрывается целая наука о сексуальной эстетике, — съязвила Соня, чем рассмешила всех.

— Каждый думает в меру своей распущенности, сестра.

— Мне есть, с кого пример брать, братишка.

— Что ты имеешь в виду? — покосился на неё вор, но модница только хихикнула и прибавила скорости. — Вот язва! Желаю найти тебе парня, который даст тебе по шее.

— Приятно, что ты так меня любишь! — мило улыбнулась ежиха.

Тем временем…

— Чего Мэник и Соня постоянно цапаются? — поинтересовалась Эми, сидящая по другую сторону от Тейлза.

— Всему виной социальный рост, — хохотнул Соник. — Соня по социальной ступени всегда была выше, вот и любит изредка поучать Мэника, который плавает где-то внизу.

— Ты тоже в этом принимал участие?

— Ага. Но пилила она меня в основном за то, что я работаю в одиночку, ни на кого не полагаясь.

— Ну, тут Соня права, — ежиха встала на сторону модницы. — Друзья для того и существуют, чтобы помогать друг другу.

— Эх, всё верно, Эми. Именно поэтому у меня есть он, — Соник по-хулигански улыбнулся и обнял Тейлза одной рукой, взъерошивая его чёлку. — Вот он, мой сайдкик и завсегдатай! Ни с кем ему не изменяю.

— Хе-хе-хе…! — смущённо засмеялся двухвостый лис.

Фургон добрался до межпланетного лифта и остановился недалеко. Ребята выбрались наружу, и Мэник с Соней удивлённо присвистнули, отмечая слишком внушительную конструкцию, напичканную электроникой и прочей механикой. Тейлз сразу же направился к её основанию, откуда можно было попасть на АРК.

— Действуй, Мэник! — хмыкнул Соник.

Зелёный ёж прижал ладонь к земле и закрыл глаза, с помощью своей силы исследуя её. Лёгкая зелёная аура начала исходить от тела вора.

— Есть! — обрадовался Мэник, резво поднявшись на ноги. — Я нашёл следы Слита. Но есть небольшая загвоздка.

— Какая?

— Тут четыре тропки, одна из которых ведёт к Острову Ангелов.

— Хм-м… — Тейлз моментально врубил КПК и подключился к сети. — Если пойти направо, то можно добраться до Апотоса.

— Эту дорогу я знаю, — сказал Соник, кивнув на прямую дорогу. — Она ведёт к Шамару.

— А эта — в Спагонию, — Эми указала налево.

— Всё это неспроста, знаете ли! — нахмурился Наклз, скрестив руки на груди. — Зачем Слиту делать несколько ходок?

— Не узнаем этого, пока не проверим, — хмыкнула Соня, уперев руки в бока. — Так как тропок три, я предлагаю разделиться и пойти по двое.

— Почему бы нам не исследовать всей компанией сначала один город, а потом другой?

— Мы только время потеряем, если так поступим, Наклз.

— Она права! — поддержал ежиху лис.

Ребята переглянулись друг с другом, после чего решили, что это самый подходящий в их ситуации вариант. Чтобы держать друг с другом связь на расстоянии, Тейлз снарядил коммуникатором в виде наручных часов каждого.

— Мы с Тейлзом отправимся в Апотос и будем искать зацепки там, — объявил Соник. — Мэник, Соня — выбирайте себе напарника сами, ибо можете заблудиться.

— Хе-е, делов-то! — хмыкнул вор, после чего показал ехидне большой палец. — Я пойду с Красным!

— Ну и идите! — с хитрой улыбкой изрекла Соня, встав рядом с Роуз. — Будет потом, чем нос утереть вам, когда две девочки первыми выйдут на след злодея.

— Я бы очень хотел на это посмотреть, — съязвил синий ёж, на что зелёный ответил поддержкой в виде кивка. — Как только найдёте что, сразу же сообщайте.

— Да поможет нам Солярис! — вздохнул Наклз.

Соник и Тейлз распрощались с друзьями, после чего рванули в сторону Апотоса. Соня и Эми укатили в Шамар на мотоцикле первой, тогда как Мэник и Наклз отправились к Спагонии на фургоне.

А за ними тем временем следила маленькая видеокамера с оснащённым звуком, прикреплённая к «столбу», уходящему в космос. Всё то, что происходило рядом с лифтом, было передано на главный монитор, перед которым, как в кинотеатре, сидел мужчина с пышными большими усами.

— Ги-хи-хи-хи! — коварно улыбнулся Эггман, после чего выключил изображение, и кресло, на котором он сидел, развернулось в сторону окна. — А я нашёл вас быстрее…!

***

Апотос — город, что располагался на берегу океана и был выполнен в греческой ипостаси. Здесь любой турист мог найти и сувениры, и архитектуры столетней давности, кристально-чистые бассейны, и многое другое. Практически все здания были белоснежными, словно мел, что являлось главным отличием этого города от других.

Иронично, но у каждого города было своё определённое лакомство или блюдо, которое с трудом можно было найти в других. Так, например, Чун-Нан (ипостась Китая) готов был угостить голодных путников вкуснейшим острым раменом, тогда как на Адабате (он был похож на Австралийский Сидней) вовсю фонтанировал шедеврами из морепродуктов. И Апотос не стал исключением, заняв твёрдую позицию в звании: «Лучшее мороженное на Мобиусе». Какую изюминку творцы вкладывали в него, было неизвестно, однако каждый, кто хоть раз пробовал это лакомство, с уверенностью мог сказать, что нет лучше мороженного в мире, чем здесь.

Исключением из всех радужных городов стал лишь Вестополис, своего рода являющийся предбанником «G.U.N.». Там в основном царило военное положение, из-за чего туристов, желающих посетить этот мегаполис, было мало. Зато в плане обороны и вооружения ему не было равных. Даже Эггман — и тот обходил его стороной, дабы не навлечь на себя ярость этого города.

Соник и Тейлз прибыли на место совсем скоро, после чего сбавили шаг. Прогуляться по набережной и насладиться атмосферой Апотоса — что может быть лучше?

Вернее, могло быть?

— Надо поспрашивать местных, видели ли они кого подозрительного, — предложил Соник, попутно оглядываясь по сторонам.

— Хм-м… — Тейлз задумчиво обвёл глазами набережную, и голубые глаза остановились на продавце мороженного. — Давай начнём с него.

— М-м?

— Торговцы обычно знают больше, чем простые гражданские. С них и надо начинать.

— Твоя правда, дружище!

Коренастый мужичок со шляпкой на голове едва ли не порхал над очередным своим творением — мороженным с шоколадной стружкой и кусочками фруктов. Он был забавен и энергичен, — в его руках вафельный рожок превращался в настоящий шедевр, при виде которого у многих могли потечь слюни.

Но не успели ребята подойти к прилавку, как торговец замерз на секунду, выпучив глаза.

— Вот это да! — с восхищением вымолвил он. — Ты же ёж Соник!

— Эм-м, ну да, — растерялся звуковой герой, не ожидав такой реакции. — А откуда ты…?

— Тебя теперь все знают, Соник, после того, как ты спас Мобиус от Хаоса и падения колонии АРК, — напомнил ему Тейлз.

— Верно, многоуважаемый Майлз Прауэр! — подтвердил торговец, знающий и лиса, который прославился благодаря тому, что спас Привокзальную Площадь от взрыва ядерной ракеты. — Но, признаться честно, знал я вас и до того, как вы прославились.

— В смысле?

Мужичок поставил в вазочки ещё два рожка и начал заливать в них крем.

— Прежде чем удача привела меня в этот прекрасный город, я работал в «Ночном Казино», — рассказывал он, чем заинтриговал двух лучших друзей. — Торговал я, правда, тогда кольцами, но на жизнь вполне себе хватало. Подумывал даже жениться, создать семью и растить детей, но как-то не сложилось.

— Я помню «Ночное Казино», — кивнул Тейлз. — Мы тогда останавливались там на ночлег.

— Погоди-ка…! — Соник резко спохватился. — Получается, ты тот самый добряк, предложивший нам койкое место?

— Бинго, друзья мои! Ещё тогда вы были совсем юными и только начинали вливаться во взрослую жизнь. Когда вы отправились на поиски злодея дальше, я был уверен, что однажды судьба снова нас сведёт, и мы вновь поговорим друг с другом.

Ёж и лис в «капле» усмехнулись, переглянувшись друг с другом.

— Нам нужна твоя помощь! — сказал Тейлз, чем заинтриговал торговца. — Мы тут ищем… э-э-э…

— Одного волка, носящего форму наёмника, — добавил Соник.

— Именно. Тебе такой не встречался здесь?

— Ну, туристов в Апотосе много, за всеми не углядишь. Но кое-кто похожий на вашего «волка» тут был, — ответил продавец, тем самым обнадёжив героев: сюда они шли не зря. — Он заказал у меня самое лучшее мороженное, однако не заплатил, сказав, что я обязан был угостить его бесплатно.

— Узнаю старого Слита, — хмыкнул синий ёж.

— А ты не знаешь, куда он пошёл? Вернее… — лис осёкся, но потом поправился: — Откуда он пришёл, не видел?

— Этот негодяй пришёл со стороны Водяного Парка. Не знаю, правда, что он там делал: наш парк неделю не работает. А путь его лежал к выходу из города.

— Ну, это мы знаем. Ладно, спасибо большое за информацию! Мы пойдём…!

— Подождите!

Соник и Тейлз остановились, а в следующую же секунду опешили, когда торговец, дружелюбно улыбнувшись, вручил им два рожка с самым вкусным мороженным на Мобиусе.

— Эм-м, спасибо, конечно, но…

— Всё за счёт заведения, друзья мои! — добродушно заверил их мужичок, закатив глаза. — Чтобы спасать мир, нужны силы и энергия, поэтому кушайте на здоровье.

— Ну… с-спасибо большое! — смутился Тейлз, почувствовав себя неловко.

Друзья пошли дальше по набережной, с удовольствием наслаждаясь вкусным лакомством, которое действительно привело их в восторг. Однако Соник отдал бы предпочтение больше самому острому и горячему чили-догу, чем сладкому десерту, но выбирать не приходилось.

— Надеюсь, у наших дела идут не хуже, чем у нас, — промолвил Соник.

***

Спагония располагалась в центральной части Мобиуса, представляя из себя эдакую ипостась Франции. Местный контингент в основном предпочитал ночной образ жизни, поскольку именно в это время суток город обретал немыслимые, ярчайшие краски, тем самым воссоздавая атмосферу романтики и, конечно же, любви. Много влюблённых парочек приезжало сюда, чтобы отлично провести время или поплавать на гондолах, а некоторые и вовсе женились.

Так как большинство здешних улиц было узким, Наклзу и Мэнику пришлось оставить фургон на стоянке, оставшийся путь преодолевая пешком.

— Вот мы и на месте! — бодро воскликнул Мэник. — С чего начнём?

— Понятия не имею, — Наклз скрестил руки на груди и хмуро огляделся. Не нравилось ему, когда вокруг царило оживление. — Тут слишком всего много.

— Хе-х, жизнь на Острове Ангелов сделала из тебя социофоба.

— Очень смешно!

— Ну, это правда, чувак! Ладно, не обижайся на меня, я пошутил.

Понадеяться на ехидну можно было лишь в одном случае: если начнётся какая-нибудь драка. Вот там хранитель Мастера Изумруда действительно себя проявит с полезной стороны, а сейчас от него толку было мало. Посему Мэник взял инициативу в свои руки и начал думать, как быть дальше.

Будучи профессиональным вором, Мэник не понаслышке знал, что такое криминал. Да что там, ёж и сам принимал в нём активное участие, нередко примыкая к каким-нибудь сомнительным бандам. Одобрения в глазах Соника и Сони он за это, конечно, не снискал, однако нестандартный подход к той или иной ситуации позволял ему находить немало новых лазеек. И уж если гражданские и ухом не ведают, что под ними находится атомная бомба, бандиты и им подобные всегда будут в курсе.

Проанализировав всю ситуацию, Мэник решительно стукнул себя кулаком по ладони и кивнул Наклзу.

— Начнём с кабака, — озвучил он свои мысли. — Если кто и может нам помочь, так это шпана.

— Полагаю, это должно остаться между нами? — вкрадчиво уточнил ехидна.

— Само собой, не то Соня вновь возомнит себя иконой нравственности. Поверь, тебе тоже достанется.

Наклз усмехнулся.

Когда друзья зашли в ближайший кабак, хранителю Мастера Изумруда пришлось зажать рукой нос. Ещё бы — вся атмосфера этого места целиком и полностью состояла из сигаретного дыма, смакованного с алкоголем. Здешние девушки — и люди, и антропоморфные животные — сновали повсюду, словно это был какой-то клуб (правда, без танцпола и драйвовой дискотеки). Наклзу даже стало удивительно, зачем люди вообще сюда приходят. Так-то он слышал от Руж, что многим хочется расслабиться после трудной работы, попить пивка и снять себе девочку/мальчика лёгкого поведения. Вот только Наклз этого не понимал, ибо для него настоящим отдыхом был покой, который он получал на Острове Ангелов…

Мэник приметил себе подходящую жертву для разговора — проститутку в открытом наряде — и моментально оказался с ней за одним столом, раздвигая ноги (якобы альфа-самец).

— Хаюшки, девчонка! — пошловато улыбнулся Мэник, слегка спустив очки к носу, чтобы разить девушку взглядом карих очей. — Угадай, что я хочу тебе предложить?

— Если свой девственный «Пиноккио», то ты в пролёте, — дерзко ответила она ему, из-за чего он перестал улыбаться.

— Как грубо! Но вообще-то я не шучу.

— Я тоже не шучу, малыш. Иди клей школьниц, они уж точно оценят твой оборванный прикид по десятибалльной шкале.

— А вот судить по внешнему виду не стоит, знаешь ли. Тем более…

— Мне плевать, что у тебя там за душа в твоих внутрях живёт. Я психолог по физкультуре, а не по философии.

— Слышь, ты чё такая дерзкая? — не выдержал ёж.

— Слышь, ты чё такой придурок? — огрызнулась в ответ проститутка. — Я щас братков позову, и они тебе так порвут жопу, что ты охренеешь.

— Ну позови, коль не шутишь, — хмуро отчеканил Наклз, до этого момента находящийся в тени.

Девушка так и осеклась, когда увидела сильного ехидну. Он медленно подошёл к столу, а затем похрустел мощными кулаками, тем самым выражая своё желание продолжить этот конфликт. Всяко лучше набить морду каким-то качкам, чем стоять здесь и дышать гадостью, коей было пропитано заведение.

— Ты же Наклз! Тот самый ехидна, который помогал спасти Мобиус! — с восхищением вымолвила девушка, чем удивила его и Мэника. Но ещё больше поразились парни, когда она в мгновении ока оказалась рядом с силачом, готовая отдаться ему чуть ли не на этом столе. — Если ты это мне хотел предложить, Зелёный, то я согласна.

У Наклза появилось желание ударить эту нахалку, как только та прикоснулась к его бицепсу. И он бы это сделал, не махни Мэник ему вовремя рукой, дабы тот помедлил.

— Сведи нас со своим начальством, — осклабился зелёный ёж, позволив себе нагло взять бокал с вином и пригубить пару глотков. — Как только я получу то, что мне нужно, этот парень окажется в твоей постели.

— Что??? — откровенно охренел Наклз.

— Я поняла! — послушно кивнула сексапильная лисица, в чьих глазах горела адская похоть. — Ждите меня здесь, я скоро!

И умчалась так же быстро, как секунду назад оказалась возле ехидны.

— Как это понимать, Мэник? — осерчал Наклз.

— Вот так и понимать, — фыркнул вор. — Меня обосрала проститутка, готовая перед тобой раздвинуть ноги.

— Я не про это.

— Остынь, я это сказал лишь для того, чтобы она связала нас с бугром, — успокоил его Мэник. — Как только получим то, что нам нужно, можешь набить ей морду. Я разрешаю.

— Хм, этот вариант мне нравится больше, — перестал злиться ехидна.

***

Шамар располагался в южной части Мобиуса, в пустыне, где была вечная жара. Горы песков лежали повсюду, словно несметное количество золота, готовое забрать жизнь любого отчаянного смельчака, решившего покинуть жилой регион. Самое примечательное, что это был единственный город в этом месте, поскольку большинство золотых земель попросту пустовало. Оно и понятно: мало кто выдерживал подобную жару.

Ипостась Шамара состояла из арабского контингента: местные ходили в хиджабах, ездили на верблюдах, — одним словом, город принадлежал жителям восточных кровей. Здешней традицией был шариат, который проводился на главной площади каждую пятницу, тем самым символизируя единение и общность народа, и нарушение его считалось неуважением к своим собратьям. Некоторых даже прогоняли в пустыню, которую мог пройти далеко не каждый мобианец.

Эми знала дорогу к Шамару, потому девушки доехали до города очень быстро. Розовый мотоцикл с рычанием пронёсся по улицам арабской достопримечательности, после чего остановился около водопада.

— Это ужасно! — заскулила Соня, когда сняла с головы шлем. К её счастью, причёска оказалась целой и невредимой. — Почему ты сразу мне не сказала, что мы едем в пустыню?

— А что такое? — удивилась Эми.

— А то, что мы бы поехали сюда на фургоне, а мотоцикл отдали Мэнику. Нет, ну ты только посмотри, во что я превратилась…!

Роуз откровенно не понимала негодование сестры Соника. Да, песок попал и на её красное платье, однако девушка чувствовала себя вполне превосходно. Однако для модницы Сони это было сродни стыду: она дико ворчала, когда её красивая одежда пачкалась. К тому же, обе девушки успели вспотеть, пока мчались сюда на повышенной скорости.

И всё-таки Эми была менее ворчливой в плане гигиены и чистоты, чем Соня. Розовая ежиха ограничилась лишь тем, что стряхнула со своего платья песок и поправила его края.

— Я выгляжу ужасно!

— Ты хорошо выглядишь, — Эми попыталась подбодрить свою новую подругу, но, к сожалению, безуспешно. — Во всяком случае, лучше крашенной Руж.

— Руж? — переспросила Соня. — А кто это?

— Одна очень неприятная девка, которая трясёт своими сись… кхм, своей безрассудностью. Ух, как я её не люблю! — Роуз даже кулак сжала, сделав сердитую мордашку. — Стоит вспомнить, как она заигрывала с моим Соником, чтобы выкрасть у него Эмерла, и я тут же начинаю злиться.

Малиновая ежиха хотела расспросить про эту историю поподробнее, однако смолкла, когда увидела подбежавшего к ним низкорослого мужчину с чёрной бородой. Его хиджаб был абсолютно белоснежен.

— Вах-вах, какой недоразумение: две дэвущка после долгий дорога устали, присесть жилают, — тотчас же заворковал он, после чего поманил ежих к жёлтому зданию, которое, по всей видимости, было спа-салоном.

— То, что нужно, — улыбнулась Соня, последовав за ним.

— Мы разве не должны искать информацию об…? — начала было Эми.

— Тише.

Роуз оставалось лишь пожать плечами и послушаться сестру Соника.

— Меня звать Абдурахман, я веду свой бизнэс, услуги предоставляю туристам: курорт, еда, напитки, удобства, — говорил мужичок очень быстро, однако ежихам не составило труда его понять. — Вах, ви, дэвущка, красивий очень. Что хочу, вам сделаю. Хочешь манекюр? Будит тебе манекюр. Хочешь кущать? Будит тебе кущать.

— Раз ты такой отзывчивый, то можешь нам кое в чём помочь? — Эми важно скрестила руки на груди и требовательно на него посмотрела. — Мы хотим найти одного негодяя и…

— Тише, Эми, тише. Мы же всё-таки леди, не так ли? — Соня подала ладонь Абдурахману, обнажая ослепительную улыбку. — Не окажите ли милость позаботиться о нас, милорд? Длительная дорога отняла все наши силы.

Абдурахман только рад был это слышать. Взяв ладонь ежихи, он несколько раз поцеловал её, на секунду задержавшись зорким взглядом на золотом кольце. Эми тут же нахмурилась, однако Соня была спокойна, продолжая изображать икону женственности.

— Скидка вам сделаю, большой скидка, — Абдурахман снова затараторил, чем начал раздражать Роуз. — Что хочишь, висё сделаю. Такой красавица давно не появлялся в моём заведение.

— Не забывай, зачем мы здесь, Соня, — шепнула Эми.

— Я знаю, что делаю. Доверься мне! — с хитрой улыбкой подмигнула ей ежиха.

***

Когда с мороженным было покончено, Соник и Тейлз прибавили шагу, чтобы побыстрее добраться до Водного Парка. Мужичок не соврал: народ и правда не тянулся в ту сторону. Видимо, ремонт там проводился или ещё что-то. Слишком смутным это казалось ребятам — старт Слита с этой точки.

— Ребята достигли мест назначения, — сообщил Тейлз, когда на его КПК пришли два оповещения. — Надеюсь, мы успеем всё закончить к вечеру.

— Конечно успеем, — весело подбодрил его Соник. — Тем более, что я хочу закончить это задание быстрее Сони.

Лис рассмеялся.

Добравшись до нужного места, друзья забрались на ореол, что окружал пустой бассейн, и спрыгнули на круговую дорогу. Вода поступала из пасти белого льва, однако её уровень почему-то не поднимался. Сонику даже интересно стало, в чём дело, однако к воде он не стал подходить слишком близко. Всё же это единственное, что действительно могло вызвать в нём панику.

— Мда, ну и дыра! — уныло посетовал Соник, пнув маленький камушек в воду. — И почему я решил отправиться именно сюда, а не в другой город?

— Ну, быть может ты всё же питаешь приязнь к воде? — хихикнул Тейлз, за что ёж одарил его недовольным взглядом. — Кажется, я догадался, какой должна быть твоя пассия.

Вместо ответа герой Мобиуса взял лиса за ухо и несильно потянул, чем рассмешил последнего.

Земля неожиданно затряслась, что заставило Соника и Тейлза насторожиться. На экране КПК лиса появилась красная точка, но парень не успел даже заикнуться об этом: «объект» в одночасье вынырнул из воды, что была в середине дороги, и предстал перед мобианцами в виде железного осьминога с красными глазами. Вместе с ним вынырнули и щупальца, которые тотчас же ринулись к героям, но ребята смогли отпрыгнуть в сторону.

— Ухухухуху!

Этот голос Соник узнал бы везде, даже если б оказался на другой планете: его нельзя было спутать ни с чьим другим. Поэтому, когда голова осьминога раскрылась надвое, и оттуда показался обладатель этого голоса, ёж лишь фыркнул, скрестив руки на груди.

— Я как чувствовал, что ты где-то тут.

— Что? Моё появление тебя не удивило? Ах ты, мусс синеухий! — Эггман кашлянул в кулак, а затем поприветствовал старых врагов рукой. — На самом деле я даже рад, что вы так быстро вышли на меня. Но знаете… — доктор ехидно осклабился. — Я ведь и не прятался.

— Мы это уже поняли, когда пришли сюда, — не менее ехидно подметил Соник. — В чём дело, Эггман? Твоё положение настолько ужасно, что ты снова заручился поддержкой Слита и Динго? Кстати, а где они? Я бы не отказался посмотреть на лица старых «друзей».

— Ничего, ёжик, ничего. Ты их увидишь совсем скоро, когда я посажу тебя в клетку и подвергну бесконечным издевательствам. Бу-га-га-га!

Синий ёж со скептицизмом фыркнул.

— Мы остановим тебя, Эггман! — воскликнул Тейлз, становясь в боевую стойку рядом со спокойным Соником.

— У-у-у, какие громкие заявления я слышу, хи-хи-хи. Ну что ж…!

Эггман тут же исчез в голове осьминога, и тот моментально пришёл в боевую готовность, подняв щупальца вверх.

— Попробуйте это сделать до того, как я прихлопну вас обоих, муахахахаха!!!

Враг ударил щупальцами по платформе, и, к безмолвному ужасу Соника, вызвал подъём воды, которая начала постепенно заполнять дорогу. На лице ежа появилась кислая мина. Он скрипнул зубами от досады, но, как ни странно, с места не сдвинулся.

— Давай же разломаем эту посудину, Тейлз! — Соник прижал ладонь к земле и обнажил азартную улыбку, готовясь к сверхзвуковому рывку. — Разломаем, а затем вытрясем из этого гада, куда он дел наши Изумруды Хаоса.

— Так точно! — поддержал его Тейлз.

Осьминог ещё раз прорычал, после чего ринулся в бой. Ёж и лис сделали то же самое…!

Глава 3: Время действовать

«ГЛАВА 3: ВРЕМЯ ДЕЙСТВОВАТЬ»

Пока лисица пропадала, как говорится, «за кулисами», Наклз и Мэник терпеливо ждали её. Хотя терпеливым можно было назвать только ежа, ибо ехидна всё сильнее и сильнее начинал омрачаться. Фиолетовые глаза продолжали поливать происходящее здесь открытой неприязнью. Покинуть это место — единственное, чего желал Наклз.

Мэник закатил глаза и облокотился на спинку кожаного дивана, положив себе под голову руки. Для него подобные заведения были словно дом, а точнее, работа: здешние магнаты готовы были «отдать» юному вору большие суммы в мгновение ока, стоило тому появиться на горизонте. В последние дни прокармливал себя зелёный ёж именно таким образом. На работу устраиваться он пока не собирался, всё ещё не оправившись от одного неприятного инцидента, что случился с ним ранее…

Мэник очень часто конфликтовал с Соней. Будучи лицом аристократизма, ежиха всячески порицала страсть ежа к криминалу, пытаясь перевоспитать его и приурочить к высшему обществу. Но Мэник этому препятствовал! Он вырос в кругу воров, его наставник, по совместительству ещё и отчим, учил мальчика главному: красть так изящно, чтобы жертва даже не заподозрила того в воровстве. Мэник оттачивал это искусство годами, общался с себе подобными, учился взламывать замки любой сложности, жил и ел на улицах, — и тем неприятнее ему было слышать упрёки из уст старшей сестры, которой по воле случая повезло вырасти в богатой семье.

И поэтому Мэник, пусть и любил Соню, авторитетом для себя не считал. В какой-то степени им был Соник, однако и с ним у зелёного ежа выходили разногласия, — в основном из-за воровства, которое синий тоже не одобрял. Мэник упёрто верил в то, что делал. Он считал, что действительно добивается всего сам, не прося о помощи влиятельную сестру.

И это с ним однажды сыграло злую шутку.

Мэник был дико рад, когда встретил себе подобную личность, коей оказалась рыжая лисица по имени Фиона. Как и он, она не пренебрегала криминалом, придерживаясь только его. Столкновение двух воров привело к тому, что они объединились и решили работать в паре. Именно тогда Соня и предрекла Мэнику «сомнительность данной особы», но младший брат её, конечно же, не послушал, увязавшись за Фионой на Восток.

Мэник даже представить себе не мог, насколько Фиона уникальна. Совместные кражи, рост в воровской банде «Габен», распитие спиртного в стрип-клубах и жаркий секс на королевском ложе — что могло быть лучше? Ёж даже подстригся, приобрёл себе байкерскую куртку и на какой-то период стал называть себя Скордж, ознаменовывая своё непревзойдённое мастерство в воровском искусстве. Ему нравилось, как его банда готова пред ним преклониться в любой момент; нравилось, что Фиона всегда шла рядом и готова была разделить любую авантюру возлюбленного.

Ёж был на пике триумфа. Он прекратил работать барменом и занял должность пахана, сместив бывшего владельца до роли уборщика. Мэника перестали называть его родным именем, обращаясь к нему только как к Скорджу. И ему это нравилось! В какой-то момент он взлетел высоко в небеса, почувствовав себя королём жизни. У него было всё: деньги, авторитет, банда и, конечно же, любимая девушка, доставляющая ему неописуемое удовольствие в постели.

— Ты изменился, брат, — с некоторой отречённостью изрекла Соня, когда они встретились в кафе спустя три месяца. — Будто другой человек.

— Всё течёт, всё меняется, сестрёнка, — осклабился Скордж, прихлёбывая крепкий чай и косым взглядом поглядывая в сторону симпатичных девиц, что сидели за другим столом. Поймав взгляд зелёного ежа, те смущённо захихикали и начали ему подмигивать. — Теперь я тоже стал влиятельным. Я могу себе позволить любую крутую тачку, поесть вкусную еду, снять самых дорогих проституток в этом городе. Я теперь тоже «властью имущий».

Ежиха молчала. Пальцы, облачённые в фиолетовую перчатку, очертили узор на грани хрустальной чашки с розочкой, и бездумно прикоснулись к ней. Её синие глаза были полны грусти и печали.

— Можно я задам тебе один вопрос? Всего один.

— Валяй! — хмыкнул Скордж.

— Куда ты дел Мэника? — тихо спросила Соня, и печальный синий взгляд поднялся на ежа, не то осуждая за случившееся, не то сдерживая слёзы. — Куда ты дел моего любимого брата?

Мэник нахмурил брови, вспоминая эти моменты. Невыносимо было лицезреть грустную старшую сестру, для которой любимым оставался как раз-таки Мэник, а не вымышленный Скордж. И пусть он был не богат, не имел влияния в городе, — но именно его Соня и любила. И это отличало малиновую ежиху от других ребят, которые поклонялись только Скорджу, как лидеру преступной банды.

Мэник не стал отвечать на вопрос Сони. Допив кофе, он молча поднялся и покинул кафе, понимая, что не сможет выдержать грустный взгляд сестры. Ёж знал, что ежиха осталась в кафе и плакала; ему было больно видеть это. Однако изменять своим принципам парень не стал. Ровно в тот же день Мэник заглушил неприятные мысли выпитым алкоголем и искушённой Фионой, вспомнив о них лишь на следующий день.

— Хм-м…! — Наклз приоткрыл глаза, держа руки на груди скрещенными. — Её до сих пор нет. Уж не сбежала ли?

— Сомневаюсь, — фыркнул Мэник, держа в зубах зубочистку.

Но потом удача отвернулась от него, и ёж в одночасье из влиятельного пахана превратился в волка-изгоя. В тот злосчастный день он вместе со своей бандой срубил крупный джек-пот, что предрекало шикарный фуршет. Ёж был пьян и смутно помнил, как в его клуб ворвалась полиция Мобиуса, моментально скрутив ему руки. Лишь придя в себя за решёткой, Мэник понял, что их — его и банду! — сдала Фиона, которая прибрала всё украденное к своим рукам и сбежала, спихнув всю ответственность на своего возлюбленного (теперь уже бывшего).

Мэнику грозила тюрьма, причём по всем законам. Некогда влиятельный Скордж моментально утратил своё влияние, а остатки староверов, знающих ежа как младшего сына королевы Алины, разочаровались в нём. Ему оставалось опустить руки, поскольку ближайшие лет десять он мог провести только за решёткой…

И в этот момент появилась Соня, узнавшая о беде брата. Тогда ещё состоявшая в гражданском браке с магнатом Бартлби, девушка смогла договориться, чтобы Мэника выпустили на свободу под её ответственность, а затем смягчить наказание брата до условного срока. Ёж помнил, как с опущенной головой выходил к сестре, пряча глаза от стыда.

— Я всегда говорил тебе, Соня, что твои братья только пачкают твой имидж прилежной леди, — недовольно выразился Бартлби, с неприязнью глядя на ежа. — Они будут тянуть тебя ко дну, как камень на шее, и можешь со мной даже не спорить.

— Пожалуйста, не говори так о моих братьях, — хмуро попросила Соня.

— Как прикажешь, моя дорогая! Только знай, что не я тебя бросил и укатил в неизвестном направлении, как Соник, и не я подверг имя твоей матери общественному позору, как Мэник.

Зелёный ёж всегда питал к койоту неприязнь. Бартлби был богат и красив, являлся частью высшего общества, жил в роскошном особняке и имел огромное влияние на Мобиусе. Он не был плохим или ужасным: вспоминая о тех временах, когда Мобиусом правил Роботник, Бартлби хоть и спонсировал налогами последнего, по-прежнему любил Соню и готов был взять её в жёны. Даже тогда, когда она стала разыскиваемой преступницей для Роботника, который при поимке подверг бы её роботизации.

Но Мэнику не нравилось то, как Бартлби относился к нему и к Сонику. Койот не пренебрегал колкими замечаниями, бросая в сторону ежей реплики по поводу их необразованности, невоспитанности и сомнительности. Последний пункт всегда затрагивал его драгоценную Соню, которую Соник и Мэник якобы портили, ведя по пути низшего общества, а также подвергая опасности. Были даже моменты, когда синий ёж готов был побить высокомерного магната, но ежиха вовремя останавливала его. «А зря!», — думал Мэник, глядя, как Бартлби в очередной раз довольствуется своей правотой, как завязывает дорогущий шёлковый шарф вокруг шеи и покидает полицейское отделение, говоря Соне, что будет ждать её в машине.

Соня ничего не сказала. Пустив горькую слезу, девушка подошла и обняла молчаливого брата, крепко прижав к себе. В другой раз она бы отвесила ему подзатыльник, а затем провела лекцию по поводу его безрассудства, но сейчас ей не хотелось даже этого. Мэник стиснул зубы от злости, однако не смог сдержать слёзы, хлынувшие и из его глаз.

— Прости меня, сестра! Я крупно облажался…!

Мэник вышел из раздумий, когда Наклз кашлянул в кулак и кивнул в сторону закулисной. Из тёмного прохода вынырнуло четверо качков, среди которых была та самая лисица-проститутка, а также енот с фиолетовой чёлкой.

— Они? — уточнил он, на что лисица кивнула. — Понятно. Можешь быть свободна, Мира.

— Это ты здешний бугор? — хмуро поинтересовался Наклз, насторожившись слегка, когда Мира прошла мимо него. Она ничего ему не сказала, хотя сама липла — а это означало, что начальство имеет на него и ежа свои планы.

— Нет, только посредник. Я Клэш, правая рука лидера! Мира сказала, что у вас обоих к нашему боссу вопросы имеются.

— Всё верно, уважаемый! — Мэник отлип от спинки дивана и осклабился. — Перейдём от слов сразу к делу, или, быть может, пройдём в переговорную?

Качки напрягли стальные мускулы на здоровых руках. Их маленькие глаза грозно посмотрели на вора.

— В переговорную, — лаконично бросил Клэш, одарив двух гостей холодным взглядом.

Наклз был бдителен. Окружённый качками, он шёл рядом с Мэником в кабинет босса, сжимая руки в кулаки. Однако ёж был в своей среде. Он знал, что говорить и как это делать, имея для этого нужный опыт. Но и ему было неприятно, что приходится вновь браться за прошлое, чтобы найти нужные им ответы. История, о которой Мэник вспоминал, была тому ярким примером.

Дверь в кабинет открылась, и Клэш попросил оставить его наедине с Наклзом и Мэником. Он подошёл к окну и встал к ребятам спиной, подкуривая сигарету.

— Прежде чем я допущу вас к боссу, для начала сам выслушаю ваши вопросы, — промолвил он, искоса посмотрев на ребят.

— Какая конспирация, — с издёвкой ухмыльнулся Мэник. — Ладно, ты, я вижу, чувак дела, а не слова, так что слушай: нам нужна информация о Робо… докторе Эггмане. Ты, я уверен, сечёшь фишку.

— Ну и?

— Этот джентльмен доставил нам неприятности, за которые не грех и на пику посадить. Мы с коллегой ищем его, однако этот гад как в воду канул.

— И вы решили, что мой босс может вам помочь, верно? — вкрадчиво уточнил енот, на что ёж кивнул. — Что ж, вы не ошиблись. Мой босс действительно вам поможет.

Наклз не понял, что произошло в следующую секунду: пол под ногами неожиданно пропал, и он вместе с опешившим ежом полетел вниз. Единственное, что ехидна успел сделать — это упереться кулаками и ногами в стены, принимая на свою спину Мэника.

— Гадство! — прорычал Наклз, когда стены начали сжиматься.

Друзьям оставалось лишь прыгать вниз, где их поджидала комнатка с единственным освещением — лампой в углу. Как только Наклз и Мэник оказались внизу, дыра в потолке захлопнулась, а решётки, ограждающие центр, моментально заискрились электричеством.

— Вот паршивец! Я как чувствовал, что это дело закончится плохо, — зло прорычал Наклз.

— Был ли смысл бросать нас в клетку, если наша цель не они? — задумчиво вопросил Мэник. — Неужели они работают на Роботоника?

— Полагаю, что нет, — вдруг послышался из темноты до боли знакомый мужской голос, полный сарказма и издёвки. — Зато деньгами обижены не будут.

Наклз и Мэник тотчас же стиснули зубы, поняв, кто это. Аноним не стал держать интригу и медленно показался на свет, раскрывая свою личность перед теми, кто его и так знал. Его одежда, длинный плащ, иссиня-серая бородка и жёлтые глаза, полные злорадства. Он — первый по значимости наёмник, не раз доставивший хлопот «Sonic Underground»…

— Слит! — в унисон воскликнули герои.

— И являюсь им не первый год, прошу заметить, — с бархатным изречением молвил волк, обнажив хищные зубы в ухмылке. — Стоит отдать вам должное, парни: ваша поимка обошлась мне в большую сумму. Но, полагаю, это того стоило.

— Ах ты, паршивец! — Наклз с рычанием ударил по клетке, однако тут же был отброшен электричеством.

— Пф-ф, ахахаха! Пока ты в этой клетке, твои усилия бесполезны, ехидна. Кстати…! — Слит перевёл взгляд на ежа. — Не ожидал увидеть старого знакомого спустя много лет.

— Я бы предложил тебе пропустить пару бокалов мартини, но, боюсь, ты ответишь на моё предложение отказом, верно? — ехидно осклабился Мэник, помогая красному силачу подняться. — А зря! Разве старым знакомым не чуждо тёплое воссоединение под звук органики да вкус кальянной?

— А ты всё так же саркастичен, Мэник, как и твои соплеменники. Интересно, от кого вам досталась эта характерная черта: от мамы или от папы?

— Сам, порой, сим вопросом задаюсь.

— Где Эггман, мать твою? — в гневе прорычал Наклз, чем рассмешил волка. — Что вы задумали, черти?

— Очевидно же, что над златом чахнет. Над вашим златом, — ласково подчеркнул Слит, которому доставляло удовольствие злить темпераментного ехидну. — Впрочем, это уже не важно.

Неожиданно послышался топот, а потом в комнату зашло несколько антропоморфных животных, вооружённых автоматами. Вместе с ними пришёл и Клэш, пересчитывающий толстую сумму денег, а затем прячущий её себе за пазуху. Происходящее заставило Наклза и Мэника окончательно насторожиться и встать спина к спине, оглядываясь по сторонам.

Боевики тем временем заняли периметр и направили оружие на заложников, пока ещё не перезарядив его. Клэш персонально подошёл к Слиту.

— Когда перешлёшь мне оставшийся гонорар? — потребовал енот, который, собственно, и был боссом этого заведения изначально.

— Всему своё время, мой друг, — таинственно осклабился волк. — Сначала избавься от этих двух, а там и решим, когда.

— С огнём играешь, волчонок. Ты смотри, я же и тебя шлёпнуть могу.

— Разумеется.

Наклз оскалился. По клеткам бить бессмысленно, так как они подпитаны электричеством. Нужно было лишь обрубить подачу питания, и тогда боевикам точно не поздоровится.

— Сайонара, ублюдки! — с улыбкой попрощался с ними Слит.

— А вот хрен тебе!

Мэник резко ударил ладонью по полу, что в одночасье вызвало сильное землетрясение. Боевики даже выстрелить не успели, как некоторые из них провалились в огромные трещины, тогда как других прихлопнуло камнями. Слит тут же убрал улыбку с лица.

Но ещё больше он переполошился, когда решётки стали обычными. Остервенелый Наклз одним ударом вышиб стальные прутья и обнажил злой оскал.

— Иди сюда, волчара! — прорычал ехидна.

— Ба-а-а! — испугался Слит. — Кто-нибудь, остановите этих двоих!

Боевики попытались схватиться за оружие, но их тут же закидало камнями. Те уцелевшие, которым посчастливилось не оказаться под грудой камней, кинулись на Мэника врукопашную, однако ёж оказался не так прост. Будучи некогда авторитетным вором и натасканным на битвах членом «Sonic Underground», он обладал неплохим боевым опытом, уступая Сонику и Соне разве что в скорости и силе. Ёж ушёл из-под удара, присел и ногой прочертил круг, сбивая с ног двух противников. Затем отпрыгнул в сторону и снова ударил по земле, обрушивая на оппонентов камни.

— Т-ты… ТЫ УНИЧТОЖИШЬ МОЙ КЛУБ! — в панике заорал Клэш.

— Угадал, дружище! — вкрадчиво промолвил Мэник.

Кулаки Наклза объяло пламенем, и он с рычанием принялся колотить противников, вышибая из них всё, что только можно было. Его враги башкой влетали в стены, с криками падали у его ног, улетали в потолок, — одним словом, ехидна раскидывал их, как игрушки. Он шёл вперёд подобно танку, тупо следуя за Слитом, который в панике даже не знал, куда бежать. Волк толкал бойцов на Наклза, бегал по кругу комнаты, однако хранитель Мастера Изумруда даже не остановился. Один боец попробовал выстрелить в него, за что и поплатился: ехидна воткнул его головой в пол.

Клэш не выдержал. Видя, что его клуб вот-вот рухнет из-за землетрясения, он вооружился кинжалом и бросился на Мэника. Последний как раз разобрался со своей партией боевиков и с азартом приступил к битве с их лидером. К удивлению Клэша, Мэник не убегал от ножа, а наоборот — бросался вперёд, с невероятной точностью отбивая его удары благодаря металлическим шипованным браслетам, что находились на ежиных запястьях. Клэшу было неудобно сражаться на земле, которую изворотил ёж: он постоянно спотыкался, качался из стороны в сторону, а его воинственные крики совершенно не помогали в попытках хоть как-то запугать матёрого вора.

Кончилось всё тем, что Мэник поймал подходящий момент и врезал Клэшу от души, выбивая из рук последнего кинжал. Затем схватил за воротник и лбом заехал тому по носу, после чего отбросил апперкотом к стене. В награду за поединок Мэник обрушил на Клэша и его уцелевших бойцов груды камней, и те оказались под завалами. Однако земля продолжила дрожать, что предрекало скорое падение клуба в эту яму.

Слит был обречён на провал. Он попытался покинуть поле битвы через дверь, но Мэник завалил единственный выход камнями, чем заставил волка покрыться холодным потом. Наклз тем временем избил последних боевиков, после чего грозными шагами двинулся к бедному Слиту, что забился в уцелевший угол.

— Н-наклз, д-д-дружище, т-ты, г-г-главное… — жалостливо заскулил Слит, трусливо поджимая к себе колени.

— ЗАТКНИСЬ! — рявкнул Наклз, чем напугал волка ещё сильнее. Тот аж побледнел от страха. — ГДЕ ЭГГМАН? ОТВЕЧАЙ, СКОТИНА, ПОКА Я ИЗ ТЕБЯ ИНВАЛИДА НЕ СДЕЛАЛ!

— Ба-а-а, я всё скажу, всё сделаю, мамой клянусь. Пожалуйста, только не бей меня!

Ехидна с рычанием замахнулся, и волк в отчаянии закрыл лицо руками. Однако ударил Наклз не по нему, а рядом с его головой. Дыра, которая осталась в стене после его кулака, заставила Слита в ужасе сглотнуть: ударь ехидна по нему, и у того бы череп лопнул.

— Похоже, я перестарался. Так что валить отсюда надо, пока на нас не рухнула сама постройка, — сообщил Мэник, когда подошёл к другу. — Хэй, Слит, а ты веришь в карму?

— В-в-в-верю… — испуганно пропищал волк.

— В КОГО ТЫ ТАМ ВЕРИШЬ, МАТЬ ТВОЮ? — снова зарычал Наклз, чем в очередной раз перепугал наёмника. — Короче, если хочешь жить — делай так, как я скажу. ПОНЯЛ?

— Д-д-да…!

— Ты знаешь, где прячется Эггман? — спросил ехидна, на что тот с дрожью кивнул. — Веди нас к нему.

— Его Злодейство м-меня…

— ТЫ ЕЩЁ ЧТО-ТО ВЯКАТЬ БУДЕШЬ, Э? — Наклз буквально навис над беднягой.

— Нет-нет, я всё п-понял! — тоненьким голоском пискнул Слит.

— Разве мы не должны посоветоваться с нашими? — изумился Мэник, поняв намерения своего товарища.

— Мы сообщим им координаты, когда этот козёл приведёт нас на базу Эггмана. Хия!

Наклз размахнулся и мощным ударом проломил стенку, создав новый выход из помещения.

— ТЕБЕ ОСОБОЕ ПРИГЛАШЕНИЕ НУЖНО, Я НЕ ПОНЯЛ? — оскалился ехидна.

— Д-д-да, Н-н-н-наклз, уже ид-ду…! — покорно заскулил Слит, поджав хвост и побежав впереди грозного силача.

— Смотри, не перестарайся. А то ещё помрёт от сердечного приступа, пока ведёт нас к Роботонику. — весело усмехнулся Мэник.

***

— Мм, как хорошо!

Шамар славился не только арабскими достопримечательностями, но и банями, которые здесь назывались «Хамам». Вдоволь напарившись и натерев своё тело густой пеной, человек мог окунуться в горячие воды, которые способствовали максимальному расслаблению. Особенно это было полезно после долгой дороги, и туристы нередко этим пользовались.

— Я просто та-а-аю! — с наслаждением промурлыкала Соня, с закрытыми глазами погрузившись в бирюзовую воду по шею.

— Хм-м… — Эми с любопытством огляделась, после чего улыбнулась. — Ну, тут и правда неплохо. Однако я по-прежнему не понимаю, какой у тебя план.

— Он состоит из трёх фаз. Первая — это привести себя в порядок.

Малиновая ежиха набрала в ладони немного воды и вылила себе на лицо, забавно хихикая.

— А вторая? — поинтересовалась Роуз.

— Эми, ты слишком экспрессивна. Зачем торопить удовольствие, когда его можно растянуть? Вдобавок… — Соня с улыбкой прислонилась обнажённой спиной к горячим камням. — Мы уже находимся под колпаком, поэтому смысла в спешке я не вижу.

Эми тотчас же опешила и попыталась вскочить, но сестра Соника остановила её жестом.

— Ещё и импульсивна, — мягко добавила она.

Розовая ежиха не знала, как ей дальше поступать. Соник говорил, что Соня выступает вторым мозгом в команде после Тейлза, однако на что она надеется? Эми уже была полна боевой готовности. Она с удовольствием бы призвала «Пико-Пико», а затем побежала встречать врагов с «распростёртыми объятиями».

И всё же Роуз решила довериться Соне. Последняя пусть и руководствовалась весьма сомнительными решениями, однако она, как-никак, была сестрой Соника, причём старшей.

— Можно вопрос?

— Излагай.

— Я, правда, не знаю, насколько это сокровенно, но… — Эми выдохнула. — Соник закрыт ко мне, и я совершенно ничего не знаю, кто он и откуда родом. Можешь мне рассказать о вас?

Соня приоткрыла синевато-голубые глаза, в которых появилась задумчивость. Эми даже неловко стало: она решила, что спросила о слишком сокровенном у одной из «Sonic Underground». Но прежде чем Роуз успела извиниться и сменить тему, малиновая ежиха ответила:

— Родом мы из Моботрополиса, столицы Мобиуса. Нашей мамой является королева Алина.

— Королева? — опешила Эми. — Получается…?

— Да. Мы являемся наследниками её трона, в наших жилах течёт королевская кровь.

Роуз внезапно почувствовала за Соника ещё большее восхищение. Сверхзвуковой герой и раньше вызывал у неё бурю восторга, однако сейчас он в буквальном смысле оказался на пьедестале её фантазий. Вот он — удивительный принц и герой, о котором мечтает любая девчонка.

— Впрочем, это не имеет никакого значения, — вздохнула Соня. — С тех пор, как Роботник сверг нашу маму с престола, мы её больше не видели. Ну, кроме редких случаев, когда выросли и отправились на её поиски.

— Я слышала, вы росли в отдельных семьях? — уточнила Эми.

— Однажды Дельфийский Оракул предсказал, что злобный Роботник падёт от рук детей Алины. Мама отдала нас в разные семьи для того, чтобы в будущем мы воссоединились и создали Совет Четырёх, но…

Роуз почувствовала, как Соня напряглась, и поняла, как тяжело ей было вспоминать о прошлом.

— Ладно, извини меня! — виновато промолвила Эми. — Мне не следовало об этом спрашивать.

— Да ничего. Всё-таки ты интересуешься моим братом, хи-хи. Кстати…! — Соня посмотрела на ежиху. — У меня к тебе будет встречный вопрос: как вы познакомились?

— О, это было давно! Я тогда была ещё маленькой и мечтала встретить любовь всей своей жизни.

— Ну, это мечта любой нормальной девочки.

Эми хихикнула.

— Но, если честно, я даже понятия не имела, как она выглядит.

— Эм-м… — Соня впала в «каплю». — Ну, как бы никто не знает, как выглядит его или её вторая половинка.

— Да, но меня такое положение вещей категорически не устраивало! — пылко выпалила Эми, и в изумрудных глазах ежихи загорелось пламя. — Я пришла к гадалке и спросила её об этом, и она мне сказала, что встречу я свою любовь там, где время останавливается, замирает природа и перестаёт двигаться небо.

Соня снова не въехала в услышанное. Подобное можно было ассоциировать с афоризмами, которыми писатели не пренебрегали во время написания любовных или романтических сцен. Иными словами, говорила Эми о том, что встретит она свою любовь тогда, когда, собственно, её встретит.

Это было логично!

Но у девушка думала иначе.

— И тогда я отправилась на Маленькую Планету, где ход времени был не сбалансирован, и можно было отправиться либо в прошлое, либо в будущее, — изрекла Эми, чем огорошила Соню в очередной раз. — Там время и мир двигались только тогда, когда двигалась я. Это было единственное место, где я могла встретить любовь всей своей жизни. И я её встретила!

Роуз аж запищала от счастья.

— Это был Соник! Он пришёл на Маленькую Планету, будто сама судьба решила нас свести. А когда Метал Соник похитил меня, Соник отправился в будущее и спас меня. Вместе с ним мы бежали с Маленькой Планеты, а потом Соник убежал, но с тех самых минут я всегда хожу за ним. Я знаю, что нам судьбой дано быть вместе! Сами карты предрекли наши с ним отношения! Только Я и Он!

Эми закончила свой рассказ и горящими глазами посмотрела на Соню, ожидая её ответа. Однако та молчала, переваривая услышанное. Настолько девушка была шокирована этой историей, что даже не стала задавать ответных вопросов по типу: «Кто такой Метал Соник?» и что ещё за «Маленькая Планета». Было в этой истории кое-что вычурным, что абсолютно не поддавалось никакой логике.

Соня тяжело вздохнула и закатила глаза, сглаживая со своего предплечья воду.

— Ну, в конце концов, не мне тебя судить, — сухо выразилась Соня. — Ибо я сама девчонка, которой когда-то нравился Наклз, и которая мечтала выйти замуж за своего бывшего.

— Тебе нравился Наклз? — опешила Эми, на что та кивнула. — Но… он же…

— Такой же красавец, как и любой другой парень, который понравится той или иной девочке. Как, например, Соник тебе! — малиновая ежиха скептически посмотрела на розовую, и последней этот взгляд не понравился. — Расскажи мне, чем тебе нравится мой брат?

Сей вопрос заставил Роуз растеряться. То, что у Сони был опыт в отношениях с противоположным полом, было и так ясно: она преподносила себя женственно, умела разговаривать и максимально походила на леди. В какой-то момент Эми даже сравнила Соню с Руж, и не беспричинно: они действительно были похожи. Отличиями были разве что вкусы в одежде, а также поведении флирта: если ежиха предпочитала менее агрессивную его форму, то летучая мышь наоборот — брала напором.

И вдруг Эми поняла, почему Соник и Мэник часто цапались с Соней. В отличие от своих братьев, она была дотошной к любым мелочам. Особенно её перфекционизм проявлялся в тот момент, когда схема поведения переставала поддаваться какой-либо логике. По этой самой причине девушка не раз ругала Соника за то, что тот действует в одиночку и никого не слушает; Мэника, который гнался за общественным признанием, при этом кладя «железный болт» на нормы морали. Собственно, за это братья и прозвали свою сестру «занудой», которая, ко всему прочему, была ещё и «избалованной» (упор делался на её социальный рост).

— Я даже не знаю, — ошеломлённо вымолвила Эми, прижав к губам палец. — Он классный, ещё и герой. С ним всегда весело, хотя я редко бываю в его компании. В основном он убегает, когда я появляюсь.

— Ясно, — промолвила Соня. — Ладно, давай вернёмся к делам.

Ежиха поднялась из воды и, обмотав своё красивое тело белым полотенцем, отправилась в раздевалку. Однако Роуз такой ответ совершенно не устраивал. Она покинула горячий источник и настигла сестру Соника, когда та начала одеваться.

— Ты ничего мне не хочешь сказать? — пытливо поинтересовалась Эми, надевая нижнее бельё.

— Я не Дельфийский Оракул, чтобы говорить, где истина, а где — нет, — ответила Соня, пытающаяся застегнуть молнию юбки на боку. — Просто не могу понять твою историю. Странная она.

— И в чём же заключается её странность?

Роуз спохватилась, поняв, что начала разговаривать слишком резко и требовательно, как обычно это делает с теми, кто, по её мнению, кладёт глаз на Соника.

— Прости меня! — извинилась Эми, прижав ладонь ко рту. — Я не хотела.

— Если твоя судьба так или иначе связана с картами, то, быть может, тебе нужен картёжник, а не одна из его карт? — усмехнулась Соня, однако Роуз не оценила её шутку. — Ладно, не бери в голову. У меня немножечко личного на любовной почве, не обращай внимания.

— Соня, скажи мне, пожалуйста, что тебе в этой истории кажется странным?

Малиновая ежиха натянула перчатки на руки и расчесала волосы, приводя их в порядок.

— Действительно ли ты любишь Соника, а не образ, который придумала себе сама?

Эми так и смолкла, словно во всём мире выключили звук. Губы автоматически хотели что-то сказать, да только в синих глазах Сони было нечто удивительное, более похожее на сакральный смысл, чем обвинительный сестринский взгляд.

Роуз не знала, что ответить умной сестре Соника. Прежде ей никогда не задавали подобных вопросов: ни лучшая подруга Крим, ни её мама Ванилла, ни Тейлз. Даже Руж — и та обошла стороной эту тему, хотя уж кто-кто, а эта дама бы точно прицепилась к подобным разговорам. До сего момента Эми даже и не думала об этом. Её любовь к Сонику стала своего рода привычкой, которую ежиха активно воплощала в жизнь в виде фотографий с Соником у себя в комнате, одеяла с его изображением, постеров и даже дневника, в который девушка любила писать любовные рассказики. Любая тема разговора обычно сводилась к обсуждению Соника; о том, какой он классный, клёвый, весёлый, смелый и…

Эми была импульсивной девушкой, руководствуясь больше чувствами и эмоциями, чем разумом. Подробные тонкости никогда не стояли у неё в приоритете, а любые сложности ежиха решала с позиции силы, готовая взять в руки всё, что ей нравится. Во всех начинаниях её поддерживала милая Крим, но она была маленькой и понимала всё с позиции своего возраста, не имея для взрослых суждений должного опыта. Вот Ванилла или Руж — однозначно да, но к первой Эми редко обращалась, а вторая вызывала лишь гнев.

Эми нравился Соник. Он был подобен ветру, который она тщетно пыталась поймать в свои руки. Это злило её, но в то же время интриговало. Ведь за этой неуловимостью должно было быть что-то, что ей так хотелось получить, — то предсказание, та карта, те чувства…

Девушка окончательно запуталась. Ей нужна была конкретика, однако та даже и не смела мелькать на фоне её грёз, оставаясь безликим инкогнито. Был ли смысл рассуждать о том, чего нельзя было понять?

Вот и Эми так думала!

Ежихи покинули баню и оказались под палящим Солнцем, поливающим песчаные земли жаркими лучами. Соне пришлось выставить перед глазами ладонь, чтобы осмотреться по сторонам и подумать, куда идти дальше.

— Ладно, покончим с этим маскарадом, — Соня развернулась и требовательно скрестила руки на груди. — Динго, я уже поняла, где ты и кто. Можешь не прятаться.

— Что? — опешила Эми, с изумлением посмотрев влево-вправо. — Где?

— А вон он!

С этими словами ежиха направила палец на шакала-пенсионера, что стоял у выхода из бани и обнимал колону, с эйфорией глядя девушкам вслед. Поймав на себе внимание Сони и Эми, старичок моментально округлил глаза и спрятал слюнявый язык за зубами, почувствовав себя неловко.

— Он? — с дебильным выражением лица вымолвила Эми.

— Перевоплотился, правда, но его глаза я всегда узнаю, — ехидно осклабилась Соня, делая шаг в сторону старого знакомого. — Динго, не стесняйся. Нас здесь только двое, так что можешь быть спокоен.

Пенсионер отлип от колонны и вышел на улицу, словно маленький мальчик, на чьих щеках появился румянец.

— Сонечка не только красивая. Она ещё и умная! — смущённо проворковал он, нажав на кнопку наручных часов.

Эми в шоке лицезрела, как возникшее зелёное свечение охватило некогда обычного жителя Шамара, изменяя его тело буквально на глазах. Худой старичок с бородкой стал увеличиваться и постепенно превратился в здоровую гору мышц, одетую лишь в серо-зелёные штаны. Перед девушками стоял эдакий «шкаф», который наверняка бы нашёл своё призвание в вышибалах в ночных клубах.

Но прежде чем Эми успела проанализировать всю угрозу, исходящую от этой горы стальных мускул, Динго стеснительно опустил ушки, и неуверенные зелёные глазки посмотрели на дам.

— Я… я рад тебя видеть, Сонечка! — продолжил смущаться Динго, чем вызывал у Эми дикий диссонанс. Чтобы здоровый качек был паинькой-пусичкой, да ещё и вёл себя, как мальчик, общающийся с девочкой, которая ему нравится…! — Я… я хотел пойти за вами, а потом… потом вас бы роботы доктора Эггмана атаковали. И я бы вас п-поймал. Но ты меня рассекретила, Сонечка!

— Конечно же рассекретила, ведь я тебя видела совсем недавно, — хитро улыбнулась Соня, положив себе ладонь на пояс. — Однако мы специально шли сюда, чтобы найти только тебя одного, Динго.

— М… м-меня? — едва ли не шёпотом вымолвил шакал, в растерянности указав пальцем на себя.

— Ага. Кстати, познакомься с моей новой подругой. Её зовут Эми Роуз!

Последняя откровенно охренела, что ежиха начала знакомить её со злодеем. Но ещё больше она охренела, когда тот вежливо улыбнулся и сделал — охренеть, не встать! — книксен. Без платья, правда, но получилось вполне изящно.

— Очень п-приятно! — добродушно промолвил Динго.

«ЧТО ОНА С НИМ СДЕЛАЛА???», — первое, что пронеслось в голове Эми, которая в испуге смотрела то на Динго, то на ослепительно улыбающуюся Соню. В какой-то степени Роуз даже начала побаиваться сестру Соника, не понимая, что за демоны в её голове живут.

«ПОЧЕМУ Я НЕ МОГУ ТАК СДЕЛАТЬ С СОНИКОМ?», — это была её вторая мысль, моментально разбившаяся о камень преткновения, коим было женское разочарование.

— Я очень рад, что ты узнала меня, Сонечка! Однако… — Динго перестал смущаться и грустно вздохнул, щёлкнув пальцами. — Доктор Эггман приказал мне разобраться с вами.

Из ниоткуда тут же появились вооружённые до зубов роботы, спрыгнувшие сверху и в мгновение ока окружившие двух ежих. Эми ахнула и тотчас же призвала «Пико-Пико», приготовившись к бою. Конечно, шансов на успешный поединок было мало, учитывая вооружённость противников и всего лишь тяжёлый молот Роуз, однако это вряд ли остановит её.

— Не волнуйся, Соня, мы с ними справимся! — воинственно крикнула Эми, покрепче взявшись за молот. — Этим негодяям так просто нас не взять!

Хотя предрекала эта битва совершенно иной результат.

— Ну-у, к чему эти излишки грубости и насилия? — Соня по-прежнему улыбалась, чем в очередной раз шокировала Роуз, не понимающую действий ежихи. — Тем более, что у меня есть идея получше.

— О чём ты? — в унисон спросили Эми и Динго.

— Доктор Роботник… ах, прости. Полагаю, мне всё же лучше называть его Эггманом, хи-хи. Так вот… — модница подняла ладони и медленно двинулась к шакалу, который даже не знал, что делать: дать приказ на атаку или помедлить. — Доктор Эггман приказал тебе разобраться с двумя девочками, так?

— Ну, вообще он говорил, чтобы я разобрался с любым, кто придёт сюда, — неуверенно ответил Динго.

— Но пришли мы, верно?

— Н-ну д-да…

— Но ведь разобраться с врагом — не значит «убить» его, — ежиха остановилась в метре от здоровяка и одарила его не менее ослепительной улыбкой, чем в прошлый раз. — Можно ведь ещё и взять в плен, так ведь?

— Э-э-э… ну, не знаю, — окончательно растерялся шакал, почухав затылок. — А так тоже можно, что ли?

— Ещё бы. Уверена, Эггман заплатит тебе даже больше, если ты доложишь ему, что не убил врага, а взял его в плен.

Вот теперь Эми поняла, какой изначально был у Сони план. Весь этот фарс планировался с самого начала, как только девушки въехали в Шамар. И понятно, почему малиновая ежиха сразу не рассказала Роуз о своём плане — последняя вряд ли бы одобрила эту идею. Однако сейчас, когда их окружили роботы Эггмана, Эми уже и не знала, что делать дальше: драться или подыграть Соне.

— А ведь и правда! — осенило Динго. — Если я вас приведу к доктору, я получу больше денег, чем Слит. Я стану успешнее него. Он больше никогда не посмеет назвать меня тупицей.

— Ты абсолютно прав, Динго. Вдобавок… — улыбчивая Соня театрально закатила глазки и протянула к нему руки. — Разрешаю себя арестовать только тебе.

Челюсть Эми упала на землю так же смачно, как и её молот. Какой-то грозный качёк, ещё и тупой — и откровенно превращается в мальчишку-паиньку перед какой-то девчонкой, которая просто-напросто игралась с ним. Это было ужасно! Причём, настолько, что у Роуз пропало всякое желание что-либо рассказывать Соне. Слишком они разные по характерам, хоть и были одной породы.

Динго аж вспотел от счастья. Из ниоткуда он достал кандалы с цепью, которые, что удивительно, очень бережно и аккуратно начал надевать на запястье Сони, продолжающую изображать из себя милую девочку. Даже не ойкнула, послушно сдаваясь в плен злодея.

Зато ойкнула Эми, которую арестовывал робот.

— Полегче, кретин! Не дрова вяжешь, знаешь ли! — грубо рявкнула она.

— Е-ЖИ-ХА! ЗАК-РОЙ! СВОЙ! ХЛЕ-БАЛЬ-НИК! — металлическим голосом приказал он, за что и поплатился: темпераментная ежиха с силой пнула его в грудь, с грохотом повалив на песок.

— Я тебя сейчас сама закрою, ты понял меня? — остервенилась Роуз, а когда другие попытались её схватить, дерзко отмахнулась от их железных пальцев. — Убрали от меня клешни, уроды! Я сама пойду!

И с гордым «Хм!» зашагала за Динго, которому Соня разрешила себя даже под ручку повести.

Теперь Эми окончательно поняла, к чему весь этот спектакль. Чтобы не искать иголку в стоге сена, Соня попросту позволила её и себя схватить, дабы злодеи отвезли их на свою базу. Выглядело это, правда, чересчур сомнительно, но на то Соня и была сестрой Соника: такая же сорвиголова и авантюристка, как её средний брат.

«И всё же лучше бы я пошла с Соником», — обиженно подумала Эми, ковыляя за остальными.

***

В Апотосе тем временем царила динамика.

— ИХА-А-А-А-А!!! — энергично завопил Эггман, играя на кнопках робота, как на фортепиано.

Осьминог двигался резво, безостановочно отправляя в синего ежа щупальца. Однако Соник уворачивался от них без труда, прыгая то на одну, то на вторую.

— Ха! Слишком просто! — хмыкнул ёж и раскрутился в спиндэш, ударив противника в голову. Однако вращение было слабым из-за малой скорости, поэтому всё, что герой смог сделать — это качнуть врага. — Catch me if you can!

Враг с криком принялся громить щупальцами по дороге, но Соник вновь оказался «на коне», в засчитанные секунды убегая из-под ударов. Тогда Эггман применил чёрные чернила осьминога, которые, к его счастью, попали по ежу. Последний тут же покатился шаром в сторону, и робот приготовился ударить его.

— Не так быстро! — крикнул Тейлз.

Он достал из походной сумки капсулу с кольцами и бросил во врага. Произошла небольшая вспышка, после которой несколько колец рассыпалось возле осьминога, не причинив ему никакого вреда.

— Слишком безнадёжно, — засмеялся Эггман.

— А вот и нет, — улыбнулся Тейлз.

Сине-голубая полоса быстрее света спикировала в нескольких сторонах одновременно, а потом осьминог головой ударился о дорогу, тем самым переполошив визжащего в кабине Эггмана. Пока тот приходил в себя, светящийся голубой шар спрыгнул рядом с лисом и снова стал синим ежом.

— Хе-х, старый «Лайтдэш» снова выручил, — Соник показал другу большой палец. — Похоже, Эггман так и не научился тому, что, когда мы работаем в паре, его шансы на победу равны нулю.

— Тем не менее терпения в нём хватает с горсткой, — заметил двухвостый, указав на поднимающегося осьминога.

Ёж усмехнулся. Попросив Тейлза не вмешиваться, он припал к земле, а затем рванул вокруг оси, создавая самый настоящий вихрь. Это дезориентировало Эггмана, которого Соник начал бить спиндэшем со всех сторон, из-за чего осьминог заходил ходуном. В попытках затормозить ежа при помощи чёрных чернил, доктор лишь усугубил ситуацию: вся краска целиком и полностью покрыла робота.

Эггман разозлился не на шутку. Он убрал лапы с щупальцев, поставив им на смену острые бритвы. Соник округлил глаза и лишь чудом умудрился остаться в живых, в последнюю миллисекунду проехавшись под лезвием, что находилось около его горла.

— Воу! — выдохнул синий ёж, утерев кулаком челюсть. — А вот это уже серьёзно.

Соник вобрал в себя ярко-голубую энергию и использовал второй лайтдэш, отбив все бритвы. Затем прыгнул вперёд и спиндэшем врезался осьминогу прямо в чернильный нос, тем самым повредив его. Послышался визг: Эггман ещё сильнее разозлился, поняв, что больше не сможет использовать краску в бою. Яростно нажимая на кнопки, он высекал лезвиями кривые линии на дороге, но Соник успевал увернуться от каждого. При этом его атаки становились для робота всё сильнее и сильнее, поскольку ёж набирал приличную скорость, а благодаря ей он мог усилить себя инерцией.

Тогда Эггман поступил по-другому: придавив платформу щупальцами, он резко погрузил её в воду, и Соник, потерявший опору, с криком бултыхнулся прямо на дно. Былая скорость моментально покинула синего ежа, и теперь всё, что он мог делать — это панически болтать руками и ногами.

— Ги-хи-хи! — робот направил на героя бритвы. — Сейчас я тебя подстригу, маленький мусс!

И отправил в его сторону щупальца…!

Тейлз появился словно по вызову, успев взять Соника за руку. Его хвосты моментально закрутились, как винты, благодаря чему лис стал очень быстро двигаться под водой, при этом таща за собой лучшего друга. Ёж похвально улыбнулся, а вот злодею вмешательство Тейлза крайне не понравилось. Ещё бы, он почти победил Соника!

Тейлз вынырнул вместе с Соником из воды, и ёж отпустил руку лиса, после чего отпрыгнул к стене. Оттуда он смог получше рассмотреть поле битвы, а заодно придумать способ, как выудить Эггмана из воды.

— Дружище, лети наверх! — попросил Соник, и Тейлз стал подниматься в воздух. — Сейчас мы этому пингвину зададим.

Синий ёж побежал по кругу бассейна, тем самым создавая вихрь, который начал вращать воду. Каждый раз, когда Соник завершал очередной круг, вращение начинало усиливаться, из-за чего Эггман почувствовал себя истинным моряком, по иронии судьбы угодившем в злосчастный водоворот. Его сила, конечно, не была такой же колоссальной, как у настоящего «водяного смерча», однако этой «карусели» хватило, чтобы у доктора закружилась голова. С визгом робот выпрыгнул из воды, дабы спастись, но это стало его последним действием…

Соник отпрыгнул от краёв и раскрутился в спиндэш, мощным ударом пробив осьминога насквозь. Тейлз в этот момент был на позиции и успел поймать ежа за руку, когда тот вылетел из робота. Затем раскрутил и отправил обратно, и Соник, снова раскрутившись в синий шар, пробил осьминога во второй раз. После этого герой приземлился на землю, а поверженный противник рухнул воду, пафосно взрываясь за спиной Соника и расплёскивая воду во все стороны.

— Nice try, rocky! — ухмыльнулся Соник, после чего посмотрел на спустившегося к нему Тейлза. — Отличная работа, малыш! Без тебя мне бы худо пришлось.

— Спасибо! — смущённо улыбнулся лис, когда ёж потрепал его по голове.

Падение осьминога послужило тому, что уровень воды в бассейне снизился до нуля. Соник и Тейлз спрыгнули вниз и подошли к груде металла, среди которых был и Эггман. Однако…!

— Муахахаха, идиоты!

Это была всего лишь кукла, у которой отвалилась голова, а правый глаз держался благодаря пружине. Подошедшие герои округлили от увиденного глаза.

— Неужели вы думали, что я лично отправлюсь вас встречать? Да как бы не так, — ехидный голос Эггмана зашипел — видимо, повредились микросхемы после падения. — Впрочем, мне больше незачем с вами играться. Я собрал все Изумруды Хаоса и готов к оккупации новой планеты. Счастливо оставаться, идиоты!

— Новой планеты? О чём ты? — удивился Соник, однако робо-кукла окончательно сломалась, и связь исчезла. — Вот чёрт!

— К чему тогда весь этот фарс? — не понимал Тейлз. — Зачем ему сражаться с нами, если у него другие цели?

— Понятия не имею. Эггман от природы тронутый, его бы не понял даже самый первоклассный в мире психолог.

Лису эта шутка понравилась.

— Новая планета… Стоп! — синий ёж нахмурился. — Помнишь, Руж говорила нам о возможном существовании другой планеты?

Тейлз кивнул, и Соник задумчиво прижал палец к губам. Стоило отдать Эггману должное: он мог докопаться до чего угодно, будучи человеком умным, чей IQ составлял триста процентов. Вероятным было предположение, что последний месяц Эггман был занят постройкой космического корабля наподобие «Яйца Смерти», дабы добраться до нужной ему точки.

— Все семь Изумрудов Хаоса для захвата целой планеты… хм-м, — Соник развёл руками в разные стороны. — И жирно, и странно одновременно.

— Я понимаю, о чём ты, — согласился Тейлз, думая о том же. — Вряд ли Эггман пренебрёг Мастером Изумрудом, учитывая его колоссальное преимущество над Изумрудами Хаоса.

— Да ещё и этот фарс…!

Соник скрестил руки на груди и начал ходить туда-сюда, пытаясь понять, чем Эггман вообще руководствовался. Позариться на чужую планету, при этом не взяв на вооружение Мастер Изумруд, да ещё и устроив театральный поединок — ёж не видел в этом никакой логики. Порцию вопросов добавляло наличие Слита и Динго, которые вряд ли имели для Эггмана огромную ценность в таком деле. Тут было одно из двух: либо Эггман окончательно спятил, либо за его действиями действительно скрывалось что-то ужасное.

Похищенный браслет Шедоу…!

— С другой стороны, тут под каким углом смотреть на эту ситуацию, — Тейлз хитро улыбнулся, а затем выковырял голосовой передатчик из головы куклы при помощи карманной отвёртки. — Эггман так хотел позлорадствовать, что совершенно не подумал о кое-каких мелочах.

— Мы можем узнать, откуда пришло последнее сообщение, верно? — улыбчиво догадался Соник, на что лис ответил кивком. — Ты гений, Тейлз! Отправляемся в твою мастерскую немедленно.

— Ага.

Ёж и лис развернулись, после чего рванули в сторону выхода. Сообщать другим командам о своих находках друзья пока не собирались, поскольку хотели сначала выследить главную базу Эггмана, а затем уже начать действовать. Однако они и не догадывались, что Наклз и Мэник взяли Слита в плен, а Эми и Соня наоборот — сдались в плен Динго. Каждый из героев прокладывал тропу к финишу своими способами, и каждый рано или поздно ступит на территорию Эггмана, дабы в очередной раз сорвать все его планы.

Когда Соник и Тейлз пропали из виду, робо-кукла неожиданно приняла жидкую форму и растаяла, после чего сформировалась в фигуру… синего ежа. Только этот был более тёмным, целиком и полностью состоя из металла. Он шелохнулся и сжал когтистые пальцы в кулак, полностью восстановив свою истинную форму.

— Ёж Соник. Основные показатели выносливости и уникальных способностей — скопировано! — отрапортовал Метал Соник, и в пустых чёрных «оболочках» полыхнули красные глаза.

Комментарий к Глава 3: Время действовать

Глава 4: Яйцо Смерти

«ГЛАВА 4: ЯЙЦО СМЕРТИ»

— Какие красивые цветочки! Маме они очень понравятся! Правда, Чиз?

— Пиу-пиу! — ответило ей маленькое удивительное существо голубого цвета.

Сорвав очередную ромашку, Крим хотела положить её в корзину, как вдруг услышала какой-то шум. Карие глаза малышки удивлённо посмотрели в сторону холмов и заметили там Соника с Тейлзом, бегущих к мастерской последнего. Подобное было неудивительным, поскольку эти двое постоянно чем-то занимались: путешествовали, искали, выслеживали - такого вида дело, в общем.

— Здравствуйте, мистер Соник! — энергично поздоровалась Крим, помахав им рукой. — Здравствуйте, мистер Тейлз!

— О, это Крим! — парни тотчас же остановились и пешим шагом подошли к крольчихе, которая поднялась на ноги.

Девочка была очень прилежной и воспитанной. Она сложила ручки и поклонилась, тем самым показывая хорошие манеры, привитые ей Ваниллой.

— Привет. Скажи нам, пожалуйста, не видела ли ты наших? — спросил Соник, чем удивил крольчиху. — Я Наклза и Эми имею в виду.

— Эм-м. Сегодня утром я видела Эми — она заходила ко мне в гости попить чай, а потом куда-то ушла, — изумлённо ответила Крим. Но вдруг девочка «ожила» и весело улыбнулась. — А ещё я видела каких-то ежа и ежиху, которых никогда тут раньше не было.

— Когда? — встревожился Тейлз.

— Тоже утром. Они что-то спросили у господина полицейского на Привокзальной Площади, затем сели в жёлтый фургон и уехали.

Синий ёж и жёлтый лис тяжело вздохнули.

— А что случилось? — полюбопытствовала Крим.

— Да нет, ничего. Так, деловой интерес, — уклончиво ответил Соник. — Ладно, побежали дальше! Уверен, они сейчас ждут нас дома.

— Ага. Пока, Крим! — попрощался Тейлз, и ребята снова продолжили свой путь.

Девочка удивлённо похлопала глазками. Впрочем, её любопытство быстро улетучилось, и крольчиха снова опять вернулась к сбору ромашек.

— Не нравится мне это всё, Соник, — грустно промолвил Тейлз, летя рядом с бегущим другом. — Я не могу связаться ни с Наклзом, ни с Эми. Вдруг с ними что-то случилось?

Ёж молчал, хмурыми глазами глядя вперёд. Ещё с Апотоса друзья решили умалчивать о своих находках, дабы поделиться с ребятами уже полным результатом касательно Эггмана. Но предположив, что те, быть может, тоже нашли что-то, решили связаться с ними, однако потерпели фиаско…

И это им крайне не понравилось! Раньше коммуникаторы не давали сбоев, даже находясь в таких «глухих» зонах, как подводная или космическая базы. Связь должна была быть идеальной во всех аспектах, ибо работала на конструкции азбуки Морзе, переводя радиосигнал в разговорную составляющую. Лишь два варианта могли колоссально попортить связь: либо потеря коммуникатора, либо его поломка.

«Тут что-то нечисто», — тревожно думал Соник.

Тейлз первым влетел в мастерскую и сразу же приблизился к рабочему столу, где для нужной операции было всё: сканер, антенна, экран с радаром и мощный компьютер. Пока ёж разливал чай, лис под светом настольной лампы осторожно разбирал найденный передатчик на запчасти, максимально стараясь не поцарапать отвёрткой какую-нибудь деталь.

— Нашёл! — Тейлз выковырял маленькую чип-карту и положил её на хрустальное стёклышко, которое поставил под бежевый лучик сканера. — Надо высчитать таблицу исчисления и приумножить деления звука на квадратный…

— Извини, но я в этом не шарю, — остановил его Соник, поставивший кружку рядом с рукой лиса. — Лучше скажи, какая длительность у твоего сканирования?

— Хм, пока не знаю. Микросхемы настолько повреждены, что запись может даже не воспроизвестись.

Такой ответ синего ежа совершенно не устраивал. Если сейчас все старания пойдут насмарку, то потом можно даже и не пытаться что-либо делать. Эггман, может, и не подумал о мерах безопасности сейчас, но его страсть к использованию крошечных чипов тоже была палкой двух концов. Её было трудно сканировать, но ещё сложнее казалась задача вычислить координаты данных, поскольку любая царапинка может перечеркнуть все тонкости чудо-механики. Благодаря этому Эггман нередко вёл переговоры с «G.U.N.», при этом оставаясь непойманным: нападение на робота ничего бы не дало, ибо во время битвы чип-карта точно поломается.

Что, собственно, происходило и сейчас. Тейлз нервно прикусил губу, когда анализ сканера дал сбой, однако не отчаялся и прибегнул к шлифовке, коей была лазерная сварка с ультрафиолетовым светом. Сонику пришлось сесть в дальний угол и отвернуться, чтобы не испортить себе зрение.

«Есть ещё одна планета, свойства которой схожи с Мобиусом».

Соник ощущал, как происходящее постепенно затягивает его в омут событий, плавно подводящих к главному: крупномасштабный план Эггмана. Каким бы психом он ни был, если доктор поставил себе целью захватить новую планету — сделает это при любом раскладе.

«Мы предполагаем её существование, но координаты нам неизвестны».

Зато известны Эггману, по всей видимости потратившему на изучение этого вопроса немало времени. Как-то Руж сказала, что АРК была полна полезной информации, однако после Эггмана архив резко посерел. В нём можно было найти что-нибудь интересное, однако самые важные эксперименты, которые Джеральд держал под грифом особой важности, пропали. И это неудивительно, ибо Эггман уж точно бы не хотел делиться лакомым кусочком с теми же «G.U.N.» или сорвиголовами с Мобиуса, одним из которых был Соник.

— Мне… страшно, — вдруг прошептал Тейлз, на секунду оторвавшись от своего дела. — Что, если Эггман захватит ту планету?

Ёж вопросительно посмотрел на друга.

— Если у Эггмана это получится — а у него получится с помощью Изумрудов Хаоса! — то в его власти окажется целый плацдарм, до отказа забитый оружием и новейшими технологиями. И тогда он атакует Мобиус, который не сможет дать ему отпор.

Соник скрипнул зубами, представив себе эту картину. В ней Эггман с миллионной армией спустится на Мобиус, который проиграет в битве за планету за какие-то шесть-семь часов. И даже Супер Соник ничего не сможет противопоставить новоявленному узурпатору: неравное соотношение сил сокрушит даже его.

— Мы не позволим этому случиться, дружище! — обнадёжил неуверенного лиса Соник, положив ему на плечо руку. — Мы одолеем Эггмана, как и в прошлые разы, можешь в этом не сомневаться.

Тейлз грустно вздохнул, однако кивнул, соглашаясь с лучшим другом. Соник всегда вселял в него чувство уверенности и силы, веры в себя и помогал победить страх. И если он говорил, что всё будет хорошо — значит, так тому и быть.

На экране неожиданно появилась зелёная точка, что в момент взбодрило героев.

— Отлично! Сканирование закончилось! Теперь мы сможем узнать, откуда был послан сигнал.

— Окей, действуй! — улыбнулся Соник.

Тейлз быстро заработал пальцами по клавиатуре, забивая в экран какие-то команды и программные строки, в которых ёж не смыслил ни на грамм.

— Это… это невозможно! — вдруг воскликнул Тейлз, чем насторожил Соника. — Координаты его базы находятся прямо над нами!

— Что? — опешил герой Мобиуса.

— Подожди, я попробую вывести изображение на экран.

Лис совершил несколько манипуляций, после чего нажал на кнопку. Увиденное заставило его и ежа удивиться!

Неудивительно, что эту базу никто не мог найти: густые облака настолько хорошо обволакивали её, что обнаружить Эггмана можно было только в том случае, если бы кто-то приблизился к ней на пятьдесят метров. Но удивились Соник и Тейлз не её местонахождению, а форме, которая была для них до боли знакомой: круглая, с сотней реактивных турбин и шлюзов, а также с изображением лица Эггмана, красующееся на лицевой части базы.

У неё было только одно название:

— «ЯЙЦО СМЕРТИ»! — в унисон воскликнули друзья, в изумлении переглянувшись друг с другом.

— Но… мы же уничтожили его несколько лет тому назад, — не понимал шокированный Тейлз.

— Видимо, старый пенсионер таки разжился инструментами и прочим барахлом, — нахмурился Соник, скрестив руки на груди. — Он крайне решительно настроен на захват неизвестной планеты.

— Мы должны сообщить об этом нашим.

Лис попробовал связаться с остальными группами, однако потерпел фиаско в очередной раз.

— Ладно, разберёмся сами, — решительно заявил синий ёж, а когда двухвостый хотел возразить, добавил: — Времени у нас в обрез, поэтому действовать будем быстро.

С этим Тейлз спорить не решился, вспомнив о возможном триумфе злодея.

В гараже их поджидал старый добрый биплан синего цвета, на боку которого красовались жёлтые хвосты и надпись «Sonic». В далёком прошлом этот самолёт принадлежал Сонику, но, познакомившись с Тейлзом, ёж предпочёл отдать его ему на сохранение. Бипланом Соник пользовался крайне редко, предпочитая передвигаться по Мобиусу на своих двоих, а Тейлзу такой подгон пришёлся по душе. Маленький гений и починил его, и покрасил, и даже модифицировал, превратив некогда блеклый биплан в настоящую конфетку.

Тейлз занял место пилота и сразу же завёл двигатель, одновременно поднимая ворота гаража. Соник запрыгнул на хвост самолёта и прислонился к нему спиной, держа руки на груди скрещенными. Всё, как в старые-добрые: друзья отправляются на битву с Эггманом на родном биплане — совсем как во время нашествия Хаоса.

— Погнали, Тейлз! — азартно улыбнулся Соник.

— Так точно!

Самолёт резко зарычал, и из турбин вырвалось синее пламя, благодаря которому тот сорвался с места. Затем пронёсся по взлётной полосе, пристроенной к мастерской, и взлетел в воздух. Их следующая остановка: «Яйцо Смерти».

А за ними тем временем наблюдал Метал Соник, всё это время преследовавший Соника и Тейлза. Причина, по которой он не стал на них нападать в мастерской лиса, была неизвестна: робот перестал подчиняться приказам Эггмана с той самой минуты, как герои сокрушили его. Он знал, куда его оригинал полетел вместе со своим другом, но догонять не спешил. Пешим шагом Метал проник в мастерскую Тейлза. Его глаза начали сканировать помещение в поисках той злосчастной детали…

И он её нашёл!

Метал подошёл к столу и взял маленькую чип-карту, зажав двумя когтистыми, металлическими пальцами. С её помощью Эггман контролировал своё величайшее творение, отдавал ему приказы и заставлял беспрекословно подчиняться своей воле. Именно это делало Метал Соника марионеткой в руках коварного доктора — она давала его создателю абсолютный контроль над ним.

Вот только теперь она была вне робота и никак на него не влияла.

Механические пальцы задрожали, а потом раскрошили чип-карту в порошок. Глаза Метала стали ярко-красными, как свежая кровь.

— Данный юнит больше не подчиняется своему хозяину! Доктор Айво Роботник — враг! Юнит переходит в режим охотника! Основное задание: исследовать новую планету! Дополнительное задание: уничтожить образец боевой модели и проекта «Шедоу»!

Метал Соник объял себя золотой молнией, после чего вылетел из мастерской быстрее звука.

***

Создание летающей крепости, по формам напоминающей яйцо, стояло у Эггмана в приоритете. Образцом для неё стал Мобиус, которую доктор старательно воплощал в металлической интерпретации. В ней было всё, в чём нуждался среднестатистический человек: солнечные генераторы, огромное количество электроэнергии, работающей на движении воды, а также искусственные плантации, способные дать своему хозяину урожай. Планировался даже глобальный инкубатор, чтобы держать хозяйство на случай, если однажды Мобиуса не станет.

Чтобы превратить такую задумку в жизнь, Эггману пришлось много учиться. Он познавал науки химии и физики, обучался бионике, а также изучал множество языков. Когда знания общеобразовательных заведений были исчерпаны, доктор отправился в вольное путешествие, исследуя каждый уголок Мобиуса. Со временем он овладел знаниями по состоянию механических юнитов (роботов), которые в будущем стали его верными соратниками и беспрекословно ему подчинялись. Но так как энергия была в дефиците, Эггману пришлось задействовать животных, чья жизненная сила питала роботов. В будущем нужность зверят, конечно, пропала, заменам коих стали батарейки, наполненные энергией Изумрудов Хаоса, но на первоначальной стадии доктор был ограничен.

Изумруды Хаоса — то, что было для Эггмана пиком триумфа. Их энергия не знала ограничений; её бесконечное содержимое могло дать своему владельцу абсолютно всё, начиная от постоянной подпитки летающей крепости и заканчивая неоспоримым всемогуществом. Но на пути коварного доктора встал на тот ещё момент безызвестный ёж Соник, которому была небезразлична судьба волшебных камней. Как бы Эггман ни старался присвоить реликвию Мобиуса себе, сверхзвуковой герой постоянно вставлял ему палки в колёса, забирая Изумруды буквально из-под носа-картошки злодея.

Соник доставил Эггману очень много неприятностей. Начиная со своего рождения и заканчивая падением «Яйца Смерти», на которое доктор возлагал большие надежды. В своё время даже Мастер Изумруд украл с Острова Ангелов, дабы сделать своё детище непобедимым, но увы, Супер Соник не позволил этому случиться.

Но теперь Эггман был на коне. Пока «G.U.N.» были заняты обустройством на колонии АРК, он отыскал останки «Яйца Смерти» и собрал их воедино. Затем украл все семь Изумрудов Хаоса и использовал их для подъёма крепости в воздух. Теперь всё было готово к реализации его следующего плана.

— Муахахаха! — расхохотался Эггман, сидя в своём кабинете и триумфально поглощая большой сэндвич. — Все показатели «Яйца Смерти» на высочайших уровнях. С помощью Изумрудов Хаоса я смогу добраться до Дикой Планеты и захватить её, а затем построить на ней Эггман-Лэнд. Когда я сделаю это, можно будет вернуться на Мобиус и повторить ту же самую процедуру. Я гений, верно? — хитро улыбающийся доктор погладил пышный ус.

На огромном мониторе была составлен путь в Галактическом пространстве, прочерченный от Мобиуса до контрольной точки. Расстояние, конечно, было слишком велико, но у Эггмана была идея, как его сократить. И для реализации этой задумки как раз подходили Изумруды Хаоса, которые планировались использоваться одновременно в нескольких сферах. Их неограниченный запас энергии этому только способствовал.

Одно, правда, смущало Эггмана: потеря связи с Метал Соником. Как бы доктор ни пытался реанимировать боевую единицу или хотя бы отыскать её с помощью радара, ничего не получалось. А ведь Эггман крайне не хотел терять такой ценный экземпляр: этот робот должен был встать в строй боевых механических солдат и вместе с ними атаковать Дикую Планету. С тем учётом, что Метал Соник был практически идентичен настоящему синему ежу, шансы на успешный захват значительно повышались.

— Ну, ничего страшного, — подбодрил самого себя Эггман. — В конце концов, у меня ещё есть две боевые модели, пусть они и не такие совершенные, как Метал Соник.

Эггман нажал на кнопку, и на экране появились два железных ежа. Первый отличался от Метала более высоким ростом и был иссиня-фиолетовым, нося название «Меха». Другой и вовсе был гигантом, имея серебряную окраску и идентичное имя «Сильвер». Все они — Сильвер, Метал и Меха — были скопированы с настоящего Соника, но лишь Метал доказал свою уникальность. Он был единственным, кто целиком и полностью походил на оригинал.

Когда на экране неожиданно появилось сообщение о том, что Динго прибыл с успешно выполненным заданием, Эггман даже растерялся.

— Хм-м… — не поверил доктор. — Пойду проверю, что ли.

Летающее кресло поднялось в воздух и понесло своего хозяина к посадке «Б65», одному из мест, куда прибывали боевые юниты. А пока доктор парил с ветерком, он ещё раз посмотрел на своё чудо-детище изнутри.

Крепость была огромна. Сотни этажей соединялось друг с другом большими мостами, по которым сновали роботы, часть из которых были подобны танкам. Тысячи проводов были пропитаны электричеством и постоянно циркулировали энергию по всей части «Яйца Смерти». Летающие роботы-жуки светили фонарями, отсылая изображение в информационный центр, где компьютер сканировал новоприбывшего, проверяя, свой это или нет. Да уж, с таким арсеналом не стыдно было и на захват планеты идти. Доктор максимально подготовился к этому.

Когда шлюз открылся, Эггман спустился на пол и посмотрел на прибывший корабль оранжевого цвета, принадлежавший Динго. Последний появился сразу же, как только двери открылись. Он сошёл с корабля и поклонился коварному злодею.

— Ты действительно выполнил моё поручение? — скептически поинтересовался Эггман.

— Да, Ваше Злодейство! — уверенно ответил Динго. — Всё, как Вы и просили.

— Прям всё?

Шакал дебильно улыбался и топорно закивал головой, чем напомнил доктору сельского простофилю.

— Я взял их в плен и привёз сюда.

У Эггмана тотчас же упала челюсть, а глаза полезли на лоб. В этот момент из корабля показались роботы, что выводили двух до боли знакомых ежих с борта. Одного взгляда хватило, чтобы понять, как сейчас охренел Эггман. Вот только Динго не обратил на это внимание, думая, что доктор радуется увиденному.

— Оу…! — Соня удивлённо подняла брови, когда увидела старого знакомого. — Теперь я понимаю, почему тебя стали называть Эггманом. Прям фигурой вышел.

Шок медленно отпустил злодея, который даже не знал, что делать: орать или молчать.

— Уверена, он не рад нас видеть, да же? — с издевкой улыбнулась Эми.

Шок, наконец, пропал!

— ТЫ ИДИОТ! — завопил Эггман, чем перепугал даже роботов. — ЗАЧЕМ ТЫ ПРИВЁЛ ИХ НА МОЮ БАЗУ?

— Эм-м… — Динго с дебильным выражением лица почесал затылок. — Ну, Вы сказали, чтобы я разобрался с ними.

— РАЗОБРАТЬСЯ, НО НЕ БРАТЬ В ПЛЕН, КРЕТИН!

— Но я думал…

— ДУМАЛ?! ДА У ТЕБЯ СРОДУ ДУМАЛКИ НЕ БЫЛО, ПОКУДА ТУПЫМ РОДИЛСЯ! — озлобленно прорычал Эггман, чем рассмешил двух ежих.

Динго виновато опустил ушки, вжав шею в плечи.

— Но я, кажется, понял, чьих это рук дело, — злобный доктор подозрительно посмотрел на улыбчивую Соню. — Мне следовало догадаться о вселенской похоти Динго, которую он так и не перерос.

— Быть однолюбом — это тоже подвиг, причём немалый, — саркастично хихикнула Соня, а Эми поддержала её улыбкой. — Так что даже в плохих парнях есть положительные качества.

— Спасибо, Сонечка! — смущённо улыбнулся Динго.

— ПОШЁЛ ВОН ОТСЮДА, КОБЕЛЬ! — зарычал Эггман, после чего посмотрел на девушек и осклабился. — А с вами, дамы, у меня будет короткий разговор!

Роботы моментально наставили на ежих огнестрельное оружие, заставив их убрать улыбки с лиц. Но прежде чем Эггман успел дать приказ на атаку, из маленького экрана на его кресле появился зелёный луч, создавший голограмму монитора. На ней было доложено о прибытии Слита.

— Ну, в успех этого неудачника я верю больше, — хмуро вздохнул Эггман.

Двери корабля вылетели подобно пуле и сшибли роботов, которые целились в ежих. Эггман завопил в изумлении, а потом из корабля показался рычащий Наклз, чьи кулаки были объяты пламенем. Роботы даже шелохнуться не успели: могучий ехидна мощными ударами превратил их в груду металла, а опешивший Динго получил по морде и отлетел в стенку.

Соня воспользовалась моментом. Взявшись за кандалы, она разогнула их, а затем ударила цепями рядом стоящего робота. Эми сделала то же самое, но атаковала врагов молотом, который сокрушал не хуже кулаков Наклза.

— Вы? — опешил ехидна, увидев ежих.

— Я удивлена не меньше, — ответила Соня.

— А-а-а-а! — Эггман нажал на кнопку, дабы кресло поднялось на безопасное расстояние. — Что происходит?

— П-простите, босс…!

К великому удивлению доктора и ежих, это был бедный Слит, которого вывел из корабля ехидно улыбающийся Мэник.

— Вот это поворот! — обрадовалась Эми.

— КАК ЭТО ПОНИМАТЬ, СЛИТ? — побагровел от злости Эггман.

— Я пытался их ликвидировать, но они меня взяли в плен, э-хе-хе, — засмеялся волк, хотя создавалось ощущение, будто он плакал. — Я не хотел выдавать Ваше местоположение, но меня подвергли пыткам.

— Преувеличил, конечно, но мне так даже по кайфу, — хмыкнул Мэник, после чего посмотрел на коварного доктора. — Хэй, Роботоник, как дела? С каких пор усы носить начал?

У злодея окончательно начал закипать котелок. Он едва не выломал от злости кнопки, что находились под его правой рукой: настолько сильно ему «нравилось» происходящее.

— Скажи мне, почему я не удивлён твоему появлению? — ехидно поинтересовался Мэник, посмотрев на сестру.

— Быть может, ты предполагал, что я позволю злодеям пленить себя, не так ли? — хитро улыбнулась Соня.

— Были мысли, когда думал, кем окажется твой противник. Мне следовало догадаться, что им будет Динго.

— А вы, я полагаю, решили первыми урвать джек-пот, я правильно поняла?

— Вообще-то эта идея принадлежит Наклзу, а не мне.

Ехидна с ухмылкой кивнул.

— Ну что ж…! — Эми хмыкнула и наставила на злобного доктора указательный палец. — Вот мы и вычислили тебя, негодяй! Сдавайся по-хорошему, пока я не обрушила на тебя гнев «Пико-Пико».

— «Сдявайся по-холёсемю, бо я сдёхню сейчазъ»! — передразнил её писклявым голосом Эггман. — Я прямо сейчас нашпигую вас свинцом и…

Неожиданно послышался взрыв, за которыми последовали пулемётная очередь и ракетный залп. Опешивший злодей вылупил глаза по три рубля и тотчас же нажал на кнопку, чтобы видеокамеры вывели ему изображение в виде голограммы…

Это окончательно добило эмоционального доктора!

Из клубов дыма вылетел «Торнадо Х», с которого Тейлз вёл обстрел, а Соник с энергичным свистом уничтожал роботов благодаря самонаводящейся аттаке («Homing Attack»). Синий ёж пробивал спиндэшэм железные пушки, взрывал их и возвращался обратно на самолёт, чтобы продолжить атаковать дальше.

Реакция была очевидна!

— Это Соник! — радостно воскликнула Эми, в чьих глазах появились сердечки.

— Воу! — опешил Мэник. — Когда они успели вернуться за самолётом?

— Меня больше волнует то, как они нашли это место? — задумчиво поинтересовался Наклз. — Мы взяли в плен Слита, а девчонки сдались Динго, — но эти…?

— Что поделать, таков Соник, — в «капле» улыбнулась Соня.

Тем временем…

— Док, что нам делать? — невесело рассмеялся Слит. — Эти паразиты нас рассекретили.

— ВСЁ ПО ВАШЕЙ ВИНЕ, КРЕТИНЫ!

— Но Соник и тот лис нашли вас сами, — боязливо добавил Динго.

Эггман уже хотел сорваться на двух подчинённых за то, что они провалили своё задание, однако…

— Энергия «Яйца Смерти» полностью восстановлена! Линкор готов к отправке! — сообщил компьютер.

— Ладно, у меня нет больше на вас времени, помойные тараканы!

Эггман вбил какую-то команду по кнопкам, после чего посмотрел на героев.

— Вы всё равно сдохнете, когда «Яйцо Смерти» выйдет в открытый космос. Вам не помешать моим планам в этот раз!

И улетел через открывшийся шлюз, чтобы управлять крепостью из главного центра. У Слита и Динго не было иного выбора, кроме как побежать за доктором следом, прося его подождать их.

— В открытый космос? — удивилась Соня.

— Эта посудина уже поднималась туда однажды, когда Эггман спёр у меня Мастер Изумруд, — хмуро ответил Наклз, скрестив руки на груди. — Не думал, что Эггман сможет собрать её после того, как над ней поработали Соник и Тейлз.

— Нам нужно торопиться! — сказала Эми, сжав руку в кулак. — Не знаю, как вам, но у меня после колонии АРК появилась неприязнь к космосу.

— Что ж, она права! Надо воссоединиться с Соником и Тейлзом, а там уже придумаем, как быть дальше, — добавил Мэник.

Крепость дрогнула в очередной раз.

— Вперёд!

Наклз вобрал в кулак рыжее пламя и мощным ударом пробил в стене дыру, и друзья побежали дальше.

***

«Торнадо Х» тем временем облетал «Яйцо Смерти», ища место для посадки. Им оказалась взлётная полоса, на которую биплан приземлился очень гладко, хотя Сонику казалось, будто пройдёт она так же ужасно, как во времена нашествия Хаоса.

— Фух, — Соник спрыгнул с хвоста и осмотрелся. — Какой Эггман негостеприимный. Даже ковровую дорожку не постелил для нас.

— Не время для шуток, Соник — мы должны проникнуть внутрь «Яйца Смерти» и найти способ, как опустить его на землю, — серьёзным тоном заявил Тейлз.

— Хе-х, понял тебя. Пошли!

Ёж и лис собрались бежать…

Линкор внезапно задрожал, и порывы ветра стали настолько сильными, что Тейлзу пришлось опуститься на платформу, дабы не вылететь за борт. Где-то из глубин «Яйца Смерти» донеслись рёвы сирен, сработала тревога. Страшный грохот реактора едва не оглушил ребят.

— О нет! — воскликнул Тейлз. — «Яйцо Смерти» набирает высоту.

Внезапное появление голограммы с Эггманом заставило его вздрогнуть и подойти поближе к Сонику, который смело готов был встретить любую напасть.

— Здравствуйте, гости дорогие! Я бы соврал и сказал, что рад вас видеть, да только Я ВАС, Ч5РТ ПОДЕРИ, НЕНАВИЖУ! Впрочем, это формальности, — Эггман кашлянул в кулак и продолжил: — Соник, я собираюсь покинуть эту планету, и ни ты, ни твои друзья мне не помешаете. Если вы всё ещё цените свои жалкие шкуры, то разрешаю вам убраться с «Яйца Смерти» нахрен!

— Очень гуманно, хе-хе. Но знаешь, Эггман… — Соник скрестил руки на груди и улыбнулся. — Пошёл ты в задницу! За то, что спёр Изумруды Хаоса у меня и моих друзей, так просто тебе от нас не отделаться.

— Мы не позволим тебе захватить другую планету! — поддержал его Тейлз.

— Тогда готовьтесь к смерти! Как только мой линкор окажется в открытом космосе, я тотчас же избавлюсь от вас. Муахахаха!

После этого голограмма пропала.

— Я аж потёк от страха, — съязвил Соник.

Пробив закрытую дверь спиндэшем, ёж огляделся по сторонам, затем махнул рукой лису и побежал дальше. Роботов нигде не было — видимо, доктор хотел не просто уничтожить своих недругов, а в прямом смысле поиграться с ними. Шансов убежать от него в космосе не будет, и Эггман это понимал, раз захотел потянуть время. С одной стороны, это давало некоторое преимущество Сонику и Тейлзу, так как они могли обдумать план о нападении, а затем действовать. С другой, всё было печально: они не знали, куда идти дальше. Линкор был огромен, этажи сменяли друг друга будто страницы толстой книги, а КПК Тейлза по каким-то причинам перестал работать. По всей видимости, на «Яйце Смерти» была антенна, которая глушила любую электронику, не использующую энергию Изумрудов Хаоса.

Соник и Тейлз побежали дальше. Однажды они уже были здесь, однако это мало что им давало. То ли Эггман сделал «Яйцо Смерти» больше, то ли поменял пути мостов — ёж с лисом либо петляли кругами по исхоженным коридорам, либо натыкались на танкоподобных роботов. Вот с последними ребята категорически не собирались сталкиваться, поскольку на одного такого уйдёт, как минимум, минут пять битвы, а с несколькими одновременно и вовсе можно на тот свет отправиться. Радовало лишь то, что эти юниты не могли просунуться в коридор, где герои могли спрятаться от них: размер не позволял.

«Яйцо Смерти» набирало скорость. Все, кто в этот момент были на улице — собирающая цветы Крим, вышедшая на порог Ванилла, стоящий в тени Эспио, слушающий музыку Вектор и играющий в мяч Чарми, — видели огромный шар, который начинал уменьшаться. Линкор с рычанием поднимался всё выше и выше, прорывая оболочку стратосферы.

На колонии АРК царило оживление. «G.U.N.» засекли неопознанный объект и передали полученную информацию в главный штаб, где Тауэр тотчас же распорядился о немедленной подготовке к сражению. Руж в это время стояла перед окном и, скрестив руки под грудью, наблюдала, как «Яйцо Смерти» наконец-то вышло в открытый космос.

— Всё-таки показался, доктор, — промолвила Руж, предполагающая нападение Эггмана на АРК.

Но она ошибалась!

Как и все, кто видел «Яйцо Смерти».

Прежде чем «G.U.N.» приготовили истребители к запуску, линкор Эггмана неожиданно развернулся, а затем полетел в обратном направлении, отдаляясь не только от АРК, но и от Мобиуса. Чтобы «G.U.N.» не стали его преследовать, Эггман уходил через пролетающие мимо астероиды, где вероятность, что за ним погонятся, была очень низка.

Добравшись тем временем до третьего сектора, Соник спрыгнул вниз, а Тейлз опустился рядом благодаря хвостам. Снова мимо!

— Ладно, погнали дальше! — бросил Соник.

Неожиданный грохот заставил друзей остановиться и приготовиться к бою. Синий ёж махнул Тейлзу, чтобы тот спрятался за него, а сам сжал руки в кулаки. Шум шёл со стороны противоположной стены — видимо, к ним приближался кто-то сильный и огромный, раз мог идти напролом, не огибая препятствия коридорами.

Но каковым же был шок Соника и Тейлза, когда стену проломил не танкоподобный робот или громила Динго, а огненный Наклз, за которым следовали Эми, Мэник и Соня. Да что там, даже рты открыли от удивления.

— Вот и они! — хмыкнул Наклз.

— Мой герой! — запищала Эми и в одночасье оказалась на шее у синего ежа, который, будучи шокированным, даже не стал отталкивать её (хотя она чмокнула его в щеку).

— Наконец-то мы вас нашли! — с облегчением вздохнула Соня, выразив свою радость через улыбку. — Слишком уж шустрые.

— Ребята? — первым от шока отошёл Тейлз, нелепо показывающий на них пальцем. — А вы… как… здесь…?

— Так же, как и вы — прилетели, — пошутил Мэник.

— В каком смысле? — теперь опомнился и Соник. — Вы что, изначально были тут?

Долгожданное воссоединение пришлось закрепить подробным рассказом о том, как группа, поделённая на три команды, оказалась на «Яйце Смерти» в одно и то же время. История Сони не особо удивила Соника, который, как и Мэник, предполагал подобное развитие сюжета. Вот ситуация с Наклзом была комичной, причём настолько, что ёж и лис даже рассмеялись, хотя представить морду перепуганного Слита мог только Соник.

История Соника и Тейлза заставила удивиться всех. Ребята рассказали о произошедшем в Апотосе, а затем плавно подвели к тому, что и стало «яблоком раздора».

— Хочет захватить другую планету??? — опешили все.

— И для этого ему понадобились все семь Изумрудов Хаоса, — закончил Тейлз, после чего посмотрел на друзей. — Я не знаю, как у него получилось отыскать второй «Мобиус», но факт остаётся фактом: если он его захватит, следующей целью Эггмана станет наша планета.

— И армия на этот раз у него будет многомиллионной, — добавил Соник, скрестивший руки на груди. — Тут даже я с Изумрудами Хаосами окажусь бесполезен.

— Но это безумие! — воскликнула эмоциональная Эми. — Много невинных может погибнуть в этой мясорубке!

— Мм? В чём дело, Наклз? — вдруг спросила Соня, обратившая внимание на задумчивого ехидну.

Ребята тоже посмотрели на него.

— Я до сих пор не понимаю, почему Эггман не тронул Мастер Изумруд, — озвучил свои вопросы Наклз. — В нём куда больше энергии, чем в Изумрудах Хаоса.

— Будем надеяться на то, что в нём взыграла совесть, — пошутил Соник, чем рассмешил Мэника. — Но вообще, Наклз, ты прав: пренебречь Мастером Изумрудом — это странное решение, тем более для таких планов.

Звуки сирены зазвучали, и герои приготовились в случае чего давать отпор.

— «Яйцо Смерти» входит в режим гипер-рывка! До начала полного погружения осталось пятнадцать минут! Просьба не покидать залы безопасности во избежание головных болей и прочих расстройств! Спасибо, что выбираете «Eggman-Project».

— Очень мило, — съязвил синий ёж.

Тревога стихла.

— Ладно, времени у нас мало, пора действовать! — Соня повернулась ко всем и развела руками. — На базе целый легион врага, поэтому держаться будем вместе. Так мы повысим свои шансы на успех.

— Пока линкор входит в состояние гипер-рывка, мы можем попробовать добраться до главного центра. Уверен, Эггман сейчас там, — сказал Тейлз.

— И самое главное — никакого соло. Говорю это персонально тебе! — малиновая ежиха строго посмотрела на Соника. — Попробуй только отдалиться от группы — и я тебе ноги переломаю.

— Как страшно, — с сарказмом ответил ёж. — Впрочем, в этот раз я послушаюсь тебя. Но только в этот.

— Не дадим старому пенсионеру захватить чужую планету! — энергично улыбнулась Эми.

— Я ему хлебало начищу! — грозно пообещал Наклз. — Как и его собакам.

***

Часики начали тикать.

Группа героев покинула безопасную территорию и выбежала на открытое пространство, откуда открывался просторный вид. Роботы моментально отреагировали на появление чужаков и бросились в бой. В основном это были бадники в виде робо-Эггманов, однако нашлись и более ценные экземпляры, коими оказались белые солдаты.

— ХЬЯ! — Соник раскрутился в спиндэш и пробил нескольких роботов.

Следом за ним выскочил остервенелый Наклз. Объяв кулаки огнём, ехидна принялся громить супостатов мощными ударами, каждый из которых способен был уложить, как минимум, троих. Прикрывала его Эми, чьи атаки пусть и не были стремительными, но в эффективности получились не менее ценными. Рядом с ней шёл Тейлз, готовый в любую минуту подхватить ежиху и улететь в другую сторону, если один из роботов таки сумеет обойти её «Пико-Пико». Соня, несмотря на отсутствие оружия и хрупкую внешность, могла голыми кулаками повалить роботов, а отличная растяжка ног позволяла ей совершать кульбиты, а также бить прямо в голову противникам. Мэник отлично дрался локтями и коленями, но в основном откручивал врагам головы и бросал себе под ноги, дабы пробить «пенальти» по другим супостатам.

Однако это было только начало. Шлюзы начали открываться постепенно, и поверженные враги сменялись новыми, свежими и более вооружёнными. Вот теперь приходилось изрядно попотеть, и даже Соня выкладывалась на полную мощность, не смея сетовать на пот. Ребятам приходилось держаться друг к другу ближе, а иногда и вовсе атаковать одновременно, чтобы победить. Особенно это было необходимо в те моменты, когда бадники и солдаты начинали окружать героев, либо старались загнать их в угол. Озлобленный Наклз, получивший немало ударов в драке, перестал сдерживаться и выпустил из груди яростный крик, после чего пошёл укладывать противников «Копательными Когтями».

Один из эгг-ботов разбежался и головой врезался в грудь Сонику, из-за чего тот с кашлем откатился назад. На помощь ежу поспешила Эми, ударом молота превращая робота в лепёшку.

— Ты как? — обеспокоенно спросила она.

— Кха-х, жить буду. Спасибо! — после этого Соник подпрыгнул и хоумингом принялся выкашивать врагов.

Жук-роллер свернулся в шар и влетел в Соню, из-за чего та кубарем покатилась в сторону. Однако девушка прыжком встала на ноги, а затем раскрутилась вокруг оси, создавая ярко-розовый вихрь. Те бадники, что не обладали большим весом, моментально были затянуты в ежинную атаку, а после превращены в груду металла. Закончив с вращением, модница ударом локтя перебила суставы робо-Эггману, выхватила из его рук лазерную пушку и, прикрываясь им, открыла огонь по другим бадникам.

Когда Мэника сбили с ног, а затем набросились на него, он не растерялся. Сначала ему пришлось пропустить несколько болезненных ударов, но потом ёж скинул с себя наглого бадника и отбежал подальше от группы, приманивая врагов к себе поближе. Тут-то им и настал конец: Мэник прижал ладонь к полу, и платформа, на которой было пятнадцать бадников, полетела в бездонную пропасть вместе с ними.

Тейлз был единственным, кто не вступал в рукопашный бой и вообще не выходил на передовую. Обложив себя останками поверженных роботов, а также их лазерными пушками, лис спрятался за укрытием и безжалостно палил ярко-голубыми лучами, взрывая одного робота за другим. Однако и ему доставалось неслабо, — в основном от стрелковых орудий бадников, парочка из которых умудрилась оставить на плече двухвостого рану. Неглубокую, правда, но саднящую.

Запах гари и плавленого металла заполнил сектор, но в этой суматохе никто даже не обратил на сие внимание — все были заняты ожесточённой схваткой с бойцами Эггмана. Особенно доставалось Сонику и Наклзу, так как они были самыми сильными в группе и находились впереди остальных, безостановочно выкашивая супостатов: один с помощью скорости, другой — силы. Эми и Соня были в середине, в основном защищая Тейлза от тех бадников, которым таки удавалось подойти к его укрытию. Позади всех шёл Мэник, чьей задачей было разрушать пройденные группой мосты. Так герои значительно сокращали себе количество оппонентов на несколько десятков, а заодно и ёж мог вволю использовать свою способность, которая при её неправильном использовании могла стать для всей группы роком.

Неожиданное появление летающего робо-орла большого размера ознаменовало лишь одно:

— Ложись! — крикнула Соня.

Соник и Наклз прыгнули в разные стороны, прежде чем пулемётная очередь прошлась по их раннему местонахождению. Тейлз округлил глаза и, бросив оружие, побежал прочь, однако пули попали в роботов, которые взрывом отбросили лиса дальнюю стену. Соня повалила Мэника на пол, тем самым спасая его от гибели.

— Ай! — пискнула от боли Эми, которую, как и Тейлза, тоже отбросило взрывом. — Ну всё, с меня хватит!

Девушка поднялась на ноги и свирепо прорычала, после чего метнула «Пико-Пико» в противника. Точное попадание тяжёлого молота было настолько сокрушительным, что «птицу» сначала отбросило к стене, затем расплющило, а потом взорвало.

— И не таких укладывала, — гордо фыркнула Роуз, в чьих руках появился новый «Пико-Пико».

Новая партия роботов заставила группу приостановиться и нервно прикусить губу. Это были большие стражники со страшными лицами, несущие на плече огромные железные молоты. Двигались они, правда, медленно, но одного вида их оружия хватало, чтобы понять, каковым может быть удар одного из них.

Соник раскрутился в спиндэш, влетел в первого и оставил на его броне вмятину, однако отступать пришлось немедленно, так как враг раскрутил молот вокруг оси. Но, когда атака закончилась, робот зашатался на одной ноге, и ёж воспользовался этим, молниеносным хоумингом положив его на землю. Эми, словно прочитав мысли Соника, подпрыгнула в воздух и обрушила «Пико-Пико» на противника, разрушая ему броню. Окончательным ударом стал спиндэш Соника, пробивший незащищённую грудь стражника насквозь.

Со вторым молотобоем разбирались Тейлз и Соня. Тот пытался прихлопнуть ежиху и лиса мощными ударами молота, но те вовремя уходили из-под атаки, а затем обходили его со спины. Неповоротливость супостата лишь играла им на руку: они успели спланировать совместную атаку. Дождавшись, когда стражник снова их атакует, Тейлз схватил Соню за руки и взлетел в воздух. Затем спикировал в сторону и бросил ежиху на врага, а та, раскрутившись в пурпурный вихрь, влетела в противника. Это на несколько секунд обездвижило робота, и Соня, выхватившая из его рук огромный молот — она превосходила по физической силе всех, кроме Эми и Наклза, — с разворота ударила им по вражеской броне. Незащищённый юнит с грохотом упал на пол, и летающий в воздухе Тейлз уничтожил его тремя точными выстрелами из лазерной пушки.

Третий достался Мэнику, однако ёж не собирался с ним сражаться. Хитро улыбаясь, он начал выманивать врага на мостик, а когда тот вышел на нужное место, быстро побежал на него. Стражник с грохотом обрушил молот, но вор успел проехаться между ногами супостата, затем встать и прижать ладонь к полу. Раздался треск! Трещины возникли под роботом, и тот, побеждённый ежиной хитростью, полетел в бездну «Яйца Смерти».

Наклз персонально дрался с самым мощным роботом. От предыдущих стражников он отличался более высоким ростом, невероятно прочной бронёй, которую трудно было пробить даже ехидне, а также тем, что носил на голове шлем. Однако такие плюшки сделали его ещё более неповоротливым и неуклюжим, чем менее защищённых стражников, и Наклз этим активно пользовался. С рычанием ехидна набрасывался на врага, пылающими пламенем кулаками громил броню супостата, но оставлял на ней лишь лёгкие вмятины. Робот грохнул молотом по противнику, но ехидна кувыркнулся вперёд и мощным апперкотом сбил шлем с головы противника. Затем подпрыгнул и ударил по полу, и несколько огненных фаирболлов разлетелось в разные стороны. Однако робот выстоял и даже больше — он резко схватил Наклза и вбил его в пол. Затем размахнулся и обрушил на беднягу здоровый молот, чем до ужаса перепугал друзей ехидны. Вот только он зря решил, что хранитель Мастера Изумруда так прост! Наклз с рычанием удержал перед своим лицом смертоносную атаку, а потом выкинул оружие вверх. Встав, он пьяным ходом побежал на робота и мощным ударом выбил ему коленную чашечку. Враг потерял опору и упал на колени, и ехидна обрушил ему на голову «молоты» двух кулаков. Поняв, что это и есть слабое место боевой единицы, Наклз ударил ещё раз. Потом ещё. И ещё! Когда враг окончательно дезориентировался, Наклз схватил его за голову, а потом с агрессивным криком оторвал её.

— Р-Р-Р-Р-А-А-А-А-А-А!!!!! — ехидна поднял скальп поверженного и бросил себе под ноги, чтобы наступить ногой.

Наклз подкосился от усталости, но оно было неудивительно: они вшестером размолотили столько вражеских отрядов, что и представить было страшно. Однако давался такой успех героям крайне тяжело: они устали, были побиты и ранены, а Эми начала хромать на левую ногу. У Сони болело тело, а Мэник был в синяках. Сонику тоже здорово досталось: на груди и руках были гематомы, а из уголка губ текла кровь. Тейлз пострадал меньше всех, но был единственным, кто попал под три лазерных выстрела и сейчас зажимал кровоточащую рану на плече перчаткой, испачканной в крови. Но больше всего досталось именно Наклзу, ибо столько ударов, сколько вынес этот парень, не получил никто: весь в синяках, изрядно избит, да с порезом на щеке.

Однако даже эти усилия были бесполезными против тысячной армии Эггмана. Когда на смену стражникам вышли танкоподобные роботы, герои поняли, что больше не смогут сражаться в таком темпе. Тем более, что теперь врагам помогали роботы-ракетчики, выпустившие несколько ракет по мобианцам.

— А-а-а-а! — закричала Эми, прячась за укрытием и зажимая уши руками. Ей вторил и Тейлз, сидящий рядом.

— Чёрт! — Соник свернулся в спиндэш и атаковал робо-носорога, но был отброшен встречной контратакой.

Мэник перекатился под пулями и ударил ладонями по мосту, тем самым разрушая его. Двое танкоподобных уже ступило на проход, а потому полетели в пропасть первыми. В этот же момент ёж был отброшен назад взрывом упавшей рядом с ним ракеты, но на помощь ему поспешил Соник, хоумингом уничтоживший вражеского ракетчика.

— БЕЖИМ! — крикнула Соня.

Эми ударом молота выбила закрытые ворота, а Наклз, когда группа забежала в коридор, завалил проход, разрушив потолок. На какое-то время герои получили возможность отдышаться и перевести дух.

Наклз привалился спиной к стене и устало выдохнул. Рядом с ним плюхнулся не менее уставший Соник, вытирающий со лба горячий пот. Мэник предпочёл перевести дух в лежачем положении, а Соня была единственной, кто остался стоять на ногах. Эми в это время накладывала на плечо Тейлза повязку.

— Сколько осталось времени до полного погружения в гипер-пространство? — тяжело дыша, спросил Соник.

— Восемь минут, — ответила за Тейлза Соня.

— Уверен, мы уже далеко от нашего родного Мобиуса, — с закрытыми глазами выдохнул Мэник.

— А когда войдём в гипер-пространство — и того дальше окажемся, — «подбодрил» всех Наклз.

Эми почувствовала прилив грусти и тоски. Ещё никогда им не приходилось заходить так далеко: ни ей, ни «Sonic Underground», ни даже классической троице (хотя последняя всегда стояла на передовой). Космос был палкой двух концов: он рождал полёт фантазии и одновременно пугал своей бездонностью. В нём были лишь звёзды и планеты, но при этом не было ничего. Это пугало. Даже самые отчаянные храбрецы вроде Соника — и тем было страшно.

Синий ёж вздохнул, после чего начал подниматься на ноги.

— Надо идти дальше, — сказал он.

Группа небыстрым бегом двигалась по длинному коридору, что уводил их в неизвестность. Где-то там по любому должен быть Эггман. Наверняка он сейчас сидит, пьёт кофе и ест бургер, пока «Яйцо Смерти» готовится к гипер-рывку в пространстве. Осталось всего семь минут, и это начинало Соника и КО пугать: они, может, и остановят Эггмана, однако сделать это до погружения не успеют.

Коридор вывел героев в просторную пустую комнату, стены и потолок которой были прозрачными. Это даже испугало Эми, Тейлза и Соню: они на секунду подумали, что эта зона разрушена, и их может выбросить в открытый космос. Миллионы ярчайших звёзд мелькало на чёрных холстах безликой чёрной пустоты. Этим можно было восхититься, но это же и пугало. Слишком всё футуристично и необычно.

Соник неожиданно засёк впереди какое-то движение и остановился, не пустив друзей дальше (он был впереди остальных).

— В чём дело, брат? — переполошился Мэник.

— К нам гости! — промолвил Соник, и команда приготовилась к бою.

Фигура приближалась к ним из темноты неспешно, стуча тяжёлой обувью по металлическому полу. Ребята пригляделись повнимательнее и смогли распознать очертания игл: к ним приближался ёж. Соник, Тейлз, Наклз и Эми нахмурились: им уже встречались механические образцы Эггмана однажды. Правда, какая это боевая модель, было неясно. Таинственный инкогнито не был огромным, как Сильвер Соник, не стучал по полу громко, как Меха, и не покачивался при ходьбе, как Метал. Это был кто-то другой.

Лучик Солнца внезапно пал на золотые браслеты, что были на запястьях и щиколотках…!

Соник округлил глаза. То же самое сделали и остальные, кроме Мэника и Сони. Нет, это была иллюзия! Самая настоящая иллюзия! Неприятные мысли, что крутились в голове Соника после его возвращения с колонии АРК, не могли стать реальностью. Это было невозможно!

Первыми на свет ступили ноги, обутые в до боли знакомые ботинки с реактивными подошвами, которые казались слишком громоздкими. Красный лампас медленно вытягивался по чёрной шерсти и заканчивался у колен. Всё ближе и ближе подходил он, и совсем скоро из темноты вынырнул не менее знакомый белоснежный мех, что был на груди тёмного ежа.

— Но… это же невозможно! — в шоке прошептала Эми, зажав рот ладошками.

А потом показался и он сам, являя свою личность всем, кто находился в этой комнате. Теперь даже и Мэник с Соней опешили, вспомнив о «том самом еже», про которого им рассказывал Соник за чаепитием.

— Я же не сплю, верно? — вымолвил Наклз, не сводящий глаз с «вернувшегося с того света».

Ёж поднял чёрные веки, и героев обжёг холодный взгляд светящихся в полумраке рубинов. В этот момент картинка, над которой Соник очень долго размышлял, наконец-то собралась воедино, и калейдоскоп вопросов слился в единый восклицательный знак, образуя ответ, которого синий ёж умышленно избегал.

И проникновение на АРК стало ясным…

И похищение браслета-ограничителя…

И долгое отсутствие Эггмана…

— А знаете, что самое обидное? — горько усмехнулся Соник. — Я ведь изначально полагал, что всё так и будет.

Из коммуникатора, что был в руке тёмного аналога, раздался голос старого знакомого.

— Отлично, Шедоу, ты их нашёл! — злобно захихикал Эггман. — А теперь сделай так, чтобы их кишки оказались на свободе.

И мрачный голос ответил ему:

— Вас понял, доктор! Конец связи!

Глава 5: Общий враг

«ГЛАВА 5: ОБЩИЙ ВРАГ»

Соник и КО продолжали молчать, шокированным взглядом глядя на Шедоу. Как в тот раз на мосту, на АРК — чёрно-алый ёж не изменился ни в глазах, ни в голосе, ни даже в стойке, всем своим видом выражая полную боевую готовность. Такой же холодный, мрачный и немногословный, каким запомнился Сонику и его друзьям. Трудно было понять, на кого Шедоу смотрел именно: его взгляд хоть и центрировался на группе, явно не выделял кого-то в приоритет.

Теперь Мэник и Соня могли понять, что из себя представлял «тот самый» Шедоу. Он, конечно, не был точь-в-точь похожим на Соника, но что-то подсказывало им, что этот парень способен задать нехилую трёпку всей группе. Оно и верно: они были уставшими и израненными после ожесточённой схватки с роботами Эггмана, а Шедоу был свеж. У него шансов на победу куда больше.

— Что всё это значит, Шедоу? — вымолвил Соник.

Чёрно-алый ёж пришёл в движение. Герои не успели даже понять, что произошло: одна секунду — и Соник столкнулся с Шедоу на руках, тесня последнего подальше от группы.

— Почему ты помогаешь Эггману? — сквозь зубы спросил синий ёж, не пуская врага к своим друзьям. — Что с тобой произошло?

Шедоу снова промолчал. Размахнувшись, он попробовал ударить Соника по лицу, но тот отпрыгнул назад, а затем побежал на него. Тогда чёрно-алый аналог поступил по-другому: применив «треугольник», он оттолкнулся от углов потолка и спиндэшем влетел герою Мобиуса в спину, вместе с ним улетая в угол. Друзья и ахнуть не успели, как произошёл грохот, а на месте падения образовалось облако пыли.

— СОНИК! — закричал Тейлз.

Шедоу показался через две секунды, спокойным шагом направляясь к остальным. Что касалось Соника, то он лежал без сознания в углу. Первый герой выбыл из игры.

— Ах ты…! — Наклз оскалился и побежал на ежа.

— «Хаос Копьё»! — Шедоу размахнулся и выпустил из руки несколько золотых молниеносных стрел.

У ехидны был опыт в битвах со скоростными противниками. Он уже имел возможность сражаться с такими оппонентами, как Соник, Эмерл и Меха Соник, а потому догадывался о потернах последних. Продолжая бежать, Наклз увернулся от каждой молниеносной стрелы, затем приблизился к противнику и занёс для удара кулак. Но цель исчезла в последнюю секунду и оказалась позади ехидны, повторяя вторую атаку «Chaos Spear». Эти стрелы, правда, не атаковали Наклза — они попали по настенной трубе, откуда хлынул пар и заставил ехидну закрыть лицо руками.

Шедоу решил оставить его и заняться другими. Он за секунду оказался перед Тейлзом и ударил его в солнечное сплетение, и тот, округлив глаза, свалился к ногам чёрно-красного ежа. Эми тоже не решила стоять в стороне. С криком она набросилась на противника, размахивая большим молотом, но тот телепортировался вверх, а затем применил «Chaos Spear».

— А-а-а! — закричала ежиха, когда золотые стрелы обрушились на неё и создали взрыв. Роуз была повержена.

— Сейчас я его…! — Мэник хотел применить «землетрясение», но Шедоу внезапно оказался перед ним.

Град ударов обрушился на зелёного ежа, не успевающего даже закрыться от них. Вобрав в кулак молнию, Шедоу ударил Мэника в челюсть. Затем атаковал ногой, отбрасывая подальше, а добил приёмом «Хаос Копьё». Мэник выбыл из боя.

Шедоу исчез, прежде чем Соня успела ударом ноги атаковать его в голову. Появился ёж сбоку от ежихи и, раскрутившись в спиндэш, ринулся в её сторону. Опешившая девушка не успела бы увернуться…

Наклз вынырнул из ниоткуда в последний момент и успел поймать чёрно-красный шар, но тот продолжил атаковать дальше, заставляя ехидну медленно отъезжать на носках.

— Р-р-р, мы встретились только сейчас, но ты уже успел мне надоесть! — с яростью прорычал Наклз, а потом выкинул противника в стенку, и тот улетел в самый дальний угол. — Впрочем, это не важно! Давно мечтал сразиться с тобой один на один.

Шедоу нахмурил брови. Поняв, что перед ним находится очень крепкий оппонент, он не стал идти в лоб, а использовал «треугольник», спиндэшем отлетая от стен на огромной скорости. Это заставило Наклза дезориентироваться, и чёрно-алый ёж влетел в ехидну колючим шаром, вбивая его в стену. Хранитель Мастера Изумруда проиграл.

— Нет! — вскрикнула Соня и тотчас же осеклась: мрачный рубиновый взгляд упал на неё.

Вот теперь ежиха действительно не знала, что делать. Шедоу положил на её глазах всю группу мобианцев, при этом сам оставшись почти целым и невредимым. Соник по-прежнему лежал в углу, усыпанный металлической крошкой; Тейлз с болью на лице корчился на полу; Эми пребывала без сознания; Мэник «пьяно» постанывал в другой стороне; Наклз был впечатан в стенку. Осталась лишь она!

Шедоу медленным шагом двинулся к ней, на ходу вбирая в руку сгустки золотой энергии. В его глазах не было ни жалости, ни сострадания — он всего лишь исполнял приказ Эггмана и делал это максимально качественно. Его мрачная холодность и непоколебимость заставили Соню ощутить усиленное от страха сердцебиение, и ежиха медленно начала отходить спиной к стене, не зная, что ей делать дальше. Шедоу буквально загонял свою жертву в угол, морально подавляя своей безжалостностью.

Он убьёт её!

Так же, как и остальных!

Соня прижалась спиной к стене. Её глаза с дрожью наблюдали, как Шедоу неспешно сокращает расстояние между ними и медленно поднимает руку, в которой искрились золотые молнии. Ей было страшно! Многих она противников повидала за то время, пока состояла в «Sonic Underground»; многие проигрывали ей; многим уступала и она. Но такой враг попался ей впервые! Теперь ежиха могла на себе прочувствовать, что значит столкнуться с Совершенной Формой Жизни и ощутить на себе то, что когда-то испытывали её друзья. Шедоу был действительно силён. Это не красноречивый Слит, не тупой Динго и уж тем более не истеричный Эггман. Перед ней стояла настоящая машина для убийств.

Шедоу остановился в двух шагах от Сони и испытывающим холодным взглядом посмотрел на неё. О чём он думал, она не могла догадаться: в его глазах не было ничего, кроме равнодушия. Стоило как-то заговаривать с ним? А смысл? Ёж не ответил старым знакомым — не ответит и ей.

Молния в его руке стала ужасающей.

«Шедоу!».

Ёж внезапно остановился. Этот голос — он эхом пронёсся мимо его ушей, каким-то образом затронув что-то в душе «СФЖ». Он был женским, добрым и донельзя родным, будто принадлежал тому, кого Шедоу когда-то знал.

Какая-то синеглазая девушка с золотистыми волосами…

Сине-голубые глаза Сони, наполненные испугом и растерянностью — они были точно такие же, как у той девушки, чей образ предстал перед ним за секунду до возвращения в реальность. Этот взгляд, эти эмоции, эти родные блики — Шедоу не знал, что это было. В глазах этой ежихи было что-то, что заставило ежа увидеть какие-то странные картины…

По колонии АРК бежали две фигуры, одна из которых была чёрно-красным ежом, а другая — хрупкой синеглазой блондинкой. За ними мчались озлобленные солдаты с оружием наперевес. Было страшно! Он спасал самое дорогое, что было в его жизни!

Приближение неизбежного!

Падение в космос!

Выстрел!

«МАРИЯ!!!».

Соня не могла понять, что в этот момент нашло на Шедоу. Готовый прикончить её одной атакой, он внезапно остановился и аннулировал силу хаоса в руке. Его глаза, до сего момента холодные и отрешённые, в одночасье наполнились эмоциями, смакуемыми страшным шоком. Сейчас перед ней стояла не машина для убийств, а живое существо, которое, казалось, потерялось не только в этом мире, но и в самом себе. Было в его взгляде что-то, что навевало на эту мысль.

Больно! Одиноко! Грустно!

Синий шар выскочил из ниоткуда и ударил потерявшего бдительность Шедоу, который кубарем отлетел в сторону, а затем впечатался в стенку. Опешившая Соня вздрогнула.

— А вот сестру мою обидеть я тебе не позволю, — Соник с ухмылкой утёр нос и закрыл её собой. — Хоть ты и неплохой парень, но уж больно позабыл, с кем тебе пришлось спасать Мобиус. Мне прям это не нравится.

Шедоу стиснул зубы и поднялся на ноги, после чего заметил, как всё вернулось на круги своя. Те, кого он одолел, вновь восстали и смотрели на него решительными глазами, готовые ко второму раунду. Особенно Наклз, чьи кулаки полыхнули пламенем ярости.

— Давай, Соня, присоединяйся к веселью! — хмыкнул Соник, показав ежихе большой палец. — Пора нам накостылять Мистеру Пафосу по самые орехи.

— Я ему все косточки пересчитаю! — прорычал Наклз.

— А я добавлю! — зло пообещала Эми.

— И меня со счетов не сбрасывайте, — осклабился Мэник.

Второй раунд начался.

Шедоу исчез, но Соник заметил его появление сбоку и атаковал спиндэшем, заставив чёрно-алого собрата отъехать назад. Наклз с рычанием ринулся на противника, а когда Шедоу перепрыгнул через него, то был сбит мощным молотом, что метнула в него Эми. Упав, ёж хотел снова броситься в бой, но не тут-то было: земля задрожала благодаря ухмыляющемуся Мэнику. Это дезориентировало Шедоу, и остервенелый Наклз мощным хуком впечатал противника в стену, на которой появились трещины.

— Вот так, будешь знать! — весело присвистнул Соник.

Шедоу мрачно прорычал. Он начал телепортироваться и атаковать оппонентов: сначала синего, потом красного, зелёного ударил в затылок, а розовая успела выставить перед собой молот, куда чёрно-красный спиндэш и врезался. Отпрыгнув, Шедоу обернулся и тут же получил удар от Тейлза, подлетевшего к нему сзади. Озлобленный ёж решил прикончить лиса Хаос Копьями, однако поспешившая Соня применила пурпурное вращение и вихрем атаковала его в спину, из-за чего ёж упал животом на пол. Стоило ему подняться, как Соник с прыжка повалил его и вместе с ним покатился в сторону.

— Я не знаю, зачем ты помогаешь Эггману, но раз так, то получай! — и Соник ударил кулаком Шедоу в челюсть, из-за чего тот отлетел назад.

Чёрно-красный ёж оскалился. Спиндэшем он влетел в Тейлза и сбил с ног, но сам был отфутболен мощным ударом «Пико-Пико» подоспевшей Эми. Наклз был наготове, и, когда Шедоу пролетал мимо, нанёс ему болезненный удар прямо в спину. Ёж округлил глаза от боли и харкнул слюной, а Соник спиндэшем впечатал его в стенку.

— «Хаос Копьё»! — Шедоу подпрыгнул и выстрелил копьями по синему сородичу.

— «Звуковой Ветер»! — Соник увернулся от каждого снаряда и закрутился вокруг противника, создавая синий смерч.

Порывы ветра захлестнули «СФЖ» и подняли над землёй подобно «карусели». Тейлз прицелился и выстрелил в ежа из лазерного карабина, из-за чего Шедоу грохнулся на пол. Не успел он подняться, как тут же получил мощный огненный апперкот от Наклза и со свистом улетел в потолок.

— Ха-ха! — ухмыляющийся Мэник направил на него ладонь и стал воздействовать на пробитый трафарет, дабы тот затянулся.

Шедоу почувствовал, как строение начало его сдавливать, и телепортировался вниз. Однако там его встретил пурпурный вихрь Сони, который оттолкнул его прямо к «Пико-Пико» Эми, а та, в свою очередь, подбросила его вверх. Меткий Тейлз сбил противника лазером, и бегущий внизу Наклз плечом врезался в живот Шедоу. Добивающим стал спиндэш Соника, который врезался в спину харкнувшего от боли слюной собрата и впечатал его в пол, подняв облако пыли.

После этого герои перегруппировались и отскочили назад, готовые продолжать сражение с Совершенной Формой Жизни.

— I’m waiting! — с издевкой протянул Соник, продолжая ухмыляться.

Шедоу скрипнул зубами, однако нашёл в себе силы подняться из вмятины в полу и встать на ноги. В какой-то момент всё пошло не по плану, и удача оказалась на стороне его оппонентов. Изначально ёж полагал, что сможет одолеть сразу всех мобианцев, учитывая их усталость и раны после битвы с роботами, и это было действительно так: он за минуту положил всех, кроме Сони.

Последняя сейчас тоже была в составе атакующих, и те эмоции, что Шедоу видел в её глазах, исчезли. Чем она воздействовала на него в тот момент, он не знал, однако его задержка позволила другим ребятам перевести дух и вернуться на поле битвы с новыми силами. Тут-то палка двух концов и ударила ежа по спине, причём безжалостно.

Коммуникатор на его руке неожиданно затрещал.

— Шедоу, бросай всё и возвращайся в штаб! — приказал ему Эггман. — Гипер-рывок начнётся через пятнадцать секунд!

— Так точно, доктор! — Шедоу опустил руку и исчез в «Хаос Контроле».

— ЭЙ, А НУ ВЕРНИСЬ! СЕЙЧАС ЖЕ! — прорычал Наклз, сжав кулаки. — АРР, ВОТ ЖЕ ТРУС!

— А неплохую мы ему задали трёпку, — хмыкнул Мэник.

— Что это было? — Тейлз посмотрел на Соню. — Как у тебя получилось его дезориентировать?

— Я… я не знаю… — удивлённо ответила ежиха, похлопав глазами. — Он сам остановился.

— У-у-у, обаяния у нашей модницы хватает с горстку, хе-хе.

— Заткнитесь, Соник и Мэник! — огрызнулась она, чем рассмешила своих братьев, что дали друг другу «пятюню».

— Ладно, пойдём дальше, — сказала Эми.

Герои только начали движение, как тут же остановились. Пространство внезапно начало искажаться и плыть перед глазами, будто отражение в воде. Ориентироваться в происходящем стало очень сложно.

— «Линкор начнёт погружение через: Пять… Четыре… Три… Две… Одна…».

— Ах, чёрт, голова! — посетовал Соник.

Пространство вдруг скрутилось в бараний рог, и «Яйцо Смерти» охватило бирюзовое свечение, в котором линкор и растворился. Какие-то спиральные соединения и пурпурные пути из миллионов звёзд промчались мимо летающей крепости, сотни ударяющих во все стороны молний пронеслись перед защищёнными бронёй окнами. В какой-то момент произошёл сбой питания.

«Яйцо Смерти» пропало…!

***

— «Гипер-рывок успешно выполнен! Работоспособность линкора восстановлена!»

Соник и КО начинали приходить в себя после погружения в гипер-пространство. Когда всё началось, они потеряли сознание и большую часть пути провели в «отключке», пока «Яйцо Смерти» стремительно приближалось к нужным ему координатам.

— У меня одного голова кружится, или это у всех? — поинтересовался Мэник.

— Полагаю, у всех, — ответила Соня, которую начало тошнить.

— Мне станет очень плохо. М-мамочки…! — Эми округлила глаза и прижала ладонь ко рту, но, к счастью, отделалась лишь этим: сегодняшний завтрак наружу не полез.

— Гадкий Эггман! — хмуро сказал Наклз.

— Ну, он предупреждал, чтобы весь состав бежал в комнаты безопасности, разве нет? — засмеялся Соник, однако его шутку никто не оценил.

— Мм? Что это? — вдруг удивился Тейлз, и ребята посмотрели на него.

Комната, в которой находились мобианцы, открывала для них масштабный простор. И поэтому они могли увидеть то, ради чего сюда и прибыли.

Перед ними располагалась удивительная планета, по внешнему виду мало чем отличающаяся от Мобиуса. На ней были и очертания облаков, и места с водным составляющим, и земли, и ещё масса чего. Вот она — та самая Дикая Планета, о существовании которой предполагали «G.U.N.», и которую собирался захватить Эггман. Это действительно был второй «Мобиус».

— Вау, какая же она красивая! — мечтательно улыбнулась Эми.

— Согласна с тобой! — поддержала её Соня.

— Ты был прав, Тейлз: это идеальное место для плацдарма, — сказал Соник.

— Пойдём дальше, — бросил Наклз и первым двинулся вперёд. — Я чувствую поблизости энергию Изумрудов Хаоса. Думаю, она выведет нас прямо в центр «Яйца Смерти».

— Пора положить конец планам Эггмана, — хмуро изрёк Тейлз.

Команда бежала без остановки. В этот раз, правда, долго задерживаться не пришлось: роботы, видимо, плохо переносили путешествие по гипер-пространству, а с танкоподобными преградами разбирался Мэник, уничтожая ведущие на разные этажи мосты. Чем дальше герои углублялись в «Яйцо Смерти», тем сильнее Наклз чувствовал присутствие волшебных Изумрудов.

— Здесь!

Ехидна размахнулся и мощным ударом выбил дверь, после чего команда оказалась в главном штабе.

— Ба-а-а, они уже здесь! — испугался Слит.

Соник вышел вперёд и оценил обстановку. Эггман сидел на роскошном механическом кресле и, положив ногу на ногу, управлял крепостью. Слит стоял в восточной части комнаты, где следил за состоянием «Яйца Смерти» и оценивал происходящее. Динго ничего не делал, ибо не соображал в этом ни на грамм — он сидел на ступеньках с унылой физиономией, которую подпирал мускулистыми руками. Шедоу тоже был тут, но стоял ёж по правую сторону от Эггмана, скрещивая руки на груди и держа глаза закрытыми.

— Привет, Эггман! Как дела? — ухмыльнулся Соник.

— Какой же ты всё-таки противный, мерзкий ёж! — с неприязнью ответил Эггман. — Ты хоть раз дашь мне что-нибудь захватить?

— Не в сказке, посвящённой милому мне.

Мэник усмехнулся.

— Что это за планета? — вдруг спросил Тейлз. — Как тебе удалось найти её?

Эггман хохотнул, но внезапно решил поведать своим злейшим врагам историю, которая и привела его к такому открытию.

— Перед вами Авалис — планета чудесных изысканий и диких отпрысков. В какой-то степени она похожа на наш Мобиус, однако… — Эггман вдруг осклабился и погладил ус. — Тут не всё так просто, ги-хи!

Это произошло до того, как мы схватились в ожесточённой борьбе на колонии АРК. Я рылся в архиве и пытался найти информацию по «Пушке Затмения». Мне хотелось сделать её прототип, чтобы удвоить свои шансы на абсолютную власть над миром. Правда, дела шли у меня так себе: состав этого оружия был иноземным и не имел никакого отношения к нашей Вселенной. Более того, я наткнулся на некоторые записи моего покойного дедушки, которые заставили моё представление о всём насущном несколько расшириться.

Соник и КО молчали, слушая историю коварного доктора.

— В записях был указан странный реликт, который обладал удивительным запасом энергии, при этом не имея ничего общего с Изумрудами Хаоса. Что это было, я не понял что тогда, что сейчас — передо мной находился рисунок странного синего камня. Как я понял, «Пушка Затмения» работала исключительно на его энергии, используя лишь малую часть этого артефакта. Это настолько меня заинтриговало, что я позабыл о сне и продолжил рыть информацию дальше.

Мой дедушка — гений из всех гениев, превзошедший даже самого создателя нашей Вселенной! Из его дневников я узнал, что он опасался некой расы, что должна была прибыть на Мобиус за семью Изумрудами Хаоса, и решил создать оружие, способное одним выстрелом уничтожить её. На тот момент Джеральд столкнулся с одной неприятной проблемой: энергию Изумрудов Хаоса трудно было контролировать. Это сейчас она более-менее стабильна, но пятьдесят лет назад её сила была колоссальной. Поэтому дедушка оставил идею с Изумрудами и стал искать другой источник энергии — более стабильный и менее капризный.

Второй документ был повреждён... точнее, первая его часть. Я пытался с помощью разных манипуляций восстановить фрагмент начала, но у меня ничего не вышло. Пришлось довольствоваться тем, что имелось в итоге. Как я понял, Некто с пониманием отнёсся к миссии дедушки и вручил ему фрагмент синего камня, сказав, что это — идеальное решение для такой задачи. Счастью Джеральда не было предела! За полгода он смог создать уникальное оружие во всём мире, способное одним выстрелом сокрушать целые планеты. Его энергия была стабильна, как никогда ранее, а гармоничное сочетание нейтрона с ураном обещали абсолютную надёжность, способную предотвратить работу от каких-либо сбоев. Так и появилась на свет пушка, которую дед назвал «Пушкой Затмения».

Очевидно, что дедушка знал о существовании Авалиса. Чтобы воссоздать имитации бога Хаоса, ему пришлось использовать какие-то кристаллы с этой планеты, дабы выведенный искусственно гомункул был способен принимать жидкую форму и изменять её по своему усмотрению. Заимствование знаний из Авалиса и применение их на практике на Мобиусе сделали Джеральда истинным уникумом. Такие открытия больше никому не давались.

— Ну, а что было дальше, вы и так прекрасно знаете, — закончил Эггман. — Власть посчитала моего деда врагом народа, ну и там… — доктор искоса глянул на молчаливого Шедоу. — В общем, ужасная история пятидесятилетней давности. Ничего особенного.

Соня и Тейлз тотчас же заметили, как Шедоу приоткрыл глаза, но посмотрел себе под ноги. Всего лишь на пару секунд, но им отчётливо стала понятна одна вещь: Эггман специально чего-то не договаривает в его присутствии, а сам ёж чем-то озадачен.

Однако заметили это не только они!

— Хэй, Шедоу! — вдруг крикнул Соник, чем привлёк его внимание. — Ты так и не ответил мне, как тебе удалось вернуться с того света?

Чёрно-красный ёж обжёг синего мрачным взглядом, но тот ни капли не смутился.

— Мы же вместе с тобой спасали Мобиус от падающей АРК, разве не помнишь? Ты применил великий «Хаос Контроль», чтобы…

— Не слушай этого негодного ежа, Шедоу, — Эггман резко перебил героя, что последнего крайне насторожило. — Он делает это специально, чтобы тебя одурачить.

«Он что, действительно ничего не помнит?», — пронеслось в голове Тейлза. Подобная мысль могла бы казаться бредовой, если бы не одно «но»: Шедоу нападал на них. Но ведь последние минуты своей жизни он потратил на то, чтобы исправить свою ошибку и помочь героям спасти Мобиус от неминуемой гибели. У него по факту больше не было причин враждовать с Соником и КО, а уж тем более помогать Эггману в захвате Авалиса.

Соник вдруг оскалился. Раскрутившись в спиндэш, он рванул к Эггману, однако Шедоу применил тот же приём и сбил ежа, отталкивая его назад. Все ахнули.

— Не хочешь ли ты сказать мне, что Шедоу является твоей ключевой фигурой в захвате Авалиса? — хмуро уточнил Соник, чем удивил всех своей проницательностью. — Как и я, он может использовать супер-форму, а в ней практически всё становится по плечу.

— Кто? Я?! Пф-ф, ничего подобного! Всё, чего я хочу — это помочь Шедоу вспомнить своё прошлое, — говорил Эггман под вид белого воротничка, якобы изобразив полное сострадание к проблеме Совершенной Формы Жизни. Однако герои, знающие истинную натуру этого человека, всё поняли. И это им страшно не понравилось. — Впрочем, пора кончать с вами, пока вы окончательно мне всё не испортили.

Соник и КО и глазом моргнуть не успели, как оказались окружены множеством роботов, целящихся на них из карабинов. Слит ухмыльнулся и достал пистолет, а Динго держал наготове лазерный пулемёт. Шедоу тоже встал в боевую стойку, готовый в любую минуту использовать «Хаос Копьё».

— Знаешь, Соник, ты не раз становился костью в моём горле. Что бы я ни делал, ты всё время мне мешал, лез туда, куда не нужно. Но теперь я положу конец твоим подвигам, — Эггман хищно улыбнулся. — Лучше бы ты остался на Мобиусе вместе со своими друзьями, а не шёл по моим пятам, как сыщик. Но да ладно, оставим лирику. Ёж Соник, пришла твоя пора умере…

Неожиданный грохот, сопровождаемый страшным взрывом, заставил злодея прервать свою триумфальную реплику и истерично заорать. Да что там, остальные, включая героев, тоже опешили, не понимая, что сейчас произошло. «Яйцо Смерти» вдруг сотряслось со страшной силой, и всему виной был не мастер землетрясения Мэник. Подтверждением этому были красные лампочки, что в одночасье замигали. Это была тревога!

— Б-б-бос…! — Слит в панике посмотрел на экран. — Сектор Б-978 разрушен.

— ЧТО? — опешили все, кроме молчаливого Шедоу.

— Бортовой компьютер, соедини меня с сектором Б-978, — приказал Эггман, на что тот ответил ему «Отказано в доступе!». — Арр, какого чёрта? Что всё это значит?

— Б-б-босс…!

— Что?

— На радаре! — вымолвил Слит, и все обратили внимание на огромный экран, что висел над комнатой.

Все ахнули: к «Яйцу Смерти» медленно приближался огромный дредноут. Огромное оснащение различных пушек и гауссбийц могло говорить лишь о военном происхождении данной крепости. На его борту стояла тысячная армия странных одноглазых существ, заключённых в броню-аквариум и державших оружия наперевес.

Внутри дредноута этажей и мостов было не меньше, по которым передвигались не только солдаты-мутанты, но и различные кибернетические машины. Большая часть стен была заставлена капсулами разных гамм, в каждой из которых плавал эмбрион очередного мутантоподобного подвида. Растущие цветы выделяли странный едкий запах, который наверняка содержал в себе не кислую дозу яда, способную погубить целый город.

— Ша-ха-ха-ха! В самое яблочко! — шипяще засмеялся закованный в броню змей.

Это был генерал армии, о чём говорил его воинственный шлем. Его алые, полные жаждой крови глаза смотрели через броневое окно на «Яйцо Смерти», сбоку которого виднелся дым — именно туда ударила ракета, пущенная им.

— Прекрасно, Серпентин, прекрасно, — ответил ему мрачный, грозный, насмешливый голос.

Его обладателем был высокого роста гуманоид (не то лягушка, не то инопланетянин), облачённый в не менее громоздкую броню. Над его красными, как кровь, глазами располагались большие брови, чем-то похожие на усы Эггмана. Его броня была напичкана различными микросхемами и имела дискретное лазерное оружие, а также смоченный зелёным ядом клинок, что находился в железных ножнах. На красном плаще был изображён символ перечёркнутой Дельты.

Грозно улыбнувшись, он произвёл несколько манипуляций на сенсорном экране, и Эггману тотчас же поступил вызов. Последний, ничего не понимая, принял его.

— Полагаю, я не единственный, кто перемещается от одного мира до другого в поисках полезных ископаемых. Ну что ж, приятно видеть коллегу по делу, — промолвил он, представ на экране Эггмана в полном росте. — Я лорд Арктивус Бревон — галактический захватчик и коллекционер уникальных артефактов! Полагаю, вам есть, что мне предложить.

— Что? Предложить?! Да ты понимаешь вообще, с кем решил связаться, а? — озлобленно прорычал Эггман, не оценивший выход вражеского дредноута на публику. — За то, что атаковал «Яйцо Смерти», я с тебя три шкуры спущу, мать твою!

— Пф-ф, ахахаха! Вы весьма темпераментная личность, что уж тут. Мне действительно стоило об этом подумать, когда я отдавал приказ своему воеводе на атаку.

— Этот парень явно знает, чего хочет от жизни, — заметил Соник.

— Уже давно мой дредноут путешествует по космосу в поисках наилучшего источника энергии. Тех артефактов, что я находил на других планетах, оказалось недостаточно для реализации моих амбиций и желаний.

— И ты хочешь, чтобы я тебе сейчас сопли вытер, а после приголубил? — грубо вопросил Эггман.

— Мои сенсоры засекли на Вашем линкоре целых семь источников удивительной энергии, которой нет ограничения. Полагаю, Вы окажитесь благоразумным и щедро поделитесь со мной тем, что имеете. Взамен я свято обещаю, что продолжу свой путь дальше, а вы вернётесь к своим делам, — закончил Бревон.

— Семь источников? Это же Изумруды Хаоса! — сжал кулаки Наклз.

— Ты действительно отдашь этому бровастому часть Изумрудов? — поинтересовался Соник.

Хотя ответ и так был очевиден.

— Слушай сюда, ты! — Эггман от злости ударил кулаком по клавиатуре, из-за чего та сломалась, рассыпав на пол кнопки. — Я не знаю, кем ты себя возомнил здесь, однако всё, что я могу тебе предложить — это…!

И показал ему «фак», причём так, чтобы галактический лорд видел это вместе со своей армией.

— Оу, — изумилась Эми.

— А теперь я предложу тебе кое-что, хорошо? Спасибо за внимание! — продолжая язвить, доктор кашлянул в кулак и продолжил: — Забирай свою рухлядь и проваливай отсюда, пока я не осерчал. Иначе остатки своей жизни потратишь на то, чтобы шалаш себе сколупать. Ты понял меня, мать твою?

Соник и КО знали, что Эггман — человек эмоциональный и очень импульсивный. Однако даже они были удивлены, видя знакомого злодея в подобном амплуа. Да что там, Слит и Динго тоже опешили. Бревон, может, и вселял страх и ужас в других, но в этот раз не на того он напал. Эггман был не из трусливых.

— Как грубо! И всё же я дам Вам шанс, чтобы Вы сделали правильный выбор, — грозно улыбнулся Бревон. — Подумайте: эта стычка не нужна ни Вам, ни мне. Если Вы окажитесь благоразумным, ничего страшного не случится. Всё, что в Вас пострадает — это чрезмерное самолюбие и гордыня. Но если нет…! — враг хищно улыбнулся. — Я дам приказ на атаку и не оставлю от Вашего судна мокрого пятнышка. Решите сами для себя, уважаемый — стоит Ваша жадность свеч или нет?

— Он явно не лукавит, — промолвила Соня.

Это понимали и остальные присутствующие. Дредноут Бревона тоже был военизирован и напичкан армией — у него были весомые шансы на то, чтобы вступить в ожесточённую схватку с флотом Эггмана. Что из этого могло выйти, пока не знал никто, но одно было ясно: добром подобное не закончится.

— Слит, приготовь орудия к бою! — приказал Эггман, и волк послушно выполнил его указания. — А ТЫ, ЖАБЬЯ РОЖА, ГОТОВЬСЯ К СМЕРТИ! Я РАЗНЕСУ ТВОЁ КОРЫТО К ЧЕРТЯМ СОБАЧЬИМ! ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ О ТОМ, ЧТО ПОСМЕЛ ВСТАТЬ НА ПУТИ ВЕЛИКОГО ДОКТОРА ЭГГМАНА, ВЕЛИЧАЙШЕГО ГЕНИЯ ИЗ ВЕЛИЧАЙШИХ!

Лорд закатил глаза и вкрадчиво изрёк:

— Что ж, я предупреждал!

Связь оборвалась.

Линкоры вступили в бой. Со стороны Бревона вылетело несколько ракет, которые были сбиты лазерными выстрелами Эггмана. Роботы и бадники вырвались на свободу, а затем сцепились с ботами противника, после чего началась ожесточённая схватка. Взрывы, грохоты, оглушительные шумы — «Яйцо Смерти» охватила ужаснейшая тряска, о хорошем мало что говорящая. Самые грозные бойцы Эггмана — танкоподобные роботы-носороги — столкнулись с летающими воителями-барсами Бревона, и «мясорубка» лишь усилилась. Наклз, видя такую картину, впал в «каплю»: они бы вшестером потратили на одного такого робота немало времени, а тут это…!

Снаряды обрушивались на линкоры подобно граду. «Яйцо Смерти» было поражено в нескольких местах и начинало дымиться, что дико пугало Слита, всё время сообщающего доктору о повреждениях корабля. Однако судно Бревона тоже не осталось целёхоньким, поскольку горело практически идентичным пламенем разрушения. Они поливали друг друга лазерными стрелами, обстреливались ракетами, использовали практически весь свой арсенал — ни один из них не уступал друг другу.

Однако становилось ясно, что в лобовом противостоянии верх возьмёт Бревон. То ли его дредноут был более бронирован и вооружён, то ли иноземные технологии сказывались в пользу — он оказался гораздо крепче, чем «Яйцо Смерти», чьё будущее было очевидным. К тому же, бойцы Бревона в основном состояли из живых ботов, заключённых в аква-доспехи, тогда как армией Эггмана выступали роботы, неспособные анализировать происходящее. Они тупо стреляли и шли вперёд, а боты делали не только это, но ещё и прятались за укрытиями. Одним словом, в плане ИИ выигрывал Бревон, и это сильно сказывалось на противостоянии двух фракций.

— Ба-а-а-а! — Слит в панике схватился за голову, видя, сколько урону нанёс им Бревон. — Ваше Злодейство, мы в беде! «Яйцо Смерти» разрушено на семьдесят процентов. Если так продолжится и дальше, нам конец.

Тем временем…

— Серпентин, бери самый элитный отряд и иди в наступление, — с грозной ухмылкой приказал Бревон.

— Слушаюсь, мой лорд! — осклабился змей и махнул ботам клешнёй, чтобы они шли за ним.

Эггман зло скрипнул зубами. Его враг явно знал толк в военных действиях, раз способен был вытворять подобные вещи. Изначально доктор полагал, что Бревон будет таким же предсказуемым, как «G.U.N.», но это было ошибкой. Причём, такой, что теперь нужно было тщательнее анализировать и думать, как быть дальше. Уйти от врага нельзя было: «Яйцу Смерти» придётся прекратить бой, чтобы набрать скорость, но тогда дредноут Бревона добьёт его, и на этом история великого Айво Роботника закончится. Надо было что-то предпринять.

— Слит, бери Сильвер и Меха Соников, и иди в наступление! — приказал Эггман, чем напугал волка, однако тот не стал спорить и побежал исполнять указания босса. — Динго — на тебе отряд молотоборцев!

— Есть! — шакал побежал в казарму.

— Шедоу, ты тоже вступай в бой! Снаружи сейчас происходит полный хаос, поэтому будь готов к любым неожиданностям.

Чёрно-красный ёж кивнул и, убрав руки с груди, исчез в «Хаос Контроле».

— Полагаю, наступил тот самый момент, когда мы должны на время позабыть о склоках и объединиться? — с хитрой улыбкой уточнил Соник.

— Представь себе, да! — огрызнулся Эггман, не питающий приязни от этой идеи. — Для начала разберёмся с этим бровастым кретином, а уж потом будем думать, как избавиться друг от друга.

— Хе-х, идёт!

Синий ёж повернулся к своим друзьям.

— Основная часть врага приходится на центр «Яйца Смерти» — с него и начнём! — сказал Тейлз.

— Понеслась! — рыкнул Наклз, стукнув кулаками друг о друга.

***

Шансы на победу значительно удвоились, когда Соник и КО стали работать с Эггманом сообща. Не успев оказаться снаружи, мобианцы вступили в схватку с ботами Бревона, а роботы коварного доктора всячески прикрывали его союзников, тесня врага назад. В этом поприще себя нашли и танкоподобные носороги, что тараном сносили противников, и орлы-истребители, и стражники с молотами. Теперь, когда Эггман был союзником, Соник и КО могли не опасаться его армию, с которой сражались двадцать минут назад. У них была одна задача: сокрушить Бревона.

Боты оказались на редкость крепкими: Наклз мощным ударом уложил одного, но тот тотчас же встал и открыл по ехидне огонь. Последний был спасён спиндэшем Соника, который добил врага и одновременно внёс новую директиву в энциклопедию неизвестных врагов.

— Нужно сделать два мощных удара, чтобы уложить их! — сообщил Тейлз.

Эми, к сожалению, оказалась слишком неуклюжей на открытой местности, а потому ей пришлось уйти на задние ряды, дабы не стать решетом для инопланетных захватчиков. Соня тоже не выходила на передовую, предпочитая вести дальний бой с помощью лазерных пушек и пурпурного вихря. В какой-то момент патроны иссякли, и девушка, готовая вступить в рукопашный бой, была остановлена появившимся Динго.

— Сонечка, я тут оружия принёс, чтобы мы с ними вдвоём разобрались, — смущённо пролепетал он, пододвигая к ней целый ящик с боевым арсеналом.

— Оу! Отличная идея, Динго! — улыбнулась ежиха, беря в руки первую попавшуюся пушку.

Мэнику приходилось несладко: боты окружали его со всех сторон, а использование землетрясения и так забирало немало жизненной энергии. На помощь к нему пришёл Слит, на крыло корабля которого зелёный ёж и запрыгнул, прежде чем враги начали стрелять по нему лазерами.

— Используй гауссбийцу, чтобы сбить этих недомерок! Я буду управлять истребителем, — сказал Слит.

— Ха! Давай покажем им! — азартно улыбнулся Мэник, хватаясь за ручки тяжёлой спиральной «рельсы».

Шедоу держался один, но от этого он только выигрывал. Боты нападали на него и тут же отлетали назад, а чёрно-красный ёж продолжал скользить дальше на своей реактивной обуви. Он атаковал врагов «Хаос Копьями», исчезал в «Хаос Контроле» и поочерёдно перебивал супостатов, голыми кулаками превращая их в ничто. Один бот попытался напасть на ежа сзади, но тот схватил его за аква-шлем рукой и через неё выпустил «Chaos Spear», взрывом разорвав голову противника на кусочки.

Элитные боты Бревона — летающие капсулы с двумя щупальцами — заставили героев опешить: они могли превращаться в гигантских воинов. Однако с ними боролся уже озлобленный Эггман, спускающий на них танкоподобных великанов, как собак. Это был уже бой самых настоящих титанов, никак иначе.

Соник хотел провести очередной хоуминг, как тут же отпрыгнул назад и сделал это очень вовремя: на прежнее его место упала ракета.

— Слишком медленно! — хвастливо хмыкнул Соник, утерев большим пальцем нос.

— Это только начало, маленький глупый ёжик! — шипяще осклабился Серпентин.

Змей очень быстро добрался до синего ежа и энергетическим выстрелом отбросил его назад. Однако на смену Сонику пришёл Наклз, мощным ударом откидывающий правую руку Бревона от своего друга.

— Ты как, Соник? — обеспокоенно спросил Тейлз, помогая лучшему другу подняться.

— Нормик, хе-хе, — Соник улыбчиво показал лису большой палец и перевёл взгляд на врага. — А этот парень явно умеет сражаться. Немногие могут достать меня.

Наклз не слушал ежа, решив наброситься на Серпентина в одиночку. Однако тот сумел увернуться от сильных ударов ехидны — они, к сожалению, были медленными, — а затем опалил его струёй пламени из огнемёта. Прежде чем Наклз успел потушить огоньки на руках, Серпентин сделал рывок в его сторону и металлической клешнёй отбросил назад.

— Кха-х!!! — Наклз грохнулся около Соника и Тейлза, после чего оскалился. — Сильный, однако, засранец!

— Если атакуем его вместе, мы точно победим! — бросил Тейлз.

— Хорошая идея, парень! — хмыкнул Соник.

Началась командная работа.

Соник атаковал Серпентина хоумингом, но стоило тому отбиться, как на него набросился Наклз с мощными ударами. Змею пришлось туго, однако ему удалось вырваться из ближнего боя и провести несколько ракетных залпов. С ними разобрался Тейлз, меткими выстрелами сбив каждую ракету. Опешивший Серпентин тут же получил спиндэш в затылок и, падая, напоролся на огненный кулак ехидны, который тотчас же его подбросил вверх. Тейлз поднялся над землёй благодаря хвостам и выстрелил в Серпентина, и тот, падая, получил мощный удар от второго спиндэша Соника.

— ША-А-А-А-А! НА КУСКИ ВАС ПОРЕЖУ!!! — яростно прорычал Серпентин.

Он очень быстро добрался к Сонику и с размаху ударил его железной клешнёй по лицу. Одновременно змей выстрелил энергетическим шаром в Тейлза, из-за чего тот улетел назад. Наклз хотел ударить Серпентина, но тот подкинул его вверх, а затем начал стрелять в него фиолетовыми пулями, при этом злорадно хохоча.

— Ну всё, мне это надоело! — Соник ударил кулаком по земле и, раскрутившись в спиндэш, рванул на змея.

Синий шар врезался Серпентину в спину, и Наклз, применив огненное вращение, сверху упал на врага, им же делая в «Яйце Смерти» небольшую вмятину. Бегущий к друзьям Тейлз бросил в лицо Серпентину дымовую завесу, и, пока тот пребывал в растерянности, кивнул друзьям. Соник схватился за ноги летающего Тейлза, Наклз — за него, и лис пинками выкинул синий и красный шары в дым, «Ударом Грома» поражая врага. Змей на пару секунд перестал шевелиться, и в бой вступил Наклз, с помощью мощных ударов закидывая его фаирболлами. Добивающим ударом стал спиндэш Соника, ускоренный толканиями Наклза и Тейлза: он будто вошёл в «Boost», со свистом добравшись до змея. CRACK! — синий шар врезался прямо в лоб Серпентину. Произошёл сильный хруст — видимо, Соник в этот момент что-то повредил врагу. Атака была настолько мощной, что шлем Серпентина треснул и рассыпался, как сахар.

Бревон решил покинуть центр управления линкором и понаблюдать за шикарной (по его мнению) битвой на «Яйце Смерти». Он стоял на краю своего корабля и, скрестив руки на груди, смотрел, как его воины сражаются с бойцами Эггмана. Неподдельный интерес у него вызвали Соник, Тейлз и Наклз, вовсю сражающиеся с Серпентином на равных, а ведь это был самый лучший боец Бревона. Отлично и слаженно на врага наступали Слит, управляющий истребителем, и Мэник, стреляющий в ботов из гаусс-пушки. Хорошую защиту составляли Соня и Динго, обстреливающие противников из-за укрытия. Эми никак не выделялась в этих сражениях, потому враг её даже не замечал.

Зато его заметил Шедоу, закончивший с убийством очередного бота. Так как это был идеальный шанс, чтобы убить лидера вражеской армии и лишить последнюю мотивации, чёрно-красный ёж не стал медлить. Он ускорился до звукового барьера и раскидал ботов в разные стороны. Затем сократил половину пути до линкора Бревона благодаря хоумингу, а оставшийся преодолел приёмом «Хаос Контроль».

Бревон это увидел. Когда Шедоу появился из вспышки «Хаос Контроля» и спиндэшем ринулся к нему, лорд прикрылся железной рукой и на неё принял удар. Вращение чёрно-красного шара заставило врага немножечко отъехать назад, однако он оказался слишком силён и смог откинуть «СФЖ» назад, при этом не извлекая из ножен оружие. Шедоу тоже отъехал назад на гравиках и приготовился к бою, формируя в руке «Хаос Копьë».

— Ну здравствуй, Шедоу! Давно не виделись, — вдруг промолвил Бревон.

Ёж тотчас округлил глаза, и копьё хаоса в его руке пропало.

— Откуда ты знаешь моё имя? — мрачно спросил он, плохо скрывая свой шок.

— Я многое о тебе знаю, Совершенная Форма Жизни, ёж Шедоу, — Бревон скрестил руки на груди и грозно улыбнулся. — Ты — потомок ужасного Блэк Дума!

Шедоу хотел что-то сказать, однако внезапная головная боль адским пламенем обожгла его мозг и заставила ежа упасть на колени, скрипя зубами. Какие-то смутные картины лишь на мгновение предстали перед красными глазами «СФЖ», но потом всё вернулось на круги своя.

— Оу, я понял. Кое-кто прочистил тебе мозги, пока ты находился в коме. Весьма умно, учитывая, что некоторые лица на тебя возлагали великую миссию, — задумчиво изрёк Бревон. — Впрочем, всё это лирика.

Шедоу приоткрыл глаза и тут же получил мощный удар от Бревона, который скинул ежа с дредноута.

— Пора покончить с сопротивлением жалких недомерков, — и Бревон, взмахнув плащом, отправился в главный штаб.

Серпентин, словно услышав босса, перестал сражаться с командой Соника и бросился в отступление. То же самое сделали и боты Бревона, улетающие обратно на линкор. Что касалось Шедоу, то ёж с грохотом упал на «Яйцо Смерти» и проломил собой верхний слой брони, скрипя зубами от боли. Его падение видели все.

— Шедоу! — Соник первым бросился на помощь своему аналогу, подавая ему руку. Остальные тоже подошли к нему.

Чёрно-красный ёж проигнорировал синего и поднялся самостоятельно, хмурыми глазами глядя на вражеский дредноут. Бревон обмолвился о Блэк Думе — существе, о котором Шедоу никогда раньше не слышал. Да что там, он вышел из комы относительно недавно и не помнил даже того, о чём говорили ему Соник и КО. Даже Эггман — и тот молчал о прошлом чёрного ёжа, ссылаясь лишь на какие-то фрагменты, связанные с новой планетой. Шедоу не знал, во что верить: его мозг одинаково принимал информацию как со стороны врага, так и союзника, отдавая сильной пульсирующей болью в висках. Соник и КО говорили о совместном спасении Мобиуса, Эггман — наличии легенды о пылающем в золотом огне еже, а Бревон — безликом Блэк Думе.

Кто же врал из трёх сторон, если каждая информация приносила ежу одинаковую боль?

— О нет! — вдруг раздался из динамиков голос Эггмана. — Бровастая жаба хочет пробить «Яйцо Смерти» тараном!

— ЧТО??? — опешили все.

Шедоу стиснул зубы. Он не знал, какая сторона говорит ему правду, но решительно был уверен в одном: если они все сейчас погибнут, ему придётся разделить ту же судьбу и погибнуть, так и не узнав о себе ничего. Когда дредноут Бревона двинулся на «Яйцо Смерти», ёж не побежал назад, как остальные, а наоборот — вышел вперёд, готовый к любым последствиям.

— ЧТО ОН ДЕЛАЕТ? — крикнула Эми, заметившая, что Шедоу не бежит вместе с остальными.

— ОН ЖЕ ПОГИБНЕТ! — добавил Мэник.

Соня в изумлении наблюдала, как Шедоу гордо шёл навстречу линкору врага. Он снял первый браслет и бросил себе под ноги. Затем второй. Из тела чёрно-красного ежа начала исходить энергия багряного цвета и обволакивающая его густой плёнкой. Глаза Шедоу стали абсолютно белыми и сверкнули подобно искрам — он медленно преображался в пульсирующий алый цвет, и кусочки брони разрушались под его ногами, расщепляясь в энергии Хаоса.

— ИДИОТ! ЭТО МОЖЕТ ПЛОХО ЗАКОНЧИТЬСЯ ДЛЯ ТЕБЯ! — заорал Наклз, но «СФЖ» его не слушал.

Оттолкнувшись от «Яйцо Смерти», Шедоу стрелой рванул к дредноуту Бревона. Соник знал, чем это должно было закончиться, однако тоже разделял волнение остальных. Эта способность была самой мощной в арсенале Шедоу, но и самой губительной для него.

Соник, как никто другой, помнил, чем закончилась история Шедоу в битве с Биолизардом.

Бревон усмехнулся и дал приказ своим бойцам на атаку. Но не тут-то было: их снаряды сгорали в энергии Хаоса, которая охватывала тело Шедоу и несла его навстречу линкору. Совершенный ёж мрачно прорычал: он ничего не боялся.

— ХАОС…!

Он исчез и появился уже на дредноуте.

— БЛАСТ!!!

Страшнейший взрыв сотряс вражеский корабль. Казалось, будто на него сбросили атомную бомбу. Ярко-красный купол вырвался на свободу и расщепил четверть дредноута, выжигая абсолютно всё: броню, ботов, тяжёлые орудия. Серпентин и ахнуть не успел, как в их корабле образовалась дыра, заставившая корабль сойти с маршрута и уйти в сторону, тем самым не сталкивая с «Яйцом Смерти». Это был поистине мощный удар для флота Бревона. Да что там, любой полководец три-четыре раза перекрестился бы, узнай о том, на что способен этот ёж.

Когда «Хаос Бласт» закончился, Шедоу потерял сознание и с грохотом упал на «Яйцо Смерти». Остатки энергии Хаоса выветрились из него.

— СЛИТ, ДИНГО — БЕРИТЕ ШЕДОУ И ТАЩИТЕ ЕГО В САРКОФАГ! БЫСТРЕЕ, ПОКА ЕГО СЕРДЦЕБИЕНИЕ НЕ ПРЕКРАТИЛОСЬ! — с криком приказал Эггман.

— Да, босс! — Динго взял Шедоу, а Слит захватил его браслеты, и подчинённые доктора исчезли внутри «Яйца Смерти».

— Это… — Соня не могла найти слов после увиденного. — Это истинная его сила?

— Да, однако контролировать её Шедоу не умеет, — грустно вздохнул Тейлз.

— Представляю, что бы с нами сталось, примени он её на нас, — поёжился Мэник.

Дредноут Бревона начинал дымиться. Разрушить его у Шедоу не получилось, однако повреждение, которое он нанёс, сказалось на настроении Бревона. Теперь лорд был страшно зол и хотел не просто сокрушить «Яйцо Смерти», а в прямом смысле разорвать его на несколько частей. Затем взять в плен тех, кто на нём был, и замучить их до смерти, — настолько сильно ему не нравилось происходящее. Идею лорда разделял и Серпентин, получивший немало ударов со стороны команды Соника. Ещё никогда им не приходилось сталкиваться с таким яростным сопротивлением, да ещё и так злить командира.

Бревон мрачно прорычал, после чего послал вызов на «Яйцо Смерти». Хмурый Эггман принял его.

— Стоит отдать вам должное: вы не только положили моих бойцов, но и повредили мой корабль. Последний раз такое я видел, когда сражался с чёрной армией Блэк Дума. Однако ваш исход предрешён!

Дредноут прекратил движение. Вся энергия, что была на нём, начала поступать в орудия — Бревон собирался выпустить на свободу всю ту мощь, что хранилась на его корабле. Абсолютно всю! Ему уже было плевать на то, что случится с семью источниками бесконечной энергии — он жаждал лишь одного: смерти врагам.

Эггман скрипнул зубами: они были на грани гибели. Повреждения «Яйца Смерти» носили слишком тяжёлый характер, чтобы позволять ему продолжать бой. Армия Эггмана была практически истреблена. Его крепость полыхала адским пламенем. Бревон был прав: в этой битве победит его дредноут, тогда как «Яйцо Смерти» падёт. Шедоу приложил максимум усилий, чтобы оттянуть это событие, но даже это не смогло изменить их положения.

Эми и Соня заплакали, чувствуя, как смерть постепенно охватывает «Яйцо Смерти». Наклз и Мэник стиснули зубы, однако это всё, что они могли сделать. Тейлз тоже схватился за голову. Паника охватила всех, включая Слита и Динго, успевших поместить бессознательного Шедоу в саркофаг. Они исчерпали все свои средства.

Соник зло сжал руки в кулаки, решительно глядя на дредноут Бревона. Он чувствовал, как лорд мрачно ухмыляется и готовится к своему триумфу. Ёж ощущал, как страшно его товарищам и как больно Шедоу, который восстанавливался после «Хаос Бласта». Бревона нужно было сокрушить!

— Соник…! — вдруг промолвил в микрофон Эггман. Его голос тоже был поникшим.

Ёж обернулся и увидел, как на него нацелилась одна из пушек доктора.

— Они могли помочь мне при захвате Дикой Планеты, но знаешь… — Эггман зло выдохнул. — Если выбирать, кому отдавать свой козырь — тебе или этому уроду! — то лучше Тебе! Возьми их и срази эту тварь за нас всех!

И выстрелил Изумрудами Хаоса из пушки.

Соник молча закрыл глаза. Волшебные камни окружили его со всех сторон и начали вращаться по кругу, формируя разноцветный ореол. Безграничная мощь и энергия начали наполнять тело ежа, и он стал медленно подниматься в воздух. Его синие иглы обдало жаром.

— А? Что это? — удивились Соня и Мэник, заметив золотое свечение.

— Это победа! — уверенно улыбнулись Тейлз, Наклз и Эми. — Давай, Соник! Мы в тебя верим!

Ёж в одночасье стал Супер Соником и сверкнул красной полосой в глазах, объятый настоящим могуществом.

— LET’S DO THIS!!!

И со скоростью света полетел на дредноут, оставляя после себя в пространстве золотой след.

— Бесполезно! — фыркнул Бревон и выстрелил мощным лазерным лучом из пушки.

К его изумлению, Супер Соник влетел прямо в луч и порвал его на лоскуты, чем шокировал уже Серпентина. Когда дредноут выстрелил ядерными бомбами, золотой ёж применил «Super Spin Dash» и уничтожил каждую, при этом оставаясь целым и невредимым. Со свистом он пробил линкор и вылетел с другой части, нанося кораблю страшные повреждения.

Это действительно переполошило Бревона и его армию. Он спустил все силы на Супер Соника, однако ёж отбивал их ударами рук и очередным спиндэшем пробивал дредноут, который не просто дымился, а в прямом смысле горел. Супер Соника ничто не брало: ни ядерные ракеты, ни водородные бомбы, ни испепеляющие лазеры — ничего. А вот он, когда создал энергию в руках и ею выстрелил по врагу, разрушил половину корабля. Золотой ёж успешно громил врага, в засчитанные секунды изменив исход боя в пользу Эггмана.

Тогда Бревон решил выстрелить прямо по «Яйцу Смерти». Однако Супер Соник телепортировался назад и принял атаку на себя, с криком, полным решимости и храбрости, порвав бирюзовый луч.

— И это всё, что ты можешь, жаба? — азартно бросил Супер Соник.

— ВПЕРЁД, СОНИК! — закричали Тейлз, Наклз, Эми, Мэник, Соня, Эггман, Слит и Динго.

Ёж вобрал в себя много энергии и быстрее света оказался по другую сторону дредноута, пробив его прямо через лобовую часть. Затем взлетел вверх и оттуда наблюдал за падением вражеской крепости.

Дредноут врага горел. Звуки тревоги охватили корабль Бревона — он падал прямо на Авалис, полыхая огнём. Семьдесят процентов его армии было уничтожено, добытые им артефакты были выброшены в открытый космос. Бревон проиграл!

Но, к сожалению, «Яйцо Смерти» следовало его примеру. Повреждения линкора были ужасными, из-за чего яйцеобразная крепость медленно падала на Авалис. Эггман закричал и приказал своим бойцам передать остатки энергии в главный реактор, надеясь хотя бы смягчить приземление на Дикую Планету.

Супер Соник тяжело дышал. Трансформация в супер-форму забирала слишком много жизненной энергии, а ёж и до неё был измотанным после битв с армиями Эггмана и Бревона. Единственное, что он смог сделать — это слабо улыбнуться и показать большой палец.

После этого он начал падать на Авалис.

— СОНИК! — закричала Эми.

— Мы должны спастись с «Яйца Смерти»! — крикнул Тейлз. — Быстрее, ребята!

Соня и Наклз побежали в восточную часть корабля, где смогли найти уцелевший эгг-истребитель. На нём парочка и покинула «Яйцо Смерти», когда оно вошло в стратосферу Авалиса. Мэник и Эми воспользовались одной из капсул, в которых Эггман когда-то хранил животных. Шлюз открылся, и капсула полетела вниз, будто бомба.

Тейлз задержался. Сначала он отправился на пост охраны, где подключился к архиву «Яйца Смерти» и скачал на свой КПК столько информации, сколько успел. Затем отыскал «Торнадо Х» и на нём улетел с линкора.

Что касалось Соника, то он при погружении в стратосферу начал терять золотой цвет, становясь обратно синим. Изумруды Хаоса выпали из рук бессознательного ежа и разлетелись в разные стороны.

Каждая сторона — Соника, Эггмана и Бревона — упала на Авалис. Падение раскидало их по разные стороны, и теперь всё, что напоминало о масштабном сражении в космосе — это плавленые куски металла, что «плыли» по миру невесомости.

С этого и начиналась история!

Конец пролога!

Глава 6: Авалис

ТОМ 2: «Д.Р.У.Г.О.Й. М.И.Р.»

Несмотря на безмятежную и безоблачную ночь, день явил себя в пасмурной ипостаси. Солнечные лучи, обычно желающие как можно больше тепла подарить этому прекрасному миру, в этот раз не смогли пробиться сквозь густые серые облака. Скорее всего, должен был пойти дождь, который, возможно, мог превратиться в ливень.

В этой долине всегда было тихо. Дикие животные нередко забредали сюда, дабы полакомиться чем-нибудь сытным и вкусным, однако надолго здесь не задерживались. В основном это место обладало огромным обилием рыб и других земноводных, а источники воды могли похвастаться своей чистотой. Некоторые дороги нередко превращались в своеобразные спирали, но ввиду отсутствия огромного населения, популярности особой они не снискали.

Это место называлось Драконьей Долиной.

В самом её сердце находилось большое и широкое дерево, на котором располагался небольшой домик. Косматые ветви были очень плотными и закрывали дом настолько хорошо, что издали его с трудом приметил бы даже самый глазастый человек. И ведь это правда: яркими цветами он не выделялся, по размерам походил больше на времянку, а наличие дикой природы вокруг отпугивало практически каждого смельчака.

Зато внутри этого дома было всё совсем по-другому. Здесь были все необходимые для жизни атрибуты: холодильник, стол, стулья, кухня, уборная и одна большая комната. Другое помещение, отведённое для бесхозного барахла, было забито различными инструментами вроде рыбацких снастей, сетей, ножей и прочей ерунды. Что касалось спальни, то она была по-своему обыденна: двуспальная деревянная кровать, большой диван, телевизор и небольшая тумбочка.

На верхней койке мирно посапывала одна из хозяек этого дивного домика, по значимости являющаяся первой. Её сиреневый цвет не ограничивался только кожей: как и волосы, он охватывал все участки её красивого спортивного тела, оставляя белоснежной лишь брюшную часть. С одной стороны, она была коротковолосой, а с другой, два фиолетовых хвоста на затылке доходили вплоть до её колен. Обладательница двух относительно больших рогов, она частенько спала на животе, то ли опасаясь ими пропороть подушку, то ли ещё что-то.

Удивительными, пожалуй, были синие кристаллы на её ушах, которые девушка если и снимала, то очень редко. Даже когда спала или принимала ванну, они всегда были с ней.

Дверь неожиданно хлопнула, и девушка тотчас нахмурилась, не открывая глаз. К подобным сюрпризам она уже привыкла, а потому знала, что произойдёт ровно через секунду…

— Лайлак! Лайлак!

Лиловой красавице оставалось лишь тяжело вздохнуть и приоткрыть заспанные малиновые глазки. Перед её лицом маячила тёмно-зелёная дикая кошка с чёрными кончиками на ушах и длинношерстном хвосте. Её глаза болотного цвета так и искрились различными эмоциями, смакуемые незаурядной энергетикой, которая буквально превращала эту кошку в гипер-активное существо. Она уступала своей сиреневой подруге по параметрам телосложения и росту (всего на чуть-чуть) и носила чёрные перчатки без пальцев, жилетку, красную бандану, тёмно-зелёные шорты до колена и чёрно-жёлтые кроссовки.

Лайлак — так звали лиловую девушку — уткнулась лицом в подушку. Конечно, глупо было надеяться, что кошка так просто отстанет от неё, но ей очень бы хотелось, чтобы та оставила её в покое и отправилась восвояси.

Мечтательница!

— Лайлак! Лайлак!

— Ох, ну чего тебе, Кэрол? — раздражённо ответила Лайлак, в очередной раз смирятся с ношей, которую ей приходится нести на своих плечах ежедневно.

— О, проснулась! — Кэрол засияла от счастья, будто маленькое чадо, и, прижав лапки к краю кровати, буквально вытянулась на носочках, заглядывая в глаза своей лучшей подруге. — Пока ты спала, я успела сгонять к озеру, наловить рыбы, а пока ехала обратно домой, подбила двух птичек.

«Спящая» смерила её унылым взглядом.

— Я кушать хочу-у-у-у-у-у! — замяукала кошка, умоляюще махая хвостом за спиной. — Приготовь мне что-нибудь, а?

— Кэрол…! — Лайлак приподнялась на локте и укоризненно посмотрела на неё. — Ты когда-нибудь начнёшь готовить сама?

Ответом был грустный смешок, смакуемый «каплей» неловкости, и Лайлак со вздохом пришлось покинуть своё тёплое ложе. Откинув одеяло в сторону, девушка выгнула спину, дабы потянуться, и спрыгнула вниз.

— Бли-и-и-н! Почему у тебя грудь большая, а у меня — нет? — посетовала Кэрол, в очередной раз увидев свою подругу в нижнем белье.

— Вот как научишься готовить — вмиг вырастет, — съязвила Лайлак.

Её постоянной формой были: голубые жилетка, шорты-леггинсы, перчатки и сапоги. Девушка очень быстро в них оказалась и поспешила покинуть спальную комнату, дабы окончательно избавиться от сонливости.

Пока мясо прожаривалось небольшими кусками на котле, а разделанная рыба варилась вместе с рисовой лапшой, Лайлак размешивала в небольшом чайничке чайные лепестки, чтобы во время завтрака попить чай. Кэрол в это время сидела за столом и, свесив со стула ножки, игриво хихикала, как малое дитя.

С другой стороны, Лайлак не могла постоянно упрекать Кэрол в том, что последняя не умеет готовить. Свой недостаток дикая кошка компенсировала охотой, которой лиловая девушка обычно пренебрегала. В каком-то смысле обе подруги дополняли слабые стороны друг друга, но иногда им это надоедало, и они начинали спорить по поводу того, кто больший вклад в общее дело делает.

К счастью, подобные споры заканчивались постоянными примирениями, и обе девушки отправлялись пить чай.

— Кстати, сегодня заезжала в деревушку владений Шанг-Ту. Знаешь, что говорят местные? — Кэрол получила кивок и продолжила: — Поговаривают, будто ночью что-то яркое с небес упало.

— Народ обычно сам придумывает слухи, чтобы было, что обсуждать. С другой стороны… — Лайлак взяла палочками кусок мяса и макнула его в соевый соус. — Я ночью, когда вышла на кухню воды попить, слышала какой-то шум.

Кошка похлопала глазками.

— Но, скорее всего, это был ветер, — решила лиловая и продолжила кушать. — Ты сама видишь, какая на улице погода.

— Это точно, — со вздохом согласилась Кэрол. — А я так хотела сегодня с тобой погонять по Драконьей Долине. Только появилось желание оспорить твоё превосходство в скорости, а тут такое…

— Ну, пока будут идти дожди, мы успеем что-нибудь посмотреть по телевизору. Хоть нам и приходится вести отшельнический образ жизни, о последних новостях мы должны знать непременно. Вдобавок…!

Лайлак допила чай и хитро улыбнулась.

— Дожди ещё не начались, поэтому у тебя есть шанс, чтобы попробовать оспорить моё первенство в скорости.

Услышав это, Кэрол тотчас же «ожила» и осклабилась. Она поняла настрой своей подруги.

Девушки выскочили на стартовую площадку и приготовились к очередной гонке. Транспортным средством Кэрол был красный мотоцикл, в арсенал которого входила ещё езда по вертикальным сторонам. Лайлак размяла пальцы и усмехнулась: ей транспорт не нужен был.

— Учти, Лайлак: в этот раз я тебе не стану поддаваться! — хмыкнула Кэрол.

— Давай-давай! — с улыбкой поддела её Лайлак.

Девушки сорвались с места.

Лайлак была очень быстрой и реактивной. В засчитанные секунды она убежала вперёд, используя лишь собственную скорость. В этом плане ей не было равных, и девушка это прекрасно понимала. Но Кэрол такой исход совершенно не устраивал. Включив максимальную скорость, она с рычанием понеслась вперëд, начиная настигать лиловую подругу.

Они преодолели дорожные петли, спустились с горных строений и продолжили гонять около воды. Здесь же проявилось ещё одно преимущество Лайлак перед Кэрол: страсть к воде. Не сомневаясь, Лайлак нырнула в озеро и шустро поплыла к противоположному берегу, при этом не используя руки. Это очень сильно не понравилось Кэрол, но у неё был другой способ перемещения. Сначала она вынула из сумки несколько красных свитков и разбросала их по поляне. Затем наехала на каждый и применила технику перемещения, тем самым сокращая свой путь. В плане «ниндзюцу» Кэрол была более опытной, чем Лайлак.

Выбежав на открытую местность, перед подругами встала следующая преграда: дикие звери. Впрочем, на их решимость наличие хищников никак не повлияло.

— «Циклон»! — Лайлак подпрыгнула и применила вихревое вращение, атакуя их двумя хвостами, что били так же больно, как и смоченные водой хлысты.

— Хи-я-я-я-я-я! — второй влетела Кэрол, когтями на ноге нокаутируя неприятелей.

Гонка продолжилась.

Когда преградой для них стала отвесная стена, подруги поступили следующим образом: Кэрол поехала по ней, как ни в чём не бывало (её транспорт мог себе это позволить), а Лайлак начала отталкиваться от стен, используя рывок, что назывался «Dragon Boost». Кошке пришлось попотеть, чтобы не отстать от лиловой: она постоянно раскидывала красные свитки, которых, к слову, практически не осталось.

И всё-таки Лайлак вырвалась вперёд, оставляя Кэрол позади. Последняя, может, и способна была не отставать от неё, но вот обойти в скорости её нельзя было. В этом плане Лайлак могла утереть нос каждому, кто хотя бы раз бросал ей вызов в гонках. В какой-то степени девушка даже начинала считать, что в этом мире вообще не существует такого человека, который смог бы оказать ей достойное сопротивление. Даже самые легендарные ниндзя и жители Авалиса — и те могли разве что пыль глотать, пытаясь угнаться за неуловимой спортсменкой.

С этими мыслями Лайлак выскочила на морской берег…

— Е-е-е! — энергично завопила Кэрол, когда проехала мимо подруги. — Я первая, хе-хе!

Всё верно: кошка обогнала Лайлак, причём резко. Но получилось это потому, что лиловая «пума» внезапно остановилась и перестала бежать дальше. Холодный воздух подул со стороны иссиня-чёрного моря, ознаменовывая скорое наступление ливней.

Причиной её остановки стал незнакомый ей тёмно-синий ёж, что лежал животом на берегу. Его окрас стал таким явно из-за долгого пребывания в воде: скорее всего, он был выброшен сюда морскими волнами. На некоторых участках тела этого ежа были синяки и ссадины, словно ему пришлось пережить знатное сражение. Его красные кеды с белоснежным ремешком были грязными.

— Лайлак, ты чего остановилась? — спросила Кэрол, когда вернулась после финиша назад.

— Смотри! — лиловая указала ей пальцем на объект своей остановки.

С тем учётом, что они знали практически каждого путника в лицо (сюда в основном забредали только жители недалеко находящейся деревушки), этот был им незнаком. Весь израненный, грязный и без сознания — он то и дело омывался холодным морем, которое, к сожалению, не способно было разбудить его.

Лайлак присела рядом и осторожно перевернула ежа на спину, чтобы разглядеть его лицо. С виду — безобидный и вполне привлекательный парень. Правда, каким образом он оказался тут, было неясно.

— М? Что это? — вдруг спросила Кэрол, указав на его руку. — Он что-то держит.

Лайлак изумилась, но потом потянулась к его правой руке. На ладони, облачённой в мокрую грязную перчатку белого цвета, находился красный камень. Сперва девушки подумали, что это всего лишь осколок огненного кристалла, коих на Авалисе было пруд пруди. Но когда Лайлак взяла его в руки, её будто током прошибло.

По телу будто электрическая волна пробежалась, а в голове предстали удивительные, однако не слишком радужные картины, окропляемые багряными жидкостями и колоссальными разрушениями. Безликое существо с двумя золотистыми очами вместо глаз обращалось в гигантское чудовище и топило в себе всё живое, чего касалась вода. Огромный запас волшебной энергии, великая история, пьедесталом которой служили груды павших тел…

ХАОС!

— Лайлак! — испугалась Кэрол, когда та резко выронила камень из рук и панически отпрыгнула назад.

— Я… н-не понимаю… — неуверенно вымолвила Лайлак, осторожно глядя на неизвестный реликт. — В этом камне слишком много энергии. Быть может, даже столько же, сколько и в Королевском Камне.

— Что? — опешила кошка.

— Но он… холодный! Стоило мне взять его в руки, как перед моими глазами предстали ужасные картины. Этот камень — он… несёт гибель!

И незнакомец в глазах двух девушек предстал ещё большей загадкой. Многих чудищ они повидать успели за свою жизнь, со многими им приходилось даже сражаться. Однако таинственный странник с не менее таинственным реликтом стал для них настоящей сенсацией.

— Слушай… — Кэрол нерешительно поёжилась. — Может, ну его?

Лайлак вопросительно посмотрела на неё.

— Быть может, его кто-нибудь другой найдёт, а? Меня смутные подозрения одолевают насчёт этого ежа. Давай просто уйдём отсюда?

У Кэрол были на то весомые причины. Учитывая, что она и Лайлак скрывали своё местонахождение и не особо любили выходить на связь с окружающим миром, загадочный незнакомец мог стать неприятностью для них обоих. Тем более, что ни одна из них не понимала, к какому государству относится этот ёж. В какой-то степени Лайлак понимала Кэрол. Разум, правда, не был её сильной стороной, в основном проигрывая эмоциям, но даже она целиком и полностью поддерживала идею об абсолютной конспирации…

И всё же ей стало искренне жаль синего ежа. Он был изранен и ослаб. Если кто и найдёт его в этой долине — то это явно будет какой-нибудь голодный хищник. Бросить беднягу на произвол судьбы она не могла.

— Подкати свой мотоцикл, — попросила Лайлак, после чего попробовала аккуратно приподнять синего ежа. — Я возьму его под свою ответственность.

— Другого я от тебя и не ждала, — тяжело вздохнула Кэрол.

***

Ливень был действительно сильным, из-за чего находиться на улицах стало попросту опасно. Но, к счастью, Лайлак и Кэрол в это время были уже дома, укладывая бессознательного ежа на диван. Пока кошка готовила питьë, лиловая красавица смазывала раны незнакомца целебной мазью и накладывала на них белоснежные повязки. Затем укрыла его тёплым одеялом и поправила подушку под его головой. Ужасающий камень лежал на тумбочке.

— Мда уж, — поёжилась Кэрол, когда за окном громыхнуло. — Ненавижу сырость!

— А я люблю, — улыбнулась Лайлак, с наслаждением вдыхая аромат дождя. — Правда, не столько сырость, сколько влажность.

— Как найдёшь себе парня, будет тебе «влажность».

— Тебе того же желаю, нимфетка!

Лайлак смочила полотенце в горячей воде и положила его на лоб синего ежа, а Кэрол поднесла к его губам кружку со снадобьем. Тело незнакомца охотно отзывалось на желание девушек помочь ему, что не могло не радовать последних.

— Слушай, а он хорошенький! — Кэрол игриво улыбнулась и прикоснулась пальцем к ежинному носу. — Хорошо, что мы его взяли с собой.

— Хорошо, что я решила не бросать его там, на берегу моря, мокнуть под дождём, — саркастично поправила Лайлак, чем заслужила недовольный взгляд подруги. — Приятно осознавать, что моё сердце добрее твоего.

— Ой, да пошла ты в задницу, язва! Я, быть может, специально проверяла, как ты поступишь в тот момент.

— Ахаха, заливай дальше, вруша.

Ёж закашлял вдруг и тихо задышал, чем прервал дружескую склоку двух девушек. Лайлак поправила одеяло, укрывая им ежа по самую шею, и погладила его по голове, дабы тот чувствовал себя в безопасности.

— И всё-таки он хорошенький, да же? — хитро повторила Кэрол.

— Ну-у… да, — хихикнула Лайлак. — С виду очень даже милый!

«Знать бы ещё, что он представляет из себя», — тревожно подумала она, вспомнив о картинах, что ей преподнёс «кровавый» камень.

Стоять над душой спасённого и ждать его пробуждения смысла не было, посему девушки решили посмотреть телевизор. Но когда речь зашла о том, что именно смотреть, Кэрол впала в ступор: все видеокассеты были давным-давно просмотрены, а отматывать их на самое начало — дело долгое.

В конечном итоге подруги плюнули на всё и равнодушно переключали каналы один за другим. На одних показывали неинтересные мультфильмы, другие вещали передачи про кулинарное искусство или медицину.

Но кое-что им приглянулось…

— Добрый день! В эфире: новости! С недавних событий стало известно, что страны Шан-Му, Шан-Ту и Шуиган подписали договор о ненападении друг на друга. Королевский Магистр, правитель Шан-Ту, принял все условия теперь уже дружественных стран и готов поделить энергию Королевского Камня поровну, чтобы каждое государство могло поддерживать свои ресурсы. Как вы знаете, Авалис находится на грани энергетического истощения. Мы прилагаем максимум усилий, чтобы понять, с чем это связано, но результатов у нас пока нет.

— Ох уж эта политика! — фыркнула Кэрол.

— А теперь о главном! Сегодняшней ночью была замечена неизвестная активность в районе границ Шан-Му и Шан-Ту. Очевидцы рассказывали об упавшем с небес объекте, информация о котором пока отсутствует. Военные силы Шан-Ту уже отправлены на поиски источника. Нам остаётся лишь надеяться на то, что тревога была ложной, а произошедшее — не более чем преувеличенные слухи. Спасибо, что остаётесь с нами! А теперь о погоде…!

Лайлак выключила телевизор.

— Ты думаешь о том же, о чём и я? — проницательно предположила Кэрол.

— Возможно, — кивнула та, и девушки повернули головы в сторону дивана.

Соник медленно приходил в себя. Первое, что увидели изумрудные глаза — это деревянный вентилятор, что вращался высоко над ним. Телу было тепло и хорошо: одеяло оказалось очень мягким. Немножечко подвигавшись, ёж почувствовал ноющую боль в изгибах рук и ног, но это, к счастью, было не страшно.

— Ох ёпт! — Соник резко откинул одеяло и принял сидячее положение, прижав ладонь к голове. — Сколько же я проспал? О нет, Изумруд Хаоса!

И его взгляд упал на красный камень, что лежал на тумбочке.

— Фух, — с облегчением выдохнул ёж, после чего посмотрел на незнакомок. — О, привет! Как дела?

Сказать, что Лайлак и Кэрол «потерялись» от такой неординарной реакции — это не сказать ничего. Подруги впали в «каплю» и вопросительно переглянулись друг с другом. Уж слишком быстро этот парень пошёл с ними на контакт, хотя, как полагали они, это им придётся начинать с ним разговор.

— Голова, блин, раскалывается! — Соник болезненно поморщился. — Такое ощущение, будто я стал Супер Соником и надрал Эггману задницу, а потом… СТОП!

Синий ёж в одночасье вспомнил всё, что произошло в космосе. Эта крупномасштабная битва обошлась каждой стороне очень дорого. Линкоры Эггмана и Бревона канули в небытие... во всяком случае, это последнее, что видел Соник, прежде чем лишился всех своих сил и упал на Авалис. Следовательно…

— Я же на чужой планете, верно? — сначала Соник спросил это у самого себя, и только потом поднял изумрудные очи на двух незнакомок. — А вы, я полагаю, жители этой самой планеты?

— Эм-м… — первой «ожила» Кэрол, чей взгляд по-прежнему был полон непонимания. — Лайлак, ты уверена, что мы правильно поступили, что притащили его к себе домой?

Мобианец принялся изучать авалисянок глазами. Удивительно, но от него они совершенно не отличались: та же животная внешность, способность разговаривать и анализировать происходящее. Однако наиболее знакомой для него оказалась Кэрол: её кошачье происхождение ёж понял сразу же.

Другое дело — это сиреневая Лайлак, облик которой вогнал Соника в задумчивость. У неё были рога, гладкая кожа, чёрный носик и пышная шевелюра с двумя хвостами. Поначалу Соник решил, что она является ежихой, но это решение было опровергнуто отсутствием заостренных ушек, коими могли похвастаться он, Эми, Шедоу, Мэник и Соня. Даже Метал — и тот был с ушами.

«Хм-м… наверное, это коза!», — решил Соник.

— Кхм! — Лайлак кашлянула в кулак и решила пролить свет на все вопросы, которые мучили не только её одну. — Мы нашли тебя на берегу моря, недалеко от Драконьей Долины. Ты был изранен.

— Да, мне хорошо досталось, — Соник почесал за ухом. Затем опешил и вновь посмотрел на них. — Рядом больше никого не было?

— Нет, ты был один. В твоей руке лежал вон тот камень.

Девушка указала на волшебный реликт.

— А, Изумруд Хаоса… — Соник хотел взять его в руку, но внезапно снова округлил глаза. Стоит признаться, неординарное поведение ежа начинало нервировать не без того темпераментную Лайлак, которой нужна была конкретика. — Неужели я потерял остальные?

А вот это уже заставило девушек сильно удивиться.

— Остальные? — переспросила Кэрол, на что синий ёж кивнул. — Хочешь сказать, вот эта «ужасающая блямба» — не единственный экземпляр?

— Ты что, нет, конечно же, — Соник подкинул волшебный камень и поймал его. — Это Изумруд Хаоса — контроллер безграничной энергии, превращающий эмоции, идущие из сердца, в могущество! Их в моём мире семь, если не считать Мастер Изумруд.

— В твоём мире? — нервно поинтересовалась Лайлак.

— Ага. Ой, точно, я ведь даже не представился!

Соник хотел было подняться на ноги, но, почувствовав лёгкое головокружение, понял, что это плохая затея.

— Я ёж Соник — герой Мобиуса и самый быстрый парень в своём мире! — гордо заявил он, ткнув себя большим пальцем в грудь. Затем улыбнулся и посмотрел на девушек. — Спасибо за то, что спасли меня, лиловая коза и зелёная кошка. Кстати, а как вас зовут?

Наступило гробовое молчание, нарушаемое лишь шумом дождя за окном. Соник был приветлив и дружелюбен, но в его голове царило полное непонимание: что не так? Он говорил абсолютную правду и старался никого не обижать, однако девушки как-то странно реагировали на него. Даже сейчас, когда ёж представился.

Но ровно через десять секунд жизнь вернулась в эту комнату, и первой, кто вышла из окаменелого состояния, была…

— Ахахахаха! — Кэрол схватилась за живот и во всё горло захохотала. — Лиловая коза! Ахахаха! Это самое лучшее, что я когда-либо слышала!

— Очень смешно! — обиделась Лайлак, хмуро скрестив руки под грудью.

— Эм-м… — Соник вопросительно посмотрел на каждую из них. — А что я такого сказал-то?

— Чувак, ты сделал только что очень крутую вещь! Ахахаха!

— Очень смешно, Кэрол!

Кошка ещё долго смеялась над этим.

— Я по-прежнему ничего не понимаю, — развёл руками Соник.

Лайлак хотелось так же «пошутить» над ним, как это сделал он с нею, но, видя абсолютную искренность в зелёных глазах, она не решилась на грубость. В конце концов, кто знает, что пришлось ему увидеть до того, как он оказался без сознания на берегу моря.

— Я — водяной дракон, а не «лиловая коза»! — ответила девушка.

Соник так и открыл от удивления рот, и Изумруд Хаоса вывалился из его рук на пол. В какой-то момент Лайлак почувствовала безумное желание дать этому «хаму» по шее за то, что он ведёт себя так по отношению к ней, истинному дракону, которого узнавал каждый житель Авалиса. Кэрол, несмотря на веселье, тоже удивилась реакции ежа.

Когда Соник неуверенно поднялся с дивана, Лайлак и Кэрол вопросительно переглянулись друг с другом. Но большую часть изумления пришлось взять на себя именно драконше, поскольку синий ёж медленно приблизился к ней и с интересом стал осматривать её с головы до ног. Это начинало нервировать Лайлак!

— Но… у тебя же гладкая нежная кожа, — промолвил Соник, пробежавшись глазами по обнажённым рукам и ногам Лайлак. — У тебя нет чешуи, но есть роскошные волосы. И нос относительно похожий на мой. А эти рога… — ёж неожиданно прикоснулся к одному из них.

Неизвестно, что хотел Соник сказать дальше — ему этого не дали. Стоило пальцу коснуться женского рога, как рука парня была перехвачена Лайлак и ею же отведена. Получилось это настолько быстро, что ёж даже выдохнуть не успел: когда? В эту же минуту Соник наткнулся на жгучий взгляд Лайлак, полный огня, но последний ознаменовал явно недобрые намерения девушки. Похожий взор ёж замечал у Наклза, когда тому что-то начинало не нравиться, и он готовился к бесплатной выдаче тумаков…

— Мне крайне приятно, что ты так горячо решил отблагодарить меня за своё спасение. Но «слишком горячо» это делать не надо, хорошо? — Лайлак улыбнулась, но что-то подсказывало ежу, что попробуй он сделать что-то не так — и она его ударит. Причём, сильно!

Драконша развернула руку ежа к себе и положила на его ладонь свою.

— Я Са…

Она резко осеклась и добавила менее импульсивно:

— Меня зовут Лайлак! Как придёшь в себя, Кэрол приведёт тебя на кухню.

И очень быстро покинула спальную комнату, оставив Соника в абсолютном непонимании.

— Ух, как ты завёл её, парень! — ехидно облизнулась Кэрол, от любопытства махая хвостом туда-сюда (типичная кошка). — Давно я не видела Лайлак такой возбуждённой.

— Возбуждённой?! — кисло повторил Соник. — У меня почему-то сложилось ощущение, что она хочет мне голову оторвать.

— Ну, драконы — они такие: импульсивные, темпераментные, страстные. Хотя я не отказалась бы познакомиться с парнем подобного характера.

Кошка мечтательно закрыла глаза и хихикнула.

— Меня зовут Кэрол Тиа! И да — не следует трогать рога Лайлак. Просто на будущее, ок?

— Всё настолько серьёзно, что ли? — безрадостно спросил Соник.

— Ну, относительно. Драконьи рога — это своего рода честь, которую они никому в «руки» не дают. Ну, может, и дают, но явно не мне и уж тем более не тебе. Я знаю, это сложно понять и принять, но постарайся, пожалуйста, больше так не делать.

Синему ежу оставалось лишь смиренно пожать плечами и кивнуть. Очень странные перед ним открывались понятия этого мира, но на то он и был другим, непохожим на Мобиус.

***

За обедом Соник всё-таки решил максимально открыться перед новыми компаньонами и рассказал им историю своего появления на Авалисе. Всё, начиная с колонии АРК и заканчивая появлением в этом доме. Поначалу Лайлак и Кэрол с трудом верили ему, но когда зашла речь о захватчиках вроде Эггмана и Бревона, им стало уже не до шуток.

Соник также рассказал и о Мобиусе, о культуре своего мира, и об его жителях. В своей среде ёж был самым настоящим героем и не раз доказывал это на деле. Многие животные по сей день благодарили синего ежа за его отвагу и доброту; многие брали с него пример и тоже пробовали себя в героическом ремесле.

Соник был максимально откровенен, и это помогло ему расположить к себе Лайлак и Кэрол. Что бы они ни думали, в нём чувствовался иной дух, отличимый от Авалиса. Ёж не знал о странах этой планеты, их менталитета, непреложных законах и многого другого. Банально Изумруды Хаоса, которые Лайлак находила весьма опасными для мира, Соником пользовались вовсю.

— Выходит, захватчики упали на нашу планету вместе с тобой? — уточнила Лайлак.

— К сожалению, да. Мне удалось изменить ход битвы в последнюю минуту, но это единственное, что я смог сделать, — тяжело вздохнул Соник. — Теперь я не знаю, что мне делать. Моих друзей наверняка раскидало по всему Авалису, а где их искать — неизвестно.

Девушкам стало искренне жаль синего ежа. За одним столом с ними сидел потенциальный герой, которому пришлось покинуть свою родную планету, чтобы оградить от злых умыслов чужую — и в итоге потерять своих друзей. К тому же, кто знал, что с ними происходило в настоящее время. Учитывая, сколь опасен был Авалис — он же Дикая Планета! — друзьям Соника наверняка придётся несладко. Это ему повезло, что его нашли две «амазонки». Но вот с остальными…

Соник вздрогнул, когда Лайлак пододвинула к его руке кружку с зелёным чаем.

— Можешь рассчитывать на мою помощь.

— Лайлак! — опешила Кэрол.

— Я не брошу в беде того, кто рисковал своей жизнью ради наших, — упрямо возразила драконша. — Так как тебе пока некуда идти, ты можешь оставаться у нас.

— Спасибо, конечно, за помощь, но я не хочу вас обременять заботами, — вежливо отказался Соник. — Я лучше пойду своей дорогой и попробую найти своих друзей сам.

Синий ёж поднялся со стула и хотел было идти к выходу, как вдруг пошатнулся. Лайлак среагировала моментально, и Соник в одночасье оказался в её объятиях, не успев удариться лицом о косяк. Очень вовремя!

— Ты, конечно, парень крутой, но в ослабшем состоянии максимум, что у тебя получится сделать — это дойти до выхода, затем упасть с дерева и получить перелом шеи, — покачала головой Кэрол. — Моя подруга права: тебе лучше отлежаться и набраться сил.

— Нормально всё, я…

— Так, знаешь, что? — Лайлак слегка отстранила от себя ослабшего Соника и очень строго посмотрела ему в глаза. — Я тебя никуда не отпущу! Драконья Долина полна хищников. Если ты покинешь наш дом, тебя тотчас сожрут.

— Подавятся, — огрызнулся Соник.

— Ты ничем не поможешь своим друзьям, пока на ногах еле стоишь.

Синий ёж стиснул зубы, но девушки были правы: он даже пройтись нормально не мог. Битвы в космосе и превращение в Супер Соника смачно высосали из его тела все силы, а потому госпитализация была самым разумным вариантом. Посему Соник сдался и просто кивнул.

— Вот и умничка! — мило улыбнувшись, Лайлак приобняла ежа и повела его в комнату. — Поверь, пока ты с нами, тебе ничего не угрожает.

Кэрол тем временем съела последний кусок мяса и лениво развалилась на стуле, наблюдая, как её лучшая подруга уводит их нового знакомого в спальню. С одной стороны, она поддерживала идею Лайлак по поводу того, чтобы Соник остался здесь: он действительно ослаб и ему нужна была помощь.

А с другой…

— Лиловая коза… пф-ф… ахахаха! — и Кэрол вновь рассмеялась.

***

— Кха-кха! Надо… надо выбираться…!

«Торнадо Х» совершил колоссальный взлёт. Когда «Яйцо Смерти» вошло в стратосферу Авалиса, Тейлз приложил максимум усилий, чтобы биплан поднялся в воздух. И у него это получилось, только обратная сторона палки больно ударила по спине…

Самолёт кидало из стороны в сторону, будто оказался он внутри бешеного урагана. Тейлз старательно выравнивал полёт, но сине-фиолетовое детище отказывалось нормально подчиняться: оно барахталось, и лис едва не распрощался с жизнью, когда маневрировал одинокие скалы.

И всё-таки с мягкой посадкой ему пришлось распрощаться. Биплан влетел в какую-то лесостепь, затем проехался дном по твёрдым камням, а после свалился в яму. Тейлзу пришлось несладко: в попытках вырулить он в итоге сломал штурвал, подача топлива была нарушена, а на лбу лиса красовалась шишка. Крылья «Торнадо» были сломаны.

Тейлз кое-как высвободился из оков самолёта и спрыгнул вниз, угодив в воду. К его счастью, её уровень был низким: лис смочил ноги по колени, тяжело дыша после пережитого. Что случилось с остальными, он не знал, поскольку покидал «Яйцо Смерти» последним. Тейлз видел, как Соник упал на Авалис, а что касалось других мобианцев, то они как в воду канули. Единственная хорошая новость заключалась в КПК, на котором была последняя информация касательно планов Эггмана. Вполне вероятно, что коварный доктор после падения «Яйца Смерти» сменит приоритеты и поменяет тактику, но даже такой куш вполне себя оправдывал.

Тейлз сделал несколько шагов к холодному бережку, после чего упал. В ушах царил адский шум взрывов и свистящего ветра, перед глазами постоянно мелькали не то жёлтые, не то красные пятна. В висках по-прежнему пульсировала боль, что заставляла лиса время от времени жмуриться. Слишком дорого им обошлась эта схватка в космосе.

Сколько времени прошло, Тейлз не знал. Он то засыпал, то просыпался снова, а затем вновь проваливался в беспамятство. Лис понимал, что ему нужно вставать и идти дальше, но тело отказывалось подчиняться. Да и какой в этом смысл, если не знаешь, куда идти?

Наверное, Тейлз пролежал бы так, как минимум, двое суток, не улови его уши какие-то звуки. Они были похожи на то, будто кто-то тихо крался, стараясь минимизировать шум своих шагов.

Тейлз поморщился и слабо приоткрыл глаза. За грудой камней спряталась незнакомая ему девушка со светло-рыжими волосами и ярко-зелёными глазами. У неё были длинные уши, украшенные и жёлтыми, и зелёными полосками — и Тейлз поначалу принял её за фикцию Крим.

Это была собачка. Вернее, антропоморфная бассет-хаунд.

Она очень осторожно выпрыгнула из-за укрытия и припала на все четыре лапки. Видимо, боялась, что Тейлз может резко встать и наброситься на неё. С другой стороны, её одолевало непомерное любопытство, раз девушка осталась здесь, а не побежала дальше.

— Тяф-тяф! — по-детски и очень мило затявкала бассет, остановившись в одном метре от Тейлза.

Лис слабо посмотрел в глаза незнакомки, когда она окончательно приблизилась к нему и посмотрела на него сверху-вниз. Даже наклонила голову, чтобы обнюхать его, как подобает любой собаке. Выглядело это, правда, несколько странно и вычурно, но у Тейлза не было сил, чтобы ответить ей.

— Вау! Ты очень интересно пахнешь, тяф! — искренне изумилась она.

Тейлз снова вырубился и, наверное, проспал с целый день. Во всяком случае, это объясняло, почему локация внезапно сменилась, а лежал он теперь не на холодной земле, а на сухой траве. Недалеко от него находился сточный водопад: лис понял, что находится где-то под землёй, если не в самих катакомбах.

Приподнявшись и приняв сидячее положение, лис огляделся по сторонам, а затем увидел ту самую собачку-бассет. Удивительно, но как-то беззаботно она себя вела, несмотря на присутствие незнакомца. Тейлз понял, что именно благодаря ей оказался здесь. Эта девушка с сияющими глазками прыгала за светлячками, которых никак не могла поймать, лапками разгребала землю и доставала оттуда синие кристаллы.

— Хи-хи-хи! — очень мило засмеялась она, закатив глазки. — Однажды я полечу на небеса и встречу там маму с папой.

То ли лисья интуиция предвещала, то ли умение читать между строк, — но у Тейлза вдруг сложилось ощущение, что эта незнакомка — сирота. А учитывая её наличие здесь, в катакомбах, куда другие вряд ли бы сунулись, лис пришёл к выводу, что девушка ведёт одиночный образ жизни. Да и выглядела она несколько странно, будто всю жизнь провела в диких джунглях, уподобившись эдакому Маугли.

— Ой, ты очнулся! — собачка заметила проснувшегося лиса и лучезарно улыбнулась. Затем отряхнула коленки и подошла к нему. — Я Милла! А ты кем будешь?

— Майлз Прауэр… ой! — двухвостый спохватился и в растерянности почесал затылок. — Зови меня просто Тейлз.

Бассет протянула ему руку.

— Рада познакомиться с тобой!

Тейлз смутился, но на рукопожатие ответил. От Миллы исходило искреннее дружелюбие, однако лис загрустил, вспомнив её речь о родителях. Она явно одиночка!

— А откуда ты? — Милла сложила лапки и с любопытством похлопала зелёными глазками. — У тебя очень необычные хвосты! Ты иностранец?

— Эм-м… ну, немного, — неуверенно ответил Тейлз. — Мой транспорт потерпел крушение, и я… Ох, нет!

Лис резко включил коммуникатор и лихорадочно забил пальцем по кнопке вызова, чем удивил собачку.

— Соник! Наклз! Эми! Мэник! Соня! — но поняв, что это бесполезно, парень поник, и ушки прилегли к его голове. — Ребята…

Одному Хаосу было известно, где сейчас находились остальные. Тейлз переживал за друзей, но больше всего его интересовал Соник — он упал на Авалис без какой-либо страховки и вполне мог погибнуть. Эту мысль лис постарался выкинуть из головы и уверить себя тем, что синий ёж живуч и крепок. Он наверняка пришёл в себя и уже отправился на поиски остальных.

— Ты, наверное, от друзей отбился? — грустно уточнила Милла.

— Да… — не менее тоскливо ответил Тейлз. — Я должен выбраться отсюда, чтобы их найти.

Бассет понимающе кивнула. Жестом руки она попросила его следовать за ней, и босыми ножками двинулась по сырым камням.

Тейлз хотел заговорить с Миллой, но в последний момент передумал. Причин для этого было много: он не отличался коммуникабельностью, да и что можно было сказать этой девушке? Правду? Про это Тейлз хотел умолчать — про то, что является чужаком на Авалисе. В это мало того, что не поверят, так ещё и могут за врага принять. Увы, но Тейлз в плане боевых навыков уступал даже Эми, посему ему оставалось полагаться лишь на свой интеллект. Уж в этой области он был совершенен.

Тейлз обдумывал план по поиску друзей. Так как Авалис — планета населённая, здешний контингент наверняка мог видеть, как нечто приземлилось к ним с небес. Лис мог прикинуться журналистом и таким образом получить необходимую информацию, которая поможет ему в дальнейшем. Правда, культуры и менталитета этого мира он не знал, но полагался на импровизацию. Соник часто так поступал.

— Мы пришли, — сказала Милла, прекратив движение.

Тейлз осмотрелся. Перед ним находилась лестница, ведущая наверх. Что и следовало ожидать: всё это время они блуждали по катакомбам.

— Куда она меня выведет? — спросил Тейлз.

— На кухню, — ответила Милла, чем изумила лиса. — Будь осторожен, пожалуйста! Минут десять назад тут было очень шумно.

— Эм-м, ну, хорошо, спасибо.

Парень взялся за лестницу.

— А ты?

— Я останусь здесь, — сказала Бассет. — Если захочешь вернуться, я буду на той полянке, где ты очнулся.

И убежала.

Ничего не понимая, Тейлз пожал плечами и полез дальше.

Милла явно знала эти места, раз разгуливала по ним свободно, без страха за свою жизнь. Катакомбы — место тихое, но оттого не менее ужасное. Кто знает, какие черти в нём водятся. Но, видимо, могла она за себя постоять.

С этими мыслями Тейлз приподнял люк…

В нос тотчас же ударил запах гари и крови. Опешивший лис едва не навернулся с лестницы, но в последний момент пришёл в себя и помотал головой. Перед ним была кухня, однако предстала она в изувеченном состоянии: столы были перевёрнуты и горели, горы битой посуды лежали в хаотичном порядке, а на стенах виднелись прожжённые дыры. Если здешние хозяева с пристрастием относились к готовке, то лису не особо хотелось бы с ними встречаться.

Однако Тейлз отбросил сомнения и покинул люк. Быть может, подобные картины — одна из составляющей культуры Авалиса. Тем более, что Эггман называл её «Дикой Планетой», — значит, это всего лишь обычай.

— Главное — вести себя естественно! — промолвил Тейлз, выходя в коридор.

Трупы!

Лис едва не заорал, но успел зажать свой рот руками, вытаращивая округлённые глаза на павший к его ногам труп. Это были панды, которые, судя по всему, являлись военными, учитывая их зелёные доспехи. Весь коридор буквально был залит свежей кровью, десятки трупов лежали и тут, и там, словно кто-то решил устроить геноцид.

Опешивший Тейлз прижался спиной к стене и нервно задышал; его сердцебиение усилилось. Ему однажды уже предстояла возможность лицезреть мёртвых, когда они с Соником впервые прибыли на Остров Ангела. Тогда войска Эггмана обрушили град из ракет на джунгли, и те создали буйствующее пламя, что пожрало не только красивую локацию, но и несчастных животных. По этой причине Тейлз и не впал в окаменелый ступор, сумев, к счастью, сохранить рассудок.

— Ч-что здесь… п-произошло…? — тихо вымолвил Тейлз.

Вдали, в стене, виднелась огромная дыра. Такое ощущение, будто что-то гигантское протаранило эту крепость и ворвалось в неё. Когда Милла упомянула про шум — не эту ли «вечеринку» она имела в виду? Не поэтому ли не пошла сюда, решив остаться в катакомбах?

Пахло кровью!

Пахло смертью!

И всё это происходило ночью, что из тихой и спокойной преображалась в мрачную и пугающую.

Тяжёлые шаги перепугали Тейлза едва ли не до смерти. Лис спрятался за колонной и оттуда увидел обладателей этих шагов. Его изумлению не было предела!

«Одноглазые» боты-терминаторы, которые подчинялись приказам некоего Бревона — это были они. Их броня слегка повредилась, но, в целом, выглядели эти ребята бодро. И не скажешь по ним, что совсем недавно им пришлось пережить страшную битву с Супер Соником.

Боты прошли мимо, не заметив Тейлза, и последний этому был дико рад. Поймай они его, и лис точно был убит.

Так же, как и эти панды!

Тейлз нахмурился: эти солдаты вторглись сюда и устроили массовый геноцид — у них явно была какая-то цель. И хоть инстинкт самосохранения во весь голос кричал, чтобы лис бежал обратно в катакомбы, пока его не заметили, парень решил пойти следом за ботами. Он хотел узнать, что здесь происходит.

К его счастью, боты не чувствовали никакой угрозы и шли спокойно, посему Тейлз тихонько крался от одной стены к другой, не теряя врагов из виду. Вступать с ними в бой смысла не было: он проиграет, это однозначно. А если здесь, помимо этих супостатов, есть кто-то из друзей Тейлза, последний точно их спасёт. Как-нибудь, но придумает способ спасения…

— ДЕЙЛ! — внезапный старческий крик огласил мрачный коридор.

Тейлз осторожно выглянул из-за стены. Широкие двери были вышиблены, однако дальше идти было опасно: четыре бота преграждали путь. Но лис приметил решёточное окно под самым потолком и благодаря хвостам оказался там, вставая на выступ.

Увиденное поразило его в очередной раз.

Перед ним предстала большая королевская комната, в которой находилось несколько лиц, и половина из них была лису знакома. Это были Бревон и его воевода Серпентин, а также Синтакс вместе с большим количеством солдат. Израненный и старый король, держащийся за кровоточащую на груди рану — этот был незнаком.

Так же, как и другая панда, только молодая. Это был зеленоглазый брюнет, одетый в зелёную мантию и чёрные штаны. Боты заламывали ему руки за спину, тем самым заставляя стоять на коленях. Страх, боль, падение — сколько же эмоций было в глазах молодого парня. Но не менее страшно было и королю, над которым навис мрачно улыбающийся Бревон.

— Прости, отец, я пытался...! — поникшим голосом ответил Дейл, чем рассмешил злобного Серпентина.

— Т-ты…! — король стиснул зубы и с ненавистью посмотрел на лидера захватчиков. — ЧТО ТЕБЕ ОТ НАС НУЖНО?

Тейлз всё понял. Бревон и его армия вторглись во владения одних из представителей Дикой Планеты и атаковали их. Вражеский дредноут явно упал где-то рядом, раз выбор лорда пал на это королевство. При мысли, что «Торнадо Х» мог приземлиться рядом с линкором врага, лису вдруг стало не по себе.

Ведь они могли напасть и на него!

— Напрасно Вы излучаете ненависть по отношению ко мне, Ваше Величество, — галантно изрёк Бревон, но в его устах вежливость казалась до безумия пугающей. — Напротив — я хочу сделать из Вашего сына самого сильного короля на этой планете. Под моим руководством он преуспеет во всём, начиная с боевых навыков и заканчивая неоспоримым авторитетом. Я дам ему свои знания и технологии, и поверьте мне, ни одно живое существо на вашей планете не сможет ему противостоять.

Лорд вынул из ножен смоченный в зелёный жидкости клинок и вкрадчиво произнёс:

— Правда, слушать он теперь будет только меня.

ВЗМАХ!

И Тейлз, и Дейл — оба округлили глаза, когда голова короля слетела с плеч и покатилась в другую сторону. Из некогда живых зелёных глаз выпали две слезинки, но теперь они не имели никакого смысла. Всего один удар клинка — и король пал под гнётом безжалостного Бревона, не сумев защитить своё королевство.

— Н… н-нет…! — Дейл выпустил слёзы и яростно стиснул зубы. — УБИЙЦА!

Панда очень шустро оказался перед лордом, используя не то ускорение, не то джитсу перемещения: когда он двигался, за его спиной оставался зелёный шлейф в виде силуэтов. Однако Бревон схватил его левой рукой за глотку и без труда поднял в воздух, тем самым усмиряя гнев принца…

Сердцебиение Тейлза усиливалось. Боты его не видят, а потому у него был прекрасный шанс что-нибудь да сделать. Спасать убитого короля смысла не было, но вот Дейла — другое дело. Принц был целым и невредимым. Вместе они могли бы сбежать через катакомбы и рассказать жителям Авалиса о том, что здесь произошло. Бревону точно бы пришлось несладко, когда союзники павшего короля прижали бы его к стене.

Вот только Тейлз… не сдвинулся с места. Его руки дрожали так, словно он целую неделю не выходил из запоя, с каждым разом увеличивая дозу спиртного. Он испытывал страх! Его глаза видели массовый геноцид панд; на его глазах отрубили голову старому королю и пнули её, как футбольный мяч. Пытаясь пересилить себя, Тейлз в итоге прижался лбом к холодной стене и… остановился. Он пытался мотивировать себя тем, что Соник в подобной ситуации вёл бы себя храбрее, но это не помогало.

Кто знает…

Быть может, прояви он отвагу в этот момент, и принц Дейл был бы спасён…!

— Подготовьте канифас! — приказал Бревон, и Синтакс плавно приблизился к обездвиженному принцу Дейлу, протянув к его голове щупальца.

Дальше начался настоящий кошмар. Принц Дейл кричал, едва ли не надрывая голосовые связки, однако это единственное, что он мог сделать. Тейлз стиснул зубы, после чего помотал головой и отошёл от окна. Нет, он не сможет помочь бедному принцу! Страх за собственную жизнь взял верх, и сейчас лис уходил теми же путями, которыми добрался сюда. Единственный способ сбежать отсюда — это уйти через катакомбы.

Тейлз добрался до кухни, открыл люк и спустился по лестнице вниз…

А за ним тем временем наблюдали два красных, хищных глаза.

— Ша-ха-ха-ха! У этого маленького глупыша здоровое сердце. Стучит за будь здоров, — прошипел Серпентин.

Генерал приблизился к люку и глянул вниз, в темноту. Он был хладнокровен и чувствовал живое тепло, которое излучали млекопитающие создания. Если идти на источник сердцебиения, то можно было нагнать Тейлза и прикончить его, однако бросаться в погоню Серпентин не собирался. Для этого у него был свой подручный!

Серпентин подошёл к стене и расплавил железное покрытие плазмой, открывая себе доступ к водному стоку. Затем усмехнулся и, вынув из нагрудного кармана капсулу с зелёной густой жидкостью, выбросил её прямо в воду.

— Беги-беги, маленький трусишка. Как только Симбионт вберёт в себя необходимую массу воды, он отравит остальные источники и сожрёт тебя живьём. Ша-ха-ха-ха! — зло засмеялся Серпентин.

Глава 7: Пели цикады

На Авалис опустилась тихая беззвучная ночь. Изредка пели цикады, разбавляя тишину нежной мелодией, и светлячки от цветка к цветку перемещались, даруя темноте романтичное освещение. Лёгкий ветерок прогуливался по безлюдным лесам и горам, раскачивая ветви деревьев и колоски зелёных трав. Авалис спал.

С тёмного неба на землю медленно опускалась фигура тёмно-синего металлического ежа. Несмотря на продолжительное нахождение в космосе и гипер-рывок в пространство, юнит совершенно не пострадал. Разве что уровень энергии практически упал до нуля, но это была мизерная проблема, поскольку здесь, в новом мире, где энергия не уступает Мобиусу, он мог подзарядиться.

Метал изучал местность. Координаты вбивались в базу данных с молниеносной скоростью, давая юниту необходимую информацию о том, как действовать в новом незнакомом мире.

— «Прибытие на Дикую Планету - успешно выполнено! Боевая единица входит в Режим Экономии Энергии! Дополнительная цель: пока не найдена!», — промолвил Метал и неспешно двинулся в лес, где предполагалось безопасное логово для восстановления энергии.

Дикие хищники, почуяв приближение Метал Соника, тотчас же бросились прочь. Он вселял в них страх! Метал не пах, как любые живые, не имел сердца, чей стук привлекал бы внимание пресмыкающихся, а его грозный взгляд, в котором не было никаких эмоций, внушал настоящий ужас. Даже неразумные животные — и те понимали, что вставать на пути у такого противника — самая большая глупость.

Метал Соник прибыл на Авалис. Теперь дополнительная миссия, касающаяся устранения «Оригинала», попадала в равный приоритет вместе с исследованием Дикой Планеты. Какие цели преследовал металлический ёж на самом деле, было неясно…

***

Тейлз бежал без оглядки. Он спотыкался о выпирающие из-под пола камни, падал в воду, однако находил в себе силы подняться и бежать дальше. Оставаться во дворце было глупым решением! Мог ли лис что-то сделать для принца Дейла? Нет. Заметь Бревон Тейлза, последний наверняка бы разделил участь бедного панды, а в худшем — его отца. Ужасно! Глупо! Безнадёжно!

Что делать дальше, Тейлз не знал. Попытаться выбраться? А как? Эти катакомбы были до безумия огромными. Куда ни пойди — везде длиннющие туннели, уводящие непонятно куда. Ждать, когда некое чудо сойдёт с небес да возложит к ногам потерянного карту со всеми входами-выходами тоже было глупо. Максимум, кто мог на него выйти — это Бревон со своей армией, которому наверняка захочется исследовать катакомбы, как единственное место, по которому можно бескровно проникнуть во дворец.

— Милла! — резко вспомнил Тейлз. — Точно! Милла сказала, что будет находиться на той полянке, где я пришёл в себя.

Лис побежал туда. К счастью, он не забыл путь, по которому собачка привела парня к лестнице, иначе так бы и сгинул в катакомбах без шанса на светлый проблеск.

Милла была на полянке. Достав непонятно откуда синие кристаллы, Бассет весело тявкнула и начала зарывать их в землю, при этом делая забавную мордашку. Ей доставляло огромное удовольствие находить различные секреты в этом месте и с не менее всепоглощающим восторгом прятать их.

— Милла…! — крикнул Тейлз и тут же споткнулся, после чего распластался животом на поляне.

Девушка не удивилась его появлению, как ни странно. То ли нюх у неё был отменный, что она почувствовала приближение нового знакомого, то ли порог впечатлительности высокий — собачка лишь вымолвила «Ох», когда парень рухнул, и на четырёх лапках подбежала к нему.

Однако ей пришлось удивиться, когда она приблизилась лису. Некогда свежий и бодрый парнишка предстал перед ней в посеревшем, мокром и грязном состоянии. Он тяжело дышал, холодный пот лил с него градом, а голубые глаза, казалось, вот-вот — и прольют град слёз.

— Тейлз, что с тобой случилось? — воскликнула Милла, присев на корточки перед ним. Её нефритовые глаза излучали искреннее изумление. — Ты же должен был быть во дворце.

— Х-х….ха… х-х…ха… — тяжело и хрипло дышал Тейлз. — Милла… я не… я не смог…

— Что ты не смог? О чём ты?

Видя, что лис не может членораздельно разговаривать, собака метнулась к водостоку, зачерпнула в скрученный лист воды и принесла её пострадавшему. Тот принял питьё и выпил его в один присест. Частично, но прохладная жидкость помогла ему выровнять дыхание, успокоиться и обрести дар речи.

Милла ждала, когда Тейлз начнёт говорить, но её шоку не было предела, когда лис… тихо заплакал. Беззвучно, словно мышка, но горячие слёзы градом полились из его глаз, обжигая холодные щёки.

— Тейлз, ну ты чего? — с дрожью в голосе спросила Милла. В попытке как-то поддержать лиса она прикоснулась к его холодным плечам. Пусть и немного, но это слегка привело парня в чувство. — Что случилось? Расскажи мне, пожалуйста!

Тейлз сглотнул.

И рассказал ей обо всех ужасах, которые лицезрел во дворце Шуигана. О том, как жестокий Бревон отрубил королю голову, а Дейла подверг пыткам в виде зомбирования. Как вражеские боты перебили почти всю стражу Шуигана, попутно выпотрошив тела некоторых несчастных. Что реки крови лились во дворце, который больше напоминал логово Люцифера, чем некогда прекрасную крепость. И это было лишь началом его душевных излияний…

Тейлз зашёл далеко и рассказал Милле правду: кто он такой, откуда родом и с какими целями прибыл на Авалис. О битве с Эггманом и Бревоном в космосе, о потере самых любимых и лучших друзей, о страшной участи, которую ожидал Авалис и частично Мобиус. Всё, абсолютно всё! Тейлз и сам не понимал, почему он изливал душу малознакомой Милле. От неё веяло дружелюбием и добротой, и лис ощущал, словно давно был с ней знаком. Собачье очарование или стресс, испытанный во дворце Шуигана вкупе с падением с космоса? Кто его знает.

Когда Тейлз закончил свой рассказ, Милла не знала, что делать. Её нефритовые глазки были расширены от дикого изумления. Она зажала ручками рот, не то возглас стараясь подавить, не то самой не впасть в подавленное состояние, в котором сейчас пребывал Тейлз. Девушка и сама не удержалась от слёз, что полились по её щекам, но, в отличие от лиса, собачка испытывала разве что искреннюю жалость к тем, с кем судьба обошлась крайне жестоко.

Другое дело — это Тейлз, испытавший не только жалость, но и ужас, который начался ещё на «Яйце Смерти».

— Я… я не смог спасти его… — тихо всхлипнул Тейлз, продолжая беззвучно проливать горькие слёзы. — Я мог помочь этому принцу, но мне было очень страшно. И сейчас очень страшно! Я не знаю, как мне найти своих друзей; не знаю, смогу ли выбраться отсюда. Я ничего не знаю…!

Вот оно — положение безысходности! В такие моменты лис падал духом и начинал отчаиваться. Будь рядом Соник, то он бы вдохновил Тейлза на подвиги и сумел бы поддержать. Но сейчас его рядом не было. Тейлз был один.

Милла шмыгнула носом. Не говоря ни слова, она подалась вперёд и обняла Тейлза, крепко прижав его к себе. И плевать ей было в этот момент, что они малознакомы, что барьер морали не приветствует подобных контактов на столь раннем этапе знакомств. Перед ней сидел морально поникший и разумом, и духом лис, а Милла совершенно не разбиралась в психологии. Она не знала, какие слова нужно было сказать, чтобы поддержать Тейлза.

Зато понимала, что объятия — лучшее средство, когда другому плохо!

Тейлз не сопротивлялся. Доброта Миллы согревала настолько, что от неё попросту не хотелось отстраняться. Особенно в этот момент, когда кажется, что всё провалено, что единственное разумное решение в этом положении — это упасть на спину и сложить ручки, ожидая плачевной участи.

Когда они отстранились друг от друга, Милла вытерла слёзы со своих глаз.

— Я помогу тебе найти твоих друзей! — горячо пообещала девушка, чей взгляд был переполнен решительностью. — Мы убежим отсюда и отправимся на их поиски.

— Но куда? — тихо вопросил Тейлз.

— Куда-нибудь, но убежим.

Собачка улыбнулась и показала ему большой палец.

— Верь мне! — уверенно сказала Милла.

И в этот момент Тейлз увидел в ней что-то схожее с Соником. Эти яркие, зелёные глаза нефритового цвета — они мотивировали, внушали надежду и уверенность. А улыбка Миллы — пусть и не была она дерзкой и азартной, коей обладал синий ёж — в её несколько детской ипостаси смотрелась донельзя решительно. И не скажешь по девушке, что она хрупкая и робкая особа, неспособная постоять за себя или кого-то ещё.

РРРРРРААААААААААРРР!!!

Внезапный рёв перепугал обоих, и ребята резко повернули головы в сторону звука. Из воды вынырнуло огромное нечто, похожее не то на змею, не то гусеницу, не то пиявку. Его тело состояло из кругообразных частей, совмещённых в единое целое, как детский паровозик, однако голова ничего хорошего не предвещала. Глаза монстра, его пасть, клыки — всё это говорило о том, что чудище хочет убить тех, в чьей груди бьётся горячее сердце.

— Н… Н-неужели эту тварь отправили за мной? — испуганно вымолвил Тейлз.

Симбионт прорычал и изрыгнул несколько шаров болотного цвета прямо в лиса. Последний с содроганием сердца наблюдал, как снаряды словно в замедленной съёмке приближаются к нему, готовые обляпать его с головы до ног. Что это: кислота или слизь — было неизвестно! Но хорошего уж точно ничего.

Но прежде чем Тейлз закрыл лицо руками, из ниоткуда появившийся ярко-зелёный энергетический щит изжёг желчь монстра, расщепив на молекулы. Приоткрыв глаза, Тейлз ахнул: этот щит был сформирован благодаря Милле, выставившей руку в сторону Симбионта.

— Это…? — не понимал Тейлз, чем привлёк её внимание.

— Моя боевая способность — сотворение плазмы из Ци, — улыбчиво ответила Милла, после чего подмигнула ему. — Не бойся, я не дам ему тебя обидеть.

Когда Симбионт прорычал, Милла сформировала в своих руках большой зелёный куб, размахнулась им и бросила его в супостата. Изумрудная энергия вырвалась на свободу при столкновении с объектом и создала мощный взрыв, который отбросил монстра назад, частично раздробив ему голову.

Тейлз хоть и бездействовал, однако сразу же заметил, как начала меняться вода. Из синей и влажной - в более болотистую и густую. Это был яд! Авалиса или иноземного происхождения — неясно, но то, что он нёс в себе опасность — это точно. Поэтому Тейлз быстро заработал хвостами и, схватив Миллу за талию, вместе с ней поднялся в воздух, прежде чем вода окончательно стала густой слизью.

— Не знала, что ты умеешь летать, — удивилась Милла.

— А это моя... не совсем боевая, но способность — быть саппортом, — в «капле» сказал ей Тейлз.

Симбионт вынырнул из слизи и истошно прорычал, регенерируя образовавшуюся в голове рану. Это было печальное известие для героев, ибо они поняли, что так просто им не сразить эту тварь.

Чтобы остудить пыл Симбионта, Милла сбросила на него ещё два куба, а Тейлз полетел вперёд, унося и себя, и её подальше от разъярённого монстра. Вода превращалась в ядовитую слизь буквально на глазах, что вынуждало героев всё чаще и чаще взлетать в воздух, дабы не касаться иноземной жидкости. Это существо отравляло воду своим нахождением в ней!

Когда Симбионт вновь изрыгнул инопланетную рвоту, Милла сформировала щит и защитила им себя с Тейлзом. Последний как раз подустал и опустился на сушу, чтобы восстановить силы. Озлобленный монстр решил воспользоваться этим и пополз к ним подобно змее.

Милла загородила собой Тейлза и сформировала новый куб. Но в этот раз она не бросила его, а сделала по-другому: сначала сжала, потом направила на врага, а затем выстрелила. Энергетический луч был настолько мощным, что Симбионт получил сквозную рану ниже горла и с шипением улетел в слизистое болото, попутно ударившись затылком о балки. Те рухнули прямо на него.

— Осторожно! — Милла выставила щит, который сжёг слизистые капли, что едва не накрыли её вместе с лисом. — Фух, пронесло! Ты в порядке?

— Да, спасибо большое, — Тейлз перевёл дыхание и осмотрелся по сторонам. — Пока это чудище не очухалось, мы должны бежать. С ним бесполезно сражаться.

— Хорошо.

Бассет встала на цыпочки и втянула носом запах катакомб, пытаясь найти нужный ей след.

— Сюда! — улыбнулась она и побежала на четырёх лапках. Тейлз последовал за ней, ускоряя себя хвостами.

Но это было только начало. Из слизистого болота начали выпрыгивать сопливые личинки с одним глазом и распространяться по катакомбам подобно тараканам. И было их очень много!

***

— Гр-р! Я ненавижу Эггмана и подобных ему!

По лесной тропинке, освещаемой светлячками, шли Наклз и Соня. Последняя сетовала на липучие листья и постоянно их выдирала из одежды, а первый отчаянно ругался на усатого гения, из-за которого они оказались в такой ситуации.

История их появления на Авалисе была значительно спокойной, чем у Соника и Тейлза. Топлива в истребителе хватило, чтобы парочка покинула «Яйцо Смерти» и благополучно оказалась на земле. Правда, на этом полёт и закончился, и оставшийся путь ребятам пришлось преодолевать пешком. В каком регионе они были? А чёрт его знает. Ребята теперь могли на себе прочувствовать всю дикость этой планеты: на них напали хищники, с которыми Наклзу и Соне пришлось повозиться, дабы не стать их обедом. Потом друзья обходили топкое болото, затратив на маршрут около часу. Конечно, можно было бы и быстрее, но ежиха категорически отказалась лезть в вонючую воду. Ехидна решил ей уступить.

И сейчас они шли под ночным, звёздным небом, нередко пачкая свою обувь в грязи. Недавний ливень им пришлось переждать в горной пещере, откуда они выгнали косматого бабуина, ибо тот вонял (по словам Сони) и кидался драться на Наклза (видимо, за Соню). Как и Тейлз, ежиха тоже попробовала связаться с остальными по коммуникатору, но результат был очевиден: поломанное устройство восстановлению не подлежало.

— Стой! — вдруг рявкнул Наклз, чем перепугал девушку.

Прежде чем Соня успела что-либо сказать, ехидна приготовил копательные когти и в один прыжок исчез в зарослях. Ничего не понимающая ежиха опешила, а окончательно охренела ровно в тот момент, когда красный силач вышел из кустов с весьма интересной находкой.

— Изумруд Хаоса?

— Похоже, Соник выронил их, когда падал на планету, — Наклз убрал синий камень и только потом заметил, что ежиха смотрит на него хмуро. — Что?

— Обязательно было так орать? — упёрла руки в бока Соня. — У меня сердечко едва не ёкнуло, когда ты заорал.

— Оу… — ему стало стыдно. — Извини. Я очень резко почувствовал энергию Изумруда Хаоса.

Девушка покачала головой, но всё же сменила гнев на милость. Как-никак, а ехидна никогда не отличался сдержанностью, обладая буйным нравом.

Друзья продолжили идти дальше.

— Каковы наши шансы на воссоединение с остальными? — поинтересовался Наклз.

— Если честно, то близки к нулю, — пессимистично заявила Соня. — Нас раскидало по Авалису, как игрушки. Единственный, как мне кажется, способ встретить наших — это случайно пересечься с ними в местах, где есть цивилизация.

— Или случайно встретить их, ищущих нас так же.

— Так тоже можно, но очень маловероятно.

У Сони был план по воссоединению. Если Авалис — планета населённая, то её жители наверняка могли видеть непонятные огни в небесах и слышать громоподобное падение. В этом случае они отправятся на исследование мест, куда рухнули НЛО, и встретят мобианцев. О них начнут говорить — и это станет ключом к воссоединению.

Наклзу такой вариант был не по душе. Оно и понятно: ехидна — существо одинокое, не любящее разговаривать с чужаками. Его директива была следующей: попытаться выйти на друзей с помощью поиска Изумрудов Хаоса. Соник хоть и потерял их, но парочку наверняка сумел сохранить. Возможно, Мэник и Эми тоже найдут один из них, благодаря чему Наклз сможет выйти на них, следуя на «нюх». С Тейлзом всё было гораздо сложнее. Учитывая, что он последним покинул «Яйцо Смерти», его искать придётся так же, как и иголку в стоге сена. Из-за этого Наклз был крайне зол на Тейлза, поскольку тот создал трудности по своему поиску.

Согласна ли была Соня с планом ехидны? Конечно же…

— Нет!

— Почему сразу - нет? — нахмурился Наклз. — Я уверен, мы найдём…

— Никого мы не найдём, — упрямо возразила Соня, скрестив руки под грудью. — Нам нужна информация, а получить мы её сможем только в том случае, если выйдем на контакт с местным контингентом.

— Это бред! Кто поверит в то, что мы прибыли к ним с другой планеты?

— Наклз, не обижайся, конечно, но нередко ты напоминаешь мне неуклюжего да косолапого мишутку.

— С чего бы это вдруг? — смутился ехидна, хоть и скрывал это за маской хмурости. Умела ведь сестра Соника преподнести колкость в виде комплимента, за который на неё грешно было бы обижаться.

— С того, что отказываешься включать фантазию, когда она крайне необходима, — объяснила малиновая ежиха. — Я сказала, что нам нужно связаться со здешней цивилизацией, но о том, должны мы говорить правду или нет, разговора не было.

— Предлагаешь наврать в три короба?

— А почему бы и нет? Мы прикинемся журналистами и под предлогом дать интервью будем вытягивать нужную нам информацию. Это беспроигрышный вариант, дружочек!

— Слишком беспроигрышный, чтобы правдоподобным быть.

— Ох, какой же ты трудный! — уныло вздохнула модница. — Ладно, давай решать эти вопросы завтра, ибо у меня уже нет сил идти дальше.

— Я могу тебя понести на руках, если хочешь, — предложил ехидна.

— Благодарю тебя за предложение, но я пас. Лучше остановимся где-нибудь и переждём эту ночь.

Хранителю Мастера Изумруда такое предложение не понравилось, так как любая остановка тратила слишком много времени (как он считал). Но, видно, особым очарованием владела Соня, коль смогла убедить Наклза в правильности своего решения. Да и нетрудно ей было это сделать, поскольку сестра Соника была единственной девушкой, которую ехидна не только уважал, но и прислушивался к ней.

Сказывалось общение в прошлом.

Местом для ночлега стали изогнутые, выпирающие из земли корни большого древа, которые идеально подходили для лежания. Соня нашла два больших листа, один из которых использовала в качестве матраса, а другой — одеяла. Привыкшая спать в полупрозрачном лиловом пеньюаре, в этот раз ей пришлось свыкнуться с нынешним положением и, невзирая на неудобство, спать вот так. Что касалось Наклза, то он отказался от предложенных ему Соней листьев, решив провести ночь в полусидячем дрёме, в качестве подушки используя собственные руки. Сон у него был чуткий, а потому ничто не сможет подобраться к ним, пока ребята спят.

— Можно я у тебя кое-что спрошу о личном? — вдруг промолвил Наклз, когда девушка уже начала дремать на один глаз.

— Что именно? — сонно пробормотала Соня.

— Это правда, что ты рассталась с Бартлби?

Ежиха резко открыла глаза. Сон тотчас же улетучился, напоследок вогнав модницу в неприятные воспоминания, о которых она в последнее время старалась не думать.

— Прости, если я задел тебя, — тихо сказал ехидна, почувствовавший, как сестра Соника напряглась. — Когда мы с Мэником были в Спагонии, он вскользь ляпнул про то, что ты и Бартлби больше не пара.

— Язык у Мэника слишком длинный, — нахмурилась Соня. — Как встретим его, обязательно набью ему морду.

— Выходит, это правда?

Девушка напряжённо вздохнула.

— Да, правда.

— Ясно, — коротко ответил Наклз. — Извини, что спросил. В другой раз я бы выслушал тебя, но тебе, вижу, не хочется об этом вспоминать.

Ежиха прикусила нижнюю губу. Затем откинула лист и приняла сидячее положение, свесив ножки со своеобразной кровати. Ехидна краем глаза посмотрел на неё.

— Знаешь… Мэник хоть и знает про это, вся история ему неведома. Я не рассказывала об этом в подробностях ни ему, ни Сонику. Они хоть и братья мне, и я их очень люблю, не хочется с ними делиться этой историей. Им будет очень неприятно, да и я не смогу, — Соня перевела грустный взгляд на Наклза. — Но тебе я расскажу. Только пообещай, что это не станет публичным достоянием.

— Я не предам твоё доверие, клянусь Мастером Изумрудом, — голосом, полным надёжности, пообещал Наклз.

Соня вздохнула.

И рассказала ехидне о том, в какую проблему вляпался Мэник, когда стал именовать себя Скорджем. Когда он едва не загремел в тюрьму, ежиха приложила максимум усилий, чтобы спасти своего брата. Увы, но ей пришлось просить помощи у Бартлби, чтобы тот внёс за Мэника денежный залог, что крайне не понравилось магнату. На фоне этого разгорелся скандал, в котором Бартлби в очередной раз отозвался о братьях Сони в очень плохом свете, чем сильно оскорбил девушку. Он-то помог Мэнику, вот только их отношения стали накалëнными до предела. Полностью зависимая от гражданского мужа во всём, ежиха нередко получала колкие замечания в свой адрес, что делало ей очень больно. Бартлби был решительно настроен на то, чтобы Соня окончательно порвала все связи с Мэником и уехала вместе с ним в Моботрополис, где магнат купил себе шикарный дворец на берегу озера, но девушку такое положение дел категорически не устраивало. Она и так лишилась одного из своих братьев — Соник в это время сражался с Шедоу, чтобы остановить АРК, — и терять Мэника для неё было сродни самоубийству.

В конечном счёте отношения зашли в тупик. Бартлби собрал все свои вещи и в последний раз предложил Соне поехать вместе с ним. Получив ожидаемый отказ, койот больше ничего не сказал. Сев в лимузин, он навсегда укатил в Моботрополис, оставив бедную ежиху с разбитым на несколько осколков сердцем. Тогда-то Соня и впала в депрессию. Она не покидала квартиру, перестала ухаживать за собой и не хотела никого видеть. Мэник всеми способами пытался вывести свою сестру из депрессии, но у него ничего не получалось. Казалось, что в таком состоянии Соня пробудет очень долго.

В себя пришла Соня лишь тогда, когда перепуганная служанка ворвалась к ней в комнату и сообщила ужасную вещь: Соник и неизвестный ёж сражаются в космосе с ящероподобным чудовищем, пытаясь спасти Мобиус. Весть о пропавшем брате вмиг отрезвила Соню, и она, быстренько приведя себя в порядок, созвонилась с Мэником, сообщив ему известие о Сонике. После этого парочка отправилась в путь, ну, а дальше история начинала брать своё начало с момента их встречи с синим ежом.

— Как бы это странно ни звучало, но я не питаю ненависти к Бартлби, — прошептала Соня, хоть и скользнула предательская слеза по её щеке. — Мои братья ему никогда не нравились, но при этом он искренне хотел, чтобы я была счастлива. Однако я не могла бросить своих братьев, и Бартлби это понимал. Наверное, то, что мы расстались, было самым правильным решением.

Наклз молчал, напряжённо играя желваками. Знал ли он Бартлби? Ещё бы. Об этом мультимиллиардере ещё издавна говорили все. Почти каждая девушка мечтала выйти замуж за такого красавца, который был хорош во всём, особенно во влиянии на политику. Он что при Роботнике был на хорошем счету, что при нынешнем президенте.

Наверное, поэтому вести о Сонике никогда и не доходили до Сони, пока она была рядом с Бартлби.

Наклз сжал руку в мощный кулак, и тот задрожал.

— Не нужно, Наклз, — грустно попросила Соня, поняв, что ехидна хочет обругать её бывшего парня (гражданского мужа). — Наше счастье было возможным только в том случае, если бы я оставила Мэника и перестала думать о Сонике.

— Тогда какое же это счастье, если ради любви приходится жертвовать близкими? — процедил сквозь зубы Наклз, сдерживая себя от рвущегося наружу рыка. — Только за то, что он всячески лишал тебя общения с братьями, я уже его ненавижу! Гр-р! Я… р-р-р… Я хочу его порвать!

Фиолетовые глаза ехидны полыхнули огнём. Он не обладал заурядной фантазией, но при этом отчётливо понимал, что чувствовала Соня в тот момент, когда Бартлби называл Соника и Мэника «ужасным дополнением к её роскошной жизни». Больно! Безумно больно и неприятно, что о твоей семье отзываются в худшем свете. Было ли это предательством? Ещё каким! Наклз мог это хорошо прочувствовать, имея в памяти ярчайший пример, как Пачакамак предал свою дочь Тикал ради силы, что жила в Изумрудах Хаоса.

Соня подсела к Наклзу и положила голову на его могучее сильное плечо. Ехидна в ответ приобнял её рукой за плечи. И пусть Наклз был груб и запоминался всем как хамоватый, вспыльчивый и злой парень — с теми, кто был ему дорог, он вёл себя иначе. Его огонь, рассчитанный на агрессию, становился уютным костерком, который согревал его любимых, как домашний очаг.

— Спасибо за поддержку! — благодарно прошептала Соня, и горячая слезинка стекла по заалевшей от смущения щеке. — Склеил, считай, развалившийся башмак.

— Лукавишь, подруга, ой лукавишь, — усмехнулся Наклз, закатив глаза. — В любом случае, знай одно: я набью морду каждому, кто сделает тебе больно.

Соне стало очень приятно. Повернув голову, она чмокнула ехидну в щеку, чем смутила его.

— Ладушки, я пойду спать. Сладких снов, Наклз! — нежно прошептала Соня.

Ежиха улеглась на лист и укрыла себя вторым, после чего закрыла глаза. На душе вдруг стало так хорошо и уютно, что девушка не могла сдержать улыбки. Кто бы что ни говорил о Наклзе, для неё он навсегда останется надёжным товарищем, который сможет поддержать в любом случае, не обладая при этом знаниями психолога. Настоящий друг!

— Ты спишь? — тихо спросил он.

— Почти, — ответила она. — А что?

— Да меня тут второй вопрос терзает, ещё на «Яйце Смерти» им задался.

— Какой?

— Как у тебя получилось дезориентировать Шедоу?

Соня снова открыла глаза. Но в этот раз никакой напряжённости не было: ежиха и сама задавалась этим вопросом, не зная на него ответ.

— Этот парень очень странный и непредсказуемый, — сказал Наклз, думая о чём-то. — Я знаю его не так давно, но уверен, ради своих целей он пойдёт на что угодно. Он амбициозен, и тем удивительнее, что ты смогла его остановить без применения силы.

Соня вспомнила этот момент. Шедоу одолел всех и готов был заняться ею, но внезапно остановился, поливая её взором, полным шока и… боли. Будто кто-то схватил его за душу в этот момент и на её струнах сыграл виртуозно. Соня помнила эти красные глаза, в которых холод сменился эмоциями, и нечто болезненное проскользнуло в них, пытаясь спрятаться за маской равнодушия.

Соник рассказывал о нелёгкой судьбе Шедоу. Этот ёж был как поломанный механизм, что не подлежал восстановлению. Учитывая полученную после битвы за АРК амнезию, чувство боли наверняка выросло в несколько крат, и Соник это заметил сразу же. Не зря ведь он кинулся на Эггмана, когда тот начал говорить про лукавство героев. Шедоу — это та личность, о которой мало что знали даже те, кто с ним имел опыт в общении. Слишком таинственен он. Слишком загадочен.

И одновременно опасен!

Наклз перестал задавать вопросы, и уже через десять минут Соня тихо сопела под листом, видя не третий, а даже четвёртый сон. Ехидна усмехнулся, после чего закрыл глаза. Она была права: им действительно нужен был отдых.

***

В катакомбах становилось жарко.

Желеобразные одноглазые личинки всё чаще и чаще преграждали героям дорогу, и последним приходилось вступать с ними в бой. Милла орудовала магией, как обычно, а вот Тейлз кончал противников ржавой трубой, которую нашёл в куче мусора. Пока всё шло неплохо, однако лис был уверен, что это только начало.

Покинув прежнюю локацию, герои бежали по трубам дальше, попутно выкашивая оппонентов. Милле приходилось нередко останавливаться, чтобы уловить нужный запах и указать своему новому другу верное направление. Они направлялись к месту, где Милла подобрала Тейлза и принесла на злосчастную полянку. Учитывая, каким длинным был путь, лис с ужасом пришёл к выводу, что собачке пришлось сильно попотеть, дабы дотащить его.

— Милла! — крикнул Тейлз.

Собачка создала энергетический куб и подкинула его, а лис с размаху ударил по нему трубой, в виде своеобразного бейсбола «отбивая шар» прямо в «подающего». К последнему классу относились монстры, в которых этот куб и влетел. БАБАХ! — взрыв раскидал их в разные стороны, большую часть расщепив на молекулы.

— И-е-е-й! — весело воскликнула Милла.

— Кто бы мог подумать, что бейсбол на самом деле крутая игра, — резюмировал Тейлз.

Правда, ржавая труба была с ним не согласна. Удар по кубу расплавил её, поэтому лису пришлось распрощаться с ней и бежать вперёд уже без оружия.

Насчёт полёта Милла не соврала. Когда ребятам путь преграждали пропасти, они пересекали их по воздуху благодаря умению летать. Правда, на больших расстояниях ей приходилось полагаться на Тейлза, поскольку девушка очень быстро уставала. В этом плане лис был незаменим.

Когда им начали попадаться большие светлячки, вместо света использующие электричество, Тейлзу пришлось уйти на задние ряды, дабы уступить Милле дорогу. Собачка храбро шла вперёд, уничтожая супостатов энергетическими кубами и лазерными выстрелами. Её щит был универсален: ни одна вражеская атака не могла пробить его. Жучкам приходилось несладко в битве с Миллой.

Туннель вывел их в следующее помещение, и Тейлз ахнул: путь им преграждала стена. Какие-то бочки опускались в подземную воду, которая, к счастью, ещё не была отравлена Симбионтом. Это был единственный выход отсюда.

Герои спрыгнули в воду.

Лис хорошо плавал. Очень часто ему приходилось выручать Соника, который боялся воды, как огня, в основном из-за того, что тонул подобно камню. Синий ёж не умел плавать и нередко бросался в панику при мысли, что определённый путь им нужно проделывать под водой. В этой сфере Тейлз был для него спасательным жилетом.

Милла умела плавать не хуже Тейлза. Она работала лапками и так грациозно плыла, что лис аж залюбовался ею. Очень быстрая и невероятно гибкая, чем парень, увы, похвастаться не мог. Долгое плавание изнуряло его.

К счастью, водная часть быстро подошла к концу, и парочка вынырнула из воды. Так как устранением противников занималась Милла, Тейлза отводилась иная роль - озираться по сторонам и заблаговременно оповещать боевую подругу в случае, если кто-то пытался подкрасться к ним со спины. Нынешнее положение не радовало лиса, но в одном он был спокоен: они достаточно далеко ушли от Шуигана — значит, Бревон и его армия до них теперь не доберутся. Подумав об этом только, на душе юноши становилось спокойно. По крайней мере, со здешними тварями было в разы приятнее расправляться, чем иметь дело с грозным Бревоном, которому плевать, кому голову рубить: робкому парнишке или милой девчушке.

Конечной остановкой была грань, за которой начинался уже следующий туннель. Преодолеть его можно было только по воде, поскольку ни единого выступа он не имел.

— И... что дальше? - едва ли не обречённо вопросил Тейлз, просящим взглядом как бы умоляя Миллу дать ему если не оптимальный, то хотя бы приемлемый ответ.

Однако та лишь развела руками, сказав:

- Дальше - только вплавь.

Резюмировать абсурдность сей идеи лис не стал - сие было настолько очевидным, что собачка наверняка всё сама понимала. Соваться в воду - гиблое дело: Симбионт тотчас настигнет их и потопит в своей слизи. Пытаться бежать по воздуху? Мысль дельная, однако рисковая, ибо предполагала действовать наугад в случае, если Тейлз вдруг устанет где-то на середине пути.

Тут-то панический взгляд голубых очей и упал на несколько побитую моторную лодку, что пришвартована была к изувеченному пирсу.

Больше Тейлз ничего не сказал. Со всех ног полетел он к транспорту, молясь и Хаосу, и Солярису, и даже треклятой Тëмной Гее, искренне надеясь, что с ним всё в порядке.

— Фух! — с облегчением выдохнул Тейлз, когда быстренько изучил лодку. Хоть она и была повреждена, сие не носило тяжёлого характера. - Пять минут - и она будет готова к работе.

РРРРААААААААРРРР!!!

Знакомый рёв пробил Тейлза и Миллу леденящей душу дрожью, и первый моментально осознал, что времени на починку транспорта у него не то что кот наплакал - вообще нет. Он даже крышку мотора толком-то не успеет вскрыть, как из туннеля покажется Симбионт, готовый насадить на свои склизкие щупальца робкого мобианца и отважную авалисянку.

— Это бесполезно! — выпалил Тейлз, когда Милла приготовилась к бою. — У него очень хорошая регенерация! Простыми атаками его не проймешь!

— У нас есть выбор? — вопросила Бассет.

Майлз принялся анализировать ситуацию, попутно оглядывая помещение. Он был слаб физически, но силён умом — именно это было его главным оружием. Если всё просчитать и грамотно подойти к делу, то успех им точно гарантирован.

И в этот момент взгляд Тейлза пал на ржавую балку, на которой держались другие. Лис быстренько пробежался по ним глазами, и отличная идея моментально пришла к нему в голову.

— Милла, атакуй эту балку самой мощной атакой, которая есть в твоём арсенале, — попросил Тейлз.

Девушка не стала задавать лишних вопросов и выполнила просьбу товарища, выстрелив разрушительным лазером по мишени. Прожжённая балка тотчас же скрипнула и съехала с «фундамента», из-за чего остальные «брёвна» задрожали. В этот самый момент Симбионт вырвался из туннеля, и потерявшие опору балки рухнули прямо на него. Произошёл такой страшный грохот, что ребятам пришлось закрыть уши, дабы не оглохнуть.

— Вау! — Милла была вне себя от восторга, когда увидела, что балки не только рухнули на Симбионта, но и на некоторое время задержали его. — Я бы никогда до такого не додумалась. Ты молодчина, Тейлз!

А лис тем временем приступил немедля к починке мотора. Времени, как и прежде - кот наплакал. Пусть не пять минут, но хотя бы полторы-две точно есть.

— Должно получиться! Просто обязано! — процедил он.

И чудо свершилось: мотор зарычал подобно вышедшему на охоту тигру, что ознаменовало его приведение в полную боевую готовность.

Лодка тронулась, и ребята медленно отчалили от берега.

Симбионт наконец-то выбрался из-под балок и с рычанием бросился в погоню за беглецами.

Лодка пусть и медленно, но набирала скорость, однако весь план мог пойти к чертям, если монстр атакует транспорт. Так как бой целиком и полностью возлагался на Миллу, ей и пришлось воевать с Симбионтом. Она бросала в него кубы и атаковала небольшими лазерными атаками, попутно защищая себя и лиса энергетическим щитом от ядовитой рвоты. Тейлз ничем не мог ей помочь. На него возлагалось управление лодки, которую постепенно начинало нести по позеленевшим от яда волнам, как во время морского шторма.

За то время, что Тейлз и Милла провели вместе, они не только успели сработаться в паре, но и узнать друг друга получше. Он нашёл в ней неоспоримую поддержку, а она в нём — смысл покинуть катакомбы. Теперь они держались командой и собирались отправляться на поиски друзей Тейлза вдвоём; последний очень хотел познакомить Миллу с Соником и остальными. Кто знает, что бы с ним было дальше, не окажись она рядом в нужный момент.

Лодку неожиданно подкинуло и закачало в разные стороны, отчего Миллу повело в сторону.

— МИЛЛА! — Тейлз резко бросился к ней и повалил её на спину, однако сам избежать столкновения не успел.

Он ударился головой о выпирающую из-под потолка трубу и кубарем полетел в зелёную воду. Но то ли чудо в этот момент снизошло к нему с фортуной, то ли в рубашке парень родился — в последний момент Тейлз успел зацепиться за металлическую ручку лодки правой рукой, благодаря чему спас себя от гибели.

— ТЕЙЛЗ! — закричала Милла.

Лис начинал зеленеть. Инопланетный яд впитывался в его желтоватую шерсть, делая её более ужасной на вид. Тейлз тотчас же задержал дыхание и закрыл рот, боясь, что отрава попадёт к нему в желудок. Но что делать с Симбионтом, который распахнул пасть и начал приближаться к нему, он не знал.

Зато знала Милла, теснящая монстра лазерными выстрелами. Благодаря ей Тейлз получил передышку и смог залезть обратно на лодку. Скорость последней была просто запредельной.

— Он тебя отравил! — испугалась Милла.

— Стреляй по стенам туннеля, — слабо промолвил Тейлз. — Много стреляй. Сделай так, чтобы произошёл обвал.

Бассет послушно кивнула. Она создала несколько кубов и раскидала их во все стены, в результате чего потолок начал обваливаться. Тейлз прилёг на спину и до конца выкрутил шнур, из-за чего лодка стала попросту неуправляемой, унося ребят вперёд на повышенных скоростях. Симбионт злобно прорычал, однако его песенка была спета. Даже обладая невероятной регенерацией, он оказался под обвалами и выбраться был не в состоянии. Медленно, но тварь умирала, испражняясь болотистой рвотой и той же цветовой палитры кровью.

Тейлз и Милла спаслись.

***

Прибытие к конечной остановке прошло спокойно. К тому моменту лодка окончательно поломалась и к берегу причалила плавно, медленно заезжая «носом» на камни. Относительному счастью Тейлза не было предела: приплыли они к месту, с которого и началась история лиса — к «Торнадо Х». Старый добрый биплан лежал на каменных завалах гордо, хоть и выглядел несколько ужасно: поломанные крылья и винты. Его можно было починить и на нём отправиться на поиски.

Тейлз аккуратно сошёл на сушу и тотчас же подогнулся в коленях, тяжело дыша. Голова адски болела после удара о трубу, да и отравление сказывалось. Неизвестно, смертельное оно или нет, но в том, что перенести его будет сложно, Тейлз был уверен. Ему уже становилось плохо: тошнота медленно подкатывала к горлу, а спазмы мышц говорили о том, что сегодняшнюю ночь лис проведёт в неприятных муках.

Милла нашла сухое место на траве и подозвала Тейлза к себе. Тот слабо поплёлся к ней, придерживаясь за голову. Собачка опустилась на колени и похлопала по ним ладошками, приглашая лиса прилечь.

— Что ты хочешь сделать? — слабо вопросил Тейлз.

— Вылечить тебя, — Милла тепло улыбнулась ему. — Не бойся, это не больно.

— Да нет, дело не в этом. П-просто… — на этой ноте лис и замолчал, выдавая своё смущение пылающим на щеках румянцем.

Девушка поначалу не поняла его, но потом улыбнулась и закатила глаза.

— Не стесняйся меня. В том, что я хочу тебе помочь, ничего зазорного нет. Друзья ведь должны помогать друг другу, верно?

Парень потупил взгляд. С одной стороны, несколько детское отношение к некоторым вещам делало Миллу более открытой и искренней, а с другой — слишком милой. Что именно так влияло на него, Тейлз не понимал: оба качества гармонично сочетались в этой приятной особе, которая хоть и была его ровесницей, в некотором плане обгоняла по решительности.

— Ну… ты права… н-наверное… — Тейлз всё-таки подчинился и лёг на спину, положив голову на колени Миллы.

И это его смущало. Он никогда ещё не испытывал подобных ощущений, в основном зная о подобном лишь с рассказов других. Лежать на чьих-то коленях — это не было бы так постыдно для лиса, окажись на месте Миллы кто-нибудь из его старых друзей. А собачка мало того, что была для него малознакомой, так ещё и поражала милым взглядом нефритовых глазок, что сияли подобно звёздам в ночном небе.

— Ты напряжён. Расслабься, дао исцеления не причинит тебе вреда, — мягко обнадёжила его Милла.

Она сконцентрировала в своих руках зелёную энергию, которую использовала в бою, и изменила её цвет на золотистый. Это было Ци, которым, как понял Тейлз, пользовались все жители Авалиса. Эта жизненная энергия, способная обращаться и в оружие, и в медицину, но только в умелых руках. А так как Милла имела неограниченный запас Ци и отсутствие боевого опыта компенсировала магией, в её целебном ремесле можно было не сомневаться. Уж она-то знает, как правильно лечить.

Милла приложила ладони к вискам Тейлза, и лис почувствовал, как по его телу проходит тепло. Боль в голове заметно понизилась, а потом и вовсе исчезла. Даже рана — и той не было. Зелёный окрас вновь стал жёлтым, а яд, попавший в тело Тейлза, был выжжен целебным Ци. Резкое облегчение нахлынуло на двухвостого, и неприятный спазм в мышцах сошёл на нет.

Но появилась сонливость, с которой Тейлз явно бы не смог бороться. Тяжёлая усталость свинцом налилась на веки, а расслабленное тело уже готовилось к крепкому сну, желая забыть те кошмары, что владелец лицезрел в катакомбах. Безумно хотелось спать.

— Милла…

— Что такое? — тихо отозвалась девушка.

— Почему... почему ты мне помогаешь? - сложно сказать, действительно ли Тейлз спрашивал или просто бормотал, почти провалившись в сон.

Милла молчала. Вопрос лиса не то чтобы озадачил её, но смутить смутил.

Действительно: почему? Она знала его всего ничего, однако не только решила ему помочь, ещё и вызволилась сопровождать во время поисков остальных мобианцев. Что это: проявления той самой собачьей преданности, - или в этом сëм было что-то другое? Что-то, чего не мог понять не только Тейлз, но и, как ни странно, сама Милла?

Девушка открыла было уста - и сомкнула их. Просто улыбнулась и положила ладонь на лоб лиса, пропуская через неё поток жёлтой энергии.

— Ничего не бойся, - тихо прошептала она. - Что бы ни случилось - я буду тебя защищать.

А ночные цикады тем временем продолжали петь, разбавляя ночную тишину убаюкивающей мелодией. Наличие безобидных светлячков только приукрасило её, делая ночь более романтичной.

Глава 8: Сомнения

— Лайлак, ты уверена, что это где-то здесь? — нудно поинтересовалась Кэрол, недовольно махая хвостом. Учитывая, сколько кругов им пришлось нарезать около моря, терпение кошки подходило к концу. — Может, плюнем на всё и пойдём домой пить чай?

— Обязательно, Кэрол, — сказала Лайлак, но, когда Тиа уже хотела радоваться, с улыбкой добавила: — Как только найдём место падения, о котором говорилось в новостях.

— Ы-ы-ы, Лайлак, ну ты и…!

— Я тебя тоже люблю, солнышко!

И, хихикнув, пошла дальше, не обращая внимания на сердитость кошки, которой идея кинуть что-нибудь в драконшу казалась разумной.

Соник очень быстро шёл на поправку, что не могло не радовать Лайлак и Кэрол: их дао исцеления пригодилось весьма кстати, хоть и ушло у них на это много Ци. Буквально сегодня, не успело утро наступить, синий ёж бодро вскочил с дивана и захотел отправиться на пробежку, но драконша убедила его в том, что ему необходимо ещё немного побыть в постели.

— А вы сами-то куда намылились? — поинтересовался Соник во время завтрака.

— Хотим исследовать место одного из возможных падений ваших гостей, — ответ Лайлак взбудоражил мобианца.

— О, ништяк! Я с вами!

— Ты остаёшься здесь.

— Я с вами! — настаивал синий ёж.

— Нет, ты будешь ждать нас здесь, — возразила сиреневая драконша.

— Почему все сливки достаются кому-то другому?

— Сливки? — скривилась от услышанного Кэрол, после чего продолжила кушать дальше. — Да будь моя воля, я бы вас двоих отправила на поиски, а сама дома осталась. Это у Лайлак в одном месте горит, в героев наиграться не может.

— Именно поэтому, Кэрол, я беру с собой тебя, а не Соника, — хитро улыбнулась Лайлак, а затем закрыла один глаз и высунула язычок, делая милую мордашку. — Когда мне ещё представится возможность послушать самые лестные обо мне комплименты из твоих уст.

— Лучше б ты меня взяла с собой! — обиделся Соник.

— Нет, ты лучше посиди дома да посудку помой. Мне будет очень приятно, правда!

Ёж поморщился, переглядываясь с кошкой.

— Чтоб у тебя третий рог вырос! — обиженно буркнули они, чем рассмешили драконшу.

И теперь Кэрол была вынуждена следовать за Лайлак, которой поиски не доставляли никакого дискомфорта. Напротив, драконша бежала, как и обычно - бодро и легко. Зато была недовольна Кэрол, которой приходилось постоянно останавливаться, заводить мотоцикл и следовать за энергичной подругой.

Но вскоре их поиски подошли к концу, и подруги вышли на большую изрытую поляну, следы падения которой были очерчены ореолом. Несколько обломков почернело от огня, тогда как другие превратились в металлические песчинки. Они, скорее всего, полыхали тут долгое время, но вчерашний ливень и ночь привели сие место в относительный порядок.

— Хм-м… — Кэрол оставила мотоцикл и зашла в ореол падения, осматривая это место. — Неплохая такая свалка, как ты считаешь?

— Очень похоже, — согласилась Лайлак.

Ожидая найти обломки огромного линкора или не менее гигантского дредноута, драконша была страшно разочарована, когда поняла, что это — лишь малая часть тех изысканий. Здесь можно было найти и перегоревшие микросхемы, и пружинки с деталями, и разбитые мониторы, и ещё много чего. Окажись на этом месте какой-нибудь любитель механики, его счастью уж точно не было бы предела.

Однако Лайлак была разочарована ещё сильнее, когда поняла, что ничего ценного здесь они с Кэрол не найдут. Здесь была только поломанная техника, но никакими сокровищами тут и в помине не пахло. Изначально она предположила, что может найти среди обломков второй Изумруд Хаоса - хотя Соник говорил, что подобному не бывать, ибо их он выронил, - однако сего не случилось.. Глупо и по-дурацки, но девушка искренне надеялась.

— Ладно, здесь нам ловить нечего, — вздохнула Лайлак. — Пойдём отсюда.

— Как бы не так, драконоподобная! — вдруг окликнул её холодный женский голос.

Подруги тотчас же обернулись и увидели двух фиолетовоглазых панд, что приближались к ним. Первый был здоровяком, облачённым в золотую броню и носящим за спиной того же цвета щит. Второй оказалась стройная красивая девушка, боевая одежда которой была фиолетовой. В её левой руке находилось копьё с ледяным лезвием.

— Ой-ой, — опешила Кэрол, заметив на их предплечьях герб страны Шан-Ту. — Лайлак, это, похоже, подданные Королевского Магистра.

— Я это поняла уже, — ответила драконша, после чего преклонилась перед ними. — Здравия желаем!

— Что вы тут делаете? — басистым голосом спросил здоровяк, уперев руки в бока. — И кто вы такие?

— Мы… — лиловая переглянулась с зелёной. — Всего лишь искательницы сокровищ, не более. Полагали, найдём здесь что-нибудь ценное, но ошиблись.

В принципе, Лайлак и не соврала им: сюда они пришли действительно за этим. Но проблема была в том, что подобные встречи могли им вылиться в копеечку, а этого не хотелось ни ей, ни уж тем более Кэрол, которая начинала нервничать. Ещё бы! Узнай эти панды о прошлом драконши и кошки, разговор был бы совершенно иным.

Воительница — та, что была с копьём — решительным шагом двинулась к ним, чем встревожила Лайлак. Не нравились ей эти холодные фиолетовые глаза, что смотрели на неё и Кэрол. Тот здоровяк казался по сравнению со своей напарницей плюшевым медведем.

— Что в твоей сумке? — холодно спросила панда, остановившись от драконши в одном метре. — Медленно, без резких движений!

Лайлак отчасти нахмурилась, но лишь отчасти, ибо конфликтов с подданными Магистра ей искренне хотелось избежать. Она осторожно сняла со своего плеча походную сумку и раскрыла её, чтобы панда могла увидеть содержимое.

— Хм-м… — воительница увидела кинжалы, свитки, пару эликсиров и зелёную траву, которую жители Авалиса нередко измельчали для лечебных снадобий. — Полагаю, вы когда-то обучались в академии Шан-Му, верно?

— Было дело, — лаконично ответила Лайлак, застёгивая сумку и вешая её обратно на плечо.

— Выходит, вы не столько искательницы, сколько охотницы.

— Нира, прекращай уже допытываться до них, — видно, жалко здоровяку стало, что его напарница уж очень дотошна к чужим и на пустом месте докопалась до двух девушек, раз решил вступиться за них. — Тем более, что у нас не так много времени. Кстати!

Панда закатил глаза и широко улыбнулся, представ перед девушками и вовсе в добродушном амплуа.

— Я генерал Гонг, воевода армии Королевского Магистра!

— Прошу прощения за свою бестактность, — девушка вздохнула и прижала правую руку к своей груди. — Я Нира Ли - ледяной рыцарь, по совместительству правая рука Королевского Магистра. .

— А вы кем будете, любезные?

Лайлак краем глаза переглянулась с Кэрол. Называть свои имена — это всё равно, что добровольно сунуть голову в петлю и выбить из-под своих ног табуретку.

— Я Лайла, — представилась драконша.

— Кароль. Ой, то есть… — кошка запнулась, чем переполошила Лайлак, а также привлекла внимание панд к себе. — Карола я.

«Итить твою фантазию, Кэрол!», — мысленно взвыла Лайлак, хоть и старалась всем своим видом показывать абсолютное спокойствие.

К их счастью, подданные Магистра не заострили на этом внимание, решив, что родители Кэрол были извращенцами, когда давали ей такое имя.

— Значит, Лайла и Карола, — Гонг сделал глубокий вдох, чем насторожил девушек. Но на самом деле он поступил так лишь для того, чтобы не рассмеяться с «имени» последней. — Вы разве не слышали по новостям, что вчера в небе были замечены неопознанные объекты?

— Так точно, товарищ генерал — слышали! — кивнула Лайлак. — Но мы подумали, что это было сделано ради пиара, ну или… не знаю…

— Ради «попонтоваться», гы-ы! — спешно добавила Кэрол, улыбнувшись в тридцать два зуба.

— Знаете, я согласен с вами по поводу вранья в телевизоре. Но в этот раз всё серьёзно.

— Рекомендую вам обходить подобные места стороной: они могут быть радиоактивны, — предупредила Нира.

— Ясненько. Впредь будем аккуратны, спасибо большое.

Гонг и Нира пробежались взглядом по обломкам и решив, что здесь им действительно нечего искать, отправились восвояси. Их исчезновение позволило Лайлак и Кэрол с облегчением выдохнуть, а заодно успокоиться. Хоть подданные Шан-Ту и не узнали в них тех самых, удовольствия от их компании девушки всё равно не получали.

— Видно, дело действительно серьёзное, раз Магистр отправил своих лучших бойцов на расследование, — сделала вывод Кэрол, после чего посмотрела на драконшу, ехидно на неё глядящую. — Ты чего ухмыляешься?

— Да так, просто, — ответила Лайлак, после чего не удержалась и расхохоталась. — Миссис Карола, ахахаха!

— Эй, иди ты знаешь, куда? Я вообще-то перепугалась и сказала наобум!

— Ахах, прости, Карола! Ой, извини, — и добавила: — Кароль.

— Ой, пошла ты, блин!

— Ахахахаха!

***

— Эх, как же скучно.

Больше всего Соник ненавидел две вещи: воду и скуку. С первой у него появились неприятности ещё с самого раннего детства, а вторая как раз-таки стала бичом его невероятной скорости. Одного этого факта хватало, чтобы ёж не мог усидеть на одном месте, постоянно куда-нибудь срываясь. Ну не мог он ничего не делать, просто не мог!

Лайлак настрого запретила ему покидать дом, и Соник не находил себе места от скуки, безвылазно расхаживая по дому в поисках чего-нибудь интересного. Он с унылой физиономией листал каналы на телевизоре, где все в один голос твердили об упавшем на Авалис НЛО, и, чёрт подери, даже посуду помыл, хоть Лайлак и сказала это в шутку. Эти способы развлечься были не то что не рабочими, а кастрированными во всех смыслах. Соник сначала полежал в гостиной, потом в спальне, затем и вовсе лёг на пол.

Скукота! И любимой гитары, как назло, рядом не было. А ведь она здорово выручала Соника, когда тому становилось скучно, а желание побегать отсутствовало. В такие моменты синий ёж релаксировал — перед ним открывалась иная реальность, наполненная ярчайшими приключениями, незабываемыми впечатлениями и, конечно же, красочными событиями. Эти редчайшие полёты фантазии позволяли Сонику по-другому взглянуть на свою жизнь, поразмышлять о том, а кем бы он стал, не поведай однажды Дельфийский Оракул Алине о пророчестве Совета Четырёх. Какова была бы его жизнь, не уйди ёж однажды из «Sonic Underground», чтобы лично бороться с Эггманом, без Мэника и Сони. Не встреть Тейлза, Наклза, Эми…

— Кстати...! — стоило Сонику только подумать о прошлом, как правая рука самовольно потянулась к медальону в виде гитары, что с недавних пор стал занимать своё прежнее почётное место на ежиной груди.

А ведь когда-то герой Мобиуса играл на нём - как в соло, так и в тандеме с Соней и Мэником. Что уж там, их первая встреча спустя долгие годы разлуки состояла в одном из трактиров, где близнецы, ведомые силой гармонии, дали зажигательный концерт. Гитара, барабан, клавишный инструмент - в совокупности с голосами детей Алины, они сотворили поистине невероятное что-то. Настолько, что весть о трёх ежах из того самого пророчества вмиг разлетелась по всему Мобиуса.

Хотя на деле всё было не совсем так, ибо Роботник о существовании Соника, Мэника и Сони узнал из уст того, кто, как считал синий ёж, и был истинным виновником их проблем.

— Интересно, а получится ли у меня снова на нём сыграть... спустя столько лет? — Соник сконцентрировался на энергии, коей, как сердце, запульсировал медальон. Ощущение сего было сродни встрече со старым другом, с которым он в последний раз виделся в детском садике.

И ведь сие истовость - ёж действительно чувствовал себя человеком, пришедшим на встречу одноклассников спустя тридцать лет разлуки. Когда медальон сверкнул, словно только-только родившееся небесное тело, а затем плавно опустился на руки Соника в виде стильной гитары, тот некоторое время скользил по нему глазами, пребывая в немом изумлении.

Он столько лет лежал у него в самом дальнем уголке полки, захламлëнный и заваленный всякого рода предметами - и лишь сейчас Соник решил вспомнить былое, когда героем Мобиуса он являлся разве что в своих фантазиях.

Трунь-трунь — заиграли первые аккорды, и наполнилась в одночасье комната музыкой, которая была всё так же хороша, энергична и бодряща, как и всегда. Неудивительно, ведь Соник практиковался каждый день, пусть и на другой гитаре, а потому его музыкальный талант только похорошел со временем.

Соник играл, а перед его глазами проносилась жизнь.

Та жизнь, которую он безмерно и горячо любил.

Сложно сказать, с какого действительно момента началось его становление героем Мобиуса: со встречи с братом и сестрой или с ухода от них. Условно её можно было разделить на два цикла. В первом Соник вместе с Мэником и Соней странствует по миру в поисках Алины, попутно сражаясь со злобным Работником и его прихвостнями. Во втором действует уже сам, путешествуя от острова до острова, на каждом из которых обретает новых друзей: Тейлза, Эми, Наклза. И пусть последний знавал его ранее, по-настоящему их дружба раскрылась только после возвращения Мастера Изумруда на его законное место.

Два цикла - у которых был один путь.

Путь сверхзвукового героя, из относительно безызвестного ежонка превратившегося в истинную легенду Мобиуса.

— Должен признать, маэстро Синька, Вы не только, как всегда, сыграли на высочайшем уровне, но и сделали нечто из ряда вон выходящее, воистину невозможное — взбудоражили душу того, о ком говорят громко, а когда говорят, не забывают с довлением вздыхать — меня, — и всё это Соник сказал своему отражению в зеркале, в котором оное покрутилось и так, и сяк, повторяя действия оригинала.

Настроение у синего ежа и правда поднялось после музыки, отчего тот преисполнился аки Идущий к Реке, готовый творить чудеса и вершить подвиги. Гитара была превращена обратно в медальон.

— Может, кинцо какое посмотреть, хм-м? — задумался Соник. — Видик у девок имеется, да и Кэрол говорила о наличии кассет. Надеюсь, они не обидятся на меня за то, что я немного порылся в их шкафу.

Большим, однако, он оказался — шкаф этот. Ёж открыл его, к удивлению обнаружив отсутствие замка на нём. В принципе, Лайлак и Кэрол жили одни, а потому им нечего было друг от друга скрывать. Про Соника они, видимо, не подумали или же решили, что ёж туда просто не полезет. Как же они ошибались!

Соник лицезрел откровенный хлам. В основном он состоял из различных комиксов, парочки объёмных энциклопедий относительно академии какой-то Шан-Му, мешка с палаткой, а также двух больших картонных ящиков. Последние интересовали ежа больше, и он снял самый верхний, после чего поставил на пол. Там оказались видеокассеты.

— Так-с, что тут у нас? — Соник взял первую. — «Кунг-Фу Панда» — история о панде, ставшей Воином Дракона. Хм-м! Пока отложим.

На обложке второй кассеты красовалась сакура, под которой целовались две панды. Ёж скривил лицо и отложил её, поняв, о чём будет фильм.

Третья рассказывала о великой панде, что жила в Фошане и преподавала вин-чунь, женский вид боя кунг-фу. Краткий синопсис поведал ежу, что зарождение его началось с той самой поры, как бесстрашная панда пыталась копировать движения змеи, тем самым заставляя своё тело двигаться на автомате…

В конечном итоге Соник отложил и эту кассету.

— Так, а это у нас… Ой-ой-ой, ого-о-о! — в этот раз на обложке красовалась крайне взрослая картинка, чьё содержание строго запрещено было смотреть детям. — Что ж, я должен был предположить, что воздерживающиеся от всякого мужеского тела девы за неимением оных потчуют своё вожделенное «Хочу» рейтингом в пурпурных тонах.

Ёж развернул кассету, чтобы прочитать описание. Синопсис гласил: две лучшие подруги приехали в священный город Инь-Дзынь и решили обучаться у мастера Тай Лунга кунг-фу. Мастер был красив, статен, молод, обаятелен — одним словом, мечта, а не мужик. Он оказывал девушкам лучшие тренировки, которые не ограничивались простецкой физкультурой…

— Две лучшие подруги, ага. Ещё и у мастера.

Вдвоём. Интересно, — Соник озадаченно почесал затылок. Он так искренне не хотел об этом думать, но мысли сего характера оказались настойчивее словившего триумф Эггмана, раз за разом вкидывая в голову ежа уж очень интересные образы, в своей обворожительности способные потягаться с очарованием Руж.

Итак, картина маслом. Сюжет её краток, но интригующ настолько, насколько решителен в своих фантазиях всяк осмелившийся на неё взглянуть. Всё по классике: горящие розовыми огоньками свечи, десятки брошенных на пол лепестков сакуры, поднимающееся кверху испарение от воды, запах лаванды - и, самое главное, две юные девы, пришли что за благим учением, коим будет потчевать энергичный из энергичных, выносливый из выносливых. Ученицы, как и полагается, пришли на тренировку в одних лишь банных халатиках, подол которых короток, словно мини-юбка, а ткань не только не скрывает, но еще и подчёркивает все прелести женского тела, готового вот-вот познать искусство горячего проникновения.

— О, мастер! — голову поднимает первая ученица. Её драконье происхождение сразу же бросается в глаза, как и сиреневая кожа — влажная, блестящая, будто бы намазанная маслом, и вся в капельках воды. Она вздыхает не то от волнения, не то от радости, и вздымается оттого её большая грудь с хорошо очерченными сосками, облегаемыми бежевой тканью.

— Примите нашу преданность, господин, и будьте с нами нежны этой ночью, — в зелёных глазах не менее зелёной кошки видны счастье и ничего более. Она берётся ручками за пояс халатика, оттягивает его и частично приоткрывает, отчего фокус переходит на основания её скромных ложбинок и безумно ровный гладкий животик, а поднявшийся кверху пышный хвост оголил подтянутые ягодицы, довершаемые спортивными бëдрами.

И смотрел на них мастер своими глазами, цвет оных что подобен был ярчайшим изумрудами, и темны были от воды его синие иглы, и телом наг он был по пояс, что позволило лицезреть красивую мужескую фигуру, вид чей будоражил умы учениц, но ещё больше - их мокрых разгорячëнных тел, готовых к труду и обороне.

Мастер сделал шаг вперёд. Его ладони легли на хрупкие плечики девушек, глаза коих посмотрели на него с вожделенным ожиданием, а на щеках вспыхнул милый румянец, и вкупе с улыбками на устах они смотрелись решительно и отважно, готовые вот-вот продемонстрировать своему наставнику все-все навыки, коими он потчевал их на протяжении некоторого времени.

Мастер наклонился как можно ближе к своим ученицам - и сказал:

— ... Ух, м-мать!

Да, на этом сюжет сего драббла подошёл к концу, ибо в уголках губ Соника показалась слюна, а кое-что и вовсе оживилось.

— Так, всё, хорош! — ёж быстренько привëл разум в чувство и убрал искушающую его воображение кассету обратно в коробку. — Посмотрю что-нибудь другое.

Изумрудный взгляд неожиданно упал на другую коробку, что стояла в самом низу.

— Хм. Может, там что интересное найдётся.

Убрав первую коробку обратно на верх, Соник достал вторую и открыл её. К его удивлению, там лежали вовсе не кассеты и даже не литература взрослого содержания.

— Воу! — герой достал оттуда кинжал и любопытно осмотрел его. — Неожиданно.

В наличии также были свитки с различными иероглифами, которых Соник не понимал — видно, здешние писания сильно отличались от тех, что он видел в своём мире. Какие-то кольца с выгравированными на них крестами, два красных шарфа, ножи, красные монеты и фотография. Ёж взял последнюю и посмотрел на неё, увидев Лайлак, Кэрол и какую-то белую панду с тёмными пятнами вокруг зелёных очей. Здесь девушки сильно отличались от тех, что ёж видел сейчас: все в красных шарфах, чёрных одеждах да с поясах, обвешанных сюрикенами и кунаями. Троица улыбалась, но улыбки их нельзя было назвать добрыми. Что-то смутило ежа, но что именно, он так и не понял.

— «Лучшая команда»! — прочитал на обратной стороне фотографии Соник, после чего снова посмотрел на неё. — Не думал, что меня спасут ниндзя. Интересно, а кто третий? Наверное, их старый знакомый.

Синий ёж взял парочку красных монет и осмотрел их. Изначально ему казалось, что это расцветка такая, но, приглядевшись внимательно, парень тут же округлил глаза.

— Кровь? — опешил он. — Это типа трофей такой, что ли?

И внезапно ему в голову закралась очень мрачная мысль, из-за чего по его спине пробежал холодок. Лайлак и Кэрол хоть и были разговорчивыми, о себе они рассказывали не особо. Девушки жили вдали от цивилизации и, как понял Соник, не любили чужаков на своей территории. Они сказали, что Драконья Долина полна хищников и прочих ловушек — иными словами, идеальна как место для тех, кто хочет спрятаться от внешнего мира.

Чем больше Соник об этом думал, тем сильнее погружался в сомнения, понимая, что здесь не всё так просто. Лайлак и Кэрол — они явно натренированные бойцы. Их «джитсу», которое на здешнем языке звалось «дао», ими пользовалось активно — ёж сам это видел, когда они занимались его восстановлением. Даже дом — и тот был на дереве, дабы в любой момент скрыться за плотными ветвями с листьями.

Кровь на монетах…

Красные шарфы…

Соник тихо выдохнул. Сие место уже не казалось ему безопасной тихой гаванью. Напротив — всё больше и больше оно приобретало пугающий оттенок, предательским холодком окутывая инопланетного гостя.

— Они… убийцы? — прошептал Соник.

Рёв мотоцикла до ужаса переполошил синего ежа, так как это означало одно: хозяйки дома вернулись. Чертыхнувшись, он шустро сложил все вещи в коробку, задвинул в шкаф, закрыл его и в один прыжок оказался на диване. Девушки не заставили себя долго ждать.

— А всё-таки та девчонка меня волнует, — сказала Кэрол, когда девушки вошли в дом. — Видела, как она смотрела на нас? Бр-р, я чуть не замёрзла!

— Успокойся, они всего лишь патрулировали территорию своих владений, только и всего, — махнула рукой Лайлак, закрыв за собой дверь. — Мы ведь оказались на границе Шан-Ту, как-никак.

— Знаешь, когда мы были около Шан-Му, подобного я не видела. Даже Шуиган — и тот спокойнее будет.

— Кэрол, ты слишком напряжена, расслабься. Сейчас мы выпьем горячего чаю и всё будет хорошо.

После этого девушки показались в проёме и увидели лежащего на диване Соника, вращающего на правом пальце маленький мячик.

— Йоу, девчонки! — с закрытыми глазами хмыкнул Соник. — Нашли что-нибудь?

— Да если бы, — фыркнула Кэрол, косо посмотрев на свою подругу. — Говорила же, что нечего там ловить! Так нет же — приспичило нашей красотке в сапожках по свалке полазить.

— Ну, зато мы убедились в том, что обыскивать их бесполезно, — сказала в своё оправдание Лайлак, невинно пожав плечами.

— Можно я не буду говорить о том, насколько это было очевидно, когда мы ещё никуда не ходили?

— Ой, Кэрол, прекращай ворчать. В конце концов, всё закончилось хорошо и даже лучше, чем могло бы быть.

— Оно могло бы быть лучше, останься мы дома, — недовольно пробубнила кошка, и драконша махнула на неё рукой, мол: без толку с тобой спорить.

Синий ёж подкинул мячик и поймал его. Теперь он не знал, как относиться к этим девушкам. С одной стороны, они его спасли, выходили и приютили, что не могло не говорить об их благородности. С другой, Соник чувствовал частичную тревогу оттого, что находился здесь. Враги эти девушки или друзья, ответ неоднозначный.

— Что-то случилось? — спросила Кэрол, обратив внимание на его задумчивость.

— Друзей вспоминаю просто, — сухо ответил Соник.

Зелёная кошка с сочувствием вздохнула, не догадываясь, однако, что герой Мобиуса ей соврал. Все его мысли целиком и полностью крутились вокруг неё и Лайлак, особенно их «скелетов» в шкафу. Соник не боялся их, но мысли о том, что эти девушки помышляют мародёрством и убивают других, не давали ему покоя.

Как бы он не пал от их рук…

***

Как бы хорошо Соне ни было в компании Наклза, проснулась она в ужасном настроении. Причина этому проста: плохая «кровать». Всю ночь ежиха ворочалась, крутилась, нередко просыпалась и ругалась про себя, какие же плохие корни у дерева, что её приютило. А учитывая, что Наклз её ещё и разбудил ранним утром, Соня застала росу и промочила себе края фиолетовой юбки, и та постоянно билась о бёдра, что дико раздражало девушку. Что касалось Наклза, то он был абсолютно свеж и бодр. Для него подобные вещи стали нормой ещё давным-давно.

Пара отправилась дальше, попутно прикидывая в уме, в какой стороне находится цивилизация. К сожалению, путники им так и не попались, зато с дикими зверями всё было иначе.

Вчерашний ночной разговор очень хорошо обогатил девушку энергией, благодаря чему неприятные воспоминания оставили её на какое-то время. Теперь ежихе хотелось привести себя в порядок в каком-нибудь СПА-салоне, поесть вкусной еды в хорошем ресторане, принять ванну, ну и выспаться на нормальной удобной кровати.

Лес не прекращался, но, по крайней мере, становился более открытым. Где-то вдалеке виднелись каменные петли с лесными водоёмами, а здешняя фауна приобретала всё большую дикость. Отчасти Соня надеялась, что там им удастся найти хоть кого-то разумного, но Наклз по-прежнему в этом сомневался. Как и раньше, он упорно верил в то, что одиночное исследование Авалиса — лучшее решение в данный момент.

Жаль, Соня с ним продолжала не соглашаться.

— Мм? Что такое? — спросила Соня, когда ехидна неожиданно остановился.

— Я чувствую поблизости ещё один Изумруд Хаоса, — сказал Наклз. — И чуйка подсказывает мне, что находится он там.

И указал рукой в сторону дикой долины с каменными петлями, до которой им нужно было идти ещё три километра.

— Ой… — неожиданно вымолвил Наклз, прижав руку к животу. — Мне… мне нужно отойти. Подождёшь меня, хорошо?

— Как скажешь, — мило улыбнулась Соня.

Ехидна огляделся и, увидев лесную чащу, бросился туда. Но, видно, стеснялся он ежихи, раз начал заходить далеко, где она бы его точно не услышала и уж тем более не увидела. Моднице оставалось лишь пожать плечами и хихикнуть в кулачок, закатив глаза. Наклз и правда был забавен!

Соня встала под деревом и терпеливо ждала, когда Наклз справит нужду. Конечно, подобные места для удовлетворения своих потребностей она считала нереальной дикостью, но в их положении на лучшее надеяться не приходилось. Разве что довольствоваться малым.

Тихий гул мотора неожиданно привлёк внимание Сони, и девушка резко спряталась за деревом, откуда могла наблюдать за происходящим на открытой территории. К её великому удивлению, это был большой красный мотобаг, которым управлял Динго. Нет, его наличию здесь, на Авалисе, не стоило удивляться, ведь он, как и остальные, оказался на этой планете по вине масштабного сражения. Вопрос заключался в другом: когда ему удалось разжиться транспортом?

— Ох, я щас обоссусь. Блин! Надо поссать.

Динго спрыгнул с мотобага и подошёл к обрыву, после чего начал испражняться, вывалив от счастья язык. Соня презрительно скривилась, не в силах наблюдать за этой картиной.

— А здесь всё же неплохо, хэ-хэ, — ухмыльнулся Динго, продолжая поливать красные лепестки, что росли в траве. — Сейчас отвезу боссу ещё два ящика с кристаллами, а потом пойду, посру. Надеюсь, Слит тоже нашёл что-нибудь интересное.

Соня нахмурила брови, размышляя над услышанным. Если Эггман начал собирать реликты здешнего мира — значит, он уже приступил к изучению этой планеты, попутно разместившись где-то на её просторах. Неясно, поддерживали ли Слит или Динго связь со здешним контингентом, но интуиция подсказывала Соне, что Эггману явно сейчас не до этого.

Динго начинал заканчивать, и Соня нервно прикусила губу, не зная, как ей поступить дальше. Изначально она придерживалась того, чтобы вместе с Наклзом найти кого-нибудь и втереться в доверие к местным, но сейчас у неё появился отличный шанс поймать двух зайцев сразу. Эггман — человек умный, смышлёный. Он наверняка придумал способ, как озолотить самого себя и снять все сливки первым. Если тихо и незаметно проникнуть в его логово, то можно срубить реальный джекпот.

Соня с волнением посмотрела назад, в чащу, куда ушёл Наклз. Как назло, он всё не возвращался, а ежихе не хотелось упускать из виду Динго. Он — идеальный момент для нападения врага, более чем! Ни Эггман, ни Слит — никто не будет ожидать такого хода со стороны неприятеля. Тот, кто владеет информацией, сможет владеть всем миром.

Поэтому Соня извлекла из кармана блокнот с золотой ручкой, написала на листке сообщение и, вырвав его, положила на землю, а сверху — Изумруд Хаоса. Динго тем временем закончил и сел на мотобаг, включая зажигание. Дождавшись подходящего момента, Соня тихо подкралась сзади и спряталась в багажнике, где, к её счастью, было пусто. Это было рискованно, но на то Соня и была сестрой Соника, раз могла пойти на подобное, не взирая ни на что.

Транспорт скрылся из виду.

— Ух, вот я и закончил! — довольно пропыхтел Наклз, выходя из чащи. — Соня? Соня!

Ехидна огляделся по сторонам, но ежихи нигде не было.

— Хм. Может, ей тоже приспичило? — задумался он, пока не увидел лежащий Изумруд Хаоса, под которым была записка. — Мм? Что это?

Хранитель Мастера Изумруда поднял артефакт вместе с сообщением и прочитал его, и фиолетовые глаза медленно округлились.

Оно гласило:

Дорогой Наклз!

Прости меня за то, что оставляю тебя одного, но другого шанса у меня не было. Когда ты ушёл, сюда прибыл Динго, и я решила воспользоваться моментом, чтобы проникнуть на базу Эггмана. Знаю, это очень рискованный шаг, однако я не хочу терять такую возможность. Я оставляю Изумруд Хаоса тебе и оправляюсь на базу Эггмана. Очень надеюсь, что моя задумка окупится, и я смогу прижать его к стенке. До встречи, дорогой мой друг, и прости меня!

Твоя лучшая подруга…

Ежиха Соня!

У Наклза от страха и волнения забилось сердце. Он сжал записку в кулаке и выскочил на дорогу, ещё раз осмотревшись по сторонам. Ехидна искренне надеялся, что всё это — не более чем розыгрыш! Что Соня сейчас выйдет из-за дерева, весело рассмеётся и скажет, что решила пошутить над ним. Что угодно!

Но только не это!

Наклз хорошо знал Соню и понимал, что, несмотря на высокий интеллект, ежиха унаследовала тот же характер, что был и у Соника, и у Мэника: жажда риска и азарта. И в этот момент Наклз был готов проклясть абсолютно всё за то, что ему приспичило именно в этот момент отлучиться. Словно судьба сыграла с ним злую шутку.

— Какая же ты дура! — сквозь зубы вымолвил Наклз, понимая, с чем Соне придётся столкнуться. — Да тебя… тебя же убьют! Чёрт!!!

Наклз побежал, куда глаза глядят. Он не знал, в какой стороне скрылись Соня и Динго, а потому бежал наугад, раздвигая листья и уходя дальше в лес. Найти Соню! Остановить её! Отговорить! Вразумить! Спасти!

Наклз понимал, что это бесполезно, ибо Соня наверняка уже далеко отсюда…

Но он искренне не хотел допустить того, что с ней сделает Эггман, если её план провалится…

***

Соник постепенно начинал понимать, почему Кэрол так обожает стряпню Лайлак. Готовила драконша и впрямь отлично, чего стоила одна лапша с рыбой, от которой аж за ушами трещало. Но в этот раз Лайлак приготовила рис, приправила особыми специями и подала к столу вместе с рыбными палочками, к которым отдельно был поставлен соус. Пожелав друг другу приятного аппетита, троица взяла палочки и начала кушать.

— Ня-я-я-я! — у Кэрол в глазах появились сердечки: настолько сильно ей понравилось блюдо. — Лайлак, ты чудо!

— Обалденно! — согласился с ней Соник. — Жаль, рот маловат.

— Мне приятно! — мило улыбнулась Лайлак.

За обедом ребята разговорились о сегодняшнем, и синий ёж узнал всё в подробностях. Пустые останки его не удивили, а вот появление двух панд омрачило, вновь возвращая к недобрым мыслям об «убийцах», что сидели с ним за одним столом. Правда, продлилось это недолго, ибо, когда Лайлак рассказала о том, как Кэрол придумывала себе имя, Соник хохотал во всю глотку, и настроение его заметно улучшилось. Этому способствовала ещё и вкусная пища. Сладкий фруктовый чай разбавил приятную атмосферу теплотой.

Когда с трапезой было покончено, Лайлак предложила Сонику прогуляться по Драконьей Долине, и тот моментально согласился. Кэрол пошла с ними, попутно прихватив пачку чипсов.

А вот и она, Драконья Долина — удивительное место, от вида которого захватывало дух. Когда троица вышла на скалистый обрыв, Соник подошёл к его грани и, раскинув руки, с блаженной улыбкой вдохнул свежий воздух. Авалис пах иначе, чем Мобиус. Он был дик, но в нём чувствовалась какая-то особая атмосфера, которой так не хватало родному миру Соника. Тут было свободно и тихо. Тут было красиво.

— Понимаю теперь, почему вы решили обосноваться здесь, девчонки, — с улыбкой изрёк Соник, закрыв глаза. — Мимо этого места трудно пройти, если честно.

— Да, но многие с тобой не согласились бы, — усмехнулась Лайлак, чем развеселила Кэрол. — Какой бы красивой эта локация ни была, она — дикая.

— Здешняя флора не питает дружелюбия к чужакам, — весело добавила кошка.

«Согласен: это идеальное место, чтобы спрятаться», — подумал ёж.

Он приподнял веки и краем глаза посмотрел на девушек, живо обсуждающих друг с другом лучшие травы для целебного эликсира. Они были весёлыми, энергичными, благородными, но после того, что Соник увидел в той злосчастной коробке, неприятные мысли не оставляли его. Неужели эти две особы и правда помышляли убийствами? А если помышляют по сей день? Соник не знал ни Лайлак, ни Кэрол, а потому не мог с уверенностью сказать, к какой стороне их относить: героической или злодейской. Это с ним они ещё, быть может, ведут себя донельзя мило и приятно, так как он иноземец.

А с другими как?

Соник тяжело вздохнул, и, видимо, Лайлак, обладающая острым слухом, расценила это как тяжёлую тоску по своим друзьям. Она оставила разговор с Кэрол и подошла к ежу. Та тоже решила не оставаться в сторонке.

— Ты ведь являешься самым быстрым парнем в своём мире, верно? — вспомнила Лайлак.

— Не просто быстрым, а самым первым в скорости, — не без тщеславия заявил Соник.

— Даже так? А что ты скажешь на то, если я захочу твоё превосходство оспорить?

Синий ёж приоткрыл глаза и скептически посмотрел на улыбчивую драконшу.

— Ты, может, и быстр в своём мире, но на Авалисе самыми быстрыми являются драконы, — хмыкнула Кэрол, а Лайлак с улыбкой кивнула. — Уверена, мою подругу тебе никогда не обогнать.

— Да что вы? — съехидничал Соник, чем развеселил девчонок. — Это твоей подруге меня не обогнать, начнём с этого.

— Хм-м… — Лайлак скрестила руки под грудью. — Я могу расценивать это как брошенный мне вызов?

— Разумеется, драконша Лайлак.

Зелёная кошка хищно улыбнулась и подтолкнула ежа в сторону лиловой красавицы, в чьих глазах загорелся огонёк азарта. Она сбросила со своего плеча драконий хвост и почти вплотную подошла к сверхзвуковому герою.

— На интерес или на спор? — хитро улыбнулась Лайлак.

— На спор, — не менее хитро ответил Соник.

— Тогда… если ты проиграешь мне, то обязуешься выполнить уборку в нашем доме. Идёт?

— Идёт! Но если проиграешь мне ты — спрошу с тебя три… нет… четыре! Пять порций чили-догов!

— Чили-догов? — драконша изогнула бровь и вопросительно переглянулась с Кэрол. — А что это такое?

— Пища богов, если вкратце. Потом расскажу, — с этими словами синий ёж протянул ей руку. — Ну что, идёт?

Девушка с предвкушением осклабилась и пожала её, и Кэрол разъединила их, тем самым подтверждая начало спора.

И в этот самый момент их внимание привлекли внезапные грохоты в небе, из-за чего троица подняла взгляды наверх. Там, к их удивлению, происходила перестрелка: несколько красных разведчиков перестреливалось с зелёными вертолётами, которыми управляли панды. Они отправляли друг в друга ракеты, поливали свинцовыми пулями и не жалели лазерных лучей.

Один из железных кусков отвалился от корабля и полетел вниз, где находились герои. Ребята опешили и отпрыгнули в разные стороны, тем самым избежав превращения в «лепёшку».

— Красные истребители? Это же Слит с роботами Эггмана! — воскликнул Соник.

— А вертолёты принадлежат государству Шуиган! — вторила ему Лайлак.

Это могло означать лишь одно: первый злодей начал действовать, раз произошло столкновение.

— Ладно, гонку отложим на потом, а пока…! — Лайлак повернулась к своим друзьям. — Соник, возвращайся домой, а ты, Кэрол…

— О-о-о, нет-нет-нет! — сразу же возразил Соник. — Я однозначно пойду!

— Но…

— Я пойду — и точка!

— Знаешь, я согласна с ним, — флегматично бросила Кэрол, развалившись на своём мотоцикле. — Прости, Лайлак, но у меня нет никакого желания вмешиваться в происходящее.

— Кэрол…

— Нет, не хочу!

Лайлак тяжело вздохнула, однако поняла, что в этот раз спорить бесполезно.

— Ладно, будь по-вашему, — Лайлак посмотрела на Соника. — Ты точно восстановился?

— На все девяносто девять, — обнадёжил её ёж, показав большой палец.

— Хорошо. Так как это наша первая командная работа, постарайся от меня далеко не отходить. Кто знает, с чем нам придётся столкнуться.

— Кто бы это ни был, он в любом случае пойдёт по бутербродам.

Соник и Лайлак обменялись взаимными кивками, после чего побежали вглубь Драконьей Долины, стремительно набирая высокую скорость. Вот Кэрол не повезло: из-за того, что парочка ускорилась, ей пришлось закрыть лицо рукой, чтобы в глаза ничего не попало.

— Фух, вот и славненько! — с облегчением вздохнула Кэрол, после чего завела мотоцикл и села на него. — Если этим двум так горит в какой-нибудь заварушке покопаться, то я пас. Лучше пойду, покатаюсь по лесу. Вдруг кого встречу.

И укатила в обратном направлении, пафосно становясь на «козла» (на заднее колесо).

***

— Ха! И после этого Соня и Соник мне ещё говорят, что воровать — плохо, — с этими словами Мэник подкинул золотую монету, а после поймал.

— И они абсолютно правы! — ответил ему голос Эми из-за ширмы.

Вот и подошла плавно история к последним прибывшим на Авалис героям. Как и остальные мобианцы, эти тоже могли поведать о том, с чего начинались их действия.

Капсула, в которую Мэник и Эми сели, упала прямо в воду, и около двух часов ежам пришлось плыть неизвестно куда, при этом прижимаясь друг к другу. Что для ежа, что для ежихи подобное было донельзя стыдно, и не раз они краснели, но эта пытка, к счастью, совсем скоро подошла к концу. Кое-как ребята выбрались из капсулы и поняли, что были принесены к берегу. Они встретили местных рыбаков, и те поведали им о рядом находящемся городе, что являлся столицей государства Шан-Ту.

Мэнику и Эми повезло в разы больше, чем остальным мобианцам: по пути они не встретили ни одной угрозы, а здешняя фауна приняла их более чем дружелюбно. Понимая, что Авалис не приемлет мобианской валюты, Мэник, как истинный вор, опустошил не один кошелёк, прежде чем отправился с Эми в забегаловку. Там друзья подкрепились сытной пищей, а остаток дня провели в гостиной, ибо исследование Авалиса под жутким ливнем не представлялось возможным. Правда, номер пришлось снять один на двоих, что страшно смущало Роуз, но потом ежиха успокоилась: Мэник не собирался её клеить, а уж тем более спать с ней в одной постели.

Находясь в номере, ежи и получили базовую информацию о происходящем, поняв, что местный народ далеко не так дик, каким его представлял Эггман. Здешние обитатели пусть и отличались от привычных мобианцам жителей, однако проблем в общении с ними ребята не испытали. Наоборот, администратор принял их за иностранцев и счастливо заворковал, делая скидку на ночлег. К тому же, ему искренне понравились Мэник и Эми, которых он посчитал за молодую пару. Но больше мобианцев интересовало другое: какова вероятность, что Шан-Ту возьмётся за исследование упавших объектов? По телевизору вещали новости о неизвестном НЛО, а Магистр, чьего лица нельзя было увидеть из-за королевской мантии, лично отправил своих лучших бойцов на разведку, что могло говорить об одном: ребята серьёзно отнеслись к случившемуся.

Оставалось сделать последнее, прежде чем покинуть город - переодеть Эми. Её красное платье хоть и было миленьким, и идеально подходило для привлечения мужеского внимания, разгуливать в подобном по Авалису ежихе было неуютно. Ещё бы, ведь здешний контингент выбирал более закрытые и скромные наряды, а так как Роуз сильно выделялась на их фоне, сие могло вызвать у окружающих вопросы сомнительного характера. Всё-таки это чужая планета, и местный менталитет совершенно иной.

Выбрав то, что ей понравилось, Эми исчезла за ширмой и застряла там на несколько минут, сменяя наряд за нарядом. Раздражало ли это Мэника? Разве что отчасти, ибо ёж время от времени умудрялся глазеть на полуобнажённую розовую красотку, пока та была занята переодеванием.

Правда, потом Мэник перестал так делать, посчитав это неправильным: она, как-никак, возможная пассия его брата.

— Если что, я на улице, — предупредил он, покидая магазин.

Мэник с наслаждением вдохнул свежий воздух и усмехнулся. Неудивительно, если Эми задерживается только по той причине, что старательно выбирает тот наряд, который, по её мнению, вызовет у Соника восторг. Учитывая, как ежиха прожужжала его брату все уши, вор почему-то в этом не сомневался.

Мэник хотел закурить, но внезапное появление двух панд привлекло его внимание. Это были Гонг и Нира, вернувшиеся после поисков. И не придал бы ёж никакого значения их появлению, если бы не…

— Думаешь, они имеют к упавшему НЛО какое-то отношение? — поинтересовался Гонг.

— Подобные им в наших краях — большая редкость, — ответила Нира, закатив глаза. — Особенно самое быстрое существо в мире.

Мэник едва не подавился от услышанного, моментально навострив слух.

— Самое быстрое существо? — тихо промолвил он. — Неужто эта парочка на моего бро вышла?

Тем временем…

— Предлагаю пока доложить об увиденном Магистру, а там уже решим, что делать дальше, — сказал Гонг и двинулся в сторону дворца.

— Хм, — бросила Нира, последовав за ним.

Зелёный ёж хмуро смотрел им вслед. Эти панды определённо знали то, что ему было нужно. Правда, идти за ними во дворец Мэник не собирался, но у него родилась идея, как им выйти на Соника.

— Я всё! — окликнула его появившаяся Эми, и Мэник перевёл взгляд на неё.

Учитывая предыдущее платье, в основном делающее Роуз миленькой, этот наряд вносил в образ ежихи некую новизну. Она была похожа на юную путешественницу, оставив «неуклюжую барышню» там, в прежней одежде. И хоть выглядела Эми и раньше неплохо, сейчас она смотрелась, по мнению Мэника, более чем привлекательно.

— Тебе идёт, — улыбнулся Мэник, после чего повернулся к ней лицом. — И у меня для тебя хорошие новости.

— Новости? — удивилась Эми.

— Ага. Я знаю, как нам найти Соника.

Глава 9: Совместимость

Изначально Лайлак предполагала, что ей придётся сдерживать свою скорость, дабы Соник не отставал от неё. Но каковым же было её изумление, когда синий ёж не только не отстал, но ещё и перегнал девушку, с азартом сокрушая противников спиндэшем. Тут уже ей пришлось держаться рядом с ним, чтобы он не убежал вперёд. Она не знала, каков Соник в командной работе, однако Кэрол ёж превзошёл в одном: Лайлак не приходилось время от времени поворачивать голову назад, чтобы не потерять его.

Когда путь им преградил мраморный столб, Лайлак схватила Соника за руку и вместе с ним отпрыгнула назад, прежде чем паук-мутант закидал их жёлтыми камнями. Синий ёж хмыкнул и хоумингом ударил супостата, а драконша добавила циклоном. Пока она сражалась, парень мог оценить базовые способности девушки. В основном Лайлак сражалась хвостами волос, и сражали они противников не хуже хлыста, а иной раз вообще разрезали их. Изредка только пользовалась ногами, но только в те моменты, когда нужно было отфутболить снаряды обратно в их создателя.

— Ничоси! А ты могëшь! — похвально улыбнулся Соник, когда девушка прикончила паука-мутанта.

— Ты тоже ничего так, — подмигнула ему Лайлак.

Героям пришлось увеличить скорость, чтобы не упустить истребители из виду. Когда они побежали по высокой части гор, им пришлось схватиться с ядовитыми осами, которых ребята одолели без особого труда. Выбравшийся из-под земли каменный крот преградил им дорогу, и Соник взял его на себя, пока Лайлак искала способ, как открыть дальнейший проход. Нужно было начертить правильный иероглиф, дабы печать спала, и врата пропустили их в бамбуковую рощу, и с этим драконша справилась очень быстро. Соник тем временем сокрушил супостата спиндэшем.

— Осторожно! — вдруг крикнул он.

Из-под земли неожиданно вырвалась фиолетовая змея с золотым шлемом на голове, и героям пришлось отпрыгнуть в разные стороны.

— Какая знакомая мордаха! — нахмурился Соник.

Змей принялся выпрыгивать из дыр в земле, попутно обстреливая ребят огненными шарами из пасти. Синий ёж тотчас же отпрыгнул, а вот Лайлак остановилась и приняла атаку на себя. Поначалу Соник опешил, но потом понял, что с девушкой всё нормально: она двумя пальцами сложила печать и выпустила изо рта струю воды, вмиг осушая вражеский снаряд.

— Джитсу воды?

— Джитсу? — переспросила Лайлак.

— Ну, так называют техники, которыми пользуются шиноби, — объяснил Соник, спиндэшем расчистив для них проход в бамбуковую рощу.

— Эм-м. Вообще-то это дао.

— Дао?

— Верно. Но выходит, в вашем мире тоже есть ниндзя?

— Ага. Я даже знаю несколько джитсу, но пользуюсь ими нечасто.

— Интересно.

Бамбуковая роща была большой, и Соник пришёл к выводу, что здесь он точно бы потерялся, не окажись рядом Лайлак. Тут было много травы, а густая растительность на верхушках бамбуков плотно закрывала вид на голубое небо. А ещё оказались источники воды, которые моментально насторожили синего ежа, из-за чего он замедлился.

— М? Ты чего? — удивилась Лайлак, уничтожив очередного противника ударом хвостов.

— Я надеюсь, нам не придётся лезть туда? — уточнил Соник, пальцем указав на водопад, уходящий в глубокое озеро.

— Не знаю, но надеюсь, что придётся.

Синий ёж вопросительно посмотрел на неё.

— Я люблю воду! — улыбчиво заявила драконша. — Я ж водяной дракон.

— О-о-о, вот оно что, — парень задумчиво почесал за ухом. — Ладно, пошли дальше.

Соник искренне вознегодовал, когда длинные трассы внезапно сменились на утомительные, по его мнению, платформы, по которым ежу и дракону пришлось скакать подобно горным козликам. И дополняло его недовольство наличие воды, возле которой им приходилось идти рядом. Соник скрипел от досады зубами в те моменты, когда они с Лайлак спрыгивали с верхушек диких путей, чтобы спуститься вниз. Уж там воды хватало предостаточно для того, чтобы драконша расцвела от счастья и порхала у водопада подобно бабочке, с удовольствием пробегая под брызгами.

Чего нельзя было сказать о синем еже, который тихо взвывал, когда одна из капель таки попадала на него.

Истребители скрылись за высокой горой, по которой нельзя было взбежать: уж слишком вертикальной оказалась. Тогда Лайлак придумала другой способ, как пройти её. Приметив один из камней, она ударила по нему, и тот с грохотом упал на мост, открывая им проход в воду.

— О, нет-нет-нет! — тут же запротестовал Соник, поняв намерения своей подруги. — Я туда не полезу.

— Но это единственный вариант, — подытожила Лайлак. — Я уверена, под горой мы сможем проплыть на другую сторону.

— Я думаю, мы можем оббежать её.

— Нам придётся возвращаться назад, а я не хочу терять время. Мы и так потеряли самолёты из виду.

— Мы их нагоним! Смотри!

Синий ёж резко побежал назад, но драконша быстро поймала его и задержала на месте.

— Никаких: мы нагоним! Что я тебе сказала ещё на начале нашей миссии? — строго напомнила Лайлак.

— Но я не хочу лезть в воду! — заскулил Соник. — Там мокро, сыро, ужасно… Бр-р, просто!

— Эм-м… — драконша с недоумением на него посмотрела. — Ты что, боишься воды?

Синий ёж жалостными, едва ли не плаксивыми глазками посмотрел на неё и топорно закивал головой. Прям как маленький ребёнок.

— Впервые встречаю в своей жизни кого-то с подобной фобией, — промолвила Лайлак. — То есть, ты ещё и плавать не умеешь?

Синий ёж снова сделал жалостную моську, отрицательно мотая головой.

— Ох! — тяжело вздохнула драконша. — Лучше б со мной пошла Кэрол.

— Ну извини! — обиделся на неё Соник. — Я не думал, что мы будем дайвингом заниматься.

Лайлак ещё раз вздохнула, но ничего не попишешь. Соник с ней — значит, нужно было придумать способ, как перебраться под горой

— В вашем мире есть магические щиты

— Щиты? — перепросил Соник.

— Вот такие, — Лайлак подняла два пальца и моментально погрузила себя в большой водяной шар, чем удивила синего ежа.

— Да, есть.

Соник сложил пару печатей руками, после чего создал пружинистый пузырь, в котором тотчас же оказался.

— Прелестно! — улыбнувшись, Лайлак протянула ему руку. — Не бойся, мы сделаем это быстро.

— Что мы сделаем быстро? — осторожно переспросил Соник, но драконша резко схватила его за запястье и побежала к обрыву. — ЧТО, НЕТ, А-А-А-А!!!

Бултых!

Соник округлил глаза и панически замахал ногами, потерявшими прежнюю скорость, но, к своему счастью, ёж не пошёл ко дну, как обычно. Лайлак улыбнулась ему и грациозно поплыла вперёд, держа Соника за руку. Последний всё ещё паниковал, однако его тревога стала понижаться, когда он понял, что с драконшей ему не страшно утопление. Даже здесь, находясь под водой, Лайлак не теряла своей скорости, подобно рыбе маневрируя между жителями подводного мира и быстро-быстро проплывая под горой.

Соник боялся такие места, но ему всегда было интересно посмотреть на то, что в них происходит. На водный мир, полный рыб; на красные водоросли и разноцветные камни, на красивую цветовую гамму, на солнечные блики, нередко падающие на самое дно и делающие его отчасти золотым. Под водой действительно было красиво!

Но это ничего не меняло.

Поэтому, когда Лайлак вылетела вместе с ним из воды с помощью драконьего рывка, Соник жадно открыл рот и упал на колени, переживая пройденный им ужас.

— Шоб я… в воду… ещё р-раз… уж-жас-с…! — с безумно тяжёлым дыханием прохрипел Соник.

— Ахахаха! — рассмеялась Лайлак. — Соник, ты только что продлил мне жизнь!

— Это не смешно! Я чуть клистор в селезёнку не словил, а ты…! — огрызнулся ёж, чем ещё сильнее рассмешил драконшу.

К его счастью, водоёмов больше не попадалось на пути, благодаря чему Соник смог с облегчением выдохнуть. Ребята перебрались через тростники и продолжили углубляться в бамбуковую рощу.

***

Наклз бежал без устали, до последнего надеясь выйти на след Сони. Безрезультатно! Лес был огромен: хищники встречались не так часто, зато нередко ехидна спотыкался о поваленные деревья, с руганью подымался и продолжал бежать дальше. Но это было бесполезно! Та записка, что Наклз хранил, была единственной зацепкой, однако ничего ему она не давала. В каком направлении укатили Соня и Динго — неизвестно. У Наклза был лишь единственный шанс найти её, если бы ежиха взяла с собой Изумруд Хаоса. Но, видно, даже это девушка продумала, оставив волшебный камень ему — и это было досадно. Соня канула в неизвестность.

Выскочив на поляну, Наклз согнул колени от усталости и тяжело выдохнул, смахивая со лба пот. Как бы он ни желал остановить Соню, ничего не выйдет. Ехидна уже и сам предполагал, что мог пойти не в ту сторону, в которую укатила модница. Возможно, он сам заблудился окончательно, пока пытался воззвать к великим силам Хаоса, дабы те проложили ковровую дорожку к базе Эггмана.

— Я не смогу её найти, — осознал Наклз, закрыв глаза.

Ехидна привалился спиной к дереву и поник головой. Из всех девушек, коих он знал, лишь Соня была близка и дорога ему не просто как друг, а, быть может, как что-то большее. Впервые Наклз встретил её, когда она ещё состояла в «Sonic Underground», вместе с Соником и Мэником прибыв на Остров Ангела. Обманутый Слитом и Динго, ехидна поначалу принял ежей за врагов, но потом выяснилось иное, и хранитель Мастера Изумруда жёстко обошёлся с наёмниками, накостыляв каждому. Уже тогда Наклз проникся симпатией к приятной Соне, которая оказалась взаимной.

Во второй раз они встретились тогда, когда Динго поглотил вырвавшуюся на свободу энергию одного из осколков Мастера Изумруда. «Sonic Underground», Наклз и Эггман — тогда он был Роботником — объединились, чтобы остановить шакала и у них это получилось. Наклз помнил, как сидел в обнимку с Соней на краю обрыва и смотрел на красивый закат. В тот момент он осознал, как же это прекрасно, когда в мире есть те, кому ты небезразличен. Был ли Наклз влюблён в Соню? Конечно же, был. И она, как ни странно, тоже. Но их жизненные пути расходились, и пара это хорошо понимала. Наклз — он страж Мастера Изумруда и не смел покидать Алтарь. Соня — свободная девушка, вместе с братьями входящая в состав Борцов за Свободу. Они разошлись по свои стороны, но их взаимная симпатия друг к другу никуда не делась.

Наверное, по этой самой причине Соня и не злилась на Бартлби, хоть и была на него обижена. Наклз сначала обозлился на магната, но потом понял, что зря. Ежиха сказала:

— Наши пути нередко расходятся, и мы не должны за это ненавидеть друг друга. В этом никто не виноват: ни ты, ни он. Так бывает в жизни, и смириться с этим — лучшее, что можно сделать.

— Тогда мне проще оставаться одному, чем с кем-либо сходиться, — фыркнул Наклз.

— Может быть, ты и прав. Но если бы все поступали именно так, они бы, скорее всего, по сей день оставались бы одинокими, — мудро изрекла Соня. — Не всегда виновато окружение. Зачастую мы сами делаем такие вещи, которые отпугивают других от нас.

Ехидна понимал, что она имела в виду. У него были друзья в лицах Соника, Тейлза, Эми и Крим. Даже Руж — и та нередко заглядывала к нему в гости, чтобы под предлогом украсть Мастер Изумруд перекинуться парой-тройкой фраз. Наклз злился внешне, но внутри был искренне рад, что о нём никогда не забывают, что помнят и даже любят, принимая как родного. И если бы не долг, возложенный на него судьбой, он бы, возможно, совсем другим был бы.

Наклз вздохнул, после чего встал на ноги.

— Ладно, мне нужно вернуться к поиску остальных Изумрудов Хаоса, — тяжело промолвил он. — Надо только горло промочить, а то запыхался, пока бежал.

Недалеко от него находилось озеро, и ехидна побрёл к нему.

Тем временем Кэрол далеко уехала от Драконьей Долины, решив проветриться за долгое время. В здешних краях много чего можно было найти, и кошка нередко бродила по окрестностям в поисках чего-нибудь интересного. Иногда ей попадались заблудившиеся путники, которым Кэрол показывала правильную дорогу до ближайшей деревушки, что находилась от леса в тридцати километрах, и возвращалась к своим делам. Мотоцикл стал для неё настоящей отдушиной, готовый увести её в любые дикие места, которые только есть на Авалисе.

Кэрол думала о Сонике и Лайлак, убежавших вглубь Драконьей Долины. Вообще идея сплавить этих двоих у неё родилась ещё утром, когда драконша, преисполненная энтузиазмом, захотела исследовать обломки НЛО, а ёж загорелся тем же желанием. Проблема была в том, что Лайлак придерживалась консервативности и не особо доверяла новому знакомому, в чём Кэрол её относительно поддерживала.

— Он уснул? — спросила она, когда Лайлак закрыла дверь в спальню. — Знаешь, его история меня отчасти смущает.

— Есть такое, — согласилась лиловая, усаживаясь за стол и наливая себе чай. — Всё никак не могу выкинуть из головы те ужасные картины, что на меня наслал Изумруд Хаоса.

— Полагаешь, этот ёж может нам лукавить?

— Он не похож на тех бандитов, что мы встречали ранее, но мне слабо верится в его альтруизм.

Кэрол вопросительно посмотрела на неё.

— Я могу поверить в то, что он покинул свою планету и отправился сюда, так как злодей украл реликвию из его мира. Но в желание помочь нашему миру — нет, — задумчиво изрекла Лайлак, положив ногу на ногу. — Пусть пока побудет около нас. Возможно, мы выясним больше информации о том, кем являются те злодеи, что упали на Авалис, а также изучим получше самого Соника. Эти Изумруды Хаоса слишком подозрительны.

— А если он соврал нам, мы его…? — Кэрол не договорила, вместо этого проведя большим пальцем по своему горлу.

Лайлак взглянула на подругу, после чего закатила глаза. Она промолчала, но кошка всё и так поняла.

— Я очень надеюсь, что наши опасения не подтвердятся, — закончила драконша.

А поэтому Кэрол искренне надеялась, что совместная работа поможет Лайлак получше изучить Соника и понять, кем он является на самом деле. Говорить-то ёж умел красиво, вот только девушкам нужны были доказательства его искренности.

Прошлое научило их выявлять лжецов на практике.

Мотоцикл неожиданно забарахлил, и Кэрол пришлось остановиться у дерева, чтобы осмотреть его. Как оказалось, бак был пуст.

— Эх, ну что за незадача-то? — уныло посетовала Кэрол. — Только собралась покататься, а тут такое.

К счастью, всё было не так печально. Её мотоцикл в основном работал на воде, что идеально подходило для любительницы ушиться куда-нибудь на несколько суток, катаясь по диким дорогам. Поэтому кошка вытащила из-под сиденья красную канистру и отправилась в лес. Здешние места были богаты обилием воды.

С другой стороны, Кэрол хотелось, чтобы Лайлак развеялась, но не в одиночку или с ней, а с кем-то другим. Желательно, представителем мужского пола. Такой вариант вполне устраивал Кэрол, так как Лайлак очень долгое время ни с кем не контактировала, кроме неё, а Тиа очень не хотелось, чтобы некогда компанейская драконша превратилась в социофобку. К тому же, Кэрол не имела никакого желания лезть в авантюры подобным той, что произошла в Драконьей Долине. И так как Соник целиком и полностью поддерживал идею Лайлак во что-нибудь влезть, Кэрол нашла идеальный способ, как убить двух зайцев сразу: и две скорости совместить в одну, и самой ушиться на прогулку.

Выйдя на полянку, Кэрол быстро нашла озеро и уже хотела было подойти к нему, как вдруг остановилась. Так уж получилось, что первым сюда пришёл Наклз, который опустился на четвереньки и жадно хлебал воду, как корова, выпущенная на пастбище. При этом он так энергично вилял задницей и урчал от удовольствия, что кошка просто не смогла не заценить этого. Её глаза то сужались, то расширялись, а хвост импульсивно покачивался, будто она вышла на охоту.

Осторожно поставив канистру на землю, Кэрол поднялась и облизнулась. Наклз был в разы больше неё, но девушку это совершенно не пугало. Наоборот — такой типаж как раз-таки был в её вкусе. Да и путник в этих местах — нечастая роскошь, которую только можно было встретить. Неизвестно, каким образом этот ехидна оказался так глубоко в лесу, но, видно, любил он странствовать, раз зашёл сюда.

Глядя на то, как Наклз виляет задницей, Кэрол просто не смогла сдержать себя от пакости. Хищно улыбнувшись, кошка взяла сухую веточку и тихо, как мышка, подкралась к нему со спины. И хоть ехидна обладал острым слухом, её он, к сожалению, не заметил. Сказывался опыт ниндзя в прошлом.

«Хи-хи! Ща поржём!», — мысленно хихикнула Кэрол, ткнув веточкой ехидну под хвост.

Представьте, что вас внезапно одолела жажда, и вы решили наклониться, чтобы попить воды. Вы пьёте и наслаждаетесь её вкусом, как вдруг чувствуете, как в вас сзади пытаются что-то «вставить».

— НЕ ПОЗВОЛЮ! — заоравший Наклз закрыл задницу руками и, как ошпаренный, прыгнул в воду.

Брызги разлетелись в разные стороны, и ехидна моментально промок до нитки, с ужасом дыша. Но когда он вынырнул, перед ним предстала хохочущая во всю глотку антропоморфная кошка, покатывающая по земле от смеха. Наклз так и застыл в злом холодном шоке. Вода стекала по его телу, словно он угодил под ливень.

— Ахахаха! — кое-как, но Кэрол наконец-то успокоилась и поднялась на ноги. — Классная реакция, чувак!

Вот только Наклз был агрессивным, а потому быстро разозлился, не оценив «добрую» шутку незнакомки. Выбежав из воды, он хотел наброситься на кошку, но та ловко запрыгнула на самую высокую ветку дерева и оттуда наблюдала за ним.

— Что за нелепые дурацкие шутки? — прорычал он. — И кто ты вообще такая?

— Шутки как шутки, ничего более, — невинно ответила Кэрол, пожав плечами. — А я всего лишь дикая кошечка, решившая сходить к водопою и встретившая неместного.

— Неместного? Выходит, ты знаешь эти окрестности?

— Само собой.

Видя, что Наклз успокоился, Кэрол спрыгнула на землю, но подходить к нему не стала, поняв, что парень крайне импульсивен. В качестве подтверждения своих слов она взяла канистру и помахала ею, как бы говоря, за чем пришла сюда. Ехидна фыркнул, после чего смахнул с себя остатки воды.

— А ты кто, кстати? — полюбопытствовала Кэрол.

— Не твоего ума дело, дура! — грубо ответил Наклз, после чего пошёл своей дорогой.

Девушке это не понравилось. Обычно ей попадались более сговорчивые путники, с которыми кошка могла подолгу болтать, после чего они расходились. Да что там, с ней охотно шли на контакт даже те, над которыми она подшучивала. Ведь это, с одной стороны, неплохо так поднимало настроение, а с другой — веселило. Одному парню Кэрол и вовсе даже помогла выйти из депрессии подобным образом, за что он ей был несказанно благодарен.

Однако Наклз был не таким. Он и так переживал из-за того, что Соня отправилась на сомнительную миссию, так ещё и жительница Дикой Планеты с не менее дикими выходками подпортила ему настроение. Это лишь жирно подчеркнуло острое желание Наклза держаться в одиночку до встречи с друзьями, а не сближаться с кем-то из чужаков.

— В тебя, видно, не в первый раз пытаются что-то вставить сзади, да-а?

Наклз резко остановился, и в его бешеных фиолетовых глазах полыхнуло пламя. Затем развернулся и окатил злым взглядом Кэрол, но та лишь коварно хихикнула, с азартом раскачивая пушистым хвостом.

— Ой, — кошка наигранно прижала ладошку к губам, изображая чувство вины. — Извини. Я такая бестактная.

И вот тогда ехидну прорвало. Забежав в воду, он вырвал камень и бросил его в незнакомку, но та грациозно отпрыгнула в сторону, не переставая при этом веселиться. О Наклзе такого сказать нельзя было. Выбежав из воды, ехидна агрессивно прорычал и бросился за Кэрол вдогонку.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ, ПРОТИВНАЯ КОШКА!

***

Соник и Лайлак покинули бамбуковую рощу и вышли на лесную тропу. Хищников и прочей живности тут не было, что моментально озадачило бдительную драконшу: она знала эти края, а потому была уверена, что на них кто-нибудь нападёт.

— Слишком тихо, — настороженно подытожила Лайлак, делая несколько шагов вперёд.

— Быть может, они бежали в бамбуковую рощу, чтобы нас встретить? — предположил Соник, оставшись позади.

— Сомневаюсь.

Синий ёж хмыкнул и, пока драконша медленно шла вперёд, решил осмотреться. Где-то вдали наверняка располагался водопад, учитывая шум падающей воды, и это немного омрачило настроение героя. Если Лайлак снова попробует утащить его за собой в воду, он точно сбежит от неё, и никакая драконья скорость ей не поможет.

Соник хотел сорвать с одинокого куста ягоду, как вдруг заметил резкое движение сверху. В одночасье он отскочил назад, прежде чем большой камень рухнул вниз и стремительно понёсся вперёд.

— ЛАЙЛАК! — закричал Соник.

Девушка резко применила драконий рывок и очень быстро побежала вперёд, спасаясь от несущегося за ней камня. Им, как ни странно, руководила та странная фиолетовая змея, которую герои одолели ещё при подходе к бамбуковой роще. Хищно шипя, она следовала прямо за камнем, который старался настичь Лайлак и придавить её.

— Ну уж нет, приятель, со мной такое не прокатит, — сказал Соник и побежал следом.

Лайлак не знала, куда бежать. Что слева, что справа росли острые бамбуки, которые могли порезать девушку. Можно было попробовать применить рывок по диагонали назад, но тогда на неё набросится та змея. Оставался лишь один вариант — бежать вперёд.

В этот момент змею атаковал синий спиндэш, которая от боли слегка ослабила контроль над камнем.

— ЛАЙЛАК, БЕГИ И НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ! С ГАДОМ РАЗБЕРУСЬ Я! — крикнул Соник.

— ХОРОШО, ПОЛАГАЮСЬ НА ТЕБЯ! — ответила ему Лайлак.

Синий ёж принялся атаковать змею, из-за чего той пришлось оставить камень и наброситься на героя. Соник хмыкнул и, увернувшись от укуса, врезался ей в голову спиндэшем. Тогда враг пополз вперёд, попутно отстреливаясь от надоедливого Соника огненными шарами, но с ними ёж разобрался хоумингом. Затем запрыгнул змее на спину и ногой ударил её по голове, дабы та мордой ударилась о каменную землю. Хищнику это дико не понравилось. Извернувшись, он клацнул клыками в нескольких миллиметрах от горла Соника, которому чудом удалось отскочить назад и спрыгнуть на землю.

— О, а ты дерзкий! — азартно улыбнулся Соник.

Он применил спиндэш и влетел змее в открытую пасть, из-за чего та выпучила глаза, а затем полетела по траектории вперёд. Лайлак тем временем добежала до водопада и побежала наверх, а Соник долетел со змеёй до смертоносного камня, после чего расколол его головой врага. Тот с мрачным шипением улетел в разломанный снаряд, от мощного спиндэша лишаясь нескольких клыков. Довольный Соник спрыгнул назад, где уже стояла Лайлак.

— Должна признать, ты и впрямь ничуть не уступаешь мне в скорости, — не без восхищения резюмировала она.

— Я же говорил, — гордо улыбнулся ёж.

Змей тем временем пришёл в себя и зло прорычал, возненавидев Соника за его проделку. Но поняв, что биться с ним в открытом бою не получится, хищник изменил тактику. Он резко ушёл под землю, а затем создал камнепад, из-за чего героям пришлось уворачиваться. Это был идеальный способ прикончить синего ежа. Так как Соник избегал всех камней, змей начал выпрыгивать из земли и налету атаковать его, тем самым бросая из стороны в сторону. Синий ёж опешил: он попросту не успевал уследить за змеёй, то появляющейся из-под земли, то в ней исчезающей. Дополнительной проблемой были камни, парочка из которых таки приложила по Сонику, из-за чего он рухнул на землю. В этот момент хищник прошипел и стремительно ринулся к упавшему Сонику, намереваясь его укусить.

Взбежавшая на потолок Лайлак оттолкнулась и стрелой полетела вниз, кулаком вбивая голову змея в землю. Тот попытался ударить её хвостом, но драконша отскочила и ногой отфутболила супостата подальше от Соника, пока тот приходил в себя.

— Ох. Ещё бы чуть-чуть — и я был бы мёртв, — вымолвил Соник, прижав руку к своему горлу.

— Он следует на источник тепла, коим являешься ты. Предоставь это дело мне! — Лайлак вышла вперёд, снимая с ушей голубые кристаллы. — Его нельзя услышать, но можно почувствовать. В этом я ас!

И правда! Не успел змей показаться в другой стороне, как девушка метнула нож из сумки, и тот воткнулся хищнику в правый глаз, заставив его зашипеть. Он исчез и появился в потолке, где его тотчас же атаковал драконий рывок Лайлак. Змей начал ползать под землёй в попытке вынырнуть и контратаковать, но всё, что у него получалось — это получать безжалостные удары Лайлак, которая словно предвидела каждый его шаг. Её чутьё было острее и чувствительнее, чем у Соника, и, будучи драконом, который имел относительное сходство со змеями, она могла слышать движения скользкого противника. Лиловый силуэт перемещался от одного конца арены до другого, постоянно вышибая из супостата не то кислород, не то шипение, не то вовсе оставшиеся зубы. Сонику пришлось стоять на месте, дабы не мешать драконше. Благо, камнепад закончился.

Когда змей вынырнул в очередной раз, Лайлак налету схватила его руками и вместе с ним полетела вперёд, вытаскивая его из норы. Затем применила драконий рывок и влетела в стену, ударяя противника о неё головой. Сама же девушка спрыгнула вниз и на носках отъехала к синему ежу, что наблюдал за происходящим с нескрываемым восхищением.

— Однако, я не единственное самое быстрое существо во всей вселенной! — изумлённо пробормотал почëсывающий затылок Соник. - Как минимум, в ней существует одна девчуля, витаминов в которой явно хватает.

— Хех, — польщëно усмехнулась Лайлак.

Змей снова пришёл в себя и окончательно рассвирепел, поняв, что ни в открытом бою, ни в скрытом не сможет одолеть двух героев. Тогда он исчез под землёй и появился под потолком, с хищным шипением обрушивая камни на ежа и драконшу. Последним пришлось очень быстро уворачиваться, но камней, как назло, становилось всё больше и больше.

— ХЬЯ! — Соник ударом ноги разбил камень и крикнул: — Лайлак, выбей его из норы. Остальное доверь мне!

— Поняла!

Лайлак разбежалась по стене и, применив драконий рывок, влетела противнику в голову, вышибая его из укрытия. Стоило змею оказаться в воздухе, как Соник применил лайтдэш и быстрее молнии закружил вокруг противника. Лайлак даже ахнуть не успела, как змею переломало на несколько частей, а затем и вовсе раскидало кусками по арене. Крови, правда, не было, да и плоть оказалась металлической, но этого оказалось достаточно, чтобы с супостатом было покончено. После этого Лайлак спрыгнула, а Соник за миллисекунду оказался рядом с ней, обдав её порывами ветра.

— Как ты это сделал? — удивилась Лайлак, не веря своим глазам. — Я даже ничего не заметила.

— Это лайтдэш — способность, позволяющая мне двигаться со скоростью света, — объяснил Соник, чем обескуражил девушку. — Правда, работает она всего пару секунд, да и тратит много энергии… ох.

Ёж пошатнулся, но драконша взяла его под руку.

— Ничего, я в норме, — герой показал девушке большой палец и выпрямился. — Главное, что мы прикончили его!

Драконье чутьё внезапно забило тревогу, и Лайлак, схватив Соника, отпрыгнула назад. Получилось очень вовремя, поскольку из павшего змея вылетела тёмно-фиолетовая энергия, которая попыталась ударить в героев.

— А? Что за чёрт? — опешил синий ёж.

Тёмный сгусток энергии впитался в землю подобно мази, с шипением в ней растворяясь. Соник и Лайлак вопросительно переглянулись друг с другом.

А потом земля задрожала, образуя трещины. Каменистая поверхность начала крошиться словно сахар, образовывая песок, который стекал в появляющуюся воронку. Теперь уже Соник схватил Лайлак и отскочил назад, поскольку их едва не затянуло в центр песка.

— Что происходит? — не понимала сиреневая драконша.

Из воронки неожиданно показались две клешни, вооружённые огромными красными глазами, что заставило Соника и Лайлак ужаснуться. На поверхность выбрался огромный Скорпион тёмно-фиолетового цвета, оснащённый крепким панцирем и не менее внушительным хвостом, с жала которого капал фиолетовый яд. Ударив клешнями, он выпрыгнул из воронки и приземлился на арену, и в панцире открылся ещё один красный глаз.

— Ой-ёй, — вымолвил Соник.

Скорпион резко направил жало на героев и выстрелил фиолетовой кислотой, но те успели увернуться.

— Ах так! — Лайлак ринулась на врага.

Она подпрыгнула и применила «Циклон», отбивая жало противника хвостами. Но Скорпион тут же отошёл назад, а затем ударил драконшу клешнёй, из-за чего она улетела в сторону. На смену ей пришёл Соник, спиндэшем влетающий во врага, однако тот закрылся клешнями и жалом ринулся в оппонента. Синий ёж округлил глаза и вовремя успел уклониться, схватившись за хвост. Тогда Скорпион принялся им бить по земле и, когда Соник получил немало оплеух, раскрутил хвост, а затем вышвырнул героя подальше от себя. Соник упал на землю и спиной проехался по ней, скрипя зубами от боли.

Лайлак заметила, как Скорпион побежал на лежачего Соника, и атаковала его стремительным рывком. Враг переключился на неё и принялся обстреливать противницу кислотными бомбами, но она увернулась от каждой, подпрыгнула и пробовала ударить его циклоном. К несчастью, Скорпион закрылся клешнями и оттолкнул её, а, когда девушка спрыгнула на землю, резко побежал вперёд. Лайлак и моргнуть не успела, как Скопион тараном сшиб её с ног, откидывая к Сонику. Последний только-только поднялся, как снова оказался на земле под весом Лайлак.

— Прости, — извинилась драконша.

Скорпион прорычал и выстрелил кислотой, однако герои успели отскочить в сторону.

— Отвлеки его! — попросил Соник, а сам побежал вокруг.

Лайлак вынула из сумки несколько ножей и бросила их во врага. Скорпион принял «пики» на клешни, но стоило ему побежать за драконшей, как в его красный глаз влетел спиндэш Соника. Монстр тотчас же взвыл и начал размахивать хвостом, но ёж к тому моменту на носках отъехал к Лайлак, утирая нос пальцем.

— Глаза — его слабое место! — крикнул он.

В этот раз к простым ножам присоединились свитки, которые Лайлак щедро раскидала вокруг Скорпиона, пока оббегала его. Не успел враг опешить, как драконша совершила пируэт назад, затем сложила пальцы и подорвала противника. Он уцелел, но глазам на его клешнях досталось знатно. Озлобленный болью Скорпион резко направил жало на Лайлак и выстрелил кислотой, но девушка тут же погрузила себя в розовый щит, испускающий лепестки сакуры. Он, к сожалению, разбился из-за кислоты, но драконша зато уцелела, успев уйти с траектории атаки.

Соник в это время был на другой стороне. Использовав джитсу для создания обычного щита, он прыгнул вверх и спиндэшем влетел противнику в правую клешню, атакуя глаз. Стоило Скорпиону отвлечься, как левая клешня была атакована Лайлак. Из разорванных глаз брызнула фиолетовая жидкость, что доставило противнику невероятную боль. Но, видно, разумным Скорпион был, раз начал во все стороны стрелять кислотой, дабы отогнать от себя героев. Тем пришлось отступить.

— Чёрт! — Соник всё же попался под раздачу, в результате чего его щит исчез. — Против него нельзя идти без защиты.

— Согласна, — кивнула Лайлак. — В твоём арсенале есть огненная техника?

— Да, есть.

— Отлично!

Герои резко сложили печати руками.

— Дао… — начала Лайлак.

— Джитсу… — продолжил Соник.

— Пламя! — закончили оба, погружаясь в огненные щиты.

В этот момент Скорпион снова атаковал их кислотой, но та, коснувшись огненных щитов героев, тотчас же растворилась.

— Понеслась!

Соник подпрыгнул и огненным рывком приблизил себя к Скорпиону, ударив его по броне. Лайлак тем временем пронеслась под ногами врага, обжигая ему ноги. Противник озлобился и резко побежал на синего ежа, вышибая из него дух тараном. Соник отлетел и упал, лишаясь защиты. После этого Скорпион размахнулся и хвостом сбил перескочившую через него Лайлак, откидывая её в другую сторону. Она тоже потеряла возможность контролировать щит.

Но не беда! Соник и Лайлак вновь призвали щиты, бросаясь в атаку. Ёж теснил Скорпиона спереди, тогда как драконша била его сзади, попутно избегая ударов хвоста. Когда враг начал бить клешнями, герои резко ускорились и закружили вокруг него, создавая звуковой сине-лиловый ореол. Это дезориентировало Скорпиона, чем и воспользовались герои: во врага влетал то спиндэш, то драконий рывок. Впрочем, продолжалось это недолго, поскольку монстр закрыл уцелевший глаз клешнями и хвостом атаковал по ореолу, откидывая Соника и Лайлак назад. Те упали на землю и лишились огненных щитов.

— Стойкий гад! — бросил ёж, поднимаясь на ноги. — Его бесполезно атаковать, пока он защищает глаз.

Скорпион направил на них хвост и выстрелил кислотой, но ребята ушли влево.

— Его броня крепка. Ни я, ни ты её не пробьём, — Лайлак прикусила ноготь большого пальца, после чего посмотрела на товарища. — У тебя какая стихия?

— Воздух, а что?

— Это проблема.

— Почему?

Они снов увернулись от кислотного выстрела.

— Мы с Кэрол идеально совместимы в бою, ибо она — Земля, а я — Вода! — пояснила Лайлак, увернув голову от очередной атаки врага. — Не знаю, есть ли в вашем мире стихийная синхронизация, но в нашем она работает как часы.

— О чём ты? — не понимал Соник.

— Если совместить возможности двух стихий, то можно добиться невероятных результатов. Мы с Кэрол часто так делаем, когда не можем одолеть кого-то.

— Вот как? Тогда о какой проблеме идёт речь?

— О твоей стихии, — объяснила Лайлак. — Воздух несовместим с Водой.

— Ну, теперь мне понятно, почему я так не люблю воду, — хмыкнул синий ёж, увернувшись от кислоты. — Тогда… давай импровизировать.

Драконша вопросительно посмотрела на него.

Пока Скорпион пытался достать движущие мишени, Соник и Лайлак бегали вокруг противника, попутно перекидываясь друг с другом очень тихими, но понятными фразочками. Драконша поначалу скептически отнеслась к идее ежа, однако потом решила прислушаться к нему. В конце концов, она ни разу не синхронизировала свою стихию с Воздухом, а потому не знала, что из этого могло получиться.

— Ну что ж, понеслась! — промолвила Лайлак и, разбежавшись, прыгнула в воду.

— Е-е-е! — весело завопил Соник, спидэшем улетая вверх.

Оказавшись в воде, драконша принялась очень быстро плавать по кругу, тем самым создавая противоположное циклоническое вращение. Ёж в этот момент кружил по часовому кругу, нагоняя ветер и центрируя его прямо над образовавшимся водоворотом. Атмосфера моментально накалилась, что заставило Скорпиона ещё сильнее закрыть клешнями глаз и начать кислотный обстрел, который, к удивлению, не срабатывал: вихрь рассекал кислоту.

— Давай, Лайлак! — крикнул Соник.

Драконша резко выпрыгнула из воронки водоворота, словно дельфин, и закрученная в спираль вода ринулась за ней. Ёж полетел на неё, за собой утаскивая воздушный столб. Встретившись, Соник и Лайлак схватились правыми руками, а потом закружились в сине-лиловый вихрь, тем самым столкнув смерч и водоворот в единое целое. Не успел Скорпион и шелохнуться, как в него влетела небесно-водяная спиральная атака, разом высвобождающая всю свою мощь. Она была настолько сильной, что земля задрожала, а редкие камни, что уцелели наверху, начали падать вниз. Скорпион пытался защитить себя, но его броня внезапно покрылась трещинами, а потом и вовсе разбилась — и драконо-ежиная атака насквозь пробила его тело. Произошёл энергетический взрыв, в мгновение ока подкинувший Скорпиона и порвавший его на десятки скорлуп, разбрызгивая тёмно-фиолетовую жидкость во все стороны.

Когда всё закончилось, раскрученные Соник и Лайлак отпустили друг друга и спрыгнули на землю, что была окроплена кровью монстра. Ребята тяжело дышали от усталости, так как потратили на сражение с таким сложным боссом слишком много энергии, однако были довольны результатом.

— Отличная работа! — обрадовалась Лайлак. — Я и подумать не могла, что совмещённые Воздух и Вода на такое способны.

— Знаешь… — вдруг сказал Соник. — Они всё-таки несовместимы.

— Почему?

— Да потому что я мокрый! — заскулил синий ёж, с которого градом лилась вода. — Бя-я, ненавижу, фу!

Драконша не выдержала и расхохоталась.

***

— Р-Р-Р-А-А-А-А!!!

Наклз с бешеным рёвом забежал в рощу, где было несколько деревьев, и злыми глазами принялся искать скрывшуюся здесь Кэрол. Ему по-прежнему не удалось поймать её, а вот кошка достаточно «попила крови» у бедного ехидны: и подшучивала над ним, и поддразнивала, и даже не стеснялась бросаться пошлыми шуточками, которые жутко бесили хранителя Мастера Изумруда. Неудивительно, ведь такое нестандартное отношение к этим вещам родилось у него ещё давно.

И всё благодаря Руж.

— Э-эй! — Кэрол показалась из-за дерева и весело помахала ему ладошкой.

— Р-А-А-А-А-А!!! — Наклз, бранясь и махая кулаками, побежал туда, но девушка скрылась за деревом.

— Ку-ку! — кошка высунулась из-за другого дерева.

— Р-А-А-А-А-А!!! — ехидна бросился к ней.

Погоня плавно перешла в игру «Угадай, за каким деревом прячется незнакомка?». Каждый раз Наклз подбегал к одному из них, и каждый раз Кэрол оказывалась в другой стороне. Растянув уголки рта пальцами, кошка высунула язык и, мотая головой, сделала дразнящее: «Бэээээ», а затем снова спряталась. В конечном счёте ехидна начал мощными ударами ломать деревья, чтобы упростить себе задачу, однако, когда полянка опустела, кошка забралась на один из стволов и, мурлыкая, стала точить коготки.

— Ах ты… гадина… — Наклз сильно изнемог из-за постоянной беготни и физической нагрузки. Пот градом лил с него, а рыжее тело было мокрым до такой степени, что его можно было выжимать, как тряпку. — Ну я тебя… поймаю…

— М-м-р-р-р! — увы, но Кэрол по-прежнему была весёлой, потягиваясь на солнышке и с мурлыканьем царапая коготками по дереву. — Какой ты мокренький!

— Сволочь… заткнись…

Наклз начал подходить к Кэрол и махать правым кулаком, но из-за усталости он делал это настолько медленно и вяло, что кошка даже не стала убегать. Просто уклоняла голову, сохраняя при этом проказливую на лице улыбку.

— Дура…

В конце концов, Наклз сдался и перестал нападать на неё. Он с шумным вздохом привалился спиной к упавшим деревьям и закрыл глаза. Сердце в груди нестерпимо колотилось, словно ехидна за раз выпил целый термос свежего кофе, а затем выкурил за минуту сигарету. Мысленно он обещал дикой кошке кучу самых ужасных и страшных переломов, но пока что это было лишь мысленно.

— Да ладно тебе, — так как ехидна успокоился, Кэрол села на опрокинутый ствол и свесила ножки. — Зато побегали, размяли мышцы, повеселились.

— Ха-ха, смеюсь так сильно, что аж покраснел. Трижды! — с сарказмом огрызнулся Наклз, но ему настолько лень было пытаться её ударить, что он даже голову не стал поворачивать. — Чтоб ты облысела.

Ехидна был бы очень рад, если бы кошка обиделась на него за оскорбления, но увы, просчитался он даже здесь. Вместо того, чтобы, как говориться, надуть щёки, она лишь рассмеялась, хлопая ладонью по дереву.

— Избить тебя мало.

— Ну, мы, кошки, те ещё алчные и коварные штучки! — в тридцать два зуба улыбнулась Кэрол, хвостом покачивая из стороны в сторону.

— Я тебя уже ненавижу!

— Это так мило, что ты неравнодушен ко мне.

— Ах ты… — Наклз зло зарычал, но потом успокоился и закатил глаза. — Короче, в задницу иди, озабоченная!

Кошка хмыкнула, но язвить всё-таки перестала.

— Я Кэрол. Кэрол Тиа! — представилась она. — А ты кем будешь?

— Хм, — фыркнул хранитель Мастера Изумруда. — Ехидной Наклзом меня величать.

— Хе-х, вот и познакомились!

Кошка спрыгнула с дерева и встала перед ехидной, после чего протянула ему руку для приветствия. Силач хмуро посмотрел на неё, но всё-таки встал на ноги и…

— Ай-ай-ай! — тотчас замяукала Кэрол, ибо парень сильно сжал её ладонь.

— Ну, чего ты не смеёшься? — вот теперь злорадствовал Наклз, чьи фиолетовые глаза мстительно поблёскивали. — Где там твои шуточки?

— Всё-всё, я больше так не буду!

— Врёшь ты мне! Нагло и в глаза.

— Отпусти, пожалуйста! Обещаю, обзываться больше не буду!

Наклз снова фыркнул, однако сжимать ладонь девушки перестал. Получив свободу, Кэрол тут же схватилась за свою руку и начала разминать её, жалобно при этом мяукая. Ехидна только позлорадствовал над ней, чувствуя себя отмщённым.

Но неожиданно Кэрол округлила глаза, и боль в руке моментально отошла на задние ряды.

— Наклз, — повторила она.

— Да, Наклз, — сказал он. — Меня так зовут.

— Наклз. Ехидна Наклз. Наклз, который прибыл с далёкого Мобиуса

Вот это тотчас же заставило силача охренеть, из-за чего он посмотрел на девушку круглыми глазами. Но не менее удивлённо на него глядела кошка.

— Откуда ты меня знаешь? — насторожился Наклз. — Вернее, откуда ты знаешь про меня?

— Значит, ты тот самый, — Кэрол резко схватила его за руку и побежала к мотоциклу.

— А? Что? В смысле - тот самый?

— Ты ведь друг Соника, верно?

— Да, но… Что? — ехидна опешил ещё больше. — Ты знаешь Соника?

— Да, они сейчас с моей подругой недалеко отсюда. Я отвезу тебя к ним.

Глава 10: Просчёт

Истребители тем временем давно совершили посадку, и их владельцы вели перестрелку уже на земле. В правой стороне прятался Серпентин, в одиночку выкашивающий роботов меткими выстрелами, однако сам не высовывающийся из-за укрытия. Ему этого не давал сделать профессиональный стрелок Слит, в которого змей ни разу не попал, а вот волк его не раз задел. Генерал Бревона и рад был бы вступить с ним в рукопашный поединок, но отряд роботов, охраняющий наёмника Эггмана, был краеугольной помехой.

— Ша-а! — прошипел Серпентин, когда пуля отрикошетила от камня прямо в его клешню. — Слышишь, ш-шакал?

— Ты меня явно спутал с Динго, — осклабился Слит, произведя очередной меткий выстрел. — Но пусть твоя досада мне бальзамом будет для души.

— Ш-ш-ш, не будь рядом с тобой этих мерзких марионеток, я бы тебя на куски порезал.

— На войне все средства хороши, а победителей не судят.

Роботы открыли огонь из орудий, и змею пришлось яростно отстреливаться от них, не покидая своего логова. Слит воспользовался этим и перезарядил оружие, после чего произвёл меткий выстрел, попавший змею в клешню. Тот разозлился и выпустил в небо фиолетовый град пуль, но волк укрылся за камнем, и снаряды сокрушили только трёх роботов.

В этот момент на поле битвы выбежали Соник и Лайлак, и первый тотчас же остановил вторую, быстро изучив сие место. Его изумлению не было предела.

— Ого! Знакомые лица, хе-хе! — ухмыльнулся Соник, чем привлёк к себе внимание.

— Соник? — опешил Слит.

— Ша-а-а! Тот мерзкий ёж, уничтоживший наш дредноут! — вторил Серпентин.

Змей и волк произвели синхронные выстрелы по героям, но те быстрее звука оказались за камнями. Чтобы угомонить их, Лайлак вынула из сумки несколько сюрикенов и метнула их в разные стороны. Один угодил Серпентину в хвост, а другой был отбит метким выстрелом Слита.

— Полагаю, встреча трёх сторон объявляется открытой? — шутливо подметил Соник, за что змей выстрелил в него. Как и ожидалось - промазал.

— Заткнись! А ты…! — это было адресовано Слиту. — Зря связываешься с нами, с несокрушимым легионом лорда Бревона.

— Несокрушимый легион? Это тот, что рухнул на эту планету, предварительно получив по щекам, стоя на коленях перед одним лишь единственным ежом? — ехидно подметил волк.

— Я свидетель, между прочим.

— Хлопнись! — прошипел Серпентин, во второй раз стреляя по синему весельчаку. — Лорд Бревон будет страшно не рад, когда узнает, что ты жив.

— О, круто! Не забудь ему передать от меня привет.

Лайлак метнула ещё один сюрикен и прикончила робота, попав ему прямо в жизненно важные микросхемы.

— Кто они? — шёпотом спросила она у ежа.

— Вон тот… — указывает на Серпентина. — Работает на Бревона, с которым мы бились в космосе. А этот… — указывает на Слита. — Работает на Эггмана, который хотел захватить вашу планету.

Тем временем…

— Ты разгневаешь моего лорда, если твой босс не выдаст нам чейзера, — зло прошипел Серпентин.

— Серьёзно? Тогда что ты скажешь на то, что мне плевать? — осклабился Слит.

— Если ты не подчинишься нам, то сдохнешь в самых ужасных муках, вонючая псина! Я лично отрежу тебе пальцы на руках и ногах, а потом заставлю их сожрать.

— Как мило! Но ты кое-что забыл…

Волк выстрелил в камень, и пуля отрикошетила в шлем змея.

— Чейзер нужен и нам, поэтому можешь мне нежно отсосать, а затем пойти нахрен.

— Ш-ш-ш, клянусь, ты будешь у меня долго подыхать, скотина!

— О чём болтаете, парни? — спросил Соник и тут же спрятался, ибо враги начали по нему стрелять. — Окей, понял, третий — лишний.

Слит понимал, что так просто ему не уйти отсюда. Даже боевая единица — и та не поможет, ибо что Соник, что Серпентин — оба бойцы рукопашного боя и могут выиграть. Поэтому волк хорошенько подумал над этим, и в его голове родилась идея.

— Кстати, Соник, а как ты выжил? — поинтересовался он, отбив выстрелом выстрел Серпентина. — Разве ты не должен был разбиться при падении?

— Считай, я в рубашке родился, — хмыкнул Соник, а Лайлак тем временем метнула два сюрикена в змея и в волка, но те отбили их.

— Ахах, похоже на то. Я смотрю, ты не только уцелел, но и подружку себе нашёл. Уважаю!

Драконша сделала кислую мину на лице от услышанного, но округлить глаза её заставил ответ синего ежа:

— Ну есть такое. Правда же, она красивая?

— Не в моём вкусе, уж не обессудь, — галантно ретировался Слит, отбивая выпущенный в него Серпентином энерго-шар выстрелом. — Соник, мы ведь с тобой знакомы очень давно. В своё время нередко даже смахивались.

— И что с того?

— Я хочу предложить тебе сделку. Выгодную, можно сказать.

— Ух ты! И в чём заключается её смысл? — полюбопытствовал Соник, пока Лайлак зорко следила за Серпентином.

— Смысл прост: предлагаю тебе объединиться со мной и прикончить того скользкого ублюдка за вон тем камнем.

Волк выстрелил в сторону, где сидел генерал Бревона.

— Ша-ха-ха-ха! Объединиться?! Против меня??!! Да вы за кого меня держите, крысы помойные? — хищно оскалился Серпентин, взмахом клешни отбив сюрикен Лайлак. — Я вас обоих на куски порежу, как только вы выйдете из-за своих укрытий.

— Будь уверен, именно это на твоём надгробии я и напишу, сучка, — Слит выстрелил в него, а затем продолжил: — Ну, что скажешь, Соник? Мы с тобой хоть и враги, но друг друга знаем очень давно. А это Хаосом изрыгнутое недоразумение — оно нам незнакомо, да и угрозу представляет немалую. Ты же помнишь, чем закончилось наше с ними столкновение в космосе?

Лайлак вопросительно посмотрела на Соника, задумавшегося над словами Слита. Понять истинные намерения оного было несложно: он хотел столкнуть ежа со змеем лбами, а сам тем временем по-тихому улизнуть. Ничего удивительного, таков уж был первый по значимости наёмник из семейства волчьих - скользкий, пронырливый, изворотливый.

— Эй, ёж, у меня к тебе точно такое же предложение, — вдруг зашипел Серпентин, чем заинтриговал героя. — Почему бы тебе не объединиться со мной против этой собаки?

— С тобой? А с какого мне от этого прок?

— Весьма разумный. Мой лорд атаковал не тебя, а того усатого учёного, просто ты оказался на линии огня. Уверяю тебя, при иных обстоятельствах мы бы разошлись мирно. Вдобавок… — змей хищно осклабился. — Тебе наверняка будет интересна судьба одного двухвостого лиса, не так ли?

Соник округлил глаза, а Лайлак поняла, о ком идёт речь.

— И что с того? — осторожно спросил Соник.

— Объединяйся со мной, ёж. Вместе мы сокрушим эту псину, а затем каждый пойдёт своей дорогой. Я получу то, что мне нужно, ты же — своего друга.

— Ты блефуешь.

— Вовсе нет. Помоги мне — и я расскажу тебе, где ты можешь найти его.

Змей отчасти говорил правду: он действительно видел Тейлза, когда тот бежал из Шуигана в катакомбы. Но подвох заключался в том, что Серпентин спустил на лисёнка Симбионта и о дальнейшей его судьбе больше не слышал. Однако он искренне надеялся, что Соник клюнет и поможет ему разобраться со Слитом. Тогда Серпентин не только прикончит помощника Эггмана, но и его самого злейшего врага, попутно прибрав к своим рукам некоего чезара.

Но он ошибся! Соник хоть и встревожился, но его словам не поверил.

— Мы сможем скрутить сразу двух? — тихо спросила Лайлак.

— Со Слитом ещё проблем можно избежать, но с этим… — Соник кивнул в сторону Серпентина. — Мы и втроём испытали с ним трудности, а сейчас нас двое, ещё и уставших.

— У тебя есть план?

Синий ёж задумался.

— Слит, а о каком чейзере идёт речь? — полюбопытствовал герой Мобиуса, тем самым стараясь потянуть время. — И зачем он нужен тебе, змеюка?

— Слиш-ш-ш-ком много вопросов задаёшь, ёж, — прошипел Серпентин. — Не суйся туда, куда не нужно.

— Это инопланетянин, которого я выкрал с дредноута этих недочервей, — обнародовал сей секрет Слит, чем разозлил змея. — Он многое нам может поведать про них, если мы его разговорим.

— Ш-ш-шакал! Ты точно ляжешь под мой нож!

— Ну так что, Соник — объединимся?

Терпение Серпентина лопнуло. Противников было много, поэтому он решил отступить, пока был шанс. Резко выскочив из-за укрытия, змей выстрелил двумя ракетами в две стороны, после чего бросился наутёк. Слит среагировал моментально и уничтожил снаряд метким выстрелом, но импульсная волна отбросила его, слегка повредив нескольких роботов. Вот Сонику и Лайлак не повезло, так как валун хоть и спас их от взрыва, от его волны не уберёг — и отлетели они назад, кубарем укатившись к дереву.

Это был шанс! Слит вскочил на ноги и бросился к мотобагу, на ходу заводя его. Дав приказ оставшимся роботам на уничтожение героев, он поднялся в воздух и полетел в другую сторону.

— Проклятье! — Соник пришёл в себя и атаковал роботов спиндэшем, прежде чем те начали стрелять.

Лайлак подошла к ситуации иначе. Она не стала гнаться за улетающим Слитом, ибо в этом попросту не было смысла: волк мало того, что не полетит на базу, ещё и попытается заманить героев в ловушку. Потому девушка сунула руку в сумку, вынула оттуда маленький жучок в виде драконьего лика и метким броском прикрепила его к мотобагу Слита. Тот ввиду образовавшейся суматохи сего не заметил, лишь прибавил ходу, дабы покинуть поле брани как можно быстрее.

— Тьфу ты! — Соник прикончил всех бадников и спрыгнул, после чего посмотрел улетевшему Слиту вслед. — Считай, зря время убили, пока возились с этими консервами. .

— Ну, я бы так не сказала, — не согласилась Лайлак, в чьих руках было сенсорное устройство, на экране которого мигала удаляющаяся от них точка. — Я использовала маячок, по которому мы сможем на него выйти. Правда, для этого нам придётся свято молиться, чтобы он не сменил транспорт.

— О как! Здорово ты придумала, дружище! Теперь мы сможем узнать, что за чейзера они держат на своей базе. Отлично, дай пятюню!

Ёж весело протянул ей кулак, но драконша не только не ответила на его жест победы взаимностью, ещё и посмотрела как-то подозрительно, что несколько смутило героя Мобиуса.

— Что-то не так? — вопросил он.

— Подружку, — вкрадчиво напомнила Лайлак. — Это с каких таких пор я вдруг стала твоей подружкой?

— А-ах, ты про это...! - синий ёж рассмеялся в «капле» и лихорадочно зачесал затылок. - Ну, зато Слит теперь будет думать, что я не только супер крутой герой, ещё и невероятный обольститель всяких драконов женского пола.

Девушка закатила глаза.

— Лайлак, ну ты чего? Я же просто пошутил, чтобы поддержать беседу со старым знакомым, неужели неясно? И так ведь понятно, что наш разговор по большей части был околополитический, нежели светский.

— Потому и спрашиваю: с какой целью ты сказал то, что сказал? — Лайлак продолжала держать веки опущенными, отчего казалось, будто она и впрямь обиделась на мобианца. — Сначала ты пытаешься потрогать мои рога при первом нашем знакомстве, теперь и вовсе своей пассией выставляешь.

— Причём тут твои рога, если...?

— Притом, что касаться их и заявлять своё право на меня — практически одно и то же.

Соник удивлённо возвёл кверху брови, - а в памяти тотчас всплыл момент, когда Кэрол во время их знакомства предостерегала его по поводу рогов своей лучшей подруги. Тогда её слова ежу показались не то что непонятными, а вовсе странными, ввиду чего он не понял девушку, но сейчас, слушая претензии Лайлак и ощущая возникшее в воздухе напряжение, истина медленно да верно начала до него доходить.

Дракон — существо горделивое, честолюбивое, ранимое. Задеть его чувства — как раз плюнуть. Достаточно лишь позволить себе нечто фривольное в отношении него (даже в шутку), чтобы он почувствовал себя оскорблённым. А с учётом «околополитических бесед», на которые Соник ссылался, как на спасительный круг — и вовсе создавалось ощущение, будто на арене мира собрались три стороны, решившие этот самый мир поделить между друг другом.

Именно это Лайлак и уязвило - то, что её нагло присвоили себе, как захваченный во всех смыслах трофей.

— Лайлак, я не это... имел в виду, — несколько поникшим голосом вымолвил Соник, чье лицо больше не выдавало и капли прежней бравады. Ёж вмиг почувствовал себя виноватым, а на сердце его стало тяжело из-за пробудившейся тотчас совести. Он действительно не предполагал, что такая, казалось бы, безобидная шутка может сильно обидеть ту, в отношении которой ему не хотелось думать плохо. Что уж там, парень рассчитывал на то, что они вместе посмеются со случившегося, однако вышло всё с точностью да наоборот.

Но стоило Сонику только приоткрыть уста, чтобы рассыпаться в искренних извинениях, как Лайлак протянула к его носу палец, а затем... щелкнула по нему. Несильно, разумеется.

— Купился, — и улыбнулась, мило закатив глазки, что тотчас вогнало синего ежа в ступор. Готовый объясниться за своё поведение с полной серьёзностью, никак он не ожидал, что драконша резко сменит гнев на милость, а возникшее в атмосфере напряжение сдуется в одночасье.

— Эээ...? — ничего не понимающий мобианец захлопал глазами. Авалисянка хихикнула в кулачок.

— Не волнуйся, я поняла, что ты шутишь. Признаюсь честно, будь я на твоём месте, вела бы беседу с врагом точно так же.

— ...Тогда...?

— Всё просто: мне хотелось лицезреть мордашку, которую не хвастовство красит, но искренняя растерянность.

И игриво добавила в конце:

— Милашка!

Соник так и подвис от услышанного — вместе с опустившейся ввиду шока челюстью. Это было настолько комично, что Лайлак не выдержала и рассмеялась.

— Ладно, один-ноль в твою пользу, — несмотря на сконфуженность, Соник смог улыбнуться, признавая своё поражение. — Но имей в виду, Лайлак: ты победила меня в маленькой битве, однако впереди нас ждёт целая война.

— Буду рада лицезреть Вас в Вашей полной боевой готовности, господин, — весёлая Лайлак отвела ножку назад и поклонилась.

Ребята засмеялись.

— Значит, волк и змея — и оба с других миров. Но как они тогда связаны с Шуиганом?

— Быть может, они угнали парочку вертушек? — предположил Соник, за что девушка одарила его унылым взглядом. — Ладно, прости, неудачно пошутил.

— Я сомневаюсь, что им удалось бы такое провернуть. А если даже и так, я по-прежнему не понимаю, почему в вертолётах сидели панды. Ох, не нравится мне всё это.

Лайлак тяжело вздохнула и тоскливо посмотрела на солнце, что заходило в зенит. С той минуты, как она нашла Соника на берегу моря, слишком много странных вещей начало происходить: сначала переполох на Авалисе, затем встреча с представителями Шан-Ту, а теперь и нападение на Драконью Долину. И это начинало пугать, пусть и отчасти.

Знакомый рёв мотоцикла привлёк внимание Соника и Лайлак, которые поняли, что это была Кэрол. Однако, когда они повернули головы в сторону звука, им пришлось округлить от увиденного глаза. Да, к ним приближалась Кэрол, лихо управляя транспортом, однако источником их удивления стала не она, а сидящий позади неё Наклз, чьи глаза тоже округлились.

— Е-е-е! — Кэрол заехала на горку и выключила зажигание. — Привет, ребята! Смотрю, вы неплохо так перелопатили Драконью Долину, хе-хе.

— Да, мы там навели шороху, а… Кэрол, где ты его нашла? — удивлённо спросил Соник.

— Меня и не нужно искать. Сам нахожусь, если надо, — фыркнул Наклз, после чего слез с мотоцикла. — Знаешь, я почему-то не удивлён, что ты успел вжиться в общий движ.

Кэрол поставила мотоцикл на подножку и подошла к остальным ребятам, собравшимся в центре площадки. Наклз обменялся с Соником рукопожатием и подозрительно покосился на Лайлак. Ёж представил их друг другу, и драконша лично могла лицезреть того самого Наклза, про которого Соник очень много рассказывал во время трапезы. Теперь Лайлак пусть и немного, но оттаяла к ежу в плане доверия, поняв, что тот ей не соврал про своих потерянных друзей.

— Повезло тебе, счастливчик! — вздохнул Наклз, когда Соник рассказал о том, как Лайлак и Кэрол спасли его. — У нас с Соней совершенно другая история.

— Хе-х, я буду рад услышать её, дружище! Кстати…! — синий ёж осмотрелся по сторонам. — А где Соня? Вы решили оставить её у начала Драконьей Долины?

Ехидна ещё раз вздохнул, но на этот раз тяжелее, и закрыл глаза. Соник тотчас же перестал улыбаться и округлил глаза: ему очень не понравилось поведение внезапно помрачневшего Наклза.

— Наклз, я тебя правильно понял? — осторожно уточнил Соник. — Ты же не хочешь мне сказать, что…?

Наклз молча отдал ему записку, и ёж моментально раскрыл её, внимательно вчитываясь в каждое слово. Поняв весь смысл, Соник опустил руки. Его глаза в безмолвном шоке уставились в никуда.

— Прости меня, Соник! — тихо промолвил Наклз., в чьём голосе слышалась вина. — Не уберёг я твою сестрёнку.

Соник вздохнул не менее тяжело, после чего положил ладонь на могучее плечо старого товарища.

— Мне не за что тебя винить, Наклз, — безрадостно ответил Соник. — Ты не виноват в случившемся.

— Если бы я только предвидел подобное, я бы ни за что не отошёл от неё, — сквозь зубы процедил Наклз.

Синий ёж молча отошёл в сторону, и задумчивый зелёный взгляд поднялся на горизонт, куда улетали листья, унесённые ветром. Синие иглы заколыхались.

Лайлак и Кэрол грустно посмотрели на Соника. Некогда весёлый парень внезапно потускнел, словно перегоревшая лампочка, и предстал перед ними в пасмурном амплуа. И довершал эту печальную картину не менее грустный Наклз с историей, неспособной обрадовать, а лишь расстроить. Понимал ли Соник, чем может закончиться выходка Сони? Конечно же, понимал. Их перемирие с Эггманом закончилось ровно в тот момент, когда они оказались на Авалисе — следовательно, теперь коварный учёный снова их враг. И ёж очень сомневался, что доктор проявит милосердие к ежихе, если вычислит её. Она для него — не более чем ненужный свидетель.

— Что нам делать, Соник? — тяжело спросил Наклз.

Синий ёж молчал, и это начинало давить не только на ехидну, чувствовавшего себя виноватым, но и на Лайлак с Кэрол.

— Нам остаётся лишь поверить в неё, — промолвил Соник, после чего повернул голову и посмотрел на друзей. Он даже улыбнулся, но троица поняла, что за этой улыбкой прячется самый настоящий страх за свою сестру.

— Если Эггман поймёт, в чём дело, он… ты знаешь, что произойдёт, — стиснул зубы Наклз.

— Да… знаю. Но это единственное, что мы можем сделать.

***

Новая база Эггмана располагалась недалеко от плата, на которое рухнуло «Яйцо Смерти». Из себя она представляла встроенную в лесную гору лабораторию, где хоть и немного, но было всё для изучения Дикой Планеты, а также разработки новых бадников. Секторов оказалось по меньшей мере три, но каждый был поделён на две локации, благодаря чему обитатели лабораторий смогли избежать давки.

Динго тем временем наконец-то добрался до неё и послал сигнал, сообщая Эггману об успешно проведённой миссии. Доктор мельком глянул на экран и, удостоверившись в личности прибывшего, отдал приказ бадникам, дабы те открыли шакалу ворота. Мотобаг залетел в ангар, после чего заглох. Динго слез с транспорта, взял мешок с синими кристаллами и вместе с двумя роботами отправился на аудиенцию. Свет в ангаре погас.

Убедившись, что рядом никого нет, Соня аккуратно выбралась из багажника и с облегчением выдохнула: эта поездка её, порядком, утомила. Затем осмотрелась и, увидев вентиляционную шахту, подошла к ней.

— Давай, Соня, у тебя всё получится, — подбодрила саму себя ежиха.

Сняв со стены решётку, девушка забралась в шахту и вернула её обратно, после чего поползла вперёд. Такой способ проникновения был самым безопасным и оптимальным, поскольку база строго охраняемая боевыми роботами, которые тотчас же расстреляют модницу. Поэтому девушка, стараясь создавать как можно меньше шума, тихо-тихо, как мышка, двигалась вперёд.

Она добралась до первой решётки, через которую увидела широкую комнату, где находились роботы. Они патрулировали территорию, расхаживая со внушительными карабинами туда-сюда. Танкоподобных гигантов тут не было, но с таким количеством Эггман точно чувствовал себя в безопасности. Соня поползла дальше.

Во второй комнате находились различные капсулы с жидкостями, в которых изучались дикие звери этой планеты. Были здесь, как ни странно, и её жители, но им Соня, к сожалению, не могла помочь из-за присутствия бадников. Одна их часть работала здесь в качестве учёных, тогда как другая патрулировала сектор. Здесь Соне нечего было искать, поэтому она продолжила свой путь.

Через третью решётку она увидела комнату, в которой находился сам Эггман. Последний вальяжно развалился в своём кресле и, поедая сэндвич, листал файлы на экране с помощью сенсорной панели. Как поняла Соня, Эггман успел не одну базу себе соорудить на Авалисе, пока обживался тут, и это не могло не удивить. С момента их появления на Дикой Планете прошли сутки, но доктор уже взял бразды правления в свои руки, что, с одной стороны, вызывало восхищение, а с другой — пугало. Эггман явно не баклуши бил, пока герои оправлялись после космической битвы.

Дверь открылась, и Эггман развернул кресло в её сторону, чтобы лично встретиться с Динго. Соня внимательно прислушалась к разговору.

— Принёс?

— Да, босс! — Динго положил мешок на стол.

— Хм-м… — Эггман достал оттуда один синий кристалл и внимательно осмотрел его. — Если правильно использовать эту штуку, мои роботы получат больше энергии.

— Вы думаете, мы сможем использовать её против жителей этой планеты?

— Мы? О, нет, мой дорогой, ни в коем случае. Я! Я смогу использовать её против жителей этой планеты.

— Эээ, ну, ладно.

Эггман ухмыльнулся, после чего связался со Слитом. Тот быстро принял звонок, появившись на экране.

— Как успехи? — поинтересовался доктор.

— Полный порядок, Ваше Злодейство! — сообщил Слит, чем обрадовал учёного. — Я добыл осколок Берилла Анархии и везу его в Железную Крепость. Правда, на мой отряд напала змея Бревона, но мне удалось уйти. Кстати, я повстречал Соника!

Вот это удивило Соню, из-за чего она округлила глаза, но мысленно очень сильно обрадовалась. Всё-таки её брат пережил падение.

— ЧТО? ЭТОТ КРЫС ИГОЛЬЧАТЫЙ ЖИВ??? — заорал Эггман.

— Д-д-да, босс. К сожалению, да. Но он был один, вернее… — Слит запнулся. — Он был без своих друзей, но с ним была какая-то сиреневая девушка. Её происхождение мне не удалось определить.

Соня задумчиво прикусила нижнюю губу. Соник не только выжил, но и сблизился с кем-то из Авалиса, что не могло не радовать ежиху. Её брат определённо действовал правильно, налаживая контакт с местным населением, которое могло бы ему помочь встретиться с остальными мобианцами.

— Скорее всего, эта девчонка спасла его, — предположил Эггман, поглаживая свои усы. — Ладно, сейчас мне нет дела до Соника, так что пускай познаёт прелести Дикой Планеты. Что с чейзером?

— Молчит, как истукан, но рано или поздно я разговорю его, — пообещал Слит, на что доктор дал добро. — Однако есть у меня опасения, что Бревон может напасть на Железную Крепость. Не знаю… чуйка у меня.

— Не «чуйка» у тебя, а «трусость»! Этот козёл не знает, где искать мои штаб-квартиры, поэтому можешь успокоиться. Вдобавок, база охраняется Меха Соником, так что никакая тварь даже близко не подойдёт к Саркофагу. Учитывая его новое усиление, каждый, кто встанет на пути моего творения, познает настоящие муки. Ихихихи!

Эггман налил себе кофе и сделал пару глотков.

— Как расколешь чейзера — сразу ко мне! — приказал доктор, на что волк ответил кивком. — И помни: никаких контактов с жителями Авалиса. Мне не нужны свидетели.

— Вас понял, босс! Что делать с Бериллом Анархии?

— Привезёшь с собой. Я лично изучу его свойства, а там уже будем думать, как использовать этот кристалл.

— Хорошо, Ваше Злодейство! Будет сделано.

Соня обдумывала услышанное, от волнения прикусывая ноготь на большом пальце. У Эггмана были огромные планы даже сейчас, когда его великая армия превратилась в разбитый паззл, состоящий из одних лишь бадников да двух наёмников. С Изумрудами Хаоса доктор, конечно, смотрелся намного внушительнее и опаснее, но и без них казался не менее грозным, готовый к любым фокусам.

Соня поползла дальше, прикидывая в уме, как ей воссоединиться с Соником и остальными. Наклз точно будет на неё зол, когда они встретятся, а потому ежихе нужно было заранее придумать какую-нибудь отмазку, дабы силач простил ей её выходку.

Добравшись до следующей решётки, Соня взглянула через неё в помещение и, к своему удивлению, обнаружила там Шедоу. Комната была пустой, за исключением разве что голубых капсул, в которых находилась светящаяся вода. Что делал в этой комнате Шедоу — неясно, но, видимо, таким образом ёж скрашивал своё одиночество, задумчивым взором разглядывая пузырьки, что поднимались со дна капсул и исчезали на её поверхности.

Но внезапно Шедоу перевёл глаза в её сторону, и Соня резко убрала голову, почувствовав усилившееся сердцебиение. Это было неожиданно! Причём, настолько, что ежиха едва не закричала от испуга, но, благо, смогла сдержаться, тем самым не выдав себя. Краем глаза девушка выглянула и посмотрела в сторону Шедоу, который смотрел на решётку, за которой она сидела.

«Заметил или нет?», — тревожно подумала Соня.

Это было невозможно! Ежиха была очень тихой, приглушая даже собственное дыхание — Шедоу попросту не мог её засечь. Быть может, он просто перевёл глаза, ибо устал смотреть в одну точку. Всякое могло быть. Возможно, ёж думает о чём-то своём, а взгляд увёл автоматически, по наитию, мысленно находясь за пределами этого места.

К огромному счастью Сони, продлилось это недолго: Шедоу отвернулся, после чего пошёл в сторону выхода. На этом страхи девушки подошли к концу.

— Фух, — выдохнула Соня, утерев со лба пот. — Пронесло.

Последняя комната была оснащена двумя компьютерами и пустовала, что пришлось ежихе по душе. Убедившись, что здесь действительно никого нет, она тихо покинула шахту и спустилась вниз, осматриваясь по сторонам. Свет включать было опасно, да и незачем, поскольку синие глаза хорошо ориентировались в темноте.

Соня подошла к компьютеру и включила его, хитрыми манипуляциями взламывая систему защиты. На экране появилось несколько папок с файлами, но ежиху интересовали персонально разработки Эггмана: они могли здорово выручить мобианцев и дать им необходимую информацию.

— Королевский Камень, — вымолвила Соня, открыв первый файл. — Так-так-так… реликвия Авалиса… ага… хм-м… Вот это уже интереснее! Выходит, для «Пушки Затмения» был использован фрагмент этого камня? Ничего себе!

Королевский Камень являлся ценной реликвией Авалиса, как Изумруды Хаоса — Мобиуса. В нём содержался немыслимый запас энергии, поддерживающий изобилие Дикой Планеты в относительном порядке, стабилизируя природные стихии и уравновешивая их. Находился он под покровительством некоего Королевского Магистра, правителя страны Шан-Ту. Здесь также было сказано, что в последние годы энергия великого кристалла стала ограниченной, а это могло привести Авалис к энергетическому истощению. Скорее всего, кто-то из двух стран — Шан-Му и Шуиган — попытается отнять артефакт у Шан-Ту, что поспособствует развитию межнационального конфликта.

— Уверена, Эггман рассчитывает именно на такой исход, — сообразила Соня.

Во втором файле содержалась информация о так называемом Берилле Анархии, который являлся загадкой не только для Эггмана, но и для самого Авалиса. Это был зелёный кристалл, содержащий в себе энергию неизвестного происхождения. Ей нельзя было обладать, по крайней мере, сейчас: доктор не изучил её свойства, а жители Авалиса, видимо, не владели достаточными знаниями. Откуда он появился, тоже было неизвестно. Жители Дикой Планеты посчитали Берилл Анархии непригодным для использования и утратили к нему интерес.

Третий файл носил броское название: «Совершенная Форма Жизни. Третий Прототип». Соня открыла его и начала читать статью. В ней было сказано, что Джеральд, помимо Биолизарда и Шедоу, создал ещё и третий образец, у которого не было имени. В отличие от первого прототипа, который создавался для защиты скопированного Алтаря, и второго, рассчитанного на абсолютную личность, этот унаследовал главную способность бога разрушений Хаоса: трансформацию. В ограниченной вариации прототип ничем другим не отличался от того же Шедоу, обладая личностью с разумом, но при совмещении с Изумрудами Хаоса способен был на невероятные трансформации. Соня попыталась «нарыть» на него побольше информации, но у неё ничего не получилось. Скорее всего, даже сам Эггман не знал, кем является «Третий Прототип», раз окошко личности стояло под вопросительным знаком. Всё, что о нём было известно — это то, что прототип исчез, когда «G.U.N.» напали на АРК.

— Ладно, этого будет достаточно, — решила Соня, после чего подключила свой КПК к компьютеру, чтобы скачать необходимые файлы.

Вместе с ними ежиха скинула карту самого Авалиса, и, пока шла загрузка, девушка нервно постукивала пальцами по столу, обдумывая свои следующие действия. Изначально она планировала прижать Эггмана на стене, вынуждая его поднять белый флаг, однако теперь её планы изменились. На базе было слишком много роботов.

— Отлично! Та-а-а-к… — когда загрузка завершилась, Соня убрала КПК в карман и довольно улыбнулась. — Вот теперь можно и свалить отсюда.

— Будто я позволю тебе это сделать, — внезапный мрачный голос огорошил её.

Ежиха и обернуться не успела, как получила мощный удар и проломила собой стену, падая вниз. Рухнула она на жёсткие камни, заставившие её выпучить от боли в спине глаза и харкнуть слюной. Постанывая, девушка скатилась вниз и, скрипя зубами, осмотрелась. Это место напоминало старый цех, куда Эггман, видимо, скидывал всякий хлам, надеясь в будущем его использовать. Тут было холодно, как в морозилке.

Безликая тень промелькнула над Соней, и в пятнадцати метрах от неё приземлился Шедоу. Опешившая ежиха вскрикнула от ужаса, поняв, кто так жестоко вышиб её из кабинета сюда. Но как? Соня прекрасно помнила, что Шедоу ушёл в другой сектор. Даже если он и заметил её, то ежиха услышала бы его. Однако ёж каким-то образом незаметно оказался рядом и, скорее всего, всё видел.

— Н… н-не может б-быть… — тихо прошептала Соня, чьё сердце заколотилось от страха.

— Ухухуху!

Ежиха округлила глаза и, подняв их, увидела Эггмана. Тот завис в воздухе на своём кресле, положив ногу на ногу. В его руке была чашка с чаем.

— И снова знакомые лица, ихихихи! — коварно засмеялся Эггман, делая пару глотков. — Мне следовало догадаться, что меня решат навестить старые друзья.

— Эггман? — с болью в голосе вымолвила Соня.

— Ты думала, что, взломав мою систему защиты, тебе удастся обойти мой алгоритм ищущего охотника? Очень опрометчиво, дорогая моя! А ведь ты являешься самой умной среди детишек Алины.

Девушка стиснула зубы и медленно поднялась на ноги, держась за правое плечо. Всё плохо! Всё очень плохо!

— Кстати, раз уж мы заговорили о ней, то, быть может, поведаешь мне о добром здравии матушки своей, мм? — с издевкой поинтересовался Эггман, после чего хохотнул. — Ах, нет, не поведаешь. Как можно рассказывать о той, которая бросила своих детей на произвол судьбы? Очень по-матерински, хе-хе-хе.

— Не с-смей! — процедила Соня, злыми глазами посмотрев на него. — Не смей так говорить о моей маме!

— Знаешь, на правду обижаться — грех. А так как я констатирую факты, не высасывая их из пальца, то моя искренность просто не имеет оснований для твоей злости. Тем более, что обижаться как раз-таки должен я.

Доктор хищно улыбнулся.

— Не я ведь пришёл в чужой дом и нагло спёр то, что мне не принадлежит.

— Что-то я не припомню, чтобы ты думал над этим, когда сам проворачивал подобное, — дерзко огрызнулась ежиха.

— Верно, всё верно. Ты права, и оспаривать я это не стану. Но врываться в чужой дом, имея государственные полномочия — это одна песня, а приходить с улиц, не имея какого-либо ордера — другая. Что ты скажешь мне на это, моя дорогая?

Соня скрипнула зубами и сделала неуверенный шаг назад, на что Шедоу среагировал моментально, ударив рядом с ней «Хаос Копьями». Девушку не задело, но та дыра, что появилась на полу около её ноги, заставила ежиху ужаснуться.

— Ты украл Изумруды Хаоса, оставив Мобиус без его реликвии! — парировала Соня, стараясь заглушить в своём голосе страх. — Ты лишил наш мир ценного сокровища, а теперь собираешься устроить подобное здесь, на этой планете. Ты чудовище!

— О-о-о, нет-нет, моя дорогая, ты не права. Я — учёный, а не чудовище! — отрицательно покачал головой Эггман. — Я использую любые способы, если они мне могут помочь в развитии науки.

— Нет, ты чудовище! Ты вторгся в Моботрополис и лишил жителей Мобиуса спокойной жизни! Тебе плевать на жизни других. Ты думаешь лишь о себе, обманом переманивая на свою сторону тех, кому действительно нужна помощь! Сколько жизней ты разрушил под предлогом помочь? Скольких невинных приговорил к смерти, нарекая их предателями? И сейчас… гр-р… даже сейчас…!

Соня зло посмотрела на Эггмана.

— ДАЖЕ СЕЙЧАС ТЫ ХОЧЕШЬ ТВОРИТЬ ЗЛО! ТЫ ПРИШЁЛ В ЭТОТ МИР, ЧТОБЫ СГУБИТЬ ЕГО ТАК ЖЕ, КАК НАШ МОБИУС! НО ЕСЛИ ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО У ТЕБЯ ЧТО-НИБУДЬ ПОЛУЧИТСЯ, ТО ЗАРУБИ НА НОСУ! — ежиха наставила на него указательный палец. — ТЫ НЕ СМОГ ЗАХВАТИТЬ МОБИУС — НЕ СМОЖЕШЬ ЗАХВАТИТЬ И АВАЛИС! ВСЕ ТЕ ЗЛОДЕЙСТВА, ЧТО ТЫ ОДНАЖДЫ СОВЕРШИЛ, РАНО ИЛИ ПОЗДНО ОБРАТЯТСЯ ПРОТИВ ТЕБЯ! ТЫ — ЖАЛКИЙ!

— Батюшки, я сейчас разревусь от театральной постановы, которую ты мне устроила, — однако доктор лишь зевнул от скуки, не придав словам старой знакомой и капли важности. — Твой гнев, Соня, не обоснован. Ты — всего лишь песчаная крупица в моих часах, которые я однажды переверну.

Соне было до безумия страшно. Да что там, её колени начинали дрожать, но ежиха до последнего старалась унять дрожь.

— Это там, на Мобиусе, вы привыкли к тому, что можете безнаказанно рушить мои планы, уничтожать моих бадников и вставлять мне палки в колёса. Но здесь, на Авалисе, всё будет иначе, — хищно улыбнулся Эггман, и его очки грозно блеснули в полумраке. — Без Изумрудов Хаоса, конечно, будет посложнее, но я постараюсь выжать максимум энергии из тех вещиц, что мне приносят Слит и Динго. Жаль, что ты этого уже не увидишь.

Доктор допил чай и налил себе ещё чашечку.

— Прикончи её, Шедоу!

***

Соник и остальные покинули Драконью Долину, отправившись домой к Лайлак. Так как Наклз познакомился с авалисянками только-только, он с недоверием косился то на одну, то на другую. Если бы не Соник, ехидна точно бы не пошёл за ними, решив продолжать поиски в одиночку. Однако ни Лайлак, ни Кэрол не излучали угрозу, и совсем скоро Наклз приобщился к обществу двух приятных дам.

Наклз рассказал свою историю появления на Авалисе, а также выложил на стол второй Изумруд. Соник положил рядом первый реликт, после чего мобианцы прикинули в уме, где можно найти оставшиеся.

— Мы нашли тебя на берегу моря, — напомнила Сонику Лайлак. — Скорее всего, какая-то часть Изумрудов утонула.

— Это плохо, — вздохнул Наклз, положив себе под голову руки и закрыв глаза. — На их поиски придётся затратить слишком много времени.

— Ну, я бы не стала так пессимистично к этому относиться, — возразила Кэрол. — Нельзя делать выводы, не оценив саму ситуацию.

— Так-то оно верно, только вот положение наше несколько невесёлое, — в «капле» улыбнулся Соник.

Тейлз, Мэник и Эми по-прежнему были вне досягаемости. Никто не знал, где нужно искать эту троицу, которая как сквозь землю провалилась. Серпентин упоминал про Тейлза, но не только Соник, но даже Наклз не поверили в его слова. Змей на то и змей, чтобы скользким быть.

— Эх, а ведь сейчас бы она сидела рядом с нами, — загрустил Наклз, вспомнив о Соне.

— Как только мы встретимся с ней, я лично натяну её за уши, — хмуро пообещал Соник. — А теперь поговорим о чейзере.

Лайлак и Кэрол подсели поближе, вливаясь в разговор с ежом. Ехидна сначала отнекивался от этой темы, посчитав её бессмысленной, но потом подключился к обсуждению.

— В душе не представляю, когда Слит успел проникнуть на дредноут Бревона, — задумался Соник. — Он гораздо смышлёнее, чем я думал.

— Этот чейзер нужен и вашему Эггману, и этому Бревону, — Лайлак тоже размышляла над этим. — Но так ли он важен им, чтобы они готовы были друг другу глотки перегрызть?

— Хм-м. Слит обмолвился, что чейзер знает слишком много об армии Бревона. В этом случае Эггману он нужен для того, чтобы всё-всё узнать о Бревоне, а тот хочет заткнуть парню рот. Навсегда.

— Есть ли нам смысл вмешиваться в это дело? — поинтересовался Наклз.

— Я, пожалуй, соглашусь с ехидной, — сказала Кэрол.

Лайлак нахмурила брови, после чего переглянулась с Соником.

— Не поймите меня неправильно, но разве этим не должны заниматься военные? — говорила кошка. — Соник и ехидна сами пострадали от рук этих двоих, а мы с тобой, Лайлак, вообще отшельничаем. Резонно ли нам лезть туда, где горячо?

Соник задумчиво закатил глаза. Желание Кэрол не вмешиваться в происходящее совершенно не удивило ежа, поскольку он предполагал подобный расклад событий. Эти девушки живут сами по себе, не выбирая чью-то сторону. Они — одиночки, которые зарабатывают себе на жизнь сами, без чьей-либо помощи. Наклз тоже не видел смысла влезать в противостояние между Эггманом и Бревоном, возводя в приоритет поиск Изумрудов Хаоса.

Лайлак встала из-за стола и отошла к окну, за которым начинал идти дождь. Если Кэрол была против вмешательства, то драконша хотела узнать о злодеях всё абсолютно. Ей не давал покоя вопрос насчёт бойцов Шуигана, помогающих Серпентину. Также она была обеспокоена неизвестным мутантом, с которым ей и Сонику пришлось сразиться сегодня. Да, монстры на Авалисе были, но не такие. Во всём этом чувствовалась какая-то инопланетная пакость.

— Знаете… — Соник начал было говорить.

— Хорошо, тогда ответьте мне на один вопрос: если не мы, то кто? — вдруг спросила Лайлак, после чего посмотрела на троицу серьёзным взглядом. — Мы знаем гораздо больше, чем Шан-Ту и Шан-Му вместе взятые. У нас есть зацепка, по которой мы можем выйти на кладезь информации и узнать, какова угроза, исходящая от Бревона. Мы просто обязаны ею воспользоваться!

— И я целиком и полностью поддерживаю Лайлак! — добавил синий ёж. — Наклз, мы не сможем вернуться на Мобиус, если не вмешаемся в происходящее, а наши друзья благодаря нашему бездействию уж точно не найдутся.

Ехидна поджал губу, после чего отвёл взгляд.

— Кэрол, — драконша обратилась к кошке. — Я знаю, ты не любишь подобные авантюры, но нам нужно вмешаться. В конце концов, под угрозой находится наша планета. Кто её защитит, если не мы?

Кошка потупила взгляд, опустив ушки.

— Я однозначно пойду! — твёрдо заявил Соник. — Я не собираюсь сетовать на жизнь и говорить, как же всё плохо.

— А я пойду вслед за ним! — не менее решительно сказала Лайлак. — Раз мой мир находится под угрозой, то я просто не имею права бездействовать.

— Ладно, вы слишком убедительные, — сдался Наклз. — Да и прав ты, Соник: не сможем мы вернуться домой, пока не разберёмся с происходящим тут.

— Тогда… тогда я тоже даю добро! — кивнула Кэрол. — Раз Лайлак идёт, то и я пойду.

Ёж и драконша победно улыбнулись и посмотрели друг на друга. Ехидна и кошка хмыкнули — теперь команда сформировалась, благодаря чему можно было приступать к планированию задумки. Лайлак разложила на столе карту, и герои придвинулись поближе.

— Я оставила на вашем знакомом маячок. Сейчас…! — Лайлак положила на стол локатор, и на экране оного отобразилась искомая точка. — Вот, он находится здесь!

— Вы явно научены выслеживать свою цель, — присвистнул удивлённый Наклз.

— Само собой, — в тридцать два зуба улыбнулась Кэрол.

— База Эггмана полна бадников. Если этот чейзер так ему важен, то его наверняка охраняет кто-то из моих копий, — предположил Соник.

— Мы постараемся пробраться на его базу очень тихо. Нас четверо, поэтому в бой будем вступать только в случае крайней необходимости.

— Агась.

— А теперь разберёмся со стихиями, — Лайлак посмотрела на Наклза. — Ты какой владеешь?

— Огнём, — ответил ехидна.

— Оу! Выходит, все четыре элемента собрались в одной комнате? Это отлично! — обрадовалась кошка.

— Поясню: Воздух и Огонь — мужское начало! — драконша посмотрела на Соника и Наклза. — Вода и Земля — женское! — теперь на подругу. — Если мы правильно распределим наши способности и совместим их, у нас всё получится.

— Спасём чейзера и узнаем, что такое «Бревон» и с чем его едят, — азартно хмыкнул Соник, и друзья поддержали его кивками.

— На задание отправимся ночью. Так у нас будет больше шансов на победу.

— Так точно!

***

Взрыв!

Из клубов дыма вылетела избитая Соня, чья одежда была изорвана в нескольких местах и прожжена. На малиновой коже красовались синяки и кровоподтёки — она испытывала на себе безжалостность ежа Шедоу, который пёр напролом, вышибая из Сони остатки духа. Как бы ежиха ни старалась контратаковать его, всё, что у неё получалось — это получать мощные удары со стороны врага и отлетать назад подобно игрушке.

Соня не знала, как одолеть Шедоу. Ни одного удара она не нанесла ему, а вот он жестоко избил её, швыряя то в одну стену, то в другую, то атакуя спиндэшем, а то и вовсе голыми кулаками. Нередко ёж использовал молнию, чтобы заставить ежиху кричать от боли, пронзающей её тело словно острые иглы. Она была измучена, не могла даже толком стоять на ногах: настолько сильно покалечил её «СФЖ».

В конечном счёте Шедоу схватил Соню за горло и прижал к стене, перекрывая ей кислород. В другой руке он создал золотое копьё хаоса, которым намеревался ударить прямо в сердце девушки.

— Превосходно! Восхитительно! Чудесно! — довольно замурлыкал Эггман, наливая себе уже пятую чашечку чая.

Соня понимала, что на этом её история подошла к концу. Что бы они ни делала, Шедоу убьёт её и отфутболит безжизненное тело в сторону, даже не посмотрев на неё. Эти красные глаза — они не знали жалости к своим врагам. В них вообще не было ничего, кроме мрака и холода. Как и раньше, Шедоу оправдывал своё звание машины для убийств. Он в разы опаснее подручных Эггмана — Слита и Динго.

Соня не выдержала и тихо заплакала. Ей было больно, страшно и безумно обидно — она больше никогда не увидит Соника и Мэника, а также Наклза с остальными. А ведь ежиха только-только воссоединилась со своими друзьями, как их в одночасье раскидало по Дикой Планете. Обидно, что тот риск, на который Соня шла, не оправдал её ожиданий. Что мобианцы никогда не узнают о том, что же задумал Эггман. Обидно, очень обидно!

И безумно больно!

Шедоу приготовился убить её «Хаос Копьём»…

— Шедоу!

Ёж резко вздрогнул, и внезапные воспоминания в виде туманных обрывков снова нахлынули на него, волной топя в себе. То самое чувство, что он испытывал на «Яйце Смерти» — оно поразило его стрелой, обескураживая своей внезапностью. Этот голос, эти чувства, эти эмоции…

Эти синие глаза, наполненные болью!

Шедоу смотрел в мокрые от слёз глаза Сони, смирившуюся со своей участью, и не понимал, что происходит. Она ему снова напомнила о той златовласой синеглазой девчонке, которую ёж знал, но не мог вспомнить. Опять возникли в голове мрачные картины, где эта девушка падает на пол после выстрела из пистолета — и всё проваливается во тьму.

Его пальцы ослабили хватку, благодаря чему Соня смогла свободнее задышать, хрипя от удушения. Кое-как она приоткрыла глаза и заметила, что Шедоу в смятении. Его холодная решимость снова сползла на «нет», и теперь перед ней находился тот самый чёрно-красный ёж, который не убил её на «Яйце Смерти» по неизвестной причине. Снова боль! Снова грусть! Снова тоска! Снова!

— Ну же, Шедоу, чего ты ждёшь? — недовольно вопросил Эггман. — Заканчивай с ней, а то я уже заскучал.

Ёж не мог решиться. В его руке находилась та, которая напоминала ему о той девушке. В её глазах Шедоу видел то, что напоминало ему о прошлом. Тот самом прошлом, где ёж ещё не познал вкус потери дорогого человека, где чьи-то мечты не казались абсурдом. Где он был живым, а не холодным куском камня, убирающим любую преграду со своего пути.

В конце концов, когда Шедоу поднял копьё, он скрипнул зубами и… аннулировал его, чем удивил Эггмана.

— Доктор, мы можем взять её в плен? — холодным голосом спросил Шедоу, окончательно ослабив хватку на горле бедной Сони.

— В плен? Но зачем? — удивился Эггман. — Она же наш враг.

— Я знаю. Тем не менее она слаба и угрозы нам не представляет. Я готов взять на себя ответственность за неё.

Доктор задумчиво почесал затылок, не понимая резкую смену настроения Шедоу. До сего момента чёрно-красный ёж без всяких сомнений избивал Соню, вышибая из неё дух, а теперь хочет оставить ежиху в живых.

— Ой, ладно, делай что знаешь, — махнул рукой Эггман, после чего полетел отсюда. — Мог бы сразу сказать, что хочешь с ней развлечься.

Шедоу вздохнул, после чего посмотрел на Соню. Та лишь закатила глаза, и горькие слёзы скатились по её щекам. Её план с треском провалился!

Глава 11: На линии огня

— Всё очень и очень плохо, — вымолвила Лайлак.

Бадники и боты Бревона схватились в ожесточённой схватке, ведя непрестанную друг с другом перестрелку. Их тяжёлые шаги стучали отовсюду, а оглушительные взрывы громыхали, казалось, везде. Самая верхняя башня Железной Крепости от столкновения с ракетой дрогнула и, полетев вниз, придавила нескольких супостатов.

Соник, Лайлак, Наклз и Кэрол наблюдали за происходящим с округленными глазами. Никто из них не ожидал подобного расклада. А ведь изначально всё начиналось более чем замечательно: они пришли сюда тогда, когда было ещё совсем тихо. Даже пробраться на базу успели и продвинуться относительно глубоко.

Но потом…

~~~

Железная Крепость — эти военные склады когда-то принадлежали Шуигану, но со временем утратили свою ценность, покуда война на Авалисе закончилась. Теперь сие место пустовало на границе Шуигана и диких территорий, нередко становясь местом для ночлега одиноких путников или очередным сборищем неких бандитов. После того, как Эггман и Бревон оказались на Авалисе, первый злодей тотчас же приметил себе Железную Крепость, куда отправил четверть своих бойцов. База была неприступной, по крайней мере, с пешего хода, а с воздуха противников бы сбили крупнокалиберные пушки, стоящие на башнях и стенах. Именно здесь был чейзер.

Когда наступила ночь, четвёрка, состоящая из двух мобианцев и столько же авалисянок, прибыла на объект, и первые присвистнули от увиденного.

— Эггман знает, как встречать гостей, — хохотнул Соник.

Лайлак скинула с плеч рюкзак и вытащила наружу ножи, пару свитков, а также несколько дымовых шашек. Пока девушки разбирали их, обвешивая себя, Наклз задрал голову и про себя отметил, что в открытую они действительно ничего не смогут сделать. Слишком внушительной была сама конструкция, за которой скрывались не менее устрашающие бадники, мало чем уступающие танкоподобным носорогам.

— Времени у нас с горстку, поэтому постараемся управиться как можно быстрее и свалить отсюда, — пояснила Лайлак, с чем согласились все. — Так как вы, мальчишки, этой крепости не знаете, пойдёте с одной из нас. Соник — ты со мной!

— Полагаю, мне следует топать с этой…? — Наклз недовольно покосился на хитро улыбнувшуюся Кэрол. — Блин, и почему мне так не везёт сегодня?

— Вообще-то наоборот, ибо в тайдзюцу и шпионаже я больший профи, чем Лайлак, — возразила Кэрол, после чего качнула хвостом и ехидно посмотрела на ехидну. — А что такое? Ты, никак, с девочкой боишься оставаться наедине, да-а?

— Ещё чего, пф-ф!

— Оу. Ну ладно, хорошо.

И вкрадчиво добавила:

— Посмотрим, как ты заговоришь, когда мы останемся с тобой вдвоём в кромешной темноте, ги-хи-хи!

Наклз тотчас округлил глаза и вопросительно посмотрел на скоростных товарищей.

— Мы с Соником пойдём по верхней части Железной Крепости, где много открытого пространства, — объяснила Лайлак. — Прятаться там негде, посему придётся полагаться на скорость. У вас с Кэрол будет больше замкнутого помещения, но идти придётся в кромешной темноте.

— Поверь, хи-хи, с моим зрением я не заблужусь, — хихикнула Кэрол, а, когда проходила мимо ехидны, как бы «случайно» погладила его хвостом. — Чего не скажешь о тебе, любитель водичку попить.

— Ах ты…! — Наклз разозлился и одновременно покраснел, после чего фыркнул со скрещёнными на груди руками. — Ладно, давайте начинать, пока я тут кое-кого не убил.

Соник и Лайлак усмехнулись, тогда как Кэрол вовсю хихикала в кулачок.

— Да поможет нам Золотой Дракон Единства, — сказала драконша, подвязывая верёвку к трёхконечному крюку и закидывая его наверх, где он зацепился за край стены.

— Да прибудет с нами Хаос, — весело поддержал её ёж, после чего полез за ней наверх.

Ехидна тяжело вздохнул и побежал за кошкой, чьё проникновение в крепость начиналось с другой стороны. Так как их путь в основном проходил в темноте, нужно было попасть в темницы, но дороги к ним извне не было. Оставался лишь один способ: пробить.

— Эй-эй, постой! — воскликнул Кэрол, когда Наклз собрался бить по стене. — Ты только шуму наделаешь.

— У тебя есть другие идеи? — хмуро поинтересовался ехидна.

— А то.

Кошка очень неожиданно обнажила из-под мягких подушечек пальцев острые, как бритвы, когти, и ими полоснула по стене. Мраморный кусок тотчас же отделился от основной части, и Наклз его аккуратно положил на землю, чтобы не наделать шороху.

— Ладно, признаю: какая-никакая от тебя польза имеется, — вальяжно бросил Наклз.

— Вот ты хамло! — обиделась на него Кэрол.

Соник и Лайлак шли по верхней части крепости. Прожектора поливали лучами всё, чего могли коснуться, а бадники, патрулирующие территорию, постоянно двигались, проверяя то один сектор, то другой. Укрытий было очень мало, а с учётом больших интервалов между ними, шансов спрятаться оказалось не так уж много. Посему ёж и драконша такие моменты преодолевали благодаря запредельной скорости.

Наклз и Кэрол шли в кромешной темноте. Бадников там не было, однако противная вонь и отсутствие какого-либо освещения сильно сказались на дальнейшем продвижении. Так как ехидна был слеп в таких зонах, кошка взяла его за руку и повела за собой. Нередко им приходилось вступать в лужи, сетовать на это и идти дальше. Увы, но ничего не попишешь: миссия есть миссия.

А в главной башне тем временем сидел Слит, решивший отпраздновать своё удачно выполненное задание бутылочкой «Шардоне». Развалившись в кресле, совсем как Эггман, он положил ноги на стол и с причмокиванием попивал вино, наслаждаясь его вкусом.

— Эх, а ведь здесь не так уж и плохо, — хмыкнул Слит, сверяя результаты различных кристаллов на большом экране. — Если хорошо делать свою работу, можно и озолотиться совсем скоро. На Мобиусе мне бы пришлось долго пахать.

Волк чувствовал скорый триумф. Он нашёл Берилл Анархии который дюже сильно приглянулся Эггману; выкрал чейзера с дредноута Бревона, а заодно разгромил отряд Серпентина — чем не успех? Слит был умён, хитёр и коварен, и его напарник Динго рядом с ним не стоял. Пока шакал таскал кристаллы для Эггмана, как подручный пёсик, волк в это время проворачивал неплохие фокусы, всего за один день умудрившись относительно подняться в глазах доктора. Быть может, тот даже однажды сделает его своей «правой рукой», но пока что это были лишь думки.

Слит хотел налить себе ещё вина, а затем отправиться на допрос чейзера, как на базе неожиданно поднялась тревога. Опешив, он тотчас же активировал видеонаблюдение и увидел приближающиеся к Железной Крепости зелёные штурмовики.

— Что за…? — опешил Слит.

В одном из штурмовиков находились Бревон, Серпентин и шесть вооружённых до зубов отрядов.

— Вы были правы, мой лорд: эта крепость — идеальный плацдарм для жалкого человека! — с шипением резюмировал змей.

— А Эггман неплох, раз выбрал себе одну из самых внушительных баз. Но он просчитался, — Бревон ухмыльнулся. — Все контрольные точки, прилегающие к территориям Шуигана, находятся под моим колпаком. Будет ему наука.

Лорд обернулся к своим воинам, и те преданно посмотрели на него.

— В плен брать только чейзера. Остальных — убить!

— Будет исполнено, мой лорд!

Штурмовики с ревом ворвались в крепость, снося прочные стены, и открыли ракетный залп по базе. Та и дрогнуть не успела, как её верхушки тотчас же объяло пламенем. Контратакой стали мощные выстрелы артиллерии, сбившие один штурмовик. Бревон фыркнул и вместе с бойцами покинул транспорт, чтобы биться с врагами в открытом бою. Взяв с собой один отряд, он отправился в правый сектор, тогда как Серпентин — в левый.

— Вот чёрт! — Слит тотчас же отдал приказ всем бадникам на атаку, после чего схватил плазмомёт и выбежал из кабинета.

~~~

Соник резко повалил Лайлак и вместе с ней укатился в сторону, прежде чем стену снесло мощными ракетными залпами. Откашливаясь от дыма, герои поднялись на ноги и в ужасе посмотрели, во что начала превращаться крепость. Бадники и боты вступили в ожесточённую схватку, обрушивая друг на друга пулемётные очереди, выстрелы из гранатомётов, а то и вовсе идя в рукопашный бой. Буквально за минуту Железная Крепость превратилась в настоящее поле брани, окропляемое тёмно-зелёной жидкостью, что фонтаном лилась из поверженных ботов. Бадники валились на землю в виде прожжённых кусков металла.

— Я… я ничего не понимаю, — в ужасе вымолвила Лайлак, чьи глаза дрожали. — Бревон не мог знать об этом месте.

— Все думки потом, дружище! Пойдём, у нас мало времени! — Соник схватил драконшу за руку и вместе с ней побежал дальше.

***

— Что за чертовщина тут творится? — выпалил Наклз, когда крепость начала трястись, а небольшие камни с потолка падать.

— Это явно не наши налажали, — промолвила Кэрол, которой не нравилось, что в темнице стало светло. — Тут что-то другое.

Ехидна и кошка побежали вперёд, к лестнице, которая вела их на первый сектор. Уже там до них донеслись звуки выстрелов и взрывов, а после, мельком взглянув в окно, они поняли, в чём дело. Непонятно, как, но Бревон прознал о Железной Крепости и лично наведался сюда, чтобы своими глазами увидеть того самого чейзера. Где-то на фоне мелькал Слит, отдающий приказы бадникам и сражающийся с бойцами Бревона. Серпентин, находящийся поодаль от всех, огнемётом сжигал роботов Эггмана. Что касалось Соника и Лайлак, то их нигде не было.

— БЕРЕГИСЬ! — закричала Кэрол.

Она прыгнула на Наклза и вместе с ним укатилась в сторону, прежде чем танкоподобный носорог ворвался в здание и разнёс его к чертям, танком поперев на штурмовик. Началась настоящая битва титанов, в которой две стороны — Эггмана и Бревона — теснили друг друга, таранили и громили. Штурмовик с рычанием обстреливал бронированного носорога, а тот валил его с ног, обрушивая на него всю тяжесть своего веса.

В этот момент на землю спрыгнуло несколько бадников, заприметивших героев.

— Понеслась! — прорычал Наклз.

Ехидна мощными ударами откинул двоих, а Кэрол, выскочившая из-за его спины, приготовила когти. ВЖИК-ВЖИК! — и от бадников остались лишь порезанные куски металла. Развернувшись, кошка увернулась от лазерного выстрела и свернулась в клубок, которым разрушила трёх противников. Наклз в это время перепрыгнул через неё и мощным хуком выкинул аж шесть бадников в дальний коридор, который тотчас же обвалился. Однако он был атакован тремя появившимися роботами: один из них выстрелил и попал в ехидну лазером, а другие повалили его на землю. На помощь ему подоспела Кэрол. Ударом колена она откинула от ехидны бадника, но сама была подстрелена другим роботом. Этого хватило, чтобы Наклз разорвал бадника на куски и ими же закидал стрелка.

— Ты как? — Наклз помог девушке подняться.

— Ничего, и не такое повидать успела, — хмыкнула Кэрол, хоть ей и было больно.

На смену бадникам неожиданно пришли боты Бревона, и схватка возобновилась.

Они не были такими крепкими, как роботы Эггмана, но их манёвренность сильно сказалась на ребятах. Боты налетали на героев, атакуя их прикладами, стреляли по ним и нередко прятались за укрытиями. Получив несколько ударов, Наклз разозлился и вовсю начал громить супостатов, мощными ударами раскалывая их надвое. Кэрол не имела такой грубой силы, как мобианец, но её острые когти резали не хуже бритвы. Одно движение руки — и враг разваливается на части, истекая иноземной жидкостью. Однако их было много, и они наваливались на героев толпой, избивая их с особой жестокостью, в результате чего те начали действовать не менее жёстко. Объяв кулаки пламенем, Наклз стал настоящим танком: он пёр напролом, мощными ударами разрывая супостатов, а те, что были слишком бронированными, лишались защиты благодаря когтям Кэрол.

Потом началась настоящая каша, состоящая из бадников и ботов. С одной стороны, две враждебные стороны воевали и друг с другом, что отчасти облегчало дело героям. С другой, все они были вооружены, кидаясь как на супостатов, так и на мобианца с авалисянкой. Тут уже пришлось оказаться в гуще событий, и, прижавшись спина к спине, выносить оппонентов аки залетевшие на пати околофутбольщики. Наклз был злой, но не менее зла была Кэрол, чьи когти пустили уже не одну кровь за время битвы. Удар за ударом получали они, однако их болевой порог оказался в разы выше, благодаря чему ехидна и кошка могли прорываться дальше, переступая через тела убитых супостатов.

— Ша-а-а!

Вырвавшийся из дыма Серпентин с разбегу атаковал Наклза, откидывая его назад, из-за чего тот спиной протаранил нескольких ботов, после чего упал. Затем ударил с разворота Кэрол, которая собой убила нескольких бадников.

— Ша-ха-ха-ха! Я, чëрт подери, могу так хоть целый день! — захохотал Серпентин, после чего посмотрел на героев. — Мне следовало догадаться, что друзья того ежа тоже окажутся здесь.

— Ах ты…! — Наклз утёр кулаком кровь с губы и поднялся на ноги.

— Ещё и жителей этой планеты припёрли на бойню, — змей посмотрел на злую кошку. — Это не ваша война, черти!

— Она стала нашей с тех самых пор, как вы вторглись на Авалис, — огрызнулась Кэрол.

— Ага. Выходит, вы всё знаете, да? Тогда я порежу вас на куски!

— Только после тебя, червяк!

Серпентин вступил в ожесточённую схватку с Наклзом и Кэрол. Он отбил их удары и атаковал ехидну, но получил ногой от кошки. Тогда змей начал избивать её, однако был поражён мощным ударом мобианца в спину. Серпентин с шипением извернулся и головой врезался в обоих героев, кладя их на лопатки. Затем прицелился и выстрелил несколькими шарами, отбрасывая от себя противников. Те отлетели, но Наклз резко схватил камень и швырнул его во врага. Серпентин разрушил снаряд выстрелом, однако за булыжником оказалась летящая Кэрол, полоснувшая когтями его по лицу.

— Ша-а-а! — зарычал Серпентин, заработавший себе большие кровоточащие царапины. — Разорву на кусочки!

Он ударил Кэрол в солнечное сплетение, затем подкинул вверх и с шипящим смехом стал расстреливать фиолетовыми пулями. На помощь девушке подоспел Наклз, набросившийся на Серпентина и поваливший его на землю. Между ними завязалась борьба, в ходе которой ехидна и змей избивали друг друга мощными ударами. Когда верх занял Серпентин, Наклз сдавил его тело ногами и зажал вражескую голову руками, дабы раздавить её. Однако тот резко вобрал электричество в пушку и им поразил ехидну, заставляя его заорать. Высвободившись, генерал Бревона хотел прикончить Наклза, но был атакован подоспевшей Кэрол. Они вступили в рукопашный бой, и кошка принялась лупить оппонента коленями и когтями, а тот отбивался локтями. Он попытался выстрелить в неё, но девушка поймала его руку, а затем ударила локтем ему в оставленный ранее ею порез, что доставило Серпентину немало боли. За это враг «отблагодарил» противницу выстрелом в голову, из-за чего та отлетела назад и впечаталась в стенку.

— Р-А-А-А-А!!! — Наклз объял кулаки огнём и бросился в бой.

Он повалил Серпентина на землю и попытался прикончить ударом по голове, но тот извернулся, ударив его хвостом по ногам. Дальше они, грубо говоря, месили друг друга мощными ударами: Наклз — огнём, а Серпентин — электричеством. Кто из них выигрывал, было неясно, так как генерал получил немало ожогов, а ехидна не один раз был поражён током. Но, видно, сказывался боевой опыт генерала Бревона: он выстоял в избиении и повалил Наклза, однако был атакован Кэрол. Девушка безжалостно исцарапала его острыми когтями, оставив на нём не одну кровоточащую рану, однако и тот достал кошку, оставив на её ухе большой порез.

Наклз и Кэрол обошли Серпентина со всех сторон и бросились в бой. Генерал отбивал удары обоих, попутно контратакуя их. Он извлёк ножи из дул рук и оставил диагональный порез на груди Наклза, а Кэрол впечатал затылком в дверь ударом хвоста. Ехидна прорычал и мощным хуком ударил Серпентина в голову, из-за чего тот пробил собой стену. Они заскочили в комнату, где продолжилась битва, но змей выстрелил Наклзу в плечо, поднял его и с грохотом ударил о землю. Подскочившая Кэрол нанесла несколько ударов по оппоненту, схватила его за хвост и, раскрутив, швырнула головой о стену. Истекая кровью, Серпентин набросился на неё с ножами, но Кэрол увернулась от каждого, затем обошла его и полоснула когтями по змеиному затылку. Тот упал, и подоспевший Наклз, схватив его, вместе с ним выпрыгнул в окно.

В воздухе началась следующая битва. Они избивали друг друга кулаками, душили, старались вырвать глаза врага. Когда Серпентин хотел пронзить оппонента ножом, Наклз схватил его за хвост, а ногами упёрся ему в голову, чтобы раскатать её о стену трением. Эту смертоносную «пакость» змей пережил благодаря шлему и умудрился полоснуть ехидну по бедру, из которого хлынула кровь. Наклз стиснул зубы, схватил Серпентина за голову и ею же шмякнул генерала Бревона о стену, после чего тот с криком полетел вниз, где происходило сражение между бадниками и ботами. Сам же Наклз ударом кулака вцепился в стену, тем самым предотвратив своё падение.

— Я сейчас! — крикнула Кэрол.

Она выпрыгнула следом и благодаря когтям съехала к нему. Несколькими ударами кошка создала в стене дыру, в которую затащила тяжело дышащего от боли и усталости Наклза.

— Не знала, что в тебе живёт страсть к прыжкам с высоты без парашюта, — усмехнулась устало Кэрол. Мобианец фыркнул, но беззлобно.

— Будто у тебя был иной план, как по-другому разобраться с этим поганым змеем.

— Твоя правда. Он реально какой-то на дрожжах.

И ведь верно: Серпентин был неистов донельзя. Трудно сказать, что именно делало его таким живучим, однако сразить такого противника в честном бою представлялось нелегким занятием. Одной грубой силы тут было мало, в чем самые драчливые герои новоиспечённой команды только что убедились на своей шкуре.

В дыре неожиданно показались бадники.

— Пошли к чёрту! — Наклз схватил кусок камня и швырнул его в супостатов, выкидывая их.

— Сюда! — крикнула Кэрол.

Ехидна резко выскочил из комнаты, и кошка расцарапала потолок, обрушив проход. Это должно было задержать врагов, пока герои будут уходить.

— Держись, — так как Наклз хромал из-за раны на ноге, Кэрол облокотила его на себя и повела подальше отсюда. — Мы сваливаем.

— А как же наши? — опешил хранитель Мастера Изумруда.

— Я очень надеюсь, что они успеют добраться до туннеля раньше нас. Сейчас мы им ничем не поможем.

Наклз скрипнул зубами, но Кэрол была права: они ничем не помогут своим скоростным товарищам, ибо были ранены и измотаны после битвы с Серпентином.

— Не смейте не возвращаться, гр-р!

***

Вопреки происходящему, Соник и Лайлак не столкнулись ни с бадниками, ни с ботами. Вся «движуха» происходила внизу, тогда как герои очень быстро перемещались по верху, используя запредельную скорость. Где-то на фоне маячил Слит, отстреливающий супостатов с красного истребителя, но, в целом, их путь был безопасен.

Добежав до центра крепости, ёж и драконша остановились. На пьедестале находилась полупрозрачная голубая капсула, в которой покоился тот самый чейзер. Он был зелёный, облачённый в оранжево-чёрную броню с неизвестным ярлыком. Наличие нескольких планет на рисунке не говорило ни о чём.

— Берём его и сваливаем отсюда! — бросил Соник.

Лайлак хотела было подойти к капсуле, но неожиданно промелькнувшая над героями тень остановила её. А потом перед ними приземлился внушительный робот, которого синий ёж тотчас узнал.

— Меха! — презентовал он.

Меха Соник — третий прототип из серии Эггмана, созданный по образу самого Соника. Имея более тёмный окрас и высокий рост, он встал в боевую стойку и сверкнул жёлтым светом в глазах.

— Объект индекс «Оригинал» и неопознанная личность: подтверждены! Ликвидация — необходима! — произнёс Меха.

— Если только в твоём случае, — хмыкнул Соник, бросившись в бой.

Он попытался ударить робота ногой, но тот резко отошёл в сторону и мощным хуком отправил героя подальше. Лайлак тотчас же подскочила и пнула робота, однако он устоял на ногах. Затем обнажил реактор в груди и выстрелил жёлтым лучом, отбрасывая драконшу. Соник тем временем раскрутился в спиндэш и ударил Меха в спину, однако робот не упал. Превратив свои руки в пулемёты, он начал обстреливать синего ежа, и тому пришлось на повышенных скоростях удирать. Меха оставил его, чтобы защититься от циклона подоспевшей Лайлак руками. Затем применил спиндэш и ударил драконшу, откидывая её назад.

— Получай! — Соник спиндэшем атаковал бадника, но тот отбросил его.

— Цель: уничтожить! — и Меха ринулся на него.

Ёж увернулся от каждого удара, после чего атаковал его хоумингом. В этот раз бадник осел, а когда поднялся, был атакован драконьим рывком Лайлак, которая ракетой понесла супостата вперёд, впечатывая его в стену. Соник похвально хмыкнул и стал раскручиваться в спиндэш, накапливая голубую энергию. В этот момент Лайлак отпрыгнула назад, но Меха резко появился рядом и, схватив её за горло, отправил в полёт мощным апперкотом. Затем полетел за ней, чтобы добить, но внезапно…

— «Рывок Света»!

Был атакован синим ежом. Их поединок стал запредельно скоростным. Появляясь сразу в нескольких точках, они колотили друг друга, атаковали мощными спиндэшами, а Лайлак в это время бежала за ними, чтобы помочь Сонику. Однако Меха выстоял даже здесь: ударив ежа в грудь, он бросил его в драконшу, и герои кубарем укатились назад. Но если Соник полетел дальше, то Лайлак ударилась спиной о капсулу с чейзером и сползла по ней.

— Ликвидация вражеских элементов! — Меха направил на сиреневую драконшу дуло ракетницы и выстрелил ракетой.

Лайлак опешила. Боль в спине дезориентировала её, из-за чего она бы попросту не успела увернуться от атаки. Это видел и Соник, только-только пришедший в себя. Понимая, что ракета убьёт Лайлак, ёж быстро вынул Изумруд Хаоса и крикнул:

— «Хаос Контроль»!

Меха, ракета, происходящее — всё застыло в одночасье, благодаря чему Соник смог ударить противника спиндэшем, а затем подскочить к Лайлак. Та, кивнув, циклоном разнесла барьер, после чего схватила чейзера и вместе с ежом бросилась наутёк.

— Пресечение побега вражеского объекта: выполняю! — прорычал Меха Соник, когда действие «Хаос Контроля» закончилось.

Активировав турбины, он резко полетел вперёд и мощным ударом ноги нокаутировал Соника, атаковав его в спину. Однако в следующую же секунду бадник оказался в дыму благодаря дымовой шашке, которую ему под ноги бросила Лайлак. Покрепче взяв чейзера, она побежала дальше, а синий ёж поплёлся за ней, попутно жалуясь на боль в спине. Сражаться с Меха Соником было бессмысленно.

Улизнули они вовремя.

Меха Соник выбрался из дыма, и в этот момент на поле битвы спрыгнул Бревон, лично шедший сюда за чейзером. Лишь окинув взглядом пустой пьедестал, лорд омрачился до такой степени, что его глаза стали ярко-красными.

— Кто? — мрачно пророкотал он, выискивая глазами повинных в исчезновении чейзера. — Кто посмел?

— Враг!

Бревон отбил железный спиндэш Меха и откинул его от себя, молниеносным движением извлекая из ножен ядовитый клинок.

— Прочь!

Один взмах! — и Бревон стоит по другую сторону от Меха Соника, которого разрезало надвое. Поверженный робот заискрился и, упав, разлетелся на несколько частей, из-за чего алый плащ лорда стало раздувать ветром. Громко стуча ногами по камням, он подошёл к краю платформы и посмотрел вниз, где увидел бегущих к туннелю Соника, Лайлак и бессознательного чейзера.

— Опять ты, синий ёж! — и Бревон последовал за ними, намереваясь прикончить всех, кто встанет у него на пути.

Тем временем Наклз и Кэрол кое-как добрались до спасительного туннеля, где ждали своих друзей. Их счастью не было предела, когда Соник и Лайлак появились на горизонте и запрыгнули в туннель в последний момент, прежде чем по ним открыли огонь.

— О нет! — опешил Соник, заметивший приближение бадников и ботов к ним.

Лайлак вручила Наклзу чейзера и кивнула Кэрол.

Девушки соединили руки (одна — правую, другая — левую) и закричали, формируя стихийный ореол. Со стороны Лайлак появилась Вода, тогда как Кэрол создала Землю, благодаря чему началось совмещение двух стихий. Не успели супостаты заскочить за героями в туннель, как оттуда вылетел поток жидкой земли, окутывающей врагов подобно лаве и топя в себе. Бревон, преследующий их, тотчас же расправил плащ и исчез в гауссовой телепортации, благодаря чему избежал удара. А вот остальным не повезло, ибо жидкая грязь топила в себе, проникая в микросхемы бадников и броню ботов. Из неё нельзя было выбраться, как бы супостаты ни старались. Даже взрывы — и те не вырывались из субстанции, напрочь облепившей их.

Когда действие совмещённого дао закончилось, субстанция в одночасье стала твёрдой, не уступающей самому прочному льду. Однако это сильно сказалось на девушках, которые задышали от усталости и большой потери энергии.

— Ух, девчонки, ну вы дали! — похвалил их Соник. — Теперь я понял, Лайлак, что ты имела в виду, когда говорила о совместимости.

— Хе-х, — усмехнулась она.

— Это наш коронный трюк, хе-хе, — добавила Кэрол.

— Не хочу прерывать вашу милую беседу, но нам нужно сваливать, пока есть время, — бросил Наклз, взваливший на свои плечи чейзера. — Кто-нибудь знает, куда ведёт этот тоннель?

— Да. Побежали!

Впереди всех побежала кошка, так как могла видеть в темноте и огневой шашкой подсвечивать друзьям дорогу. Ехидна шёл вторым, а замыкали отряд ёж и драконша.

***

Железная Крепость полыхала в пожаре войны. Десятки бадников были уничтожены, но не меньшие потери понесли и грудой лежащие на земле боты. Битва между ними продолжалась ещё некоторое время, и Слит, пользуясь возможностью, быстро скопировал все-все данные на свой КПК, форматировал компьютеры и улетел прочь. После этого Бревон и его армия сокрушили бадников Эггмана.

Сейчас Бревон стоял напротив туннеля со скрещёнными на груди руками, мрачным взором поливая застывшую глину, из-за которой нельзя было пойти дальше. Серпентин приполз к нему через несколько минут, но его вид был безобразен: на лице находились глубокие царапины, да и сам змей выглядел ужасно. Наклз и Кэрол хорошо так над ним поработали.

— Прошу простить меня, мой лорд. Я подвёл Вас, — виновато склонил голову Серпентин.

— Хм-м… — Бревон посмотрел на израненного генерала, после чего вздохнул. — Всё испортили синий ёж и его друзья, а не ты. Поэтому подними голову.

Змей послушно кивнул, выпрямив спину.

— Ты нашёл подручного Эггмана?

— Никак нет, сэр! Этот трус бежал с поля боя, подорвав все компьютеры, — сообщил генерал.

— Ясно. Значит, наш план провалился.

Бревон зло прорычал и с силой ударил клинком по застывшей глине, оставляя на ней широкий рубец. И снова у него буквально из-под носа выкрали того, кто слишком много знал о нём.

— Мой лорд, этот ёж объединился с жительницами этой планеты, — сказал Серпентин. — Полагаю, он разболтал все-все секреты.

— Если бы ты схватил того лиса, то мы могли бы шантажировать его, — хмуро отчеканил Бревон, из-за чего змей виновато опустил голову. — Ладно, заметаем следы и уходим. Попробуем собрать информацию руками нашей марионетки.

***

Слит тем временем прибыл на основную базу, где его поджидал более чем злой Эггман. Не успел волк оказаться на аудиенции, как доктор обжёг его настолько мрачным взглядом, что тот аж вспотел от ужаса.

— Попробуй меня удивить, — с сарказмом попросил Эггман. — Но сделай это до того, как я прострелю тебе голову.

— Б-б-босс, я не виноват, честное слово, — завилял хвостом Слит. — Я защищал крепость до последнего, но Бревон прибыл туда лично. Я бы полёг там, задержись ещё немного. К тому же, я скопировал все данные на свой КПК и форматировал компьютеры. Наши враги не получили информации о наших достижениях.

— Моих достижениях, — зло поправил его доктор.

— Да-да, Ваша Светлость - Ваших. Я забрал Берилл Анархии и привёз его Вам.

С этими словами волк отдал человеку зелёный кристалл, и тот, задумчиво посмотрев на него, поместил в маленькую капсулу.

— Что с чейзером? — спросил Эггман и, заметив испуг подчинённого, нахмурился. — Не разочаровывай меня, Слит!

— Ваше Сиятельство, у меня есть две новости: хорошая и плохая. С какой начать?

— С первой.

— В общем, Бревон и его армия не получили чейзера.

— Фух, это меня радует, — вздохнул Эггман. — А со второй что?

Слит сглотнул.

— Чейзера забрали Соник и его друзья.

После этого волку пришлось спрятаться за компьютерами, ибо доктор до такой степени разозлился, что едва не расстрелял его из плазмомёта.

— КАК? КАК ОНИ УЗНАЛИ О ЖЕЛЕЗНОЙ КРЕПОСТИ?

— Б-б-босс, я не знаю… — заскулил испуганный Слит, всеми фибрами души молясь Хаосу, чтобы Эггман не спрыгнул с кресла и подошёл к нему. — Я им ничего не говорил о ней, они как-то сами узнали.

— САМИ?! САМИ, ТВОЮ ДИВИЗИЮ??!! ДА ТЫ… АР-Р-Р!!!

Эггман покраснел от злости, но внезапно успокоился и отложил плазмомёт. Слит сглотнул, после чего вышел из-за укрытия.

— Ладно, эту проблему я ещё могу решить.

Доктор нажал на кнопку, и на экране появилось изображение с Соней, что спала на кровати в отведённой ей комнатке.

— Соня? — удивился Слит. — Но как?

— Попыталась выкрасть мои наработки, за что Шедоу её едва не убил. Но, видно, взыграли гормоны у Совершенной Формы Жизни, раз кончать её он не решился. Впрочем, это не важно! — Эггман погладил ус. — Можно назначить встречу Сонику и обменять его сестру на чейзера. Хе-х, а что, это мысль! Сомневаюсь, что Соник будет упираться и отнекиваться: сестрёнка ему важнее будет какого-то пришельца, хе-хе!

— Идея с обменом очень интересна, сэр, но как мы выйдем на Соника?

— С помощью маячка, который ты прицепил на чейзера.

Заметив, что Слит смолк, Эггман тут же перестал улыбаться и подозрительно посмотрел на него.

— Ты же прицепил маячок на чейзера? — угрожающе уточнил доктор.

Слит сглотнул и, впав в «каплю», с дебильным, но испуганным смешком замотал головой.

Дальше был, грубо говоря, писец. Эггман побагровел, затем посинел, потом позеленел. Чашка с чаем, что была в его руке, разбилась на несколько осколков. Даже очки доктора — и те начали трескаться.

— В-ваше Сиятельство…? — осторожно окликнул Слит.

Док наконец оттаял.

— А-А-А-А!!!

Слит тут же бросился наутёк, однако в этот раз Эггман не только начал по нему стрелять, но и побежал за ним. Охреневший Динго вылупил глаза, когда мимо него пронёсся побледневший от ужаса Слит, а за ним — красный от злости Эггман, стреляющий по волку из плазмомёта.

— П-простите м-м-меня, б-б-босс! Пощадите!

— Я ЗАПИХНУ ТЕБЯ В РОБОТИЗАТОР, АРРР! СТОЙ! СТОЙ, ГАД! ДАЙ МНЕ ТЕБЯ ПРИСТРЕЛИТЬ!

Динго задумчиво почесал затылок.

— Опять Слит пошёл на повышение. Эх, счастливчик.

Шедоу, наблюдавший за этой картиной, вздохнул и пошёл своей дорогой.

***

Уложив чейзера на диван, герои занялись лечением собственных ран. У Лайлак болела челюсть после апперкота Меха Соника, а Кэрол перебинтовывала своё ухо. Соник втирал обезболивающую мазь в спину, ибо Меха едва не сломал ему позвоночник. Наклз обзавёлся новой повязкой, лишь изредка шипя от боли на груди. Героям неслабо досталось в Железной Крепости, но они вернулись живыми, а это не могло не радовать.

Пока Лайлак готовила завтрак (ночь близилась к утру), а Кэрол занималась целебным снадобьем, Соник и Наклз болтали друг с другом.

— А ведь мы едва там не полегли, — промолвил ехидна, поглаживая рану на груди.

— Спасибо нашим девочкам за то, что они синхронизировались, — улыбнулся ёж.

— Вашим? — дёрнула бровью кошка, хитро качнув хвостом. — С каких это пор мы стали вашими?

— Вообще-то я фигурально выразился, да и… Эй, не бери пример с Лайлак!

— Тебя что-то во мне смущает? — донеслось с кухни, после чего Соник сделал испуганную улыбку и отвернулся, ибо не хотел получить нагоняй сразу от двух девушек.

Наклз хмыкнул.

Через несколько минут герои подошли к дивану, и Кэрол поднесла к лицу чейзера приготовленную мазь, чей эффект оказался не хуже нашатыря. Тот резко подскочил и закашлял, открывая глаза.

— Отлично! — улыбнулась Кэрол.

Чейзер дрогнул и тотчас же соскочил с дивана, забиваясь в угол, чем удивил всех.

— Пожалуйста, не надо! — закрылся он руками. — Я ничего не знаю.

— Эу… — кошка впала в «каплю» и почесала затылок. — Лайлак, он бредит.

— Он напуган, а не бредит, — строго ответила драконша, после чего осторожно подошла к чейзеру и, присев на корточки, ласково улыбнулась ему. — Эй, успокойся! Всё хорошо, тебя никто не обидит.

Незнакомец вздрогнул, однако убрал руки от лица и тревожно посмотрел на обладательницу бархатных глазок. Затем посмотрел на Кэрол, улыбнувшуюся в тридцать два зуба, и остановил взгляд на Наклзе. А потом резко глянул на Соника, округляя глаза.

— Ты же…! — выпалил чейзер, наставив на него указательный палец. — Ты тот самый золотой ёж, который уничтожил дредноут!

— Вообще-то я синий, — с ухмылкой поправил его Соник. — А так всё верно: я - тот самый.

Чейзер вздохнул и наконец-то успокоился. Соника он знал косвенно и видел, как тот сокрушал армию Бревона — следовательно, это добряк и герой, которому можно было верить. А учитывая Лайлак, Кэрол и Наклза, от которых никакой опасности не исходило, незнакомец понял, что находится в безопасности.

Лайлак рассказала ему историю о том, как они проникли в Железную Крепость и выкрали его, прежде чем туда наведался сам Бревон. Чейзер вздохнул, поняв, что ребята в курсе происходящего и уже успели не одного супостата уложить.

— Ты ведь голоден, верно? — спросила Лайлак, на что тот с неловкостью кивнул. — Пойдём, тебе нужна пища.

Разговор возобновился за столом, где чейзер, окончательно избавившись от страха, спокойно рассказывал новым друзьям о том, кто он такой.

— Меня зовут Торк. Я — командир первого спецотряда межпланетного Альянса, преследовавший Бревона, — тихо говорил он, тогда как остальные внимательно слушали его. — Бревон напал на нашу коалицию и убил практически всех моих товарищей. Я остался один и, чтобы выжить, проник на его дредноут, дабы подорвать его изнутри. Да, это бы убило и меня, но лучше уж так, чем позволить ему дальше бесчинствовать.

— Кто такой Бревон? — спросила Лайлак.

— Бревон — главная головная боль нашего Альянса. Он — захватчик и узурпатор, убивший немыслимое количество героев и защитников. Он нападает на чужие миры, разоряет их, подчиняет и присваивает их себе. Трудно даже посчитать, сколько он выкачал энергии из других миров, чтобы поддерживать свою армию в боевом составе.

— А потом он наткнулся на нас, а точнее, на Эггмана, решив присвоить себе вот это, — с этими словами Соник и Наклз положили на стол Изумруды Хаоса.

— Я… могу на них взглянуть?

— Конечно, бери.

Торк взял один из них, но тотчас же вздрогнул и положил обратно.

— У меня было то же самое чувство, — успокоила его Лайлак, поняв причину тревоги чейзера.

— Ох, ну не знаю, — Соник и Наклз спрятали Изумруды. — Мы от этого почему-то не страдаем.

Кэрол фыркнула.

— Бревон прибыл на вашу планету, чтобы выкрасть Королевский Камень.

— Что? — опешили авалисянки.

— Королевский Камень? — спросил Наклз. — А что это?

— Реликвия нашего мира. Очень ценное сокровище, благодаря которому поддерживается изобилие на Авалисе, — объяснила Лайлак.

— Агась. Тот, кому он принадлежит, имеет тапки любого размера, — хихикнула Кэрол, за что получила осуждающий от подруги взгляд. — Да не собираюсь я ничего красть, успокойся.

— Зачем Бревону понадобился Королевский Камень? — Соник решил вернуться к разговору с Торком.

— Чтобы удвоить его армию. Согласно нашим подсчётам, энергии в Королевском Камне хватит настолько, что не только его легион, но и дредноут получат немыслимый запас полезных ресурсов, а это может всей Галактике вылиться в копеечку. И это только начало…!

Когда Бревон получит Королевский Камень, он сумеет подчинить себе первые две Альфы и воссоздать собственный плацдарм, с которого сможет наблюдать за Вселенной. Бревон будет дёргать за ниточки, будто кукольник, контролируя абсолютно каждый участок в космосе. Миллионы… нет, даже не миллиарды… Триллионы живых попросту падут, и никто не сможет остановить Бревона. Это будет невозможно!

Альянс уже имел глупость не вмешиваться, когда Бревон и его армия столкнулись с не менее ужасным Блэк Думом. Война между ними длилась около пяти лет, но, как вы понимаете, верх в ней одержал Бревон. Никто не знал, что случилось, но, когда Блэк Дум пал, Бревон каким-то образом научился использовать его демоническую кровь в развитии своей армии. Его бойцы способны были мутировать и перевоплощаться в подвиды неизвестных мутантов, извергая красные, как кровь, сферы. Я не знаю… скорее всего, благодаря этому мутагену Бревон и пережил судный день, когда три мира объединились против него. Однако сейчас даже Альянс бессилен. Я — единственное лицо, посланное погибшим капитаном, чтобы любыми способами предотвратить коллапс.

— И теперь я должен убедить лидеров вашей планеты в том, что им необходимо объединиться, чтобы остановить Бревона, — с тяжёлым вздохом закончил свой рассказ Торк. — Но… если они не поверят мне, я… я буду вынужден уничтожить Королевский Кристалл.

— УНИЧТОЖИТЬ? — опешили Лайлак с Кэрол. — Но без него наш мир погибнет!

— Я знаю, но другого выбора у меня нет. Либо падёт одна цивилизация, либо все.

Соник нахмурился, однако злости к Торку не испытывал. Если подходить к подобному стратегически, то он был прав: лучше пожертвовать чем-то одним, но спасти остальных. Наклз тоже оскалился, поняв, что Эггман — не единственный желающий захватить чужой мир во благо своих амбиций. На эту планету упали сразу два злодея, готовые не только друг другу глотку вскрыть, но и присвоить себе тихий, дикий мирок.

Но ещё больше Наклз обозлился с того момента, когда Торк заговорил о погибших товарищах. Эта тема была до безумия болезненной для ехидны, единственного выжившего из клана могучих ехидн, павших от безумной ярости Хаоса. Он знал, как это больно, и отчётливо понимал, что значит нести тяжкий груз одиночества и долга на своих плечах.

— Но ты не можешь уничтожить… Нет, даже не так! — Лайлак резко встала из-за стола и решительно посмотрела на Торка. — Ты даже не подумаешь об этом, потому что я помогу тебе остановить Бревона!

— Раз Лайлак готова, то и я тоже! — азартно улыбнулась Кэрол. — Чей-то змеиный хвост меня не испугает.

— Ребята… — опешил Торк.

— И не только они — мы тоже! — удивительно, но это сказал Наклз, до сего момента не желавший принимать участие в подобных авантюрах. — Я собственноручно порву на куски всех тех, кто пришёл в этот мир с дурными помыслами!

— Отлично! — Соник улыбнулся и подбросил Изумруд Хаоса. — Давайте же покажем этим уродам, что такое настоящий «Хаос Контроль»!

Торк был шокирован внезапной решительностью со стороны героев, однако понял, что они, как никто другой, смогут ему помочь. Две авалисянки и так были сильны и грозны в бою, а с учётом двух не менее способных бойцов в виде мобианцев, сей дуэт и вовсе превращался в нечто мощное. Особенно Супер Соник, порвавший дредноут Бревона на части. А ведь теперь он не один.

— Я… не хочу казаться иррациональным, но… надеюсь, у нас всё получится, — неуверенно вздохнул Торк.

— У нас всё получится, будь спокоен! — уверенно ответил ему Соник. — Приготовься к тому, что команда Соника разделает супостатов под орех.

Наступила секундная пауза.

— Команда Соника? — нахмурилась Лайлак.

— Эм-м… — ёж почесал за ухом, после чего приобнял драконшу за плечи и показал чейзеру большой палец. — Команды Соника и Лайлак разделают супостатов под орех.

— Во-от, другое дело! — успокоилась девушка, чем рассмешила остальных.

***

«Торнадо Х» наконец-то вернул себе прежний облик, что не могло не радовать Тейлза. Правда, на его реабилитацию ушёл целый день и почти вся ночь, но лис был страшно горд собой. Он непрестанно чистил карбюраторы, паял электронику и сваривал крылья, и ни разу не бросил это дело, лишь изредка отвлекаясь на перекусы.

Милла ничем не могла помочь юному гению, поэтому занималась своими делами. Она то бабочек догоняла с весёлым тявканьем, то развлекала Тейлза какими-нибудь разговорами, а в качестве помощи занималась готовкой, и, признаться честно, её стряпня (пусть и вегетарианская) пришлась лису по вкусу.

— Так-с… ага… угу-м… кажись, всё, — Тейлз закрутил последнюю гайку и закрыл капот, после чего выбрался из-под самолёта.

— Ух ты! — запищала от восторга Милла, осматривая биплан. — Он прям как новенький! Ты умница!

— Хе-хе, спасибо, — смутился лис, на чьих щеках появился румянец. — Правда, его нужно зарядить…

— Предоставь это дело мне.

Имея неограниченный запас Ци, собачка поделилась с двухвостым нужным запасом энергии, и тот, поместив её в три капсулы, вставил в двигатель. Затем включил зажигание, и оно, к счастью мобианца и авалисянки, ответило рёвом.

— Работает! — обрадовались они.

Тейлз забрался на место пилота, а Милла разместилась сзади, с удовольствием пристёгивая себя ремнями безопасности.

— Ты не боишься высоты? — спросил Тейлз.

— Не-а, — весело ответила ему Милла.

Лис улыбнулся и потянул рычаг на себя, благодаря чему «Торнадо Х» медленно двинулся в сторону выхода. Лёгкая встряска быстро сменилась подъёмом, и уже через несколько секунд биплан был в воздухе, подобно ястребу вылетая из пещеры. Милла и ахнуть от счастья не успела, как самолёт оказался рядом с облаками.

— Вау!

— Нравится? — с улыбкой спросил Тейлз.

— Конечно! — счастливо улыбнулась Милла, чьи глазки блестели от восторга. — Давно не чувствовала себя так хорошо.

В какой-то момент собачка даже растрогалась и заплакала от счастья, ведь лис только что исполнил её мечту: оказаться среди облаков. Всё было именно так, как хотела она: облака, небо, полёт и тёплый рассвет, что восходил из-за горизонта. И это было лишь началом исполнения её мечты, ведь летели они туда, где их ждали друзья.

— Спасибо! — благодарно прошептала Милла.

— Это тебе спасибо, — мягко улыбнулся Тейлз. — Найдём наших и продолжим наши приключения.

— Ага.

Глава 12: Священная пещера

Соня медленно приходила в себя после битвы с Шедоу. Сознание неспешно вернулось, но некоторое время ежиха пролежала с закрытыми глазами, безмолвно сетуя на головную боль. Совсем скоро она прошла, и тишина разбавилась тихими звуками не то компьютера, не то ещё чего.

Когда Соня наконец-то открыла глаза, перед ней предстала тихая и уютная комнатка, интерьером которой являлись кровать, небольшой столик да капельница. Последняя трубочкой тянулась к руке ежихи и через иголку вливала в неё лекарство голубоватого цвета. Соня смутно помнила, как её, впавшую в забытье, сюда притащил страшно опечаленный Динго; как уложили на кровать и воткнули ей в руку иголку. При мысли о том, что её всё это время накачивали ядом, ежиха вытащила иголку из своей руки и приняла сидячее положение на кровати.

Несмотря на вчерашнее зверское избиение, ни синяков, ни ссадин, ни кровоподтёков у Сони не было. По всей видимости, это лекарство ускорило регенерацию её тела, раз оно было абсолютно целым и свежим. Убедилась в этом ежиха, когда глянула в светящийся пакетик с лекарством, где увидела своё отражение: такая же красавица, какой была до избиения.

Единственное, что смущало Соню — это порванная одежда. Золотой королевский поясок лежал на полу, а вот с перчатками вышла проблема: местами они были прожжены. Брюшная часть блузки была изорвана, оголяя гладкий малиновый животик да относительный вид на кремовый бюстгальтер третьего размера. Правое бедро тоже было оголено.

— Надеюсь, моим телом никто не воспользовался, пока я спала, — выдохнула Соня.

Фиолетовые сапожки уцелели, но, взглянув на них, ежиха с тоской отметила, что ей нужна новая обувь. Да и в СПА-салон не помешало бы сходить, хотя об этом Соня начала задумываться ещё с тех пор, как покинула истребитель вместе с Наклзом…

Стоило вспомнить о последнем, как Соне стало очень грустно и горько. Она оставила ему записку с просьбой понять и поверить в неё, но сама села в такую лужу, из которой если и можно было выбраться, то только чудом. По сути, то, что ежиха осталась в живых, уже можно было назвать чудом. Трудно сказать, что так внезапно повлияло на Шедоу в тот роковой момент, но Соня была этому искренне рада.

Автоматизированная дверь внезапно открылась, и Соня, заметив появившегося гостя, тотчас же напряглась, вжимая шею в плечи: это был Шедоу. Воспоминания о вчерашнем избиении вновь нахлынули на ежиху, а тело судорогами отозвалось на пережитый кошмар: оно боялось снова испытать на себе мощные удары Совершенной Формы Жизни.

Шедоу окинул девушку взором холодных рубинов и зашёл в комнату, держа в руках поднос. На нём были два бутерброда да чашечка кофе. Чёрно-алый ёж поставил его на столик, после чего сделал шаг назад, поняв, что ежиха перепугана.

— «Реген-Модулятор» может вызвать головную боль, если ты будешь голодать. Поешь, — посоветовал Шедоу, кивнув в сторону капельницы.

Соня опасливо кивнула и опустила голову, скрывая свои глаза за пурпурной чёлкой. Ей было крайне неуютно находиться в его компании, особенно после двух встреч, в которых она едва не погибла. От него веяло холодом и мраком, и ежиха окончательно убедилась в том, что Шедоу совершенно не похож на её брата Соника. Если синий ёж был весел и жизнерадостен, согревая каждого оптимизмом и любовью к жизни, чёрно-алый был мрачен, грозен и жесток, обогащая свои не самые лучшие качества холодом. Стоило ли сравнивать их по части прототипа, когда они были абсолютно не похожи друг на друга?

Соня надеялась, что Шедоу оставит поднос и уйдёт, но ёж по-прежнему стоял со скрещёнными на груди руками, поливая девушку молчаливым взглядом. Когда он шелохнулся, ежиха тотчас же вздрогнула и лишь сильнее вжала голову в плечи, из-за чего «СФЖ» остановился. Одного сиюминутного взгляда этих синеватых глазок хватило, чтобы ёж снова ощутил то же самое чувство ностальгии.

— Понятно, — пришёл к истовому выводу Шедоу. — Это дежавю проявляется лишь тогда, когда ты напугана. Хм-м…

Он подошёл ещё ближе, а у ежихи внутри всё заколотилось от страха. Неужели ёж снова её изобьёт? А, может, и не только, ведь Эггман обмолвился о том, что Шедоу может использовать Соню в своих целях, как, например, удовлетворить свои потребности. Так оно или нет, ежиха не знала, ибо сей ёж был для неё загадкой.

— Не бойся, я не буду тебя обижать.

Верилось в это Соне с трудом, но в этот раз Шедоу не был настроен враждебно, о чём говорил даже его голос - спокойный, тихий, нейтральный. Сглотнув, ежиха слегка подняла глаза из-под чёлки и осторожно посмотрела на ежа, как бы убеждаясь, действительно ли он искренен в своих словах, или сейчас что-то, да произойдёт. К счастью, всё это были лишь её страхи: «СФЖ» как был безмятежен, так и остался таким.

— Ответь на мои вопросы — и я уйду, — пообещал Шедоу, понимающий причину страхов своей пленницы. Та, вздрогнув, кивнула. — В чём причина твоей ненависти к доктору?

— Он… он сломал жизнь мне… и моим братьям… и многим жителям Мобиуса, — тихо проговорила Соня, уведя глаза в сторону. — Из-за него мы остались сиротами и потеряли тех, кого любили.

Ежиха ждала, когда ёж врежет ей за эти слова, но тот по-прежнему был хладен.

— Зачем вы ввязались в эту войну?

— Чтобы вернуть Изумруды Хаоса и не дать ему захватить Авалис.

— Чужой мир настолько вам важен, что вы готовы ради него полечь? — холодно поинтересовался Шедоу.

— Я следовала зову сердца и не могла допустить подобного — и я, и мои друзья.

Чёрно-алый ёж фыркнул.

— Я позабочусь о том, чтобы тебе выдали нитки с иголкой.

И отправился восвояси, поняв, что ничего нового для себя он не услышит. Но, видно, задел своим равнодушием он девушку, раз она, не взирая на страх, посмотрела ему в спину и спросила:

— А ты… зачем ты принимаешь в этом участие, если у тебя другие цели?

Шедоу остановился, чем насторожил Соню. Но вместо того, чтобы замолчать, она продолжила:

— Соник и остальные рассказывали мне о тебе, и из этой истории я поняла главное: ты — герой, пусть и идёшь по тёмной тропке. Ты и Соник спасли Мобиус от гибели, дав шанс его жителям на светлое будущее. Даже тогда, когда на нас напал Бревон, ты и Соник смогли изменить положение дел. У меня хорошо развита эмпатия, и я чувствую, что за маской камня кроется что-то очень хорошее. Ты не такой, как Слит и Динго; не такой, как Эггман. Зачем ты принимаешь участие в этом хаосе, если твои цели напрочь расходятся с ожиданиями твоего покровителя?

Соня не знала, как на её эмоциональное излияние отреагирует Шедоу, но она не могла сдержаться. Соник и КО не стали бы так переживать за него, будь он злобен, как Эггман, и коварен, как Слит. Люди на Мобиусе не стали бы вешать постеры с чёрно-алым ежом, стоявшим рядом с синим под выгравированной надписью: «Спасибо вам за всё». Не стал бы враг прислушиваться к Эми там, на колонии АРК, и уж точно бы не пошёл помогать Сонику биться с Биолизардом.

Враг не пожертвовал бы собой, чтобы спасти планету.

Шедоу молча обдумывал услышанное. Соня была права: те цели, что преследовал Эггман, были ему абсолютно чужды. Но он не задумывался над этим, быстро и качественно делая свою работу, чем заслуживал восхищение у доктора. Эггман шёл вперёд, реализовывая свои планы, и Шедоу шёл за ним, не обращая ни на что внимания. Просто хороший исполнитель, не более.

— Можешь не пытаться купить меня красивыми речами. Не получится, — холодно отчеканил Шедоу, и его алые глаза в полумраке наполнились некой тоской. — То, что я сохранил тебе жизнь, не говорит о моём благородстве.

— Почему ты меня пощадил?

Чёрно-алый ёж замолчал. Объективных причин в сохранности жизни Сони не было, поскольку она являлась потенциальным врагом для Эггмана. А её гениальный ум - яркое тому подтверждение, что проблем она доставит доктору немало, ежели окажется на свободе.

Но эти глаза...!

Что на «Яйце Смерти», что вчера — они, когда ежиха испытывала страх, излучали нечто знакомое Шедоу, что напоминало ему о том самом злосчастном для него дне. Те выстрелы, крики, погоня на колонии АРК…

— Тебе знакомо имя: Мария Роботник? — вдруг спросил Шедоу.

— Нет, — честно ответила Соня. — А что?

Ёж краем глаза посмотрел на ежиху, и последняя вновь увидела в нём живое существо, а не равнодушного исполнителя.

— Так, мысли вслух.

И покинул комнату, оставив задумчивую Соню в одиночестве.

***

Пост Священной Пещеры — первый и, пожалуй, единственный кордон, за которым находилась уже сама пещера. Глубоко в ней покоился волшебный Королевский Камень, охраняемый могущественным духом защиты — Металлическим Богомолом. Так как реликвия была донельзя ценной для Шан-Ту, на его охрану нередко просились самые лучшие воины Королевского Магистра, коими были Гонг и Нира. Поскольку поиски обломков подошли к концу, а ценных вещей кот наплакал, они вернулись на пост.

Мэник и Эми следили за ними с тем самых пор, как услышали из уст Ниры про «самое быстрое существо». В аккурат обойдя патруль в лицах трёх антропоморфных уток, ежи засели в кустах и оттуда следили за происходящим через бинокль.

— Мм, какая она соска! — похотливо облизнувшись, Мэник снова посмотрел в бинокль, делая фокусировку на фигуре Ниры. — Я бы ей охотно всадил.

— Извращенец, — фыркнула Эми.

— Знаешь, если бы ты это услышала от моего бро в свою сторону, у тебя бы были совершенно другие мысли.

— Эм-м… — вот тут ежиха покраснела и замолчала.

— Тем более я, пока нахожусь в чужом мире, планирую какую-нибудь иноземку раскрутить на подрюкаться.

— Лучше б ты себе нормальную девушку нашёл.

— Отстань, Эми.

Всю дорогу Роуз в очередной раз прожужжала ему уши о Сонике, пока они «сталкерили» за пандами, и Мэник начинал хорошо понимать, почему синий ёж её избегает. Соник, Соник, Соник — Эми могла произнести это имя несколько раз за десять секунд, что раздражало зелёного ежа не хуже нравоучительной Сони, не стесняющейся цеплять его колкими фразочками.

«Смотри, сама в иноземца не втрескайся», — хмуро подумал Мэник, продолжив наблюдать за Нирой.

Тем временем к Посту Священной Пещеры приближались Соник, Лайлак и их напарники в лицах Наклза и Кэрол. Торк остался дома, поскольку был бы лишним на этой миссии, да и по силовым характеристикам он значительно уступал своим новым друзьям.

— О! — воскликнул Мэник, после чего похлопал Эми по плечу. — На ловца и зверь бежит.

— О чём ты? — вопросила Роуз и только потом заметила того, при виде которого её глазки засияли. — Мой герой!

Ежиха уже хотела было бежать к нему, но зелёный ёж тотчас же схватил её.

— Ты что, дура? — покрутил он у виска пальцем, пока та мило хлопала глазками. — Давай пока понаблюдаем.

— Зачем? — удивилась Роуз.

— За тем, что я вижу там бро и Красного, но вон тех девок — впервые.

— Что???

Эми резко выхватила из рук ежа бинокль и зорко посмотрела в него, и последний почувствовал внезапный накал ауры, коей была женская ревность.

— Это что ещё такое? — мрачно процедила Эми. — Что за шлюхи прямо по курсу?

— Шлюхи или нет, но они довольно сасные, — Мэник с улыбкой посмотрел в бинокль, задерживаясь взглядом на сиреневой незнакомке. — Хорошенькие. На месте своего бро я бы им вдул, хе-хе… Ой!

Поняв, что ляпнул слишком много в присутствии темпераментной Роуз, ёж поспешил объясниться, что Соник на такое бы никогда не пошёл, но увы…

— Ну всё, с меня хватит! — и Эми, призвав «Пико-Пико», выскочила из кустов.

— Ой вэй, — в «капле» вздохнул Мэник.

Тем временем основная четвёрка добежала до поста, и Лайлак вышла вперёд, заметив панду с щитом за спиной.

— Генерал Гонг!

— Опять вы? — Гонг подошёл к краю и одарил всех снисходительным взглядом фиолетовых очей, задержавшись на мобианцах. — Последних двух я не знаю.

— И снова здрасьте! — с ухмылкой помахала рукой Кэрол.

— Что вы тут делаете? Вход в Священную Пещеру воспрещён!

— Да, мы в курсе, но у нас есть для вас информация.

— Информация? Какая?

— Королевский Камень собираются похитить, — сказала Лайлак, чем рассмешила генерала.

— Это невозможно, — фыркнул он.

— Послушайте…! — начала кошка.

— Что здесь происходит?

Этот голос принадлежал Нире, которая спрыгнула сверху и подняла ледяное копьё. Девушки тотчас же отступили, тогда как мобианцы удивлённо переглянулись друг с другом.

— Вы неправильно нас поняли, — Лайлак выставила ладони, дабы не произошло драки. — На Священную Пещеру совсем скоро нападут.

— Вы слышали, что сказал вам генерал? — с холодом отрезала Нира. — Королевский Камень невозможно выкрасть. Велю вам развернуться и покинуть сие место.

— Но…

— Я повторять не буду! — уже жёстче сказала она.

Драконша скрипнула зубами, после чего пошла назад вместе с друзьями. Гонг хмыкнул и вернулся к своим делам, а Нира осталась на посту.

— Может, к чёрту их? — предложила Кэрол. — Если они так уверены в защите кристалла, то, быть может, ничего страшного и не случится?

— В её словах есть смысл, так как я не чувствую поблизости Эггмана, — согласился с кошкой Наклз.

— Да и Бревоном тут не пахнет, — добавил Соник.

Лайлак задумчиво прикусила нижнюю губу…

И в этот момент из лесу выехала не то фура больших размеров, не то поезд на машинных колёсах — и рванул в сторону поста. Опешившие герои резко отпрыгнули в разные стороны, а транспорт попёр дальше, танком протаранив блокаду поста.

— Р-Р-А-Х! НА НАС НАПАЛИ! — закричал Гонг, и Нира грациозными прыжками последовала за транспортом.

— Ладно, тогда переходим к плану Б, — сказал Соник, на что Лайлак ответила кивком.

Ёж и драконша очень быстро побежали в сторону исчезнувшей псевдо-фуры, тогда как Кэрол и Наклз преследовали их на мотоцикле первой. Гонг хотел было их остановить, но…

— С дороги!

БАМ-С! — и он без сознания лежит на земле, а Эми, размахивая молотом, побежала дальше.

— Мда уж, и почему мне так не везёт? — вздохнул Мэник, после чего начал приводить Гонга в сознание. — Эй, мужик, давай, приходи в себя. Ох, чёрт, походу Эми неслабо приложила его. Блин! Ладно, придётся действовать самому. Надо догнать своих, пока они не убежали снова.

И, запрыгнув на хавер-борд, полетел дальше.

***

Лайлак, пока друзья бежали за фурой, провела мобианцам краткий приквел. На Священную Пещеру напали военные ниндзя Шан-Му, по всей видимости решившие украсть все-все кристаллы, которые здесь только были. Правда, это порождало уже не одну массу вопросов, ибо теперь было неясно, кто же из всех на Авалисе враг: Эггман, Бревон, Шуиган или Шан-Му. Одно Лайлак знала точно: нельзя им позволить выкрасть Королевский Камень.

Соник и Лайлак догнали полупоезд и побежали дальше, а вот Кэрол с Наклзом на него запрыгнули, где схватились с роботами Шан-Му. С ними проблем герои не испытали, но когда водитель начал их атаковать клешнёй, которой ниндзя закидывали в фуру кристаллы, ребятам пришлось слегка попотеть. Ёж и драконша тем временем обогнали транспорт и уничтожили двигатель фуры. Опешившие ниндзя тотчас же попытались сбежать, но на них набросились Наклз и Кэрол.

— М-мы не виноваты, у нас п-п-приказ! — испугался первый ниндзя.

— Вы вероломно напали на Шан-Ту, дружественную страну, — нахмурилась Лайлак, вытащив из сумки нож и его кончиком коснувшись серого доспеха панды. — Кто вас послал?

— М-м-мэр З-зао… — ответил второй.

— Эм-м… разве это не нарушение договора о дружбе? — спросил Соник.

Наклз и Кэрол мощными ударами вырубили противников.

Драконша неожиданно заметила кое-что под ногами и, наклонившись, подняла карту с червовым тузом. Её глаза тотчас же округлились, - как, собственно, и у кошки.

— Вон там! — воскликнул Соник, заметив исчезнувший гаусс зелёного цвета в пещере.

— Думаешь, наш старый знакомый? — предположила Кэрол.

— Уверена! — оскалилась Лайлак.

— Знакомый? О чём вы? Эй! — опешил Наклз, когда девушки побежали к пещере. — За ними, Соник!

— Ага.

***

— Эми! Эми-и-и!

Мэник летел над красивыми архитектурами и горными изысканиями, глазами выискивая розовую ежиху, но та, как назло, сквозь землю провалилась. А ведь Эми не обладала высокой скоростью, проигрывая Тейлзу, Наклзу и уж тем более Сонику. Ёж помнил, что Роуз побежала в эту сторону, однако теперь ему казалось совершенно иначе. Ну не могла ежиха просто взять и исчезнуть.

Мэник вздохнул. Эми определённо потрепала ему нервы, пока он с ней играл в шпионов.

Свистящий звук.

Мэник опешил и сделал сальто назад, прежде чем в хавер-борд влетело нечто серповидное, испускающее холод. Доска в одночасье погрузилась в ледяной куб и, упав, разбилась на несколько осколков. Ёж круто приземлился на землю, резко выхватывая барабанные палочки из карманов жилетки...

А потом на него набросилась Нира, попытавшаяся ударить его копьём, но Мэник отбил ледяное лезвие прочными палочками. Они произвели несколько ударов, после чего панда ударила ежа тупой стороной копья, и тот отъехал на носках назад, оставляя на земле полосы. Подул ветерок, колыхнувший иглы ежа и фиолетовый подол панды.

— Я Нира Ли — ледяной рыцарь и подданная Королевского Магистра! — воинственно представилась копейщица, взмах копья которой очертил в воздухе снежный след. — Кем будешь ты, наглец, посмевший осквернить священные земли Шан-Ту?

— Ёж Мэник — земной сотрясатель и бродячий музыкант! — на максимальном пафосе выдал вор. — Опусти оружие, детка. Здесь я не ради драки.

— Ты пришёл в наш дом с оружием и потому будешь сурово наказан. Повелеваю тебе сдаться на милость Магистра.

— А детей от меня случайно не хочешь?

Нира совершила резкий выпад в его сторону, но Мэник отбился палочками, затем подпрыгнул и коснулся рукой земли. Та в одночасье дрогнула и трещинами рванула к панде, однако их девушка заморозила льдом, отъезжая назад. Противники встали и смерили друг друга взглядами, но если у Ниры он был холодным, то у Мэника наоборот — горячим.

— Уж не знаю, за кого ты меня приняла, но… вот тебе ультиматум, — Мэник надел чёрные очки и хищно улыбнулся. — Либо ты пропустишь меня дальше, либо я сниму с тебя трусы.

— Я надеюсь, на допросе ты будешь так же откровенен со мной, — фыркнула Нира, направив на него копьё.

Ёж и панда бросились в бой.

***

Основная четвёрка бежала по пещере, попутно избегая столкновений с её обитателями, коими являлись роботы-стражники. Иногда попадались и бур-машины, падающие с потолков, но с ними трудностей не испытали ни мобианцы, ни авалисянки. Заодно и первые могли получше ознакомиться с той самой Священной Пещерой, о которой нередко говорили вторые.

Священная Пещера была полна кристаллов разной цветовой гаммы, благодаря чему вполне могла сойти за сказочный клондайк артефактов. Стены были украшены различными письменами, но их значения Соник и Наклз не понимал, ибо эти иероглифы сильно отличались от привычных им. По всей видимости, хранила эта пещера в себе удивительную историю, раз множественные рисунки, попадавшиеся ребятам на пути, в итоге сливались в большой шар.

Герои разделились перед входами в красную и зелёную комнаты: в первую ринулись Соник и Лайлак, во вторую — Наклз и Кэрол. Скоростным воинам пришлось активировать красный кристалл, а затем бежать обратно наверх, так как пол, оснащённый шипами, начал подниматься. Силовым наоборот — сразить каменную бескрылую птицу, включить зелёный камень и встретиться с друзьями уже на выходе.

Добравшись до середины пещеры, герои остановились, и девушки тотчас же оскалились, заметив одну знакомую им фигуру. Её узнал и Соник, вспомнив про увиденную фотографию, а вот Наклз этого парня видел впервые.

С виду казалось, будто это и не панда вовсе, а белый ёж без игл, в качестве последних носящий чёлку, как у Эми. Он носил красный шарф и чёрную жилетку, как Кэрол, бойцовские штаны и берцы. На голове находились красные очки.

— Всё-таки это Спейд, — резюмировала Кэрол.

— Эй! — рявкнула Лайлак, чем привлекла внимание белой панды к себе. — Немедленно отошёл от Королевского Камня!

— Ох, кого же я вижу? Никак, предательницы на огонёк решили заскочить, — Спейд закрепил последний крюк на волшебном артефакте и повернулся лицом к появившимся. — Да ещё и гостей из другого мира притащили за собой.

— Что? — опешили все, а Соник и вовсе округлил глаза. — Ты… знаешь о нас?

— Ещё бы. «Красные Шарфы» уже давно в курсе о шестерых иноземцах, свалившихся на Авалис. Быть может, кто-то из вас даже руку к кончине моего отца приложил.

Наклз оскалился. Решив, что панда мог пленить Мэника, Эми, Тейлза или даже Соню, он хотел побежать на него, но перед его ногами тотчас же воткнулась острая карта. Кэрол оттолкнула ехидну назад, а сама вышла вперёд вместе с драконшей.

— Короля Шуигана убили? — воскликнула Лайлак. — Но как?

— Некто голову ему отрубил, да отряд положил во дворце, — промолвил Спейд, чем шокировал абсолютно всех. — К счастью, Дейл выжил и взял бразды правления в свои руки. Уверен, совсем скоро мы найдём того, кто это сделал, и я лично перережу этому ублюдку горло.

Соник нахмурился, а вместе с ним и остальные, сразу же вспомнив о вертолётах Шуигана в Драконьей Долине. Слит точно бы не пошёл на такое, ибо подобные вещи были не в характере Эггмана. Серпентин? Возможно, учитывая его наклонности к садизму, а также покровительство не менее ужасного Бревона.

— Мы можем предполагать, кем является убийца твоего отца, — сказала Лайлак.

— Неплохо.

— Быть может, мы опустим кулаки и поговорим, как в старые-добрые…? — уныло предложила Кэрол.

— Что, хотите меня обмануть, как в прошлый раз? — омрачился Спейд, встав в боевую стойку. — Ну уж нет, в этот раз я не попадусь! Предательницам доверия и прощения нет, а сомнительным лицам вроде двух бестолковых парней — и подавно.

Соник резко раскрутился в колючий шар, и Наклз бросил его в Спейда, но тот моментально переместился в сторону. Затем свистнул в пальцы, чтобы кран поднял Королевский Камень наверх, попутно прикрепив к нему пиковый туз. Карта засветилась.

— Зао просил меня не проливать понапрасну чужую кровь, но, думаю, он не станет возмущаться, если она будет принадлежать двум отбросам из другого мира.

— А силёнок-то хватит, козёл? — зарычал Наклз, и остальные приготовились к бою. — Ты в меньшинстве, ибо нас больше.

— Не переживай, я позаботился об условностях, — холодно улыбнулся Спейд.

Земля неожиданно дрогнула, а потом сзади него приземлился огромный Железный Богомол, страж Королевского Камня. Яростно сверкнув золотым огнём в кристальных глазах, они прорычал и обнажил серповидные лезвия, приготовившись к бою.

— Я прикрепил к Камню карту покровителя, поэтому во мне он видит союзника, — пояснил Спейд, крутя в пальцах бубновую карту. — Что до вас, трупы, то Священная Пещера станет вашей могилой!

Богомол резко прыгнул вперёд и тараном сбил Лайлак и Кэрол, унося их в другую сторону. Парни опешили, но им дорогу преградил Спейд.

— Говорят, вы двое настолько неистовы, что сокрушаете своих врагов пачками. Что ж, продемонстрируйте свои таланты, — сказал наёмник, становясь в боевую стойку. Между его пальцами возникли острые карты. — А я покажу вам, на что способен лучший боец "Красных Шарфов" из лучших.

***

Битва на поверхности продолжалась.

Мэник отбивал ледяное лезвие палочками и сам шёл в атаку, но Нира обладала невероятным боевым опытом, а потому могла доставить ему трудностей. Однако ёж не трусил и храбро шёл вперёд, продолжая теснить панду. Их битва превратилась в настоящее противостояние Земли и Льда, чья прочность испытывалась с трудом. Каким бы способным рыцарем Нира ни была, Мэник, видно, умел сражаться и делал это хорошо.

Отпрыгнув, она выстрелила по нему ледяными ножами, но Мэник отбил каждый палочками, словно кунаями, и одну метнул в панду. Та уклонилась и ринулась к ежу, скользя по замороженной земле. Ёж тотчас же расколол её, создавая тряску, но Нира очень быстро запрыгала по кускам земли и тупой стороной оружия ударила Мэника в грудь. Харкнув слюной, вор отлетел назад, однако контратаковал девушку куском земли. Ли фыркнула и разбила её, но из кусочков вылетел Мэник и с криком ударил противницу по лицу, отшвыривая её назад. Нира оскалилась, после чего выстрелила по нему ледяным серпом. Мэник опешил и тотчас же создал перед собой каменную глыбу, которая погрузилась в ледяной куб.

— Фух, пронесло! — выдохнул Мэник.

Однако Нира тотчас же выпрыгнула из-за куба и попыталась ударить ежа лезвием, но тот задержал его палочками, пропуская над головой. Увы, в этот момент вор был беззащитен, и панда пнула его в живот, отшвыривая назад. Она побежала на него, но столкнулась с новым землетрясением и была вынуждена замораживать трещины. Закончив, девушка подняла глаза, но Мэника нигде не было.

— Ха-а!

Из земли под её ногами неожиданно высунулся кулак, который пришёлся ей по подбородку и подкинул вверх. Мэник выпрыгнул из дыры и применил «Джитсу», небольшими кусками земли обстреливая Ниру. Той знатно досталось от этой атаки, однако она быстро пришла в себя и мощным ударом копья заморозила снаряды. От них панда оттолкнулась и двумя ногами ударила ежа в грудь, и тот своей спиной пробил ледяную глыбу, падая на землю. Не успел Мэник прийти в себя, как Нира ринулась на него с копьём. Лезвие вор отбил, одновременно сдавливая стройную талию противницы ногами. Она стиснула зубы от внезапной боли, однако нашла в себе силы размахнуться и ударить кулаком Мэника в сплетение, заставляя его харкнуть слюной. За это ёж отблагодарил Ниру тем, что упёрся ногами ей в живот и перекинул её через себя. Противники встали и бросились уже в кулачный бой.

Мэник дрался по-уличному, используя и кулаки, и ноги, а вот Нира оказалась искусной воительницей в вин-чуне, умело нападая на врага. Пару раз она ударила ежа по чувствительным точкам, за что тот отблагодарил её проходом в ноги. Повалив панду на спину, Мэник попробовал ударить её по лицу, но та уклонила голову, сдавила ему шею бёдрами и заломила руку.

— Сдавайся, иначе я тебе сломаю её, — пригрозила Нира.

— Кха-х…!

Мэник резко раскрутился в спиндэш, что закрутило Ниру в хаотическом цикле, и им же влетел в ледяной куб. Ударившись спиной о него, панда жалобно ойкнула и скатилась вниз, а ёж укатился назад, тяжело дыша от усталости.

— И как бро им только пользуется? Голова, блин, закружилась! — пожаловался Мэник.

Нира тем временем пришла в себя, схватила копьё и бросилась в атаку. Мэник взялся за палочки и ринулся навстречу. Они снова бились, как самые настоящие мечники-гладиаторы, закружив на поле битвы, словно в танце. Мэник получил больше ударов в этой битве, но его выносливость поражала Ниру настолько, что «простофиля» ей уже не казался обычным балаболом. Не раз он её уложил, не раз попадал по ней. Пусть и не часто, но дух воина в простом хулигане чувствовался.

Мэник пропустил удар копья над головой и кувыркнулся назад, ударяя ладонью по земле. ТРЕСК! — и та рушится в виде обруча, над которым подпрыгнула Нира. Она использовала Ци для создания катка и заморозила дыру, затем заскользила, сталкивая своё копьё с палочками Мэника. Последний отодвинул лезвие правой рукой, а левой хотел ударить Ниру…

И в этот момент она слишком близко прильнула к нему, касаясь своими губами его губ. Холодное дыхание ввело зелёного ежа в ступор, из-за чего он округлил глаза.

«Она… п-поцеловала меня?», — охренел Мэник.

Ответом стал удар тупой стороны копья в ежиный пах, острой болью отрезвляющий парня. Вторым был уже режущий, подкидывающий вора вверх и оставляющий на его груди неглубокую красную полосу. Нира очертила вокруг себя ледяной ореол, положила копьё и сложила руки воедино.

— «Гу-дао: Танец клинков»!

Из ореола начали вылетать ледяные копья, которые безжалостно обрушились на Мэника. Последний выпучил глаза и заорал от боли, после чего с грохотом рухнул на землю. Когда действие «тёмного» дао закончилось, Нира взяла копьё и поднялась на ноги, тогда как её противник корчился от боли в теле. На некоторых частях его тела появились небольшие, неглубокие порезы.

— А ты… кха-х… ты грязно дерёшься, — с ухмылкой процедил Мэник, поднявшись на ноги. — Если бы не подлая атака, я бы сказал, что ты классно целуешься.

— Мальчишка, тебя, оказывается, так просто сбить с толку. Какое разочарование, — фыркнула Нира.

— Чем судить книгу по обложке, лучше поцелуй меня ещё раз. Только без копья и прочей суеты. Я, уж прости, могу от долгого воздержания преждевременно кончить.

— Манеры твои под стать низкосортному отребью с типичными для них потребностями.

— Ты умеешь говорить приятные вещи.

Нира ринулась на него, размахнувшись копьём, и Мэник сделал то же самое. ВШУХ! — и они стоят позади друг друга в нескольких метрах, обдуваемые ветром. Но если панда застыла с отведённым копьём за спину, то ёж просто стоял, опустив голову.

— Хе-х… хе-хе… — Мэник неожиданно обнажил хищную улыбку и поднял палец, на котором висела тёмно-фиолетовая лямочка. — Я же говорил, что сниму с тебя трусы.

Нира почувствовала внезапный холодок кое-где и тотчас же покраснела, прижав фиолетовый подол к бёдрам. Но ещё больше она опешила, когда Мэник поднял вторую руку, на пальце которой висел уже бюстгальтер третьего размера.

— К-как? Когда ты успел?

— То же самое мне сказала моя бывшая, когда мы познакомились после секса, — гордо ухмыльнулся Мэник, крутя на пальцах лямочки. — Кстати, раз уж заговорили об этом - не хочешь пропустить чашечку крепкого кофе в компании приятного меня? Уверен, ты будешь вне себя от восторга.

Нира ещё сильнее покраснела и уже зло посмотрела на весёлого ежа. Вот теперь ей действительно захотелось его прирезать.

— В любом случае я свёл на нет все твои потуги, посему предлагаю тебе больше не буйствовать и просто побыть хорошей девочкой. Иными словами - не мешай мне, ок? - попросил Мэник. Нира закатила глаза.

— И правда - ты дезориентировал меня. Я буду уже не так хорошо и ловко сражаться, как прежде.

Но, несмотря на смущение, панда вдруг улыбнулась.

— Однако ты проиграл, ёж Мэник.

Вор тотчас же округлил глаза, и ледяная корочка, которую девушка оставила ему на груди, лопнула. Из глубокой раны в одночасье брызнула кровь и разлетелась в разные стороны. Мэник хотел кашлянуть, но в итоге харкнул кровью.

— Ксо! — хрипло вымолвил ёж.

И без сознания упал на землю, создавая под собой лужицу крови.

Нира фыркнула, после чего подошла к поверженному Мэнику и забрала своё бельё. Затем перевернула ежа на спину и заморозила его рану, чтобы он не умер от кровопотери. В этот момент прибежал Гонг, и панда перевела на него взгляд.

— Вижу, ты тут и без меня управилась, — пропыхтел он. — Меня же кто-то вырубил ещё на посту.

— И почему я не удивлена? — вздохнула Нира, чем заслужила обиженный взгляд со стороны военного. — Ты нашёл остальных ниндзя Шан-Му?

— Нет.

— Ладно, бери этого ежа и неси его Магистру. Сомневаюсь, что Его Величество помилует этого негодяя за то, что он сделал.

— Хорошо. Ты со мной?

— Я догоню тебя.

Гонг кивнул и, взвалив Мэника на плечи, отправился вперёд. Нира вздохнула и ушла за дерево, где с кислой миной на лице осмотрела своё бельё. Увы, оно было перепачкано в крови Мэника.

— Говнюк, — скрипнула зубами Нира.

***

В подземелье происходила другая битва.

Озлобленный тем, что Королевский Камень был похищен, Богомол яростно бросался на Лайлак и Кэрол, а тем приходилось спасаться от его смертоносных лезвий. Драконша использовала скорость и заходила к противнику с нескольких сторон, но тот оказался очень бронированным. Положение не спасали и когти Кэрол, которые, ранее казалось, способны были прорезать любую броню: защита этого врага не поддавалась даже ей. И ведь неудивительно, ибо страж сей изначально делался таким, чтобы противостоять любому противнику, с оглядкой на его Ци. Он полоснул по плечу Лайлак и оставил на нём рану, а Кэрол и вовсе зашиб тараном.

Поединок Соника и Наклза со Спейдом первым изначально показался странным. Обладая завидной скоростью (ёж) и воистину разрушительной силой (ехидна), они откровенно недоумевали, почему картёжник решил бросить им вызов, если его положение изначально было проигрышным. Казалось бы, делов всего ничего: закружить вокруг панды, сокрушить его одним ударом и отправиться на помощь авалисянкам, коим как раз-таки не доставало грубой силы против бронированного врага - что могло пойти не так?

Могло. И очень многое.

Не успел Наклз и шага сделать, как в него полетела карта. Ехидна не стал уклоняться, а поймал её, однако она тут же взорвалась, отправляя мобианца в дальний угол с раздосадованным шипением. К делу подключился Соник. Скрутившись в колючий синий шар, он влетел в Спейда и даже попал по нему (как ему поначалу показалось), но это был всего лишь клон.

— Гендзюцу? — оторопел Соник. — Но... Когда он успел?

— Ровно тогда, когда воткнул карту у ног того красного парня во время нашего разговора, — объяснил ему донесшийся со всех сторон голос белой панды, что дезориентировало ежа.

Мобианец даже вздрогнуть не успел, как получил подлый удар в спину от возникшего за ним наёмника и упал на живот, заскулив от боли. Не то чтобы физическое повреждение было серьёзным — в конце концов, Соник выдерживал куда более разрушительные атаки, после которых умудрялся вставать на ноги, - но было в нём что-то необычное, способное пробивать выработанную в ранних битвах стойкость.

И ведь верно: держась за больной бок, еж приподнялся на колени и ахнул, увидев исходящий из правой руки Спейда тёмно-зелëный свет.

— Это...?

— Гу-дао, обратная сторона рассчитанного на баланс дао. Можешь считать его тёмным волшебством, — объяснил наёмник.

— Кха-х, я слышал, его запретили использовать во всех трёх государствах Авалиса.

— Приятно, что ты так глубоко проникся историей нашего мира, уделяя внимание даже таким, на первый взгляд, бессмысленным вещам. Однако...

Спейд метнул карту в Соника, а стоило тому отпрыгнуть, как он тут же получил в спину от возникшего за ним панды и рухнул наземь.

— Я не святоша, и мои руки за время моего служения «Красным Шарфам» не одну шкурку попортили тупым ножичком. Стоит ли говорить о том, насколько мне фиолетово на какие-то там запреты?

Зависший в воздухе наёмник обрушил дождь из охваченных зеленым свечением карт на синего ежа, тем самым создав взрыв. Он не был сильным, но изрядно потрепал мобианца, отчего тот покатился по полу вместе с разлетающейся в разные стороны каменной крошкой.

Тем временем в себя пришёл Наклз. Разозлившись, он встал и бросился на Спейда, размахивая, как обычно, своими огненными кулаками в надежде зацепить врага, который просто отходил назад, уклоняя голову.

— Тебе недостаёт техники.

С этими словами Спейд резко сблизился с Наклзом и светящимся зелёным гу-дао локтем ударил его в бицепс, отчего ехидна тотчас округлил глаза. Боль была неимоверной.

— Ты привык сражаться с оглядкой на внешние разрушения — и совсем не придаëшь значения внутренним, — а панда проделал ту же самую атаку со вторым бицепсом, после чего ехидна отпрыгнул назад, взмахивая руками. — На мой взгляд, они куда более болезненные, нежели обыкновенные синяки на теле.

— Гр-р, ах ты...! — озлобившийся Наклз зарычал и снова рванул на Спейда, пересиливая острую боль в верхних конечностях. Наёмник закатил глаза.

— Ты спросил, хватит ли мне сил, чтобы одолеть вас четверых?

Он исчез в зелёном свете и возник уже перед мобианцем.

— Хватит.

Наклз так и не смог понять, что это было: кунг-фу, карате, тхэквондо — Спейд применил нечто универсальное, смешанное, удивительное, сливая сие с усиливающим его атаки гу-дао. Удар за ударом, пинок за пинком - и вот уже совсем скоро красный силач кубарем катится назад, внешне выглядящий целым, но внутри ощущающий себя попавшим под грузовик человеком.

Что до Спейда, то он прокрутился на одной ноге и пафосно остановился. Красные очки слетели с его головы, и наёмник, поймав их одной рукой, надел, скрывая за красными стёклами зелёные глаза.

— Прыткий, однако, гад! — выругался Наклз, когда поднялся на ноги.

— Если сможем разрушить его иллюзию, справиться с ним самим будет как раз плюнуть, — резюмировал Соник.

— Глупцы. Ничего у вас не выйдет.

Спейд отбил удары ежа и ногой атаковал ехидну по лицу. Затем перехватил кулак синего мобианца и перекинул его через плечо, опосля ударив в живот. Затем оставил противника и бился с Наклзом, которому удалось ударить его в грудь. Спейд попятился было назад, но, как и прежде, это был всего лишь клон, который разлетелся на десятки карт.

— Ваш мир, может, и располагает техниками ниндзя подобным нашему, работают они тем не менее по-разному

Появившись в стороне, панда применил гу-дао и произвёл молниеносный обстрел картами, что заставило Соника и Наклза закричать от боли.

— «Гу-дао: Карточный дом»!

И на парней обрушился целый Колизей, разлетевшийся на сотни карт. Это была не просто эпичная атака, коей Спейд нередко сокрушал своих врагов: обладая большим радиусом действия, она была рассчитана, прежде всего, на удар по площади, отчего представлялась как эдакая бомбардировка. Била неточно, но ощутимо, ввиду чего всё оказавшееся в зоне её воздействия попросту превращалось в руины.

— Кха-х...! — и всё же мобианцы выстояли благодаря стихийным щитам, которые поглотили половину полученного урона, а Соник и вовсе решил пойти ва-банк, извлекая из-за спины Изумруд Хаоса. — Может, техники ниндзя и не сработают, но вот это...

Ёж закрыл глаза.

— Хаос...!

И тут же получил мощный удар от... Наклза, с глазами по пять рублей улетая в стену, недоумевая и ничего не понимая вообще.

— Ой! — опешил ехидна. Будучи под влиянием иллюзии, оклемавшись после взрыва, он случайно принял Соника за Спейда и незамедлительно по нему атаковал. — Соник, прости, я...!

— Вам не одолеть меня. Вы в моей системе координат.

С этими словами Спейд спрыгнул на Наклза, втаптывая его лицом в пол. Произошёл грохот.

Кэрол тем временем уклонилась от рубящей атаки Богомола и заметила, что Соник и Наклз не справляются со Спейдом. Оно и понятно: их старый знакомый не славился честными поединками, и сей бой был с самого начала предопределён в его пользу — когда он бросил карту аж в самый первый раз. Конечно, Спейд понимал, что Лайлак и Кэрол способны развеять его иллюзию, потому и натравил на них Богомола, против которого как раз-таки надо было ставить мобианцев — с их-то силой и скоростью.

Это понимали и сами авалисянки, отступающие от железного гиганта шаг за шагом.

— Будем махаться в том же духе — и точно по бутербродам пойдём, — резюмировала Кэрол.

— Выиграй мне немного времени, — попросила Лайлак, с помощью дао погрузив себя в серый щит. — Только не переусердствуй, пожалуйста. Ты мне живой нужна.

— Хе-хе, как скажешь, мисс лиловая конфетка.

Богомол тотчас среагировал, когда драконша побежала в его сторону, и наотмашь рубанул её лезвием, однако это ему ничего не дало: серый щит поглотил весь урон, благодаря чему та смогла пройти дальше. Тогда страж попытался применить другую атаку, но ему помешала уже Кэрол. Она подпрыгнула вверх и когтями оцарапала Богомола, атакуя в основном глаза. Сбитый с толку враг принялся метать во все стороны лезвия, и один из его ударов достал кошку, но своё дело она сделала: позволила Лайлак проскочить через железного великана, что изначально возможным не представлялось.

Спейд тем временем ударил Соника и Наклза лбами, после чего толкнул вперёд, заставляя их упасть.

— Предупреждал же, что вам не удастся избавиться от моей иллюзии, как бы вы ни старались, — сказал он, извлекая из ниоткуда три светящиеся карты.

И в этот момент его в прыжке ударила Лайлак - с ноги, по лицу, прямо как по мячу. Панда кубарем укатился в камень, о который тотчас же шмякнулся.

— Развейся, — крикнула девушка, сначала хлопнув в ладоши, а затем щёлкнув пальцами. Неясно, что в сей момент произошло, однако мобианцы как будто бы тотчас вышли из полупьяного состояния, в котором пребывали с начала боя.

— Воу! — синий ёж аж растерялся, когда меняющееся в глазах изображение с интервалом в секунду резко нормализовалось. — Это гендзюцу вышло на новый уровень, или это я потихоньку прилёг поспать с перерезанным горлом?

— Этого долбанного иллюзиониста возьмём на себя мы с Кэрол, а вы займитесь стражем Королевского Камня!

— Понял, — кивнул Наклз и вместе с Соником поспешил на помощь к Кэрол.

— Не так быстро, — пришедший в чувство Спейд подпрыгнул и попытался ударить по мобианцам картами, но все они были пойманы одной рукой Лайлак. И сделала она это настолько быстро и аккуратно, что ни одна из них не взорвалась.

— Не волнуйся, Спейди, я не оставлю тебя без внимания.

Кэрол тем временем сдавала позицию за позицией. Мяукая и ойкая, девушка отходила назад, а грозный Богомол продолжал напирать на неё, как танк, готовый в любую секунду метнуть в неё лезвия - и в этот момент в него влетел на бешеной скорости синий шар. Удар был настолько мощным, что страж с грохотом рухнул наземь.

— Ещё раз, Наклхэд! — крикнув, Соник снова скрутился в шар, и Наклз, поймав его, опять метнул в поднимающегося Богомола. Эта атака получилась даже мощнее предыдущей.

— Я уж было решила: всё, спета моя песенка, — хмыкнула Кэрол.

— Будь спокойна: такие надоедливые, как ты, от природы живучие, — подчеркнул Наклз, на что дикая кошка фыркнула. — Дуй к Лайлак. С этим недомерком мы сами разберёмся.

— Ой-ой, смотрите, в очередную иллюзию не вляпайтесь, крутые, как яйца, парни.

Богомол медленно начинал подниматься. Его железные суставы засверкали красными огнями, налились багряной жидкостью стеклянные глаза, и испустил он яростный клич, готовый на сей раз сражаться ещё более неистово.

Мобианцы хмыкнули. Как только Кэрол убежала, они вышли вперёд, разминая мышцы перед предстоящим поединком, условия которого им были более чем понятны.

— Хватит с нас всяких гендзюцу-свиндзюцу — пора, как говорится, что-то катать в щи, — весело заявил Соник.

— Уж этому я точно надеру задницу, — осклабившийся Наклз постучал кулаками друг о друга.

Тем временем...

— Лучший из лучших... пф-ф. Пафоса столько, что хоть статую возвеличивай в честь тебя — грандиозного, неповторимого, но, как всегда, бестолкового, — с этими словами Лайлак удрученно вздохнула и покачала головой, сие адресуя своему старому знакомому. — А впрочем, чему это я удивляюсь? Что тогда, что сейчас — ты каким был, таким и остался. Не изменился даже на йоту.

— Так уж вышло, что по части стабильности я буду получше одной сиреневой предательницы, которая вернулась однажды из непонятно откуда и без каких-либо объяснений покинула организацию, тем самым наплевав на всё то, за что мы когда-то сражались бок о бок, — презрительно фыркнул Спейд.

— Ну-ну, ты ещё заплачь, пусичка.

Сия насмешливая реплика принадлежала ехидной Кэрол, которая встала рядом с усмехнувшейся подругой и обнажила улыбчивый оскал.

— Не обещаю, что твои слёзки нас расстрогают, но ты всё же попытайся, — добавила она. Наёмник закатил глаза.

— Не переживай, ты в некотором смысле даже похуже будешь этой ящерицы. Она хотя бы по своей воле ушла, а не увязалась хвостиком, как одна легковерная особа.

— Ууу, да что ты? И это мне говорит обиженка с офигеть каким раздутым эго, которая вместо того, чтобы, как истинный друг, понять своего товарища или хотя бы попробовать это сделать, разнылся аки сюся и теперь при каждой встрече тычет пальчиком, чтобы пристыдить, укорить, обличить. Вот это да-а! Лайлак, ты это слышала?

— Я же говорю: каким был, таким и остался. В любом случае это прошлое и мне ныне до него дела нет. Оно там, где и должно быть — в небытие, — эти слова вызвали ядовитую ухмылку на губах панды, но драконша и ухом не повела. Вместо этого она скрестила руки, постукала носком сапога по полу и посмотрела на иллюзиониста. — А теперь, дорогуша, время условий: ты отзываешь своего железного возлюбленного, сердечно и горячо извиняешься перед нашими мальчиками, возвращаешь на место Королевский Камень и в ярчайших подробностях рассказываешь нам о причине, по которой Зао решил вероломно напасть на Шан-Ту.

— И рассказываешь так, чтобы двум до умопомрачения милым девочкам понравился твой рассказ, а иначе... — зелёная кошка вместо слов просто провела пальцем по своему горлу.

Спейд смерил девушек хмурым взглядом, после чего взял и... плюнул себе под ноги, тем самым показывая, что он ложил на их "хотелки".

— Вот моё условие, предательницы: вы обе встаете на колени передо мной, и я спускаю вам на лицо, — озвучил своë решение он, когда снял с глаз очки и убрал их на прежнее место. — Надеюсь, мне не нужно объяснять, что я вам буду спускать?

Лайлак и Кэрол переглянулись друг с другом, после чего... расхохотались. И смеялись они так заливисто и звонко, что наёмнику захотелось ещё раз плюнуть, только уже в них.

Они его раздражали. Обе.

— Говорить такие слова дракону — да ты безумец, Спейди.

Упомянутый округлил глаза, а затем резко поставил блок, на который тотчас обрушился удар Лайлак. Её атака была быстрой, молниеносной, почти незаметной, и лишь благодаря своему боевому опыту парень успел от неё защититься, а не отправиться в нокдаун. Ограничился разве что тем, что отъехал на носках назад, шипя от возникшей в кистях рук боли.

— Ууух, кое-кому сейчас будет ой как больно, — с хищной улыбкой заявила Кэрол, становясь в боевую стойку вместе с Лайлак.

— И этими «кое-кем» будете вы, грязные предательницы, — огрызнувшийся Спейд приготовил боевые карты, насыщая их тёмным Ци.

Сиреневая героиня азартно осклабилась.

— Посмотрим, насколько ты хорош в бою без своих иллюзий, детка.

Соник и Наклз тем временем вовсю громили Богомола, который только и мог, что метать во все стороны лезвия и воинственно вопить, что, однако, ничего ему не давало. Что ёж, что ехидна - оба были рассчитаны на разрушение, а потому их атаки для стража были куда болезненнее и ощутимее, нежели удары предыдущих противниц. Богомол это понимал и потому старался не задерживаться на одном месте, прыгая то в одну сторону, то в другую. Однако от Соника нельзя было убежать. Не успевал враг только коснуться земли, как сверхзвуковой герой сразу же настигал его и спиндэшем бил тему по глазам. Следом появлялся уже Наклз, проделывающий своими тяжёлыми ударами страшные вмятины в железной броне стража, отчего того покачивало туда-сюда, как пьяницу.

— You so slow, sucker! — весело крикнул Соник, не только увернувшись от атак Богомола, но и раскрутившись вокруг него синим торнадо. Это дезориентировало врага, и Наклз ударил кулаком по земле, извергая во все стороны огненные шары. Противник покрылся ещё большими трещинами и улетел в стену.

— Тоже мне, страж малиновых штанов, — фыркнул ехидна. — Валится, считай, с одной плюхи.

— Ну, скажешь тоже. Нашим девчатам, к примеру, было сложно с ним совладать.

— Это с каких-таких пор они - наши?

— Чувак... — синий ёж впал в «каплю». Сей вопрос настолько часто озвучивался другими, что ему уже надоело на него отвечать.

— Справедливости ради, нам тоже не сладко пришлось с этим очкастым мачо, так что будем считать, что мы покрыли слабые стороны друг друга своими сильными.

— Эт точно.

Лайлак хмыкнула. Промчавшись по арене быстрее звука, она что есть дури влупила кулаком по скуле Спейда, отчего у того аж голова зателепалась, как желе, и, отправив его свободный полёт, рванула за ним следом. Удар, ещё удар, атака снизу — наёмник моментально потерялся в пространстве, не понимая, откуда в него прилетают кулаки и пинки. Он попробовал вырваться из сего положения с помощью рывка, но это помогло ему несильно: драконша промазала по нему ладонью, но попала хлесткими, как плётка, хвостами, со смачным звуком опрокидывая юношу на землю.

— Грр, чтоб тебя...! — выругавшись, Спейд вскочил на ноги...

— Я тозе хотюююю! — с весёлым визгом воскликнула Кэрол, влетая в битву на своём байке. Не успел наёмник прийти в себя, как тут же получил передним колесом в морду и кубарем улетел назад.

Оскалившись, панда применил рывок и метнул в кошку режущие карты. Та лишь фыркнула и развернула мотоцикл так, чтобы атаки картежника прилетели на бронированный бампер, с которого срикошетили в разные стороны. Затем превратила свой транспорт в диск, надела его на свою ногу, размахнулась и пинком отправила прямо во врага. От снаряда Спейд сумел защититься, прикрывшись руками, но от возникшей позади него Кэрол - нет. Та, сладко мурлыкнув, полоснула когтями по его спине, отчего наёмник выпучил глаза и упал на пол, перекатываясь через плечо вбок.

— Что такое, Спейди? Без своих иллюзий уже не настолько лучший, как прежде? — с издёвкой поинтересовалась Кэрол. Рядом с ней в мгновение ока оказалась весёлая Лайлак.

Спейд мрачно зарычал.

— Не зазнавайтесь, предательницы!

Он прыгнул вверх и начал закидывать противниц взрывными картами, но те тотчас увернулись. Тогда Спейд избрал следующую тактику: сначала он решил атаковать телепортировавшуюся к одному из разбросанных красных свитков Кэрол, затем напасть на находящуюся недалеко Лайлак. Применив рывок, наёмник метнул в кошку режущие карты и сразу же развернулся, чтобы напасть на драконшу. Это было бы быстро... бы, не окажись сиреневая героиня сверхскоростным существом. Без лишних слов она отошла назад, отчего Спейд просто ударил по её прежнему местоположению, а когда тот с рычанием продолжил на неё бросаться, начала уклоняться.

— Быстрее, Спейди.

Наёмник наступал, махал остроконечной картой с целью попасть по Лайлак, но та каждый уходила из-под атаки, как только оружие почти достигало её.

— Ещё быстрее!

Взмах, удар, рывок — всё мимо.

— Не останавливайся!

— ГРР, ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ! — зло прорычал Спейд. Двусмысленные фразочки, приправленные игривым голосом, сбивали его с толку.

Лайлак нежно хихикнула.

— Сам заткнись.

ХЛЫЩ — и наёмник, что называется, «поплыл», когда в его голову сбоку прилетел молниеносный левый кулак драконши. Полностью потерявшись в пространстве и зашатавшись, как пьяный, он выронил карту, плетясь на подкашивающихся ногах в сторону...

Туда, где стояла ухмыляющаяся Кэрол - целая и невредимая.

— Миаууу, ги-хи! — облизнулась она.

Прыжок, удар когтями, пинок — и вот уже Спейд, исцарапанный и побитый, отправлен в свободный полет. Кошка применила телепортацию, ударом отправила противника к другим свиткам-платформам, появилась там, снова атаковала — и так несколько раз, прежде чем, скрутившись в шар, своеобразным спиндэшем вбила в стену. Стиснув зубы от боли, наёмник глухо простонал и отвалился от неё, падая на пол, на одно колено.

— Ну что, ещё разок? Или, наконец, поговорим? — Лайлак склонилась над почти поверженным врагом несколько назидательно, отчего складывалось ощущение, будто сейчас она будет его ругать. Её руки были уведены за спину, своим мгновенным появлением перед юношей девушка обдала его порывом ветра, а глаза малинового цвета так укоризненно на него смотрели, что панда снова ощутил в груди распаляющийся гнев.

С рычанием Спейд оттолкнулся от земли и ребром ладони попытался ударить Лайлак по шее, но его рука разрезала лишь воздух.

— Глупое решение, — резюмировала драконша.

Кулак, колено, нисходящая сверху пятка, апперкот, удар хвостами с развороту — неистовая воительница обрушила на белого воина шквал разрушительных молниеносных ударов, а тот не то что защититься - даже увернуться не мог. Затем Лайлак встала на руки и "колесом" ног избила Спейда, а когда тот таки выловчился пойти в контратаку, отступила — но лишь для того, чтобы влететь в него драконьим рывком.

— Полагаю, это очень больно, — присвистнула Кэрол, наблюдая, как сиреневая героиня таранит наёмником сначала одну колону, потом вторую, затем третью. Но на этом всё и кончилось: девушка ударилась противником о стену и отскочила назад, а тот рухнул вниз, присыпаемый камнями. Продолжать бой Спейд уже не мог: авалисянки развеяли все его иллюзии, лишили боевых карт и побили так, что ему срочно требовался день для восстановления (в идеале — два).

— Ты правда хочешь, чтобы я и дальше тебя калечила?

Спейд зашипел от боли и злости, но отвечать Лайлак не стал. И так было ясно, что он не одолеет её в открытом бою, тем более в паре с Кэрол: драконша была слишком неистовой и буйной, оправдывая своё звание грозного жителя Авалиса.

Но, видно, сказывалась добросердечность Лайлак — и, конечно же, их канувшая в небытие дружба, - раз она не решила громить Спейда вчистую, а давала ему возможность самолично сдаться. Девушка перестала нападать и отошла, тем самым позволяя побитому панде выбраться из обломков.

Однако Спейд на проявленную доброту отреагировал неприкрытым отвращением.

— Ты слишком наивна, раз думаешь, что я позволю властям Шан-Ту себя арестовать, — изрёк он. — Вдобавок, не забывай о том, что ты ни чем не лучше меня, и никто не станет придавать значения твоему героизму. Как и я, так же сядешь за решётку и...

— Ой, да заткнись уже, да. Надоел со своим нытьём, — фыркнувшая Кэрол подошла к Лайлак и уныло посмотрела на наёмника. — Тебе же ясно сказали с самого начала: выкладываешь нам всё и валишь к чертям собачьим на все четыре стороны. Ты нам нахрен не нужен!

— Кэрол, — укоризненно посмотрела на подругу Лайлак, на что та гордо закатила глаза.

— Не, ну а чо он? Лещей схавал, теперь плачется сидит: ыыы ыыы, миня пабили, ыыы, абиделса йа, ыыыы.

Раздавшийся грохот прервал склоку трёх старых знакомых, которые тотчас отвлеклись на его источник.

— ХИЯЯЯЯ! — схватив Богомола, Наклз поднатужился и подбросил его вверх — и там по нему пришлась атака синим колючим шаром, который, спрыгнув вниз, стал ежом.

— Ну всё! Сейчас будет гойда! — с азартной ухмылкой воскликнул Соник.

— Погнали! — прорычал ехидна.

Отчасти это была заимствованная у Лайлак и Кэрол синхронная атака, однако мобианцы несколько переделали её на свой лад. Начиналась она в следующем порядке: Соник подпрыгнул вверх и применил сверхзвуковое вращение, благодаря чему очень быстро стал вбирать себя Воздух, а Наклз, схватив его, стал нацеливать на падающего Богомола, попутно насыщаяя сине-голубой светящийся «снаряд» Огнём. Слитые воедино анемо и пиро трансфоомировались в сингулярность немыслимых мощностей, отчего не только не только стены, но а сама атмосфера в пещере содрогнулась: настолько сильной планировалась совмещённая атака.

А потом Наклз отвёл одну руку назад и ею же ударил по огненному шару - и тот со свистом полетел в цель, рассекая пространство в воздухе. Усиленный огнём ехидны спиндэш Соника не пробил даже, а просто расплавил, как упавшее на кубик льда раскаленное до белого вида железо, - и полетел дальше, вырываясь за пределы пещеры. Это был огненный луч, который ринулся высоко в небеса и который видели все: Нира и Гонг, несущие Мэника; Эми, которая решила, что там надо искать Соника; очнувшиеся возле фургонов ниндзя, поспешившие как можно быстрее покинуть территорию Священной Пещеры.

Это видела одна парочка, приближающая к месту битвы.

— С ума сойти! — округлила от шока глаза Кэрол. — И вы после этого ещё говорите, что в вашем мире нет сочетания стихий?

— Эу... ну... как бы так сказать? — Наклз озадаченно почесал затылок. — Обычно мы подобные вещи называем Командным Взрывом, но конкретно эта атака была для нас первой.

— Первой? — удивилась Лайлак.

— Ага. Для чистого совместного удара нам не хватило ещё одного товарища, потому его отсутствие пришлось покрыть штукой, коей мы вдохновились у вас.

Увы, но урон был настолько мощным, что пещера не выдержала и начала рушиться. Так как Лайлак и Кэрол отвлеклись, Спейд воспользовался этим и поспешил скрыться, прежде чем камни рухнули на его прежнее место.

— Сваливаем отсюда, пока мы ещё мы! — крикнула Лайлак.

Вместе они рванули к засыпанному камнями выходу, и ехидна быстро заработал Копательными Когтями, прорывая себе и подругам путь наверх.

Тем временем Соник вышел из своего вращающегося состояния и просто болтался в воздухе, приходя в себя после успешно произведённой атаки.

- Это... — синий уж прислушался к до боли знакомому звуку и усмехнулся. — Как обычно - в самый подходящий момент.

И адресованы его слова были «Торнадо Х», который вылетел из-за верхушки горы будто бы по щелчку пальцев.

— Соник! — радостно закричал Тейлз.

Биплан плавно маневрировал вниз, и ёж, сделав сальто назад, опустился на крыло самолёта.

— Привет, малыш! — улыбнулся Соник, показав ему большой палец. — Рад тебя видеть!

***

В настоящее время ребята стояли на полянке и радостно приветствовали друг друга после долгой разлуки. Тейлз не удержался и бросился в объятия Соника, искренне радуясь тому, что его лучший друг наконец-то нашёлся. Но не менее счастлив был сам ёж, пусть и не выражал точно таких же эмоций, как лисёнок. После этого Тейлз представил ему Миллу, которая смутилась, но вежливо поздоровалась.

— Хех, спасибо тебе большое за то, что помогла моему лучшему другу! — благодарил девушку Соник, заставляя краснеть её от смущения ещё больше. — Кстати, я Соник. Рад с тобою познакомиться, Милла!

— Эхех, спасибо, мне очень приятно! Я тоже рада! — весело тявкнула авалисянка.

— Ты с кем-то сражался? — спросил Тейлз. — Мы слышали грохот, а потом увидели тебя, вылетевшего из горы.

— Ах, точно, совсем забыл! Мы тут это... Воу!

Земля неожиданно дрогнула, и четвёрка осмотрелась по сторонам, после чего успокоилась: это был Наклз, выкопавший себе путь на свободу. Следом за ним показались Лайлак и Кэрол.

— О! — опешил ехидна, заметив появление новых лиц. — Глазам своим не верю. Соник, где ты его нашёл?

— Вообще-то это он нас нашёл, — хмыкнул синий ёж.

Ребята перезнакомились друг с другом, а заодно рассказали о том, как каждый оказался на Авалисе. С Соником всё было просто, у Наклза история тоже не особо фонтанировала событиями. Вот у Тейлза был рассказ не очень, но он решил поделиться им с друзьями вечером, ибо не хотел портить эту прекрасную идиллию мрачными тонами.

А пока мобианцы вовсю трещали без умолку, Милла знакомилась персонально с Лайлак. Последняя изумилась тому, что собачка узнала в ней «дракона», а не «козу», на что та обнадёжила её словами: «Я не с Мобиуса». Девчонки — в том числе и Кэрол — быстро поладили друг с другом.

— Вот, я скачал на свой КПК последние данные, что были на «Яйце Смерти», — сказал Тейлз, чем всех обнадёжил. — Не уверен, что это нам поможет, но кое-что о планах Эггмана может сказать.

— Торк знает о Бревоне — это уже плюс информация, — добавила Кэрол.

— Знать бы ещё, что сподвигло Зао на нарушение договора братства, — нахмурилась Лайлак, с чем Наклз согласился. — И Спейд, как назло, сбежал!

— Мы найдём его, я в этом уверен, — улыбнулся Соник.

— СОНИ-И-И-И-И-К!!!

Герои обернулись на звук, и мобианцы узнали в его обладательнице разъярённую Эми Роуз, что приближалась к ним с огромным «Пико-Пико». Поначалу ребята улыбнулись, однако их радость быстро спала, когда они поняли, что ежиха была не в духе.

— О нет! Я сваливаю отсюда! — с этими словами Соник бросился прочь.

— А НУ СТОЙ, КОБЕЛИНА!

Тейлз и Наклз тотчас расхохотались, тогда как Лайлак, Кэрол и Милла в недоумении переглянулись друг с другом. А Эми в этот момент бегала за Соником, пытаясь пришлёпнуть его огромным молотом, но тот удирал от неё на повышенных скоростях.

— Эм-м, а кто это? — спросила изумлённая Милла.

— Это Эми, наша подруга, — с улыбкой ответил Тейлз.

— А это нормально, что она… вот так…? — осторожно поинтересовалась Кэрол.

— Ещё бы. Она когда видит Соника, постоянно за ним бегает, — хмыкнул Наклз.

— Зачем? — не понимала Лайлак.

— Ну, типа любит его и хочет быть с ним, но чувства свои выражает… в общем, вы всё сами видите.

И мобианцы продолжили хохотать, наблюдая за тем, как Эми неустанно преследовала Соника. Кэрол пожала плечами, но потом усмехнулась, поняв, что это норма в их кругу. Милла подобного не понимала, но раз Тейлз был спокоен, значит, всё действительно хорошо.

А вот Лайлак было не смешно. Встреча со Спейдом выбила её из колеи, а кража Королевского Камня и вовсе омрачила настроение сиреневой драконши. Торк был прав: война за Королевский Камень уже началась. Но почему первым действовать начал мэр Зао, было неясно.

Глава 13: Конфликт

Очнулся Мэник лишь тогда, когда Гонг зачерпнул в кувшин холодной воды и брызнул ею в лицо ежу. Последний приоткрыл глаза и слегка зашипел от саднящей на груди раны, на которую была наложена повязка. Его руки были скованны кандалами с цепями, а в спину упиралось острое лезвие копья Ниры. Тело безумно ныло после битвы с ней.

— Вот и проснулся, — хмыкнул Гонг, на что Мэник ответил ему полусонным взглядом карих очей. — Теперь тебе не отвертеться от наказания, вероломный предатель.

— Вы меня с кем-то спутали, — огрызнулся Мэник и тут же ойкнул, когда его слегка кольнули ледяным лезвием в спину.

— Расскажешь об этом Его Величеству! — грозно изрекла Нира.

Зелёный ёж уныло плёлся за генералом, попутно ловя на себе презрительные взгляды со стороны синих антропоморфных уток. Дворец наверняка уже в курсе о том, что две панды поймали хотя бы одного ниндзя Шан-Му, раз Мэник ощущал такую повышенную враждебность к своей персоне. Вору оставалось лишь скрипнуть от досады зубами и признать, что идея переть напролом против ледяного рыцаря с треском провалилась. Недооценил он воительницу с копьём, причём сильно.

Гонг и Нира привели Мэника в тронный зал, где их, стоя лицом к приоткрытым окнам, поджидал сам Королевский Магистр. Как и на наскальных рисунках, коих в городе было много, живой правитель престал перед троицей в точно таком же амплуа. Он был закрыт в синей королевской мантии, нося на голове нечто вроде короны, которая больше смахивала на очертания драконьих рогов. Когда Гонг доложил о прибытии, Магистр развернулся, и всё, что Мэник увидел — это фиолетовые глаза, выглядывающие из-под капюшона, но не лицо.

— Ваше Величество, Королевский Камень был украден воинами Шан-Му! — доложил Гонг, преклонив пред правителем голову. — На Священную Пещеру была произведена не одна диверсия, но изловить нам удалось только одного.

— Себя он называет ежом Мэником, а точнее, бродячим музыкантом, — сурово добавила Нира, не сводящая с пленника глаз. — В бою я так и не смогла определить, что за дао он использовал, но парень хорошо обучен.

Магистр сделал пару шагов к троице, и Мэник смело посмотрел в фиолетовые глаза, хоть и переживал глубоко в душе. Это чужой мир, здесь он не более чем морская рыбка, впервые попавшая в аквариум.

Картина происходящего внезапно изменилась, и синевато-голубые небеса окрасились в чёрный цвет, обдавая комнату резким порывом усилившегося Ци. Мэник в ужасе округлил глаза: подобное он в последний раз видел давным-давно, когда Динго поглотил осколки Мастера Изумруда. Гонг и Нира кивнули, после чего отошли назад — видимо, подобные мероприятия на аудиенциях с Магистром происходили нередко.

— Поведай мне, юноша, о смысле вероломного предательства, — Магистр слегка опустил веки, а Мэника пробила дрожь — настолько внушительный и властный голос был у правителя, что и словами нельзя было передать. — Расскажи мне, и я решу, какую меру наказания применять по отношению к тебе.

— Я… я не понимаю, о чём Вы… — Мэник осторожно посмотрел на панд, а затем на их вожака. — Я сражался с Вашей подчинённой, чтобы пройти дальше, только и всего.

— Твой вождь, мэр Зао, отправил тебя с остальными ниндзя, чтобы вы выкрали Королевский Камень из Священной Пещеры.

— Что-о-о??? Я вообще к этому никакого отношения не имею!

— Не смей лгать Его Высочеству! — тотчас прорычала Нира.

— Нира! — Магистр поднял ладонь, как бы говоря ей, чтобы она молчала.

— Простите, Ваше Величество!

Правитель Шан-Ту кивнул.

— Продолжай, ёж.

Мэник не на шутку разволновался. Глаза Магистра, казалось, смотрят прямо в душу и читают его насквозь, как открытую книгу. Непонятно, что за удивительная сила от него исходила или это дух особый был, но именно он заставлял ежа слегка подрагивать от волнения. Конечно, можно было бы попробовать бежать, но тогда ему придётся иметь дело не только с очень сильной Нирой, но и с остальными военными, и к чему это приведёт — неясно.

А поскольку Мэник не отличался особой фантазией, как Соня, он решил рассказать только правду — о том, откуда он родом. При этом ёж попросил, чтобы панды не перебивали его, на что Магистр ответил кивком. Мэник не знал, правильно он делает или нет, но лучше уж так, чем врать о том, что его присутствие на запрещённой территории — всего лишь потеря ориентира. Авалисянин сразу бы узнал в Нире подданную Королевского Магистра и уж точно бы не заходил за Пост Священной Пещеры, зная, что ему может здорово достаться от Шан-Ту.

— Значит, ты утверждаешь, что прибыл на Авалис с другой планеты, так называемой Мобиус? — уточнил Королевский Магистр, когда рассказ вора подошёл к концу.

— Да. Я прибыл не один — вместе со мной было ещё пять мобианцев, которых я потерял во время крушения линкора, — сказал Мэник. — Я зашёл на ваши владения, чтобы найти свою подругу, розовую ежиху, но столкнулся с Вашей подчинённой.

— И ты решил проявить агрессию, не попытавшись даже пойти на контакт?

— А что мне ещё оставалось делать? Времени у меня было в обрез, ибо я боялся потерять своих друзей снова.

— Я прошу прощения, что вмешиваюсь, Ваше Величество, но… — неожиданно вмешался Гонг. — Твои друзья — это, случайно, не синий ёж, красный ехидна, зелёная кошка и сиреневая драконша.

— Первые двое — да, это они.

Магистр отвернулся к окну, и могущественная аура спала.

— Арестовать его!

Нира тотчас заключила опешившего Мэника в ледяную клетку.

— Эй, что происходит? — воскликнул он. — Я же рассказал вам правду!

— Даже если ты называешь себя иноземцем, ответственности за случившееся с тебя я не снимаю, — твёрдо парировал Магистр. — Пока я не получу доказательства твоей непричастности к произошедшему, ты будешь находиться в заточении.

— Это произвол! Я не сделал вам ничего плохого!

— Время покажет, насколько ты искренен.

Гонг схватился за прутья клетки и поднял её, после чего понёс к выходу. Ёж аж удивился тому, как обычная панда смогла такую тяжесть потянуть без всякого усилия. Генерал явно не за просто так получил своё звание «воеводы» Магистра.

Когда они ушли, Нира приоткрыла глаза и посмотрела на правителя Шан-Ту. Тот по-прежнему смотрел в окно.

— Думаете, он не лукавит? — поинтересовалась Нира.

— Заключённые обычно молчат или говорят обрывками фраз, но этот ёж ни разу не заикнулся. Вдобавок… — Магистр закатил глаза. — Зао слишком молод и юн, чтобы лично прийти к такому решению. Скорее всего, кто-то надоумил его на эту мысль.

— Но кто, Ваше Величество?

Вопрос занятный. Магистр знавал прежнего правителя Шан-Му, дядю Зао, который принимал участие в подписании договора о братстве вместе с королём Шуигана. Однако он скончался от болезни, и на престол взошёл его племянник, в политике не смыслящий ни на грамм, но амбициозный и жадный. Магистр знал Зао и хорошо понимал, что тот всего-навсего ведомый: чтобы он начал действовать, его нужно было искусить.

— Хм-м… кто сообщил вам о скором нападении на Пост? — вдруг спросил Магистр.

— Те самые «мобианцы» да драконша с кошкой, — ответила Нира.

Правитель нахмурился.

— Интересно, а откуда о нападении знали они?

— Я постараюсь это выяснить как можно быстрее, Ваше Величество!

***

Наступил вечер. Герои вернулись в Драконью Долину, где Лайлак доложила Торку о похищенном Королевском Камне, чем сильно расстроила его. Ребята, конечно, утешили себя тем, что артефакт попал в руки не Бревона, а Зао, но сути это не меняло.

Когда Эми рассказала о Мэнике, Соник едва не сорвался, чтобы броситься на поиски брата, но Лайлак и Кэрол удалось убедить ежа в том, что это плохая затея. Девушки пришли к выводу, что Мэник, скорее всего, был схвачен стражей Шан-Ту и арестован, а проникать с боем во дворец идея не то что глупая, а вовсе абсурдная.

Эту проблему разрешил Тейлз, своим рассказом умудрившийся повергнуть в ужас не только авалисянок, но и мобианцев. Он не смог заснять происходящее на видеокамеру, так как был напуган в тот момент, но зато поведал о принце Дейле, ставшем марионеткой в руках Бревона. Это объясняло, почему вертолёты Шуигана прикрывали Серпентина и сражались со Слитом в Драконьей Долине, и почему Бревон узнал о Железной Крепости.

— Простите меня! Вы все! — Тейлз грустно посмотрел на опешивших Лайлак и Кэрол. — У меня был шанс спасти принца, но я не смог…

— Тейлз, ты ни в чём не виноват! — поспешила успокоить его Милла.

— Она права, — согласились авалисянки. — Мы вчетвером едва не полегли у Железной Крепости, а ты о соло ещё говоришь.

— Главное, что жив остался, — добавил Наклз.

К сожалению, на этом дальнейшие действия героев обрывались. Они не знали, в каком направлении двигаться дальше, поскольку ни Эггман, ни Бревон, ни Шуиган на фоне больше не появлялись. О Соне тоже никаких слухов не было, и неясно, справилась она со своей миссией или нет. Мэник был арестован и сидел в тюрьме, что сильно опечалило Эми. Классическая четвёрка снова была в сборе, но какой ценой…?

Так как количество героев резко возросло, а домик был маленький, мобианцам пришлось потеснить Торка, живущего в палатке рядом с деревом. Соник уступил своё прежнее ложе Милле, решив проводить свой досуг на противоположной от Наклза ветке. Эми, конечно, хотела быть рядом с ежом, но в итоге ей пришлось делить место с Тейлзом. Так прошла первая ночь.

Соник проснулся после Наклза и, не переговариваясь с ним, отправился на прогулку, чтобы развеять тоскливые мысли. Он не знал, как помочь Мэнику, и уж тем более не понимал, где им искать Соню. У ежа, по сути, отняли самое дорогое и родное по крови, что у него только было: сестру и брата. А ведь они даже толком-то и посидеть втроём не успели да поностальгировать о прошлом — события резко свалились им на голову, как ком снега.

Соник дошёл до песчаного берега и сел на поваленное бревно, подперев голову кулаком. Всё, что теперь напоминало ему о Мэнике и Соне — это хрустальный медальон в виде гитары. В голове сразу же всплыли воспоминания о «Sonic Underground», когда трое ежей путешествовали по Мобиусу, помогая Борцам за Свободу бороться со злобным доктором Роботником. Когда они пели песни и познавали гармонию единства, когда спорили по поводу и без, и, самое главное, когда искали Алину…

Лишь вспомнив о маме, Соник закрыл глаза, и на сердце стало настолько больно, что захотелось даже плакать. Они потратили на её поиски почти три года, но так и не смогли встретиться с ней. И не было бы это так обидно, если бы не одно «но»: Алина нередко была рядом с детьми, умудряясь исчезать прямо из-под носа, как призрак. В итоге ежи начинали всё снова, пересекая весь Мобиус, дабы опять встретиться с мамой и опять её потерять. А Дельфийский Оракул, нередко появляющийся на общем фоне, своими сказами о великом лишь сыпал соль на раны.

— У меня такое ощущение, что нас просто водят за нос, — фыркнул Мэник, чем привлёк к себе внимание. — Мы всё ходим да ходим, но ничего не находим.

— Мэник, не надо так говорить! — укоризненно запричитала Соня, строго посмотрев на брата. — Мы ищем маму и не должны сдаваться.

— Да, ищем, но какой в этом понт? Она постоянно уходит! Хоть бы раз поговорила с нами, хотя бы две-три минутки. Я уже о большем и не прошу.

— Как бы неприятно это ни звучало, но я согласен с Мэником, — хмуро промолвил Соник, скрестив руки на груди. — Что, Совет Четырёх настолько важен кому-то свыше, что нас, как крыс, заставляют бегать туда-сюда?

— Да что вы такое говорите, Соник, Мэник? Мама искренне нас любит и хочет с нами увидеться!

— Да? Что-то я не заметил этого.

— Нам просто пудрят мозги, — горько добавил вор.

— Увы, Соня, увы, — тяжело вздохнул синий ёж, когда ежиха расплакалась.

Соник стиснул зубы, и по щеке стекла слеза, которую он тотчас смахнул пальцем. Ему было больно, что все те дни, которые «Sonic Underground» провели вместе ради поиска Алины, были потрачены впустую. Что миссию по спасению Мобиуса возложили на них, а Дельфийский Оракул своим пророчеством только усугубил положение, по сути стравив две стороны — героев и Роботника — друг с другом. Тогда это казалось забавным и весёлым, но со временем подобное стало выглядеть иначе. О какой гармонии могла идти речь, когда родная мама постоянно убегает, вместо себя оставляя лишь пустые и, по сути, бесполезные вопросы? Оракул, быть может, и видел в этом хаосе путь для героического восхождения, но Соник и Мэник рассмотрели это как способ избавиться от злодея чужими руками. Вычурное пророчество!

Соник первым оставил эти благородные цели, решив лично бороться с Роботником. Ссора с Мэником и Соней обозлила его, а мысль о возможном королевстве окончательно добила — и синий ёж покинул брата и сестру, в одиночку отправившись на Зелёные Холмы. Свой королевский титул он постарался забыть и никогда к нему не возвращаться, став героем-одиночкой, которому не безразлична судьба бедных животных, используемых Роботником в качестве сырья. Соник познакомился с Тейлзом, потом с Эми, а затем вновь встретился с Наклзом, который был зло настроен против синего ежа. Озлобился ли Соник на Алину? Ещё бы! Ненавидел ли? Само собой!

— Какое совпадение!

Соник вздрогнул и краем глаза посмотрел назад, увидев на холме Лайлак.

— Не думала, что найду тебя там же, где впервые встретила.

Ёж молча отвернулся и продолжил созерцать волны, разбивающиеся о песчаный берег. Скорее всего, остальные ребята уже проснулись и спохватились о пропаже героя Мобиуса.

Лайлак присела рядом с Соником и посмотрела на него, но тот был погружён в свои мысли.

— Всё никак не можешь отойти после вчерашнего? — поинтересовалась драконша, на что тот отрицательно помотал головой. — Но я же вижу, что ты чем-то обеспокоен.

— Это личное, — хмуро ответил Соник.

Девушка замолчала и перевела взгляд на море, почувствовав в голосе мобианца напряжённость. Обычно ёж был весел и жизнерадостен, но сегодня выглядел не лучше тёмной тучи, готовой пролить целый ливень. Даже Наклз — и тот не был таким пасмурным, несмотря на то, что нередко начинал ворчать по поводу и без…

Они молчали несколько минут, слушая мелодию безмятежного моря, продолжающего выбрасывать на берег волны. Нередко говорил народ, что море способно успокаивать. То ли очарованием особым боги наделили его, то ли безграничный простор и шум волн делали своё дело. Море — оно как полёт фантазии, где есть что-то, чего нет нигде. Неспроста ведь многие хотели стать моряками, чтобы бороздить по волнам и находить новые острова, где их ждали новые впечатления, пусть и не без опасностей.

— Саш Лайлак!

— Мм? — Соник перевёл взгляд на собеседницу.

— Меня зовут Саш Лайлак, — повторила драконша, так же посмотрев на него. — Это моё полное имя. Тогда, когда мы знакомились, я едва не ляпнула «Саш», но вовремя прикусила себе язык.

— В этом есть какой-то сакральный смысл?

— Ну-у… — девушка стушевалась и отвела глаза в сторону. — Я не люблю, когда ко мне обращаются по имени. Очень плохие воспоминания в голове сразу же возникают.

Соник понял, о чём она говорит. Фрагменты со «скелетами» в шкафу снова всплыли в его голове.

— Что изменилось, что ты вдруг решила приоткрыть занавес своей таинственности? — поинтересовался Соник.

— Не знаю. Мне почему-то захотелось, чтобы ты знал это, — с улыбкой промолвила Лайлак, глядя на море. — Как-то резко всё да сумбурно.

— О чём ты?

Драконша посмотрела на ежа, и её глаза внезапно расширились.

С моря подул сильный ветерок, колыхнувший синие иглы и сиреневые хвосты.

Соник неотрывно смотрел на Лайлак. То, что девушка была красивой и привлекательной, спору нет. Но особым очарованием обладали не менее увлекательные глаза малинового цвета, в которых ёж видел своё собственное отражение, а за ним — настоящую загадку. Эта удивительная атмосфера, присущая Авалису воля и неистовый импульсивный дух, дарованный исключительно драконам — Соник никогда не видел подобного на Мобиусе, хотя успел исследовать его «от» и «до» не раз. Что-то пугающее со «скелетами» в шкафу, но нечто красивое наяву и прекрасное внутри. Дикарка с благородными намерениями и нежеланием бездействовать, даже если это очень опасно…

Совсем как он сам!

— Ах вы…! — вдруг раздался грозный крик.

Соник и Лайлак резко отпрыгнули в разные стороны, и на бревно обрушился молот Эми, которая метнула его с целью кого-нибудь да прибить. Синий ёж на носках отъехал назад и тотчас округлил глаза. Он понял, что сейчас будет.

— А я-то думала, куда же это мой Соник подевался! А оно вон что! — Эми со злостью подняла молот и окатила Лайлак яростным взглядом. — Кое-кто решил позариться на моё сокровище, гр-р!

— Эми, ты всё неправильно поняла! — поспешил вступиться за сиреневую подругу Соник. — Мы с Лайлак всего-навсего разговаривали!

— Вы с Лайлак? ВЫ С ЛАЙЛАК?! Я видела, что вы тут делали ВМЕСТЕ С ЛАЙЛАК! Что, решили шашни за моей спиной крутить? НЕ ВЫЙДЕТ!

Роуз резко рванула вперёд и попробовала ударить Саш молотом, но та ловко отпрыгнула назад.

— Слышишь, ты, коза рогатая! — ежиха наставила на драконшу указательный палец. — Ещё раз приблизишься к моему Сонику, и я тебе кости переломаю, поняла меня?

— Ты что творишь? — ёж тут же схватил её за плечи и лицом развернул к себе. — Мы вообще-то у неё в гостях.

— Да мне плевать! Никто не смеет тебя трогать, потому что ты только мой!

— Эми, речь сейчас не об этом.

— Как ты меня назвала? — вдруг ощетинилась Лайлак.

Вот теперь Соник окончательно убедился в том, что беде быть. В отличие от Сони, которая встретила ревность Эми относительно спокойно, Лайлак была не менее импульсивной девушкой, неспособной относиться к оскорблениям и угрозам хладно. Наоборот — только что была задета её честь, а драконы очень не любили подобное.

— Лайлак, пожалуйста, не принимай её слова близко к сердцу… — поспешил извиниться Соник, но…

— Тебя, гадкая дрянь, посмевшая увести моего любимого! — увы, Эми тут же всё испортила, продолжив оскорблять сиреневую авалисянку. — Только попробуй ещё раз к нему приблизиться, и я тебе рога обломаю!

— Эми!

— Что ты сказала? — сквозь зубы процедила Лайлак, двинувшись к ежам грозным шагом.

— Лайлак!

— Уши прочисти, чтоб с первого раза слышать!

— Девчонки, хвати…

Драконша внезапно приблизилась и ударила ежиху по челюсти, откидывая её назад. У Соника окончательно вылезли глаза на лоб.

— А теперь повтори ещё раз! — мрачно сказала Лайлак.

— Тьфу! — Эми сплюнула кровь и зло оскалилась. — АХ ТЫ, ГРЯЗНАЯ ПАРШИВКА!

Схватив молот, ежиха бросилась в атаку, но промахнулась. Драконша отпрыгнула назад и, применив «Драконий Рывок», сшибла противницу с ног во второй раз. Это окончательно озлобило Эми, которая с яростным криком принялась бегать за Лайлак, намереваясь прихлопнуть её молотом. Увы, последняя оказалась очень быстрой и избежала атак противницы. Она подпрыгнула и пнула Роуз в грудь, снова повалив её на песок, и побежала дальше. Яростная Эми метнула в неё молот и попала, заставляя упасть. Теперь озлобилась уже Лайлак.

Эми не могла достать её из-за своей неуклюжести, но молот в ежиных руках наносил такие атаки, что каждый удар приравнивался к пяти кулачным Лайлак. Однако последняя была более боевитой и обладала в разы повышенным болевым порогом, чем ежиха. Когда Роуз промахнулась, Саш закрутилась в циклон и нанесла несколько ударов мобианке, отбрасывая её назад. Но стоило ей приблизиться, как Эми тоже применила вращение, вместо хвостов размахивая «Пико-Пико». Однако этим Роуз только заработала себе головокружение в конце, и Лайлак в очередной раз атаковала её драконьим рывком.

Что же в этот момент делал Соник? А ничего. Он тупо вылупил глаза и с открытым ртом наблюдал за поединком, в котором верх одерживала боеспособная Лайлак. В своей жизни ёж видел всё: битвы, погони, не соотношения сил и даже смерти. Но никогда ещё ему не приходилось лицезреть драку двух девчонок, чьим яблоком раздора был он сам. Их нужно было как-то остановить, но Соник не знал, как.

Лайлак проскользнула под пролетевшим над её головой молотом и обрушила на Эми шквал скоростных кулачных ударов, отправляя её в нокдаун апперкотом. Стоило Роуз подняться, как Саш подпрыгнула и с «вертушки» выкинула её в море. Одежда ежихи промокла.

— Р-р-р, ну я тебя сейчас…! — злобная Эми соединила пальцы. — «Джитсу Невидимости»!

Лайлак насторожилась, когда ежиха внезапно исчезла. Однако, когда та неожиданно начала наносить ей удары, драконша поняла, что её противница рядом. Правда, Роуз успела врезать ей по челюсти и отшвырнуть назад, но на Саш это никак не повлияло. Утерев с губы кровь, Лайлак поднялась и ловким пируэтом прыгнула в воду, на которую тотчас же встала.

— «Дао Водяного Дракона»! — крикнула Лайлак, прижав два пальца к переносице.

Морские волны резко сформировались в большого исполина, который сверкнул желтизной в глазах и грозно прорычал. Крикнув «Ха-а», Лайлак направила руки на берег, и морской дракон выстрелил из пасти струёй воды, накрывающей песок волной. Опешивший Соник вовремя отпрыгнул в сторону, а вот Эми, к сожалению, нет.

— А-а-а! — закричала Роуз, когда волны подхватили её. Режим невидимости пропал.

— Попалась! — оскалилась Саш.

БАЦ-БАЦ-БАЦ! — и ежиха, получив двадцать ударов, отлетает назад, спиной оставляя на мокром песке большую полосу. Морской дракон исчез, и драконша спрыгнула на берег, не обращая внимания на стекающую с её тела холодную воду.

«Их нужно остановить!», — мысленно завопил Соник, ибо видел, что эта драка медленно превращалась в скорую поножовщину.

Эми кое-как поднялась на ноги и, призвав «Пико-Пико», с криком бросилась в атаку. Лайлак рванула навстречу, намереваясь избить противницу голыми кулаками. Но в этот момент их руки перехватил наконец-то вышедший из ступора Соник, который раскрутил дерущихся и откинул в разные стороны. На этом жестокая драка подошла к концу.

— Да вы с ума сошли! — с округлёнными от ужаса глазами воскликнул Соник, встав на середине, чтобы девушки больше не дрались. — Успокойтесь, пожалуйста!

— Успокоиться?! УСПОКОИТЬСЯ??!! ГР-Р! — Эми встала и зло посмотрела на Саш. — ТЫ ВИДЕЛ, ЧТО СДЕЛАЛА ЭТА ДРЯНЬ? ОНА ПЕРВАЯ МЕНЯ УДАРИЛА!

— Да за такие слова я бы тебя и не только ударила! — не менее яростно прошипела Лайлак. — Радуйся тому, что при мне не было кинжала!

— ДА ХВАТИТ ВАМ УЖЕ!!! — не выдержал синий ёж, тем самым заткнув обеих. — Вы дерётесь не из-за чего! Пожалуйста, хватит бросаться друг на друга! Мне неприятно.

— А мне приятно? — оскалившись, Лайлак стряхнула со своего мокрого плеча песок и продолжила: — Мне приятно, когда меня оскорбляют? Приятно ли мне, что я приютила вас у себя дома, а меня вместо благодарности поливают дерьмом? МНЕ ПРИЯТНО, А?

— А нечего было лезть к моему Сонику! — огрызнулась Эми, от ярости топнув ногой. — Я видела, как ты к нему липла! Он мой, тебе ясно?

— Р-р-р… да пошли вы к чёрту оба!

Развернувшись, драконша покинула берег быстрее звука.

— Лайлак… — грустно прошептал Соник, которому было очень стыдно за произошедшее.

— Ну и вали, дура! — бросила ей вслед Эми.

Синий ёж скрипнул зубами и повернулся лицом к помятой после драки ежихе, окатив её злым взглядом. Роуз тотчас опешила, ибо это была редкость, когда герой Мобиуса на кого-то так смотрел.

— Ты что творишь, Эми? Зачем ты оскорбила её? Она ничего плохого нам не сделала!

— Ничего плохого?! Да я видела, как она хотела тебя поцеловать, когда вы сидели на бревне! — зло парировала Роуз. — Если ты думаешь, что её гостеприимство как-то должно на меня повлиять, то ты крупно ошибаешься!

— Да дело не в этом! Нам необходим союз с местным населением, иначе мы никогда не сможем вернуться обратно на Мобиус. Я прилагаю максимум усилий, чтобы поддерживать хорошие отношения, а ты только что всё испортила.

— Ах, я ещё всё и испортила, да? Что я там испортила? Ваш романтический поцелуй на берегу моря? Или что-то посерьёзнее, чем поцелуй?

— Эми…

— А, я поняла, да. Вы хотели друг другу в любви признаться? Что, я права?

— Эми…!

— Запомни, Соник: ты мой, и я тебя никому не отдам! — оскалилась Роуз, ткнув ежа в грудь пальцем. — То, что мы на её территории, не даёт ей права трогать чужое!

— Эми!

— Таким с виду одиноким девочкам только дай волю, они и…

— ЭМИ!!! — сорвался Соник.

Роуз так и застыла в ужасе, вздрогнув от неожиданности. Синий ёж был зол, метая молнии тёмно-зелёными глазами. В такие моменты, казалось, что он намного страшнее и мрачнее самого Шедоу, у которого подобное состояние уже давно вошло в норму.

— Д-да, С-соник? — осторожно вопросила Эми.

— Я не твой парень! — мрачно огорошил её Соник.

Ежиха округлила от услышанного глаза, и холодок пробил её тело насквозь, лёгким ветром взметая упавшие на землю листья.

— Я не знаю, с чего ты вдруг вбила себе это в голову, но я никогда не принадлежал тебе и уж тем более ничего не обещал! — чеканя каждое слово, говорил синий ёж. — Моя ошибка в том, что я вместо того, чтобы раз и навсегда поставить в этом бреде точку, только и делал, что убегал, надеясь, что мои действия будут понятным ответом. Увы, я ошибался!

— С-соник… — прошептала Эми.

— Хватит за мной ходить по пятам! Я пытаюсь собрать наших и обзавестись связями на этой планете, а ты всё портишь своей тупой ревностью! Мне надоело это терпеть! Нас приютили, обогрели, помогли оправиться после битвы в космосе, и я не намерен благодарить тех, кто меня выручил, агрессией! Я и так потерял Соню и Мэника…! Я не хочу больше никого терять!

— Соник… — грустно всхлипнула ежиха, когда ёж прорычал сквозь зубы и отвернулся от неё.

— Голову свою приведи в порядок и прекрати, наконец, преследовать то, чего нет! — мрачно изрёк герой Мобиуса. — А мне нужно извиниться перед Лайлак за то, что ты сделала.

И умчался со скоростью звука, оставив плачущую девушку в одиночестве.

— Соник, ты жесток! — окончательно разрыдалась Эми, упав на колени.

***

Соник был уверен, что найдёт Лайлак около Драконьей Долины, возле древа. Правда, как именно извиняться, ёж не знал, ибо драконша явно озлобилась за случившееся. Окажись на её месте Кэрол или даже Милла, ситуация была бы несколько попроще: кошка отреагировала бы на оскорбления с пофигизмом, а собачка расплакалась, но ввиду доброты и мягкости характера простила бы Эми.

У древа ежа встретили переполошившиеся друзья.

— Что произошло? — тревожно вопросил Тейлз.

— Лайлак здесь? — проигнорировав вопрос друга, спросил Соник.

— Да, она там, на заднем дворике, — ответила Кэрол. — Но она очень злая, тебе лучше не трогать её сейчас.

Но синий ёж не слушал её, следуя к площадке, откуда доносились боевые крики. Выглянув из-за дерева, Соник увидел Лайлак, которая наносила мощные удары по дубовому манекену, ломая ему и голову, и руки, и даже тело. Кэрол была права: Лайлак пребывала в ярости и попадаться ей под горячую руку не следовало. Но по-другому герой Мобиуса не мог, ибо нужно было хоть как-то, но извиниться.

— Лайлак, — Соник медленным шагом направился к ней.

— Ну, чего тебе ещё? — сквозь зубы прорычала Саш, окатив мобианца яростным взглядом. — Кинца ещё не насмотрелся, поди? Так тащи свою розовую подружку сюда! Я тебя вмиг кинцом обеспечу!

— Лайлак… — ёж грустно посмотрел на неё. — Я… я прошу прощения за случившееся. Я не думал…

— Конечно же, ты не думал, Соник! Разве можно было думать, когда две бабы лупили друг друга, а ты смотрел на всё это с разинутым, как кобыла, ртом? О-о-о, было, наверное, очень весело?

— Лайлак, прости меня! И за Эми прости! Мне искренне жаль, что всё так вышло. Я не хотел.

— Мне не нужны извинения от посыльного! Я уже заметила, что ты у этой розовой на побегушках! Просто отвратительно наблюдать за твоей слабохарактерностью, ёж Соник!

— Лайлак…

— Отвали от меня! — зло зарычала на него Саш. — Катись к своей возлюбленной, а меня в покое оставь! Жила себе спокойно, жила, и тут на — свалился на мою голову проблемный парень, да ещё и с хамоватой подружкой! Спасибо, блин, за испорченное настроение! Очень мило с вашей стороны!

Последние слова очень сильно задели синего ежа. Да что там, даже герои опешили от услышанного, наблюдая за происходящим из-за дерева. Милла заплакала и убежала, не в силах наблюдать за конфликтом, тогда как Кэрол и Наклз присвистнули от удивления. Торку тоже было неприятно лицезреть ссору двух друзей. Тейлз побежал успокаивать Миллу.

— Ну извини, Лайлак! Извини меня за то, что я свалился тебе на голову, — вдруг заговорил Соник, но теперь в его голосе была обида, а не чувство вины. — Прости меня за то, что я не посмел тебе возразить, когда ты настояла на том, чтобы я остался у вас. Извини меня за то, что я потерял своих брата и сестру, а вместо того, чтобы их искать, перед тобой распинаюсь за то, в чём не виноват. Извини, что появился в твоей спокойной жизни и привнёс в неё только хаос. Извини, пожалуйста! Прости меня за то, что я пытаюсь найти способ, как спасти вашу планету, хотя… гр-р… да чего я вообще тут рассыпался в объяснениях!

И отправился восвояси, не желая больше разбираться в том, кто прав, а кто — нет.

— Соник… — позвал его Наклз, но ёж прошёл мимо, не ответив ему. — Ох, чёрт!

— Ну, я предупреждала, — вздохнула Кэрол. — Ты хоть не суйся.

— Да я и не собирался.

Лайлак оглянулась назад, но теперь на её лице не было и капли агрессии. Боль и обида в голосе Соника тотчас отрезвили её, а его резкий уход ветром сдул драконью злобу. Быстро осознав свою вину, Саш побежала за ним, поняв, что синий ёж на эмоциях может сделать всё что угодно, вплоть до нападения на Шан-Ту.

***

Нагнала его Лайлак в Драконьей Долине, где Соник быстрым шагом удалялся от её дома. Повезло ещё, что не побежал, иначе бы пришлось с ним играть в догонялки.

— Постой! — крикнула она, и тот перестал идти дальше. — Подожди!

— Всё, я ухожу, как ты этого хотела, — хмуро бросил Соник. — Сам разберусь с проблемами, как планировал изначально.

— Соник, прости меня за те слова, что я тебе наговорила. Я совершенно не это имела в виду.

— Я понял, что ты имела в виду. Проблемный парень уходит из твоей жизни, можешь быть спокойна.

Синий ёж хотел было идти дальше, но драконша резко обняла его со спины, чтобы он остановился.

— Соник, пожалуйста, прости меня! — взмолилась Лайлак, прижавшись лбом к его плечу. — Я наговорила тебе кучу гадостей, но сделала это в сердцах! На самом деле всё не так! Я ничуть не жалею, что нашла тебя там, на берегу моря, и совершенно не жалею о том, что привела к себе домой! Прости, что сорвалась на тебе, ты ни в чём передо мной не виноват! Пожалуйста, не уходи!

Ёж молчал, а у драконши внутри всё перевернулось от страха. Она искренне боялась, что он помчится в Шан-Ту и устроит нападение, в котором его наверняка убьют. Соник слишком мрачен был сегодня: мысли о Мэнике и Соне попросту добивали его. Конечно, злость на Эми у Лайлак ещё никто не отменял, но срываться на Сонике было более чем опрометчиво.

— Ладно… — Соник сделал глубокий выдох, после чего успокоился. — Ты тоже меня извини.

— Все хорошо, я на тебя не обижаюсь, — ответила Лайлак, выпустив его из объятий. — Прости за драку, которую я устроила у моря.

— Я уже пожурил Эми за это. Скорее всего, даже палку перегнул, но меня в тот момент накрыло.

— Всех накрыло, дружище! День, похоже, сегодня такой.

Чтобы как-то подбодрить героя Мобиуса, Саш взяла его за руки.

— Пойдём кушать? — с улыбкой предложила Лайлак. — Я как раз планировала приготовить четыре порции чили-догов.

— А как же наш спор? Ну, я про нашу с тобой гонку.

— Ай, не парься. В конце концов, мне самой хочется попробовать этот самый чили-дог, а то лапша с суши уже в печëнках сидят.

— И ты решила, что сосиска с хлебом, доверху залитая острым соусом — самое то для разнообразия?

— Абсолютно.

— Ах, Лайлак, — такое милое заискивание несколько умилило Соника, отчего он не сдержался и указательным пальцем отодвинул в сторону лиловую чёлку, что почти скрывала правую сторону её лица. Еле подавил в себе соблазн взять девушку за рог, ибо в данной ситуации это было бы лишним.

— Моя ты умничка! — мило закатила глазки авалисянка, когда мобианец, улыбнувшись, кивнул.

Тейлз к тому моменту уже успел успокоить Миллу, объяснив ей, что ничего страшного не случилось, и сейчас парочка находилась на полянке. Наклз и Кэрол стояли у дерева, обсуждая произошедшее, а точнее, думая, как его разрешить.

— Идут! — огласил Торк.

Тейлз и Милла обрадовались, когда увидели Соника и Лайлак с улыбками на лицах. Те возвращались обратно домой, и над их головами больше не было пасмурных туч. Наклз и Кэрол усмехнулись, про себя отметив, что конфликт довольно быстро разрешился, но это было к лучшему. Эми так и не вернулась с берега, однако о ней в данный момент никто и не думал.

— Чили-доги? — переспросил Тейлз, когда Лайлак объявила, что будет на обед. — Эм-м… Соник, похоже, тебя заразил своей любовью к ним.

— Пока нет, но, уверен, заражу! — подмигнул синий ёж, после чего все рассмеялись.

А за этой картиной наблюдал улыбчивый Торк, сидящий около палатки и разбирающий какую-то деталь. Мобианцы и авалисянки веселились, фонтанируя нескрываемой радостью. От увиденного он и сам усмехнулся, наслаждаясь приятной атмосферой этого удивительного места…

Но потом Торк загрустил и опустил глаза на разобранную деталь. Он искренне хотел точно так же повеселиться со своими друзьями, которых перебил в бою легион Бревона.

***

Красный джип на высокой скорости приближался к стенам королевства Шуиган, оставляя после себя облако пыли. Водителем был Спейд, везущий на задних сидениях один мешок с различными кристаллами, а также два арбалета. Смотря на дорогу сквозь красные очки, он лихо выкручивал «баранку» и едва ли не взлетал на кочках, не намереваясь их объезжать.

Заказ по похищению Королевского Камня был выполнен, благодаря чему Спейд мог браться за новое задание, которое ему должен был предложить Дейл. Покинув Священную Пещеру, он прибыл с другими ниндзя в Шан-Му, где Зао лично рассчитался с наёмником, и отправился на аудиенцию с новым королём Шуигана, хоть и было у него на душе тяжело. В последний раз Спейд был во дворце давным-давно, когда ещё не являлся наёмником «Красных Шарфов». Столько воды утекло…

Для Авалиса Спейд был преступником, и светить своим лицом перед представителями власти было более чем глупо. Однако Дейл распорядился, чтобы панду пропустили во дворец, и стражники послушно кивнули. Они забрали арбалеты и мешок с драгоценностями, после чего повели наёмника во дворец. Там, беззвучно шагая по красной ковровой дорожке, Спейд с тоской на сердце осматривал апартаменты дворца, отмечая не единичную перестановку. Много чего здесь изменилось, очень много.

Дворецкий доложил о прибытии Спейда и оставил последнего в тронном зале, поспешив удалиться. Наёмник вздохнул и сделал шаг вперёд.

— Ну здравствуй, брат. Давно мы не виделись, — тихо поздоровался он.

Дейл восседал на троне, на котором недавно сидел их отец. Как и прежде, он был одет в зелёное кимоно и чёрные штаны, завязывая длинные чёрные волосы в пучок на затылке. Изменились разве что глаза принца: некогда яркие и зелёные, полные жизнелюбия, они стали алыми, как кровь, и, кроме холода, в них не было ничего.

Дейл спустился по ступенькам вниз и лично подошёл к Спейду. Братья обменялись кивками, после чего обнялись.

— Добро пожаловать домой, брат, — не менее тихо приветствовал его Дейл. — Жаль, отец не застал твоего возвращения.

Спейд, сглотнув, кивнул. Упоминания о погибшем короле приносили ему горькую боль, лекарства от которой, увы, не существовало.

— Я не задержу тебя надолго, брат мой, покуда возвращаться к правлению мне придётся скоро.

— Что случилось? — спросил Спейд.

— Враги нашего отца не дремлют и с новыми силами собираются, чтобы нанести очередной удар. Мне нужно, чтобы ты захватил того, кто обладает нужными нам знаниями.

Дейл протянул руку, в которой держал лист, и наёмник ознакомился с изображением. Это был непонятный антропоморфный индивид зелёного цвета, облачённый в оранжево-чёрную броню.

— Кто это?

— Его имени я не знаю. Всё, что мне о нём известно — это то, что прибыл он на нашу планету из космоса, — пояснил Дейл.

— Как мне его найти? — поинтересовался Спейд.

— Он прячется, но ты, я уверен, сможешь отыскать его, если пойдёшь по следам. В последний раз он был пленён одним злодеем на Железной Крепости. Полагаю, начинать поиски тебе нужно оттуда.

Наёмник нахмурился, снова глянув на листок.

— Пока ты будешь заниматься поисками, я начну хлопотать о том, чтобы с тебя сняли все обвинения, — добавил Дейл, после чего положил руку на плечо Спейда. — Рано или поздно мы найдём того, кто убил нашего отца, и тогда...

— Он понесёт ответственность за содеянное, — холодно закончил Спейд.

— Верно.

Спейд обнялся с братом на прощание и пошёл к выходу, взяв с собой лист. Дейл тяжело вздохнул, после чего вернулся на трон…

А за этой картиной наблюдал довольный Бревон, следящий за происходящим через видеокамеру, которая была прикручена в самом дальнем углу. Так как она была оснащена интегрированным микрофоном, лорд услышал абсолютно всё, и это лишь порадовало его.

— Прекрасно, очень хорошо! — осклабился Бревон, скрестив руки на груди. — В очередной раз убеждаюсь, что идея по нейтрализации разума была отличной.

Неожиданно рядом с ним появился Синтакс.

— «Сэр, на Станции Переработки Отходов была обнаружена вторая база доктора Эггмана»! — сообщил робот.

— Эггман, видимо, так и не понял, что вся территория Шуигана находится под моим надзором, — хохотнул Бревон. — Свяжи меня с генералом!

— «Есть»!

Синтакс отправил запрос и уже через несколько секунд выдал из глаза голограмму в виде Серпентина.

— На СПО была обнаружена вторая база нашего старого друга. Собирай отряд и готовься к вылету. Сегодня вечером будет жарко!

— Да, мой лорд! Вы тоже примете участие?

— Разумеется. Хочу своими глазами увидеть потенциал нашего принца, а заодно увидеться с Эггманом. Думаю, ему есть, что мне предложить, хе-хе.

— Ша-ха-ха-ха! Будет сделано, мой лорд!

И отключился.

— Истреблять врагов надо на самом начале, пока они не представляют угрозы, — осклабившись, Бревон отправился восвояси, стуча металлическими сапогами по полу.

Глава 14: Кульминация

Сколько себя помнил лорд Арктивус Бревон, он никогда не проигрывал на войне. Те миры, по которым волной прошлись его воины, пали и стали частью великой галактической армии, не смея даже подумывать о возможном мятеже. Тысячи героев были вырезаны в назидание тем, кто хотя бы раз посмеет задуматься о том, чтобы бросить вызов Бревону. С каждым захваченным миром лорд получал новые знания и использовал их по-своему усмотрению, порождая на свет в три раза усиленную армию инопланетных ботов. Роботы, техника, кибернетика — всё это было в арсенале Бревона в избытке. Спустя определённое время, лорд даже начал задумываться о том, а есть ли во всей вселенной что-то, что сможет его заинтересовать.

Битва с Блэк Думом была колоссальна. Казалось, что Бревон падёт под гнётом иноземных демонов и станет кормом для личинок чёрной армии, но нет — лорд быстро оправился и дал ответный алаверды. После продолжительной битвы Блэк Дум пал, и Бревон присвоил себе в награду его кровь, на её основе создав мутаген, дающий его воинам немыслимое усиление. Одной инъекции хватало, чтобы Синтакс и ему подобные способны были обращаться в титанов, а Серпентин и вовсе становился гидрой. Конечно, побочные эффекты были, но демоническая сыворотка в последующих битвах применялась нечасто. Её Бревон использовал только в случае крайней необходимости.

Одним из таких стала встреча с альянсом чейзеров, которым удалось сократить армию Бревона, как минимум, на три крейсера да две тысячи воинов. Это сильно сказалось на масштабном флоте лорда, но, к сожалению, этим всё и закончилось: чейзеры были жестоко вырезаны и казнены, а некоторая их часть пошла на корм личинкам. В награду Бревон взял себе карту, на которой были изображены населённые жизнью планеты, одними из которых был Мобиус и, конечно же, Авалис. Выбор лорда пал на последнюю, поскольку, чтобы достигнуть первой, нужно было входить в режим гипер-рывка, а дредноут не мог себе этого позволить ввиду отсутствия колоссального запаса энергии.

И тогда Бревону повстречался Эггман, на «Яйце Смерти» которого было обнаружено аж семь источников безграничной энергии. Но так как человек наотрез отказался от сотрудничества, между двумя фракциями произошла ожесточённая схватка, в которой проиграли все три стороны: Бревона, Эггмана и Соника. Лорд был озлоблен, видя, во что превратился его дредноут, но сие никак не повлияло на его дальнейшие планы. Прежде всего он направлялся к Авалису с мыслями о похищении Королевского Камня, а потому тотчас же приступил к реализации. Первым делом лорд напал на Шуиган и убил короля, попутно лишив рассудка его старшего сына, принца Дейла. Затем медленно начал укреплять свою армию чужими руками, а заодно стравливать Шуиган с Шан-Му и Шан-Ту. Лорд планировал забрать Королевский Камень, восстановить дредноут и покинуть Авалис, а последствия оставить на здешние государства.

Однако на Авалисе был Эггман, а это жутко не нравилось Бревону. Пусть доктор и не преследовал милитаризм, у него было то, чего не хватало лорду - источники безграничной энергии. Одного такого камня хватило бы, чтобы привести дредноут в боевую готовность, а если использовать сразу семь, да ещё и Королевский Камень? В этом случае Бревон точно стал бы непобедимым, и все незахваченные территории склонили бы пред ним головы, признавая своё поражение. Именно поэтому Бревон не мог не воспринимать Эггмана всерьёз, желая как можно скорее присвоить себе Изумруды Хаоса, а в голове доктора оставить ядовитый клинок.

Что касалось Соника, то Бревон с бдительностью относился к его стороне. Когда ёж стал Супер Соником при помощи всех Изумрудов Хаоса, он показал настоящую их силу, сокрушив дредноут лорда одним лишь взмахом. Эта сила, это могущество, эти возможности — они искушали Бревона, который отдал бы всё, чтобы на месте зомбированного Дейла оказался сам Соник. Вот он, идеальный воин, который мог бы сместить того же Серпентина с поста генерала и стать правой рукой Бревона.

Штурмовики прибыли на Станцию Переработки Отходов (СПО), ограждённую бетонной стеной. В отличие от Железной Крепости, здесь не было громадных пушек и лазерных гауссбийц — она казалась с виду абсолютно заброшенной, словно никакого Эггмана здесь и в помине не было. Отсутствовали здесь и бадники, обычно патрулирующие территорию.

— Хм-м… — нахмурился Бревон, посмотрев на сенсоры. — Синтакс не мог ошибиться.

— Быть может, они покинули эту базу? — предположил Серпентин.

— Возможно.

Пока один штурмовик облетал СПО по кругу, остальные опустились на территорию базы, чтобы лично осмотреть её. Бревон вышел и огляделся, но никого не увидел.

— Слишком тихо, — промолвил он, двинувшись дальше.

Не нравилось ему происходящее. Рассчитывая на внезапное нападение, лорд в итоге столкнулся с полным отсутствием активности здесь, и это сильно озадачило его. Все территории Шуигана были под его контролем, и Синтакс не мог допустить ошибку, указав на СПО как на очередную базу Эггмана. Даже если бы последний решил в этот день покинуть базу, он бы не успел это сделать в кратчайшие сроки.

— Хм-м…

А потом из воды вылетела огромная ракета и со свистом влетела в летающий штурмовик, разрывая его на части. Боты тотчас же приготовились к бою.

— Ша-а-а, зас-с-сада! — прорычал Серпентин.

Из ниоткуда появившиеся бадники набросились на ботов и начали их уничтожать, а те только и успевали, что отстреливаться от них вслепую. Серпентин рванул в левую сторону, стреляя наугад, а Бревон запрыгнул на верх забора, красными от злости глазами наблюдая за происходящим. В этот момент из-под пола вырвался танкоподобный носорог и с рёвом набросился на собирающийся взлететь в воздух штурмовик, тараном унося его в стены. Завязалась битва титанов.

Над топью появилась голограмма с изображением хитро улыбающегося Эггмана, и Бревон окатил его мрачным взглядом.

— Всё-таки я не ошибся, когда предполагал, в какой стране спряталась бровастая крыса, — злобно захихикал доктор, чьи очки угрожающе блеснули. — А я думал, что дважды снаряд в воронку не попадает. Видно, некоторым лицам эти тонкости незнакомы.

— Выходит, ты ожидал нашего появления, не так ли? — холодно ухмыльнулся лорд, про себя отметив неплохую стратегию со стороны врага.

— Ещё бы! Нападения на Железную Крепость хватило, чтобы я понял, где тебя нужно искать. Хе-хе-хе! УБИТЬ ВСЕХ, КТО ВОРВАЛСЯ НА МОЮ ТЕРРИТОРИЮ! В ПЛЕН НЕ БРАТЬ!

— Я бы очень хотел на это посмотреть.

~~~

Эггман очень долго размышлял над тем, откуда Бревон прознал об его второй базе. С тем учётом, что ни он, ни Соник не знали этого, Железная Крепость должна была простоять, как минимум, ещё неделю, прежде чем доктор решит оставить её. Слит объяснил, что его истребитель был подбит как раз на границе с Шуиганом, и Эггман тотчас приступил к тщательному анализу.

Первым делом он отправил Слита и Динго на разведку, дабы те выяснили у местных Шуигана, какова ситуация в стране. Затем провёл сканирование местности и, к своему триумфу, засёк нескольких роботов Бревона, очень скрытно патрулирующих территории. Вернувшиеся наёмники доложили о внезапной гибели короля Шуигана, и тогда Эггман всё понял. Зная, что на битву с ним Бревон не пошлёт панд во избежание лишних слухов, а лично решит навестить «старого друга», доктор решил устроить ему засаду. В конце концов, лорд ему сильно задолжал в прошлом, и всецело прощать его Эггман не собирался.

— Динго, бери максимум оружия с собой, побольше самых первоклассных и эффективных роботов — и отправляйся с ними на СПО! Слит — на тебе ловушки! Сделай так, чтобы эти твари погорели прямо там.

— Так точно, босс! — отдали «честь» наёмники.

— Шедоу, — Эггман перевёл взгляд на «СФЖ». — Я усилил твои браслеты здешними кристаллами, поэтому ты сможешь произвести две-три удачные атаки «Хаос Бластом». Отправишься со мной, когда я закончу свою боевую единицу.

— Вас понял, доктор.

— И да — прихвати с собой эту девчонку! Так как нас здесь не будет, она может устроить какую-нибудь мне пакость и сбежать. Не хочу терять ценный экспонат, который можно будет использовать в будущем.

— Слушаюсь, — кивнул чёрно-алый ёж.

— Ги-хи-хи! Это Бревно у меня поляжет, как пить дать! Он допустил очень роковую ошибку, когда разозлил меня!

Около десяти кораблей отправилось на СПО, чтобы подготовиться к скорому нападению Бревона. Пленённая Соня, конечно, считала всё это самым настоящим абсурдом, но ни Эггман, ни Слит, ни уж тем более Шедоу её не слушали. По сей день влюблённый в неё Динго пытался как-то утешить бедную ежиху, ибо не хотел видеть девушку в подавленном состоянии, но получилось у него это слабо. Уже там, на СПО, Шедоу запер Соню в пустой комнате с металлической дверью, а сам отправился на передовую, где Слит вовсю готовился к скорой битве. Динго находился на нижнем секторе и оттуда следил за происходящим, держа в руках миниган с двенадцатисантиметровыми патронами. Слит ушёл к восточным секторам, вооружившись мощными ракетницами и ручным рейлганом. Шедоу отправился на самый верх.

— В этот раз эти твари передохнут, муахахаха!

~~~

Атмосфера на СПО накалилась в одночасье, и груды убитых тел — механических и почти — падали на землю, окропляя её зелёной жидкостью. Пули свистели в воздухе подобно стрижам, а ракетные взрывы закидывали образовавшиеся траншеи кусками земли. Воздушные истребители вели ожесточённую перестрелку, а танкоподобные носороги вовсю громили штурмовиков, на что те отвечали им тем же.

Серпентин слишком далеко отошёл от Бревона и вместе с ботами продвигался дальше, надеясь добраться до Эггмана лично. Он сокрушил множество бадников, однако сам пострадал не меньше, нередко прячась за своими бойцами.

— Маленький сюрприз для скользкого ублюдка, — ласково пролепетал Слит, выстреливая по противнику из ракетницы.

Оглушительный взрыв проломил в стене дыру и махом прикончил ботов, чьи мозги-глаза вывалились из капсул. Серпентин был оглушён и ударен о стену, однако нашёл в себе силы подняться и злобно прорычать. Он понял, откуда был произведён выстрел.

— Сейчас я тебя прирежу, ш-ш-шакал! — поклялся змей.

Генерал резко запрыгнул в появившийся истребитель и полетел к волку, тараном снося бадников, а заодно и балкон. Слит, конечно, увернулся, но его по инерции ударило спиной о стену.

— Ах ты, червяк! — оскалился Слит.

Он забрался в красный истребитель и полетел за Серпентином, после чего началась схватка между двумя «правыми руками» своих лидеров. Серпентин был смелее и опытнее, но Слит оказался намного хитрее и умнее, в ходе чего каждый начал теснить друг друга с нарастающей злобой.

Динго тем временем поливал нижние сектора из минигана, пачками укладывая супостатов на подходе к СПО. Шакал получил несколько выстрелов от ботов, однако он оказался в разы терпеливее и прочнее — в этом плане его спасала мускулатура. Когда на него напал вражеский штурмовик, Динго сменил контрольную точку и ушёл на другую сторону, а противника предоставил носорогу, пронзающего его титановым рогом.

Другая часть ботов таки смогла пробраться на базу и вела перестрелку там. Однако, когда они забрались наверх, им пришлось столкнуться с Шедоу, терпеливо ждавшего их появления.

— Добро пожаловать на бойню! — мрачно поприветствовал их ёж.

Метким выстрелом из двустволки он прострелил голову сразу двум ботам, а, пока перезаряжал оружие картечью, раскидал остальных «Хаос Копьями». «СФЖ» отправился дальше, попутно разнося головы ботов смертоносными выстрелами и нашпиговывая их свинцом из автомата. Верхний сектор буквально за минуту окрасился в зелёный цвет, наполняясь мозгами поверженных врагов и осколками их брони. Шедоу продолжал идти дальше, с особой жестокостью убивая супостатов. Когда в автомате закончились патроны, ёж отобрал у убитого бота плазмомёт и продолжил переть дальше, плавя голубыми сферами оппонентов. Пару раз, конечно, и в него попали, но это лишь омрачило и без того грозного Шедоу, крошащего ботов спиндэшем.

Кинув три гранаты в соседнюю комнату, Шедоу пошёл дальше, не обращая внимания на вылетающих позади него поверженных супостатов, убитых осколками. Перезарядив плазмомёт, ёж вступил в новый бой, попутно угомонив двух самых прочных противников выстрелом из двустволки. Выживший бот упал, и Шедоу убил его, раздавив ему голову ногой. Затем несколько раз телепортировался за спины врагов, атакуя их «Хаос Копьями», и появился уже в полусидящем положении, не обращая внимания на взрывы за спиной. Он выкинул пустой плазмомёт и пошёл дальше, одновременно угомонив попытавшегося подняться бота смачным выстрелом в голову.

Когда Шедоу внезапно окружили боты, он не растерялся. Выстрелив в одного, ёж атаковал другого «Хаос Копьями», третьего успокоил спиндэшем, а после вобрал в себя красную энергию. Глаза тотчас же полыхнули белоснежным огнём.

— А-а-а-р-р-р! — прорычал Шедоу.

РАЗ-ДВА-ТРИ! — и Совершенная Форма Жизни рвёт голыми руками ботов, словно берсеркер, поднимая над собой и отделяя их тела друг от друга. Мощным ударом он пробил голову супостата, раскрошил второго и чёрно-красным спиндэшем прорвался сквозь сразу семерых противников. Тогда боты в панике начали стрелять по нему из всех оружий, но их снаряды попросту отлетали от объятого красной энергией ежа, грозно приближающегося к ним.

— «Хаос Бласт»!

Алая волна вырвалась из тела Шедоу и разошлась по комнате, из-за чего та задрожала, как при землетрясении. Энергия хаоса в одночасье превратила супостатов в железный порошок, который тоже исчез после. Ёж попросту разорвал всех на части.

— Где Бревон? — Шедоу схватил единственного выжившего бота и поднял над землёй.

В этот момент в комнату зашёл ещё один вражеский отряд.

— Уже не важно, — ёж выкинул беднягу и продолжил идти дальше.

***

— Да что же там за Ад творится? — закричала Соня, когда с потолка после очередной дрожи посыпалась крошка.

Вот сейчас — именно в этот самый момент! — ежиха искренне пожалела, что не попросила Мэника научить её взламывать замки. Как бы она ни пыталась пробить эту дверь пурпурным вихрем, ничего у неё не получалось. Даже стены — и те не поддавались, по всей видимости, имеющую самую высокую прочность из всего СПО.

— Р-р-р, на совесть же старались, гады! — скрипнула зубами Соня.

Увы, от тех душераздирающих криков, что доносились снаружи, эти стены не спасали ежиху. Она с округлёнными от ужаса глазами слушала, как гибнут десятки воинов, как дрожит от сокрушительных взрывов земля, и тем страшнее ей было оставаться здесь. Эггман был безумен, и Соня в этом убедилась в очередной раз, понимая, что доктор попросту хотел убить Бревона вместе с его воинами. Но даже если он проиграет, от лорда ежихе не придётся ждать пощады, так как он тотчас же прикончит её и уберётся восвояси. Нужно было что-то делать, как-то спасаться.

Соня ударила дверь ещё раз. Затем ещё. И ещё! Она потратила на это не одну попытку, но дверь, к сожалению, ей не поддалась. В конечном итоге ежиха обессилено скатилась спиной по стене и, обняв колени, прижала их к своей груди. Это бесполезно! Выбраться девушка отсюда сможет только в том случае, если кто-то из врагов одержит победу. И то неясно, как они поступят с пленницей.

— Соник… Мэник… ребята… мне вас очень не хватает… — всхлипнула от горя Соня.

***

Бревон перебил уже не один десяток бадников и сейчас направлялся к крыше СПО, откуда был прекрасный вид на всю базу. Нередко над его головой пролетали истребители Слита и Серпентина, но лорд не обращал на это внимание, продолжая идти дальше. Его клинок перерезал не одного противника, а плазменный пистолет прикончил более пятнадцати бадников, но им всё не было конца. Однако выглядел Бревон по-прежнему свежо.

Лорд запрыгнул на крышу и подошёл к её краю, чтобы осмотреть поле битвы. Трудно было сказать, выигрывали его бойцы или нет, ибо воины Эггмана в этот раз оказывали не то, что достойное сопротивление — они попросту громили ботов, втаптывая их в грязь.

Режущий звук!

Бревон закрылся рукой от чёрно-алого спиндэша и откинул его назад, и тот превратился в Шедоу.

— Попался! — мрачно промолвил ёж.

— Снова ты, ёж Шедоу, — вздохнув, Бревон скрестил руки на груди и покачал головой. — Мне казалось, та выходка в космосе тебя уничтожила.

— Я рад, что не оправдал твоих ожиданий.

«СФЖ» подпрыгнул и применил «Хаос Копья», но лорд увернулся от каждой стрелы. Затем начал телепортироваться зелёным гауссом, одновременно выстреливая из плазменного пистолета. Шедоу оскалился и спиндэшем влетел в зелёную волну, но был отбит. Тогда ёж повторил эту атаку, за что Бревон атаковал его клинком и несильно ранил. Ёж был вынужден отступить.

— Твои усилия напрасны, Шедоу. Тебе меня не одолеть, — осклабился Бревон, снова скрещивая руки на груди. — Я сомневаюсь, что яд моего клинка сможет на тебя как-то повлиять, учитывая, что в твоих жилах течёт кровь Блэк Дума. Но от ран тебя это не спасёт.

Шедоу скрипнул зубами, но головная боль снова дала о себе знать, из-за чего он зажмурил правый глаз.

— Я вижу, тебе так и не поведали о твоём происхождении, верно? Что ж, очень «благородно» со стороны Эггмана - пускать пыль в глаза своему, пожалуй, самому первоклассному воину.

— Что ты несёшь? — прорычал чёрно-алый ёж.

— Тебя обманывают, ёж Шедоу, и это факт. Я много воевал и могу точно определить по лицам своих противников, что они чувствуют. Ты — сомнения и очень сильные.

«СФЖ» хотел выстрелить «Хаос Копьями», но лорд появился перед ним и мощным хуком отшвырнул ежа назад, продолжая насмехаться.

— Эггман разве не поведал тебе, что доктор Джеральд, его дедушка, дабы создать идеальную форму жизни, воспользовался поддержкой Блэк Дума, мм? — с улыбкой поинтересовался Бревон, продолжая шокировать ежа всё больше и больше. — Неужели он умолчал о том, что Джеральд взял кровь Блэк Дума и пустил её в твои жилы, чтобы ты мог синхронизироваться с энергией Хаоса?

— Откуда ты столько всего обо мне знаешь? — сквозь зубы вымолвил Шедоу, атакованный головной болью. — Гр-р… д-да кто ты вообще такой?

Враг грозно расхохотался.

— Я лорд Бревон, палач твоего прародителя, Блэк Дума! Я лично казнил его и присвоил себе знания, добытые из его крови. Я использую её, чтобы усиливать своих воинов и превращать их в настоящих Архонтов Войны. Из уст павшего демона я узнал о рецепте безграничных трансформаций и бесполого размножения, тем самым порождая на свет всё больше и больше воинов. И это лишь малая часть того, что я знаю.

Шедоу чувствовал невыносимую головную боль, из-за чего подогнулся в ногах и упал на колени, держась за голову. Перед глазами всплыл образ летающего чудовища с тремя рубинами во лбу, не имеющего ног. Возникшая картинка, в которой доктор Джеральд и Блэк Дум о чём-то разговаривают, находясь перед капсулой, из которой за всем наблюдал сам Шедоу.

— Я помогу тебе завершить твой идеальный проект, смертный. Но за это потребую семь Изумрудов Хаоса, когда минует пятьдесят лет, — провозгласил Блэк Дум.

— Я… согласен, — кивнул Джеральд.

Кровь иноземного демона — она давала огромные возможности своему владельцу, при необходимости позволяя ему трансформироваться в нечто ужасающее, богоподобное, ускоряя метаболизм и регенерацию. Она не подвластна была какому-либо яду, превращая своего носителя в настоящий антидот с боевым арсеналом наперевес. Это чудища, порождённые самим Блэк Думом для того, чтобы…

Убивать!

Разрушать!

Уничтожать!

Сеять гибель!

И Шедоу унаследовал ту же самую функцию, заложенную в демоническую кровь. Он имел идеальную синхронизацию с энергией Хаоса, его усиленная регенерация позволяла ему переживать не один смертоносный поединок, а иммунитет был абсолютно хладен к яду Бревона. Та рана, что лорд нанёс Шедоу, уже начинала затягиваться, что не могло не вызывать изумления. Он — машина для убийства, только и всего!

— Эггман никогда бы тебе об этом не рассказал, поскольку твоё наличие в его рядах ему крайне необходимо, — продолжил Бревон, играя жёлтыми огоньками в глазах. — Зачем говорить правду совершенному оружию, когда можно использовать его в бою, стравливая с такими, как я? Ты ему нужен в качестве исполнителя, но, как личность, тебя он не ценит. Впрочем, это поправимо.

Шедоу приоткрыл глаза и увидел остановившегося в двух шагах от него Бревона, протягивающего ему руку.

— Присоединяйся к моей армии, Шедоу! Хорошие воины мне нужны, и я дам тебе то, что по праву твоё — кровь Блэк Дума. Под моим крылом ты сможешь раскрыть весь свой потенциал, став моей «левой рукой». В награду ты сможешь попросить у меня всё, чего захочешь. Если будешь исправен и послушен, я даже отдам тебе в подчинение два захваченных мною мира. Тебе нет смысла быть безвольной марионеткой в руках племянника своего создателя, когда ты можешь добиться в моих рядах гораздо больше положенного. Присоединяйся ко мне, и ты обретёшь то, что заслуживаешь.

Шедоу скрипнул зубами…

И резко атаковал Бревона «Хаос Копьями», но тот успел отскочить назад, оставшись невредимым.

— Хорошая попытка, Бревон, да только не тому ты решил мозги прополоскать, — Шедоу поднялся на ноги и мрачно прорычал, вставая в боевую стойку. — Я никому не подчиняюсь и уж тем более не служу! Я сам делаю свой выбор, за который сам же понесу ответственность. Меня тебе не одурачить!

— Какая досада, — с разочарованием вздохнул лорд. — В таком случае ты разделишь участь Блэк Дума и станешь…

Потолок неожиданно пробило огромное копьё, и в Бревона влетело электрическое оружие. Враг успел защититься, но ток моментально прошиб его тело и отбросил назад. Из дыры вынырнул огромный титановый робот с устрашающей рожей, держа в левой руке щит, а в правой — электрическое копьё. Опешивший Шедоу отскочил назад.

— Наконец-то я тебя нашёл, проклятая жаба! — осклабился Эггман, когда Бревон поднялся на ноги. — Что, твоя армия настолько ничтожна, раз ты решил перетянуть на свою сторону Шедоу? Пф-ф, уморил ты меня!

— Я смотрю, ты знатно прошёлся по мозгам парня, коль он не думает ни о чём, а лишь исполняет твои прихоти, — ухмыльнулся Бревон, скрестив руки на груди. — Впрочем, это уже не важно. Я здесь, чтобы присвоить себе твои технологии, и мне всё равно, кто пойдёт под мой нож.

— В этот раз под мой нож ляжешь ты, бровастая крыса!

И ринулся на лорда, выставляя щит. Арктивус фыркнул и отпрыгнул назад, погружаясь в ярко-зелёную вспышку, из которой появился уже большой боевой робот.

— Я очень хочу на это посмотреть! — грозно промолвил Бревон.

Два робота столкнулись в ожесточённой схватке и принялись избивать друг друга с особой жестокостью, швыряя то в здание, то в землю, то в отряды бадников и ботов, превращая их в лепёшки. Бревон орудовал плазменными пушками, но Эггман отбивал снаряды щитом и атаковал копьём, яростно нападая на галактического захватчика. Их битва превратилась в поединок вырвавшихся на свободу титанов.

Шедоу неожиданно напрягся и закрыл лицо руками, на них принимая удар. Однако он оказался очень сильным и сумел сдвинуть ежа на несколько метров, обжигая их фиолетовым огнём. Его «СФЖ» потушил и мрачно посмотрел на панду, что спрыгнула сверху.

— Местный, — сурово промолвил Шедоу.

— Я принц Дейл, правитель Шуигана и тот, кто казнит тебя, враг моего отца! — оскалился Дейл, вокруг которого закрутились фиолетовые огоньки.

Ёж и панда столкнулись кулаками, а затем задвигались на высокой скорости, атакуя друг друга голыми кулаками. Шедоу был быстрее и крепче, но Дейл оказался на редкость талантливым воином, способным противостоять Совершенной Форме Жизни в одиночку. Они отбивали удары друг друга, отталкивали, бросались в атаку, а затем исчезали на высокой скорости, нарезая многочисленные круги по полуразрушенной крыше.

— «Хаос Копьё»! — прорычал Шедоу, в прыжке выстреливая золотыми копьями.

— «Гу-дао: Разящий луч»! — промолвил Дейл, соединяя ладони.

Из его рук вылетел молниеносный луч, и ежу пришлось телепортироваться вниз, чтобы не попасть под удар. Он раскрутился в спиндэш и пробился через брошенные пандой острые лепестки, после чего врезался тому в живот. От удара Дейл харкнул слюной, и Шедоу швырнул его в стену, куда тот врезался спиной.

— Ах так!

Дейл выпустил из рук тёмно-фиолетовое пламя, которое ринулось за ежом, но тот ловко уворачивался, избегая с ним столкновений. Тогда панда вобрал в руку весь огонь и начал обстреливать свою цель десятками фиолетовых стрел. Шедоу телепортировался прямо к Дейлу, решив по-быстрому разобраться с ним, но, видно, предвидел это принц, раз встретил «СФЖ» контратакой. Сжав пальцы, объятые огнём, Дейл с криком схватился за мех Шедоу и выстрелил, откидывая противника от себя. Тот жёстко ударился о пол и тотчас же поспешил потушить тёмный огонь, пока он окончательно не разошёлся.

Шедоу резко появился перед Дейлом и обрушил на него пятьдесят кулачных ударов, избивая его и руками, и ногами. Затем нанёс урон спиндэшем и, когда принц рухнул, закидал его «Хаос Копьями». Произошёл сильный взрыв, создавший облако пыли, но оно было тотчас же сдуто вставшим на ноги Дейлом. Он грозно улыбнулся и скинул с себя зелёную мантию, оставшись в чёрной футболке.

— «Гу-дао: Полёт Метеора»!

Дейл резко исчез, и в следующую же секунду Шедоу начал получать молниеносные, жестокие удары, заставившие его летать по полю битвы, как игрушку. Опешивший ёж даже не успевал уследить за внезапно ускорившимся пандой, а вот он появлялся везде, нанося такие атаки, от которых начало ломить тело.

— Тебе меня не одолеть! — Дейл появился перед ним и применил серию скоростных ударов, вышибая из Шедоу дух. — Ещё не всё! — притянув его к себе за руки, панда атаковал в стиле вин-чунь, обволакивая свои пальцы фиолетовым огнём. — ХИЯ! — он с потрясающей растяжкой вытянул ногу, пяткой ударив «СФЖ» в подбородок. — А это тебе на десерт!

И обрушил на него град фиолетовых фаирболлов, создавая мощный взрыв. Поверженный Шедоу с открытым ртом грохнулся на пол и больше не шелохнулся.

Тем временем Эггман и Бревон продолжали биться в воздухе. Раскрутившись в зелёный шар, лорд попробовал пробить «Эгг-Императора», но тот отбил его щитом и атаковал копьём. Противники схватились и начали давить друг на друга.

— Как и ожидалось, принц оказался очень талантливым, — похвально ухмыльнулся Бревон, когда Дейл сокрушил Шедоу. — Совершенной Форме Жизни нечего противопоставить.

— А вот тут ты ошибаешься! — осклабился Эггман, оттеснив лорда назад. — Шедоу куда сильнее, чем ты можешь себе представить.

Дейл опешил, когда из тела Шедоу начала исходить красная энергия, расщепляющая кусочки камня на молекулы. Ёж поднялся на ноги и мрачно оскалился, сверкнув белизной в пустых глазах. Панда попробовал атаковать его огненным шаром, но тот попросту растворился в энергии Хаоса.

— Что за…? — опешил Дейл.

— «Хаос»…!

Шедоу телепортировался к нему и схватил его за горло.

— «БЛАСТ»!!!

Мощный взрыв в очередной раз сотряс СПО, красным куполом расходясь в разные стороны. Когда атака закончилась, чёрно-алый ёж отпрыгнул назад и тяжело задышал от усталости. Эта способность тратила слишком много энергии, но она же была самой эффективной в его арсенале. Дейл с открытым ртом лежал в кусках камней, чья одежда была прожжена в нескольких местах…

Шедоу скрипнул зубами и упал на одно колено, прижав руку к груди. Даже те кристаллы, которые Эггман интегрировал в его браслеты, не могли максимально защитить ежа от пагубного воздействия «Хаос Бласта».

— А ты… силён… — неожиданно промолвил Дейл.

Шедоу тотчас же округлил глаза от шока. Даже не помня своего прошлого досконально, одно ёж знал точно: эту атаку если и можно было пережить, то только в том случае, если противник хорошо защищён. Однако Дейл не имел никакой защиты, но таки смог прийти в себя и медленно подняться на ноги, чем продолжал удивлять «СФЖ» всё сильнее. Из носа панды текла кровь, но он совершенно не обращал внимания на боль, центрируя зомбированный взгляд на противнике.

— К-какого…?

— Я отомщу за своего отца! Я убью каждого, кто является его врагом! Убийца не избежит моей кары! — прорычав, Дейл соединил пальцы воедино. — Не жди от меня пощады, враг! «Гу-дао: Ярость Павлина»!

Шедоу и шелохнуться не успел, как из ниоткуда появившаяся птица ударила его и сбила с ног. Дейл запрыгнул на спину Павлина и снова повторил эту атаку, но в этот раз унося чёрно-алого ежа высоко в небеса, ударив его в грудь крылом. «СФЖ» опешил: теперь они находились слишком далеко от земли.

Шедоу забрался на крыло павлина и вступил в рукопашный бой с Дейлом, который теперь шёл не на жизнь, а на смерть. Одно неосторожное движение — и он, оступившись, упадёт вниз, после чего разобьётся. Сильные порывы ветра захлёстывали и норовили скинуть с птицы, но Шедоу держался стойко, нападая на Дейла. Последний оскалился и бил противника огненными пальцами. Неизвестно, что это была за техника такая, но ежу стало настолько плохо от пропущенных ударов, что он не выдержал и харкнул кровью. Шедоу избивал Дейла и оставлял на нём внешние раны, а тот наоборот — старался бить по жизненно важным органам, что доставляло ежу мучительную боль. Но Шедоу не сдавался и лишь сильнее бил врага. Он разбил ему голову, пнул в грудь и повалил, но Дейл тотчас же схватил его за ногу, а затем толкнул к крылу павлина. Чёрно-алый ёж едва не упал, однако сумел остановиться и с разворота ударить ногой Дейла по зубам.

— ТЫ УМРЁ-Ё-Ё-Ё-ЁШЬ! — закричал Дейл.

Он схватил Шедоу и вместе с ним прыгнул с павлина вниз, чем шокировал последнего. Однако ёж продолжил обмениваться с пандой ударами, хоть и понимал, что их бой действительно был смертоносным. Они падали с огромной высоты, стремительно приближаясь к земле, соприкосновение с которой гарантировало бы смерть. Однако, когда ёж и панда почти упали, последний резко был подхвачен павлином, который взмахнул перьями и выстрелил по первому лучом молнии. Эта атака пришлась на Шедоу и им же начала таранить стены СПО, пробивая то одну стену, то другую.

Соня в этот момент сидела у стены, и титановая дверь с грохотом вылетела, заставив ежиху закричать от страха. В комнату влетел Шедоу, спиной застряв в стене, а точнее, делая в ней трафарет. Он был избит и изранен, чем ужаснул девушку.

— Ш-шедоу? — в ужасе вымолвила Соня.

Чёрно-алый ёж открыл глаза и со скоростью звука умчался из комнаты, обдав ежиху порывом ветра. Затем выскочил на балкон и оттуда приметил Дейла, кружащего на павлине вокруг СПО.

«Он сильный противник! Если буду сражаться с ним в воздухе, мне его не одолеть», — подумал Шедоу, после чего достал зелёный Изумруд Хаоса. — «У меня будет только одна попытка».

Дейл заметил появившегося ежа на крыше и тотчас же рванул к нему, дабы павлин насадил противника на свой клюв. Но стоило ему подлететь к нему поближе, как…

— «Хаос Контроль»!

…время моментально замедлилось. Шедоу прорычал и напал на Дейла.

— Узри совершенную силу!

Ёж обрушил на панду больше пятидесяти кулачных ударов, а затем золотые стрелы, которые с грохотом врезались в павлина. Как только время восстановилось, птица издала болезненный крик, а Дейл, поражённый молнией, со свистом впечатался в пол, укатываясь в другую сторону.

— ДОКТОР! — крикнул Шедоу.

Эггман тотчас же оставил Бревона и с энергичным: «Йао!» вонзил копьё в павлина, разрывая его на кусочки. Чёрно-алый ёж подпрыгнул, и «Эгг-Император» толкнул его щитом в сторону опешившего лорда. Шедоу с рычанием раскрутился в спиндэш, который тотчас же объяло золотой молнией. ВШУХ! — и он находится позади робота Бревона, которого попросту порвало на куски. Мощный взрыв сотряс поле битвы и обдал порывом ветра ежиные иглы, но «СФЖ» даже не повернулся.

Бревон вылетел из взрыва и с грохотом ударился о землю, кубарем укатившись к стене. В его алых, как кровь, глазах не было ничего, кроме осознания, что эту битву он проиграл.

— МОЙ ЛОРД! — испугался Серпентин.

— Спокойной ночи, сучка! — и Слит разрушил его истребитель ракетой.

Змей вылетел из обломков, и бегущий ему навстречу Динго прописал генералу мощный хук. X-RAY! — у Серпентина в одночасье что-то хрустнуло в шее, и он со смачным звуком улетел к Бревону, вместе с ним упав в воду.

— Ну что, девчонки — соснули? — довольно улыбнулся Слит.

— Хэ-хэ! — постучал себя по груди Динго.

Бревон видел, как бадники Эггмана уничтожают его ботов. Видел, как носороги громили штурмовиков, втаптывая их в грязь. Для лорда это было неприятно осознавать, однако в этот раз Эггман его нагнул, причём очень сильно. Дальнейшее нахождение на СПО могло вылиться ему в гибель.

— Уходим! — приказал Бревон, и Серпентин последовал за ним.

Дейл кое-как поднялся из обломков, после чего бросился за лордом. Остатки выживших, которые были на улице, вмиг загрузились в штурмовик и отправились восвояси, пока ещё был шанс на спасение.

— А это тебе на закуску, козёл! — засмеялся Эггман, выстрелив ракетой по улетающему штурмовику.

К сожалению Бревона, доктор попал по нему, в результате чего спасительный юнит с дымком пошёл куда-то вниз, исчезая за горизонтом. Их дальнейшая судьба была неясна.

На СПО поднялась тревога. Все входы-выходы были заблокированы прочными титановыми дверьми, которые заперли остатки ботов внутри. Те попытались расплавить стены и двери, но у них ничего не получилось.

— Здесь нам больше нечего делать. Уходим! — приказал Эггман, активируя режим самоуничтожения базы.

Слит и Динго кивнули, после чего побежали к истребителю.

— А как же та девушка? — вопросил Шедоу, имея в виду Соню.

— Ой, да чёрт с ней, с этой ежихой. Я получил наиболее ценный экземпляр в виде робота Бревона. Больше она мне не нужна.

— Но доктор…

— Шедоу, я тебе дал предостаточно времени, чтобы ты с ней поразвлекался. Теперь я хочу, чтобы ты вернулся к работе, а не пускал слюни на сестрицу Соника. Не бери пример с Динго, пожалуйста!

И улетел прочь от СПО.

Шедоу не знал, как ему поступить. До разговора с Соней он был слепо верен воле Эггмана, но в этот раз сомнения окончательно начали его одолевать. Эта девушка — она напоминала ему Марию и своим взглядом нередко отсылала на события пятидесятилетней давности на колонии АРК. В копилку сомнения сыпал Бревон, упомянувший уже во второй раз о Блэк Думе, а также поведав ежу краткий приквел из прошлого. Эти рассказы, эти воспоминания — их трудно было назвать фальшивыми, учитывая головную боль, что Шедоу испытывал каждый раз.

— Ты — герой, хоть и идёшь по тёмной тропке! — вспомнились ему слова Сони.

— Не хочешь ли ты мне сказать, что Шедоу является твоей ключевой фигурой в захвате Дикой Планеты? — возник в голове Соник.

— Пожалуйста, не дайте АРК приблизиться к Мобиусу!

— ДЕРЖИТЕ ЕЁ, ПАРНИ!

— Я ШЕДОУ! ЁЖ ШЕДОУ!!!

— Тебе не приходило в голову, что тебя попросту используют?

— Эггман видит в тебе только хорошего исполнителя, но никак не личность.

— Шедоу…

Чёрно-алый ёж округлил глаза. Этот голос принадлежал только одной девушке.

— Пожалуйста, помоги тем, кто нуждается в твоей защите! — тихо прошептала Мария, прежде чем закрыть навсегда глаза. — Подари им шанс на новую жизнь. Я… я люблю тебя, Шедоу! Прощай…!

Шедоу стиснул зубы.

В этот момент Соня отчаянно пыталась найти способ, как выбраться из замкнутого СПО. Она кашляла из-за обилия дыма, но, к счастью, не повстречала ни одного бота. Видимо, все солдаты Бревона находились на верхних секторах…

Шедоу материализовался перед ней моментально, чем испугал её.

— Ш-шедоу, я…! — Соня боялась, что он сейчас её ударит, но…

— «Хаос Контроль»! — прорычал ёж, хватая ежиху и исчезая в белой вспышке.

И в этот момент произошёл колоссальный взрыв, поднимая ядерный «грибок» к небесам. База в одночасье исчезла, сменяясь огромной глубокой дырой в земле. Мощные порывы ветра кольцом разлетелись в разные стороны, повалив парочку деревьев и раскачав волны на ближайшем озере. Это наверняка могли видеть те, кто находился в тридцати километрах от эпицентра взрыва. Пережить такое не мог никто.

Шедоу появился недалеко от эпицентра, когда гром миновал, и, тяжело дыша, отпустил Соню. Та в ужасе отошла от него, с усилившимся от страха сердцебиением отмечая, насколько ужасной была эта битва.

— Т-ты… спас меня, но…? — не понимала Соня.

— Ты… отведи меня… к Сонику…

Но на этом силы оставили Шедоу, и он без сознания упал ей в объятия, лицом утыкаясь ежихе в грудь. Последняя дрожащими глазами смотрела на алые полосы ежа, часть которых была покрыта ранами. Шедоу был крупнее и тяжелее, и Соне пришлось поднапрячься, чтобы не упасть под гнётом его веса. К счастью, с этим проблем девушка не испытала.

Всё было слишком спонтанно и скомкано. Теперь у Сони появилась возможность бежать отсюда прочь: Эггман наверняка считает её погибшей. Таким образом ежиха сможет избежать любых проблем с его стороны, выйти на контакт с местным населением и, придерживаясь своего прежнего плана — она хотела прикинуться журналисткой, — найти Соника и остальных.

Другая сторона Сони не могла просто так бросить израненного Шедоу здесь. Их знакомство было не самым радужным и приятным, и ёж вполне мог доставить ей проблем, но его внезапное решение сильно отразилось на Соне. Шедоу спас её, причём два раза, не прикончив там, на прежней базе Эггмана. И сейчас спас! И поэтому Соня не знала, как правильнее поступить: разум твердил одно, а сердце — другое.

Соня скрипнула зубами…

И прислушалась к сердцу, перекидывая руку бессознательного Шедоу через своё плечо.

— Надеюсь, я об этом не пожалею, — уныло процедила Соня, утаскивая Шедоу глубоко в лес, где Эггман и Бревон их уж точно не найдут.

Глава 15: Новый союзник

Несколько лет тому назад…

Сильные порывы ветра неспособны были пробиться сквозь гущу густых белоснежных облаков, что окутывали флот подобно туману. В небо устремился не один корабль, оснащённый боевой артиллерией и лазерными калибрами. Я знал одно: им нужен был парящий над морем остров. Там, где жил страж-одиночка, было то, что им нужно: волшебный Мастер Изумруд. И поэтому я нёсся вперёд, огибая препятствия и продолжая бежать дальше.

Седьмой Изумруд Хаоса…

Всё началось именно с него. Легенды гласили: «Если последний Изумруд Хаоса воссоединится с шестью стабильными, то может произойти нечто невероятное». Я не верил в это поначалу. Теперь поверил. Те наскальные писания, что мы обнаружили в Ледяном Дворце — они были правдивыми. Всё упиралось именно в седьмой Изумруд Хаоса.

Благодаря красной пружине я забрался наверх и оттуда мог получше разглядеть армию врага. Его флот был не таким колоссальным, как в прошлый раз, но увы, этого бы хватило с горстку, чтобы захватить волшебный парящий остров. Тейлз мне уже сообщил по коммуникатору, что огромный кусок земли начал терять высоту и падать в море — скорее всего, Роботник уже добрался до Мастера Изумруда. Но как? В последний раз, когда мы виделись, Наклз надёжно перепрятал его, и никакая бы чудо-техника не помогла бы врагу обнаружить волшебный реликт.

Я должен поспешить!

Вторая красная пружина закинула меня на другой выступ, где я тотчас же встретился с Ней. Она стояла напротив меня в нескольких метрах, словно знала, что я вот-вот сюда приду. Я тотчас же встал в боевую стойку, моментально воспроизводя в голове последние разы наших встреч. Холодный ветер подул с северной стороны и колыхнул мои иглы…

Вместе с красным шарфом на её шее!

***

Настоящее время…

— Теперь мне всё ясно, — вздохнула Соня.

К её удивлению, Шедоу очень быстро восстановился. Его регенерация оказалась в разы выше, чем у других: раны совсем скоро затянулись, благодаря чему ёж сразу же встал на ноги, как только открыл глаза.

«В твоих жилах течёт кровь Блэк Дума»!

Шедоу не стал ходить вокруг да около, пояснив Соне причину своего неожиданного желания увидеться с Соником. Находиться рядом с Эггманом больше не было никакого желания — ёж поставил себе в приоритет новую цель: вспомнить своё прошлое любыми способами. Авалис — это место, где Джеральд нашёл необходимый металл для создания браслетов-ограничителей, способных сдерживать неуёмную энергию Хаоса — значит, на этой планете возможно было найти и другие ответы.

Во всяком случае, Шедоу на это надеялся.

Соник был единственным, кто запечатлел последние моменты прошлой жизни Шедоу — той самой, когда «СФЖ» произвёл «Совершенный Хаос Контроль». Синий ёж — тот, кого он назвал «Истинной Формой Жизни». У него наверняка были кое-какие ответы на вопросы чёрно-алого аналога.

— Откуда мне знать, что ты не лукавишь? — увы, Соня отнеслась к просьбе бывшего врага с подозрением.

Шедоу не стал оправдываться. Достав из-за спины Изумруд Хаоса, он бросил его в руки тотчас же опешившей ежихе и сказал:

— Можешь забрать себе. Уверен, вам он пригодится в битве с доктором.

— Эу… — вот теперь сестра Соника растерялась и не знала, что ему ответить. — Но… я сама не знаю, где мне его искать.

А вот это расстроило чёрно-алого ежа. Но прежде чем он закатил глаза и махнул рукой, ежиха внезапно добавила:

— Но я знаю, как…!

Шедоу моментально навострил уши.

— С моим КПК это было бы намного быстрее, но увы, ты его разбил, — тяжело вздохнула Соня, пряча Изумруд Хаоса в карман юбки и скрещивая руки под грудью. — Мы можем проникнуть на базу Эггмана, где я снова войду в сеть и просмотрю последние записи в реестре.

— Какой в этом смысл? — не понимал хмурый ёж.

— Тогда, пробираясь на базу по вентиляции, я случайно подслушала разговор Слита с Эггманом, и говорил он как раз о неожиданной встрече с Соником. Мне нужно точное местоположение их столкновения, а там я уже что-нибудь да придумаю.

Шедоу решительно кивнул.

Они с Соней мчались на повышенных скоростях к прежней базе Эггмана, что располагалась недалеко от дикого плата. Правда, в этот раз ежу пришлось отказаться от привычного сольного передвижения и преспокойно сидеть позади малиновой ежихи, управляющей розовым байком. Где она достала его? А очень просто! Тот медальон, что девушка носила на своей шее, мог превращаться то в лазерную пушку, то в мотоцикл, то, как ни странно, в клавишный музыкальный инструмент. Чудеса? Ещё бы! Даже Шедоу, не обладающий какой-либо впечатлительностью — и тот удивился.

Пробыв в пути около двух минут, Шедоу внезапно обнаружил в Соне одну очень важную особенность: страсть к риску. Эта девушка лихо вырывалась на мотоцикле вперёд и с таким энтузиазмом огибала препятствия, что ежу оставалось лишь настороженно выглядывать из-за её плеча вперёд на случай, если та внезапно впишется в дерево. Но его опасения были напрасны! То ли Соня с детства была натасканной гонщицей, то ли родство с Соником её наделило поразительной зоркостью — ежиха ни разу не наехала на кочки, при этом не сбавляя скорости. У неё явно была отличная реакция!

Однако, когда до базы оставалось несколько шагов, ежи двинулись пешком. Инициатива принадлежала Соне, которой крайне не хотелось сталкиваться с бадниками Эггмана. Она планировала по-тихому пробраться на его базу, как и в прошлый раз, а затем так же бесшумно её покинуть.

Увы, но как только они подошли к воротам гаража, Шедоу проделал в них дыру «Хаос Копьём» и пошёл дальше, оставив красивую ежиху в немом шоке.

— Партизан с тебя ни о чём, — фыркнула Соня.

— Пусто, — Шедоу проигнорировал её замечание, взглядом окидывая помещение.

— В смысле?

— Идём.

— Что? Эй, подожди!

Чёрно-алый ёж продолжал идти дальше, тогда как малиновая ежиха уныло плелась позади него, про себя отмечая, какой же Шедоу всё-таки хам. Он ни разу не остановился, проделывая себе путь в заблокированных дверях «Хаос Копьём». Соня раздражённо скрипнула зубами: она всегда ругала Соника и Мэника за то, что они на миссиях нередко вели себя беззаботно, пренебрегая скрытностью. Но те хотя бы прислушивались к ней, да и шум, если и поднимали, то несильный. Шедоу же напрочь игнорировал такое понятие как «тишина», громя препятствия без мысли о том, что на них могут напасть.

Впрочем, Соня вскоре поняла, что им действительно незачем скрываться. Когда они вошли в главный холл, тот был абсолютно пуст. Лампочки были отключены, ящики с патронами и кристаллами исчезли. Здесь не было ни бадников, ни наёмников, ни Эггмана. Остались разве что два бронемобиля, один истребитель да несколько больших капсул, наполненных синевато-голубой жидкостью.

— Хм-м… — Соня огляделась по сторонам, оценивая происходящее. — Покидали, видно, в спешке.

Добравшись до главного кабинета, Шедоу по привычке атаковал дверь «Хаос Копьём», но та, к его несчастью, не поддалась.

— Просто предоставь это мне, — со вздохом попросила ежиха.

Она подошла к настенному электронному замку и прикинула, что тут можно было сделать. Затем произвела несколько хитрых манипуляций, и дверь в одночасье открылась, предоставляя доступ к главному компьютеру.

— Надеюсь, мне удастся что-нибудь полезное нарыть, — сказала Соня, заходя в систему.

Шедоу стоял рядом, скрестив руки на груди, и молчал. Его глаза следили за появляющимися на экране изображениями, сменяющими друг друга с большой скоростью. Копаться в подобных тонкостях ёж не умел, а потому просто ждал, когда ежиха добудет ценную для них информацию. Свою работу он уже сделал: привёл её сюда.

Красные лампочки неожиданно полыхнули в темноте…

Соня что-то буркнула себе под нос — видимо, Эггман скачал резервную копию, а сам процессор форматировал. Но потом ежиха прикусила нижнюю губу и попробовала просмотреть реестр с помощью хитрых манипуляций.

Механическое тело покачнулось, и руки, превращённые в пулемёты, нацелились на ежей…

Шедоу среагировал моментально! Не успела Соня сообщить, что наконец-то нашла информацию, как он схватил её и отскочил в сторону. И сделал это очень вовремя, поскольку в следующую секунду компьютер был изрешечён пулемётными очередями. Произошёл взрыв.

— Жди здесь! — бросил Шедоу, оставляя Соню около дверей и возвращаясь обратно.

Из темноты начали вылетать ракеты, но ёж очень ловко уворачивался от них, прыгая от стены к стене. Опешившая ежиха не могла понять, что происходит…

И в этот момент из темноты вышел могучий робот, облачённый в красную броню с чёрными руками и ногами. Его красные глаза-лампочки угрожающе сверкали в полумраке, а на громоздкие плечи были установлены прицелы, красными лазерами помогающие ему прицеливаться в мишень. На правом плече был выгравирован красный символ войны.

Шедоу увернулся от каждого снаряда, после чего атаковал робота «Хаос Копьём». Однако тот, к удивлению ежей, отбил золотые стрелы левой рукой, а из правой выстрелил ракетой. Тогда Шедоу телепортировался ему за спину и ударил спиндэшем, но враг тотчас же поймал его, после чего вышвырнул в стену. Тот её пробил.

— Ар-р-р, роковая ошибка! — мрачно прорычал Шедоу, исчезая в «Хаос Контроле».

Ёж сразил робота с помощью приёма «Лайтдэш» и повалил на пол, но тот оказался до безумия стойким. Резко поднявшись, он размахнулся и ударил Шедоу в голову, отшвыривая назад. Затем активировал пулемёты и двинулся к противнику.

— Ой-ёй, — опешила Соня, поняв, что робот идёт к ней.

— Чёрт! — Шедоу рванул вперёд.

Красные лампочки сверкнули, и юнит резко ускорился, начав стрельбу. Пулемётные очереди заставили ежа отступить и продолжить уворачиваться. Ежиха было вскрикнула, когда робот подошёл к ней вплотную, но тот внезапно развернулся и начал атаковать исключительно Шедоу, собой закрывая девушку.

— Роботы Эггмана! Задача: уничтожить! Дополнительная миссия: защищать заложника! — пророкотал робот, чем шокировал ежей.

— Он… з-защищает меня? — вымолвила удивлённая Соня.

Шедоу нахмурился и рванул вперёд. Юнит тут же превратил пулемёты в кулаки и ринулся навстречу. БАЦ! — и чёрно-алый спиндэш улетает назад от мощного механического хука, врезаясь в стену. Робот навёл на дыру прицел и выстрел ракетой. Произошёл взрыв! Соня тотчас же вскрикнула от ужаса, решив, что «защитник» прикончил ежа. Но не тут-то было! Шедоу появился над роботом и приложил его спиндэшем. Затем схватил за руку, раскрутил и вышвырнул в стену, и тот со звонким звуком о неё ударился.

— Не вмешивайся, ежиха! — грозно приказал Шедоу, рванув к роботу.

Ракету он пропустил над головой, но тогда юнит резко опалил его из огнемёта, и ежу пришлось отступать, чтобы не сгореть. Робот окончательно озлобился! Подобно танку двинул он на «СФЖ», обстреливая его из пулемётов, лазеров, огнемётов и ракетниц. Шедоу скрипнул зубами и начал отступать, понимая, что этот противник в лобовом столкновении его положит.

Соня ничего не понимала. Шедоу защищал её от робота Эггмана, а тот делал то же самое, но уже от ежа. И делал он это настолько устрашающе, что ежиха уже и не знала, как такого врага остановить. Этот робот явно делался на совесть, и греческий символ войны оправдывался по максимуму. Это непростая груда железа, которую можно положить двумя-тремя сильными атаками. Он невероятно мощный робот, раз был способен теснить Совершенную Форму Жизни.

Робот был отбит «Хаос Копьями», но внезапно превратил свою руку в бензопилу и начал размахивать ею, дабы перепилить тело Шедоу. Последнему пришлось очень быстро уворачиваться, чтобы не погибнуть. Но потом ёж двумя ладонями остановил смертоносное оружие и через руки пропустил золотую молнию, которая поразила робота. Затем раскрутился в спиндэш и отшвырнул его в стену, на что тот ответил ракетой. Оба противника отлетели назад.

— Р-р-р, ну я тебя сейчас…! — мрачно поклялся Шедоу, формируя в руке молниеносное золотое копьё.

— Враг. Будет. Уничтожен. — не менее грозно вторил робот, зажигая бензопилы пламенем.

Они ринулись друг другу навстречу, намереваясь покончить со своим оппонентом одним сокрушительным ударом. Шедоу хотел проделать в противнике огромную дыру «Хаос Копьём», а робот — распилить его надвое и сжечь…

— СТОЙТЕ! — вдруг закричала Соня и побежала вперёд, останавливаясь на середине.

Шедоу зарычал, моментально уводя молнию в сторону. То же самое сделал и робот, не собирающийся причинять ей вред. В итоге две мощные атаки пришлись на боковые части комнаты, в результате чего произошёл оглушительный взрыв. Соня, оказавшаяся в эпицентре подобных событий, едва не заработала себе пожизненный стресс, когда её маневрировали две смерти, сумевшие обжечь её холодом. Глаза ежихи на несколько секунд тупо округлились до маленькой точки, пока холодный ветер нещадно хлестал её с двух сторон.

Но, к счастью, продлилось это недолго. Когда дым развеялся, Соня оказалась в полном порядке, нервно переводя сбившееся от ужаса дыхание. Сердце отбивало бешеный ритм, отдавая в ушах барабанными ударами.

— Ты что делаешь, дура? — тут же зарычал на неё Шедоу. — Я же тебя чуть на фарш не пустил!

— Анализ действий заложника: характер иррациональный! — робот был солидарен со своим врагом.

— В-вы… — Соня так и застыла в ужасе, смотря тупо в одну точку. — Вы… к… к-конченные…?

И потеряла от шока сознание. Ёж сразу же подхватил ежиху за плечи и бережно уложил на пол, после чего склонился над ней вместе с роботом. Пережитый стресс сильно сказался на девушке.

***

— Хм-м… не нравится мне всё это, — хмуро промолвила Нира, листая документы.

Уже два дня панда практически не вылезала из «Архива», пытаясь найти ценную информацию по двум персонам, коими были сиреневая драконша да дикая зелёная кошка. «Лайла» и «Карола» — Нира не могла найти ни одну из них, в основном натыкаясь на каких-то незнакомцев, часть из которых уже давно была похоронена. С раздражением доставая очередную книгу и листая её страницы, Ли постепенно начинала осознавать, что Магистр поручил ей нереально сложное задание. Намного проще было выследить тех самых незнакомок и методом силы выбить из них необходимые показания, но это настрого было запрещено. Поэтому приходилось пить не одну чашку кофе, а порой, даже засыпать за столом, кладя голову на книги. Слишком сложно.

В такие моменты Нира откровенно завидовала Гонгу, которому Магистр никогда не поручал подобных заданий. Его миссии были просты: исследовать то или это, сокрушить и арестовать, охранять или докладывать — и всё. А вот Нире Магистр поручал более сложные задания по типу: «выследить», «проникнуть», «найти» и так далее. И ведь верно, поскольку она являлась его телохранителем и выходила на связь намного чаще, чем Гонг. Но всё-таки Нира гораздо лучше бы себя чувствовала где-нибудь в другом месте, а не здесь, в пыльной библиотеке.

— А ты, я смотрю, всё продолжаешь тухнуть, — хмыкнул Гонг, заходя в библиотеку. Девушка окинула его пасмурным взглядом. — Нашла что-нибудь?

— Да… или нет… или… не знаю, — вздохнула Нира, захлопнув очередную книгу. — Магистр просил как можно скорее найти информацию по этим двум, но я даже на миллиметр к зацепкам не приблизилась.

— Хм, интересный случай. «Архив» обычно полон информации.

— Увы, здесь всё менее радужно.

Генерал с ухмылкой покачал головой, тогда как ледяной рыцарь закатила глаза.

— А хочешь, я за тебя инфу поищу?

— Интересно, с чего это вдруг? — изогнула бровь Нира, скрещивая руки под грудью и кладя ногу на ногу. — Не припомню, чтобы ты мне хоть раз подобное предлагал.

— Мне просто надоело сидеть в карауле и смотреть на этого ежа, — честно признался Гонг, чем слегка изумил свою подругу.

— А что он делает?

— Да песни горланит про какой-то «Владимирский Централ». Ладно, один раз. Ну ладно, два! Но двадцать семь…! Моя психика этого не выдержит.

Воительница усмехнулась и покачала головой.

— Ну так что?

— Ладно, давай, — согласилась она, беря копьё и вставая из-за стола. — Лучше уж послушаю этого полоумного, чем здесь окончательно завяну.

— Спасибо! — мило улыбнулся Гонг.

Нира спускалась по винтовой лестнице, бесшумно касаясь ступенек каблуками. Так как Мэник был на особом контроле у Магистра, его посадили в отдельную камеру, напрочь лишив общения с остальными заключёнными. Но, видно, поспешили они с этим решением, раз ёж нашёл другой способ поднять себе настроение. Вот только Нира была гораздо терпеливее, чем Гонг, и её уж точно не пронять какими-то песенками с бесконечными повторами.

Однако, когда она зашла в комнату, её глаза тут же расширились. Дело в том, что дверь камеры была открыта, а Мэник стоял около стола дежурного, опуская чайный пакетик в кружку, наполненной кипятком. А вот это уже было серьёзно!

— Ни с места! — тотчас нахмурилась Нира, приготовив орудие к бою.

— Воу, начальник, полегче! — Мэник выставил ладонь, тем самым говоря, что он не планирует бежать. — Всё хорошо, расслабься. Я лишь чайку себе налить захотел.

«Чайку? Всего лишь чай попить?», — мысленно промолвила панда, следя за каждым движением ежа.

— Вот, смотри: я никуда не убегаю.

Мэник кинул два кубика сахара в чай, затем взял кружку, вернулся обратно в камеру и закрыл за собой дверь.

— Видишь, как всё просто? — с улыбкой сказал он.

Нира нахмурилась. Опустив копьё, она грозным шагом двинулась к камере, чтобы открыть дверь. Однако та, когда панда попыталась её на себя дёрнуть, не поддалась.

— Что за…? — опешила Нира. — Как ты это сделал?

— Мм, какой вкусный чаëчек! Прям-таки навевает воспоминания о тех временах, когда... а, впрочем, ладно, — ответил Мэник, усаживающийся на кровать и прихлёбывающий горячий чай. — Всё же это не те темы для разговора, с которых стоит начинать своё знакомство с очаровательной демуазель в фиолетовом одеянии — рассказывать ей о том, на какой зоне я чалился в своё время.

Ледяной рыцарь нахмурилась ещё сильнее, окатывая ежа холодным взглядом. Но тот совершенно не изменился в лице и продолжил пить чай, не убирая улыбки. Она не знала, как он умудрился открыть дверь, однако подобного не собиралась допускать во второй раз. Поэтому девушка направила на замок лезвие копья и заморозила его. Уж теперь-то ёж из камеры не выберется.

Нира скрестила руки под грудью и выжидающе посмотрела на Мэника, мол: что дальше будешь делать? Вор ничуть не смутился. Допив чай, он поставил кружку на пол, после чего улёгся обратно на кровать.

— Зона засыпае-е-е-т, лампочки зажглися-я-я-я! — запел ёж, хотя панда расценила это за завывание Акима, которому медведь не то что на ухо наступил, а вовсе отдавил. — И на вы-ы-ы-сь кинут молодо-о-о-й вертуха-а-а-а-й!

— Можешь даже не стараться, — фыркнув, Нира отошла к столу и села на стул, кладя ногу на ногу. — Меня «народным» творчеством не проймёшь.

— И сыпали им макаро-о-о-о-о-ны-ы-ы-ы-ы…!

В течении десяти минут панда сидела и с закрытыми глазами слушала песни Мэника, которые и песнями-то нельзя было назвать. В основном ёж «рассказывал» о тяжкой жизни на зоне и как легавые несправедливы к реальным пацанам, и что «А.К.А.Б.» жив, и вообще он по жизни бродяга.

Потом Мэник замолчал, видимо, осознав, что Нира абсолютно равнодушна к его вокалу. Какое-то время они просидели в безмолвной тишине, нарушаемой тиканьем настенных часиков.

— Начальник, я могу рассчитывать на амнистию?

— Как прикажет Магистр, так и будет.

— Хе-х, ну хотя бы на мизерную?

— Как прикажет Магистр, так и будет.

— Как с тобой скучно, — вздохнул Мэник, кладя себе под голову руки. — А я, между прочим, был с вами искренен.

— Мы проверим, — в прежней манере ответила Нира.

Зелёный ёж фыркнул. Увы, Ли — не Гонг, с которым он ещё час назад трещал ни о чём, рассказывая какие-то вычурные истории не без прикраса. По этой девушке было видно, что пустые разговоры — это не её профиль. Настоящая льдина!

— Слушай… — Мэник повернул голову в её сторону. — А пойдёшь со мной на свидание?

— Ты только что сам сказал, что со мной скучно, — напомнила Нира.

— А я и не беру свои слова назад. Но я оценивал обёртку, а не саму конфетку. Тебе ли не знать, что значит: «Судить книгу по обложке, не прочитав пары страниц»?

Панда хмыкнула, но в словах ежа был смысл. Как-никак, они ведь тоже оценивали его по внешнему виду.

— Впрочем, как знаешь… — Мэник отвернулся к стенке и засопел. — Ты мне нравишься, вот и всё.

Дальше за вором не было смысла следить, поскольку он мирно храпел на матрасе, изредка лишь дёргаясь во сне. Тишина вновь вернулась в комнату, и Нира, чувствуя себя в ней, как рыба в воде, с закрытыми глазами наслаждалась покоем.

«Ты мне нравишься, вот и всё».

Нира приоткрыла глаза и посмотрела на спящего Мэника. На нём висело клеймо врага и вероломного предателя, посмевшего напасть на Священную Пещеру, но отчасти девушка в этом почему-то сомневалась. И не потому, что ёж напрямую говорил всё как есть, не прибегая к лукавству, а потому что в нём чувствовался иной дух. Она — грозная воительница, повидавшая немало противников на своём веку — и она, как никто другой, знала повадки каждого представителя той или иной страны. А этот ёж был совершенно другим. Не таким, как все.

— Ты прямолинеен, — через несколько секунд прошептала Нира, после чего так же тихо добавила: — Не то что я…

***

Пришла в себя Соня лишь тогда, когда Шедоу откупорил найденную роботом бутылку и вылил ей на лицо холодную воду. Откашливаясь, ежиха приняла сидячее на полу положение и осмотрелась. Шедоу сидел рядом, привстав на одно колено, а робот навис над ними, красными лампочками вместо глаз изучая происходящее.

— Может, объяснишь, что это было? — увы, Шедоу не славился мягким характером, а потому сразу же заговорил с ней сурово. — Чем ты думала, когда выскочила нам наперерез?

— Я… — Соня опустила голову. — Я хотела вас остановить.

— Чем? Своей смертью? Очень логично, ежиха!

Модница подняла на него обиженный взгляд, но ёж ни капли не смутился, продолжая смотреть на неё с неприкрытым назиданием. Шедоу — не Соник и уж тем более не Мэник, и с ним подобное не прокатит. Даже если она обидится на него, он просто плюнет на всё это и продолжит «пилить» её дальше.

Поэтому Соня молча проглотила обиду и, не обращая на протянутую руку Шедоу, поднялась сама, стряхивая со своей одежды пыль.

— Однако постарались вы… на славу, — в «капле» вздохнула Соня, печальным взглядом окидывая помещение.

Всё, что осталось от некогда главного кабинета, где стояли и компьютеры, и столы, и тумбы — это погорелые или сожжённые останки. В стенах были проделаны больше дыры, из которых выходил чёрный дым, пол был изуродован, да и лампа под потолком больше не светила.

— Ты успела проверить информацию? — поинтересовался Шедоу и, получив отрицательный ответ, мрачно посмотрел на робота.

— Подожди, — Соня остановила его жестом, а затем повернулась к боевой единице. — Давай лучше я, а то ты всё испортишь.

Ёж фыркнул, но в этот раз всё-таки уступил ежихе.

— Боевая модель Е-123 «Омега»! — представился робот, когда Соня начала расспрашивать его. — Последний из серии «Е-100»!

Сюжет его агрессии был краток: Эггман, когда покидал базу, бросил его здесь на произвол судьбы, как ненужный хлам, чем вызвал у него злобу. К тому же, само отношение Омеги подкреплялось ещё и тем, что старший его собрат, Гамма, однажды вышел из-под контроля доктора и истребил почти всю серию «Е-100», позабыв лишь о «Е-123». Эггман долгое время корпел над последней моделью, пытаясь ему привить ту же ловкостью, что была у Гаммы, и ту же боевую мощь, коей обладал Усовершенствованный Бета.

Омега был готов к работе. Совмещая в себе качества двух предыдущих роботов, он мог переть танком на врага, при этом не утрачивая манёвренности, чем вызвал восхищение у Эггмана. Однако контролировать его доктор, к несчастью, не мог, а потому погрузил в анабиоз на долгий срок, дабы позже вернуться к нему. Это озлобило робота, который проснулся только сейчас и первым делом приступил к уничтожению роботов Эггмана, посчитав Шедоу врагом.

— Данный юнит больше не подчиняется приказам доктора Айво Роботника. Новая задача: уничтожить его! — подошёл к завершению рассказа Омега, сжимая металлическую руку в кулак.

Соня задумчиво прикусила нижнюю губу. Шедоу предал Эггмана, потому что тот долгое время водил его за нос, и Омега в какой-то степени повторял его путь. Оба — очень сильные и грозные противники, способные сокрушать не одного, а сразу нескольких бадников. Один — Совершенная Форма Жизни, и другой — Бог Войны! Эггман явно не подумал о том, что будет, если два грозных союзника внезапно пойдут против него.

И тут у Сони родилась одна идея! Шедоу грезил воспоминаниями о прошлом, намереваясь вспомнить о себе абсолютно всё. Он — сильный союзник, а потому мог отлично выручить положение героев, если бы примкнул к ним. Омега же напротив — ненавидел Эггмана и желал ему смерти! Тоже хороший союзник. Соня видела грандиозный потенциал сразу в обоих, что, несомненно, рисовало невероятные перспективы перед её глазами. К тому же, они — мобианцы, а не авалисяне! С ними не придётся строить из себя журналистку и репортёршу, для пущей убедительности изучая историю Авалиса. С ними можно было вести себя открыто, не боясь спалиться.

— Полагаю, это хороший повод, чтобы сколупать команду, — мило улыбнулась Соня, соединив ладошки.

— Я предпочитаю работать один, — холодно отчеканил Шедоу.

— Я не буду убеждать тебя в том, насколько это вычурная затея, однако давай на секунду снимем «розовые» очки и подумаем, а есть ли смысл в соло? Ты, Шедоу, хочешь вспомнить своё прошлое, поэтому будешь идти до конца, верно?

— И что с этого?

— А ты, Омега, желаешь возмездия своему создателю. Той демонстрации, что случилась несколько минут назад, хватило, чтобы я поняла, насколько ты решителен.

— Боевая модель не отступит! — грозно промолвил Омега.

— Я же хочу воссоединиться со своими друзьями и вместе с ними вернуться на Мобиус, — закончила Соня, указывая на себя. — У нас разные мотивы, но цель одна: Эггман. Если мы объединим наши усилия, то от этого только выиграем.

— Вывод: безупречный. Один в поле — не воин. Новый приказ: защищать и оберегать союзников.

— Я сам могу о себе позаботиться, — фыркнул чёрно-алый ёж, отворачиваясь от ребят.

— А взломать систему управления ты тоже в состоянии сам? — вдруг с хитрой улыбкой заговорила Соня, чем насторожила его. — А перенастроить датчики слежения тоже сам сможешь? Или, быть может, найти Соника ты сможешь сам?

Шедоу нахмурился, но на этом его гордость и закончилась. Чёрт с ним, с Омегой — ежу не нужен был силовой союзник, ибо он и сам мог положить в бою многих супостатов. А вот союзник в лице Сони, обладающий высоким интеллектом и способный считывать любую информацию со скоростью звука, был просто необходим.

— Ладно, я согласен, — сквозь зубы процедил Шедоу, возвращаясь обратно к ребятам.

— Отлично! — хихикнув, Соня взяла ежа и робота за руки, придвинула друг к другу, а сверху положила свою. — Ну, а теперь, раз уж мы стали командой, давайте думать, что делать дальше. Здесь мы информацию уже не получим, поэтому нам нужна новая база Эггмана.

— Запускаю сканирование! Радиус поиска: максимальный! — промолвил Омега, извлекая из-за плеча спутниковую антенну. — Обнаружена база Эггмана: «Пулевая станция»! Двести километров от контрольной точки!

Соня оживлённо улыбнулась и показала роботу большой палец, а Шедоу перестал держать руки на груди скрещенными.

***

Утро в Шан-Ту началось неожиданно с плохих новостей.

— Р-Р-Р, НА НАС НАПАЛИ! — зарычал Гонг и выбежал из кабинета.

Мэник тотчас же подскочил с кровати и огляделся по сторонам, однако Нира уже бежала по лестнице, держа копьё наготове. С улиц послышались взрывы и грохоты — по всей видимости, Шан-Му не успокоились, решив окончательно уничтожить последние крупицы, способные примирить два могущественных государства.

Воины Шан-Ту тем временем отражали атаки неизвестного противника, однако тот был слишком быстр, атакуя их с невероятной скоростью. Нацелив оружие, он произвёл несколько лазерных выстрелов и поразил защитников, выкидывая их с каменных стен.

— Обнаружен оригинал! Задача: ликвидировать! Дополнительная задача: нейтрализовать защиту! — и Метал Соник спиндэшем влетел в синюю утку, сбивая её с ног.

В этот момент на поле битвы выскочил Гонг. Прорычав, он выхватил из-за спины щит и откинул металлический синий шар назад, который тотчас же превратился в грозного робота. Следом за генералом выпрыгнула Нира и попыталась ударить Метала копьём, но тот резко взлетел в воздух, а затем начал их обстреливать.

— ДЕРЖИСЬ! — Гонг закрыл себя и Ниру щитом, способным выдержать натиск робота. — Что за странное существо? Никогда таких раньше не видел.

— Я тоже, — кивнула Нира, выстрелив из копья замораживающим серпом.

Метал Соник тотчас же расколол его ракетой, а затем влетел в героев спиндэшем, раскидывая их в разные стороны. Он искал «оригинал», который случайно, когда летал над местностью, заметил в этой области.

Но прежде чем он продолжил нападать, неизвестная энергия жёлтого цвета охватила его тело, а затем отшвырнула назад, из-за чего робот с грохотом проехался по полу. Нира и Гонг обернулись.

— Ты зря пожаловал в мои владения, чужак. И боль, что посеять здесь решил, тоже зря, — тихим, но властным голосом промолвил Магистр, выходя на поле боя и окатывая воинственным взглядом поднимающегося на ноги робота. — Уходи отсюда, пока я даю тебе шанс.

— Враг! Ликвидация: необходима! — и Метал Соник рванул в бой.

Магистр вздохнул. Затем выставил ладонь, и, когда робот, подлетел слишком близко, сразил его выстрелом Ци. Противник снова улетел назад и с грохотом пробил стену, моментально лишаясь левой части тела и руки. «Рана» зажужжала электричеством.

— Последний раз повторю: уходи! — холодно приказал Магистр.

Метал Соник окатил его грозным взглядом, но больше нападать не решился. Перед ним стоял очень серьёзный противник, против которого у него не было шансов. Поэтому робот развернулся и на высокой скорости полетел прочь, слегка покачиваясь во время полёта от полученного урона.

— Приведите мне заключённого, — велел Магистр.

Уже через несколько минут локация сменилась на главный зал, где Магистр, стоя на пьедестале, лицезрел приведённого Нирой Мэника. Гонг стоял у дверей, скрещивая руки на груди.

— Я не знаю, кто это был. С виду он очень похож на роботов того самого Эггмана, про которого я Вам рассказывал, — говорил зелёный ёж.

Магистр вздохнул. Затем направил ладонь на кандалы, что были на руках вора, и уничтожил их с помощью Ци, чем удивил сразу всех.

— Ваше Величество? — изумился Гонг.

— К духам мира нашего воззвал сегодня я, и ведали мне они скорое нападение вопреки нашим сомнениям, — изрёк Магистр. — Мои воины закончили с исследованием упавших обломков. Среди них была найдена запись с твоим изображением. Ты не соврал мне, иноземец, за что я дарю тебе свободу.

— Но Магистр…! — Нира округлила глаза. — Он же напал на…!

— Добрый молодец не ведал, что творит, и цель была у него иная. Ты добыла информацию по двум девушкам, что сообщили вам о нападении?

Услышав это, панда смолкла и смущённо увела взгляд.

— Понятно, — Магистр перевёл глаза на шокированного Мэника. — Ты свободен, друг мой. Можешь уходить.

Рад ли этому был ёж? Конечно же, рад! Ещё перед сном он раздумывал над тем, сколько ему предстоит пробыть в тюрьме, пока Шан-Ту ищет необходимую им информацию, а тут на тебе — всё закончилось. Очень быстро и оперативно, ничего не скажешь.

— Но… куда я пойду? — однако Мэник поник головой - по вполне логичной причине. — Я не знаю вашего мира; не знаю, где мне искать моих друзей.

Магистр, услышав это, отвернулся в сторону окна и некоторое время молчал.

— Друг мой, я не в силах помочь тебе воссоединиться с твоими друзьями. Даже духи — и те бессильны, — вздохнул правитель Шан-Ту. — Но я могу восполнить твою потерянность шансом на долгожданную с ними встречу.

Мэник выжидающе посмотрел на него.

— Собирая информацию, мои воины наткнулись на одно место, расположенное вблизи Шуигана. Ранее оно пустовало, но сейчас там кипит неизвестная нам активность. Возможно, это как-то связано с тобой, но я не уверен.

— Что Вы хотите этим сказать? — спросил Мэник.

Магистр повернулся к нему лицом.

— Пока ты не знаешь, куда идти, я предлагаю тебе на время присоединиться к моей армии и помочь мне разобраться в происходящем. Мы не знаем, что это такое и долго будем ломать над этим голову. Ты — иноземец и обладаешь большими знаниями об этой активности, чем мы. Помоги нам — и мы поможем тебе.

Зелёный ёж задумался над словами правителя. С одной стороны, это было не его дело - влезать в происходящее, которым должны были заниматься авалисяне. С другой, Мэник мог получить ответы на свои вопросы именно в этом поприще, поскольку сольное похождение наверняка аукнется ему неудачей.

Тщательно поразмыслив над предложением Магистра, Мэник пришёл к логичному выводу и, стукнув кулаком по ладони, решительно кивнул.

— Я рад, — кивнул Магистр.

Гонг отвёл Мэника в казарму, где выдал ему военную форму, состоящую из чёрно-фиолетовых одежд. Ёж, конечно, скривился, ибо и так чувствовал себя неплохо, но раз уж он стал частью Шан-Ту, то должен был соответствовать порядку. Делать нечего, пришлось переодеваться.

В тронный зал Мэник вернулся уже переодетым. На нём были чёрные рубаха и штаны, а также фиолетовая жилетка со вшитыми в неё пластинами. Старая обувь тоже осталась в казарме, уступив место чёрным сапогам с фиолетовой полоской. За спиной висели красивые бордовые ножны с жёлтыми узорами, в которых находился серебряный меч, чьим набалдашником был рубин. Единственное, что осталось неизменным — это медальон, который Мэник бережно спрятал под рубахой, и браслеты с шипами.

— Поздравляю тебя со вступлением в ряды Шан-Ту, боец! — Гонг, как истинный генерал, убрал руки за спину и стал ходить вокруг новичка, проводя ему краткий ликбез. — Прежде всего хочу предупредить тебя, что на поле боя ты должен беспрекословно мне подчиняться и ни в коем случае не идти в самоволку. Любое нарушение устава может быть расценено как дезертирство.

— Как всё серьёзно, — вздохнул Мэник.

— Само собой. На задании необходимо сохранять максимальную бдительность и держаться рядом с товарищами по оружию. Этого хватит для базового ознакомления, или мне продолжить?

— Я сообразительный, товарищ генерал.

— Тогда на этом и закончим. Нира!

Услышав своё имя, панда вздохнула и подошла к ежу. Затем извлекла эмблему с гербом Шан-Ту и ловким движением руки прикрепила её к правому плечу вора.

— Из уголовника в законники, верно? — ехидно подметил Мэник.

— Хм, — ответила Нира, возвращаясь назад.

После этого троица перевела глаза на Магистра.

— Теперь я расскажу вам о задании. Место, куда вы отправитесь, сокрыто от глаз других. Неизвестно, как, но некто смог пройти через защитный барьер и оказаться внутри него. Что там, я тоже не знаю, поэтому предупреждаю сразу: быть наготове и не выпускать оружие из рук. Гонг!

— Да, Ваше Величество? — пробасил генерал.

— Я отправляю вас троих — тебя, Ниру и нашего иноземного друга! Ответственность за проведение операции целиком и полностью возлагаю на тебя. Не подведи меня.

— Есть!

— Нира!

Услышав своё имя, панда подняла глаза на правителя Шан-Ту.

— Ты специалист по областям «Дао» и «Гу-дао» — тебе и придётся найти способ, как преодолеть барьер. Будь предельно осторожна и не растрачивай энергию понапрасну.

— Слушаюсь, — произнесла Нира.

— Новичок… — Магистр взглянул на Мэника. — Слушайся старших.

«Очень смешно», — обиделся ёж, которому не раз приходилось это слушать ещё во времена «Sonic Underground».

— Отправляйтесь на задание немедля! И помните: командная работа превыше всего.

— Так точно!

***

Метал Соник улетал прочь от Шан-Ту, продолжая искриться электричеством. Энергия, которую он никак не мог обозначить, едва не превратила его в груду металла, но на то робот и был разумен, чтобы самостоятельно анализировать происходящее. С тех пор, как Метал перестал подчиняться Эггману, он многое начал обдумывать сам. За то время, что робот провёл на Авалисе, ему удалось положить целый отряд каких-то наёмников с красными шарфами, а заодно истребить три группы ботов Бревона, случайно нарвавшихся на него. Робот-одиночка заносил в базу данных каждого, кого встречал.

Метал опустился около озера, чтобы восстановить энергию, а заодно и себя самого. Поиск дал сбой: он обнаружил совершенно не того ежа, за которым изначально гнался. Нужен был тщательный анализ.

— Энергия… неизвестное происхождение! Анализ… не Хаос! Полная противоположность Изумрудам Хаоса! — промолвил Метал Соник. — Приступаю к синхронизации! Действие: копирование!

Глаза потухли в чёрных оболочках, и железный ёж как будто отключился. Из дыры, оставленной Ци, начал исходить золотистый цвет, который охватил робота с головы до ног и погрузил в светящуюся оболочку. Животные, что находились неподалёку, тотчас же бросились наутёк, почувствовав исходящую от робота угрозу.

Когда свечение закончилось, Метал Соник сильно изменился. Помимо того, что его тело восстановилось, оно стало ещё длиннее и прочнее. Три железные иглы сменились на пять более длинных и больших, и на каждой из них появились белоснежные лампасы, — совсем как у Шедоу, только другого цвета. Поменялся и реактор в груди, увеличившись в размерах, а на руках образовались щиты. Секундная вспышка! — и сзади Метала появляется чёрный плащ, спадающий к его ногам.

— Значит, это Ци? Я запомню! — изменилась даже манера речи Метала, став больше похожей на разумную, а не компьютерную. Он поднял голову, и глаза вновь полыхнули в чёрных оболочках. — Я должен собрать больше информации о здешних науках «Дао» и «Гу-дао». Ёж Соник — ты будешь уничтожен сразу после того, как я произведу последнее копирование! Насладись последними минутами своего существования, прежде чем я приду за тобой…!

Глава 16: Тяжкий груз

Прошло несколько дней с последней битвы, произошедшей в Священной Пещере. За это время мобианцы и авалисянки больше ничего не сделали, поскольку не имели ни малейшего представления о том, куда идти дальше. А посему, чтобы время проходило с пользой, Лайлак и Кэрол решили подтянуть свою физическую форму, а заодно дать пару ценных уроков Милле, желающей научиться драться не хуже боевых подруг.

Соник умчался с раннего утра, чем никого не удивил: он не мог безвылазно сидеть дома. Тейлз изучал местные ингредиенты, часть которых пытался внедрить в «Торнадо», чтобы тот быстрее летал. Наклз, грубо говоря, «чилил»: лежал на ветке, укрытый густыми ветвями и лишь изредка спускался, ччтоб пообедать в компании.

Эми была немногословна. В основном она проводила время с Торком, разбавляя его одиночество редкими разговорами или помогая по мелочи. Произошедшее на берегу сильно отразилось на её нынешнем состоянии: ежиха больше не липла к синему ежу, да и навязываться не хотела к остальным, персонально чувствуя свою вину перед Лайлак. Они, возможно, и поговорили бы, но Лайлак с Кэрол постоянно уходили на задания, чтобы заработать немного денег.

Зато она поговорила с Соником, и разговор их состоял относительно недавно…

— Эми, я… слушай… — Сонику было неловко за случившееся. — Ты прости меня за те слова, что я тебе наговорил тогда.

— Да нет… н-ничего, — Эми вытянула ладони и отрицательно покачала головой, мол: всё нормально.

Хотя по её глазам нельзя было сказать.

— Мне нужно некоторое время побыть одной, чтобы… ну… принять, что ли. Просто… ну… т-так бывает… да…

— Эми… — Соник грустно посмотрел в спину удаляющейся Роуз, не выдержавшей этого разговора и ушедшей с предательскими на глазах слезами.

Больно ли? Конечно же, больно! В течении нескольких лет ежиха кормила себя надеждами, что однажды синий ёж одумается и наконец-то примет её чувства, но вышло с точностью да наоборот. Да так, что теперь они попросту не могли смотреть друг другу в глаза, а находиться рядом было той ещё пыткой. В этот момент Эми уходила поодаль и понимала, насколько ей тяжело. И ладно бы, будь дело всего лишь в разбитых чувствах — чёрт с ним, она бы менее болезненно к этому отнеслась. Но то, что они находились на другой планете, где нельзя было прийти домой, завалиться на кровать и прорыдать в подушку в течении недели, тяжёлым камнем давило на грудь. Как можно вести себя, когда сердце разрывается от боли, а голове нужно думать о том, как действовать дальше, как искать своих товарищей?

Эми этого не знала.

Сейчас она сидела на бревне и, подперев голову руками, печально смотрела в землю. Торк и Тейлз что-то конструировали в палатке, попутно делясь друг с другом какими-то открытиями в прошлом. Наклз… как лежал на ветке, так и продолжал лежать. Лайлак и Кэрол в это время тренировали Миллу, которая, несмотря на полученные удары (пусть и несильные), уверенно поднималась и продолжала.

ВЖУХ! — мимо дерева пронёсся неожиданный ураган, обдавший порывами ветра абсолютно всех. Ребята тотчас прекратили заниматься своими делами и огляделись. ВЖУХ! — ураган пролетел снова, но в этот раз остановился на носке одной ноги, представ перед всеми в виде улыбчивого Соника, нюхающего цветочек.

— Привет, девчонки! — ласково поздоровался синий ёж, вдыхая аромат цветочка. — Надеюсь, вы хорошо спали в обнимку друг с другом?

— Лёгок на помине, — фыркнул Наклз. — Ты где был? Мы с утра тебя обыскались.

— Я решил сделать марш-бросок до Железной Крепости и назад. Тяжело, однако, быть самым быстрым парнем на свете.

— Ну, с этим я бы поспорила, — хитро возразила Кэрол, покачивая хвостом. — Между прочим, мы так и не выяснили, кто же и вас быстрее: ты или Лайлак.

— Разумеется, я. Никакая Лайлак мне и в подмётки не годится.

— Ты смотри, как мы внезапно заговорили, — Саш скрестила руки под грудью и скептически посмотрела на него. — Быть может, мне напомнить тебе о твоём поведении под водой?

Соник на секунду осёкся, вспомнив, как драконша вместе с ним прыгнула в озеро. Всего на секунду, но этого хватило, чтобы все присутствующие начали над ним смеяться.

— Ой, да брось, я всего лишь решил тебе подыграть, — впрочем, Соник быстро вернул себе прежнюю манеру общения, продолжая… хвастать. — Было бы не хорошо с моей стороны — обнулять твои достижения одним лишь движением моего чл… кхм, безымянного пальца.

— Что это с ним? — тихо вопросил Торк, не понимая поведения ежа.

— Соник снова хвастает, — в «капле» вздохнул Тейлз. — Не обращай внимания, на него периодически нападают приступы тщеславия.

— Лайлак! — испугалась Милла, когда драконша двинулась к синему ежу. Она думала, что девушка его сейчас ударит.

К счастью, ничего не произошло. Саш подошла очень близко к герою Мобиуса и, так как уступала ему в росте, подалась чуть вперёд, упирая руки в бока.

— А ты докажи! — потребовала Лайлак.

Синий ёж с ухмылкой выкинул цветочек и наклонился сам, сталкивая холодные изумруды с горячими рубинами на расстоянии пары сантиметров.

— А я докажу! — азартно улыбнулся Соник.

Все собрались на самой высокой ветке, чтобы смотреть на сольную гонку синего ежа, так как тот с абсолютной уверенностью заявил, что сможет побить скоростной рекорд Лайлак. Последняя способна была пробежать Драконью Долину за три минуты, как сказала Кэрол. Соник с ухмылкой сказал, что сделает это намного быстрее. Он стоял на старте и ждал, когда взлетевший в воздух Тейлз махнёт флагом.

— Хе-хе-х… — Соник прикоснулся руками к земле. — Врубаю максималку!

Когда Тейлз опустил флаг, ёж с такой бешеной скоростью вырвался в отрыв, что поднял за собой целый ураган пыли и порывами ветра едва не снёс зрителей с дерева. Перед ним появилась ярко-голубая вспышка, которой он сносил с пути абсолютно всё, что попадалось ему на пути. В засчитанные секунды синий ёж исчез в Бамбуковой Роще и вернулся оттуда так же быстро, на носках приезжая обратно на старт. Тот цветочек, что он выкинул, вновь упал ему на руки.

— Э-э-э… — ошеломлённо вымолвила Кэрол, нервно дёргая ухом. — Минута и пятнадцать секунд.

— ЧТО??? — воскликнули остальные.

— Я же говорил, — довольно осклабился Соник, носом потянувшись к цветку. Его взгляд, полный самодовольства и триумфа, центрировался на Лайлак. - Ну что, сладенькая - как тебе на вкус ежиный чили-дог? За щëки помещается?

- А ты, я смотрю, несколько подоборзел, дорогуша, - нахмурилась драконша. - По самому краю же ходишь, могу и придушить - за такие словечки.

- Ой, да брось. Я же от чистого сердца и с любовью, хе-хе.

Но как бы ёж ни хвастал, результат был грандиозен: он только что сместил Лайлак с первого места. И сделал это настолько быстро, что те даже глазом не успели моргнуть. Но самое удивительное заключалось в том, что эта внезапная скорость — она появилась буквально только что. До сего момента Саш и остальные видели Соника в прежнем амплуа, когда ему нужно было сначала набрать разгон, а тут буквально с самого старта оказался в движении. Да ещё и эта голубая вспышка…

— Соник, что это было? — восхищался Тейлз, подлетая к своему другу. — Я никогда такого раньше не видел.

— Хе-х, я назвал этот приём «Boost», дружище! — гордо ответил Соник, когда остальные начали подходить к нему. — Но это ещё полбеды. Гляди!

Ёж подпрыгнул, сворачиваясь в шар, который тут же охватило ярко-голубым свечением по образу стихии Воздух. Это тоже удивило остальных.

— Я крут, не правда ли?

— Но… когда ты успел? — поражалась Кэрол. — Мы раньше не замечали за тобой подобного.

— Хэй, если я начну рассказывать каждому свои секреты, я перестану быть самым лучшим парнем на свете.

— Если ты начнёшь рассказывать свои секреты, я, по крайней мере, не оторву тебе голову за твои понты, — рявкнул на него Наклз. — Говори давай, раз уж начал.

— Хе-хе, хорошо, я скажу, — Соник выкинул цветочек и продолжил: — Я, чтобы развить такие возможности, слопал несколько синих кристаллов.

— Ты… что сделал? — насторожилась Лайлак, тогда как остальные пришли в ужас.

ПУЛЬС!

Синий ёж тотчас выпучил глаза от резкой боли в теле и через секунду рухнул на землю без сознания. Ребята моментально переполошились и бросились к нему, окружив его с нескольких сторон.

— Он…? — Милла от страха зажала рот лапками.

— Да нет, с ним всё нормально. Просто отравление на основе энергетической несовместимости, — успокоила её Лайлак, положив ладонь на лоб бессознательного Соника.

— В смысле? — не врубился Наклз.

— Дело в том, что нам, авалисянам, приходится восполнять потраченное Ци этими кристаллами, — объяснила Кэрол. — Не всем, правда, но большинству. Наши с Лайлак самые мощные атаки требуют больших затрат.

— Мне восполнять энергию не нужно, — добавила Бассет. — По какой-то причине она у меня почти всегда на максимуме.

— Понятно, — пришёл к логическому выводу Тейлз. — Соник решил восполнить энергию вашим способом и на какое-то время он даже усилил себя, но из-за несовместимости заработал себе отравление.

— Верно. А теперь берите его и несите в дом. Будем ему желудок промывать.

Все, кроме кошки, глянули на драконшу не без ужаса в глазах.

— По-другому никак, — пожала плечами Лайлак.

***

Ещё ранее Эми, увидь Соника в таком состоянии, была бы в первых рядах в качестве моральной (и не только) поддержки, заботливо порхая над пострадавшим, как пчела над самым лакомым цветком. Однако сейчас ей не хотелось идти за остальными, ибо она понимала, что ежу и так помогут без неё. А в очередной раз проводить по незажившему сердцу ржавым гвоздём ежихе очень не хотелось.

«Я не твой парень»!

Эми приоткрыла чуть влажные глаза и тоскливо посмотрела на траву, наклоняемой к земле лёгким дуновением ветерка. Слишком больно и несправедливо! И если последнее ежиха ещё как-то могла оправдать за синего ежа — она первой начала тот конфликт, — то вот второе не поддавалось, увы. Все те годы, что Роуз провела около Соника, в одночасье разбились о холодный камень на несколько осколков. Её спасение от Метал Соника на Маленькой Планете, освобождение с «Эгг-Крепости» — всё стало настолько нелепо и не важно, что ежихе хотелось выкинуть эти воспоминания из головы и заменить их чем-нибудь другим. Чем-то, кроме Соника…

«Действительно ли ты любишь Соника, а не образ, который сама себе придумала»?

Эту фразу Соня ей сказала ещё тогда, в бане «Хамам», когда некий Абдурахман по скидке предложил им окунуться в горячие воды. Ежихи разболтались о многом, друг с другом поделились некоторыми секретами, и модная соплеменница сделала свой вердикт на основе услышанного. Тогда Эми не понимала, что конкретно Соня пыталась до неё донести…

Теперь поняла. Очень хорошо поняла.

Как бы Эми ни страдала от слов Соника, занимаясь тщательным анализом, она всё больше приходила к выводу, что её с синим ежом действительно ничего не связывает. Да, он спасал её от Метал Соника. Да, вместе с Тейлзом пробрался на крепость и защитил от Е-101 «Гаммы». Да, бросил Алтарь Джеральда и прибежал в главный зал на АРК, чтобы отдать фальшивый Изумруд Хаоса. Но с тем же успехом Соник мог побежать на выручку тому же Наклзу и особенно Тейлзу, своему лучшему другу. Он делал эти вещи не потому, что кого-то там любил, а потому что защищал своих друзей. Соник никогда не видел в ней свою пассию. Только друга и не более.

Но самое неприятное заключалось в том, что Эми… понимала это ещё издавна. Когда выросла, стала зрелой, начала носить более короткое платье с красным ободком, а глаза сменились на зелёный цвет — уже тогда в голову Роуз закрадывались предательские мысли о том, что Соник всё-таки не её. Синий ёж предпочитал совершенно другое, несколько чуждое розовой; он жил только сегодня и только сейчас, и рамки в виде «Отношений» были для него сродни тюремному заключению. Он, возможно, и сам подумывал о пассии, но Эми явно не подходила по его критериям. Каждый раз, когда Роуз пыталась привлечь его внимание, Соник уходил и делал это без всякого сожаления, открыто давая понять ей, что ему это не нужно.

Но она не понимала! Она продолжала переть дальше с надеждой, что её решимость однажды «вразумит» героя Мобиуса.

Это было глупо!

Как-то Ванилла сказала ей:

— Сердцу любить не прикажешь, милая моя! Ты можешь сколько угодно сил и энергии вкладывать в предмет своего воздыхания, но, если отдача так и не приходит к тебе, стоит остановиться.

— Но я не могу. Я люблю его! — горячо возразила Эми.

— Понимаю, моя дорогая, понимаю. Я ведь, хи-хи, когда-то тоже была молодой и экспрессивной девочкой. Осознание приходит с опытом, когда мы по собственной глупости наделаем немало ошибок. Это — взрослая жизнь, и она, к сожалению, не так радужна, как кажется. Но в ней тоже есть свои преимущества и краски, помни об этом. Сейчас ты меня не поймёшь ввиду нашей с тобой разницы в возрасте. Ты поймёшь потом…

Ванилла — она была улыбчивой, милой и обаятельной женщиной, и Роуз никогда не могла понять, почему такая харизматичная крольчиха, по совместительству ещё и мать-одиночка, до сих пор остаётся вдовой. Тот же Вектор, лидер «Хаотиксов», чуть ли слюни не пускал на привлекательную даму, да и Эспио не особо-то от него отставал. Казалось бы, просто кивни головой, приоткрой дверь своего дома со словами: «Я здесь одна» — и дело в шляпе! Это было просто, но, видно, какие-то сложности, да были…

Эми не понимала Ваниллу, но нашла утешение в лице маленькой Крим, которая чистосердечно вдохновляла её на то, что Соник однажды сдастся под чарами розовой сердцеедки. И плевать, что девочка была маленькой и соображала о жизни с кот наплакал — Роуз хотела слышать именно это, а потому слова малышки прочно засели в душе импульсивной ежихи.

Она хотела слышать то, что хотела слышать, но никак не правду!

Отсюда также происходило и неприятельское отношение к экстравагантной Руж, которую Эми ненавидела. Нередко мышка подшучивала над ежихой, ссылаясь на её отсутствие опыта, и ежиха, неспособная хладнокровно относиться к замечаниям, размахивалась молотом, обещая шпионке переломы в разных местах тела. Но напрасно! Руж мало чем отличалась от той же Сони, а её жизненный опыт был намного краше и ярче, и юная Эми уже давно бы разочаровалась в жизни, пройди она тот путь, который однажды прошла мышка. Но Роуз было плевать! Она слушала лишь тех, кто был с ней согласен, тогда как остальные не находили в её внимании даже мельчайшего снисхождения.

— Эй.

Эми вздрогнула от неожиданности и, повернув голову, увидела подошедшую Лайлак.

— Я понимаю, что наши взаимоотношения начались не с самого приятного, но, если честно, у меня сердце обливается кровью при виде тебя, — сказала драконша, в чьих глазах не было ни капли враждебности.

Ежиха грустно вздохнула и увела взгляд. Сиреневая героиня присела рядом с ней.

— Лайлак, ты… прости меня, пожалуйста… — тихо вымолвила Роуз, прикусив от волнения нижнюю губу. — Я… сама не знаю, что на меня нашло, я…

— Эй, тише, тише, — успокоила её Лайлак. — Я сама была не лучше, так что мы обе провинились. Ты не одна виновата!

— Лайлак… я… хнык…

Ежиха не выдержала и разрыдалась, уткнувшись лицом в плечо драконши. Та опешила, но ей самой стало не менее тяжело от этого. Она обняла девушку и начала гладить её по голове, пока та лила горькие слёзы.

— Знаю, это очень больно, но на этом жизнь не заканчивается, — мягко подбадривала её Лайлак. — Ты вообще большая умница: не стала кончать жизнь самоубийством, как предпочитают это делать многие.

— Я слишком люблю жизнь, чтобы так просто лишать себя её.

— Видишь, какая ты молодец? Ты уже сделала правильный выбор! Вытри слёзы, тебе больше не за что себя винить. Всё хорошо, успокойся. Я могу тебя понять, потому что сама однажды ходила с разбитым сердцем…

Вскоре между двумя девушками завязалась дружеская беседа, в ходе которой произошедшее на песчаном берегу навсегда кануло в Лету.

— Он так просто озлобился на вас?

— Можно сказать и так. Он — парень консервативный и очень чтит традиции с данными им обещаниями, и мы не в силах были их сдержать.

— Кто он? — вопросила Эми.

— Друг из прошлого, если выразиться поточнее, — грустно усмехнулась Лайлак. — Мы так много прошли вместе - и так печально разошлись в конце.

— Но… это же был ваш выбор. Разве его не нужно уважать?

— Верно говоришь. К сожалению, многие противоречат своим словам. Даже я иногда…

Роуз кивком согласилась с ней, ибо сама нередко пренебрегала просьбами Соника к нему не лезть.

— Хи-хи! Знаешь, это может показаться грубо с моей стороны, но я не сразу поняла, что ты дракон, — хихикнула Эми. — У тебя нос похожий на мой, да и кожа такая же на ощупь.

— Соник изначально принял меня за «лиловую козу», чем рассмешил Кэрол, — рассмеялась вместе с Роуз Лайлак. — Но… вообще я не совсем дракон.

— В смысле?

— Я полукровка. Отец мой был драконом, а мать — ежихой. Не знаю, правда, что с ними случилось потом, так как меня выкрали бандиты, но результат их любви сейчас сидит рядом с тобой и болтает. Кстати…!

Драконша мило улыбнулась.

— Я раньше была похожа на ежиху.

— Правда?

— Ага. Я была сиреневой ежихой с милыми ушками, как у тебя и у Соника. Потом начала видоизменяться под воздействием генетики, что превратило меня в дракона. С одной стороны, я только выиграла от этого, так как мои хвосты… — погладила их ладонью. — Раньше не служили мне оружием. Я научилась приёму «Циклон», которым пользуюсь по сей день. А с другой…

— Мм? — Эми вопросительно посмотрела на неё, когда Лайлак тяжело вздохнула.

— А с другой… — девушка похлопала рукой по кристаллам на голове. — Они.

Каждый, кто со мной сталкивается, ошибочно полагает, что у меня острый слух. Что я могу слышать сердцебиение других, движение крови по жилам и дыхание каждого, различая его по прерывистым циклам. На самом деле это не так. Когда генетика отца начала брать верх над материнской, я получила невероятную драконью способность — чувствовать тепло живых, благодаря чему могу сражаться даже с закрытыми глазами. Но цена за это была велика: я перестала слышать звуки самостоятельно. Стоит мне снять эти кристаллы, как я оказываюсь в мире, в котором нет ничего, кроме источников тепла и холода. Это нисколько мне не мешает в бою, но вот в спокойной обстановке… знаешь, мне бы очень хотелось чувствовать себя свободной, не ограниченной какими-то кристаллами, от которых зависит часть моего… прошлого, что ли? Чтобы я, как и ты, и Кэрол, и Соник, и Тейлз, и Наклз, и Милла, могла слышать других без помощи волшебных камней, а не чувствовать их по стукам сердец. Я… была бы на седьмом небе от счастья, хе-хе…!

Эми стало искренне жаль Лайлак. Не говоря ни слова, она подсела поближе и крепко обняла её. Они обе были с генетическими дефектами: Эми с рождения была неуклюжей, вечно заплетаясь о собственные ноги, а Лайлак в момент зрелости заработала себе глухоту. У каждой были свои недостатки, над которыми нельзя было смеяться, но каждая по-своему была уникальной.

Тогда, на песчаном берегу, они, казалось, возненавидят друг друга за случившееся, но нет! Создавалось ощущение, будто на бревне сидят две старые хорошие знакомые, прекрасно понимающие суть дружелюбия и уважительного отношения друг к другу. Они — мобианка и авалисянка — имели разный жизненный опыт, по-разному подходили к тем или иным вещам, но в одном были похожи обе: тот огонь, что горел в их душах, был силён и крепок. И его нельзя было сломить ужасными новостями, от которых другие, пав духом, тотчас покончили жизнь самоубийством, ну или, в лучшем случае, остаток своих дней провели, лёжа на полу.

В обеих девушках был очень сильный дух!

Дух воина!

***

— БУА!

И Соник снова вырвал в ведро, которое придерживал Тейлз — единственный, пожалуй, кто не отходил от друга, тогда как остальные держались подальше.

— Ну что, довыпедривался, писюн? — во весь голос ржал с него Наклз.

— Пошёл ты… БУА! — Соник снова блеванул, синей жидкостью наполняя ведро. — Я не думал, что эти кристаллы мне боком выйдут.

— Радуйся хоть, что не желудок выблёвываешь, — в «капле» вздохнула Кэрол. — А ведь могло и такое случиться.

— Мамочки! — не на шутку перепугалась Милла, которой искренне было жаль синего ежа.

— Лайлак сказала, что всё будет хорошо, — улыбнулся Тейлз, подбодрив лучшего друга. — Как только твой желудок будет очищен, твоё состояние вновь нормализуется.

Милла не выдержала и покинула комнату, не в силах смотреть, как Соник мучается. А вот хохочущего Наклза Кэрол пришлось выгнать, чтобы он не сыпал соль на раны синему ежу. Впрочем, изменилось от этого мало что, ибо смех ехидны был слышен даже с улицы.

— Кажись, всё, — сказал Тейлз, когда Соник с шумным вздохом рухнул на диван. — Пойду, вынесу эту… «воду».

И покинул комнату.

— Ну и чем ты думал, когда решился на эту затею? — поинтересовалась Кэрол.

— Я заметил, как Лайлак использует один приём, «Dragon Boost» называется, — с тяжёлым дыханием пояснил Соник. — Я тоже захотел так, но моих способностей оказалось недостаточно. Понаблюдав за вами, я заметил, как вы постоянно используете эти кристаллы, и как ваша энергия восстанавливается. Я попробовал, ну а результат лежит перед тобой на диване.

— Ох, вот ты дурак! Мне почему-то казалось, что самый глупый из вас — это ехидна, но, видно, я ошибалась.

Кошка в «капле» покачала головой.

— Ладно, у нас появилась небольшая работка, так что на ужин нас ждёт царский фуршет.

— А что за задание? — спросил Соник.

— Один магнат попросил достать ему редкие кристаллы радужных цветов, — рассказала Кэрол. — Кстати, а Тейлз с ехидной идут с нами. Не хочешь присоединиться?

— Ещё бы, конечно хочу! А то тухну без дела, прям вообще не по кайфу.

— Хе-х. Ладно, как почувствуешь себя лучше, спускайся вниз. Мы тебя будем ждать.

— Хорошо. Ах да, передай, пожалуйста, Саш мою благодарность! Я бы точно загнулся, если бы не она.

Кошка собиралась уходить и почти дошла до выхода, как вдруг резко остановилась. Её хвост моментально дёрнулся.

— Что ты сейчас сказал?

— Я говорю: «Отблагодари за меня Саш»! — повторил синий ёж. — Я бы точно загнулся, если бы не она.

Кэрол закрыла дверь, чем удивила героя Мобиуса. Но ещё больше опешил он, когда девушка повернулась к нему лицом, и её кошачьи глаза сузились, став вертикальными. Не говоря ни слова, она в мгновение ока оказалась у дивана, и её когти стремительно опустились на грудь Соника, предположительно в районе сердца. Одно движение когтей — и он труп!

— Эй-эй, ты чего…?

— Откуда ты знаешь имя Лайлак? — холодно вопросила Кэрол, всё больше настораживая и без того переполошившегося парня. — Кто тебе его сказал?

— К-кэрол, успо…

— Говори, пока я не «погладила» тебя!

— Да Лайлак мне сама сказала! — выпалил Соник, поняв, что девушка попросту разрежет ему грудь когтями.

— Ты врёшь мне! Лайлак не могла тебе этого сказать!

— Да я клянусь тебе всем, чем хочешь!

— Хм-м… — кошка убрала руку с груди ежа, пряча когти в пальцах. Но её глаза по-прежнему подозрительно смотрели на мобианца. — Со Спейдом ты вроде не общался в Священной Пещере, да и не до разговоров вам было. Быть может, ты, пока бегал на пробежку, «случайно» встретился с ним?

— Да какой мне в этом смысл, скажи, пожалуйста? — оправдывался Соник. — На этой планете я знаю только тебя, Лайлак и Миллу, и больше никого. Да и стал бы я так спокойно произносить её имя, если бы мне поведал о нём враг? Сама подумай!

Кэрол хмуро смотрела на него, но в словах ежа был смысл. Он с самого начала зарекомендовал себя со стороны друга и не раз помогал им. Да что там, они даже работали в команде, когда проникали на Железную Крепость и в Священную Пещеру. Соник уже давно доказал, что не является чьим-либо шпионом, а лишь хочет остановить злодея и вернуться на Мобиус.

— Не понимаю, — Кэрол скрестила руки под грудью, продолжая нервно покачивать пушистым хвостом за спиной. — Чтобы сама Лайлак сказала своё настоящее имя малознакомому… бред!

— Я тебе не вру, дружище! — поклялся Соник. — Это произошло как раз тогда, когда она передралась с Эми. Мы с Лайлак сидели около моря, и неожиданно она сказала: «Саш Лайлак — так меня зовут».

— Дело в том, что Лайлак очень не любит, когда её зовут по имени. Если честно, я сама не знаю, с чем это связано — она постоянно мне твердит о каком-то тёмном прошлом, о котором даже я, её лучшая подруга, не знаю, — но очень мало кто может назвать её Саш.

— Ну… не знаю… может, влюбилась в меня?

Кошка хитро осклабилась и наклонилась к ежу поближе, чем насторожила его.

— Влюбилась? — скептически повторила она.

— Я всего лишь предположил, а не набиваю себе цену, — добавил герой Мобиуса. — Такое же возможно, разве нет?

— В её случае — нет. У Лайлак много поклонников из соседних деревушек, и некоторые из них даже гуляли с ней под луной на берегу моря. Однако ни один из них не услышал от неё её настоящего имени. Ни один, понимаешь? Ни один! А ведь она их знает около трёх, а то и четырёх месяцев, смекаешь? С тобой же она знакома на тот момент была два дня, однако сразу же поделилась своим секретом. Что-то тут не чисто!

— Ну… быть может, потому что я иноземец?

— Тогда почему она не рассказала своё имя тем же Тейлзу, Наклзу, Эми или Торку? Никому, кроме тебя?

Соник не на шутку насторожился. До сего момента он и подумать не мог, что это прям какая-то сверхтайна, покрытая мраком. Ёж не придал этому значения тогда, когда они мило общались у моря, однако сейчас, слушая Кэрол, сомнения вновь начинали одолевать его. Слишком всё странно!

— Ладно, я тебе верю, — вздохнула Кэрол. — Извини, что набросилась. Издержки прошлого.

— Да не, всё нормально, — поспешил успокоить её Соник. — Я не знал, что всё так серьёзно.

— Не то слово что серьёзно. Можно сказать, по этой причине мы с ней и оставили прошлую жизнь, начав новую в Драконьей Долине… а, впрочем, это уже совсем другая история.

Кошка отправилась к двери, но на секунду задержалась, чтобы обронить:

— Никому о нашем разговоре, ок?

— Разумеется.

Соник остался наедине с мрачными размышлениями о случившемся. В голове моментально возник образ злосчастного шкафа со «скелетами» внутри, который не давал ему покоя по сию минуту. Иногда Сонику удавалось избавить себя от мысли о плохом, но она с каждым разом возвращалась вновь, а сегодняшняя демонстрация великой тайны и вовсе огорошила его. Это не просто тёмное прошлое, о котором даже шёпотом воспрещалось говорить.

Это те самые знания, за которые могли убить!

«Предательницы на огонёк пожаловали»!

Что Спейд имел в виду, когда называл их «предательницами»? Если с Кэрол всё было понятно — она как раз-таки себя не скрывала, открыто говоря Сонику, что к чему, — то вот с Лайлак картина была куда менее радужна. Те глаза там, на берегу моря — в них синий ёж видел собственное отражение и загадку, но какую именно — неизвестно.

— Я… похоже, сбрендил, — промолвил Соник, слегка постукав себя по лбу ладонью. — Мне стоит поменьше об этом думать.

***

Мобианцы и авалисянки собрались внизу, когда были готовы к заданию. Пока Лайлак проводила краткий инструктаж Милле о том, что в бою ей лучше держаться позади остальных вместе с Тейлзом, последний интересовался самочувствием Соника. Наклз всё ещё не прекращал смеяться с синего ежа, однако делал это уже не так органично и живо, как раньше. Кэрол натянула привычную ухмылку, мол: всё нормально.

— Мы с Кэрол обычно управляемся за два-три часа, но с вами, я уверена, это будет намного быстрее, — сказала Лайлак. — В пещерах на нас могут напасть монстры, поэтому будьте бдительны, хорошо?

— Ну наконец-то я набью кому-нибудь морду, — весело пропыхтел Наклз. — Давно пора размяться, а то всё водка, водка.

— Я думаю, нам пригодятся пара кристаллов, которые мы с Торком в дальнейшем сможем использовать, — улыбнулся Тейлз, на что чейзер ответил кивком. — Мы с ним подводную лодку строим.

— ДА ЛАДНО? — опешили все.

— Ага. Будем исследовать моря и океаны, хе-хе.

— Звучит здорово! — обрадовалась Милла.

— Я пас, — кисло брякнул Соник, чем рассмешил всех. — Я в воду ни ногой!

— Ладно, тогда давайте сразу разобьёмся на пары, — Кэрол кашлянула в кулак. — Я пойду с Соником.

— А почему это ты пойдёшь с Соником? — нахмурилась Лайлак.

— Потому что ты с ним уже не раз выступала в паре на заданиях. В этот раз ты пойдёшь… хм-м… с Тейлзом. А ехидна пусть топает с Миллой.

— Фух, — с облегчением выдохнул Наклз. — С кем угодно, лишь бы не с тобой.

— Ой, да больно ты мне нужен, пф-ф!

— Обещаю не отставать, — заверил драконшу лис. Та, улыбнувшись, кивнула.

— Держись рядом и прикрывай меня по возможности, — предупредил хранитель Мастера Изумруда.

— Хорошо! — мило улыбнулась собачка.

— Эми! — Лайлак посмотрела на ежиху. — Пригляди, пожалуйста, за домом, пока нас не будет.

— Не вопрос! — улыбнулась в тридцать два зуба Роуз.

Команды «Мобиус» и «Авалис» отправились вглубь диких гор, где находилось множество волшебных кристаллов, попутно пожелав друг другу удачи. Это задание не было крайне сложным, но бдительность лишней уж точно не будет.

— Похоже, мы вдвоём остались на хозяйстве, — хихикнула Эми.

— Это точно, — хмыкнул Торк. — Ладно, я пойду конструировать дальше. Хочу побыстрее закончить работу.

— А я пойду что-нибудь приготовлю к возвращению ребят.

— Хорошо.

Лайлак лично разрешила Роуз прикоснуться к кухне, посему ежиха порхала аки повариха с четвёртым разрядом сварщика, решив порадовать авалисян вкуснейшими блюдами Мобиуса. В этом амплуа Эми недалеко ушла от Лайлак: несмотря, казалось бы, на довольно детский характер, в плане готовки ежиха могла дать фору тем же самым Крим и Руж (последняя пренебрегала готовкой, предпочитая фаст-фуды). Потому то, что готовила Эми, стабильно было вкусным, сытным, а главное, полезным.

Разговор с Лайлак придал Эми много энергии и сил. Пусть она и Соник уже не будут вместе, но на этом жизнь не заканчивалась — она только начиналась. Конечно, на сердце от этого легче не стало, но Роуз искренне верила, что за пасмурными облаками всегда есть солнечный лучик. Пройдёт определённое время, но на Мобиус она вернётся с чистыми совестью и душой и расскажет Крим, а заодно Ванилле о том, чему она научилась на Авалисе.

Вот они удивятся-то!

Торк прикручивал болты к своему детищу, попутно стирая масляные краски мазутной тряпкой. В отличие от остальных, он был самым немногословным и редко вступал в какие-либо дискуссии, в основном предпочитая либо слушать, либо что-то делать. Таким чейзер рос с ранних лет, таким его воспитывал капитан, павший в бою с Бревоном. В Альянсе прежде всего ценилась сдержанность, а также дисциплина, порядочность и ответственность. С этим Торк справлялся на все сто, благодаря чему всегда выбивался в высокие ряды.

Торк смахнул мазут и задумался о прошлом. Когда чейзеры пали, он пошёл в самый настоящий ва-банк, проникая на дредноут Бревона, чтобы подорвать его вместе с собой. На тот момент чейзер не знал, существует ли кто-то, кто сможет дать достойное сопротивление Бревону и его армии. Не понимал, существует ли в этой вселенной оружие, способное теснить галактического захватчика.

И в тот самый момент он увидел через окно «Яйцо Смерти» Соника, который, объединившись с Эггманом, начал громить Бревона. Потом подключился Шедоу, проделывающий в дредноуте дыру, а затем и Супер Соник явил себя во всей красе, махом сокрушающий тысячную армию кровожадного узурпатора. Сказать, что Торк был поражён до глубины души на тот момент — это не сказать ничего: такого ранее ему не предстояло лицезреть. Однако картину подпортил Слит, каким-то образом умудрившийся проникнуть на дредноут и вырубить Торка, после чего доставить на Железную Крепость.

Он остановился за камнем и оттуда наблюдал за большим деревом, где находился маленький домик…

Торк переживал, зная, на какие фокусы способен был Бревон. Не меньше тревоги испытывал, когда задумывался об Эггмане. Однако мобианцы и авалисяне были полны решимости и отваги. Если Кэрол и Наклз поначалу хотели сложить с себя ответственность, возложив её на плечи других, то сейчас они были одними из первых наряду с Соником и Лайлак, готовые дать любому негодяю по шее. И, видя то, как они стараются, Торк и сам не заметил, как начал наполняться решимостью.

Он аккуратно двинулся к палатке, попутно оглядываясь по сторонам во избежание ненужных встреч…

Торк видел шанс на победу над Бревоном, при этом не уничтожая Королевский Камень. Видел возможности и директивы, в которых лорд проигрывал не только героям, но и Эггману. Ему удалось прочистить мозги Дейлу, однако у руля оставались ещё такие личности, как Мэр Зао и Королевский Магистр, за которыми пойдут многотысячные воины. Здесь не только Бревон, но и Эггман обалдеет, когда союзники окружат их со всех сторон.

Он протиснулся в палатку…

— Это ты, Эми? — оглянулся Торк, услышав сзади себя шорох.

Роуз тем временем заканчивала с прожаркой овощей и добавила их в картофель. Когда жаркое было готово, ежиха залила сие творение сырным соусом, слегка поперчила маленькой щепоткой и попробовала на вкус.

— Обалденно! — довольно улыбнулась Эми. — Надо чтобы кто-нибудь снял пробу. Пойду, позову Торка.

Ежиха решила не кричать на всю улицу, а лично заглянуть к нему в гости, чтобы сопроводить до кухни в качестве эдакого дворецкого. Даже сама мысль об этом просто будоражила настроение Роуз в хорошую сторону, ибо та представляла, как чейзер удивится, а затем попросит добавки. Что уж там, в своём кулинарном мастерстве Эми не сомневалась.

— Хэй, Торк, я тут… приготовила… у… жин… — но стоило ей заглянуть в палатку, как её глаза округлились.

Торк без сознания лежал на полу, но удивил Роуз не он, а незнакомец в лице белой панды, который связывал чейзера по рукам и ногам. Услышав за своей спиной женский голос, парень насторожился, а затем медленно обернулся в её сторону. Зелёные глаза с чёрными вокруг них пятнами, красный на шее шарф...

— Осечка! — раздосадовано фыркнул Спейд.

БАЦ! — и Эми кубарем вылетает из палатки, атакованная взрывной картой. ВЖУХ! — и она прижата к дереву, схваченная наёмником за горло. Тот намеренно сдавил пальцы, дабы перекрыть ежихе кислород. В другой руке он держал режущую карту.

— Я всё просчитал: иноземцы с девчонками ушли, оставив чейзера одного. Но вот незадача: про тебя не подумал, — холодно пояснил Спейд. — Не думал, что до этого дойдёт, но мне свидетель не нужен.

Эми тотчас же схватила его за руку, и в этот момент панда округлил глаза: несмотря на хрупкую внешность, ежиха оказалась невероятно сильной девушкой. Она буквально разжала его пальцы вокруг своего горла, а затем врезала ему так, что парень отлетел назад на несколько метров и упал.

— Зато мне нужен! — зло огрызнулась Эми, призывая «Пико-Пико». — Вот ребята удивятся, когда я покажу им чужака на их территории!

— Если ты только не умрёшь к тому моменту, — мрачно прошипел Спейд.

Ежиха с криком бросилась в атаку, начав размахивать боевым орудием во все стороны. Увы, панда был ловок и быстр: ни один из ударов девушки его больше не доставал. Зато он метнул несколько карт и порезал Роуз плечо, из которого тотчас же хлынула кровь. Эми вскрикнула от боли и зажала рану — и Спейд точным ударом повалил её на землю, намереваясь картой перерезать ей горло. Однако он снова подошёл близко, и Роуз моментально скрутила его, выкручивая ему руку. Спейд мрачно прорычал, после чего искрутился и ударил Эми локтем в лоб. Та выпустила его, и панда, подпрыгнув вверх, закидал девушку картами.

— А-А-А-А! — закричала Эми, когда взрывы накрыли её.

— А это тебе на десерт, — и Спейд швырнул ей под ноги маленький мешочек, из которого хлынул рыжий дым.

Роуз приняла это за дымовую завесу и сразу же размахнулась молотом, чтобы враг не подошёл к ней ни спереди, ни сзади. Увы, но это была не завеса…

— Ах… чёрт… г-газ…! — и Эми без сознания упала на землю.

Спейд дождался, когда газ рассеется, после чего подошёл к усыплённой противнице. Даже неинтересно было биться с ней, ибо максимум, что она смогла сделать — это один раз врезать ему по челюсти. И то только потому, что панда подошёл к ней слишком близко. Но стоило отметить, сил в её руках было предостаточно! Наёмник молча посмотрел на большой молот и понял, с чем это было связано.

Спейд был сильно озадачен, когда узнал, куда вели следы с Железной Крепости. Правда, для этого ему пришлось едва ли не по пояс идти в вонючей воде и пробираться по заброшенным туннелям, попутно расчищая себе проходы с помощью гу-дао. Та застывшая субстанция — Спейд сразу же понял, что здесь постарались Лайлак и Кэрол. Идя по следам далее, он вскоре пришёл в Драконью Долину, а затем наткнулся на это дерево, где всё увидел своими глазами. Вот, где прятались те самые предательницы, за чьи головы давали огромные деньги сами «Красные Шарфы». Неудивительно, что их так долго не могли найти.

Спейд знал, что не сможет драться со всеми, а потому ждал, когда герои уйдут. Для этого ему потребовалось уговорить одного мажора подкинуть «местным волонтёрам» работку в диких горах, чтобы Лайлак и Ко клюнули на наживку. Спейд ждал и, наконец, дождался. Он лично видел, как мобианцы и авалисянки шли к горам. Задание было успешно выполнено!

Но вот Эми всё испортила. Спейд не знал о ней от слова совсем! Он был в курсе, кто такие Соник, Тейлз, Наклз, Соня и Мэник. Даже Эггман, Шедоу, Слит и Динго — и про них знал. И тем удивительнее ему было обнаружить здесь мобианку в лице Эми. Каким образом ей удалось не попасть под «Всевидящее Око» Дейла, Спейд не понимал.

Спейд присел около Эми и поднёс острую карту к её горлу, но убивать пока не спешил. Ему не нужен был свидетель, однако оба варианта — помиловать или убить! — отпадали ввиду Лайлак и Кэрол. Сохрани панда ежихе жизнь, и она расскажет своим друзьям о белом чужаке с красным шарфом на шее — и тогда разъярённая Саш придёт за ним лично. А с тем учётом, что она будет не одна, «Красным Шарфам» точно не поздоровится. Те же последствия перекладывались на второй вариант: Лайлак и Кэрол знают все способы убийств, коими Спейд пользовался, и точно догадаются, что это был он.

— Хм-м… — Спейд убрал карту и несильно похлопал Эми по щеке. — Благодари судьбу, девчонка! Уверен, брат оценит, что я доставил ему не только основную цель, но и дополнительный «язык».

Роуз слабо приоткрыла глаза, но, к сожалению, это было полусонное состояние. Сквозь пелену она могла рассмотреть лишь парня с ярко-зелёными, почти изумрудными глазами, в которых была холодная решимость.

Точно такая же, как на берегу моря!

— Со… ник… — тихо прошептала Эми и закрыла глаза, проронив слезинку.

Спейд не стал долго возиться. Связав Эми, он отнёс к джипу сначала её, затем Торка, после чего покинул Драконью Долину.

— Чужак у тебя? — спросил Дейл, когда наёмник связался с ним по коммуникатору.

— Да, а вместе с ним ещё и ежиха с другой планеты, — сообщил Спейд, чем удивил принца Шуигана.

— Это хорошо. Где ты их нашёл?

Панда задумчиво прикусил нижнюю губу. Прямо сейчас он мог сдать местонахождение двух «предательниц», за которыми тотчас же отправятся самые первоклассные убийцы. Более того, под раздачу попадут и остальные мобианцы, и дело можно считать полностью закрытым. Но Лайлак, Кэрол - Спейд представил на секунду, что им придётся предстать перед судом Шуигана или пасть от рук «Красных Шарфов», и стиснул зубы.

Он ненавидел их!

Но они были его лучшими друзьями в прошлом!

— Брат?

— Не важно, — ответил Спейд. — Что делать с заложниками?

— Вези их на вашу базу. Я лично прибуду к вам, чтобы забрать их во дворец.

— Хорошо. До связи!

Дейл нажал на «Отбой», после чего посмотрел на Бревона. Так как звук был громкий, лорд не нуждался в повторных объяснениях принца.

— Прекрасно! — осклабился Бревон.

Затем связался с Серпентином с помощью Синтакса.

— Да, мой лорд!

— Наш маленький друг поймал двух крыс и везёт их на свою базу. Бери с собой шесть отрядов и отправляйся туда. Помни: иноземцы мне нужны живыми! Остальных — устранить за ненадобностью! Его Величество тебе всё расскажет во время пути.

— Ша-ха-ха-ха, будет сделано! — хищно улыбнулся Серпентин.

Глава 17: Призма недосказанностей

Грохот, создаваемый не только металлической обувью солдат-ботов, но и тяжёлыми выстрелами из их плазмомётов, распространился по базе подобно ветру, внезапно ворвавшемуся в тихие покои «Красных Шарфов». Крики панд, лисов, волков разносились по длинным коридорам, а попытки на спасения тотчас же прерывались на корню, стоило лишь об этом подумать. Выстрел — и багряная жидкость фонтаном хлыщет во все стороны, стекая по стенам будто густой воск, плавящийся под давлением огонька. Гильзы поочерёдно падали у железных ног бездумных палачей, исполняющих приказ некого кардинала, не соизволившего прибыть на казнь негожих лично.

Эти красные глаза принца — в них не было ничего, кроме пустоты. Он смотрел на происходящее так, словно всё это было где-то там, по другую сторону телевизора, крутящего очередной ужастик с рейтингом восемнадцать плюс. Никак не живая разумная личность, стоявшая у дверей и наблюдающая, как наёмники пачками укладываются на пол, истекая кровью с предсмертными хрипами. Наказание за содеянные преступления? Нет. Это рок, смакуемый ударами металла и звяканьем тяжёлых цепей.

Спейд видел всё это через призму туманной пелены, застилающей его глаза. Придавленный тяжёлой дверью и чувствующий сильную боль в голове, он мог лишь наблюдать, как его товарищи, с которыми ему не раз приходилось участвовать на заданиях, гибли от рук иноземных бойцов. Их резали, расстреливали, взрывали, уничтожали с особой жестокостью. Послышался хриплый, но разительно шипящий смех коварного змея.

— А вот и они! — огласил Серпентин.

Боты вывели огрызающуюся Эми и не менее перепуганного Торка из другой комнаты, одновременно держа каждого пленника на мушке. Роуз кричала и сопротивлялась, при этом стараясь подавить подступающую к горлу тошноту от представшего перед её глазами безумного кошмара.

— Ша-ха-ха-ха, знакомые лица! — Серпентин приблизился к Торку, а затем безжалостно ударил его в солнечное сплетение, из-за чего тот согнулся от боли. — Лорд Бревон будет страшно рад долгожданной с тобой встрече!

— Да пошёл ты вместе со своим Бревоном! — чейзер не выдержал и плюнул в лицо генералу, чем разозлил того.

— Ах ты, паршивец!

Змей начал избивать командира с особой жестокостью.

— ОСТАВЬ ЕГО В ПОКОЕ! — закричала Эми и попыталась дёрнуться, но боты накрепко сдавили её в тисках.

— Ша-а, хорошо. Он нам всё-таки живым нужен, — Серпентин перестал издеваться над Торком, а затем прижал дуло орудия ко лбу ежихи, заставив её покрыться холодным потом от ужаса. — Давай я тебе тут дырку оставлю? Как тебе такое предложение?

Неожиданно оружие скользнуло вниз и холодным дулом прижалось к груди пленницы.

— Или здесь? А, быть может, здесь? — Серпентин прицелился прямо в паховую область Эми, заставляя её трястись от страха. — Да не ной, я тебя не пристрелю… покамест. С чейзером у нас свои счёты, а вот ты, возможно, станешь нашей главной приманкой для ловли остальных мобианцев. Ша-ха-ха-ха!

Спейд на какое-то время выпал из реальности, а когда открыл глаза, то увидел Дейла, стоящего рядом с дверью, под которой лежал его младший брат. Предательство — это единственное, что ощущал наёмник, на которого никто не обращал внимания. Спейд ничего не понимал… не хотел понимать… не желал. Он видел Дейла — живого, настоящего, из плоти и крови. Своего старшего брата, который обещал лично прибыть на базу «Красных Шарфов», чтобы забрать пленников и отвезти их в Шуиган.

Дейл его предал!

— Да, мой лорд, будет сделано! — Серпентин закончил разговор с Бревоном и повернулся к принцу. — Транспортировать чужаков по воздуху не представляется возможным. Похоже, Шан-Ту снова патрулируют близлежащие Шуигану территории.

— Никто по воздуху никуда и не отправится, — холодно пояснил Дейл, после чего подошёл ко входу в туннель, что находился слева от центрального выхода, и кивнул. — Я слышал, этот проход полон аномалий и необъяснимых явлений. Через него можно выйти до подземной железной дороги, а оттуда добраться до дворца. «Красные Шарфы» часто им пользовались, когда выход на поверхность не представлялся возможным.

Спейд стиснул зубы от переполнявшей его боли и ярости к брату, но в данный момент он ничего не мог поделать. Сквозь тяжёлые веки, наливаемые свинцом, наёмник наблюдал, как Серпентин уводит кричащую Эми и перепуганного Торка в подземелье в сопровождении вооружённых до зубов ботов. Дейл на секунду задержался, чтобы ещё раз окинуть «мёртвым» взглядом «Кровавое Побоище», после чего последовал за остальными.

— Б… б-брат… з-зачем-м…? — прошептал Спейд, прежде чем отключился.

***

«Красные Шарфы» — самая большая организация наёмников на всём Авалисе. Некто предполагал, что её спонсором, возможно, является Шан-Му, но точных доказательств ни у кого не было. Эти наёмники ничем не пренебрегали в достижениях своих целей и, конечно же, заработка. Пока одни грабили и/или добывали драгоценности, другие убивали за особое вознаграждение, благодаря чему пользовались огромным спросом у богатых заказчиков. Были, конечно, и свои правила, которые ни коим образом нельзя было нарушать, но в настоящее время «Красные Шарфы» развивали свой потенциал, готовясь в скором времени создать своё собственное, независимое государство.

Но в этот день всё изменилось.

Когда наёмники открыли двери принцу Дейлу, следом за ним ворвался Серпентин с крупным штурмовым отрядом и открыл огонь на поражение. Комнаты в одночасье окрасились в цвет тёмного бархата, и теперь всё, что напоминало о некогда могущественных «Красных Шарфах» — лишь эмблема, нарисованная на одной из стен их мёртвой базы.

Серпентин ушёл далеко вперёд, чтобы с самыми способными бойцами разведать дорогу к подземной железной дороге, тогда как остальные бойцы вели Торка и Эми, попутно осматриваясь по сторонам. Забытый Туннель — проход крайне опасный для тех, кто оказывался в нём впервые. Лишь ветераны «Красных Шарфов» могли проходить через него и возвращаться обратно, но в настоящее время все они лежали в груде убитых иноземцами тел.

— Что вам от нас нужно? — зло рявкнула Эми, постоянно огрызаясь с ботами, что подталкивали её всё время вперёд.

— Вы должны предстать перед судом моего королевства за то, что убили моего отца, — холодно ответил Дейл, даже не обернувшись назад.

— Твоего отца убил лорд Бревон, который промыл тебе мозги! — крикнул Торк. — Мы хотим помочь вашей планете!

— Я не намерен слушать лживые изречения из уст подлого лицемера.

— Да очнись же, принц Дейл! Тобой пользуются, как марионеткой! Бревон хочет только одного: рассорить все три государства Авалиса, присвоить себе Королевский Камень и продолжить захват других миров! Он и есть убийца!

Принц неожиданно развернулся, а затем нанёс чейзеру мощный удар в живот, заставив его согнуться и харкнуть слюной от боли.

— Ни слова больше, лживая тварь! — сквозь зубы процедил Дейл, хватая Торка за волосы и поднимая его голову, чтобы смотреть ему в глаза. — Ты можешь что угодно мне сказать, но я не поверю ни единому твоему слову! Ты — враг и убийца! Ты никогда не заслужишь моего прощения!

Торк скрипнул зубами и от бессилия округлил глаза. Тейлз прав: принцу Шуигана не просто промыли мозги, а в прямом смысле внушили заведомо ложную правду. Он не помнил, как Бревон рубил его отцу голову. Не помнил, как стражи пали, защищая стены Шуигана. Даже канифас — и тот остался где-то на задворках крохотных участков промытого мозга, являя перед принцем совершенно иную, отличимую от правды реальность, в которой Бревон выступал в роли благодетеля, искренне желая помочь Дейлу найти тех, кто приложил руку к кончине павшего короля. И Дейл верил ему, как самому себе. Готов был отправиться куда угодно по щелчку пальцев лорда. Он неспособен был самостоятельно анализировать происходящее и задумываться над своими действиями. У него была только одна цель: отомстить.

Эми неожиданно вырвалась из оков, а затем, призвав молот, резко шарахнула по Дейлу, вбив его в стену. Не успели боты понять, что к чему, как ежиха с яростным криком начала обрушивать на них удары «Пико-Пико», не давая им возможности взяться за оружие.

— БЕГИ! — закричала Эми, посмотрев на Торка.

Чейзер растерялся.

— БЕГИ ОТСЮДА! УХОДИ! Я ИХ ЗАДЕРЖУ! — Роуз вступила в бой с неравным количеством врагов.

— Но…

— БЫСТРЕЕ!!!

Торк больше ничего не сказал. Развернувшись, он бросился бежать в обратную сторону, обронив предательские слёзы, что упали на пол. Прямо как тогда, когда Бревон атаковал Альянс, капитан кричал чейзеру то же самое, сдерживая грозный натиск лорда.

«Беги! Уходи! Ты — единственная наша надежда! Не дай ему себя схватить»!

А Эми продолжала с яростным криком сражаться. Два бота таки умудрились её подстрелить из плазмомётов, но девушка, не обращая внимания на возникшие раны, продолжала переть вперёд, вбивая супостатов в стены и кроша тяжестью боевого молота. Она знала, что её скрутят и изобьют, но всё равно продолжала драться дальше, давая своему новому другу время на побег. Пусть убьют, расчленят, подвергнут пыткам — ежиха ни за что не отступится и будет сражаться до последнего вздоха.

Но увы, длилось это недолго.

Дейл пришёл в себя и вынырнул из трафарета, мощным ударом поваливая Эми на пол. Он с силой наступил ей на руку, тем самым заставляя Роуз в слезах кричать от боли — и ударил её. Затем ещё раз! И ещё! Принц с мрачным оскалом на лице избивал ежиху, намереваясь отдавить ей кисть до максимума, чтобы девушка больше не смогла ею работать. Злоба! Агрессия! Ярость! Даже тогда, когда Эми потеряла от ударов сознание, Дейл продолжал её бить.

И он бы забил её насмерть, если бы не вовремя появившийся Серпентин, оттолкнувший его от забитой до полусмерти Эми.

— ТЫ ЧТО ТВОРИШ-Ш-Ш-ШЬ? — зашипел змей, на всякий случай наставив на принца оружие. — ОНА ЖИВОЙ НАМ НУЖНА!

— Эта грязная тварь вырвалась и дала возможность другому предателю сбежать, — холодно сообщил Дейл.

— ТАК ЧТО ТЫ СТОИШЬ? ПОШЁЛ И НАШЁЛ ЕГО, ЖИВО! И ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ ВЕРНУТЬСЯ С ПУСТЫМИ РУКАМИ, МОЙ ЛОРД С ТЕБЯ ТРИ Ш-Ш-ШКУРЫ СПУСТИТ!

Панда ничего не ответил. Он кивнул и зелёными рывками удалился, отправляясь на поиск беглеца.

— Какая отважная девочка! — Серпентин взвалил Эми на своё плечо и продолжил свой путь. — Жаль, что после допроса лорд пустит её на корм личинкам. Промыть ей мозги да натравить на остальных мобианцев было бы куда интереснее.

***

Спейд медленно приходил в себя после взрыва. Неимоверный шум продолжал стоять в голове, а картина с погибающими наёмниками никуда не исчезала, но теперь панда хотя бы мог шевелиться. Он стиснул зубы и приподнял дверь, после чего сбросил с себя, благодаря чему смог подняться. Можно сказать, именно она уберегла его от гибели, когда враги ворвались на базу…

Спейд, когда услышал голос Дейла, сразу же пошёл открывать дверь. Однако та внезапно вылетела с косяков и придавила его, тогда как остальные моментально оказались под огнём поражения. Спейда никто не заметил, когда велась перестрелка — он, можно сказать, в одночасье был удачей поцелован. Если бы не эта дверь, наёмник сейчас лежал бы рядом с павшими товарищами и так же истекал кровью.

Оглядываться по сторонам смысла не было. Никого в живых, кроме него, не осталось. Этот день — дата гибели «Красных Шарфов». Только самый лучший смог пережить смертоносную волну, только он. Однако Спейд думал не столько об этом, сколько о предавшем его Дейле. Неужели всё, что рассказывали Лайлак и Кэрол, оказалось правдой? Неужели те глаза, что Спейд видел у Дейла — отпечаток не пролитых слёз, а последствия промытых мозгов? В этот самый момент панда готов был закричать во всё горло от нахлынувшей на него боли: он только что ощутил, как тот, ради которого наёмник так много старался, всадил ему нож прямо в сердце.

Спейд, пошатываясь, подошёл ко входу в Забытый Туннель и тихо выдохнул, утирая с щеки кровь. Он никогда туда не ходил. Этот проход был доступен лишь для ветеранов, делающих опасные рейды, либо для предателей, которых «Красные Шарфы» отправляли туда с шансом на удачу. Конечно, новички постоянно загибались в подземелье, но, по крайней мере, это был шанс на спасение, который ребята только могли заслужить. Кастрированный, грубо говоря, но возможный.

Наёмник спускался по каменным ступеням, и темнота постепенно обволакивала его с головы до ног. Становилось очень холодно: присущее этому месту зловоние начинало пробирать панду до пяток, виртуозно приказывая ему убраться отсюда, пока есть шанс. Спейд не обращал внимания на это, продолжая идти дальше. Он хотел только одного: посмотреть в глаза Дейлу.

— Попался!

Торк не успел обернуться, как тут же получил мощный удар от Дейла и был впечатан в стену. Чейзер медленно, с лёгким хрипом скатился вниз и, приподнимаясь, заметил, как принц грозно приближается к нему.

— НЕ ПОДХОДИ! — Торк выхватил из-за пояса нож и начал им размахиваться.

Дейл фыркнул. В одночасье оказавшись перед чейзером, он выбил первым ударом из рук противника оружие, а вторым пнул его в грудь, снова прибивая к стене. Торк харкнул слюной и упал на колени перед принцем, кашляя от боли.

— Я выбью из тебя весь дух, после чего принесу во дворец, — холодно пообещал Дейл, накапливая в руке Ци тёмно-фиолетового цвета и направляя её на оппонента.

Спейд подоспел очень вовремя и врезал принцу в тот самый момент, когда последний собирался поразить Торка. Не ожидав подобного, Дейл отлетел назад и ударился о стену, тогда как Спейд загородил чейзера, приготовившись к бою.

— Ты? — опешил пленник.

— Не вмешивайся. Это мой бой, — сурово велел наёмник.

Дейл тем временем выбрался из обломков и окатил панду взором рубиновых холодных очей, никак не меняясь в лице.

— Вот и ты, брат.

— Брат?! После того, что ты сделал, у тебя ещё поворачивается язык называть меня братом? Р-р-р! — прорычал Спейд. Он знал, что перед ним стоит не тот старый Дейл, а лишь его сущность, но до последнего старался разубедить себя в этом. — Зачем ты убил моих товарищей? За что ты пролил их кровь?

— Всё во имя мести. Цель оправдывает мои действия, — хмуро изрёк Дейл, чем разозлил наёмника ещё сильнее.

— То есть, моя кончина — это тоже часть твоего плана?

Принц на секунду застыл. Казалось бы, пелена спала с его глаз…

— Верно! — неожиданно выпалил старший сын короля, улыбнувшись краем рта.

— Ах ты…!

Спейд бросился в атаку и попробовал ударить противника, но Дейл оказался в разы быстрее. Он с лёгкостью увернул голову от одетого в красную перчатку без пальцев кулака, а затем атаковал брата в живот, используя импульс Ци. Наёмник округлил глаза от боли и на пятках отъехал назад, едва не сбив спиной Торка.

— А знаешь, почему? — говорил Дейл, прыгая вверх, когда острые карты полетели в него.

— Не имею ни малейшего понятия! — фыркнул Спейд, продолжая бросаться на врага.

— Потому что ты предатель!

Наёмник резко закрылся руками, и принц обрушил на него скоростные удары, охватывая свои кулаки фиолетовым свечением. БАЦ! — Дейл пробивает защиту Спейда и начинает колотить его по телу. БАЦ! — пяткой атакует его под подбородок, подкидывая вверх. Затем складывает руками печати и выстреливает фиолетовыми сферами, но от них младший сын короля, к счастью, увернулся, переместив себя вниз.

— Давным-давно ты оставил меня и отца, бросив на наши плечи целое королевство, — промолвил Дейл, медленным шагом приближаясь к поднимающемуся Спейду. — Отец был страшно опечален твоим предательством, брат. Я говорил ему, что ты вернёшься к нам, но этого не случилось.

— У меня на то были причины! — процедил Спейд.

— Именно.

Наёмник получает новый удар и, пошатываясь, отходит, тогда как принц на него наступает.

— И у меня… — новый удар. — Тоже… — следующий. — Есть… — атака коленом. — Причины!

Спейд отбился и попытался побороть брата, но Дейл резко обошёл его со спины, а затем крепким арканом сдавил ему шею, попутно надавливая на какую-то точку на шее. Панда перестал двигаться.

— Тебе меня никогда не победить.

— Не говори: «Гоп», пока не перескочишь!

Спейд резко ударил его затылком по лицу и с «вертушки» отбросил назад. К сожалению, Дейл быстро оправился, одновременно засучив рукава зелёного кимоно.

Братья начали сражаться, яростно нападая друг на друга. И в этот самый момент Спейд вспомнил их первые спарринги, когда король Шуигана приказывал им сражаться до тех пор, пока один из них не упадёт от бессилия. Две панды, с самого рождения обученные кунг-фу, бились подобно двум кобрам, защищающих не только свои интересы, но и свою территорию. Они колотили друг друга, шли в борьбу, использовали дао, постоянно перемещались и вновь наступали. Торк не смел вмешиваться в поединок двух братьев, так как понимал, что ничем не сможет помочь своему белому союзнику, который бился изо всех сил, не обращая внимания на боль в теле.

Дейл всегда был первым, и боевые состязания не являлись исключением. Каждый раз, когда король опускал руку, он шёл вперёд и побеждал менее одарённого Спейда, снося его кунг-фу своими талантами. Дейл был умён, сообразителен и силён. Он всегда вызывал у своего отца нескрываемое восхищение, тогда как Спейд напротив — разочаровывал и подводил. Пытаясь как-то достать брата, он постоянно падал в лужи и глотал пыль в надежде, что рано или поздно ему удастся дать Дейлу достойный отпор. Даже тогда, когда Спейд покинул Шуиган и стал наёмником, он тренировался до потери сознания, чем нередко ошеломлял тогда ещё Лайлак и Кэрол.

Но даже сейчас, спустя много лет, ничего не изменилось: Дейл вновь начинал брать верх над Спейдом, проявляя настоящее боевое мастерство. Наёмник использовал лишь карты для ведения боя, тогда как принц мог атаковать и волшебными сферами, и призывать животных, и пользоваться запрещённым гу-дао, поражая внутренние органы своего оппонента. Дейл был быстрее и сильнее, терпеливее и талантливее. Одна его атака приравнивалась к пяти наёмника, а с тем учётом, что он намного чаще попадал по своему противнику, чем тот по нему, Спейд потихоньку сдавал позиции.

— Прочь! — ухмыльнулся Дейл, снося противника со своего пути. — Я иду убивать врагов моего королевства!

— Гр-р, ещё не всё! — Спейд отпрыгнул от потолка и полетел вниз, накапливая Ци в правой руке. — «Гу-Дао: Пиковая Дама»!

Нечто, что отдалённо напоминало подобие скандинавской валькирии, вырвалось из союза трёх карт, острой пикой атакуя принца. Тот на секунду опешил, однако успел защитить себя Ци, несмотря на то, что левый рукав его кимоно сгорел вплоть до плеча.

— Я смотрю, ты за долгие годы наконец-то постиг пути «Тёмного Волшебства», не правда ли? — осклабился Дейл.

Его глаза резко засияли, и Спейд, зажмурившись, отскочил назад, едва не ослепнув.

— Но в использовании тёмного «дао» я в разы способнее и талантливее, чем ты, мой младший брат, — принц тенью скользил в темноте, и лишь ярчайшая лиловая полоса, исходящая из его правого глаза, оповещала о местонахождении противника. — Ты — фальшивый шулер, и карты — прямое доказательство! Они отражают твою настоящую сущность, обогащая предательство ложью, а страх — агонией. И сейчас я тебе покажу, что такое настоящий путь тёмного «дао». «Гу-Дао: Шёлк Безликого Узника»!

Яркий серпантин пролетел под локтем Спейда, чиркнув его правый бок, и наёмник тотчас же округлил от боли глаза: из распоротой раны брызнула кровь. Дейл вобрал побольше Ци в руку, а затем начал обстрел лиловыми линиями, которые наносили порезы Спейду со всех сторон. Его жилетка и штаны в одночасье были изрезаны, а кожа вовсе покрылась свежими рубцами. Наёмник не выдержал и закричал от боли, не в силах даже пошевелиться. Адская боль сковала его тело!

Когда дао подошло к концу, Спейд покачнулся на дрожащих ногах, после чего упал на колени, шипя от боли во всём теле.

— Ш-шёлк…? — тихо вопросил Спейд, слабо приподняв голову.

— Отец лично обучил меня тёмному кунг-фу! — с ухмылкой объяснил Дейл, чьи пальцы горели фиолетовыми огоньками.

— Отец… гр-р… он бы никогда так не сделал! Отец презирал тёмное кунг-фу, уча нас лишь светлому.

— Всё изменилось с тех пор, как ты нас бросил, Спейд. Отец хотел спасти наше королевство и возлагал эту миссию на нас, но ты отказался. Ты ушёл, потому что мы тебе были не нужны! Ты даже хуже убийцы, прикончившего нашего отца.

Принц снова начал вбирать в руку тёмное Ци, чтобы одной атакой прикончить Спейда. Наёмник округлил глаза и скрипнул зубами, зажимая кровоточащую рану на боку рукой, понимая, что ему не удастся увернуться. Это понимал и мрачно ухмыляющийся Дейл, и Торк, не знающий, как помочь белой панде выкрутиться.

Но прежде чем Дейл приготовился к атаке, Спейда и Торка внезапно охватило изумрудное свечение, что заставило его остановиться. Ровно за секунду оно пропало вместе с двумя героями, в одночасье оставляя принца в одиночестве.

— Что это? — опешил Дейл, оглядываясь по сторонам. Никого тут не было.

Спейд и Торк оказались в неизвестном месте, настороженно озираясь по сторонам. Ещё большим удивлением было внезапное исцеление, разом охватившее тело наёмника и вернувшее ему силы и энергию.

— Что происходит? — не понимал Торк.

— Сам хочу это понять, — хмуро промолвил Спейд.

Перед ними стоял проход, в котором было очень темно. Позади и по бокам находились лишь стены. Мокрый песок лип к обуви авалисянина и чейзера, а холодный воздух, шедший из прохода, нёс с собой запах пресной воды.

— Это единственное, что я могу сделать в рамках этого мира, — тихо изрёк чей-то голос.

Спейд и Торк тотчас обернулись, увидев позади себя, по всей видимости, того, кто спас их от Дейла. Зелёные глаза сверкнули из-под серого капюшона.

— Кто ты? — осторожно спросил Спейд.

***

— И это вы называете заданием? — скривился Наклз. — Да мне прогулка в магазин намного тяжелее покажется, чем… это.

— А чего ты ждал? Думал, нас ждут крупномасштабные сражения? — развела руками Кэрол.

— Мне понравилось! — мило улыбнулась Милла, закатив глаза.

— Соник, а ты что скажешь? — с улыбкой поинтересовался Тейлз у лучшего друга.

— Ну такое, — лениво махнул рукой синий ёж. — Я почему-то хочу согласиться с Наклзом.

— Любители мордобоев, блин, — хмыкнула Лайлак.

Изначально мобианцы (и Милла) подразумевали какое-то динамичное сражение в горных пещерах, но максимум, кто им встретился — это крупное чудовище, с которым справился бы даже Тейлз (а ведь он слабое звено в этой команде). Соник и Наклз были страшно разочарованы, однако их недовольство быстро сменилось сбором драгоценностей, за которыми Лайлак и Кэрол шли сюда с самого начала. Тейлз, как и полагается гению, пристально изучал каждый камушек, пока Милла искала какие-нибудь секреты в этом месте. Затем герои набрали несколько мешков, отнесли их заказчику и теперь возвращались домой.

— Эй, Соник! — вдруг окликнул синего ежа Тейлз, когда тот неосознанно ускорил шаг. — Что-то случилось?

— Ты о чём? — удивился Соник.

— Ну… ты какой-то задумчивый. Обычно ты весел и радостен, а тут… даже не знаю… молчишь, о своём думаешь. Это из-за отравления?

— А-а, да нет, дело не в этом. Всё нормально. Просто… не знаю… думки гоняю туда-сюда.

Лис от любопытства зашевелил хвостами.

— Всё нормально, дружище, я в порядке.

— Ну… ладно, — хотя по взгляду Тейлза было понятно, что он не слишком поверил его ответу.

Само собой, Соник наврал. Он до сих пор не мог выкинуть из головы ту пугающую картину, когда Кэрол прижала к его груди острые когти. Синий ёж уже давно понял, что над деревом-домом сформировался некий ореол таинственности, норовящий из раза в раз ткнуть несчастного носом во что-то пугающее. Сначала шкаф со «скелетами», затем не совсем приятные слухи, а теперь ещё и загадка с именем. А что дальше? Соник, самый первый иноземец, познакомившийся с Лайлак и Кэрол, уже давно перестал воспринимать этих двоих с абсолютным спокойствием на душе. Он отчётливо понимал, что руки у обеих дам в крови по локоть, но если раньше это не особо воздействовало на него, то сейчас ёж всё больше начинал омрачаться.

Соник продумывал уже не первый сценарий своего апогея, находясь рядом с двумя дикарками. Лайлак и Кэрол очень сильно напоминали ему амазонок, и аналогий было немало. Они были сильными, ловкими, грозными, умели выживать и, в отличие от тех же Шан-Ту, могли анализировать происходящее с холодным умом. Соник уже начинал грешным делом подумывать, что однажды одна из этих девушек таки решится пойти в ва-банк и попробует соблазнить кого-нибудь из мобианцев. Да, это бред, но у амазонок подобные способы втирания в доверительные отношения нередко пользовались огромным спросом.

«Я обязательно должен обо всём рассказать парням», — решительно подумал Соник, сжав руку в кулак.

А тем временем…

— Ух ты! — чуть ли не пищала от восторга Милла, слушая рассказы хранителя Мастера Изумруда. — И ты правда его победил?

— Пфф, это было настолько легко, что я даже одной рукой мог его сразить, — не без тщеславия рассказывал Наклз. — Я схватил его на суплекс, а затем дал ему по лицу. В тот момент мой остров поднялся в небо, и его жители моментально признали меня героем.

— Вау! Вот это да!

— Я вообще много кого спасал. Однажды злобный Эггман схватил старых наших товарищей, «Хаотиксов», на острове, что появился рядом с моим Островом Ангела. Я, значит, проник туда, освободил всех, а потом дал по лицу всем негодяям. Если бы не я, всё было бы печально.

— Ого! Наклз, ты настоящий герой!

— И после этого ты говоришь, что на меня одного нападают приступы хвастовства? — кисло уточнил Соник, посмотрев на Тейлза. Тот, растерявшись, в «капле» рассмеялся.

Лайлак с улыбкой шла позади. Как бы сильно мобианцы ни сетовали на скучность задания, драконша напротив — получила от него удовольствие, проведя его в хорошей компании. Никого не нужно было уничтожать, не пришлось прятаться или скрываться; спасаться тоже никто не стал. Всё было хорошо. В будущем она планировала устроить гонку с Соником, чтобы определить, кто из них самое быстрое существо во вселенной, а пока девушка хотела вернуться домой и попробовать кулинарные шедевры Эми.

— Весело, не правда ли? — вдруг усмехнулась Кэрол, нарочито оставшись позади всех вместе с сиреневой подругой. — Гулять с мобианцами — это так мило! Не то что с авалисянами.

— Не, ну это как-то грубо, — не согласилась с ней Лайлак.

— Грубо? Ну, не знаю, не знаю. Мобианец — не авалисянин! Он целый космос, если не более. Куда приятнее очаровывать иноземца, чем держать марку перед своими.

— Если ты сейчас ищешь подходящий момент для какой-нибудь пошлой шуточки, то она будет ни к месту, увы.

— Да ладно тебе, Лайлак. Ах, извини… — и добавила: — Саш Лайлак.

Драконша перестала идти дальше и медленно повернулась лицом к ядовито улыбающейся кошке. Учитывая, что Тиа обычно не называет её по имени, Лайлак поняла, что подруга неспроста решила с ней задержаться.

— Я не буду ходить вокруг да около и скажу прямо: я знаю, что ты рассказала Сонику о своём нельзя-ни-в-коем-случае-говорить имени, — осклабилась Кэрол. — Стало внезапно интересно, что тебя подтолкнуло к такому решению?

— Ты видишь в этом что-то необычное? — равнодушно ответила вопросом на вопрос Лайлак.

— Да брось, Лайлак, так просто ты бы этого не стала делать. Вы знакомы всего пару дней, а ты уже открываешь ему то, чего не открыла другим за шесть-семь месяцев общения. Можно полюбопытствовать, почему ты это сделала?

— Захотела — сделала! Ещё будут вопросы?

Тиа не понравился такой ответ. Сузив зрачки до вертикальной полоски, она медленно подошла к драконше и встала в одном метре от неё.

— Ещё как будут, подруга. Ты можешь эту лапшу кому угодно вешать на ушки, но только не мне.

— Кэрол, к чему ты клонишь?

— А к тому, что ты явно это сделала неспроста! — грубо рыкнула кошка, ткнув подругу в грудь указательным пальцем. — Ты сама мне говорила, что больше не желаешь слышать своё имя, но внезапно берёшь и рассказываешь его малознакомому парню.

— Слушай, а тебе какое дело, кому я говорю своё имя, а кому — нет? — тотчас пошла в атаку Лайлак, гневно посмотрев на Кэрол. — Я захотела — я сделала! Всё! Какие ещё тут могут быть претензии?

— О-о-о, да действительно - какие? Я живу со своей лучшей подругой уже не первый год под одной крышей, а так до сих пор и не знаю, почему она резко решила называть себя НЕ по имени! Я живу и не знаю ничего об её «тёмном» прошлом, из-за которого она вдруг резко решила порвать с «Красными Шарфами»!

Саш опешила, когда у Тиа внезапно появились небольшие слёзы в уголках глаз, что моментально остудило её драконий пыл. И дураку было понятно, в чём дело: Кэрол была оскорблена. Но оскорбил её не ответ Лайлак, а отсутствие доверия, которое она оправдывала по максимуму. Именно Кэрол пошла за Лайлак, когда та покинула «Красные Шарфы». Именно она всегда была рядом и вместе с ней отправлялась в любые приключения. И именно поэтому она болезненно реагировала на недосказанности со стороны Лайлак, которых, к слову, было немало.

Лайлак закатила глаза и тяжело вздохнула. Кэрол скрипнула зубами в ожидании ответов, но со стороны сиреневой подруги прилетело лишь:

— Прости, но мне нечего тебе сказать.

— Прекрасно! Просто замечательно! Отлично! — с сарказмом обрадовалась Кэрол, после чего пошла дальше, нервно дёрнув хвостом. — В таком случае я тебе тоже больше ничего не буду рассказывать! Можешь дальше на свои секреты молиться, сколь угодно тебе будет!

Лайлак ничего не сказала, лишь посмотрела ей вслед. Приятные эмоции моментально сменились тоской и печалью, и безмолвный ветерок колыхнул драконьи хвосты волос, таким образом пытаясь утешить её, сказать, что кошка перебесится и успокоится.

— Извини, Кэрол, но некоторым секретам лучше действительно оставаться секретами, — грустно прошептала Лайлак.

Мобианцы тем временем добрались до дома. Соник хмыкнул и уже хотел было подняться наверх, но внезапно остановился. Его ушки моментально навострились.

— Соник? — насторожился Тейлз, когда ёж рукой остановил его.

— Что-то не так! — промолвил герой Мобиуса и исчез в сверхзвуковом вихре.

Наклз и Милла не успели подойти к опешившему лису, как синий ёж уже стоял перед ними с мрачным лицом.

— Здесь кто-то был, — сообщил Соник. — Ни Торка, ни Эми нигде нет.

— Что? — воскликнули Лайлак и Кэрол, подбежавшие к друзьям.

На другой стороне дерева их «гостеприимно» встретили вырытые клочки земель да вмятины на них. Края палатки были порезаны чем-то острым. Милла, обладающая острым нюхом, уловила неприятный запах, от которого кружилась голова. Кэрол и Наклз, бросившиеся в дом, обнаружили лишь приготовленный ужин, но самой поварихи там не было.

— Но… вы же говорили, что ваш домик надёжно спрятан, — напомнил Тейлз.

— Я ничего не понимаю, — нервничала Лайлак, прикусывая ноготь большого пальца. — О нашем доме знают только присутствующие плюс Торк с Эми.

— Следы ваши привели чужака к вашему дому, — внезапно объяснил ей незнакомый голос.

Соник замер от услышанного, тогда как остальные уже обернулись и лицезрели обладателя того старческого, но философского голоса. Память моментально обожгло холодом, а сердце заколотилось от нахлынувших на ежа чувств и эмоций, которых он не испытывал уже очень давно. Ностальгия… воспоминания… прошлое…!

ПУЛЬС!

Соник медленно начал разворачиваться в сторону, откуда прилетел этот голос. Время буквально замерло в ожидании, когда ёж наконец-то сам убедится в том, что этот голос — не иллюзия, и что обладатель его — не вымысел. Те нотки, которые Соник никогда бы не смог забыть, даже если б захотел. Та манера речи, которая была присуща только этому персонажу и никакому больше!

ПУЛЬС!

— Кто ты такой? — оскалились все, кроме Тейлза и Миллы.

ПУЛЬС!

Прошлое. Те моменты, когда он, Мэник и Соня искали маму, пересекая Мобиус на фургоне. Воспоминания, в которых Соник был ещё пухленьким сине-голубым черноглазым ежом, у которого на тот момент не было ничего, кроме медальона на шее да брата с сестрой.

ПУЛЬС!

Зелёные глаза скользнули по подолу, спадающему до земли и скрывающему старого знакомого полностью, открывая вид лишь на зелёные руки, хвост и вытянутое лицо. Серая мантия, будто чудное одеяние, под которым скрывается удивительная загадка, неспособная быть отгаданной кем-либо или чем-либо. Эти ярчайшие зелёные глаза, содержащие в себе много чего не только из Мобиуса, но и, казалось, других миров.

Пророчество…!

ПУЛЬС! ПУЛЬС! ПУЛЬС!

— Дельфийский… Оракул… — тихо вымолвил Соник, чем шокировал остальных.

Дельф тяжело вздохнул, и капюшон упал ему на лоб.

— Здравствуй, принц Соник! Много лет прошло с момента наших последних встреч, — промолвил Оракул.

***

— Ну ёлки-палки, опять за старое! — уныло вздохнул Слит, управляя мотобагом. — Когда Его Жирдяйство меня наконец-то повысит в должности?

— Эх, тебя хотя бы не так мучают, как меня, — пожаловался Динго. — Доктор мне обычно поручает самую унизительную работу, так ещё и тупым называет.

— Потому что ты и есть тупица, Динго! Если тебе ничего не объяснять, то ты всё испортишь.

— Ну блин!

Пока Эггман конструировал очередное своё творение, его подручные мотались по Авалису, как загнанные лошади в упряжках, собирая необходимую для доктора информацию. На данный момент их маршрут проходил на территории Шан-Му, где, как полагал Эггман, было то, что ему нужно. Слит не имел ни малейшего понятия о том, зачем доктору внезапно понадобились звёздные кристаллы, но он и не собирался лезть в науку. О Динго можно было и вовсе умолчать, ибо тот банально в таблице умножения путался.

Последние дни их бытия ушли на то, чтобы понять, как работает загадочный Берилл Анархии. Сколько бы Слит и Динго ни опрашивали местных алкашей в кабаках или барменов, ничего путного от них они не услышали. Да и какой в этом был смысл, когда сам Авалис терялся в догадках, что это за Берилл Анархии? В Шан-Му предполагали, что это всего лишь сырой кристалл, утрачивающий полезные качества, коими были полны другие, а потому становился бесполезным. В Шан-Ту вообще придумали легенду про упавший метеорит, про который почему-то все забыли. Шуиган молчал, но оно и понятно: вражеская территория, курируемая Бревоном. Туда Эггману опасно было соваться.

— Что за…? — нахмурился Слит, когда мотобаг неожиданно заглох.

Причина была банальна: пустой бак. Отправив Динго к ближайшему ручью с канистрой, волк остался на карауле, держа в руках Берилл Анархии. Весь зелёный, как изумруд, да с секретами…

— Ну и зачем ты понадобился доктору? — уныло вздохнул Слит. — Безумство Его Жирдяйства меня скоро самого с ума сведёт.

Свистящий звук!

Слит был профессиональным стрелком. Резко выхватив из кобуры пистолет, он метким выстрелом отбил летящий в него сюрикен и пустил пару пуль в кусты, из которых на дорогу выскочил военный ниндзя Шан-Му.

— Ни с места, иноземец!

— А-а? — удивился Слит. — Ты знаешь, кто я такой?

— Ещё бы! Я подслушал твой разговор с барменом и следил за вами досюда, чтобы лично привести вас к мэру Зао, — пояснил ниндзя, становясь в боевую стойку. — Приказываю тебе сложить оружие и добровольно пойти со мной, иначе я заставлю тебя силой.

— Ой-ой, как страшно!

Волк снова выстрелил, но воин оказался очень ловким и шустрым. Он увернулся от каждой пули и дождавшись, когда патроны в пистолете иссякнут, атаковал Слита. Подручный Эггмана отпрыгнул в сторону, тем самым спасая себя от сюрикенов.

— «Дао: Огненный Штиль»!

— Чёрт, не успеваю! — скрипнул зубами Слит, перезаряжая магазин.

В его сторону летела огненная волна, готовая в одночасье поджарить и поставить на колени перед военным. Понимая, что бесполезен даже побег, волк просто вытянул руки вместе с пистолетом и Бериллом Анархии…

Но внезапно произошло то, что заставило ахнуть не только Слита, но и ниндзю. Стоило Ци коснуться кристалла, как тот внезапно сверкнул и впитал в себя огненную атаку, поглощая без остатка. Всего секунда, но волк был спасён от сиюминутного поражения.

— СЛИ-И-И-И-Т!!! — Динго появился сзади военного и мощным ударом по голове вырубил его. —Ты в порядке?

— Очень вовремя, болван! Я едва с жизнью не распрощался, пока ты где-то бродил! — хмуро огрызнулся Слит, но потом его взгляд перешёл на пульсирующий в его руке Берилл Анархии. — Другое дело — это этот камушек, уберегший меня от прожарки.

Кристалл пульсировал подобно живому сердцу, и волк своим нутром чувствовал, как циркулирует полученная энергия внутри волшебного реликта с изумрудным оттенком.

— Он будто живой, — заметил Динго, почесав затылок.

— Его Жирдяйство говорило, что Берилл Анархии имеет совсем иную энергетику, отличающую его от других кристаллов, — вспомнил слова Эггмана Слит. — Выходит, первое его свойство — это поглощать энергию этого мира? Хм-м…

— Слит?

Волк ничего не сказал. Забрав канистру у шакала, он сам залил воду в бак, после чего запрыгнул на мотобаг и кивнул товарищу.

— Я, кажется, понял, в каком направлении нужно изучать этот камушек. Садись! Надо об этом доложить доктору.

Глава 18: Тайны подземелья

— Что происходит? — не понимал Торк.

— Сам хочу это понять, — хмуро промолвил Спейд.

Перед ними стоял проход, в котором было очень темно. Позади и по бокам находились лишь стены. Мокрый песок лип к обуви авалисянина и чейзера, а холодный воздух, шедший из прохода, нёс с собой запах пресной воды.

— Это единственное, что я могу сделать в рамках этого мира, — тихо изрёк чей-то голос.

Спейд и Торк тотчас обернулись, увидев позади себя, по всей видимости, того, кто спас их от Дейла. Зелёные глаза сверкнули из-под серого капюшона.

— Кто ты? — осторожно спросил Спейд.

— Странствующий дух, из мира в мир несущий новые знания и пророчества. Называйте меня Дельфийский Оракул.

— Оракул? — переспросил Торк. — Альянс нередко о тебе отзывался.

— Верно. Я знал в лицо каждого, кто состоял в вашем Альянсе. И о тебе, командир Торк, я тоже знаю.

Чейзер и панда опасливо переглянулись друг с другом. Оракул в буквальном смысле переместил их с помощью неизвестной магии, не похожей на Ци, в другое место — это явно намекало на его удивительное могущество. Да и глаза — зелёные, полные таинственности и загадочности — прямо-таки в душу готовы были посмотреть каждому, кто встретится с ним взглядом.

— Чем обязаны? — хмуро поинтересовался Спейд, скрещивая руки на груди.

— Многим, мой юный друг, очень многим, — философски изрёк Дельф, поднимая руки к верху. Перед двумя героями моментально появилось зелёное свечение, в котором показались боты и Серпентин, несущий бессознательную Эми. — Я долгое время наблюдал за вами. За всеми вами! Пророчество, предсказанное мною несколько лет назад, вновь начало набирать обороты.

— Пророчество? О чём ты? — удивился Торк.

— Пророчество, предрекающее либо гибель сему миру, либо его спасение…

Однажды сон приснился мне, и сценарий его был мрачен. Затмят тёплое солнце пасмурные тучи, а холодные дожди зальют некогда прекрасные земли и потопят в бесконечных водах, обращающихся в куски льда. Чёрным сердцем наделён будет враг, и неспособен он будет слышать голоса других, предрекающих ему скорейшее падение, коль пренебрежёт он узами добра и сострадания. Давным-давно я предсказал одной королеве, что злодей придёт в её владения и принесёт с собой хаос. В это же время предсказал я Золотому Дракону об исчезновении гармонии мира этого. Миссия по спасению двух миров была возложена на хрупкие плечи юных героев, только-только познающих, что есть благо. Их путь, сколь бы тернист он ни был…

— Короче! — Спейду надоело это слушать, ибо ему нужна была конкретика. — Что ты от нас хочешь?

Оракул опустил голову, и его глаза скрылись под капюшоном. Торк на секунду подумал, что, быть может, наёмнику не стоило прерывать могущественного Дельфа? Всё-таки он спас их от гибели.

— Принц Спейд…

Наёмник дёрнулся от одного лишь упоминания своего титула.

— Ты можешь сколь душе твоей угодно бежать от прошлого, но не отпустит оно тебя, покуда это часть тебя, — тихо провозгласил Оракул. — Пора прервать цикл мести и наконец-то взять ситуацию в свои руки. Ты — великое наследие Шуигана!

— Бред! Это Дейл его наследие, а не я! — грубо парировал Спейд, отмахнувшись рукой. — Наш отец на него возлагал ответственность за наше королевство, не на меня.

— Твой брат окутан тьмой, Спейд. Ты сам видел, кем он стал.

Панда стиснул зубы, но Дельф был прав: Дейл уже не тот, каким был раньше. Зелёные глаза окрасились в красный, и теперь всё, что напоминало наёмнику о принце — лишь телесная оболочка, имеющая ту же походку и тот же голос, но не более.

— Возьми ситуацию в свои руки, юноша. Ты — последняя надежда Шуигана на спасение!

Спейд хотел огрызнуться, однако в этот раз сдержался и ответил молчанием, смакуемым холодным взглядом зелёных очей.

— Что мы должны сделать? — Торк сразу же решил перейти к делу.

— Пока ещё есть время, вы должны успеть добраться до подземной железной дороги и спасти ту, которая невольно может пойти по стопам принца Дейла, лишившись рассудка.

— Почему ты не можешь этого сделать сам? — хмуро поинтересовался Спейд. — Для тебя это - всего лишь пальцами щёлкнуть.

— Увы, мальчик, в вашем мире мои возможности ограничены. Я и так нарушил данный здешним духам обет, вмешавшись в происходящее и вытащив вас из-под гибели. Боюсь, моё следующее вмешательство меня может вовсе выкинуть из этого мира, и тогда я ничем не смогу вам помочь: ни наставлением, ни советом добрым, ни подсказкой какой.

— Но… у меня нет оружия, — посетовал чейзер.

Дельф направил руку на землю и создал сияние, из которого появилось всё то, что нужно было солдату: пара ножей, пистолет, защитный шлем, три гранаты, плазмомёт и шесть батарей к нему.

— Здешнее подземелье полно тайн и кошмаров. Когда вы отправитесь в путь, будьте осторожны и ни в коем случае не отходите друг от друга, — настоятельно рекомендовал Оракул, пока Торк обвешивал себя боеприпасами. — Это Подземелье — могила тех, кто пробыл в нём более трёх минут. Я не могу предсказать, какие ужасы вас ожидают, но искренне желаю вам удачи.

— Благодарю тебя, Дельфийский Оракул, за наставления, указанную цель и подарок! — Торк взял в руки плазмомёт, после чего надел шлем на голову. — Мы спасём Эми, чего бы это нам ни стоило. Слово Альянса!

Загадочный Дельф кивнул и растворился в воздухе, словно его никогда здесь и не было. Подземелья тотчас же наполнились мрачной, пугающей атмосферой, и тихие голоса донеслись из прохода, способные вызвать мурашки на теле даже у самых невпечатлительных особ.

— Ну что, идём?

— С чего ты решил, что я пойду вместе с тобой? — фыркнул Спейд.

— Потому что ты в таком же положении, как и я, — заявил Торк, перезаряжая оружие и включая в шлеме ПНВ. — Поодиночке мы точно сгинем в этих подземельях, но вдвоём, думаю, справимся на раз.

— Я наёмник и за бесплатно ничего не буду делать.

— Хорошо, как скажешь. Тогда вот моя цена: помогаешь мне спасти Эми — и я рассказываю тебе всё, что связано с последними событиями на Авалисе. Заодно узнаешь, какая беда приключилась с твоим братом и кто на самом деле повинен в смерти твоего отца. Как тебе такая сделка?

Панда хмуро закатил глаза.

— Ладно, ты меня убедил. Пошли!

***

Темнота опустилась и с головы до ног начинала окутывать двух путников, стремительно углубляющихся в неё. Тихий шёпот, казалось бы, похожий на женский, не прекращался, и нередко ребятам приходилось оборачиваться, дабы в очередной раз убедиться, что здесь они одни. Фонарик светил ярко, освещая путь, но иногда он начинал мерцать. Одинокие стены не имели ни факелов, ни каких-либо царапин, словно некий архитектор старательно выводил вертикаль мазком, рисуя холодную красоту.

Спейд и Торк продолжали идти дальше, на всякий случай держа оружие наготове. Кто знает, какие твари водятся в подземелье. Наёмник подумывал однажды спуститься сюда и лично увидеть то, с чем сталкивались ветераны «Красных Шарфов», и кто же мог подумать, что Судьба однажды сама втолкнёт его в одинокую пустоту. Сюда, где нередко гибли предатели организации, куда ссылали пленных, исчерпав их полезность допросами. Даже крысы — и те бежали отсюда прочь, издавая писк. Злые духи бесились от злорадства, или сам Авалис не желал никого пускать в места, которым лучше оставаться тайной? Кто знает…

Торк не обладал заурядным опытом в кулачных боях, но был замечательным стрелком, стратегом и механиком. Не раз оказываясь с капитаном в подобных переделках, чейзер становился для него незаменимым помощником, готовым отправиться куда угодно во имя миссии, возложенной на них Альянсом. На одной планете, что слишком близко находилась к Солнцу, им вообще приходилось ползать глубоко под землёй, так как на поверхность опасно было выходить: температура выше ста градусов выжигала всё, чего касалась.

«Иногда нам, как крысам, приходится ползать по тихим уголкам огромного мира, чтобы выжить. Мы делаем то, что можем. Кого-то из нас однажды убьют, тогда как другие дойдут до конца, сумев переступить через порог смерти».

Спейду подобное изречение тоже было знакомо. В кругу наёмников было неоспоримое правило: убей или будь убитым. И он убивал, и делал это нередко, чтобы подняться и продолжить идти дальше. Не важно, кто перед ним стоял: крепкий парень или миловидная девушка - враг есть враг! Его быт — это мир животных, где балом заправляют инстинкты и эмоции; где разум проигрывает грубой силе. Здесь выживал лишь самый выносливый и сильный, тогда как слабые обретали печальную кончину.

Из туннеля неожиданно донёсся чей-то плач, и сильные порывы ветра обдали двух героев, которым пришлось прикрыться. Фонарик сначала замерцал, а потом и вовсе погас.

— Кажется, мы на пороге, — шепнул Торк, чиркая зажигалкой.

Спейд хмуро кивнул, тоже активировав зажигалку.

Маленький огонёк слабо освещал, но, по крайней мере, всё, что происходило в метре от них, ребята видели хорошо. Постепенно туннель расширялся, и порывы ветра намного чаще давали о себе знать, стараясь затушить огоньки на зажигалках. Приходилось вновь ими чиркать и идти дальше, попутно сетуя на здешнее зловоние.

«Командир»!

Неожиданно туннель озарился ярчайшим, слепящим глаза светом, и перед Торком предстали убитые Бревоном чейзеры, идущие навстречу. Их лица невозможно было разглядеть, и лишь чёрные силуэты искажались в белоснежном лимбе. Десять… пятнадцать… двадцать — Торк не мог насчитать, сколько их здесь, но точно знал каждого. Он округлил глаза, и холодная капля пота стекла по его виску.

— Ребята… Джейн… Сириус… Арн… Эрен… — хрипло вымолвил Торк, протягивая к ним руку. — К… К-капитан…

«Торк… командир… где ты? Куда ты ушёл? Почему»?

— Эй, очнись!

Торк моментально пришёл в себя, и туннель снова стал пустым и полным темноты. Тихо выдохнув, он перевёл глаза на Спейда, трясущего его за плечо.

— Что это было?

— Не знаю, но хорошего в этом мало, — промолвил наёмник. — Пошли дальше!

Дорога закончилась, и дальше путникам пришлось идти по пояс в холодной воде, попутно откидывая в сторону липкую тину. Снова в кромешной темноте с непрекращающимся тихим женским плачем. Какая-то знакомая мелодия касалась ушей обоих, но ни панда, ни чейзер не могли точно понять, чей этот голос. Он отсылал на что-то прошлое, самое сокровенное, что было у каждого. Пока Торк вспоминал лучшие годы своей жизни в Альянсе, Спейд никак не мог выкинуть из головы навязчивую ностальгию, тыкающую перед его глазами картину, где он и Дейл слушают наставления короля. Крайне неприятно!

Фонарик внезапно заработал, и луч его упал на телефонный аппарат, что находился на мраморной стене. Поступивший звонок мгновенно насторожил парней, и те, переглянувшись, приготовились к любым последствиям. Но ничего не происходило. Звонок с раздражающим звуком продолжал капать на мозг. Спейд хмуро приблизился к нему и снял трубку, после чего приложил её к уху.

— Спейд… сынок…

Рука принца задрожала, а сердце в одночасье заколотилось от нахлынувших на него чувств. Спейд панически отошёл назад, выронив трубку, и та бултыхнулась в воду, откуда послышалось тихое шипение. Голос отца — старческий, слегка хриплый, но до безумия родной.

— Пошли дальше! — сказал Торк, уводя Спейда отсюда под локоть, ибо тот от шока не мог самостоятельно идти.

Они поднимались по каменным ступеням наверх, а навстречу им шли чёрные неосязаемые образы, спускающиеся вниз. Свет в виде мерцающих лампочек время от времени давал о себе знать, и иногда парням казалось, будто идут они уже не по тёмному туннелю, а в каком-то общественном месте подобия метро, сталкиваясь с различными незнакомцами. Кто-то хотел отправиться на ночной фестиваль в Шан-Му, тогда как другие намеревались посетить другие страны и посетить их достопримечательности.

Потом Спейд и Торк снова шли в темноте. Фонарик вновь погас, и зажигалки снова чиркнули, выступая единственным источником освещения. Пару раз чейзер останавливался, когда из темноты доносилось его имя, но панда моментально возвращал товарища в строй, напоминая ему, что здесь оставаться опасно.

Тёмный путь вывел путников в огромное помещение, низ которого до отказа был залит какой-то зелёной жидкостью (скорее всего, кислотой). Торк первым двинулся вдоль стены, а Спейд последовал за ним. Ребята спрыгнули на железную платформу и огляделись, одновременно пряча зажигалки.

— Видимо, это один из блокпостов «Красных Шарфов», — решил Спейд, заметив погибших наёмников.

Неожиданный рык моментально насторожил парней.

— Приготовься! — крикнул Торк, поднимая плазмомёт.

Из дыр в стенах начали выпрыгивать одноглазые хищники со скользкой голой кожей, после чего началась битва.

Спейд отскочил назад и атаковал их картами, одних разрезая на кусочки, а других — подрывая. Затем развернулся и мощным ударом повалил противника. Когда очередной хищник в прыжке постарался вцепиться наёмнику в горло зубами, он перекатился под ним, схватил с пол мачете и принялся орудовать им. Один удар — и две головы летят в стороны, окропляя пол алой жидкостью. Второй — и трое противников повержено. Спейд топнул по полу, подкидывая второе мачете. Затем накалил их зелёной энергией и начал выкашивать супостатов подобно мельнице.

Торк постоянно двигался, поражая хищников плазмой. Один выстрел прожигал в телах противников огромные дыры, а с тем учётом, что чейзер не брезговал пинать их, здешнему контингенту приходилось обходить командира со всех сторон. Торк был спец в стрельбе! Он резко присел, пропуская над собой хищника, и открыл огонь, и голубые сферы плазмы начали поражать тварей. В помещении моментально запахло горелым мясом и кровью.

Когда битва подошла к концу, Торк поднялся и осторожно огляделся, проверяя, все ли мертвы. Спейд подошёл к нему.

— Видно, этот пост был уничтожен не бойцами Бревона, а здешними чудищами, — сделал вывод чейзер.

— Хм. Пожалуй, я возьму это с собой, — панда повесил себе на спину ножны из толстой ткани и засунул в них два мачете.

Они двинулись дальше.

Темнота больше не сгущались, и зажигалки были убраны в карманы, поскольку путь относительно был виден. Монстры не встречались, чему Спейд и Торк были в какой-то степени рады, ибо им ещё нужны были силы. Спасти Эми — трудная задача, но с ней нужно было справиться любым способом. Вполне возможно, что Дейл нагнал Серпентина и доложил ему о провале операции. Однако Подземелье было полно нелинейных путей, и трудно было предположить, кто куда выйдет. Ребята шли только вперёд и не сворачивали.

— Слышишь? — вдруг сказал Торк. — Поблизости где-то есть вода.

Перед ними предстал подземный водопад, спадающий в небольшое озеро. Здешним освещением выступали различные кристаллы, и каждый дюйм окружения можно было рассмотреть, даже не прищуривая глаза. Спейд и Торк спрыгнули в воду, которая была им по пояс, и двинулись дальше. Они уже очень глубоко зашли в туннель и возвращаться назад, даже если ребята выбрали неправильный путь, было бы глупо. Дорогу парни вряд ли найдут.

С каждым шагом, приближающим их к середине озера, куда падала вода, навязчивый шёпот становился всё громче и отчётливее. Он перекрикивал шум падающей воды и сквозь брызги долетал до ушей панды и чезара. Кто-то звал их, просил поторопиться…

— Чёрт!

Торк внезапно провалился под воду, и то же самое постигло Спейда, попробовавшего вытащить товарища. Что случилось — неизвестно: пол исчез внезапно, окуная путников с головой в изумрудную воду. Наёмник и командир оказались в водном мире, откуда нельзя было вынырнуть. Кругом слепящий глаза свет, какой-то непонятный шум. На холод воды жаловаться не приходилось, поскольку адреналин, бушующий в крови подобно изверженному вулкану, не давал им даже секунды на то, чтобы подумать о чём-либо, кроме происходящего…

Спейд и Торк неожиданно выпали из воды и оказались на полу. Мимо них пробежало несколько военных панд, сообщающих друг другу о полной боевой готовности. Опешившие парни огляделись и заметили, что находятся уже не в Подземелье, а на верхушке высокой горы, где собрались самые лучшие воины Шуигана. Спейд опешил: здесь был и король, на чьем плече покоился топор.

— Ваше Величество, мы готовы к нападению на Дао-Линь! — оповестил короля ниндзя.

— НЕ СМЕЙ, АКС! НЕ ВЗДУМАЙ! — закричал пленённый пандами тигр, пытающийся вырваться из хватки военных. — ТЫ НЕ ВЕДАЕШЬ, ЧТО ТВОРИШЬ!

— Акс? — уточнил Торк.

— Так звали моего отца, — объяснил Спейд.

Тем временем…

— ЭТА ДЕРЕВНЯ НЕ СДЕЛАЛА ТЕБЕ НИЧЕГО ПЛОХОГО!

— Она представляет угрозу для моего королевства, — холодно парировал Акс, окидывая грозным взглядом маленькую деревушку, что находилась у подножья горы.

— И ЧЕМ ОНА ПРЕДСТАВЛЯЕТ УГРОЗУ? ТЕМ, ЧТО ПРИНЦЕССА ЛАЙМИЛИЯ ИМЕЕТ КОЛОССАЛЬНЫЙ ЗАПАС ЦИ? ТОЛЬКО ЗА ЭТО ТЫ ХОЧЕШЬ УНИЧТОЖИТЬ ЭТУ МАЛЕНЬКУЮ ПРОВИНЦИЮ?

— Хватит, Шрам! Того, что маленькая девочка, неспособная обуздать дарованное ей судьбой проклятье, убила собственных родителей, можно считать более чем веской причиной. Она несёт угрозу, которую я сегодня и уничтожу.

— ПОЖАЛУЙСТА, ОДУМАЙСЯ! — взмолился Шрам, но военные лишь крепче сдавили ему руки. — ОНА ВЕДЬ РЕБЁНОК!

— То, что ты проникся любовью к принцессе Лаймилии, мне ни о чём не говорит. Врагов своего королевства я буду истреблять!

— НЕ-Е-Е-Т!!!

— Огонь! — приказал Акс.

Огромный огненный шар упал на деревушку словно космический метеор, и в небо ринулся ядерный грибок дыма багряных красок, раскидывающий обломки домов во все стороны. Слышны ли были крики тех, кто в одночасье обратился в ничто? Возможно. Спейд и Торк наблюдали за происходящим с нескрываемым ужасом на лице. Даже они, не раз убивающие своих противников, были потрясены геноцидом, который устроил король Акс. Тысяча жителей была уничтожена одним лишь падением огненного шара.

— Ты знал об этом? — тихо вопросил Торк.

— Слышал, но не думал, что всё… так… — вымолвил Спейд, округляя глаза.

— Но за что?

— Поговаривали, будто принцесса Лаймилия имела гораздо больший запас Ци, чем Королевский Магистр. Дословно я не слушал эту историю, но с тех самых пор независимое государство Дао-Линь навсегда кануло в небытие.

Холодная вода вновь окутала двух путников, размывая происходящее внутри себя. Панда и чейзер не успели опомниться, как оказались уже внизу, в горящей деревне, от которой остались лишь одни руины. Даже тела — и те сгорели.

— Это случилось буквально четыре года тому назад, — рассказывал Спейд, когда товарищи двинулись по обуглившейся от огня дороге, переступая через поваленные столбы. — Дао-Линь был богат обилием Ци, благодаря чему начинал претендовать на роль четвёртого государства на Авалисе. Прежний правитель Шан-Му, мой отец и Королевский Магистр единогласно подтвердили своё согласие. В будущем принцесса Лаймилия должна была возглавить Дао-Линь и править им, но внезапно случилась беда…

Девочка ещё не научилась говорить, но её тело уже переполняло безграничное Ци. Мудрейшие советники долго думали над тем, как помочь принцессе обуздать то проклятье, которым наделила её судьба. В конечном итоге было принято следующее решение: изолировать девочку от окружающего мира до тех пор, пока она не достигнет своего совершеннолетия. Родители, разумеется, воспротивились и встали на защиту дочери. Мой отец предупреждал их о плохих последствиях, но они не послушали его…

Это случилось за два дня до произошедшего геноцида. Принцессу учили обузданию собственного Ци, чтобы использовать его в целебных направлениях. В тот момент девочка потеряла над собой контроль и использовала боевое, одним махом убивая своих родителей. Страшная весть разлетелась по всему Авалису, и мой отец посчитал это за угрозу, способную доставить неприятностей нашему миру. Он пришёл в Дао-Линь с приказом передать ему принцессу Лаймилию для казни, но жители провинции наотрез отказались. Тогда отец собрал армию, чтобы уничтожить Дао-Линь.

— Остальное ты видел сам, — с тяжёлым вздохом закончил Спейд.

Торк был в ужасе от услышанного. Он знал со слов Лайлак и Кэрол о том, что Шуиган исповедовал более жёсткую и категоричную политику, но не думал, что настолько. Буквально за один день провинция, готовая в будущем стать четвёртым государством, обратилась лишь в слухи, способные вызвать не приятную ностальгию, а чувство печали и сожаления. Они, неведомым образом оказавшиеся здесь, шли по горящим улицам и не видели никого, кто мог бы уцелеть в этом хаосе. Геноцид! Ради спасения других королевств было уничтожено одно, но был ли в этом смысл? Торк не понимал. Не хотел понимать.

И Спейд, судя по всему, тоже, поскольку молча играл желваками, обдумывая увиденное. Неужели именно от этого он бежал в «Красные Шарфы», дабы не стать узником жёстких правил Шуигана? Не это ли вызвало в нём отвращение к своему титулу? Спейд убивал и делал это нередко, но его работа никогда не доходила до геноцида. Он истреблял в основном наркоторговцев и главарей преступных банд, при этом не трогая невиновных. Даже у наёмника, убивающего за деньги, были свои принципы.

Тихий плач — его ребята слышали ещё с тех пор, как только вошли в туннель — снова достиг их ушей. Но в этот раз он звучал совсем рядом и был разительно реален, отличаясь от предыдущих вариаций.

— Мамочка… п-папочка… все вы… п-простите меня…! — плакала девочка.

— Какой знакомый голос! — насторожился Торк.

Девочка сбежала буквально из-под носа, чем шокировала парней.

— За ней! — бросил Спейд.

Принцесса выжила! Вот теперь панде и чейзеру было, чему действительно удивляться. Маленькая история, о которой авалисяне старались вспоминать как можно реже, сохранило живое доказательство своего существования. Плевать, что это было всего лишь видение! Плевать, что они не смогут изменить то, что однажды сделал король Акс. Спейд и Торк хотели лично посмотреть на эту девочку, чтобы убедиться, что история не просто реальна, а в прямом смысле настоящая. Кто эта принцесса? Как подземелье связано с её судьбой?

— Какая шустрая!

Спейд и Торк не успевали выбегать из-за поворотов, как плачущая принцесса скрывалась за следующими. Быстрее, ещё быстрее! Нужно было догнать её, увидеть всё своими глазами. Дао-Линь мёртв, но маленький росточек в виде юной принцессы прорастал через пепел…

Но, к сожалению, когда Спейд и Торк забежали в тупик, никого там уже не было.

— Куда она пропала? — опешил чейзер.

Холодная вода вновь охватила двух товарищей и смыла картину с тлеющими руинами. В последний момент Спейд заметил, что принцесса на самом деле пряталась за большим валуном, но разглядеть её сквозь воду он не смог. Горькая история осталась за стенами подземных вод…

А потом Спейд и Торк упали на горящий поезд, сошедший с рельс и накренившийся над пропастью. Отряды ботов лежали у ног панды и чейзера. Шум пожара вновь неприятно резанул по барабанным перепонкам.

— Эми! — закричал Торк.

Ежиха со слезами на глазах бродила между грудами убитых тел, не зная, что делать дальше. Однако, услышав своё имя, Роуз дёрнулась, а затем рванула вперёд.

— Быстрее, мы должны догнать её!

Спейд и Торк бросились за ней, попутно перепрыгивая через горящие тела и огибающие торчащие со всех сторон раскалённые прутья. Эми продолжала убегать. Она перепрыгнула через разрушенный мост, оттолкнувшись молотом от пола, и оказалась на другом вагоне, чей верх был разрушен. Спейд и Торк остановились у краев пропасти.

— Эми, подожди! — крикнул Торк, и та, к счастью, наконец-то обернулась. — Стой, мы тебя спасём!

Но внезапно вагон дрогнул. Хрупкие мосты треснули, и горящий состав с грохотом полетел вниз, в бездонную пропасть.

— НЕ-Е-Е-Т!!! — и Торк прыгнул вслед за ней.

Спейд действовал точно так же, как и он. Они вместе падали вниз и смотрели, как Эми с трудом старается взбежать по вагону наверх, чтобы спастись. Иллюзия, наваждения, кошмары — Спейд уже не знал, как именно охарактеризовать происходящее. Для него это больше не было обычным заданием, которое нужно выполнить за определённую сумму. В какой-то момент наёмник понял, что другого просто не может быть. Именно здесь, именно сейчас решается его дальнейшая судьба, и отголоски прошлого навязчиво подталкивают юношу вперёд, приказывая наконец-то взять ситуацию в свои руки. Спейд был потрясён. Он летел вниз, но даже не думал о смерти. Это — Судьбоносный Рок, ворвавшийся в привычную ему консервативную жизнь и волной сносящий все баррикады, которые наёмник старательно возводил многие годы.

Эми… Торк… король Акс… принц Дейл… Шуиган… принцесса Лаймилия… Дао-Линь… Подземелья…

Но в итоге парни снова оказались в воде, из которой им в этот раз удалось вынырнуть. Фонарь моментально заработал, и свет кристаллов в одночасье потух.

— Едва не захлебнулись, — откашливаясь, сказал Торк. — Это место слишком аномальное!

— Пошли, пока не словили очередной кошмар, — Спейд рывком выбрался из воды и двинулся дальше.

Финишной чертой стало начало железной дороги, уводящей вглубь туннеля. Одинокая дрезина слегка сошла с рельс, но была вполне пригодной для передвижения, имея два пассажирских места. Рядом находился последний пост «Красных Шарфов», но в этот раз наёмники погибли от лучевых выстрелов.

— Эти уроды, похоже, здесь проходили, — промолвил Спейд.

Торк поднапрягся и рывком вернул дрезину на рельсы. Затем запрыгнул на водительское место и включил зажигание. Лампочки моментально вспыхнули, и фары ярчайшими лучами выстрелили вперёд, освещая двум товарищам путь.

Дрезина тронулась, когда Спейд запрыгнул на второе место, и Торк вручил ему пистолет в руки, попутно объясняя, как эта штука работает.

— Мы прошли самое трудное, что было в этом Подземелье. Осталось завершить начатое, — обронил посерьёзневший Торк.

Спейд хмуро кивнул.

***

Дрезина очень быстро катила по рельсам. Пока Торк управлял ею, Спейд с закрытыми глазами вспоминал всё, что он пережил вместе с чейзером в туннелях. Эти кошмары… эти видения… каждые из них были по-своему реальными. Что имел в виду Дельфийский Оракул, когда говорил о пророчестве? Какой сакральный смысл вкладывал в свои слова? Спейд ничего не понимал, но точно знал одно: Оракул специально подвёл всё к тому, чтобы принц Шуигана пошёл именно ЭТОЙ дорогой. Чтобы всё увидел своими глазами и понял, во что может вылиться его бездействие. Он ушёл, но оставил после себя замысловатый шлейф, полный таинственности и загадок, которые ещё предстояло разгадать.

Не менее поражённым был Торк. После того, что ему пришлось пережить, служба в Альянсе уже не казалась столь тяжёлой, как раньше. Там, по крайней мере, была какая-то конкретика, дающая понять, что есть что. Авалис же был полон секретами, и чейзер не сомневался, что большая их часть неведома самим авалисянам. Слишком много недосказанности, плавно перетекающей в мистику.

Раздумья тотчас же отошли на второй план, когда грохот металлических колёс начал усиливаться, а затем послышался шум поезда.

— Мы их догнали! — рявкнул Торк. Спейд моментально взялся за пистолет.

Дрезина выехала из туннеля, одновременно вырываясь вперёд вместе с поездом. Солдаты Бревона сразу же открыли огонь по вражескому объекту, на что Спейд ответил тем же. Меткими выстрелами он кончал супостатов, одновременно прячась за железным листом, который, к счастью, нельзя было расплавить плазмой. Торку пришлось наклонить голову, чтобы его не подстрелили, и Спейд, перезарядив оружие, снова открыл огонь.

— Чёрт! — воскликнул Торк, когда к ним навстречу начала приближаться другая дрезина. — Сейчас!

Прицелившись, чейзер подорвал объект, и тот, пылая, пролетел над ними, после чего парни продолжили ехать дальше. Спейд перезарядил пистолет и продолжил перестрелку. Он метал в противников взрывные карты, работающие не хуже гранаты, расстреливал автоматчиков, попутно прячась за листом. Когда пули закончились, Торк отдал Спейду свой плазмомёт, и дело пошло на лад.

Однако это давало слабый результат. Рано или поздно железные пути разойдутся, и тогда поезд поедет дальше, везя лорду Бревону на аудиенцию жительницу Мобиуса.

— Как только я подъеду ближе — сразу же перепрыгивай! — скомандовал Торк. Спейд, кивнув, приготовился.

Он перескочил на враждебный состав кувырком, во время переката выхватывая из-за спины мачете и зажигая их зелёной энергией. Торк показал наёмнику большой палец, после чего свернул в другую сторону. Дальше дело было за принцем!

Спейд бросился вперёд, режущими взмахами мачете кончая ботов пачками, не давая им возможности перегруппироваться. В этот момент наёмник воспроизвёл в своей голове все фрагменты, связанные с кунг-фу своего отца, и буквально парил в воздухе, словно летящий сюрикен, клинками кромсая врагов. Перескочив в другой вагон, Спейд режущим ударом отцепил предыдущий и побежал дальше. Потом дальше. И снова вперёд! Удары мачете оставляли после себя в воздухе ровные линии зелёного цвета, что дезориентировало ботов, тотчас же получающих смертельные удары. А Спейд не переставал бежать, отцепляя один вагон за другим.

Эми находилась в самом первом, запертая в большой клетке. Подскочив, Спейд точным размахом перерубил замки и освободил ежиху, не понимающую, что вообще происходит.

— Ша-а!

Спейд получил подлый удар в спину от Серпентина и упал на пол, выронив мачете. Перевернувшись, он увидел, как генерал нацелил на него пушку.

— Сдохни! — прошипел Серпентин.

И тут же получил мощный удар от Эми, с криком обрушивающей свой молот ему на голову. Атака была настолько мощной, что змей пробил собой стену и выпал из состава, падая куда-то вниз.

Спейд омрачился. Схватив мачете, он кувырком перепрыгнул через Эми и нанёс появившемуся Дейлу две резаные раны, ногой откинув его назад. Принц прорычал, топотом ноги подкидывая глефу и сталкивая её с клинками Спейда.

— Попался, предатель! — мрачно промолвил Дейл.

— Заткни свой рот! — яростно прорычал Спейд, отталкивая его подальше от Эми.

Панды исчезли в зелёном рывке и оказались уже на крыше вагона, где вступили в схватку. Удары орудий друг о друга создавали брызгающие во все стороны искры и оставляли зелёно-фиолетовые полосы в воздухе, в результате чего со стороны трудно было разобрать, кто где. Поезд ехал слишком быстро, что сильно мешало противникам сражаться, но они не обращали на это внимание, продолжая биться дальше. Дейл виртуозно раскручивал глефу в руках и пару раз умудрился порезать острым лезвием Спейда, но тот был быстрее за счёт мачете, а потому нередко совершал выпады в сторону брата, заставляя его отступать. Два принца, разделяемые на «Светлый» и «Тёмный», сражались яростно, не испытывая ни капли страха. И если в первом поединке Спейд сомневался в своих силах, то сейчас он вёл себя куда смелее и отважнее, превращая свои мачете в изумрудную «Мельницу».

Однако Дейл по-прежнему был опытен. Его оружие было длинным, да и сказывались тренировки с Аксом. В какой-то момент принц сделал шаг вперёд и слегка оцарапал Спейда, намереваясь пронзить ему грудь. Но наёмник резко отбил глефу клинками и отскочил назад, и в этот момент Дейл получил выстрел от появившегося из туннеля Торка.

— Что? — опешил Дейл.

— Р-Р-Р-А-А-А!!!

Спейд отбил глефу во второй раз, а затем начал бить принца ногами. Затем раскрутился в своеобразную «Дрель» зелёного цвета, после чего скинул правителя Шуигана вниз с вагона. На этом мини-поединок братьев и закончился.

Дальше дело было за малым. Прорубив дыру в поезде, Спейд спрыгнул вниз, после чего засунул мачете в ножны, взял ослабшую Эми на руки и спрыгнул с вагона. Торк, кивнув, подорвал поезд из ракетницы.

Мощный взрыв сотряс мост, что не выдержал такого давления и с грохотом раскололся, роняя горящий состав в пропасть. Спейд превратился в зелёный силуэт и рывками заскользил по стенам, изредка используя мачете для того, чтобы разворачивать себя в нужном направлении. Торк выделился в разы больше, ибо умудрился пролететь над пропастью на дрезине, поджечь последнюю и эвакуироваться в последний момент, прежде чем та с грохотом ударилась о стену. Новый взрыв создал проход на свободу, и троица, воссоединившись у её основания, наконец-то покинула злосчастное подземелье.

***

Голубое небо над головой, тёплые лучики солнца и неимоверно приятный свежий воздух — как же это чудесно! Во всяком случае, герои этому были искренне рады после бесконечных ползаний по ужасному Подземелью. Никаких больше кошмаров, связанных с аномалиями, да и сражения на данный момент подошли к концу. Миссия по спасению Эми была завершена успешно. Можно сказать, Бревон только что остался у разбитого корыта, хоть и цена осознанию была велика.

Пока Эми умывала лицо около ручья, Торк рассказал ей всё, что он пережил вместе со Спейдом. О последнем пришлось говорить намного чаще с хорошей стороны, ибо Роуз едва не прибила его молотом за то, что он втянул её вместе с чейзером в такую заварушку. Впрочем, Эми недолго гневалась на Спейда, учитывая то, что тот в одночасье остался один, лишившись не только милости брата, но и товарищей из «Красных Шарфов». Не одной ей досталось от врага.

— И вы шли через весь этот кошмар, чтобы спасти меня? — на этом моменте Эми растрогалась и едва не заплакала от нахлынувших на неё чувств. — Но… вы же сами едва не сгинули в Подземелье.

— Выбор был невелик, дружище, да и как мы тебя бросим-то? — усмехнулся Торк, показав ей большой палец. — Меня в Альянсе учили одному: защищать и оберегать своих друзей.

— Я всего лишь выполнял свой заказ, не более, — фыркнул Спейд, скрестив руки на груди. — Теперь жду ответов на свои вопросы.

Чейзер честно рассказал панде всё, что знал о Бревоне, начиная с приквела и заканчивая сегодняшним днём. Эми добавила историю об Эггмане и его коварных планах касательно Авалиса, чтобы наёмник знал абсолютно всё, что происходило на этой планете.

Когда рассказ подошёл к концу, Спейд закрыл глаза и подошёл к обрыву, откуда открывался вид на дикий лес и одинокие горы. Как бы он ни говорил, что это всего лишь заказ, пережитый ужас в Подземелье сильно сказался на нём. В настоящий момент наёмник до безумия хотел напиться, чтоб на какое-то время выпасть из происходящего, а заодно снять напряжение, свалившееся ему на плечи подобно однотонному мешку. Много чего он видел в своей жизни, но такое ему повстречалось впервые.

— Уж не знаю, как вы, но я зла, как чёрт! — оскалилась Эми, сжав руки в кулаки. — Эти уроды мне ответят за то, что наворотили! Я их ненавижу!

— Неудивительно, причин их презирать много, — согласился с ней Торк, повесив плазмомёт за спину. — Сам жду не дождусь, когда Бревон падёт. Он обязан ответить за всё то зло, что сделал другим.

После парочка посмотрела на Спейда, стоявшего на одном колене перед тонким деревцем. Роуз хотела обратиться к нему, но командир жестом попросил её помолчать, ибо понимал, что у того на душе сейчас скребут кошки. Наёмник вытянул из кармана красную ленточку и обвязал её вокруг тонкой веточки, тем самым поминая погибших товарищей. На секунду его глаза увлажнились, но юноша быстро взял себя в руки и смахнул непрошенные слёзы, ни в коем случае не собираясь расклеиваться.

Затем поднялся и вернулся к ежихе и чейзеру, попутно вытащив из карманов два красных шарфа, а затем протягивая их ребятам.

— Надевайте, — сказал Спейд, когда те удивлённо посмотрели на него. — Вам они пригодятся на случай, если нам вдруг придётся сотрудничать с влиятельными лицами.

— Что ты этим хочешь сказать? — спросил Торк.

— Я более чем уверен, что наши знакомые уже пустились в приключения, пока мы тут свои дела решали. Придётся потрудиться, чтобы найти их.

— Погоди-ка! То есть, ты намекаешь на то, чтобы мы стали командой? Это с какой-такой радости? — нервно поинтересовалась Эми.

— Я так захотел! Вопросы будут?

— Что? Ты захотел?! Гр-р! Да пошёл ты в задницу, хочун недоделанный!

— Что ты сказала? — оскалился Спейд, резко поворачиваясь к ней лицом. — Я спас тебя, поэтому ты передо мной в долгу!

— Я уже вернула должок, когда та змеюка тебе башку решила прострелить! — огрызнулась Эми, встав перед ним со скрещёнными под грудью руками. — А с учётом того, что мы в этой заднице оказались из-за тебя, Моё Величество имеет абсолютное право сказать тебе: катись-ка ты к чёрту, урод!

— Слушай, ты…!

— Я тебе не подружка, чтобы ты мне тыкал!

— Ах ты…!

— Так, ребят, спокойно! — Торк встал между Спейдом и Эми, чтобы предотвратить начинающийся конфликт. — Давайте остынем и подумаем головой, а не эмоциями. Эми, Спейд прав: нам лучше держаться вместе, пока мы не найдём наших.

— Поняла? — нагрубил ежихе наёмник.

— Но и ты, Спейд, должен понимать, что решение должно быть единогласным и что по-твоему тоже ничего не будет. Как Эми и сказала, мы в этих проблемах оказались по твоей вине.

— Понял? — рявкнула на панду Роуз.

— Я согласен на временное перемирие. В нашем случае на большее рассчитывать не приходится.

С этими словами чейзер надел на шею красный шарф и решительно кивнул. Ежиха проворчала недовольно, однако сделала то же самое.

— Куда дальше держим путь? — спросил Торк.

— Совсем скоро Дейл нападёт на Шан-Му, чтобы выкрасть Королевский Камень у Зао, — сообщил Спейд, чем удивил ребят. — Предлагаю проникнуть на одну из баз Шуигана, замаскироваться и попробовать предотвратить нападение.

— Это безумие! — воскликнула Эми. — Почему мы просто не можем отправиться в Шан-Му и предупредить этого Зао?

— Пока мы будем топать до Шан-Му, Дейл успеет три раза выкрасть артефакт. Слишком далеко и долго! До Шуигана же рукой подать.

— Звучит, конечно, так себе, но это самый оптимальный вариант, — вздохнул чейзер. — Давайте сразу же приступим к заданию, чтобы не терять время.

Глава 19: Король или Шут

Катер плавно скользил по дикому ручью, рассекая водную гладь будто нож. Вездесущие бамбуковые тростники встречались нередко, в основном растущие здесь лишь для того, чтобы скрывать ручей от посторонних глаз. Как было указано на карте, где-то здесь начиналась граница, отделяющая Шан-Ту от Шуигана. Гонг настрого приказал держаться рядом с командой и ни в коем случае не отходить от неё.

Катером управлял солдат в лице антропоморфной синей утки, вместо слов который отвечал кратким «Кря». Гонг всё время смотрел в бинокль, время от времени сообщая рулевому, где нужно сворачивать, чтобы не заплыть случайно в Шуиган, а где — нет. Нира молча сидела на сидениях, положив копьë себе на колени. Мэник находился напротив в ожидании своего звёздного часа.

Катер медленно причалил к берегу, и ёж с пандами покинул водный транспорт.

— Далеко не отплывай, так как ты можешь понадобиться нам в любую минуту, — приказал Гонг.

— Кря! — кивнул водитель.

— Идём.

Они отодвигали тяжёлые большие листья, закрывающие дальнейший проход, переступали через небольшие ямы, попутно уничтожая вездесущую паутину, которую наплели дикие пауки. Гонг каким-то образом умудрился раздобыть бамбуковый тростник и сейчас шёл впереди, вгрызаясь в него зубами. Мэник держался поближе к Нире, ибо не знал, с чем им придётся столкнуться здесь.

Конечной остановкой команды «Frozen» стала песчаная полянка, ореолом расположенная в центре дикого леса. Это, видимо, и было то самое место, про которое говорил Королевский Магистр.

— Нира, приступай! — сказал Гонг.

Ледяной рыцарь вышла вперёд, после чего прикоснулась лезвием копья к песку и начала ходить по кругу, начерчивая снежный символ с иероглифами. Когда печать была готова, девушка уколола себе палец и пустила немного крови на рисунок, который тотчас же окрасился в красный цвет. Завершением стали пальцы, поднятые до уровня глаз. Из тела панды хлынуло ци.

А потом Мэник воскликнул, когда земля неожиданно задрожала. Песок в одночасье поднялся вверх, сформировываясь в огромную голову дракона; его распахнутые глаза моментально зажглись золотой энергией, и огромные хвосты спали на землю. Гонг отошёл назад, попутно оттащив опешившего Мэника. Нира закончила с ритуалом «гу» и вернулась к своим товарищам.

— Что это? — воскликнул Мэник.

— Пещера Сокровищ, — объяснила Нира. — Сладкая цель для искателей сокровищ — и страшная для них же ловушка.

Перед троицей находилась песчаная голова дракона, смотрящего на них золотыми глазами. Зелёный ёж что угодно ожидал увидеть за закрытым барьером, хоть тот же самый Мободун. Но никак не то, что получилось в итоге…

К.т.о. п.о.с.м.е.л. п.о.т.р.е.в.о.ж.и.т.ь. м.о.й. с.о.н.?

Мэника аж пробрало от услышанного. Он понимал, что Авалис полон удивительных загадок и чудных изысканий, но чтоб так…!

— Теперь я расскажу, почему Магистр очень сильно надеялся на тебя, когда отправлял нас на это задание, — пояснил Гонг, поворачиваясь лицом к зелёному ежу. — Видишь ли, эта пещера реагирует на уровень ци каждого, кто пытается в неё войти. Чем сильнее ци, тем меньше шансов на то, что пещера пропустит чужака.

— Ты — другой. В тебе нет ни капли ци, на уровень которого пещера бы среагировала, — добавила Нира. — Поэтому заговори с духом сокровищ. Вероятно, ты приглянёшься ему как гость, и он тебя пропустит.

Вор сглотнул, но кивнул и сделал несколько шагов по направлению к пещере. Песчаный дракон сосредоточил взгляд на нём.

К.т.о. т.ы.?

— Я ёж Мэник, житель Мобиуса и бродячий музыкант, — ответил Мэник, старающийся подавить в себе тревогу.

Дракон молча прожигал ежа взором горящих энергией глаз, тогда как душа того уже давно ушла в пятки. Слишком страшно, чтобы спокойно к происходящему относиться.

Т.ы. п.р.и.ш.ё.л. з.а. т.е.м., ч.т.о. п.р.и.н.а.д.л.е.ж.и.т. т.е.б.е..

В.о.з.ь.м.и. э.т.о..

Н.о. п.о.м.н.и.: е.ж.е.л.и. п.о.л.ь.с.т.и.ш.ь.с.я. н.а. м.о.ё., т.а.к. б.ы.т.ь. т.е.б.е. м.о.и.м. в.р.а.г.о.м..

С этими словами дракон разомкнул пасть, тем самым открывая вору проход внутрь пещеры. Мэник осторожно подошёл к её основанию и, наступив на губу духа, посмотрел вниз. Перед ним выстроились золотые ступени, уводящие вглубь таинственной пещеры, откуда исходил золотой свет.

— И что дальше? — Мэник вопросительно посмотрел на своих новых товарищей.

— А дальше, новобранец, тебе придётся разыскать источник той активности, которая беспокоила Магистра, — ответ Гонга сильно озадачил ежа.

— Эм-м… Простите, конечно, но как я это сделаю, если тусую в вашем мире всего ничего? Да и отделять обычное от подозрительного — извините, тут мои способности медиума вообще ни на что не пригодны, ибо нет их у меня.

— Насчёт этого не беспокойся — с тобой пойдёт Нира.

Ледяная воительница кивнула в знак подтверждения.

— Но… вы же сказали…

— В отличие от меня и других солдат, Нира умеет скрывать присутствие своего ци, — объяснил панда с щитом на спине. — Изначально миссия возлагалась на неё, однако пещера сокровищ не изучена. Следовательно, мы не знаем, с чем можем столкнуться наверняка, а значит, идти в одиночку — дело рискованное.

— Вдобавок, пещере необходимо регистрировать чьё-то присутствие во время поисков истока, а иначе она просто «уснёт», и тогда тот, кто в ней в это время будет, не сможет выбраться потом на волю, — добавила Нира.

— Ага. Выходит, регистрировать пещера будет моё присутствие, но поиск причины нашего появления здесь возлагается на тебя, — догадался Мэник.

— Абсолютно верно.

«Что ж, это значительно упрощает всё», — с облегчением резюмировал про себя мобианец.

— Так что слушайся Ниру и не отходи от неё ни на шаг. И никакой самоволки, солдат! — строго заявил Гонг. — Это место гораздо опаснее, чем кажется, и любой проступок с вашей стороны может стоит вам жизни.

— Буду держать ухо востро и хвост трубой.

— Очень на это надеюсь.

С этими словами Гонг отошёл назад и со скрещёнными на груди руками смотрел, как Нира двинулась к пещере, попутно маскируя своё ци. Мэник последовал за ней.

«Хех. Будто в Мободун вернулся», — хмыкнул про себя мобианец, на мгновение вернувшись в прошлое. Конечно, загадочный город, скрытый за волшебным барьером, имел больше отличий от нынешней пещеры, чем сходств, однако кое в чём они были похожи. А именно — всеобщая таинственность, которую нельзя объяснить рационально. Это не то место, где работают логика и расчёт. Здесь надо полагаться на интуицию и веру, ибо лишь они одни способны стать спасительным ориентиром.

Впрочем, Мэник быстро прекратил об этом думать, когда после созерцания драгоценностей переключился на шедшую перед ним Ниру.

— Вот уж ирония: в прошлый раз мы сражались друг с другом, а теперь вместе спускаемся в опасное место, где, возможно, можем погибнуть. Почти как свидание, ты не находишь, а? — как Мэник и говорил ранее, придерживаться лишь базовых целей – а именно: поиск друзей — он не собирался. Избрав для себя Ниру как соответствующую его вкусам подругу, он сразу же приступил к её обольщению, причём делать это начал ещё, будучи заключённым.

— Нет, — однако Нира с первых же минут их знакомства дала ему понять, какого она о нём мнения. На флюиды ежиного обаяния ей было плевать. Девушка в принципе не питала симпатии к своему новому знакомому, взаимодействуя с ним лишь по воле Магистра.

Понимал ли это Мэник? Конечно. Но это мало что меняло — в его случае.

— А я вот, знаешь ли, нахожу в этом что-то романтичное, что-то волнующее, — продолжил он очаровывать холодную девушку. — Только подумай: спускаться в Бездну вместе с кем-то, кто тебе безумно нравится — не это ли восторг, будоражащий кровь похлеще головокружительной эйфории?

— Нет.

— Вот зря ты так, на самом деле. Жизнь одна, и время наше ценно — его надо проводить с кайфом, чтобы было потом, что вспомнить в будущем.

Молчание.

— Я вот, кстати, барабанщик. И певец ещё. Не то чтобы всеми признанный, но словами постелить могу шёлково, по красоте. А ещё…

— Страшный болтун и хвастун, который тратит это самое «ценное» время на ерунду, — жёстко осадила его Нира.

— Что, настолько сильно на меня обиделась за то, что я снял с тебя трусики?

Панда тотчас остановилась, и весёлый ёж тотчас сник, быстро смекнув, что чего-чего, а вот этого ему говорить не стоило. Самое забавное, что он и не хотел так делать. Но язык его был главным врагом ему, и устоявшиеся привычки саркастить и сыпать колкостями никуда не делись. Что уж говорить, если на этом поприще он ничем не отличался от тех же Соника и Сони, способных генерировать острые подколки похлеще него самого? Наверное, в этом проявлялась их общая черта характера, помимо страсти азарта и риска, которую они унаследовали либо от матери, либо от отца.

— Нирочка, прости! — тут же сложил ладони в мольбе Мэник, не имея никакого желания огребать от неё за свою колкость. — Я просто… это… случайно, да. Хотел разрядить обстановку, но…

Договорить мобианец не успел: его прервал тихий недолгий смешок, сорвавшийся с уст ледяной воительницы.

— Интересная у тебя техника боя, конечно. Такого мне ещё не доводилось видеть.

— Ась? — опешил Мэник. Нира тем временем посмотрела на него через плечо, и хотя её взгляд по-прежнему был прохладен, в своём поведении панда несколько смягчилась.

— Я про твоё воровство нижнего белья. Более глупого способа одолеть своего противника стоит ещё поискать.

— Это ты так хаешь меня или хвалишь, понять никак не могу?

— Не знаю. Не решила ещё пока.

Мэник озадаченно почесал затылок, продолжив следовать за девушкой.

Первая комната, в которую зашла троица, оказалась до отказа забита золотом и различными украшениями. И диадемы, и короны, и шёлковые плащи, и драгоценности, и золотые жезлы, и мечи из чистого серебра. От увиденного у Мэника попросту глаза на лоб полезли, а воровская жилка уже кричала вовсю, чтобы парень захапал как можно больше блестяшек и бежал отсюда, сломя голову.

— Помни: ничего не трогать! — строго напомнила ему Нира.

— Д-да помню я… ух, блин, да я б с таким богатством переплюнул бы Бартлби, — заскулил Мэник.

Вторая комната немногим отличалась от первой. Здесь гор золота, конечно, не было, зато присутствовали изваяния из белых камней. И что-то подсказывало зелёному ежу, ценность сих архитектурных творений оценивалась не в один миллион мобианских колец.

— Можно вопрос?

— Только если он стоящий, а не вычурный, как обычно.

— Почему Королевский Камень настолько ценен для вас, что его похищение равносильно объявлению войны? — спросил Мэник.

Нира снова остановилась. Прекратил идти дальше и ёж.

— Королевский Камень — сердце Авалиса. Он питает нашу планету живительной энергией, благодаря чему она существует не как безжизненный кусок астероида, хаотично плавающий в космосе, а как наполненный обилием жизненно важных для обитания ресурсов мир.

— О как. Интересно. Но как его похищение может сказаться на функционировании вашего мира, если этот ваш камень лишь поменял свою дислокацию?

Девушка усмехнулась.

— Ну, ты прибыл извне, потому и видишь произошедшее несколько ограничено.

— Знаешь, это вообще-то обидно — слышать от кого-то, что ты умственно отсталый.

— Я не это имела в виду, — хотя мне очень нравится, как ты это преподнёс.

«Бе-бе-бе», — подразнил про себя панду ёж.

— Королевский Камень питает нашу планету, но силы его не безграничны. В последнее время мы только и могли, что наблюдать интенсивный упадок энергии. С чем это связано — неясно. Одно знаем: сейчас, когда очень важно соблюсти грамотное распределение ресурсов и уберечь наш мир от возможного истощения, худшее, что можно сделать — похитить Королевский Камень, не имея никакого понятия, как им правильно пользоваться.

— То есть…?

— Неосторожное обращение с ним может только усугубить проблему. И если в случае предыдущего правителя Шан-Му ситуация была бы не столь критичной, то конкретно Зао — не тот случай, когда можно выдохнуть с облегчением, — промолвила Нира.

— Что, настолько всё плохо?

— Это откровенно жадный и алчный правитель, который думает лишь об обогащении своей страны, но не о судьбе целого мира. Как бизнесмен, он, безусловно, очень хороший, но как играющий в долгосрочную перспективу гео-политик — нет.

— Хе-х, ясненько, — усмехнулся Мэник. Вникать в происходящее у него никакого желания не было, однако суть какую-никакую понял.

Далее они шли по аллее, украшенной разноцветными цветами. Света здесь было побольше, и кристально-чистый ручеёк с приятной мелодией обтекал лиловый фонтан, в котором плескались золотые рыбки.

— Слушай, а тебе… ну… никогда не хотелось бы побывать где-нибудь за пределами Авалиса? — поинтересовался Мэник.

— Нет.

— …Лаконично и кратко, хе-х.

«Ну и как мне её расположить, если любые мои вопросы, не имеющие никакого отношения к политике этого мира, она сводит на нет?», — мобианец уныло свесил голову, покорно плетясь за грациозно шагающей впереди Нирой. Это совершенно не то, на что рассчитывал младший сын Алины — биться лбом о стену льда в бессилии, не понимая, каким образом с ней вести диалог в принципе. Говорить о Королевском Камне — не равно болтать о чём-то другом.

С Фионой в этом плане было гораздо всё проще.

— Хм-м… — Нира остановилась. Перед ребятами возникли два прохода. — Судя по начертанным символам на стене, нам предстоит пройти эти туннели порознь.

— Эм-м…? — Мэник озадаченно посмотрел на девушку.

— Они хоть и разделяются, но ведут в одну комнату. Там, на другом конце, мы с тобой и встретимся.

— Ты же сама сказала, что пещера регистрирует лишь моё присутствие и реагирует только на меня.

— Верно. Но нам необходимо исследовать каждый закоулок этой сокровищницы, чтобы быть уверенными, что мы ничего не пропустили. Потому предлагаю этот путь пройти раздельно.

— Почему мы не можем вместе сначала один туннель пройти, а затем другой? — спросил ёж.

— Как думаешь, заподозрит ли что-то пещера, если ты, до сего часа шедший вперёд, вдруг начал ходить кругами, м? — вопрос Ниры вмиг прояснил ситуацию, и мобианец, недолго поколебавшись, нерешительно кивнул. — Не беспокойся, мы просто пройдём эти туннели и встретимся в следующей комнате, после чего продолжим путь. А если тебе что-то покажется подозрительным, то я потом вернусь обратно, только уже твоей дорогой. Таким образом мы избежим пристального внимания духа и тем самым окажемся вне подозрений.

— Звучит откровенно странно, но ладно.

— Самое главное: ничего не трогай. Вообще! Иначе нам обоим конец.

— Да понял я, понял.

Так Мэник остался один. Стукая сапогами по каменному полу, он шёл дальше, благо, темнота в помещении была не столь кромешной. Заодно ёж мог обдумать цель этого задания и прийти к выводу, что всё не так уж и плохо. Тот же Мободун нехило так заставил детей Алины попотеть в своё время, а странствия в альтернативные реальности и вовсе вгоняли в ступор, поскольку там Мэнику, Соне и Сонику приходилось лицезреть самих себя, поддавшихся дофенизму.

Мэник вышел в зал, в котором находилось большое зеркало, украшенное золотыми узорами. Ёж усмехнулся и подошёл к нему, чтобы посмотреть на себя любимого, а заодно поправить кольчатый чуп. На него смотрел мобианец, облачённый в военную форму Шан-Ту — с той же улыбкой и ярким блеском в карих глазах.

— Что, ничего мне даже не скажешь?

— Ась? — Мэник резко обернулся, но никого не увидел. — Что за дела?

— Хе-хе-хе!

Этот голос — он был точно таким же, как у зелёного ежа. Ничего не понимая, парень начал озираться по сторонам, однако по-прежнему никого не видел. Абсолютно никого!

— Я перед тобой!

Мэник перевёл взгляд на зеркало…

Его глаза моментально округлились…

— Неужто забыл меня, я?

На него смотрел зелёный ёж, чьи глаза были ярко-голубыми. Облачённый в чёрную байкерскую куртку, носящий очки и зелёно-чёрные кеды, он обладал большим шрамом на груди, и хищная улыбка лишь добавляла ему некоего злостного шарма…

О котором вор уже давным-давно не вспоминал!

— Забыл меня, не так ли? — хитро уточнил Скордж.

Мэник в ужасе отпрянул назад, и отражение, ухмыляясь, вышло из зеркала, представая перед оригиналом в живом виде.

Воспоминания — те самые фрагменты, которые младший сын Алины старательно пытался забыть и никогда к ним не возвращаться — они вновь нахлынули на ежа, топя в себе с головой. Перед глазами предстали бандиты, ночные клубы, разбои и погони; сексапильные девушки, толпой окружающие его и произносящее лишь одно имя, которое в настоящее время у Мэника вызывало только отвращение. Плачущая Соня, будущее в тюрьме, насмешки Бартлби…

— Т-ты… тебя нет! — выпалил ошеломлённый Мэник, чьи глаза были округлены. — Ты — фикция!

— А вот тут я с тобой не согласен, мой дорогой я! — с улыбкой возразил Скордж, галантно поклонившись оригиналу. — Я — это Ты! Настоящий Ты, получающий от жизни только самое красивое и лучшее.

Вор скрипнул зубами, но шок лишь сильнее пробрал его до пяток.

— В народе говорится так: «Сегодня кент, а завтра — мент»! В нашем же случае: вчера был бандитом, а сегодня — блюстителем закона. Иначе как я могу расценивать вот это? — с этими словами тёмный двойник указал пальцем на военную форму оригинала. — Прям вообще не узнаю самого себя. С момента нашей разлуки прошло полтора года, а ты уже ходишь в том, что раньше презирал.

— Я… я изменился! Я понял, что бандитская жизнь — это не моё, и что я должен стремиться совершенно к другому!

— Да ну что ты? А я почему-то помню несколько другое.

Мэник оскалился. Он побежал вперёд и попробовал ударить зелёного ежа, но тот исчез в сверхзвуковом вихре, оказываясь позади оригинала.

— Я помню Себя — того Себя, который хотел превзойти абсолютно всех и подчинить себе! — с улыбчивым оскалом парировал Скордж. — Я помню Себя, швыряющего в продажных тёлок бабки чисто для того, чтобы они осознали, какой они мусор и сброд! Я помню Себя, жёстко трахающего лишь самых красивых девчонок на Мобиусе!

— Заткнись! — Мэник снова атаковал противника, но безуспешно: тот на высокой скорости переместился в сторону. — Я уже давно не тот, кем был раньше! Я теперь другой!

— Я слышу в твоих словах фальшь!

Зелёный спиндэш влетел в вора и повалил его на пол, после чего отскочил назад.

— Я никогда не поверю в то, что Король в одночасье станет Шутом только потому, что милая сестрёнка горько плакала по вариации младшенького братика, — надменно говорил Скордж, чем злил Мэника. — В чём дело, я? Неужели ты забыл, как это чертовски круто — быть на пьедестале победителя? Неужели позабыл, как пытался превзойти Соника? Или отсутствие самого извращённого секса моментально превратило тебя в лизоблюда, старающегося угодить другим, но не себе?

— Ах ты…! — Мэник вскочил и начал размахивать кулаками, но фикция без труда уходила из-под ударов, не убирая с лица насмешки.

— Роль хорошего парня тебе не к лицу!

Фальшивка перепрыгнула через оригинал и толкнула его в спину, чтобы тот упал на живот.

— Ты так сильно хотел забыть меня, что даже линзы носить начал? Вуа-ха-ха-ха! — расхохотался Скордж. — Ты никогда не сможешь выбросить Меня из своей жизни, потому что Я — это Ты, а Ты — это Я! И сейчас я тебе напомню, от чего ты так бессмысленно пытаешься бежать.

За спиной улыбчивого Скорджа показался огненно-рыжий хвост…

ПУЛЬС!

Мэник округлил глаза, и сердце пропустило болезненный удар. Показавшиеся руки красного цвета из-за плеч зелёной фикции лишь добавили порцию неприятных ощущений, пробивающих брешь в баррикадах оригинала и являющих ему те самые чувства, которые он глушил в себе на протяжении долгого времени…

ПУЛЬС!

И она наконец-то выглянула из-за Скорджа, синими, как море и небо, глазами глядя на Мэника. Чёрные штаны и топ, обтягивающий аппетитные формы, сексуальное тело и улыбка, вид которой моментально ввергнул Мэника в пучину боли…

— Скажи-ка, моя дорогая, кого ты предпочтёшь к себе в постель: Короля или Шута? — с ухмылкой спросил Скордж.

— Конечно же, Короля! — мурлыкнула Фиона.

Мэник ничего не слышал. Ничего не видел. Воспоминания острыми ножами вонзались в его грудь, намертво приковывая к временному отрезку, в котором он был не младшим братом Соника и Сони, а лидером преступной банды, купающимся в золоте…

Фиона — эта девушка была идеалом для него в прошлом! Идя бок о бок с ней, Мэник, будучи Скорджем, чувствовал себя настоящим победителем по жизни. Он никогда не церемонился ни с чем — просто брал и присваивал себе! Банда всегда уважала своего лидера, называя его Королём, а Фиона нередко это подтверждала, в постели устраивая ему настоящий Королевский Секс. Плохой парень, который был окружён точно такими же ребятами, и который знал одно: в этой жизни возможно абсолютно всё!

Мэник даже не чувствовал, как предательские слёзы начали скатываться по его щекам и падать на пол. Перед ним стояло его тёмное прошлое в живой ипостаси, воссоздающее ту атмосферу, которая когда-то делала его счастливым, но причиняла боль в настоящем. Любимая девушка, кинувшая его в тот момент, когда ёж начал задумываться над словами Сони о том, что же такое нравственность. Девушка, которую Мэник любил всем сердцем и мечтал идти вместе с ней в будущее, хоть последнее и не было определённым. Огненная и роковая красавица, не по годам способная и умная девчонка — её Мэник изо дня в день старался ублажить, и его страсть не ограничивалась одной лишь постелью. Он воровал, избивал других, осыпал её золотом. Делал всё, чтобы Фиона знала главное: она — Королева под стать ему, истинному Королю.

— Жалкое зрелище! — сухо резюмировала Фиона, глядя, как Мэник льёт горькие слёзы. — Худшего я и представить не могла.

— Видишь, как низко ты пал? — с издевкой добавил Скордж, обнажая хищную улыбку. — Королеве не нужен Шут с колпаком на голове. Она нуждается в Короле! В настоящем Короле!

Ёж повернул голову, затем грубо схватил лисицу за затылок и прижал к себе, впиваясь в её губы жадным поцелуем. Та томно выдохнула, и румянец украсил красивое личико роковой дамы. Они целовались и делали это страстно, не стесняясь тихих стонов, заглушённых причмокиванием влажных губ.

И это было не всё!

Скордж притянул к себе Фиону и беспардонно начал водить по её сексуальному телу рукой, с ухмылкой лаская аппетитные формы лисицы и опускаясь ладонью ниже, прямиком к области чуть ниже живота. Девушка прижала ушки к макушке, а затем вцепилась в куртку ежа, чтобы посильнее к себе притянуть…

Мэник впал в пучину душевной боли, и баррикады, что он долгое время возводил, неспособны были сдержать прорвавшиеся воспоминания в израненное сердце ежа. Он видел Себя и Свою Любимую! Видел своё прошлое, от которого бежал, как от чумы. Слёзы безжалостно жгли щёки, подобно плавленому воску капая на землю.

Шут, не Король!

Отброс, не Достойный!

Побеждённый, не Победитель!

— Смотри, что у тебя было раньше? — Скордж оставил на шее смущённой Фионы заметный засос, при этом продолжая смотреть на Себя сквозь чёрные очки. — Тебя все боготворили, а сейчас Ты не более чем таракан, на которого не грех наступить.

— Лишь Король меня достоин, но не Шут! — хихикнула Фиона, и фикция чмокнула её в щеку. — Мм, мой господин…!

Мэник оскалился. Затем, вытерев слёзы, поднялся на ноги, хрипло рыча сквозь зубы. Скордж и Фиона с ухмылками посмотрели на него.

— Вы… гр-р… пусть я и Шут, но уж точно не отморозок!

— Увы, дорогуша, прошлое — это твоё клеймо! — хмыкнула Фиона.

— Можешь хоть пакет себе на голову надеть, ты никогда не спрячешься от прошлого, как бы ни старался, — усмехнулся Скордж.

— ЗАТКНИСЬ! — прорычал Мэник.

Он выхватил меч, чем лишь рассмешил фикций. Но в следующую же секунду вор рванул к зеркалу, затем размахнулся и разбил его на несколько осколков, уничтожая заколдованный предмет. Скордж и Фиона посмеялись с него, после чего обратились в пепел.

Н.Е.В.Е.Р.Н.Ы.Й.!

Громовой голос Золотого Дракона моментально вернул Мэника в чувство, и он тотчас же осознал то, что натворил. Но было поздно!

З.А. Т.О., Ч.Т.О. Т.Ы. К.О.С.Н.У.Л.С.Я. М.О.Е.Г.О. С.О.К.Р.О.В.И.Щ.А., Я. Т.Е.Б.Я. Ж.Е.С.Т.О.К.О. Н.А.К.А.Ж.У.!

Потолок дрогнул, и несколько камней упало на пол, создавая в нём трещины, из которых хлынул горячий пар. Мэник осознал, что он только что натворил. Ёж уже собрался было бежать к выходу, однако резко остановился, вспомнив о задании Магистра.

— Чёрт! — прорычал Мэник.

И побежал вперёд, к центру той самой активности…

***

Центральная комната напоминала эдакое восхождение на Олимп в виде горы, на которую нужно было взобраться. Яркий свет падал на пьедестал, где лежало самое главное сокровище, ограждённое бриллиантовыми перилами. Однако вода, окружающая гору, в мгновение ока превратилась в булькающую лаву, и десятки камней падали в неё, разбрызгивая огненные капли в разные стороны.

Нира кувырком выпрыгнула из коридора и, перекатившись, поднялась на ноги. Быстро пробежавшись глазами вокруг, она всё поняла.

— Только не говорите мне, что… — девушка не договорила, бросая взгляд в сторону второго коридора. Из него выскочил Мэник и резко отпрыгнул в сторону, прежде чем хлынувший поток лавы вынырнул вслед за ним, устремляясь в основной «огненный» бассейн.

— Ох, Нира, ты уже… — хотел было выпалить Мэник, да осёкся, поймав на себе пристальный взгляд фиолетовых очей. Учитывая, как в этот момент она смотрела на него, становилось ясно: воительница знает, кто повинен в начавшемся коллапсе.

Потому ёж изогнул брови и виновато опустил голову.

— Ладно, поговорим об этом позже, а сейчас… — Нира взмахнула копьём и заморозила летящую в неё огненную гаргулью. — Активность исходит от Алтаря. Доберись до него как можно быстрее.

— А....?

— Я останусь здесь и прикрою тебя. И быть может, если на сей раз ты не налажаешь, мы сможем избежать уготованной нам участи.

Мэник стиснул зубы, и десятки бликов отразились в его глазах. Он так хотел показаться ей надёжным боевым товарищем и равным по духу человеком — а в итоге натворил не меньше проблем, чем в прошлый раз. И всё из-за своей несдержанности, из-за неспособности упредить демонов своего прошлого.

— Потом похнычешь в кулачок, бестолочь! Беги к Алтарю, пока время есть! — рявкнула на него Нира.

— Понял!

И Мэник побежал к горе, попутно рассекая клинком летящую на него гарпию.

«Да поможет нам Золотой Дракон Единства», — мысленно помолилась Нира.

Девушка бросилась в окружную, уходя из-под атак лавовых противников. Её копьё тотчас засияло крио-инфузией, благодаря чему панда пикирующим ударом ворвалась в толпу противников и принялась их охлаждать. Удар, толчок, бросок, прыжок — ледяная рыцарша умело орудовала своим оружием, атакуя не только вблизи, но и ведя дальний бой с помощью выстрелов острых льдинок. Те, как ножи, вонзались в туши супостатов, разрушая их физическую структуру и заставляя таять, как подвергнутое термальной обработке сливочное масло.

Нира ловко уклонялась и атаковала, и лавовые капли, брызгающие от монстров, разлетались в разные стороны, при этом не задевая девушку. Она грациозно пикировала вперёд, совершала удивительные пируэты и обращала летающих гарпий в лёд, разбивающийся при падении. Оттолкнув первую тварь тупой стороной копья, Нира с криком вонзила лезвие прямо в грудь чудовищу, затем раскрутилась и выкинула его в третьего. Потом воительница накалила оружие инфузией и стала вращать перед собой, создавая следы в воздухе, которые сбивали с толку противников.

— «Freeze»! — воительница погрузила вынырнувшего из-под земли огненного червя в ледяной куб и отскочила назад. Она начинала тяжело дышать. — Чёрт. Если я ещё немного пробуду в этой жаре — точно с ума сойду.

Нира была искусной воительницей, прекрасным крио-магом и потрясающим медиумом. Однако нынешние условия сильно сказывались на её способностях, ввиду чего панда раз за разом начинала сдавать позиции. Вездесущий жар — бич каждого, кто черпает силу от холода. Всё труднее и сложнее становилось создавать ледяные конструкции и использовать инфузию для повышения элементального урона. Всё чаще Нира пропускала удары противников, ввиду чего больше отступала, нежели атаковала.

Всё это говорило лишь об одном: если она ещё немного здесь пробудет — то точно проиграет.

«Ну же, Мэник, давай! На тебя вся надежда!», — мысленно воскликнула Нира.

А Мэник бежал, как мог. Он скакал по камням, лопающимся после каждого его шага, взбирался по ступенькам, норовящим разрушиться в самый неподходящий момент и скинуть мобианца в лавовый бассейн. Ёж не сдавался! Сейчас на кону не только его жизнь, но и жизнь боевой напарницы, оказавшейся в пучине хаоса только по вине вора. Поэтому Мэник продолжал бежать, мечом сокрушая попадающихся на пути тварей, пытающихся теснить героя подальше от Алтаря.

Когда Мэник добрался на самого верха, его удивлению не было предела. На пьедестале, а точнее, на фиолетовой подушке, лежащей на мраморной подставке, покоился… серый Изумруд Хаоса. Неизвестно, каким образом волшебный реликт оказался в пещере Золотого Дракона, но времени на раздумья на было. Посему Мэник схватил Изумруд Хаоса и спрятал в карман…

Алтарь начал разрушаться, и зелёный ёж кубарем полетел по склону, после чего вылетел с обрыва и начал падать в лавовый бассейн. Его глаза округлились.

— «Haver»!

Хаверборд в одночасье оказался под ногами Мэника, и ёж со свистом полетел дальше, чудом избежав гибели. Он ловко взлетел вверх, обойдя падающие на него камни, после чего полетел к товарищам.

— Что за…? — платформа неожиданно разрушилась под ногами Ниры, и она едва не угодила в лаву, но её вовремя спас Мэник, подхвативший девушку на руки.

— Держись! — крикнул ёж.

В этот момент произошёл страшный грохот, и лавовая волна поднялась над комнатой подобно цунами, ринувшись за героями. Мэник «втопил» по максимуму, разгоняя доску до небывалых скоростей. Он кружил, маневрировал камни, влетал в проходы, которые начинало заваливать, и каким-то неведомым чудом умудрялся держать темп, не сбивая скорости. Вся надежда была на доску, поскольку пол окончательно был залит лавой, а сокровища сгорали в ней без остатка. Вездесущие гарпии пытались сбить героев с воздуха, но их атаковала льдом Нира, прицеливающаяся из копья.

Парочка вылетела из пасти пещеры, но взрыв импульсом ударил по ним, из-за чего они кубарем упали, прокатываясь по песку.

— «Freeze»! — Нира направила копьё на рот дракона и снежным лучом сформировала стену, в которую с другой стороны влетела лава.

Мэник перекатился и ударил по земле кулаками, создавая мощное землетрясение, чтобы пещера провалилась под землю.

— ХИЯ! — и Гонг, подоспевший вовремя, обрушил мощный удар на голову дракона, раскалывая её на части.

В небо моментально устремился золотистый луч, разлетающийся энергетическим кольцом во все стороны. Чтобы не улететь от сильных порывов ветра, Нире пришлось вонзить копьё в землю и накрепко к ней приковаться. Гонг был силён, а потому держался сам, не полагаясь ни на что. Мэник максимально прижался к земле и молился кому только можно было, чтобы ветер не унёс его вместе с песчаной бурей, ринувшейся в леса и исчезающей где-то за дикими горами.

К счастью, этот кошмар продлился недолго. Совсем скоро буря стихла, и команда «Frozen» поднялась на ноги, осматривая себя с головы до ног. Можно было выдохнуть с облегчением: бедствие миновало.

Во всяком случае, мистическое…!

— Что произошло, что случилось? — Гонг сразу же набросился на ребят с вопросами, в частности — на Ниру, которая тяжело дышала после пережитого. Теперь, когда убийственный жар не ослаблял её, та, черпая прохладу из мира, держалась на ногах так же уверенно, как и прежде.

— Произошло крайне страшное недоразумение, за которое кое-кто должен понести ответственность, — мрачно отчеканила Нира, бросая ледяной взгляд в сторону зелёного ежа.

Мэник обречённо опустил голову.

***

Стража доложила Королевскому Магистру о возвращении команды «Frozen», и правитель Шан-Ту тотчас же назначил аудиенцию. Вошедший Гонг кратко объяснил ему произошедшее в волшебной пещере, а затем протянул Изумруд Хаоса, напоследок предупредив лидера о возможных неприятных видениях.

Магистр долго рассматривал артефакт, с нескрываемым удивлением в фиолетовых глазах прикидывая, сколько же энергии вмещает в себя этот камушек. Можно сказать, один такой Изумруд содержал в себе четверть энергии Королевского Камня, но камнем преткновения являлась иная энергетика, больше направленная на разрушение, чем на созидание.

А потом началось то, что заставило зелёного ежа поникнуть и головой, и духом.

— Ты понимаешь, что поставил под удар своего товарища? — холодный голос правителя Шан-Ту наполнил королевский зал некой аурой, которая начала давить на вора, как тогда, когда его впервые сюда привели. — Что ты можешь сказать в своё оправдание, иноземец?

Мэник грустно смотрел в пол, не смея поднимать глаз. Он знал, что на него с осуждением смотрят и Магистр, и Гонг, разгневанный выходкой новичка. Нира не смотрела, но по её закрытым глазам можно было понять, что осуждает она его не меньше остальных. Неудивительно, ведь троица буквально чудом осталась в живых, хотя могла запросто сгинуть и больше никогда не увидеть солнечного света.

Мэник решил сказать правду, но с оговорками. Он не затронул ни Скорджа, ни Фиону, навлекших на него неприятную ностальгию, говоря исключительно о заколдованном зеркале, в котором ёж увидел своё прошлое. Какое именно, парень тоже умолчал, в основном ссылаясь на очень неприятное и болезненное. Именно оно заставило его психануть и ударить по нему, в результате чего начался коллапс.

— Я… приношу свои искренние извинения за то, что совершил! — грустно прошептал Мэник, закрыв глаза. — Простите меня, пожалуйста!

В зале воцарилась гробовая тишина. Магистр повернулся лицом к окну и долгое время молчал, чем неосознанно вгонял Мэника в тоску и раскаяние. Ему намного легче было бы, начни они на него кричать, злиться, ругаться. Даже ударили если, было бы не так тяжело.

— Мой иноземный друг… — Магистр заговорил тихо, но его голос смог достать до души ежа, из-за чего тот вздрогнул. — В жизни каждого из нас есть тёмная история, о которой мы бы никогда не хотели вспоминать. История, причиняющая нам боль и способная сломить наш боевой дух. Каждый из нас по-разному борется с этим неприятным явлением: одни заглушают боль чем-нибудь, другие от неё бегут, а третьи свыкаются с абсолютной безнадёжностью. Но знаешь… — правитель повернул голову и посмотрел на мобианца. — Ни один из перечисленных вариантов не является правильным. В жизни каждого из нас есть тёмная история, но она — часть нас, а не чужеродный осколок, неведомым образом попавший к нам в душу. Мы никогда не сможем изменить то, что однажды сотворили, однако можем изменить себя, чтобы больше никогда подобного не делать.

Мэник молча принял сказанное Магистром, послушно кивнув головой. На сердце было неимоверно тяжело, но то ли правитель обладал невероятной способностью касаться чужих душ, то ли смотрел прямо в корень проблем, — ёж почувствовал относительный прилив сил. Он, возможно, даже понял о недоговорённостях Мэника, но умолчал ввиду уважения к нему и постарался говорить более тактично. Гонг, стоявший со скрещёнными на груди руками, кивнул, тогда как Нира приоткрыла глаза, и печальный её взгляд устремился в сторону выхода.

— В любом случае вы справились с заданием, с чем я вас и поздравляю! — произнёс Магистр. — Пока можете отдохнуть, а позже я вас вызову снова.

— Есть! — кивнула троица.

Сейчас Мэник стоял балконе, выкуривая уже вторую сигарету. Перед ним открывался вид на красивый город, отдающий духом феодализма и чем-то историческим, хотя еж уже давно понял, что Авалис по технологиям менее развит, чем Мобиус, где простой люд мог пожелать себе что угодно. Здешний мир больше рассчитывал на природные яства, чем технологичные, тем самым закрепляясь в списке одних из самых чистых и здоровых планет в галактике.

Гонг отправился на пост, посчитав отдых для себя ненужным. Мэник бы прыснул, назвав генерала чрезмерно влюблённым в свою работу, но в данный момент ему не хотелось смеяться. Слова Магистра хоть и внесли некоторую ясность в душу зелёного ежа, легче последнему от этого не стало. Перед глазами нередко всплывали образы Скорджа и Фионы, страстно целующихся перед ним, а хорошая память снова возвращала младшего сына Алины в те моменты, когда он был на пике криминала.

— Ты — сплошное олицетворение анархии: сначала приказы нарушаешь, затем общественные правила, куря в неположенных местах.

Мэник обернулся и встретился глазами с Нирой.

— Впрочем, сейчас мне не чтения тебе нотаций, так что держи, — с этими словами Нира протянула Мэнику руку. На её ладони лежал Изумруд Хаоса.

— Эм-м… — ёж принял его и удивлённо посмотрел на ледяного рыцаря.

— Магистр счёл нужным отдать его тебе.

— Но… вы же хотели изучить его, разве нет?

— Моё дело — отдать тебе Изумруд. Вопросы и размышления находятся вне моих полномочий.

«Как сурово»

Развернувшись, Нира отправилась восвояси, провожаемая печальным взглядом Мэника. Последний неосознанно сравнил её с Фионой и понял, что они до безумия слишком разные. Если лисица обладала буйным, огненным характером, то панда наоборот — холодным, сдержанным, если не ледяным. Да и сравнение, конечно, было отнюдь не в тему, учитывая не только разность происхождения, но и менталитет в целом.

— Нира…

Панда остановилась и повернула голову в сторону ежа.

— Король или Шут? — наобум спросил Мэник. Девушка в недоумении выгнула бровь. — А, впрочем, не важно. Забей.

Мобианец не знал, зачем окликнул авалисянку. За сегодняшний день он успел порядком наворотить дел и очень сильно упасть в её глазах, и попытка спросить её об абстрактном — не лучший способ обелить свою репутацию, своё имя. Сам факт того, что она могла погибнуть по его вине, уже делал этот разговор нежеланным. А попытка выйти на одну волну — так вовсе смеху подобной была.

Однако Нира не продолжила идти дальше, как ни в чём не бывало, а остановилась и, что удивительно, — призадумалась над вопросом Мэника.

Словно то, о чём он её спрашивал, было знакомо и ей.

— Пожалуй… или, — наконец сказала она.

Мобианец докурил и затушил сигарету о пепельницу.

— Тогда… мне больше незачем обманываться…

Ёж ткнул себя в глаз пальцем, закрывая его, потом повторил то же самое, но с другим. Затем разжал кулак, и на пол упали две маленькие линзы, которые юноша раздавил ногой.

Мэник медленно, но открыл глаза, в уголках которых появились слёзы (от неприятного ощущения). Теперь его взгляд был таким же чистым и ясным, как голубое небо, и облака в нём, казалось, отражались. Те глаза, которые он так долго не хотел видеть с тех пор, как Соня спасла его от тюремного заключения. Глаза, спрятанные за линзами, дабы никогда не напоминать Мэнику о Скордже.

Или!

Мэник поднял ладонь и сжал её в кулак, нахмуривая брови. Он больше не пахан и не уличное отрепье, а военный, пусть и в новом мире. Такой же солдат, как и другие, готовый взвалить на себя ответственность за тех, кого нужно оберегать и защищать. Бежать от Скорджа — это не иметь мотивации, которая помогала бы ему совершенствоваться, становиться лучше в духовном плане. Не Король и не Шут, а простой парень, способный и оружие в руках держать, и достичь небывалых высот, не претендуя на вычурную корону, не дающей ничего.

— Это покажется субъективным, но голубые глаза тебе больше идут, — изрекла Нира.

Мэник поднял брови, но девушка больше ничего не сказала. Лишь улыбнулась уголками губ и пошла дальше, оставляя зелёного ежа одного.

— Может быть, — улыбнулся ей вслед Мэник.

***

Бронемобиль выехал из леса и очень быстро катил по горной дороге, раздавливая каменистые кочки своей тяжестью. На боковой стороне транспорта был нарисован красный символ Эггмана, однако внутри сидел далеко не он и уж тем более не его солдаты на пару со Слитом или Динго.

— Мда уж, — разочарованно вздохнула Соня, в очередной раз посетовав на здешние дороги. — Местному правительству не помешало бы проложить асфальт, гвоздь мне в тапочки.

Шедоу сидел справа от неё и с закрытыми глазами слушал песню «This Machine», что доносилась из магнитолы. Омега, как ни странно, смог протиснуться в транспорт, но из-за большого роста ему пришлось развалиться на задних сидениях, упираясь мощными плечами в двери, которые, к счастью, пока ещё не вылетели. Водителем была Соня, меж груди которой находился ремень безопасности, и именно ему модница была несказанно благодарна. Если бы не он, она бы давно себе макушку отшибла, пока они едут до контрольной точки.

К тому же Соню очень раздражало отсутствие общения, которое никто не собирался восполнять. Молчаливый Шедоу слушал музыку и ему было откровенно плевать на жалобы ежихи по поводу здешних дорог. Омега тоже оказался немногословным, в основном сводя разговор к тому, что Эггмана необходимо уничтожить. На этом фоне у Сони едва не сорвало крышу, но девушка успокаивала себя тем, что совсем скоро она наконец-то встретится с Соником и остальными, и этот кошмар после канет в Лету.

— Долго нам ещё? — недовольно поинтересовалась Соня.

— Три километра до указанного объекта! — сообщил Омега.

Ежиха тяжело вздохнула и краем глаза посмотрела на «спящего» Шедоу. Ни единого слова он не сказал, когда они сели в бронемобиль и отправились на миссию. Ни разу не встрял в разговор Сони и Омеги. Ёж, конечно, с самой первой встречи закрепил за собой звание немногословного парня, но уж слишком он был молчалив.

«Не такой, как Соник и Мэник», — подумала Соня, ещё раз скользнув по Шедоу взглядом. — «Он абсолютно другой».

Чёрно-алый ёж открыл глаза лишь тогда, когда бронемобиль остановился за горой, и модная ежиха объявила о прибытии. Команда «Dark» покинула транспорт, затем поднялась по склону и вышла к обрыву, откуда открывался вид на ту самую «Пулевую Станцию».

С виду — обычный каньон с бездонными пропастями, которые пересекали многочисленные рельсы. Где-то вдалеке виднелось здание самой базы в виде головы Эггмана, но до неё нужно было добраться по большим платформам, до отказа забитым бадниками. Везде были расположены огромные турели, провожающие проезжающие поезда, везущие на основную базу оружие и дополнительную охрану. Удивительно, как это место ещё не заметили авалисяне.

— Вы помните, за чем мы сюда пришли? — решила провести инструктаж Соня. — Нам нужна информация последней встречи Слита с Соником. Уверена, если мы прокрадёмся тихо, то…

Увы, Омега тотчас же пустил все планы ежихи под откос, направив ракетницу на турель и произведя ракетный залп. Мощный взрыв сотряс весь каньон, и бадники моментально ощетинились, поняв, что на территории враг.

— Вперёд! — мрачно промолвил Шедоу, двинувшись к каньону.

— Роботы Эггмана будут уничтожены! — грозно объявил Омега, последовав за ежом.

А позади них стояла Соня, чья челюсть попросту отвалилась и упала к её ногам. В переносном, конечно же, смысле.

Стелс был пущен под откос.

— Господи, дай же мне сил вытерпеть этих двоих, пока мы ищем Соника! — раздражённо завыла Соня, после чего пошла за ними, прихватив с собой золотой револьвер.

Глава 20: Вопросы без ответов

Несколько лет назад…

Классический Соник перемещался на огромной скорости по ночному городу, попутно осматриваясь по сторонам в поисках «цели», за которой ёж сюда прибыл. Классический Тейлз две минуты назад засёк в этом районе активность бадников — скорее всего, Роботник вновь решил взяться за старое. Однако кое-что не давало синему ежу покоя.

— Странно всё это, — озвучил свои мысли Соник, спрыгивая на карниз дома. — Рядом расположена штаб-квартира «G.U.N.». Неужели Роботник настолько псих, чтобы переть на организацию, которая пока не знает, что он — злодей? Хм-м… ерунда какая-то!

И спрыгнул вниз.

А тем временем по крышам небоскрёбов бежала другая фигура, быстро и бесшумно приближая себя к заветной цели. Она скользнула вниз, раскрутилась на антенне и запрыгнула на крышу штаб-квартиры «G.U.N.», подходя к стеклянной стене. Затем приставила какое-то устройство к стене, блокирующее сигнализацию, ловким движением руки сняла стекло и проникла внутрь. Сейф, который ей нужен был, стоял у самой дальней стены, но дальнейший путь преграждали красные лазеры, реагирующие на любое движение. Фигура усмехнулась. Раз-два-три! — и она уже стоит у взломанного сейфа, доставая из него маленькую коробочку с драгоценностями и скидывающую ею в походную сумку на плече.

Так же аккуратно незнакомка и покинула штаб, выходя на улицу через приоткрытую дверь. Никто из «G.U.N.» не догадывался о том, что в их штаб проник очень способный вор, только что обокравший их. Солдаты и роботы были на нижних секторах, будучи уверенные в том, что никому не удастся обойти лазерные турели.

Как же они ошибались.

Фигура собиралась покинуть сие место, однако заметила периферическим зрением синего ежа, скачущего по крышам в трёх кварталах отсюда. Любопытство моментально пробрало её до мозга костей, и она, прикусив нижнюю губу, оторвала блокирующее сигнализацию устройство от стекла.

Сработала тревога!

— Ась? — опешил Соник, останавливаясь. — Роботник уже проник в «G.U.N.», что ли?

Синий ёж очень быстро добрался до крыши их штаба и осмотрелся по сторонам, не понимая, что происходит. Дверь в здание была открыта, но в помещении никого не было. Сейф пустовал, что говорило о том, что враг уже обчистил «G.U.N.». Соник нахмурился: Роботник не мог так чисто, а главное, быстро сработать…

И в этот момент ему под ноги прилетела дымовая завеса, из-за чего ёж потерял ориентацию в происходящем. В последний момент он заметил какой-то силуэт в дыму, но тот его потом повалил, а затем перекинул через себя, и Соник с грохотом вписался в маленький белый столик.

— Наконец-то мы встретились, ёж Соник! — мурлыкнул сладкий голосок, и парень понял, что нападающей была девушка.

Она выскочила из дыма, и Соник, попытавшийся контратаковать, потерпел фиаско: незнакомка обошла его со спины, сдавливая ежу руки.

— Кто ты такая? — опешил удивлённый Соник.

— Можешь считать меня своей фанаткой, пухляшок, — игриво шепнула незнакомка, несильно прикусывая ему правое ухо зубками.

— А ты, я смотрю, любишь начинать знакомство с приятного.

С этими словами синий ёж схватил девушку и перебросил себя, но она ловко кувыркнулась в воздухе, тем самым приземляя себя на носочки.

— Не люблю себя сдерживать!

Соник даже моргнуть не успел, как был атакован незнакомкой в лоб. При этом всё произошло так быстро, что ёж пропустил пару ударов и отошёл назад. Однако он быстро оправился, затем схватил табуретку, после чего быстрым движение пригвоздил противницу к полу, замыкая её в ловушке тонкими ножками стульчика. Опешившая красавица удивлённо похлопала глазами.

— Ну и ну, — притворно удивилась она, после чего посмотрела на ежа, обнажая белоснежную улыбку. — Должна признать, милый ёжик, ты меня поразил.

— Можешь выбросить из головы дешёвый флирт, я на него не поведусь, — фыркнул Соник, после чего потянулся к красному шарфу на её шее, чтобы снять его.

— Зря ты так, дорогуша!

Девушка мощным ударом переломила ножки табуретки и, откатившись в сторону, резко встала на ноги. Ёж тотчас рванул к ней со спины, разворачивая противницу к себе, но в его лицо тут же прилетела пыльца, которую она сдула со своей ладони. Опешивший Соник, вдохнувший сладкий аромат, слишком поздно врубился, что это снотворное.

— На самом деле это была большая ошибка, — с улыбкой говорила незнакомка, когда Соник без сознания упал на спину, в беззащитном виде распластавшись перед ней. — Не стоит называть флирт милой девушки дешёвым.

Она села ежу на паховую область, извлекая из-за своего пояса серебряный нож и приставляя его лезвие к горлу побеждённого героя. Одно движение — и он труп!

— Но знаешь… — девушка внезапно убрала оружие и мило хихикнула. — Это было бы слишком просто.

Незнакомка склонилась над Соником и нежно поцеловала его в губы, запечатлев на них сладкий поцелуй.

— Будет куда приятнее, когда военные по ошибке обвинят не того, кого надо, — мурлыкнула воровка, напоследок прикусив Соника за нижнюю губу.

— Ломайте двери! — закричали солдаты, пытающиеся прорваться на крышу здания.

— Сладких проблем тебе, милашка!

Девушка побежала к краю крыши и спрыгнула с неё вниз, растворяясь в дыму.

— Ох, ёпт… — Соник наконец-то пришёл в себя и принял сидячее положение, прижав руку к голове. — Не знаю, что за пыльцу она использует, но мозг вырубается на раз.

И в этот момент солдаты наконец-то выбили дверь, с оружием наперевес выскочив на крышу.

— О нет, я сваливаю отсюда!

С этими словами Соник быстрее звука рванул прочь, оставляя после себя синий след в воздухе.

— Что? — опешил военный. — Выходит, нас обокрал Соник?

— Господин Тауэр, штаб был обворован синим ежом! — сообщил другой солдат по рации. — Объявлять его в розыск? Хорошо, будет сделано! Конец связи!

***

Настоящее время…

Очередной блокпост был разрушен, и из взрыва вылетели Шедоу, Соня и Омега, одновременно спрыгивающие на рельсы и уезжающие на другую станцию.

— Количество врагов: приемлемое! Осуществляю активацию боевого арсенала на максимум! — пророкотал робот.

— Сейчас они узнают, что значит встать на пути Совершенной Формы Жизни, — мрачно изрёк чёрно-алый ёж.

— Я вас ненавижу! — процедила малиновая ежиха, перезаряжая золотой револьвер.

Шедоу первым спрыгнул с рельсы и атаковал бадников хоумингом, раскидывая их в разные стороны. Омега шёл вторым, усмиряя самых грозных супостатов из ракетниц и пулемётов, и даже самые бронированные юниты падали к ногам Бога Войны, полыхая пламенем. Соня шла позади всех, изредка стреляя по бадникам, которым удалось пережить яростный натиск двух первых танков. Опешившие роботы начали баррикадировать двери, но они тут же разлетались в разные стороны, и Шедоу с Омегой продолжали переть дальше, разнося всех в пух и прах.

Шедоу применил тёмный торнадо и раскрутился на шесте, после чего полетел спиндэшем в летающих бадников. Затем оттолкнулся от стены, после чего накрыл спасающихся противников «Хаос Копьями», создавая страшные взрывы. Из огня выскочил Омега, огненными бензопилами распиливая на куски самых здоровых бадников, пытающихся как-то спастись от грозного робота. По Соне открыли обстрел, но девушка ловко кувыркнулась под лазерными очередями и, не прицеливаясь, произвела несколько выстрелов, попадая противникам меж глаз. Потом побежала вперёд и применила пурпурное вращение, проделывая в груди гигантского робота дыру.

— Прикройте, мне нужно перезарядиться! — крикнула Соня.

— Защищаю союзника! — прогремел Омега, вставая перед ежихой, тогда как Шедоу защищал её с другой стороны, мощным пинком отфутболивая очередного бадника.

— Роковая ошибка! — прорычал чёрно-алый ёж, когда одному роботу удалось его зацепить.

«СФЖ» применил молниеносную телепортацию, уложив каждого оппонента сокрушительными ударами по затылкам. Затем появился впереди и щёлкнул пальцами, и за его спиной произошёл взрыв. Шедоу заскользил вперёд, а потом скрутился в шар, спиндэшем пробивая сразу трёх бадников. Омега подоспел вовремя и, поймав ежа, выкинул его вверх, и тот насквозь пробил летающий истребитель. Соня в это время одолела очередного гиганта и, прикрываясь им, как щитом, медленно пошла вперёд, точными выстрелами кончая бадников.

— «Хаос Контроль»! — Шедоу остановил время и кивнул Омеге.

— Сей-час! Бу-дет! БУМ!

Робот выстрелил ракетой по огромной турели и уничтожил её, вместе с ней разрушая и гору, на которой она стояла. Множество больших камней попадало вниз, раздавливая бадников на открытой территории.

— А ведь могли по-тихому проникнуть, — уныло посетовала Соня.

Омега активировал пулемёты и танком двинулся вперёд, поливая последнюю платформу непрекращающимися очередями. Шедоу выпрыгнул из-за него и спиндэшем покатил вперёд, разламывая ноги больших бадников. Потом ёж исчез, появился в небе и «Хаос Копьями» угомонил истребителей, пытавшихся атаковать команду «Dark» с воздуха. Однако парень стал лёгкой мишенью для роботов-снайперов, но его спасла глазастая Соня, которая в разы лучше управлялась с огнестрельным оружием.

— «Тревога! Тревога! Враг разрушил сорок процентов базы! Срочно… ПОМОГИТЕ, ЧЁРТ ПОДЕРИ, НАС СЕЙЧАС РАЗОРВУТ НА ЧАСТИ»!

Титановая дверь вылетела с петель, и грозный Омега ворвался в помещение, откуда бадники могли управлять большой турелью. Пока робот расстреливал противников, Шедоу телепортировался вместе с Соней к пульту управления, и ежиха моментально приступила к работе.

— Увы, Центр Связи находится дальше, — сообщила она ежу.

Шедоу хмуро посмотрел на турель, и в его голове возникла мысль. Он свистнул Омеге, который тотчас же запрыгнул в турель под опешивший взгляд сестры Соника.

— Что? Ты же не хочешь сказать…? — округлила глаза Соня, когда Шедоу схватил её за талию.

«СФЖ» ничего не ответил. Вместе с ней он прыгнул за Омегой, а затем турель, развернувшись, выстрелила ими по прямой траектории, благодаря чему команда «Dark» пересекла большую часть «Пулевой Станции». Ошеломлённая Соня тотчас закричала от страха и ужаса, хватаясь за Шедоу, как за самое спасительное, что было у неё под рукой, тогда как последний вместе с Омегой были абсолютно спокойные. Они приземлились на рельсу, по ней прокатились до следующего блокпоста и так же разнесли его, как предыдущие.

— ВЫ ИДИОТЫ! — закричала Соня, чья причёска была испорчена после головокружительного полёта. — Я ЕЩЁ МОГУ ПОНЯТЬ ОМЕГУ, ИБО ОН РОБОТ, НО ТЫ…!

— Не возникай, — попросил Шедоу и вместе с Омегой пошёл дальше, оставляя ежиху в тупом и немом шоке.

Команда «Dark» продолжила наступление. Ёж был самым быстрым из троицы, а потому нередко уходил далеко вперёд, чтобы уничтожить самых шустрых бадников. Омега же являлся силой команды, и именно его атаки были самыми сокрушительными. Соня же, несмотря на точность, мало чем выделялась, в основном ругаясь на сокомандников за то, что они втянули её в этот бардак. Понятное дело, что ежиха, по сути, была под защитой одновременно двух очень грозных союзников, однако не так она хотела проникнуть на базу Эггмана за информацией.

Омега разрушил пол, и команда спрыгнула на состав, что по рельсам ехал к очередному блокпосту. Бадников здесь было очень много, но они пока что не заметили героев.

— Если мы схоронимся, то можем по-тихому доехать до базы и…

— Вперёд! — Шедоу тут же пошёл в атаку, «Хаос Копьями» укладывая шестерых бадников.

— Пора! По-лу-ча-ть! В борщ! — Омега двинулся за ним, огнемётами сокрушая супостатов.

— И на что я надеялась? — отвесила себе фейспалм раздражённая Соня.

Разобравшись с противниками на этом составе, команда перескочила на следующий, где продолжила творить бардак под оглушительные взрывы и пулемётные выстрелы. Шедоу по-прежнему шёл впереди, нередко раскалывая бадников голыми руками, объятыми золотой молнией. Омега, видимо, вдохновился своим сокомандником, ибо перешёл на бензопилы и с компьютерным визгом рванул вперёд, устроив «мясорубку» прямо посреди вагона. Соне оставалось лишь тяжело вздохнуть и пристрелить единственного выжившего противника.

Омега разошёлся не на шутку. Он отцепил последние вагоны от первого, а затем накрыл их ракетным залпом, сокрушая вместе с рельсами. Соня в ужасе округлила глаза, поняв, что они сейчас упадут, но Шедоу переместил команду с помощью «Хаос Контроля», кивнул роботу и вместе с ним отправился на зачистку следующего блокпоста. Соне пришлось торопиться, чтобы не отстать от них. Омега мощным ударом выломал двери, и троица вновь покатила по рельсам, пока не наткнулась на депо, а точнее, бобслей.

— Территория под огнём на поражение! — предупредил Омега. — Нужно ускорить темп передвижения!

— Так, ежиха… — Шедоу повернулся к Соне, смотрящей на него дикими глазами. — Прыгай за руль. Омега займёт точку для обстрела. Я буду толкать бобслей.

— Я ничего не буду… А-А-А, ОТПУСТИ МЕНЯ, ИЗВРАЩЕНЕЦ! — завопила девушка, когда ёж нагло взял её и усадил на водительское место.

Как только робот занял позицию, Шедоу тотчас применил «Boost» и, объятый красным свечением, ринулся вперёд, толкая бобслей. Соня завизжала от ужаса, однако делать было нечего — пришлось взяться за «баранку» и управлять ею, дабы не вписаться в проезжающие поезда. Омега сразу же начал перестрелку с бадниками, которая, к счастью, завершилась благополучно: команда «Dark» добралась до порога основной базы, предстающей перед героями в виде железной головы Эггмана.

Тут же им пришлось снова вступить в схватку с бадниками, которых, как ни странно, оказалось очень много. Видимо, большая часть ушла на защиту основного центра, чтобы не допустить к нему врага. А потому стало действительно жарко, и Шедоу, утерев пот со лба, с азартом бросился в атаку, сокрушая бадников то спиндэшем, то хоумингом, то «Хаос Копьями», то голыми руками. Омега стоял сзади, отражая вражеский натиск, вместе с огнемётом используя бензопилу, а также ракетницы. Соне пришлось встать между двумя сокомандниками и успевать перезаряжать револьвер, чтобы помогать товарищам на случай, если кто-то их попытается обойти. Как и Шедоу, она тоже вспотела, что дико ей не нравилось, но в данный момент всё, что ежиха могла сделать — это стрелять по бадникам.

Но их действительно оказалось слишком много! Роботы спрыгивали на поле боя, истребители кружили над героями подобно голодным стервятникам, учуявшим падаль, а штурмовые бадники медленно брали ребят в кольцо, не выпуская из него. Шедоу, Соня и Омега встали спина к спине, глазами изучая обстановку. Но если ёж и робот были спокойны, то вот ежиха находилась на грани истерики, готовая в любую минуту завопить. Сегодняшний день ей точно запомнится, как один из самых кошмарных.

— Ладно… — Шедоу достал Изумруд Хаоса и кивнул товарищу. — Понеслась!

— Что… Что вы… А-А-А! — испугалась Соня, когда Омега схватил её и посадил себе на шею.

— Активирую рельсотрон! Заряд: три тысячи! — приготовился робот.

Чёрно-алый ёж прорычал, его глаза тотчас полыхнули красным свечением, поглощая чёрный зрачок вместе с белоснежным бликом. Он подкинул Изумруд, который тут же засветился и, поймав его, крепко сжал в руке.

— «Хаос Контроль»!

Как только время застыло, Омега в одночасье положил тридцать супостатов мощными атаками рельсы, фиолетовыми лучами поливая поле боя, на котором после не оставалось ничего, даже осколков. Соня в ужасе смотрела на то, во что эти двое превращали «Пулевую Станцию», но паническая мысль, увы, не могла переплюнуть тот эмоциональный накал, скопившийся в груди ежихи с тех самых пор, как Омега пустил первую ракету по турели. И Соня с удовольствием грохнулась в обморок, если не бы не знала одно: Шедоу и Омега не будут нести её, да и в себя вернут очень быстро. Этим двоим уж точно было плевать, что в их команде находится девушка, неспособная принимать такие условия боя, да и вообще полагающаяся больше на скрытное прохождение, чем штурмовое.

Увы, увы, увы!

Когда «Командный Взрыв» подошёл к концу, Омега превратил свои пушки в руки и снял Соню со своей шеи, поставив её рядом с собой. Шедоу спрятал Изумруд Хаоса, после чего огляделся. «Пулевая Станция» была разрушена до основания. Ни один бадник не пережил нашествие команды «Dark».

— Осталось последнее! — промолвил Шедоу.

Ударом ноги он выбил парадную дверь, и троица проникла в Центр Связи, который, как ни странно, пустовал. В комнате находился пульт управления вместе с огромным экраном, а в углу стоял торговый аппарат с напитками и закусками. Можно было сказать, что миссия по проникновению на территорию врага закончилась успешно.

— Локаторы не могут засечь присутствия роботов! — сообщил Омега.

— Чёрт с ними, с роботами этими — ежиха, давай за компьютер! М, ежиха? — Шедоу обернулся, но нашёл её у торгового аппарата.

Соня разломала его мощным ударом и, схватив первую попавшуюся газировку, начала пить. Затем осушила вторую. Потом третью. Шедоу переглянулся с Омегой, однако робот пожал плечами, мол: не знаю, что это с ней.

— Эй, — окликнул её Шедоу, сделав пару шагов к девушке. — Ты в порядке?

Соня резко посмотрела на него, и ёж столкнулся с диким взглядом малиновой ежихи, в котором не было ничего, кроме ярости и злобы. Будь Шедоу менее сдержан — точно бы вскрикнул от ужаса.

— А по мне не видно, что ли? — яростно процедила Соня, сминая пустую банку в своей руке. Очень нервно она сделала «пфуф», дабы подкинуть вверх чёлку, спадающую ей на глаза — и так же нервно выкинула банку, поворачиваясь лицом к ежу. — Вы, блин, два идиота, ввязавшие меня в бардак, устроившие тут не пойми что — и ты после этого спрашиваешь, а в порядке ли я? Браво! Браво, чёрт подери, я тебе аплодирую! Ахаха!

Ежиха подняла ладошки и наигранно захлопала в них.

— Иди к компьютеру, — повторил Шедоу.

— Ага! Щас! Побежала! Вон, видишь, как пятки сверкают? Это я бегу! Грр! — рассыпалась в сарказме Соня. — Любишь переть напролом, игнорируя любые тонкости? Так продолжай в том же духе, чего ты? Иди на компьютер с таким же успехом!

— Хорош возникать уже! Я привёл тебя сюда, попутно расчистив тебе путь. Приступай к работе, после чего мы свалим отсюда.

— А вот не буду я приступать! Вы на пару с Омегой меня всю дорогу игнорировали, а теперь ты вдруг внезапно вспоминаешь, что я всё-таки здесь, я тут!

— Короче, быстро пошла и нарыла мне информацию! — уже злее приказал чёрно-алый ёж. — У меня нет времени на твои девчачьи истерики!

У Сони аж жилка на лбу возникла от напряжения: настолько сильно прогневил её Шедоу. Даже кулаки, облачённые в фиолетовые перчатки — и те дрожали от гнева, что плескался внутри ежихи подобно раскалённой магме. Шедоу мало того, что изначально положил болт на стелс, так ещё и причёску ей испортил, и настроение, и разговаривал в таком тоне, будто она ему обязана всем, чем только можно.

Шедоу дёрнул бровью, когда Соня медленно двинулась в его сторону. Изначально он полагал, что девушка сейчас начнёт на него орать, оскорблять его, но она молчала, продолжая буравить его взглядом. Да и походка не совсем походила на гневное наступление, учитывая каждый шаг, идущий от бедра. По большей части в этом угадывалось некое кокетство, смакуемое непроглядной таинственностью, плескающейся в синих глазах модной ежихи.

— Что ты…? — Шедоу вздрогнул, но, когда Соня продолжила идти дальше, напрочь игнорируя его слова, растерялся. — Что происходит?

— Характер действий союзника: иррациональный. Анализ невозможен, — ответил Омега, наблюдающий за происходящим.

Шедоу занервничал. Его ноги автоматически задвигались в обратном направлении, отстраняя ежа от Сони, но та, словно хищница, учуявшая мышь, продолжала идти в наступление, своим поведением не выказывая ничего, кроме… кроме… Шедоу не мог понять, что именно. Он прижался спиной к стене и просто наблюдал за неординарным поведением сокомадницы, неспособный логично оценить её действия. Шок? Скорее всего, шок, а, быть может, даже гнев. Но ежиха не выражала никаких эмоций — и именно это нервировало чёрно-алого ежа, которому нужна была конкретика, руководство разума, а не чего-то другого. Даже эмоции — и те отсутствовали!

Соня вытянула руки и прижала их к стене, тем самым заключая Шедоу в своеобразную ловушку, из которой он не знал, как выбраться. Пойти в атаку? Но как? Ударить её ёж не мог, ибо она с недавних пор является ему союзником, а проявление насилия с его стороны могло лишь усугубить положение «СФЖ», которому эта ежиха позарез была необходима. Говорить? А смысл? Ровно как тогда, когда они были в космосе, молчал он — и теперь молчала она. Как тогда ёж смотрел на неё холодным глазами — так и ежиха сейчас буравила его пугающим взглядом, оценку которому трудно было дать.

Эти синие глаза — они уже давно изводили Шедоу своей неопределённостью, постоянно втискивая его в размышления, норовящие на час, а то и два погрузить ежа в себя. С тем учётом, что Соня подошла к нему прямо вплотную, Шедоу не понимал, как реагировать и уж тем более вести себя. Внешне-то ёж сохранял ледяную непоколебимость, но в душе нервничал до безумия.

— Шедоу-у-у-у! — томно протянула Соня прямо в губы ежу.

А потом с такой силой ударила ему в пах, что Шедоу округлил глаза от резкой боли и подогнулся в коленях, скрипя зубами. Ежиха тут же схватила его пальцами за левое ухо и дёрнула на себя, чтобы тот окончательно не упал.

— Оу, — вымолвил удивлённый Омега.

— А теперь слушай сюда, ты, Формула Жирного Самолюбия! — прорычала Соня, очень сильно сжимая ухо Шедоу. — Если ты думаешь, что я тебя боюсь, то ты глубоко заблуждаешься! Попробуй со мной ещё раз заговорить в своём привычном приказном тоне, и я клянусь тебе, что остаток своих дней ты проведёшь на инвалидной коляске, будучи безногим! ЗАТКНИСЬ! — крикнула она, когда ёж попробовал что-то сказать. — Я тебе не девочка, которая обязана выполнять всё, что ты пожелаешь! И иду я вместе с тобой и Омегой не потому, что мне так хочется, а потому, что выбор мой столь же невелик, как и твой! И раз я обязана принимать ваши с Омегой внеплановые развлечения по типу: «Пора пошуметь!», ты, Шедоу, обязан выслушивать мои истерики! Всё честно!

С этими словами ежиха развернулась и отправилась к компьютеру, высказав виновнику своего гнева всё, что накопилось у неё за сегодняшний день. Пусть это и было несколько грубо, но он её всё-таки довёл.

— Это! Сме-шно! Аха! Аха-ха! Ха-ха-ха!

— Это больно, а не смешно! — огрызнулся оскорблённый Шедоу, окатив Омегу мрачным взглядом. — Ррр, больная на голову!

К его счастью, Соня ничего не услышала, целиком и полностью включившаяся в работу. Чёрно-алый ёж тем временем поднялся на ноги и вместе с Омегой подошёл к ней, поднимая глаза на монитор. Как и раньше, символы и прочие рисунки были ему незнакомы, посему «СФЖ» положился на командный мозг, коим была малиновая ежиха.

— Есть! — воскликнула Соня, чем привлекла внимание сокомандников. — Я нашла видео-сообщение!

Ежиха воспроизвела его, где Слит докладывал Эггману об успешном пленении некоего чейзера, попутно рассказывая о неожиданной встрече с Соником, гуляющим с какой-то сиреневой авалисянкой.

— Так-с… а-ага! Место, где они пересеклись, называется Драконьей Долиной! — сообщила Соня, после чего включила карту Авалиса, на которой появилась красная отметка. — Замечательно! Теперь мы знаем, в каком направлении двигать дальше.

— Хм-м… — Шедоу скрестил руки на груди и краем глаза заметил один файл, находящийся под паролем. — «Совершенная Форма Жизни. Третий Прототип».

— Я хотела просмотреть его, но на тот момент у меня не было времени. Также я хотела получше узнать, что такое «Королевский Камень» и «Берилл Анархии».

Ёж стащил со стола какую-то флешку и протянул её ежихе.

— Ознакомимся с файлами в машине, — сказала сестра Соника, скачав всё на флеш-носитель. — Ну что, сваливаем отсюда?

— Да как бы не так, наглые крысы! — вдруг послышался знакомый голос.

Омега среагировал моментально. Активировал огнемёты, он тут же начал уничтожать разрушенный от взрыва потолок, чтобы спасти своих товарищей. Шедоу прижал Соню к себе одной рукой, а другой выпустил несколько золотых копий, уничтожая падающие камни. Центр Связи в одночасье был разрушен, открывая команде «Dark» вид на летающий истребитель Эггмана, к которому был присоединён дирижабль плюс штурмовая установка, занятая четырьмя бадниками.

И управлял этим чудом конечно же…

— Эггман! — воскликнула Соня, вытащив из кобуры золотой револьвер.

— Ну всё, теперь вы от меня не уйдёте! — протараторил доктор, говорящий в микрофон. — Я уничтожу вас, наглые мухи!

— Обнаружен Айво Роботник! Задача: ликвидировать! — грозно промолвил Омега, входя в боевой режим.

— Лучше убирайтесь восвояси, доктор, — холодно попросил Шедоу, вбирая в руку золотую молнию. — Я не хочу Вас калечить, но если Вы не отступитесь, я буду действовать радикально.

— Я бы очень хотел на это посмотреть, Совершенная Форма Жизни!

Корабль открыл огонь на поражение.

Шедоу тотчас же переместил команду на открытое поле боя, где можно было разгуляться вовсю. Заодно пробежался глазами по периметру, отмечая полное отсутствие бадников.

— Он совместил сразу три глайдера в один, — пояснила Соня.

— Я буду первым! — сказал Омега и рванул в бой.

Штурмовые бадники тут же начали обстреливать робота, но последний шёл напролом, контратакуя их всем, чем только можно было: пулемётными очередями, ракетными залпами, огнемётами, лазерными лучами и гранатами. Тогда корабль развернулся и тараном попёр на противника, что сделал зря: Омега сумел остановить его, а затем с силой выдрал первый глайдер, разламывая его на части. Выскочившие бадники попыталась сбежать, однако робот добил их очередями из пулемётов.

В атаку пошёл Шедоу, заскользив за дирижаблем, из середины которого вылетали ракеты. Ёж избежал каждого столкновения, затем хоумингом атаковал их и добрался до противника, ударив его спиндэшем. Эггман завопил и попробовал нашпиговать врага свинцом, но Шедоу тут же телепортировался назад, обрушивая «Хаос Копья» на орудия. Затем применил «Хаос Бласт», мощным взрывом сокрушая дирижабль в щепки. Второй глайдер был уничтожен!

— Ну всё! — рявкнула Соня, совершив очень длинный и высокий прыжок.

— Не-е-е-е-т! — завопил Эггман.

Увы, это всё, что он мог сделать. Ежиха закрутилась в пурпурный вихрь и пробила последний глайдер, в результате чего тот взорвался. Соне пришлось спрятаться за железными ящиками, чтобы её не убило осколками, тогда как Шедоу и Омега находились в другой стороне, наблюдая за происходящим. Доктор проиграл.

Когда осколки прекратили разлетаться, команда «Dark» вышла из-за укрытий и убедившись, что друг с другом всё в порядке, двинулась к обломкам глайдера…

Увы, их ждало разочарование!

— Муахахаха! — засмеялась… кукла с пружинистой головой и отвалившимся глазом.

Омега был страшно зол. Металлическим кулаком он пригрозил кукле скорую расправу, но пока что робот мог ограничиться только этим.

— Ну, это было вполне ожидаемо, — в «капле» вздохнула Соня. — Он бы точно не попёр против нас со слабым вооружением.

Ещё раз вздохнув, ежиха перевела взгляд на Шедоу, и её глаза медленно округлились.

Чёрно-алый ёж стоял поодаль от всех, нависнув над тем, что Соню, собственно, и удивило. У его ног лежал… другой Шедоу, только с оторванными ногами, из туловища которого торчали провода с металлическими прутьями. Он искрился, барахлил — совсем как настоящий бадник, ничем не отличающийся от тех, что команда «Dark» перебила недавно.

Шедоу молчал, и Соня понимала, с чем связан его шок. Ей не нужно было подходить и смотреть ему в глаза, чтобы понять, что в настоящее время испытывал чёрно-алый ёж…

Созданный, не Родившийся! Форма Жизни, способная к анализу! Творение Джеральда!

Шедоу молчал, но в его глазах отражалось абсолютно всё то, что он переживал в последнее время: амнезию, потерю жизненного ориентира, одиночество, поломанное прошлое… Марию. И в этот момент ёж уже не считал Омегу глючным роботом, который атаковал его по ошибке. Об этом задумалась и Соня.

Как раз-таки наоборот - Омега прекрасно понимал, на кого он нападает, от кого защищает сестру Соника.

Перед ними лежал уничтоженный андроид чёрно-алого ежа.

Соня осторожно подошла к Шедоу со спины, печальными глазами смотря на него. Развитая в ежихе эмпатия ощущала пасмурную ауру, подобно тучам скопившуюся над головой ежа. Из рассказов Соника было ясно, что Шедоу погиб в битве с Биолизардом, после чего упал в стратосферу Мобиуса и в ней исчез. Долгое время ребята гадали над тем, каким образом ёж вернулся к жизни, если его, по сути, расщепило на молекулы. Об этом думали все, думал сам Шедоу. И сейчас прямая зацепка лежала у его ног…

— Шедоу… — грустно окликнула его Соня.

Чёрно-алый ёж закатил глаза, полные непонимания и… боли. Затем развернулся и молча удалился, покидая поле битвы. Ежиха и Омега переглянулись друг с другом, после чего пошли за ним. Здесь им больше нечего было делать.

И лишь тогда, когда команда «Dark» ушла, груда металла погрузилась в серую жидкость, из которой появился Нео Метал Соник. Его глаза полыхнули в чёрных орбитах.

— Совершенная Форма Жизни и Наилучшая Боевая Единица — скопированы! После того, как Оригинал будет уничтожен, я приду за тобой, творение Создателя!

***

Начавшийся дождь лишь усилил тяжесть на душе тех, кто сидел в бронемобиле, мчавшегося по направлению к Драконьей Долине. Как и в прошлый раз, команда пребывала в молчании, однако теперь оно не просто давило, а в прямом смысле выжимало соки. Тихая мелодия из магнитолы никак не могла прорвать пасмурную атмосферу, которой дышала команда «Dark». Все были погружены в свои размышления, и флешка с информацией на данный момент покоилась в кармане юбки малиновой ежихи.

Омега молчал, но оно и понятно: он — робот, в основном реагирующий на неопознанные или враждебные объекты. Шедоу тоже молчал, однако его безмолвие в этот раз сильно терзало Соню, молча управляющей транспортом. Нередко она смотрела на него периферически, надеясь увидеть какие-то изменения за ним, но всё без толку: ёж смотрел в окно, будто не замечая холодных капель дождя, стекающих по стеклу двери.

В этот момент ей вспомнился разговор с братьями, состоявшийся в первый день их встречи после долгой разлуки:

— Значит Шедоу, — малиновая ежиха задумчиво прижала палец к губам. — Я удивлена, что у нашего старого «друга» был родственник, воссоздавший своё детище по твоему образу, Соник.

— Я удивлён не меньше, — согласился вор. — Мне даже жаль его в какой-то степени.

— Так-то да: Шедоу поспособствовал бедствию сильнее, чем Эггман. Но его прошлое… — герой Мобиуса не договорил, закрыв глаза.

Тогда Соня могла только прикидывать в уме, каков же Шедоу на самом деле, что он из себя представляет, и почему Соник несколько особо о нём отзывается. Теперь же «источник» их беседы сидел справа от неё, и Соня могла видеть его лично, своими глазами наблюдая, как ёж ведёт себя, как воспринимает этот мир...

— Я… я не знаю, — ошеломлённо ответила Эми, когда Мэник невзначай поинтересовался, каким образом ей удалось повлиять на Шедоу в последний момент. — Я всего лишь сказала, что мир полон как плохих людей, так и хороших, и что жизнь — лучший подарок, который только есть.

— Быть может, ты таким образом напомнила ему о прошлом? — предположил Соник, на что ежиха пожала плечами. — Всё-таки мы мало что знаем о Шедоу, кроме резни пятидесятилетней давности.

Ежиха вспоминала все-все разговоры о Шедоу, когда троица наконец-то добралась до Драконьей Долины и сейчас находилась на месте последней встречи Соника со Слитом. Укрывая себя дождём от холодного дождя, Соня, с одной стороны, осматривалась в поисках чего-нибудь, а с другой — думала о том самом разговоре.

Резня пятидесятилетней давности…

Соня моргнула и перевела взгляд на Шедоу, что стоял поодаль, омываемый дождём, но совершенно не обращающий внимания на холод. Куда он смотрел, ежиха не знала: ёж, казалось, пребывал в абсолютной прострации и ни на что не реагировал. Омега в это время ходил по периметру, изучая здешнюю окрестность и занося её в базу данных.

«Тебе знакомо имя: Мария Роботник»?

Соня не знала, кто это, но точно была уверена в том, что эта девушка имела важную роль в жизни Шедоу. Чёрно-алый ёж был скрытен, таинственен — нередко этим он злил Соню, особенно в те моменты, когда начинал командовать (как сегодня), однако её отношение к нему не особо-то и менялось.

Не такой, как Соник и Мэник…

Совсем другой!

Соня на секунду задумалась над тем, а что было бы, встреть она его в те времена, когда «Sonic Underground» сражались с Роботником? Что бы было, пересекись они на Мобиусе, на родной планете, объединённые не общим желанием найти Соника, а имеющие абсолютно разные жизненные ориентиры? Встреть до момента, когда её с Бартлби связывала разве что симпатия, а не гражданский брак? Встреть как принцесса Моботрополиса, к которой прибыл агент из военной организации "G.U.N." в виде чёрно-алого ежа? Очень много вопросов посещало голову ежихи, но ответ был один: у них общая цель — это Соник. Больше ничего.

Соня тихо вздохнула…

Затем сделала несколько шагов по направлению к Шедоу и встала рядом, укрывая тёмно-зелёным зонтом и его. На её душе тотчас же стало легче, когда чёрно-алый ёж наконец-то отреагировал на что-то, переведя взгляд рубиновых очей на неё.

— Простудишься, если будешь мокнуть под дождём, — с доброй улыбкой объяснила Соня.

Шедоу промолчал, после чего увёл взор, не обращая внимания на стекающую по его телу воду. Это опечалило ежиху, и лёгкий покой, только-только возникший, снова обратился в тоску.

— Слушай… ты извини меня за то, что… ну, я устроила там, на базе Эггмана. Я не сдержалась, ну и… вот…

Молчание — тяжёлое, угнетающее и холодное.

— Знаешь… — Соня прикусила нижнюю губу, чтобы случайно не сказать лишнего. — То, что ты видел, ещё ничего не значит.

— Слушай… — тихо вымолвил Шедоу, закатывая глаза. — Отстань… пожалуйста…

И вышел из-под зонта, после чего отправился по делам, провожаемый грустным взглядом синих очей. Ежиха хотела окликнуть его, но потом, стиснув зубы, поняла, что это плохая идея, и смолкла. Шедоу был закрыт для таких бесед, и пытаться как-то утешить его — гиблое дело, учитывая уровень их взаимоотношений на данный момент.

Не такой, как Соник и Мэник…

Совсем другой!

Более холодный и замкнутый.

***

— Муахахаха!

Занимался Эггман тем, чем занимался всегда - злорадствовал. Он находился в главном центре, откуда мог наблюдать за тем, как Берилл Анархии поглощает Ци пойманных Слитом и Динго авалисян, выжимая их без остатка, из-за чего те обессиленно падали на пол, неспособные больше сопротивляться заколдованному кристаллу.

— Как видите, сэр, свою работу я умею делать качественно и хорошо, — вежливо изрёк Слит. — А как Вы знаете, хорошие работники нынче дорого стоят.

— Хочешь с меня дополнительные бабки стрясти? — хмуро посмотрел на него Эггман. — А, впрочем, ладно, — и кинул ему мешочек с золотом. — Теперь, когда я знаю, как можно использовать Берилл Анархии, я смогу подчинить себе весь Авалис и построить на нём Эггман-Лэнд! Мухахаха… Ауч! — доктор крякнул, прижав руку к животу. — Я так давно не смеялся, что едва мышцу себе не надорвал.

Эггман распорядился, чтобы Динго привёл ему новых авалисян для продолжения эксперимента, после чего отправился по своим делам. Работа шла полным ходом: совсем скоро Эггман планировал устроить настоящий переворот на Дикой Планете, а поскольку ни Соник, ни Бревон на фоне больше не маячили, доктор, можно сказать, постепенно брал золотую жилку в свои руки.

Когда Эггман ушёл, Слит спустился на один этаж ниже и вышел в помещение, где находился Берилл Анархии. Ранее блеклый и тусклый, как стекло, он теперь пульсировал подобно живому сердцу, источая лишь той волшебной силы, на которую только был способен.

— Простите, Ваше Злодейство, но кое-чего я вам не договорил, — тихо промолвил Слит, с таинственной улыбкой глядя в кристалл, в отражении котором видел своё отражение, но с тёмной короной на голове. — Я рассказал вам, как его можно подзарядить. Однако я не сказал, что Берилл Анархии с момента активации подчиняется только мне.

Комментарий к Глава 20: Вопросы без ответов

Глава 21: День и Ночь

— «Boost»!

Соник резко разогнался до небывалых скоростей, а затем перескочил огромную пропасть, сворачиваясь в светящийся голубым свечением шар. Грандиозный прыжок моментально донёс героя Мобиуса до древа-дома, и ёж применил «Stomp» — этот приём позволял парню моментально приземляться вниз, формируя в ноге энергию для притяжения к земле — и приземлился прямо перед друзьями, занимавшимися своими делами. Пробежка подошла к концу.

— Ты снова слопал кристаллы? — опешили все, на что синий ёж ответил кивком. — Тебя жизнь вообще ничему не учит?

— Ну почему, ещё как учит, — фыркнув, Соник проглотил ещё один кристалл и достал Изумруд Хаоса, от которого взял от него немного энергии. — Теперь я знаю, как можно использовать подзарядку этого мира, при этом избегая побочных эффектов.

— И как же? — поинтересовалась Лайлак, скрещивая руки под грудью.

— Энергия вашего мира — она стабильная, как Вода. Наша же похожа на Воздух — такой же переменчивый и непредсказуемый. Я долгое время думал над тем, как развить в себе новые способности, после чего решил совместить обе энергии в единое целое, как… ну, скорее, как Инь и Янь.

— Иными словами… — начал Тейлз.

— Поедая кристаллы Авалиса, я обретаю стабильную энергетику и тотчас же смешиваю её с хаотической Изумруда, тем самым разгоняя по своему телу не хуже адреналина.

— Но как ты до этого додумался?

— Всё очень просто, друзья мои, — с улыбкой изрёк Соник, всплеснув руками. — Когда Руж рассказывала нам о браслетах Шедоу, она не раз упоминала, что Джеральд, дабы контролировать энергию Изумрудов Хаоса, пользовался материалами из этого мира. Здешняя энергетика упреждает нашу, за счёт чего происходит синхронизация. Как видите, рецепт невероятной скорости был только что открыт.

— Ты безумец! — в шоке вымолвила сиреневая драконша, однако синий ёж по-прежнему улыбался.

— И слава Хаосу! Нормальный бы до такого не додумался, хе-хе.

Тейлз и Милла покинули Драконью Долину и ушли к морю, попросив товарищей подойти через несколько минут. Заодно старшие по возрасту герои могли упаковать вещи, сложить всё необходимое для дальнейшего путешествия. Пока Лайлак и Кэрол возились в доме, Соник и Наклз относили все вещи к морю.

— Они так и не пристали к тебе с расспросами? — поинтересовался ехидна, когда ребята были в дороге.

— Я с ними после того момента не оставался наедине, — нехотя ответил ёж.

Принц Моботрополиса и средний сын королевы Алины, ёж Соник — один из претендентов на роль будущего правителя Мобиуса, а также единственный, кто унаследовал невероятные возможности своего отца: скорость и синхронизация с энергией Изумрудов Хаоса. В голове моментально всплыл Дельфийский Оракул, стоявший перед мобианцами и авалисянками с разведёнными руками аки Мессия Господа, снизошедшая с Небес, дабы напомнить им, что есть мир и его смежники.

Все, кроме Наклза, опешили, когда узнали, что Соник является принцем в своём мире. Удивительно, ведь даже Тейлз, его лучший друг, не знал ничего о родословной своего товарища. В другой раз лис даже обиделся бы на ежа за то, что тот слишком многое утаил от него, однако…

— Никакой я не принц, Дельфийский Оракул!

Дало понять Тейлзу, насколько Сонику неприятно об этом вспоминать. Синий ёж в одночасье омрачился, и зелёные глаза героя не выражали ничего, кроме раздражения и… обиды. Помнится даже, кто-то из героев хотел задать Сонику вопрос по этой теме, но Наклз тут же остановил их и отрицательно покачал головой. Видно, понимал ехидна, в каком состоянии был на тот момент синий ёж.

Оракул не стал давить на Соника и сразу же пояснил цель своего визита, попутно предупредив жительниц этого мира, что на то он и дельф, чтобы путешествовать по мирам.

— Посмотрите, пожалуйста, сюда, — Оракул создал магией эдакую голограмму зелёного цвета, и в облаке появились три медальки, одна из которых была похожа на солнце, другая — луну, а третья — звезду. — Это — ключи к Дельфии, великому городу, что сокрыт в потайных уголках вашего мира.

— Дельфия??? — опешили Лайлак и Кэрол.

— А что это такое? — вопросил Тейлз.

— Если верить легендам, то город, в котором когда-то жили драконы. Говорили даже, что сам Золотой Дракон возвёл его вместе со своими приближёнными, но где именно, никто не знает. Те редкие счастливчики, которым всё-таки удавалось добраться до Дельфии, могли узнать о своём будущем или загадать желание, которое обязательно исполнялось в итоге.

— Верно, юные леди, — кивнул ящер, обращая их внимание на себя. — Дельфия была сокрыта по причине той, что многие могли прийти в неё с огнём и мечом…

Дельфы — народ непростой, но не ищущий в мире войн. В основном они лишь наблюдателями безмолвными выступали, изредка помогая другим делать правильные вещи, ну или частично влиять на их судьбы. Так было задумано природой или кем-то свыше, и сами дельфы понятия не имели, кем именно. Впрочем, их интерес никогда не ставил сей вопрос в приоритет.

— Я закончу этот разговор намного быстрее, ибо он столь же бессмыслен, как и фальшивые пророчества, — резко заявил Соник, чем изумил своих друзей, поразившихся грубости синего ежа. — Ты хочешь, чтобы мы нашли для тебя три медальки и открыли проход в Дельфию, в твой родной дом, верно?

— Ты прав, — кратко ответил Оракул.

— А с какой такой радости мы должны это делать?

— Соник… — опешил Тейлз.

— Подожди, малыш, не вмешивайся! — махнул рукой герой Мобиуса и продолжил: — Ты же всемогущий Дельфийский Оракул — так почему же сейчас ты складываешь руки и возлагаешь очередное своё пророчество на меня? Что, решил поностальгировать? Спасибо, я пас!

Соник стоял напротив «Хаверкрафта» — особой чудо-лодки, которую Тейлз собрал на основе той подводной лодки, так и не достигшей своего апогея из-за отсутствия Торка — и думал над тем, что произошло вчера. Он не помогал Наклзу складывать вещи, но последний и не обижался на него, понимая, что герой Мобиуса сейчас находится в тяжёлых раздумьях.

— Соник… — тяжело вздохнул Оракул, закатывая глаза. — Я понимаю, что наши отношения трудно назвать дружелюбными. Мне искренне жаль, что всё так получилось, но…

— Но что? — пытливо вопросил синий ёж, продолжая буравить ящера хмурым взглядом. — Ты ведь так и не ответил на мой вопрос.

— Я уже говорил, что мои возможности в рамках этого мира ограничены. Максимум, что я могу сделать — это дать ценный совет или помочь чем по мелочи.

— Помочь?! Не особо-то ты помогал мне на Мобиусе, раз за разом кидая меня, Мэника и Соню в очередные миры, которые максимум, что мне давали — это цитаты нравственности, нередко срывающиеся с уст моей старшей сестры. Что на этот раз? Что ещё я должен познать, прежде чем наконец-то успокоюсь и заживу той жизнью, которую избрал для себя после «Sonic Underground»? Монархия Моботрополиса? Поиск смысла? Да к чёрту всё пошло!

Соник развернулся и злым шагом зашагал прочь, не желая больше разговаривать со старым дельфом, оставляя наедине с ним шокированных товарищей, поразившихся поведению своего синего друга. Ежу было плевать, как о нём после этого начнут думать. Они не знают, что ему пришлось пережить в прошлом, прежде чем он дошёл досюда. Они ничего не знают о том, как ёж потратил большую часть своей юности, чтобы найти маму, бросившую его вместе с Мэником и Соней ради какого-то пророчества. И именно поэтому Соник категорически был против очередных заданий, связанных с Дельфийским Оракулом. Он удалялся прочь, не желая ни видеть его, ни слышать.

Однако Оракул докончил свой рассказ, пусть и в отсутствие Соника, делясь знаниями с двумя мобианцами и тремя авалисянками. Лайлак первой согласилась на эту миссию, стоило ей услышать о городе драконов, пути к которому никто не знал. Поддержала её и Милла, а Наклзу пришлось согласиться только потому, что он искренне хотел вернуться на Мобиус, на Остров Ангела, к Мастеру Изумруду. Кэрол, слегка замявшись, тоже дала согласие. Кивнуть пришлось и Тейлзу, ибо Оракул именовал Дельфию как одну из контрольных точек, способных помочь мобианцам вернуться домой.

Именно поэтому Соник сейчас стоял перед хаверкрафтом, а не носился по Драконьей Долине, сломя голову. Очень сильно ему не хотелось вляпываться в очередное «пророчество», однако роль товарищей в этом положении оказалась ключевой: ради них ёж готов был наступить себе на горло.

— Как эта лодка называется? — переспросила Кэрол, когда команды собрались на берегу моря.

— «Хаверкрафт»! — гордо пояснил Тейлз, восхищаясь своим творением. — Плывёт он быстро, на воде держится с помощью резиновых шин, накачанных воздухом и укреплённых металлическими пластинами. Имеет отличную манёвренность, а заодно я установил Ци-пушку, чтобы вести морской бой на случай, если на нас кто-то нападёт. И кстати…! — лис смутился и добавил более застенчиво: — В этом мне помогла Милла!

— Я ничего не сделала! — тотчас же возразила собачка, смутившись, однако, не меньше. — Я только предложила воспользоваться образцом моей боевой магии, но не более.

— Верно, но без тебя я бы не додумался до этого, установив обычный пулемёт.

Хаверкрафт был рассчитан как раз на шестерых, имея более компактную форму по сравнению с подводной лодкой: три места для управляющих, и три — для пассажиров. Так как Тейлз и Милла вместе трудились над ним, они и сели впереди: лис занял рулевую позицию, а собачка — оборонительную. Соник составил им компанию, хмуро плюхнувшись слева и, скрестив руки на груди, уперев глаза вперёд, в лобовое стекло. Остальным же пришлось разместиться сзади.

— Вообще-то тут я сижу, — сказала Кэрол, когда Наклз занял боковое место возле правого окна.

— Эм-м… — ехидна озадаченно посмотрел на неё, а затем перевёл взгляд налево. Возле другого окна сидела Лайлак, тогда как место посередине пустовало. — Вот, садись сюда, оно свободно.

— Я не хочу там сидеть. К окошку хочу.

— Что за детский сад? — нахмурился хранитель Мастера Изумруда.

Кошка не стала объясняться. Она схватила Наклза — последний в очередной раз убедился, что девушка в плане силы уступала разве что ему — и стащила с сидения, после чего усадила на середину, а сама села сбоку.

— Эй! — оскорбился Наклз. — Что за дела?

— Заткнись! — грубый ответ Кэрол удивил ехидну.

— Эм-м… ну, ладно.

Нетрудно было догадаться, почему кошка так повела себя. Опустив брови, ехидна сначала посмотрел на неё, а затем на Лайлак — обе девушки были хмуры и смотрели в окна, больше ни на что не обращая внимания.

«Ах да, они ж переругались совсем недавно», — вспомнил Наклз, после чего тяжело вздохнул. — «И почему мне приходится сидеть между девчонками? Лучше б я сел туда, где сидит Соник».

Мысленно ребята снова вернулись к недавнему разговору с Оракулом:

— Остров, к которому вы отправитесь, очень аномален. День и Ночь хаотично совмещают друг друга в единое целое, и неясно, какой тропкой избрано идти путнику: дневной или ночной. Если тропинка будет дневная, то идти придётся по белым мраморным мосткам, нередко прыгая по огромным черепахам, что плывут к Великому Дворцу, неся на себе маленькие островки. Если ночная — придётся пробираться сквозь джунгли, зачастую окунаясь в холодные источники. Это — испытание Дня и Ночи! Пройдя их, вы доберётесь до Великого Дворца, и только двое из вас отправятся на одну из территорий Дельфии, чтобы пройти этапы Храбрости, Героизма и Мудрости. Удачи вам, герои Мобиуса и Авалиса!

«Я бы сослался на полное отсутствие логики, если бы не знал, что это Дельфийский Оракул», — фыркнул Соник.

Разумеется, он понимал, что Авалис полон различных чудес и загадок, и то, что сказал Оракул — не чушь собачья, а реальная составляющая этого мира. Неудивительно, что он «купил» Лайлак рассказами о волшебных драконах и городе-призраке, также заинтересовав и Наклза. Совсем неудивительно! Однако менее идиотским для Соника это не становилось, ибо тот по-прежнему считал, что Оракулу под старость лет снова приспичило поиграть в наблюдателя.

И это дико раздражало Соника!

А ведь Соник помнил, как резко обратилась его жизнь в бесконечные приключения, сражения с Роботником и борьбу за свободу, когда Оракул пришёл к злодею со словами: «Твои дни сочтены, Роботник!». Одного его визита хватило, чтобы Эггман собрал всех-всех бадников, нанял Слита и Динго, а затем открыл сезон охоты на детей Алины, дабы роботизировать их и тем самым покончить с пророчеством Дельфа. Злился ли на него за это Соник? Да, но не за это! Оракул, можно сказать, дал ему старт для развития, восхождения в ряды героев, мотивацию. Именно так Соник узнал об Эггмане, именно такой путь привёл его к пьедесталу героя Мобиуса.

Причина была в другом!

С самого начала Оракул предрекал Алине, что Совет Четырёх не будет сформирован, если она останется со своими детьми — и она ушла, подкинув их в разные семьи: Соника — среднего достатка, Соню — высокого, а Мэника спёрли воры, воспитав в условиях улиц и катакомб. Злило ли это ежа? Нет. Ведь именно так каждый герой обучился тому, что помогало ему в настоящем; этот путь лишь закалил их, сделав сильнее.

Так что же злило Соника на самом деле?

Отсутствие Алины!

Как и раньше, Соник не изменил своего решения, по сей день тая злобу на маму за то, что она ни разу так и не соизволила встретиться ни с ним, ни с Мэником, ни с Соней. А ведь Алина нередко пересекалась с ними, очень часто ходила рядом, но стоило её детям сделать хоть маленький шажок по направлению к ней, как королева в одночасье исчезала, вместо ответов оставляя лишь массу вопросов. Дети плакали, злились, обижались, но снова поднимались и отправлялись на её поиски.

«Мама… почему ты так с нами поступила…? За что»?

Соник мрачно скрипнул зубами, но, к счастью, ни Тейлз, ни Милла не обратили на него внимание, полностью вовлекшиеся в процесс управления хаверкрафтом. Пророчество для Алины было настолько важным и необходимым, что она готова была избегать общения со своими детьми вплоть до падения Роботника. И он пал! Пал, как позорный шакал, бежавший куда угодно, чтобы скрыться от Соника, организации «G.U.N.» и других героев.

И… где же она?

Соник не забыл, как горько плакала Соня и как страдал Мэник — единственный, пожалуй, из всей троицы, кто действительно не познал родительской любви и ласки. Соник держался! Он никогда не показывал кому-либо слёзы, всегда улыбаясь, как солнце, готовое согреть других.

Но мало кто знал, сколько боли скопилось в его сердце, и сколько усилий прилагал синий ёж, чтобы не сломаться…

— М? — насторожился Наклз, когда Изумруд Хаоса в его руке на секунду стал чёрным, но потом вновь вернулся к прежнему синему цвету. — Что это с ним?

— Ты о чём? — спросила Кэрол. Лайлак тоже обратила внимание.

— Да Изумруд внезапно почернел. Может, последствия из-за нахождения в вашем мире?

Авалисянки синхронно пожали плечами.

— Но помните, герои: этот остров уже вовсю обыскивается двумя враждебными вам сторонами, — сказал напоследок Дельф, прежде чем растворился в зелёной магии. — Будьте осторожны и берегите себя, дабы не пасть от злых умыслов.

Неожиданный грохот заставил команды «Мобиус» и «Авалис» переполошиться. Хаверкрафт неровно заскользил по хаотичным волнам.

— О нет! Радар обнаружил скопление противников! — сообщил Тейлз, чем шокировал остальных. — С левой части — бадники Эггмана, с правой — боты Бревона.

— Что??? — воскликнули ребята.

— И они по нам стреляют! — закричала Милла.

Произошёл новый грохот.

— Вперёд, Милла!

— Да, Тейлз!

Хаверкрафт ускорился и тараном прорвал баррикаду бадников, попутно отбивая их вращательными движениями. Собачка тут же накопила энергию для атаки, и та выстрелила из лодки подобно золотому шару, снося катера с ботами в щепки. Однако транспорт получил повреждение в боковую часть из-за пушечных ядер, отправленных роботами Эггмана. Тейлз мигом раскидал супостатов тараном, но был атакован уже армией Бревона. Милле пришлось копить Ци без остановки, чтобы энергетические шары громили корабли противника, а заодно расчищали путь для героев. Старшим героям пришлось целиком и полностью положиться на младших, ибо сейчас они были у руля.

Тейлз с криком въехал в корабль Эггмана и пробил его насквозь, продолжив плыть дальше. Когда путь им преградила лодка Бревона, Милла сокрушила её выстрелом Ци. Но хаверкрафт тут же подвергся массовому обстрелу со всех сторон, и лису пришлось очень быстро нажимать на кнопки и крутить руль, чтобы транспорт закрутился вокруг оси, железным хвостом откидывая взрывные снаряды в стороны. Увы, каким бы чудесным ни был хаверкрафт, для таких «мордобоев» он не предназначался, а потому каждое попадание снижало его шансы на победу. Это понимал Тейлз. Это понимала и Милла. Однако деваться было некуда — оставалось лишь переть вперёд, прорывая бадников и уничтожая ботов.

Загадочный остров показался на горизонте прямо по курсу, что не могло не радовать мобианцев и авалисянок, но до него ещё нужно было добраться. Тейлз начал выкручивать руль, чтобы хаверкрафт случайно не врезался в подводные камни, тогда как Милла решила ограничиться с Ци, выпуская небольшие, но многочисленные сферы во врагов. Старшим героям пришлось крепко вцепиться в сидения, ибо хаверкрафт попросту закружило, как аттракцион «Сюрприз».

— Хорош хвататься! — остервенилась Лайлак, когда Наклз упал на неё.

— Ой, прости! — покраснел ехидна - и тут же схватился за кошку.

— Ты, блин, вообще ненасытный! — заворчала Кэрол.

— ДА ИДИТЕ ВЫ ОБЕ К ЧЁРТУ! МЕНЯ ТУТ РАСКАЧИВАЕТ, КАК КОЛБАСКУ! А-А-А, ТЕЙЛЗ, МИЛЛА, СДЕЛАЙТЕ ЧТО-НИБУДЬ, ПОКА Я ИХ ОБЕИХ НЕ ОБЛАПАЛ!!!

— Кто на ощупь приятнее: Лайлак или Кэрол? — весело вопросил Соник.

Его счастье, что хаверкрафт в данный момент крутило на невероятной скорости. При других обстоятельствах ёж бы не избежал тяжких телесных повреждений со стороны разъярённых драконши, ехидны и кошки.

Тейлз никак не мог выровнять направление, из-за чего снаряды Миллы разлетались во все стороны, образуя эдакий стрелковый ореол, уничтожающий не только бадников и ботов, но и подводные камни. Волны разошлись не на шутку: каждая готова была толкнуть хаверкрафт то влево, то вправо, а то и вовсе подкидывая вверх. Тейлз и Милла закричали от ужаса, лишь сильнее вживаясь в роль спасателей озверевшего хаверкрафта. Соник был единственным, кто ловил с происходящего кайф, в основном смотря назад, где Наклз продолжал падать то на Лайлак, то на Кэрол, попутно лапая их.

— ЧЁРТ, Я НИКАК НЕ МОГУ СПРАВИТЬСЯ С УПРАВЛЕНИЕМ! — закричал Тейлз, пробивающий очередную дыру в корабле Эггмана.

— МОИ СНАРЯДЫ РАЗЛЕТАЮТСЯ, Я НЕ УСПЕВАЮ ПРИЦЕЛИТЬСЯ! — вторила Милла, зажав ушки ручками.

— ПРЕКРАТИ МЕНЯ ЛАПАТЬ, ИЗВРАЩЕНЕЦ! — зарычала Лайлак, отталкивая от себя Наклза.

— ДА ТЫ УЙМЁШЬСЯ, В КОНЦЕ-ТО КОНЦОВ? — Кэрол отпихивала его с другой стороны.

— ВЫ МНЕ НАХРЕН НЕ НУЖНЫ, ЭТО ВСЁ КАЧКА! — заорал Наклз.

— ОУ, Е-Е-Е! — весело завопил Соник, катаясь на стуле, как сумасшедший.

Хаверкрафт совершил последний прыжок и, пролетев несколько метров по воздуху, проехался по песку острова, врезаясь в три пальмы, что повалились от мощного удара. На этом хаотичное путешествие подошло к концу.

— Ох, моя голова… — слабо промолвил Тейлз. — Милла, ты как?

— Я в порядке, только плечо немного болит, — пожаловалась собачка.

— А вы там… оу ма-а-а-ай! — воскликнул Соник, когда обернулся назад.

Всё-таки оставшаяся троица упала, а точнее, распласталась на полу в не совсем лицеприятном виде. Тейлз и Милла тут же покраснели и отвернулись, тогда как Соник продолжал на всё это смотреть. Дело в том, что первыми упали Лайлак и Кэрол, а Наклз рухнул прямо на них. При этом ехидна умудрился случайно уткнуться мордой кошке в промежность, а драконшу схватить за грудь, что, разумеется, уж точно никого не оставит в хорошем расположении духа.

— Да как ты посмел? — Лайлак тут же влепила Наклзу пощёчину, а тот, попытавшись встать, снова упал на Кэрол, из-за чего та жалобно мяукнула. — Облапать меня, как мужлан, великого дракона…!

— Прежде чем тыкаться мне мордой туда, куда не нужно, для начала снял бы с меня шорты, — фыркнула Кэрол, чем шокировала ехидну. — Так хотя бы было правильнее, что ли, чем тереться об одежду.

— Да вы… ВЫ С УМА ПОСХОДИЛИ, БАБЫ НЕДОДЕЛАННЫЕ! — оскорбился покрасневший от стыда Наклз. — ДА ЧТОБЫ Я, ХРАНИТЕЛЬ МАСТЕРА ИЗУМРУДА, ТАК ПОСТУПИЛ…? ДА ВЫ… ВЫ-Ы-Ы-Ы…!

— Классно прокатились, не правда ли? — весело добавил Соник.

Увы, но его настрой тут же сменился на панику, когда троица резко глянула на него, и в глазах каждого разжёгся огонь.

— О нет! Я сваливаю отсюда! — с этими словами ёж выпрыгнул из хаверкрафта и бросился наутёк.

— Ты разгневал дракона! — прорычала Лайлак, рванув за ним.

— Я убью тебя, засранец! — Наклз выскочил следом.

— И мне кусок ежатины оставьте! — попросила Кэрол, последовав за ребятами.

— Ох, Милла, они же разорвут его на кусочки! — испугался Тейлз.

— Вперёд! Мы спасём его! — воскликнула Милла, и младшие герои покинули транспорт.

Очень вычурная картина предстала перед ними, когда они спрыгнули на песок. Дело в том, что убежал Соник недалеко, так как Лайлак могла его догнать. Посему ёж забрался на самую верхушку пальмы и оттуда, как провинившаяся обезьяна, наблюдал за собравшимися внизу Лайлак, Наклзом и Кэрол, кидающими в него упавшие кокосы.

— А ну-ка слезай оттуда! — зарычала драконша, ударив хвостами по пальме. — Слезай немедленно, чтобы я лично тебя прикончила!

— Д… д-да вы ч-чего? — опешил Соник, уклонив голову от летящего кокоса. — Я же пошутил, чтобы настроение всем поднять.

— Вот и я сейчас над тобой пошучу, гр-р! — ехидна принялся трясти пальму, но ёж лишь сильнее вцепился в неё. — АР-Р, СПУСТИСЬ СЮДА, СКОТИНА!

— Я его сейчас скину оттуда! — и Кэрол, обнажив когти, стала вскарабкиваться на пальму.

Соник испугался и перепрыгнул на другую, но её тут же уничтожил мощный удар Наклза. Тогда ёж бросился бежать на повышенных скоростях по берегу, однако за ним погналась уже разъярённая Лайлак. С тем учётом, что повсюду была вода, Соник не знал, куда бежать, и… растерялся. Посему драконша применила «Драконий Рывок» и врезалась в ежа, поваливая его на песок. Наклз с Кэрол тут же подскочили и прыгнули на героя Мобиуса. Началась потасовка, поднявшая облако пыли.

— Да вы что творите? — испугался Тейлз, подскакивая к друзьям и останавливая их. Повезло, ибо они только начали наказывать виновника. Соник тут же вырвался из оков и в один шаг оказался за лисом и собачкой. — Мы вообще-то на задании, не забыли ещё?

— Смотрите! — Милла указала на море, где бадники Эггмана и боты Бревона сражались друг с другом. — Вам должно быть очень стыдно, что вы забыли об этом, набросившись на своего товарища.

Лайлак, Наклз и Кэрол переглянулись друг с другом, после чего виновато опустили головы.

— Тейлз, Милла, вы — мои спасители! — Соник не сдержался и обнял обоих сзади, чмокнув каждого в макушку.

Перед командами располагались две тропки, каждая из которых была окутана магической, волшебной аурой. Одна дорога уводила вправо, где на неё лился белоснежный свет, своеобразной водой спадающий вниз, в океан. Другая вела влево, но там было темно, как ночью. На распутье стоял деревянный указатель с соответствующими значками в виде солнца и луны.

— Полагаю, нам придётся разделиться, чтобы добраться до Великого Дворца, — решил Тейлз, после чего посмотрел на друзей.

— А тут и думать нечего, — махнул рукой Соник. — Я, ты и Наклхэд идём по дневной стороне.

— Полагаю, нам идти придётся по ночной, — вздохнула Лайлак. — Кое-кто просто боится воды, вот и выбирает самый сухой путь.

Синий ёж открыл рот, чтобы возразить… и закрыл под насмешки старших героев.

— Скорее всего, мы наткнёмся либо на Эггмана, либо на Бревона. В общем… будьте осторожны! — предостерёг Тейлз.

— Ничего, прорвёмся, — осклабилась Кэрол.

— Согласен, — хмыкнул Наклз.

Герои кивнули, после чего побежали в разные стороны. Команда «Мобиус» отправилась по правой, дневной стороне, за медалью Солнца, тогда как «Авалис» избрала путь Луны. Сегодня будет жарко.

***

— Ну ёпт вашу мать, да как же ж так? — откровенно ругался Эггман, когда бадники притащили ему что угодно, но только не медаль Солнца.

— Сэр ругается! Видно, надо поискать ещё! — сообщил бадник другим.

— Да что ты? Прям ругаюсь? Вот это да-а!

Эггман развалился в эгг-мобиле и со скучающим лицом наблюдал за тем, как роботы разваливали горные построения, в которых было всё: золото, серебро, драгоценности, какие-то шёлковые одежды. Но где именно искать медаль Солнца, он не знал: слухи, добытые Слитом и Динго в Шан-Му, были слабым ориентиром для обширного поиска.

— Привет, Эггман!

Доктор аж подавился воздухом и закашлял. Этот голос он узнает когда угодно, где угодно и под чем угодно. Обернувшись, учёный тотчас же заметил выскочившую на полянку команду «Мобиус», что моментально испортило ему настроение.

— Вижу, ты уже начал осваиваться в новом мире, не правда ли? — с хитрой улыбкой уточнил Соник.

— Р-р-р, зато ты, я смотрю, совсем не меняешься: каким был противным, таким и остался, — огрызнулся Эггман, разворачивая эгг-мобиль в их сторону. — Пошли вон отсюда, мне сейчас не до вас!

— Зато нам до тебя! — рыкнул хмурый Наклз, зажигая свои кулаки огнём. — Где Соня, мать твою?

— У-у-у, а если я скажу, что она попалась и сдохла?

— Мы тебе не поверим! — ответил посерьёзневший Тейлз. — И мы не дадим тебе захватить медаль Солнца!

— Посмотрим, как вы это сделаете! Бадники — в атаку!

***

Бревон осматривал кучу драгоценного барахла, что ему натаскали боты, но никакой медали Луны тут и в помине не было. Это раздражало и омрачало, поскольку лорд хотел лично добыть ценное сокровище, не прибегая к помощи тех же Серпентина и Дейла. Принц как раз недавно поведал Бревону о некой Дельфии, и последний изрядно заинтересовался этим, учитывая своё непомерное желание узнать, каковым будет его будущее. В его профессии эти знания были бы весьма пригодными, ибо лорд не собирался останавливаться на Авалисе, желая продолжить захват миров и дальше.

Команда «Авалис» выскочила на полянку и тотчас же огляделась, оценивая обстановку. По описаниям Торка нетрудно было догадаться, кто из присутствующих Бревон и как он выглядит.

— Эй! — зарычала Лайлак, вставая в боевую стойку. — Ну-ка отошёл от сокровищ!

— А? — опешил Бревон, после чего вернул себе холодную невозмутимость и повернулся к героям лицом, скрестив руки на груди. — Значит, вы — те самые героини, помогающие героям с Мобиуса. И...

Милла вздрогнула: злодей как-то уж слишком подозрительно посмотрел в её сторону, в лице своём, впрочем, не меняясь.

— Вот уж действительно — ирония судьбы.

— О чем это ты? - осторожно вопросила Милла.

— Есть ли смысл что-либо говорить тем, кто буквально вот-вот кончит так же, как и любой другой типичный герой, надеющийся выжить после битвы со мной?

— Это мы ещё посмотрим, кто в итоге кончит! — оскалилась Кэрол, обнажая когти.

— У меня нет желания возиться с вами, детишки. Пусть вами займутся мои солдаты. Боты, прикончите их!

***

Соник применил «Boost» и воздушной волной сшиб бадников, тогда как Наклз бил по земле, раскидывая фаирболлы в разные стороны. Однако их тут же атаковали роботы с молотами наперевес, откидывая сильных героев назад. Тейлз тут же взлетел и, схватив Соника с Наклзом, метнул их в противников, тем самым обездвиживая супостатов. Пока ехидна разбирался с самыми мощными оппонентами, ёж громил металлических солдат хоумингом, кроша каждого в металл. Тогда бадники пошли в наступление, открыв из пулемётов огонь. Соник быстро-быстро побежал по кругу, создавая синий вихрь, и Тейлз, схватив Наклза, метнул его в ураган, и ехидна моментально синхронизировался с ветром, формируя огненный торнадо. Бадники в одночасье полетели в разные стороны, разбиваясь о камни подобно стеклу.

— Ар-р, чёрт! — ругался Эггман, стуча кулаками по панели эгг-мобиля. — Знал бы я, что эти уроды сюда наведаются, не стал бы оставлять самых сильных бадников на море!

Наклз тем временем выдохнул пламя в Соника, и тот, раскрутившись в огненный спиндэш, пробил трёх солдат насквозь, оставляя после себя взрывы. Тейлз взял на себя самых слабых бадников и бросал в них взрывные капсулы, при столкновении которые раскидывали по полю битвы кольца. Однако его тут же окружили два огромных молотоборца, и лису пришлось взлететь в воздух, чтобы его не пришибли. На выручку пришёл Наклз, ввязавшийся в грубый бой с супостатами. Соника в это время таки повалили, но ёж быстро оправился, применяя лайтдэш. Затем прыгнул вперёд и использовал «Хаос Контроль», на несколько секунд заморозив время, чтобы выкосить побольше бадников.

— Чёрт, голова закружилась! — посетовал Соник.

Наклз с бешеным рёвом ворвался в толпу и огненной волной сшиб самых здоровых бадников. Когда те поднялись, Тейлз сбросил на них взрывные капсулы, чтобы отвлечь, а Соник звуковой волной промчался между ними, чтобы противники упали. Тут-то на них и набросился озверевший Наклз, мощными ударами раскалывая супостатов. Тейлз заметил, что несколько бадников взмыло вверх, и свистнул. Соник и Наклз схватились за его ноги, и лис снова выкинул героев вперёд. Те, синхронизировав свои силы, небесно-огненной волной влетели в толпу и уничтожили её до основания.

На этом сражение с бадниками подошло к концу.

— Фух, — Соник отъехал на носках назад и утёр нос большим пальцем. — Проще пареной Лайлак!

— Отлично, мы справились! — обрадовался Тейлз.

— А теперь спускайся сюда и сразись с нами, если ты не трус! — прорычал Наклз, кулаком пригрозив Эггману.

— Р-р-р, ну всё, вы меня достали!

Доктор совершил несколько манипуляций на панели, и из-под земли вылетела красная броня, мгновенно охватывающая эгг-мобиль злодея. На головную часть опустился шлем, оснащённый острыми шипами, по бокам расположились щиты, а низ транспорта был вооружён двумя электрическими цепкими клешнями. Нетрудно было догадаться, а точнее, вспомнить, что это такое.

— О не-е-е-т! — взвыл Соник, испытав весьма неприятную ностальгию. — «Big Arms»!

— Теперь я лично вас разорву на кусочки! Мухахахаха!!! — злобно засмеялся Эггман, ринувшись в бой.

***

Лайлак быстрее звука промчалась под плазменными выстрелами и циклоном сокрушила двух ботов, тогда как третьего уже вовсю разрывала на части Кэрол. Милла сформировала куб и маленькими кубиками вела обстрел по противникам, завидными хэдшотами укладывая супостатов. Однако на неё напали сзади и повалили на землю, но подоспевшая Лайлак ударом ноги отфутболила противника. Кэрол остервенилась. Она прыгнула вперёд и раскрутилась в шар, тем самым катясь на ноги врагам и их им ломая. Бот выждал момент и тараном сшиб кошку, после чего по ней открыли огонь, но Милла тотчас же выставила перед ней щит, который отразил снаряды обратно. Лайлак с рычанием перепрыгнула толпу и, применив «Драконий Рывок», стала таранить супостатов, сталкивая друг с другом.

— Хм-м… — Бревон с интересом следил за этим боем. — Для детей они весьма недурно сражаются в команде.

Первый бот схватил Лайлак сзади за шею, тогда как другие начали её бить по животу. Кэрол тотчас же бросилась на помощь подруге, не взирая на ссору (в этот момент им было не до обид), и когтями разрубила им руки. Лайлак моментально прыгнула назад, спиной вбивая бота в стену, затем подняла его за горло и вонзила нож ему прямо в голову. Милла подбежала сзади и атаковала следующего противника энергетической звездой, тем самым спасая драконшу от подлого удара.

— Умница! — улыбнулась Лайлак.

— Тяф-тяв! — ответила ей Милла.

Кэрол отбивалась сразу от трёх ботов, двух из которых ей удалось порезать насмерть, но третий прикладом ударил её по челюсти. Кошке пришлось держать дуло его плазмомёта подальше от себя, чтобы он не прострелил ей голову. На помощь подоспела Лайлак, драконьим рывком откидывая врага от подруги и помогая ей подняться. Кошка схватила драконшу, раскрутила и швырнула во врагов, и сиреневая завертелась подобно дрели, хвостами рубя ботов. Милла накопила побольше энергии, сжала её в пружину и выстрелила мощным зелёным лучом, одним махом укладывая сразу десятерых противников. Кэрол швырнула бумеранг в стрелков, повалив половину, затем переместилась к оружию, превращая его в мотоцикл, и, встав на «козла», передним колесом въехала в лицо ботам. Лайлак носилась по кругу на высокой скорости, формируя ураган, из которого супостаты замертво валились, убитые точными ударами ножей.

Когда девушки спрыгнули на середину поля боя, ни одного выжившего бота больше не осталось. Все истекали зелёной жидкостью, изредка содрогаясь в предсмертных конвульсиях.

— Ха! — хмыкнула Лайлак. — Считай, уделали чей-то хвост!

— Мы справились, потому что действовали вместе! — мило улыбнулась Милла.

— Присоединяйся, жирнобровый! — азартно ухмыльнулась Кэрол, поманив Бревона рукой. — Уверена, ты сейчас охренеешь!

Лорд осклабился. Затем подпрыгнул вверх и грозно приземлился на поле боя, создавая лёгкую тряску, чем насторожил троицу.

— Я очень хочу на это посмотреть! — хищно улыбнулся Бревон, извлекая из ножен ядовитый клинок.

***

Соник тут же испытал на себе всю тяжесть, коей обладал «Big Arms». Попытавшись атаковать его усилением, он лишь попался в клешню робота, который с размаху вбил ежа в землю. Тейлз опешил и принялся закидывать противника взрывными капсулами, однако Эггману на это было плевать. Развернувшись, он резко полетел на лиса и врезался в него, поранив шипами. Тогда в дело включился Наклз и начал избивать робота, тем самым тесня его. Эггман прорычал, после чего выстрелил лучом молнии, поражая ехидну.

— А-А-А-А!!! — закричал хранитель Мастера Изумруда.

— Муахахахаха! Вам конец, черти! — засмеялся Эггман.

Соник поднялся из дыры и хоумингом атаковал противника, однако тот развернулся к нему спиной, и ёж врезался в шипы, с кровавыми полосками, замерзающими в воздухе, отпрыгивая назад.

— Да чтоб тебя! — скрипнул зубами Соник.

Биг Армс вдруг задрожал, а затем резко полетел за синим ежом, и последнему пришлось удирать на повышенных скоростях, попутно уворачиваясь от шаровых молний. Наклз в это время забежал противнику за спину, но атаковал сбоку, мощным ударом попадая по прочной броне робота. Повредить его ему получилось не особо, однако Эггман упал и прокатился по земле, что ему крайне не понравилось.

— Ах вы, крысы! — зарычал доктор.

Поднявшись, Биг Армс рванул на Наклза, и противники начали избивать друг друга мощными кулаками. К сожалению, в боксе лидировал Эггман, поскольку огонь ехидны не причинял ему никакого вреда, а вот его ток мобианцу — очень. Поэтому Наклз пошатнулся, и доктор с визгом прописал ему апперкот, отшвыривая героя в пальму. Чтобы хоть как-то дезориентировать его, Соник применил синий торнадо, и, пока Эггман раскачивался в ловушке, Тейлз вновь закидал его капсулами. В этот раз удачно: одна из них оставила на лобовом стекле робота трещину.

Соник побежал вперёд и спиндэшем ударил по стеклу Биг Армса, но Эггман резко отпрянул, а затем начал ловить синего ежа клешнями. Наклз в этот момент подбежал к противнику и плечом ударил его вниз, подкидывая врага. Соник резко взбежал по пальме и хоумингом атаковал Эггмана в стекло, и это окончательно разозлило доктора. Он закрутил клешнями, которые начали обстреливать поле боя шаровыми молниями, и Тейлз, не успевший увернуться, свалился на землю, содрогаясь в конвульсиях.

— Тейлз! — вскрикнул Соник и тут же был схвачен клешнёй.

— Муахахаха! — и Эггман сдавил его второй, после чего поразил мощными разрядами, в результате чего ёж был вбит в землю уже нокаутированный.

— ЭГГМАН, Р-Р-А-А-А!!! — зарычал Наклз, приближаясь к противнику сбоку.

Робот выстрелил в него тремя лучами, но ехидна увернулся от них, однако враг тут же влетел в него плечом и прибил к пальме. Затем поднялся вверх и обрушил на него град шаровых молний, заставляя беднягу закричать от боли.

— Мухахахаха! МУАХАХАХАХАХА!!!

***

Лайлак попыталась атаковать Бревона драконьим рывком, но он отбил героиню ударом клинка, оставляя на ней резаную рану. Кэрол тут же бросилась в атаку, начав размахиваться когтями, и лорду пришлось отступить, поняв, что эта кошка может здорово порезать ему броню. Он отразил клинком её выпады и выстрелил из пистолета, плазмой ранив девушку, а ногой отшвырнув от себя. Милла смогла себя защитить от выстрелов Бревона, но тогда он резко приблизился к ней, затем схватил за горло и жестоко швырнул на землю, и собачка с болезненным писком спиной проехалась до другого края.

— НЕ СМЕЙ! ТРОГАТЬ! МИЛЛУ!!!

Бревон тут же был сбит драконьим рывком Лайлак, но та лишь распалилась, продолжив вбивать противника в камни. Тогда лорд тоже начал действовать серьёзнее. Он расправил плащ и волной отшвырнул от себя драконшу. Не успела та прийти в себя, как Бревон с разбегу пнул её железной ногой в лицо, попутно закидывая бомбами Кэрол, пытающуюся напасть на него сзади. Бревон собирался зарубить Лайлак, но Милла не позволила ему этого сделать, открыв по нему огонь в виде зелёных кубиков.

— Неплохо! — ухмыльнулся Бревон.

Он бросился на собачку, намереваясь отрубить ей голову, но Лайлак тут же пнула лорда в поясницу, заставив его упасть. Стоило ему подняться, как подпрыгнувшая Кэрол вонзила когти ему в спину, а затем разодрала её. Подбежавшая Милла ударила его кубом, в ходе чего Бревон отлетел назад, укатываясь к камням.

— Неплохо, очень даже неплохо! — вот теперь Бревон распалился, почувствовав достойный отпор. Броня на спине была изуродована порезами острых когтей кошки. — Сейчас я с вами поиграю!

Бревон начал летать из стороны в сторону, зелёной волной сшибая и Лайлак, и Кэрол, и Миллу. Затем спрыгнул, схватил драконшу за горло и жестко швырнул в собачку, а потом ударил коленом кошку в живот, сокрушая её мощным ударом по позвоночнику. Лайлак бросилась избивать его циклоном и ей таки удалось оттеснить узурпатора, но он резко полыхнул огнями в глазах, а затем очень быстро приблизился, рубанув девушку по животу.

— УРОД! — прорычала Кэрол, хватая Бревона за ноги и, раскачивая, выкидывая в сторону.

Лорд кувыркнулся и, оттолкнувшись от камня, железным плечом влетел в живот кошки, заставляя её харкнуть кровью, а после — упасть. Он хотел даже наступить на неё, но появившаяся Лайлак моментально обрушила на него град молниеносных ударов, ножом целясь ему в шею.

— Вы просто дети!

Бревон телепортировался за спину Лайлак и выстрелил ей в спину, заставляя её с криком упасть.

— Дети, возомнившие себя героями!

Кэрол бросилась на него, но лорд рубанул её по ключице, отшвыривая назад.

— Ваша ошибка будет стоить вам… ЖИЗНИ!

Бревон охватил себя зелёной волной и тараном влетел в Миллу, и та с криком ударилась о стену, после чего отлипла от неё, падая к ногам лорда. Тот лишь хмыкнул и жестоко пнул её под дых, отшвыривая в бегущих Лайлак и Кэрол, чтобы те упали под весом Миллы.

— Я убью вас так же, как и тех, кто осмеливался вставать у меня на пути! — грозно предрёк Бревон.

***

Произошёл новый взрыв, в результате чего Наклз кубарем отлетел назад и головой ударился о камень, после чего обмяк. Тейлз пытался найти брешь в броне противника, однако был поражён молнией и сейчас лежал на песке. Больше всего досталось Сонику, ибо Эггман по максимуму хотел отыграться на нём. Он избил его, парализовал током, не раз вбивал в землю, и теперь ёж, покрытый синяками, висел в клешне злорадствующего Эггмана.

— Муахаххаха! Наконец-то я вас размотал, плешивые крысы! Сколько раз вы вставали у меня на пути? Хм-м, уже и не сосчитать даже! Ну да не важно!

Робот подкинул Соника, а затем ударил по нему, и ёж, харкнув кровью, покатился по песку.

— Вы даже не представляете, какой я оргазм только что испытал, — злобно осклабился Эггман.

Тем временем Бревон закончил с избиением Кэрол и рубанул Миллу, после чего начал бить ногой Лайлак, лежащую на земле.

— Просто жалкое зрелище! — с этими словами Бревон отфутболил её к девушкам. — Вы можете сколько угодно залечивать свои раны Ци, чтобы не пасть от яда моего клинка, но вам не оттянуть своей гибели.

Авалисянки медленно поднимались на ноги, поскуливая от ран и боли. Да, отравления им удалось избежать, однако физические повреждения сказывались в разы сильнее.

— Отрубить вам голову, как королю Шуигана? Или, быть может, нейтрализовать ваш разум, как принцу Дейлу? — размышлял Бревон, после чего хмыкнул. — Пожалуй, я всё-таки вас убью. Дейл мне нужен в качестве правителя целой страны, а вы… ну, вы просто мясо.

Соник медленно приподнялся на локтях и, стиснув зубы, посмотрел на Эггмана. Он не знал, что на самом деле случилось с Соней, и это злило его даже больше, чем раны на теле. Ёж начал подниматься, чем обратил внимание доктора на себя.

— Знаешь, Эггман, мне всё равно, сколько раз ты меня ударишь: один, два, три, сто, триста — я буду снова и снова подниматься, чтобы тебя сокрушить!

Лайлак окатила яростным взглядом Бревона, после чего поднялась на дрожащих ногах, зажимая на плече кровоточащую рану. Лорд перевёл глаза на неё.

— Ты — убийца, пришедший в наш мир, чтобы разрушить всё то, что мы так ценим, бережём и любим! И если я могу драться — я буду драться, и буду драться до последнего!

Тейлз и Наклз начали подниматься, несмотря на боль в теле…

Кэрол и Милла вставали с земли, сжимая руки в кулаки.

— Ты оправдываешь свои злодейства наукой, но я-то знаю, что тебе абсолютно плевать на чью-либо жизнь! — решительно изрёк Соник. — Скольких животных ты роботизировал? А скольким судьбы поломал? Да я даже сосчитать не смогу!

— Считаешь себя вершителем судеб? Думаешь, тебе позволено творить абсолютно всё, что вздумается? — мрачно процедила Лайлак. — Я знаю о тебе буквально неделю, но уже ненавижу тебя и хочу разорвать на части!

— Эггман…

— Бревон…

— Я сокрушу тебя, несмотря ни на что! — произнесли синий ёж и сиреневая драконша. — Ты поплатишься за всё, что сделал!

Соник резко использовал «Хаос Контроль» и, применив «Boost», рванул на робота, воздушной волной снося боковые щиты. Наклз подскочил и с рычанием разломал клешни супостата. Тейлз, пользуясь заморозкой времени, быстро заработал отвёрткой, ловким движением рук сдирая шипованный шлем.

Лайлак швырнула дымовую завесу под ноги Бревону и, пока тот был в растерянности, драконьим рывком пролетела сквозь дым, быстрее звука лишив его и пистолета, и клинка, и бомб. Стоило ему выскочить из ловушки, как подпрыгнувшая Кэрол полоснула когтями по его броне, лишая прочности, а Милла выстрелила лучом, впечатывая лорда в стену.

— Что за…? — опешил Эггман.

— Понеслась! — крикнул Соник.

Тейлз схватил подпрыгнувшего ежа за ноги, а Наклз — лиса, после чего закрутил по часовой стрелке на высокой скорости. Потом отпустил, и Тейлз, рассчитав траекторию, пнул светящийся колючий шар. Охваченный энергией Хаоса, Соник со скоростью света начал атаковать закричавшего от страха Эггмана светящимся хоумингом, за секунду превращая поле боля в многочисленные кратеры.

— Да как вы…? — изумился Бревон.

— Тебе конец! — закричала Лайлак.

Кэрол схватила её за руку и, раскрутив, швырнула прямо на лорда. Милла тотчас же использовала «Дао Усиления», в результате чего Лайлак объяло радужным свечением, и она, применив «Драконий Рывок», с яростным криком влетела в Бревона, заставляя его заорать от боли. Драконья энергия кольцом разлетелась в разные стороны. Лорд пытался сопротивляться, но натиск яростного дракона попросту вбил его в землю, раскалывая остатки брони и оставляя врага в одних лишь осколках.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Т!!! — завопил Эггман, когда эггмобиль взорвался, а он лицом грохнулся в песок.

— КХА-Р-Р-Р-Р-Р!!! — а вот Бревон ничего не смог сказать ввиду крови, заполонившей его рот.

Соник отскочил к Тейлзу и Наклзу, и те дали друг другу «пять». В это время Лайлак спрыгнула к Кэрол и Милле, с улыбкой кивнув им.

***

Команда «Мобиус» пришла в Великий Дворец первой, пройдя в тронный зал с дневной стороны. Удивительно, но мобианцы решили не церемониться и притащить вместе с собой Эггмана, с которого можно было бы стрясти нужную информацию или сдать с потрохами какой-нибудь стране, кроме Шуигана. Правда, было в этом нечто забавное…

— СНИМИТЕ С МЕНЯ ЭТОТ СРАНЫЙ МЕШОК! — зарычал Эггман, на голову которому реально надели вонючий мешок.

— Зачем? — наигранно удивился Соник, чем рассмешил друзей. — Ты мне в таком виде больше нравишься.

— АР-Р, КАК ЖЕ Я ВАС НЕНАВИЖУ! ЧТОБ ВЫ ВСЕ ПЕРЕДОХЛИ, ЧЕРТИ!

— Тихо ты! — Наклз ткнул его в рёбра, чтобы тот замолчал. — Не то я в натуре тебе что-нибудь сломаю.

— Хм-м… — задумался Тейлз, посмотрев на стену.

Увы, информативности в увиденном было мало. В основном это была карта Авалиса с различными точками, отображающими населённые пункты и какие-то территории с диким составляющим. Такое же можно было увидеть и в атласах.

— И в чём секрет этого острова, кроме Дня и Ночи? — озвучил свой вопрос Тейлз, на что Соник с Наклзом пожали плечами.

Услышав внезапный шум, мобианцы повернули головы в сторону другого выхода, после чего вздохнули: это были авалисянки. Впрочем, кое-что их изумило, а именно — наличие побитого Бревона, которому скрутили руки чуть ли не до хруста, что приносило ему дикую боль. Видимо, героини тоже решили не убивать злодея, а сдать его Шан-Ту, дабы тот понёс наказание за свои злодеяния.

— Можешь называть это путём милосердия, грязная жаба, — фыркнула Лайлак, ткнув его в спину ножом. — Смерть — слишком лёгкое для тебя наказание.

— Поддерживаю! — согласилась Милла.

— О! — воскликнула Кэрол, заметив друзей. — И вы тут?

— Йоу, братцы-кролики! Вижу, вам досталось не меньше, чем нам, — усмехнулся Соник, пробежавшись глазами по героиням. Вид их был ужасен. — А заодно привели нашего старого знакомого, хотя… мм… старая жаба звучит лучше, как вы считаете?

— Если бы не раны и оковы, я бы тебе глотку перерезал за твои слова, ублюдский ёж, — мрачно промолвил Бревон, с неприкрытой ненавистью глядя на героя Мобиуса. — Ты мне ещё ответишь за то, что уничтожил мой дредноут.

— Рот свой заткни, крыса! — драконша сильнее ткнула ножом ему в спину, после чего посмотрела на другого пленника. — А это ещё кто?

— Грязный пердун и страшила, — ухмыльнулся Наклз.

— НА СЕБЯ ПОСМОТРИ, ЧЁРТ ПАРАФИНИСТЫЙ! — огрызнулся Эггман.

— А нафиг вы ему мешок на голову надели? — в «капле» поинтересовалась Кэрол.

— Соник сказал, что Эггман ему так больше нравится, — хихикнул Тейлз.

— Ну… может, вы всё же снимете его? — сжалилась над злодеем Милла в силу своего доброго характера. — Он же так и задохнуться может.

— Таким, как Эггман, было бы полезно лежать в земле, чем ходить по ней, — усмехнулся Соник. — Впрочем, ты права.

Ёж положил ладонь на голову доктора и сорвал с него мешок.

— Да я вас за такое к себе отношение всех-всех роботизирую! Затем посажу в бадников, сам же их уничтожу, убью, разорву, изнасилую бензопилой и…

— И-и… что? — полюбопытствовал синий ёж. — Чего ты замолчал?

Эггман так и застыл с открытым ртом, уперев свой взгляд вперёд. Соник сначала подумал, что он смотрит на Бревона, учитывая, где находился другой пленник. Однако, когда ёж глянул туда же, куда смотрел Эггман, стоял там вовсе не Бревон, а Лайлак, смотрящая на злодея точно такими же удивлёнными глазами. Соник вопросительно посмотрел то на неё, то на доктора, но нет, всё правильно: они центрировали свои взгляды друг на друге.

— Так Слит… имел в виду… тебя…? — вымолвил Эггман.

Что хотел сказать доктор, было неясно…

Неожиданный взрыв разрушил крышу дворца, и героев порывами ветра откинуло в разные стороны. Им пришлось очень быстро уворачиваться, чтобы камни не уничтожили их.

— Динго, хватай Его Злодейство! — приказал Слит, и шакал послушно спустился на тросе вниз, утаскивая Эггмана в летающий мотобаг.

— Мой лорд! — Серпентин быстро оказался около Бревона и освободил его, унося на летающего павлина, которым управлял Дейл.

— ЧЁРТ! — воскликнули герои.

— Перережем друг другу глотки в другой раз? — уточнил Бревон.

— Разумеется! — согласился Эггман.

— ОГОНЬ!!!

Злобные лидеры улетели со своими приближёнными подальше, так как боты и бадники резко развернули свои орудия, производя синхронный залп по острову. Что было дальше, неизвестно, поскольку дождь из ракет, пуль и лазеров попросту начал уничтожать волшебный кусок земли, превращая его в ничто. Ни Эггман, ни Бревон не остались, чтобы посмотреть, чем всё это закончится, решив покинуть сие место. А супостаты тем временем произвели ещё раз атаку, которая до основания уничтожила остров, взрывающийся огнём и камнями, и ядерным грибком поднимающийся к небесам.

Когда дым развеялся, от острова не осталось ничего, даже мельчайшего камушка. Лишь огромная дыра, которую залило водой. Одно из удивительных мест на Авалисе было уничтожено.

***

— Мой лорд, я уже распорядился о том, чтобы Вам соорудили новую броню и заменили потерянные оружия-артефакты, — сообщил Серпентин.

Бревон сидел на троне, полностью обвешанный трубками, в которых протекала красная жидкость. Команда «Авалис» сильно изранила его и едва не оторвала ему руки, но, благо, повезло злодею.

— Сильны героини, очень сильны, — задокументировал Бревон, поглаживая резанную рану на груди. — Давно я не получал таких повреждений в бою.

— Полагаете, тот взрыв их вряд ли уничтожил?

— Само собой. Я не поверю в их смерть, пока своими глазами не увижу бездыханное тело каждого.

Бревон закатил глаза, почувствовав порцию новой инъекции.

— Корабли готовы к наступлению на Шан-Му, — оповестил лорда Дейл, заходя в зал. — Какие будут указания?

— Серпентин, я отправляю тебя с остальными солдатами. Сделайте всё возможное, чтобы Королевский Камень завтра был у меня.

— Есть! — «отдал честь» генерал.

— Дейл… — Бревон перевёл алый взгляд на принца. — Ты же помнишь, что нужно делать с врагами твоего королевства?

Панда злобно улыбнулся и кивнул, после чего отправился восвояси. Нужно было собрать всех военных в Шуигане, чтобы объявить о начале войны с другими государствами.

— Ничего, скоро всё закончится, — осклабился Бревон, на что Серпентин ответил ухмылкой. — Этот мир падёт к моим ногам так же, как и другие.

— Не сомневаюсь, милорд! — улыбнулся змей.

***

— Конечно, жаль, что медальки были уничтожены вместе с островом, но да Хаос с ними, — промолвил Слит, накидывая на плечи Эггмана чистый халат. — Главное, что сами живы остались, а всё остальное само придёт.

Доктор молчал вплоть до возвращения на базу. Мед-бадники быстро оказали первую помощь создателю, наложив повязки на открытые раны, и оставив его в кабинете вместе с кружкой горячего кофе в руке. Вид у злодея был, конечно, разбитым, но зато он выжил, а это главное.

— Каковы будут дальнейшие указания, сэр?

— Пока никаких, — безрадостно ответил Эггман, прихлёбывая горячий напиток. — Даю вам с Динго заслуженный отгул.

— Благодарю Вас! — Слит поклонился доктору, после чего вышел из комнаты.

Злодей остался один, продолжая смотреть в одну точку немигающим взглядом и неохотно пить кофе. Он в очередной раз проиграл Сонику и его друзьям, снова потерпел поражение, а таинственные медальки теперь никогда не достанутся ему. В другой раз Эггман бы уже давно вырвал себе от злости усы…

Но сейчас его волновало совершенно другое. Там, на таинственном острове, произошло то, что повергло его в шок в разы сильнее, чем очередное поражение. Доктор сделал несколько манипуляций на компьютере, и на экране появилось старое видео-сообщение:

— Д-д-да, босс. К сожалению, да. Но он был один, вернее… — объяснял перепуганный Слит о первой встрече с Соником на Авалисе. — Он был без своих друзей, но с ним была какая-то лиловая девушка. Её происхождение мне не удалось определить.

Эггман выключил его, после чего развернулся к окну, за которым открывался вид на океан. Кофе уже давно было выпито, но доктор продолжал время от времени прижимать её к разбитым губам.

— Или я обознался… — тихо промолвил Эггман. — Или…?

Глава 22: Трефа

Шуиган — страна, в которой я родился.

Страна, исповедующая милитаризм по максимуму.

Страна, что готова самой первой взяться за оружие и пойти войной на врага. Я видел это.

Я знаю. Я один из них. Я был воспитан так…

— Владыка наш был подло убит грязными убийцами, братья мои! — с ненавистью провозгласил Дейл, стоя за трибуной. Его глаза холодно смотрели на вооружённые до зубов военных, ловящих каждое слово своего правителя. — Враги наши не дремлют! Зао, правитель Шан-Му, нагло присвоил себе то, что по праву ему не принадлежит - Королевский Камень! Он — гнойная рана на теле мира нашего! Один из врагов отца нашего и тот, кто продаст что угодно ради своего блага!

Война была у меня в крови. С ранних лет я взялся за оружие и пошёл в бой. В ранние годы впервые убил своего врага, выпуская ему кровь. Мне было страшно, но отец говорил одно: либо ты, либо тебя. Наше Королевство отличалось от других склонностью к войне.

— Мы должны вырвать из рук этой жалкой крысы Королевский Камень любым способом! Оставить всё как есть — значит, поражение признать и свыкнуться с мыслью, что старания павшего короля были напрасны! Что Шуиган — ничто против алчности врагов наших!

Я видел, как гибли другие. Видел, как родные хоронят своих детей, не сумевших вернуться с миссий, подразумевающих смерти. Я был на похоронах. Я смотрел, как плакали другие; как было больно тем, кто, как мне казалось, если и должен был пострадать, то в самую последнюю очередь. Я видел. Я осознавал…

— Королевский Камень — знания и свет, свет и знания! Сила, дарованная нам Золотым Драконом! Мы — его воля и дети! Мы — надежда Шуигана и его будущее!

Я не выдержал. Брёл туда, куда глаза смотрели. Долгое время шёл с осознанием, что, несмотря на негодование на мир, никогда не смогу перебороть себя, став кем-то другим. Война — она в моей крови! Мне никогда не отречься от неё, ведь я — сын короля! Я — принц Шуигана! Пусть и младший, и отречённый от короны.

— Мы вырвем Королевский Камень из рук Зао! Мы есть Сила и Воля Золотого Дракона! — прорычал Дейл, сжав руку в кулак.

Военные тотчас же подняли кулаки вверх, тем самым давая понять, что пойдут до конца, чтобы отобрать артефакт у Шан-Му любым способом. «Слава Шуигану!» — они повторяли это раз за разом, воодушевляя себя на кровавую расправу над теми, кто посмеет встать у них на пути.

Я ушёл, чтобы никогда не возвращаться сюда.

Спейд закрыл глаза, продолжая стоять со скрещёнными на груди руками. Как и Эми с Торком, он был облачён в военную форму Шуигана, благодаря чему легко сливался с остальными. Темнота в зале только способствовала маскировке команды «Трефа».

— Пошли, пошли! — командовал Серпентин.

Но я вернулся…

Военные загрузили в летающие галеоны всё самое необходимое для задания — оружие, медикаменты, боеприпасы — и медленно отчалили от авиапорта, поднимаясь в ночные небеса. Всего их было трое, но даже такое количество может знатно подпортить кровь Шан-Му, не ожидающему вероломного нападения со стороны Шуигана.

Я снова оказался на войне!

— Всё очень печально, друзья мои, — сообщил Торк, сбрасывая с себя маскировку вместе с командой. — Корабли до отказа забиты солдатами, и, если мы полезем в открытый бой, тотчас поляжем.

— Что нам делать? — встревожилась Эми.

— Корабли сразу же нападут на Шан-Му, как только покажутся над его столицей. Вот мой план: мы берём под свой контроль самую важную составляющую этого корабля — я про рулевой и оружейный сектора — и ждём своего звёздного часа.

— Я поняла. Предлагаешь разделиться? Но нас только трое.

— Верно. Поэтому я отправлюсь в оружейный пункт один, — сказал чейзер, чем огорошил ежиху. — Эми, в этом нет ничего страшного: я, когда с капитаном был на заданиях, нередко действовал один.

— Но это безумие! Ты же не боец!

— Главное, что стрелять умею, а об остальном не беспокойся. Я отправлюсь к орудиям и, когда корабли перейдут к военным действиям, быстро их успокою. Думаю, лёгкая суматоха даст Шан-Му немного времени, чтобы они успели подготовиться к битве. Что до вас, друзья мои, то вам придётся топать вдвоём.

— Но я не хочу идти с… этим, — фыркнула Роуз, не скрывая своей неприязни к молчаливому Спейду. — Лучше я пойду с тобой.

— Эми, мы на задании, поэтому отложи свою обиду на нашего товарища в уголок, а сейчас приступай к действиям. Вы отправитесь в рубку рулевого и попробуете взять галеон под свой контроль. Свяжемся по коммуникатору, когда точки будут захвачены. Дальше… ну, а дальше посмотрим.

Торк тяжело вздохнул.

— Если провалимся… в общем, постараемся не ударить в грязь лицом.

Чейзер надел шлем на голову и включил ПНВ. Затем подошёл к люку в стене и открыл его, перед спуском по нему бросив напоследок:

— Удачи!

Эми скрипнула от досады зубами и уныло вздохнула, свесив голову на плечах.

— Ладно, пойдём! — сказала она, двинувшись в темноту. — Хочу поскорее покончить с этим и свалить отсюда.

Военные постоянно патрулировали территорию, из-за чего Спейду и Эми пришлось красться в темноте очень тихо, чтобы не попасться. Белоснежные лучи фонарей постоянно падали на самые неосвещённые уголки тёмных мест на корабле, а болтовня солдат ни о чём напрягали в разы сильнее, чем та же самая битва на поезде, произошедшая в Подземелье.

Спейд неожиданно подался вперёд и резко схватил Эми одной рукой за талию, притягивая к себе, а другой закрывая ей рот: ежиха едва не закричала от неожиданности.

— Ты чего хватаешься? — остервенилась Эми, готовая придушить напарника за то, что он её напугал.

— Смотри под ноги, — холодно обронил Спейд.

Роуз опустила глаза и заметила битое стекло, на которое едва не наступила.

— Тебя любой шум выдаст, — объяснил наёмник и большим шагом переступил ловушку.

— Оу, — смутилась ежиха, после чего пошла за ним, мысленно ругая себя за то, что попала в такую неловкую ситуацию.

Когда я покидал Шуиган, я был не один. Вместе со мной его покинула жрица, некогда соблюдающая непреложные законы нашего королевства, но, как и я, разочаровавшаяся в нём. Возможно, ибо я никогда не интересовался причиной её ухода. Она искала спасения, я — себя!

— Как же я ненавижу этого Эггмана, гр-р! — ворчала Эми, идя впереди. — Из-за него, блин, оказалась здесь! Он во всём виноват!

«Красные Шарфы» — именно здесь я остановился в попытках найти себя. Именно здесь я остался, рос и возмужал. Здесь встретил своих первых подруг в лицах Саш Лайлак и Кэрол Тиа. Здесь я нашёл своё призвание, где способности, заложенные в меня с детства, пригодились очень кстати.

Пара осторожно переступила через металлическую трубу, проходящую через трюм, после чего натолкнулась на лестницу, ведущую вверх. Спейд поднял глаза, навострив ухо: шум, если и был, то небольшой. Где-то рядом наверняка расположен пункт охраны. Наёмник соединил ладони и подсадил Роуз, чтобы она дотянулась до лестницы и полезла наверх. Он двинулся за ней следом.

— Хватит на мою задницу смотреть! — покраснела Эми. — Я не для тебя цвету.

— Лезь уже! — раздражённо рявкнул Спейд.

А вот дальше, когда они поднялись, путь был воспрещён: большая лампа очень хорошо освещала помещение, из-за чего панде и ежихе пришлось сделать несколько шагов назад, где находились ящики с относительной темнотой. Оттуда они могли наблюдать нескольких военных, редко пересекающих большую комнату или же сидящих на ящиках с припасами, рассказывая друг другу байки.

— Полагаю, с этим смогу разобраться только я, — довольно улыбнулась Эми и, поймав на себе вопросительный взгляд изумрудных очей, пояснила: — У меня есть джитсу невидимости. Действует, правда, секунд пятнадцать, но этого хватит, чтобы я прошмыгнула мимо них.

— Раз так, то вот тебе следующая задачка: погасить в комнате свет.

— И как я это сделаю?

— Смотри туда, — Спейд указал пальцем на щиток, что располагался на самой дальней стене. — Опусти флажки — и свет исчезнет.

— Ладно. Пошла я.

Ежиха сложила руками печать и моментально растворилась во тьме. Она осторожно вышла из-за укрытия и убедившись, что битого стекла под ногами нет, вышла на тусклый свет. Её не видели, однако ежихе всё равно пришлось идти осторожно, чтобы внезапно не налететь на какого-нибудь вояку. Сейчас Эми была самым настоящим сапёром, который мог допустить только одну ошибку… и погибнуть.

— Кстати, а что это за змея? — спросил первый солдат. — Я про ту, что с нами отправилась.

— Да шут его знает. Этот парень появился относительно недавно, когда король погиб, а к власти пришёл его старший сын, — ответил второй. — Вроде как генерал, но что-то слишком всё странно. Наши о нём ни разу не слышали.

— Может, личный агент принца Дейла?

— Возможно. Вот только смысл идти войной на Шан-Му? Даже переговоров, считай, никаких не было.

— А вдруг были? Мы-то не знаем, что там в политике творится. Да и вообще… мы — народ простой: нам сказали — мы сделали. Не задавайся вопросами, хорошо? Просто сделаем свою работу и вернёмся домой. Меня моя, кстати, обещала сегодня познакомить со своими предками.

— Ух ты! А ты что?

— А что я? Согласился, конечно же! Уже давно подумываю о семье.

— Ну красава!

Эми прикоснулась рукой к флажкам на щитке… и резко замерла. Затем оглянулась назад, окидывая глазами находящихся здесь солдат. А ведь они ни в чём не виноваты. Всего лишь исполняют приказ Дейла, нарушить который не имеют права. Они — такие же живые, как и она, и её друзья, и остальные жители Авалиса. Кто-то из них о семье думает, кого-то ждут друзья, а третьи планируют навестить родных после долгих командировок.

Кого-то и вовсе ждут дома жена с детьми…

Роуз стало очень больно при мысли об этом. Они пришли сюда, чтобы помешать солдатам Шуигана атаковать Шан-Му — то есть, разобраться с ними. Возможно, в этой заварухе кто-то погибнет и никогда не вернётся в свои семьи. Развитий могло быть масса, и какое из них самое благородное — неясно. Эми смотрела на свою руку, пальцы которой были прижаты к флажкам, а перед глазами стоял маленький малыш, рядом с которым сидела его мама, и слова:

«Папа скоро придёт с работы».

…эхом звучали в её голове. А ведь папа может и не вернуться. Муж — опора для своей любимой женщины, и папа — отец милого чада. Военные по первому приказу правителя отправились в мясорубку, и никто из них не перечил своему вождю, хотя наверняка понимал, что может погибнуть во время проведения операции…

— Что? — один из солдат внезапно вскрикнул. — Кто это?

Эми резко похолодела от ужаса, осознав, что пятнадцать секунд прошло, и режим невидимости пропал. Дальше она действовала на «автомате»: опустила флажки и отпрыгнула в сторону, прежде чем по ней открыли огонь.

В этот момент, когда свет погас, Спейд вырвался из-за укрытия и, прежде чем солдат успел забить тревогу, повредил ему гортань. Затем метнул три карты в глотки другим и, обнажив мачете, устроил мясорубку. Брызги крови разлетались в разные стороны, и предсмертные хрипы были заглушены свистящими звуками холодного оружия. И десяти секунд не прошло, как все военные замертво полегли к ногам наёмника.

— Тупая идиотка! — не сдержался Спейд, обрушивая свой гнев на вжавшую шею в плечи Эми. — Ты едва не провалила наше задание! А если бы я не успел ему глотку вспороть? Что тогда? Он бы тревогу забил, и нас бы рассекретили!

Роуз ничего ему не отвечала, прикованная глазами к убитым солдатам. Рвотные позывы дали о себе знать, однако ежиху, к счастью, не расплескало от увиденного. Сердце колотилось от ужаса, запах крови неприятно обжигал ежиные ноздри.

Папа не вернётся… дети останутся без отца… семьи потеряли одного из своих…

— Ладно, — Спейд смахнул с мачете кровь и засунул их в ножны за спиной. — Катастрофа миновала. Пошли дальше!

Он собрался уже идти, как вдруг услышал тихий всхлип и, обернувшись, посмотрел на мобианку. Слёзы скатывались по её щекам и падали вниз, исчезая в кровавых лужах.

— Ты была права, когда говорила, что тебе лучше идти с Торком, — тяжело вздохнул наёмник, поняв, в чём дело. — Впрочем, я сомневаюсь, что у него картина лучше, чем здесь.

— Да как ты… м-можешь так… г-говорить? — сквозь слёзы вымолвила Эми. — Они же… ни в чём… не виноваты.

— Либо мы их, либо они нас — таков закон войны. Всё, пошли!

Роуз посмотрела на него глазами, полными слёз и злости. Даже Шедоу — и тот не вызывал в ней таких чувств, несмотря на то, что чем-то был схож со Спейдом. Хотя слухи, что чёрно-алый ёж иногда убивал своих врагов, касались её ушей, ежиха никогда этого не видела своими глазами. А тут прямо перед ней положили десятерых бойцов, которые тоже хотели бы вернуться домой, к своим семьям, к своим друзьям. И Спейд, палач их, абсолютно спокойно говорил, что всё нормально. Злость охватила ежиху с головы до ног. Она была зла на него с тех самых пор, как он заявился к ним в Драконью Долину, вытянул их оттуда и ввязал в эту мясорубку. И сейчас был абсолютно хладнокровен.

— Да что же ты за существо-то такое? — зло процедила Эми, смотря наёмнику в спину и сжимая руки в кулаки. — Зачем ты их убил?

— Мне стоило позволить им пристрелить тебя? Ну хорошо, в следующий раз я так и сделаю, — равнодушно ответил Спейд, чем лишь сильнее разозлил мобианку.

— Ты мог их вырубить, но не убивать!

— Я в тот момент не думал о подобных тонкостях, не обессудь.

— Да как ты вообще можешь быть таким спокойным? Говоришь об этом так, будто это норма!

— Разумеется, это норма, — по-прежнему был холоден наёмник. — Оставь свою истерику. Как прибудем в Шан-Му, я свожу тебя в бар, ты напьёшься и успокоишься.

— Гр-р! Какой же ты… гр-р… р-р-р… жестокий и бессердечный!

Панда остановился. Затем развернулся и быстрым шагом подошёл к ежихе, хватая её за плечо и прижимая к стене. Опешившая Роуз в немом ужасе наблюдала, как наёмник вытащил из-за спины острое мачете, и паническая мысль кричала ей бежать, спасаться. Но прежде чем Эми успела что-либо сделать, Спейд… вручил ей оружие, направляя его кончик себе на грудь. Глаза мобианки дрожали.

— Так убей меня, — мрачно промолвил Спейд, продолжая психологически давить на девушку. Он холодно смотрел на слёзы, что лились из зелёных безобидных глазок, на боль в них, и ему абсолютно было плевать, что ежиху трясёт. Она видела в его взгляде непоколебимое хладнокровие, а панда в её — беззащитность, страх и растерянность. — Просто двинь рукой, и твоя злость будет удовлетворена.

Роуз… была потрясена. Да, она сражалась и не раз уничтожала, но только бадников Эггмана. Видеть смерти живых, а тем более убивать ей ещё не приходилось. Там, в фильмах, всё было печально — и совсем не так ужасно и страшно, как в реале. В темноте, в комнате, окружённой трупами, смотрящей в глаза потенциальному убийце и держа в руках оружие, которым можно прикончить его. Эти глаза — зелёные, как изумруд, и холодные, как лёд — они, с одной стороны, чем-то напоминали Соника, а с другой — полная его противоположность. Тот парень был тёплый, жизнерадостный и весёлый. Этот — холодный, злой и мрачный.

Спейд отобрал у Эми мачете прежде, чем она его выронила, и спрятал обратно в ножны. Ежиха не выдержала и окончательно расплакалась, прижимая ладони к своим глазам. Она не думала, что всё будет так ужасно и страшно. Не думала, что ей придётся своими глазами узреть жестокость и кровавую расправу.

— Ты просто ребёнок, — резюмировал Спейд, но прежняя жёсткость в его голосе пропала, сменившись на некую печаль. — Мне жаль, что ты увидела иную сторону этого мира, но это всё, что я могу сказать тебе. Либо привыкай к таким условиям, либо сдохни.

Отец всегда говорил мне такие слова, когда я бросался в слёзы со словами: «Я не хочу так! Это не выход!». Дикий мир не бывает бескровным. Я это знаю. Я вырос в его условиях. Я не понимал этого. Потом я привык…

Они шли в кромешной темноте, изредка сталкиваясь с одинокими солдатами, ходящими по кораблю. Чтобы больше не травмировать Эми, Спейд вырубал панд и связывал их, вставляя им в рот кляп. Это, по его мнению, был самый ужасный способ разобраться с врагом, но Роуз вряд ли сможет пережить очередную кровавую картину. Так что Эми могла относительно успокоиться: не такой уж он и бессердечный, раз внял её переживаниям.

Торк сообщил по коммуникатору, что продвинулся значительно далеко и уже был на подходе к оружейному пункту. Как и говорил Спейд, у него была та же самая ситуация, что только добавило словам наёмника правоты: чейзеру тоже пришлось прикончить парочку вояк, чтобы его не поймали.

— Спейд…

— А как же «урод»? — насмешливо отозвался наёмник, ибо это был первый раз, когда девушка обратилась к нему по имени. — Ладно. Чего тебе?

— Что ты чувствовал, когда поминал своих товарищей у Подземелья? — тихо вопросила Эми.

Картёжник на секунду остановился, но потом двинулся дальше.

— То же, что и ты.

Ежиха подняла грустный взгляд на него.

В его голосе слышалась праздность — и, меж тем, глубокая печаль. Не такая эмоциональная и чувственная, как её, но в своей весомости способная потягаться с болью бывалого солдата, что, пройдя войну и гибели соратников, внешне держался камнем, а в душе обливался слезами.

И ведь действительно — ему было, с чего сокрушаться, и Эми это поняла... сейчас. В отличие от него, человека, в один миг лицезревшего смерти своих товарищей и предательство старшего брата, она, можно сказать, была счастливицей: как бы ссора с Соником ни вывела её из прежнего эмоционального равновесия, о ней по-прежнему беспокоятся и ею дорожат.

А Спейд — просто никому не нужный одиночка, которому, не взирая на свалившиеся проблемы, предстояло каким-то образом вернуть в чувство Дейла и не дать Шуигану утонуть в реках крови.

***

Шан-Му был самым богатым государством, а также красивым. Столица буквально сияла разноцветными огнями в ночи, и улицы нередко были заполнены транспортами и поездами. Корабли и шлюпы плавали по большой реке, катая жителей этой страны; вкуснейшие запахи с чем-то жаренным или сладким обволакивали живые улицы. Неудивительно, что большая часть населения Авалиса при выборе места жительства больше предпочитала именно Шан-Му. Тут было всё, о чём мечтал любой.

Галеоны плавно «переплыли» границу и воспарили над столицей. Серпентин хищно улыбнулся и кивнул остальным воякам, чтобы те готовились к скорому нападению. Королевский Камень явно где-то здесь, в этом месте. И нетрудно догадаться, где именно: в золотом дворце.

— «Я на позиции, ребят»!

Солдаты Шуигана десантировались в город и напали на служителей закона, и между ниндзями — красными и зелёными — завязалась схватка.

— «Мы проникли в пульт управления»!

Шан-Му уже получил известие о том, что Шуиган на них вероломно напал. Солдаты скакали по крышам фанз подобно горным козлам. Серпентин осклабился: он специально выжидал момента, чтобы жахнуть по городу из пушек, тем самым дезориентировав воинов Шан-Му.

— «Действуем одновременно»!

Змей дождался, когда внизу соберётся большая часть защитников, и поднял клешню над собой.

— Огонь! — приказал Серпентин.

— «Приступаем»!

Пушки жахнули, но, к огромному шоку генерала, не по городу. Чёрные снаряды, объятые пламенем, градом обрушились на правый корабль, моментально выводя его из строя. Пылающее судно рухнуло прямо в город, где обескураженными солдатами занялись военные Шан-Му.

— Что за чертовщина? — опешил Серпентин и тут же схватился за канат, ибо корабль повело влево. — Что происходит?

К его ужасу, судно тараном пробило левый галеон, и солдаты — все до единого — попадали вниз, и на них набросились ниндзя.

— Как так? — не понимал генерал армии Бревона. — Что за фокусы?

— Глупо пытаться обыграть в карты шулера, — ответил ему насмешливый голос.

Опешивший змей обернулся и был огорошен уже в третий раз: на палубе стояла команда «Трефа» в полном составе. Впереди был Спейд, а по бокам — Эми и Торк.

— Вы?

— Попалась, скользкая тварь! — рявкнула Эми, призывая «Пико-Пико». — Мы не дадим тебе выкрасть Королевский Камень.

— Ш-ш-ш, глупо было полагать, что вы решили сбежать тогда, — зло зашипел Серпентин, превращая свои руки в пушки. — Теперь я вас лично порежу на куски.

— Смотри, как бы ты сам не отправился на корм рыбам, — хмуро огрызнулся Торк, повышая разряд энергии на плазмомёте. — Ты один и находишься в проигрышном положении.

— Я таких, как вы, пачками укладываю!

— Тогда перейдём сразу к делу, — Спейд обнажил мачете и ринулся в бой.

Змей и панда схлестнулись клинками, после чего начали сражаться. Однако генералу пришлось спасаться, так как чейзер открыл по нему огонь из плазмомёта, а ежиха с яростным криком бросилась в атаку. Серпентин прошипел. Рубанув Спейда по плечу, он ловким ударом положил Эми и выстрелил в Торка, откидывая его назад. В этот момент на палубу выскочили роботы и вступили в бой, чтобы помочь своему предводителю.

Началась битва!

Торк уклонил голову и, забежав за мачту, схоронился там, откуда и принялся обстреливать роботов, меткими хэдшотами снося им головы. Эми была окружена, но не растерялась. Схватив покрепче молот, она раскрутилась на месте и раскидала супостатов в разные стороны. Но один всё же подстрелил её, хоть и вскользь, оставляя на плече заметную рану. Роуз пискнула от боли и сразу же упала, ибо Торк открыл огонь по её палачу, превращая его в куски плавленого металла.

Спейд сражался персонально с Серпентином. Последний снова оправдывал своё звание за счёт боевых умений и навыков, однако наёмник был быстр. Получив ещё две раны, панда отбил клинками фиолетовые пули, затем подпрыгнул вверх и выстрелил взрывными картами, частично задев змея. Серпентин озлобился и быстро ринулся к нему, после чего отбросил назад мощным ударом. Затем прицелился и начал обстреливать Спейда, отбивающего все снаряды змея.

— А как тебе такое? — враг выстрелил ракетой.

Спейд поздно понял, что это, а потому отлетел из-за мощного взрыва и ударился спиной о мачту, делая на ней трещину. Серпентин оказался перед ним быстро и попробовал ножом проткнуть наёмнику голову, но тот ловко отбил его мачете и другим рубанул по хвосту змея, в результате чего последний отскочил. Спейд объял клинки энергией и рванул на Серпентина, вновь схватываясь с ним на холодном оружии.

Эми в этот момент сражалась сразу с десятью роботами, разнося их мощными ударами молота. Торк помогал ей меткими выстрелами, но в рукопашный бой не вступал, ибо мог полечь. Однако и ему приходилось несладко, так как противники отправляли в ход и пули, и ракеты, и гранаты, тем самым вынуждая чейзера постоянно перемещаться по палубе. Эми в манёвренности повезло меньше: взрыв подкинул её вверх и ударил спиной о перила. Роуз оскалилась. Схватив молот, она, не обращая внимания на лазерные выстрелы, оставившие на её ногах раны, бросилась тараном на противников, с криком выкашивая их мощными ударами. Торк понял, что дело дальше продолжаться не может, и забрался наверх, где отвязал канат, а затем начал кататься на нём, как на тарзанке, во время «полёта» расстреливая роботов.

— Р-р-р-а-а-а-р!!!

Серпентин отбил мачете, но тогда Спейд жёстко пнул его в грудь и повалил на палубу. Когда он попытался вонзить клинок в противника, тот откатился в сторону и ударом хвоста отбросил от себя, после чего бросился на него. Спейд применил «мельницу», вращая клинками и одновременно швыряя острые карты, слегка задев Серпентина. За это последний одарил его выстрелом в грудь, и панда с шипением отлетел назад, спиной прокатываясь по палубе.

— Ш-ш-шакал!

Спейд не успел подняться, как тут же получил железный удар в лицо, выронив мачете. Серпентин выбил и второе, после чего подбросил панду вверх, а затем начал его расстреливать фиолетовыми пулями.

— Я вас, паршивых щенков, на кусочки порежу, ша-ха-ха-ха!

Эми отлетела от очередного взрыва и, ударившись спиной о мачту, со скрипом зубов медленно поднялась. Происходящее совершенно не в их пользу. Спейд был самым сильным в их команде, однако на стороне Серпентина находился боевой опыт, полный сражений как в ближнем бою, так и в дальнем. Его в одиночку нельзя было победить, тут нужна командная работа. Однако подобраться к этим двум не представлялось возможным из-за роботов, которые брали ежиху в кольцо, а Торк, катающийся вокруг мачты, только и успевал, что девушке помогать.

Спасительная идея пришла внезапно, что заставило Эми азартно улыбнуться. Она подняла над собой молот, а затем… ударила по палубе, в результате чего корабль повело в сторону. Серпентин, готовый пронзить голову Спейда точным ударом, промахнулся, и наёмник, рубанув его острой картой, отскочил назад.

— Да ладно? — опешил Торк.

Эми ударила ещё раз, заставляя роботов упасть из-за мощной тряски. Чейзер отпустил «тарзанку» и в воздухе начал расстреливать супостатов. Затем, приземлившись, прокатился под ними и застрелил уже в спину. Последний робот — самый крепкий — обернулся, но тут же был уничтожен мощным ударом молота.

— Это была безумная идея! — выпалил Торк.

— Зато действенная! — хмыкнула Эми.

Серпентин резко набросился на Спейда и ударил его о стену, из-за чего парень с болезненным хрипом харкнул кровью. Затем поднял наёмника и атаковал его клешнёй в живот, после чего вышвырнул в сторону, как подушку. Было адски больно, но Спейд из последних сил поднялся на ноги, ибо понимал, что сдайся он — и его убьют. Увернувшись от боксёрского апперкота Серпентина, Спейд схватил второе мачете и вонзил его в левое плечо оппонента. После этого Спейд обошёл атакующего змея и мощным пинком в затылок отправил его вперёд, и генерал армии Бревона мордой ударился о перила, благодаря которым не вылетел с корабля.

— Кха-х!

К сожалению, наёмник серьёзно пострадал в одиночном поединке с противником, в результате чего осел на одно колено. Из открытых ран текла кровь.

— Ну всё, я тебя сейчас убью! — прошипел Серпентин, рванув на Спейда.

Но его тотчас атаковали выстрелы плазмы, и бегущий наперерез Торк оттеснил врага от товарища. Не успел Серпентин опешить, как Эми перепрыгнула через Спейда и мощным ударом молота ударила по змею, и тот пробил собой мачту, улетая к дальней стенке. В этот момент на палубу вновь выбежали роботы, и змей, поднявшись, приготовился к новой атаке, попутно активируя весь боевой арсенал, который у него был.

— «Командный Взрыв»? — уточнил Торк.

— Разумеется! — хмыкнула Эми.

— Понеслась! — и Спейд вместе с ними прыгнул вверх.

Из его рук вылетело несколько карт, что закружили вокруг подобно ореолу, формируя эдакий обруч Сатурна.

— «Бубновый Валет»! — Торк спрыгнул на свою карту.

— «Чирвовая Дама»! — Эми сделала то же самое.

— «Пиковый Король»! — Спейд сложил печать, закрывая глаза.

Герои сместились в следующем порядке: наёмник — сверху, чейзер — справа, а ежиха — слева. Кольцо моментально охватило их, а затем стало разливаться в воздухе, тем самым рисуясь в символ огромной чёрной трефы. Порывы ветра обдали Серпентина и роботов.

— «Трефа: Козырной Туз»! — крикнула троица.

И на корабль обрушилось всё: взрывные карты, огромные молоты и дождь из шаров плазмы. Серпентин в ужасе округлил глаза и тотчас оказался под градом атак, повалившись на палубу вместе с погибающими роботами. Корабль сотрясло оттого, что на нём сейчас происходило. Взрывы, грохоты, мощнейшие удары — его качало из стороны в сторону, а после обрушило на реку, поднимая волны, что разбушевались из-за падения судна.

Когда «Командный Взрыв» подошёл к концу, команда «Трефа» спрыгнула на палубу и осмотрелась. Их совместная атака проделала в галеоне очень много дыр, а потому корабль медленно начал тонуть. Что касалось Серпентина, то он успел сбежать в последний момент.

— Есть! — обрадовались Эми и Торк, дав друг другу «пять».

Спейд усмехнулся, скрестив руки на груди.

***

— Занятная история!

Команда «Трефа» была доставлена во дворец, где мэр Зао лично встретился с героями и отблагодарил каждого за проявленный героизм. Маленький рыжий лис, одетый в красные одежды — именно таким он был, несмотря на то, что Эми и Торк представляли себе правителя Шан-Му несколько иначе. Что до Спейда, то он нередко встречался с Зао, ибо тот часто пользовался его услугами.

Зао распорядился, чтобы ниндзя отпустили героев, и сейчас сидел с ними за одним роскошным столом, на котором было много угощений: суши, сладкие блюда, напитки и прочие яства. Также им была оказана медицинская помощь, благодаря чему панда, чейзер и ежиха сидели с повязками. Торк, чтобы скрыть своё иноземное происхождение, превратился в утку с панцирем. Забавно, конечно, но это единственное, что он мог сделать.

— О, забудьте об условностях, друзья мои! — весело улыбнулся Зао, махнув рукой. — Кушайте всё, что видите!

— Вау! — у Эми в глазах появились сердечки, и она набросилась на пищу, жадно поглощая её. — Какие вкусные суши!

Спейд усмехнулся, наслаждаясь тишиной. При других обстоятельствах его бы тоже упекли за решётку, ибо он был преступником.

— Теперь мне всё ясно, — Зао вздохнул, когда наёмник рассказал ему о плане Дейла. — Выходит, мне пора уходить с поста правителя, отдавать Королевский Камень и вообще спиваться.

— М? — не врубилась Эми, но Спейд жестом попросил её молчать.

«+10% к сарказму».

— Разумеется, я этого делать не буду! — фыркнул мэр, махая кулаком. — Королевский Камень принадлежит мне и только мне!

— Но Вы же сами его украли у Королевского Магистра, — подметил Торк.

— Ничего не знаю, ничего не слышал.

«+15% к я-хрен-знает-чему».

— Кстати…! — правитель Шан-Му с любопытством посмотрел на Торка. — Спейд, а ты, я смотрю, командой разжился. Чего это вдруг?

— Приоритеты поменялись, — кратко пояснил наёмник.

— Ясно. И кем будешь ты, мил сударь?

— Щэллдак.

— Как, прости? — ослышался мэр. — Елдак?

Эми едва не подавилась едой от услышанного, и Спейду пришлось похлопать её по спине, чтобы она откашлялась.

— Щэллдак! — оскорбился Торк, хмуро поглядев на пытающихся не засмеяться товарищей. — Броне-утка.

— Эу… — вот теперь стыдно стало Зао. — Я таких, если честно, раньше не встречал.

— Ну, я не совсем из этих мест. Скажем… иностранец, вот.

— Понятно. А кем будет эта милая девушка?

Роуз смутилась от услышанного.

— Эми я.

— Какое прелестное имя! — заулыбался лис, которому, как стало ясно, очень приглянулась мобианка. — А ты откуда? Ежи в моём городе тоже редкие гости.

— Я… ну-у…

— Господин Мэр, у нас к Вам серьёзный разговор! — Спейд решил перейти сразу же к делу.

***

— Ррр, да что это за тварь такая?

Ниндзя бросились в атаку, но тотчас были откинуты назад, ударяясь спинами о холодные камни. Лучник попытался пристрелить противника, однако в него прилетел зелёный шар, разорвавший его на кусочки.

— Д… да как так? — не понимал лидер группы, на глазах которого погибали его же бойцы.

— Мхахаха!

Он стиснул зубы и поднял глаза наверх, где увидел того, кто и стал их палачом.

— Клятва, подразумевающая мою гибель, так и не была сдержана. Мм, как же это печально! — промолвил незнакомец, прижав два пальца к переносице меж глаз. — А я ведь было поверил в то, что ты действительно за свои слова в ответе. Но, видно, обманул ты меня.

Кто он, определить было трудно из-за маски, что скрывала его лицо. Разве что жёлтый левый глаз, плавающий в красном стекле, смотрел на него надменно, с высокомерием и долей пафоса. Облачённый в тёмно-зелёный доспех с багряным плащом за спиной, он парил в воздухе, держа руки на груди скрещёнными, будто колдун какой или волшебник не из мира сего. От него так и веяло злобой.

— Да кто ты, чёрт подери, такой? — скрипя зубами от боли, спросил лидер. — Что тебе от нас нужно?

— Моё имя тебе всё равно ничего не даст, мой дорогой… хотя нет, не дорогой, хм-м… пожалуй, «дешёвый» в рамках тебя гораздо больше подходит.

— Гр-р, я убью тебя!

Воин вскочил на ноги и начал обстреливать противника огненными шарами, но тот появился за его спиной, зелёной лазерной атакой нокаутируя его.

— Ты ничем не отличаешься от тех, кто раньше становился у меня на пути, — промолвил незнакомец, с осуждением покачав головой. — Но знаешь… винить я тебя не буду. На мясо обижаться — грех мне.

А затем улыбнулся.

— Я просто тебя убью.

Находящиеся вблизи животные тотчас бросились бежать во все стороны, почувствовав вблизи очень злобную, холодную энергию. И очень вовремя, потому что взрыв, пришедшийся на этот участок, был сокрушительным.

— Как просто.

Незнакомец в железной маске опустился на землю и наступил на голову убитого противника. Его рука засветилась зелёным свечением, и он поднял с земли сумку, из которой достал то, что ему было нужно.

— А мог ведь просто отдать его мне и идти своей дорогой, — усмехнулся он. — Впрочем, я слишком поздно об этом подумал. Он уже мёртв, хе-хе-хе!

Убийца поднялся в воздух и улетел восвояси, оставив после себя лишь выжженный кратер, полный убитыми телами.

***

— Вы хотите, чтобы я не нападал на Шуиган в ответ, я правильно вас понял? — ещё раз уточнил Зао.

— Да, господин мэр! — кивнул Спейд.

Эми загрустила, вспомнив о том моменте с «семьями». Очень ежихе хотелось избежать кровопролития, которое могло начаться из-за вероломного нападения Дейла на Шан-Му. Да что там, Зао буквально с самого начала был в ярости, когда его воины доложили ему о нападении, а команда «Трефа» объяснила цель их визита.

— Вы понимаете, о чём просите меня? Моё государство было атаковано, а я, значит, должен это молча стерпеть?

— Но Вы ведь тоже нападали на Шан-Ту, когда крали Королевский Камень, — напомнил Торк.

— Хороший аргумент, мил сударь, но слишком примитивный, — парировал Зао. — Я шёл с целью «украсть», а не «убить». Мои воины ни одного ниндзя Шан-Ту не убили, а Шуиган только что отнял у меня четверых бойцов.

— Это ужасно! — поникла головой Эми.

— Мы можем как-то повлиять на Ваше решение, господин мэр? — поинтересовался Спейд.

Зао задумался.

— Пожалуйста! — чуть ли не слёзно попросила Роуз, посмотрев на лиса жалостными глазками.

Мэру стало ужасно неловко, ведь Эми понравилась ему с самого начала, и видеть её в таком состоянии было не то, что сложно, а в прямом смысле тяжело. Эти зелёные глазки, готовые вот-вот расплакаться — как же она на него смотрела. У жадного лиса просто язык не повернулся, чтобы ей возразить.

— Хм-м. При других обстоятельствах я бы сказал вам нет, и наша аудиенция подошла к концу, однако… — Зао посмотрел на троицу. — Вы помогли мне защитить Королевский Камень, моё сокровище, и я готов пойти вам навстречу.

— Правда? — обрадовалась мобианка.

— Абсолютно. Однако вам придётся мне помочь во второй раз.

Спейд, Торк и Эми удивлённо переглянулись друг с другом. Изначально они планировали отправиться на поиск Соника и Лайлак, чтобы воссоединиться со всеми, однако предложение Зао встало ребром, образуя некую преграду. Если отказаться, то мэр нападёт на Шуиган, и тогда Авалису не избежать крупномасштабной войны, к которой наверняка подключится ещё и Шан-Ту. Посему, взвесив «За» и «Против», Спейд ещё раз переглянулся с Эми и Торком, после чего промолвил:

— Мы согласны.

— Вот и замечательно! — мило улыбнулся Зао.

Глава 23: Избранные

—…ик… Соник…! Соник!

Слух очень медленно возвращался, из-за чего синий ёж не мог разобрать, что вообще происходит. Какой-то глухой шум заложил уши, будто пробка из-под шампанского, и герою Мобиуса поначалу показалось, словно ему в барабанные перепонки затекает вода. Со временем неразбериха постепенно пропала, и очень знакомый женский голос стал более отчётливым, а слова, наконец, обрели членораздельность — Соник не мог разобрать, что они вообще значат.

Соник чувствовал под головой что-то твёрдое и одновременно тёплое, и это была явно не подушка. Сначала он повернул голову влево и едва не провалился в какую-то бездну, но чьи-то руки вернули его в исходное положение. Тогда ёж повернулся вправо, но его нос тотчас же упёрся в какой-то объект. Чья-то рука вновь коснулась ежиного лба, обратно возвращая в прежнее положение. Вернувшийся слух уловил рядом дыхание, и звучало оно очень близко, чуть ли не впритык.

Когда Соник наконец-то приоткрыл глаза, то перед ними поплыло искажённое изображение, внешне чем-то похожее на лицо Лайлак. Она наклонилась ещё ближе к его лицу, но Сонику почему-то показалось, что драконша сейчас упадёт на него. Он снова дёрнулся и увёл голову влево, и, как оказалось, всё это время ёж пытался свалиться с сиреневых ножек. Его голова покоилась на её коленях — по этой причине девушка возвращала героя Мобиуса в исходное положение, чтобы он не упал.

— Эй…

Ёж почувствовал, как ладонь сиреневой подруги скользнула по его щеке, пальцами достигнув подбородка и снова поднялась ко лбу. Кое-как он снова открыл глаза, однако картина по-прежнему была маслом.

— Сколько рогов видишь?

— Десять… — пробормотал Соник.

— Сильно же тебе досталось! — не без сочувствия резюмировала Лайлак. Её ладонь в одночасье вспыхнула энергией Ци, а затем прижалась ко лбу синего ежа. — Сейчас, потерпи минутку…

Сознание героя в эту же секунду и померкло. Трудно сказать, сколько времени прошло: Сонику казалось, будто он целую неделю проспал на коленях у Лайлак. Однако, когда драконша начала дёргать его за ушки, понял, что ошибся: как и говорила авалисянка, вырубился он ровно на минуту.

— Как себя чувствуешь?

— Порядок, как ни странно, — ответил изумлённый Соник, когда картина маслом пропала, вернув ему нормальные зрение и слух. Даже голова — и та перестала кружиться. Он поднялся с колен Лайлак и, приняв сидячее положение, осмотрелся. — Что-то случилось?

— Враги сбросили на нас ядерную бомбу, — напомнила Саш.

Синий ёж округлил глаза и только потом вспомнил, что на самом деле случилось. Ровно перед тем, как сокрушительный удар успел коснуться их, герой Мобиуса применил «Хаос Контроль» и переместил своих друзей куда-то, но ввиду того, что ёж телепортировался последним, удар частично задел его.

— А? Что за…? — Соник резко поднялся на ноги, окидывая глазами всё, что их окружало. — А где остальные?

— Их нет, — с тяжёлым вздохом ответила Лайлак, тоже поднявшись на ноги. — Тут только ты и я.

Белые каменные изваяния, бороздящие морские воды черепахи, ночные джунгли и большой дворец - ничего из этого мобианец не увидел. Зато лицезрел мрачные тучи, нависли что над дикой лагуной будто бы разгневанный Зевс; бескрайние тёмные воды, в которые наверняка бы побоялась сунуться та же Лайлак; на пурпурные горы, усеянные различными древними письменами.

— Чтоб Эггману и Бревону пусто было! — фыркнул Соник, скрещивая руки на груди и осуждающе качая головой. — Ну, по крайней мере, медальки они не получили.

— Да, но у нас их тоже нет, — пожала плечами Лайлак.

— Это временно, мои маленькие герои! — ответил им мудрый голос.

Драконша удивлённо похлопала глазами, а вот ёж моментально нахмурил брови, вместе с авалисянкой повернув голову влево. Как и ожидалось, Оракул появился из зелёной магии буквально тотчас, стоило его голосу коснуться ушей двух героев. Он улыбнулся и свёл пальцы воедино.

— Что это всё значит? — спросила изумлённая Лайлак.

— Остров Дня и Ночи — первый шаг навстречу к испытаниям, что поджидают вас, — пояснил Оракул, после чего указал в сторону одинокой горы. — Добро пожаловать в лагуну Пангу!

— Пангу? Выходит…?

— Да, драконоподобная, всё верно: вы находитесь на закрытой территории, властвует над которой злобный демон Малакаи. Вы были избраны Солнцем.

— Ну, что я говорил, а? Очередное пророчество от Мистера-Погадаю-В-Шарик-От-Нечего-Делать, — вопреки услышанному, Соник совершенно не удивился, а лишь сильнее нахмурился. — Скажи мне, Оракул, почему я не удивлён, что ты втянул в этот бардак именно меня?

— Соник… — тяжело вздохнул Дельф, поняв, что ёж опять взялся за старое. — Пожалуйста, давай оставим старые обиды?

— Нет, я вот серьёзно! Почему на испытание взяли ни Тейлза с Миллой, ни Наклза с Кэрол… Кстати, а где они? Я, когда использовал «Хаос Контроль», должен был оказаться рядом с ними.

— Соник, пожалуйста, не начинай…

— Где наши друзья? — синий ёж хмуро уставился на Оракула.

— Они были избраны Звездой и Луной, посему так же готовятся к испытаниям, как и вы.

— Так-с, хорошо, — герой Мобиуса нервно постукивал себя пальцем по руке, продолжая буравить недовольным взглядом Дельфа. — Оракул, мне почему-то даже не кажется, а я, блин, уверен, что здесь явно твоя рука постаралась.

— Соник, я здесь не причём, честное слово.

— А вот не верю я! Вот чуйка у меня такая!

— Соник, остынь! — Лайлак помахала перед его глазами рукой, огорошенная его внезапной вспыльчивостью. — Успокойся, ты начинаешь перегибать палку.

— Я знаю, что делаю, Лайлак! Вот этот вот господин… — указывает на Оракула. — Долгое время морочил мне голову своими пророчествами, прежде чем я наконец-то осознал, что веду себя, как дурак, пока слушаю очередные нравственные наставления о бытие и так далее. И сейчас продолжает это делать! Хочет, чтобы я снова побежал познавать силу чего-то там в мудростях-премудростях. Нет, спасибо, я не хочу! У меня вообще другие цели и мотивы, мне незачем тебе помогать, Дельфийский Оракул! — зло добавил синий ёж. — На что ты надеялся, когда шёл ко мне с разговором? Что я обрадуюсь твоему появлению и моментально отправлюсь выполнять всё то, что ты захочешь?

— Соник… — тихо промолвил Оракул.

— Что — Соник? Что — Соник? Почему ты не можешь просто отвалить от меня?

Лайлак была обескуражена поведением героя Мобиуса. До сего момента она знала его как весёлого и жизнерадостного парня, но сейчас он вёл себя совсем иначе: был импульсивен, груб и хамоват. В зелёных глазах она видела лишь гнев, смакуемый очень горькой обидой, и синий ёж в данный момент этого совершенно не скрывал.

— Соник, в этот раз я не говорил пророчествами, — докончил Оракул, когда герой Мобиуса смолк. — Я честно сказал, что Дельфия — мой родной дом, но попасть я туда не могу из-за ограниченных в этом мире моих возможностей. Только медальки Солнца, Луны и Звезды смогут открыть проход в Дельфию, а без них туда даже соваться бессмысленно. И если ты хочешь услышать от меня, связанное ли это с твоим пророчеством, то… да, мой дорогой друг: Дельфия — и есть твоё пророчество.

— Ну, что я говорил, а? Меня снова пытаются купить красивыми речами, - не без яда в голосе подытожил Соник.

Лайлак не знала, чью сторону здесь выбирать. С одной стороны, Оракул был абсолютно искренен с ними, с самого начала дав им понять, что он — узник в рамках Авалиса, но готов помочь всем, чем только сможет. С другой, она совершенно не знала об истории, которая связывала его с Соником, и, видно, было в ней что-то такое, что заставляло синего ежа вести себя так. Но что именно — непонятно.

Оракул замолчал, закатывая глаза. С героем Мобиуса было крайне трудно вести переговоры.

— Соник… — промолвил Оракул. Он открыл глаза, полные зелёного свечения, и посмотрел на ежа не то с осуждением, не то с сожалением. — Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину перед тобой? Я искренне сожалею, что на твою участь выпала столь несправедливая судьба, но пойми: я лишь предсказываю её, а не рисую.

— Скажи мне правду, Оракул! — зло попросил Соник, сжав руки в кулаки.

Дельф тяжело вздохнул, тогда как ёж напряжённо задышал. Лайлак, находящаяся между двумя старыми знакомыми, чувствовала себя крайне плохо.

— Это больно.

— Правду, Оракул! — злее повторил герой Мобиуса, не желающий больше слышать отговорок. — Правду, какой бы она ни была!

— Правду… — Дельф выдерживал паузу, что до безумия злило парня.

— Да, правду! Я хочу знать, почему моя мама так и не встретилась ни со мной, ни с Соней, ни с Мэником? Почему Совет Четырёх был настолько для неё важен, что она, грубо говоря, болт на нас положила? Я уже несколько лет задаюсь этим вопросом и всё никак не могу понять, почему!

Оракул краем глаза посмотрел на Лайлак.

— Я её не стесняюсь, пусть слышит! — настаивал на своём Соник.

— Соник…

— Скажи мне всё, Оракул! Иначе я клянусь, что нападу на тебя, и ни о каких медальках больше можешь не зарекаться!!!

Дельф опустил голову. Капюшон колыхнуло холодным ветерком.

— Алина мертва.

Ветер усилился, обдавая несильными порывами тех, кто находился на жёлтой дороге. Одинокие горы отдавали холодком, и тишина разлилась по всей лагуне, словно вода из опрокинутого кувшина. Стало совсем тихо… и страшно одновременно.

Казалось бы, шок должен был поразить Соника, однако огорошена была Лайлак, услышав последние слова Оракула. Она округлила глаза, не смея произнести какое-либо слово, осознавая, что всё это значит. Драконша посмотрела на Дельфа, но тот был абсолютно неподвижен. То же самое касалось и Соника.

— Когда вы, её дети, росли в чужих семьях и становились на ноги, она не спала ночей и дней, каждую минуту, каждую секунду скитаясь по Мобиусу, чтобы защитить его от доктора Роботника, — говорил Дельфийский Оракул. — Алина грезилась надеждами о долгожданной встрече со своими чадами — и совершенно не обращала внимания на болезнь, что медленно, но верно одолевала её. Одиночество, ответственность за потерянное королевство и жизни других — она взвалила всё на свои хрупкие плечи. Лишь тогда, когда вы, Соник, Соня и Мэник, наконец-то выросли, Алина поняла, что её жизнь стремительно исчезает. Я… я был рядом с ней в тот день… — ящер сглотнул, заиграв желваками на скулах. — Мы слишком поздно поняли, что Совет Четырёх — не четыре ежа, а четыре государства, способные возродить гармонию нового мира, дать ему надежду и будущее. Алина… она искренне хотела увидеть вас, но её останавливала одна и та же причина: как? Как смотреть в глаза своим детям и осознавать, что её дни вот-вот подойдут к концу? Что сказать им, если жить осталось недолго? Как быть, когда её чада, только-только встретившие маму, снова её потеряли, но уже навсегда?

Лайлак не замечала даже, как её глаза уже давно увлажнились, и горячие слёзы скатывались по сиреневым щекам, падая вниз. Голос Оракула — он дрожал при произношении, и этого было достаточно, чтобы перед ней сформировалась трагичная картина, где одинокая Королева сидит за деревянным столом и, уткнувшись лицом в свои руки, горько плачет. Одинокая свеча стоит рядом и тускло горит, а в зеркале можно увидеть лишь отражение, с каждым днём становящееся всё серее и серее. Драконше, представляющей всё это, было очень больно.

— Я восхищался твоей мамой, Соник! Я видел, чем заканчивается эта дорога, что избрала себе она, и всё равно ничего бы не смог поделать, ибо понимал, что Алина никогда от своего не отступится. Что лучше она навсегда останется ненайденной и растворится в памяти своих чад, чем встретится с ними, но оставит после себя лишь боль. Что лучше она потратит остатки своей жизни на то, чтобы её дети никогда не познали смерти родного человека, но могли жить в мире, который принимал их с распростёртыми объятиями и давал большие возможности. Ведь… да что я говорю, если ты — копия своей мамы: такой же отчаянный храбрец, душу готовый продать за тех, кто тебе дорог, лишь бы обезопасить их.

Лайлак не понимала, сколько усилий прилагал Оракул, чтобы не пролить слёзы. Она — чужачка, которую эта история никак не касалась — и та рыдала, не понимая, почему судьба оказалась такой жестокой. Драконша перевела влажный взгляд на Соника, но тот стоял к ней полубоком и молчал. Он не двигался.

— И… Соник… в тот день, когда Алина навсегда закрыла глаза… я тоже закрыл их…

Лайлак вздрогнула от услышанного, медленно переводя глаза на Оракула. Тот изогнул края губ в полуулыбке, затем создал из магии кинжал и вонзил в себя, но тот прошёл сквозь него.

— Я всего лишь дух, неспособный уйти на покой так же, как твоя мама, — изрёк Оракул. — И потому я сейчас стою здесь перед тобой и очень прошу тебя оставить старые обиды. Лишь, приведя тебя в Дельфию, я смогу сдержать клятву, данную мной твоей матери. Лишь тогда пророчество будет исполнено.

После этого Дельф тяжело выдохнул.

— Теперь ты знаешь всё.

Соник молчал, частично окутанный тусклым лучом солнца, исчезающим за горизонтом. Ни слова он не сказал, пока Оракул говорил. Ни звука не издал, пока Лайлак плакала за его спиной. Молчал, как храбрый пленник, которому бесполезно было ломать пальцы на руках, ибо он никогда и ничего не выдаст. На его лицо опустилась тень, и какие сейчас чувства с эмоциями одолевали синего ежа, было крайне сложно сказать.

Однако, когда Соник поднял голову, в его глазах Лайлак увидела… спокойствие. Вот это до глубины души поразило эмоциональную драконшу, которая никак не ожидала увидеть героя Мобиуса в таком состоянии. Ни слёз, ни гаммы каких-либо чувств, ни шока. Только спокойствие и ничего более.

— Давно бы так, — с привычной улыбкой сказал Соник, утерев нос большим пальцем. — Теперь я не буду себя терзать вопросами, хе-хе.

Оракул молчал.

— Ну что ж, Дельфийский Оракул, это многое проясняет. Ты был лучшим другом для моей мамы, поэтому я… хе-х, помогу тебе. Хэй, даже не так! — синий ёж глянул на Лайлак и энергично добавил: — Медалька Солнца будет найдена командой «Sonilac Underground»! Прям как в старые добрые времена, но вместо трёх ежей будет один плюс благородная душа с двумя рогами.

— Соник… — Оракул хотел что-то сказать, но потом посчитал это лишним и просто кивнул. — Жду вас двоих возле входа в храм Пангу.

И растворился в зелёной магии.

— Хэй, дружище, ну ты чего? — не без оптимизма обратился Соник к льющей слёзы Лайлак. — Совсем раскисла, вот прям не узнаю тебя.

— Соник… — Саш поджала нижнюю губу, но, как и Дельф, не решилась говорить дальше. Ей всё было ясно и так.

— Улыбнись, мой дорогой друг.

Синий ёж прикоснулся к мокрым щекам сиреневой драконши и смахнул с них слёзы, одаряя девушку весёлой улыбкой в тридцать два зуба. Зелёные глаза — такие тёплые, энергичные и добрые…

— Пойдём, у нас ещё много работы! — посмеялся мобианец, показывая авалисянке большой палец. — Надо напинать старого пенсионера, а затем спасти твой мир… или наоборот: сначала спасём мир, а уже потом напинаем пенсионера. Как тебе такой расклад?

— Я…

— О, я с тобой согласен! Мы сделаем это одновременно, чтобы никто не остался обделённым. Мы как эти… как два скорости… ой, то есть, две скорости… Да, именно так!

Соник снова утёр нос пальцем.

— Погнали, дружище! Будем дальше творить добро во имя... эээ, добра, да.

И бодрым шагом зашагал по дорожке, направляясь к пурпурным горам. Лайлак молча двинулась за ним, не смея произнести хоть что-то. Поначалу реакция Соника её шокировала, но потом она, как и Оракул, всё поняла…

И оттого ей стало ещё больнее, чем раньше.

«Почему… почему ты делаешь вид, что тебе не больно»? — мысленно промолвила Саш, глазами, полными сострадания, глядя в спину бодро шагающему ежу. — «Сколько же сил ты прикладываешь, чтобы оставаться таким, каким тебя привыкли видеть окружающие? Зачем»?

Но она не получит на это ответ, что прекрасно понимала. Как Тейлз в своё время оставался в неведении и не знал, кем был Соник в прошлом. Как все окружающие, привыкшие видеть синего ежа в амплуа жизнелюбивого парня, готового отправиться куда угодно и влезть во что угодно ради новых впечатлений. Парня, не боящегося рисковать и всегда выступающего на передовой, храбро бросающего вызов абсолютно любому злодею, будь тот хоть в три-четыре раза больше него…

Потому что Соник никогда и никому не расскажет о том, как ему больно. Никогда этого не покажет, умело спрятав свою грусть за маской оптимистичного героя, способного вдохновлять других на подвиги.

Лайлак была не глупа. Она хорошо понимала, каково сейчас Сонику на самом деле в душе. Ей искренне хотелось подойти, крепко обнять его и сказать… даже не сказать, а помолчать, своими действиями дав ему понять, что ей не плевать на его боль. Обнадёжить, согреть, успокоить — что угодно, лишь бы синий ёж показал настоящую, искреннюю улыбку, а не наигранную, фальшивую, за которой скрывался град горьких слёз, так и не пролившихся из зелёных глаз.

Но Соник молчал…

А Лайлак не хотела навязываться.

***

— А-а-а!

Как только пространство вернулось в нормальную картину, Наклз в одночасье потерял под ногами почву и полетел вниз, с головой погружаясь в воду. Следом за ним упала Кэрол, но чуть дальше.

— Кха-х! — Наклз первым вынырнул из воды и, оглядевшись, отметил, что локация изменилась. — Что за чёрт?

— Мяу! — недовольно мяукнула Кэрол, чья голова показалась на поверхности. — Вся мокрая, блин.

Мобианец и авалисянка подняли глаза на берег, что находился рядом с ними. С виду — обычный небольшой пляж, ограждённый высокими горными строениями, на которых была уже другая платформа. Но большее внимание привлёк огромный робот-титан, из груди которого торчал большой острый камень. Сине-голубой, с красными полосами и жёлтыми рогами, один из которых был сломан — такое ощущение, будто его кто-то сюда специально бросил. У него были очень мощные бронированные ноги и не менее ужасающие кулачища-кувалды, один удар которых точно бы раскрошил целую гору. Недалеко от его стопы, взросший в песок, находился другой кулак, но явно принадлежащий этому роботу. Скорее, останки другого.

Наклз и Кэрол выплыли на берег, где смогли отряхнуться. Пока кошка выжимала из пушистого хвоста воду, попутно жалуясь на то, что ей придётся приводить свою шерсть в порядок, ехидна получше присмотрелся к локации. Она небольшая, в основном имеющая три титановые автоматические двери, две из которых находились в горах, а третья — под роботом, в синем бункере, что уводил куда-то вглубь этого берега.

— Как мы вообще здесь оказались? — вопросила Кэрол.

— Я помню, как Соник перед взрывом использовал «Хаос Контроль», однако… — Наклз огляделся по сторонам. — Ни его, ни остальных я не вижу. Из Изумрудов Хаоса чувствую только тот, что у меня.

— Разумеется, избранные Звездой, ведь вы оказались на пятьдесят лет в прошлом.

Пара тотчас же опешила от неожиданности и повернула головы к одинокой пальме, под которой, сидя в позе лотоса, медитировал сине-голубой… призрак. Это был маленький старичок с тонкими руками и ногами, имеющий недлинную бородку, а также носящий на голове шляпку-гриб.

— В прошлом? — скептически уточнила Кэрол.

— Верно, юная куноичи, — ответил старичок, чем огорошил кошку. — Звезда избрала вас в качестве испытуемых, и лишь вам шанс дарован, чтобы получить её медаль.

— Что всё это значит? — хмуро поинтересовался Наклз, скрестив руки на груди. — Кто ты такой и откуда знаешь о нас?

— Я — призрак острова Дня и Ночи! Зовут меня… называйте просто Сенсей, хорошо? Как-никак, раньше я был учителем школы ниндзя, но сейчас, спустя пару лет, всё изменилось. В плохую, увы, сторону.

Раньше песчаный остров был под защитой великого стражника, имя которому Тэкаяма. Да, всё верно, юные герои: это робот, которого вы сейчас видите на пляже. Однажды сюда пришёл другой великан, более злобный и коварный, и звал себя он Кизза. Тэкаяма яростно дрался с ним и теснил его воинов, но он был один, а потому имел мало шансов на победу. Единственное, что Тэкаяма смог сделать — это сломать броню на левом кулаке Киззы, после чего тот мощнейшим ударом уложил его на камень. Воины Киззы в назидание жителям песчаного острова забрали у Тэкаямы глаза и сердце, и теперь всё, что напоминает о могучем страже — лишь железное тело, неспособное больше двигаться.

— Слушай, прям тебя напоминает, — хмыкнула Кэрол, чем заслужила хмурый взгляд фиолетовых очей. — Ты ведь тоже страж.

Наклз проигнорировал кошку.

— Сейчас защитников уже не осталось, — все бежали прочь отсюда, тогда как те, кому не повезло, были схвачены злобными ниндзя, поклоняющихся Киззе, — говорил Сенсей. — Но пришли вы, избранные Звезды, и теперь на песчаный остров вернутся мир и гармония. С Киззой наконец-то будет покончено.

— Попридержи коней, старик, — грубо возразил Наклз. — С чего ты решил, что мы поможем вашему острову?

— Как ни странно, но я согласна с ехидной, — скрестила руки под грудью Кэрол.

Сенсей на секунду вздрогнул, но потом вернулся к прежнему спокойствию, продолжив медитировать.

— Но ведь вам нужна медаль Звезды, разве нет?

— Мы можем найти её сами, не вляпываясь в происходящее.

— Боюсь, у вас ничего не выйдет.

— Почему это? — нахмурился Наклз.

— Потому что вы не сможете этого сделать, пока Кизза жив, — пояснил Сенсей. — Так же, как и покинуть прошлое, вернувшись в настоящее.

— Что за фокусы? — омрачилась Кэрол, обнажив когти. — Что всё это значит?

— Это значит, что пророчество, предрекающее возвращение двух героев, наконец-то будет исполнено. Вы, юные воины, здесь, и миссия по спасению этого острова целиком и полностью возлагается на вас. Можете не смотреть на меня такими глазами, ведь я перед вами ни в чём не виноват. Я — всего лишь призрак, передающий вам слова великих духов, с которыми встречаюсь в астральном мире.

Ехидна и кошка переглянулись друг с другом, осознавая, в какую кашу они вляпались. Соник был прав: не стоило соваться в аномалии Авалиса и вообще хвататься за пророчества, надеясь на скорейшее решение проблем. Даже если они забьют на получение медальки Звезды, им всё равно не удастся вернуться в настоящее, пока Кизза, враг этого острова, жив.

— И почему я должен выполнять это задание с тобой, а не с кем-то другим? — проворчал Наклз, искоса глянув на зелёную напарницу. — Из огня, считай, в полымя.

— Хм-м… — Кэрол зашевелила хвостом, и выражение её лица стало хитрым. Причём, настолько, что ехидна почувствовал себя не в своей тарелке. — Полагаю, на этом острове только ты и я, если не считать духов, так?

— Абсолютно верно, юная леди, — подтвердил её слова Сенсей.

— У-у-у, Наки, ты попал!

У хранителя Мастера Изумруда аж в пояснице стрельнуло, когда кошка хищно улыбнулась, а её зрачки стали вертикальными. Не понравился ему этот взгляд, ой не понравился.

— Мы согласны!

— Мы? — фыркнул Наклз.

— Да, мы. Только я и ты, — Кэрол подмигнула ему, снова огорошив ехидну. Затем посмотрела на призрака и кивнула. — Где нам искать твоего басурманина?

— Вы планируете пойти на него в лоб?

— Разумеется. Размотаем, как нефиг делать.

— Это опрометчивое решение, — покачал головой старик.

— Я не боюсь великанов, — пафосно парировал ехидна.

— Дело не в страхе, друзья мои, а в неравном соотношении сил. Безусловно, вы должны действовать организованно и в паре, но идти на Киззу в лоб — это самоубийство.

— Почему это?

Сенсей хотел объяснить, но земля внезапно задрожала, а волны на море разволновались.

— Сейчас вы всё сами увидите.

Наклз и Кэрол сели рядом с призраком за пальмой, откуда открывался вид на море…

А потом из воды вынырнул до безумия огромный, бронированный великан, и глаза мобианца и авалисянки моментально округлились от увиденного. Его бронзовая броня доспехами облегала пухлое телосложение, но этого было достаточно, чтобы понять главное: такого врага не уложить даже той грубой силой, которой обладал Наклз, и не прорезать острыми когтями, что были у Кэрол. Правый кулак Киззы был точно таким же огромным, как и у поверженного робота, а вот левый — значительно меньше, в основном потому, что бронированный утяжелитель сейчас лежал на берегу. Свирепо посмотрев на остров сквозь жёлтые стёкла вместо глаз, великан лишь несколько секунд постоял, после чего снова занырнул на глубину моря. Видимо, его разбудили упавшие в воду Наклз с Кэрол.

Когда атмосфера разрядилась, ехидна с кошкой вышли из-за пальмы, по-прежнему смотря в сторону моря с округлёнными глазами.

— Поэтому я и говорю: идти в лоб — настоящее безрассудство! — повторил свои слова Сенсей, когда ребята перевели взгляды на него. — Кизза очень силён и крепок. Если не уравнять ваши силы с его, вам никогда не победить такого противника.

— Но… как мы это сделаем? — искренне не понимала Кэрол, разводя руками. — Мы в десять раз меньше него, да и никто из нас не умеет превращаться в великана.

— Одного Изумруда Хаоса мало, чтобы попробовать рискнуть, — согласился с подругой Наклз.

— Для этого вам придётся прийти друг с другом к гармонии, чтобы управлять Тэкаямой.

Герои скептически посмотрели на павшего гиганта, пронзённого большим камнем.

— Я не буду вдаваться в вопрос о том, как именно мне приходить к гармонии с этой… кошкой, — хмуро парировал ехидна, тогда как названная фыркнула на такое заявление. — Другое дело — это гигантский робот! Как им управлять, если он пал?

— Как я говорил ранее, вражеские ниндзя, чтобы избавить песчаный остров от защиты, лишили Тэкаяму глаз и сердца. Вам придётся отправиться в недра этого острова и вернуть Стражу то, что по праву его. Затем, когда всё будет готово, вы будете управлять им, отвечая за Руки и Ноги. Вместе! — подчеркнул Сенсей, заставив ребят переглянуться друг с другом. — Именно для этого вам и нужна гармония, юные герои. Вы должны хорошо понимать друг друга, чтобы во время боя действовать синхронно, один-в-один, как отражения в зеркалах.

— Мне, конечно, доставляет неимоверное удовольствие подтрунивать над этим парнем, однако… гармония? Вы серьёзно? — кисло вымолвила Кэрол, словно лимонные дольки за обе щёки положила. — Я по своему боевому опыту могу с уверенностью сказать, что у нас разный такт. Мы настолько несовместимы, насколько Земля и Огонь вообще друг с другом соприкасаются.

— Впервые за всё это время ты сказала умную вещь.

— Не подлизывайся, я тебе всё равно не дам.

— Что? — оскалился Наклз, чем рассмешил девушку. — Ар-р, нет, ну ты видел, да? Как мне приходить с этой… жЭнщиной к гармонии, если я ей голову хочу оторвать?

Сенсей задумчиво почесал затылок. Действительно, как? Оскорблённый ехидна раздражённо смотрел на кошку и всячески порицал её, а та, в свою очередь, бросала в его сторону колкие фразочки, которые выводили его из себя. Одного стороннего взгляда хватало, чтобы понять одно: этим двоим точно будет сложно работать в паре, учитывая разности темперамента, структуру поведения, да и отношения друг к другу в целом.

— Духи Дня и Ночи очень жестоки, — обессиленно вздохнул Сенсей, чем прервал склоку между мобианцем и авалисянкой. — Их выбор пал на два минуса.

— Минус на минус, конечно, даёт плюс, но в нашем случае мне придётся сесть на ехидну и… — Кэрол хитро улыбнулась, снова взбесив Наклза. — Ты же не хочешь быть моим коником, правда же?

— Слушай, ты, кошка! — зарычал хранитель Мастера Изумруда, но та театрально закатила глазки, скрестила ручки под грудью и отвернулась. — Да ты… ты… Ар-р-р! Старик-призрак… — фиолетовые глаза пали на духа. — Лучше скажи, где мне искать Глаза и Сердце Тэкаямы? Я лучше делом себя займу, чем буду стоять рядом с этой…!

— Глаза вам придётся искать отдельно, так как они расположены в разных сторонах острова. Но вот за Сердцем пойдёте вместе.

— У-у-у, ты слышал? В-м-е-с-т-е! Ги-хи! — осклабилась ниндзя, игриво качая хвостом. — Как тебе перспектива остаться с девочкой наедине, а-а?

Котелок медленно, но верно начинал посвистывать. И чайничек вот-вот закипит, а точнее, уже закипает. Водичка бурлит. И зубы со скрежетом сдерживают яростный рык, что вырывается из груди всё-таки доведённого до ярости ехидны. Фиолетовые глаза полыхнули огнём.

— Духи, вы, блин, жестоки! — в «капле» вздохнул Сенсей, когда Наклз с бешеным рёвом бросился догонять хохочущую до слёз Кэрол.

***

Город, полностью сделанный из металла и электроники, располагался под тёмно-багряными небесами, что одеялом укутывали всю его территорию. В воздухе витал неприятный запах машинного масла и каких-то газов, однако сие вряд ли как-то сказывалось на тех, кто жил здесь. Вездесущие монорельсы с периодичностью в две минуты постоянно пересекали железные улицы, доставляя из одного объекта в другой капсулы с сине-голубовато-зелёной жидкостью, а солдаты, на вид походящие на красноглазых коротышек, постоянно сновали по территории Металлического Города. Они были вооружены всем, чем угодно: острыми мечами, циркулярными бензопилами, ракетницами, факелами и так далее. В середине находилось полностью чёрное здание-монолит, на котором был изображён красный демон-бык с кольцом в носу.

— Кажись, ушли.

Убедившись, что рядом действительно никого нет, Тейлз выбрался из мусорной бочки и так же аккуратно вернул крышку в исходное положение. Милла выкарабкалась из подземного люка, где до безумия воняло бензином, из-за чего собачка с неприязнью морщилась.

— Не знаю, куда Соник телепортировал нас, но здесь явно всё плохо, — сделал вывод Тейлз, обратив внимание на густую нефтяную субстанцию, что стекала на металлическую дорогу из разорванной медной трубы. — Мы уже полчаса снуём туда-сюда, но никого из гражданских не можем найти.

— Что это за город-то такой? — никак не могла понять Милла, а лис, увы, ничем ей не мог помочь. — На Авалисе таких отродясь никогда не было.

— Я не знаю. Думал, найду какие-нибудь ответы в своём КПК, однако Эггман к происходящему явно не причастен. И я до сих пор не могу понять, почему мы здесь одни.

— Может, сила взрыва была колоссальной? Соник всё-таки последним телепортировался; он наверняка мог пострадать.

— Это исключено. «Хаос Контроль» в его руках исправен, хоть и редко Соник им пользуется, в основном полагаясь на скорость.

Тейлз осторожно выглянул из-за поворота, проверяя местность на наличие чужих.

— Куда мы пойдём? — спросила Милла.

— Не знаю, но надо что-то делать, а не сидеть, сложа руки.

И случайно, когда выглянул ещё раз, столкнулся взглядом с красными глазами мечника, застывшего от увиденного.

— Ой!

Тейлз чудом успел отскочить назад, прежде чем солдат ударил клинком по противнику, но рубанул лишь стену. В городе моментально поднялась тревога; вездесущие красные капсулы, что парили в воздухе над городом, начали стрелять зелёными лучами вниз, из которых на свет появились новые солдаты.

— Это плохо, — вымолвил Тейлз, отходя назад. — Очень плохо.

Милла не стала ждать, когда их атакуют, и бросилась в бой первой, двумя кубами успокоив четверых солдат. Тех в одночасье порвало на части, и из их тел хлынула яркая зелёная кровь, что разлилась по железу подобно слизи.

— Так они… ещё и неживые? — в ужасе вымолвила Милла.

Тейлз резко потянул девушку на себя, благодаря чему та не лишилась головы от рубящего удара мечника. Лис хотел бежать вместе с подругой к канализационному люку, но путь им преградил новый отряд бойцов, что злобно захихикали и побежали героям навстречу. Милла тут же атаковала их большим лучом, снова проливая вражескую зелёную кровь, однако одному из противников удалось подбежать близко и плечом ударить собачку, откидывая её в Тейлза. Последний не знал, что делать. Он-то увёл Миллу себе за спину, тем самым давая понять, что будет её защищать до последнего, однако врагов было дюже много. Те продолжали сверкать красными огоньками вместо глаз, поднимая острые мечи для одновременного нападения. Всё было слишком печально…

Свистящий звук!

Прежде чем первый солдат успел наброситься на младших героев, прилетевший ему в голову сюрикен навсегда его успокоил. Мечники тотчас же омрачились, видно, поняв, кто на них напал, и парочка из них в эту же секунду лишилась голов.

— ЯАО!

Чёрный клинок с размаху рубанул троих солдат и уложил к ногам появившегося незнакомца, что предстал перед Тейлзом и Миллой в полной красе. С виду он был похож на ниндзя, облачённого исключительно в синие одежды с маской с открытой полосой для карих глаз. Чёрные пояс и повязка на лбу очень пафосно колыхнуло ветром, и, если бы сейчас ударил гром, этого юношу уж точно можно было бы вешать на постер для какой-нибудь компьютерной игры. Это был… человек! Ростом, правда, такой же, как и Тейлз с Миллой (коротышка), но значительно крепче их и явно боеспособнее. С чёрного острого клинка медленно капала зелёная кровь.

— Ну что, девочки… — присвистнул ниндзя, угрожающе взмахнув клинком. — Папочка вернулся!

Дальше происходила резня, в которой Тейлз и Милла, к своему счастью, участия не принимали. Озлобленные солдаты бросались на синего одиночку, но тот донельзя ловко и разительно быстро расправлялся с ними, рубящими ударами кроша их в фарш. Зелёная кровь разлетелась во все стороны вместе с гнилыми кусками мяса. Ниндзя оказался в самой гуще происходящего, но ни один из мечников не смог его задеть. Однако, когда врагов стало слишком много, парень поступил иначе. Он взбежал по стене и выпустил несколько сюрикенов в них, а затем дунул в маленькую трубочку, взрывными фиолетовыми дротиками разрывая их на части. После этого синий воин очень быстро побежал вокруг, с задорным кличем рубая супостатов без остановки.

Когда всё закончилось, ниндзя на носках проехался по окровавленной дороге и разрубил последних противников, после чего выпрямился в полный рост.

— Я как чувствовал, что при подходе к этому городу меня встретят сраные рэнксы. Вот же ж черти! Ну да ладно, мой Меч Душ только что напитался их крови, хе-хе!

Ниндзя собрался продолжить путь, как вдруг заметил младших героев.

— Воу! — опешил он. — Я давно живых в этих окрестностях не встречал.

— Ж-живых? — осторожно переспросил Тейлз.

— Ага. Вы только что сами видели гнилой фарш, из которого котлеты лучше не жарить.

Милла опустила глаза вниз и, посмотрев на разрубленные тела солдат, кивком согласилась.

— Кстати, а вы кто? — полюбопытствовал мечник, наставляя чёрный клинок на героев, чем их напугал.

— Мы… — Тейлз растерялся, не зная, что и сказать. — Ну… мы… это… п-потерялись…

— Вуа-ха-ха-ха! Считайте, что уже нашлись. Повезло вам, что я оказался рядом и подоспел вовремя. Иначе вас бы избили до полусмерти, затем доставили в чёрный небоскрёб, а там уже подвергли бы опытам.

— Что здесь происходит? — спросила Милла, так как ответы незнакомого мечника им всё равно ничего не давали. — Где мы?

— Мда, вы, видно, явно с другой планеты, раз задаёте такие вопросы, — нудно вздохнул ниндзя. — Вы, ребятки, у порога тёмной Империи. Думаю, мне не стоит объяснять, шо цэ за Империя и почему она «тёмная».

Тейлз насторожился. Слишком сильно ему не нравилось происходящее.

— Мы с острова Дня и Ночи!

А вот это огорошило незнакомца, из-за чего он посмотрел на парочку круглыми глазами. Даже клинок от удивления выронил.

— Так это вы были избраны Луной для испытания? — спросил он, скорее, себя, чем их. — Ого! Ну, теперь мне понятно, почему вы так странно на всё реагируете.

— В чём заключается странность? — решил уточнить Тейлз.

— Вы в будущем, друзья мои!

Лис опешил и в шоке переглянулся с собачкой.

— Впечатляющая картинка, не правда ли? — ухмыльнулся мечник, спрятав клинок за спиной. — Вы явно не такое будущее себе представляли, хе-хе.

— Я… ничего не понимаю, — полушёпотом вымолвила Милла, прижав ладошки ко рту.

— Это временно. Буквально час-два — и вы поймёте, что сновать по улицам здешних мест чревато смертью. Да о чём я говорю, если вас едва не прирезали рэнксы.

— Рэнксы? — переспросил Тейлз.

— Вот эти вот чубрики, — синий воин кивнул на убитых. — Напичканные вирусом «Кровь Демона» и прислуживающие ублюдку О-Дору, готовые сделать что угодно, стоит ему лишь щёлкнуть пальцами.

Троица смолкла, когда в городе поднялась масштабная тревога. Со стороны небоскрёба-монолита в их сторону летело множество солдат в качестве подкрепления.

— Полагаю, нам лучше свалить отсюда, пока господа-уроды далёко, — с ухмылкой предложил юноша, после чего подошёл к ребятам. — Как зовут-то вас, сумасшедшие?

— Я Тейлз!

— Милла!

— Хе-х. Меня зовите… э-э-э… зовите просто Ниндзя, ок? И вам проще будет, и мне фантазию включать не придётся.

— Эм-м… — лис и собачка переглянулись друг с другом, после чего пожали плечами. — Ну… ладно.

— Вот и славно! А теперь погнали! Я отведу вас в убежище, а заодно расскажу о том, в какое дерьмо вы, Луной избранные, вляпались.

Глава 24: Палач

Малакаи — один из древнейших демонов, что был заперт в недрах Тёмной Горы несколько лет назад. Под большой шляпой находилась голова, плотно укрытая алым шарфом, из образующейся темнотына встречных взирал одинокий рыже-огненный глаз с вертикальным оком — таким Малакаи предстал перед Соником, Лайлак и Оракулом, когда те вошли в тёмную пещеру. Путь им преграждала железная дверь с изображением указанного демона, заблокированная красным силовым полем. Пройти через него не мог даже странствущий дельф.

Соник, находясь перед входом в обитель Малакаи, внезапно испытал очень знакомое чувство — дежавю. Совсем как тогда, когда он вошёл в Храм Ехидн и добрался до главного зала, где его ждала фреска с изображением Совершенного Хаоса. От этой мысли синему ежу стало не по себе, но он умело сохранил невозмутимость на лице, продолжая рассматривать неизвестные ему иероглифы.

Лайлак понятия не имела, кто такой Малакаи. Скорее всего, о существовании этого существа знали лишь старожилы, — такие, как Королевский Магистр и павший король Акс. Да и неудивительно это было, учитывая, на каком острове всё это происходило.

— Малакаи представлял настоящую угрозу для жителей Авалиса. Когда он покидал свою обитель и отправлялся в путешествие, земля под его ногами начинала гореть, а озёра, мимо которых проходил Малакаи, иссушаться. Воздух наполнялся ядовитым смрадом, смакуемый усиливающимся беспокойством небес, — как обычно, говорил Оракул иносказательно, отчего разобрать смысл его слов представлялось маловозможным. — Лагуна Пангу — последнее место, подверглось что его алчности и агрессии. Она же стала его тюрьмой, покинуть которую он не в силах ввиду сдерживающих печатей на этой двери. Её нельзя снять изнутри, только извне… на краткий миг.

—Чем, очевидно, сейчас будем заниматься мы — вламываться туда, куда нас не звали. Что ж, это в моём духе, — хмыкнул Соник.

— Из всех сокровищ, что есть в этой пещере, одно из них — Медаль Солнца — по сей день представляет величайшую ценность для всего Авалиса, ведь это — ключ к не менее великой Дельфии.Немало избранных Солнцем спускались в обитель Малакаи, но ни один так и не вернулся обратно. Никто не смог одолеть Повелителя Стихий.

— Повелителя Стихий? — переспросила Лайлак.

— Малакаи страшен тем, что владеет всеми стихийными элементами. Он — природный дисбаланс, резонирующий хаос и бедствие. Ему ничего не стоило нагнать облака на моря и создать шторм, пробудить вулканы или обрушить на деревни мощнейшие ураганы.

Синий ёж округлил глаза и переголянулся с сиреневой драконшей, удивлённой не меньше.

— Простите, но, если Малакаи настолько силён и грозен — как нам его одолеть без использования вспомогательных средств изне? — задала вполне резонный вопрос авалисянка.

— Ну, с этим как раз проблем не предвидится, — с этими словами Соник вытащил из-за спины красный Изумруд Хаоса. — Я, конечно, не так хорош в использовании «Хаос Контроля», как Шедоу, но и мне хватит сил остановить пространство и время.

— Воистину так. Впрочем, юные герои, хоть и вы и сильны, и нестовы, вам тем не менее придётся всецело положиться друг на друга. Иначе быть беде.

Соник и Лайлак снова переглянулись. У них уже был опыт командной работы, да и скоростной потенциал служил немаловажным объединением, несмотря на разность их стихий. Оба сильные, быстрые, а главное, стойкие — в плане дуэта они разве что уступали Тейлзу и Милле, чья синхронизация показывала наивысший результат.

Однако это всё равно был слабый показатель, учитывая, какой противник ожидал их в недрах горы.

—Здесь сказано: «Он явит себя тогда лишь, ежели голос души просящего воссияет в симфонии волнительных сердец», — вдруг сказал Оракул, чем привлёк внимание героев. — Говоря простыми словами, барьер будет снят, как только прозвучит определённая музыка.

— Намёк я понял, — кивнул Соник.

Синий ёж сконцентрировал энергию на медальоне, что висел на его шее, и тот, охваченный белоснежным светом, превратился в сине-фиолетовую гитару, упавшую на руки герою. Для Лайлак, впервые лицезревшей подобную картину, это было сродни волшебству.

— Ты умеешь играть на гитаре? — удивлённо спросила она.

— С ранних лет, — с лёгкой улыбкой объяснил Соник. — Когда состоял в «Sonic Underground», постоянно этим занимался. Да и сейчас, в принципе, тоже. Иногда, правда…

Чем больше Лайлак узнавала о Сонике, тем сильнее оптимистичный и жизнерадостный герой обрастал многочисленными загадками, каждая из которых подразумевала другую, а затем — третью. Она слышала от Тейлза, что последний до начала их попадания на Авалис ничего не знал о Сонике, несмотря на то, что являлся ему самым лучшим другом. Да и титул принца — Лайлак не забыла слова Оракула, которыми он приветствовал синего ежа после долгой разлуки.

Воспоминания о том, что Сонику пришлось совсем недавно пережить, снова кольнули драконье сердце. Особенно то, как на всё это реагировал герой Мобиуса, перед девушкой представший не как потрясённый страшной новостью парень, а как скала, спрятавшая гримасу боли и град слёз за маской оптимиста.

— «Мелодия — как гладь воды», — Оракул перевёл самые большие иероглифы и повернулся к героям. — Переводя на наш язык — гармония!

— Гармония? — скривился от услышанного Соник. — Из нас троих лишь Соня способна отыграть похожую мелодию.

— Дело не в инструменте, Соник, а в том, как ты сыграешь. Оттого, какой будет твоя музыка, зависит твоё душевное состояние.

— Иными словами… — начала понимать Лайлак.

— Ты должен быть спокоен и гармоничен с самим собой, как гладь воды.

Драконша в «капле» поправила сиреневый хвост и с сомнением покосилась на ежа. Как и ожидалось, у того при слове «Вода» моментально округлились глаза, а на лице появилась кислая мина. Да и можно ли было требовать гармонии от того, кто постоянно взаимодействовал с Изумрудами Хаоса?

Об этом думал и Соник. Когда он играл на этой гитаре, ему ещё не приходилось познавать чувство, что рождало в нём взаимодействие с волшебными Изумрудами. Как участник «Sonic Underground», ёж был превосходным музыкантом, а его игра на гитаре нередко сливалась воедино с барабанными ударами Мэника и мелодией клавишного инструмента Сони. Но сейчас, когда он был героем Мобиуса, не раз синхронизированного с Хаосом, да ещё и пережившего страшную новость полчаса назад, — в гармоничное звучание верилось меньше всего.

Соник провёл по струнам…

Лайлак тут же скривилась от услышанного, а впоследствии гитара оказалась в её руках, резко отобранная у Соника. Удивлённый ёж в немом изумлении смотрел на драконшу, однако его шок заключался вовсе не в том, что девушка позволила себе подобную выходку.

Всё дело в музыке!

Звук — кривой, поломанный, царапающий — неприятно резанул слух каждого, а Лайлак и вовсе пришлось испытать беспощадный ультразвук, так как чувствительность ушных кристаллов была высокой. Оракул в лице не изменился, но по его глазам было ясно, что это не та музыка, которую требовали иероглифы.

Ошеломлённый Соник опустил глаза на свои пальцы. Дрожали! Тряслись руки, а ладони вспотели, и наличие белых перчаток совершенно не спасало кожу от влаги.

«Я же недавно на ней играл. Как так?», — опешил Соник, озадаченный тем, насколько всё плохо было в этот раз.

— Дело не инструменте, Соник, — повторил Оракул. — Дело в твоей душе!

А что было в его душе? Нетрудно догадаться, какой сейчас хаос царил внутри синего ежа, умываемый переживаниями за друзей, злостью на злодеев и болью из-за гибели Алины. Зелёные глаза приобретали донельзя схожий с изумрудами оттенок, и они, как ничто другое, хорошо показывали состояние героя, играя холодными цветами в полумрачном освещении пещеры. Всего лишь на пару секунд Соник показался перед остальными в уязвимом состоянии, после сменившееся присущим ему оптимизмом, но этого хватило вполне, чтобы понять главное: он не сможет.

О какой гармонии в музыке может идти речь, если душа музыканта полна хаоса?

— Поэтому я и не хотел рассказывать тебе правду. По крайней мере, сейчас, — тихо изрёк Оракул.

Соник стиснул зубы.

А затем влетел спиндэшем в силовое поле, заставив его заискриться. Вскрик Лайлак разлетелся по коридору тёмной пещеры и исчез вдалеке, когда ежа поразило белоснежной молнией, а затем вышвырнуло назад, ударяя его спиной о холодную стену. Герой Мобиуса выпучил от боли глаза и хрипло выдохнул, после чего скатился на пол, упав на одно колено. К прежним ссадинам добавились новые.

— Ты из ума выжил, что ли? — закричала на него пришедшая в себя Лайлак, преградившая герою путь к барьеру, боясь, что он может повторить свою выходку ещё раз. — Оракул же сказал, что через силовое поле другим способом нельзя пройти!

— Ладно, это была неудачная попытка, — несмотря на гнев подруги, Соник вытащил красный Изумруд Хаоса и применил «Хаос Контроль».

Увы, результат был тот же, если не хуже. По всей видимости, барьер закрывал даже пространственные дыры, из-за чего ёж вылетел из белоснежной вспышки ещё более помятым, во время падения выронив пульсирующий Изумруд.

— Да успокойся ты! — Лайлак пришлось чуть ли не вплотную подойти к Сонику, чтобы на этот раз пресечь его любые попытки броситься на силовое поле. — Всё, хватит! Остановись! Пожалуйста…!

Ей больно было смотреть, во что превращался её самонадеянный, но храбрый товарищ. Его нынешние действия больше были похожи на агрессию загнанной в угол крысы, которая пыталась доказать не только окружающим, но и себе, что он может, он способен. Что не нужно изливать хаос на струны родной гитары, которая не выдаст ничего, кроме поломанной мелодии, способной лишь резать слух окружающим.

Но увы, в этот раз Соник действительно оказался в таком положении, когда способ бросаться на амбразуру с мыслью: «Пронесёт!» не сработает, сколько ни пытайся. Лишь музыка, полная гармонии, способна открыть проход.

Как и прежде, Соник поднял глаза на Лайлак, и на его лице появилась знакомая ей улыбка. Знакомая, но не привычная. Не та, которую она привыкла видеть на его губах — жизнерадостную, энергичную и искреннюю. Вместо неё — фальшивая, натянутая, вид которой словно ржавым гвоздем по сердцу проводил.

Не тот забавный Соник, какой был раньше.

— Ну… ладно. Значит, в другой раз, — усмехнувшись, Соник развернулся и, пошатываясь от боли в теле, направился к выходу. — Надо просто освежиться. Да… надо… хе-х…!

Лайлак закрыла глаза и отвела взгляд, лишь бы не видеть, как он уходил. Хотя кристаллы улавливали неуверенные шаги Соника, один раз прервавшиеся из-за того, что ёж подогнулся в колене, но затем продолжил свой путь. Не в силах она была это видеть!

Когда он ушёл, в пещере стало донельзя тихо.

— Сколь угодно он может уверять окружающих в том, что всё хорошо. Жаль, музыку обмануть не в состоянии, — с тяжёлым вздохом промолвил Оракул. — Ведь музыка отражает состояние души не хуже глаз, которые можно спрятать за стёклами чёрных очков. Ни один талантливый виртуоз её не в силах обмануть.

— Вы же знаете его с ранних лет, верно?

— Да.

— Почему Соник… такой? — тихо спросила Лайлак, крепко прижимающая гитару синего ежа к своей груди. — Почему прячет свои настоящие чувства за маской весельчака?

Дельф опустил голову, и некоторое время они простояли в гробовой тишине.

— Таким его сделал жизненный опыт.

Когда доктор Роботник покорил весь Мобиус и приговорил тысячи невинных мобианцев к роботизации, Соник был самым первым из детей Алины, кто вступил в ряды борцов за свободу. Он был свидетелем ареста своих приёмных родителей, а затем родного дяди, которого в будущем встретил уже в роботизированном обличие. Несмотря на то, что лидерство занимала Соня, Соник нередко брал инициативу в свои руки и бросался спасать положение. Он знал, как больно и одиноко Мэнику, за всю свою жизнь не познавшего родительского тепла и ласки. Знал, как страдает Соня, для которой счастливое будущее в тот момент казалось чем-то невозможным. Он смотрел, как они плакали, и это заставляло его отбросить свои собственные переживания, поскольку опусти Соник руки — и они пропали бы. Он был для своих брата и сестры словно маяк, свет ярчайший испускающий в моря, к которому они плыли. Становился героем, чтобы у Мобиуса появилась надежда, что что бы ни произошло, герой всегда придёт на помощь тем, кто в этом нуждается.

— Но из-за этого он забыл, каково это — быть уязвимым, — с этими словами Оракул начал растворяться в зелёном свечении. — Он сдерживает себя не потому, что ему так хочется, а потому, что по-другому не умеет. Соник не знает, что значит: «Быть гладью воды».

Лайлак осталась одна, потрясённая коротким, но чересчур тяжёлым рассказом. Не понаслышке девушка знала, каково это: быть героем. На себе она не раз прочувствовала жестокость суровой реальности, которой совершенно не важно, кто ты: добряк или злодей. Она обжигала любого, на кого падал её холодный взгляд, как бы проверяя, плавится испытуемый или наоборот — твердеет, как кирпич. Не понаслышке знала, что судьба героев в разы тяжелее и больнее, чем остальных, так как им приходится взваливать ответственность за судьбы других на свои плечи, не взирая ни на что.

И, как никто другой, знала, что герои всегда придут на помощь кому бы то ни было.

Но кто придёт на помощь им?

Лайлак опустила взгляд малиновых очей на сине-фиолетовую гитару, крепко прижатую к своей груди. А ведь на ней он играл большую часть своей жизни, пока не стал взаимодействовать с Изумрудами Хаоса. Сейчас в её руках находилось то, что было подарено Сонику при его рождении. То, что когда-то символизировало гармонию, но сейчас служило проводником для душевного хаоса. Драконша провела пальцами по тугим струнам, и те отозвались лёгким звучанием, однако, не имеющим ничего общего с музыкой.

Соник не знает, что значит: «Быть гладью воды».

— Ему эта идея, конечно, сильно не понравится, но лучше уж это, чем ничего.

С этими словами Лайлак направилась к выходу.

***

Страшные грохоты сотрясли Священную Пещеру, и возникший из-за сильной тряски камнепад придавливал как солдат Шан-Ту, оперативно прибывших на помощь товарищам, так и странных чудищ, с виду напоминающих больших жуков. Военные закричали и бросились на противников, и между ними завязалась страшная битва, в которой падали как одни, так и другие.

Команда «Frozen» приближалась к Священной Пещере бегом. Не успела троица прибыть с одного задания, как в штаб поступил сигнал тревоги о том, что кто-то проник в святилище Шан-Ту. Размышлений по поводу цели, которую неизвестный преследовал, пока не было, учитывая, что Королевский Камень уже несколько дней как томился во дворце Зао, однако в пещере по-прежнему оставались другие ценные кристаллы, необходимые для государства.

— Понеслась! — прорычал Гонг.

Он подпрыгнул очень высоко и мощным ударом разломал стену, через образовавшееся отверстие влетая внутрь пещеры, с дрифтом затормаживая себя. Мэник и Нира прыгнули за ним следом.

— Кто они? — опешил зелёный ёж, сосредоточив своё внимание на больших жуках, из которых исходило зелёное искажение.

— Явно не друзья, — промолвил Гонг.

— Я чувствую присутствие наших товарищей совсем рядом, — сообщила Нира, способная улавливать присутствие чужих энергий благодаря владению гу-дао. — Они находятся в восточной части.

— Рвём к ним!

Чудища бросились в атаку, но были встречены ужасающей контратакой со стороны грозного генерала, чьи кулаки проламывали костяные черепа не хуже кузнечной кувалды. Нира вмиг заскользила по ледяному полу, раскручивая копьё над собой, как «мясорубку». Мэник отскочил в сторону, а затем ударил по земле, тем самым создавая трещины под жуками, в которые те проваливались. Чтобы противники не выбрались, ёж хлопал в ладоши, и расколы возвращались в исходное положение, превращая чудищ в лепёшки. Зелёная жидкость начала лететь во все стороны, однако это не мешало команде «Frozen» продвигаться к назначенной цели, попутно выкашивая тварей на своём пути. Гонг, как и полагалось танку, пёр вперёд, обрушивая на врагов всю свою мощь. Нира была быстрой и ловкой — ей не составляло труда отделяться от группы, чтобы прирезать парочку жуков, и возвращаться назад без единой царапины. Мэник был замыкающим, атакуя остатки противников с помощью стихии Земля.

На продвижение ушло около пяти минут, после чего команда «Frozen» добралась до уцелевшей группы солдат, что отбилась от первой волны врагов и готовилась ко второй.

— Товарищ генерал! — обрадовался сержант, заприметивший троицу. — Мир Вам, Нира Ли и сэр Мэник!

— Что здесь происходит? — спросил Гонг. — Что за паразиты проникли в Святилище?

— Мы не знаем, товарищ генерал. Дозорный доложил о приближении неизвестного странника, который влетел в Священную Пещеру, а затем… даже не знаю… наколдовал тёмное волшебство, породившее тех ужасных чудищ.

— Гу-дао?

— Очень сомневаюсь, что это оно. Незнакомец не использовал какие-либо свитки или печати. Я не встречал подобные фокусы ранее.

— Не связано ли это как-то с тобой, м? — Нира посмотрела на Мэника, но тот лишь пожал плечами. — Ладно, мы это выясним позже. Для начала нейтрализуем противника, а там уже будет виднее.

— Сержант, бери самых боеспособных ребят и пробивайся через холл, — приказал Гонг, на что солдат послушно кивнул. — Остальные пусть берут раненных. Сделайте всё возможное, чтобы покинуть Святилище как можно быстрее.

— Есть, товарищ генерал!

— Ну, а вы… — воевода Магистра посмотрел на Мэника с Нирой. — Со мной пойдёте. Враг просто так никогда бы сюда не проник, будь он колдуном или магом каким-то. Ему явно что-то нужно.

— Попробую засечь его присутствие, — с этими словами воительница сложила печать руками.

Несмотря на ледяную стену, которую Ли возвела на проходе, дабы задержать жуков, те всё равно начали потихоньку раскалывать её. Несколько солдат бросилось к выходу, чтобы прикончить противников, пока те не ввалились в комнату. Но нетрудно догадаться, что рано или поздно они всё равно снесут баррикаду.

— Ну что там? — нетерпеливо поинтересовался Гонг.

— Сейчас, одну секунду…! — ответила Нира. Но внезапно её глаза расширились, а тело содрогнулось, будто девушку поразила молния.

Мэник тут же подхватил падающую панду за плечи и не позволил ей удариться затылком о пол.

— Потеряла сознание, — сообщил ёж.

— Проклятье! — зарычал генерал, и шум за ледяной стеной усилился. — Ладно, будем руководствоваться тем, что имеем. Сержант — выполняй приказ!

— Есть! — кивнул солдат и вместе с остальными отправился к баррикадам.

— Мэник, бери Ниру и присоединяйся к остальным!

— Но…

— Это приказ, рядовой! — рявкнул Гонг, заставив мобианца заткнуться. — Я отправляюсь к алтарю Королевского Камня. Скорее всего, наш клиент отправился именно туда.

Ледяная стена затрещала, после чего раскололась, впуская жуков в помещение.

— Вперёд!

Сержант вместе с солдатами вступили в ожесточённую схватку с противниками, и брызги зелёной крови вновь разлетелись в разные стороны вместе с оторванными лапами тварей. Гонг развернулся и побежал дальше, мощным ударом проломив стену. Мэник стиснул зубы, однако подчинился приказу и, взяв бессознательную Ниру на руки, побежал за прорывающейся на свободу группе.

***

— Ничтожества!

Зелёный луч пришёлся по каменному укреплению и взорвал его, раскидывая в разные стороны уцелевших солдат. Один из них попытался схватить оружие, но его тотчас же охватил зелёный телекинез, а затем приблизил к незнакомцу в железной маске, одетому в тёмно-зелёный доспех. Жёлтый глаз полыхнул в левой алой оболочке.

— Исчезни!

Телекинетик махнул рукой, и солдата с такой силой впечатало в стену, что его кости попросту раскрошились от удара. Уцелевшие военные тем временем открыли огонь по незнакомцу, но тот резко ускорился и уже через секунду находился за ними. Он щёлкнул пальцами, тем самым создав мощный взрыв, в котором утонули крики поверженных героев.

Усмехнувшись, злодей опустился на землю и уверенным шагом двинулся к последнему выжившему солдату, который лихорадочно отползал назад. Враг усмехнулся и телекинезом притянул к себе трясущегося от страха военного.

— П… п-пожалуйста, н-не убивайте меня…! У меня жена, д-дети…!

— Если скажешь то, что мне нужно, я, так и быть, дарую тебе пощаду, — ласковым голосом промурлыкал убийца.

В этот момент пещера вздрогнула, а затем в стене под потолком появилась дыра, из которой в комнату вылетел грозный Гонг. Грохоты камней эхом разлетелись по и без того разрушенному Святилищу, а панда с дрифтом прокатился по полу, попутно разрушив ударом плеча рядом стоящую колону.

— Т-товарищ генерал! — обрадовался солдат.

Враг посмотрел на появившегося гостя через багряное стекло маски, а затем сжал руку в кулак, тем самым разорвав выжившего на кусочки, потеряв к нему интерес. Увиденное заставило генерала опешить, но вместе с тем ещё сильнее разозлило, о чём говорил полный решимости взгляд фиолетовых очей.

— Ты, полагаю, знаешь куда больше, чем рядовые солдаты, — ухмыльнулся незнакомец, скрещивая руки на груди. — Не откажешь ли мне в милости, любезнейший, получить то, за чем я сюда пришёл?

— Мог бы и не спрашивать! — Гонг хрустнул кулаки и с рычанием бросился в бой.

***

— Вперёд, вперёд, вперёд!

Сержант оказался настоящим героем. Он шёл впереди всех и первым бросался в толпу противников, готовый рвать их чуть ли не голыми руками за то, что они сотворили с его товарищами. Солдаты, вдохновляемые решимостью лидера, шли за ним и вонзали клинки в тела врагов. Лезвия резали скорлупу с противным скрежетом, а обезглавленные тела фонтанировали зелёными жидкостями не хуже активизированных гейзеров во время тряски.

Однако, несмотря хорошую физическую подготовку, ряды солдат тоже начинали редеть. Не так, конечно, быстро, как орды тварей, но нескольких товарищей военные всё же потеряли: несчастные отбились от группы и были уничтожены сворой жуков. Страх за жизнь смешивался с яростью за павших друзей, и солдаты, превозмогая боль, с криками бросались в бой, раскидывая изуродованные, исколотые и сожжённые тела тварей в разные стороны.

Мэник шёл рядом с раненными, продолжая нести Ниру на руках. Чтобы хоть как-то помочь солдатам, ёж создавал небольшое землетрясение, однако ситуацию это спасало не сильно. Разумеется, ведь приложи мобианец гораздо больше усилий, и его стихия могла запросто погубить даже союзников. Поэтому Мэнику приходилось ограничиваться лишь небольшими усилиями, всецело полагаясь на стойкость военных и их боевые навыки.

Где-то в глубинах пещеры слышались взрывы и грохоты, — видимо, Гонг таки настиг злоумышленника и вступил с ним в бой. При мысли, что генерал сейчас в одиночку противостоит главному виновнику этого кошмара, Мэнику становилось не по себе. Как солдат, он не имел права ослушаться приказа старшего по званию, — и, как борец за свободу, не мог пойти за ним из-за бессознательной Ниры. Раненные не понесут её, ибо и так идут еле-еле, из последних усилий таща за собой тех, кто не мог самостоятельно передвигаться.

— Мм…

Но, словно услышав мысли Мэника, Нира зажмурилась и наконец-то открыла глаза.

— Фух, слава Хаосу! — с облегчением выдохнул Мэник, ставя девушку на ноги. — Как ты?

— Голова кружится, но идти могу, — ответила Нира. Но затем её глаза расширились, и она тревожно посмотрела на ежа. — Где Гонг?

— Пошёл дальше, чтобы схватить виновника.

— Ох, нет!

Ли хотела резко развернуться, но пошатнулась и едва не упала, однако вор придержал её.

— Осторожно, тебе нужно оправиться.

— Он не справится один! — выпалила панда. Её привычная невозмутимость улетучилась, явив мобианцу обеспокоенную девушку, готовую бежать на выручку другу даже в таком состоянии. — Ему нужна помощь!

— Этим я планирую заняться теперь, когда ты в сознании, — обнадёжил подругу Мэник, показав ей большой палец. — Лучше уж трибунал, чем павший в бою дружище!

Нира прикусила нижнюю губу. Она, как никто другой, хорошо знала, как был зол Гонг, когда кто-то нарушал дисциплину. К тому же, мобианец был новичком в их отряде и себя проявил пока лишь единожды — и то едва не сгубил их в Пещере Сокровищ, — но другого варианта не было.

— Будь осторожен! Я не знаю, что за Ци у Него.

Мэник с улыбкой кивнул.

— Буду!

***

Страшные взрывы в очередной раз сотрясли Святилище, и из клубов дыма выпрыгнул Гонг, отъезжающий назад на пятках. Сражение с неизвестным противником затянулось на пять минут, и, несмотря на довольно узкую арену, генералу так и не удалось его сокрушить. Они успели обменяться несколькими ударами, теснить друг друга, однако враг по-прежнему был полон сил и энергии. К тому же Гонга сбивала с толку магия, которую использовал незнакомец во время битвы. Это не дао и даже не гу-дао. Это было что-то другое.

— Знаешь, изначально я не был настроен на сражение с кем-либо. Полагал, марионеток хватит, чтобы прогнать остальных, — произнёс маг, с разочарованием покачав головой. — Но, если герой лично бросает мне вызов — могу ли я лишать его желания проявить себя?

— Да закрой ты уже свой рот! — рявкнул Гонг.

Противник полетел на генерала, но тот увернулся и применил дао, жёлтыми сферами обстреливая оппонента. Между ними снова завязалась ожесточённая схватка, и мощные удары в очередной раз сотрясли и без того напряжённую атмосферу, добавляя порцию накала в происходящее. Гонг теснил врага, пытался прикончить его мощным ударом, однако кулаки били всё, что угодно, кроме Него. А вот Ему удавалось маневрировать, уворачиваться, да ещё и атаковать панду. Он выстрелил зелёным лучом, а когда Гонг закрыл себя щитом, влетел в него подобно метеориту.

На этом сражение подошло к концу. Молниеносный удар отшвырнул Гонга и ударил его о стену, от которой он отвалился, как кусок камня, и рухнул на обожжённый каменный пол.

— Как скажешь, милейший: рот будет закрыт, — а затем злодей ухмыльнулся. — Правда, не мой!

И ринулся к панде, чтобы нанести ему смертельный удар.

Но в этот момент из темноты выскочил Мэник и, быстро изучив обстановку, в прыжке сбил врага ударом ноги. Тот, отлетев назад, тотчас же поднялся в воздух.

— Рядовой, ты… только что нарушил мой приказ, — сквозь зубы прохрипел Гонг, держась за окровавленный бок.

— Как вернёмся в город, можешь меня хоть в карцер посадить, а пока… — Мэник встал в боевую стойку, не сводя глаз с парящего в воздухе врага. — Позволь и мне принять участие в ваших танцульках.

— Ахахах, ну надо же, кого мир привёл ко мне на этот раз, — маг прижал два пальца к переносице и покачал головой. — Вот уж не думал, что встречу в рядах местной фауны тебя, Мэник.

Гонг округлил от услышанного глаза, на несколько секунд забыв о полученной ране. То же самое сделал и ёж.

— Мы знакомы? — изогнул бровь мобианец.

— Ох, ещё как. Я бы даже сказал, хорошо знаем друг друга!

Мэник нахмурился. Было в этом бархатном голосе что-то знакомое, но из-за маски, максимально искажающей голос владельца, трудно было понять, кто находится перед ним.

— Ну и как мне тебя величать, прячущий своё лицо за маской? — спросил Мэник, деловито уперев руки в бока.

— Разумеется, я не скажу тебе своего настоящего имени, иначе не носил бы маску, — усмехнулся незнакомец, и ёж готов был поклясться, что раньше встречал этого типа, чьи манеры поведения и общения были идентичными этому парню. — Хороший стратег продумывает всё до мелочей, прежде чем начинает действовать. Не хочу, чтобы малейший проступок с моей стороны повлёк за собой масштабный провал.

— Хм-м… ну хорошо, давай отталкиваться от минимума.

Несмотря на наличие угрозы, ёж начал ходить из стороны в сторону, чем сильно обескуражил Гонга: что ещё за привычка вести светский диалог с врагом, положившим несколько солдат?

— Если ты убиваешь других, при этом носишь маску, то ты, скорее всего, Палач, — сделал вывод Мэник. — А что, это логично! Палач никогда не показывает своё лицо тому, кого собирается лишить жизни.

— Хорошее решение, мне нравится! — одобрил тёмный маг. — Тогда… буду Палачом. По крайней мере, до тех пор, пока твои глаза ещё способны видеть, — а затем галантно поклонился. — К Вашим услугам, сэр!

«Я точно с ним раньше встречался! Чёрт… не могу вспомнить»!

— А теперь…!

Ёж моментально был схвачен телекинезом и поднесён к злодею, чья рука полыхнула огнём.

— Раздели судьбу местной фауны!

Гонг прорычал. Вскочив, он схватил камень и швырнул его в Палача. Тот без труда увернулся, однако потерял контроль над телекинезом, и освободившийся Мэник, вытащив меч из ножен, ударил им врага. Последний моментально защитил себя рукой, облачённой в броню, благодаря чему избежал смерти. Однако лезвие клинка было острым, а потому смогло раздробить часть железного рукава и полоснуть кожу. Из небольшого пореза брызнула красная кровь.

— Ага! — крикнул Мэник, отскочив к Гонгу. — Он такой же живой и смертный, как мы! У тех жуков была зелёная кровь.

— Ты снова ставишь мне палки в колёса, Мэник. Пора мне поставить точку в нашем разговоре! — прорычал Палач.

Он поднялся ещё выше и выпустил на свободу поток зелёной энергии, что ринулась в груды камней подобно молнии. Ёж и панда насторожились.

Из-под земли внезапно вынырнули живые корни огромного дерева, которое через секунду предстало перед героями в полной боевой готовности, смотря на них через пылающие зелёным огнём глазами и клацая оскаленной пастью. Мэник чудом увернулся от первого корня и ударил по нему мечом, однако оружие намертво застряло в коре, из-за чего ёж лишился клинка. Гонг отбил второе «щупальце» мощным ударом.

— Древлян, развлеки этих отбросов, пока я ищу кристалл, — приказал Палач, исчезнувший за его спиной.

— Ох, мать! — вымолвил опешивший Мэник, не сводящий глаз с дерева-мутанта, который по сравнению с жуками внушал в разы большую угрозу. — Нира говорила, что это не дао и не гу-дао. Чёрт подери, что этот парень добавляет себе в еду?

— Какая разница? Раз уж пошёл в самоволку, то будем драться до последнего! — прорычал Гонг.

Древлян заревел и бросился в атаку.

Мобианец и авалисянин прыгнули в разные стороны, избегая летящего в них корня. Перекатившись, Мэник ударил кулаками по земле, тем самым спровоцировав землетрясение, заставившее древо остановиться. Гонг поднял колонну и швырнул её в противника, из-за чего тот зарычал. Несмотря на попытки ежа лишить врага манёвренности, последний крайне трудно давался ему, в основном потому, что имел возможность врастать корнями в землю и держаться. А потому, когда Мэник снова применил землетрясение, Древлян хорошо укрепился и, выждав момент, корнем ударил по мобианцу. Тот, харкнув слюной от неожиданного удара, улетел в стену. На помощь товарищу подоспел Гонг, с криком начавший отбивать атаки Древляна мощными хуками, а затем вырвавший из противника первый корень. Это озлобило врага, и он неожиданно выстрелил из глаз зелёными лазерами, которые генерал принял на щит. Однако панда в этот момент перестал что-либо видеть, и Древлян тараном снёс его, заставляя кубарем отлететь назад.

Пришедший в себя Мэник заставил Древляна переключиться на себя, снова атаковав его землетрясением. Как и раньше, древо опять вросло в землю, однако это ежу было и нужно. В этот момент из дыма вылетел Гонг и мощным ударом повалил Древляна. Последний остервенился и атаковал героя корнем, однако генерал схватил толстое «щупальце» и закрутил вокруг себя вместе с противником. Затем подпрыгнул и с прыжка швырнул Древляна в землю, из-за чего тот в нескольких местах покрылся трещинами.

— Рядовой! — крикнул Гонг.

— Оке-е-е-е-е-й!

Мэник отлип от стены и спрыгнул вниз, обрушивая «молот» кулаков на пол. Земля тотчас же раскололась надвое, а когда Древлян провалился в образовавшуюся трещину, сомкнулась, придавливая его со всех сторон.

— А он настырный! — фыркнул Мэник, когда из земли показались корни.

Увы, почва не смогла сдержать Древляна, и тот выбрался из ловушки, однако представший перед героями в изуродованном состоянии. Удар расколотой земли явно не пошёл ему на пользу, лишив левого глаза и нескольких кромок на голове. Впрочем, из всех противников, что Палач создал с помощью своей магии, Древлян хорошо зарекомендовал себя тем, что мог не только атаковать, но ещё и думать, что совершенно не радовало парней.

А потому древо-мутант изменило тактику. К ужасу опешивших Мэника и Гонга, оно открыло пасть и начало изрыгать уменьшенные версии себя, представляющих угрозу уже не качеством, а количеством.

— Да он издевается! — зло прогремел Гонг.

Репликанты — по-другому их нельзя было назвать! — толпой бросились на героев, из-за чего тем пришлось прикладывать к сражению ещё больше сил. Положение ухудшалось наличием большого Древляна, который не собирался сближаться с противниками, предпочитая атаковать их корнями и лазером из правого глаза на расстоянии. Он несколько раз подстрелил Гонга, не успевающего закрыть себя щитом из-за репликантов, а также пару раз ударил Мэника, которого давили со всех сторон. Ситуация ухудшалась!

— Аргх! — Гонг получил сквозное ранение и упал, и репликанты принялись избивать его.

— Генерал! — закричал Мэник и тут же получил удар корнем, отшвыривающим его к стене.

Древлян прицелился и выпустил очередную корневую атаку, намереваясь пробить голову мобианца точным ударом. Тот так и застыл в немом ужасе, скованный отсутствием возможности увернуться…

И в этот момент мимо него промелькнула миниатюрная, стройная фигура, а через секунду звонкий удар раскидал по обе стороны от Мэника ледяные осколки. Опешивший ёж моргнул — и наконец-то смог задышать нормально, мысленно благодаря высшие силы, что Она успела в последний момент.

— Мне потребовалось немного больше времени, чтобы оправиться, — сказала Нира, помогая потрёпанному Мэнику встать на ноги.

Панда взмахнула лезвием, которое выстрелило ледяным серпом и моментально погрузило репликантов, избивающих Гонга, в кубы.

— Умеешь же ты выкроить момент для эффектного появления, — несмотря на боль из-за кровоточащей в плече раны, генерал нашёл в себе силы улыбнуться, а затем встать на ноги. А ведь ему досталось в разы больше, чем Мэнику. — Что с остальными?

— Они эвакуировались и ждут нашего возвращения в лесу, — коротко объяснила воительница, не сводящая глаз с репликантов, пытающихся взять троицу в кольцо. — Лучше объясните мне ситуацию. Только кратко!

— Есть чёрт, который плодит других чертей, — пояснил Мэник, чем заслужил унылое внимание Ли. — Ты сама просила коротко.

Первый репликант прыгнул на Ниру, однако был превращён в ледяную статую, которая впоследствии разбилась.

— Ладно, — Гонг остановил кровотечение с помощью Ци и постучал кулаками. — Теперь нас трое, так что не смеем останавливаться. Вперёд!

— Есть! — кивнула парочка.

Мэник отпрыгнул и принялся стучать кулаками по земле поочерёдно, будто на барабанах играл. Это создавало хаотичную тряску, благодаря которой ловкая Нира без труда оббегала шатающихся репликантов со всех сторон и рубила их ледяным лезвием. Гонг тараном вбежал в толпу, голыми кулаками кроша деревья в щепки. Ошеломлённый внезапным реваншем команды «Frozen», Древлян пытался вывести из строя хотя бы одного, но в этот раз удача была на стороне героев. Там, где нужна была грубая сила, выручал Гонг, способный повалить одним ударом сразу шестерых репликантов. Когда дело доходило до скорости, на передовую выходила Нира, чьей ловкости оставалось лишь позавидовать, учитывая её точные попадания в самые уязвимые места противников. Мэник держался на расстоянии, но ему и не нужно было выходить на первые ряды, так как со своей задачей ёж справлялся отлично — лишал врага опоры.

А потому Древлян изрыгал ещё нескольких репликантов и двинулся в атаку, в этот раз решив разобраться с оппонентами не качеством, а примкнуть к количеству. Команда «Frozen» собралась в центре комнаты, встав спина к спине.

— Покажем им, где раки зимуют! — весело воскликнул Мэник.

— Понеслась! — рявкнул Гонг.

Ёж превратил свой медальон в барабаны и, прыгнув за них, застучал палочками. Помещение тотчас же сотряслось, но в этот раз тряска была намного сильнее, чем раньше. Настолько, что не только репликанты, но и Древлян потерял опору, неспособный врасти в землю. Нира кивнула и взбежала по стене, затем отпрыгнула и, прицелившись в Гонга, выстрелила ледяным лучом. Тот прикрылся щитом и принял на себя атаку подруги, которую отразил во врагов. Те и шелохнуться не успели, как снежная волна обратила их в ледяные статуи, и Мэник, продолжающий играть, расколол всех до единого, даже заледеневшего Древляна. Поверженный противник разлетелся во все стороны на щепки, разнося вырвавшуюся энергию по пещере зелёным кольцом.

— Е-е-е! — Мэник вернул барабаны в медальон и гордо постучал себя по груди. — Командный Взрыв рулит!

— С марионетками мы разобрались, но где же этот урод? — смотрел по сторонам Гонг.

— Какая досада!

Команда «Frozen» посмотрела наверх, где за происходящим наблюдал Палач, скрестивший руки на груди.

— Впрочем, я не возлагал особых ожиданий на Древляна. Со своей задачей он справился вполне, пока я копошился в обломках.

— Да уж. Его магия определённо подавляет мои возможности в гу-дао, — изрекла Нира, чувствующая давящую ауру странной энергии, которой пользовался маг. — Кто он такой?

— Говорит, что знает меня, хотя я не могу вспомнить, где встречался с ним раньше, — объяснил Мэник.

— Твои марионетки уничтожены, Палач! Остался только ты! — зло сказал Гонг. — Сдайся добровольно, если жизнь тебе мила!

Палач лишь хохотнул от услышанного.

— Идиоты.

Он телепортировался на поверхность, появившись над Священной Пещерой, а затем поднял над собой руки, формируя в них сгусток зелёной энергии.

— Встреча со мной несёт лишь смерть!

И выстрелил огромным лучом в Святилище, обрушивая на него всю мощь своей магии, сжигающей абсолютно всё, что оказывалось рядом с ней. Спасённые солдаты, что находились в лесу, в ужасе наблюдали, как Палач уничтожал одно из священных мест Шан-Ту, которое из некогда прекрасной горы превращалось в выжженный кратер. Грохоты разлетелись по лесной долине и исчезли где-то за горизонтом, а тряска земли накренила несколько деревьев к ручью, где поток воды стал хаотичным. Атака Палача уничтожила Священную Пещеру до основания.

Довольный своей работой, Палач ухмыльнулся и улетел восвояси.

Солдаты бросились к кратеру, круглыми от ужаса глазами изучая уничтоженное место. Единственное, что уцелело — это кристаллы, разбросанные и вкопанные. Что касалось выживших или тех же жуков, то взрыв расщепил их на молекулы.

— Как же так? — вымолвил шокированный сержант, упавший на колени. — Генерал Гонг… Нира Ли… сэр Мэник…

Внезапная тряска заставила солдат насторожиться и приготовиться к бою. Недалеко от кратера начала вырастать маленькая пирамида, чьё появление совершенно не нравилось военным. Но, когда каменная дверь рассыпалась, и из темноты на траву упал откашливающийся Гонг, солдаты с облегчением выдохнули.

— Товарищ генерал, Вы живы! — обрадовался сержант, поспешивший помочь военачальнику подняться на ноги. — Хвала Золотому Дракону!

— Хе-х. Хвала рядовому! — устало улыбнулся Гонг, кивнув себе за плечо. — Мы выжили благодаря ему.

Солдаты посмотрели на тяжело дышащего Мэника, которого из пирамиды выводила Нира. В тот момент, когда Палач концентрировался на атаке, зелёный ёж использовал всю свою энергию, чтобы погрузить и себя, и панд как можно глубже в землю, прежде чем луч обрушился на Святилище. Это было очень трудно: в какой-то момент Мэник даже подумал, что им не удастся спастись от смерти. Однако, несмотря на это, он упорно продолжал раскалывать землю и соединять её за своей спиной, прежде чем команда «Frozen» не оказалась на поверхности. Бедствие миновало!

Однако на этом выносливость Мэника подошла к концу. Растратив на контроль над землёй всю энергию, он вырубился прежде, чем Гонг успел отблагодарить его за то, что ёж уже второй раз спас их с Нирой от гибели.

И за то, что нарушил приказ командира.

***

Выжившие добрались до города, где им была предоставлена первоклассная медицинская помощь. Гонгу пришлось потерпеть несколько минут, пока врачи накладывали швы на полученные раны, тогда как Мэник около двух часов провалялся на кровати без задних ног. Что касалось Ниры, то она была потрёпана намного меньше, чем все остальные солдаты, а потому девушка занялась отчётом по проведённой спецоперации.

Через несколько часов команда «Frozen» находилась в тронном зале, где Магистр лично из их уст узнал о произошедшем, что заставило его встревожиться. Некоторое время он провёл в молчании, поминания уничтоженное Святилище, когда-то являвшееся одним из самых сокровенных мест на территории Шан-Ту.

— Мой иноземный друг, ты снова отличился, — также Магистр не мог не отметить проявленный Мэником героизм, благодаря которому команда «Frozen» не потеряла своего лидера, а также воеводу правителя. — Но в этот раз с хорошей стороны.

Мэник смущённо улыбнулся.

— Своего имени он не называл, и мы окрестили его Палачом, — говорил Гонг, когда речь зашла о личности врага. — Об его происхождении мы тоже не знаем, так как его лицо скрыто за железной маской.

— А ещё он утверждает, что знает меня, — добавил Мэник.

— Его магия не похожа ни на дао, ни на гу-дао, — закончила Нира. — Напротив, она подавляет Ци, нарушая её поток.

— Всё это очень странно, — задумался Магистр, отвернувшись к окну. — Никак не могу понять, зачем ему понадобилось Святилище без Королевского Камня.

— Быть может, он искал что-то другое?

— Я отправил группу исследователей на место. Возможно, им удастся узнать, что за чем именно пришёл этот Палач.

Мэник нахмурил лоб. Палач называл жителей Авалиса «местной фауной», однако отличил ежа от неё очень быстро, да ещё и по имени обратился. Он знал его, очень хорошо знал! Голос казался знакомым, хоть и с трудом разборчивым из-за маски, искажающей его. Но кто он? Зачем ему понадобилась Священная Пещера, где можно было найти только обычные кристаллы? Просто так Палач не стал бы проникать в столь опасное место, несмотря на присущую ему колдовскую силу.

Магия!

Магистр предположил, что подобные чудеса каким-то образом могут быть связаны с миром Мэника, однако этот фактор опровергался тем, что Палач не имел ничего общего с энергией Хаоса. Довольно долгое время проходив с Изумрудом в кармане, ёж хорошо научился отличать её от авалисянской. Если энергия Хаоса была пульсирующей и нестабильной, то местная наоборот — тихой и гармоничной. Энергия Палача же являлась подавляющей. Она никак не взаимодействовала с Изумрудом Хаоса, а вот с Ци расправлялась на раз. В голове до сих пор стоял фрагмент, как Нира теряет сознание и падает в руки Мэнику, неспособная что-либо сделать дальше.

В двери неожиданно постучались. Магистр дал разрешение, и стражники впустили лидера исследовательской группы в зал.

— Мы проверили кратер на наличие оставшихся кристаллов. Сверяясь со списком, все драгоценности были нетронуты и уцелели после взрыва. Все, кроме одного.

— Одного? — удивился Гонг, переглянувшись с Нирой.

— Какой реликт отсутствует? — спросил Магистр.

Исследователь перевернул страницу походного журнала.

— Берилл Анархии.

Глава 25: Третий Прототип

Горячее питьё после долгих рейдов так приятно обжигало горло и наполняло тело бодростью, о которой Соня забыла с тех пор, как покинула Мобиус. Открыв ноутбук, ежиха всунула в него флешку и кликнула по появившемуся слева устройству. Файлов было не так много, но в каждом из них содержалась ценная информация.

Омега сидел у стены, от бездействия рассматривая вытащенные из шкафа сюрикены и ножи. Скорее всего, одинокий дом был покинут недавно и наверняка в спешке, раз хозяева оставили здесь некоторые апартаменты вроде кровати. Шедоу со скрещёнными на груди руками стоял у окна, безмолвно наблюдая за каплями, стекающими по холодным стёклам.

Миссия по поиску Соника продолжалась. Несмотря на прибытие в Драконью Долину, всё, что смогла найти команда «Dark», — это одинокий домик на большом дереве, что сильно её удивило. Как и прежде, Соня настоятельно просила товарищей вести себя тихо, но те в очередной раз сорвали её планы, грубо вломившись в чужую обитель, выломав двери.

Нетрудно догадаться, как бомбило ежиху.

Соник здесь точно был — об этом Соня не раз говорила, когда троица осматривала апартаменты дома. Хотя наличие холодного оружия вызвало у девушки сильную тревогу за брата, но она успокаивала себя мыслью, что хозяева обители, скорее всего, были охотниками. Во всяком случае, Слит упоминал, что Соник обзавёлся поддержкой местной девушки — следовательно, с ним точно всё хорошо.

Однако куда пропал Соник вместе с ней, Соня не знала. Одинокий дом приветствовал их свежей едой, приготовленной совсем недавно, да и постели были заправлены. На основе этого ежиха сделала вывод, что её брат со своей новой знакомой покинул это место за несколько минут до их прибытия. Шедоу и Омега отправились на разведку территории, но ничего так и не нашли. Дождь замыл все следы.

Прошло три дня, а ситуация так и не изменилась. Соник не возвращался, что начинало беспокоить Соню. Ожидания затягивались, как петля верёвки, каких-либо событий в ближайшее время не намечалось уж точно. К тому же Соне начинало казаться, будто она сходит с ума. Трудно сказать, с чем это было связано, однако засыпала ежиха с трудом. Ощущение обречённости раз за разом накрывало её с головой.

А потому команда «Dark» приняла решение покинуть одинокую обитель на рассвете. Правда, куда идти, она пока не знала. Найти Соника не представлялось возможным: синий ёж оказался в той среде обитания, где местная фауна преобладала дикими животными, диалог с которыми вёл лишь к нападению с их стороны. Вернувшийся после разведки Шедоу доложил, что ближайшие деревни расположены в тридцати километрах от этого места.

В поисках Соника им никто не поможет.

Соня решила отталкиваться от полученных документов в Пулевой Станции. Быть может, Эггман пометил определённые территории Авалиса красной галочкой, куда Соник наверняка мог наведаться. Глупо и безрассудно, но, как вариант, вполне логичен.

— Мда уж, эта информация нам «очень» помогла! — раздражённо заскрипела зубами Соня. — Такое чувство, что наши болваны — Эггман и Бревон — ничем, окромя Берилла Анархии и Королевского Камня, не интересуются.

— Доктор Роботник — дно! — поддержал вспыльчивую ежиху не менее радикальный Омега.

Дождь за окном усилился.

— «Совершенная Форма Жизни. Третий Прототип», — тем временем продолжала изучать файлы мобианка, которой пришлось потратить последние два дня на то, чтобы перевести большую часть иероглифов. — Первый прототип — Биолизард — был заморожен из-за неспособности контролировать его. Второй прототип — ёж Шедоу — получился самым удачным из всех трёх. Третий прототип подавал большие надежды…

Внезапно Соня замолчала, чем насторожила Шедоу, который, несмотря на внешнюю невозмутимость, внимательно её слушал. Даже Омега — и тот отвлёкся от безделья, посмотрев на ежиху. Глаза той неторопливо скользили по экрану ноутбука, и по лицу мобианки можно было предположить, что наткнулась она действительно на что-то особенное.

— Шедоу, — Соня оторвалась от чтения и посмотрела на чёрно-алого ежа. — Полагаю, будет лучше, если ты всё увидишь сам.

Шедоу насторожили её слова. Оторвавшись от созерцания капель дождя, он подошёл к ежихе и сел рядом с ней, опустив глаза на экран. Перед ним стояли изображения с различными пометками; основная из них — АРК, написанная красными буквами. Рельсовые орудия, опаснейшие вирусы, вакцины, гидрокон, силовые эмульгаторы — всё это было пустяком по сравнению с тем, что из себя представляли последние файлы. Пометка «АРК» на них отсутствовала.

«Третий прототип представлял из себя смесь первого и второго, умело комбинирующего доминирующие качества. За основу была взята расцветка первого образа, а также его способность трансформироваться при взаимодействии с энергией Хаоса. Второй задачей было прививание интеллекта и личности образцу, чтобы он мог не только поддаваться контролю, но и анализировать происходящее самостоятельно на случай сбоя программы. Когда работа была готова на 40%, проект был закрыт. Подпись: Джеральд Роботник».

Соня кликнула второй текстовый документ.

«Разработка третьего прототипа продолжилась спустя три года после гибели доктора Джеральда. Проект получил название: «Барон Хаоса» и разрабатывался уже другой организацией, не имеющей ничего общего с АРК. За счёт протеиновых добавок, усиленных растительным эмульгатором, образец стал очень быстро набирать мышечную массу, а составляющая его скелета по прочности уступала лишь алмазу. Прототип научился говорить, ходить, был способен понимать и воспринимать окружающий мир, как живое, разумное существо. Когда работа достигла 70%, проект пришлось законсервировать. Подпись: отсутствует».

— Самое интересное, что Эггман и словом не обмолвился о существовании засекреченной организации, — изрекла Соня, нажав на «крестик». — И Третий Прототип, именуемый Бароном Хаоса, — Эггман явно не хотел, чтобы кто-то узнал об его существовании. Что-то здесь нечисто.

Шедоу кивнул, соглашаясь со словами напарницы. Он достаточно долго пробыл рядом с доктором, и тот ни разу о подобном не заговаривал. Более того, Эггман разработал программу под названием: «Алгоритм Ищущего Охотника», которая предотвращала любую утечку информации касательно этого проекта. Иначе почему большая часть файлов была поломана до такой степени, что Соне удалось выковырять слишком мало информации из неё?

— Что имел в виду Эггман, когда говорил про «песочные часы», которые однажды перевернёт? — прикусила нижнюю губу ежиха. Шедоу тоже был озадачен.

«Процесс сингулярности привёл к тому, что качества первого прототипа начали доминировать над свойствами второго, в результате чего образец претерпел кардинальные осложнения в мозговой части. Ни одна наука не давалась ему, способность анализировать и продумывать была понижена до 20%. Интеллект прототипа стал равен уму животного. Всё, что он мог делать — это руководствоваться инстинктами и эмоциями! Изначально Совет Директоров планировал вывести образец на новый уровень, дать ему знания, усилить мозговые нейроны. К сожалению, эта методика лишь усугубила ситуацию: прототип внезапно атаковал учёных, после чего сбежал. Найти его так и не удалось».

— Я окончательно запуталась, — призналась мобианка, всплеснувшая руками. — Зачем Эггману эта информация, если Третий Прототип сбежал давным-давно?

— Не знаю, — тихо промолвил Шедоу.

Для ежа, чьей главной проблемой была амнезия, подобная новость не стала облегчением. Напротив — ещё сильнее он погрузился во мрачные размышления, смакуемые не только отсутствием ответов, но и многочисленными вопросами. Больше всего огорчало то, что ежи так и не приблизились к разгадке касательно природы самого Шедоу, — точнее, нынешнего Шедоу, что сейчас сидел рядом с Соней.

Мысли о битве в космосе резанули мозг ежа не хуже циркулярной пилы, из-за чего он болезненно прошипел.

— Извини, — виновато прошептала Соня, закрывая ноутбук. — Мне не стоило тебе это показывать.

Шедоу отрицательно покачал головой, тем самым говоря, что наоборот — поступила правильно, не став утаивать от него эту информацию. Хотя ежиха с этим не была согласна, не без сочувствия наблюдая, как ёж напряжённо массировал свои виски пальцами.

Омега неожиданно «ожил», активировав антенну-радар на своём плече.

— Обнаружены роботы доктора Роботника! Расстояние: семь километров от нашего местонахождения!

Чёрно-алый ёж убрал от лица руки и посмотрел на боевую единицу холодными глазами. Эта новость его, конечно, не обрадовала, но надежду на получение ответов подала.

— Ладно, сидеть и ждать Соника, ничего не делая, бессмысленно, так что выступаем, — со вздохом сказала Соня, пряча ноутбук в походную сумку и допивая чай. — Уже самой не терпится всё разузнать.

***

Когда бронемобиль прекратил езду и остановился на обочине, дождь прекратил лить, как из ведра. Соня открыла дверь и убедившись, что под ногами нет лужи, покинула транспорт. Шедоу не обращал внимания на грязь, а вот Омеге пришлось приложить немного усилий, чтобы выкарабкаться с задних сидений.

Перед ними располагалась небольшая гора с пещерой, где, по всей видимости, находились те, кто был нужен команде «Dark». Некоторые деревья, окружающие её, были повалены — скорее всего, для того, чтобы отпугнуть местных животных.

— Итак, поясняю план: мы…! — начала Соня, но Шедоу и Омега тут же двинулись вперёд, открыв огонь по бадникам, охраняющим вход в пещеру. Серьёзность на лице ежихи сменилась кислой миной. — Да твою ж мать!

Чёрно-алый ёж применил «Boost» и снёс троих противников, тогда как робот выстрелами из пулемётов положил остальных. Услышав нарастающий из пещеры шум, Омега бросил туда гранату и схоронился вместе с Шедоу за стеной. БУМ! — из прохода вылетели горящие куски металла.

— Okay, let’s go! — и робот с ежом бросились внутрь.

Соня раздражённо вздохнула и чувством раздавила выжившему баднику ногой голову.

В пещере начался настоящий хаос. Вырвавшийся на поле боя Шедоу словно с цепи сорвался, атакуя открывших по нему огонь бадников хоумингом и хаос-копьями. Следом за ним шёл штурмовик в лице Омеги, поливающий территорию огнём и прикрывающий ежа сзади, пока тот продолжал творить бардак на передовой. Соня шла позади ребят; ей даже делать ничего не пришлось, так как её напарники взяли на себя всю грязную работу. В другое время ежиха была бы польщена такой ситуацией, однако злость, что ни Шедоу, ни Омега никогда не внимают её планам, рубила любую эйфорию на самом корню.

Впрочем, бадников оказалось не так много, благодаря чему команда «Dark» — точнее, её штурмовики — быстро закончила с ними. Омега активировал радар, который больше не улавливал поблизости роботов Эггмана.

— Хм-м… — Соня пошла дальше, следуя в глубины пещеры. Шедоу и Омега двинули за ней.

Наличие валяющихся под ногами кристаллов говорило о том, что пещера была полна драгоценного сырья. Хотя это уже давно перестало быть новостью для Сони, осознавшей истинную природу Авалиса — богатство и его обилие. Чего стоили одни стены, больше похожие на янтарь, чем обычный камень.

Однако, выйдя в большую комнату, Соня остановилась, а вместе с ней прекратили идти и остальные. Их взгляды приковались к одинокой фигуре, и принадлежала она не Эггману.

— Динго? — изумилась Соня.

Рыжий шакал стоял спиной к команде «Dark» и совершенно не обращал на неё внимания — скорее всего, из-за наушников, из которых доносилась громкая музыка. Полагая, что бадники охраняют вход в пещеру, Динго совершенно не парился о безопасности — только наполнял ящики всякими украшениями, драгоценностями и золотыми монетами, отодвигал их и переходил к новым ящикам. Иногда шакал отвлекался от дела и начинал пританцовывать, энергично виляя задницей и хвостом, а также качая мускулистыми руками.

В одном Динго не менялся точно: каким был раньше, таким оставался и сейчас. Соня поморщилась, с кислой миной на лице наблюдая за действиями её старого знакомого. Шедоу никаких эмоций не выражал, ибо за то время, что он провёл рядом с Эггманом, ёж достаточно насмотрелся на рыжего шакала. Омега вопросительно посмотрел на своих товарищей.

— Всё, я здесь закончил. Эй, берите груз и… уходим… отсюда, — пробормотал Динго, оборачиваясь назад.

— Ну привет, — кисло поздоровалась Соня.

Реакция шакала была забавной. Увидев ежиху, он тотчас же выпучил глаза, а затем быстро выключил музыку на плеере, избавляясь от наушников.

— Сонечка? Шедоу? — с дебильным выражением на лице протараторил Динго. — Так вы выжили после взрыва? И робота включили, которого доктор бросил на старой базе? Ого!

— Доктор Айво Роботник — враг! Устранить! Уничтожить! — Омега моментально дал понять шакалу о своих истинных целях.

— Что ты здесь делаешь? — вопросила Соня, мельком пробежавшись по раскопкам. — И почему ты один? Обычно вы со Слитом работаете вместе.

— У Слита другое задание, поэтому я один. Его Злодейство отправило меня по поиск красных монет… не знаю, зачем они ему, но я ничего так и не нашёл, кроме этих кристаллов. А, не, стоп!

Шакал наклонился и поднял с земли одну монету.

— Нашёл! — обрадовался он.

«Мда уж», — мысленно отвесила себе фейспалм ежиха.

— А ты как попала сюда? — затем задал ей ответный вопрос Динго. — Или… подожди-ка! Точно, ты же была у нас в плену, пока база не взорвалась. Выходит, ты, Шедоу, привёл её сюда, чтобы сдать в плен доктору?

Чёрно-алый ёж проигнорировал обращение качка, продолжая смотреть на него, как, грубо говоря, на дерьмо. Ничего удивительного, в этом весь Шедоу.

— Или…? — впрочем, в этот раз Динго не пришлось долго думать, чтобы всё понять. — Значит, вы против доктора, да? Все трое.

— Твоя проницательность — бальзам для моих ушек, — с вымученной улыбкой ответила Соня. — Раз ты всё понял, то, быть может, мы с тобой поговорим по душам, как в старые, добрые, а-а?

— Оу… — шакал засмущался, отведя неловкий взгляд. — Ты мне нравишься, Сонечка, но я думаю, ты хочешь снова меня обмануть, как в прошлый раз.

— Да ладно тебе, Динго, кто старое помянет — тому глаз вон. Тем более мы не на нашей планете, поэтому мне нет смысла тебя дурачить.

— Эм-м… да, но всё же…

Динго застыл от внезапного удара золотой молнии в грудь, которой его атаковал появившийся перед ним Шедоу. Копьё хаоса пропороло рыжую кожу шакала, высвобождая наружу поток багряной крови, каплями разлетевшейся в разные стороны. Тяжёлая рана заставила качка упасть на колени и харкнуть кровь, округляя от острой боли глаза. Соня вскрикнула от неожиданности.

— У меня нет времени на разговоры, поэтому слушай меня внимательно! — Шедоу обжёг раненного Динго холодным взглядом. — Либо ты отводишь нас к доктору, либо я рву тебя на части прямо здесь.

— Шедоу, ты что делаешь? — перепугалась Соня. — Зачем ты так… жестоко? С ним ведь можно договориться без насилия.

Шакал наконец-то выровнял дыхание...

А затем нанёс Шедоу настолько мощный удар, что ёж, в одночасье изрыгнувший кровью, со свистом улетел в стену, оставив на ней трафарет. Случившееся заставило Соню ещё раз вскрикнуть, тогда как Омега моментально приготовился к бою.

— Порвёшь меня на части, говоришь? Попробуй! — осерчал Динго, чья рана, оставленная хаос копьём, регенерировала за три секунды.

— Как ты… это… сделал? — вымолвила шокированная Соня, не веря своим глазам.

Мимо неё пронёсся сверхзвуковой Шедоу, и Омега открыл огонь по Динго. С этой минуты шанс на переговоры был уничтожен.

Шедоу спиндэшем влетел в Динго, однако не смог сдвинуть мускулистого шакала даже на метр, прикрывшегося руками. Неудивительно, учитывая разницу в их весовой категории. Впрочем, когда Омега начал обстреливать врага из пулемётов, тот выдрал из земли огромный кусок камня и, прикрываясь им, с рёвом побежал на робота. Тогда Омега сменил орудие и выстрелил ракетой, взрывающей щит Динго, однако шакал кувырком прокатился под обожжённой крошкой, а затем отправил Бога Войны мощным ударом в стену. Робот с сильным грохотом отвалился от неё.

— «Хаос Копьё»! — подпрыгнув, Шедоу выстрелил золотыми стрелами по Динго, но тот лишь хмыкнул.

Вопреки ожиданиям всех, он даже не стал уходить от атаки, самолично подставившись под неё. На секунду Соня решила, что этот поступок — очередная тупость со стороны Динго, однако это было неверно. Хаос копья, которые должны были пробить мускулистое тело насквозь… впитались в него, как вода в губку, несильным свечением распространившись по нему. Увиденное шокировало не только Соню, но и Шедоу, которому пришлось уворачиваться от летящих в него камней.

— СЛАБАК, ТЫ ДАЖЕ НЕ СТАРАЕШЬСЯ! - заорал Динго.

Шедоу прорычал. Быстрее молнии он сократил расстояние между ними и спидэшем ударил шакала, но тот, как и ожидалось, с места не сдвинулся. Однако, когда Динго размахнулся, ёж ловко ушёл в сторону, и удар противника пришёлся по полу. Не теряя ни секунды, Шедоу закружил вокруг Динго на бешеной скорости, обрушивая на него со всех сторон беспощадные удары, из-за чего качку пришлось закрыться руками. Это «СФЖ» и нужно было, прыгнувшего вверх. ВЗРЫВ! — пришедший в себя Омега попал ракетой в спину Динго, и последний с болезненным рёвом был отброшен в сторону рухнувших на него камней.

— Готов! — фыркнул ёж, однако камни, из кучи разлетевшиеся в разные стороны, говорили об обратном. — Да что за чёрт?

Омега открыл огонь по появившемуся в дыму силуэту, но тот даже не стал защищаться, продолжая выходить на свет. И это несмотря на то, что пули попадали по нему.

Но, когда Динго вышел, команда «Dark» поняла, почему пулемёты не подействовали. Шакал видоизменился: на смену голой коже пришёл прочный панцирь, защищающий его со всех сторон. Пули рикошетили от него и отлетали куда угодно, не причиняя вреда противнику.

— Трансформация? — опешила Соня, чем насторожила Шедоу. — Ты способен видоизменяться без помощи Слита?

— Верно, Сонечка! — с ухмылкой ответил Динго, не обращая внимания на атакующие его пули. — Раньше за процесс моих превращений отвечал Слит, но теперь я могу это делать сам без чьей-либо помощи, хэ-хэ-хэ! И сейчас я это докажу!

Зелёное свечение охватило шакала, который через секунду превратился в носорога. Больших трудов Омеге стоило остановить противника, пытавшегося снести робота тараном. Металлические руки дрожали от нарастающего напряжения — носорог продолжал наступать, заставляя штурмовика со скрежетом отъезжать назад. Шедоу поспешил на помощь товарищу и атаковал его со всех сторон молниеносными хоумингами, чем разозлил Динго: не понравилось ему это. Носорог развернулся и побежал за ежом, однако тот, конечно же, был в разы быстрее.

Так он считал.

Динго превратился в гепарда, и тот заставил Шедоу округлить глаза, когда когти зверя полоснули его по спине. Свежая кровь брызнула на пол, а ёж упал на живот. Но прежде, чем Динго набросился на него, Шедоу телепортировался на безопасное расстояние, где мог перевести дух, а заодно прикинуть, как можно сразить такого врага по-быстрому.

— Ладно, ты сам напросился! — с этими словами Шедоу достал Изумруд Хаоса. — «Хаос Контроль»!

Время остановилось…

Точнее, должно было остановиться!

ПШРКХ! — гепард-гуманоид оказался позади Шедоу, из чьих больших порезов на груди хлынул поток свежей крови. Острая боль пронзила тело ежа вмиг, из-за чего он упал на одно колено и прижал ладонь к ранам, измазывая перчатку в багряной жидкости. Изумруд Хаоса упал на пол.

— К-как…? — не понимал постанывающий от боли Шедоу. — Он же… должен был… заморозиться…!

— Ты так и не понял, да? — осклабился Динго. — А ещё говорят, что это я тупой!

— Уничтожить врага! — Омега тем временем открыл огонь по противнику.

Гепард за секунду добрался до робота, ударив его когтями. Однако тот оказался очень бронированным, потому смог пережить атаку противника, поразив его огнём. Затем превратил свою руку в бензопилу и попробовал распилить Динго, но последний снова трансформировался в броненосца, чей панцирь защитил хозяина от смерти. Омега получил несильный удар, но этого было достаточно, чтобы Динго превратился в слона-гуманоида и нанёс оппоненту чудовищный хук. Робот с грохотом ударился о стену и упал, заработав на своей груди внушительную вмятину.

Динго получил неожиданный удар в спину и с разворота атаковал оппонента хоботом, намереваясь тотчас же добить его. Однако, развернувшись, на полу в лежачем положении вместо ожидаемого Шедоу оказалась Соня.

— Ох, нет, — Динго тотчас же стало стыдно, ибо она единственная, кого он не собирался атаковать. — Сонечка, извини, я не хотел.

Атмосфера в помещении внезапно накалилась, что заставило шакала поднять глаза на Шедоу, чьё тело было охвачено красной энергией Хаоса. Алые молнии били во все стороны, оставляя на стенах небольшие зарубы, из которых посыпалась крошка.

— Не думал, что дойдёт до этого, но ты не оставил мне выбора! — прорычал Шедоу, чьи зрачки утонули в ярко-белых оболочках. — Хаос...!

Телепортировался и появился перед Динго, мощным ударом схватив его за горло и впечатав в стену.

— ВЗРЫВ!!!

Колоссальный взрыв сотряс пещеру, что привело к небольшому камнепаду. Красная энергия разлетелась во все стороны, уничтожая всё, чего касалась. Опешившая Соня тотчас же вскочила на ноги и отбежала на безопасное расстояние, чтобы энергия Хаоса не зацепила её. Разве что края юбки опалила, но это была ерунда по сравнению с тем, что могло случиться с её носительницей, окажись та в эпицентре взрыва. Шедоу определённо не подумал о том, что Соня находится рядом, но, скорее всего, полагал, что ежиха успеет отбежать, прежде чем купол расширится. Омега находился на безопасном расстоянии.

Когда «Хаос Взрыв» закончился, на выжженном энергией Хаоса месте, окромя тяжело дышащего Шедоу, ничего не осталось.

— Ты всё-таки не понял, хэ-хэ! — этот голос заставил ежа округлить от шока глаза.

Мускулистая рука вырвалась из-под земли и кулаком ударила Шедоу в грудь, из-за чего тот в очередной раз харкнул кровью, кубарем улетев к Соне. Ежиха, не ожидавшая этого, не успела отпрыгнуть и упала вместе с врезавшимся в неё ежом. Омега тут же активировал весь свой арсенал, однако Динго вырвал из земли камень и бросил в него. Робот снова ударился о стену и заискрился. Его повреждения были максимальными.

— Да что не так с этим парнем… гр-р! — Шедоу скрипнул зубами, когда тонкая струйка крови полилась из порезов на его груди. — Я столько раз атаковал его, а ему всё нипочём.

Соня тоже ничего не понимала. Если Омега слишком мало ударов нанёс Динго, то Шедоу колотил его, что есть мочи: и хаос копьями обстреливал, и останавливал время, и, в конце концов, применил даже самую сокрушительную свою способность — взрыв Хаоса. Дредноут Бревона в своё время был сбит с курса благодаря этой атаке, о чём уж говорить. Даже если её и можно было пережить, то без повреждений несчастный уж точно не оставался бы.

Однако Динго был свеж, словно ничего не произошло. Те удары, что нанёс ему Омега — единственное, что потрепало шакала, а также единичная атака со стороны Сони. Если посчитать их количество, то конечная цифра не достигала даже десяти. Шедоу ударил его куда больше — и пятьдесят, и сто. В чём было дело?

Прозрение пришло в ту же секунду, когда Соня окунулась в прошлое. Подобное уже происходило однажды давным-давно, когда Динго синхронизировался с осколком Главного Изумруда. Тогда он превратился в настоящего великана, наводящего хаос на всё, куда падал его взгляд. Соня вспомнила, как ей, Сонику и Мэнику пришлось объединиться вместе с Роботником и Слитом, чтобы остановить разбушевавшегося Динго, из тела которого фонтанами струилась энергия Хаоса.

Энергия Хаоса!

Всё стало на свои места!

— Шедоу, тебе нельзя с ним сражаться! — Соня поднялась на ноги и вышла вперёд, загораживая собой товарища. — Ты его не одолеешь!

— Не недооценивай меня… кхар-х… еж-жиха! — огрызнулся ёж, хотя побои на его теле говорили об обратном. — Я могу…!

— Нет, не сможешь! Каждая твоя атака лишь подпитывает Динго энергией Хаоса. Его нельзя победить теми способностями, которые есть у Тебя!

Шедоу округлил от услышанного глаза. Вот, в чём заключался секрет «неуязвимости» Динго! Да, ёж больше всех атаковал шакала, однако именно ЕГО атаки не могли причинить противнику вред, так как были полны энергией Хаоса. Потому-то Динго и не защищался от его атак, предпочитая обороняться от Омеги, чьи нападения действительно несли для шакала угрозу. Потому-то он и агрессивно отреагировал, когда Соня нанесла ему всего один удар, хотя на сотню атак Шедоу даже ухом не повёл. Что бы ёж ни сделал, как бы ни ударил Динго, эффект будет один и тот же.

Ведь энергия Хаоса была в его крови.

— Сонечка, я по сей день не перестаю восхищаться тобой! — влюблённо заулыбался Динго, в чьих глазах появились сердечки. — Ты не только красивая, но ещё и очень умная! Настоящее сокровище!

Соня усмехнулась.

— Я сама им займусь.

— Ты с дуба рухнула? Он положил нас с Омегой! — Шедоу схватил её за запястье, но та вырвала руку из его ладони.

— Не недооценивай меня! — дерзко улыбнулась ежиха.

Модница отряхнула края юбки от пыли и вышла вперёд.

— Сонечка, мне очень не хочется с тобой драться, — грустно заявил Динго, поняв истинные намерения ежихи. — Но если ты нападёшь на меня, я не стану себя сдерживать.

— Ты же понимаешь, Динго, что у меня нет другого выбора. Нас ты не отпустишь, да и на переговоры рассчитывать нам не приходится из-за некоторых лиц, которые задумываются над своими действиями лишь тогда, когда их совершат.

Соня с некоторым осуждением посмотрела на Шедоу, чья нетерпеливость спровоцировала шакала на драку.

— Сонечка… я хочу, чтобы ты сейчас же ушла, — неожиданно попросил наёмник, закатив глаза. — Я заберу с собой Шедоу и робота, и доктор с ними лично будет разбираться. Но я не хочу, чтобы ты снова попала к нему в руки, ведь он подвергнет тебя издевательствам.

— Оу. Приятно, конечно, что ты заботишься о моём благе. В другой я бы так и поступила, однако сейчас другая ситуация. Без них я никуда не уйду.

Чёрно-алый ёж думал, как действовать дальше. Чтобы телепортировать не только себя, но и остальных в безопасную зону, ему для начала нужно добраться до Изумруда Хаоса, который ёж выронил во время сражения. Но нетрудно догадаться, как начнёт вести себя Динго, заметь, что Шедоу засуетился. Как минимум, один из команды «Dark» точно погибнет, и если это не обожаемая шакалом Соня, то повреждённый Омега точно. Нужен был план, как спасти сразу обоих.

План!

Как же это забавно! Сколько раз они с Омегой срывали любые планы Сони, когда ежиха чуть ли не умоляла их работать тихо, бесшумно и, прежде всего, думать над последствиями. Они — два самых сильных штурмовика в команде — и оба повержены противником, тогда как самая слабая из них сейчас ищет способ, как выкрутиться из этой ситуации. А всё из-за кого? Из-за них, конечно же! Прежде всего, из-за Него! У неё есть идеальный шанс уйти без боя, но она этого не делает. И не сделает. Потому что это не в её духе: бросать на произвол судьбы своих товарищей.

Совсем как Мария!

Как та девушка, которая могла бы выжить, не опусти рубильник, выпускающий капсулу с находящимся в ней Шедоу в космос. Могла бы жить дальше, развиваться и радоваться жизни. Но не смогла! Потому что наплевала на приказ командира «G.U.N.». Думала не о Себе, а о Нём.

Это её и убило!

Соня вытянула руки во все стороны и начала крутиться вокруг оси. Ветер в помещении стал усиливаться из-за появившегося пурпурного вихря, который расширился и вырос, затягивая в себя всё, что не имело тяжёлого веса. Динго скрипнул от досады зубами — он по-прежнему не желал драться с ней — и встал в боксёрскую стойку, ожидая нападения с любой стороны. Зелёные глаза шакала смотрели во все стороны, чтобы не пропустить что-либо. Скорее всего, Соня атакует его с помощью усилившегося вихря, однако это бесполезно: Динго этого и ждёт.

А потому Динго страшно удивился, когда вместо ожидаемой атаки вихрь попросту рассеялся. Шакал насторожился сильнее, медленно скользя взглядом по окружению. Сони нигде не было. Можно было предположить, что ежиха решила прорыть себе путь на свободу через землю, но никаких следов сверления не было.

И лишь потом Динго обратил внимание на резкое отсутствие не только Сони, но и Шедоу. Опешив, шакал тотчас же обернулся, где должен был находиться Омега, однако тот тоже исчез.

Вместе с Изумрудом Хаоса.

— АР-Р-Р-Р, МЕНЯ СНОВА ОБДУРИЛИ! — от злости шакал ударил кулаками по земле, чем вызвал небольшой камнепад, небольшим булыжником приложивший его по голове. — СНОВА! СНОВА! СНОВА-А-А-А!!!

***

Бронемобиль тем временем был уже далеко от пещеры, держа путь в неизвестность. Возвращаться команда «Dark» в Драконью Долину не собиралась. По-прежнему отключенный Омега находился сзади, а Шедоу тем временем промывал спиртом полученные в бою раны. Соня прибавила газу.

— Я, конечно, планировала пустить ему пыль в глаза и, пока он думал, что к чему, бежать вместе с вами, однако ты значительно облегчил мне задачу, — изрекла Соня, краем глаза посмотрев в сторону ежа. — В этот раз ты действовал куда продуманнее. Что это на тебя вдруг нашло?

Шедоу отвлёкся от самолечения, задумчиво посмотрев на бардачок. Когда ежиха применила вихрь, он получил достаточно времени, чтобы, пока Динго был отвлечён, добраться до Изумруда Хаоса, затем Омеги, а уже потом и Сони. Правда, дался ему «Хаос Контроль» в этот раз с большим трудом, учитывая раны ежа, однако он справился.

«Что это на тебя вдруг нашло»?

Шедоу и сам не знал, что. Себя он мог спасти в любую секунду, на крайний случай прихватив с собой Соню, более полезную для него, чем Омега. Однако ёж в этот раз думал не о своих целях, целиком и полностью сосредоточившись на спасении команды. Всего лишь на секунду Шедоу вспомнил о Марии, но этого было достаточно, чтобы ёж… испугался. Не за себя, а за своих товарищей. Тех, которые могли погибнуть на его глазах так же, как Мария. Были ли они для него чем-то ценным? Шедоу не знал. Соня — да, так как являлась «мозгом» команды, а также сестрой Соника, которого он искал. Омега — нет.

Но он спас и его!

— Шедоу! — снова позвала ежа Соня, когда тот не ответил на её вопрос.

«СФЖ» вышел из размышлений.

— Следи за дорогой, — с холодом попросил Шедоу.

— Ой-ой-ой, какие мы пафосные! — съязвила ежиха, впрочем, решившая отстать от него. — В любом случае спасибо, что хотя бы в этот раз думал, прежде чем действовать.

Прозвучало как сарказм, но на самом деле девушка действительно была рада.

На заднем сидении послышался шорох — Омега начинал восстанавливаться: функция работоспособности боевой единицы вновь активировалась. Красные лампочки зажглись.

— Впервые встречаю противника, пожирающего энергию Хаоса.

— Ну, в своё время Динго здорово нас всех напугал, — в «капле» рассмеялась Соня. — Представляю, во что превратился бы Мобиус, не объединись Соник с Эггманом против Динго.

— Разве этот шакал всегда был таким? — хмуро вопросил Шедоу.

— Я не знаю. Помню только то, что Слит превратил Динго в сейф, в который кинул осколок Главного Изумруда, чтобы сдержать энергию Хаоса, но что-то вдруг пошло не по плану.

Всё началось с того, что мы — я, Соник и Мэник — выкроили себе время для отпуска и решили отдохнуть. Как ты понимаешь, разгрузочные дни прошли так же, как и пришли — вместе с Титановой Крепостью Роботника, работающей на энергии осколка. С помощью Наклза мы проникли на корабль и смогли обесточить его, однако осколок так и не нашли — его забрали предавшие Роботника Слит и Динго. Не знаю, что эти двое не поделили потом, однако осколок навёл настоящую бурю на Мобиус. Такие вещи начали происходить, что и вспоминать даже боязно. Потом Динго его поглотил.

— И Соник его, конечно же, победил. Хотя для него это, как мне кажется, уже в привычку вошло — побеждать даже таких чудищ, — усмехнулась Соня, не скрывая своей гордости за брата. — Чего стоит его рассказ, где он сражался с водяным монстром, поглощающим Изумруды Хаоса. Как его там? Хаосом величали, вроде как.

Шедоу тотчас же округлил от услышанного глаза. Резко схватившись за руль, он заставил Соню свернуть машину с дороги, из-за чего та в панике вдавила педаль тормоза в пол. Омега едва не вылетел вперёд по инерции, но, благо, тяжёлый вес сумел удержать его на сидениях.

— Ты с ума сошёл, что ли? — крикнула переполошившаяся Соня.

— Хаос. Тот Хаос, являющийся Богом Разрушения, вырвавшийся из Главного Изумруда, находящегося на Острове Ангелов, — промолвил Шедоу, внимательно смотрящий на девушку.

— Да. Соник и Наклз рассказывали мне, как он едва не погрузил весь Мобиус в воду и… Да с тобой не так? — не понимала ежиха, наблюдая, как тот ещё сильнее насторожился.

— Доктор Джеральд, работая над проектом «Совершенная Форма Жизни», опирался на легенду, связанную с древними ехиднами, павшими от ярости Хаоса. По его образу был создан Первый Прототип — Биолизард.

Ёж встретился глазами с девушкой, и та постепенно начала округлять свои, понимая, к чему он клонил. Во всех документах, связанных с проектом «СФЖ», было указана энергия Хаоса, как основной источник существования образца. Биолизард, Шедоу, — она была в их крови, что делало обоих донельзя совместимыми с волшебными Изумрудами. Прилив этой энергии давал им ещё больше сил, позволял трансформироваться в нечто грандиозное — Совершенного Биолизарда и Супер Шедоу.

Энергия Хаоса!

Соник был единственным мобианцем, кому удалось обрести контроль над семью Изумрудами Хаоса, даровавшими ему Супер-форму. Больше никто не был способен синхронизироваться с хаотической энергией, окромя него. Остальные же, пытавшиеся получить силу при помощи волшебных камней, так и не смогли дойти до вершин их всемогущества, довольствуясь даже не половиной, а четвертью.

Поглощающий энергию Хаоса — и есть Хаос!

Как Соник…!

Как Шедоу…!

Как Биолизард…!

Как…!

— Третий Прототип! — с дрожащими глазами вымолвила Соня. — Барон Хаоса!

***

Эггман давно оправился после битвы на острове Дня и Ночи, и сейчас он занимался тем, чего обычно старательно избегал — бездельничал. Хотя и нельзя было назвать его занятие бездельем, так как доктор изучал все-все документы, добытые им с АРК. Их, конечно, было донельзя много, но на то Эггман и являлся мега-человеком, чей IQ достигал трёх сот процентов.

К тому же, ему по-прежнему не давал покоя вопрос, возникший в его голове при встрече с командами героев.

Точнее, героинями!

А ещё точнее — с Ней!

Эггман никогда не славился забывчивостью. То, что он увидел хотя бы раз, навсегда откладывалось в его голове. Доктор мог об этом периодически не вспоминать, так как большая часть мозга была направлена на разработку всяких формул, чертежей и прочих планов, но рано или поздно мужчина вспоминал о том, что помнил.

Том, что когда-то ему казалось эпизодическим, но теперь становилось основным!

Эггман отвлёкся от чтения и прислонился к спинке стула, достав из стола фиолетовый Изумруд Хаоса. Ведь всё это началось именно с Него! Давным-давно казавшийся не более, чем выдумка или легенда, он возник внезапно и присоединился к остальным шести Изумрудам, создав сбой не только в природе, но и пространстве.

Седьмой Изумруд Хаоса!

— Фиолетовый, — задумчиво промолвил Эггман, рассматривая реликт. — Почти что сиреневый.

Двери неожиданно распахнулись, и в кабинет вошёл поникший головой Динго, уныло переплетающий ногами. Увидев его, доктор отложил Изумруд Хаоса обратно в стол и перевёл глаза на шакала. Одного вида подчинённого хватило, чтобы Эггман понял, что тот провалил задание. Но прежде чем он начал задавать ему вопросы, двери снова открылись, и появившийся Слит с улыбкой кивнул, поприветствовав босса.

— Ну наконец-то! — погладил усы Эггман, после чего сложил руки на пузе. — Вернулись они, прогульщики! Хотя ладно, Динго пропадал всего сутки, но ты…

— Виноват, Ваше Сиятельство, но того требовали обстоятельства, — бархатный голос и вежливость — в этом плане Слит самому себе не изменял. — Тем более я хочу обрадовать Вас не одной хорошей новостью, а сразу двумя.

— Оу. Ну хорошо, тогда я побеседую с тобой наедине. Что с твоей рукой?

— Производственная травма, сэр, ничего особенного.

— Ладно, обожди немного.

Волк послушно кивнул и ретировался к окну.

— Ну? — а вот теперь Эггман скрестил руки на груди, требовательно посмотрев на второго подчинённого.

— Я выполнил задание, босс, — с тяжёлым вздохом ответил Динго.

Доктор аж растерялся от услышанного. В знак подтверждения своих слов, шакал вытащил из кармана красную монету и положил её на стол.

— Больше я ничего не нашёл. Скорее всего, пещеру кто-то до меня успел обчистить.

— Эм-м… — Эггман взял монету и начал её рассматривать. — А чего тогда такой кислый, раз всё хорошо?

— Я встретил Шедоу.

А вот это уже удивило не только доктора, но и Слита.

Динго не стал ходить вокруг да около и рассказал Эггману о случившемся в пещере. О том, что Соня на самом деле жива и сейчас составляет компанию не только ушедшему со службы доктору ежу, но о брошенному на самой первой базе роботу. О том, как дрался с ними до последнего, но тем удалось сбежать у него из-под носа. О том, что весь отряд, окромя шакала, был уничтожен.

Эггман смолк, переваривая услышанное. Он подозревал, что Шедоу жив и странствует по Авалису в поисках доктора, однако агрессия с его стороны дала ему понять, что теперь ёж не заодно с ним. Более того, он всё-таки спас Соню, в чью гибель Эггман верил больше, да ещё и заручился поддержкой Омеги — единственного, пожалуй, о котором доктор даже бы и не задумался, если бы не Динго. Становилось всё интереснее и интереснее.

— Эта вертихвостка всё-таки вскружила голову Шедоу, хе-хе-хе, — обычно Эггман начинал истерить в такие моменты, однако сейчас он был абсолютно спокоен. — Кто ж знал, что у неё есть уникальный талант — очаровывать Совершенные Формы Жизни!

— О чём Вы, босс? — грустно спросил Динго.

Доктор хохотнул.

— Не важно. Лучше скажи мне, кто больше всех тебя ударил во время вашей битвы?

— Только Шедоу.

— Хорошо-о, — Эггман довольно погладил левый ус. — Как себя чувствуешь после сражения с ним?

— Даже не знаю. У меня ничего не болит, но вот… неприятно мне. Они меня обдурили.

— Ты говори по делу!

— Ну… — Динго подвигал руками, ногами и телом. — Хорошо себя чувствую. Шедоу слишком поздно понял, что его атаки меня подпитывают. И то не понял бы, не объясни ему всё Соня.

У доктора заблестели глаза. Он хорошо знал, что чёрно-алый ёж, если противник не падает за минуту, начинает поднимать планку своих атак. Соответственно, в бой шли не только заимствованные у Соника спиндэши и хоуминги со скоростью, но и, самое главное, энергия Хаоса.

— Что ж, я доволен тобою! — осклабился Эггман, чем удивил шакала. — Молодец, хорошо поработал!

— Эу… — растерялся Динго. — Но… я же… упустил…

— Это не имеет значения. Главное, что монету мне принёс, а на остальное я плевать хотел.

Мужчина вытащил из стола большой мешочек с деньгами и бросил его в руки подчинённому.

— Даю тебе отгул… даже два. Заработал.

— Оу. Это… спасибо, б-босс! — Динго аж растрогался, и его настроение вмиг поднялось. — А можно… ну… я в город смотаюсь?

— Да, можешь ступать, — махнул рукой Эггман. — Но чтоб был на связи.

— ТАК ТОЧНО! ДА! БУДУ!

С криками, словно мальчишка, которому подарили игрушку, о которой он так долго грезил, Динго подскочил от радости и выбежал из кабинета. Его громкие шаги исчезли где-то в коридоре. Наступила тишина.

— А я Вам говорил, Ваше Превосходительство, что этого парня лучше держать при себе, — из полумрака донёсся бархатный голос Слита, чьи глаза довольно поблёскивали. — Он, конечно, не такой многообещающий, как Шедоу, но пользы от него будет куда больше.

— Ай-ай, Слит, как нехорошо — использовать напарника, с которым ты проработал несколько лет бок о бок, в своих корыстных целях. А, впрочем…! — Эггман коварно улыбнулся. — Не мне тебя судить, хе-хе-хе!

Волк вышел из темноты, обнажая хищную улыбку. Доктор кивнул на стул, и наёмник сел за стол, оказываясь напротив хозяина.

— Что с первой новостью?

— Как я и говорил, она прекрасна! — Слит достал фотографию и передал её Эггману, и, пока тот её рассматривал, продолжил: — Зао оказался, на редкость, очень сговорчивым… мм… клиентом. Всего-то и нужно — принести ему красную монету, чтобы он пошёл с нами на сотрудничество.

— Что ж, эта проблема уже решаема, — Эггман бросил беглый взгляд на найденное шакалом сокровище. — А что в его рядах забыли наши старые знакомые? И кто это с ними на фотографии?

— Его зовут Спейд. Он — младший брат принца Дейла! Того Дейла, которому Бревон промыл мозги. Работает на таинственную организацию «Красные Шарфы».

— «Красные Шарфы»? — изумился доктор, на что волк ответил кивком.

Беглый взгляд на Изумруд Хаоса.

— Как плавно ниточки путей переплетаются на распутье. Даже не знаю, считать это ниспосланной удачей или же подарком судьбы, хм-м. Хотя… друг от друга они мало чем отличаются.

У Неё ведь тоже был красный шарф… давным-давно.

— Ладно, с этой новостью мы разобрались, — Эггман посмотрел на наёмника. — Что со второй?

Слит сунул руку за пазуху и вытащил оттуда сжатый кулак. Затем опустил его на стол и разжал, кладя на деревянную поверхность сияющий красками зелени реликт, прекративший пульсировать при отсутствии контакта с рукой волка.

— Хорошая работа! — довольный Эггман убрал Берилл Анархии в стол, откуда достал бутыль и два стакана, наполняя их холодным виски. — С этого момента повышаю тебя в должности.

— К Вашим услугам, сэр! — осклабился Слит, стукнувшись стаканами с доктором.

Глава 26: Плохой исход

Это случилось ещё очень давно, когда в наш мир пришли два инопланетных гостя со злыми намерениями. Они не питали друг к другу приязни: буквально с первой же встречи вступили в ожесточённое сражение, в котором оба потерпели поражение. Что один, что второй, — оба обладали удивительными технологиями и великими знаниями, уровень которых был для нашего мира непостижим (по крайней мере, на тот момент). Интересовали ли их яства мира нашего? Ха-х, да как бы не так!

Им нужен был Королевский Камень!

Реликвия Авалиса стала самым настоящим яблоком раздора; он был причиной для развязки войны между Шан-Му, Шан-Ту, Шуиганом и пришельцами из других миров. Реки крови лились, тысячи роботов падали оземь, а авалисяне с той самой минуты успели позабыть о том, что это вообще такое — гармония в мире насущном. Авалис из синей планеты окрасился в багряные цвета с чёрными пятнами; он больше не ассоциировался с тихой, неразведанной гаванью, которой дорожили многие.

Но это было только начало. Самое страшное произошло тогда, когда два злодея решили объединить свои усилия — и выпустили на свободу инопланетный вирус, «Кровь Демона», ставший бичом не только для героев, но и для злодеев. Он превращал живых существ в монстров, зомби-солдат, страшных чудищ; их ДНК менялось в засчитанные секунды, и некогда славные ребята обращались в кровожадных тварей, которым ничего, окромя разрушений, не нужно было.

Пали герои.

Пали злодеи.

Пали все.

А «Кровь Демона» продолжала захватывать весь Авалис, подчиняя себе каждого, кто подвергся его влиянию. Те, кому удалось уцелеть, бежали на остров Дня и Ночи, где основали штаб выживших.

— Именно здесь, друзья мои, авалисяне и нашли своё спасение, — закончил с рассказом Ниндзя.

Сказать, что Тейлз и Милла были в шоке от услышанного — это не сказать ничего. Ещё там, когда они находились на поверхности, на улице, ребята убедились в том, что будущее Авалиса обречено. Однако слова, а уж тем более многочисленные картины на большом мониторе — Ниндзя то и дело сменял их нажатием пальца по «стрелке» — расширяли границы того ужаса, с которым лису и собачке довелось столкнуться.

Тейлз молча смотрел на ампулу в своей руке, которую ему дал Ниндзя. Внутри неё — багряная густая жидкость, похожая на кровь; от неё исходило еле заметное искажение — или испарение — красновато-чёрного цвета.

«Кровь Демона».

— На данный момент я единственный выживший в этом мире, — Ниндзя сказал это с такой беспечностью, будто рассказывал какую-то простецкую байку. — Во всяком случае, я больше никого не нашёл.

— А как же Большая Земля? — воскликнула встревоженная Милла.

— Я не полностью её исследовал, практически всю свою жизнь прожив на острове. Возможно, там что-то и осталось, но я сомневаюсь.

— Ниндзя, ты же сказал, что остров Дня и Ночи стал спасением для выживших, так? — напомнил Тейлз, на что мечник ответил кивком. — Тогда… эм-м… как так вышло, что он тоже пал под гнётом вируса?

— А вот это уже вторая история…!

Когда штаб был основан, учёные тотчас же принялись за разработку вакцины, которая могла излечить всех от инопланетной инфекции и спасти Авалис. Руководителем происходящего был антропоморфные бык, Дораль, ещё при молодости работавший на последнего правителя Шан-Му, Мэра Зао. Отмечу также, что он оказался единственным, кто нашёл правильный подход к «Крови Демона» и за три года сумел изобрести лекарство, которые действительно могло бороться с заразой.

Вакцина стала нашей надеждой на счастливое будущее, началом новой жизни…

Но у Дораля были свои планы.

Он убил всех выживших учёных, а сам сбежал, прихватив с собой и вакцину, и вирус. Дораль подверг себя инфекции, но, на удивление, не обратился в бездушное создание, взяв от вируса хорошее и избежав побочных эффектов. Будучи инфицированным, однако разумным, Дораль подчинил себе других заражённых — мы уже тогда называли их рэнксами! — проложил им путь от Большой Земли к острову, а после присвоил его себе.

С тех самых пор Дораль стал называться О-Дором!

— Да как так можно? — вскричала возмущённая и одновременно огорошенная Милла. — Он же мог спасти весь Авалис!

— Скажи это ему, детка, — не без грубости фыркнул Ниндзя, скрестивший на груди руки. — Я давным-давно потерял счёт времени; не знаю, который сейчас год; есть ли в моей эпохе выжившие. Если бы не цель, которой я придерживаюсь уже очень долго — точно бы сошёл с ума.

Бассет стало искренне жаль мечника. Ей даже захотелось подойти и обнять его, чтобы утешить, но, поймав на себе хмурый взгляд карих очей, девушка не решилась. Ниндзя — не огорошенный смертью короля Шуигана Тейлз, и слёзы этому неписю стали чужды после того, что ему пришлось пройти на планете, полной одиночества и смерти.

Убежище синего мечника состояло из подземной каморки, в которую вмещались двуярусная кровать, компьютер с большим монитором и торговый поломанный аппарат, откуда Ниндзя постоянно брал еду (ворованную). Здесь, в отличие от коридора, было не сыро; противно пахнувшая вода зелёного цвета не капала из проржавевших труб; шум, происходящий на поверхности, казался отдалённым, что позволяло частично расслабиться.

— Ты идёшь на Аванпост, чтобы убить О-Дора, — не спросил, а констатировал Тейлз.

— Верно, хвостатый! — хмыкнул Ниндзя. Для себя он уже успел отметить, что лис, в отличие от эмоциональной собачки, оказался более здравомыслящим и расчётливым. — Вы, кстати, со мной пойдёте.

— С тобой? — переспросила Милла.

— Вам ведь нужна медалька Луны, верно?

Тейлз задумался. Испытание в буквальном смысле вынуждало его и Бассет вступить в схватку с рэнксами, побороться за своё существование в мире геноцида и одиночества, составить компанию одинокому мечнику, странствующему по острову в поисках О-Дора. С одной стороны, испытание на то и испытание, — оно не должно быть лёгким, если предлагает более чем высокую награду.

А с другой…

«Интересно, а какие испытания выпали нашим друзьям»? — думал Тейлз. Дело, конечно, субъективное, но лис был абсолютно уверен, что в таких миссиях должны были принимать участие либо Соник, либо Наклз, но никак не он — тот, кто из классической троицы занимал почётное звание «слабого звена». Те же Лайлак и Кэрол в одиночку бы управились с происходящим за один день.

— Ладно, тогда обсудим пару условностей — и потопаем к Аванпосту! Итак, насколько вы хороши в бою? — а Ниндзя будто знал, с чего стоит начинать расспросы. Во всяком случае, Тейлз тут же поник головой, признавая свою абсолютную бесполезность на поле боя.

— Сражаться я не умею, но могу использовать своё Ци как для лечения, так и для боя, — с этими словами Милла создала в руке небольшой кубик зелёного цвета.

— Хо-о, так ты у нас алхимик, получается?

— Я не знаю, как это называть. Пусть будет созиданием.

— Как скажешь, — усмехнулся мечник, после чего посмотрел на лиса. — А ты, шуба для моей тещи, чем порадуешь?

— Разве что своей бесполезностью.

— Это неправда! — моментально воскликнула Милла, сжав ручки в кулачки и с ярким возражением посмотрев на мобианца.

— Милла…

— Твой ум — твоя самая сильная сторона! Вспомни, как мы бежали из подземелий Шуигана?

— Без тебя я бы не…

— А без тебя мы бы не уплыли, ведь это ты привёл в действие ту поломанную лодку! А «Торнадо» кто починил? Тоже ты! Когда мы ходили на задание, ты, в отличие от нас всех, нашёл самый оптимальный подход по сбору кристаллов и был единственным, кто избежал встреч с пещерными чудищами. «Хаверкрафт» тоже собрал ты, и именно благодаря тебе мы попали на остров Дня и Ночи.

— Милла… — Тейлз почувствовал себя неуютно под пристальным вниманием ярких, зелёных очей — и засмущался. — В данный момент я действительно бесполезен.

— А я более чем уверена, что нет. Стоит тебе поймать нужную волну, как ты вмиг поймёшь, что и как нужно сделать, — продолжала говорить Милла. — Ты всегда действуешь обдуманно и чётко, никогда не полезешь вперёд, пока не просчитаешь шаги наперёд. Ты не боец, Тейлз, но замечательный стратег и гений, а потому не смей обесценивать свои сильные стороны. Ты — правая рука Соника, — а, значит, такой же удивительный герой, как и он!

У Тейлза пропал ход мыслей, а возражения застряли в горле. Мобианец на несколько секунд будто вернулся в подземелья Шуигана и смотрел на Миллу, чьи глаза были полны решимости и отваги, храбрости и энергии. Как и в прошлый раз, собачка вселяла в него чувство уверенности, не позволяла ему сомневаться в своих силах и поддерживала с такой страстью, что лису на секунду показалось, будто он и есть главный герой, способный превратить плохое будущее в хорошее.

«А ведь верно»! — пронеслось в голове Тейлза. Соник никогда бы не добрался до Яйца Смерти несколько лет назад, если бы лис не прицепил к биплану реактивную ракету и не помог ежу догнать улетающего Роботника. Привокзальная Площадь превратилась бы в руины из-за ракеты Эггмана, если бы Тейлз вовремя её не обезвредил. Мобианец считал, что всё, что он делал — это лишь следовал за храбрым Соником, раскидывающим бадников направо и налево.

Вот только с некоторыми Соник бы точно не справился, не будь рядом Тейлза, у которого под рукой всегда находилось всё самое необходимое — энергетические кольца, Изумруды Хаоса и «Торнадо».

— Откуда в тебе столько энергии? — через несколько секунд улыбнулся польщённый тёплыми словами Тейлз.

— Не знаю. Наверное, я такой родилась, ахах, — рассмеялась Милла.

Лис на мгновение закрыл глаза. Не сказать, что слова Бассет как-то повлияли на его мировоззрение и сделали из него уверенного парня, однако идеи моментально хлынули ему в мозг подобно прорвавшей дамбу воде. Он опустил глаза на ампулу с «Кровью Демона», затем посмотрел на стол, заваленный различными бумагами и прочими формулами.

— Предлагаю повременить с рейдом на Аванпост, — его слова изумили авалисянку. — Прежде, чем мы пойдём туда, я хочу создать вакцину.

— Но… это очень старые записи, — напомнила Милла. — Ниндзя же сказал, что основную часть Дораль забрал с собой.

— Именно по ним я и создам новую формулу — по старым записям. Мне потребуется пара дней, чтобы я разобрался в них, а уже после приступил к экспериментам. Также мне потребуется живой рэнкс для опытов. Если вакцина подействует, мы запустим её с Аванпоста в небо, и лекарство в виде дождя упадёт на земли Авалиса. Мы спасём будущее!

Бассет выслушала мобианца, после чего… улыбнулась. И взгляд её стал до невозможности тёплым, а добрая улыбка сделала девушку ещё милее.

— Эм-м… — растерялся Тейлз. — Я сказал что-то не то?

— Да нет, наоборот — то, что надо, — с улыбкой изрекла Милла, закатив глазки. На её щеках появился румянец.

— Ну… тогда… мм… что скажешь, Ниндзя? Эм-м… Ниндзя?

А Ниндзя в это время дремал, продолжая сидеть на краю стола. Тейлз и Милла так увлеклись обществом друг друга, что не сразу обратили внимание на его отсутствие в беседе. В какой-то степени стало даже стыдно.

— Ниндзя!

— Z-z-z… z-z-z… А? Что? Где? — синий мечник едва не свалился со стола, однако быстро оправился, увидев гостей из прошлого. — А, это всего лишь вы…! Какое разочарование!

Герой из будущего уныло зевнул.

— Ну что, наворковались, голубки?

— Мы… — парочка моментально смутилась, покраснев от кончиков ушек до пят. — М-мы всего лишь разговаривали!

— А, это теперь так называется? Ну ладно, — ухмыльнулся Ниндзя, смущая ребят ещё сильнее. — Так-с… на чём мы там остановились?

— На сильных качествах Тейлза, — сказала Милла. — И у него есть план, как спасти будущее.

— Серьёзно? И как?

— Ну что ж, дубль два, — усмехнулся Тейлз, после чего ввёл синего мечника в курс дела.

***

— Полагаю, это и есть тот самый Проклятый Лес, о котором говорил Зао? — уточнил Торк, когда красный джип остановился на холме. Эми заинтригованно выглянула из-за его головы и посмотрела вперёд.

Перед командой «Трефа» располагался дремучий тёмный лес, над которым возвышались огромные горы со снежными верхушками. Путь к нему лежал только через деревянный мост, перекинутый через ров, полный холодной родниковой воды. Тёмно-синие тучи над этим местом словно границей между Авалисом и За-Авалисом были, сильно выделяясь на фоне ярко-голубого неба.

Почему?

Проклятый Лес, пожалуй, был самой страшной легендой, обитающей в Шан-Му, как нечто таинственное, неизведанное. Каждый, кто входил в него, назад больше не возвращался. И не важно, кем являлся путник — простым гражданским или искусным воином: этот лес становился болотистыми топями для всех, даже для легенд вроде Королевского Магистра.

Спейд выключил зажигание, и троица покинула джип, отправившись к мосту. Проникновение по другую сторону от Авалиса начиналось с водопада, который преграждал вход в Проклятый Лес на середине моста. По воздуху проникнуть в Лес нельзя было: тучи моментально били молниями всё, что поднималось выше самого низкого дерева.

Действительно Проклятый Лес!

— Такое ощущение, будто Зао хочет от нас избавиться, — буркнула Эми, скрещивая руки под грудью. — Это место оказалось не под силу его воинам, мастерам кунг-фу и даже кудесникам дао. Откуда у него такая уверенность, что его осилим мы?

— Придерживайся своего ощущения, а о причинах не задумывайся, — холодно изрёк Спейд.

— Всё дело в жадности, Эми, — прояснил ситуацию проницательный Торк. — Отсутствие конкретики даёт простор для фантазии.

Роуз снова заворчала. Образ дружелюбного лиса-правителя медленно претворялся в гнусного казначея, которому нужны были деньги, деньги и ещё раз деньги. Разумеется, если некая троица исследует Проклятый Лес и найдёт причину пропажи тех, кто в него входит, а затем вернётся с полученными результатами в Шан-Му, Зао страшно озолотится. Можно даже сказать, первооткрывателем станет на всём Авалисе, сделав на аномальной зоне удивительную сенсацию.

Нетрудно догадаться, что после такого и Королевский Магистр, и покойный Акс отойдут на задние ряды, невольно уступив место успешному Зао.

— Очень похоже на Бермудский Треугольник, — поймав на себе взгляды товарищей, Торк объяснил: — Мне командир рассказывал, будто всё, что в него попадает, бесследно исчезает.

— Быть может, там призраки? А вдруг духи? А если в таких местах водится какое-нибудь чудище, которое всех кушает? А если…

— А если ты помолчишь, будет ещё лучше! — осадил ежиху Спейд, после чего посмотрел на стену из воды. — При других обстоятельствах я бы отказался от такого задания, но выбор у меня невелик. Ладно, ждите меня здесь! Я скоро!

— В смысле? — опешила Эми.

— В определённом.

Панда хотел было идти дальше, как Роуз преградила ему дорогу и, уперев руки в бока, недовольно посмотрела на него.

— Не надо мне язвить, Мистер-Вечно-Недовольный! Я прекрасно поняла, что ты имел в виду, и именно поэтому спрашиваю - в смысле? Совсем офигел, что ли?

— Мобианка, ты стоишь у меня на пути, — нахмурился Спейд.

— У меня имя есть — это раз! И два — с какой стати ты пойдёшь один? — осерчала Эми. — Мы вообще-то команда, не забыл ещё? У нас никто в одиночку не ходит.

— Ты меня напрягаешь. Между прочим, для тебя это идеальный шанс постоять в сторонке и не мешать взрослому дяде копаться в дерьме.

— Ой-ой-ой, какие мы пафосные! Так заруби себе на носу: я тоже хочу пойти туда… — указывает на вход в лес. — И покопаться в дерьме!

— Эми имеет в виду, что нам лучше держаться вместе, а не расходиться, — Торк тяжело вздохнул. С той самой минуты, как он и Эми стали составлять компанию Спейду, ему пришлось взять на себя роль дипломата, дабы успокаивать непримиримую парочку, готовую в любую секунду переругаться друг с другом. — И знаешь, я с ней согласен. Один за всех — и все за одного!

Наёмник хмуро закатил глаза.

— Ладно, воля ваша, иноземцы. Хотя я дал вам идеальный повод меня кинуть.

— Уверена, ты бы так и поступил, окажись на нашем месте.

— Идея с твоей гибелью мне начинает казаться самой разумной, — не без холода промолвил Спейд.

— Наслаждайся моим обществом, пока я тебе разрешаю, — фыркнула Эми.

«Эти двое меня утомляют», — уныло подумал чейзер. Радовало лишь одно: панда больше не стал настаивать на сольном похождении, согласившись с командной работой.

«Не ходи в Проклятый Лес»! — гласила надпись на деревянном столбе.

Троица синхронно взошла на деревянный мост и двинулась вперёд. Спейд так и не расстался с двумя мачете, решив их использовать и в дальнейшем, а не только карты. Эми приготовила «Пико-Пико», а Торк перезарядил плазмомёт, активируя на голове оранжево-чёрный шлем. Нынешнее задание представлялось очень сложным в силу мрачных слухов и мифов, но, поверни ребята назад — и война между Шан-Му и Шуиганом вспыхнет, как спичка. Нужно было постараться!

Эми вскрикнула, когда холодная вода затекла ей под одежду, а вот Спейд сохранил молчание. Торку повезло больше: его костюм был максимально закрытым, предоставлял великолепную ПСИ-защиту и изоляцию от внешнего мира на случай, если в атмосфере преобладает повышенная термическая активность или что-то ещё. Воистину, Альянс славился отличными технологиями…

Большую часть которых нагло присвоил себе Бревон.

И оказалась команда «Трефа» на другой стороне моста, встречая перед собой несколько развилок, уводящих в горы, деревья и ручей под мостом, течение которого неслось к местному озеру. Ни останков предыдущих авантюристов, ни каких-либо следов — лес был пуст, будто и не входили в него никогда.

— Слишком тихо, — промолвил Спейд. Его глаза хмуро скользили по окружению в поисках чего-то подозрительного, но, к сожалению, подозрительным было абсолютно всё. — За свою карьеру наёмника впервые с подобным сталкиваюсь.

— Полностью с тобой солидарен, — кивнул Торк. На его радаре были отмечены только три точки — это «Трефа».

Эми, поёжившись, сделала шажок вперёд…

И кубарем полетела вниз из-за надломившейся сырой доски. Ни Спейд, ни Торк — никто из них не успел среагировать, как течение понесло кричащую Эми влево, кружа её, как на аттракционе «Ракушка».

— Проклятье! — выругался Спейд, когда ежиха скрылась за деревьями. — Говорил же, чтоб ждали меня!

— Наверное, Золотой Дракон решил претворить твои пожелания в реальность, — усмехнулся Торк, вспомнив слова наёмника. Правда, потом посерьёзнел и добавил: — Ладно, с кем не бывает. Мост и правда отсырел, упасть мог кто угодно.

— Почему-то в неприятности попадает именно она.

Чейзер насторожился, когда радар поймал неожиданную активность, находящуюся в трёхстах метрах от них впереди. Панда вопросительно посмотрел на напарника.

— Источник статичен. Хм-м…! — Торк нахмурился, пытаясь понять, что это такое. — Ладно, я пойду к нему и попробую всё выяснить.

— А как же «командная работа»? — хмуро напомнил Спейд.

— Ты лучше отыщи Эми, пока она из-за отсутствия опыта в подобных вылазках не заблудилась. Я бы сам за ней пошёл, однако радар интегрирован в мой костюм, дать тебе его не смогу, а без него ты источник не найдёшь.

Наёмник уныло вздохнул, прижав ладонь к лицу. Видно, Золотой Дракон не только удовлетворил его желание в плане исчезновения Эми, но и осуществил второе — покопаться в дерьме. И увы, выпадала эта ноша на его плечи.

— Встречаемся около моста, — недовольно бросил Спейд.

— Ага, — кивнул Торк.

***

— А-а-а… еб… бл… твою ж… э-э… да бл…!

А течение продолжало увлекать в свои карусели пытающуюся ругаться Эми, при этом не давая ей никакой возможности зацепиться либо за камни, либо за высокие травы, свисающие с берегов. И крутило ежиху с такой скоростью, что Роуз уже не считала свой приём с вращением молота вокруг оси чем-то вычурным. Напротив — именно благодаря ему девушка натренировала свой вестибулярный аппарат, и именно он не позволил мобианке опустошить свой желудок через рот.

Однако продлился аттракцион недолго. Течение принесло Эми к водопаду, с которого ежиха с самым что ни на есть отборным матом полетела в озеро. Столпы брызг разлетелись во все стороны, а упавшая Роуз погрузилась в воду с головой, но, к счастью, ничего себе не разбила: дно оказалось глубоким. Даже чистым, к огромному удивлению: ни ила, ни водорослей — ничего, кроме золотого песка, усыпанного цветными ракушками.

Даже рыб…!

— Кха-а-а-а-х…!

Наконец, вынырнув из воды, Эми с безумными глазами начала глотать живительный кислород, как самый вкусный напиток, который ей вообще доводилось пробовать. Настроение было ужасным: одежда вымокла до нитки и облегала её стройное тело, как купальник (или тряпка), стало ужасно холодно из-за родниковой воды, а раздражение, которое Эми глушила на протяжении десяти минут, вырвалось на свободу.

— Блин! — выругалась Эми. — Я теперь вся мокрая.

Всё, что ей сейчас хотелось — это встретить Спейда и дать ему по лицу. А лучше — Эггману или даже Бревону! Или Серпентину, или Дейлу, или ещё кому-нибудь, кто её бесил. За то недолгое время, что ежиха провела здесь, на Авалисе, одно она поняла точно: когда мобианцы вернутся на свою планету, но будут иметь возможность ещё раз посетить эту, Роуз точно не согласится.

Этот мир был диким!

Не таким ламповым, как Мобиус.

В нос вдруг вдарил приятный аромат, из-за чего ежиха навострила ушки.

— Нюх-нюх… розмарином, кажись, пахнет, только…? — Эми вопросительно огляделась по сторонам в поисках источника, но ничего не нашла. Впрочем, вода перестала быть раздражающе холодной, став приятно прохладной. Роуз даже позволила себе выдохнуть и, закрыв глаза, погрузиться в озеро по самую шею.

Приятно, очень приятно!

Нежное ощущение в одночасье вернуло Роуз в прошлое, в её дом, в ванную комнату, где ежиха любила нежиться в тёплой воде, покрытой пористой пеной с ароматом цветов и яблока. Она подолгу могла лежать в ванне и урчать от счастья, и если бы не внеочередные желания найти Соника и побыть с ним наедине — точно бы не покидала свой райский уголок блаженства…

Соник…

Эми стало очень горько. Каждый раз она испытывала боль в груди и тоску, вспоминая, какими словами синий ёж отшил её на песчаном берегу, когда она сцепилась из жгучей ревности с Лайлак. Его зелёные глаза казались в этот момент самыми настоящими изумрудами, и Роуз отчётливо начинала понимать, почему зелёный цвет воистину считается одним из самых холодных наряду с голубым. Соник был мрачен, а его голос, казалось, гвоздями прибивал тело Эми к стене, оставляя на нём кровоточащие раны…

…которыми, по сути, было покрыто её горячее, женское, влюблённое сердце.

Отчасти Эми ненавидела Авалис: он отнял у неё её возлюбленного. В то же время Роуз видела в этом и справедливую картину, поскольку Соник избегал каких-либо контактов с ней даже на Мобиусе. Дикая Планета всего лишь поспособствовала тому, чтобы синий ёж ей открылся. Жаль только, что ожидаемый эффект получился с точностью да иным.

— Эми?

У Роуз аж сердце усиленно застучало, когда она услышала Этот голос. Именно Этот, не чей-либо ещё! Тот самый голос, который способен был окрылить её душу эйфорией и подарить воистину отличное настроение, как минимум, на ближайшие два часа. Голос, полный энергии и энтузиазма, раздражающий злодеев, но воодушевляющий героев.

Зелёные глаза ежихи расширились, когда она посмотрела на Него через плечо.

— К… к-к-как…?

Синий окрас, красные кеды, желтоватое брюшко и ярко-зелёные глаза — Соник совершенно не изменился с их последней встречи, да и, наверное, уже никогда не изменится. Он стоял на камне и удивлённо смотрел на Эми, и в этот момент у Роуз всё с головы на ноги перевернулось: ёж был не воображаемым, а самым настоящим. Даже иглы слегка покачнулись, когда со сторону подул прохладный ветерок, охлаждающий горячую кожу мобианки.

Еле слышно выдохнула ежиха через приоткрытые губы, прикусывая нижнюю белоснежными зубками.

— Прости, я, наверное, очень не вовремя, но… почему ты плачешь? — вопросил Соник, и Эми, прижав ладони к пунцовым щекам, быстро оправилась и смахнула мокрыми пальцами слёзы.

— Вода в глаза п-попала, ничего б-более, — тихо вымолвила Роуз. В другой раз она бы обрадовалась его появлению, но сейчас ей искренне не хотелось встречаться с ним глазами, дабы не провоцировать себя на очередную тоску. — Как ты меня смог найти?

— Вообще-то я просто спустился к озеру, чтобы воды попить, а тут ты.

— Ясно.

Повисла пауза, в которой рождалось напряжение вперемешку с гнетущей атмосферой. Эми приоткрыла рот, чтобы расспросить Соника о том, что произошло с ним и остальными после её исчезновения — и так же закрыла его. Общаться с ним — всё равно, что водить ржавым гвоздем по сердцу.

— Мы искали тебя, Эми!

— Не стоит, тем более уже сегодня — на крайний случай завтра! — мы бы встретились.

— Я тебя искал…!

Роуз опустила брови, сжимая зубы. Нет, это слишком! Априори нельзя было выносить подобные заявления с холодной сдержанностью, учитывая и натуру Эми, и то, что произошло между ней и Соником на берегу, и одностороннюю любовь. Это для него подобные вещи казались простецким увлечением…

А для всё было серьёзно.

— Соник… н-не нужно… — сквозь зубы попросила Эми. Голос синего ежа и раньше воздействовал на неё, но сейчас он, казалось, касался струн её души. Только проведи по ним пальцами — и она разревётся, как маленькая девчонка. — Со мной всё хорошо, я в полном порядке. Сейчас только отдышусь немного — что-то сердце у меня расколотилось не на шутку — и пойду искать своих компаньонов. Одному из них даже морду набью.

— Тем не менее, рекомендую тебе выбраться на берег, а то ты можешь простудиться. Я уж, прости, не смогу тебя вынести на руках, ибо… ну… сама знаешь, как я боюсь воду.

Роуз усмехнулась. Как и раньше, ёж всё так же несерьёзен.

Несмотря на то, что вода помогала ежихе охладиться, девушка решила прислушаться к словам Соника, — тем более перспектива заболеть её совершенно не прельщала, учитывая, сколько ещё им нужно будет сделать, чтобы вернуться на Мобиус. С простудой особо не повоюешь.

— Давай руку! — дружелюбно предложил Соник, когда Эми подошла к берегу.

Мобианка ещё сильнее поникла головой, и её ушки прижались к макушке. Однако она приложила максимум усилий, чтобы сдержать эмоции, и взялась за руку ежа, который тотчас же потянул ежиху наверх.

Увы, врождённая неуклюжесть и здесь всё испортила — и споткнувшаяся Эми с разлёту прижалась к груди Соника, от испуга схватив его за талию, — как и он её. На душе стало ещё тяжелее, чем раньше. Почему именно он? Почему не Тейлз, не Наклз, а именно Соник? Это было слишком…!

— Эми, а ведь я правда тебя искал! — к музыкальному голосу Соника присоединились его руки, ещё крепче обнявшие мокрую Эми, прижимая к своей груди. Его сердце колотилось не меньше её. — Вернее, собирался уже выдвигаться на твои поиски, но кое-что меня остановило.

— Соник… з-зачем ты мне всё это говоришь? — Роуз окончательно поникла головой, чувствуя, как предательские слёзы обжигают её щёки. Жар становился всё сильнее и сильнее, и идея вернуться обратно в озеро мобианке казалась самой разумной. — Мне… мне тяжело это слышать… из твоих уст…! П… п-просто молчи и пой… п-пойдём к ост…

Мобианка окончательно впала в ступор, когда герой Мобиуса взял её за подбородок и заставил девушку поднять влажные глаза наверх, — чтобы встретиться с ним взглядами. Яркие изумруды — в этот раз они не были холодными, а наоборот — тёплыми, нежными, до боли родными.

— Эми, мне тоже очень неприятно из-за того, что между нами произошло. Я растерялся и… ну… в общем, получилась вся эта ерунда. Но знай: мне не плевать на тебя, — изрёк синий ёж. — Просто это… тяжело, когда ты должен и друзей спасти, и злодеев остановить, и придумать способ, как вернуться домой, и… многое другое. Я сорвался тогда, а потом, когда остыл, понял, что был не прав.

— Я… я… это я была не права. Мне говорили, а я…

— Я чувствую то же самое, что и ты.

Ударить… или обнять? Или ударить? Или обнять? Как тут держать себя в руках, когда Соник играется мелодиями в голосе, а его слова с точностью да наоборот противоречат тому, что он ей однажды сказал? Соник… тот самый Соник из её фантазий, оплот воображения и источник романтического влечения… и не только романтического.

— То же самое, что и я, говоришь? Почему ты меня обманываешь? — Эми не выдержала такого напора, дав волю чувствам и эмоциям. Её сердце вновь зажглось, но в этот раз пламенным огнём, состоящим как из любви к этому парню, так и обиды. — А чувствовал ли ты себя ненужным, когда тот, кто тебе искренне дорог, на тебя даже не смотрит? А знакомо ли тебе чувство брошенного котёнка, который тянется к рукам того, кого любит, а вместо этого получает щелчок по носу? ЗНАЛ ЛИ ТЫ, КАК МЕНЯ ПОЖИРАЕТ ЧУВСТВО НЕРАЗДЕЛЁННОЙ ЛЮБВИ, ПОКА ТЫ ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ ПОПЫТАТЬСЯ СО МНОЙ КАК-ТО ОБЪЯСНИТЬСЯ, ВСЁ ВРЕМЯ УБЕГАЛ? НЕТ, ТЫ ЭТОГО НЕ ЗНАЛ, ПОТОМУ ЧТО ДАЖЕ НЕ ЗАДУМЫВАЛСЯ ОБ ЭТОМ НИКОГДА! РЕШИЛ, ЧТО Я — ОБЫЧНАЯ ВЛЮБЛЁННАЯ ДУРОЧКА, КОИХ У ТЕБЯ ПРУД ПРОДИ — И ДАВАЙ ЛОВИТЬ КАЙФЫ НА ФОНЕ СВОЕЙ ПОПУЛЯРНОСТИ! ХНЫК…! ТЫ НИКОГДА НЕ ЧУВСТВОВАЛ ТОГО ЖЕ, ЧТО ЧУВСТВОВАЛА Я И… ЧУВСТВУЮ ПО СЕЙ ДЕНЬ! ПОЭТОМУ… П-ПОЭТОМУ… НЕ СМЕЙ МНЕ ГОВОРИТЬ ТАКИЕ СЛОВА, ИНАЧЕ ТЫ АПРИОРИ СТАНЕШЬ ИСТОРИЧЕСКИМ ЛИЦЕМЕРОМ!!!

Соник молча стерпел сказанное Эми, из-за чего последняя слегка остыла. Своих слов она не стыдилась, ведь сказала ему абсолютную правду, — ту, с которой жила с момента их знакомства и по сей день. Раз ёж решил прикоснуться к самому сокровенному, что жило в ней, — так пускай познает это со всей страстью, что была ей присуща.

— Ну? Что ты молчишь? — гневно выпалила Эми. — Где там твоё понимание?

— Я от своих слов не отказываюсь, Эми, — с тем же бархатным баритоном сказал Соник.

Роуз оскалилась — и, наплевав на все правила и нет — впилась в его губы злым, жадным поцелуем. И в этот момент ей стало абсолютно плевать на то, что синий ёж объяснил ей всю ситуацию на Авалисе — на это она чхать хотела, учитывая его дразнящий взгляд. Раз понимает, то пускай получает сполна! Нельзя быть хорошим во всём, — что-то должно оставаться плохим, и не важно, что именно! И раз Соник решил наступить на старые грабли, то и Эми наступит, — и плевать, что её ждёт после этого. Её сущность — это действовать в лоб, а не тонко, как Соня или Руж.

Однако Соник не отстранил её. Поначалу, конечно, он оторопел, но потом закрыл глаза — и отдался на волю поцелуя с Эми. Последняя бы удивилась этому, если бы не поняла главного: это именно то, чего она хотела на протяжении многих лет. Со всей душой она обхватила руками его шею и углубила поцелуй — и Соник сделал то же самое. И в этот момент ежиха почувствовала, что он действительно был с ней искренен. В нём чувствовалась точно такая же страсть и искра, которая жила в её сердце. Он тоже испытывал подобный ураган чувств и эмоций в душе, а потому его прикосновения стали воистину обжигающими.

Они больше не проронили каких-либо слов — просто упали на траву, увлечённые друг другом. Через несколько минут мокрое бельё было отброшено в сторону…

***

— Хм-м… — Спейд остановился, уловив приятный аромат, источником которого стали красно-синие цветы. Подойдя ним, панда сорвал один и, принюхавшись, закрыл глаза. — Аромат, кажется, жасминовый. Часто используется в качестве афродизиака.

Наёмник шёл по краю берега, следуя за течением. Звать Эми он не собирался, тем более его крики могли привлечь чужое внимание, а в данный момент панда не хотел сражаться. Во всяком случае, до тех пор, пока не найдёт мобианку. А искать ежиху действительно нужно было, учитывая её привычку вляпываться в неприятности. Чего стоил едва не произошедший провал операции на дирижаблях Шуигана…

Спейд рассчитывал встретить какую-либо опасность в Проклятом Лесу, но здесь ничего, окромя афродизиака, не было. Не головокружительный, конечно, но достаточный для того, чтобы тело расслабилось. В данный момент хотелось не брести куда-то в поисках раздражающей девы, а уехать в местный кабак и напиться чего-нибудь горячего, тем более поводов у наёмника было хоть отбавляй: предательство Дейла, гибель «Красных Шарфов», возможная война между Шан-Му и Шуиганом, Лайлак…

Лайлак…!

Спейд хмуро фыркнул. Прошло много лет, а его отношение к ней так и не изменилось с тех пор, как драконша покинула организацию наёмников вместе с Кэрол. Но если к последней панда не питал ничего, кроме безразличия, то с сиреневой красавицей всё было иначе. Злость, обида, в какой-то степени даже ненависть — и это была лишь малая часть того, что Спейд мог излить на Лайлак, попадись она ему на пути.

«Почему она так со мной поступила? Мы же семьёй практически были: я, она и Кэрол! Мы — одиночки-изгои Авалиса, давным-давно нашедшие друг друга! Что изменилось-то? Почему она мне ничего не сказала»?

Для Спейда, по сей день доказывающего свою преданность и верность дружбе — даже сейчас, имея возможность сдать предательниц Шуигану, он не собирался этого делать, — решение Лайлак стало настоящим колом, ударившим его прямо в сердце. И даже не столько решение, сколько нежелание, по крайней мере, объясниться с ним — почему она это сделала, что её побудило на подобное. Лайлак просто вернулась после трёхмесячного исчезновения — и покинула «Красные Шарфы».

Спейд прекрасно помнил, как плакала Кэрол, когда Лайлак пропала без вести. Будто сквозь землю провалилась она. Вместе с Тиа он искал Саш — и в городах, и в лесах, и объездил весь Авалис на своём джипе. Всё, нет её и, казалось, не было никогда.

«Это — тёмное прошлое, о котором я более не хочу вспоминать. Просто примите это как данность и не расспрашивайте меня».

Почему это прошлое было «тёмным»? Где она пропадала тогдашние три месяца? Из-за чего Лайлак вдруг решила измениться? Да чёрт его знает! Рассказала ли она о своей пропаже Кэрол спустя много лет? Спейд в этом страшно сомневался, зная характер своей бывшей сиреневой подруги…

Которой на самом деле искренне восхищался!

С этими мыслями Спейд вышел к озеру, взбираясь на камень — и обомлел, округляя от шока глаза. Сердце непроизвольно ударилось в такт водопада и забилось в унисон его музыке, а руки сжались в кулаки. Что угодно наёмник ожидал увидеть: сторукое чудище, фракцию инопланетных злодеев или, в конце концов, истеричную особу в лице Эми Роуз, вечно всем недовольную…!

Но никак не сиреневую, до боли знакомую фигуру, по плечи находящуюся в воде и стоящую спиной к нему. Её было трудно не узнать, учитывая, сколько времени в прошлом они провели рядом, сколько сражались бок о бок, сколько разграбили священные пещеры...

— Саш? — вымолвил огорошенный Спейд.

Дух наёмника захватило ещё больше, когда та дёрнулась, а затем посмотрела на него через плечо. Да, действительно, — это была самая настоящая Лайлак, которая до безумия любила воду и большую часть своей жизни готова была провести в ней. Водяной полудракон, потомок настоящего дракона и ежихи, из-за генетики лишённая слуха.

— Спейд? — вымолвила не менее шокированная Лайлак.

— Что ты здесь делаешь? — вопросил наёмник. Наличие старой знакомой в Проклятом Лесу никак не укладывалось в голове парня. — Если скажешь, что всё дело в поисках сокровищ, то я тебе ни на йоту не поверю.

— К тебе у меня тот же вопрос, но, впрочем, ты всё равно мне не расскажешь, поэтому… забей.

— Забить, да? Ну, другого я от тебя и не ожидал услышать. Ты на все вопросы отвечаешь одним и тем же, ничего удивительного.

Повисла пауза, в ходе которой панда начал распаляться ещё сильнее, видя в нескольких метрах от себя предмет и своей симпатии, и обиды одновременно. В другой раз он бы даже напал на неё, однако сейчас ему не то, что драться — даже оскорблять её не хотелось. Жасминовый аромат глушил в наёмнике злобу, расслаблял его подобно эфирному маслу во время массажа. Нет смысла в этой перепалке, тем более битва в Святилище Королевского Камня ясно дала понять, что ему не сладить с Лайлак: та и без Кэрол не менее грозный противник.

— Мне искренне жаль, Спейд, что ты по сей день продолжаешь жить прошлым.

Наёмник оскалился. Тихий, робкий голосок Лайлак казался ему ржавым гвоздем, которым юноше только что провели по сердцу. И ладно бы, скажи она ему что-то другое, так нет же — ударила по самому сокровенному, что в нём жило.

— Искренне?! Разве может тот, кто тебя однажды предал, быть искренним? — холодно процедил Спейд. — Я ещё поверю в то, что ты меня ненавидишь, но в твою жалость…!

— Ненавидишь меня как раз-таки ты, а не я тебя, — тихо возразила Лайлак, уведя взгляд в сторону. Мелодия воды, смакуемая жасминовым ароматом, не давала панде по-настоящему вспылить, в последние секунды опустошая его гнев. — Впрочем, в этом есть и моя вина, так что смысла мне надеяться на твоё прощение нет. Ты всегда был таким принципиальным.

— Раньше тебя это восхищало.

— Меня это восхищает и сейчас.

Наёмник стиснул зубы, почувствовав второй укол ржавого гвоздя.

— И долго ты будешь полоскаться в этом болоте?

Саш тяжело вздохнула, после чего двинулась к берегу, а Спейд приложил максимум усилий, чтобы сохранить каменное выражение лица. Воистину, Лайлак была прекрасной: голубые жилетка и шорты подчёркивали формы и изгибы её соблазнительного тела, а в мокром виде драконья сексуальность возрастала вдвое, если не втрое. Недаром ведь говорили в народе, что драконы сильны — и в бою, и в очаровании. Был в них свой шарм, присущий только им и никому больше. Особенно в больших глазах, в которых всегда кипит энергия.

— Ладно… — выдохнув, Спейд подал Лайлак руку, когда та подошла к берегу. Та, поколебавшись, всё же приняла её, и панда потянул драконшу наверх…

И моментально ощутил мокрое прикосновение к своему телу, по инерции хватая девушку за талию, когда та прижалась к нему. Умышленно это было или нет — глаза Спейда моментально округлились, а нервный выдох так и застрял в горле.

Он обнимал ту, которую безмерно обожал в прошлом — и скрытно любил в настоящем. Наёмник никогда бы такого не сказал в силу своего характера, но разум и тело — несовместимы точно так же, как зелёный и красный цвета. А потому, когда Лайлак так близко, прижимаясь к нему грудью, он сделал то же самое, — вернее, сделали его руки.

«Да что же я делаю? Она же мой враг! Предательница, наплевавшая на обещание, которое мы друг другу давали! Отпусти её! Отпусти»!

— А Кэрол ты приоткрыла занавес своей таинственности? — увы, в борьбе разума и эмоций победили эмоции, — а потому Спейд вернулся к старой теме, которую Лайлак старалась избегать. — Или по-прежнему молчишь, как истукан, ссылаясь на якобы своё «тёмное» прошлое?

— Зачем ты спрашиваешь меня об этом, если и так всё прекрасно знаешь? — тихо вымолвила Саш, держа голову опущенной.

Наёмник сделал глубокий вдох — а затем взял девушку за подбородок и заставил её встретиться с ним взглядами. Её глаза — алые, как кровь, и бархатные, как лепестки розы. Не утонуть в них оказалось куда сложнее, чем битва с Дейлом на крыше поезда.

— Потому что я не заслужил такого отношения к себе, которое получил от тебя в итоге, — промолвил Спейд, и его руки задрожали. Он перестал быть камнем и распахнул ставни, что долгие годы закрывали его боль. — Я по сей день верен тем словам, которые однажды сказал тебе, а ты…!

— Я верна им не меньше тебя.

— А я этого не вижу, прикинь?

Панда почувствовал внезапный накал эмоций, исходящий от драконши — и понял, что всё-таки задел её за живое. От немногословной Лайлак и след простыл, уступая место настоящей ей — той, в которой бурлила бешеная энергия; той, с чьей яростью боялись столкнуться многие.

— Что ты не видишь? Того, что я живу вне цивилизации и свожу концы с концами, пока ты пропиваешь свои деньги в барах, часть из них спуская на любовниц? Или, быть может, не видишь, скольким мне пришлось пожертвовать, чтобы вырваться из того Ада, в котором я раньше жила? А не думал ли ты, что я, быть может, и хотела тебе открыться, да только ты включил похер-фэйс и вместо того, чтобы выслушать меня, решил со мной подраться там, в Святилище Королевского Камня? Что? ЧТО ТЫ СМОТРИШЬ НА МЕНЯ, А? ИЛИ ТЫ ТОЛЬКО ПОРИЦАТЬ МЕНЯ МАСТЕР, А НЕ ПОНИМАТЬ? ЗНАЛ ЛИ ТЫ, ЧТО МНЕ БОЛЬНО ТОЧНО ТАК ЖЕ, КАК И ТЕБЕ? НЕТ, ТЫ НЕ ЗНАЛ! ПОТОМУ ЧТО ТЫ С ПЕРВЫХ МИНУТ НАШЕГО ЗНАКОМСТВА БЫЛ ЗАЦИКЛЕН ЛИШЬ НА СЕБЕ, А ПОТОМУ КАЖДЫЙ, КТО НЕ СООТВЕТСТВОВАЛ ТВОИМ ОЖИДАНИЯМ, АВТОМАТИЧЕСКИ СТАНОВИЛСЯ ПРЕДАТЕЛЕМ! ТЫ НИЧЕМ НЕ ЛУЧШЕ МЕНЯ, ВОТ ТОЛЬКО Я НАХОЖУ В СЕБЕ СИЛЫ РАСТИ И РАЗВИВАТЬСЯ, А ТЫ КАК ЖИЛ ПРОШЛЫМ, ТАК И ПРОДОЛЖАЕШЬ ИМ ЖИТЬ!

Спейд не стал возражать и молча принял сказанное Лайлак. Права ли была она? Конечно же, права! Сколько бы дней ни прошло; сколько бы месяцев не кануло в Лету — он продолжал жить воспоминаниями о славной троице, где у него была лучшая подруга, которой панда восхищался. Не хотел мириться с тем, что та, которую Спейд безмерно любил, всадила нож ему в спину и ушла…

Но как бы наёмник не лелеял свою обиду, мысленно он отдавал себе отчёт в том, что проистекает она не из ухода Лайлак. Напротив, панда был даже рад тому, что драконша нашла в себе силы покинуть «Красные Шарфы» и зажила новой жизнью.

Спейд обижался на Лайлак за то, что она не рассказала ему о своём «тёмном» прошлом…

Несмотря на то, что свою надёжность он оправдывал по сей день.

— Ну, что ты молчишь? — гневно вопросила Лайлак, метая искры глазами. — Никак, прозрел?

— В отличие от тебя, Саш, я прозрел ещё год назад, — хмуро отчеканил Спейд.

Шок. Растерянность. Неверие. Потрясение.

Панда даже моргнуть не успел, когда драконша окончательно вспыхнула — и огорошила его внезапным поцелуем. Он был злым, грубым, но в нём Спейд почувствовал ту самую отдушину, которую желал получить. Не просто поцелуй с бывшей подругой, а именно те самые чувства и эмоции, что кипели в нём всё это время.

А потому, попытавшись оттолкнуть от себя Лайлак, Спейд болезненно поморщился — и ещё крепче прижал девушку к себе, отдаваясь на волю поцелуя с прошлым, полным горечи и одновременно радости. Да, действительно, — она верна тем словам, которые однажды сказала ему. Её сердце стучало ничуть не слабее его, а энергия, присущая ей, питала его, как живительная вода — растения. Было ли ей больно точно так же, как и ему? Было, ещё как было, — Спейд чувствовал это, крепко-крепко прижимая к себе тело сиреневой подруги и заставляя её выгнуться в пояснице. Ощущал аркан сильных рук Лайлак на своей шее — и это побуждало его продолжать, не останавливаться.

Не отстраняясь от желанных губ, Спейд скользнул рукой по телу Лайлак, взялся за молнию её жилетки и начал её расстёгивать.

С этой секунды разговоры о прошлом отошли даже не на второй, а на третий ряд.

***

— Теперь мне всё ясно, — вздохнул Торк, выключая радар. Источник, на который он шёл, оказался входом в пещеру, где была кромешная темнота.

• Костюм-экзоскелет «Альянс-1» с замкнутой системой дыхания готов к работе;

• Защита от ПСИ-излучения: включена;

• Температура отрегулирована до 36,6 градусов;

• Заряда Чёрной Энергии хватит на полтора-два часа;

• Плазменное ружьё «Gauss-Crystal» перезаряжено;

• Включается аудио-трек: «Doom Eternal — Slayer Time».

Глава 27: Причины

— Теперь мне всё ясно, — сказал Торк, когда луч фонаря упал на стены с древними письменами. Загруженный в костюм «Альянс-01» переводчик явил иноземцу забытую Авалисом историю.

Давным-давно в этих краях буйствовал опасный демон Псиамон, и страшились его все — и простые жители, и великие воины, и даже одарённые герои. В отличие от своих собратьев (Кизы, например), Псиамон разрушал изнутри, а не снаружи. Огромное существо в виде головы с мозгом, защищённая толстой коркой льда, убивало иллюзиями, создавало виртуальные реальности и питалось душами тех, кого однажды поглотила. Она хаотично перемещалась по Авалису в поисках провианта и выбирала только тех, в чьих душах горел огонь надежды. Демон подпитывался решимостью смертных и становился сильнее; он растил мощь, которую обращал против каждого, кто смел бросать ему вызов.

Псиамон стал широко известным. Вдоволь вытерпев все муки, авалисяне приняли последнюю попытку — заточить опасного демона под шестью печатями Киана, чтобы он больше никому не смог навредить. Отважные герои нашли в себе остатки храбрости встретиться с Псиамоном и заманить его в одинокий лес, где старейшины провели великий обряд и обрекли своего заклятого врага на пожизненное заточение. Минули столетия, затем тысячелетия, а Псиамон как обитал внутри огромной магической сферы, окружённой толстыми стенами одинокой горы и мёртвым лесом, так и продолжал в ней существовать.

Но поколения сменяли друг друга раз за разом, и история об ужасном демоне постепенно растворялась в пучине новых событий, претворяясь в обычные мифы, значения которым придавали единицы. Потом про неё забыл весь Авалис, и Запретный Лес стал необъяснимой аномалией, в которой исчезали многие.

История казалась дешёвым вымыслом… бы, не почувствуй ещё ранее Торк, как в его голову пытается что-то залезть. Выработанная годами интуиция моментально сообщила ему об опасности, и чейзер активировал Пси-защиту вместе с системой замкнутого дыхания, полностью отгородив себя от внешнего мира. Ни афродизиак в виде сладкого аромата, ни нежный голосок в воздухе — ничто не способно было пробиться через удивительный костюм, в котором Торк успел посетить не одну планету.

Источник энергии был совсем близко, и Торк уверенно приближался к нему, сгорая от любопытства. Что же это такое? Радар выявлял совсем маленькую точку, но пульсировала она похлеще взволнованного сердца, словно взорваться готова была в любую минуту. С каждым шагом изображение сменялось помехами на экране, устройство приходилось каждый раз трясти с целью привести в порядок.

А потом Торк вышел в тёмную комнату, на середине которой лежал тот самый источник энергии. Чейзер ахнул: ранее видавший и знающий его происхождение, он поначалу решил, что это иллюзия. Но, подойдя поближе, а затем взяв находку в руки, инопланетян в этом разуверился окончательно. От него так и веяло энергией, чей цикл был сродни хаосу.

— Изумруд Хаоса, — вымолвил Торк. — Как он здесь оказался?

Чейзер знал: Соник, когда падал на Авалис, выронил волшебные реликты, и те разлетелись по всей Дикой Планете. Но удивительно всего было то, почему камень оказался именно здесь? Сам он упасть сюда не мог, а потому оставалась самая логичная мысль: кто-то нашёл Изумруд Хаоса и решил с его помощью попытать удачу в Запретном Лесу.

«И это его сгубило»! — подумал Торк, глядя на тело погибшего авалисянина, чьё тело уже разлагалось. Лайлак говорила, что Изумруды Хаоса сильно воздействуют на неё; она уже поймала иллюзию кошмара, когда впервые к нему прикоснулась. Безусловно, жаловалась только драконша, тогда как Кэрол и Милла таких прям ужасных картин не видели, однако оные всё же присутствовали.

И, возможно, Изумруд лишь усилил происходящие здесь ужасы, что плачевно сказалось на авантюристе.

Он не знал силу Изумрудов Хаоса и поплатился за это своей жизнью.

— Ладно, пора возвращаться, — сказал Торк, поднимаясь. Нужно было найти Спейда и Эми, пока те не угодили в ловушку Псиамона и не пополнили ряды здешних мертвецов. Заодно сообщить о находке, которая явно обрадует мобианку, но вызовет вопросы у авалисянина.

Проход, из которого вышел чейзер, неожиданно сомкнулся, и комната вдруг наполнилась тусклым фиолетовым светом. Торк моментально вооружился плазмомётом, в поисках источника активности наткнувшись на расположенную над пропастью огромную чашу, чьи края были вооружены острыми зубьями.

А в ней — тёмно-фиолетовая жидкость, из которой плавно вынырнула огромная ярко-голубая голова с сияющими блекло-жёлтыми глазами. Её пасть была защищена ледяным панцирем, как и сам череп, под которым свисали не то руки, не то щупальца с когтями.

Это был он — Псиамон!

Торк среагировал моментально — и совершил перекат в сторону, избегая столкновения с огненным шаром, разрушившим каменный выступ. Затем вскинул оружие и открыл по противнику огонь, поливая его плазменными сферами. Не помогло! Псиамон только завыл — так демон смеялся! — и отправил второй шар, в этот раз побольше. Чейзер тотчас же зацепился крюком о потолок и перескочил через пропасть, оказываясь по другую сторону от врага. Прежний выступ был уничтожен.

Торк шумно выдохнул, заряжая оружие красными кристаллами. Простым арсеналом Псиамона не сокрушить.

Демон протиснул когти в трещину на своём подбородке и — к ужасу Торка! — разомкнул его, открывая вид на бездонную глотку, в которой полыхало синее пламя. Из него вылетели красноглазые прозрачные скелеты чёрного цвета и полетели в сторону чейзера, и последнему пришлось лихорадочно отстреливаться от них. Атаки против них, конечно, работали, однако противники разделялись на два ярко-голубых скелета и продолжали лететь вперёд, а, достигая цели, влетали в неё подобно ракетам. Пару ударов Торк словил и отлетел к стене, ударяясь спиной, но быстро оправился, а затем побежал вдоль, в этот раз используя жёлтые кристаллы. Они мало того, что парализовали духов молниями, так ещё и обездвижили Псиамона.

Этого хватило, чтобы Торк использовал красный кристалл и выстрелил по демону.

— Р-Р-А-А-А-А-А-А!!! — зарычал Псиамон. Ледяная корка треснула, и кусок «защиты» отделился от черепа, с шипением исчезая в тёмно-фиолетовой жиже. Торк быстро сообразил, как нужно сражаться с демоном, и приготовил необходимые для этого кристаллы.

Легенды не врали: демон действительно был ужасным и опасным; он представлял угрозу для каждого живого, кто способен анализировать, размышлять. Тысячи воинов пали от его иллюзий, неспособные противостоять реальностям, которые на них насылала Голубая Голова.

Вот только её нынешним противником был тот, на кого подобные условности не действовали. Защитный костюм максимально оградил Торка от влияния Псиамона, а потому чейзер стал для демона настоящим Палачом Рока, парализуя его одними кристаллами и атакуя другими. Синие использовались для уничтожения духов, посылаемых врагом на иноземца. Богатый арсенал, первоклассная практика в прошлом и отличная военная подготовка — в борьбе с подобными чудищами Торку не было равных.

Круша лёд на голове Псиамона, Торк постепенно начинал понимать, в чём заключалась главная проблема этого леса — в демоне. Он не мог покинуть пределы этой комнаты, но способен был влиять на чужие умы в радиусе трёхсот метров — как раз столько же нужно было пройти назад, чтобы выйти на другую сторону моста. Путники, искатели приключений, армейские псы — все приходили в Забытый Лес, и все попадали под влияние Голубой Головы. Для ослабления их бдительности использовался местный афродизиак, вдохнув который, авалисяне теряли концентрацию и становились лёгкой мишенью для Псиамона.

И тогда он поглощал их души, пока они наслаждались самым сокровенным в своих иллюзиях.

А это могло быть всё: горы золота, власть над Авалисом, обретающая свободу запретная любовь — и так далее.

— Тебе на закуску! — с этими словами Торк вставил Изумруд Хаоса в пушку и, когда Псиамон рухнул на выступ, вставил её ему в пасть. Оружие начало вбирать в себя энергию.

Финальный выстрел был не то, что силён — он стал катастрофичен. Яркий луч энергии пронзил Псиамона насквозь, ударился в потолок и пробил его, сверкающей полосой уходя далеко в небеса, где облака аж ветром сдуло. Пещера едва не разрушилась от такой чудовищной мощи, однако этого, к великому счастью чейзера, не случилось.

Поверженный демон полетел в пропасть, и шум, пытающийся пробиться через пси-защиту, стих. Загадка Запретного Леса была решена.

***

«Надеюсь, этого хватит, чтобы Зао не напал на Шуиган»? — думал Торк, когда возвращался обратно. Мэр Шан-Му, конечно, дал зарок, но также мог и нарушить своё слово. Спейд неспроста подозрительно относился к рыжему лису, а его упоминания о нередких кознях оного только подогревали опасения иноземца.

Политика — штука такая: сегодня ты — друг, а завтра — враг!

Авалис в этом плане ничем не отличался от тех же Мобиуса, Альянса и других миров, где определённая иерархия установлена, а законы вводятся один за другим.

Когда у моста показались Спейд и Эми, Торк страшно обрадовался и засеменил к ним на всех парах. Чейзеру просто необходимо было показать боевым товарищам свою находку, рассказать о произошедшем в пещере и доложить об успешно выполненной миссии. А то, что Запретный Лес долгие годы казался Авалису недосягаемым, но обрёл доступность, вызывало у Торка непомерную гордость за самого себя.

Однако, подойдя поближе, Торк увидел мрачность на лицах обоих. Понятное дело, ни Спейд, ни Эми друг друга невзлюбили с самого первого их знакомства; эту парочку иноземец мирил чуть ли не каждую минуту. Но сейчас тёмное облако, нависшее над ними, было в разы больше и темнее, и Торк даже испугался.

Что с ними произошло в его отсутствие?

Особенно ярко это выражалось на мрачном лице Эми, тогда как холодный Спейд в силу опыта умело держал свои эмоции под контролем.

Но всё же…!

— Вот, глядите сюда! — Торк показал на ладони сияющий Изумруд Хаоса. — Он и был источником, на который я шёл.

— Это и есть необъяснимая аномалия? — хмуро поинтересовался Спейд.

— Нет, всего лишь упавший с космоса камень, Эми знакома с ним. Да, Эми?

— Угу, — отрешённо ответила ежиха.

— Ну… эм-м… в общем, я нашёл Изумруд в пещере, а затем схватился с демоном, из-за которого все, кто посещал Запретный Лес, сходили с ума. Это Псиамон — забытый Авалисом демон, давным-давно запечатанный на этой территории. Древние символы на стенах гласили, что он наводил на умы других иллюзии, заставлял их проживать фальшивые события и…

— Я в курсе, кто такой Псиамон, — оборвал чейзера на полуслове наёмник, после чего развернулся и зашагал к выходу. — Возвращаемся в столицу. Доложим Зао о выполненном задании.

— Эу, а с Изумрудом что…?

— Мобианке отдай.

Торк окончательно растерялся, не понимая, что происходит.

— Что это с ним? — спросил он у розовой ежихи.

А та смотрела тусклыми глазами вниз, держа руки на груди скрещёнными. Никакой реакции!

Но потом Эми шелохнулась, и Торк заметил, как изогнулись её брови и скривилось лицо, словно она пережила что-то, о чём хотела навсегда забыть. И смаковалось это всё скрипом зубов.

— Как же… гр-р… хочется… нажраться! — процедила Эми и отправилась на выход.

Торку стало не по себе. Какую иллюзию на них навёл Псиамон, что парочка вела себя так отчуждённо? Что один, что вторая — оба были ужасно напряжёнными, как натянутые гитарные струны; страшно раздосадованными…

И с мучительным выражением на лице, которое умело скрывал только один.

— Что с вами произошло? — тихо вымолвил им вслед Торк.

***

— Оп-ля! — весело воскликнула Кэрол, выпрыгивая из открывшегося люка. Следом за ней вылетел огромный глаз, который моментально объял зелёный луч, исходящий из пустого ока Тэкаямы, и сблизил с головой робота.

Из другого люка вылетел Наклз, но, в отличие от грациозной Кэрол, приземлившейся на ноги, ехидна упечатался в песок мордой, чем рассмешил кошку. Однако своё дело Хранитель Мастера Изумруда сделал: второй глаз вылетел следом и также присоединился к своему поверженному хозяину. Оставалось лишь найти его сердце.

— Тьфу-тьфу! Вечно мне не везёт! — хмуро проворчал Наклз, после недовольно посмотрев на напарницу. — Вообще не смешно ни капельки!

— Ахах, прости, но ты так смачно упал на мордашку, что… ахахах! Ахахахаха! — продолжала хохотать Кэрол. Обиженный ехидна поднялся на ноги.

Он провёл на этом острове вместе с авалисянкой целых два дня. Почему именно «целых»? Потому что они стали для него настоящей мукой, адским испытанием, рядом с которым не стояли ни сбор потерянных осколков Главного Изумруда, ни битва с Супер Меха Соником, ни что-либо ещё. То, как Кэрол виртуозно «поедала» его плебейский ум, было ужасно, отвратительно, утомляюще. В такие моменты Наклз страшно жалел, что вообще решил присоединиться к Сонику и Ко и ввязался в битву с Эггманом.

«Сейчас сидел бы себе у Алтаря, считал бяшек и проблем не знал», — уныло подумал Наклз. Впрочем, эту мысль он быстро откинул, поскольку на Мобиусе ему бы пришлось терпеть насмешки уже от другой «Кэрол» — Руж.

— Ну что, пять минут перекура — и идём за Сердцем? — после предложила Тиа. Не имея никакого желания отвечать, ехидна ограничился кивком. — Ху-у-у, тогда, полагаю, мы можем выкроить времечко друг для друга.

Наклз одарил Кэрол хмурым взглядом. За недолгое время, проведённое рядом с ней, он успел наслушаться столько шуток ниже пояса, что подобные комментарии уже не казались ему чем-то вон шокирующим. Хотя приятного в этом тоже не было, по крайней мере ехидна выработал иммунитет и больше не краснел.

Но, видимо, этого-то кошке и не хотелось — видеть окрепшего товарища, не реагирующего на неё так, как раньше.

— Итак, Наки, чем бы ты хотел заняться, пока мы ещё тут? — проказливо спросила Кэрол, игриво покачивая во все стороны пушистым хвостом.

— Побыть в тишине, — в прежней манере ответил Наклз.

— Фи, какой ты зануда! Насколько я знаю, ты и на своём Мобиусе самому себе не изменял: такой же нелюдимый, необщительный.

— На это имеются причины.

— А какие?

Ехидна раздраженно выдохнул. Как же эта девушка его бесила!

— Такие, в которые я никого не хочу просвещать. Даже тебя!

— У-у-у, даже меня? — в кошачьих глазах заиграли огоньки. — Я настолько для тебя особенная, что ты решил меня выделить?

— Надоела ты мне, вот и выделил! — зло рявкнул Наклз, но на напарницу, как и ожидалось, это не произвело никакого эффекта. — Ходишь, раздражаешь меня постоянно, не даёшь ни минуты покоя. Бесишь!

— Божечки, какая я нехорошая!

— Ты очень плохая!

— А насколько я плохая? — у ехидны аж глаз дёргаться начал, а зубы непроизвольно заскрипели. Появилось желание схватить игривую нахалку за шиворот и выкинуть в море, — лишь бы она прекратила играть на его и без того испорченных нервах. — Да ладно, это всего лишь риторический вопрос, зачем так серчать?

— Просто… заткнись! Утомила меня уже!

Наклз редко подбирал выражения, чем постоянно отпугивал от себя окружающих. Люди, антропоморфные животные — все сторонились замкнутого ехидны, и лишь редкие уникумы вроде Соника и Ко умудрялись находить с ним общий язык. Безусловно, нередко они сталкивались с синим ежом в конфликтах, раз за разом сражаясь… в принципе, за что-то не важное, обыденное, — однако подобные потасовки заканчивались перемирием, и Наклз возвращался к своему долгу, как ни в чём не бывало.

Впрочем, на Кэрол его агрессия действовала с точностью да наоборот: вместо того, чтобы испугаться импульсивного парня и не провоцировать его, девушка двигалась в обратном направлении — провоцировала, а уж потом «пугалась». Именно в кавычках, учитывая, как весело ей становилось, когда разъярённый ехидна начинал за ней гоняться. Уж тогда кошачья натура распалялась нешуточно, и игривая Тиа получала отличное настроение на целый день, оставляя Хранителя Мастера Изумруда выжатым, как лимон.

— Ми-и-а-а-а-у-у-у-у! — как, например, сейчас, когда Кэрол запрыгнула на камень и протяжно замяукала, чем ещё сильнее начала раздражать своего напарника. Тот зло фыркнул и отправился вдоль берега, чтобы уйти от девушки подальше. Но та, как и ожидалось, засеменила за ним, следуя в нескольких метрах сзади. — Эй, мне скучно! Я не знаю, чем себя занять.

— Привяжи к своей шее камень и прыгни в море, — огрызнулся Наклз. Он так надеялся, что она отстанет, но…

— Ты ищешь повод, чтобы сделать мне искусственное дыхание?

Ехидна остановился, и в воздухе моментально вспыхнуло невидимое, но хорошо ощущаемое напряжение. Затем сделал глубокий вдох, а после повернулся лицом к кошке, сдерживая себя от сладкого желания открутить ей голову. А было оно дюже сильным, особенно когда на лице девушки заиграла коварная улыбка.

— Всё-таки ищешь, — игриво подытожила Кэрол. — Иначе чего ты вдруг остановился?

Терпению Наклза пришёл конец.

Начиналась старая песня: разъярённый ехидна принялся гоняться за смеющейся кошкой по всему берегу, предрекая ей самые страшные муки. Когда та забиралась на пальмы, он ломал их одним ударом и продолжал преследование, вытягивая в её сторону свои руки. Желание придушить нахалку брало верх над разумом — Наклзу уже ничего, кроме компенсации в виде мести, не хотелось.

Ни искать Изумруды Хаоса.

Ни вернуться на Мобиус.

Всё, чего хотел Наклз, — это проучить Кэрол.

Но кошка, от природы обладающая удивительной ловкостью и грацией, была недосягаема для неуклюжего ехидны. Она ловко ускользала, когда он почти хватал её, шустро обходила его, а также не забывала похлопать по плечу в качестве поддержки, дескать: «Наки, я тут, ты меня не там ищешь».

Наклз окончательно разозлился. Он вырвал из земли камень и швырнул в Кэрол, но та быстро отбежала на безопасное расстояние. Её приветливое махание рукой не то, что злило — в прямом смысле выводило из себя мобианца. Сразу же вспоминался их первый день знакомства, когда Кэрол «по-доброму» пошутила над ним с помощью палочки, и сколько деревьев в том лесу сломал Наклз. Такое уж точно не забыть, тем более, когда проказница каждый раз ему об этом напоминала.

Но то ли звёзды в этот раз сошлись по-другому, то ли судьба решила смиловаться над беднягой — пытающаяся забраться на гору Кэрол внезапно поскользнулась и, не успев вцепиться в неё когтями, полетела вниз. Падение прошло безболезненно: упала кошка на песок, на спину, ничего себе не повредив и отделавшись лишь лёгким ударом.

Однако, открыв глаза, Кэрол увидела нависшего над ней разгневанного Наклза, чьи руки были вбиты по обе сторону от её плеч, — ей некуда бежать. Его тело, мокрое от пота, склонилось над её, и была кошка в три раза меньше крупного ехидны, словно малютка. Такого мало того, что не поборешь, так ещё и не одолеешь в лоб: дурной силы в мобианце хватало с кисточкой.

— Хах… хах… — тяжело дышал Наклз. Ошеломлённая Кэрол широкими глазами глядела на него снизу. — Вот гадина! Думала, не поймаю тебя, да? А вот выкуси! Ты мне сейчас за всё ответишь, скотина!

И правда — бежать кошке некуда. Выскользнуть не получится: ехидна чуть ли не прижимает её своим телом к земле, а попытаться оттолкнуть его — всё равно, что поднять скалу. Это не лёгкие Соник с Тейлзом, которые не представляли никакой сложности в ближнем бою, — это реальный танк с кучей мышц под красной кожей, упрощённый по телосложению в силу природы.

Но то, что произошло дальше, обескуражило уже Наклза.

— Давай! — сказала Кэрол, смыкая ладони на его затылке.

Ехидна растерялся. Ситуация в одночасье поменяла вектор развития, и теперь они просто лежали на пляже, смотря друг другу в глаза. Её взгляд — ясный, выразительный и просящий; в нём не угадывалось и капли насмешки — только космическая таинственность, присущая кошачьему роду. А тихое дыхание, слетающее с её губ, вкупе с хрупкой маленькой фигуркой рождало в голове широкоплечего Наклза совершенно другую картину, не похожую на изначальную — завалить Кэрол, дабы её обездвижить.

Ключевое слово — завалить.

Наклз вовремя вышел из ступора и не шелохнулся — и это помогло ему удержаться на «плаву», когда Кэрол вдруг потянула его на себя.

— Ты… т-ты что делаешь? — опешил Наклз.

— То же, что и ты — пользуюсь возможностью, — ответ кошки, смакуемый прикусом нижней губы, был более чем неудовлетворительным, но достаточным для того, чтобы ехидна мысленно забил тревогу. Сердце, до сего момента сильно стучащее от усталости, в этот раз забилось от нахлынувшего на него волнения. — Мы здесь одни, нам никто не помешает — ни тот призрак, ни наши друзья. Только Ты и Я!

Ехидна растерялся ещё больше, от услышанного содрогнувшись в изгибах рук…

Но как только он это сделал, его опора ослабла — и кошачьи руки сдвинули красную голову с «мёртвой точки».

Наклз окончательно впал в прострацию, фиолетовые глаза округлились до размера маленьких точек. То, что произошло сейчас, не поддавалось ничему — ни логическому объяснению, ни анализу, ни смене происходящего. Возможно, всё это — лишь доводы мнительного ехидны, истинного плебея, за долгие годы обитания у Мастера Изумруда не познавшего подобных моментов на практике…

Однако, когда Кэрол притянула его к себе и впилась ему в губы решительным поцелуем, Наклз перестал понимать всё. Он нависал над кошкой, но совершенно не сопротивлялся, неспособный даже мускулом двинуть — настолько мобианец был «потерян». Ехидна не отвечал на поцелуй, будучи застывшим, но кошке и не нужна была его отдача, — она и без неё прекрасно справлялась, умело порхая над влажными, смоченными языком, губами парня.

Потом её поцелуй стал требовательным, более страстным.

«Что…? К-как…? Где я…»? — мысленно кричал Наклз. Это не иллюзия, не обман! Всё, что видят его глаза и чувствуют губы — реальность, питаемая доселе незнакомыми ему ощущениями. Вкус чужих губ, томное дыхание и будоражащие кровь прикосновения женских рук, пальцы которых зарывались в его «дреды» и сжимали их — не наваждение, а самый настоящий процесс, называемый прелюдиями…

После которых начинается то самое.!

Наклз, словно завороженный, наблюдал, как Кэрол меняется с ним местами — и сверху оказывается уже Она, а не Он, восседая на нём, как всадник на лошади, но не размыкая их губы. Её ладони плавно перешли на его могучую грудь, затем скользнули к сильным плечам, а после перешли к лицу, — и всё это время мобианец просто смотрел, напрочь лишённый возможности двигаться.

Смотрел даже тогда, когда Кэрол обняла его за шею и, прижавшись к нему всем телом, начала тереться грудью, своими движениями взывая к мужской природе Наклза — к заложенному в него природой самцу. И тело (не разум!) охотно отзывалось на женские ласки и томные вздохи, а нарастающее тепло только подпитывало врождённые инстинкты, коими ехидна был не обделён.

Медленно, но верно он сам задышал прерывисто, когда Кэрол наконец разомкнула их поцелуй, растягивая тонкую слюну. На щеках обоих — пылающий, как пожар, румянец; в глазах — неприкрытое желание, смакуемое животной похотью. Жажда скорого физического «воссоединения» обуяла тела как мобианца, так и авалисянки.

Но если девушка комбинировала выпады своего тела с головой, то разум парня шёл с организмом порознь.

А потому, когда Кэрол прикоснулась руками к своей жилетке, намереваясь её расстегнуть, Наклз наконец-то вышел из транса — и сжал ладонями женские предплечья, не позволяя ей зайти слишком далеко.

— Это… это не… неправильно…! Совсем неправильно! — выпалил покрасневший Наклз. — Мы с разных миров, иных кровей, происхождения, природы! Это ненормально! Всё, стоп!

— Я что, настолько тебе противна? — в голосе Кэрол вдруг прорезалась прикрытая обида. Ехидна стиснул зубы — и ссадил с себя кошку, а сам отполз от неё на безопасное расстояние, чтобы избежать похожей ситуации.

— Дело не в этом! Я не знаю тебя, а ты — меня! То, что сейчас произошло — полнейший бред, идиотизм чистейшей воды и… и-и-и… Я не хотел, чтобы это произошло!

— Ой, да перестань, не хотел он. Всё ты хотел, просто сдвинуться с места не мог. Вот я тебя и подтолкнула, так сказать, чтоб не тормозил.

Оскорбившийся Наклз моментально вскочил на ноги, сжимая кулаки. На его лице поступил оскал.

— К тому же, в этом нет ничего такого, — безрадостно изрекла Кэрол. Она прижала колени к своей груди и обняла их руками, кладя сверху свою голову. — Подумаешь, пару раз перепихнулись бы, ну и что с того?

— Да ты… ты-ы-ы… Ты на голову больная, вот что! — зарычал Наклз. — Я и раньше тебя не особо понимал, но, поссорившись с Лайлак, ты стала ещё больше неуправляемой!

— Ой, вот только не надо сюда приплетать мой конфликт с Лайлак, ок? Как поссорились — так и помиримся, ничего в этом страшного нет.

— Что-то я не заметил, чтобы ты об этом думала.

— Ах, не заметил?

Ехидна резко поубавил в тоне, но прибавила кошка, внезапно поднявшаяся на ноги и грозно подошедшая к нему. Её лицо исказила ярость.

— А ты вообще ничего не замечаешь, покуда только башкой кирпичи ломать способен! Ты не понимаешь, что я делаю что угодно, лишь бы отвлечься от мрачных раздумий и занять себя чем-то! ТЫ! НЕ! ПОНИМАЕШЬ! — крикнула Кэрол, а Наклз словно в землю врос, неспособный что-либо ответить девушке. — Этот остров — капелька спокойствия, которую я хотела превратить в море и утонуть в нём с головой — пока мне не станет лучше! Я пытаюсь выжать из происходящего максимум, чтобы с ума не сойти, не озлобиться на весь мир! Что, и этого не понимаешь, да?

— Д… да о чём ты таком говоришь? — удивлялся ехидна. — Ну, подумаешь, поругалась с подругой… будто это что-то ужасное.

— В том-то и дело, что ужасное! Пройти вместе с ней тяжёлое прошлое, поддерживать её во всех начинаниях, быть опорой, жертвовать многим, но получить в итоге недоверие — не ужасно ли это? Заслужила ли я — та, которая всегда была рядом с ней и берегла все её секреты — такое к себе отношение? Нет, не заслужила! Когда Лайлак пропала, я и Спейд сбились с ног, пытаясь её найти, а что в итоге? Вернувшись из ниоткуда, она ничего не сказала — просто собрала вещи и покинула «Красные Шарфы», а я, как дура, пошла за ней, потому что дорожила ею! СЧИТАЕШЬ ЛИ ТЫ ЭТО НОРМАЛЬНЫМ, А, ЕХИДНА НАКЛЗ?

Мобианец замолчал. Он видел, как кошка сдерживалась из последних сил, чтобы не расплакаться, всячески отвлекая себя от этого. Теперь её дыхание было напряжённым, но страсть переросла в нарастающую истерику. Но он молчал, и куноичи всё же успокоилась.

Кэрол развернулась и отправилась восвояси, не имея никакого желания общаться с Наклзом. В данный момент ей было не до него.

— Каждый хранит свои секреты, в которые не хочет никого просвещать, будь то лучший друг или даже родственник, — вдруг заговорил Наклз. Кэрол прекратила шаг. — Они есть и у меня, и у Соника, и даже у Тейлза — и ничего, не таим друг на друга обиды.

— Сказал тот, кто однажды доверился злодею и напал на своего старого друга, — остро напомнила кошка, отчего ехидну перекосило. — Пошёл ты со своей философией в задницу! Жизни он меня учить собрался!

На этом разговор подошёл к концу. Озлобленная Кэрол отправилась по своим делам, в настоящее время не имея никакого желания отправляться за Сердцем, а хмурый, но задумчивый Наклз остался на поляне, смакуя пережитую ссору. Хоть парочка и раньше не особо друг с другом умела находить общий язык, в этот раз всё было совсем иначе.

В плохую, правда, сторону.

— Поэтому и говорю: у каждого есть свои секреты, в которые не хочется никого просвещать, — тихо повторил Наклз, и в его глазах отразилось сильное сожаление. — Ибо рассказывать о них — всё равно, что сыпать соль на раны.

***

ВЖУХ-КЛИНК-БАЦ!

Некогда красивая полянка, украшенная цветами, превратилась в изожжённое поле боя, покрытое глубокими кратерами. Некоторые из них дымились, будто готовый извергнуться вулкан.

А в небе мельтешили зелёная и тёмно-синяя «стрелы», врезающиеся друг в друга, отлетающие, но снова продолжающие бой. Они сносили на своём пути всё: деревья, большие камни, закручивали в спираль озеро, и содрогалась земля от их поединка. В ход шло всё — и молнии, и сферы разных цветов, и обычное тайдзюцу. Энергетические лучи ножом разрезали всё, чего касались.

Но, несмотря на ожесточённое сражение, ни единой капли крови не впиталось в потрескавшуюся почву.

Они приземлились синхронно — Палач и Нео Метал Соник, частично потрёпанные, однако не сражённые. В глазах обоих — холодная решимость, отсутствие страха перед оппонентом и полная боевая готовность.

— Хах… хах… ты намного лучше, чем мне про тебя рассказывали, — наконец сказал безликий колдун, по привычке прижимая два пальца к своей переносице. — Ты и раньше выделялся на фоне Меха и Сильвер Соников, но сейчас от тебя в буквальном смысле веет безграничной силой.

— «Можешь не стараться — я знаю, кто прячется под этой маской. Если хотел померяться со мной силами, напрасно искал меня: ты тоже в моём списке»! — металлическим голосом отрапортовал механический ёж, чей взгляд пристально следил за своим оппонентом.

— Премного полагаюсь на твоё понимание, любезнейший — я искал тебя не для битвы, а для проверки. Видишь ли, в моей стратегии присутствуют некоторые… мм… шероховатости, которые я не в состоянии решить самостоятельно. Более того, я хочу заключить с тобой сделку, благодаря которой мы будем в выигрыше.

— «Мне нет до тебя дела, дилетант. Всё, чего я хочу — уничтожить Оригинал, а вместе с ним — Копии! Что будет дальше, меня не интересует — я действую согласно приказу, который сам же себе дал».

— Экий ты недальновидный, друг мой. Но на то ты и робот — тебе не дан от природы интеллект, коим наделён я.

Противники снова схватились в ожесточённом бою, но продлился он недолго. Обменявшись двумя-тремя ударами, они снова приземлились на землю. Друг напротив друга.

— Я знаю, что ты хочешь истребить ежей Соника и Шедоу. Но я также в курсе, что ты не питаешь симпатии к своему создателю, доктору Роботнику, — излагал Палач. Его рука время от времени очерчивала в воздухе зелёные следы. — Как и ты, я его тоже не люблю, а потому хочу предложить тебе выгодный союз. Что ты, что я — мы оба стремимся к абсолютной свободе, разве нет?

— «Я достиг её ещё до того, как ты задумал свою революцию, поэтому неинтересно»! — отчеканил Нео Метал Соник. — «Впрочем, мне всё равно, какие планы на этот мир ты строишь. Главное — не путайся у меня под ногами».

— Само собой, я не собирался тебе мешать, наисветлейший. Но без твоего содействия мне не привести свой план в исполнение, а, следовательно, ничем помочь тебе с поисками твоих целей я не смогу. Ну так что?

Палач сделал пять шагов вперёд и протянул руку, облачённую тёмно-красную перчатку.

— Поможем друг другу, Нео Метал Соник?

Названный, громко постукивая по земле ногами, сократил оставшееся расстояние и сомкнул металлические пальцы вокруг ладони противника.

— «Место и время, Палач»!

Глава 28: Дарк

Соник не жаловался на боль. Он вообще никогда ни на что не жаловался, стараясь во всём находить положительные моменты. И Тейлз, и Эми, и Крим, и даже Наклз — его любили за удивительный характер, а также безграничный оптимизм, согревающий каждого, кто к нему приближался. Даже великий предок красного ехидны, Тикал, когда Перфект Хаос разбушевался, в первую очередь обращалась к синему ежу. В нём видели избранного самой судьбой все — и герои, и злодеи, и мимо проходящие нейтралы.

Однако Соник — простой смертный, мог погибнуть точно так же, как и любой другой. Мог хапнуть дозу яда и умереть в муках, разбиться насмерть и быть сбитым машиной. Шрамы на его теле — не признак крутизны, а история, полная битв и сражений.

И Соник так же, как и другие, чувствовал боль. Ёж никогда никому об этом не говорил, тщательно скрывал любые её проявления, но она не покидала его, заседая глубоко в груди, в самом сердце, в душе. Когда рядом никого не было, Соник прекращал отыгрывать роль славного парня — и встречался лицом к лицу со своими переживаниями, принимая их жестокие удары на себя. Он заедал любое горе чили-догами и заглушал душевные крики игрой на гитаре; делал всё, чтобы ни один «перелом» не смог его сломить.

А потому Соник ушёл от одинокой горы как можно дальше и сел на берегу тихого, небольшого озера, вода которого была неописуемо чистой, прозрачной. На дне виднелись разноцветные камни и водоросли, миньоны мелких рыбок плавали стаей, а редкие крабы пунцовых красок бороздили по песку в поисках провианта. Это озеро — такой же колоритный мир, как и Авалис, и Мобиус, и вся Галактика, полная множества планет.

Раны саднили: тело, пережившее удары молний, ныло и болело. Каждое движение сопровождалось кислой миной на лице ежа, хотелось прилечь на мягкую постель и вырубиться на несколько часов, чтобы оклематься. А ещё мобианец был ужасно голоден и не отказался бы от большой порции чего-нибудь вкусного, в том числе чили-догов с колой. К сожалению, Авалис ориентировался на восточную культуру — с ней Соник был знаком благодаря Чун-Нану, — и привычному рациону мобианца предпочитал совершенно другие блюда.

Хотя в этом не было ничего плохого, учитывая, с каким аппетитом ёж уплетал всё, что готовила Лайлак.

Саш Лайлак!

Наверное, это была единственная девушка, которая хорошо понимала его предпочтения. То ли драконья интуиция, то ли хорошо развитая женская, то ли натуры их были похожими друг на друга, — ёж не знал, но в эмпатии драконши ничуть не сомневался. Соник прекрасно помнил, что сделала Лайлак после ссоры с Эми — и был безмерно признателен авалисянке за её отзывчивость. То, что мобианец долгие годы безрезультатно пытался донести до Роуз, Саш справилась за один разговор. Вещи, которые ёж не мог объяснить в силу характера, она понимала с полуслова.

А вода — чистая, прозрачная, холодная — привлекала его внимание, как что-то неосвоенное, таинственное, загадочное.

Соник подался вперёд и посмотрел в неё, — но увидел своё отражение, а точнее, уже неприкрытую тоску в тёмно-зелёных глазах. Вот он, Герой Мобиуса — потрёпанный жизнью, опустошённый духовно и безумно разбитый. Он — принц Моботрополиса, поцелованный удачей и избранный самим Хаосом, в настоящее время неспособный даже сладить с собственными переживаниями, сомнениями.

Соник прикоснулся рукой к отражению, — но оно расплылось в разные стороны блинами, делая его размытым.

На сердце вдруг стало очень больно, а в глазах появилась пелена, высвобождаемая в виде горячей слезы.

Он любил Алину!

Любил свою маму!

Любил даже больше, чем импульсивная Соня и в меру наивный Мэник.

Он всегда огрызался, отрицал любое проявление своего родства с Алиной, — однако это была лишь игра на публику, дешёвая фальшь, прикрытая иронией.

Он не хотел, чтобы его жалели…

Не хотел, чтобы о нём беспокоились, переживали, волновались. Быть уязвимым — не в его принципах, абсолютное противоречие, рознящее извечный беззаботный настрой.

Однако сдерживать рвущиеся наружу слёзы в этот раз было очень сложно. Соник стиснул зубы и сдавил пальцами мокрый песок, чтобы не потерять самообладания. Кто угодно, но только не он, — не герой, на которого полагаются все. Не сейчас, не здесь, не сегодня и даже не завтра…

Больно!

Самоволка Сони, отсутствие весточки от Мэника, раскол во взаимоотношениях с Эми, смерть Алины — произошедшие события набирали силу и огромным цунами накатывали на него, топя в пучине холода и боли с головой. Хотелось вскочить на ноги и со всей дури удариться лбом о камень, чтобы вышибить дурные мысли, не думать больше о проблемах.

Звук приближающихся шагов моментально отрезвил Соника, и ёж грязным кулаком быстро-быстро начал утирать глаза, дабы и следа от слёз не осталось. Безусловно, в этот же момент он и перепачкал лицо песком, но лучше уж грязь, чем слёзы.

— А, это ты, Лайлак, — весело улыбнулся Соник, когда поднялся на ноги и повернулся лицом к подошедшей. — Прости, я пока не придумал, как решить нашу проблему. Но ещё не вечер, я обязательно всё придумаю и сделаю, как надо. Положись на меня!

Лайлак ничего не сказала. Лишь подошла и всучила ему в руки гитару, а затем сделала шаг назад. В её глазах — глубокая задумчивость, смакуемая не меньшими переживаниями, которые она, в отличие от него, не скрывала. И только поймав до боли знакомые нотки во взгляде подруги, ёж почувствовал, как ржавый гвоздь снова начал колоть ему сердце.

Лайлак — эмпат широкой души, от неё нельзя было укрыть ни чувства, ни эмоции — их она ощущала интуитивно, даже не подсознательно. А учитывая обязательства, присущие ей не меньше герою Мобиуса, исходящая от неё аура только сильнее воздействовала на поломанного мобианца.

Она чувствует его боль!

Она знает, как ему плохо.

Она разделяет эти переживания с ним, потому что взваливает на свои хрупкие плечи огромную ответственность, уступая ему… да ничем ему не уступая.

— Предлагаю оттянуть получение Медальки Солнца на два дня, — изрекла Лайлак. Соник превратил свою гитару обратно в медальон. — Дело не только в тебе, но и во мне тоже.

— Ты хочешь отказаться от нашей миссии?

— Нет, я не об этом. Просто хочу освежить голову и душу, подарить своему сердцу временный покой. Он, знаешь ли, в нашем нынешнем положении был бы очень кстати.

С этими словами Саш усмехнулась, но ёж остро ощутил нотки заглушённого крика.

— Кстати, я собираюсь искупаться в этом озере, — озвучила свой план Лайлак, а затем выразительно посмотрела на мобианца. — Составишь мне компанию, дружище?

— Эу… — смущённо и одновременно опасливо поёжился Соник. — Ты же знаешь, я не люблю воду. Я и плавать толком-то не умею, у меня с ней огромная несовместимость.

— Ой, да перестань. Когда мы сражались со Скорпионом, наш дуэт был на высочайшем уровне. Между прочим… — девушка улыбнулась краем губ. — Эту идею подкинул мне ты.

— Сравнила, конечно, палец с… пальцем, — тяжело вздохнул парень. — Мы были на суше, нам приходилось сражаться с врагом, а после битвы я всё равно скулил, как собака.

— А если я скажу, что хочу искупаться в этом озере именно с тобой?

Синий ёж напрягся, почувствовав себя не в своей тарелке. Такой вопрос требовал от него не абстрактного ответа, а конкретный, — по делу, по существу. К тому же, такое начало обычно заканчивается банальным сближением в конце, но Сонику очень не хотелось развития именно этого сценария.

Соник отвёл взгляд в сторону, нервно переминаясь с ноги на ногу, — а Лайлак продолжала смотреть на него немигающим взглядом, заставляя смущаться ещё сильнее. Искупаться с девушкой — всё равно, что задать старт романтическому влечению, которое либо перерастёт во что-то большее, либо претворится в скрытый интерес.

Хотя что душой кривить — Соник и сам нередко ловил себя на мысли, что Лайлак ему симпатична. В ней было всего понемногу: энергичности, оптимизма, юмора, тактичности и, что более важно, элегантности. Конечно, Саш не обладала заурядной женственностью, как Милла, и проявляла себя исключительно с точки зрения воина…

Но кто сказал, что не быть женственной — значит не быть привлекательной?

Соник посмотрел на Лайлак, затем отвёл взгляд, потом опять взглянул. В росте и ширине плеч она ему уступала, но превосходила в тазовой области и объёме бёдер, — что, в принципе, логично, если учитывать мужские и женские комплекции по стандарту. Как говорили ценители женской красоты: «Ты такая сочная, просто ум отъешь!», и Соник был с этим согласен. Такая фигура, склад характера и присущая ей энергичность — это был тот самый типаж, который всегда привлекал непоседливого героя.

Наконец он решился!

— Лайлак, я… извини, — тихо изрёк Соник, закрывая глаза тёмно-синими веками. — Сейчас я не в том состоянии принимать что-либо.

Ответ был абстрактным, но Лайлак услышала то, что он пытался до неё донести — и дружелюбно улыбнулась, покачав головой.

— Я совсем не это имела в виду, хотя начало для развития хорошее, хи-хи-к. Кхм! — драконша кашлянула в кулак и продолжила: — Соник, я предлагаю тебе искупаться со мной только для того, чтобы успокоиться. Когда мне становится плохо, я опускаюсь на самое дно воды и нахожусь там до тех пор, пока моё состояние не улучшается. Отсутствие лишнего шума и мелодия движения рыб позволяют мне расслабиться, а наличие воды даёт возможность выговориться… очистить свою душу от переживаний, страхов, тревог. Это своего рода процесс разговора с самим собой, внутренний диалог, скажем. И поэтому я хочу взять тебя с собой на дно этого озера, — с этими словами Лайлак сделала шаг навстречу герою Мобиуса, протягивая к нему разжатую ладонь.

…Там тебя никто не увидит.!

Опять же, прозвучало абстрактно, с намёком на: «Додумай сам». Но Соник понял, что Саш подразумевала под этой фразой. Её взгляд, слова, поведение — всё сводилось именно к его внутреннему состоянию, которое она, собственно, и не просила ему изливать.

Всего лишь дружеское времяпровождение…

Но в единении с безмолвной тишиной.

Соник колебался недолго. Возможно, это действительно то, что ему было необходимо в данный момент — временно потерять связь с реальностью.

Он взялся за руку Лайлак, и та неторопливо повела его за собой. Вода обожгла ноги холодом, ёж вытянулся, как струнка, — но не остановился, продолжив следовать за подругой. Разум неумолимо бил тревогу, однако сердце целиком и полностью полагалось на сиреневую спутницу, для которой вода была домом родным.

Лайлак использовала дао «Аква Щита», Соник — его джитсу.

И пара одновременно погрузилась в воду, удаляясь от поверхности на приличной скорости.

Первые несколько минут синий ёж пребывал в оцепенении и напряжении: происходящее казалось ему враждебной средой обитания, самой настоящей ловушкой. Из последних сил он сдерживался, чтобы не забарахтаться в панике, не упрашивать сиреневую драконшу, чтобы она вернула его на берег. Девушка хорошо чувствовала его страх — парень напряжённо сжимал её ладонь.

Лайлак одарила Соника обнадёживающей улыбкой и поплыла на самый низ, — туда, где находилось дно — глубокое, чистое, слегка волнистое. После Саш отпустила руку героя Мобиуса, но далеко не уплыла: мобианец почувствовал, как авалисянка подобралась к нему сзади и прижалась к его спине своей.

Лайлак ещё раз улыбнулась, после чего отвернула голову.

Соник сделал тоже самое.

Ш-ш-ш… ш-ш-ш…

Тишина.

Здесь, на глубине озера, где темнота сгущалась периодически и так же исчезала, а музыка воды обволакивала будто плёнкой, Соник перестал слышать всё — и крики диких птиц, и шум ветра, и пение сверчков. Он смотрел на водоросли, на проплывающих над головой рыб, на пузыри с кислородом, поднимающиеся из трещин в подводных камнях.

Было темно и уютно, дискомфорт постепенно отступал. Боязнь утонуть сменилась доселе незнакомым чувством, с которым ранее Соник не сталкивался — умиротворённость. Пускай не сразу, но ёж начал понимать, в чём заключалась цель их заплыва на самое дно озера.

Вдали от реальности.

Она — за пределами водной глади, существуя каждый миг, каждую секунду. А здесь — глубина, позволяющая ни на что не отвлекаться и сосредоточиться только на одном — самом себе. Не за что зацепиться, нечем прикрыть настоящие чувства, а главное — не перед кем. Лайлак в его сторону не смотрела; её ушные кристаллы были сняты, глаза — закрыты. Она забралась на дно с одной целью — побыть в тишине, наедине с самой собой.

Соник был предоставлен самому себе.

Ш-ш-ш… ш-ш-ш…

Перед глазами проносилась вся жизнь: пленение приёмных родителей, состарившийся дядюшка Чак, судьбоносная встреча с Мэником и Соней, поиски Алины, противостояние с доктором Роботником, уход из «Sonic Underground», знакомство с Тейлзом, Эми и Наклзом. Калейдоскоп ярких картинок кружил в диком танце, — не то сальсе, не то танго. Соник вспоминал, вспоминал прошлое, окунался в него с головой, терял связь с настоящим, — он не видел ничего, окромя событий, благодаря которым стал героем Мобиуса.

— Соник…

Голос — знакомый, нежный, до боли душевной родной — коснулся синих ушей, и ёж моментально обернулся, округляя сочные зеленью глаза. Не взирая на пробивающийся во тьму солнечный свет, не смыкая век, он видел, как Алина с присущей королеве грацией спускается по образующимся под её сапожками ступенькам. Из ниоткуда взявшийся ветерок колыхнул тёмно-фиолетовые иглы вместе с идентичным окрасом волосами, чьей причёске так скрупулёзно подражала Соня.

Алина была точно такой же, какой её запомнил Соник: белоснежное платье, обрамляемое золотистые узорами, сияющие украшения на ключице, будто бриллианты, точёная фигурка и длинный подол, скрывающий ноги королевы. А взгляд — малиновый, выразительный и величественный — столько любви и нежности в себе таил, что сердце синего ежа заходило ходуном, забилось в диком плясе.

Грудь сдавило до нестерпимой боли.

— М… м-мама…? — еле слышно вымолвил Соник.

— Здравствуй, сынок! — Алина склонила голову, опуская подбородок вниз. — Ты забыл меня?

— Н-нет, м-мам. Как я м-мог…?

— Ты забыл… забыл то, кем являешься… то, кем ты стал.

Казалось, ежиха порицала своего среднего сына, хотела обругать, — но нет. В её глазах тоски и печали было не меньше, чем в его; её голос таил в себе невысказанные чувства не слабее мобианца.

— Зарывая своё истинное предназначение в землю, лишь сильнее ты отдаляешься от себя настоящего, скрываешься от предначертанного только Тебе, — лучи становились ярче и ярче, и казалось, будто Алина начинала растворяться в солнечном свете, — но её голос по-прежнему достигал сына, касался его души. — Ты забыл о том, что значит: «Быть живым». Забыл, что ты тоже из плоти и крови; что любовь прокладывает путь к обновлению, очищению, а не обременяет на вечные муки. Забыл, что, закрывая своё сердце от других, лишь сильнее ты погружаешься во тьму, теряешь связь с гармонией.

Ты отдалился от всего мира.

От нас.

От Меня!

— …тем не менее, сынок, я люблю тебя! Люблю так же, как и Мэника, и Соню! Дороже и прекраснее вас у меня не было ничего — ни королевство, ни мир, ни даже жизнь. Вы — лучшее сокровище, ценнее которого нет на свете ничего. Я люблю вас, мои любимые ежата! Я люблю тебя, мой милый сын!

— Нет! Мама… м-мама, пожалуйста… НЕ БРОСАЙ МЕНЯ!!! — закричал Соник, вытягивая в руку к растворяющемуся во тьме свету, к исчезающей в нём матери. Слёзы, сдерживаемые годами, брызнули ручьём из зелёных глаз.

— Помни меня, Соник! Помни — и не закрывай своё сердце!

Я люблю Тебя…!

И мобианец остался в кромешной тьме, неспособный больше удерживать накопившуюся в груди боль. Он рыдал в голос, кричал, звал Алину, — но она больше не появлялась. Даже сейчас, когда её нет в живых, мама пришла, чтобы обнадёжить родного сына, поддержать его, утешить, вселить в него чувство уверенности и веры в самого себя. Даже сейчас, спустя года, она любит его, не забывает о нём, беспокоится за своего самого отчаянного непоседу.

Разве может Мама не любить своего Сына?

А Сын — свою Маму…?

Темнота вновь окружила его, обволакивая подобно дыму. Снова тишина — гробовая, непроницаемая, пустая. В ней исчезали даже всхлипы синего ежа, чьи слёзы падали в чёрную бездну. Никого, абсолютно никого. Даже мысли — и те перестали иметь какое-либо существование, затихнув вместе с голосом Алины.

Слёзы лить бессмысленно, — как бесполезно быть Солнцем восходящим. Думаешь, им быть — благодать божья, а не наказание свыше? Реальность сурова, ты просто отказываешься её принимать. Полагаешься на улыбку фортуны вместо того, чтобы понять раз и навсегда: мир, чужой он или свой, остаётся неизменным. Будут те, кто захочет поставить его существование под удар; те, для кого гармония — бельмо на глазу, а не счастливый финал. Думаешь, закончившаяся сказка ознаменовывает Happy End? Ты глубоко заблуждаешься, отрицая самое главное: завершение есть конец, не начало.

Какие-то злобные помехи начали искажать пространство, смачивая сиреневые краски с чернилами и претворяясь в фиолетово-чёрный цвет. Глухое потрескивание, похожее на барахлящее радио, неприятно резануло слух. Зловонная аура выместила тишину за пределы доступного, наполнила пустоту отчуждением и гнетущей атмосферой; напряжение наросло буквально в засчитанные секунды.

Мрачный смешок…

Мрачное дыхание…

Мрачные бездонные глаза, на фоне чёрного силуэта, обрамлённого тёмно-синими оттенками, полыхающие белоснежным, ярчайшим светом.

— Кто ты? — тихо вымолвил Соник.

Фигура качнула вздёрнутыми кверху чёрными иглами и шагнула вперёд, и мобианец узнал в ней образ ежа, от которого исходила тёмно-синяя дымка.

— Как долго до тебя доходит, — низким, мрачным баритоном отрапортовал незнакомец.

Он был точь-в-точь похож по комплекции на Соника: разрез глаз, уши, обувь, фигура. Поднятые иглы были подобны супер-трансформации, когда мобианец использовал «Хаос Контроль» для превращения в Супер Соника.

Но это был не Супер Соник…!

Перед ним парил не золотой ёж, а чёрный, полыхающий чернотой, как прячущийся в чернилах осьминог. На смену положительной энергии пришла отрицательная, полная мрака, тьмы, злобы. Этот ёж — олицетворение хаоса в прямом проявлении, выходец бедствия и дитя геноцида.

— Я — тьма, выпущенная из твоего сердца! Я — Истинная Форма Жизни! Я — твоё настоящее обличие в скором будущем! — проговорил Дарк Соник. — Когда… а, впрочем, не так уж и долго, — ты разуверишься в существовании Солнца, я снова открою глаза — и приду к тебе!

Это произойдёт совсем скоро…

Когда ты узнаешь…

К.Т.О. О.Н.А.

***

— Соник…! Соник, очнись, пожалуйста!

Синий ёж распахнул глаза моментально, и звуки вернулись в этот мир с мгновенной скоростью. Вокруг — окружающий мир, под спиной — земля, а над головой — рыжее небо с уходящим за горизонт Солнцем.

Моргнув, мобианец обнаружил, что находится уже на суше, а не на глубине озера, а затем почувствовал себя крепко-крепко прижатым к чему-то тёплому, приятно пахнущему.

Хотя по аромату недавно прошедшего дождя, смакуемого с цветущей сакурой, уже нетрудно было догадаться, чьи руки прижимают его голову к упругой груди.

— Саш… кха-кха…! — закашлял Соник. Привыкание к мелодии происходящего после вакуумной тишины протекало неспешно.

— Просто потерял сознание, — с облегчением выдохнула Лайлак, склонившись над его лицом. Мокрая сиреневая чёлка щекотливо коснулась щеки мобианца, вырисовывая на ней влажный узор. — Извини, я так плотно сосредоточилась на своих переживаниях, что забыла о тебе. Прости меня, пожалуйста!

— Д-да… ничего, всё нормально. Долго я пробыл в отключке?

— Минуты три точно. Я так испугалась, когда твой щит внезапно распался, что быстро-быстро поплыла к берегу, чтобы ты не наглотался воды. Мне следовало догадаться…

Драконша затараторила без умолку, а синий ёж вновь окунулся в вакуумную пустоту, теряя связь с происходящим. Он видел, как шевелились губы Лайлак; слышал срывающиеся с них звуки, но не мог разобрать. Что-то про неспособность простить себя за его смерть, искреннее сопереживание и эмоциональные возгласы, смакуемые беспокойным взглядом выразительных красных очей.

На сердце было легко, как никогда раньше. Соник сделал глубокий вдох и… не почувствовал никакого дискомфорта. Дышалось легко и свободно, как в первый раз; тело было бодрым, словно ёж только-только проснулся и сразу же принял душ.

Аромат подруги почему-то казался сладостным.

Будто усыпляющая пыльца…!

Лайлак вскрикнула, когда Соник резко принял сидячее положение, а их носы соприкоснулись друг с другом кончиками. Расслабленный взгляд ежа преобразился в настороженный, подозрительный, — и приковался к большим очам рубинового оттенка. Расстояние от губ — всего четыре сантиметра. Просто подайся вперёд — и они сольются воедино.

— С-соник…! — Лайлак ощутила горячее дыхание ежа на своей мокрой шее, и румянец моментально оккупировал её щеки, делая девушку смущённой. Ладонь интуитивно упёрлась в грудь парня, чтобы оградить его от себя.

— Скажи…! — выпалил Соник. — Я знаю тебя?

Авалисянка растерялась ещё больше. Изначально предположившая, что мобианец хочет её поцеловать, она оказалась не готова к такому вопросу, — а потому замолчала на несколько секунд, не понимая его действий.

— Ну… конечно же, знаешь, о чём ты? — смущённо улыбнулась драконша. Будь у неё ежиные ушки, она бы давно прижала их к макушке. — Я нашла тебя на берегу моря и принесла к себе домой, а потом мы…

— Я знал тебя?

Заданный по-другому вопрос отправил девушку в немое состояние уже во второй раз. Но буквально через пару секунд Соник заметил, как заиграли оттенки и тени в глазах Лайлак: от светлого к тёмному и наоборот. Богатая, ярчайшая гамма глубоких чувств таилась во взгляде сиреневой драконши; её зрачки то расширялись, будто сильное возбуждение овладевало ею, то сужались, словно на яркую лампочку смотрели. Она приоткрыла рот и… прикусила нижнюю губу верхними клычками, её руки сжались в кулаки и изгибами пальцев упёрлись в мокрые бёдра, словно девушка сжимала незримые края юбки.

Вот она — глубина таинственности, которую Соник узрел ещё на берегу их знакомства, когда Лайлак впервые представила ему своё имя. Там, сидя на поваленном бревне, они смотрели друг на друга точно так же, и ёж не мог разобрать, что его так влекло в этом взгляде. Чего в нём он тогда увидел, раз смотрел неотрывно? Откуда вдруг взялось необъяснимое магнитное притяжение, чья привлекательность была подобна оазису в жаркой пустыне?

Соник знал этот взгляд.

Знал, но не помнил.

Лайлак снова приоткрыла губы, и Соник напрягся, как натянутая гитарная струна, в ожидании её ответа. Разве может быть иначе, когда её глаза полыхают подобно лесному пожару, сжигающему все деревья на своём пути?

Сейчас скажет…

Сейчас скажет…!

— Не понимаю, о чём ты, — но огонь обратился в неприкрытую отчуждённость, а улыбка стала сухой. Лайлак отодвинула голову от лица Соника и медленно поднялась, отряхивая ноги от пыли. — Возможно, мне не следовало предлагать тебе совместное ныряние. Сказывается твоя несовместимость с водой.

— Саш…

— Соник, твоё поведение меня настораживает. Как я могла тебя знать, если мы из разных миров? Ты — мобианец, я — авалисянка. Мы априори друг друга не можем знать, а ты у меня такое спрашиваешь.

— Саш…!

— Пожалуйста, не называй меня по имени, — закатила глаза куноичи. — Я — дракон «Лайлак», а «Саш» умерла давным-давно. Уважай, пожалуйста, мои чувства и не делай мне больно.

— Прости, — виновато вздохнул синий ёж. — Наверное, я просто сошёл с ума.

Драконша с улыбкой склонилась над ним, а затем погладила его по голове.

— Нет, это просто побочный эффект. Не волнуйся, горячая пища приведёт тебя в чувство моментально. Просто подожди меня здесь, пока я буду ловить нам ужин.

С этими словами Лайлак совершила грациозный прыжок и исчезла в озере.

Соник вздохнул во второй раз, после чего посмотрел ей вслед. Ощущения после ныряния совсем непривычные, а пережитые события — встречи с Алиной и Дарк Соником — сильно сказались на его возвращении к реальности. Эдакое состояние после гипноза, когда пациенту нужно время, чтобы окончательно прийти в себя.

— Что это со мной было? — почесал затылок Соник.

***

— А-А-А-А!!!

Истеричный вопль сопровождался вылетевшим из окна ноутбуком, который упал прямо перед ногами наслаждающегося тишиной Шедоу и разбился. Чёрно-алый ёж хмуро приоткрыл глаза, со скрещёнными на груди руками покосившись на маленький, деревянный, заброшенный домик, ставший для команды «Dark» временным укрытием. Повернулся в эту сторону и Омега, сопровождая свои повороты звуками движущейся механики. Потом он посмотрел на СФЖ, якобы спрашивая, что это было.

Шедоу раздражённо вздохнул, поднялся на ноги и направился в дом.

Соня, казалось, кипела. Бранясь и отчаянно ругаясь, она ходила туда-сюда, нередко стучала кулаком по столу и порицала кого только можно было. В её руках находилась расчёска с поломанными зубьями, которые ежиха раздосадовано вытаскивала из своих волос, только-только уложенных незастывшим лаком. Выстиранная одежда висела на протянутой над комнатой верёвке, а вычищенные до блеска сапожки стояли в углу.

Сама же Соня ходила в одном полотенце.

Шедоу вошёл в комнату бесшумно и прислонился плечом к дверному косяку, с нескрываемым раздражением глядя на старшую сестру Соника. За последние три дня, что мобианцы путешествовали по Авалису, ежиха успела ему страшно надоесть: вечно недовольная, постоянно на истериках и не замолкает ни на секунду. Желание побить её, как раньше, нарастало с каждой минутой.

— Чего уставился? Не видишь, что ли, что я не одета? — вопреки возмущению, Соня совершенно не стеснялась своего внешнего вида. Даже не смутилась ни на йоту, по-хозяйски уперев руки в бока и по-царски топнув босой ножкой.

— Да хоть голая ходи, мне всё равно! Ты можешь заткнуться хотя бы на секунду? — мрачно зарычал Шедоу. — Я из-за тебя не могу посидеть в тишине и расслабиться. Ты своими воплями достала даже Омегу!

Робот в знак согласия подмигнул красной лампочкой.

— У меня расчёска сломалась, причёска испортилась, а гель для волос пролился на ноутбук — что мне, мило улыбаться, что ли?

— Мне плевать, что у тебя тут происходит — просто заткнись!

— Сам заткнись! — огрызнулась оскорблённая Соня. — Пока вы с Омегой филоните, я делом занимаюсь, информацию пытаюсь какую-нибудь найти… Достало всё!

У Шедоу под ложечкой засосало, когда ежиха в очередной раз начала греметь скромным косметическим набором, купленным в одном из городков Шанг-Ту. Всё ей не нравится, хоть тресни! Даже новая база — и та вызывает недовольство, несмотря на то, что самые тёплые места предоставили ей, тогда как ёж и робот проводили досуг на улице.

Потом Соня села за стол и… разревелась, вызывая кислую мину на лице Шедоу ещё больше. Это уже не первый раз, когда ежиха ведёт себя чересчур неординарно: то ругается, то плачет. Вчера она ни с того, ни с сего вдруг набросилась на него и начала хаять, потом обругала Омегу, почём белый свет стоит, — а после заперлась в доме и до поздней ночи не выходила.

— Я устала, Шедоу! От всего устала, понимаешь? — выкрикнула Соня. — Мы ищем, ищем — и всё впустую! Никакого развлечения, никакого отдыха — только работа, работа и ещё раз работа! Но я не железная! Это вы с Омегой можете сутки напролёт делать одно и то же, а я — нет! Такое ощущение, что вам вообще ничего, кроме битв, не нужно! Злыдни, блин! Ходячие камни!

— Ты просто ноешь, как девчонка, — сурово подытожил Шедоу.

— А я и есть девчонка, если ты не знал! Я не запрограммированное на сражения существо, а сделанная из плоти и крови ежиха, которой время от времени необходимо развлекаться, общаться с кем-нибудь! Но ни с тобой, ни с Омегой я этого сделать не могу, потому что вы всегда на своей волне находитесь! Такое ощущение, что я для вас просто добытчик информации, не более!

— У тебя самая тёплая постель, ты живёшь в более оптимальных условиях, тебе не приходится марать руки о наших противников — чего тебе ещё не хватает?

— Общения, чёрт тебя побери, Шедоу! ОБ-ЩЕ-НИ-Я! — растянула последнее слово мобианка. — А ещё я хочу сходить куда-нибудь да развлечься!

Чёрно-алый ёж хмуро закатил глаза.

— Куда ты хочешь сходить? — спросил он.

— Не твоё дело! — обиженно буркнула Соня и по-детски надула щёки, отворачиваясь от него. Правда, потом чуть смягчилась и добавила: — В клуб какой-нибудь хочу. Где музыка и танцы есть.

— Отвратительные у тебя предпочтения.

— Уж получше твоих будут!

Шедоу ещё раз тяжело вздохнул.

— Ладно, выгуляю тебя сегодня. Надеюсь, после этого ты перестанешь истерить.

— Надейся, блин! — брякнула ежиха, не поворачивая в его сторону голову…

Чтобы он не увидел румянец на её щеках.

Глава 29: Хаос и Гармония

— Ты точно готов? — ещё раз уточнила Лайлак, глядя на Соника, что стоял перед волшебным барьером с гитарой в руках.

«Трунь-трунь», — синий ёж провёл пальцами по струнам, будто проверяя свою готовность к музыкальной игре. В этот раз звук не резал ничьи уши — ни его, ни Саш, ни даже Оракула, что наблюдал за ребятами со стороны.

Соник вздохнул.

Его руки покрепче взялись за инструмент, а после он кашлянул в кулак, задумываясь о чём-то.

«Так Слит… имел в виду… тебя…?», — вспоминались ему слова Эггмана, когда его взгляд упал на Лайлак.

Соник не забыл этот момент. Часто, когда Саш отлучалась, ёж раз за разом прокручивал в голове последние события, связанные с ним и с ней, и выводы его размышлений были, мягко говоря, необычными.

Порцию вопросов добавляло и смятение Кэрол:

«В её случае — нет. У Лайлак много поклонников из соседних деревушек, и некоторые из них даже гуляли с ней под Луной на берегу моря. Однако ни один из них не услышал от неё её настоящего имени. Ни один, понимаешь? Ни один! А ведь она их знает около трёх, а то и четырёх месяцев, смекаешь? С тобой же она знакома на тот момент была два дня, однако сразу же поделилась своим секретом. Что-то тут не чисто!».

Соник всегда питал к Лайлак неоднозначные чувства. С одной стороны, он уважал её, как отважную и смелую героиню, а также хорошего товарища, которому не чужды сострадание и понимание. Собственно, так они и познакомились: она нашла его на берегу моря и принесла к себе домой, где выходила, на ноги поставила, помогла с акклиматизацией.

А с другой, её ореол таинственности достиг точки кипения, когда не придавать внимания многим вещам просто не получалось. Последние дни Лайлак проводила в бесконечных размышлениях, а когда Соник окликал девушку, та моментально натягивала на лицо улыбку и со словами: «Всё хорошо» сразу же меняла темы для разговора.

И Кэрол с ней поругалась потому, что за долгие годы знакомства, как оказалось, очень плохо её знала.

И имя своё Лайлак сказала только ему, вниманием обделив остальных.

И Эггман каким-то образом «обознался».

И «тёмное прошлое», о котором драконша не хотела говорить.

И, самое странное, отношение Лайлак к Изумрудам Хаоса. Было замечено, что авалисяне и тот же чейзер не без труда могли держать реликт Мобиуса в руках, якобы из-за энергии хаоса, к которой они не привыкли. Однако Саш даже этого сделать не могла — прикоснуться к артефакту. В чём заключалась причина, Лайлак никогда не говорила, но по её глазам было видно:

Ей страшно.

Энергия Изумрудов Хаоса её пугала.

А потому, когда Соник наконец-то заиграл, холодная комната наполнилась рычащим звучанием рок-н-ролла, в котором, однако, не было никакого драйва. Она не бодрила, не подстёгивала своего слушателя на приключения, как раньше, да и стиль преобразился.

Соник не знал, кто такая Саш Лайлак.

Об этом и была его музыка.

***

Последние два дня Тейлз провёл за рабочим столом. Утром, днём и ночью он корпел над чертежами и формулами, написал тысячи уравнений и внёс немало отчётов в блокнот, где описывал воздействия приготовленных им препаратов на вирус «Кровь Демона». Работа не задавалась с самого начала: то ампула с ядовитой инъекцией разлетится, то в желеобразную субстанцию преобразиться, то вовсе ничего не произойдёт. А с тем учётом, что испытуемых под рукой не было, полагаться лису приходилось только на свои знания.

Увы и ах, Тейлз был механиком и инженером, но не химиком, а уж тем более биологом. Зачастую приходилось полагаться на учебники и делать всё по стандарту, не имея возможности в импровизацию. В такие моменты Майлз готов был выйти из себя, бросить всё и забиться в угол со словами: «Я не понимаю этого».

Но такого не происходило.

Потому что его поддерживала Милла.

Собачка стала для него своего рода успокоительным. Вместе они по несколько часов могли обсуждать полученные данные, обговаривали свежие теории за чашкой кофе на завтраке. А когда Тейлз, уставший и вымотанный до чёртиков, засыпал прямо за столом, Милла выключала настольную лампу и накидывала ему на плечи тёплый плед, чтобы он не замёрз ночью.

***

Кэрол сидела под большим лопухом и, поджав к груди колени, тоскливо наблюдала за непроглядной стеной ливня. Песчаный берег украшали безобразные водянистые узоры, а морские волны нещадно разбивались о торчащие из воды камни, и летели во все стороны солёные брызги. Шум прибоя не успокаивал, но, по крайней мере, позволял отвлечься от мрачных раздумий, коих в Кэрол было с лихвой.

Всё шло из рук вон: начавшийся в её жизни хаос после знакомства с мобианцами, их разрушенная с Лайлак дружба и отказ от неё Наклза. Это раздражало и бесило Кэрол больше всего, от чего хотелось дико выть, раздирать когтями пальмовые коры.

Почему всё не может быть так, как раньше?

Зачем Лайлак вообще сунулась в эти интриги, когда могла просто пожелать иноземцам удачи и вместе с Кэрол остаться в Драконьей Долине? Ведь жили себе спокойно, тихо, мирно, ни в какие проблемы не ввязывались после ухода из «Красных Шарфов», и тут на тебе: в сиреневой Саш внезапно проснулся героизм.

Кошку аж затошнило.

Может, Спейд прав, и Лайлак действительно предательница? Сначала она без всяких объяснений покинула организацию, потом неведомым образом прониклась доверием к синему иноземцу, а теперь и вовсе слоняется с ним и всюду, будто влюблённая дурочка.

Сзади послышался шорох, и Кэрол бросила через плечо недовольный взгляд на Наклза. Он вымок до нитки, испачкал свою обувь в песке, но от холода не дрожал. Оно и понятно: долгие годы служения своему долгу сделали из него эдакого непробиваемого камня, способного пережить и лютую зиму, и жаркое лето.

В левой руке ехидна держал две бамбуковые палки.

— Я думала, тебе будет на меня тошно смотреть после произошедшего, — ядовито улыбнулась Кэрол.

Наклз закатил глаза, никак не отреагировав на язвительность Тиа.

— Ты хочешь вернуться домой? — каким-то отрешённым тоном произнёс он.

…Хочешь домой…?

В этом они, пожалуй, были друг на друга очень похожи. Если чего Кэрол и хотела в данный момент — так это оказаться в уютном домике на большом дереве, в тёплой кроватке, перед стареньким телевизором.

Посему кошка не стала продолжать в грубость и просто кивнула, опустив уши. Как-то перехотелось вдруг ругаться с Наклзом.

— Тогда пошли, — с этими словами ехидна вылез из-под лопуха. Тиа последовала за ним.

***

Теперь, когда Соник полностью сосредоточился на музыке, Лайлак могла воочию увидеть талант мобианца.

Дельф был прав: рок-н-ролл — то, в чём синий ёж собаку съел.

Даже она, любительница более спокойных композиций, не смогла проникнуться тем, что в данный момент вытворял Соник. Гитара в его руках и рычала, и выигрывала сложнейшие аккорды, и в классику пыталась, и в модерн. А когда ёж неожиданно начал подражать японской стилистике, у Лайлак попросту отвалилась нижняя челюсть.

Соник был мастером своего дела. Было видно, что занимался этим он большую часть своей жизни и знал, как, когда и где зажать струны, чтобы гитара выдала искомый звук, от которого по телу Лайлак пробегали мурашки.

Ей нравилась его мелодия. Было в ней всё то, что девушка могла назвать близким её духу. Она сочетала в себе некую таинственность и граничащую с тоской умиротворённость, а резкие переходы то в рык, то в тишину символизировали своего рода падения и восхождения. Их чередования не комментировались музыкантом, решившим играть без слов, но они были и не нужны.

Лайлак слушала и слушала…

И лишь одного не понимала: мелодия, которую проигрывал Соник, косвенно посвящалась ей.

***

Хаос и гармония — понятия несовместимые. Один нацелен беспорядок и разрушения, другая рождена для созидания и объединения. Как женское начало Инь и как мужское — Янь. Как Солнце и Луна, что сменяются день ото дня. Они всегда выступали противоположностями друг друга, что, впрочем, никогда не мешало им идти рука об руку.

Вот Соник играет на гитаре, а умиротворённая Лайлак наслаждается его композицией, не забывая покачивать в такт головой.

Тейлз заработал с новым рвением, тогда как Милла всячески подбадривает его, верит в способности лиса.

Даже Наклз и Кэрол, чья совместимость приравнивалась к Огню и Льду, сейчас стояли под дождём, оба вымокшие до нитки, и познавали путь гармонии посредством тренировок. Они прекрасно знали свои сильные и слабые стороны, а потому, чтобы ускорить процесс понимания друг друга, просто держались за концы бамбуковых палок и интуитивно следовали за движениями своей противоположности.

Вот под ночным небом, украшенным звёздами, идёт Шедоу. На его долю выпало нелёгкое испытание — тащить домой напившуюся в хлам Соню, которая рассказывала «СФЖ» о своей неудавшейся замужней жизни. Ёж не слушал её. Просто придерживал за талию и каждый раз возвращал на прежнюю линию, когда ежиху начинало уводить в сторону. А ведь когда-то они шли по разные стороны и были врагами, пока их не объединила одна искомая цель: поиск Соника. Жизнь, однако, удивительная штука.

Мэник в очередной раз пригласил Ниру на свидание, но, как и ожидалось, получил отказ. Однако стоило ей войти в свой рабочий кабинет, как в нос вдарил приятный аромат незнакомого Авалису «Ристретто», доносящийся из фарфоровой чашки, а рядом с ней лежит блюдце с несколькими таяки — и всю эту прелесть украшает роза сине-фиолетового цвета, идеально подчёркивающая натуру холодной девы. Нира удивлённо вскидывает брови, оборачивается, а довольный своим поступком Мэник отвечает ей дебильной улыбкой и убегает «по делам». Ли хмурится, пытается держать привычную ей марку — но потом улыбается, хоть и пытается себя убедить в обратном.

И лишь Эми, натирающая своё тело пористой пеной и умывающаяся горячей водой в душе, не может сдержать предательских слёз, что по её щекам стекают. А Спейд в это время сидит в ночном баре и глушит мрачные раздумья третьим стаканом эля, явно не собираясь на этом останавливаться. Они оба безответно были влюблены в своих кумиров — и оба совершили то, во что просто не желали верить.

Хаос и гармония — понятия несовместимые.

Почему же они способны тогда идти рука об руку…?

***

— Ну, вот и всё, — сказал Соник, и гитара из его рук пропала.

Защитный барьер засветился, и ребятам пришлось прикрыть глаза, чтобы не ослепнуть. Послышался глухой скрежет, будто волшебная аура не растворялась, будто аскорбинка в воде, а рвалась на части, как бумага. Белоснежная энергия флюидами разнеслась по всей комнате, после себя на стенах оставляя посеревшие пятна.

Лайлак спрыгнула с камня и встала рядом с Соником, наблюдая за медленно отворяющимися вратами. Из недр проклятой скалы тотчас повеяло смертью и зловонием.

— Ты готова? — спросил Соник Лайлак, на что та ответила кивком. После он повернулся к Оракулу. — Что произойдёт после того, как мы получим «Медаль Солнца»?

— Вас телепортирует обратно, но куда, я не знаю, — этими словами Дельф удивил ребят. — Остров Дня и Ночи разрушен, а потому неизвестно, где вы можете оказаться.

Ёж и драконша переглянулись друг с другом, после чего вздохнули.

Выбирать не приходилось.

— Идём.

— Ага.

С этими словами скоростные герои бросились в свободный проход, и первая темнота приняла их с распростёртыми объятиями.

Дельф вздохнул.

— Вы и будете теми, кто… — но, не договорив, растворился в зелёном свете.

***

Аванпост — последняя станция, связывающая павшее будущее с Империей О-Дора. Вездесущие рэнксы патрулировали территорию и там, и тут; добраться до искомых мест можно было лишь по передвигающимся мостам, заряженным электрическом, под которыми протекала не совсем обычная вода чёрно-аквамаринового цвета.

Внезапный взрыв вынес с петель железную дверь, и огненная волна ворвалась в сектор, в одночасье обращая опешивших рэнксов в трупные останки. Тем, кому удалось избежать столкновения с ней, было уготовано пасть от чёрного клинка, что разил их быстрее звука.

— «Камень Сюрикена»! — прорычал Ниндзя, зажав в руке фиолетовый камень.

Рэнксы бросились на врага в атаку — и тут же пошли на фарш, потому что синий мечник запрыгнул на возникший из ниоткуда огромный сюрикен и полетел вперёд, мощными лезвиями разрезая всё, чего касался. Мост в одночасье окрасился в ярко-зелёный цвет, и полетели в мутную воду клинки оппонентов.

— ХИЯ! — Милла выскочила из прохода второй, обстреливая супостатов зелёными кубами.

ПШ-ПШ! — они проделывали дыры в стенах, плавили доспехи и тела рэнксов. Затем Бассет сжала большой куб до лепёшечного состояния и выстрелила им по неоновой батарее, из-за чего мосты пришли в беспорядочное движение туда-сюда. Это привело к тому, что бегущие к ним рэнксы потерялись в ориентации и попадали вниз.

Тейлз зашёл последним и в сражении с недругами не участвовал, полагаясь исключительно на Ниндзю и Миллу. Тем, к слову, подмога и не нужна была. Они и так прекрасно со всем справлялись.

Ниндзя метким пинком отправил сюрикен в хаотичный полёт, а сам спрыгнул на второй этаж, обнажая уже красный камень.

— «Камень Ярости»!

Состояние берсерка — так можно было охарактеризовать охватившую тело мечника энергию алого цвета, благодаря которой он тупо начал выкашивать мобов мощными ударами чёрного меча. Головы, руки, ноги, туловища — в разные стороны летело всё, и сопровождалось сие зелёными брызгами крови.

Милла подняла над собой руки. Затем сформировала в них огромный энергетический шар и, размахнувшись, швырнула его во вторую батарею. БАБАХ! — этот взрыв был помощнее предыдущего, и стены тотчас затряслись от возникших вибраций. Аванпост в одночасье наполнился душной жарой, из-за которой по виску Тейлза стекла капля пота.

— «ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! СБОЙ В ПРОГРАММЕ «КРИО-1»! НЕХВАТКА ПИТАНИЯ! ВЫВЕДЕНЫ ИЗ СТРОЯ АЛГОРИТМЫ АНТИ…»! — и компьютерный женский голос накрылся медным тазом. Вернее, шипящими помехами.

— Офигенно! — с этими словами Ниндзя спрыгнул к своим союзникам, убирая чёрный меч за спину. Его взгляд пал на Миллу. — Для новичка ты сражаешься очень даже неплохо.

— Тяф!

— А ты чего встал, как неродной?

Последнее предназначалось Тейлзу, опасливо оглядывающемуся по сторонам. В руке он держал две ампулы с синей жидкостью.

Это был антидот.

— Куда нам дальше? — спросил лис.

— Тут только два пути: в «Крио-камеру» и на «Пространственный Мост», — объяснил Ниндзя. — Вы берётесь за первое, я за второе.

— Хорошо.

Больше мечник ничего не сказал. Он разбежался и прыгнул над пропастью, но тут же взмыл вверх благодаря фиолетовой цепи, которой выстрелил из левой руки.

— Пойдём, — сказала Милла и первой побежала в указанную сторону. Тейлз последовал за ней.

***

Наклз занял верхнюю часть робота. Он встал на зелёную платформу и сжал руки в кулаки — и Тэкаяма повторил его движения.

Кэрол отвечала за нижнюю часть гиганта. Стоило ей оказаться на красной платформе, как ноги робота моментально пришли в движение и со скрипом согнулись в коленях.

Его глаза сверкнули красным.

Механическое сердце начало пульсировать, разгоняя по трубкам энергию.

— Думаешь, получится? — сомневалась Кэрол.

— Пан или пропал, — вздохнул Наклз.

Попытки встать на ноги не увенчались успехом. Торчащий из груди Тэкаямы большой камень не давал последнему повернуться ни туда, ни сюда. Оному способствовали и первые попытки двух противоположностей в синхронизацию: то ехидна раньше времени начнёт отталкиваться от стены руками, то кошка запоздает с ногами. В какой-то момент оба едва не психанули и не ушли со своих мест, будучи неспособными освоить управление робота.

Но тренировки всё же дали плоды. Вдоволь намучившись, Наклз и Кэрол вспомнили об интуитивных движениях, а затем медленно, но верно начали поднимать рогатого гиганта.

Уклон влево…

Уклон вправо…

А потом вперёд — и Тэкаяма освобождается от камня в груди. Кэрол тотчас начала разгибаться в коленях, благодаря чему робот встал в полный рост. Застучали металлические здоровенные кулачища друг о друга: это Наклз так настраивался на предстоящее сражение.

Тэкаяма сделал первый шаг, потом второй. Проблем в управлении больше не происходило.

Робот вошёл в море.

***

Не успели Соник и Лайлак оказаться на широкой арене, окружённой лавой, как волшебные решётчатые врата за их спинами тотчас захлопнулись. Ребята мгновенно насторожились и принялись озираться в поисках виновника происходящего.

А искать его долго не пришлось.

Малакаи был именно таким, каким парочка его видела на изображении дверей: костлявые руки и ноги, лишь тело облачено в какую-никакую одежду, и красный длинный шарф на шее развевается. Из-под остроконечной широкой шляпы выглядывает единственный глаз алого цвета с чёрным змеиным зрачком.

— Вот он! — крикнула Лайлак.

Малакаи выговорил что-то на древнем, непонятном для ребят, языке. Затем встал с костяного трона, прокрутил в руках магический посох с изогнутым в бараний рог верхним концом — и встал в стойку.

Он спрыгнул вниз, после чего ударил острой частью посоха в середину арены, и та моментально погрузилась в лаву. Опешившие Лайлак с Соником в последний момент успели запрыгнуть на поднимающиеся и опускающиеся одновременно плиты, благодаря чему успешно избежали сожжения заживо.

Что до Малакаи, то демон так и остался стоять в центре. Ему огонь вреда не причинял.

— Дао… — начала Лайлак.

— Джитсу… — продолжил Соник.

— Фаир!

Раз! — и героев охватывает огненный щит, позволяющий им не получать урона от лавы.

Так они думали, пока ёж не спрыгнул с плиты первым.

— СОНИК! — закричала Саш, когда мобианца охватил огонь. Рывком она вернула его назад и тотчас погрузила в водяной щит. С тем учётом, что пробыл в пламени Соник всего секунду, огонь исчез быстро, не оставив на синем теле ожогов.

Малакаи вобрал в «рог» синей энергии, а затем начал обстреливать героев шаровыми молниями. Лайлак, схватив Соника, перескочила на следующую плиту, потом ещё и ещё. Остановилась лишь тогда, когда оказалась позади демона, после чего отпустила синего ежа.

— Лайлак, я… гр-р… с-сейчас… — но всё, что смог сделать Соник — это упасть на живот, неспособный дальше продолжать бой. Девушка было растерялась, однако быстро оправилась, поняв, чем опасна лава Малакаи. Огненный щит, к сожалению, был бесполезен.

— Жди меня здесь, — тихо промолвила Лайлак, после чего поднялась на ноги. — Я сама с ним разберусь.

***

Море разволновалось. Находящиеся вблизи Тэкаямы горы ни с того, ни с сего вдруг покрылись трещинами, а затем рассыпались на мелкие камушки. Земля вдруг задрожала.

Наклз и Кэрол понимали, к чему всё шло, а потому сконцентрировались на управлении роботом. Морскую гладь неожиданно прорезал рог, затем возникли очертания красного шлема, а после начал показываться сам гроза здешних территорий, однажды уже сразивший Тэкаяму — Кизза. Он был на голову ниже светло-синего робота, но превосходил его в габаритах и броне.

Промычав что-то нечленораздельное, Кизза двинулся в сторону Тэкаямы…

И тотчас получил первый удар с левого кулака.

А Наклз, не давая ему оправиться, отправил вдогонку кросс справа. Потом атаковал апперкотом.

— Ты хотя бы предупреждай, что напасть хочешь! — рявкнула в микрофон Кэрол, недовольная поступком ехидны. — Я еле-еле удержала нашу игрушку на ногах.

— Конечно, хорошо! Обязательно так буду делать, чтобы враг с лёгкостью предсказал наши действия! — огрызнулся в ответ Наклз.

— А ты не подумал, дурная башка, что мне, быть может, тяжело удерживать равновесие, не?

— Да просто поставь эти ноги в стойку боксёра, чтобы…

— БЕРЕГИСЬ!

Ехидна тут же закрылся железными кулачищами, благодаря чему спас голову Тэкаямы от мощного кулака Киззы. Но робот всё равно пошатнулся назад, и вскрикнувшая Кэрол быстро-быстро заработала ногами, чтобы их с Наклзом детище не рухнуло навзничь.

Хранитель Мастера Изумруда прорычал:

— Слабовато для тяжеловеса!

БАЦ-БАЦ-БАЦ! — Наклз произвёл комбинацию из удара в печень, бороду и скулу, и теперь попятился уже Кизза, у которого лопнул левый глаз.

— Оу, неплохо! — хмыкнула Тиа.

Ехидна стукнул кулаками друг о друга, и те заполыхали багровым пламенем.

— Вот сейчас и посмотрим, кто из какого дерьма сделан.

***

Казалось, у Лайлак нет шансов на победу. Всё, что она делала — лишь перепрыгивала с плиты на плиту, неспособная как-либо задеть Малакаи. Ещё бы: находящийся в середине и окружённый огнём, он был недосягаем для физических атак, тогда как сам сражался на расстоянии, используя либо шаровые молнии, либо режущую струю воды. Саш уворачивалась от атак, попутно следя за состояниями плит, ибо те время от времени погружались в лаву.

Действительно, никаких шансов.

Так думал Соник, пока Лайлак вдруг не подловила момент и не метнула в Малакаи нож. Гранёное лезвие оставило резанную рану на правом боку демона, из-за чего тот истошно взвыл.

— Я, как-никак, бывшая куноичи, — Лайлак высунула язычок и закрыла левый глаз, делая забавную мордашку.

Выброшенный нож воткнулся погружающуюся в лаву плиту, однако Саш быстрее звука пробежалась по кругу, на бегу вытаскивая орудие. После продолжила бегать, потому что разъярённый Малакаи принялся обстреливать её с удвоенной силой. Получалось относительно: в скорости Лайлак ничем не уступала Сонику, а потому носилась по кругу быстрее звука, чем только запутывала противника.

Нож у неё был один единственный, а потому приходилось просчитывать наперёд каждый бросок.

Вот Лайлак вновь подлавливает момент для атаки.

Вот снова бросает нож в Малакаи, оставляя на его теле новую резаную рану.

ВЖУХ! — быстрее звука она пробегает по кругу, успевает поймать летящее оружие за рукоять, снова бросить в демона и снова его поймать.

Вот она — битва без права на ошибку.

Соник поднялся на одно колено, но сразу же стиснул зубы, ударив кулаком по земле. Демонический огонь высосал из него часть жизненной энергии, а потому на парное сражение бок о бок с Лайлак надеяться не приходилось. Разве что только наблюдать, как целиком и полностью сконцентрированная на битве Саш старается не допустить ошибку…

Потому что тогда им нечем будет отбиваться — и они проиграют.

***

А на море в это время сражались два титана: Тэкаяма под управлением Наклза и Кэрол, и, соответственно, самобытный Кизза. Роботы-гиганты громили друг друга, как самые настоящие боксёры, выпущенные на ринг ради уничтожения своего оппонента. Вместо крови вниз падали первые кусочки металла.

Дрался преимущественно Наклз, тогда как Кэрол следила за происходящим и в опасные моменты заставляла робота уходить либо назад, либо вбок. Кизза же в плане боя был, грубо говоря, колхозником, и удары его летали наотмашь, дескать: а бы ударить. Ни техники, ни ритма — ничего в нём не было, окромя грубой силы.

И вроде всё просто: Наклз — сильный, способный боец-тяжеловес и отлично подсекает супостата — а всё равно периодически пропускал удары врага. Проблема была не в реакции, нет. Просто действовать один в один с Кэрол получалось не всегда, и это сильно сказывалось на битве. У ехидны всё было просто: сжал кулаки — и пошёл в лоб, как говорится. Кошка же предпочитала полагаться на изворотливость, а не выносливость.

Иными словами, эдакое совмещение двух противоположных друг другу стилей — бокса и вин-чуня. Там, где Наклз предпочитал нападать, Кэрол уклонялась. Там, где кошка решала остановиться для проведения комбо, ехидна просто не мог сосредоточиться.

И всё это, разумеется, не могло не комментироваться оными:

— ТЫ МОЖЕШЬ НЕ УХОДИТЬ С ТРАЕКТОРИИ, БЛИН?

— ТЫ САМ ВИНОВАТ, ЧТО НЕ ПОДГОТОВИЛСЯ К АТАКЕ!

— ЧТО? ЭТО ЕЩЁ Я ВИНОВАТ??? ТЫ ТАМ СОВСЕМ РЕХНУЛАСЬ, ЧТО ЛИ?

— РЕХНУЛАСЬ?! ДА МНЕ С ТРУДОМ УДАЁТСЯ УДЕРЖИВАТЬ РОБОТА, ЧТОБЫ МЫ НЕ РУХНУЛИ!

— ТАК ПЕРЕСТАНЬ, ТВОЮ МАТЬ, ТОПТАТЬСЯ, КАК КУРИЦА!

— ДА ПОШЁЛ ТЫ, ДУБОЛОМ!

И вот Тэкаяма снова получает несколько ударом, и всполошившаяся Кэрол переставляет ноги робота так, чтобы он не упал в море. Рычащий Наклз закрывает голову их детища кулаками, затем подлавливает момент и мощным апперкотом выбивает нижнюю челюсть Киззе. Враг начинает дымиться. Он лишён носа-кольца, левого глаза, — но всё равно ещё на ногах, способный драться дальше.

Битва продолжает набирать обороты.

***

Тейлзу не составило труда взломать электронный замок, после чего дверь открылась, открывая проход гостям из прошлого. Милла, на чьи хрупкие плечи ложилась задача защищать и себя, и лиса, первой вошла внутрь, держа наготове заряженный куб, как пистолет.

Но рэнксов тут не было.

Более того, в этой комнате ребята обнаружили то, что заставило их округлить от ужаса глаза.

— О нет, — тихо вымолвила Милла.

«Крио-камера» — так называлась эта комната, от самого потолка до глубокого пола заполненная клетками-ячейками, в которых плавали павшие в битве с О-Дором жители Авалиса. Количество пострадавших посчитать возможным не представлялось: большую часть ячеек скрывала жужжащая электричеством сине-чёрная вода, плавающая под сетчатым мостом. По нему герои вошли в комнату, и дверь за их спинами автоматически закрылась.

Ниндзя говорил им, что О-Дор подверг проигравших вирусу, а после поместил в эти ячейки, чтобы ставить на них гнусные опыты. Спасать их было бессмысленно: все они — мертвы, и находятся здесь лишь с одной целью — перевоплотиться в рэнксов, а затем поступить на верную службу Императору.

Тейлз стиснул зубы, после чего посмотрел на ампулу с багровой жидкостью.

Всё из-за вируса «Кровь Демона», добытого Бревоном из тела Блэк Дума.

Из-за яда Чёрной Армии, способной превращать любое живое существо в монстра при попадании оного в кровь.

— Смотри! — вдруг воскликнула Милла. Тейлз отвлёкся от созерцания ампулы и устремил взгляд туда, куда указывала Бассет.

А вот и она — «Медалька Луны», находящаяся в синем кристалле, расположенном в центре комнаты. Она же являлась генератором энергии, питающей не только «Крио-камеру», но и восточную часть Аванпоста.

За ней-то ребята и прибыли в будущее.

— Мы нашли её, — сказала Милла, но Тейлз прошёл мимо девушки. — Ты чего?

Майлз не ответил. Лишь поджал нижнюю губу, готовый вгрызться в неё зубами от злости… и принятия происходящего, как данность.

Он смотрел на генераторы, снабжающие крио-камеру, вирусом — а в памяти всплывал старый разговор, что произошёл между ним и Соником.

Ещё там, на Мобиусе.

— Мне… страшно, — вдруг прошептал Тейлз, на секунду оторвавшись от своего дела. — Что, если Эггман захватит ту планету?

Ёж вопросительно посмотрел на друга.

— Если у Эггмана это получится — а у него получится с помощью Изумрудов Хаоса! — то в его власти окажется целый плацдарм, до отказа забитый оружием и новейшими технологиями. И тогда он атакует Мобиус, который не сможет дать ему отпор.

Соник скрипнул зубами, представив себе эту картину. В ней Эггман с миллионной армией спустится на Мобиус, который проиграет в битве за планету за какие-то шесть-семь часов. И даже Супер Соник ничего не сможет противопоставить новоявленному узурпатору, — неравное соотношение сил сокрушит даже его.

— Мы не позволим этому случиться, дружище! — обнадёжил неуверенного лиса Соник, положив ему на плечо руку. — Мы одолеем Эггмана, как и в прошлые разы, можешь в этом не сомневаться.

Тейлз грустно закрыл глаза.

Эггмана-то они смогли остановить. Не сокрушить окончательно, конечно, но большую часть планов под откос пустили точно.

Вот только вирус, что превратил Авалис в Планету Отчаяния, привёз с собой не Эггман, а Бревон. И этот мир станет не плацдармом боевых машин, откуда будут производиться нападения на другие миры (в том числе и Мобиус), а настоящим Адом, в котором выживут лишь единицы.

Будущее Авалиса можно было изменить только одним способом — вернуться в настоящую эпоху, затем найти конвейер, штампующий «Кровь Демона» один за другим — и уничтожить его.

С этими мыслями Тейлз откупорил большим пальцем колбу с антидотом и влил тёмно-синюю жидкость в выдвинувшийся из панели генератора отсек. Лампочки с ярко-зелёного сменились на тёмно-синий цвет.

— Я спасу будущее! — поклялся самому себе Тейлз. — Не важно, мой это мир или чужой! Я сделаю всё, чтобы никто и никогда не узнал о существовании такого будущего.

В эту же секунду он почувствовал, как его руку крепко сжимают нежные ладошки, и перевёл взгляд на Миллу.

— Мы сделаем это вместе! — с улыбкой пообещала она.

Тейлз смутился, но быстро оправился и кивнул, после чего дёрнул за рубильник.

Теперь, когда генератор штамповал не вирус, а антидот, будущее Ниндзи можно было считать спасённым. Всё, что оставалось сделать синему мечнику — это низвергнуть О-Дора прямиком в Ад и вернуться домой уже с новыми целями — вместе с остатками выживших построить на сожжённой земле новый мир. На это уйдёт много времени и сил, однако теперь ужасы канут в прошлое.

Синий кристалл разбился, и «Медалька Луны» вылетела из него, плавно опускаясь на руки Тейлза и Миллы. Энергия бирюзового цвета начала обволакивать их.

— А теперь домой. Обратно в наше родное измерение, — улыбнулся Тейлз.

— Ага, — тявкнула Милла.

«Медаль Луны — получена»!

***

— Р-Р-Р-Р-А-А-А-А-А-А-А!!! — и Наклз с бешеным рёвом размолотил Киззе голову.

Роботы были на пределе своих возможностей. На теле Тэкаямы виднелись большие пробоины, из которых сочилась энергия, питающая сине-голубого гиганта. Похожая ситуация происходила и с Киззой, забитого фактически до смерти. Кэрол вымоталась до ужаса, а потому с трудом передвигала ногами Тэкаямы.

Наклз опустил кулаки…

И тут же получил мощный удар в голову, из-за чего шея сине-голубого гиганта треснула.

— ЕХИДНА!!! — закричала Кэрол.

А Кизза ударил ещё раз, но уже апперкотом — и оторванная от тела голова Тэкаямы вместе с находящимся в ней Наклзом полетела вверх, будто подбитый ногой футбольный мяч. Потерявшее связь с головным отсеком тело накренилось, покачнулась и упало в море.

Наклз наконец пришёл в себя.

Он выпрыгнул из разбитых зубов Тэкаямы и полетел вниз подобно метеору, целясь в размноженную голову Киззы, чей мозг — он был сделан из кристалла, что давал роботу подпитку — лишился защиты. Багровое пламя тотчас начало вырываться из тела ехидны на свободу: сначала кулаки, потом ноги и, наконец, сама голова.

Наклз закрутился в спираль и со свистом влетел в кристалл.

БАБАХ! — мощнейший взрыв сотряс всё, что находилось от моря в радиусе трёх километров. В стороны полетело всё: сгорающие железные руки, багряные доспехи, прожжённый до основания металл. Огненный купол вырвался из Киззы и разлетелся на флюиды, как мыльный пузырь, и хлынула на берег семиметровая волна-цунами.

Наклз в это время находился глубоко под водой, ковыряя левый бок Тэкаямы копательным когтем. Раз-два! — и он отшвыривает ненужный лист металла в сторону, чтобы высвободить из обломков потерявшую сознание Кэрол.

Ехидна прижал её к себе и поплыл наверх.

Добравшись до берега, он сразу же положил кошку на большой лопух и припал к её груди ухом. Бьётся!

— Ну же, эй! Просыпайся! — Наклз несильно похлопал Кэрол по щекам, но глаза та так и не открыла. — Ох, чёрт…!

Мобианец хотел начать с массажа сердца, но быстро передумал. Руки до сих пор тряслись после сражения с Тэкаямой, а потому ехидна мог не рассчитать силы и случайно сломать кошке грудную клетку.

Оставался лишь один вариант — и, пожалуй, самый неприятный.

Наклз припал к губам Кэрол и принялся делать ей искусственное дыхание. Вдох-выдох, вдох-выдох! Получалось пока не очень, тем более нужно было поймать губу партнёрши, ведь первый способ понять свою противоположность — это интуитивное следование её движениям…

Стоп!

На виске Наклза вдруг вздулась жилка. В голове что-то щёлкнуло.

Всё, что он сейчас делал — это повторял движения губ Кэрол, чей язычок шаловливо скользнул ему в рот.

— Мм, сладенький, я аж расцвела, — хихикнула Кэрол.

Наклза аж затрясло.

С диким ором он отпрыгнул назад и осел на задницу, глазами по три рубля наблюдая за принимающей сидячее положение Тиа, на чьём лице сияла проказливая улыбка, а во взгляде не было ничего, кроме коварства.

— Ну что, будешь и дальше отрицать, что не искал повода, а-а? — сладостно протянула Кэрол.

У ехидны начался нервный тик.

— Ты… ты что это… п-притворялась, что ли?

— А что такого? — невинно похлопала глазками авалисянка.

Наклз тотчас подскочил на ноги, нависая над Кэрол, как палач. В его глазах полыхнула ярость.

— ДА ТЫ… ТЫ… ТЫ БОЛЬНАЯ НА ВСЮ ГОЛОВУ — ВОТ, КТО ТЫ ТАКАЯ! — орал он. — ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО Я, ЧЁРТ ТЕБЯ ДЕРИ, ИСПУГАЛСЯ? У МЕНЯ СЕРДЦЕ ЧУТЬ НЕ ОСТАНОВИЛОСЬ ПРИ МЫСЛИ, ЧТО ТЫ… ЧТО ТЫ… ГР-Р…!

— Оу, — Тиа удивлённо посмотрела на ехидну. — Ты правда за меня переживал? Ох… — кошка вдруг растерялась, почувствовав себя не совсем в своей тарелке. Так-то для неё это просто была игра, обычная шутка — однако реакция мобианца была ошеломительной. Девушка не только перестала смеяться, но и внезапно смутилась. — Блин… это… это так здорово…!

— Пошла в задницу!

Наклз плюнул на всё и отвернулся, но гнев его уже сошёл на нет. Сказывалась усталость после трудного боя с Киззой, да и лучше уж кошка-проказница, чем кошка-утопленница.

— Эй, глянь-ка туда! — вдруг окликнула его Кэрол.

Ехидна заворчал — он решил, что сейчас с её стороны опять последует какая-нибудь шуточка — и повернулся неспешно, недовольно. Однако никакой подколки от Тиа не прилетело. Более того, он и сам изумился, когда увидел то, на что указывала кошка.

«Медаль Звезды» сама к ним плыла по воздуху, словно дар всевышнего за проделанные ими труды. Кэрол встала с земли и подошла к Наклзу, и артефакт, совершив оборот, упал к ним прямо в руки. Их объяло оранжевым свечением.

— Ну, вот и всё.

Услышав старческий голос, Наклз и Кэрол обернулись, встречаясь глазами с улыбчивым Сенсеем.

— Духи, конечно, жестоки — но проницательны, кхе-кхе, — посмеялся Сенсей. — Они не ошиблись, когда избрали вас для этого испытания.

— Полагаю, это всё, старик? — спросил ехидна.

— Именно так. Кизза пал, и теперь Песчаный Остров освобождён от его гнёта. Вы двое сделали великое дело и принесли нашему дому мир и гармонию.

— Надеюсь, наш поступок несильно отразится на будущем, — рассмеялась кошка. — А то я домой хочу да кушать.

— Всё будет хорошо. Вы вернётесь именно в то время, из которого пришли к нам сюда. А теперь прощайте, дорогие друзья! И знайте: мы никогда не забудем то, что вы для нас сделали.

Сенсей отошёл назад и помахал ребятам рукой, после чего те исчезли.

«Медаль Звезды — получена»!

***

Когда Соник пришёл в себя, лавовый пол исчез. Он и сам не помнил, как умудрился потерять сознание, но факт оставался фактом: попытки Лайлак спасти их положение были не безуспешными.

— «Циклон»!

Лайлак раскрутилась вокруг оси и принялась избивать Малакаи резиновыми хвостами, но большую часть ударов одноглазый демон принял на посох. Он отскочил и им же с размаху ударил драконшу, отбрасывая её назад. Девушка прокатилась по земле, но тотчас встала и, применив «Драконий Рывок», стрелой влетела врагу в живот, выбрасывая его вперёд. Затем разбежалась до высокой скорости и пинком подкинула оппонента вверх, после чего полетела вслед за ним. Её кулак кайлом влетел Малакаи в рёбра. Послышался страшный хруст.

Саш спрыгнула вниз и с разительной точностью отфутболила падающего демона в сторону, и тот с оглушительным грохотом принялся биться об арену, улетая в дальний угол.

Но на этом силы Лайлак закончились. Она согнулась в коленях и тяжело задышала, обливаясь потом от усталости. На сиреневой коже виднелись ссадины и царапины, ей нелегко приходилось в битве с тем, кто несколько веков назад наводил страх и ужас на Авалис. Многие воины пали от руки Малакаи в то время. Лайлак продержалась так долго благодаря драконьей выносливости и скорости, но и её возможности были не безграничны.

Малакаи резко встал и одним взмахом посоха отправил в её сторону несколько шаровых молний. Лайлак тотчас отбежала в безопасную сторону, однако демон неожиданно появился за её спиной, а затем выстрелил из «бараньего рога» электрическим лучом…

Который, увы, попал туда, куда надо.

— А-А-А-А-А!!!

Заряд был мощным, а потому Лайлак пронзило до самых костей. Во все стороны полетели первые чешуйки сиреневого цвета. Соник округлил глаза.

Лайлак упала набок. На её теле появились серые пятна, от которых исходил лёгкий дымок. Сама же девушка закрыла глаза, сжимая зубы от боли.

Малакаи двинулся в её сторону.

— Забавно, правда? Сейчас твоя обожаемая подружка пойдёт по бутербродам, и всё потому что ты ничем ей не можешь помочь.

Мир внезапно приобрёл серые тона и замер, будто кто-то свыше поставил просмотр фильма на паузу. Соник оторопел. Снова этот холод, что был ему знаком. Снова это мрачное зловоние…

Из его рук выпал красный Изумруд Хаоса, который стал пульсировать чёрным сгустком энергии. Соник поднял глаза — и увидел стоящего перед ним чёрного ежа с белоснежными очами без зрачков.

— Возьми, — мрачно повелел Дарк Соник, указывая пальцем на мерцающий тьмой Изумруд.

Синий ёж тотчас замотал головой, не желая даже прикасаться к такому артефакту. От него веяло злобой, ненавистью и жестокостью.

Дарк холодно улыбнулся.

— Как хочешь…!

Время вернулось к прежним тонам, и застывший в движении Малакаи снова продолжил идти к Лайлак. Соник попробовал снова подняться — и снова потерпел неудачу: жизненная энергия ещё не восстановилась после соприкосновения с дьявольским огнём.

Малакаи наконец подошёл к Лайлак и воткнул посох в землю, чтобы освободить правую руку.

Саш тотчас захрипела и заболтала ногами, когда демон схватил её за горло, а затем оторвал от пола, поднимая вверх. Взгляд его рыжего ока так и сквозил насмешливостью, каким-то животным триумфом, как будто всё это время он просто игрался с драконшей, как с котёнком. Лайлак хлопала его по костлявой руке с силой, пыталась как-то отбиться, — но ничего у неё не получалось.

Малакаи отвёл правую руку назад…

…и метким ударом вогнал её прямо в грудь Лайлак, отчего та выпучила глаза.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Т!!!!!! — закричал Соник.

Лайлак дёрнулась в конвульсиях — и обмякла.

Навсегда!

Безжизненные уста разомкнулись, и из них вытекла багряная кровь.

Точно такая же, которая пропитывала голубую жилетку девушки.

Малакаи медленно вытащил окровавленную кисть из груди Лайлак, а вместе с ней и пульсирующее сердце драконши, которое выбросил через плечо, как пустую банку.

Мёртвое тело упало к его ногам.

Неверие!

Боль!

Шок!

Соник не понимал, какое из этих чувств он испытывал в данный момент. Под телом Лайлак собралась приличная лужица крови, а на закатившиеся безжизненные глаза упала сиреневая чёлка, медленно теряющая свой прежний нежный цвет.

Это всё нереально!

Неподвластно пониманию и принятию!

Но всё, что Соник видел — это павшую от рук Малакаи Лайлак, чья история подошла к концу — резко и в один миг.

— Не очень приятная картина, не правда ли?

Вспышка — и перед Соником вновь появляется Дарк Соник. Картина вернулась к первоначальному посеревшему виду: застывший в движении Малакаи, идущий к дрожащей от боли Лайлак.

— Возьми, — повторил свой приказ Дарк Соник.

Ёж опустил глаза на мерцающий Изумруд Хаоса.

Всё, что нужно было — просто взять его в руку. Взять — и почувствовать, как тело наполняется злой энергией, попробовать на вкус тёмную силу, в которой растворялось всё хорошее, как упавшая в стакан с водой аскорбинка.

Соник искренне не хотел этого делать.

Но тогда на его глазах умрёт Лайлак.

А потому, скрепя сердце, ёж прикоснулся к артефакту.

— Разумное решение, — с этими словами Дарк Соник растворился…

…

…………

…………………

……………………………

«Медаль Солнца — получена»!

Глава 30: Карма

Соня поморщилась. Пробуждение давалось ей нелегко: больная после вчерашней «тусы» голова болела нещадно и отдавая лёгкими пульсами в виски. Во рту ощущалась донельзя противная кислятина, а желудок, казалось, заработал язву.

Отдохнула, называется.

Соня попыталась вспомнить вчерашние события и тотчас ойкнула: память вместо искомых ответов наградила её уколом прямиком в мозги. Посему было принято решение не напрягать голову и посильнее прижаться к тёплому сильному телу, закидывая на него ногу.

Ежиха блаженно вздохнула…

И сразу же насторожилась, чувствуя пробегающий по её спине холодок. Сердце заходило ходуном.

Соня не видела, но чувствовала, что на ней надета тонкая маечка с упавшей с левого плеча маечкой да трусики — и ничего больше. Иными словами, бельё, в котором девушка обычно спала за неимением пижамы. Бюстгальтер под майкой отсутствует, в этом ежиха убедилась по ощущениям.

Открывать глаза было не то, что страшно, а в прямом смысле опасно — для психологического здоровья мобианки. Стараясь разубедить себя в надуманном, Соня сглотнула, а затем прикоснулась ладонью к источнику тепла. Вот она нащупала рельефный живот, почему-то напряжённый. Вот поднимается выше и касается чего-то мехового.

Соню пробил озноб.

Нет, это не подушка.

Это мужчина!

В одной с ней кровати.

И сейчас её голова лежит на его сильном плече.

«Великий Хаос… б-боже… т-т-только не это…»! — мысленно завопила принцесса, а к горлу подступили первые спазмы.

Открывать глаза страшно не хотелось, но другого варианта у девушки не было.

А потому, скрепя сердце, Соня медленно разомкнула веки.

Всё верно: она прижималась к спортивному мужскому телу, особенно грудью. Её нога лежала на его талии.

Чёрный окрас с красными лампасами на щиколотках…

Соня и так прекрасно понимала, что ей придётся невообразимым образом объясняться со своим «аспирином» — от страха у неё даже голова болеть перестала, — а потому не стала изображать из себя спящую красавицу и подняла глаза вверх.

Глаза Шедоу были закрытыми — но Соня по его напряжённым скулам поняла, что он не спит.

Вот он, роковой момент, когда встретились на «мягкой» арене «убийца» и его «жертва».

У ежихи всё перевернулось внутри. Конечно, подобные ситуации для неё были не новы, покуда не один год она была замужней и не раз просыпалась в обнимку с Бартлби, в чём мать родила. В такие моменты ежиха поступала должным образом: целовала возлюбленного в губы и со словами: «Милый, это было чудесно!» вставала, чтобы одеться, а затем отправиться на кухню готовить завтрак.

Но сейчас с ней лежит не Бартлби, да и обручального кольца на пальце у неё нет.

Спазмы сильнее начали сдавливать ей горло.

— Отпусти меня, — сквозь зубы попросил Шедоу.

Для Сони это был сигнал к действиям. Взвизгнув аки школьница, которой одноклассник задрал юбку, ежиха отскочила от Совершенной Формы Жизни в конец кровати, в мгновение ока покрываясь густой краской от смущения. Она свела колени вместе и натянула майку до паховой области, чувствуя себя самой настоящей преступницей, посмевшей украсть у высокомерного и мрачного Шедоу не абы что, а целую ночь.

Шедоу наконец открыл глаза, однако ярости в них Соня не увидела. Разве что бесконечный холод, который, казалось, навсегда поселился в красных радужках. Ёж ничего не сказал. Только принял сидячее положение и свесил на плечах голову, предоставляя ежихе вид на свою спину. Пусть это и выглядело донельзя вычурно, но Соня… выдохнула с облегчением: царапин, оставленных в порыве страсти, на своём «любовнике» девушка не обнаружила.

— Ш… Ш-шедоу… п-п-прости…! — еле слышно пискнула Соня, отчего покраснела ещё больше. Да и что можно было ещё сказать в такой ситуации? На ум больше ничего не приходило, кроме избитой шутки: «Теперь ты обязан на мне жениться», но её ежиха ни в коем случае не собиралась озвучивать.

Кому угодно, только не мрачному Шедоу.

Чёрно-алый ёж ничего ей не ответил. Его бархатный ледяной взгляд был устремлён вперёд, будто он пытался им прожечь в стене дыру.

— Одевайся. Нам надо вернуться к заданию, — наконец ответил он — холодно и безапелляционно.

А ему всё нипочём.

Соня не решалась спросить о событиях, которые случились после последнего стакана. Помнила лишь то, что какой-то милый юноша пригласил её танец, они с ним танцевали, а всё остальное было в тумане. Забыла и то, как добралась до их с командой «Dark» базы, но, скорее всего, это Шедоу побыл для неё автопилотом.

Но кое-что беспокоило ежиху больше всего…

А именно:

— Мы же… ну… — Соня закусила нижнюю губу. Румянец на её щеках пылал вовсю. — Между нами ничего н… н-не б-было…?

Направляющийся к двери Шедоу остановился, а сердце Сони тотчас сместилось куда-то ниже, если не в саму область живота.

Неужели…?

— К счастью, нет, — процедил Шедоу и, толкнув дверь, вышел из комнаты.

По идее, Соня должна была обрадоваться. Чувством юмора чёрно-алый ёж не славился, а потому сомневаться в его искренности не приходилось…

Но вместо того, чтобы с облегчением выдохнуть, Соня почувствовала… нахлынувшую на неё обиду. Стало вдруг очень неприятно от услышанного, а подступивший к горлу ком медленно, но верно подталкивал её к тому, чтобы заплакать.

«К счастью, нет»!

Соня знала, что Шедоу не славится мягким характером. Его манера речи, полная цинизма и высокомерия вкупе со жгучим холодом, ни разу не изменилась с их самой первой встречи на «Яйце Смерти».

Но было всё равно очень больно.

Слишком жестоко по отношению к ней.

Будто Шедоу и за девушку-то её не считал.

Так, ходячий компьютер, добывающий для него информацию, и просто навигатор со встроенным в неё переводчиком, помогающий ему в поисках Соника.

Соня села на край кровати, опустив голову.

В последний раз она чувствовала такую боль, когда Бартлби бросил её и уехал в Новый Моботрополис в компании очаровательных девушек.

***

Как-то Ванилла сказала:

— Сердцу любить не прикажешь, милая моя! Ты можешь сколько угодно сил и энергии вкладывать в предмет своего воздыхания, но, если отдача так и не приходит к тебе, стоит остановиться.

— Но я не могу. Я люблю его! — горячо возражала Эми.

— Понимаю, моя дорогая, понимаю. Я ведь, хи-хи, когда-то тоже была молодой и экспрессивной девочкой. Осознание приходит с опытом, когда мы по собственной глупости наделаем немало ошибок. Это — взрослая жизнь, и она, к сожалению, не так радужна, как кажется. Но в ней тоже есть свои преимущества и краски, помни об этом. Сейчас ты меня не поймёшь ввиду нашей с тобой разницы в возрасте. Ты поймёшь потом…

Чиркнула бензиновая зажигалка. Фиолетово-золотистый огонь своим сиянием и тихим звуком будто завораживал, хотя Роуз прекрасно понимала, что с таким успехом она могла просто курить и глушить свои переживания никотином. Вариант весьма обычен, ибо сигарета в каком-то смысле заменяет стакан со спиртным.

Сегодня она снова одна дома. Торк ранним утром ушёл на работу, которую ему любезно предоставил мэр Зао за выполненную командой «Трефа» миссию. Таким образом чейзер Торк — он же известный на Авалисе как броне-утка — стал механиком, до поздней ночи проводя своё время в мастерской. Его задача была простой: помогать в строительстве летающих кораблей, составлять чертежи и заниматься ремонтом. Работа была не пыльной, как раз в духе иноземца, а потому за непродолжительное время он обзавёлся неплохими знакомствами. Заодно и деньги какие-никакие приносил домой, на данный момент являясь единственным добытчиком в команде.

А Спейд…

Эми скрипнула зубами. Каждый раз, когда имя белого наёмника проносилось в её голове, на душе девушки начинали выть волки, а желание вцепиться ногтями в голову и заживо содрать с неё кожу было выше здравомыслия.

Не знала она, где он. Ниндзя-картёжник не появлялся дома со вчерашнего дня, и его отсутствию Роуз, впрочем, была даже рада.

Мысли — это то, над чем не властен никто и никогда.

Даже самая спокойная с виду личность нередко вынашивает в своей голове цикл непрекращающихся воспоминаний:

…Туман обволакивал озеро, будто в одеяло шёлковое укутывал. И не казалась холодной вода, соприкосновения с которой будоражили и кровь, и делало гусиной кожу, и заставляли дышать прерывисто, тяжело…

…но больше всего заводили прикосновения, от которых тело начинало дрожать, если не плавиться, как сливочное масло. Причмокивание губ смешивалось воедино с лёгкими укусами, чувство чего-то взрослого, эфемерного и запретного сводило с ума не только Её, но и Его. Ненужная одежда отправлялась в сторону без лишних слов, как серая атрибутика, и яркость обнажённого тела была подобна сиянию маяка, чьи лучи будто прорваться сквозь туман пытались…

…Они были такими взрослыми. Такими одинокими, безответно влюблёнными в тех, кто всегда находился впереди них и оставался недосягаемым…

…Ёж Соник…

…Саш Лайлак…

…и чем сильнее ощущалось это мнимое расстояние, тем больше Им хотелось прочувствовать друг друга, как способный умертвить в груди боль наркотик…

Эми заскрипела зубами, снова вцепилась в свои волосы, будто вырвать их готова была. Выпавшая зажигалка потухла, и эхом разлетелся по пустым комнатам глухой звук.

Одиночество — то, с чем она осталась, как ненужный этому миру элемент…

Вместе с нелицеприятными криками в голове и сорванным дыханием, полным жажды.

…Они чувствовали друг друга каждой частичкой своего тела.

…Им было холодно и жарко одновременно; больно и хорошо.

…Симфония животной страсти…

…Симфония взаимного одиночества…

Эми рывком поднялась с кресла и отправилась в душевую.

Холодная вода обжигала не хуже огня, и ежиха задрожала, покрываясь мурашками. Она не собиралась мыться — просто хотела постоять в таком положении несколько минут, пока голова окончательно не отключится. Конвейер поганых мыслей невозможно было обуздать: он штамповал их пачками и пускал в тираж одну за другой, как написанный красными чернилами роман с высоким рейтингом. Особые сцены подчёркивались жирным шрифтом и выводились каллиграфическим подчерком, из-за чего оные приобретали особую весомость в книге, пропитанной духом эроса.

Долго Роуз не простояла в душевой. Обожжённое тело вскоре запросило тепла, и ежиха покинула кабинку, насухо вытираясь махровым полотенцем. После засеменила на кухню, дабы выпить крепкий кофе.

Шан-Му продолжал фонтанировать энергией. И днём, и ночью жизнь не покидала столицу богатой страны на всём Авалисе. Вчера на улицах ходили толпы авалисян, держа над головами широкие флаги с изображённым на них ликом правителя. А покуда жила команда «Red Scarfs» в небоскрёбе, да ещё и на последних этажах, Эми воочию могла наблюдать за происходящим вне её ракушки самобичевания.

Как же ей сейчас не хватало Крим.

Эми опустилась на подоконник и перевела тусклый взгляд изумрудных очей на широкую реку, где плыл шикарный галеон, сделанный из красного дерева.

Нет, не Крим. Эми вдруг осознала, что на самом деле хочет поговорить не с невинной юной крольчихой, а с познавшей вкус взрослой жизни Руж. Да, Роуз недолюбливала летучую мышь, но свою неприязнь к ней она потеряла вместе с девственностью и более не испытывала к девушке ничего, кроме… раскаяния.

Эми высмеивала псевдо-маргинальный образ жизни Руж — а теперь сама вкусила плод суровой реальности, безжалостно разбившей её розовые очки раз и навсегда. Эффект проведённого ритуала был подобен алкогольному опьянению: сначала хорошо, а наутро — плохо.

Она уже никогда не станет той Эми, которой была до Авалиса.

Не сможет быть той девочкой, воистину считавшейся глупой дурочкой, смотрящей на мир через призму детского восприятия.

Никогда…

Никогда…

И всё из-за Спейда, которого Эми страстно ненавидела.

Он вырвал её из зоны комфорта, вверг в холодные объятия мирской жестокости, а под конец и вовсе добил, когда пришёл за ней к озеру.

Одно жаль: Роуз не могла расценивать его действия как изнасилование.

Ведь первый шаг навстречу сделала Она.

Стук в дверь выдернул Эми из раздумий, и девушка отправилась встречать гостя. Искренне хотелось, чтобы им оказался Торк. Он был приятным и интересным собеседником, умел поддерживать и источал ауру дружелюбия, которой так не хватало мобианке. А то, что чейзер не предпринимал никаких попыток залезть к ней в душу, ежиха была только рада. Торк — как корка хлеба: безвкусный, но полезный.

Однако реальность снова дала ожиданиям под зад: на пороге стоял вхламень готовый Спейд. Осунувшееся лицо, налитые свинцом глаза, какие-то невнятные бормотания — вот и вся атрибутика медленно, но верно спивающегося наёмника, потерявшего своих коллег по вине своего старшего брата…

И потерявшего отца.

— Опять ты-э-э… — недовольно буркнул Спейд. Язык его заплетался от выпитого алкоголя.

Эми не изменилась в лице: как смотрела холодно — так и продолжила смотреть. Разве что шаг назад сделала и скрестила на груди руки, наблюдая за нелепыми попытками Спейда войти в гостиную. Судя по тому, как он шатался из стороны в сторону, нетрудно было догадаться, что напитки наёмник смешивал, — чтобы «унесло» наверняка и капитально.

— А где… бр… это-о-о-т… какой-то… ф-ф-ф…

— На работе, — отчеканила Роуз.

— А-а-а… — замямлил панда. — На работе-е…

Он неуверенно шагнул вперёд — и рухнул пластом. На этом их диалог и закончился.

«Жалкое зрелище!», — думала Эми, обжигая холодом изумрудных глаз валяющегося у неё в ногах Спейда — сопящего, источающего отвратный запах перегара с ароматом чего-то вишнёвого. Несколько секунд ежиха боролась с собой, чтобы не наступить ему на голову, и с этим она успешно справилась.

Просто развернулась и решила вернуться на кухню, чтобы продолжить созерцать жизнь на улице.

— Он так просто озлобился на вас?

— Можно сказать и так. Он — парень консервативный и очень чтит традиции с данными им обещаниями — и мы не в силах были их сдержать.

— Кто он? — вопросила Эми.

— Друг из прошлого, если выразиться поточнее, — грустно усмехнулась Лайлак. — Мы так много прошли вместе, и так печально разошлись в конце.

Роуз остановилась.

Ещё при первой встрече она поняла, кем Спейд приходится Лайлак. Эту связь неразделённой любви несложно было разглядеть, тем более Эми, переживающей аналогичные чувства. На его месте ежиха видела себя, на месте драконши — Соника.

Какая ирония!

Два грёбаных одиночества, оставшихся за бортом внимания своих кумиров.

Эми ненавидела Спейда, но в то же время понимала: их ошибка — последствия разбитых сердец, бросившихся в объятия сладковато-горьких иллюзий.

А потому ежиха взвалила на своё плечо пьяного наёмника и, стиснув зубы, потащила в комнату. Там бросила его на кровать, как куклу, благо, сил в её «хрупких» руках хватало («Пико-Пико» и то весил больше). Потом плюнула на всё и стащила с него ботинки, чтобы он не запачкал простынь.

— Кошмарных тебе снов, гад! — пожелала напоследок Эми и вышла из комнаты, выкидывая через плечо ботинок.

***

— А ты, я смотрю, неуёмный какой-то, — прыснул Гонг, наблюдающий за Мэником.

Зачёсанный ежовый ирокез, модная жилетка из коричневой кожи, начищенные и отполированные до блеска кроссовки — и всё это сопровождалось ароматом клубничного одеколона, который, по мнению зелёного ежа, мог свести с ума любую девушку. А чтобы упрочить свои шансы на победу, парень кинул себе в рот мятную жвачку.

В отличие от беззаботного Соника и любящей строить сложные любовные алгоритмы Сони, Мэник был прост. Если ему нравилась девушка, он не стоял, не мял, грубо говоря, яйца — а шёл приглашать её на свидание. Его простота происходила из уличного воспитания, где приёмный отец — он же вор в законе — учил своё чадо главному: что не покупается — обязательно крадётся.

А потому Мэник не оставлял своих попыток очаровать холодную Ниру. Её неприступность не просто манила — она сводила мобианца с ума, в чём ёж, собственно, не чурался признаваться окружающим. Подолгу он мог наблюдать за Нирой и не переставать восхищаться её грацией, а строгий взгляд фиолетовых очей только подстёгивал его на совершение какого-нибудь преступления…

Но, разумеется, любовного характера.

— Я красивый? — с дебильной улыбкой спросил Мэник, повернувшись к Гонгу. Тот разразился басистым хохотом.

— Очень, — сквозь смех резюмировал воин.

— Отлично! Теперь я переполнен РЕШИМОСТЬЮ!

Мэник схватил со стола чёрные очки и скрыл ими свои сияющие голубизной глаза. Долго думал, надевать ли ему кепку или нет, после чего решил, что она будет лишней.

С мыслями о прекрасном ёж заскакал к двери.

— Эй, солдат.

Мэник остановился, посмотрев на Гонга через плечо. Тот, вздохнув, промолвил:

— Дело не моё, конечно, но, быть может, тебе не стоит стараться так усердно?

— Эм-м… — ёж почесал затылок. — Командир, ты что, ревнуешь Ниру ко мне?

— Авалис упаси, нет! — поднял ладони панда. — Мне нравятся мягкие и нежные дамы, как тростниковый бамбук, а этой коркой льда можно и зубы себе обломать.

— Ну вот и замечательно. Тебе — тростник, мне — лёд. Мы в плюсе, чува-а-а-к!

И выпорхнул на улицу, будто выбравшаяся из кокона бабочка.

Гонг вздохнул.

— Опять он меня не дослушал. Ну что за непослушный солдат?

О том, что прибывший из другого мира ёж ухлёстывает за местной героиней, знала почти вся столица Шан-Ту, даже сам Королевский Магистр. Если окружающие видели зелёного ежа приодетым, жизнерадостно улыбающимся и при цветах — значит, он идёт к Нире. Одни верили в него, другие верили в то, что у Мэника ничего не получится. И основания последних был не беспочвенными: учитывая склад ума и характера Ниры, если что и могло её действительно сразить — так это служба, которой она отдавала себя всю.

Но зелёный ёж не сдавался. Нира откажет ему сегодня, завтра, послезавтра, — но потом обязательно скажет: «Да», и тогда он с пафосной улыбкой утрёт нос тем, кто смеялся над его щенячьими попытками растопить ледяное сердце снежной красавицы.

Ниру найти было несложно. Облачённая в фиолетовое одеяние панда только что покинула дворец и спускалась по белоснежным ступеням. Мэник её тотчас заприметил с улыбкой в тридцать два зуба последовал за ней.

— Нира! Нирочка!

Ли даже оборачиваться не нужно было, чтобы понять, кого в очередной раз принесло к ней на крыльях эроса. Однако она остановилась и обернулась, наблюдая за приближающимся к ней весёлым ежом.

— Чего тебе, иноземец? — холодно встретила его Нира. Мэника, однако, это ни капли не смутило.

— Так как сегодня выходной, я хотел бы разбавить его чем-нибудь весёлым, чем-то офигенским.

— Это всё?

— Так точно! — весело воскликнул Мэник, отдавая честь.

Нира закатила глаза.

Развернулась и пошла своей дорогой.

— Да ладно, ты же прекрасно поняла, к чему я клоню, — мобианец последовал за ней. — Ты да я, да столик на двоих. Всё по классике, как ты любишь.

— Откуда такие выводы?

— Мне Гонг сказал… ой, то есть… я… я сам догадался, честно-честно.

— Понятно, — вздохнула Нира. — Ну, буду теперь знать, кто тебя снабжает моим резюме.

— Ну, вообще командир не причём, я сам его разговорил и… эх… Нира, это просто свидание, — всплеснул руками ёж. — Мы просто посидим, попьём чего-нибудь, поболтаем, покушаем и разойдёмся. Просто как друзья, что ли.

— Друзей на свидания не зовут.

— А мы особенные друзья.

Нира усмехнулась.

Да уж, такое ей сказать мог только Мэник.

— Иноземец, ты зря тратишь на меня своё время. Твои старания не могут не вызывать уважения, но ты не на тех распространяешь флюиды своего обаяния.

— С чего ты так решила? Я, например, ничего наперёд не говорю, потому что не могу смотреть в будущее.

— В этом и заключается твоя ошибка.

— Например?

Мэник прекратил идти, потому что Нира неожиданно остановилась. Затем, когда девушка повернулась к нему лицом, ёж поймал на себе какой-то пытливый, если не проникновенный взгляд фиолетовых очей, умудрённых то ли тяжёлыми думками, то ли сложным решением.

Это был хороший знак, тем более Мэник изначально собирался идти до конца, чтобы Нира наконец-то сказала ему: «Да».

А потому мобианец был решителен и непоколебим, когда авалисянка остановилась от него в одном метре.

— Мэник, нам нельзя быть вместе.

Ёж опешил. Чего угодно он ожидал услышать: придирки, упрёки, отказы, возражения — но никак столь резкий, сопровождаемый проникновенным до глубины души голосом, отчасти холодным, а отчасти… печальным.

— П-почему…? — спросил Мэник. Впервые за относительно долгое время их знакомства он вдруг разволновался.

Вместо ответа Нира внезапно прижала свою ладонь к его груди. Как раз в том месте, где стучало сердце ежа.

— Что ты будешь делать, когда я поселюсь там? — тихо вопросила она.

Мэник не сразу нашёлся со словами.

— Разве это плохо?

Нира вздохнула. До него пока не доходил смысл её слов.

— Ты хочешь домой, Мэник?

Ёж растерялся, и панда медленно отняла от его груди руку, делая шаг назад. Они снова посмотрели друг другу в глаза, но теперь мобианец понял, какой ответ от него ждала авалисянка.

Сейчас, стоя здесь, на тротуаре, обданные лёгким ветром, что взметнул вверх листья, он увидел ту ледяную границу, что отделяло его от неё. И дело было не в разности характеров, не в каких-то обычаях и устоях, и даже противоположные друг другу взгляды на жизнь.

Он — житель Мобиуса, а она — жительница Авалиса.

Мэник приоткрыл рот, чтобы что-то сказать — и замолк, ибо слова никак не вязались с их лаконичным, но окончательно расставляющим все точки над «i» разговором.

— Мы разные, но дело не в наших характерах. Дело в нашем происхождении, понимаешь? — говорила Нира тихим, спокойным голосом. — Пройдёт время, и ты найдёшь своих соплеменников, после чего вернёшься с ними в свой мир. Разве я не права?

— Я… — Мэник снова не нашёлся со словами, а потому просто кивнул.

— Ты не думаешь о будущем — а зря. Исход наших отношений предрешён с самого начала, иного варианта нет. Ты не останешься в этом мире, потому что гость в нём. И я для твоего мира чужая, уж прости. Я не пойду вместе с тобой, потому что нужна здесь — и ты не останешься тут, ибо дом твой — планета Мобиус. Поэтому, Мэник, не делай таких поспешных решений и постарайся хотя бы иногда смотреть в будущее. Сейчас я тебе просто нравлюсь, но моя роль в твоей жизни не является ключевой. Однако, когда ты в меня влюбишься, расставаться будет очень больно — и тебе, и мне. Подумай над моими словами, пожалуйста. Они не беспочвенны и имеют куда больший вес, чем твои ухаживания.

Нира больше ничего не сказала. Она стала отходить назад, отрицательно мотая головой, а уже потом развернулась и ушла восвояси, оставив Мэника в одиночестве.

***

— Смотрю, тебя в очередной раз отшили.

Мэник повернул голову, и Гонг уселся на край мостика, как и ёж.

— Вечер в хату, командир, — невесело усмехнулся мобианец, делая глубокую затяжку, а затем выдыхая серо-синий дым.

— Я б на твоём месте завязывал с курением. Серьёзно, ты — парень молодой, спортивный, энергичный. Так всю молодость прокурить можно.

Ёж не стал ничего отвечать радеющему за здоровый образ жизни Гонгу, лишь ещё сильнее затянулся. Пускай это и вредная привычка, зато она помогала ему отключаться на три минуты от реальности, а заодно развеять ненужные мысли.

Мэник вырос в маргинальном обществе, чем сильно отличался от Соника и уж тем более нравственной Сони. Курение, алкоголь, секс без обязательств, воровство, бандитизм — ёж всегда шёл по тропе дофенизма. Конечно, встреча с братом и сестрой в какой-то степени повлияли на него, ибо от своих маргинальных собратьев Мэника отличала лояльность и адекватность, — но на этом его хорошие манеры и заканчивались.

Гонг перевёл взгляд на верхушки заснеженных гор вдали.

— А ведь Нира не всегда была такой, какой ты её знаешь.

— М? — Мэник краем глаза посмотрел на панду.

Воин, вздохнув, протянул ладонь к пачке, которую держал ёж.

— А как же ЗОЖ? — напомнил мобианец.

— Не спорь с командиром, солдат.

Мэник с усмешкой покачал головой, но поделился сигаретой с Гонгом. Чиркнула зажигалка, и солдаты задымили синхронно.

…Ниру я знавал ещё задолго до того, как она стала левой рукой Магистра. Я тогда ещё был простым рядовым солдатом, а Нира заканчивала учёбу в Академии Шан-Му. Это что-то вроде школы по спецпоготовке и военной дисциплине, только элитного уровня. Друзьями нас назвать получается с трудом. Мы, скорее, брат и сестра разных кровей, чем простые товарищи. Пока я поднимался по карьерной лестнице, Нира тем временем взяла наивысшие результаты в учёбе и по её окончанию получила отличную характеристику от самого правителя Шан-Му. Не этого причудливого клоуна Зао, а тогдашнего, мудрого.

Нира не стала возвращаться в Шан-Ту. После экзамена она сразу же отправилась в Шуиган, где поступила на службу королю Аксу и стала то ли его верной соратницей, то ли жрицей некоего храма. Честно, я так и не понял, кем именно, а Нира особо не откровенничала со мной на эту тему.

Именно там Нира и познакомилась с двумя принцами Шуигана — Дейлом и Спейдом.

— Ну и к чему ты мне всё это рассказываешь? — вопросил Мэник. — Честно, я не улавливаю пока связи.

— Молчи и слушай, балбес, — рявкнул Гонг. Ёж, пожав плечи, кивнул.

…Я спрашивал Ниру, что подвигло её к такому решению. Ответ меня поразил тогда и, если честно, поражает до сих пор:

— Такова воля моего сердца! — ответила Нира.

Да-да, ты правильно меня понял: Нира была влюблена в одного из детей Акса, а именно — в Дейла. Свои чувства она не выставляла напоказ, долг претил подобному — но ей было достаточно и того, что у неё есть возможность наблюдать за тем, как старший сын Акса растёт. Как развивается, становится воином, познаёт какие-то азы в «Дао».

Но самым интересным было то, что чувства Ниры оказались не безответными. Дейл тоже питал к ней интерес и симпатию, а может, даже больше. Точно сказать не могу, заходили ли они в отношениях далеко, но ясно было одно: долго скрывать это от всех им не удастся, тайное однажды обязательно станет явью.

Так и случилось. Кто-то где-то кому-то донёс, другие доложили королю — и предстали виновники чувств своих перед Аксом. Акс был королём довольно жёстким, суровым. Дипломатом он никогда не был, вопросы все решал радикально. Одного события с принцессой Лаймилии хватает за глаза, чтобы понять, насколько он строг.

Сказать, что Нире досталось от короля — это не сказать ничего. Она молча приняла своё наказание, не стала перечить воле Акса. Даже мне ничего не сказала и не рассказывает до сих пор…

Но я знаю: в тот день, когда король Шуигана прознал о романе старшего сына со жрицей, Нира была выстегнута плетьми на площади, напоказ всем. Акс жестоко наказал Ниру за то, что она посмела околдовать и обесчестить наследника короны — и изгнал её с позором из Шуигана. Дейл пытался воспрепятствовать решению отца, но всё было тщетно. Акс запер сына во дворце и самолично занялся его воспитанием. Это был последний день, когда Дейл и Нира видели друг друга.

Сломленная духовно, униженная, измученная, обессиленная — именно такой встретил я Ниру, когда она вернулась в Шан-Ту. С большим трудом мне удалось вытащить её из темноты на свет, вернуть ей желание жить дальше, не накладывать на себя руки. Я просил Магистра принять её на службу, и он дал своё согласие. Не сразу, но Нира постепенно восстановилась и вернулась в строй уже собранной.

Но с тех пор в её глазах я вижу тоску. Она тщательно скрывает свои эмоции за маской холода, но меня не обманешь.

Тем более с момента, когда Акс умер, а правитель Шуиганом стал Дейл — злой, жестокий и безжалостный.

Прям как его отец.

Гонг докурил сигарету и бросил окурок вперёд, как камушек.

— Зачем я тебе это рассказываю, говоришь? А за тем, чтобы у тебя вот тут кое-что отложилось… — с этими словами генерал ткнул Мэника в лоб. — Нира знает, каково это — стать узником предрешённых чувств. Она знает, как это больно, а потому искренне не хочет, чтобы ты шёл по её стопам. Видит Золотой Дракон, приглянулся ты ей, раз она ни разу не покалечила тебя, хоть ты и сыпал ей соль на раны.

С этими словами Гонг поднялся на ноги.

— Её сердце замуровано толстым слоем льда, солдат. Не размораживай его, если всё равно потом бросишь её.

И ушёл, оставив Мэника наедине с его мыслями.

У каждого своя история.

У каждого свой жизненный путь.

Нет единственно верного решения.

Всё познаётся в сравнении и основывается на личном опыте.

Каждому есть, что рассказать за свою жизнь.

Даже если в ней каждый день идёт дождь.

Мэник закурил третью сигарету — а сине-серый дым начал вырисовывать в воздухе картины, анимирующие рассказ Гонга. На одной из них Нира улыбается. На другой она вместе с Дейлом прячется от людских глаз и от дождя под мостом, при этом оба весело смеются, будто дети. Третья изображает их в окружении цветов, коими усеяна аллея дворца Шуигана.

А потом картины становятся мрачными, холодными. Самая первая же и анимировала сцену с прилюдным наказанием, где свистящая плеть своими ударами оставляет на нежной коже стиснувшей зубы панды алые полосы. Дейл кричит, просит отца прекратить это издевательство — но Акс отталкивает от себя сына и машет рукой, приказывая продолжать.

Один удар…

Ещё удар…

Ещё и ещё…

Мобианец опустил голову.

Не хотелось ничего: ни есть, ни пить, ни веселиться. Как-то резко всё вдруг перевернулось у него внутри, будто и не было никакого солнечного настроения.

— Ты просто ищешь мне замену, Скордж.

Мэник поднял хмурый взгляд на Фиону, чей рыже-серый образ был анимирован сигаретным дымом.

— Не забывай, кто ты на самом деле, — зло улыбнулась Фиона. — Ты ёж Скордж, король дофенизма!

— Зря стараешься. Мне на тебя плевать, — закатил глаза Мэник.

— Ахах. А твоё сердечко, Скорджик, говорит обратное.

Образ роковой красотки исчез, но своё дело он уже сделал: уколол ежа в самое сердце, вновь напомнив ему о маргинальном прошлом.

Том прошлом, которое отличалось от истории Ниры разве что направлениями и переплеталось лишь в одном — живущими в сердцах каждого болезненными образами.

Только одна заковала своё сердце в прочный лёд, а другой просто искал замену.

Мэник отправился прочь, виртуозно метнув окурок в мусорный бак.

***

— Всё очень и очень странно, — озвучил свои мысли Эггман.

Последняя неделя проходила в относительном спокойствии. О Сонике и КО ничего не было слышно с тех пор, как был разрушен остров Дня и Ночи. И Бревон ни с того, ни с сего вдруг пропал, словно где-то за кадром успел починить дредноут и покинуть Авалис.

С одной стороны, такой расклад событий был Эггману на руку. Сейчас, когда в мире ничего не происходит, он мог сутками не вылезать из лаборатории и заниматься исследованием Третьего Прототипа — то есть, Динго. Слит стал реже появляться на базе, но оно и понятно: ему Айво поручил другое задание — наладить доверительные отношения с Зао, чтобы в будущем Эггман мог рассчитывать на поддержку Шан-Му в случае чего. Судя по тому, как быстро дела шли в гору, доктор мог сказать одно: он в общем-то неплохо устроился на Авалисе. Определённую угрозу, конечно, представлял Бревон, имеющий поддержку со стороны Шуигана, но, как было сказано ранее, Арктивус пока что не выделялся.

А с другой, Эггмана не переставало покидать ощущение, что вся эта ламповая идиллия — лишь затишье перед скорой бурей, которая грянет неизвестно когда.

Автоматические двери открылись, и в комнату вошёл Слит, чей плащ пафосно развевался.

— Что-то ты зачастил подолгу не выходить на связь, — нахмурился недовольный Эггман.

— Прошу прощения, Ваше Злодейство, того требуют обстоятельства, — учтиво поклонился волк, и доктор сменил гнев на милость. Наёмник, конечно, начал злоупотреблять временем, однако и компенсировал он это исключительно положительными новостями. — Вопрос с Зао решён окончательно. Мэр назначил Вам встречу в своём дворце, так что мы… вернее, Вы, сэр, сможете обосноваться в Шан-Му.

— Хм-м, новость и правда хорошая. Молодец, не перестаёшь меня радовать… пока что.

— Тружусь в поте лица, мой господин.

— А что с Проклятым Лесом? Удалось выявить его феномен?

— Более чем, — Слит не стал вдаваться в прелюдия новостной ленты и своими словами поведал Эггману о приключениях команды «Трефа», чем несказанно удивил последнего. Более того, Айво лично захотел пройтись по Проклятому Лесу в поисках чего-нибудь инновационного, тем паче теперь доступ на веками закрытую территорию был получен.

После волк плюхнулся на стул-каталку и устало вздохнул. Доктор усмехнулся: путь от его базы до столицы Шан-Му действительно неблизкий.

— Как там Динго, сэр? — наконец спросил Слит.

— Его синхронизация с энергией Хаоса великолепна, хотя… — Эггман погладил свой ус, после чего махнул наёмнику рукой. Тот тотчас поднялся и подошёл к компьютеру, на котором учёный выполнял различные команды.

Раз — и на экране появляется изображение испытательной камеры, где нет ничего, кроме большой ярко-голубой капсулы. В ней томился погружённый в криогенный сон Динго, питаемый энергией фиолетового Изумруда Хаоса, что был вставлен в отсек мини-саркофага в качестве батареи.

Также на экране высвечивались характеристики Третьего Прототипа, благодаря которым можно было определить состояние оного, а также проследить за его изменениями.

— Если не брать в расчёт интеллект, который, увы, я не в силах ему привить — честно, не знаю, каким образом мой дед правил Шедоу способность к анализу, — то по остальным показателям Динго превосходит своих предшественников, — довольно резюмировал Эггман.

— И что Вы собираетесь делать дальше? — поинтересовался Слит.

— А всё просто: сначала обговорю с Зао все «За» и «Против», затем приведу своих бадников в боевую готовность, поставлю в качестве ферзя пробуждённого Динго — и всё готово.

Доктор с фанатичной ухмылкой подошёл к окну, откуда открывался вид на металлическую палубу, освещаемой яркими прожекторами.

— И всё из-за Королевского Камня?

— Именно! — кивнул Эггман. — Как только Бревон падёт, а реликвия Авалиса окажется в моих руках, я немедленно начну перестраивать «Яйцо Смерти», чтобы сделать из него «АРК-2». И тогда… тогда-то я и порабощу весь Авалис, а затем отправлюсь покорять Мобиус. Муахахахаха!!!

Эггман начал было смеяться, как тотчас смолк. Сработала внезапная тревога, а на палубе что-то взорвалось.

— Что за…? Что? Соник? — опешил доктор, увидев поднимающуюся в дыму фигуру.

И правда: в полумраке проглядывался синий цвет игл, да и боевая стойка была очень похожей.

Но мере того, как фигура начинала подниматься, Эггман медленно округлял глаза.

Нет, это не Соник.

Вернее, Соник, но не тот, что сделан был из плоти и крови.

Этот синий ёж, на чьих иглах неоном полыхали белые лампасы, превосходил свой оригинал по габаритам и был металлическим. За его спиной развевался чёрный плащ, а в бездонных чёрных очах горели красные точки.

— М-метал Соник? Но как? — ахнул Эггман. — Разве синий мусс с лисом не уничтожили его в Апотосе?

— Меня не спрашивайте, сэр, я сам не понимаю, как такое возможно, — удивлялся Слит.

Нео Метал Соник покачнулся.

Прицелился из пушки и выстрелил ярко-голубым лучом в огромную катапульту, и та разлетелась на горящие куски железа.

— Я пришёл за твоей головой, Создатель, — с этими словами робот до скрежета «похрустел» пальцами кулаков и приготовился к забегу.

— С-сэр, он, кажется, намерен нас атаковать, — сглотнул перепуганный волк.

Эггман, конечно, был и сам вне себя от шока и осознания, что некогда верная ему боевая единица ни с того, ни с сего вдруг внезапно объявляется и хочет убить своего творца, однако быстро взял себя в руки — и закричал:

— ОГОНЬ!

Тяжёлые пушки мгновенно навелись на врага и открыли огонь. Из палубы показались вооружённые до зубов бадники, большая часть которых состояла из молотоборцев.

Метал белой молнией ринулся вперёд.

Вспышка — и энергия Ци испепеляет роботов, обращая их в железную крошку. Руки, ноги, головы, молоты — всё летело в разные стороны, словно пыль. Артиллерийские кульверы были уничтожены в мгновение ока: Нео Метал Соник расстрелял их из своих орудий, в которых мощи было намного больше, чем во всех боевых единицах Айво.

Один из выстрелов прилетел в головной отсек, из-за чего произошёл новый взрыв. Эггмана импульсом отбросило к стене и ударило о неё спиной, после чего доктор упал на пол, откашливаясь. Сверху на него посыпались стёкла и обломки.

А Нео Метал Соник продолжал наступать. Раз — и тридцать бадников сокрушено зарядами белой молнией, и все валятся на пол, как один, тогда как металлический ёж уже неспешно вышагивает в сторону полуразрушенного головного отсека, грозно стуча железными ногами по палубе.

Эггман тем временем выбрался из-под обломков. На его щеке появилось пятно крови.

— Слит! Слит, где ты? — доктор начал звать на помощь наёмника, но того и след простыл. — Гр-р, трус! Не стоило мне на тебя полагаться, вшивая собака!

Ну, это было в его духе: сбегать, когда начинало пахнуть жареным.

— Ладно, сам разберусь!

У Эггмана ещё были тузы в рукаве. Большую часть боевых машин, усиленных за счёт синий кристаллов, он хотел сохранить до лучших времён — но обстоятельства требовали иного решения. Посему доктор ударил кулаком по красной кнопке, и палуба начала размыкаться, выводя на поле боя мощных роботов. Нео Метал Сонику пришлось взлететь в воздух, чтобы не упасть с парящего крейсера.

— Ты пожалеешь, консервная банка, что осмелился пойти против своего Творца! — зарычал Эггман.

Металлический ёж стал уклоняться от летящих в него снарядов. Особых трудов в этом он не испытывал, однако в нападение не шёл. В какой-то момент доктор начал было чувствовать вкус скорого отмщения своему детищу…

Но продлилась эта иллюзия недолго.

Крейсер был атакован с хвостовой части, причём в мощности ярко-зелёный луч ничуть не уступал орудиям Нео Метал Соника. Изумрудная волна куполом разлетелась в разные стороны, и Б.О., не ожидавшие нападения с другой стороны, попали под раздачу. Не все, конечно, но половина обратилась в порошок точно.

Вот теперь Эггман по-настоящему испугался. В битве он явно проигрывал.

— Благодарю Вас, коллега! Ваше умение обращать неугодных в ничто бесценно.

Рядом с Нео Метал Соником появилась вторая фигура, коей был никто иной, как Палач.

— Делай своё дело и сваливай! — металлическим голосом сказал Нео. — После я разнесу это корыто.

— Для консервной банки ты очень даже милый, — ласково изрёк Палач и исчез.

Железный Соник никак не отреагировал на колкость.

Просто прицелился в супостатов из пушек и открыл огонь, выкашивая боевые единицы пачками. Бадники, увы, ничего не могли противопоставить совершенному Нео, в чьей базе данных хранились не только скопированные им умения здешних воинов, но и, самое главное, энергия Ци.

Эггман… ничего не делал. Руки безвольно повисли на его сутулых плечах, и он осел на стул-каталку, просто глядя на то, во что превращалась некогда грозная армия, мощь которой доктор хотел обратить против Бревона. Молотоборцы, летающие бадники-птеродактили, истребители, реактивные меха-стрижи — всё, на чем Эггман корпел сутками, с дотошной педантичностью вытачивая каждое своё детище, теперь полыхало белым огнём Ци. Всё произошло как-то резко и неожиданно: вот он рассуждает о скором триумфе — а сейчас сидит, обречённый и низвергнутый с мнимого трона.

Не это ли карма…?

Палач появился совсем скоро, держа на руках капсулу, в которой хранился Третий Прототип — вместе с Изумрудом Хаоса.

— Ну всё, моя работа выполнена, — отчитался Палач.

— Ясно! — промолвил Нео.

Эггман понимал: это конец. Стремительно приближающийся к крейсеру белый луч был в разы больше и мощнее тех предыдущих, которые Метал Соник использовал против бадников.

Эггман засмеялся. У него просто началась истерика.

Хотел устроить в мире переворот — а в итоге сам же перевернулся в своём корабле.

Слишком жестокая ирония…

Атака достигла своей цели.

Страшный взрыв разнёсся по всей округе, превратив некогда величественный линкор в ничто.

Глава 31: Прочерк

Соник разомкнул глаза. Вокруг — кромешная тьма, и неистовый холод пронизывает его насквозь, будто осиновый кол охотника на вампиров. Остроконечные уши улавливали тихие звуки, будто кто-то находящийся рядом очень тяжело дышал. Продлилось сие недолго — дыхание внезапно прекратилось, — но этого хватило, чтобы ёж понял: здесь он не один.

Парень зашагал по невидимому полу вперёд. Озираться по сторонам было бессмысленно: куда ни глянь — сплошная бездна, для грешников мирских предназначенная. И нет здесь ни котла с кипящей водой, ни пентаграмм с мракобесами, ни чертей с вилами. Только пустота, смакуемая могильной тишиной.

Долго ли, коротко ли Соник брёл в неизвестном направлении, пока впереди внезапно не возник просвет чего-то огненно-рыжего. Ёж тотчас засеменил к увиденному, тем более оттуда веяло теплом, если не жаром. Он протянул руки к большим листам и раздвинул их, чтобы протиснуться вперёд.

А потом Соник растерялся. Ощущения от увиденного были неоднозначными.

С одной стороны, он вышел из некой пустоты в наполненный красками мир. Холод сменился на жару, под ногами захрустела трава, а пространство наполнилось звуками и запахами.

А с другой, картина, что предстала перед Соником, была донельзя ошеломительной. Повсюду — горящие пальмы и рассыпающиеся в порошок листья. Куда ни глянь — везде огонь, пожирающий некогда дышащие жизнью джунгли до основания. Хрустящая под ногами трава была подобна иссохшим костям, которые мобианец продавливал своим весом. А в небе царила бархатная плёнка, следующая сразу в четыре стороны, будто кто-то проматывал киноплёнку.

Пахло горелой плотью.

Соник насторожился, но продолжил идти дальше, огибая полыхающие стволы. Вездесущий треск дров заполонил собой всю долину, ориентироваться приходилось по пробивающимся сквозь алые облака звёздам, а надеяться только на удачу.

Приметив высокий холм, ёж быстрее звука добрался до него и уже оттуда решил изучить обстановку. Уничтоженный Эггманом и Бревоном остров он знал плохо, потому нужно было хорошо запомнить все доступные направления. Остальные мобианцы с авалисянками наверняка сейчас где-то здесь.

Но, начав осматриваться, Соник вдруг испытал дежа-вю. Довольно известное чувство, когда тебе кажется, будто ты уже был здесь однажды. Эти пылающие джунгли тоже находились на острове, но последний явно не ко Дню и Ночи относился. Уж слишком знакомым он был ежу.

И услужливая память незамедлительно дала ответ на этот вопрос.

— Что? Остров Ангела? Но как? — оторопел Соник.

Всё точь-в-точь, как в тот день, когда он прилетел сюда вместе с Тейлзом, чтобы окончательно разгромить «Яйцо Смерти». Тот же пожар в джунглях, те же убитые Роботником животные, та же мирская разруха. Разве что Тейлз отсутствовал, но его исчезновение Соник мог объяснить простым языком: всё, что он видит — не более, чем иллюзия.

Или ему просто хотелось в это верить.

Остроконечные уши дрогнули: до них едва долетел знакомый старческий всхлип. Тело сработало быстрее, чем мозг успел отдать ему команду, и Соник быстрее звука помчался к источнику голоса.

Там, на поляне, взятой огнём в кольцо, на поваленном дереве сидел голубой ёж с белыми усами — и плакал. Соник еле слышно выдохнул при виде до боли знакомого персонажа, с коим его отчасти связывало прошлое.

— Дядя Чак, — вымолвил мобианец.

Старый ёж отстранил от лица ладони и перевёл взгляд на своего племянника. Он не обрадовался появлению Соника, никак не поменялся в эмоциях. Из его глаз как шли слёзы, так и продолжали идти.

Соник, сглотнув, сделал шаг вперёд. Почему-то вдруг начали подкашиваться колени.

— Дядя Чак, это я, Соник, — на всякий случай сказал ёж, ибо неизвестно, за кого его мог принять старик. — Что… что ты здесь делаешь?

Чак отвёл взгляд. Несколько секунд герою Мобиуса пришлось созерцать апокалиптический антураж в безмолвной тишине, нарушаемой треском дров.

— Ты и сам прекрасно видишь, что я делаю, — наконец сказал Чак.

— Но… почему ты плачешь? — задал другой вопрос Соник.

— Сам не знаю. Наверное, мне грустно, а, быть может, корю себя за случившееся.

— О чём ты?

Старик заговорил невзрачно:

— Больно осознавать, что те вещи, которые ты когда-то принимал за благое, в один прекрасный момент стали бичом твоих надежд. Мы были слепы в стремлении вершить правосудие — и это сыграло с нами злую шутку. Истовый герой, нет… хе-х… хе-хе-х… не истовый… и даже не герой.

— Дядя Чак, я не понимаю тебя.

Чак вздохнул, после чего встал на ноги и повернулся лицом к Сонику. Его уставшие, умудрённые временем и старостью глаза посмотрели на ежа не то осуждающе, не то понимающе, и это противоречие очень сильно настораживало юношу. Даже если это и иллюзия, своего рода голос подсознания, — она была слишком натуральной, чтобы ею не проникнуться.

— Зачем… зачем ты это сделал…?

Чак закрыл глаза, а когда открыл их, Соник инстинктивно попятился назад, ахнув. Вместо белых оболочек — бездонная чёрная тьма, и покатились по щекам старика смоляные густые капли, будто чернила. Даже рот — и тот исказился в каком-то дьявольском, ужасном оскале, и доносился из его недр клокочущий звук, будто что-то мешало ему говорить.

— Зачем… — Чак сделал шаг в сторону Соника, но начал плавиться, будто воск, растекаясь лужицей. Дряхлое тело рухнуло на землю, и упавшая с плеч голова прикатилась прямо к ногам прижавшегося спиной к пальме мобианца — пустая, безжизненная, сереющая на глазах.

Ха-х… ха-х… ха-х…

Сердце колотилось в груди донельзя страшно. Соник едва справлялся с собственным дыханием, ощущая предательский холодок, что по спине его пробежал. Он едва не вогнал себе занозы под ногти, когда вцепился в ствол, но, благо, тот был обугленным.

Слишком натуральная иллюзия.

Слишком всё органично.

С большим трудом Соник справился с нахлынувшим на него страхом и, сглотнув, переступил через трупную голову Чака. От расплавившегося тела начал исходить запах гнили. Пришлось в срочном порядке покинуть злосчастную поляну, чтобы не вырвать.

Остров Ангела — но страшно преобразившийся. Он сгорал на глазах, и ни единый бадник не попался в поле зрения Соника, будто художник убрал их с масляной картины растворимым эмульгатором.

— Что? Кто там? — насторожился Соник, когда высокая, однако, иссохшая трава вдруг захрустела. Парень встал в стойку, готовый к встрече с неизвестным противником.

Но никто не пришёл.

Нужно было выбирать: идти на источник звука или вернуться назад. Последний вариант был достаточно приемлем, ибо ёж не знал, каким ужасом его ещё могут вознаградить изменённые джунгли, а старая локация была более-менее изведанной. Однако там нет ничего, кроме головы дяди Чака. Вдыхать трупный запах тоже не хотелось.

Посему Соник, пересилив себя, шагнул к траве. Этот вариант предусматривал возможную встречу с кем-то из потерянных товарищей.

Ёж начал продираться сквозь траву. Звук точно шёл отсюда, в этом парень не сомневался. Он поворачивал голову то в одну сторону, то в другую, но никого не встречал. Только тлеющие, местами поваленные пальмы дышали жаром, да выжженные тропы, усыпанные пепельным порошком.

Соник прошёл ещё дальше. Потом ещё. И ещё. В конечном итоге ему надоело бесцельно идти туда, где было всё то, что он уже встречал. Ничего примечательного в происходящем ёж не находил, а потому было принято решение вернуться к развилке и уже оттуда идти к знакомым по памяти местам.

Внезапный холод, возникший из ниоткуда, обжёг Соника похлеще, чем огонь, из-за чего ёж поёжился. Неприкрытая синей шёрсткой кожа стала гусиной.

— Он здесь… Его тут не должно быть…

Синий ёж округлил глаза.

Снова голос, и снова до боли знакомый.

Вот только не старческий он был, а женский и тихий, будто шёпот.

Соник тотчас обернулся. Душа в одночасье встрепенулась, будто пойманная в клетку птица. Взгляд дрожащих глаз приковался к полупрозрачному силуэту, что возник по велению божьей (или нет) прихоти в окружении чёрных стволов.

«Лайлак!», — первое, о чём подумал Соник, и неспроста. Сиреневый окрас, фигурка точёная, сине-голубое одеяние — всё отсылало на драконшу, с которой ёж провёл достаточно долгое время.

Какая-то вселенская неразбериха али чёрт решил пошутить на досуге.

Соник уже и сам не знал, что с ним происходит. Преобразившаяся Лайлак находилась в нескольких шагах от него, и веяло с её стороны пронизывающим холодом, от которого ежу становилось не по себе. И даже вездесущие пожары не спасали его положение, будто и не было тут никаких огней.

Соник шагнул было к ней навстречу, как вдруг остановился. Не сразу он обратил внимание на то, что Лайлак была полупрозрачной, и сквозь неё ёж мог увидеть находящиеся за ней поваленные пальмы. Словно один кадр поместили на другой, из-за чего получался заметный просвет.

Не сразу обратил внимание на появившиеся ежиные уши и иглы сиреневого цвета.

Не сразу заметил, что на её шее, развеваясь, будто язык огня, находится кроваво-красный шарф.

Соник обмер.

Нет, это не Лайлак!

Это призрак!

Прообраз самой Лайлак!

…или Лайлак…?

Окончательно в этом ежу убедиться не удалось: куноичи распахнула глаза. Они были бездонными, чёрными, пустыми, и лишь маленькие белые точки вместо зрачков неотрывно смотрели на Соника, выделяя его из всего окружения.

Лайлак начала приближаться к Сонику рывками, смещаясь то в левую сторону, то в правую. И чем больше она сокращала расстояние между ними, тем сильнее ёж чувствовал, как на его ногах и руках начинают отмерзать пальцы.

— Соник… — тихо позвала парня Лайлак.

Холодный и одновременно нежный шёпот привёл парня в чувство.

Развернувшись, он тут же бросился наутёк, сразу же активируя «Boost». Ярко-голубой щит сносил со своего пути всё, что позволило Сонику не тратить время на маневрирование. Вот теперь ёж снова почувствовал жар горящих джунглей, чему был искренне рад. Обстановка здесь была ничуть не лучше прежней, но в ней парень не чувствовал неоспоримой обречённости.

Какой-никакой шанс на счастливый исход, но был.

Нога вдруг потеряла опору, и Соник, вылетевший из кустов, кубарем покатился по склону, как мешок. С отвесного обрыва его тело бултыхнулось в озеро, и в приоткрытые рот и ноздри проникла тёплая вода. Синий ёж тотчас запаниковал, принялся махать руками и ногами, чтобы не уйти топором на дно.

— Кха… кха… ахгх… кха…!

Его счастье было, что озеро оказалось неглубоким. Соник ушёл под воду с головой, но лишь на полметра, ибо ноги совсем скоро почувствовали под собой землю. Не теряя ни секунды, ёж начал подпрыгивать, чтобы зачерпнуть спасительного воздуха, одновременно, пусть и неумело, гребя руками. Постепенно уровень воды понижался, благодаря чему парень совсем скоро вынырнул и, наконец, смог покинуть озеро, падая мокрым на песок.

Обессиленный и напуганный.

Соник рухнул на спину и тяжело задышал, кривясь от жжения в гортани. Вода, к сожалению, попала в лёгкие, а потому каждый вдох был для ежа болезненным.

— Кажется, спасён, — прохрипел Соник.

Всё, чего в данный момент желал синий ёж — это найти Оракула и спросить с него, грубо говоря, как с козла, за то, что он не предупредил ни его, ни остальных о сюрпризах острова Дня и Ночи. Соник и так с неприязнью относился к Дельфу, а теперь и вовсе возненавидел его.

Шелест кустов заставил ежа затрястись от страха.

— Я здесь… Больше нечего бояться… — шептал ласковый голос.

Из последних сил Соник приподнялся на полусогнутых ногах, чтобы посмотреть в сторону деревьев. Призрачный образ Лайлак появился на другой стороне озера, а белоснежные точки её бездонных глаз светились во мраке, как звёзды. Как и в прошлый раз, она начала сокращать между ней и ежом расстояние с помощью рывков, а потому очень быстро оказалась перед мобианцем.

Соник застыл. Тело просто-напросто отказалось повиноваться командам его мозга из-за обильного холода, что исходил от Лайлак. Даже челюсти сомкнулись на раз-два, стирая в порошок зубную эмаль.

Всё, что мог делать Соник — это наблюдать, как Лайлак протягивает к нему руки, чтобы заключить в свои холодные объятия.

Соник хотел закричать: «Саш! Прекрати! Отпусти меня!», — но ничего не получалось. В одночасье он оказался прижатым к ледяному телу Лайлак и ею обнятым крепко-крепко, а леденящий душу холод окончательно сковал его до самых пят, как паутина.

— Тебе больше никогда не будет больно, — прошептала Лайлак ему на ухо.

Соник слышал её смутно. На веки наливалась дикая сонливость вперемешку с полной потерей чувствительности. В глазах всё потемнело, а ресницы покрылись инеем.

Его настиг вечный сон…

В холодных объятиях Смерти…

***

— А-А-А-А!

Раздвоение в глазах, нехватка кислорода, паралич глотательного рефлекса – и всё это под аккомпанемент душераздирающего рёва, с которым Соник повалился на пол.

Он не просто рычал аки простреленный калёной стрелой кабан. Будто бы пытаясь отцепить от своего горла чьи-то руки, ёж хаотично замахивал своими, хрипел и брызгал слюной во все стороны, сверкал безумными глазами. У него был приступ… или истерика… или и то, и другое, дополняемое друг друга с повышенным множителем.

Но ничего не произошло. Абсолютно. Покатавшись в агонии секунд десять, Соник вдруг осознал, что никто на самом деле не пытается ему навредить. Более того, он даже находился не в том месте, где случилась его «кончина», а в какой-то комнате, которая казалась ему уж очень знакомой. Эти тумбочки, старенький телевизор, подобие зеленого огра на стене.

Озарение и одновременно непонимание сразу же снизошли на истекающего холодным потом мобианца.

— Это комната Лайлак и Кэрол… чёрт, — Соник сделал глубокий вдох, затем выдохнул и повторил сие снова, дабы выровнять дыхание. Опосля поднялся на ноги не спеша, чтобы более «трезвым» — учитывая случившееся с ним мигом ранее – оценить обстановку.

Соник не ошибся: это действительно была комната, в которой он впервые проснулся в новом мире. Отсюда начиналось его путешествие непосредственно как потенциального спасителя Авалиса. Здесь он же и познакомился с Лайлак и Кэрол, которые приютили его, ослабшего после битвы в космосе, у себя.

— Если это их комната, то… — Соник не стал договаривать и сразу же обернулся, чтобы кое в чём убедиться. Изначально он предположил возможную иллюзию, в которую попал после случившегося с ним в своём кошмаре. Или наоборот, тот кошмар – первый фантом, а комната старых знакомых – вторая.

Однако за спиной ежа находились не желанные алые кубы, на которые можно было списать причину необъяснимого, а выход на кухню, где многими днями ранее мобианца потчевали вкуснейшими угощениями две милые авалисянки. Стол, стулья, окна, прочая утварь – всё находилось на прежних местах, и лишь частично помятая дверь наводила на мысль… бы, однако её потрёпанное состояние уже не волновало преисполнившегося тревогой героя. Оный без раздумий выскочил на улицу, чтобы с балкона окончательно убедиться в истовости происходящего или получить желанное опровержение.

Зелёные глаза округлились. В них отразился весь спектр самых ярких чувств – от изумления до страха.

Перед ним простилалась самая что ни на есть реальная Драконья Долина: горные камни, вымоченные недавно прошедшим дождём, исчезали в зелёном изобилии джунглей, а петлеобразные пути нельзя было не узнать, поскольку они точь-в-точь копировали дорожки, которые безумно обожал Соник в прошлом. Разве что солнечная погода сменилась пасмурной – единственное, пожалуй, весомое отличие от той долины, по которой когда-то Соник бегал с Лайлак.

Это могло бы стать отличным доводом на тему всеобщего обмана – но не стало. И не станет. И не потому что Соник был пессимистом, готовым поставить все накопленные кольца на свой проигрыш, а ввиду кучи мелочей – по типу знакомого запаха, узнаваемой ауре и тд, — которые ясно давали понять: происходящее – взаправду. Ничего из видимого – не обман.

— Ничего не понимаю, - сокрушённо признался хватающийся за голову от отчаяния Соник. — Я же совсем недавно был возле логова Малакаи. Мы с Лайлак шли с ним биться, а затем…

Полный провал. Всё, что касалось их миссии, как будто бы утратило своё существование, из некогда запоминающихся картинок превратившись в обыкновенный белый текст на чёрном фоне.

— Оракул говорил, мы сможем покинуть остров лишь тогда, когда одолеем Малакаи.

— А вы его и одолели — Вы и госпожа Саш Лайлак.

Соник тотчас пришёл в движение. Не успел таинственный обладатель механического голоса докончить свою речь, как синий ёж уже стоял лицом к нему, держа перед собой правый кулак. Им он собирался вобрать силу анемо для более мощной атаки, которая сражала слабых бадников на раз, а более крепких врагов – таких как Наклз или Шедоу – откидывала от него.

— Что за…? – и Соник опешил. В который по счёту уже раз.

Перед ним находился робот, по своим габаритам, образу и подобию напоминающий Синтакса Бревона. Мобианец не знал, единственная ли это механическая машина в арсенале галактического узурпатора или поделённая на копии, но был наслышан об её способности превращаться в нечто пугающее и страшное (например, великана, способного нести на себе ядерную боеголовку).

Но этот робот отличался от ныне знакомых: тогда как оные изобиловали зелёным цветом, даже болотным, нынешний (не)знакомец являлся сине-голубым. И тон его механического голоса звучал иначе, не тая в себе ни нотки какой-либо враждебности. Напротив, он источал самое что ни на есть реальное дружелюбие (что в случае с машиной звучало несколько абсурдно).

А потому Соник помедлил с нападением, аннулируя анемо в зажатом кулаке.

— Кто ты? – настороженно вопросил он.

Синий «Синтакс» забавно покачнулся в воздухе.

— Вы меня забыли?

— Скажем так, я тебя даже не знаю, — ответил Соник. – По крайней мере, того тебя, с кем веду диалог… покамест.

В качестве подчёркивания последнего слова ёж снова сверкнул анемо, как бы говоря о том, что ему нужны ответы, а ежели робот попробует юлить, он его попросто изничтожит.

— Прошу простить меня, Мой Господин, я не учёл того, чему Вас подвергла… — робот не докончил свою речь, ибо его в ту же секунду затрясло от… чего-то. Будто в нём произошло какое-то замыкание, что вызвало сбой в его работе.

Однако через мгновение синий «Синтакс» снова «ожил», представляясь, как полагается.

— У данной модели нет имени, серийного номера, индекса. Она – боевой юнит, отосланный в долину Пангу с целью сокрушить могущественного Малакаи, но потерпевшая поражение и вынужденная пятьдесят зим существовать как безвольная марионетка, — рассказывал робот.

— …

— Я был в плену до тех пор, пока меня не освободили вы, принц Соник и госпожа Саш Лайлак. Но поскольку минуло много лет, и ныне никого нет, кто был моим координатором, я избрал для себя новую цель: следовать за теми, кто возродил меня из пепла.

— …Откуда ты знаешь, что я принц? – вопросов было уйма, однако Соника в основном заинтересовал конкретно этот. – А ещё имя Лайлак – кто тебе его поведал?

— Информация засекречена.

ГРОХОТ!

Разлетающаяся в щепки дверь, пробивающий тяжестью своего железного тела голубой робот, собою сносящий столы и стулья, - и нависший над ним Соник, чей взгляд смотрел на (не)знакомца очень недобро. Его охваченная силой анемо нога – то, чем он безжалостно пнул потенциального врага, показывая своё нежелание играть в интриги уже на практике.

— Если ты ещё раз ляпнешь что-то про секреты, клянусь, я поотрываю тебе все щупальца и на них же тебя и повешу, - с холодным тоном заявил Соник.

— Мой Господин, я скрываю от Вас информацию не потому что мне так хочется, а ввиду приказа, который мне дала госпожа Лайлак, — ответ робота вызвал дичайшее недоумение у синего ежа.

— Чего? Какого ещё приказа?

— Госпожа Лайлак велела мне оставаться наблюдателем до тех пор, пока не настанет Час Прозрения, и всё, что я могу делать ныне – лишь консультировать Вас насчёт вещей, имеющее к Истовости малое значение или не имеющее вовсе.

— Что ты мне тут за ерунду рассказываешь? – нахмурился мобианец.

Робот покачнулся. Поначалу ёж решил, что тот собирается на него напасть, и приготовился в случае чего давать отпор…

Но синий «Синтакс» лишь обнажил предмет, который протянул герою Мобиуса.

— Госпожа Саш велела отдать Вам это.

Синего ежа тотчас прошибло холодом. Воспоминания разом нахлынули на него волной цунами, словно снизошедший с морских глубин Посейдон решил его окатить из ведра олимпийского.

Это была «Медаль Солнца». Та самая штука, ради которой Соник и Лайлак отправились сражаться с Малакаи.

— Я знаю о Вас, господин Соник, из её уст, — пояснил робот, пока ошеломлённый ёж рассматривал полученную медаль какимт-то потерянным взглядом. – Но причины, мотивы, поступки – к сожалению, это всё находится за пределами моей власти, и потому любое моё отклонение от заданных канонов неминуемо приведёт к поломке оного юнита.

«Лайлак запретила роботу любезничать со мной – почему?», — Соник задумался основательно. Теперь, когда ситуация относительно прояснилась, он мог хорошенько проанализировать случившееся и хотя бы попытаться что-либо понять.

Последнее, что помнил синий ёж, - это неминуемое поражение Лайлак в битве с Малакаи. Чтобы как-нибудь помочь своей боевой подруге, ослабшему Сонику ничего не оставалось, кроме как воспользоваться силой Изумруда Хаоса, который фонил чёрной энергией, словно радиоактивным фоном.

И всё. Дальше – полный провал в памяти. Как прошла битва с Повелителем Стихий, каким образом они познакомились с синим «Синтаксом», куда телепортировало их после – всё осталось в гуще тьмы непонимания и незнания.

Пролить свет истины на мрак вопросов могла лишь одна душа, и Соник незамедлительно об этом спросил:

— Если Лайлак тебе велела за мной наблюдать, то… где она сама?

Ответ синего «Синтакса» был подобен выстрелу из обреза в упор.

— Госпожа Саш покинула сию обитель неделю назад.

***

Синий ёж удивлялся редко. Что бы с ним ни происходило, сие он воспринимал как очередное приключение, испытание, данное ему великими богами Мобиуса. Даже если все беды являлись плодами любви Тёмной и Светлой Гей, парень проходил их как обычные компьютерные игры и всегда ухватывал победу за скользкий хвост.

Но сейчас он мало того, что не знал, как правильно воспринимать новую информацию, так ещё и не понимал, точно ли это всё реально.

Малакаи пал, и Соник с Лайлак успешно покинули мистическую лагуну Пангу, прихватив с собой в качестве трофея отличного от роботов-секретарей Бревона попутчика. О судьбах остальных друзей – а именно Тейлза, Наклза, Миллы и Кэрол, — ёж не знал, но сейчас его это волновало меньше всего.

Другое дело — это календарь, насчитывающий седьмой день.

Куда делись предыдущие шесть, Соник не знал.

А точнее — не помнил.

Но именно они и определили всё, чем синий ёж жил в настоящее время

Это было не то, что необычно — это было страшно. Соник редко когда признавался самому себе, что чего-то боится — но именно сейчас скрыть этого не мог.

Он боялся.

Сидел на диване, сжимая в руках кружку с горячим чаем — и думал, как всё так получилось.

Непонятно.

Неясно.

Невзрачно.

Но последние шесть дней были. Они не выдуманы. За это время многое успело произойти, просто ёж этого не помнил.

Оставалось узнать последнее:

— И что, она даже не сказала, куда, а главное, зачем ушла? — вымолвил Соник.

— Нет, — ответил робот.

Ёж было свесил сокрушённо голову…

— Но кое-что она Вам всё же оставила.

Однако слова синего «Синтакса» быстро взбодрили его, ввиду чего он моментально прояснился во взгляде и с нетерпением уставился на (не)знакомца.

— Что именно?

Робот отпрянул назад. Его красный глаз засветился.

А потом Соник увидел Лайлак. Вернее, её голограмму, которую явил новый знакомый Соника, источая еле заметный луч света. Ёж ахнул. Он сделал шаг вперёд и попробовал коснуться драконши, но его рука ожидаемо прошла сквозь неё.

Зачем Соник это сделал? А он и сам не понимал. Вид дорогой подруги резко вызвал в его груди отклик, который конвертировался в желании соприкоснуться с девушкой физически. Хотя бы просто полхлопать её по плечу, как в старые времена.

Что угодно – лишь бы почувствовать её материальное присутствие.

— Госпожа Лайлак оставила послание на случай, если Вы не будете ведать, что Вам делать дальше, - объяснил робот.

Но Соник его не слушал.

Сейчас он вообще ни на что не обращал внимания, - кроме пропитанных печальными эмоциями речей, что полились из уст Лайлак.

— Привет… Вернее, я… Ох, не так всё, не так, — судя по тому, как нервничала драконша, ёж предположил, что данная запись явно была не первой и имела несколько дублей.

— Лайлак... – Соник снова протянул к девушке руку – и снова она прошла сквозь неё.

Авалисянка тем временем справилась с чувствами и посмотрела мобианцу прямо в глаза. Её взгляд, движение губ, мимика лица – в них таилось столько чувств, что у парня вмиг заходило ходуном сердце, а в висках застучал пульс.

Для Лайлак это был непростой разговор. И Соник это понимал. Чувствовал. Ощущал.

Прости, Соник. Прости, что оставляю тебя вот так одного, ещё и под присмотром нашего нового знакомого. Кстати, имени у него нет, потому я назвала его в честь лагуны, в которой он долгое время обитал – Пангу. Это так, чтобы ты понимал, как к нему обращаться.

…

Соник… ты изменился… стал другим. С тех пор, как мы посетили тот остров, тебя как будто бы подменили. Но… я понимаю, в чём дело. Я… знаю. Наверное, и раньше знала, просто самой себе в этом признаваться не хотела.

Я – твоя причина!

Из-за меня ты начинаешь вспоминать о том, что следовало бы забыть навеки, а лучше – удалить из своей памяти как ненужный мусор.

Я пыталась это предотвратить иначе, правда! Но у меня не получилось. И не получится. Уж точно не так, как я делаю всё время.

Поэтому… я решила уйти. Это единственный способ прервать пророчество. Это последний мой шанс тебя спасти!

А ты, Соник, возвращайся к поиску своих друзей. Если не знаешь, с кого начать – начинай со своего брата Мэника, который по-прежнему находится в столице Шан-Ту. Вместе, уверена, вы соберёте остальных мобианцев и благополучно вернётесь на Мобиус.

Защита Авалиса – это мой путь героя.

Путь, которому меня научил когда-то ты.

Лайлак прервалась вдруг, — но лишь для того, чтобы сделать шаг навстречу Сонику. Ёж опешил: драконша вдруг поднесла руку к его щеке и погладила её. Как будто это и не голограмма вовсе была, а она сама – живая, настоящая, реальная.

Вот только Соник понимал, что это по-прежнему виртуальная Лайлак, которой на самом деле здесь нет. И то, что она сделала сейчас, отчётливо указывало на то, что именно здесь ёж будет стоять, и именно столько нужно шагов в его сторону нужно сделать, чтобы они смотрели друг другу буквально в глаза.

В глазах Лайлак отразилось множество бликом. А её улыбка стала настолько нежной и доброй, что у Соника защимило от тоски сердце.

Она знала. Всё знала. Его самого. То, как он поступит – здесь и сейчас.

Что он будет стоять именно здесь.

— Лайлак…

…Я рада!

Рада, что, спустя столько лет, снова тебя встретила!

Я не сразу тебя узнала. Какое-то время сомнения меня одолевали, и я долго не могла понять, что же именно меня беспокоит, что конкретно вызывает чувство чего-то приятного и одновременно грустного.

А потом всё встало на места. И я поняла, что снова встретилась с тем, кто показал, каково это – быть героем и искренне любить свой мир. И пусть ты уже не тот милый пухлый ёжик, в твоих глазах по-прежнему лучились любовью к жизни.

Ты – моё тёмное прошлое!

…Хотя для меня всегда будешь лучиком света и яркой искрой, знакомство с которой навсегда меня изменило.

Лайлак засмеялась – и заплакала одновременно.

Как будто прощалась навеки с очень близким и дорогим ей человеком.

Соник…

Я люблю тебя!

Конец второго тома.

Глава 32: Знакомый лик

Том 3: «Р.А.Н.Ы. З.А.Б.Ы.Т.О.Г.О. П.Р.О.Ш.Л.О.Г.О.»

Королевский Камень – символ власти и одновременно слабости, яблоко молодости, но в то же время раздора. Этот мир познал немало войн, причиной коим стал волшебный кристалл, в котором содержалась энергия, неподвластная никому и ничего. Она изобиловала жизнью, ибо, согласно каноническим писаниям, на дикую планету пришла вместе с появлением таких удивительных существ как драконы. Они, объединив свои силы, вложили совместный результат в сей камень, после чего Авалис изменился навсегда – в лучшую сторону. Он перестал напоминать бесцельно плавающий в космосе кусок астероида с тех самых пор.

— И теперь эта сила принадлежит мне. Наконец-то.

Данная реплика принадлежала Бревону, который взирал на Королевский Камень со скрещёнными на груди руками. Сам лорд находился там же, где и всегда – за кулисами царского зала Шуигана, откуда координировал все проводимые принцем Дейлом операции.

Механические двери открылись, и в комнату вошли Синтакс и Серпентин, причём первый гость подлетел прямо к лорду и объявил:

— Ремонт дредноута завершён процентов на девяносто пять. Весь боевой и нет функционал приведён в действие.

— Отлично, — осклабился Бревон. С тех пор, как его корабль потерпел поражение в космосе, галактический узурпатор был вынужден жить, как сточная крыса, разбавляя сию унылость редкими миссиями. Теперь всё подошло к концу… почти.

— Что с боевым составом? – поинтересовался он у Синтакса.

— Армия перевооружена до установленного стандарта, оснащена последними модификатами переведена на новую дозировку вируса «К81605».

— Прекрасные новости.

После Бревон глянул на Серпентина.

— Мой лорд, я понимаю Ваш восторг и всецело поддерживаю Вас в Вашей радости, но тем не менее вынужден напомнить, чем закончились любезности для предыдущего хозяина этой собаки, — с нескрываемым отвращением заявил змей.

— Брось, я ещё не выжил из ума, чтобы рассыпаться в доверии к каждому встречному, даже если тот вытащил для нас Королевский Камень из Шан-Му.

— Тогда…?

— Сейчас мы друг для друга удобны – а это главное. Ему нужно то, что имеем мы, а нам – то, что есть у него. Не более. О каком-либо плотном сотрудничестве и речи быть не может.

Серпентин с облегчением выдохнул.

— Я так полагаю, ты не только с этой целью решил нанести визит, — проницательно уточнил Бревон.

— Как секретарь уже сказал, вирус модифицирован и доведён до идеала. Пробную версию я опробовал и могу сказать, что нынешний вариант не только усиливает физические данные своего обладателя, но также развивает в нём способности к контролю. Теперь больше не нужно полагаться на условные кодировки в виде звуков или изображений — достаточно лишь одного контакта с кровью жертвы, чтобы та вернулась на свой прежний путь служения Вам.

— Это прекрасные новости, однако ты не хуже меня знаешь, насколько пагубен вирус для того, кто не проходил биохимическую подготовку перед взаимодействием с ним.

— Об этом я помню, мой лорд. Но суть моих речей касается другого.

— Мм?

Серпентин вздохнул, после чего склонил перед Бревоном голову.

— Я хочу вернуть в наши станы Пса Войны.

***

«Boost» был удобен, в чём Соник в который раз убедился. Как и говорилось, данная способность позволяла ему разгоняться до ещё больших скоростей, попутно создавая перед ним воздушный щит, благодаря которому он мог сносить со своего пути преграды. Работала она по принципу рывка, а потому срабатывала даже под водой, что было на руку синему ежу: тот, несмотря на многочисленные контакты с водной стихией, оную так и не полюбил.

Соник покинул Драконью Долину и теперь держал путь до Шан-Му, где, согласно словам Лайлак, был Мэник. Казалось бы, откуда она знает об этом, - но здесь ежу только и оставалось что корить самого себя. Ведь о том, что его зелёный собрат находился в заточении Магистра, было известно давно, просто все об этом очень удобно забыли в момент появления Оракула.

А вот Лайлак вспомнила. И подсказала, куда надо Сонику держать путь теперь.

Пангу был практичен и удобен, что не мог не отметить Соник. Известно, что его сходство с вражеским Синтаксом может привлечь ненужное внимание авалисян (даже тех, кто не в теме) — это понимал и сам робот. Потому, дабы быть рядом с ежом, он просто превратился в синий хрустальный браслет, который мобианец надел на правую руку. А ещё Пангу, несмотря на долгое обитание в подземельях лагуны Пангу, хорошо ориентировался в местностях, что Сонику было только на руку. Ибо он наверняка бы заплутал в лесах Дикой Планеты, будь один.

— Ну хорошо, ты не можешь мне ничего рассказывать, потому что Лайлак тебе запретила на правах первой нашедшей, — Соник посмотрел на робота. – Но немножко о самом себе ты всё-таки можешь поведать, верно?

— Данная модель не является частью тех, коими вы врагами зовёте. Она – технология павших в прошлом драконов, доведённая до совершенства четвёртым королевством, которое постигла страшная участь, - пояснил Пангу.

— Четвёртое королевство?

— Как я уже сказал, определённые тайны мне не велено Вам рассказывать по причине той, что Вы озвучили ранее. Впрочем, это не значит, что некоторых вещей я не могу показать. Это не противоречит заявленным канонам и не будет считаться нарушением власти.

— Как всё сложно. Ну а Королевский Камень – с ним как быть? Неужели он настолько важен для Авалиса, раз тот готов ради него воевать до последнего… авалисянина?

— Это правда. Когда-то сия планета была убога, и Золотой Дракон вместе со своими соплеменниками решил наградить её жителей своим даром. Они вложили свои силы и души в Королевский Камень, чтобы Дикая Планета обрела плодородие, коего ей не хватало свыше тысячи лет.

— Ого! Теперь, кажется, понимаю, почему он столь ценен для Авалиса.

— Не просто ценен, сэр. Он — есть сердце Авалиса! Без него существование этой планеты вернётся к прежним истокам.

Ёж хмыкнул. Наклз явно по этой причине решил ввязаться в битвы со злодеями, — ибо Королевский Камень напомнил ему о Мастер Изумруде.

— Так… а намекнуть хотя бы о последних днях моих приключений можешь?

— Нет, сэр.

— Ясно.

Признание Лайлак очень сильно тронуло Соника. Нечто похожее по ощущениям он испытывал в далёком-далёком детстве, когда лишился приёмных родителей, а затем Чака, после чего подался в приключения. Её взгляд, голос, интонация, движения – она явно не хотела того, на что решалась.

Но драконша решилась. Оставила последнее послание для своего давнего друга и ушла в неизвестность, и теперь лишь оставалось гадать, куда она отправилась.

Мы с тобой раньше встречались!

А ведь Соник предполагал. Догадывался. Подобные мысли часто закрадывались в его голову. В последний раз — до того, как он потерял память — ёж даже напрямую спрашивал Саш об этом, но ответа не получил.

Он не ошибся.

Он правильно думал.

Так почему она не смогла ему тогда признаться?

Соник не знал. Лайлак давным-давно стала олицетворением чего-то загадочного, мистического в понимании мобианца. Это пугало и завораживало одновременно, а потому он не знал, как правильно поступать: послушаться её и искать своих друзей — или её, наплевав на просьбы оной? Эта речь пролила свет на некоторые тайны, с одной стороны, а с другой — подкинула ещё больше секретов.

Соник уже и сам не знал, чему верить, а чему — нет. Он выпал из реальности почти на неделю и не знал, что сейчас происходит в мире. Не мог предположить, что же вынудило Лайлак сознаться. Но догадывался: Саш до последнего надеялась решить свою проблему иначе.

«Лайлак… Что же произошло, пока я был в отключке?», — думал Соник.

Из размышлений его вывел внезапный грохот, донёсшийся со стороны, в которую ёж бежал. Мобианец тотчас остановился. Затем взбежал по высокому дереву и запрыгнул на верхушку, откуда ему открылся вид на город, принадлежавший стране Шан-Ту.

Из столицы доносились крики, взрывы и шумы; в нём явно велась борьба с кем-то, а наличие чёрных дымов, поднимающихся к небу, не говорило ни о чём хорошем. Соник стиснул зубы: в его отсутствие всё же многое успело произойти.

— Держись, Мэник. Я уже близко, — промолвил Соник.

***

БАБАХ! — упавшая сфера породила расширяющийся энергетический купол, раскидывающий солдат Шан-Ту в разные стороны. Успевшие уклониться засели за полуразрушенными домами и открыли огонь из лазерных пушек. Из дымов выходили странные существа, похожие на большие пни со злобными рожами, способные передвигаться благодаря корням.

— Гр-р! Да сколько же их? — прорычал Гонг. Размахнувшись, он нанёс противнику мощный удар, от чего тот переломился напополам. Затем поднял его и швырнул в кучу вражеских мобов, чтобы замедлить их наступление. — И кто, чёрт подери, их наплодил?

Нира проскользила под двумя большими пнями, чтобы оказаться в гуще врагов. Она вонзила копьё в землю и создала снежный вихрь, который тотчас заморозил всех в радиусе десяти метров (противников, разумеется). Потом подняла оружие над собой и разрубила всех одним движением, превращая их в ледяные осколки.

Мэник спрыгнул с хавер-борда и при приземлении сразу же ударил по земле ладонью, из-за чего та неистово задрожала. Под мобами образовались большие трещины, в которые оные кучно повалились.

— Я ни на что не намекаю, но помощь Магистра нам бы очень пригодилась, — невесело посмеялся Мэник.

— Судя по тому, каким Магистр вернулся с переговоров с мэром Зао и сразу же отправился в опочивальню, меня тревожат некоторые сомнения. Впрочем, о них потом, — Нира взмахнула копьём, и ледяной обруч попал в противника, погружая его в куб.

— В СТОРОНУ! — вдруг заорал Гонг.

Генерал бросился к друзьям и оттолкнул их в разные стороны, но сам увернуться не успел. Изумрудная сфера влетела в него и взорвалась подобно ракете, и панда с грохотом улетел в стену горящего здания. Досталось и рядом находящимся солдатам. Уцелевшие бросились спасать лишившегося сознания Гонга.

— Спасти товарищей, но подставиться самому — какой, однако, пресловутый героизм.

Мэник и Нира оскалились, обернувшись. Палач плавно опустился на землю и, качая головой, посмеивался. Как всегда, в тёмно-зелёном доспехе, с серебряной маской на лице и чёрным плащом за спиной, что пафосно развевался на ветру.

— Снова ты! — рявкнул Мэник.

— Приятно, что ты меня не забыл, старый друг, — усмехнулся Палач, прижав два пальца к переносице. — Хотя старый друг — слишком феерично для такого, как ты. Хм-м… может, старый враг?

Нира не стала его слушать. Подняв копьё, она начала стрелять по противнику ледяными кольями, но Палач тотчас пришёл в движение. Даже не взлетая, он начал двигаться с невероятной скоростью, за две миллисекунды умудряясь отойти в сторону. Мэник ударил ладонью по земле, дабы противник провалился в трещину, но Палач в мгновение ока оказался перед ним, хватая его за горло и прижимая к столбу. Нира попробовал ударить копьём, однако получила ногой в живот в ответ, так и не задев врага.

Палач отбил копьё Ниры, блокировал кулак Мэника, потом пригнулся, ударил ежа апперкотом, одновременно лягнув пяткой панду в колено. Исчез. Появился над ними, взял их за затылки и ударил головами друг о друга, после чего растворился в воздухе. Мэник и Нира, шипя от боли, бросились в атаку снова. Палач ухмыльнулся. Раз-два-три! — он без труда уворачивается от каждой ледяного ножа, хватает Ниру за горло и швыряет её через себя, как куклу. Затем размахивается и пинает девушку в живот, из-за чего та улетает в обломки.

— Много воды утекло. Согласен с этим, Мэник? — улыбчиво резюмировал Палач, перехватывая летящий в его лицо кулак зелёного ежа.

— Да откуда ты меня знаешь, чёрт тебя дери? — прорычал Мэник. Он прокрутился вокруг оси, чтобы «вертушкой» достать колдуна, но тот увёл голову назад, а затем нанёс мобианцу удар в грудь, из-за чего тот, харкнув слюной, повалился на землю.

— Я всё про тебя знаю, младший сын королевы Алины!

Ёж остолбенел от услышанного — и получил второй удар, выбивающий из его лёгких воздух.

— Я знаю, кто ты. Знаю, откуда ты. Как зовут твоих братьев и сестёр, кем была твоя нерадивая суженная, через что тебе пришлось пройти, прежде чем ты оказался здесь, — всё это Палач говорил вкрадчиво, отвешивая Мэнику безжалостных пощёчин тыльной стороной ладони. — Самое забавное, что ты тоже меня знаешь, правда, догадаться никак не можешь. Но… я тебя не порицаю, старый др… враг. Я и сам себя с трудом узнаю — нынешнего, обновлённого.

Палач увернулся от колотой атаки Ниры и ладонью ударил её в живот, снова отшвыривая назад. Мэник, получив возможность, принялся атаковать врага, но всё без толку: масочник уклонился от каждого удара, затем подкинул ежа вверх и прокатил его по земле, после чего бросил в фонарный столб, который тотчас переломился от удара. На этом их сражение подошло к концу: сражённые Мэник и Нира постанывали от боли.

Зелёный ёж снова почувствовал на своём горле пальцы Палача и был поднят в воздух, как кукла.

— Ты дал мне новое имя — Палач. Оно идеально соответствует моему образу, лучшей аналогии и придумать нельзя, — насмешливо изрёк Палач. — За это я отблагодарю тебя, Мэник. Я хочу, чтобы ты видел лицо того, кто поставит точку в твоей истории.

С этими словами враг потянулся к своему лицу и отцепил от него маску…

Произошло то, чего не ожидал никто: в Палача внезапно влетел синий ежовый шар и отшвырнул его от Мэника, благодаря чему последний получил долгожданную свободу. А Соник времени не терял. Использовав «Хаос Контроль», он появился перед Палачом, подкинул его вверх, исчез, ударил сверху, а завершающим был пинок в лицо, после чего враг кубарем улетел назад. Маска отлетела в другую.

— Бро! — обрадовался Мэник, и синий ёж с улыбкой протянул ему руку, помогая встать на ноги. — Чёрт! Как же я рад тебя видеть!

— Взаимно, братишка! — Соник обнялся с братом, после чего похлопал его по плечу. — Вовремя я подоспел. Ещё бы чуть-чуть…

Мобианец не стал договаривать, но и так было ясно, что он имел в виду.

Ежи перевели взгляды на Палача, что, посмеивались холодно, медленно начал подниматься. Он лишился маски, а потому его голос больше не был искажённым.

— Тебе нужно памятник построить, Соник. Ты, как всегда, появляешься в самый неудобный момент и портишь весь мой спектакль. А ведь я так долго репетировал этот момент, хотел сделать его запоминающимся, фаталистичным. Но, впрочем, прятать свой лик более мне незачем, потому сие не так уж и страшно. Хе-хе-хе!

Мэник оторопел. Уже по тону — галантному, вежливому, как у джентльмена — он наконец-то понял, кто всё это время носил маску.

И лицо, что сейчас блаженно улыбалось, сияя своими жёлтыми, хитрыми, коварными глазами, только сыграло на окончательный результат.

Кто угодно.

Только не…

— Слит… — тихо вымолвил Мэник.

— Согласен, интрига убита, — улыбнулся волк. — А всё из-за синего куска ежатины. Ну что за негодяй-то такой?

— С каких это пор ты вдруг маски носить начал? — недоумевал Соник. — И когда это вдруг ты стал царём, если всегда ходил под царями?

— Прекрасная цитата. Я запомню её и обязательно напишу на твоём надгробии.

Слит исчез, но Соник сделал то же самое, телепортировавшись в другое место. Сделал это очень вовремя, ибо на их прежнее местоположение прилетел яркий зелёный луч.

— На самом деле рецепт моего восхождения прост: я изначально не собирался никому служить, — с улыбкой резюмировал Слит.

Знакомо ли вам выражение: «Хочешь кого-то удивить — занижай ожидания»? На самом деле это просто: отыгрываешь роль безнадёжного болванчика, изредка разбавляющего свои проступки буффонадой — и тебе сразу же верят. Никто и в ус дуть не будет, что Шут однажды станет Королём, свергнув с престола предыдущего правителя. Хотя забавно, что даже самый гениальный ум не смог предвидеть такой исход, но спишем сие на обыденное. В конце концов, я никогда и никому не заявлял о том, что на самом деле являюсь Серым Кардиналом.

Эггман не хотел меня брать на свой борт в качестве помощника — и потому я предложил ему Динго, Третьего Прототипа, незавершённого доктором Джеральдом по вине G.U.N. и Мирового Правительства. Вы даже представить себе не можете, как фанатично сияли его глаза, когда он узнал о существовании некой планеты, сокровищами которой когда-то вдохновлялся его дед. Я был принят на роль правой руки, тогда как Динго медленно, но верно дорабатывался, чтобы в будущем превзойти не только Биолизарда, но и самого Шедоу. А покуда мои манипуляции над воображением старого да зажравшегося Эггмана никогда не выходили на первый план, я преуспевал день ото дня.

Я всё просчитал. Нигде не ошибся. Эггман полагал, что это его идея — наладить отношения с Шан-Му, дабы заручиться поддержкой сильного союзника. Как глупо! Это я подкинул ему эту идею меж разговоров, а он решил, что сам додумался — и просчитался. А чтобы его подозрения ни разу не выросли, я интенсивно менялся: от роли клоуна — к полезному помощнику. Я шёл к этому финалу медленно и в итоге добился своего. Теперь Динго завершён, как Совершенная Форма Жизни, а Эггман червей кормит, убитый своим же любимым творением — Метал Соником.

— Даже в моём становлении Палачом нет ничего удивительного. Достаточно было взять то, чем не пользовался никто, — с этими словами Слит убрал руки с груди, где в центре доспеха сиял яркий, зелёный, драгоценный камень. — Берилл Анархии — самая бесполезная вещь на Авалисе — и такая могущественная в руках того, кто знает, как ей пользоваться. Я прямо как ты, Соник - достоин чести обладать тем, что недоступно другим.

— Не думал, что однажды стану примером для подражания кому-то вроде тебя, — фыркнул синий ёж.

— А я не говорил, что подражаю тебе. Я — это я!

Мобианцы отпрыгнули в разные стороны, избежав столкновения с зелёным лучом.

— Зачем ты напал на Шан-Ту, раз и так всего добился? — спросил Мэник.

Слит хищно улыбнулся.

— Я пришёл за Жрицей Храма Гу.

С этими словами он уставился на округлившую глаза Ниру.

— О… откуда ты знаешь, кто я? — вне себя от шока вымолвила она.

— Академия Шан-Му, разве не очевидно? — развёл руками Слит, чем вновь шокировал девушку. — Я же, как-никак, на хорошем счету у Зао состою.

— Ты не получишь Ниру! — фыркнул Мэник. — Только не на моей вахте!

— Давай это проверим.

Волк телепортировался к ежу и попытался его ударить, но в схватку вмешался Соник, налетевший на Слита спиндэшем. Наёмник тотчас взмыл в воздух и открыл по мобианцу огонь, однако синий ёж увернулся от каждой.

В эту же секунду на них напали пни-мобы, которые стали теснить ребят. Слит хмыкнул и взмыл ещё выше, опускаясь на край крыши.

— Я займусь им, — сказал Соник.

— Окей. Мы с Нирой разберёмся с этими мобами, — кивнул Мэник.

— Будь осторожен, — бросила напоследок воительница. — Этот парень очень силён.

Мобианец фыркнул, подкинув красный Изумруд Хаоса, от которого исходила чёрная энергия.

— Разберусь, — изрёк он и исчез в Хаос Контроле.

***

— Всего один вопрос, — Слит вздохнул. — Зачем ты вмешиваешься, если это не твоя планета?

— Начнём с того, что ты хотел убить Мэника, а этого я тебе точно не прощу, — бросил Соник и атаковал волка.

Враг исчез. Появился сзади и выстрелил сферой, но её ёж отбил ударом ноги — прямо в Палача. Последний тоже уклонился. Затем направил на героя руку и начал стрелять снова. Соник без труда увернулся от каждой, будучи быстрым. После парень появился сзади Слита и попытался ударить ногой его в затылок, однако противник закрылся локтем, а потом исчез.

— «Хаос Контроль»! — крикнул Соник, замораживая пространство. Слит застыл.

Герой Мобиуса раскрутился и влетел в волка, но атака прошла насквозь, словно Слит был миражом, не настоящим. Но как только время вернулось в норму, этот же «мираж» развернулся и ударил мобианца ногой в челюсть, и была атака реальной. Ежа отшвырнуло назад, но он встал на ноги с помощью сальто.

— Я мог и пошутить, не подумал об этом? — хитро улыбнулся Слит.

— Тебе верить — маму не любить! — огрызнулся Соник.

Волк взлетел вверх и щелчком создал сферы, готовые упасть вниз. Ёж фыркнул. Применив хоуминг, он тем самым добрался до врага и сделал «Stomp», сбив волка с траектории. Тот летел вниз, но до столкновения с крышей успел телепортироваться и встать на ноги.

— Всё же, Соник, между нами куда больше общего, чем это возможно.

— Вряд ли, Слит.

Ёж спиндэшем влетел в волка, но был отброшен назад импульсной волной. Тогда парень исчез, появился сверху и, размахнувшись, выпустил из руки чёрные стрелы, которые враг принял на изумрудный барьер, созданный из чистой энергии.

— Ты изменился — так же, как и я, — говорил Слит, уклоняясь от атак мобианца. — Используешь тёмную силу Изумрудов, хотя раньше радел за светлую. Этому миру свойственно менять тех, кто ранее был совершенно другим.

— Ты ещё скажи, что скучаешь по мне прежнему, — фыркнул Соник.

Удар. Пикирование. Волк блокирует кулак ежа рукой, а второй бьёт ему прямо в солнечное сплетение, выбивая из его лёгких весь воздух. Затем стреляет зелёным лучом и отшвыривает назад, но мобианец резко появляется за ним и обрушивает ему на голову «молоты» двух кулаков. Слит оскалился. Схватил Соника за горло и перекинул через себя, заставив проехаться по крыше. Тот быстро встал, и оппоненты столкнулись правыми руками, в которых каждый что-то держал: Соник — красный Изумруд Хаоса; Слит — зелёный Берилл Анархии.

— Скажи, а как у тебя дела с твоей сиреневой подружкой, мм? — улыбчиво поинтересовался Слит. Ежа аж передёрнуло от услышанного, а во рту появился привкус чего-то солоноватого. — В последний раз мы виделись в Драконьей Долине и…

Соник попытался его ударить, но волк отлетел назад сам и завис в воздухе, продолжая скалиться.

— О, так я за живое тебя задел? Извини, я не думал, что она тебе настолько дорога. Хотя… что душой кривить?.. Вы так похожи, прям Инь и Янь во плоти, да ещё и, хе-хе, встречались однажды.

— Так ты знаешь, значит, — стиснул зубы Соник, на что Слит кивнул.

— Всему виной доктор. Он так долго не мог прийти в себя после возвращения с острова, что даже заперся в своём кабинете на три дня. Причина — твоя сиреневая подружка!

Волк резко налетел на ежа и принялся колотить его кулаками, и мобианцу в срочном порядке пришлось отходить назад, защищая свою голову от безжалостных выпадов противника. В какой-то момент Соник урвал возможность ударить и сделал это, но попал по зелёной энергии, в которой исчез Слит. БАЦ! — удар наёмника приходится ежу в подбородок. БАЦ! — в живот. БАЦ! — две ладони бьют парня в грудь, и через них вылетают изумрудные импульсные кольца, отшвыривающие ежа назад, как игрушку. Соник поднялся и утёр выступившую в уголках губ кровь.

Нира была права: Слит уже не такой, каким был раньше. Он стал намного сильнее с тех пор, как начал пользоваться Бериллом Анархии.

— Ты знаешь, что нужно делать.

Соник зажмурился. Снова Дарк нарисовался перед ним, как в прошлый раз. Однако сейчас ёж не чурался и охотно сжал в руке Изумруд Хаоса, полыхающий чернотой.

Зелёные глаза Соника стали кроваво-красными.

ВЖУХ! — он появился перед Слитом и ударил его в бороду, после чего побежал за ним, покуда враг отлетел. БАЦ-БАЦ-БАЦ! — Соник наносил опешившему волку удар за ударом, выбивая из него всю дурь, а после отфутболил его вверх мощным пинком. Затем применил «Boost», разогнался и влетел ногой Слиту в спину, а после сбросил вниз. Обескураженный волк, однако, быстро оправился и приземлился уже на ноги, фокусируясь на синем еже, что спрыгнул напротив него.

— Я же говорю: между нами слишком много общего! — с ухмылкой повторил Слит и рванул на Соника. Тот сделал то же самое.

Они столкнулись друг с другом, две энергетические волны — синяя и зелёная — и замельтешили над городом на огромной скорости. Что происходило в их сражении, было неясно: оба двигались слишком быстро, оставляя после себя след размытого.

Мэник вдруг почувствовал, как ему на макушку что-то упало. Что-то звонкое, приземлившееся после на землю. Он перевёл глаза на предмет.

— Берилл Анархии? — удивился ёж, поднимая артефакт с земли. — Видать, бро выбил его из Слита.

А тем временем волк размахнулся и всадил свой кулак прямо в челюсть Соника, вбивая его прямо в крышу, которую тот собой проломил. Посадка была жёсткой: ёж упал на спину и харкнул каплями крови, что вырвались из его рта вместо слюны. Из ослабшей руки выпал Изумруд Хаоса.

Слит возник в проёме, улыбчиво наблюдая за очевидным исходом. Побеждённый Соник более ему не соперник.

— Вернусь к тебе чуть позже, а пока… — с этими словами Слит исчез.

Он появился над улицей и, вобрав в руки побольше энергии, выстрелил большим зелёным лучом вниз, поражая всех, кто находился в радиусе его атаки: военных солдат, Мэника и Ниру, даже своих мобов сокрушил. После опустился на изожжённую энергией Берилла землю и беспрепятственно зашагал к еле поднимающейся на ноги Ли. Та, заприметив врага, попыталась проткнуть его копьём, но Слит перехватил ледяное лезвие буквально в трёх сантиметрах от своей груди. Хруст! — и наконечник крошится в его руке, как вафля.

— Шутки кончились, — изрёк Слит, хватая Ниру за горло и отрывая её от земли.

Панда тотчас закричала: её тело поразила зелёная молния до самих косточек, и девушка обмякла в руке волка.

— НИРА! — закричал Мэник. Он бросился на Слита, но получил от него удар с ноги в печень и отлетел назад.

Соник тем временем пришёл в себя и, схватив Изумруд, выпрыгнул из горящего дома — но, увы, поздно: Слит уже находился в воздухе с лишившейся сознания Нирой, тогда как Мэник, кряхтя, медленно поднимался. Ёж подошёл к брату, не сводя глаз с волка.

— ГАД! ЧТО ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ ДЕЛАТЬ С НИРОЙ?

— Отдам на изнасилование местным аборигенам и стану правителем… ладно, не напрягайся, пошутил я, — хмыкнул Слит. — Какая тебе разница, зачем мне эта девчонка, Мэник? Она — ключ к Храму Гу, а мне как раз туда и нужно.

— Сволочь! — прорычал зелёный ёж. — Только попробуй с ней что-нибудь сделать…

— Разумеется, сделаю. Мэник, ты смешон, говоря абсолютно очевидные вещи.

Волк посмеялся, после чего посмотрел на Соника.

— Знаешь, мне страшно импонирует твоя неосведомлённость. Но ты мне неинтересен, как и вся твоя родня. Это Эггман тратил на вас всё своё время, будто вы — единственное, ради чего он живёт… жил, вернее.

К всеобщему удивлению, Слит вдруг достал из кармана фиолетовый Изумруд Хаоса и бросил его в руки опешившему Сонику. Тот, ничего не понимая, поднял глаза — теперь уже зелёные — на волка.

— История твоей подружки заключена в этом камне. С него, если Эггман не соврал, началось ваше знакомство. Хотя я понятия не имею, каким образом ты будешь добывать из него информацию, но это уже не моё дело.

— С чего это ты вдруг таким щедрым стал? — хмуро вопросил Соник.

Слит хохотнул.

А после вкрадчиво промолвил:

— Если тебя изменил всего один Изумруд Хаоса — во что же ты превратишься, если их количество резко увеличится, а-а?

Соник насторожился, но развивать эту тему Слит не стал. Покрепче прижав к себе Ниру, он подмигнул ежам на прощание и растворился в зелёной энергии.

***

— Теперь мне ясно, почему Магистр чувствовал себя неважно, когда вернулся, — с закрытыми глазами промолвил Гонг. — В его крови обнаружили яд. Не смертельный, но достаточный, чтобы ослабить на какое-то время. Гр-р… чёртов Зао! Они с самого начала всё спланировали: и встречу, и нападение.

Соник был «не в теме», потому не знал, что к чему, а вот Мэник отчётливо понимал, во что могла вылиться болезнь Магистра. Шан-Ту временно лишился защиты могущественного правителя, и сегодняшнее нападение — лишь демонстрация того, что могло произойти в будущем.

Троица стояла в коридоре городского госпиталя, что переполнен был раненными солдатами и простыми жителями, оказавшихся под обстрелом. Не обошлось и без убитых, чьи смерти оплакивались родственниками.

Соник был потрясён до глубины души. В последний раз, когда он был ещё собой, подобного не было. Всё шло стабильно: Шан-Му процветал, Шан-Ту жил своей жизнью, а Шуиган медленно, но верно набирал обороты в милитаризме.

Шесть дней — а столько всего произошло.

Синий ёж не хотел думать о худшем. Он встретил Мэника, но не знал, где сейчас находятся остальные. Тейлз, Милла, Наклз, Кэрол — про них оставалось лишь строить догадки на тему: «Что сталось с ними после тех испытаний?». Эми была похищена вместе с Торком, а про Соню и вовсе заикаться не следовало, покуда она была единственной, о ком Соник не слышал со времён падения «Яйца Смерти».

И снова это гнетущее чувство безысходности начало закрадываться в его душу, обжигая её холодным дыханием. Снова он ощущал себя одиноким и брошенным, как тогда, когда узнал новость об Алине. Эффект совместного купания с Лайлак, к сожалению, был недолговечен: Соник начинал терять связь с гармонией.

Он это чувствовал.

Он это понимал.

— Солдат, нет! — строгий баритон Гонга вывел Соника из мрачных раздумий, и ёж перевёл взгляд на разговаривающих панду и Мэника.

— А как же Нира? — злился мобианец.

— Храм Гу — территория Шуигана! Если мы сунемся туда, Дейл может счесть это за вероломное нападение и ответить тем же. При нашем нынешнем положении это в корне опрометчивое решение.

— Но Нира…

— Да что ты заладил? — вдруг рявкнул генерал — зло, строго, басисто. — Нира, Нира. Думаешь, мне не хочется пойти спасать её? Очень хочется, ведь Нира — моя близкая подруга! Но если я пойду на поводу эмоций, Шан-Ту останется без защиты, и сотни тысяч невинных могут погибнуть.

Мэник опустил голову.

— Тогда… я больше не военный.

С этими словами ёж снял со своего предплечья нашивку, на которой было написано: «Frozen», и положил её на стол.

— Теперь я простой обыватель, прибывший в Шуиган в качестве туриста, — сказал зелёный ёж. — Меня не знают в лицо и не сочтут за солдата Шан-Му.

— Солдат, я…

— Я не солдат больше! — уже злее повторил свою фразу Мэник, заглушая протесты Гонга. — Я сам по себе. Можешь не бахвалиться полномочиями, ибо Магистр сам сказал: «Ты сможешь уйти в любой момент, когда этого захочешь». Или ты ослушаешься приказа своего правителя, арестовав иноземного гостя?

Гонг скрипнул зубами едва ли не до хруста, но мобианец был прав: он волен был уйти когда угодно и куда угодно. Предъявлять ему теперь, как солдату, ничего нельзя было.

Генерал отвернулся, понурив голову.

— Мэник… спаси Ниру…!

И ушёл, оставив братьев наедине. Быстро, без остановок, — но ёж отчётливо видел, как по щеке Гонга скатилась скупая мужская слеза.

Мэник тяжело вздохнул, после чего посмотрел на Соника.

— Прости, бро. Не получится нам выпить пива да обсудить сук-девок, — невесело рассмеялся вор.

— Вообще-то я… — начал было Соник, как Мэник тотчас положил на его плечи ладони и отрицательно покачал головой. — Но почему?

— Кто-то должен найти наших, бро.

— Да, но…

— Я справлюсь, не волнуйся за меня. Я, как-никак, твой родной брат. Значит, тоже на что-то да способен.

Соник опустил голову. В этот момент разум и чувства разделились на два лагеря: одна сторона ежа считала слова Мэника истинно верными, другая настаивала пойти вместе с ним. Но какой бы вариант Соник ни выбрал, исход будет один: кого-то да придётся бросить, — чего парень искренне не хотел делать.

Мэник это хорошо понимал, потому добавил:

— Подумай о Соне, бро. Она единственная, чья судьба нам неизвестна.

Сердце Соника болезненно сжалось. Найти её, обнять, убедиться, что ежиха жива, что с ней всё в порядке — это всё, чего желала душа парня. Ведь Соня — его единственная и горячо им любимая сестра! Такая же родная по крови, как Мэник. Такое же наследие Алины, брошенное на растерзание суровой реальности.

Соник проглотил ком в горле, унял дрожь в голосе и, тяжело выдохнув, кивнул. Он просто поднял кулак, и Мэник, грустно улыбнувшись, стукнул по нему своим. После обошёл ежа, направляясь к выходу.

— Мэник… — вдруг вымолвил Соник. Названный остановился, посмотрев на брата через плечо.

— Что, бро?

Сказать или промолчать — синий ёж не знал, как правильно поступить. Он сам радел за честность и лично вытряс из Оракула всю правду. Но недаром существует такое выражение: «Правда часто доставляет боль», и поспорить с ним Соник не мог. Теперь не мог. И хотя в услышанном было больше очевидного, чем неожиданного, это нельзя было проигнорировать ни морально, ни душевно.

Но промолчать — всё равно, что пойти по стопам Лайлак. Соник всё рассказал Мэнику: о приключениях своих, о знакомстве с авалисянками, об испытаниях, об Оракуле. Лишь об одном умолчал и не знал, правильно ли поступил. Он не сказал этого — но лишь потому, что рядом стоял Гонг. Теперь их только двое.

А ещё Соника пожирала до основания мысль, что с Мэником они, возможно, видятся в последний раз. Ёж глушил её в своей голове, как мог, но она раз за разом всплывала на поверхность и вонзала свои когти в его разум.

Пойти за Мэником — значит, оставить Соню.

Отправиться на поиски Сони — значит, оставить Мэника.

Соник накрыл свои глаза ладонью. Безумно вдруг захотелось плакать.

— М-мама… она…

Ворвавшийся в коридоры ветер взмыл занавески. Наступила тишина, изредка нарушаемая солдатами, что находились снаружи госпиталя.

Мэник молчал. Чёрная тень упала на его глаза. Соник не смотрел в его сторону. И так прекрасно понимал, какие сейчас чувства испытывает ёж, даже если натянет на лицо улыбку.

Ведь они — братья! Это в их крови: делать вид, что всё хорошо.

Даже если один — беззаботный герой, а другой — дитя маргинального общества.

— Тогда… ты просто обязан найти Соню, бро, — Мэник улыбнулся, хотя его глаза вовсю блестели, кое-как сдерживая слёзы. — Ведь она — единственное, что у нас осталось от нашей семьи.

Глава 33: Взаимосвязь

— Мы на месте.

Рычание мотоцикла стихло, и через несколько секунд троица переместилась за деревья, откуда ей открывался вид на одинокий храм, что в ночи, в лунном свете казался зловещим. Время не пощадило его: стены усеивали многочисленные трещины, через которые прорастали стебли зелени и дополнялись лианами. Бассейн, расположенный прямо перед входом, был пуст.

Ниндзя пропали из виду на несколько секунд, но появились уже перед входом, попутно озираясь по сторонам. Заказчик не соврал: это место действительно нагоняло жути.

Спейд вытащил из кармана лист и ещё раз сверился с написанным.

— Значит, Храм Даоса, — резюмировала Кэрол, скрестив на груди руки. После чего высунула язык. — Какой отстой!

— Ранее он был частью Дао-Линя, — добавила Лайлак. — Поговаривают, будто проклятым это место стало после того, как принцесса Лаймилия лишилась рассудка.

— На вашем месте я бы лучше на работе сосредоточился, — сурово осадил обеих Спейд, но лишь потому, что неприятно ему вспоминать было, как отец его однажды обошёлся с четвёртым королевством. Наёмник убрал листовку, потуже затянул красный шарф на своей шее и вышел вперёд. — Заказчик требует подарок Хаоса — его и будем искать.

Девушки кивнули и зашагали рядом с угрюмой белой пандой.

Темнота обволокла их с головы до ног, когда они нырнули в длинный коридор. Хорошо видела только Кэрол, будучи кошкой, посему вела за собой ребят, дабы те не спотыкались о выпирающие из пола камни.

Вскоре они вышли в обширный зал и осмотрелись. Помимо ожидаемого развала из нескольких упавших колонн и скромных груд камней, тут также нашлось место для замысловатых иероглифов, написанных на языке древних. Его ребята не знали, разве что частично могли понять, о чём рассказывала история.

— Кстати, а почему артефакт зовётся «Подарком Хаоса»? — полюбопытствовала Кэрол, пока Спейд исследовал завалы. Поймав на себе насмешливый взгляд ежихи, кошка насупилась, добавив: — Ну извините, мисс отличница, за то, что я пропускала занятия в Академии. У меня причина была. Серьёзная.

— Это какая? — продолжала язвить Лайлак. — К мальчикам на свиданки бегала?

— Представь себе, да. Это ты всех направо и налево отшиваешь, а я всегда в активном поиске. Бе-е!

Ежиха посмеялась с заявления Тиа.

— На самом деле это всего лишь одна из легенд, написанная кем-то из дельфийцев. Поговаривали, будто символ Дао — не просто слияние мужского и женского начал, а единение Хаоса и Гармонии.

— Пока не въехала, — нудно брякнула Кэрол.

— А что тут въезжать? Хаос — сторона чёрная, олицетворяющая бедствия, разрушения, разруху. Гармония — белая, символизирующая созидание, исцеление, мир. Они были не похожими друг на друга, как Небо и Земля, как Огонь и Вода. Настолько, что жили порознь, исповедуя лишь привычный им образ жизни. Смотри.

Саш и Тиа подошли к стене, на которой был изображён символ Дао.

— Обращала внимание на белое пятно на чёрной стороне и на чёрное — на белом? — поинтересовалась Лайлак, но, получив дебильный взгляд в ответ, удручённо вздохнула. — Всё с тобой ясно, двоечница.

— Ой, да пошла ты в жопу со своим фанфаронством, — фыркнула Кэрол. — Ну, пятна замысловатые — и чо? Я такое тоже отфигачить могу, если карандаш возьму.

— Лучше б ты так за поварёшку хваталась, а не меня чуть что будила.

— Давай, рассказывай уже! — рявкнула кошка, рассмешив ежиху. — Бесишь меня!

Вдоволь насмеявшись, Лайлак продолжила:

— Но было у них то, чего не хватало каждому: Хаосу — покоя, Гармонии — движения. Они не могли сосуществовать в одной Вселенной, но решили дать друг другу то, о чём грезили оба. Так Хаос подарил Гармонии частичку себя, а Гармония ответила ему тем же, дав элемент своей природы. Эти пятна… — Лайлак снова указала на символ Дао. — И есть подарки.

— Как интересно, — саркастически подметил неожиданно появившийся за спинами девушек Спейд, тем самым напугав оных. — Хватит трепаться, у нас времени в обрез!

После развернулся и зашагал прочь.

— У-у-у, какой он бука! — насупилась Кэрол, после чего хитро улыбнулась и подмигнула Лайлак. — Но мы-то знаем, к кому он неровно дышит.

— Кэрол… — уныло вздохнула Саш. Касаться этой темы она не хотела больше всего.

— Говорю очевидные вещи, детка.

Троица разделилась, чтобы расширить диапазон поиска артефакта. Коридоров было четыре, и ребята решили в последний идти только тогда, когда исследуют в одиночку первые три.

Спейд ничего не нашёл, кроме красных монет, коих в комнате было немерено.

У Кэрол была та же ситуация: вместо ожидаемого артефакта она нашла лишь некогда шикарные одежды, в настоящее время изъеденные крысами.

Лайлак тем временем стояла перед алтарём, к которому вели ступеньки из жёлтого камня. Его основание было исписано светящимися сиреневыми иероглифами, а в комнате витала странная аура, доселе невиданная девушкой. Она была давящей отчасти, настораживающей, напряжённой.

Ежиха не обратила на это внимания.

Её взгляд намертво был прикован к фиолетовому драгоценному камню, что находился в алтарной выемке, словно волшебная лампа. А судя по свечению, которое он источал, Лайлак не сомневалась: причина чего-то угнетающего, пугающего сокрыта именно в нём.

А это значит…

— Нашла! — усмехнулась Саш.

Ежиха взошла по ступенькам и нависла над алтарём, не без любопытства разглядывая артефакт. Драгоценный камень — а от привычных ей реликтов отличался сильно. И хотя и цвет, и форма, и блеск были не новы для Авалиса, богатого сходным материалом, ощущалось в камне что-то инородное.

— Хе-х. Миссия выполнена!

С этими словами Лайлак коснулась артефакта…

***

— Так вот, как седьмой Изумруд Хаоса оказался в моём мире, — тихо промолвил Соник.

Прообразы, питаемые вставленным в алтарь Изумрудом, исчезли, и ёж сел на холодную ступень, устало свесив голову на своих плечах.

— Однажды дитя Гармонии коснулось подарка Хаоса, что стало причиной его гнева, — тем временем читал иероглифы Пангу. — Хаос был оскорблён, узнав, что Гармония отказалась от его дара. Ярости своей подверг он всех, кого коснулась его рука.

Соник посмотрел на Изумруд Хаоса — а в голове гуашью вырисовывалось прошлое, когда он впервые познакомился с Тейлзом, чей остров подвергся внезапным аномальным образованиям. Ёж помнил, как имеющиеся у него шесть Изумрудов вдруг ни с того, ни с сего стали нестабильными; как Роботник обрёл власть, хотя двумя неделями ранее был повержен окончательно. Ведь в его руках был седьмой Изумруд Хаоса — последний ключ, после которого Хаос начал пробуждаться.

«Так Слит… имел в виду… тебя…?».

Нет, Эггман не ошибся. И Лайлак растерялась не потому, что впервые видела ЧЕЛОВЕКА. В их встрече было всё просто с самого начала. Соник не сразу придал этому значения, покуда переживал весть об Алине, но теперь ему всё стало ясно.

Лайлак — причина, ставшая началом коллапса на Мобиусе.

Лайлак — причина внезапного восхождения Эггмана.

Лайлак — причина, по которой Наклз напал на Соника.

Она не касалась Изумрудов не потому, что боялась их хаотической энергии, — а потому, что познала её в прошлом однажды.

А Пангу продолжал читать:

— Но повторится сей коллапс, если дитя Хаоса однажды принесёт в мир Гармонии её подарок.

Соник поднял хмурый взгляд. Подарок Гармонии — фрагмент Королевского Камня, что был использован Джеральдом для создания «Пушки Затмения» на колонии АРК.

Ёж помнил это.

Он не забыл слова Эггмана перед тем, как на них напал Бревон:

Мой дедушка — гений из всех гениев, превзошедший даже самого создателя нашей Вселенной! Из его дневников я узнал, что он опасался некой расы, что должна была прибыть на Мобиус за семью Изумрудами Хаоса, и решил создать оружие, способное одним выстрелом уничтожить её. На тот момент Джеральд столкнулся с одной неприятной проблемой: энергию Изумрудов Хаоса трудно было контролировать. Это сейчас она более-менее стабильна, но пятьдесят лет назад её сила была колоссальной. Поэтому дедушка оставил идею с Изумрудами и стал искать другой источник энергии, — более стабильный и менее капризный.

Второй документ был повреждён, — точнее, первая его часть. Я пытался с помощью разных манипуляций восстановить фрагмент начала, но у меня ничего не вышло. Пришлось довольствоваться тем, что имелось в итоге. Как я понял, Некто с пониманием отнёсся к миссии дедушки, и вручил ему фрагмент синего камня, сказав, что это — идеальное решение для такой задачи. Счастью Джеральда не было предела! За полгода он смог создать уникальное оружие во всём мире, способное одним выстрелом сокрушать целые планеты. Его энергия была стабильна, как никогда ранее, а гармоничное сочетание нейтрона с ураном обещали абсолютную надёжность, способную предотвратить работу от каких-либо сбоев. Так и появилась на свет пушка, которую дед назвал «Пушкой Затмения».

— А «Некто» — это Дельфийский Оракул, — Соник не спрашивал, а констатировал очевидное, исходя из упомянутого словца Лайлак. Да и очевидно сие было, тем паче Дельф сам в этом признался шесть дней назад:

Соник, в этот раз я не говорил пророчествами. Я честно сказал, что Дельфия — мой родной дом, но попасть я туда не могу из-за ограниченных в этом мире моих возможностей. Только медальки Солнца, Луны и Звезды смогут открыть проход в Дельфию, а без них туда даже соваться бессмысленно. И если ты хочешь услышать от меня, связанно ли это с твоим пророчеством, то… да, мой дорогой друг: Дельфия — и есть твоё пророчество.

— Дельфийский Оракул — вестник Гармонии. А вестник Хаоса… — Соник не успел договорить, поскольку медальон на его шее вдруг замерцал. Сердце тотчас защемило от тоски, а глаза начало щипать. — М… м-моя мама…!

Из горящих символов начали вымываться сиренево-синие огни, формирующиеся в большую анимированную картину. На ней мобианец видел Алину и Оракула, что стояли друг напротив друга: ежиха — на чёрной стороне, дракон — на белой. Соник не слышал, о чём они говорили — но видел, как Алина передала Оракулу фиолетовый Изумруд Хаоса, а тот вручил ей фрагмент Королевского Камня.

Есть только один, кому подвластен Хаос.

Есть только одна, кому подвластна Гармония.

Принц Соник.

Принцесса Лаймилия.

Анимированная картина растворилась, и свет в храме Даоса мгновенно погас. Стало слишком темно.

— Коллапс повторится, — прошептал синий ёж. Перед ним тотчас появился Дарк Соник, сформировавшийся из полумрака. Его очи запылали белым огнём.

— Верно.

С этими словами Дарк положил ладонь себе на грудь. Соник сделал то же самое — и коснулся медальона на своей шее. Чёрный ёж холодно улыбнулся.

— Он и есть подарок Гармонии!

— Мама разделила фрагмент на четыре осколка, сделав из них медальоны, — продолжал говорить Соник.

— Я, Мэник, Соня — мы получили их, когда родились.

— Четвёртый носила она.

— А потом на Моботрополис напал Эггман.

— Ему нужны были эти медальоны.

— Именно.

— Тогда… — Соник нахмурил лоб. — Эггман приврал… отчасти.

— «Пушка Затмения» была создана, но заработала лишь тогда…

— …когда получила четвёртый осколок. Соприкосновение Гармонии с Хаосом и наделило это оружие способностью уничтожать планеты.

— Значит…?

Соник содрогнулся от этой мысли, но Изумруды Хаоса тотчас заполыхали чёрной энергий, и ёж с рычанием оскалился. Рукой он нащупал твёрдый камень, который превратил в порошок одним лишь сжатием.

— Мама была убита!

К ставшему привычным солоноватому привкусу во рту добавилась ярость, растекающаяся по жилам мобианца подобно раскалённой лаве. Зелёные глаза снова приобрели кроваво-бордовый оттенок, а клыки стали заострёнными, как у озлобленного хищника. Даже синий окрас — и тот начал темнеть, из-за чего ёж стал тёмно-синим.

Убить!

Уничтожить!