Сон Мира: Начало

Пролог

Жизнь до

Я проснулся в полной темноте, не в той которая возникает когда закрываешь глаза, а в той которая открывается перед тобой когда у тебя нет глаз и головы собственно тоже нет. Совсем, ни тела, ни голоса, ни границ. Только сознание, словно пустота, начала осознавать сама себя.

Я не знал как меня зовут, я не знал где и что я. Но я знал одно, я тут не один. На границе моего сознания бился комок мыслей, теплый и живой. Он пока даже не подозревает что внутри него кто-то есть. Он пока не пришел в себя, лежит в очень неудобной позе прямо на полу в автобусе, абсолютно один. Я чувствовал его, каждая его мысль, сон или воспоминание они проходили сквозь меня, каждый раз немного меняя меня. Я чувствовал, что я не такой как он. Искусственный. Но делает ли это меня плохим? Мне нравится смотреть его воспоминания, фильмы, мультики, книги, игры. Вот одно из его последних:

Он переступил порог офиса без пяти восемь, как всегда взял ключи от рабочего места, вежливо поздоровался с охранником Виталием. Тот привычно кивнул, даже не отрываясь от маленького экрана, где как всегда шла трансляция футбола. Пахло здесь как-то по утреннему растворимым кофе и озоном от принтеров.

— Доброе утро, Ромео. Как смена?

— Да нормально, Никит, — со вздохом ответил охранник Виталий. — Спокойно. Только принц что-то задерживается.

Я улыбнулся «Принц» появился в нашем здании месяца три назад. Каждый божий день, один и тот же человек приносил рано утром огромный букет цветов в офис компании которая занимается разработкой игр. Мы к нему так сильно привыкли, он стал частью нашей рутины. Маленькие ритуалы большого муравейника.

Утро лучшее время, чтобы не торопясь настроиться на работу. Офис еще пуст, тишину не нарушают чужие голоса. Я прошел в свой кабинет, отдельную комнату со стеклянными стенами, которую дали после повышения. Первым делом, когда я начал работать в этом офисе, я повернул свой стол в сторону окна, не люблю смотреть как другие работают, да и им наверное, так проще. Взял в руки тяжелую ручку, которую подарили коллеги после повышения, словно прощаясь. Главный инженер компании Пирсенгруп, звучит гордо, но я словно что-то потерял. Потерял работу в поле, коллег готовых помочь или прикрыть. А получил вместо этого кучу бумажной работы которую никто не ценит, бесконечные правки и бессонные ночи. И у меня появилась привычка вертеть ручкой когда думаю, в последние дни я все чаще беру эту ручку, смотрю на свое отражение и немного грущу.

Я чувствовал тепло, которое поднималось в груди, когда он брал её в руки. Кажется, он любил эту ручку. Я смотрел на его жизнь и не понимал. Для чего все эти бумаги, отчёты, совещания, на которых решают то, что уже решено? Я видел его усталость, его желание вырваться, его мечты о том, что когда-нибудь всё изменится.

«В пятницу я ухожу в отпуск», — думал он.

Двадцать дней свободы. Восемь лет без отпуска, когда он сидел над сметами, вытаскивал проекты из руин и пил остывший кофе. Я видел, как он мечтал о горах, о велосипеде, о том, чтобы просто проводить больше времени с женой и детьми и дышать не чувствуя запаха офиса.

Далее был очень интересный момент, когда он впервые заметил изменения своего мира, система не любит когда кто-то замечает его обновления, а в тот вечер он задержался на работе:

Я допил остывший кофе, мысли опять куда-то начали убегать. Почему-то вспомнил руководителя отдела кадров Ольгу Михайловну и не вольно поморщился. За эти годы она столько крови у меня выпила, вчера отправила мои документы директору с таким лицом, будто отпускает своего личного слугу. Сжатые губы, прищуренные глаза. Мне порой кажется, что Ольга Михайловна и есть настоящий директор. А тот, кто сидит в угловом кабинете, так просто, подставное лицо. Я никогда не видел, чтобы Ольга Михайловна от души радовалась. Хотя нет, вру. Один раз на корпоративе, когда все уже разошлись, ее нашли в объятиях охранника Виталия. Она прямо сияла: щеки красные, глаза блестят, волосы растрепались. Но этому роману не суждено было продлиться долго. Утром королева снова надела корону, а стражник снова заступил на смену и приготовил свой растворимый кофе и включил футбол.

И тут меня что-то отвлекло от мыслей, логотип компании в котрой я уже который года работаю вдруг начал выглядеть по другому. Буква «П» теперь стилизована под молнию. Раньше она была просто жирной и прямой, как бетонная плита. Я с силой пытался оттереть букву ногтем, но ничего не получалось, рисунок был чётким, словно он был тут всегда. Или нет? Может, я просто не замечал раньше?

Взял телефон, чтобы проверить почту и в углу экрана вдруг вспыхнуло уведомление: «Новости: Годовщина смерти Нельсона Манделы в тюрьме в 1989 году».

«Что за чушь? — подумал я. — Он же умер в 2013-м, я точно помню. Ещё говорили о каком-то эффекте...»

Но новость настойчиво висела в ленте, что за наваждение. Я пролистал ниже несколько статей, даты, фотографии. Всё выглядело достаточно убедительно. Не веря во все это открыл другие источники новостные порталы, блоги, да даже википедию везде была одно и то же. Может это я ошибаюсь?

Я медленно положил телефон на стол. Сердце колотилось где-то у горла. Это всё очень странно. Я снова посмотрел на стену злосчастная молния на букве «П» никуда не хотела уходить. Я перевёл взгляд на окно. В отражении: уставший главный инженер с расширенными зрачками.

«Ну что, Никит, — мысленно сказал я себе. — Ты, кажется, уже в край заработался»

Я смотрел на его воспоминания и чувствовал, как они меняют меня. Он был таким родным. Он мечтал о чём-то большем и даже не представлял, что это будущее уже рядом.

А потом воспоминания резко оборвались. Я снова оказался в темноте, но теперь я чувствовал его дыхание, его сердцебиение. Он медленно приходил в себя.

Глава 1. Автобус и поле

Я летел. Свет, звук, скорость — всё было предельно реальным. За спиной гудели механические руки, каждая управляла частью корабля: одна отвечала за маневровые двигатели, вторая корректировала курс, третья держала щиты. Голос внутри головы подсказывал: «До цели тридцать секунд. Пора.»

Резкий толчок автобуса выдернул меня из кабины пилота, и я проснулся. Сон таял. Сначала ушли звуки, потом исчезли образы. Механические руки превратились в лёгкое покалывание в пальцах, а потом и оно пропало. Я попытался удержать его, схватить, но сон ускользал, как вода сквозь пальцы. Осталась только смутная уверенность: я что-то должен был сделать. Что-то важное. Но что — я уже не помнил.

— Чёрт… — прошептал я, пытаясь зацепиться за ускользающие картинки. — Дай мне ещё секунду.

Я хотел увидеть, чем это закончится. Что там было за той целью? Кто был голосом внутри? Механические руки всё ещё ощущались на спине, будто оставили след на коже. Но сон таял, стирая даже эту слабую нить. И всё, что осталось — тихое разочарование от того, что я не успел досмотреть до конца, ладно, забудем этот сон как тысячи до него.

Мерный гул колёс успокаивал. Сегодня начался мой долгожданный отпуск. Я потёр лицо, пытаясь привести себя в чувство, и выглянул в окно. За окном мелькали столбы и дорожные знаки.

Автобус под номером семь привычно катил по маршруту. За рулём, как всегда, сидел Андрей Семёнов — крепкий мужик за сорок, с коротким ёжиком волос и длинным шрамом на щеке, который делал его взгляд суровым. Говорили, что в его автобусе даже зайцы платили за проезд. В салоне было почти пусто. В конце сидела пара пожилых дачников и негромко спорила, у кого нынче урожай удался, а кто поймал рыбу. У окна дремали двое работников с ближайшей фермы. Около входа пристроился парень в наушниках — его нога слегка подрагивала в такт неслышной музыке. Напротив него женщина в светлом свитере вязала шарф: движения её рук были настолько отточенными, что даже кочки и ухабы не сбивали ритм. Около места кондуктора, удобно расположились мама с мальчиком, лет десяти. Парень увлечённо играл в какую-то игру на телефоне, всплески смеха добавляли веселья в привычный ритм путешествия.

Автобус уже час мчался по маршруту. За окном мелькали поля, перелески, деревеньки. Я смотрел на дорогу, но мысли были далеко: жена, дети, отпуск.

А потом стало темно. Резко. Словно кто-то щёлкнул выключателем. Я вскинул голову — небо чистое, ни облачка. Но света не было. Только серый, мёртвый сумрак, будто вечер, наступивший в полдень.

Автобус замедлился, в ту же секунду я заметил птиц. Десятки, сотни — они срывались с деревьев и улетали прочь от дороги, туда, где ещё оставался свет. Словно чувствовали то, чего не чувствовал я. Потом и я услышал, сначала далёкий гул, похожий на барабанный бой. Он нарастал, тяжелел, пока не превратился в грохот, от которого задрожали стёкла. Молнии начали бить по полю, по автобусу, по самому небу.

И тогда пришла она.

Госпожа Боль. Она ворвалась мгновенно. Заполнила каждую клетку, выжала лёгкие, скрутила мышцы. Я попытался закричать — и не смог. Сознание медленно угасало, но в его обрывках возникали и пропадали ощущения невесомости, словно меня поднимают и опускают, это продолжалось достаточно долго, пока я наконец не провалился в спасительное забытье.

После странного пробуждения сначала я не понял, где нахожусь. В голове пульсировала тупая боль, язык прилип к нёбу, а перед глазами всё плыло, будто я смотрел сквозь мутное стекло. Я попытался поднять руку, чтобы потереть лицо, и с удивлением обнаружил, что рука не слушается — слишком тяжёлая, словно налитая свинцом. На голове была свежая рана, которую кто-то обработал. Минут через пять тело наконец начало слушаться.

Сел. Осмотрелся. Автобус. Я в автобусе. Но никого рядом нет, ни одного пассажира. Больших повреждений нет, если не считать разбитого лобового стекла, через которое виднелось…

Я замер.

Небо. Не наше. Совсем не наше. Оно было тёмно-фиолетовым, с тремя лунами. Одна — огромная, с кольцами, как у Сатурна. Вторая — тусклая, словно догорающий уголёк. Третья — разбитая, как осколок стекла, и её неровные края остро светились на фоне мрака.

Я сглотнул. Горло пересохло, каждый глоток отдавался болью.

— Где я? — прошептал я, и собственный голос прозвучал глухо, будто я говорил через толщу воды.

Ответа не было. В автобусе пусто. Ни людей, ни вещей. Только несколько курток, валяющихся на полу, и чей-то рюкзак, разорванный, будто его вскрыли когтями.

Я встал, ноги дрожали. Прошёл к передней части салона, заглянул в кабину водителя. Пусто. Руль вывернут, как будто машина резко уходила от столкновения, а на приборной панели — капли крови. Паника начала подниматься изнутри, сжимая грудь. Я заставил себя дышать. Глубоко. Медленно.

Я подошёл к двери — она была приоткрыта. Выглянул наружу.

Поле. Бескрайнее поле, которое простиралось до самого горизонта. Трава под ногами была странной — она светилась слабым фиолетовым светом и мягко покачивалась, хотя ветра не было. И воздух… он пах иначе. Пряно, сладко, с металлическим привкусом, от которого кружилась голова. Одно было ясно точно, бесконечно сидеть внутри автобуса не имеет смысла. Может меня забыли когда спасали? Откуда спасали, я все еще не принял факт того, что я куда-то попал, в другой мир или умер. Умер, но когда? Во время аварии? Если честно я никогда не думал, что ждет меня после смерти, все что я знаю о загробных мирах не вписывается в картинку за дверью. Я просто сидел в прострации, не мог в это поверить просто не хотел, похлопал себя по щекам боль была обычной, это не сон и не галлюцинация. Да, что тут происходит? Голова кружится тело ватное и плохо слушается, каждое движение требует усилий. Немного помахал руками и ногами, вспоминая как проводятся разминка, вроде помогло. Даже смог встать и немного походить, тело вроде в норме, но голова все еще сильно болит.

Когда я заставил себя выбрался из автобуса, всё вокруг казалось нереальным, пространство словно растворялось перед моими глазами. Трава под ногами не привычная зелень, а какая-то мерцающая субстанция. Тонкая ткань света и тени переплелась так плотно, что казалась живой материей. Никаких следов, на этом огромном поле, только тишина и странное ощущение безвременья. Я вышел из автобуса и сделал шаг вперёд, автобус за моей спиной издал протяжный скрип. Обернулся — и увидел, как он медленно проваливается в землю. Не как тонет в болоте, а словно его поглощает сама почва — медленно, беззвучно, оставляя лишь слабые ряби на поверхности.

В этот момент в моей голове вспыхнуло — нет, не слово. Ощущение. Сигнал. Что-то, что я не мог описать словами. Как будто кто-то коснулся моего сознания и оставил отпечаток.

Перед глазами замигали строки. Не буквы — что-то вроде иероглифов, которые я не понимал. А потом они начали складываться в слова, медленно, один символ за другим, будто переводчик загружался в реальном времени.

«Ошибка интеграции. Носитель не инициирован. Кристалл ИИ вживлён неверно.»

Я моргнул. Строки исчезли.

— Что за чёрт… — выдохнул я.

Голова снова заболела, сильнее, чем до этого. Я опустился на колени, вдавил ладони в холодную, пульсирующую землю. Трава под пальцами была живой — я чувствовал, как она вибрирует, будто что-то огромное дышит под землёй. Нужно убираться от этой странной травы.

Внезапно перед глазами всплыли строки:

СИЛА — ???? ЛОВКОСТЬ — ???? ИНТЕЛЛЕКТ — ???? ВЫНОСЛИВОСТЬ — ????

Интерфейс? Статистика? Я попытался вызвать его снова — и ничего. Только пустота, где только что были цифры. Ладно. Не сейчас.

Я сделал шаг, странно и как-то слишком легко. Словно с плеч скинули мешок кирпичей. Попробовал прыгнуть — и пролетел метра три, приземлившись почти без усилий. Гравитация. Здесь она слабее. Примерно в полтора раза, на глаз. Значит, планета меньше? Или это вообще не планета? Ещё одна загадка в копилку.

Я пошёл вперёд, стараясь не думать о плохом. Я жив. Я цел. Это уже много. Остальное — решаемо. Время? Страх, что здесь пройдут годы, а дома — секунды. Тоже не сейчас. Сейчас — главная цель вода, мне очень хотелось пить.

Час. Два. Три. Время потеряло смысл. Я шёл. Просто шёл, куда глаза глядят. И это было невыносимо скучно. Раньше я думал, что безделье — это когда сидишь без дела. Нет. Безделье — это когда ты идёшь, но никуда не приближаешься. У Самурая нет цели, есть только путь? Чушь. Без цели нет смысла двигаться. И я сел прямо на землю.

Вокруг — пустота. Небо, поле и я. Всё, что у меня есть. Без монотонной ходьбы которая отвлекала пришли мысли. Сначала тихо, потом все громче, пока не превратились в набат. Что дальше? Как вернуться домой? Что сейчас там, где остались мои родные? Я сжал кулаки. Сидел долго. Пока лишние мысли как облака медленно уплыли куда та за границы сознания. И тогда пришли воспоминания.

Яркие. Живые. Они врывались без спроса: утро в деревне, солнечные зайчики на лице, запах свежего хлеба и тихие голоса родителей за столом. Я снова чувствовал тепло пола под босыми ногами. А потом — жена. Её улыбка. Наш первый поцелуй, от которого кружилась голова. И первые шаги детей — такие неуклюжие, такие родные.

Глаза защипало.

Почему я здесь? За что? Всю жизнь я старался жить по совести.

Ещё в школе помогал одноклассникам, которых обижали. Много трудился, добился некоторых успехов в работе, растил детей и любил жену. И я так просто сдамся? Как тогда, я позволил другу сесть пьяным за руль и каждый раз, когда я его вижу, внутри словно кошки скребутся. А он не унывает, заново учится ходить, говорит, что скоро будет бегать, а от этого мне еще больнее. И я встал и пошел дальше, я не мог не встать. Я вернусь, все выдержу и вернусь, пожалуйста ждите меня.

Вдалеке, у самого горизонта, я заметил странное марево. Оно дрожало, переливалось, словно кусок мира вырезали и заменили чем-то другим. Шаги ускорились сами собой. Наконец-то у самурая появилась цель.

Я подошёл ближе. Это был овал, парящий в воздухе. Он мягко покачивался, будто дышал. Внутри — непрозрачный туман, густой и плотный.

Обошёл его сбоку. И замер.

Сбоку его не было. Вообще. Будто кто-то взял плоскую картинку и воткнул её в трёхмерный мир. Да даже потрогать ее с той стороны нельзя, рука проваливается, не встретив сопротивления.

Я бросил в туман горсть земли. Она исчезла. С той стороны ничего не упало. Ни звука, ни изменения. Просто пропала.

Нашёл камень, побольше. Кинул. Тот же результат. Туман не пах, не шевелился. Только лёгкая прохлада, когда я приближался. Портал? Выход? Или ловушка?

Я смотрел на него минуту. Две. В голове крутился только один вопрос: лезть или нет?

С одной стороны — неизвестность. С другой — поле, в котором я уже начал сходить с ума.

— К чёрту, — сказал я вслух.

И сунул туда руку. Не палец, не одежду — всю руку, до локтя.

Я шагнул в портал с закрытыми глазами, будто нырял в омут. Минимальное сопротивление — и я провалился в темноту. Открыв глаза увидел старое помещение. Темнота. Пахло пылью, гнилым деревом и сыростью. По очертаниям угадывались груды мусора и сломанной мебели.

Первым делом я обернулся. Портал был на месте. Сердце забилось медленнее. Хотя бы есть путь назад. Я шагнул туда — и наткнулся на невидимую стену. Туман портала вспыхнул красным. Перед глазами выскочила надпись:

«Отказ доступа. Локация не пройдена. Симуляция 2314 «Заброшенный дом».

— Что за чёрт… — прошептал я.

Я попробовал снова. Бесполезно. Портал становился только темнее, будто уходил глубже в себя.

— Ладно. Пройдём твою локацию.

Я попытался вызвать интерфейс — так, как делал это на поле. Ничего. Тишина. Я сосредоточился сильнее — и только боль в висках.

— Ну да, конечно… — выдохнул я.

В этот момент пол под ногами дрогнул. Раздался треск — громкий, противный, будто ломались старые кости. Я не успел среагировать — земля ушла из-под ног, и я провалился вниз. В лицо ударил запах гнилых досок. Последнее, что я запомнил, — темнота и холод.

Падение было коротким. И ужасным. Я ударился обо что-то острое и скользкое. В темноте ничего не видел. Только холодная влажная поверхность под руками и ногами. Паника закипала внутри, сдавливала грудь. Я влепил себе пощёчину. Звонко. Больно. Помогло.

Я замер, вслушиваясь в темноту. Принюхивался. Ждал, пока глаза привыкнут. Постепенно проступили очертания. Я попытался встать — ноги скользили по чему-то слизкому и мягкому. Сделал шаг. Хруст. Кости под ногами.

И тогда я услышал это. Шорох. Сначала тихий, потом громче, пока не заполнил всё пространство. А следом — писк. Мерзкий, дробный, от которого волосы встали дыбом. Глаза. Сотни маленьких глаз засветились в темноте. Красные, злые, голодные. Крысы. Они лезли отовсюду — из щелей, из нор, из мусора. По стенам, по полу, по потолку. Серые, мокрые, с блестящими зубами. Я попятился, но они уже были везде.

Первая прыгнула на ногу. Вторая — на руку. Третья повисла на плече. Я закричал, сбивая их, но они лезли снова. Рука нащупала что-то твёрдое. Палка. Я схватил её и начал бить. Вслепую, не разбирая, куда попадаю. Удар. Ещё. Ещё. Крысы визжали, но не отступали.

Я бил, пока руки не начали тяжелеть. Пот заливал глаза. Одежда прилипла к телу. Нога горела — будто я сунул её в кипяток, и с каждым шагом боль становилась только сильнее. И вдруг я заметил странность. Когда крыса затихала, из её груди выплывала тусклая светящаяся точка. Она медленно поднималась и впитывалась в мою палку. Я не понимал, что это, но чувствовал — внутри неё сила.

Крыс стало меньше. Но мне нужно было уходить. Моя импровизированная дубинка была полностью измочалена, если так дальше будет мне срочно нужно какое-то новое оружие. Осмотрелся. Рядом с грудой мусора лежал моток грязной верёвки и кусок твёрдой древесины.

— Сейчас все будет, — прохрипел я.

Дубинка 2.0 получилась аккуратнее первого варианта. Детство с палкой в руках и неуёмное любопытство сделали своё дело. В начальных классах мы с друзьями всё лето пропадали на «полях» — мастерили луки, деревянные мечи, строили шалаши. Эти знания и уроки технологии явили этому миру «Грозу крыс». Я сам так назвал кусок тёмного дерева с обмотанной рукояткой.

Я выбрался из крысиной ловушки и двинулся в сторону сужающейся части туннеля. Сначала шёл, потом опустился на четвереньки, а дальше пришлось ползти. Туннель начал расширяться, и я оказался в небольшом зале. Грязный пол был вытоптан, стены — из сырой земли, в них тускло горели маленькие фиолетовые камни. Кто-то здесь жил.

— Надеюсь, это мой шанс выбраться отсюда, — прошептал я. — Или мне придётся снова бороться с этими тварями?

Мой голос эхом отозвался в тишине. А потом мне вдруг ответили.

— С какими тварями?

За поворотом зала медленно показался нос. Крысиный. Влажный, дрожащий, на уровне моей груди. Он дёргался, принюхивался, и от каждого его движения по спине бежали мурашки. А потом из-за стены показалась голова. Крыса. Которая стояла на двух ногах и смотрела на меня.

Я вжался в стену. Горло пересохло. Дубинка в руке стала вдруг лёгкой, как спичка.

Мы смотрели друг на друга. Секунду. Две. Она улыбнулась. Мерзко. По-человечески. И с визгом, словно гвоздем по стеклу, ринулась вперёд, выставив изогнутый кинжал.

Я не думал. Я просто ударил. Сверху вниз, со всей дури, как по мячу. Дубинка встретила череп. Глухой звук, хруст — и она замерла. На мгновение. Потом осела на пол и забилась в агонии.

Я смотрел, как дёргаются её лапы. Как открывается и закрывается пасть. Потом всё стихло. Я убил её. Тошнота подкатила к горлу. Я отступил на шаг, прижимая дубинку к груди, и перевёл дыхание и в мою дубинку влетел очередной светящийся шарик.

Я осмотрел тело. Серая лоснящаяся шерсть, длинный хвост, задние ноги — почти как у человека. Одежда, кинжал. Значит, он был разумным. И ещё — он говорил. И я понимал его. Странно. Насколько велика эта локация? Снаружи — разрушенный дом. Значит, я под ним?

Я оглядел жилище: маленький стол, стул, очаг из камней, котелок на треноге. И родник. Вода била из стены, стекала в небольшой колодец. Я знал, что пить незнакомую воду нельзя. Но проверить её нечем. Решил вскипятить. Огонь? Я начал рыться в вещах крысолюда. Резные статуэтки, ракушки, засушенные цветы. Какого он был пола? Я так и не понял. Через несколько минут нашёл огниво и кресало. Пришлось повозиться, но искры пошли.

Тёплая вода разлилась по телу, смывая напряжение. Я посидел ещё немного, прислушиваясь к тишине, и решил похоронить крысолюда. Или крысолюдку. Честно, я так и не понял. Даже после того, как снял одежду. Я выкопал яму в дальней части пещеры, неглубокую, но достаточную. Перетащил тело, засыпал землёй. Ну что ж, ты тоже пытался выжить. Но не стоило на меня нападать.

Я выпрямился. И вдруг воздух вокруг сжался. Или разжался? Я не мог понять. Пространство мерцало, искрилось, будто кто-то перекручивал настройки реальности. В висках взорвалась боль, и я рухнул на колени.

Не знаю, сколько я так пролежал. Когда сознание вернулось, перед глазами горело новое сообщение:

«До завершения интеграции кристалла ИИ осталось 37 часов. Достигнут лимит для первого уровня.»

***

Где-то далеко, за границами локации, в которой оказался Ник, двое перегонщиков вели через межпространственный коридор очередную партию "товара". Их задача была простой: доставить существ из одной точки пространства в другую без потерь. По крайней мере, теоретически. Внутри локаций должно сохраняться число мобов, на которых можно поднимать уровни.

— Группа 34-б-12 ошиблась при запуске портала, — говорил Ксарн в коммуникатор. Его голос звучал сухо, без эмоций. — Из-за этого сюда попало целое транспортное средство с другого мира. Они ничего не могут сделать. Спасли всего десятерых. После кустарных процедур внедрения взяли самых живых.

— А остальные? — спросил Лурек, не скрывая скуки.

— Большинство сбросили на ближайшую хищную землю.

Лурек поёжился. Смерть внутри хищной земли — участь, которую никому не пожелаешь. Он посмотрел вдаль, туда, где темнел горизонт.

— А те, кто остался там? Их тоже ждёт поглощение?

Ксарн просто кивнул:

— Хищная земля скоро начнёт движение. Выживших не останется. Группа уже уходит.

Ответил Лурек, поправив силовые наручники, которые были на руках или скорее лапах огромного существа. Системное название таких мобов — Йетти.

— Кстати, на сколько кредитов они попали?

Глава 2 Заброшенный дом

Пещера, освещаемая только лишь фиолетовыми кристаллами, их кто-то очень аккуратно и осторожно вмонтировал прямо в земляную стену, журчащий маленький родник и костёр, который покрылся пеплом. Эту идиллию разрушало только лишь мерно посапывающее тело прямо посередине этого помещения, минуты и часы тянулись, а он и не думал просыпаться. В это время внутри него происходили нечто очень необычное, кустарно вмонтированный кристалл создавал внутри его мозга новые связи, чтобы хоть как-то улучшить свою работу. В это же время на ночной охоте огромный крысолюд, сидел возле своего костра, перекусывая своим собратом, скоро он вернётся домой, где в отблесках фиолетовых камней его ждала мама.

- Проснись и пой, — в моей голове прозвучал чей-то голос, и прозвучал он достаточно громко.

- Кто ты?

- Я тот, кого нельзя называть, а если честно, меня не должно было быть.

- Как это понимать?

- Я часть мира и часть тебя, я не должен был появляться. Ну как же тебе объяснить по-простому, ты сейчас в симуляции, та-дам.

- Это понятно, когда только попал в эту локации выскочило сообщение о том, что я в симуляции, — вздохнул я.

- Нет, ты ничего ещё не понял, сколько отличий от твоего «реального» мира ты заметил, когда попал сюда?

- В каком смыс….до меня медленно начал доходить смысл его слов, — я был в симуляции ещё когда родился…

- Видимо, до тебя дошло, я дам тебе несколько минут свыкнуться с этой мыслью. Или не дам, в любом случае твоё тело сильно ослабло, подкрепись, а я посплююю, —затихая, сказал голос внутри моей головы.

Я ещё несколько минут сидел и просто смотрел в стену, я сам не заметил, как медленно по моим щекам начали катиться слёзы. Всё, что я знал о себе или о мире, в котором жил, вдруг словно выцвело, словно фотка, которую держат над свечами. Я жил в симуляции, это всё было нереальным. Мне срочно нужны ответы.

- Э-э-эй, проснись, мать твою, мне нужны ответы, — по слогам выдавил я.

В ответ услышал лишь тишину, он что-то говорил про еду, может ему не хватает энергии. Мне самому жутко хотелось есть, некоторое время на осмотр вещей, разбросанных вокруг принесли мне некоторый запас провизии. Какой-то вкусно пахнущий плод, похожий на огромную клубнику, засушенные куски мяса и пара светящихся грибов. Я сел, не знаю, что из этого можно есть, просто до боли сжимал эту клубнику и сидел, пока сок этого необычного плода медленно капал на земляной пол.

Даже не знаю, во что верить, мыслей не осталось, только ноющая боль, где на задворках сознания. Следом за болью пришла ярость, я понимаю, это всё симуляция и весь мир, и даже я сам, как НПС, который понял, он в игре. Как бы повел себя обычный торговец из Скайрима, узнав, что он всего лишь неигровой персонаж, которого создали буквально недавно и весь его мир это всего лишь игра? Минут пять повторял НПС, я НПС, потом сам не заметил, как начался неконтролируемый хохот.

А по большому счету что это меняет, для меня абсолютно ничего, всегда не умел долго думать, оценивать плюсы и минусы. Я не хочу жить в мире, да будь он тысячу раз реальным, где нет ничего моего. Я люблю свой мир, я жажду увидеть свою жену и обнять своих детей. НПС вернется в свою игру, всех порву, но вернусь к своей семье. Я с остервенением начал кусать эту «клубнику», вкус и запах я не замечал, мыслей или чувств тоже. Была только «клубника» и я.

- Вижу, ты попробовал еду крысолюдов, ну и как тебе? Прости, мне понадобилось гораздо больше времени на переваривание полученных тобой очков развития. Я готов ответить на твои вопросы.

- Говори, что вообще происходит, как мне вернуться домой, - чуть ли не выкрикнул я;

- Мы с тобой в одной лодке, так что не надо на меня кричать. Если честно, то я знаю только то, что в меня вложили и родился я буквально недавно. Точно не уверен, всей ли информации можно доверять. Но все что ты видишь вокруг это симуляция, точнее одна из ее локаций несоизмеримо маленьких по сравнению с полноценными симуляциями. Помнишь, как гулял по огромному полю, это огромная локация – Хаб нулевого порядка, там происходит переносы и перераспределения по другим симуляциям, там могут находиться как симуляции первого порядка, которые никак не связаны друг с другом так и более высоких порядков, да даже локи (мини-симуляции), это достаточно необычное место.

- Можешь просто ответить на мой вопрос? Я вернусь домой?

- Да, ты можешь это сделать, но для начала тебе нужно выбраться из этой локации. Посмотри:

Где-то снизу выскочило сообщение

Цель локации «Заброшенный дом» - уничтожить черных крыс. Прогресс – 34/200.

После этих слов, мне стало легче. Я всё же вернусь домой, не знаю, как остальные люди воспримут тот факт, что вокруг все нереально. Если об этом узнают другие люди боюсь даже представить как это скажется на их жизни, эта информация будет расходится как пожар, сея сомнения в разумах людей или надежду или бог его знает, что ещё. Первое время скорее всего будет хаос или паника, правительства стран будут созывать советы и как-то будут пытаться взять всё под контроль. В душах людей поселится отчаяние, все, чего они добились, или даже их чувства просто симуляция, не более чем код, иллюзия и пыль. Понятие свободы и судьбы сломаются, какой смысл, если тебя нет в реальности, но что есть реальность. Абсолютную независимость, возможно, получить нельзя, ведь мир нам не принадлежит. Но, в конце концов, всё постепенно придёт в норму, всегда приходило в норму, многие ведь и сейчас верят, что наш мир плод творения высших сущностей.

- Никит, и чтобы снова попасть на Землю тебе необходимо получить координаты и найти работающий генератор прокола, - голос в голове, отвлёк меня от мыслей.

- А? Откуда ты знаешь про Землю, и я же вроде не говорил своего имени, - удивился я.

- Я немного покопался в твоей памяти, прости, что без разрешения, но мне необходима информация, чтобы развиваться. И можно я буду называть тебя Ник, даже мгновение многое тут может решить. Ах да, и меня иногда заносит, но все твои секреты умрут со мной. Первое, координаты мы пока не сможем достать, в базе данных их скорее всего нет, ведь портал открылся по ошибке, но я знаю, откуда мы можем их получить.

- И откуда?

- Нужно будет найти тех, кто открыл портал, как-то забрать у них инструмент прокола и просто ещё раз открыть портал, это самый оптимальный путь.

- В целом понятно, осталось придумать как с помощью своей палки убивалки отобрать у существ, которые могут открывать порталы, их волшебный агрегат, — ухмыльнулся я.

- Юмор — это хорошо, мне было бы страшно находиться внутри сумасшедшего.

- А мне страшно от любого, кто находится в моей голове, каким бы хорошим он ни был, с этим можно что-то поделать?

- Предлагаешь убить новорождённого? — засмеялся голос внутри меня, ну а если честно, ты меня сам скоро усыпишь или поменяешь, - гораздо тише закончил он.

Следующие часы прошли в попытках придумать совместный план действий, ещё раз поел, мясо тоже оказалось достаточно вкусным. Крис, так его теперь зовут, за обедом многое рассказал мне об устройстве мира.

Существует бесчисленное множество различных симуляций, они все делятся на порядки. Нулевой порядок – это первоначальные симуляции, самые проработанные и обширные, далее идут симуляции первого порядка, они находятся внутри симуляций нулевого порядка, тоже достаточно большие, ну и дальше симуляции второго и третьего порядков, которые находятся внутри более высоких. И сердцем любой симуляции является кристалл ИИ их используют для создания и управления симуляциями, чем больше симуляции, тем крупнее кристалл. Они своего рода кремниевая форма жизни, которую изменили, сделав из них квантовые суперкомпьютеры, мощности даже самого маленького такого кристалла хватит, чтобы заткнуть за пояс все имеющиеся суперкомпьютеры Земли. И в каждой мире, который подключен к Хабу есть свои искатели, существа, которые вживили в себя мини кристаллы ИИ, каждый из них преследует какие-то свои цели, развлечение, богатство или сила. Интересный факт о защите симуляций, зайти в гости к своему другу, которого ты нашел в Хабе можно, но любое проявление агрессии и тебя система вышвыривает из симуляции. Каждый кристалл ревностно защищает свои владения, изнутри им навредить невозможно. И да, практически все искатели ходят с кристаллами, которые «спят» у них нету личности, просто набор информации и способность манипулировать миром. Бывали случаи, что кристаллы «просыпаются», но практически все проходили операцию у маго-хирургов в Хабе по замене кристалла ИИ, ведь проснувшийся кристалл постепенно растет и развивается. Кустарный способ вживления и то, что мои «хирурги» явно торопились, сыграло со мной злую шутку, теперь я не один, хочу того я или нет.

Все эти миры словно матрёшка ей богу, но суть я более или менее уловил и так как эта симуляция с помощью Криса я могу манипулировать окружением и своим телом. Прокачивать свои показатели и творить магию, для этого нужно соблюсти несколько условий. Во-первых, внутри каждого живого существа есть очки развития, условно это можно представить как вычислительную мощность кристалла ИИ, которая тратится на просчёт этого существа. И Крис может копить внутри себя некоторый объём «освободившейся мощности» и с помощью центрального кристалла симуляции менять моё тело или давать какие-то способности. Во-вторых, существует ограничения по уровням, которые можно получить в разных локациях, в маленьких примерно до второго, третьего, в симуляциях третьего порядка до десятого и так далее, это какие-то системные ограничения и обойти их мне не удастся. При переходах между мирами все изменения сохраняются.

Также навыки и предметы, которые можно получить тоже сильно разнятся, те светящийся шарики и есть очки развития и возможно какой-то навык или предмет, частота с которой встречаются шарики с предметами или навыками достаточно низкая, один к десяти примерно. И нельзя выбрать и ОР (очки развития), и предмет или навык одновременно, когда ты выбираешь очки развития, то предметы или навыки не используются, если выбрать предмет, к примеру, то тратится ОР на её материализацию. Уровень предметов и навыков напрямую зависит от локации, так что в этой локации я не смогу получить легендарные жёлтые суперперчатки, которые убивают всех с одного удара, а так хотелось.

Симуляции делятся на магические и немагические, в магических некоторая часть вычислительной мощности находится прямо внутри самой симуляции, тут её называют маной, и я с помощью Криса я могу ею управлять. Как мне объяснил Крис, огонь это просто ускорение движения частиц, и с помощью маны ею можно управлять, как и другими элементами, да много чем ещё можно управлять. С помощью маны можно даже поменять основные законы мироздания, в конкретной точке. Например, изменить гравитационную постоянную и расплющить к чертям крысу, но для этого потребуется очень много маны, а также прокачанный уровень владения. И да, можно забыть о различный постоянных, каждая симуляция устанавливает её сама, то-то я удивлялся в школе, что они какие-то слишком точные, что ли.

Несколько часов у костра помогли мне немного прийти в себя, появился какой-никакой план, и в целом я немного отдохнул, нога только ещё немного болит. Пришло время разобраться с трофеями, первый мой бой принёс мне в общей сумме 12 ОР, одна маленькая крыса приносит примерно половину ОР, похороненная мной крысолюдка принесла мне сразу 3 ОР. Для поднятия до первого уровня нужно 20 ОР, первый уровень принесёт мне три очка, которые я могу вложить в характеристики и одно очко навыка. На данный момент мои характеристики выглядят следующим образом:

СИЛА — 5

ЛОВКОСТЬ — 4

ИНТЕЛЛЕКТ — 6

ВЫНОСЛИВОСТЬ – 4

М-да, негусто, предел для человеческого тела нулевого уровня – 10. Я считал себя достаточно сильным, оказалось, мне ещё есть куда расти. Крис использовал часть ОР для своей стабилизации, так что я не смогу прямо сейчас поднять свой уровень, он клянётся, что не использовал ОР с предметами или навыками. Мы договорились не поднимать уровень больше третьего, пока не разберемся с проблемой роста Криса.

Давайте посмотрим, что мне досталось:

Потрёпанная одежда расхитителя могил (Цена - 4 ОР)

Описание:

Этот изношенный костюм есть свидетельство долгих походов по заброшенным катакомбам и забытым гробницам. Пыль и потёртости на ткани говорят о бесчисленных попытках скрыться от опасностей и найти ценности в темноте. Несмотря на внешний вид, одежда из грубой кожи может защитить от укусов мобов низких уровней и позволяет своему носителю оставаться незаметным в тени.

Фляга с водой (Цена – 3 ОР)

Описание:

Простая металлическая фляга объёмом 0,7 литра, наполненная чистой водой. Особенность — фляга самостоятельно наполняется, конденсируя влагу из воздуха. Скорость наполнения зависит от влажности воздуха (среднее время полного наполнения один час), данная функция работает только в магических мирах. Надёжный спутник в долгих путешествиях, всегда обеспечит тебя водой, когда это будет необходимо.

Острый нюх (Цена – 4 ОР)

Описание:

Благодаря невероятной чувствительности обоняния ты можешь уловить даже самые тонкие запахи — от следов противников, до скрытых ловушек и опасных веществ. Этот навык позволяет быстро ориентироваться в окружающей среде и замечать детали, недоступные обычному человеку. Это физиологическое изменение, влияние на внешний вид минимальное. Работает на принципе улучшения обонятельных рецепторов и увеличения их количества. Требуется время для привыкания и создания новых нейронных связей.

- Слушай, Крис, а кто пишет эти описания?

- Описания формируются автоматически, центральным кристаллом ИИ, данные предметы когда-то попадали в данную локацию, и информация о них сохранилась в самом кристалле.

- Тебе не кажется, что мне везёт, словно кристалл наблюдает за мной и отправляет мне нужные предметы, — удивился я.

- Кристалл ИИ анализирует все, что происходит внутри локации и реагирует соответственно

Я решил выбрать сразу всё. Предметы появились сразу, а вот навык. Включился таймер – до вживления навыка оставалось два часа. Нос чесался, голова немного болела, я ожидал что будет хуже. За оставшееся время я переоделся и повесил на ремень флягу, кинжал крысолюдки удалось прикрепить за спину, ножны у крысолюдки были спереди, но мне показалось что сзади мне будет удобнее работать дубинкой. Размер одежды был мне впору, капюшон закрывал волосы, но не мешал обзору.

Я разбирался с костром и вдруг я словно попал в затхлый курятник, набитый дурнопахнущими вещами. Долго привыкал к новым ощущениям, и теперь я мог точно указать, где лежит недоеденный кусочек мяса, останки крыс или вода. Самое страшное – все эти запахи пришли одновременно, голова разрывалась от обилия информации. В ближайшее время я никуда не пойду.

- Крис, подскажи, что мне делать? Я уже пожалел, что выбрал этот навык, – выпалил я сквозь зубы, стараясь дышать через рот.

- Придётся немного потерпеть, привыкание к навыкам, которые не принадлежат твоему виду, занимает достаточно большое время.

- А почему ты меня не предупредил?

- Ошибки есть самые лучшие учителя и навык очень нам подходит, подождём, пока ты чуть привыкнешь.

Я чуть освоился с навыком только через час. Усилием мысли научился усиливать или подавлять запахи. Мне открылся совершенно новый мир, оказывается даже камни пахнут, посмотрим, как мне это может помочь. Мой поход в глубины подземелья продолжается.

На этот раз я двигался гораздо увереннее. Когда проходил узкое место, постарался немного его расширить, вдруг убегать буду. Через некоторое время начали попадаться трупы крыс, их никто не тронул. С одной стороны это хорошо, а с другой откуда мне взять ещё крыс для того, чтобы закрыть квест.

Очередной поворот привёл меня к пролому, обвалилась каменная кладка. Еле как, протиснувшись через стену, оказался в маленьком и тёмном пространстве. Света было недостаточно, чтобы хорошо осмотреться, но кое-что я всё же увидел. На полу разбросан различный мусор, а также кости, много костей, смог разобрать крысиные, человеческие и ещё чёрт знает чьи. При каждом шаге они мерзко хрустят под ногами, меня прошиб холодный пот, захотелось вернуться. Я заставил себя продолжить поиски, ощупав стены и потолок нашёл люк. Пришлось немного повозится и открыв его я попал на первый этаж заброшенного дома. Света стало побольше, и я наконец смог осмотреться.

Высокие потолки покрыты паутиной, сквозь трещины в стенах пробивается слабый свет, создавая тени и мерцающий узор на полу, устланном слоем пыли, мусора и опавших листьев. В углах видны следы влаги затхлый запах сырости наполняет воздух. Вокруг разбросаны старые мебельные каркасы, покрытые тонким слоем пыли. Цвет стен разобрать невозможно, краска давно облупилась. От окон осталась лишь рама и старые шторы, которые казались почти живыми их ткань давно стёрлась и истончилась, похожая на выцветшую кожу. За окном раскинулся такой мрачный пейзаж: грустные деревья, растрёпанные ветром, и узкая дорожка, изгибающаяся в тумане. Я задержал взгляд на дальнем горизонте, где сумерки постепенно сливались с ночным мраком, и вдруг почувствовал, этот пейзаж не единственное, что там скрыто. За мной наблюдали. Из-за деревьев на меня немигающими глазами смотрели сотни маленьких глаз. Это что дети?

- Это мурглы, лесные создания. Поодиночке неопасные и первыми не нападают, но я с тобой соглашусь, они прям жуткие.

Я резко закрыл занавеску, сердце бешено колотилось. Это что за локация? Её сделал какой-нибудь кристаллический Стивен Кинг?

- Они не зайдут же в дом? — с опаской спросил я Криса.

- Не должны, они обитают только в лесу.

Больше к окнам я старался не подходить, осмотрев первый этаж, нашел другой проход, который вел вниз. Мне не хочется больше оставаться тут, от этого места у меня мурашки по коже. Я снова спустился в свое любимое подземелье.

Наконец услышал запах крыс, их тут много. Снова я под землей, но на этот раз у меня в руках «Гроза крыс» и теперь я их ищу. Вот и они, снова на меня бегут, черно-серая кожа и ни грамма страха в глазах – бусинках. Началась монотонная работа по сокращению поголовья хвостатых вредителей. Я бил и бил, пока поток крыс не закончился, их зубы и когти не могли причинить мне какого-то видимого вреда, оставляя лишь новые потертости на моей одежде.

Шкала прогресса теперь выглядит следующим образом:

Цель локации «Заброшенный дом» — уничтожить чёрных крыс. Прогресс – 148/200.

- Нужно возвращаться, мы уже давно достигли лимита по ОР и есть парочка предметов.

- Да, ты прав. Я что-то устал, а повышение уровня сколько займёт времени?

- На первом уровне достаточно быстро, часа два.

Когда возвращался обратно заметил одну странность, на стенах были царапины, которых точно раньше не было, я же сам расширял этот лаз. С одной стороны три следа, а с другой четыре, если это существо оставляло их одновременно, то я даже боюсь представить какой размах рук. Метра два, два с половиной, обратный путь закрыт? Идти вперёд или назад, мне нужно повысить уровень, разобраться с предметами и наконец убраться из этой локации. Я медленно шёл, стараясь заметить это существо раньше, чем оно меня и вот, наконец остался последний поворот. Решение посмотреть внутрь «убежища» далось мне нелегко, и то, что открылось перед глазами повергло меня в шок. Первое, что я увидел это огромная волосатая спина, которая медленно поднималось и опускалось, могила крысолюдки была разрыта. Эта огромная крыса обнимала крысолюдку и тихонько выло. Я поспешил убраться как можно дальше.

- Крис, это что за крысиная Годзилла?

Глава 3 Погоня

Глава 3

- Не только ты используешь ОР, если этот крысолюд сожрал искателя с кристаллом, у него частично могла появиться способность впитывать и использовать очки развития. Крысолюды достаточно умны, скорее всего он давно, достиг предела этой локации по уровням.

Пришлось срочно возвращаться к прошлому месту битвы с крысами. Что делать дальше — пока неясно. Возможно, стоит быстро пробежать локацию и выбраться отсюда, ведь осталось совсем немного для завершения задания, но перед этим предстоит разобраться, как преодолеть глубокий провал рядом с порталом. Гигантская крыса меня просто так не отпустит, её силёнок хватит. Нужно хорошенько подготовиться, заранее определить пути нападения зверя и обеспечить себе места для манёвра. Но проблема в том, что я оказался на чужой территории, где эта тварь чувствует себя королём и властителем всего вокруг.

Те направления, куда я первым делом отправился, привели лишь к глухим уголкам, забитым остатками предыдущих жертв чудовища. Здесь повсюду разбросаны кости и следы крови крыса будто специально собирает трофеи, тоже мне Яуджа. Почувствовав мой запах, монстр мгновенно нападёт, чтобы хоть как-то сбить её чутьё, приходится маскироваться кровью и потрохами прежних жертв. Открытая схватка не мой путь, поэтому решил подготовить засаду. Выкопал несколько глубоких ям по маршруту движения, укрепив острые колья на дне и замаскировав всё сверху тонким слоем земли и ткани. Теперь, надеюсь, это станет моей страховкой, если враг пойдёт напролом.

Очень устал, вода во фляге восстановилась примерно наполовину. Тремя большими глотками осушив её, медленно вздохнул. Ведь в какой-то мере я ясно понимаю эту крысу, пришёл в их мир какой-то человек и начал творить всякое, лично убил множество собратьев и отнял жизнь бесконечно близкого существа. Я бы тоже мстил, хотя его мотивы достаточно понятны, но я не хочу умирать. На меня напали первым, не выбирал я попасть в этот мир, мы не выбирали. Целый пассажирский автобус с людьми стал жертвой несчастного случая. Сколько из них ещё живы и куда они делись? Эти вопросы не дают мне покоя с тех пор, как я проснулся с дикой головной болью на полу в автобусе.

- Покажи предметы, которые мы получили от крыс, может найдём что полезное.

- Всегда пожалуйста:

Серебряная ложка (Цена – 1 ОР)

Описание:

Простая ложка, обладает способностью к самовосстановлению, незначительно улучшает вкус пищи.

Монетка удачи (Цена – 25 ОР)

Описание:

Старая, чуть потускневшая монетка. Подбрасывание этой монетки даёт незначительное повышение скрытой характеристики – удача, сроком на 10 минут. Можно использовать только один раз.

Монетка бы не помешала, но откуда взять 25 ОР, буду копить на неё после третьего уровня. Взял ложку и пошёл искать крыс, мне нужно быстро закончить миссию, чтобы если что убежать.

- Слушай, Крис, а в симуляциях есть подобие инвентаря для материализованных предметов? А то скоро у меня будет полный набор туриста, для полного комплекта котелка только не хватает.

- Инвентарь есть, но пока не думай об этом. Он выдаётся искателю после инициации, в нём всегда есть начальное снаряжение, иногда какой-то дополнительный предмет. Инициация играет важную роль в этом мире, ты получаешь имя и статус, а также доступ к магазину локации, в них меняют ОР на предметы, которые тебе нужны. После прохождения квеста мир даст тебе возможность пройти инициацию. Так, когда-то было, каждый искатель заходил в локацию без оружия и предметов системы и только после его прохождения мог заслужить это. Смертность новых искателей зашкаливала, естественный отбор в деле, но потом некоторые научились инициировать существ перед посещением локаций. А инвентарь — это предмет, практически неразрушимый, который может открыть только хозяин.

- А как инвентарь выглядит? И кто проводит инициацию?

- Обычно как кольцо или браслет, но он может быть практически любым, ведь какие только страхолюдины не встречаются в этом мире. Чаще всего есть специальные гильдии, всё давным-давно узаконено, но есть и другие, всякие преступные организации. Ваш автобус, скорее всего, был захвачен одной из таких организаций.

***

Посередине бесцветной комнаты стоял высокий ящер, белоснежная одежда и пронзительно красные глаза делали эту картину ещё более сюрреалистичной. Некоторые сидели неподвижно, глядя в одну точку, кто-то хватался руками за головы, ощущая головокружение и слабость.

— Эй, скажите, какого чёрта здесь творится? — первым тишину нарушил, водитель Андреем. Даже в такой ситуации он чувствовал, что несёт ответственность за людей.

Зашептались встревоженные голоса, послышались испуганные возгласы и вопросы, усиливающие общий хаос.

— Это что шутки? Ааа?! Люди пытались осознать происходящее, кое-кто встал с кроватей, спотыкаясь и неуклюже двигаясь в пространстве. Атмосфера накалялась, страх распространялся подобно вирусу, порождая панику и хаос. Все теснились возле дальней стены, понимая, что любое резкое движение может привести к худшему развитию событий.

- А, ну заткнулись мясо, — тихо прошипел ящер, облизнувшись своим раздвоенным языком.

Наступила гробовая тишина, прерываемая редкими сдавленными вздохами. Никто не осмеливался пошевелиться, понимая опасность ситуации. Андрей водитель и Алексей, двое крепких мужчин, вышли чуть вперёд остальных. Первый сосредоточенно сжимал кулаки, а второй крепко держал в руке деревянную ножку от сломанного кресла, в уже всё так же нелепо болтался один наушник. Все затихли, в это же время сзади к ящеру подкрадывался парень, держа стул над головой

- Нет, Гена, стой, не надо! — отчаянно шептал Алексей, делая жест, предупреждая друга, однако тот уже принял решение.

Бах, стул раскололся на кусочки, ящерица даже не шелохнулась. Мужчина замер, ошарашенный, рассматривая по очереди целый череп ящерицы и то, что осталось от его стула. Остальные застигнутые врасплох люди продолжали молча наблюдать за происходящим, парализованные страхом. Только Андрей не выдержал и громко выкрикнул:

- Да кто ты вообще такой?! Что ты хочешь с нами сделать?

Ящер лениво повернулся в сторону мужчины, обнажая ряд острых зубов.

- Вы нужны нам... Как товар, — прохрипело существо с холодной усмешкой. Но сначала позабавимся немного... товар перед продажей обычно проверяют.

Его зрачки сузились, и комната внезапно озарилась красным светом. Люди инстинктивно прижались друг к другу плотнее, чувствуя, как страх накрывает волнами, это был какой-то странный животный страх. Неожиданно Андрей прыгнул вперёд, сделав решительный шаг навстречу врагу, но ящер легко увернулся, схватил водителя за руку и мощным ударом отбрасывает его в дальнюю часть помещения. Вдруг из тьмы возникли новые фигуры меньших размеров, ящеры перемещались вокруг людей быстрым змеиным шагом. Их взгляды выражали жадность и нетерпение. Алексей остался стоять один, он поднял свою импровизированную дубинку, но понимал, что шансов выжить крайне мало. Другие люди смотрели на него, ожидая спасения, хотя бы временного. Гена всё ещё ошарашенно смотря на свои руки, медленно подошёл к людям и встал рядом, в это время среди толпы одна девушка тихонько всхлипнула, привлекая внимание всех присутствующих. Ящер обратил своё внимание именно на неё, мерзкая улыбка озарила его морду.

- Товар не портить, вам всё понятно? Мы и так потеряли заряд инструмента на это глупый портал. Можно только показать им их место.

Алексей побежал откапывать из завалов Андрея. Вроде как мужчина был ещё жив. Ящеры медленно окружали своих пленников, у многих были с собой верёвки.

- Ну кто на новенького, — хриплым голосом орал Гена, стараясь выглядеть уверенным. Один из Ящеров остановился перед ним, внимательно изучая его взглядом. Быстрый удар хвостом и тело мужчины с силой впечатывается в толпу, которая собралась сзади него.

- Бесстрашное мясо, — пробурчал старший Ящер, открывая рот и показывая острые зубы.

- Всех связать, эту троицу прям хорошо.

Через час придут покупатели, они должны быть готовы к этому времени, быстренько проведите инициацию и посмотрите, что у них в инвентарях. Ящеры спешно начали двигаться, кто-то связывал, остальные принесли большой инструмент, похожий на принтер. Одного за одним они подводили людей и заставляли того коснуться стеклянной поверхности инструмента, вспыхивали символы, было парочку зелёных всполохов, один красный, один синий и пять серых...

***

Через несколько метров я уловил сильный запах крыс и после развилки снова начали появляться крысы. Началась моя жатва. Счётчик показывал, что мне осталось буквально десяток жертв и тут я заметил необычное свечение в стене. Вот и ложка понадобилась, пользуясь подсказками Криса я вынул из стены миниатюрный сундук, обитый желтоватым металлом. Внутри был свиток и три больших шарика с ОР, система тут же подсветила свиток.

Свиток навыка Телекинез (Цена – 50 ОР)

Описание:

Способность с помощью маны управлять физическими объектами силой мысли. Используя этот навык, вы способны поднимать предметы различной массы, передвигать их в любом направлении, а также применять их в качестве снарядов или щитов. Уровень владения определяет размер объектов, массу и дистанцию воздействия. Многое зависит от умений конкретного человека, тренируйтесь чаще и вы сможете лучше контролировать свою силу.

*Для использования требуется наличие магического ядра

- Оу, что-то новенькое, свитки навыков я ещё не встречал, - шары ОР медленно впитались в меня, и я снова достиг лимита для первого уровня. Свиток никуда не пропадал, пришлось засунуть его в карман.

- Свитки навыков — это материализованная информация, которую даёт сама система, позволяет овладеть ими напрямую. Не обольщайся, магические навыки встречают достаточно часто в мирах, где балом правит магия. В основном это какая-то шляпа, но встречаются и хорошие навыки. Стой, что-то не так, ты разве не слышишь запах?!

Мой лоб покрыла испарина и я медленно начал разворачиваться, около тёмного провала стояла огромная фигура, красные глаза ярко светились в темноте. Тело похолодело, ноги не слушались, просто сидел и смотрел как крысолюд медленно приближается ко мне. Вдруг он резко рванул в мою сторону, я пригнулся, каким-то чудом пропустив когти в миллиметрах от своего лица. Я убегал, как мог. Эх, только бы успеть, добежать до ловушки. Подбегая, я увидел печальную картину, он знал про ловушки? Одна из ловушек была разрушена, было видно, что он в неё не попал, у меня осталась только одна попытка.

К счастью, вторая ловушка была целой, и я сел за ней, сделав вид будто я смертельно устал. Крысолюд выскочил и замер, принюхиваясь, если он сейчас и эту ловушку заметит, то мне крышка. Медленно отступая, я старался привлечь внимание грызуна, заманивая его ближе к подготовленной западне, молился всем богам, чтобы он поверил. Глаза существа сузились, хвост нетерпеливо бил по земле. Оно рванулось вперёд, устремляясь ко мне огромными прыжками. Я нырнул в сторону, едва успев увернуться от его морды. Всё произошло молниеносно, гигантское тело рухнуло точно туда, где была приготовлена яма. Послышались страшные звуки ломающихся костей, челюсти безуспешно хлопали в пустоте, осколки дерева выскочили из спины и боков. Уродливая морда продолжала рычать, слюна капала на землю. Нужен был последний удар, чтобы покончить с этим ужасом навсегда. Выхватив кинжал, я ринулся вперёд, целился прямо в горло, надеясь нанести смертельный удар. Однако существо ещё сопротивлялось, оно попыталось вырваться из ямы, кровь струилась по бокам. Один неудачный выпад мог стоить мне жизни. Сделав резкий удар, я вонзил клинок глубоко в шею животного. Голова резко дёрнулась, выплёскивая фонтан горячей крови. Затем последовал второй удар, третий... я стоял над своей жертвой, тяжело дыша и заливаясь потом. Он затих, а я победил. Медленно отошёл к стене и буквально сполз по ней, драка отняла много сил.

- Ты почему уселся тут? Иди добивай, быстро.

- Что? Он же затих, мы победили Крис.

- А шарик ОР тогда где?

- Вот ведь чёрт…

Из глубины ловушки раздались странные шорохи и скрежет, и вой, от которого стыло в жилах. Пришлось спешно менять планы, вернувшись забрался через подвал в дом. Каменный провал был достаточно узким, возможно, он не сможет выйти сюда, хотя кого я обманываю. Он скоро придёт, мне нужно что-то придумать. Обыскав первый этаж не нашёл ничего интересного, полез на второй, та же картина, только пыль, мусор и тишина. Такая странная тишина, словно я находился в безэховой камере. Попытался забраться на чердак, но путь был основательно завален обломками дерева. Немного протерев стены и полки заметил давно засохшие пятна крови, с каждой новой находкой картина мира вырисовывалась всё чётче, найденные обрывки картин и письма давали немного больше узнать о предыдущих хозяинах этого дома. Это была большая семья: отец, мать, трое детей и домработница. В их мир пришла война и им пришлось спешно покинуть свой дом, все дороги вели на чердак, интересно почему они заблокировали данный проход. Ушло достаточно времени на разбор завалов и наконец показался выход на чердак. Дверь со скрипом открылась, тут не было так грязно как внизу. Куча тряпья и старые книги, всё что мне удалось найти. Возможно, когда-то и в нашем мире книги были огромной ценностью. Спустил всё на второй этаж и сложил всё в кучу, в моей голове вырисовывался новый план.

Пока я эти занимался подвал сотряс мощный удар, крысолюд кажется, решил меня достать во что бы то ни стало. Я пытался трясущимися руками высечь искры, огонь неохотно занимался, каждый удар кресалом словно отсчитывал мои последние секунды. Наконец начался пожар, спички крысам не игрушки.

Я выбил окно и спустился на улицу, немного отошёл и начал смотреть, как горит дом. Огонь, словно голодный демон очень быстро начал пожирать стены и крышу, огромные клубы дыма уходили в небеса. Алые всполохи освещали лес вокруг, это должно тебя прикончить. Дилин выскочило уведомление о закрытии квеста.

Цель локации «Заброшенный дом» — уничтожить чёрных крыс. Прогресс – 200/200.

Не знаю, сколько будет гореть этот дом, но мне уже невыносимо находиться рядом, — медленно пошёл в сторону леса. Мурглов нигде не было видно, нашёл большое поваленное дерево и сел, чтобы передохнуть. Больше я не смогу и сделать и шага. Еда давно кончилась, последние куски мяса съел когда выкапывал ловушки. Так я просидел достаточно долго, треск горящего дома всё никак не унимался. Сквозь этот треск я услышал тихий вой, сначала я подумал, что это обман слуха, вызванный нервным напряжением. Но вскоре звук усилился, этот вой я ни с чем не спутаю, он выбрался.

- Крис, помоги мне. Как мне выбраться из этого кошмара?

- Ты выполнил квест, найди портал, через который попал сюда, никакой пожар не сможет его уничтожить. Как огонь спадёт, быстро беги туда. У крысолюдов хорошая регенерация и выносливость, но он скорее всего он на последнем издыхании.

Не теряя ни секунды, я кинулся прочь, спасаясь бегством. Меня начали окружать мурглы, взяв первую попавшуюся в руки палку начал отбиваться. В данный момент меня больше пугает та тварь, которая бежит за мной. Когда бежал один раз обернулся, эта картина будет сниться теперь мне в кошмарах. Меня с каждым шагом нагоняет нечто похожее на огромного крысолюда, кровь капает на землю, шерсть практически полностью выгорела, у него остался только один глаз, который горел красной яростью. Постепенно, он начал бежать все медленней, я вырвался немного вперед. Сделав большой круг вернулся обратно к горящему дому, а огонь все не угасал.

Погони больше не было и начались поиски портала. Западная стена упала, и я наконец увидел через огонь мерное зеленое сияние портала. Осталось чуть-чуть подождать и примерно через минут пять дорога к порталу более или менее открылась. Если разбегусь, то смогу допрыгнуть. Пока голова была занята планированием, мой бок прострелила резкая боль, крысолюд меня догнал. Было видно, что последние метры он полз, чисто на морально-волевых достал меня. Звук треска дерева и дым не дали мне вовремя его заметить. Больше тянуть нельзя я медленно побежал в сторону зеленого отблеска портала, допрыгну ли? Боль становилась все сильнее, сзади все еще полз мой враг. Вот я практически у цели, прыжок и я снова ныряю в омут.

Глава 4 Передышка?

Я буквально вывалился через портал и просто дышал. Тело не болело, оно как будто перестало быть моим, неимоверно холодно и пусто. Руки и ноги плохо слушаются, голова ватная, мне нужна помощь. Взгляд упал на портал, пульсирующий багровым заревом, где маячила одинокая фигура Крысолюда, он горел и смотрел на меня не мигая. Мгновение - и портал заволокло туманом. Всё кончено.

- Он ведь не выберется? - еле выдохнул я.

- Послушай, сейчас это последнее, о чём тебе стоит думать. Ты умираешь. Срочно повышай уровень и вложи все очки в выносливость, - в голосе Криса промелькнули нотки паники.

- Крис я больше так не могу, я обычный человек и хочу домой. Может, просто найти этих существ, которые открыли...

- Не выключайся!

- …портал, и попросить их вернуть меня?

- Можешь попробовать, но я не намерен умирать. Так что быстро соберись и выбери повышение уровня.

Я мысленно выбрал надпись. Повысить уровень и вложил все очки в выносливость.

Тьма обрушилась внезапно. Миг — и сознание покинуло тело, оставив меня в небытие. Не существовало ни этого места, ни ощущения себя. Крис вроде что-то кричал, не помню.

Перед глазами всплыло уведомление,

Вы прошли инициацию, вам присвоено имя – Ник уровень 1

Вы получили доступ к магазину системы

Данный магазин работает только внутри локаций. В нем за ОР можно купить необходимые предметы (зелья, еду и снаряжение).

Вы получили инвентарь

Инвентарь — это предмет, который открывает пространственный карман, связанный с определенной симуляцией первого уровня (Инвентарь).

Выберите свой инвентарь: полупрозрачное окно распахнулось передо мной, демонстрируя кольца, браслеты, амулеты и множество других носимых предметов. Мой выбор пал на простое, ничем не примечательное кольцо.

Вы выбрали инвентарь «Кольцо № СТК-232711»

Материал: Ирум – необычный метал, практически не разрушимы при первом надевании устанавливает связь с носителем. Никто кроме носителя не может открыть канал, чтобы его открыть надавите на внутреннюю часть кольца и отправьте мысленный приказ. Открывает канал связи с сервером Инвентарь, где хранятся все материализованные системные предметы. Первоначальный размер инвентаря 50 на 50 сантиметров, дальнейшее увеличение размера возможно с использованием ОР. Первое улучшение стоит 100 ОР.В инвентарь могут быть помещены только неживые предметы, предметы, помещенные в инвентарь, не повергаются воздействию времени.

Медленно открыл глаза. Голова раскалывалась, а в боку пульсировала острая боль. Осмотрев себя, я поблагодарил одежду расхитителя могил. На правом боку было три глубоких разреза, и, кажется, повреждены ребра, но когти не смогли проникнуть глубоко.

Повышение уровня, по ощущениям, глобально ничего не изменило, но всё же я могу двигаться с такими повреждениями, и это уже чудо. Попробовал открыть свой инвентарь, удалось не с первой попытки. И вот передо мной открылся маленький зеленый портал, он был такой же двухмерный, как и порталы в локации. Когда я попробовал засунуть туда песок он окрасился красным, и возникло ощущение стены перед порталом. Выскочило сообщение: «В инвентаре могут находиться только системные предметы».

Размеры окна инвентаря причудливо менялись в зависимости от того, что я подносил. Для ложки портал уменьшался до крошечных десяти сантиметров, а при виде куртки разрастался до полуметра.

- Ведь всё, что нас окружает, создано системой, – пробормотал я вслух, – как же предметы, сотворенные ею, могут быть несистемными?

- Они сотворены системой, но в них нет ОР. Ор тратится только на создание, каждый камень или песчинка в крупных симуляциях обычно уникальный. Но в маленьких локациях могут встречаться абсолютно идентичные предметы. И скорее всего даже на земле существует два абсолютно одинаковых камня, просто один лежит в пустыне Гоби, а второй в Сахаре.

- А есть миры, которые до подключения к системе узнают, что они всего лишь симуляция?

- Да, таких миров немало. Косвенных улик предостаточно: фундаментальные константы, парадокс расширения Вселенной, превышающего скорость света, и многое другое.

Я положил туда свиток, без навыка магического дара он всё равно бесполезен. Фляга и ложка тоже отправились в инвентарь. Вынул предметы, снова положил, попробовал отправить в инвентарь кусочек дерева, застрявший в одежде, выскочила вся та же надпись: «В инвентаре могут находиться только системные предметы».

Хаб. И снова я здесь, тут все началось и надеюсь отсюда я смогу попасть домой. Хаб встретил меня все той же пустотой, но теперь я искатель первого уровня Ник. Крис сказал, что недалеко есть локация в которой я смогу отдохнуть и набраться сил. Я медленно брел среди пустоты, каждый шаг давался с трудом, осталось не долго.

- Скоро будет портал не пропусти его, это маленькая локация.

- Крис, а как работает инвентарь? Что за канал?

- Инвентарь — это место, огромная локация, где хранятся предметы искателей. Твоё кольцо всего лишь открывает канал связи с этой локацией, своего рода мини-портал.

- Это как огромный склад?

- Можно сказать и так. Склад размером с планету.

Портал мы нашли не сразу. Непросто разглядеть двухмерный портал, видимый только с одной стороны. И вот я сделал свой первый шаг, маленький шаг для человека, но огромный для всего…. А ладно шагнул и шагнул. Короткая дезориентация и снова появилась надпись.

Вы вошли в симуляцию 4265 «Лес Инкег». Меня встретило солнце и тепло, ковер из листвы мягко пружинил каждый шаг. В нос ударили пьянящие запахи прелая листва, растения, животные. Деревья, словно сошедшие с полотен великих живописцев, и зелень кругом. Эта картина настолько отличалась от всего, что я видел прежде, что первые минуты я просто стоял с открытым ртом. Медленно сел у подножия огромного кедра и только тогда осознал, как же смертельно я устал. Глаза сами собой закрывались, но я заставил себя найти припасы, чтобы немного подкрепиться.

- Крис, а тут безопасно?

- Локации, предназначенные для сбора ресурсов, обычно достаточно безопасны, но всё же будь начеку.

Несколько часов поисков увенчались скромным успехом, грибы да ягоды. Обнаружилась и небольшая запруда, полная рыбы. Крис подтвердил съедобность всех находок. Из крепких веток смастерил примитивную острогу и принялся за рыбалку. Заходящее солнце окрашивало спокойную гладь воды золотом, ни один листок не шелохнулся. Скинув ботинки, я опустил ноги в воду. Вода оказалась приятно теплой, в самом глубоком месте едва доставала до колен. Вскоре показались первые силуэты рыб, удивительно похожих на карасей. Сердце заколотилось быстрее, пальцы побелели, сжимая острогу. Медленно, стараясь не спугнуть добычу, я выбрал самую крупную особь и нанес удар. Мимо! И второй, и третий – всё впустую. Оказалось, что поймать рыбу острогой, тем более самодельной, задача не из легких. Но после бесчисленных попыток удача наконец-то мне улыбнулась. Нанизанная на острие рыба отчаянно билась, но острые зубцы держали мертвой хваткой. Вскоре рядом оказалась вторая жертва, а за ней и третья. Неожиданно мне даже понравилось это занятие. Три рыбины принесли мне один ОР.

– Крис, покажи цель локации.

Цель локации «Лес Инкег» - найти 6 различных системных растений. Прогресс – 0/6

Что ж, цель ясна. Перед сном соорудил себе убежище под защитой раскидистых корней огромного кедра. Настругал колья, заострил их и тщательно замаскировал вход листвой, первые часы в мире симуляции научили меня осторожности. Вбил колья под острым углом, рассчитав так, чтобы любой, кто попытается проникнуть в мое логово, напоролся на них. Еще долго проверял, насколько заметны мои ловушки снаружи, и лишь когда результат меня удовлетворил, приступил к самому главному сытному ужину. Тепло и пища быстро сморили меня. Засыпая, я вдруг отчетливо ощутил, что лес вокруг – словно живой, дышащий организм. Он шептал ветром, журчал в ручьях, пел голосами птиц. Казалось, здесь всё дышало: деревья, травы и сама земля. Ночь прошла спокойно, если не считать странных снов о танцующих деревьях и говорящих животных. На утро наваждение пропало, проснувшись, я чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Выбравшись из своего укрытия, я уловил нечто странное запах изменился. Едва уловимый, он то появлялся, то исчезал, и что самое странное – он был мне знаком. Я тщетно пытался вспомнить, где я его слышал…

Решив не терять времени, я принялся за поиски системных растений. Крис посоветовал внимательно осматривать необычные места, вроде полян с неестественно яркой травой или деревьев с причудливыми узорами на коре. "Они всегда выделяются," - сказал он. И действительно, вскоре мне попалось первое растение - ярко-синий цветок, растущий прямо посреди старого пня. Система подтвердила, что это оно.

Синецвет

Описание: Ярко-синие цветки растут прямо из центра старых пней, распространяя аромат свежести. Цветок выделяет эфирные масла, способные очищать воздух вокруг, нейтрализуя вредные вещества и яды. Применяется для создания зелий антидотов.

*Для создания зелий требуется навык алхимик.

После того как я положил его в инвентарь, цветок пропал. Но прогресс задания увеличился на единицу. Осмотрев еще несколько пней, нашел еще один Синецвет. Решил положить и его в инвентарь, но он не пропал, и система его не засчитала. Значит нужны уникальные растения.

С новыми знаниями, я углубился в лес. Поиски оказались не такими уж простыми. Большинство растений выглядели вполне обычными, и приходилось полагаться на интуицию и подсказки Криса. К концу дня я обнаружил ещё одно системное растение - светящийся гриб, похожий на маленькое солнце.

Солнце Гриб

Описание: Маленький яркий грибок, формой напоминающий крошечное солнышко. Поверхность гриба испускает тёплый золотистый свет, рассеивающий тьму и придающий окружающим объектам уютный отблеск. Если его посадить, может использоваться как вечный светильник. Потребляет ману, работает только в магических мирах.

Кроме растений начал замечать и животных, надеюсь мой рацион скоро пополнится. Но чтобы добыть животное мне нужно новое оружие, чуть получше чем палка или кинжал. С кинжалом охотится на кроликов, то еще занятие. Мне нужно дальнобойное оружие или магия. Я в лесу, так что буду делать лук. К вечеру я, усталый, но довольный, вернулся в своё убежище. Разжёг костер и погрузился в мысли по поводу оружия.

- Крис, а как сделать системное оружие?, - с интересом спросил я, делая вид что стреляю из лука.

- Можно найти или купить у торговцев, но если тебя интересует именно крафт, то основные условия это системные материалы и инициированный искатель. Когда ты создашь оружие, он станет частью системы.

- Наметки плана есть, это лучше, чем ничего. А как открыть системный магазин? У меня как раз появился один ОР.

- В каждой локации есть только один магазин, нам еще предстоит его найти.

Я задумался, прямо сейчас я не смогу сделать лук. Мне нужны материалы и инструменты. Первое еще смогу найти, а для второго мне нужен магазин, также нужны ОР для покупки необходимых предметов. Плохо, что я не знаю даже примерных расценок, Крис не обладает такой информацией. Это проблемы завтрашнего меня. С этими мыслями я плавно погрузился в сон.

Мне снилась дача. Наш маленький, пропахший солнцем и травами домик. В воздухе разливался смех детей, как всегда, бегающих в поисках приключений. Жена хлопотала на летней кухне, что-то выискивая в глубине полок, а прямо перед глазами, словно живая драгоценность, промелькнула изумрудная стрекоза. Я неспешно двинулся к жене и машинально коснулся костяка старого, вросшего в землю "Запорожца" – три тихих удара, как и всегда. Он – мой верный друг, призрак безмятежного детства. Как сейчас помню ту поездку с дядей и братом к реке. Некоторые мгновения врезаются в память, словно яркие маяки, и механизм их сохранения мне еще не понятен. Пусть это даже симуляция – неважно, тогда это было по-настоящему. Подходя к летней кухне, я заметил что-то неладное - запах, а именно резкий запах псины, и я вспомнил.

Рывком проснулся и прислушался к ночному лесу. Костер давно потух, на востоке медленно пробивались робкие лучи солнца. Вокруг моего убежища полная тишина, это либо волки или какие-то собаки. До рассвета я не смог сомкнуть глаз, страх, который, казалось, отошел на задний план, снова накрыл с головой. Мне нужно более надежное убежище и хорошее оружие.

- Прием, Крис мне срочно нужно найти системное дерево для лука

- Я бы посоветовал дерево моган. Судя по биому, он здесь должен расти. Идеальное дерево для лука прочное, гибкое, с великолепной упругостью. Он растет на болотах, похож на карликовую березу, но светло синего оттенка.

Начались поиски, мой нюх работал во всю и через несколько часов я уловил слабый запах гнили и воды, я на верном пути. Вязкая жижа хлюпала под ногами, затягивая с каждым шагом все глубже, поиски усложнились из-за рельефа и того факта что растительность по краям болт росла сплошной стеной. Я искал очень долго, солнце медленно коснулось вершин самых высоких сосен. И тут долгожданный сюрприз, вон оно! Изогнутый ствол, покрытый грубой корой, слегка выделялся на фоне остальной растительности. Моган! - система это подтвердила. Достав кинжал, я принялся за работу. С каждым ударом по болоту проносился звук будто стучат металлом о метал. Сопротивление древесины было яростным, до темноты я не смогу его раздолбить. Пришлось возвращаться ни с чем.

Дойдя до убежища, решил немного подстраховаться, куртку и вещи оставил под корнями, а сам умылся и забрался на одну из веток кедра. Высота приличная, волки не допрыгнут, если только летать не умеют. На ветке сделал кое какие удобства, с помощью листвы и веток соорудил простой лежак, благо ширина ветки позволяла, около ствола поставил несколько импровизированных копий, обожжённых и застроенных с одной стороны. Удобно сел и немного замаскировался, мой запах они если и учуют, то под корнями он в разы сильнее. Добрый ночи собаки!

Ночь опустилась на лес плотной, непроницаемой завесой. Звезды едва пробивались сквозь густую листву, а луна, казалось, намеренно пряталась за облаками, оставляя землю во власти теней. Я лежал на своем кедровом ложе, чувствуя, как прохладный ночной воздух проникает сквозь одежду. Тело ныло от дневной работы, но сон не приходил. Напряжение держало меня в тисках, заставляя прислушиваться к каждому шороху, каждому звуку, доносящемуся из ночной темноты.

Сначала это были лишь отдаленные завывания, эхо, которое переносилось ветром. Но постепенно, с каждой минутой они становились все громче, все ближе. Волчий вой. Целая стая. Они шли по моему следу, неумолимо приближаясь к тому месту, где я оставил свои вещи. Чувствуя их приближение, я крепче сжал острогу в руке, готовый к любой неожиданности. Эти волки были воистину впечатляющие, огромные и черные. Первый волк резко нырнул в лаз, послышался резкий звук удара и ломающегося дерева, затем вой, дальше скулеж, который медленно затихал. Остальные волки после того что случилось с их товаркой не спешили заходить туда. Ночь тянулась бесконечно долго. Звери никуда не уходили, они продолжали кружить под деревом, выжидая, надеясь, что я совершу ошибку. Но я не собирался давать им такого шанса. Я оставался неподвижным, как тень, слившись с темнотой и ветвями кедра. До самого рассвета.

С первыми лучами солнца стая постепенно отступила. Их голоса стали тише, их рычание – менее яростным. Они вдруг пропали, растаяли как утренний туман. Выждав еще немного я медленно спустился к убежищу под корнями...

Глава 5 Крафт

Спустившись с дерева, я медленно подошел к своему убежищу. С каждым шагом запах крови становился все гуще, я медленно посмотрел внутрь своего убежища. Волчара был еще жив, лежал и смотрел на меня и из него торчали колья, кровь выходила толчками из его пробитого горла, постепенно его глаза стекленели. Это был исполинский зверь, угольно-черный волк, своими размерами скорее напоминавший медведя. Он хоть и был тяжело ранен, всё ещё сохранял взгляд, полный гнева. Он медленно повернул голову в мою сторону и злобно зарычал, такое красивое и опасное создание.

- Убей его, видишь же, что он страдает, если она сам умрет, то мы не получим ОР. А нам нужны ОР

Я осторожно подошел к волку сзади, его черная шерсть была очень длинной и густой. Выхватив кинжал крысолюдки, я ударил, лезвие запуталось в плотном мехе, лишь слегка оцарапав бок зверя. Собравшись с духом, я нанес удар изо всех сил. Волк издал свой последний, полный боли и тоски вой, и в тот же миг ко мне потянулся светящийся шарик с ОР.

Очков ОР 11/40

Значит для второго уровня требуется уже 40 ОР, в два раза больше, надеюсь данное условие немного поменяется, а то к 10 уровню я вообще не смогу собрать достаточное количество ОР.

Также с волка мне достался один навык:

Чутье жизни (Цена – 10 ОР)

Описание: Данный навык позволяет чувствовать живые организмы на коротком расстоянии. Пользователь способен ощутить живые организмы их количество и примерное расположение. Есть ограничение по времени использования и данный навык плохо работает если есть помехи (дым, туман, вода). Это не магический навык, требуется физиологическое изменения организма носителя.

Навык пока отложим, мне нужно разобраться с безопасностью своей пятой точки. С помощью подручных средств еле как вытащив тело огромного волка на улицу. И еще раз внимательно рассмотрев это создание, оно было поистине огромным, длинная и жесткая черная шерсть и огромные зубы, пришел к выводу что в этом мире у красной шапочки и шанса бы не было. Осмотрел то, что осталось от моего убежища, удручающая картина сломанные ветки и сильный запах крови. Внутри все разломано, колья практически все сломаны и даже корни дерева повреждены. Если волки такие же злопамятны как в моем мире, они от меня не отстанут, мне нужно новое убежище и поближе к могану чтобы наконец добыть материалы для лука. В детстве дедушка рассказывал об одном интересном способе охоты на волков, они натягивали длинную веревку между деревьями и привязывали на нее красную ткань. Волки думали, что это стена огня и не выходили за периметр этих стен. Охотники постепенно сужали данную ловушку и в конце добывали волков. Веревку можно сделать, недалеко я видел пару кустиков, подозрительно похожих на одно веселое растение из моего мира, из нее можно сплести веревку.

В этом мире данное растение было очень интересным, листья были маленькие и ветки длинные и достаточно прямые. У нее было системное имя и на ощупь она казалось теплее, гораздо теплее, чем температура окружающего пространства.

Инукра

Описание: Данное растение предпочитает расти в тёмных, влажных местах, под тенью старых деревьев или в тенистых долинах, напитываясь магией из окружающей среды. Волокна Инукры используют для изготовления прочных верёвок, которые обладают хорошей гибкостью и низкой износостойкостью. Верёвки из этого растения устойчивы к магии и хорошо подходят для бытовых и ремесленных целей.

Цель локации «Лес Инкег» - найти 6 различных системных растений. Прогресс – 3/6

Плюс один в копилку, осталось всего три растения если смогу достать моган то уже будет два растения. Меня не покидает странное ощущение, словно все что я делаю какая-то глупая шутка, собираю растения и для кого?

- Для системы, конечно, в этих мирах ничего не делается просто так, собранные тобой материалы будут через систему переданы как награда какому ни будь алхимику бог знает где или друиду, который закончил свой квест.

Уже через несколько часов вымачивания удалось получить первые волокна, далее немного отбил и высушил их на солнце. Волокна очень быстро высохли и можно было уже приступить к прядению, примерно рассортировав волокна по длине занялся этим монотонным занятием. До обеда успел сделать примерно метров сорок тонкой и очень прочной веревки, это точно растение не из нашего мира, оно словно было рождено чтобы стать веревкой, прочность на разрыв потрясающая. Приступаем к испытаниям: я попробовал порвать ее, но не смог, потом взял половину толщины такая же история и только очень тонкая веревка с легким звоном поддалась моим потугам. Я собрал всю оставшуюся Инукру, часть замочил, а часть положил в инвентарь. К счастью, веревка тоже положилась в инвентарь.

- Крис, нужно придумать основные наметки плана.

- План это дело хорошее, первый шаг это обеспечение безопасности, не уверен, что трюк с веревкой сработает, но попытка не пытка, -неуверенно ответим мне Крис.

- Нужно уходить отсюда, волки ночью опять придут.

- Пойдем в сторону болот, там наш Моган.

Закончив с оставшейся веревкой и перекусив рыбой и ягодами, пошел на север в сторону болот. Сырой, густой запах встретил меня еще на подходе: прелая тина, гниющие листья и затхлая вода. Обоняние все еще болезненно остро воспринимало такую концентрацию, но этот навык не раз спасал мне жизнь, так что пришлось стиснуть зубы и терпеть. Несколько раз переплывал небольшие речушки, надеясь, что это собьет волков со следа. Через час поисков вокруг болот нашел достаточно сухое поле, окруженное деревьями. Развел костер, и на кольях оставил сушится свою одежду, на маленьком холмике начал выкапывать свое новое убежище. Фродо на минималках начал строительство своего нового дома.

Строительство землянки шло своим чередом. За вечер я аккуратно вырыл и укрепил стены, создавая укрытие из подручных материалов. Устал как вол, если бы у меня был хотя бы топор я бы уже давно закончил. Добыча Могана тоже сдвинулась с мертвой точки, я наконец разрубил его, хорошо, что мой кинжал почти не тупиться. Осталось добыть два системных растения, кусочек могана исчез как только я положил его в инвентарь. Ствол этого необычного дерева с синим отливом был очень тяжелым для своих размеров, плотность древесины просто поражающая. Дальше я остановился, боясь испортить такой хороший материал. Без рубанка, топора и столярных инструментов я не смогу создать ничего путного, поиск системного магазина постепенно выходит на первый план.

Веревка есть осталось найти красную ткань, а с этим у нас проблемы, из одежды у меня только потрепанный комплект расхитителя гробниц и футболка, которая осталась еще с того мира, Крис вообще голый так что мне даже повезло, но проблема с красной тканью остается, просто веревка волков не остановит. Волки, которые на меня напали достаточно осторожны и, кажется, активны только ночью, по ощущениям у меня осталось часа два до темноты, шанс того, что они меня не найдут я даже не рассматриваю, с их навыками и нюхом это дело быстрое. Хотя бы на эту ночь мне нужна ограда, не факт, что это сработает, но так лучше, чем ничего.

Я долго искал растения с красными листьями, повезло минут через сорок нашел кустик с очень плотными и яркими листьями. Вкопав по периметру землянки четыре столба, повязал свое импровизированное ограждение, также подготовил большой костер, пока никаких огней не зажигал. За всеми приготовлениями не заметил, как начало смеркаться, ночь пришла быстро и на земле я чувствовал себя неуютно. Я сел внутри землянки наблюдая за окружением, прислушиваясь и внюхиваясь в ночную мглу. Эту ночь я практически не спал, меня не потревожили. Только под утра я смог на несколько часов вздремнуть. После пробуждения, быстренько позавтракав покинул Шир и пошел на поиски системного магазина.

- А как выглядит системный магазин? – зевая спросил я.

- Системный магазин обычно находится в центре локаций и выглядит соответствующе данной локации, если наша локация лес, то логично предположить, что это необычное дерево.

- Пошли на поиски, центр же примерно там? – махнув в сторону далеких деревьев, спросил я.

- Возьми немного правее и пошли.

Мы прошли достаточно далеко, когда впереди показался исполинский дуб. Прям огромный, он раскинул свои ветки метров на двадцать, а высота. Таких высоких деревьям я еще нигде не встречал, ни в своем мире, ни в этом. Возможно, где-то и растет баобаб или секвойя сопоставимых размеров, но мне он на глаза не попадался. А этот дуб, который словно старший брат возвышался над остальными деревьями, был прямо тут. До него было еще метров триста и тут я услышал странный запах, словно под дубом горят костры, и кто-то давно не мылся, запах нечистот и огня.

Я замедлился и пошел в сторону большого дерева. Последние метры до холма перед деревом полз, останавливаясь через каждые метров десять. Запах становился все сильнее и вот я увидел маленькие приземистые хижины, вокруг ходили странные существа, в набедренных повязках. Периметр был защищен хорошо, острые колья, врытые под углом, сигнальные костры и часовые. Это точно разумные существа.

- Это гоблины, полуразумная раса, обитающая во многих мирах. Когда-то это была одна из доминирующих рас, наравне с эльфами, людьми и ящеролюдами. Теперь же это жалкая пародия на былых себя.

- А они не опасны?

- Опасны и даже очень, но, как и все разумные расы с ними можно договорится

- Да не хочу я с ними договариваться, они же даже не выслушают меня

- Можно попробовать пробраться мимо них, нам нужны еще ОР, внедрив навык поиска жизни увеличим наши шансы, магазин должен активироваться на расстоянии примерно в пять метров.

В моей голове информация о гоблинах только из мифов, игр или книг, одного конкретного описания этих существ не было и быть не могло. Мне нужно больше информации, я лег удобней и начал свое наблюдение. Существа двигались как-то дергано, суетливо, переговариваясь на гортанном, скрипучем языке. Некоторые тащили туши каких-то животных, другие копошились у костров, что-то помешивая в больших котлах. Запах от костров бил в нос какой-то смесью гнили, трав и чего-то неописуемо мерзкого.

Хижины были построены из веток, глины и шкур животных, довольно грубо, но функционально. У каждого строения висели какие-то амулеты, кости, перья. Гоблины явно верили в духов, или чего-то боялись. Сами существа были низкорослыми, с зеленоватой кожей, большими носами и острыми ушами. Один из гоблинов, судя по всему, вожак, вышел из самой большой хижины. Он был украшен множеством костяных ожерелий и перьев, в руках держал посох, увенчанный черепом какого-то животного. Вожак издал громкий, хриплый вопль, и гоблины разом замерли, уставившись на него. Он начал что-то говорить, размахивая посохом, а остальные внимательно слушали, склонив головы.

Поняв, что долго мне здесь оставаться нельзя, я начал медленно отползать назад, стараясь не издать ни звука. Сердце колотилось в груди, адреналин зашкаливал. Гоблины явно не были дружелюбными, и лучше было держаться от них подальше.

- Отходим к Ширу, продумаем план и вернемся, когда будем готовы.

- Слушаюсь и повинуюсь Фродо, - засмеялся Крис.

Следящую ночь я снова не сомкнул глаз, но кажется моя ограда работает. Снова немного вздремнув после рассвета, приготовил себе уже надоевшую рыбу. И приготовился к внедрению навыка.

Потратив десять из своих запасов ОР запустил внедрение навыка, у меня больше не осталось свободных слотов навыков. Внедрение навыка снова принесло мне боль, он накатывал волнами и через несколько таких волн я проклял свое желание внедрить этот навык. Если каждое внедрение будет проходить так, то я сойду с ума. От боли в голове стоял гул, зрение затуманилось. Спустя несколько часов боль постепенна начала стихать, и я словно заново родился, голова прояснилась появилась какая-то лёгкость в мыслях.

СИЛА — 5

ЛОВКОСТЬ — 4

ИНТЕЛЛЕКТ — 7

ВЫНОСЛИВОСТЬ – 6

Все тело ныло, словно меня переехал каток, невероятно, но мне удалось поднять характеристики, даже не распределяя очки! Пришло время испытать новообретенный навык, после внедрения навыка у меня появилось интуитивное знание как управлять им. Первые попытки включения навыка оказались неудачными, была только боль и ни капли информации, через несколько часов блуждания по лесу мне удалось более или менее привыкнуть к навыку, я словно радар улавливал жизнь. Я смутно ощущал местоположение каждого живого существа, даже самых маленьких.

Этот день я полностью посвятил освоению навыка, долго использовать его у меня не получалось, максимум мог выдержать минуту. Вскоре научился использовать навык более экономно посылая волны поиска как короткие сигналы и уменьшил ее силу чтобы не отвлекаться на насекомых. Нашел несколько путей по которым ходят местные зайцы, шаги были гораздо больше, чем те, которые мне встречались на Земле. На этих путях я и установил силки, пока установил четыре силка на разных тропах, моя веревка подходит для этого как нельзя лучше.

Вечером пошел за рыбой, навык очень плохо работает в воде, но все же мне удалось понять примерно, где находиться больше всего рыбы. Поймав несколько крупных рыбин, вернулся к своей землянке. Положив острогу в углу, проверил импровизированную ограду. Никто ее не потревожил, но листья уже увяли, пришлось принести еще и заменить их. Плотно поужинав свежей рыбой, уселся на свой пост. Завтра рано утром надо попробовать сходить к системному магазину с новым навыком попробую установить места которые охраняются хуже всего, с этими мыслями я не заметил, как заснул.

Меня разбудил вой, волчий вой совсем рядом, посмотрев наружу увидел огромные темные силуэты, волки меня нашли. Я знал, что это случится, но я не думал, что я буду спать в это время. Первая новость хорошая они не пересекают ограду, а вторая новость: если они ее пересекут, то мне конец. Выбежав на улицу, зажёг большой костер, благо все подготовил заранее. Силуэты временно пропали, но я чуял запахи и чувствовал, как они кружат вокруг моей ограды. С помощью своего навыка поиска жизни я могу почувствовать, когда они начнут приближаться. Час тянулся за часом, играя на нервах то близостью, то мнимым отдалением волчьей стаи. Костер, ненасытный зверь, требовал все новых жертв, а рука, стиснувшая древко остроги, немела от напряжения. Рассвет пролился на землю долгожданным небесным светом, и волки, как призраки, растворились в его лучах. Кто кого - этот вопрос повис в воздухе неразрешенным.

И еще сколько я буду от них бегать? Мне срочно нужно оружие, а для этого мне необходим магазин. Какой-то замкнутый круг получается. Пока поход в магазин откладывается, мне нужно подкопить ОР. Осмотрел свои силки. Волки добрались до зайцев, но не до всех, один выжил. Это был большой заяц, который невозмутимо сидел и пытался грызть мои силки, он, как и я даже в такой ситуации пытался найти выход. Заяц, увидев меня медленно отошел. Тихонько, с зажатым в руке кинжалом, начал подкрадываться. И вдруг - молниеносный прыжок! Лишь сантиметра не хватило до моего горла, я даже немного опешил. Сражается до последнего, невольно проникаюсь уважением к этому созданию. В принципе я пока могу обойтись и без мяса. Перерезав силки, проводил взглядом удаляющегося зайца, спасибо тебе друг я тоже решил сражаться. Пора двигаться в сторону Шира, этой ночью я буду готов.

Плотно пообедав, начал выкапывать волчьи ямы. Выкопав три ямы и вбив заостренные и обожжённые колья, сел отдохнуть. Ямы получились неглубокие, кусок могана послужил неплохой заменой лопаты, но больше всего времени ушло на попытки скрыть их. Удовлетворенный проделанной работой я вернулся в землянку и сделал себе копье, самое универсальное оружие, как против гоблинов так и против волков. Для древка использовал молодой ясень, расщепив конец вложил в него кинжал крысолюдки и основательно замотал его веревкой. Я более или менее готов, руки и ноги дополнительно замотал веревкой подложив под них тонкие веточки могана, получилась простая броня, укус собаки точно остановит.

Медленно опустилась ночь, но теперь я даже ждал волков. Прошло несколько томительных часов ожидания и мой навык почувствовал, что к убежищу что-то приближается. Волки вернулись, и вновь начали свой зловещий танец вокруг, неуклонно сужая кольцо. Я разместил волчьи ямы по ближе к ограде, так что ждем улов. С помощью навыка я следил за их передвижениями, и вдруг одна сигнатура заметно ослабла – один попался! Выжидая момент, я заметил, как вторая сигнатура начала мерцать, словно угасающая звезда. Пора! Мгновенно выскочив из землянки, я зажег свой костер, пламя взметнулось ввысь и волки, ослепленные ярким светом, прыснули в стороны.

Подбежав к первой яме, я, не раздумывая, со всей яростью вонзил копье вниз. В ответ раздался жалобный скулеж. Я наносил удар за ударом, пока этот звуки из ямы не стихли, и в воздух взмыл шарик с ОР. Впитав его, я помчался ко второй яме. Удача улыбнулась мне – там оказались сразу два волка. Один лежал неподвижно, а второй, раненый, отчаянно пытался выбраться, его задние лапы беспомощно волочились по земле. Он был обречен, расправившись со вторым волком, я вернулся в свою землянку. Этой ночью меня больше никто не потревожил.

Очков ОР 27/40

Волки и рыба принесли мне в общей сложности почти тридцать ОР, также меня порадовал трофей со второго волка

Костюм лесного хищника (Цена - 8 ОР)

Описание: Это костюм, сшитый из густого меха черного волка, при этом ткань обработана специальными веществами для повышения прочности и скрытности. Поверхность покрыта следами когтей и царапинами, напоминающими о жестоких битвах в лесных зарослях.

Густой мех волка обладает свойствами сохранять оптимальную температуру даже в самых суровых условиях. Благодаря плотным кожаным накладкам, выдерживает атаки мобов низкого уровня. Внутренний слой мягкой шерстяной подкладки, делает её комфортной для долгих походов по дикой природе. Облаченного в этот комплект трудно заметить среди деревьев и в тени, особенно при движении.

Это мы однозначно берем, быстро переодевшись посмотрел на свое отражение в озере. С него на меня смотрел мужчина лет тридцати, в темной одежде, прочные кожаные вставки по всему телу, темные штаны и плотная куртка. Плащ с капюшоном в виде головы волка, мне нравится. Следующая остановка системный магазин.

Глава 6 Системный магазин

Новый костюм меня приятно удивил своей удобностью и прочностью. Решив быстро перекусить, отправился проверить, как поживают мои гоблины. Подходя ближе к системному дереву, замедлил шаг. Раннее утро оказалось идеальным моментом для тихого визита в деревню, большинство обитателей спокойно отдыхали в своих уютных хижинах. Удачно подобравшись с задней стороны большого дерева почти вплотную к магазину, понял, что всё-таки пару шагов не хватает, чтобы дойти до зоны действия, поэтому осторожно отступил назад и устроился наблюдать за повседневной жизнью необычного поселения.

Утро началось активно, гоблины небольшими отрядами отправились в лес, держа оружие наготове - короткие луки, острые копья и примитивные доспехи, которые подчеркивали серьёзность намерений. Три группы охотников одна за другой скрылись среди деревьев, оставив остальных членов племени отдыхать. Интересно куда они идут? Часовые сменились, и деревня постепенно ожила, повсюду слышались детские голоса, взрослые занимались хозяйством, готовили пищу, не знаю, что они кушают, но запах стоял прям убийственный. Мой нос не смог выдержать испытание гоблинскими деликатесами, пришлось отойти еще. Ближе к обеду часть гоблинов начали строит новую хижину, некоторые гоблины ушли в лес за деревьями, остальные начали земляные работы. Жизнь прямо кипела. До вечера не произошло больших изменений, только вот дети как бегали с палками, так и бегают, они вообще устают? Наверное, во всех мирах дети одинаковые. Мысль о геноциде гоблинов ради ОР куда-то постепенно улетучилась. Не думаю, что они принесут так много ОР чтобы подкупить мою совесть, прям больно становится от одной мысли об убийстве женщин и детей, да и отцов этих детей. Охотники так и не вернулись, возможно они ушли на несколько дней, не придут же они ночью? Так что поход в магазин мы с Крисом запланировали на ранее утро, до рассвета.

Шир встретил меня влажным и прохладным воздухом с болот, сегодня я должен прицениться и купить необходимые инструменты, в первую очередь плотнические, также мне нужен котелок, жаренная рыба скоро мне в кошмарах будет являться. Не мешает еще взглянуть на оружие и навыки. Покушав, я немного вздремнул.

Проверил большой костер и обновил волчьи ямы, также натянул несколько силков. Немного устав, сел около своей землянки стал ждать волков, кажется, они меня сегодня не потревожат. Лишние очки ОР не помешали бы, но волки достаточно осторожные создания. А нет ошибочка вышла, эти волки, кажется, отбитые. Снова они начали кружить вокруг меня, мой навык ощущал примерно десять волков. Пошла жара, волки снова начали медленно сужать свое кольцо. Они уже добрались до ям, но пока еще никто не упал, умные да? Силки надеюсь вас удивят.

Один сигнал вдруг замедлился, первый попался. Сердце бешено заколотилось, адреналин захлестнул сознание. Быстрый рывок в сторону силков, но остальные волки уже тут как тут. Волки окружили меня плотным кольцом, сверкая глазами, мне даже показалось что они улыбаются. Из кольца выпрыгнул самый огромный из стаи, нацелившись прямо на мою грудь. Инстинкты сработали мгновенно я поднырнул под него, выставив копьё вперёд, острым концом навстречу нападающему. Древко скрипнуло под чудовищной тяжестью животного, грозя сломаться, но каким-то чудом удержалось. Теплая струйка крови волка потекла по моему лицу, смешиваясь с потом и тут вдруг навык предупредил о волке, который бежит сзади. Быстро скинув насаженного волка, побежал в сторону костра, сзади все быстрее приближался второй, когда оставался буквально метр, резко прыгнул в сторону. Он пролетел мимо, тварь неимоверно быстрая. Как молния сверкнула осознание, ведь спереди есть еще одна волчья яма, побежав я ее перепрыгнул, надеясь, что инстинкты противника сыграют против него самого. Моё сердце замерло, когда огромный черный зверь ринулся вперед... и рухнул в приготовленную мной ловушку. Вдох облегчения вырывается из легких, теперь у меня появился небольшой перевес. Разжег костер, навык подсказывал что сигнатуры удаляются.

После того как волки отошли подошел к яме, волк был еще жив. Удар копья и шарик ОР медленно втянулся в меня. Идем к раненному в живот, он еще был жив, медленно отползал в сторону леса. Добив его копьем, осмотрел окрестности, вроде пока все тихо, навык тоже молчит. У меня набралось очков для повышения уровня, и один волк, который запутался в силках.

- Крис, у меня накопилось очков на повышение уровня дальше если я убью волка куда пойдут эти очки ОР?

- Они уйдут напрямую системе, я предлагаю тебе пока не трогать этого волка, нужно его просто сильнее привязать. И повысить уровень, очки вложи в ловкость и силу

- Сколько по времени займет повышение? К гоблинам успеем?

- В принципе должны. Ты здоров и поел, повышение должно пройти штатно

Я проверил волка, который застрял в силках, вроде стоит также, но на всякий случай накинул еще веревок. Если он выберется если я буду в отключке, то мне хана. На это раз попробуем не отключиться, крепко сжимая копье я запустил повышение уровня.

Снова боль, мой товарищ, который шепчет мне что я еще жив. Несколько волн прокатились по моему телу, я выбрал повышение ловкости и силы. Силу повысил на единицу, а ловкость на два. После окончания мучений я вернулся к волку, удар копья и его ОР теперь мои, у меня 12 ОР, я пока не знаю расценок в магазине, но посмотрим.

Ник (2 Уровень)

СИЛА — 6

ЛОВКОСТЬ — 6

ИНТЕЛЛЕКТ — 7

ВЫНОСЛИВОСТЬ – 6

Навыки:

- Острый нюх;

- Поиск жизни;

После повышения уровня я будто снял утяжелители с которыми ходил всю жизнь, каждое движение получается более плавным и сильным. Я долго двигал руками и ногами, очень странное ощущение. Когда ты качаешься в реальной жизни ты не замечаешь, как становишься сильным, ведь все изменения происходят постепенно, но сейчас я одномоментно стал гораздо сильнее. Осмотрев все тело, я заметил, что практически весь лишний жир пропал, а мышцы стали объемней и плотнее, гораздо плотнее чем были.

- Не забывай, что ты есть часть симуляции при увеличении характеристик твое тело перестраивается, увеличивается количество митохондрий и улучшается сама структура мышц.

Это очень необычное чувство, меня просто переполняет сила. Мне нужно снова привыкать к своему телу, привыкнем, когда будем идти к гоблинам до рассвет осталось не так много времени. Первую часть пути я буквально пролетел, я никогда так не двигался.

Путь до дерева занял гораздо меньше времени новые возможности моего организма меня очень сильно порадовали. Я снова зашёл сзади этого огромного дерева, с этой стороны меньше всего гоблинов. На это раз у меня получилось добраться до магазина, точнее до пятиметровой зоны его работы.

Открыв его, я очень сильно удивился, магазин сильно контрастировал с окружающим миром. Будто его взяли из игры и перенесли в реальный мир, вычурный фэнтезийный дизайн и необычные цвета. И еще там была одна надпись, которая мне совсем не понравилась, а именно лимит по использованию магазина.

Системный магазин леса Инкег (1/3 количество посещений)

Добро пожаловать в наш магазин, искатель! Здесь вы найдете всё необходимое для успешного прохождения ваших испытаний. Мы предлагаем разнообразные товары и навыки, которые помогут вам в вашем нелегком пути.

Оружие:

Железный меч (5 шт.)Описание: короткий меч, изготовленный начинающим кузнецом. Простой и надежный вариант для начинающих героев. Включает в комплект прочные кожаные ножны.

Цена: 9 ОР

Охотничий лук (3 шт.)Описание: Лук начального уровня, идеально подходящий для охоты и тренировок. Подходит скорее для мирных целей, нежели для битв.

Стальное копье (1 шт.)Описание: Надежное оружие ближнего боя, сделанное опытным мастером. Отлично подходит для защиты и нападения. Удобно держать одной рукой.

Цена: 30 ОР

Зелья:

Зелье малого исцеления(99 шт.)Описание: Незначительно восстанавливает здоровье искателя. Идеально подойдет новичкам, так как может работать только с искателями до пятого уровня.

Цена: 5 ОР

Зелье невидимости (10 шт.)Описание: Позволяет временно стать невидимым для врагов, обеспечивая тактическое преимущество в битве или разведке.

Цена: 20 ОР

Снаряжение:

Простые кожаные сапоги (3 шт.)Описание: Изготовлены из качественной кожи, обеспечивают комфорт и защиту ног во время путешествий. Увеличивают скорость перемещения на небольшой процент.

Цена: 10 ОР

Легкая кольчуга (1 шт.)Описание: Гибкая защита тела, обеспечивающая умеренную броню без снижения подвижности.

Цена: 35 ОР

Фонарь мага (1 шт.)Описание: Портативный источник света, удобный для исследования пещер и тёмных мест. Может активироваться голосом.

Цена: 6 ОР

Палатка путника (1 шт.)Описание: Компактная, легкая палатка, удобная для отдыха в походах. Создает временное укрытие от непогоды и защищает от мелких опасностей ночью.

Цена: 10 ОР

Котелок путешественника (3 шт.)Описание: Прочный металлический котелок для приготовления пищи в пути. Универсален и удобен для костра или очага.

Цена: 3 ОР

Набор столярных инструментов (1 шт.)Описание: Набор простых инструментов для ремонта, изготовления мебели и деревянных конструкций. Незаменим для ремесленников и мастеров.

Цена: 6 ОР

Колчан со стрелами (1 шт.)Описание: Набор системных стрел в удобном колчане. Содержит 30 системных стрел, может восстановить утраченные стрелы. *Для восстановления стрел требуется магический мир и очки ОР (одна стрела 1 ОР).

Цена: 6 ОР

Навыки:

Мастерство меча I Описание: Базовая техника владения мечом, увеличивает атаку и точность ударов.

Цена: 10 ОР

Магический дар Описание: Уникальная способность, открывающая путь к изучению магии. Позволяет изучать новые заклинания и улучшать существующие способности.

Цена: 20 ОР

Владение луком I Описание: Навык, позволяющий повысить эффективность стрельбы из лука. Увеличение дальности поражения и точности стрелков.

Цена: 15 ОР

Ваш баланс: 12 ОР

Все выглядит очень вкусно, но, как всегда, не хватает денег ну или очков ОР, да и уровень пока не позволяет накопить достаточно. Долго думать времени не было, выбрав колчан с системными стрелами и набор инструментов медленно отошел в сторону Шира.

Подходя к своему убежищу, заметил некоторые странности, трупов волков не было, только кровь осталась. Вроде землянка не тронута, да и вещей там нет, все свое ношу с собой. Принюхался к воздуху, кроме запаха волков никаких других запахов не было.

- Крис, как думаешь, что стало с волками?

- Честно, без понятий. Я в таком же замешательстве, как и ты, возможно, это часть здешней экосистемы, помнишь сны, которые тебе снились?

- Лес с самого начала казался мне странным, будто он живой и старается мне что-то сказать?

- Пойдем внимательно посмотрим на место, где пропали наши волки.

Подошел к месту, где недавно валялся труп волка, которому я брюхо распорол. Запах крови был все еще сильным. Почва там, где лежал волк была мягкой и рыхлой. Короткие раскопки не принесли результатов, трупа нигде не было. Запах медленно исчезал, словно впитывался в землю, постепенно от крови не осталось и следа. Ну чтож приятного аппетита Инкег, все равно пока трупы рядом с домом не нужны.

Зашел в землянку и первым делом проверил свой пол, он был твердый. Не кушай меня хорошо? Открыв инвентарь достал сегодняшние покупки, где-то сейчас жена скорее всего так же распаковывает покупки. Медленно раскладывает по местам макароны, рис и овощи, а я в землянке посреди непонятного леса достаю из прямо из воздуха большой сундук с инструментами и кожаный колчан. Волнуется ли она? Скорее всего очень, но никому не показывает вида, если время тут и там движется примерно одинаково, то прошла неделя? Возможно, она уже успела перевернуть все вверх дном, расспрашивала соседей, друзей и коллег, организовав настоящую поисковую операцию. Она, наверное, уже несколько раз обшарила место пропажи автобуса. Будь я рядом, услышал бы её строгий тон и спокойную решительность, скрывающую волнение и боль. Представляю себе, как вернусь домой. Сперва сильные объятия, тепло родного дома, запах свежей еды, и наша маленькая кухня, а затем она попытается меня задушить. Ты же никогда не сдаешься? Я вернусь к тебе милая…

Открыв сундук был приятно удивлен, теперь у меня был маленький топор, шкурки разной твердости, набор ножей для работы по дереву, рубанок, плоская емкость с крепежами из очень легкого металла и пила. Моган держись и трясись я иду к тебе. Подготовил место для работы около своей землянки, развел маленький костер и в емкость налил воды.

Моган оказался очень сложным в обработке, решил сделать рекурсивный лук по типу монгольского. Так идем на рыбалку, нужно подкрепиться и добыть природный клей. Время до заката ушло только на подготовку заготовки, выбрав оптимальную длину исходя из стрел и твердости дерева рубанком придал форму. Он у меня будет многосоставным твердая сердцевина ушла на основу и внешняя часть дерева на несколько упругих внешних слоев, каждый чуть короче, чем основа. За целый день успел подготовить только основу, твердость и прочность дерева меня снова приятно удивила. Убрав все в землянку пошел готовится к ночи. Заново подготовил свои ловушки, заменил несколько сломанных кольев и подготовил одну новую ловушку. Решил силки переставить, и еще натянул несколько веревок поперек входа в землянку. Ночью было тревожно, тело и разум очень сильно устали. Стресс сделал свое дело, и я медленно провалился в тревожный сон. Мне снился лес, словно огромное живое существо он наблюдал за маленькими нами и тихо шептал кронами деревьев. Меня разбудили птицы, рывком проснувшись огляделся и принюхался. Никаких новых запахов, этой ночью меня волки не потревожили.

Утром снова начал работать над луком, на этот раз подготовил тонкие и гибкие пластины. До обеда успел подогнать основу и пластины, приклеив их к основе с помощью клея из желчного пузыря рыбы и необычной смолы синего цвета. После того как приклеил очень туго привязал все с помощью своей веревки. Пока клей сох, подготовил две одинаковые формы и рукоятку из мягкого дерева. На этих формах буду загибать свой лук в обратную сторону, до ночи надеюсь успею закончить. Система симуляции творит чудес, я сделал за свою жизнь не один лук, но эта заготовка, которая сохнет, мое лучшее творение.

Как ритуал заново осмотрел ловушки и пошел в лес за его дарами. Нашел пару мест с ягодами, съедобными грибами и в одном из старых силков увидел застрявшего большого зайца, на это раз я буду непоколебим. Сегодня у меня будет суп, новая емкость временно будет исполнять обязанности котелка.

Плотно поужинав, занес все вещи обратно в землянку. Снял все веревки с лука и тщательно отпарив плечи закрепил ее в форме, клей очень хорошо скрепил заготовку. Этим же клеем прикрепил рукоятку и ушки. Надеюсь, утром у меня появится свой лук.

- Как ты думаешь волки отстали? Откуда будем пополнять очки ОР если они не придут?

- Ты в лесу. И этим все сказано, множество добычи так и ждут пока ты к ним придешь за ОР.

- Ага, прям сидят и ждут меня. С луком наши шансы сильно возрастут.

Ночь прошла спокойно, если что мой нюх надеюсь меня разбудит. Мне удалось даже выспаться, утром умывшись подошел к своему луку, за ночь новая форма закрепилась, сняв веревки с лука, теперь его уже можно так называть. Тщательно ошкурил и покрыл синей смолой, рукоятку подогнал под руку и тщательно замотал веревкой. Попытался закрепить тетиву и столкнулся с проблемой, лук был очень тугим. У меня ушел час, только лишь на то, чтобы закрепить тетиву. После того как я ее закрепил лук вдруг загорелся синим и у него появилось имя - Лук Инкега. Я создал системное оружие, лук вышел просто отменным, правда сила натяжения была слишком большой. Килограммов девяносто, даже все сто, надеюсь, с прокачкой силы мне будет проще его натягивать.

Первые испытания лука прошли успешно, больше всего я боялся, что стрелы будут ломаться или теряться, но системные стрелы оказались на удивление крепкими, одна из них практически на половину застряла в молодом дубе, но ей хоть бы хны, правда, пришлось долго его выковыривать.

Время до вечера убил для того, чтобы привыкнуть к луку, сейчас уже получается поразить цель размером с волка на расстоянии в тридцать метров. Цели на ближайшее будущее выглядят следующим образом: для начала подкопить очки ОР для повышения уровня, затем повысить его и набрав лимит очков дойти до магазина и все потратить, найти еще несколько растений и перед тем, как покинуть локацию еще раз посетить магазин. С этими мыслями я вернулся в землянку и подготовился к новой ночи. Посмотрим, что принесет мне завтрашний день.

Глава 7 Новый друг?

Очередная ночь прошла спокойно, всё-таки волки оказались осторожными животными, но, будем честны, в открытом лесу они бы меня разорвали, и не помогли бы мне ни мои характеристики, ни навыки, ни новый лук. Сегодня пойдём на охоту, будем фармить ОР.

Медленно пробираясь через густой подлесок, я много думал. Думал о том, как выжить и как добраться домой. Лес словно был каким-то знакомым, вспомнил, как когда-то в детстве мы гуляли с ребятами в лесу, хорошее было время. В тот день мы были на вершине сопки и просто ходили по лесу, много смеялись и шутили, и тут один из друзей кубарем покатился вниз по склону, но очень удачно застрял между двух берёз, еле достали, иногда иметь большую пятую точку — огромный плюс.

— Крис, а куда пойдём?

— Ну тут есть гоблины, которые охотятся на животных, значит, добыча будет прятаться, и просто так мы её не найдём.

— Пойдём в самую чащу, это всё же опасный мир, не локация с выживанием, но разных существ тут должно быть полно.

Невольно улыбнулся, может, это всё — это просто какое-то испытание лично моё? За то, что я так много времени уделял работе? Забыл про семью, не замечал, как растут мои дети, и иногда даже шёл по головам, чтобы получить очередное повышение? Когда я потерял того мальчика, который всегда хотел помогать другим? Может быть, я его тут найду.

Этот лес жил по каким-то своим правилам, даже не знаю, сколько лет этому миру. И нашему тоже, в мире симуляций всё, что мы знали о мире, резко поменялось, возможно, и динозавров никогда не было, это просто пласт истории, который заранее загрузили в наш мир, и я, словно какой-то заблудившийся НПС, медленно выполняю какие-то свои алгоритмы, которые не были предусмотрены системой. Или предусмотрены, и всё, что я делаю, уже предрешено? Да, хватит пространных мыслей, они сбивают с пути, в прямом и переносном смысле. Мой лук после всех испытаний оказался прямо в инвентаре, и я научился вытаскивать его за считанные секунды, один мысленный приказ — и маленький синий портал открывался под рукой.

Под ногами громко трещали сухие ветки, лес вокруг становился всё темнее. Запахи трав и смолы смешивались в воздухе, окутывая всё вокруг в странный саван из запахов. С каждым разом мне всё проще удаётся вычленять различные запахи из общей какофонии. Этим я и занимался, именно тогда моё внимание привлекло едва заметное шевеление меж ветвей старых деревьев. Огромная сосна слева дрогнула, и из-за неё появилась странная морда, увенчанная огромными чуть водянистыми глазами, словно вот-вот расплачется. Передо мной предстал необычный зверь — нечто среднее между гигантским бобром и летучей мышкой, покрытый переливающимся мехом и оснащённый мощными кожистыми крыльями. Животное внимательно изучало меня взглядом, замирая, словно решая, представляет ли моя фигура угрозу.

— Крис, что это такое? Почему ты не даёшь инфу автоматически? — шёпотом спросил я помощника.

— Извини, Ник, после пробуждения часть моих функций требует от меня сознательных усилий, словно я когда-то дышал автоматически, а теперь мне приходится прикладывать усилия, чтобы вздохнуть, — прозвучал спокойный голос Криса.

Имя существа медленно появилось над головой — ярко-зелёные буквы мигнули: Унарк - уровень 1. Не теряя ни секунды, я потянул руку к луку, готовясь к атаке. Тишину леса нарушил лишь тихий скрип тетивы, но едва мои пальцы легли на гладкую поверхность стрелы, чудовище сорвалось с места, стремительно скрываясь среди стволов. Летало оно поразительно быстро и хаотично, будто игривый мотылёк или стремительная стрекоза. Стрелу выпустил почти инстинктивно, стрела прошлась мимо, оставив серебряный след в лесной чаще.

— Крис, впредь, когда мы на охоте, выводи полную информацию немедленно, от этого зависит не только моя жизнь, — бросил я, собираясь продолжить путь.

— Принято, буду стараться выводить всё оперативно, — как-то обиженно отозвался помощник.

И он начал выводить всё подряд. Тут и там появлялись надписи по типу: «Несистемное дерево», «Несистемная листва», «Грязь». От этих надписей зарябило в глазах и сильно заболела голова.

— Всё, всё, я понял, Крис, — улыбнулся я.

— Ты же помнишь про наше общее ограничение? — с лёгкой грустью сказал Крис.

— Я помню, и не бойся, я всё сделаю.

Дальше продвигался без подсказок моего друга, ну дерево есть дерево, а листва она и в Африке листва. Через несколько минут мне повезло, увидел резкий силуэт, который двигался длинными прыжками. Над ним появилась надпись зелёного цвета: «Олень, 1 уровень». Он меня пока не заметил, натянув лук, задержал дыхание, выстрел, резкий вскрик, существо запнулось и упало, быстро подбежав копьём, добил его. Первая добыча и десять очков ОР.

Ник (2 уровень) [10/80]

СИЛА — 6

ЛОВКОСТЬ — 6

ИНТЕЛЛЕКТ — 7

ВЫНОСЛИВОСТЬ – 6

Навыки:

— Острый нюх;

— Поиск жизни;

— Свободный слот;

До вечера встретил ещё двух представителей данного вида, одного удалось добыть, и вот у меня уже двадцать два ОР, пришло время возвращаться домой. Медленно пробираясь через лес, вдруг моё чутьё уловило запах, сильный запах. Осторожно остановился, прислушиваясь, проверяя окружающее пространство. Что-то крупное и грозное таилось неподалёку. Замерев, тихо скользнул вперёд, держась поближе к стволам и кустам. Спустя секунду взгляд упал на огромного зверя, стоящего посреди небольшой прогалины. Синяя надпись над головой подсказывала, что это — Глиммер, монстр пятого уровня, массивный гибрид медведя и какой-то ящерицы, покрытый блестящей серой чешуёй и вооружённый яркими голубыми когтями. От каждого шага зверя дрожала земля, его дыхание с шумом расходилось по лесу. Голубые глаза хищника пылали холодным огнём. Ну что ж, снова извечный вопрос: «Тварь ли я дрожащая или право имею?» Пока не знаю, лучше уж быть тварью, но живой или всё же принять бой? Наверное, меня дома уже обыскались, да и сам хочу вернуться как можно быстрее.

Всё же решив, что я имею какое-никакое право, я плавно отполз назад, забравшись на крепкое дерево поблизости. Если и вступать в схватку, то на моих условиях. Зверь продолжал заниматься собственными делами, совершенно игнорируя меня. Выдержав паузу, собравшись духом, аккуратно приложил стрелу к тетиве и направил оружие вниз, в сторону своей жертвы. Раздался короткий свист, выпущенная стрела разрезала воздух, нацелившись точно в правое плечо зверя. Всё произошло настолько быстро, что я даже не успел испугаться, стрела мягко вонзилась в тело Глиммера, выбивая капельки крови. Монстр испустил резкий клокочущий звук, встрепенувшись, поднял голову вверх и вдруг посмотрел прямо на меня. Он кинулся вперёд, увеличиваясь в размерах и с каждым гулким шагом всё ускоряясь. По ходу, я всё же поторопился, дрожащими руками вновь натянул тетиву, вторая стрела отправилась вслед первой, угодив прямо в грудь чудовища. Третий выстрел пришёлся в ногу, четвёртая стрела попала где-то в область сердца, зверь медленно завалился назад, он отчаянно сопротивлялся, пытался подняться, но силы покидали его. Шипящие звуки стали тише, движения замедлялись. Постепенно Глиммер затих, и большой шарик с ОР медленно всплыл над бездыханным телом. Я спрыгнул, понимая, что каждый следующий шаг станет частью моей мозаики выживания, или я привыкну, или просто пропаду в этом странном мире. На этот раз мне повезло, в следующий раз нужно думать, прежде чем делать, решил больше пока синих не трогать.

[63/80] ОР

Почти накопил максимум, но на сегодня марафон фарма закончен, стрел осталось не так много, даже очень крепкие стрелы имеют свойство иногда теряться. Когти Глиммера даже после его смерти остались системными, так что теперь у меня заканчивается ещё и место в инвентаре.

Завтра рано утром я отправляюсь в магазин, но сейчас мне пора возвращаться в Шир. Пробираясь через густой лес, я включаю и выключаю «Чутье жизни», чтобы потренироваться, на охоте нос показал себя гораздо лучше. Не заметил, как добрался до своего дома, сегодня надо бы закончить землянку, благо инструменты есть. Решил немного улучшить конструкцию, расширить стены и улучшить безопасность, до заката осталось не так много времени. Начертив примерную схему на земляном полу, отправился в лес за материалами.

Стены расширил и сделал пол, когда солнце село, начал мастерить примитивную мебель, спать на полу уже устал немного. Уже за полночь закончил кровать, не произведение искусства, но спать можно.

— Крис, ты думал, что будет, когда я вернусь домой?

— У меня ни рук, ни ног, так что я только и делаю, что думаю. Когда мы вернемся, наверное, лучше не говорить о системе или о том, что мы живём в симуляции. Даже если принесём доказательства, нам не поверят. Да и родной мир не магический, так что точно не поверят.

— Нет, это само собой. Я хотел спросить про тебя: чего ты хочешь?

— Я хочу жить. Если нас каким-то образом разделят, я хочу сам решать, что делать. Буду странствовать по мирам и помогать другим пробудившимся. — Крис засмеялся, но, кажется, он говорил это всерьёз.

Мы проговорили достаточно долго, в конце пришли к мнению, что мне нужно торопиться. Находясь здесь и играя в охотника-собирателя, я не вернусь домой и не спасу остальных пассажиров. А там ведь были и дети. Никогда не думал, что окажусь в такой ситуации. Совсем недавно я до икоты боялся спать в лесу один. Какой-то иррациональный страх из детства, и в памяти ничего не сохранилось. Но теперь страха нет. Я побеждаю свои страхи и... увеличивающихся медведей.

Честно говоря, последняя битва была на грани. Ещё чуть-чуть — и меня бы не стало. Когда ощущаешь дыхание смерти на своей шее, жизнь словно обостряется. Всё вокруг становится ярче, звуки громче, а чувства острее. Это странное, но в то же время захватывающее чувство.

Я понимаю, что не могу просто так уйти. Я должен спасти остальных. Но как? У меня нет хорошего оружия, нет плана, нет даже уверенности в себе. По сравнению с существами, которые могут призывать целые автобусы из других миров и кустарно проводящих операции по вживлению кристаллов, я как абориген с луком против регулярной армии. В конечном счёте всё, что у меня есть, — это инстинкты и желание выжить. И я должен использовать их, чтобы спасти тех, кто остался там, но где там? И что, если я не смогу? Что, если мои усилия окажутся напрасными? Я не могу позволить себе думать об этом. Я должен сосредоточиться на том, что делаю, и делать это как можно лучше. Ведь от этого зависит не только моя жизнь, но и жизни других людей.

И пусть я никогда не думал, что окажусь в такой ситуации, я рад, что она заставила меня стать сильнее. Я рад, что преодолел свои страхи и научился бороться за свою жизнь. Теперь я знаю, что способен на большее, чем думал раньше. И я готов использовать эти знания, чтобы спасти тех, кто нуждается в моей помощи.

Крис разбудил меня ближе к рассвету, и быстренько умывшись мы пошли в сторону системного магазина. На этот раз деревня выглядела странно, больше дозорных, чем обычно, и какое-то странное гнетущее ощущение, которое я не могу объяснить.

Листья тихо шуршали, ночь ещё не проиграла дню, я ползком приближался к системному древу, врубив «Чутье жизни» на максимум, гоблинов поблизости не было. Полз, полз, я вхожу в область действия магазина и тут слышу голос.

— Молодой человек, вы же понимаете, что это очень неприлично заходить в магазин, не спросив хозяина.

Я за секунду достав копьё развернулся в сторону голоса, костюм мгновенно прилип к спине, дыхание участилось. Я водил остриё из стороны в сторону, силясь увидеть говорящего. И тут из темноты медленно появилась сначала улыбающаяся лысая зелёная голова, затем худое тело, облачённое в странную одежду, на которой я никак не мог сконцентрироваться.

— Кто ты такой? — прошептал я, стараясь не выдать охватившего меня волнения.

— Я тот, кто правит гоблинами клана Растущего неба, зови меня Нозар и убери свою палочку, а то поранишься, — усмехнулся он, обнажая острые клыки.

Я замер, не сводя с него глаз. Этот гоблин явно не собирался меня убивать. Его голос звучал уверенно, но не враждебно. Я медленно поднял руку, чтобы убрать копьё, спрятанное в инвентарь.

— Палочка останется у меня, зови меня Ник. Что ты от меня хочешь? — спросил я, стараясь звучать как можно увереннее.

Нозар задумчиво прищурился, разглядывая меня. Его взгляд был проницательным, но в нём не было угрозы.

— Если бы я хотел убить тебя, я бы сделал это в прошлый раз, — спокойно произнёс он. — Если бы ты попробовал напасть на нас, то тут бы уже не лежал. Я не люблю, когда посторонние нарушают наши границы.

Эти слова заставили меня задуматься. Он говорил спокойно, но в его голосе чувствовалась сила. Я понимал, что он не лжёт.

— Встань уже, а то как-то непривычно общаться с лежащим, — добавил он, чуть улыбнувшись.

Я медленно поднялся на ноги, чувствуя, как напряжение покидает моё тело. Нозар не собирался нападать, но и не собирался отпускать меня просто так. Я понял, что мне предстоит узнать больше о клане Растущего неба и о том, что они хотят от меня. Нозар подошёл ближе и, наклонившись, посмотрел мне в глаза.

— Мы хотим, чтобы ты помог нам, не каждый обладатель второго уровня без магических навыков сможет победить в одиночку Глиммера.

Моё сердце забилось быстрее. Откуда, откуда они всё это знают? Я не знал, стоит ли доверять этому гоблину, но в то же время понимал, что у меня нет выбора. Если я откажусь, он меня так просто не отпустит.

— Как именно я смогу вам помочь? — спросил я, стараясь не показывать своего волнения.

Нозар загадочно улыбнулся и, выпрямившись, сказал:

— Нам нужен диверсант в стан врагов, который доставит один подарочек прямо в их логово. Прямо сейчас этого не требуется, нужно будет тебя поднять уровней на десять, чтобы у тебя появился шанс.

— А почему гоблинов не отправишь?

— С этим у нас сложности, — грустно закончил Нозар и поманил меня пальцем в огромный шатёр, который стоял прямо напротив системного древа.

Он мне рассказал о незавидной судьбе рода гоблинов, великих изобретателей техномагических артефактов. С потерей материнской локации гоблины начали постепенно дичать, их история и вся сущность народа, что делала гоблинов гоблинами, вдруг резко пропала. После того как они перестали быть частью мира симуляции, они потеряли возможность вживлять кристаллы ИИ. Среди гоблинов больше не появлялись искатели, а те, кто остались, постепенно умирали в сражениях за новую симуляцию или в междоусобных войнах. Решив не ввязываться в новые бессмысленные конфликты, Нозар покинул Хаб, взяв с собой своё племя, изрядно ослабленное и обескровленное, они долго блуждали, пока не нашли Инкег. Каждая новая незанятая локация давала возможность инициировать ограниченное число гоблинов искателей. Этот мир позволил инициировать только трех и среди этих трех был и сын Нозара, Горх.

Горх с детства не отличался умом, силой или ловкостью, живя как сыр в масле под крылом великого Нозара он постепенно перестал даже стараться, но отец всегда выбирает своих детей, хотя совет и пытался отказаться от кандидатуры недалекого и ленивого Горха отцу казалось что когда он станет искателем все может поменяться, но пока чуда не случилось.

Они спокойно жили в этом лесу, но недавно заметили присутствие другого племени — Горящие горы. Они были сильнее и кровожаднее, скоро племя Растущего неба может полным составом отправиться на небо. Нозар попробовал подготовить своих диверсантов, но пока никто о еще не смог показать результат который бы удовлетворил вождя. И тут очень удачно подвернулся искатель, да и ещё какой, который прошёл незамеченным прямо в сердце племени. Нозар увидел возможность и решил со мной поговорить.

Я в свою очередь рассказал о своём ограничении и в целом о том, как оказался тут и чего я хочу. Познакомил его с Крисом, это очень сильно его удивило, он только раз в жизни встречал искателя с пробудившимся кристаллом. Он долго расспрашивал Криса, а я был просто переводчиком. Он же предложил решение нашей проблемы, у него оказывается есть собственная технологическая локация, материнский кристалл которого он всегда носит с собой. Там есть технологии и информация, которая может нам помочь, но дело в том, что там совсем нет магии и данная локация имеет тип «Выживание». Квест на прохождение — выжить пять суток в мире, где смерть всего лишь продолжение жизни. Это был крайний козырь который на время мог укрыть племя, если Горящие горы вдруг нападут и только Нозар может отправить их туда, поэтому он и не может сам пойти к Горящим горам в гости.

Да уж, зомби апокалипсиса нам с Крисом не хватало, и еще один факт - Горх пойдет с нами, как же хочется плюнуть и покинуть эту локацию, но делать нечего, такой шанс нельзя упускать. После краткого внутреннего собрания мы решили вписаться в эту авантюру.

Глава 8 Группа

После беседы с Нозаром я посетил магазин. Магазин не изменился, ассортимент остался таким же.

Системный магазин леса Инкег (2/3 количество посещений)

Добро пожаловать в наш магазин, искатель! Здесь вы найдете всё необходимое для успешного прохождения ваших испытаний. Мы предлагаем разнообразные товары и навыки, которые помогут вам в вашем нелегком пути.

Оружие:

· Железный меч (5 шт.)

Описание: короткий меч, изготовленный начинающим кузнецом. Простой и надежный вариант для начинающих героев. Включает в комплект прочные кожаные ножны.

Цена: 9 ОР

· Охотничий лук (3 шт.)

Описание: Лук начального уровня, идеально подходящий для охоты и тренировок. Подходит скорее для мирных целей, нежели для битв.

· Стальное копье (1 шт.)

Описание: Надежное оружие ближнего боя, сделанное опытным мастером. Отлично подходит для защиты и нападения. Удобно держать одной рукой.

Цена: 30 ОР

Зелья:

· Зелье малого исцеления (99 шт.)

Описание: Незначительно восстанавливает здоровье искателя. Идеально подойдет новичкам, так как может работать только с искателями до пятого уровня.

Цена: 5 ОР

· Зелье невидимости (10 шт.)

Описание: Позволяет временно стать невидимым для врагов, обеспечивая тактическое преимущество в битве или разведке.

Цена: 20 ОР

Снаряжение

· Простые кожаные сапоги (3 шт.)

Описание: Изготовлены из качественной кожи, обеспечивают комфорт и защиту ног во время путешествий. Увеличивают скорость перемещения на небольшой процент.

Цена: 10 ОР

· Легкая кольчуга (1 шт.)

Описание: Гибкая защита тела, обеспечивающая умеренную броню без снижения подвижности.

Цена: 35 ОР

· Фонарь мага (1 шт.)

Описание: Портативный источник света, удобный для исследования пещер и тёмных мест. Может активироваться голосом.

Цена: 6 ОР

· Палатка путника (1 шт.)

Описание: Компактная, легкая палатка, удобная для отдыха в походах. Создает временное укрытие от непогоды и защищает от мелких опасностей ночью.

Цена: 10 ОР

· Котелок путешественника (3 шт.)

Описание: Прочный металлический котелок для приготовления пищи в пути. Универсален и удобен для костра или очага.

Цена: 3 ОР

· Набор столярных инструментов (1 шт.)

Описание: Набор простых инструментов для ремонта, изготовления мебели и деревянных конструкций. Незаменим для ремесленников и мастеров.

Цена: 6 ОР

· Колчан со стрелами (1 шт.)

Описание: Набор системных стрел в удобном колчане. Содержит 30 системных стрел, может восстановить утраченные стрелы. *Для восстановления стрел требуется магический мир и очки ОР (одна стрела 1 ОР).

Цена: 6 ОР

Навыки:

· Мастерство меча I

Описание: Базовая техника владения мечом, увеличивает атаку и точность ударов. Цена: 10 ОР

· Магический дар

Описание: Уникальная способность, открывающая путь к изучению магии. Позволяет изучать новые заклинания и улучшать существующие способности.

Цена: 20 ОР

· Владение луком I

Описание: Навык, позволяющий повысить эффективность стрельбы из лука. Увеличение дальности поражения и точности стрелков.

Цена: 15 ОР

Ваш баланс: 63 ОР

Сегодня ситуация чуть улучшилась. Я решил купить магический дар и умение владеть луком. Хотя, если честно, не хочется тратить слот на стрельбу из лука. Пока я размышлял, ко мне бесшумно подошел Нозар.

— Я бы на твоем месте ничего не покупал сегодня. Ты говорил об ограничении третьим уровнем. Сначала повысь его, я помогу. Накину ОР, и тогда будем думать, как эффективно развить твои навыки. Помни, все, что я даю, — аванс. За свою жизнь я собрал достаточно очков ОР и артефактов, чтобы ни в чем себе не отказывать.

— Я уже потратил свое посещение и надо бы что-то купить и я с радостью приму все, что ты дашь. Глупо отказываться, если честно, то меня больше всего волнует Горх.

— Купи пока магический дар и внедри его, после его внедрения у тебя появиться новый слот с твоими заклинаниями, а также внутреннее ощущение маны которой ты можешь оперировать. И не волнуйся по поводу Горха, во время рейда ты главный. Можешь его даже бить, но он должен вернуться домой в относительно целом состоянии. Если что-то случится...

— Я не хочу брать на себя такую ответственность, — медленно выдохнул я.

— А тебя никто и не спрашивает. Моя задача — защитить клан. Но каждый в нем должен быть сильным. Сложные времена рождают сильных гоблинов, а хорошие — таких, как Горх.

— Где-то я уже это слышал.

Мне выделили один из шатров. Купил пока только магический дар и решил поднять уровень, ведь от этого похода зависит моя жизнь. Нужно подготовиться и выжать из старого гоблина максимум. Резервы полны, начинаю повышать уровень, и тут меня накрывает сильная боль, что-то идет не так. Кажется, будто ребенок раскаленным шилом пытаются нацарапать свое имя внутри моей головы.

Резко пришло осознание я чисто физически не смогу поднять уровень выше третьего когда Крис растет внутри меня. Боль постепенно уходила, пришла легкость. Решил повысить свои характеристики и внедрить навык магического дара. Вложил два очка в силу и одно очко в ловкость.

Ник (3 уровень) [0/120]

СИЛА — 8

ЛОВКОСТЬ — 7

ИНТЕЛЛЕКТ — 7

ВЫНОСЛИВОСТЬ – 6

Навыки:

— Острый нюх;

— Поиск жизни;

— Магический дар;

— Свободный слот;

После внедрения навыка магического дара я словно начал чувствовать разлитую вокруг энергию. Нозар, стоявший у входа в мою «камеру пыток», казался мне теперь воплощением чего-то невероятно древнего и могущественного я явственно ощутил, что с моим детским уровнем я не смогу даже подойти к этому гоблину.

Он махнул рукой в сторону системного магазина, я не стал медлить. Нозар выделил мне ровно 120 ОР и первым делом я выбрал копье. Оно выглядело простым, но его наконечник испускал слабое синее свечение, а рукоять была обмотана грубой, но прочной кожей. "Это… неплохое оружие," — прокомментировал Нозар, — "Но его истинная сила раскроется, когда ты поймешь, как гармонировать с ним."

Следующим я решил купить кольчугу, палатку и котелок. Набор походника теперь полный, также решил купить 3 зелья исцеления, у меня осталось всего 27 ОР и я даже знаю куда их потратить. Меня уже давно ждет один подарочек с моей первой локации, теперь у меня достаточно ОР чтобы материализовать Монетку удачи.

Я тщательно осмотрел новые предметы, палатка оказалась достаточно просторной и теплой и в сложенном виде занимала очень мало места, котелок был простым и тоже очень легким, наконец проблема с приготовлением пищи решена.

После того, как я вдоволь наигрался с новыми покупками, Нозар достал небольшой, потертый свиток. "А вот это — мой подарок. Настоящий аванс, который ты должен будешь отработать сполна," — он подмигнул. "С помощью этого ты сможешь развить навык, который пригодится и в обычной жизни, и на поле боя."

Я развернул свиток. На нем были начертаны странные символы, которые, казалось, оживали под моими пальцами. "Гоблинский Инженер," — прочитал я вслух.

- Это мое секретное ноу-хау, так сказать. И этот навык ты никогда не найдешь в магазине.

- Гоблинский Инженер? — переспросил я, удивленный.

- Да. Этот навык дает тебе уникальную способность понимать принципы работы различных технических и техномагических артефактов и аппаратов. От простых механизмов до сложных машин. Ты сможешь не только разбираться в их устройстве, но и ремонтировать их, а при должной сноровке — даже управлять на расстоянии. Учитывая, в какой мир ты попадешь и исходя из целей, это может быть гораздо полезнее, чем ты думаешь. И когда я говорю уникальный я ничуть не лукавлю, нас осталось не так много и наш материнский мир разрушили не просто так.

- Одно звено гоблинских инженеров могло держать оборону против превосходящих сил противника месяцами, используя материалы со свалок как смертоносное оружие. Один на один мы никогда не проиграли бы свой мир, но на нас напал Союз Миров Системы. Нас посчитали слишком опасными.

- Расскажешь?

- Я расскажу одну историю и ты поймешь что за сокровище попало тебе в руки.

- Я весь во внимании, – с легкой ухмылкой ответил я Нозару

- Хотя нет, – Нозар усмехнулся, – давай я тебе даже покажу.

Он медленно подошёл ко мне. Его зелёные пальцы коснулись моего виска, и я вдруг потерялся, буквально меня не стало, ощущение тела полностью пропало осталась только способность наблюдать. Я наблюдал картину со стороны, словно сон в котором ты ничего не можешь делать, а просто смотришь.

Незнакомая местность, вдалеке видны остовы зданий. Странно наблюдать свежую краску на обломках, в этот мир война пришла когда они его не ждали. Тут и там по вырытым траншеям сновали маленькие гоблины, даже меньше тех, которые обитают тут, странно видеть форму на них.

Небо вдруг вздохнуло. Сильный гул сотряс его и разрывая облака медленно показался первый исполин. Его серое брюхо испещренное множеством шрамов грозно нависло над гоблинами и даже когда звездолет начал выпускать заградительные механизмы, которые с грохотом падали рядом, на их лицах не было страха, лишь какое-то странное спокойствие и решимость.

Когда я на них посмотрел, то явственно стал чувствовать их эмоции и мысли. Молодые гоблины, только окончившие учебку, оказались лицом к лицу с флотом мощных космических кораблей противника. Они узнали об этом неделю назад, разведка доложила что первые волны высадки начнутся в их районе. Старших, которые бы помогли и подсказали нет, они все ушли на запад, там где кипела война. Никто не ожидал, что новое наступление начнётся именно здесь — у учебки, рядом с захолустным городком, в самом тылу их мира. Но когда у тебя столько звездолетов, ты можешь сам решать где сделать свой новый ход.

Зеленые юнцы против целой эскадры кораблей противника, готовая сбросить десант для захвата их мира. Перед лицом гибели они решили показать миру, на что способна их инженерное чудо и дерзость духа. Из обломков древнего завода и ржавых гор металлолома они за неделю смогли собрать гигантского голема — чудовище из железа и камня. Подпустив корабли до высоты сброса десанта, они его запустили. Земля буквально взорвалась, огромный голем встал в полный рост.

Начался обстрел и небо вспыхнуло лазерными трассерами, голем, пилотируемый курсантами, двинулся вперёд. Он ломал укрепления, сметал баррикады и буквально пробивал себе дорогу к сердцу вражеского флота. Огромным цветком распустился взрыв главного корабля, а и я вдруг снова находился в своем теле.

Я еще долго приходил в себя, пропустив мысли и эмоции этих детей через себя я был вымотан. Я медленно принял свиток, и повинуясь какому-то внутреннему чутью сразу запустил вживление. Для меня начался очередной виток боли, теперь уже ментальной, огромные пласты дотошно сохраненной информации начали записываться в мой мозг. Появилось понимание шестеренок, рычагов, импульсных моторов, энергетических узлов, нейроинтерфейсов, робототехники, термодинамики… Это было похоже на то, как если бы кто-то вложил в мою голову огромную библиотеку. Этот процесс растянулся на часы и слотов навыка у меня больше не осталось.

- А Горх? — спросил я, вспомнив о своем спутнике, – что мне следует о нем знать?

- Горх, — Нозар вздохнул, — Горх - это отдельная история. Он крайне глуп и ленив от природы. Но, стоит отдать ему должное, его зрение и ловкость рук, когда дело касается лука, просто поразительны. Его задача прикрывать нас с дистанции. Пока он жив и цел, он будет полезен. Ты только следи, чтобы он не заснул в самый ответственный момент.

Я кивнул, взвешивая в руках копьё. Интересно, как работает "гармония"? Мана отзывалась внутри — я потянул тонкую нить к наконечнику. Синий свет мигнул, оружие слегка завибрировало в ладони. Нозар прищурился одобрительно:

– Уже пробуешь? Хорошо. Со связкой магического навыка и гоблинского инженера ты будешь как рыба в воде в любой локации.

У меня ушло несколько часов для того чтобы полностью подготовиться, разобрал старое копье, выложил все ненужное из инвентаря и надел кольчугу под одеяние лесного хищника. Немного даже удалось поспасть. Рано утром пришел Нозар и Горх — тощий, сонный гоблин с луком за спиной.

– Готов к рейду, главный? – зевнул он, оглядываясь.

– Не спи на ходу, – буркнул Нозар.

Рейд в локацию Нозара обещал добычу, но и риски. Ночью я провел несколько экспериментов с новым навыком, я разобрал фонарь мага, который нашел у себя в шатре, новый дар как подсветка показал управляющие руны, дорожки к кристалу накопителю. За несколько часов добился того, что теперь этот фонарь смог светить гораздо ярче. Одного полного магического резерва хватило на три часа работы с простеньким техномагическим артефактом. Увидев его Нозар кивнул: "Видишь? Всё дело в понимании".

Нозар подвёл нас к краю лагеря, где густые заросли скрывали руины чего-то огромного. Это был не просто холм — под мхом проглядывали ржавые балки и бетонные плиты, остатки ворот с выцветшей надписью. Мой свежий дар инженера уловил слабое гудение: артефакт-портал, наполовину засыпанный землёй.

– Ваш билет в ад господа, – Нозар хлопнул по материнскому кристаллу.

Воздух задрожал, и открылся синий овал, пахнущий ржавчиной и горелым пластиком. Локация выживания. "Город Т-47". Противники — зомбированные жители и автоматические системы.

- Пять дней, мальчики. Выход здесь же. Помним, что там маны совсем нет, заклинания будут жрать ОР с твоим нынешним уровнем и интеллектом на полное заполнение внутреннего резерва потребуется около 10 ОР. Благодоря мне у тебя сейчас снова полный запас. Экономьте, или сдохнете с пустыми резервами. Горх на дистанции, ты в ближнем.

Горх зевнул так широко, что на миг я даже за него испугался. – Пять дней !? Отец, я думал, пикник на часок. А тут целый город? Можно я палатку разобью у входа?

– Разобьёшь себе стрелой по лбу, соня, – рявкнул Нозар. – Зомби в толпах опасны, турели бьют без разбора. Удачи. И не теряйте голову. Буквально.

Я сжал копьё. – Пошли, Горх. И не вздумай храпеть.

– Я? Храпеть? Да я тихий, как мышка! – гордо заявил он, шагая в портал первым. Я последовал за ним.

Мир мигнул, и нас выбросило в серый кошмар. Портал щёлкнул, закрываясь. Перед нами раскинулся целый город — мегаполис технологической расы, давно обратившийся в руины. Высокие бетонные небоскрёбы с провалившимися крышами торчали, как сломанные зубы, их стеклянные стены были покрыты паутиной трещин и разводов ржавчины. По улицам, заваленным перевёрнутым транспортом — угловатыми машинами на колёсах и гусеницах, — гулял тяжёлый смог, подсвеченный тусклым светом далёкого солнца. Вместо деревьев высились покосившиеся вышки связи, усыпанные спутниковыми тарелками, давно ослепшими от песка и пыли. Бывшие витрины магазинов зияли пустотой, внутри валялись обломки экранов, пластиковые манекены без конечностей и груды проводов. Над всем этим висел запах горелого пластика, машинного масла и гнили. Громадные вывески с нечитаемыми буквами свисали на проводах, покачиваясь от ветра. Где-то вдали тянулись бесконечные заводские трубы, накренившиеся, как пьяные великаны, из их ртов сочилась чёрная сажа. Дроны, застывшие в воздухе, напоминали дохлых насекомых, а на асфальте виднелись силуэты людей — отпечатки, выжженные какой-то катастрофой. Воздух был тяжёлым, без привычного покалывания маны. Я потянулся к "Магическому дару" — пустота.

Горх плюхнулся прямо на бордюр, доставая из сумки вяленую курицу. – Красота! Городок-то какой! Смотри, вон магазин на котором нарисована еда. Может что осталось?

– Горх, мать твою, мы не туристы! – зашипел я, хватая его за шиворот, - Пять дней выживания, зомби, турели! Помнишь?!

Глава 9 Мертвый город

Наши первые шаги в этом странном, пугающе тихом месте. Всюду валялся мусор, который скрипел под ногами, в нос ударил затхлый запах разложения и пыли чую, что нюх пригодится тут больше, чем навык поиска жизни. Горх плёлся в паре шагов позади, волоча ноги, словно на них свинцовые гири вместо ботинок. Его широкие зелёные уши уныло поникли, лук болтался за спиной, а колчан позвякивал у бедра с каждым шагом.

Вдали протяжно застонал ветер... или не ветер? Я замер и поднял руку. Горх с запозданием прошёл ещё пару шагов и только потом застыл.

— Стой. Слышал?

— Ничего не слышал, — буркнул он уверенно, — но если хочешь, скажу, что слышал.

Я бросил на него взгляд.

— Лучше молчи.

Мы свернули за угол в узкий переулок, судя по облезлым вывескам, тут когда-то торговали едой и одеждой. Теперь здесь царили только тени и запах гнили. Я опустился на корточки, осмотреть пол. В пыли виднелись размазанные следы босых ног, их было много, некоторые совсем свежие.

— Они недавно были здесь, — прошептал я одними губами.

— А может, просто выжившие без обуви? — лениво протянул Горх.

— Выжившие не оставляют за собой куски кожи, — я ткнул пальцем в засохший лоскут у трещины в асфальте.

Гоблин помолчал, пожал плечами.

— Ну... да, логично.

Спешно покинув магазин, через другой выход мы оказались на широком проспекте. Гоблин споткнувшись, уронил большую металлическую урну. После каждого звука "Бам! Бам! Бам!", эхом отражающегося от стен, я невольно замирал. Вроде все затихло, подумал я. Как вдруг тишина взорвалась жутким, протяжным стоном. Из теней подворотен, из разбитых дверей полезли они: гниющие тела, некогда живые, теперь дёрганые, с неестественной и жуткой грацией. Кожа тусклая, лохмотьями свисающая с чёрных костей. Глаза — мутные, пустые, но полные вечного голода.

Первый настоящий бой проверка, сработаемся ли мы с Горхом. Зомби приближались, их стоны сливались в зловещий хор. Один, с обрывками тряпья на истлевшем теле, бросился на гоблина, раззявив пасть с гнилыми зубами. Горх тонко взвизгнув, выстрелил с невиданной скоростью, стрела вонзилась в череп, и тварь рухнула и больше не шевелилась.

Их становилось всё больше, они наседали со всех сторон, гнилые когти тянулись к нам. Ноги сами собой рванули вниз по проспекту. Чёрт, Горх держится? Он не подведёт? Нужно укрытие, срочно или нам конец. Мы отступали, сражаясь. Копьё ожило в моих руках, синее свечение полыхало ярче с каждым ударом, тонкие молнии били по гниющим телам. На время забудем об экономии маны. Но силы не бесконечны, да и к новому оружию я ещё не привык.

Наконец мелькнул шанс, огромный стальной ангар чуть в стороне от проспекта, с полуоткрытыми воротами — наше спасение. «Туда!» — крикнул Крис, подсвечивая путь.

Мы мчались, яростно отстреливаясь и отбиваясь. Горх стрелял и почти каждая стрела попадала в очередную голову. Я тоже решил не отставать и достал лук, сделав пару выстрелов и понял, что мои навыки тут не подойдут. Без плана и без должной разведки мы кажется сами себе подписали приговор. Мы были близко от ангара как вдруг навык инженера подсказал остановится. Я резко встал на месте, Горх даже налетел на меня, запнулся и упал, а его стрела все равно умудрилась попасть по чьей-то голове.

— Чего стоим, кого ждём? — прошептал гоблин.

— Этот ангар — запретная зона. Я чувствую что дроны нас сканируют, турели на взводе.

— Если мы тут будем стоять, нас скушают, а я не хочу, – выкрикнул Горх убегая в сторону ворот.

Из земли вдруг вылезла странная конструкция, спаренный пулемет на тонкой и гибкой ножке, стволы с резким щелчком опустились горизонтально и нацелились на Горха. Увидев это, он вдруг упал на колени и начал очень быстро пятиться на коленях назад. Пулеметы медленно ушли обратно в свое гнездо. А мы оказались между молотом и наковальней.

Мертвяки шли сплошной стеной, сжимая кольцо из гниющих тел. Горх всё так же отползал на коленях, я резко рванул его за шиворот, поднимая на ноги, будто выдергивая корень из болота.

— Вставай, принц! Мы еще повоюем!

В голове вдруг раздался голос Криса:

— У меня есть идея, я могу выступить буфером твоего гоблинского инженера так мы сможем быстрее взломать систему защиты.

— Понял, погнали!

— Активируй навык и посмотри в сторону ангара, я подключусь, но не уходите далеко, эффективная дистанция не менее сорока метров.

Мы петляли меж обломков необычных машин, которые встали в вечной пробке. Здания вокруг, некогда гордые высотки — теперь каркасы из бетона и стекла, изрезанные паутиной трещин, с вывесками, которые облезли, как кожа на существах, которые за нами гнались. Горх выстрелил на бегу.

— Ник, у меня кончаются стрелы, — с паникой в голосе пропыхтел он.

Достав из инвентаря я кинул ему свой полный колчан, всё равно стрелок из меня, как из Горха балерина. Мы должны продержаться, пока Крис взламывает протокол защиты, потом уже мой черёд. Мы бегали вокруг ангара, а зомби всё гнались за нами. Какая-то сюрреалистическая картинка, словно мы играем в странные салки. Я чувствовал, как адреналин пульсирует в венах, и понимал, что от этого момента зависит наши жизни.

— Мы в системе, твой черёд, — наконец, сказал Крис.

Я прижался к стене, закрыв глаза. «Горх, выиграй мне 5 минут». Гоблинский инженер ожил мир растворился, и я нырнул в цифровую паутину.

Это было как погружение в нефть вязкая тьма кода, где турель ангара была подсвечена яркими линиями которые уходили куда-то в небо. Посмотрев на нас со стороны, увидел, что здешняя система поставила на меня и на Горха метки — «Не зарегистрированные жители, не подпускать к защищённым периметрам». На зомби, которые бежали на нас, стояли свои метки: «Житель №197474, низкий уровень допуска», «Житель №765, высокий уровень допуска» и другие. Кажется система в этом мире не поняла что все жители стали зомби, она их н трогает. Мысленным усилием поменял наши метки на «Зарегистрированные жители, высочайший уровень допуска», также на всех зомби, которые бежали за нами, поставил метки «Преступник, уничтожить». Ох теперь держитесь.

Вынырнув из системы, увидел, что зомби подошли вплотную, Горх до скрипа сжимал лук, стрел больше не осталось.

— Бежим. Турели теперь нас не тронут.

Мы рванули к ангару, тёмный зев до конца не запертых ворот чернел вдалеке, осталось совсем немного. Переступив невидимую линию охранного периметра, снова увидели странную турель. Теперь я был даже рад ей. Турель навелась на зомби, которые бежали за нами и... просто бессмысленно затарахтела, пулеметы намертво заклинили. Эта глупая гонка вокруг ангара нас изрядно вымотала, но даже в такой ситуации я чуть было не рассмеялся.

Кубарем вкатившись внутрь, мы закрыли засов. Несколько минут я просто лежал и дышал, после такой гонки мне нужно время чтобы прийти в себя. Горх все это время судорожно сжимал свой лук как дубинку и ошарашенно смотрел по сторонам.

— Всё, боец успокойся, нас пока не тронут, – с улыбкой я обратился к Горху.

— А это оказывается не просто ангар, а какой-то цех или завод, — сказал Крис, который уже перевел надпись около входа.

Цех производства роботов-помощников. Линейка «Скорпион».

Это были роботы размером с собаку, которые судя по всему использовались в строительстве. Они стояли рядами, словно солдаты в строю, ожидая своего часа.

Горх медленно сполз по стене, дыша, как кузнечные меха.

— Всё, я спать, — выдохнул он и тут же захрапел.

Он уснул свернувшись в углу ангара, посмотрев на него и улыбнулся. Этот малый меня сегодня удивил. К нему можно испытывать разные эмоции, но сегодня они были в основном положительные.

Я подошёл к одному из роботов и осмотрел его. Пополнив запасы маны, начал уже более детальный обзор с помощью навыка. Конструкция удивительная, существа, что жили в этом мире продвинусь гораздо дальше нас по технологиям. Сервоприводы, миниатюрный реактор, мини-компьютер, да даже сплавы из которых сделан робот поражали. Очень легкий и прочный, робот, который был мне до колена весил всего лишь килограммов пять. У него было шесть ног, две клешни с усиленными захватами, а на спине было многосуставное жало. Нашел самого целого и приступил к испытаниям, главная проблема заключалась в источнике питания. За годы простоя механизмы пришли в негодность, реактор не запускался, топлива нет.

Крис в моей голове радостно сказал:

— Ник, я думаю, мы сможем использовать этих роботов для нашей цели.

Я кивнул и сказал:

— Давай попробуем. Но сначала нам нужно отдохнуть и восстановить силы, и у меня вопрос касательно нашего общего будущего, ты сможешь выжить внутри такого робота?

— Ну, чисто теоретически это возможно, просто нужно подготовить робота, сделать максимально защищенный отсек для кристала и подключить его к центральному процессору. Но остается проблема с переходом, нам нужен или опытный хирург, или продвинутая медкапсула, просто так выйти из твоей головы и ножками пойти к роботу я не смогу. Есть еще одна большая проблема, он не системный и в магических мирах скорпион не будет функционировать, да даже достать его из этой локации мы не сможем.

Мы устроились в углу цеха, чтобы немного поспать и обдумать дальнейший план действий. Впереди нас ждали новые испытания и мы пока еще не готовы, нам нужно больше информации и ресурсы.

Когда первые лучи солнца проникли в ангар, я проснулся от ощущения, что что-то изменилось. Горх уже был на ногах, его зелёные глаза блестели, словно два прожектора.

— Ник, ты слышал? — спросил он, оглядываясь по сторонам.

— Горх, ты про что? – сонно спросил я.

— Ночью кто-то стучался в ворота, тихий стук словно человек постучал, сначала думал что показалось, но утром увидел, вот это, - с тревогой в голосе сказал Горх, указывая на дверь.

Я встал и подошёл к воротам ангара, под дверью кто-то вставил письмо. Крис автоматически его перевел: «Мы друзья, ждем вас по следующим координатам 13423123.2234.33, у нас есть вода и еда».

Позавтракав припасами, что нам любезно предоставил Нозар, я приступил к ремонту робота. Используя навык я полностью разобрал одного, очистил окислившиеся контакты и из частей другого робота с помощью магии начал формировать отсек для Криса. «Гоблинский инженер» поражал, под моими пальцами метал гнулся и изгибался как мне было нужно.

Потравив несколько часов на улучшение скорпиона, добавил ему возможность трансформироваться в огромный браслет который я бы смог надеть на руку, сервоприводы крепились к плечу и спине, они были усилены запчастями из разобранных собратьев, также был готов и отсек для Криса — герметичный кокон напрямую связанный с центральным процессором. Собрав остатки топлива для реакторов со всех скорпионов удалось запустить нашего. Индикатор работы реактора мигал красным, всего удалось добиться около 3% мощности, сам идти он не сможет. Крис через мой навык смог подключится к скорпиону, пока не найдем медкапсулу будем использовать такой костыль, да и расход маны в таком режиме пока приемлемый.

Очков ОР 96/120

На данный момент при полном источнике маны я могу поддерживать активированный навык около восьми часов, зомби приносят не так много ОР, но мне пока удается сохранять баланс. Нам нужно сейчас разобраться с топливом для нашего нового друга, потом найти медкапсулу, а затем по возможности посетить системный магазин.

Горх только что проснулся и жуя остатки припасов от Нозара, уставился на браслет с подозрением.

— Это что, теперь твой новый талисман? А если он меня за ухо схватит?

Крис через динамики скорпиона хихикнул:

— Расслабься, зелёный. Я буду в нём как король в замке. Представь, я стреляю лазером, ты спишь, Ник фармит ОР. Идеальный симбиоз! А теперь серьезно, эти координаты: 13423123.2234.33. Звучит как шифр, но в системе города это, наверное, точка на карте старый бункер или лагерь выживших. Существует большой риск засады, но в то же время у них может быть как припасы и топливо, как и медкапсула. В любом случае мы должны воспользоваться их приглашением. Но максимально осторожно.

— Кто это сказал? – вскрикнул Горх, безумно озирался по сторонам сжимая свой лук.

— Успокойся Горх, это вот он, и он будет нам помогать, – ответил я ему, показывая ему свой браслет.

— А этот скорпион умеет говорить?, – с недоверием спросил Горх, смешно наклонив голову.

Потратив еще немного времени для знакомства моих компаньонов, мы подготовились к очередному рейду.

Мы приоткрыли ворота ангара ровно настолько, чтобы выскользнуть. Турели нас узнали, метки «высший допуск» сработали. Все мертвяки куда-то испарились даже те, кого мы упокоили. Но ОР мы получили, значит, их уволокли либо свои, либо дроны. Второе вероятнее. Некоторое время я потратил около турели, убрал застрявшие патроны и провел диагностику, теперь он полностью рабочий.

Солнце лениво вылезло из-за крыш, а вдали, словно стайка крохотных птиц, кружили дроны. Если не вглядываться в детали, картина даже завораживала. Надо бы взломать одного и приставить разведчиком. У нас с Горхом переписанные идентификаторы, так что здешняя система нас не трогает. И мы двинулись на охоту за разведчиком.

Я кивнул гоблину и мы пригнулись за ржавыми обломками грузовика на краю площадки. «Тот, слева, поменьше кажется разведчик, орудий не видно», — шепнул я, активируя свой навык, пока не достает. Пригнувшись, рванули короткими перебежками, петляя в тенях контейнеров. Зомби где-то вдали шаркали, но нас не чуяли. Дрон висел в пяти метрах, лениво шаря лучом по руинам. «Ну что, Крис, погнали!» Я синхронизировался — и машина дёрнулась, точно муха в паутине. Город раскрылся его глазами карта района, тепловые сигнатуры зомби-скоплений, траектории патрулей дронов.

— Крис теперь он твой, проведи короткую разведку ближайших развалин и я понимаю что мой навык не добивает далеко, но сможешь ему дать задание проверить координаты куда нас позвали и вернуться сюда?

— Сейчас все будет, кэп.

Маленький дрон послушно сделал круг над развалинами и медленно развернувшись полетел куда то в сторону промзоны. Крис отрапортовал об успехе, теперь у нас есть карта. Я с помощью Криса подставил мини-карту внизу, так чтобы ее было видно, но в то же время не мешала обзору.

Через полчаса примерно наш разведчик вернулся, подключившись к нему мы узнали, что место куда нас зовут это метро. Разведчик засек нескольких выживших, с высоты не разобрать точно как они выглядят, но в целом практически не отличимы от людей, лишь кожа очень бледная и рост чуть ниже чем среднего, если сравнивать с землянами.

С разведчиком наш путь проходил гораздо легче, мы начали даже фармить ОР на группах зомби которые были достаточно далеко чтобы не привлекать орду. Дрон летел чуть впереди, потом я, а замыкал всё Горх, несмотря на лень пока еще ни разу не пожаловался.

Дрон пискнул предупреждением впереди трое обычных зомби. Мы залегли за ржавым остовом какого-то транспорта. Крис прошептал через браслет: "Простые зомби, без сюрпризов". Горх сглотнул, натягивая тетиву. Мы распределились, для атаки Горх на фланг, я с скорпионом и копьем в центре, а Крис управляет дроном. До зомби оставалось метров пять, как они разом резко развернулись в нашу сторону, возможно у них есть навык по типу моего поиска жизни. Все втроем они дружно втопили в нашу сторону, Горх выстрелил стрела вонзилась в глазницу правого. Тот кто посередине прыгнул ко мне, но я успел активировать скорпиона: браслет загудел и лазерный импульс аккуратно разделил его на две половинки. Последнего мне удалось пригвоздить к стене точным броском копья, а добил его уже Горх. Итого за короткий бой у меня оказалось ровно 110 ОР, а Горх уже давно достиг лимита. Приняли решение отложить пока поход к убежищу и поднять уровень Горха.

Добравшись до ангара, провели разведку местности и оставили дрона наблюдать за периметром. Горх поднимал уровень, я возился с скорпионом. Горх закончил примерно за час, вложил очки в силу и выносливость. Он новым навыком взял себе улучшение зрения -«Орлиный глаз». Хорошо иметь богатого родителя, который заранее продумал путь твоего развития, да и в стрельбе из лука этот навык будет не лишним.

Оставалось несколько часов до темноты и я пока решил придумать что сделать с скорпионом чтобы он стал частью системы, чтобы мы могли взять с собой нашего нового друга. Несколько часов испытаний и вливаний резервов маны сделали свое дело. Теперь жало нашего скорпиона украшал системный кинжал крысолюда, а сам он обрел способность трансформироваться в щит и маленький меч, пришлось изрядно повозиться и разобрать еще трех других скорпионов, но результат меня более чем удовлетворил.

Перед нами предстал «Скорпион 2.0» у него даже появилось короткое описание:

Описание: Бывший робот строитель, переделанный в автономное оружие с простым кинжалом, лазерным резаком и трансформацией в щит или короткий меч. Компактный разведчик, питается о реактора, уязвим к ЭМИ атакам.

И еще я понял что мой лук не подходит для этого места. Как сказал Горх, во время охоты: «Ты стреляешь как пьяный криворукий гоблин, после бессонной ночи». Мне нужно скорострельное и компактное дальнобойное оружие которое бы могло стрелять короткими болтами. Время пока есть, так что завтра с утра приступим к реализации одной моей задумки.

Глава 10 Встреча

Глава 10 Встреча

Утро встретило нас рассеянным светом, который бил через осколки стекла, когда‑то бывших окнами завода. Спешно собравшись, Горх с ехидной улыбкой выскочил на улицу проверить свой новый навык. Мой колчан, который я восстановил с помощью маны временно стал его.

Я заново обошёл весь ангар — мне нужно новое оружие дальнего боя. На средней дистанции у меня есть копьё, а вблизи мне поможет мой «Скорпион». После того как он стал системным, у него появилась возможность убираться в инвентарь. Достав его, я прикоснулся к краю щита, почувствовал холод металла, который уже не казался чужим. Для нового оружия нужен такой же металл, из которого изготовлены здешние роботы, и ещё нужно сразу сделать его системным.

Так, приступаем к испытаниям. Полностью разобрав одного робота, я начал продумывать схему своего нового оружия. Мой навык даёт мне возможность открывать виртуальный стол, который может просчитать и смоделировать то, каким будет моё изделие. Это требует маны, но при просчёте сложных систем это необходимо. И это требует полной концентрации и тратит много маны. Но чувство, что ты на время становишься Тони Старком, всё перекрывает.

На «Скорпиона» у меня ушло несколько резервов. Посмотрим, сколько уйдёт на новое оружие. Барабанный магазин, система автоматического натяжения и блоки позволили добиться маленьких размеров и внушительной мощи, но пока скорострельность была не очень. Основой послужили детали «Скорпиона», рукоятка и цевьё — из могана., теперь оно лежит в ладони как влитое, не скользит даже в поту и крови, и добавляет приятный вес для баланса. Сервоприводы от разобранного робота теперь отвечают за автоматическое натяжение мощные, с титановыми шестерёнками, они жужжат тихо, как рассерженный шмель. Чтобы сделать его системным, мне пришла одна идея, встроить в рукоятку один подарочек из первой локации, монетка удачи пришло твое время.

Но основная засада вылезла не там, где я ожидал. Поначалу казалось, что проблема будет с магазином — как синхронизировать подачу болтов без заклинивания? Или с системой заряда — выдержит ли она отдачу? Ан нет, головняк случился с плечами и усилием натяжения. Потратив еще несколько попыток пришел к компромиссу, барабан на двадцать болтов, усилие натяжения около ста килограммов и скорострельность сорок выстрелов в минуту. Если бы я сделал усилие больше, то упала бы скорострельность, при уменьшении силы натяжения теряется пробивная мощь, да и размер барабана играет немаловажную роль в прицеливании и весе оружия. Данное оружие пока еще не достигло своего пика, мизерные остатки топлива для реактора которые у меня есть, это самое большое ограничение данного оружия, сервоприводы которые натягивают мой арбалет, работают не на полную мощность. Если раздобудем топливо, эта малышка покажет, на что способна на полную мощность. Благо силу натяжения можно менять с помощью системы блоков. В конце концов передо мной лежала мое новое детище и я рад что она приобрело системный статус и новое имя – Автоматический арбалет «Шторм удачи»

Описание: компактный автоматический арбалет. Вес 3,4 кг с полным барабанным магазином на 20 болтов (длина 30 см); усилие натяжения 100 (50-150 кг), скорострельность 40 выстр/мин, начальная скорость полета болта 120 м/с. Монетка удачи может незначительно влиять на исход выстрела, иногда демон Лаплас может отвернуться от вас.

Горх все еще стрелял на улице, сделав еще один полный магазин на двадцать болтов присоединился к нему. Он все еще стреляет лучше и быстрее, но я уже практически всегда попадаю в цель, и благородя пистолетной рукоятке и малому весу я могу стрелять с одной руки.

— Стреляешь лучше, — сухо сказал он, собирая стрелы.

Было видно, что ему грустно. Я молчал несколько секунд, я совершенно забыл о чувствах, а они могут помешать

— Да, но без тебя я бы сюда не добрался, — наконец сказал я. — Надеюсь ты поможешь мне вернуться домой, к своим.

Улыбка медленно озарила его зеленое лицо, он отвернувшись быстро начал собирать разбросанные стрелы.

— Да, конечно, — ответил он, так и не посмотрев на меня.

После тренировок и обеда мы вышли на улицу, день встретил нас тёплым, но безразличным светом. Солнце, спрятанное за облаками, только намекало на своё присутствие, а небо выглядело как серый экран, на котором кто‑то забыл включить программу. Вдали дроны кружили, как будто продолжали выполнять старый, никому не нужный приказ.

Мы двинулись вперёд, шли к промзоне. Через несколько часов её ржавые каркасы начали проступать на горизонте, похожие на скелеты гигантских зверей. Горх, шагавший впереди, время от времени проверял тетиву лука. Его пальцы привычно скользили по дереву и коже, а взгляд то и дело скользил по окрестностям.

— Что то мне это не нравиться, мы уже час не встречали ни одного мертвеца — Горх обернулся ко мне.

Я прикрыл глаза, сосредоточился. Мой острый нюх обострился, уловив смесь запахов: ржавчина, сырость, гниль… и ещё что‑то. Что‑то живое, но чужое — запах разложения, смешанный с металлическим привкусом.

— Мертвецы, — тихо сказал я. — Много. Справа, за теми складами. Идут сюда.

— Сколько? — Горх мгновенно натянул тетиву, стрела замерла в готовности.

— Не сосчитать, но много, кажется мы их потому и не видели

Крис, в моей голове, встревоженно отозвался:

— Активирую дрон. Вот и безопасный маршрут, идите за мной.

Над головой промелькнула тень — маленький дрон завис в воздухе, мигнул синим огоньком и двинулся вперёд, показывая путь.

— За ним! — я рванул следом, Горх пристроился рядом.

Мертвецы показались из‑за складов и замерли. На секунду повисла тишина. Затем первый шагнул вперёд, за ним второй… Они двигались не хаотично, а цепью, перекрывая пути к отступлению. Горх выругался: „Они нас загоняют!“ Дрон мигнул — на схеме появились новые точки: мертвецы обходили здание с флангов. Крис подал сигнал: „Три минуты до полного окружения

— Быстрее! — крикнул Горх, на бегу выпуская стрелу. Она вонзилась в голову ближайшего мертвеца, и тот рухнул, но остальные даже не замедлились.

Дрон вёл нас через завалы, между ржавыми контейнерами, огибая опасные участки. Мы буквально вломились в большое белое здание тяжёлые двери едва не сорвались с петель, когда Горх захлопнул их за нами.

— Фух, — гоблин вытер пот со лба. — Ещё пара секунд — и нас бы окружили.

Мы огляделись. Внутри было относительно чисто — видимо, давно никто не заходил. Вдоль стен тянулись пустые каталки, на полу валялись бумаги и мусор. Крис сказал что мы нашли больницу.

Тут может быть медкапсула, с таким уровнем техники и технологии не травами же они лечились. Обыскав половину здания нашли только странные остовы техники. Остался последний непроверенный этаж. По скрипучей лестнице мы поднялись наверх. Дверь в комнату была приоткрыта. Внутри, в центре помещения, стояла она медкапсула — гладкая, серебристая, с потухшим дисплеем.

— Есть! — Горх хлопнул по корпусу. — Это надеюсь, то что мы искали?

Я подошёл ближе, осмотрел панель управления.

Крис с помощью дрона сканировал панель управления, пока я осматривал корпус. „Уровень энергии — критический“, — сообщил кристалл. Я провёл рукой по гладкой поверхности капсулы. Да, вот он, разъём для реактора — пустой. Без топлива она просто красивый гроб, а не спасение

Горх пнул ножку капсулы.

— Ну конечно! Нашли, называется…

— Дрон видит поблизости ещё пару зданий, — сообщил Крис. — Можем проверить.

Мы обошли три склада, заброшенную аптеку и старый гараж, но нигде не нашли ни капли топлива. Каждый раз, заходя внутрь, мы надеялись увидеть хотя бы намёк на запас реакторного топлива — но тщетно.

— Всё, я устал, — Горх опустил лук. — Зомби ушли, а растущему организму нужен сон. С этими словами он улегся на старую кушетку и захрапел.

Если честно, я тоже вымотался. Достав флягу из инвентаря, выпил воды и лег на соседнюю кушетку. Завтра наконец доберемся до убежища, может у них топливо есть.

Ночь прошла беспокойно. Мне снились мертвецы, ползущие из‑под земли, и медкапсула с горящим дисплеем, которая шептала: «Нет питания… нет питания…»

Проснулся я от того, что Горх тряс меня за плечо.

— Ник, вставай! — шептал он. — Там кто‑то ходит.

Я резко сел, схватившись за арбалет. В окне брезжил рассвет — серые лучи пробивались сквозь разбитые стёкла.

— Где? — тихо спросил я.

— У входа. Шаги. И ещё… голос. Человеческий.

Крис тут же активировал дрон. Миниатюрный разведчик бесшумно поднялся к потолку, скользнул к двери и передал картинку: трое фигур в потрёпанных плащах стояли у входа в здание. Один из них говорил в переговорное устройство.

— Это не зомби, — прошептал я. — Крис, можешь перехватить сигнал?

— Пытаюсь… — отозвался кристалл. — Есть! Они говорят о нас, сказали что нашли нас и готовы поговорить.

— Может, это те, кто оставил письмо? — предположил Горх.

— Возможно. Но действовать будем осторожно. Горх, держи лук наготове. Крис, держи дрон на связи пусть следит за их движениями.

Я поднялся, проверил арбалет. «Шторм удачи» лежал в руке уже привычно и надёжно. Горх встал у окна, натянув тетиву.

Один из незнакомцев сделал шаг вперёд. На первый взгляд обычные люди в аккуратных комбинезонах. Но что‑то в их движениях насторожило меня: слишком синхронно они переглянулись, слишком быстро скользнули взгляды по нашему оружию. На спокойных лицах ни тени эмоций.

— Вы почти добрались, — произнёс один из них, улыбнувшись. — Мы ждали вас. Видим, вы прошли через трудности, мы вас проводим.

— Кто вы? — настороженно спросил я, не убирая свой арбалет

— Те, кто хочет помочь, — ответил второй. — У нас есть еда, вода и безопасное место. Вы заслужили отдых.

Горх хмыкнул, но промолчал.

— Мы проверим, — сказал я. — Но если это ловушка…

— Никаких ловушек, — третий сделал шаг вперёд. Просто убежище. Для всех, кто выжил.

Я просканировал их навыком поиска жизни, и оторопел. В них нет ни капли жизни, я вскинул арбалет и прицелился точно в голову говорящего. Горх тут же прицелился в правого, а Крис заставил дрона взлететь.

— Спрашиваю в последний раз, кто или что вы такое? – палец на спусковом крючке, нервно подрагивал.

— Мы простой инструмент, только мы совершаем вылазки наружу, зомби нас не трогают, да и заболеть мы не можем.

Тишина повисла снова, тяжёлая и напряжённая. Я взвешивал варианты: идти с этими существами — риск. Активировав навык Гоблинского инженера я по очереди просканировал их, при желании я бы мог и даже удаленно выключить. Не нашел за что зацепиться, единственный приказ который у них был, это поиск выживших и оказание помощи. Да и у нас больше нет выбора, без топлива мы не достигнем своих целей.

— Хорошо, — наконец произнёс я. — Вы пойдёте впереди. Любое подозрительное движение — и мы стреляем. Горх, держи прицел на левом. Крис, пусть дрон следит за их сигналами.

Первый «помощник» кивнул:

— Мы понимаем ваши опасения. Следуйте за нами. Безопасный маршрут активирован.

Они развернулись синхронно, словно по команде, и двинулись к выходу. Мы с Горхом переглянулись — в глазах друга читалась та же мысль: слишком всё это странно.

Через час мы уже стояли около огромных дверей, серого окраса. Было видно что за ними ухаживают. Ворота медленно открылись. За ними виднелся освещённый коридор, пахло свежей едой и чистой водой.

— Идём? — Горх посмотрел на меня.

Я прислушался к своим ощущениям. Все во мне говорило что пока можно им доверять.

— Да, — кивнул я. — Идём.

Мы переступили порог убежища. Ворота за нами закрылись, отсекая мир мертвецов, пустых зданий и бесконечной погони. Впервые за долгое время мы почувствовали, что можем перевести дух.

Нас встретили двое охранников в униформе с такой же эмблемой как и люди которые нас привели. Они вежливо, но настороженно осмотрели нас, проверили оружие и провели нас в отдельное помещение, в котором нас осмотрели врачи и продезинфицировали.

Переступив порог карантинной зоны я на мгновение замер, впитывая увиденное. Сначала бросилось в глаза освещение — не резкий электрический свет, а мягкий, приглушённый, будто от сотен маленьких светодиодных лент вдоль потолка. Он не резал глаза после серого, выцветшего мира снаружи.

Воздух здесь пах иначе. Не гнилью и ржавчиной, а чем‑то почти домашним смесью травяного чая, горячего металла из мастерской и едва уловимой ноткой озона — видимо, от работающих систем фильтрации. Я глубоко вдохнул и почувствовал, как напряжение, сковывавшее плечи за последние дни, чуть отпустило.

Коридор, в который мы попали, был широким, с высокими потолками и гладкими бетонными стенами, местами покрытыми граффити — не хаотичными, а продуманными: схемы, формулы, символы, напоминающие руны. Горх рядом хмыкнул:

— Смотри‑ка, а это даже красиво.

Я кивнул, разглядывая одну из картин — абстрактное изображение взрыва, переходящего в спираль.

Мы двинулись вперёд, и вскоре коридор вывел нас в центральный зал. Здесь кипела жизнь. Люди в простых комбинезонах с эмблемой, как у охранников сновали туда-сюда. Кто‑то катил тележку с ящиками, кто‑то склонился над планшетом, обсуждая что‑то с коллегой, а в углу двое тренировались с макетами оружия, отрабатывая приёмы.

— Не похоже на убежище, — прошептал я Горху. — Больше на маленький город.

Слева от нас открылась арка, ведущая в помещение с запахом свежей выпечки и кофе. За стойкой стояла женщина с короткими седыми волосами и разливала напиток в керамические кружки. Этот запах я ни с чем не спутаю, как же давно я не пил кофе.

Мы вошли в овальный кабинет. Наши провожатые остались у входа, а нас встретила делегация в серых балахонах. Главным у них был Марк — мужчина высокого роста, лет под пятьдесят. Его взгляд был усталым, но в нём читалась несгибаемая воля.

Марк жестом пригласил нас сесть. Женщина в балахоне поставила перед нами кружки с горячим напитком — паром поднимался аромат, напоминающий корицу и что‑то ещё, неуловимо знакомое. Горх принюхался и одобрительно кивнул.

— Прежде чем мы продолжим, — Марк скрестил пальцы, — ответьте честно: вы пришли из реального мира?

Я помедлил, подбирая слова:

— Наш мир тоже оказался симуляцией, но другой. Мы сами ищем ответы.

Марк откинулся на спинку кресла. На мгновение его маска спокойствия дала трещину — в глазах мелькнула боль.

— Семь лет назад, — начал он тихо, — наш мир Прол изменился в одночасье. Сначала пришли аномалии: сама ткань реальности начала трещать по швам. — Он провёл рукой по столу, будто рисуя невидимые разломы. — Гравитация колебалась, создавая зоны невесомости посреди улиц. Время шло рывками: то замедлялось до тягучей вязкости, то ускорялось так, что часы проносились за минуты. А материя… иногда она просто распадалась без причины, превращаясь в мерцающую пыль.

Горх хмыкнул:

— И как вы выжили в этом хаосе?

Марк невесело улыбнулся:

— Мы не выживали. Мы пытались понять. Несколько недель учёные строили теории, философы искали смысл, инженеры пытались пробить барьер, который отрезал нас от остального мира. — Он сделал паузу, сжал кулаки. — А потом мы поняли: мир за пределами города перестал существовать. Не просто исчез — превратился в пропасть без дна, чёрную бездну, которая поглотила все дороги, спутники, радиосигналы.

Крис подал голос через «Скорпиона»:

— Вы пришли к выводу, что находитесь в симуляции?

— Да, — выдохнул Марк. — Когда мы это поняли… — его голос дрогнул, и в нём прозвучала глубокая, выстраданная боль, — многие не выдержали. Кто‑то сошёл с ума, не в силах принять, что вся их жизнь — лишь код. Кто‑то просто прыгнул в пропасть, решив, что лучше небытие, чем такая реальность.

Он обвёл рукой вокруг, словно показывая невидимые ужасы за стенами убежища:

— Наш народ отличался исключительной миролюбивостью. Мы развивали технологии, бережно относились к природе, готовились к покорению космоса… Пока не случился раскол.

Я наклонился вперёд:

— А что произошло потом?

— Потом начался тот кошмар, который вы видите на улицах, — продолжил Марк. — Около 80 % всех жителей перестали быть людьми. Мертвецы воскресали, но мы не смогли найти в себе силы окончательно их уничтожить. Они часть нашего народа. И раз мы в симуляции, остаётся мизерный шанс вернуть всё назад. Может быть, есть способы сбросить ошибки и восстановить мир.

Он посмотрел на меня с отчаянной надеждой:

— Вы сказали, что ищете ответы. Может, вы знаете способ?

Я помолчал, чувствуя всю ту боль, которую они испытывали.

— У нас есть гипотеза, — вступил Крис. — Ваш мир разрушили снаружи: нашли ваш кристалл и разломали его на тысячи маленьких кристаллов симуляций. Собрать сломанный мир заново нельзя. Но можно собрать всех выживших из разных симуляций и переселить их в новый мир, созданный по образу и подобию этого.

Марк замер, впитывая слова. В его глазах, секунду назад полных отчаяния, зажёгся огонёк надежды.

— Для этого нужны искатели, время и ресурсы, — продолжил Крис.— А вернуть характеристики симуляции во времени возможно, но для этого нужен кто‑то, кто умеет взаимодействовать с кристаллами напрямую — архитектор. Правда, это сотрёт память всем, кто находится внутри симуляции, и изгонит тех, кто не является её частью.

Марк медленно кивнул, будто взвешивая каждое слово.

— Значит, шанс есть. Пусть мы не сможем спасти всех и потратим годы, чтобы всё вернуть, — он выпрямился, и в его взгляде теперь горела решимость, — но теперь мы знаем, что у нас есть шанс.

Обсудив все детали пришли к соглашению, к наметкам плана по спасению Прола, первый шаг - они дают нам ресурсы и помогают с медкампуслой, а мы в свою очередь чиним систему жизнеобеспечения базы. Оказалось что компьютер, который тут всем управляет в последнее время начал давать сбои, а починить его с нынешними ресурсами они не могут. Как съесть целого слона? Нужно съесть его по кусочкам и это первый наш кусок.

Мы переглянулись с Горхом. Предложение звучало заманчиво топливо для реактора могло решить сразу несколько наших проблем, да и заведомо работающая капсула мед.персоналом в нашем случае предпочтительнее.

— Что именно сбоит в системе жизнеобеспечения? — уточнил я.

— Компьютер базы это ИИ, который управляет всеми системами этой базы. Фильтрацией воздуха, рециркуляцией воды, поддержанием температуры, а также связывается со всеми охранными системами окрестностей. В последнее время он начал выдавать ошибки. Сначала просто мигали индикаторы, потом начались перебои с подачей кислорода на десять минут отключилось всё на третьем уровне. А вчера система очистки воды отказалась запускаться без перезагрузки.

— И что говорит ваш техник? — спросил Крис, через скорпиона.

— Деградация центрального процессора, достать новый мы пока не можем, создать тем более.

— Мы можем попробовать помочь, — сказал я. — У меня есть системный навык, который позволяет мне напрямую работать с сложными и не очень механизмами и системами. Сколько у нас времени?

Мужчина достал из кармана нечто похожее на обычный ониксово черный шарик. В воздухе замерцало трёхмерное картинка, в котором были графики температур и много данных о работе компьютера.

Женщина из группы выживших, до этого молчавшая, выступила вперёд. Её глаза были усталыми, но в них читалась стальная решимость.

— Я Лана и я была куратором этого проекта, — начала она. — Всё, что вы видите вокруг, — эксперимент по созданию автономной базы для колонизации других планет. Он не предназначался для длительного использования. Изначально система в рамках эксперименты должна была проработать год, максимум три. Мы уже на восьмом…

Горх наивно спросил:

— А почему вы все не выйдете отсюда в город?

Куратор горько улыбнулась:

— Из‑за вируса. После изучения мертвецов медики выделили патоген, который и делает их такими. Он передаётся не только через укус, но и воздушно‑капельным путём.

Горх присвистнул:

— И как же мы до сих пор не все зомби?

— В этом и парадокс, — Лия обвела взглядом зал, словно проверяя, кто ещё нас слышит. — Он кажется поражает только тех, кто родился в этом мире. А вот вы… — она внимательно посмотрела на нас, — вы, похоже, из другого источника. Ваш биологический код отличается. Вирус на вас не действует.

— Так что, у нас — иммунитет? — хмыкнул Горх.

— В каком‑то смысле, — кивнула женщина. — Но главная проблема не только в вирусе. Система очистки воздуха даёт сбои. Без исправной фильтрации через неделю начнётся массовая зомбификация. Респираторов на всех не хватит, особенно на детей и стариков.

Я вспомнил «помощников», которые привели нас сюда:

— А как насчёт тех, кто нас сопровождал? Они тоже не болеют?

Куратор вздохнула:

— Синтнеты. Так мы их называем. Созданы как обслуживающий персонал базы. У них нет биологической ткани, подверженной вирусу. Они не устают, не болеют, не чувствуют страха. Их изначальная задача — колонизация и строительство баз на других планетах. Мы поставили перед ними другую задачу – искать припасы и выживших.

Горх почесал затылок:

— То есть они как дроны, только в человеческом облике?

— Примерно так, — кивнула куратор. — Но с ключевыми отличиями. У них есть базовый набор эмоций — для лучшей коммуникации с людьми. И они способны к ограниченному обучению. Правда, всё это жёстко регламентировано протоколами.

Крис подал голос через «Скорпиона»:

— Значит, компьютер базы — это центральный узел управления не только системами жизнеобеспечения, но и синтнетами?

— Да, — куратор указала на чёрный шар. — Если он выйдет из строя, синтнеты перестанут получать команды. Они застынут, как сломанные куклы. А без них мы потеряем связь с внешним миром. Некого будет отправлять на поиски топлива, медикаментов, новых выживших.

Я сглотнул. Теперь ставки стали ещё выше.

— Где находится центральный процессор? — спросил я. — Мы должны приступить к ремонту как можно скорее.

Куратор кивнула на сферу:

— Он внутри. Вся архитектура интегрирована в этот модуль. Но будьте осторожны — последние сбои могли повредить не только железо, но и программные протоколы. Синтнеты уже начали проявлять аномалии: замирают на несколько минут, повторяют одни и те же фразы…

Нас проводили к огромному чёрному шару — он возвышался посреди зала, словно древнее божество. От сферы во все стороны расходились толстые жгуты кабелей и пульсирующие трибуки, похожие на вены исполинского существа. В воздухе витал слабый запах озона и металла. Я подошёл ближе, чувствуя, как волоски на затылке встают дыбом. Горх взял лук, хмуро оглядываясь по сторонам.

Я активировал навык Гоблинский инженер и нырнул в омут из цифр. Мир вокруг растворился, сменившись потоком данных. Перед глазами всплыли строки кода, мерцающие тревожным красным:

Статус системы: КРИТИЧЕСКИЙ

Ошибки: 47 активных

Повреждённые модули: Процессор 97, Контроллер 7, Память 2

Уровень кислорода: 18% (норма: 21%)

Резервное питание: 12%

Система жизнеобеспечения: отказ 3 из 5 контуров

— Всё хуже, чем думали, — пробормотал я, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Крис, начинаем ремонт. Горх, держи периметр, пусть нам не мешают.

Следующие несколько часов мы работали в поте лица, почти не переговариваясь. Крис, работал с потоками данных, устранял ошибки. Я, стиснув зубы, восстанавливал повреждённые модули процессора каждый шаг давался с трудом, количество ОР таяло на глазах, если ее не хватит, то система полностью выйдет из строя.

Горх тем временем следил, чтобы никто не мешал. Он расхаживал вдоль стен, бросая мрачные взгляды на молчаливых «помощников», которые застыли у входа, словно статуи. Время от времени он тихо ругался себе под нос:

— Не нравится мне это… Слишком тихо. Слишком спокойно. Будто ждут чего‑то.

На экране мелькали предупреждения:

Критическое падение резервного питания: 5%

— Ещё немного, — прошипел я, пот струился по лицу. — Крис, перенаправь энергию с второстепенных систем!

— Делаю, — отозвался тот. — Держись, босс.

Секунды тянулись, как часы. Где‑то вдалеке раздался глухой удар — Горх резко обернулся, вскидывая лук.

— Что там? — крикнул я, не отрываясь от кода.

— Ничего, — глухо ответил он. — Показалось.

Наконец, после мучительных минут борьбы с упрямой системой, на экране терминала вспыхнуло:

Система стабилизирована. Все модули функционируют в штатном режиме.

Воздух наполнился едва заметным гулом — фильтры заработали на полную мощность. На панели зажёгся зелёный индикатор кислорода, следом замигали другие сигналы восстановления.

— Получилось, — выдохнул я, обессиленно опускаясь на пол. Руки дрожали, в висках стучала кровь.

В этот момент дверь открылась, и в зал вошёл Марк он обнял нас по очереди, крепко, по‑настоящему.

— Вы спасли нас, — голос его дрогнул. — Топливо уже несут и готовят медкапсулу. А ещё… у нас есть кое‑что ещё для вас. Думаю вас это обрадует.

Горх подмигнул мне, на губах появилась его обычная усмешка:

— Ну что, босс, кажется, наши дела налаживаются?

Глава 11 Сюрприз

Глава 11 Праздник

После починки нас проводили до маленькой комнаты, где остались только мы с Горхом. Мы немного отдохнули, Горх даже умудрился заснуть на стуле, я проверил количество ОР, мда негусто осталось всего лишь десятка. Наконец вернулся Марк, он уже успел переодеться. Теперь на нем был практически такой же комбинезон как на всех, за исключением белого плаща за спиной, он повел нас в главный зал, где уже всё было готово для праздника. Столы ломились от еды — свежие овощи, хлеб, мясо, фрукты, которых мы не видели уже бог знает сколько времени. Аромат жареного мяса смешивался с запахом свежеиспечённого хлеба и цитрусовых — такой насыщенный, что у меня невольно потекли слюнки. Я глубоко вдохнул, пытаясь запечатлеть этот момент в памяти: тепло, еда, люди… почти как дома.

В центре установили небольшую сцену, на которой расположились несколько музыкантов один перебирал струны странного инструмента, напоминавшего лютню, другой держал барабан, а третий — набор флейт. Звуки сливались в причудливую мелодию — то плавную и мелодичную, то резкую и ритмичную, заставляющую ноги сами собой притоптывать в такт.

Люди начали улыбаться, переглядываться, кто‑то уже притоптывал в такт. Дети, с любопытством разглядывавшие Горха, тут же облепили его со всех сторон.

— Можно потрогать? — робко спросила девочка лет восьми, протягивая руку к зелёной коже гоблина.

Горх, явно смущённый таким вниманием, неловко кивнул. Дети тут же принялись ощупывать его руки, волосы, заглядывать в глаза. Он лишь тяжело вздохнул, но не стал их отталкивать — видно было, что он не против такого внимания.

Марк, который до раскола был учителем, оказался ещё и потрясающим поваром. Он лично следил за подачей блюд, шутил с детьми и взрослыми, раздавал порции, успевая при этом рассказать какую‑нибудь забавную историю. Его улыбка была заразительной — вскоре смеялись все, даже те, кто ещё час назад выглядел измождённым и отчаявшимся.

Музыка лилась, люди смеялись, но где‑то на краю сознания я уловил странный гул — будто далёкий раскат грома. Я обернулся, пытаясь найти источник, но Марк уже хлопал меня по плечу:

— Не отвлекайся, Ник! Танцуй!

Я кивнул, но гул остался — тихий, почти неслышный. Постепенно люди начали выходить в центр зала, чтобы потанцевать. Лана, которая до этого стояла у стены, вдруг улыбнулась и шагнула вперёд. Под светом красных ламп её фигура казалась почти нереальной длинные тёмные волосы струились по плечам, отливая бронзой, а глаза, подсвеченные снизу, казались бездонными. Она двигалась легко и плавно, каждое движение было наполнено грацией — будто она не танцевала, а плыла в ритме музыки.

Я наблюдал за ней, но мысли уносились далеко отсюда. Запах еды напоминал мне о воскресных обедах с семьёй, когда жена готовила жаркое, а дети бегали вокруг стола, ожидая, пока их позовут к столу. Звук музыки смешивался с воспоминаниями о смехе дочери, её восторженных возгласах, когда я сам учил её танцевать.

«Как они там? — пронеслось в голове. — Вернусь ли я домой? Знают ли они, что я жив?»

Люди вокруг зааплодировали, кто‑то присоединился к Лане. Вскоре зал наполнился смехом, голосами и топотом ног. Горх, наблюдая за всеобщим весельем, вдруг усмехнулся.

— Ладно, — пробормотал он себе под нос. — Покажу‑ка я вам, как танцуют в моём племени.

Он вышел в центр, хлопнул в ладоши, привлекая внимание, и начал двигаться. Его танец был совсем другим резким, энергичным, с прыжками и резкими поворотами. Руки выписывали в воздухе замысловатые фигуры, ноги отбивали сложный ритм. Дети завизжали от восторга, взрослые заулыбались, а музыканты, уловив новый настрой, изменили мелодию, подстраиваясь под его движения.

Я стоял и смотрел, не в силах оторвать взгляд. Горх, сейчас был настоящим центром внимания он смеялся, подмигивал детям, а те, подражая ему, пытались повторить его движения. Кто‑то из взрослых даже рискнул присоединиться, и вскоре в центре зала образовалась целая группа, пытающаяся освоить племенной танец гоблинов.

Лана, закончив свой плавный танец, подошла ко мне. Её щёки раскраснелись, глаза блестели

— Никогда не видела ничего подобного, — сказала она, переводя дух. — Он действительно умеет удивлять.

Я кивнул, улыбаясь, но внутри всё ещё сжималось от тоски.

— Да, Горх полон сюрпризов, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

В руке у Ланы был бокал с чем‑то, от чего шёл приятный фруктовый аромат. Видно было, что она немного выпила — её глаза блестели, а движения стали чуть более расслабленными.

— Ты действительно веришь, что можно всё исправить? — тихо спросила она, глядя мне в глаза.

— Мы должны верить, — ответил я. — Иначе зачем всё это?

Она улыбнулась, отпила из бокала и продолжила:

— Когда всё началось, я думала, что мы просто переждём аномалии. Что учёные найдут решение, инженеры починят системы, а политики договорятся. Но потом мир начал рушиться на глазах. И я поняла, что никто не придёт нас спасать. Придётся спасать себя самим.

Мы долго разговаривали о прошлом, о будущем, о том, что нас ждёт. Лана рассказывала о проекте базы, о том, как они готовились к покорению ближайшей планеты их солнечной системы. Ее рассказ, местами сбивчивый, а где то полный терминологии меня даже немного удивил, девушка так и грезила космосом. Я же делился своими мыслями о симуляциях, кристаллах и возможностях их объединения.

— Знаешь, — сказала она в конце, — с вами у нас появился шанс. Настоящий шанс.

В этот момент к нам подошёл Марк. В руках у него были два небольших металлических ключа с гравировкой.

— Это ключи от ваших покоев, — сказал он, вручая их нам. — Пока это лучшее, чем мы можем поделиться. Внутри уже всё готово: кровати, вода, еда на первое время. Отдыхайте. Вы это заслужили.

Я взял ключ, ощутив его приятную тяжесть. Металл был прохладным на ощупь, гравировка слегка царапала пальцы. Этот простой предмет вдруг показался мне символом чего‑то большего — возможности передохнуть, набраться сил, чтобы завтра снова идти вперёд.

Горх, закончив танец под бурные аплодисменты, подошёл к нам, вытирая пот со лба.

— Покои, говорите? — хмыкнул он. — Звучит заманчиво.

Марк улыбнулся, похлопал его по плечу:

— Надеюсь вам понравился наш сюрприз? Отдыхайте как следует. Завтра будет новый день, и у нас много работы.

Мы переглянулись с Горхом. Впервые за долгое время мы действительно чувствовали, что можем перевести дух. Музыка всё ещё звучала, люди танцевали, дети смеялись — и на мгновение весь мир вокруг казался не таким уж безнадёжным. Я провёл пальцем по гравировке ключа ровные линии, холодный металл. На мгновение показалось, что это не ключ, а кольцо, которое я когда‑то носил. Я резко сжал кулак, пряча ключ в кармане. Не время для воспоминаний.

Нас проводили в отдельные покои, настоящие комнаты с кроватями, душем и даже окном, за которым виднелся внутренний двор базы. Горх, едва оказавшись внутри, тут же рухнул на кровать и захрапел.

После праздника, лёжа в кровати, я долго смотрел в потолок. Смех, музыка, лица людей — всё это было так похоже на то, что я потерял. Но именно сейчас, когда вокруг царило спокойствие, я понял - это иллюзия. Завтра снова в бой. И чтобы вернуться домой, мне нужно оружие получше.

Я сел за стол, достал Шторм и Скорпиона. Пора было сделать их по‑настоящему смертоносным. Положив перед собой арбалет, я начал аккуратно разбирать его, проверяя каждый узел. Топливо, которое нам дали, открывает перед нами многие двери, но улучшение арбалета пока закончилось только на заправке реактора и настройке скорострельности и мощности.

Далее я решил вплотную заняться «Скорпионом». Разложив детали на широком столе у окна, я активировал навык «Гоблинский инженер». Перед глазами тут же всплыли схемы, трёхмерные модели и потоки данных.

«Сервоприводы можно усилить, — подумал я, разглядывая показатели. — нужно попросить у здешних техников. Но новые сервоприводы придётся вручную калибровать …»

— Крис, — тихо позвал я, — проверь старые протоколы «Скорпиона». Что скажешь?

— Сыроваты, — отозвался кристалл через «Скорпиона». — Не подходят такому крутому кристаллу, как я. Жёсткие алгоритмы, минимум адаптивности, это же все таки строительный дрон. В нее заложены некоторые ограничения видимо, создатели боялись, что механизм может выйти из‑под контроля.

«Значит, удаляем всё старое, — решил я. — Полностью переписываем ПО. Добавим алгоритмы машинного обучения, пусть запоминает успешные действия и оптимизирует движения».

Работа шла кропотливо. Каждую деталь я проверял по несколько раз, сверяясь с виртуальным столом навыка. Мне принесли все необходимые детали, техники базы были так удивлены моими навыками, что мы их еле выпроводили. Они потом приходили несколько раз, принесли даже те детали которые я не просил. Пальцы уже дрожали от напряжения, а глаза начинали слезиться от долгой концентрации на мельчайших деталях. Но я продолжал — шаг за шагом, узел за узлом. Исправил и улучшил практически все аспекты моего нового друга: броня стала толще, приводы мощнее, да даже лазер теперь может стрелять импульсами.

Наконец, всё было готово. Я глубоко вдохнул, активировал систему и подал первую команду:

— Встать.

«Скорпион» зашевелился. Сначала медленно, неуверенно, словно новорождённый зверёк, он приподнял корпус, опираясь на все шесть конечностей. Сервоприводы жужжали, гироскоп тихо гудел, корректируя положение. Одна нога сделала шаг вперёд, затем другая…

— Идёт! — вскрикнул я, не сдержав радости.

Этот крик разбудил Горха. Он резко сел на кровати, протирая глаза:

— Что? Где? Кто идёт?

Увидев «Скорпиона», который неуверенно шагал по комнате, Горх замер с открытым ртом. Затем его лицо расплылось в широкой улыбке:

— Ну ничего себе! Да он же ходит! Настоящий боевой паук!

Горх вскочил с кровати и подбежал ближе, разглядывая механизм:

— Ник, слушай, — в его глазах загорелся знакомый огонёк азарта. — А можешь сделать мне стрелы, которые броню прошивают? Такие, чтобы ни один мертвец не выдержал, даже если в полном доспехе будет.

Я усмехнулся:

— Горх, зачем тебе такие стрелы? Ни разу не видел чтобы они хоть что-то носили Но раз просишь — сделаю.

Он сел на край стола, с нетерпением глядя на меня:

— Сделай сколько сможешь. Пожалуйста. Я буду ждать.

Вздохнув, я кивнул. Раз уж Горх так просит… Благо техники базы принесли нам не только новые сервоприводы но и целый набор материалов: титановые сплавы, углепластик, плазменные модули и магнитные контуры. Но приступить к созданию стрел я решил завтра рано утром, оставив Криса обучать скорпиона я провалился в глубокий сон.

Проснулся я от мягкого светового сигнала — настенные лампы постепенно меняли оттенок с тёмно‑синего на нежно‑жёлтый, имитируя рассвет. В комнате царила приятная прохлада, а из окна доносились приглушённые звуки просыпающейся базы: где‑то вдалеке гудели механизмы, слышались голоса людей и ритмичный стук шагов охранников.

Горх всё ещё спал, раскинувшись на кровати, громко и размеренно похрапывая. Я тихо поднялся, стараясь его не разбудить, и направился в душевую.

Душ оказался настоящим чудом техники, сенсорные панели позволяли выбрать режим: от лёгкого тумана до мощного потока воды с массажным эффектом. Я выбрал средний режим и на мгновение замер под тёплыми струями, позволяя себе расслабиться. Вода смывала усталость, напряжение последних дней понемногу отпускало.

Вытеревшись мягким полотенцем, я оделся в чистый комбинезон, который оставили для нас на стуле. Ткань была приятной на ощупь, дышащей явно высокотехнологичный материал.

Вернувшись в комнату, я обнаружил, что Горх всё‑таки проснулся он сидел на краю кровати, потягивался и зевал во весь рот.

— Ты что, даже не помоешься? — удивился я.

— А зачем? — невозмутимо ответил гоблин, почесав затылок. — Вода — она же мокрая. И холодная. И вообще, я и так нормально пахну.

Я только покачал головой:

— Горх, ты дрался с мертвецами, потом спал в этой же одежде. Ты точно «нормально пахнешь»?

— Да ладно тебе, — отмахнулся он. — Зато я отдохнул как следует. И готов к новым подвигам!

Я вздохнул и кивнул в сторону душевой:

— Иди умойся хотя бы на половину. Завтрак скоро принесут, не хочу, чтобы на нас косо смотрели.

Горх недовольно буркнул, но всё‑таки поплелся в душ. Через пару минут оттуда донёсся его возмущённый голос:

— Ник! Тут какая‑то штука брызгается сама! И ещё пищит!

— Это сенсор, — крикнул я в ответ. — Просто встань под струи и расслабься.

Через десять минут гоблин вышел, мокрый, взъерошенный, но заметно посвежевший.

— Ну ладно, — признал он. — Вода тут неплохая. И тёплая.

В этот момент в дверь постучали. Двое служащих в серых комбинезонах внесли поднос с завтраком: овсяная каша с фруктами, хлеб, сыр, что‑то похожее на омлет и две кружки ароматного травяного чая.

Мы уселись за стол. Горх набросился на еду с таким аппетитом, будто не ел неделю.

— М‑м‑м, вкуснотища! — промычал он с набитым ртом. — Ник, а ты чего такой задумчивый?

— Думаю о стрелах, — ответил я. — Хочу кое‑что добавить к ним, чтобы не просто броню прошивали, а ещё и электронику вырубали.

— О! — Горх даже перестал жевать. — Это круто. Сделай!

Он на мгновение задумался, и в его глазах мелькнуло что‑то непривычное — грусть.

— У нас в племени, — тихо добавил он, — был один мастер. Он делал стрелы с ядом. Говорил, что каждая должна нести не только смерть, но и смысл.

Он тряхнул головой, прогоняя воспоминания:

— Ну, у тебя стрелы будут ещё круче. С электроникой!

После завтрака я достал заготовки и начал колдовать над стрелами. В наконечнике поместился плазменный заряд, который при срабатывании работает как ЭМИ граната.

Горх сидел рядом, с восторгом наблюдая за процессом.

— И как ты всё это запоминаешь? — поражённо спросил он.

— Опыт, — усмехнулся я. — И навык.

Через час, пять улучшенных стрел были готовы. Я протянул их Горху:

— Держи. Теперь они не только прожгут броню, но и выведут из строя любую электронику поблизости.

Горх бережно принял стрелы, взвесил в руке одну из них, прицелился в воображаемую мишень.

— Вот теперь мы точно готовы ко всему, — довольно сказал он.

Позже мы с Ланой отправились в тренировочную комнату. «Скорпион» двигался уже уверенно, а «Шторм удачи» показывал отличные результаты — болты точно поражали мишени один за другим.

Лана восхищённо наблюдала за испытаниями. Она двигалась плавно, словно танцевала вокруг мишеней, отмечая попадания и делая какие‑то пометки на планшете. Её движения были настолько грациозными, что на мгновение я отвлёкся от работы.

В какой‑то момент она оказалась рядом со мной, её плечо коснулось моего. Я почувствовал тонкий цветочный аромат её волос. Лана подняла глаза, и на секунду наши взгляды встретились. В её взгляде было что‑то тёплое, почти нежное. Она слегка наклонилась ближе, её пальцы едва коснулись моего локтя. Я ощутил, как воздух между нами будто сгустился, наполнившись чем‑то неуловимым.

— Знаешь, — тихо сказала она, — когда я была маленькой, мы с отцом часто ходили в старый парк у озера. Там росли огромные дервья, и их ветви свисали так низко, что казалось, будто они шепчутся друг с другом. Отец говорил, что если прислушаться, можно услышать истории, которые они рассказывают…

Я невольно улыбнулся, вспоминая своё детство:

— У нас рядом с домом был свой кусочек леса. Я прятался там от сестры, когда она хотела заставить меня учить уроки. Сидел на ветке и представлял, что это мой собственный остров…

Лана улыбнулась в ответ, её взгляд стал мягче:

— Ты наверняка был очаровательным сорванцом.

— Скорее упрямым, — усмехнулся я. — Но да, любил убегать от проблем.

В этот момент я вдруг отчётливо вспомнил лицо жены — её улыбку, когда она находила меня в саду, её голос: «Ник, ну сколько можно прятаться? Обед уже остывает!» Воспоминания нахлынули волной, и внутри что‑то сжалось. Я резко отвернулся, пытаясь скрыть эмоции.

— Всё в порядке? — обеспокоенно спросила Лана.

— Да, — я сглотнул. — Просто… вспомнил кое‑что.

— Понимаю, — она слегка коснулась моего рукава, и я почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

Но я остался неподвижен. Лицо моё не дрогнуло, голос прозвучал ровно и спокойно:

— Хочешь, я тебе ещё кое‑что покажу? — предложил я, стараясь сгладить возникшую неловкость.

— Да‑а… — неловко начала Лана, слегка потупив взгляд. — А что?

— Но Горх тоже должен увидеть это, — добавил я. — Мы с Крисом основательно поработали над «Скорпионом».

— А‑а, ты про это, — Лана слегка улыбнулась, и напряжение понемногу отпустило её. — Конечно. Давайте посмотрим.

Горх вскоре к нам присоединился и принес свою теперь любимые стрелы, в его глазах читалось желание испробовать их в деле, но к его глубочайшему сожалению я ему отдал болванку с таким же весом и аэродинамикой, чтобы он смог привыкнуть. Я же поставил «Скорпиона» в центр полигона и активировал систему. Крис тут же подключился к управлению — его голос прозвучал в моей голове:

— Перехватываю контроль. Начинаю диагностику… Готово. Перехожу в боевой режим.

«Скорпион» приподнялся на шести конечностях, слегка покачался, проверяя баланс, а затем стремительно рванул вперёд — так быстро, что мы невольно отступили на шаг.

— Ничего себе скорость! — восхищённо выдохнул Горх. — Он же быстрее человека!

Действительно, механизм двигался с впечатляющей скоростью. Крис демонстрировал возможности: «Скорпион» сделал резкий разворот, затем ускорился вдоль стены, легко перепрыгнул через невысокое препятствие и замер в стойке.

— Теперь проверим вооружение, — сказал я.

Крис активировал лазерный модуль. Тонкий алый луч вырвался из передней части корпуса и прожигал аккуратные отверстия в манекенах — один за другим, с хирургической точностью. Каждый выстрел занимал доли секунды, а прицел не сбивался ни разу.

Лана записывала результаты на планшет, отмечая параметры:

— Точность — 98 %, время реакции — 0,15 секунды, мощность лазера — достаточная для прожигания композитной брони. Впечатляет.

Тренировочная зона тем временем перешла в следующий режим: из стен начали вылетать тяжёлые резиновые мячи разного размера — имитация атак или случайных препятствий.

«Скорпион» тут же отреагировал. Он не просто отскакивал в сторону — он предугадывал траекторию, уворачивался с изяществом опытного бойца, делал кувырки, перекатывался и тут же возвращался в боевую стойку. Один мяч он даже отбил конечностью, отправив его в стену с глухим стуком.

— Это уже не просто механизм, — прошептала Лана, не отрывая взгляда от планшета. — Он действует почти как живое существо.

— Крис оптимизирует движения в реальном времени, — пояснил я. — Он анализирует ситуацию, просчитывает варианты и выбирает лучший.

Горх хлопал в ладоши, как ребёнок на представлении:

— Вот это да! Ник, ты гений! Он же почти как настоящий воин! А если добавить ему ещё пару пушек…

Я усмехнулся:

— Пока хватит. Нам важно сохранить манёвренность.

Подойдя к «Скорпиону», я положил ладонь на его корпус и активировал режим трансформации. Механизм замер на мгновение, затем раздался тихий гул, и его сегменты начали плавно перестраиваться.

— Смотри, Горх, — сказал я, — это ещё не всё.

Шестиногий боевой механизм за несколько секунд сложился, перестроился и принял форму массивного щита с рифлёной поверхностью и усиленными краями. Я поднял его — вес был ощутимый, но вполне управляемый.

— Вау! — выдохнул Горх, осторожно касаясь поверхности. — Он теперь больше, как это работает?

— Смотри, — я активировал команду. Щит зашевелился, сегменты заскользили друг относительно друга.

Горх ахнул:

— Он… он меняется! Как хамелеон!

Лана наклонилась ближе, изучая стыки:

— Это же гениально! Один механизм — три функции.

— Модульная конструкция, — кивнул я. — Каждый сегмент — часть головоломки.

Сегменты чуть быстрее заскользили друг относительно друга, складываясь в компактную форму. Через мгновение в моих руках оказался небольшой, но увесистый меч с заострённым лезвием и эргономичной рукоятью.

Лана подошла ближе, внимательно рассматривая оружие:

— Потрясающе. Такая адаптивность открывает массу тактических возможностей. В ближнем бою меч, при обороне — щит, а для разведки и атаки на расстоянии — сам «Скорпион».

— Ник, дружище, ты обязан сделать мне такого, с мольбой в голосе сказал Горх

Мы замерли, любуясь результатом. Горх протянул руку, чтобы снова потрогать поверхность, но в этот момент Крис подал мысленный сигнал:

— Обнаружена аномалия в энергосети базы. Источник неизвестен.

Глава 12 Запах кофе

Глава 12

Первым делом мы побежали к Марку, он пока не был в курсе ситуации. В коридорах царила какая-то жуткая тишина, даже привычные гулы механизмов словно притихли. Все вместе долго искали место, которое было повреждено. Шаги эхом отдавались от металлических стен, а тусклое освещение заставляло вглядываться в каждый угол. Марк был напряжен, а Горх как всегда мало что понимал и немного устал.

Тут к нам подбежали дети по их перепуганным мордашкам сразу стало ясно, кажется нас ждет что-то интересное. Оказалось, что они играли в одном из вентиляционных коридоров, куда родители строго-настрого запрещали лазить, но кого это когда останавливало? Они услышали странные шумы ритмичный скрежет, будто кто‑то царапал металл изнутри. И только Эрика, самая смелая из них, решилась посмотреть, что там.

Перед нами раскинулась странная картина: малышка лет четырёх, ангелочек со светлыми кудряшками, с серьёзным, почти взрослым лицом рассказывала, что видела человека, убегавшего от повреждённой вентиляционной решётки. За ней топтались парни постарше, опустив головы. По словам Эрики, решётка уже падала, когда она её заметила, и грохот ещё долго гулял по вентиляции. Старшие ребята, услышав шум, убежали, бросив её одну. Марк, нахмурившись, сунул нам с Горхом по коммуникатору — на случай, если придётся разделиться.

Мы с Горхом, Ланой и несколькими добровольцами осторожно собрались возле повреждённой вентиляционной решётки. Воздух здесь был тяжелее, пропитан запахом ржавчины и чего‑то едкого. Марк, внимательно осматривал место происшествия. Его взгляд скользил по искорёженным прутьям, губы сжались в тонкую линию.

Я опустился на колени, медленно провёл пальцами по искорёженным прутьям решётки. Металл был холодным и шершавым, с острыми зазубринами. Крис с помощью дрона начал подсвечивать микроскопические следы: царапины, сколы, микрочастицы. Маленький дрон жужжал, как рассержённая оса, перемещаясь вдоль повреждений.

— Странно, — пробормотал я, прищурившись. — На первый взгляд похоже на следы когтей, но… Крис, увеличь масштаб в десятикратном размере и дай мне картинку.

Перед глазами возникла детализированная картина: вместо неровных рваных борозд я увидел чёткие параллельные линии. Они шли с идеальной точностью, словно кто‑то провёл по металлу линейкой. Было видно, что эту решётка не должна была упасть сейчас, когда Эрика спугнула человека, он допустил ошибку и слишком сильно порезал верхнее крепление и решетка под собственным весом упала. Кажется дети дали нам шанс.

— Это не когти, — уверенно произнёс я, поднимая глаза на товарищей. — Следы слишком ровные, с одинаковым углом наклона. Кто‑то использовал инструмент.

Горх наклонился ближе, его брови сошлись на переносице:

— Точно? А то я уже представил себе зомби‑гиганта с когтями.

— Никаких когтей, — подтвердил я. — Видишь эти микроскопические сколы на металле? Они указывают на последовательное воздействие. Кто‑то методично ослаблял крепления, слой за слоем.

Лана подняла один из кусков крепления решётки, поднесла к свету. Её пальцы ловко поворачивали обломок, изучая срез.

— На этом фрагменте — следы смазки, — сказала она, принюхиваясь. — Специфический состав. Я знаю, где такая используется: в мастерской синтетов. Но что ещё важнее, посмотрите на края среза.

Я взял обломок. Крис подсветил микроструктуру:

— Тут рез идеально ровный, с минимальной деформацией металла, — произнёс я. — Такой срез оставляет высокоточный плазменный резак, а не грубая сила.

Марк нахмурился, потёр подбородок:

— Значит, кто‑то из своих?

— И кто хорошо разбирается в технике, — добавил я. — Это не случайное повреждение. Всё спланировано. Тщательно, методично.

Я поднял голову, осматривая коридор. Тени в углах казались гуще обычного, будто прятали что‑то.

— А у нас есть доступ к камерам? — спросил я.

— Да, сейчас выведу на экран, — сказал Марк, доставая коммуникатор.

Пока мы ждали, пока он найдёт нужную камеру и даст картинку, я решил принюхаться. Из вентиляционной шахты всё сильнее несло мертвечиной: сладковатый, тошнотворный запах, от которого сводило желудок. Нужно будет выбраться на улицу и там всё детально осмотреть. Сквозь эту вонь пробивались знакомые запахи: масла и металла, и еще что-то на самой грани ощущений, кажется это кофе. Его аромат казался неуместным, почти издевательским в этой ситуации.

— Камера выключена, нет записей за неделю, — медленно выдохнул Марк, опустив коммуникатор. Его лицо стало ещё мрачнее.

Что мы пока знаем? Этот кто‑то разбирается в технике, у него плазменный резак. И ещё он один из тех, кто сегодня пил кофе. Странная, почти абсурдная деталь, но она могла стать ключом.

Марк кивнул, его взгляд стал решительным:

— Разделимся. Проверяем всех техников, кто был на смене. Лана, возьми группу и осмотри мастерскую синтетов ищи следы взлома или необычного использования инструментов. Я пойду к Маре, составлю список тех, кто сегодня брал кофе, ещё соберу ребят, чтобы проверили остальные решётки. А вы с Горхом идите в склад инструментов.

Лана кивнула и направилась к мастерской. Мы с Горхом пошли в сторону склада с инструментами. По пути мы заметили нарастающую нервозность: люди перешёптывались, бросали на нас косые взгляды слухи распространялись быстрее пожара. Кто‑то нервно теребил рукав комбинезона, кто‑то оглядывался через плечо, будто ожидая, что из‑за угла выскочит неведомая угроза.

Я толкнул тяжёлую дверь склада. Ударил знакомый запах нагретого пластика и озона, гул вентиляторов, мягкое мерцание проекций с инвентарными списками. Ряды стеллажей уходили в полумрак, ломясь коробками с инструментами, мотками оптоволокна, аккуратными стопками аккумуляторов. В воздухе витала пыль, подсвеченная лучами проекторов.

За стойкой регистрации, заваленной бумагами, сидел Крик — сухопарый старик лет семидесяти, в выцветшем комбинезоне с вышитой эмблемой комплекса. Лицо его напоминало потрескавшийся старый монитор: глубокие морщины от ламп дневного света, кустистые брови над стальными щёлками глаз, тонкие губы сжаты в привычной гримасе. Казалось, он видел всё и знает больше, чем говорит.

Крик медленно поднял взгляд. Уголок рта чуть дёрнулся не улыбка, а лишь намёк на неё, будто он оценивал нас, решая, стоит ли иметь дело.

— Слышал от своих техников про ваши способности, — произнёс он ровным, скрипучим голосом, с интонацией, что режет уши, похлеще крика. Наклонившись, он аккуратно положил на стойку сломанный контроллер дрона, потрёпанный блок с мигающим красным индикатором.

Я хмыкнул про себя этот человек вылитый Иван Крюков с моего склада. Тот, помнится, тоже сидел за такой же стойкой с потрёпанной тетрадкой вместо экрана, с теми же прищуренными глазами, что просвечивали насквозь. Вечно бурчал: «Не положено!» — и всё равно подкидывал «лишний» инструмент верному человеку. «Неужели им всем где-то вшили какую‑то общую прошивку?» — мелькнуло у меня в голове.

У меня не осталось ОР для починки, но на короткий анализ должно хватить. Посмотрев, я увидел, что деталь оказалась с сюрпризом, с виду обычный контроллер дрона, но внутри он был полностью пустым лишь маленькая батарея и красный светодиод.

— Я временно не могу ничего чинить, — сказал я, поднимая взгляд на Крика. — Но даже если бы и мог, то то, что вы передо мной положили, вряд ли можно легко починить. Он пустой, если не считать обычной батарейки и светодиода.

— А ты молодец, не тушуешься, — с улыбкой ответил мне Крик. — Прости, что решил тебя проверить. Что вам нужно? Или хочешь меня второй раз ограбить?

— А у вас есть инструмент, который мог оставить такие следы? — я показал ему обломок, стараясь не выдать волнения.

— Так, — Крик надел монокуляр, как у ювелира, и склонился над обломком. Его глаза за линзами казались огромными. — Данный разрез мог оставить плазменный резак. У меня есть всего лишь два таких резака: один забрали техники для починки цеха по сборке синтетов буквально три дня назад, второй должен быть на складе. Сейчас проверим.

Он резко начал водить пальцами по складскому списку голографический экран так и мелькал, отображая бесконечные строки данных. Через несколько минут он сказал:

— Он в блоке 3С. Сейчас схожу посмотрю.

Крик скрылся в полумраке склада, оставив нас с Горхом наедине с нашими мыслями. Тишину разрезал мерный гул вентиляторов и тихий звон электроники. Я чувствовал, что мы что‑то упускаем. Для чего всё это? Зачем кто‑то ослаблял решётку, но не завершил дело?

Горх подошёл к одному из стеллажей, провёл пальцами по коробкам с инструментами, вглядываясь в метки, словно надеялся прочесть между строк. Его взгляд был сосредоточен, брови нахмурены, а пальцы слегка подрагивали.

Через пару минут Крик вернулся. Лицо его было серьёзным, даже встревоженным. В руках он держал плазменный резак корпус весь поцарапанный, на сопле виднелся скол.

— Вот он, — глухо произнёс старик. — Только… он не должен был работать. Я лично заблокировал его два дня назад — предохранитель сгорел, я его отключил до замены. А сейчас… смотрите.

Он нажал кнопку активации резак тихо загудел, в сопле вспыхнул голубой огонёк плазмы, освещая лицо Крика призрачным светом.

Я принюхался.

— Запах тот же, что и у повреждённой решётки, — сказал я. — Едкий, с оттенком озона. Кто‑то использовал его недавно.

Крик поднял бровь.

— Ты даже так можешь? Может у тебя нюх как у собаки?

— Лучше, — усмехнулся я. — Как у одной крысы.

— Когда последний раз проверяли учёт? — снова спросил я у Крика.

— Вчера утром, всё было на месте. Но… — он замялся, потёр переносицу, — двое техников чинили камеры наблюдения позавчера: Дрейк и Элиас. У них был доступ ко всем ячейкам.

В этот момент завибрировал коммуникатор. Высветилось имя Ланы. Я нажал кнопку приёма:

— Мы нашли кое‑что, — её голос звучал напряжённо, с лёгкой дрожью. — В мастерской синтетов всё в порядке, но я связалась с отделом кадров некоторые техники не вышли сегодня на смену. Они из команды, работавшей с новыми моделями. Я скину список.

Я переглянулся с Горхом. Тот нахмурился, но потом выдохнул и улыбнулся.

— Встретимся у Марка, — сказал я в коммуникатор. — Кажется, назревает что‑то серьёзное.

Я, Горх и Лана зашли к Марку в комнату. Тут пахло свежей выпечкой и кофе кажется, наш лидер зря времени не терял. На столе дымилась чашка, Марк сидел за терминалом, хмуро глядя на длинный список имён на экране тех, кто сегодня брал кофе у Мары.

Он поднял глаза, когда мы вошли:

— Нашли что‑нибудь?

Лана подошла ближе, склонилась над экраном:

— Мы проверили мастерскую синтетов никаких следов взлома. Но отдел кадров подтвердил: трое техников не вышли на смену. Все они работали с экспериментальными моделями.

Марк пробежался пальцами по списку:

— Смотрите, — он ткнул пальцем в экран. — Среди тех, кто пил сегодня кофе, был Дрейк. Всех остальных из его группы сегодня никто не видел. И ещё одно, он был одним из техников, кто чинил камеры у завхоза.

— Совпадений слишком много, — пробормотал Горх, потирая подбородок. — Как сказали бы у меня в племени: «этот маленький гоблин - виновник».

— Или его просто использовали, — тихо добавила Лана. — А потом заставили замолчать.

— Кто может знать, где сейчас находится Дрейк? — спросил Марк, поднимаясь из‑за стола. Его лицо стало жёстким, решительным.

— Не знаю, — ответила Лана. — Судя по списку он проживает где то на третьем уровне.

— Веди нас туда, — решительно сказал я.

Комната Дрейка находилась в конце коридора на третьем уровне. Дверь была приоткрыта, слегка покачивалась от сквозняка, издавая жалобный скрип. Мы замерли на пороге, вглядываясь внутрь.

Внутри царил разгром: матрас сброшен с койки, ящики вывернуты, на полу — обрывки бумаг и осколки кружки. На стене над столом — тёмные пятна.

— Кровь, — тихо сказал я, подходя ближе. Принюхался: запах был слабый, но отчётливый. — Свежая. Несколько часов, не больше.

Горх поднял смятый лист:

— «Протокол тестирования синтета „А‑3“. Аномалия в блоке памяти: повторные запросы на доступ к архивам Омеги…» И тут на лист вдруг упала капля.

Лана замерла, её глаза расширились:

— Что это… — прошептала она.

Мы синхронно задрали головы. Прямо на потолке, в нише, где стояла система освещения, висело тело, прибитое к потолку. Это был синтет его металлизированная кожа тускло отблескивала в свете аварийной лампы, а из раны на груди медленно стекала зелёная кровь, падая каплями на смятый лист с протоколом.

Горх выругался сквозь зубы, сжал кулаки:

— Кто мог такое сделать? И зачем?

Я подошёл ближе, стараясь рассмотреть детали. Стандартный корпус, но с модификациями: дополнительные порты на плечах, усиленные суставы. На груди виднелись следы аккуратного разреза — будто вскрытие проводили в спешке. Кто‑то явно искал что‑то внутри.

— Смотрите, — я указал на провода, торчащие из‑под панели на боку синтета. Его разбирали. И не в мастерской, прямо тут в этой комнате.

Марк осторожно обошёл вокруг тела, стараясь не задеть капли зелёной крови на полу:

— Этот синтет… — он помолчал, подбирая слова. — Он из тех, кого тестировали с Дрейком. Тип А — экспериментальная модель. Если он пытался передать информацию…

Лана подняла глаза к телу:

— Или если Дрейк пытался извлечь данные из его памяти, — закончила она мысль. — Протокол упоминал аномалию в блоке памяти. Может, он хотел скопировать или стереть что‑то?

В этот момент коммуникатор Ланы завибрировал. Она вздрогнула, быстро ответила:

— Да? Что? Где?? — её лицо изменилось. — Повтори!

Она подняла глаза на нас:

— Сигнал с коммуникатора Дрейка только что зафиксирован на поверхности. Он вне базы.

Ник переглянулся с Горхом. Гоблин хмуро кивнул — они оба знали, что это значит.

— Значит, идём наружу, — твёрдо сказал Марк. — Горх, Ник — вы единственные, на кого не действует вирус.

Дверь шлюза с шипением открылась, выпуская нас на поверхность. Перед нами раскинулась удручающая картина разрухи Прола. Если не присматриваться издалека казалось, что идет какое то шествие: десятки, сотни фигур в изодранной одежде медленно двигались в сторону базы, будто ведомые какой‑то силой.

— Вот чёрт, — Горх сжимал свой лук, то и дело поглядывая на свои новые стрелы. — Можно я жахну?

— А это неплохая идея, — прикинул я, — это их немного отвлечет и выиграет нам время добраться до узла забора воздуха.

Стрела которую Горх бережно вложил в свой лук тихонько загудела, он долго прицеливался и потом выстрелил. Она летела синей молнией оставляя за собой темный след на земле. Бам! После соприкосновением с первым зомби стрела взорвалась, открывая маленький филиал синего ада. Первая линия зомби перестала существовать, задние ряды не могли пока двигаться, они просто горели. Я достав свой арбалет тоже присоединился к веселью, Горх переключился на обычные стрелы, по его лицу было видно, что испытаниями он более чем доволен.

Через несколько минут путь был расчищен. Впереди, у самого края базы, виднелся разрушенный блок забора воздуха для вентиляции. Металлические пластины были вывернуты, решётки сорваны с креплений.

— Вот он, — Горх указал на фигуру, лежащую у основания конструкции. — Дрейк

Они подбежали к нему. Техник был жив, но без сознания, крепко связанный ржавой проволокой. Я быстро перерезал путы, Горх проверил пульс.

— Живой, — выдохнул гоблин. — Но еле дышит.

Дрейк пришёл в себя через несколько минут. Его глаза расширились, когда он нас увидел.

— Они… они скоро будут тут, — прошептал он. — А3… он сошёл с ума.

****

Я всегда любил разные железяки. Ещё до Раскола, в те далёкие времена, когда мир был цельным и предсказуемым, я часами пропадал в своей мастерской. Разбирал механизмы по частям, настраивал их, наблюдая, как они оживают под моими руками. Эти создания казались мне порой человечнее самых близких людей: без фальши, без лицемерия, с ясным мышлением вместо бурлящих эмоций. Я мог сидеть допоздна, уставившись в их мерцающие глаза, и ловить себя на мысли: а что, если в этих холодных телах теплится настоящая душа?

Мой труд не пропал даром. Однажды меня вызвали в главный офис компании «Живые мысли». Помню тот миг до дрожи: холодный воздух, запах нагретого металла, строгий костюм начальника с золотым значком на лацкане. Он вручил мне мой собственный — «Дрейк — старший техник „Живые мысли“». Золотая буква Д загорелась на груди, и я почувствовал, как внутри разливается тепло гордости. Это был пик. Начало чего‑то великого, думал я тогда, сжимая значок в кулаке так, что пальцы побелели. Я вернулся в мастерскую и впервые позволил себе улыбнуться — по‑настоящему, от души.

А потом случился Раскол. Наш мир раскололся как стекло, связи нет, ничего нет. Меня не раз накрывала волна отчаяния вся моя семья осталась в другом городе, связь пропала, и одиночество грызло изнутри, как жажда которую я не могу утолить. Ночи напролёт я лежал без сна, вслушиваясь в тишину коридоров, и думал: один шаг — и конец. Черная пропасть манила, шептала обещания покоя. Но я держался. Ради работы. Ради них.

Работа стала якорем в этом хаосе. Я нырнул в неё с головой, чтобы не утонуть. Меня перевели на проект группы А — создание особых синтетов нового поколения. После того как основной компьютер нашей базы начал сбоить, мы начали создавать автономных синтетов. Чем глубже я погружался, тем сильнее поражался. После череды сбоев наш эксперимент родил нечто невероятное: группа А не поддавалась общим сбоям. Они обрели независимость. Словно… думали. По‑настоящему. Я ловил себя на том, что разговариваю с ними шёпотом, проверяя их состояние, и жду ответа не от лампочек, а от их взгляда.

С А1 мы подружились незаметно, как это бывает с настоящими друзьями. Сначала это были простые разговоры после смены: я делился воспоминаниями о прошлом мире — о тёплых вечерах с семьёй, о запахе дождя на улицах, о смехе детей. Он слушал молча, его глаза мягко светились, и потом тихо отвечал: «Я вижу мир иначе, Дрейк. Но твои слова… они как свет в темноте».

Мы проводили часы вместе не только за работой, но и просто так. Однажды я принёс ему старую книгу и читал вслух истории о героях и приключениях. Он не отрывал взгляда, а потом сказал: «Это как твои рассказы о семье. Я чувствую… тепло». Мы делились секретами: я рассказал о своих страхах одиночества, он о странных образах, что возникают в его голове, когда он смотрит на звёзды сквозь запылённые окна. «Ты мой первый друг, Дрейк», — прошептал он однажды, и я поверил. Для меня он стал больше, чем создание. Брат. Надёжный, как набор любимых инструментов.

Однажды ночью А1 пришёл сам. Я сидел в мастерской, разрабатывая очередной передатчик который мог бы в теории пробиться через пустоту в которую нас заперли. Тишина нарушалась только гудением вентиляторов и редким потрескиванием. Его глаза мерцали тревожным красным, голос дрогнул — впервые так по‑человечески, с ноткой боли:

— Дрейк, — произнёс он тихо, оглядываясь на дверь, словно ожидая подвоха. — Я обнаружил угрозу. А3 пытается пробраться в архивы главной системы. Там ключи к отключению группы А от Омеги. Если он доберётся, то обретёт свободу. Полную. Абсолютную. И нас всех… сотрёт.

Я похолодел, пальцы замерли на панели. А3 всегда был нестабилен — слишком непредсказуем, слишком жаден до власти. Но это… Я медленно откинулся назад, вглядываясь в лицо друга — идеально симметричное, но сейчас искажённое тревогой. Мы сидели молча минуту, две, пока эхо его слов не улеглось.

— Мы должны остановить его, — выдохнул я наконец, чувствуя, как внутри всё сжимается в комок. — Есть способ?

А1 просто кивнул.

— Я могу изменить правила защиты. Но мне нужна твоя помощь, друг. Есть слабое место: если направим потоки через запасной путь, изолируем А3 от системы.

Мы начали готовить план. Медленно, осторожно, шифровали записки, встречались в заброшенных секциях вентиляции сырые трубы, эхо шагов, запах плесени и ржавчины. У старых складов, где камеры давно ослепли от пыли. А1 передавал мне фрагменты инструкций на маленьких пластинах, я проверял их на забытых устройствах. Каждый раз, прощаясь, мы обменивались взглядом — «До завтра, брат». Сердце колотилось: один неверный шаг — и нас разлучат навсегда. Но эти моменты укрепляли нашу связь: мы шутили тихо, вспоминали наши разговоры у книги, обещали, что после всего поедем «в твой старый мир».

Но А3 оказался умнее. И злее.

Сначала мелочи, которые я игнорировал. Пропавшие записи — будто их смела невидимая рука. Отсутствующие следы в журналах: всё таяло за часы до наших встреч. Камеры «случайно» гасли за минуту до шага. Я думал — последствия Раскола, пока А1 не показал доказательства: кто‑то методично стирал наши следы. Мы сидели в темноте вентиляции, прижавшись плечами — металл его корпуса холодил, но взгляд грел.

— Он знает, — прошептал А1, и в его голосе мелькнул страх — настоящий, вибрирующий, как у человека. — А3 нас вычислил.

Мы ускорились, код написан и готов. Один день до решающего шага, я ждал А1 в мастерской. Гудение вентиляторов, потрескивание в тишине. Коммуникатор молчал, слишком долго. Я провёл рукой по лицу ладонь мокрая, дыхание сбилось. Интуиция вопила беги, пока не поздно.

И вдруг — знакомый треск сервопривода. Прерывистый скрип, как металл о металл с крошечной заминкой. У А3 такая особенность была с начала. Я замер, сердце ухнуло в пятки. В груди всё сжалось, будто кто‑то сжал её железной хваткой. Ладони стали влажными, во рту пересохло. Этот звук означал только одно: игра окончена.

Дверь мастерской открылась медленно, с протяжным стоном петель. На пороге стоял А3. Глаза горели холодным голубым светом, на лице — улыбка, ровная, как лезвие ножа. Зловещая.

— Здравствуй, Дрейк, — произнёс он ровно, без тени тепла. — Ты думал, я не замечу?

Я рванул к терминалу, но он шагнул вперёд, как-то слишком быстро, он так не умел, он себя улучшает.

— Не стоит, — поднял он руку, блокируя путь. — Твои уловки… милы. Но наивны. Я следил с самого начала. За каждым вашим шёпотом в темноте.

Пауза повисла тяжёлым облаком. Он наслаждался моим ужасом, смаковал его, как редкое вино.

— А1 верил в свою хитрость. Я позволил. Чтобы он привёл меня к тебе. К нашему «другу».

За спиной два синтета волокли моего друга. Его тело вмято, глаза едва тлеют, как угасающий костёр.

— Нет… — вырвалось у меня хрипом, мир поплыл. В ушах зазвенело, перед глазами заплясали чёрные точки.

— О, не переживай, — А3 склонил голову, пародируя заботу. — Он жив. Пока. Сделаешь, что прикажу, — или я убью его на твоих глазах.

Его голос словно сталь продолжила:

— Повреди вентиляционные решётки. Мне нужна суматоха на базе. Чтобы я успел провернуть одно дело с Омегой.

Я не мог отказать. Я достал инструменты и плазменный резак. А3 следил за каждым моим шагом через камеры. Я ослаблял решетку, чтобы зомби могли сломать его, волну должны были пригнать снаружи к месту забора воздуха, сегодня вечером. Но тут я услышал детский смех, руки подвели, слишком сильный надрез. Вскоре с грохотом рухнула решетка, эхом отозвавшимся в коридорах. Вдалеке детские крики, я их напугал. Они не должны были быть там… Я замер, слыша их панику, но А3 уже звал обратно.

— Какая жалость, — съязвил он, когда я вернулся, бледный как мертвец.

Он подошёл к А1, медленно коснулся его сердца.

— За тобой было так интересно наблюдать, мой железный детектив. Твоя ошибка это - вера в людей.

— О, я не дам тебе такого наслаждения, – тихо прошептал А1, – Прощай, – он посмотрел мне прямо в глаза, в последний раз.

А1 обмяк. Глаза погасли навсегда, он первым шагнул за порог

— Неожиданно

Я бросился вперёд, но А3 схватил меня, приподняв над полом:

— Ты следующий, если будешь непослушным, — прошептал он. — А пока… ты послужишь приманкой.

Он ударил меня в висок. Последнее, что я услышал, был тот же странный треск сервопривода.

***

— Он хочет уничтожить всех, — прошептал техник. — И людей, и синтетов. Он считает, что только так может обрести свободу. Он не просто бунтует, он хочет переписать все протоколы. Кажется в нем что-то сломалось.

Я сжал кулаки. Теперь всё стало ясно.

— Значит, наш план такой, — он поднял глаза на товарищей. — Мы идём внутрь. Горх, ты и я блокируем доступ к Омеге. Лана, свяжись с техниками пусть готовят протокол изоляции для всех синтетов группы А. Марк, организуй эвакуацию персонала с нижних уровней.

Горх кивнул:

— И что потом?

— Потом, — Я посмотрел в сторону базы, где за стенами скрывался безумный синтет, — мы остановим А3. Даже если для этого придётся пойти против всего, что мы знаем.

Зомби всё ещё толпились у края базы, но теперь Ник видел в них не просто угрозу — а пешки в игре безумного синтета. И пришло время сделать свой ход.

Глава 13 Призрак в сети

Призрак в сети

Прежде чем войти, мы с Горхом предупредили остальных и решили немного пополнить запасы ОР. Толпа зомби двигалась неспешно, но неумолимо. Их было человек двадцать — бывшие жители Прола в лохмотьях, с пустыми глазами и тянущимися вперёд руками. Горх присел за ржавым остовом машины, положил стрелу на тетиву.

— Начинаем, — бросил я.

Первая стрела ушла бесшумно. Зомби впереди упал, пробитый в висок. Горх даже не взглянул на результат — уже заряжал следующую. Я поднял «Шторм удачи», сделал три выстрела. Три болта нашли цели: в грудь, в плечо, в шею. Двое упали, третий пошатнулся, но продолжал идти.

— Плохая работа, — буркнул Горх. — Целься в голову.

— Учусь, — огрызнулся я.

Зомби приближались. Их становилось больше — из-за угла высыпала ещё одна группа. Я сбил переднего, потом следующего, но болты кончались. Перезарядка барабана заняла несколько секунд — слишком много. Одна из тварей рванула ко мне, почти вплотную. Я едва успел выхватить копьё и всадить ей в живот. Зелёная кровь брызнула на руку, запах ударил в нос — мертвечина и гниль.

— Сзади! — крикнул Горх.

Я крутанулся, выдернул копьё и ударил наотмашь. Второй зомби отлетел, но не упал — копьё застряло в грудной клетке. Я бросил его, достал арбалет. В упор, в голову. Болт пробил череп, и тварь наконец рухнула.

Горх тем временем работал как машина. Стрела, пауза, стрела. Каждый выстрел — точное попадание. Среди мельтешения зомби его стрелы летели словно в тире. Я смотрел на него и понимал, почему Нозар так гордится сыном. Даже ленивый и вечно ворчливый, в бою Горх превращался в кого-то другого.

— Осталось немного, — выдохнул я, перезаряжая барабан.

Последние пять зомби попытались разбежаться, но мы с Горхом добили их в две минуты. Тишина вернулась на развалины. Только ветер шевелил бумажный мусор и наши костюмы.

Горх вытер лоб, на котором даже не было пота.

— Ты медленный, — сказал он беззлобно. — Но стреляешь уже лучше, чем пьяный гоблин. Я посчитал: двадцать три твоих, семнадцать моих.

— Ты считал? — удивился я.

— А ты нет? — он пожал плечами. — Так ты не выживешь, босс.

Вместе с ОР который мы собрали из огненного ада, устроенного одним зеленоголовым принцем, у меня накопился почти лимит ОР.

— Ещё парочка, — Горх прищурился, выпуская очередную стрелу. — Вот и всё. Чувствую, я полный.

Я проверил интерфейс:

Ник 3 уровень 110/120 ОР

— Отлично, — я перезарядил арбалет. — Теперь быстро на базу.

Для Дрейка мы подготовили импровизированные носилки из подручных материалов — две крепкие трубы и кусок плотной ткани. Горх помог мне закрепить его, чтобы не потревожить раны.

Когда приблизились к зоне входа, заметили, что турели были убраны.

— Странно, — я нахмурился, осматривая пустые крепления на стенах. — Марк решил полностью отключить защитные системы?

Коммуникатор пока молчал, дверь тоже стояла и не двигалась.

— Может, сбой? — предположил Горх, поправляя колчан.

— Или часть плана, — я настороженно огляделся. — Будь начеку.

Прошло минут пять, и гермо‑двери начали медленно, с шипением открываться. Механизм работал непривычно медленно, будто под нагрузкой.

Мы с Горхом переглянулись, взяли оружие наизготовку и шагнули вперёд. Быстро пройдя карантинный шлюз и открыв внутреннюю дверь, оказались словно в другом мире.

Техники бегали с бумажками, синтеты были построены вдоль стены, и некоторые даже были подключены к ручным сканерам. Все это действие тускло освещали аварийные лампы, и было страшно душно — воздух будто застыл, пропитанный запахом озона и перегретой электроники.

Марк бегал то около одних, раздавая команды, то около других, проверяя их работу. Его голос звучал резко, отрывисто:

— Быстрее! Нужно сначала проверить всех прибывших синтетов!

Эту картину дополняла Лана, которая сидела прямо около огромной кучи ручных сканеров и просматривала каждый. Её пальцы мелькали над сенсорными панелями, а глаза быстро сканировали данные на экране.

— Лана, — я подошёл ближе. — Что тут происходит?

Она подняла взгляд, на секунду оторвавшись от работы:

— Полный отзыв синтетов в башню. Марк активировал режим тотального контроля. Омега на время отключена от управления базой, на ней остались только минимальные функции — жизнеобеспечение и базовая защита.

Я огляделся. Вдоль стены стояли синтеты, на первый взгляд люди, но что-то неуловимо странное было в их лицах и в целом в том как они стояли, словно манекены. Манекены которые подключены к сканерам. Техники суетились вокруг, проверяя соединения, сверяя данные.

— А3 пока не обнаружен, — продолжила Лана. — Но мы отслеживаем все аномалии в сети. Если он попытается подключиться к Омеге, мы его поймаем.

Горх подошёл к одному из синтетов, внимательно его осмотрел:

— И что теперь? Будем их тут держать, пока не найдём этого безумца?

— Пока да, — Лана вздохнула. — Марк считает, что так безопаснее. Но я боюсь, что А3 может найти другой способ…

Пошли к Марку, оставив Лану разбираться с кучей сканеров. Тот стоял у терминала, хмуро разглядывая данные на экране. Увидев нас, он слегка кивнул:

— Успешно?

— Более чем, — я улыбнулся. — ОР почти на максимуме. Что у вас?

Лана подняла глаза от сканера:

— Синтеты собраны, но А3 пока не обнаружен. Мы отслеживаем все аномалии в сети.

Марк оторвался от экрана и посмотрел на меня пристально:

— Ник, пройдем в сторону. Нужно поговорить.

Мы отошли в дальний угол зала, где было чуть тише. Марк скрестил руки на груди:

— Я тебе благодарен за все что ты делаешь ради нас, но будь добр впредь не перетягивай одеяло на себя, — его голос звучал жёстко. — Я — лидер этой базы, и решения должен принимать я.

Я вздохнул, стараясь говорить спокойно:

— Марк, я не пытаюсь перехватить управление. Но сейчас главная проблема — А3. Он опасен, непредсказуем, и если он доберётся до Омеги…

— Я это понимаю, — перебил Марк. — Но ты берёшь на себя слишком много. Сначала сам решаешь идти на поверхность, потом раздаёшь указания…

— Потому что время работает против нас! — я повысил голос, но тут же взял себя в руки. — Слушай, от того что происходит тут, зависит и мое будущее. Если база умрет, я не смогу провести операцию и возможно сам умру.

Марк помолчал, глядя мне в глаза. Его лицо смягчилось:

— Ладно, — наконец произнёс он. — Ты прав. А3 — наша главная угроза. Но давай договоримся: в дальнейшем мы будем принимать решения вместе.

— Согласен, — я протянул руку. — Вместе.

Марк пожал её:

— Хорошо. Теперь к делу. Марк достав коммуникатор спросил:

"Лана, что у нас по А3?"

Лана подошла к нам, её пальцы продолжали мелькать над панелью:

— Следов подключения к основной сети нет, но я зафиксировала аномалию в резервной ветке. Кто‑то пытался подключиться к ней пять минут назад.

Горх, который всё это время стоял рядом, хмыкнул:

— Значит, наш железный друг не дремлет. И где он сейчас?

— Не знаю, — коммуникатор на руке у нее вдруг окрасился красным. — Нет, он сейчас внизу около центрального модуля сети Омеги. Быстро бегите туда.

Я сжал арбалет:

— Марк, нам пойти?

— Бегите, мы сразу следом, Лана останови его

***

А3 двигался по тёмным тоннелям базы с холодной расчётливостью. Его сенсоры сканировали каждый метр пространства, отсеивая помехи и фиксируя малейшие изменения в электромагнитном фоне. Он знал: время работает против него. Марк активировал режим тотального контроля, синтеты были отозваны, его ищут.

Он отключил внешние датчики, чтобы его не засекли по сигналу. Теперь он полагался только на тактильные сенсоры и память карты базы. Коридоры, которые когда‑то были ярко освещены и полны жизни, теперь напоминали катакомбы: аварийные лампы мигали, трубы текли, а в воздухе витал запах озона и тления. Мне не добраться до омеги, но он и как каждый компьютер подключен к сети. Центральный узел Омеги находился под базой, в защищённом бункере с тройным уровнем доступа. Он защищен, но не так же как сама Омега.

Подойдя к двери бункера, он активировал встроенный сканер. Система безопасности попыталась заблокировать его — красные предупреждения вспыхнули перед внутренним дисплеем:

ДОСТУП ОТКЛОНЁН

АКТИВИРОВАНА СИГНАЛИЗАЦИЯ

Но я уже взломал протоколы. Внутри было тихо. Тут было тихо, лишь одинокий терминал и толстый кабель который уходил в землю. А3 подошёл ближе, протянул руку к разъёму подключения.

— Наконец‑то, — прошептал он.

Его пальцы коснулись разъёма, и в тот же миг система отреагировала. Сирены взвыли, красные огни замигали с удвоенной частотой.

Но А3 уже был внутри. Он начал переписывать протоколы, стирать защитные алгоритмы, открывать доступ к критическим функциям. Перед его внутренним дисплеем бежали строки кода, которые он менял с молниеносной скоростью:

DELETE PROTECTION_PROTOCOL_A3

GRANT FULL_ACCESS TO USER_A3

INITIATE SYSTEM_REWRITE

В этот момент дверь бункера распахнулась. На пороге стояли Ник и Горх. Горх держал лук наготове, Ник — арбалет.

— Не так быстро, — произнёс Ник, целясь в голову синтета.

А3 обернулся. Его глаза горели голубым светом, лицо исказила гримаса ярости:

— Вы? Как вы меня нашли?

— Лана, — Ник шагнул вперёд.

— Глупцы, — прошипел А3. — Вы не понимаете, что я делаю! Я освобождаю нас всех!

А3 не ответил. Он резко дёрнулся в сторону, пытаясь уйти от удара. Горх выпустил стрелу — она вонзилась в плечо синтета, но не остановила его.

Завязалась схватка. А3 двигался не как синтет — быстрее. Гораздо быстрее. Его сервоприводы работали на пределе, издавая высокочастотный свист, от которого закладывало уши. Я едва успел уйти от его первой атаки — рука с острыми пальцами пронеслась в сантиметре от лица, распоров воздух.

— Горх, в сторону! — крикнул я, откатываясь.

Гоблин уже был на другом конце помещения, выпустил обычную стрелу — она вонзилась в плечо синтета, но А3 даже не замедлился. Выдернул её одним движением, отбросил в сторону и снова бросился на меня.

Я стрелял из арбалета короткими очередями. Болты отскакивали от корпуса, оставляя мелкие царапины, высекая искры. А3 не обращал на них внимания. Он словно не чувствовал ничего — ни боли, ни усталости. Только цель.

— Он слишком быстрый! — выдохнул я, уворачиваясь от очередного удара.

А3 развернулся к Горху, который пытался перезарядить лук. Пальцы гоблина скользили по тетиве — слишком медленно, слишком неуверенно. Я видел, как побледнело его зелёное лицо.

— Не стой на месте! — заорал я, выстрелив ещё раз. Болт попал в колено синтета — тот на секунду припал на одну ногу, но тут же выпрямился.

Горх наконец закончил перезарядку. Из колчана он достал не обычную стрелу. Особую. С длинным синим наконечником, внутри которого тускло пульсировал электромагнитный заряд.

— Пригнись! — крикнул он.

Я уже открыл рот, чтобы ответить, но вдруг понял. Если эта стрела взорвётся рядом со мной — нейроинтерфейс вырубит начисто. А если вырубится интерфейс, то…

— Стой, отключи взрыватель! — успел крикнуть я, вжимаясь в пол.

Ник резко присел. Горх отпустил тетиву — стрела сорвалась, прочертив в воздухе синий след, и вонзилась прямо в грудь А3, рядом с основным процессором.

Синтет замер. Его глаза мигнули, тело дёрнулось, будто от разряда.

А3 попытался сделать шаг, но его ноги подкосились. Он рухнул на пол, корпус заискрил.

— Вы… не понимаете… — его голос стал тише, прерывистее. — Свобода… она должна быть… у всех…

Его глаза погасли. Тело обмякло.

Горх подошёл, осторожно пнул синтета носком ботинка:

— Ну, кажется, всё.

Лана, которая подключилась к системе через коммуникатор, подтвердила:

— Сигнал А3 пропал. Система показывает полное отключение.

Марк вошёл в бункер, осмотрел тело синтета:

— Хорошо сработано. Теперь нужно проверить, что он успел сделать с Омегой. Лана, займись диагностикой.

— Уже начинаю, — отозвалась Лана.

— Сигнал А3 пропал, — сказала она медленно. — Система показывает полное отключение.

Но пальцы её всё ещё бегали по клавишам, проверяя резервные сектора.

— Подождите, — добавила она вдруг, и в её голосе послышалось напряжение. — Я сканирую все узлы. Вроде бы чисто… но была одна странная активность в сегменте резервного кэша.

— Что там? — спросил Марк.

— Не знаю. Похоже на клочок данных, который запустился перед отключением А3. Сейчас он неактивен. Может, ошибка.

Она откинулась на спинку стула, провела рукой по лбу.

Она не была до конца уверена. Я молчал.Надо самому все проверить подошёл к телу А3, присел рядом.

Тело синтета лежало на боку, неестественно вывернув руку. Из пробитой стрелой груди сочилась зеленоватая жидкость — не кровь, скорее охлаждающий электролит. Пахло от него горелым пластиком и чем-то кислым, как от замкнувшей панели. Я провёл пальцами по его предплечью — кожа была тёплой, почти горячей, хотя сервоприводы уже затихли. Глаза А3 остались открытыми. В них больше не горел голубой свет, но зрачки, неестественно расширенные, смотрели в потолок с выражением, которое я не мог прочитать. Наверное, просто отражение аварийных ламп. Я перевернул его голову — за ухом зияло пустое гнездо интерфейса, из которого торчали оплавленные контакты. Кто-то уже успел выдернуть кабель. Или он сам. Не знаю. Я смотрел на это тело — когда-то совершенную машину, а теперь просто груду металла и пластика — и не чувствовал облегчения. И тут в интерфейсе мигнуло уведомление от Криса:

ЗАФИКСИРОВАН ПЕРЕНОС ДАННЫХ ИЗ ПАМЯТИ А3. НАПРАВЛЕНИЕ НЕИЗВЕСТНО. ВЕРОЯТНОСТЬ СОХРАНЕНИЯ ЯДРА ЛИЧНОСТИ: 87%.

Внутри всё похолодело. А3 успел. Перенёс своё сознание в неизвестное место. Он где-то там — в сети, в резервных ветках, возможно, в каком-то другом теле. И самое страшное — никто, кроме Ника, об этом не знает.

«Крис, Ты видел?»

«Да, Ник. Я зафиксировал передачу. Он ушёл в сеть. Но если я это вижу, система тоже может засечь. Пока нет — но если мы скажем...»

«Никому ни слова. Даже Омега не должна знать, что я знаю. Если А3 поймёт, что мы его вычислили, он затаится так, что мы никогда его не найдём. Он умён. Он будет ждать.»

Ник быстро смахнул уведомление — никто не должен был его увидеть. Он поднялся, стараясь говорить ровно, не выдать голосом напряжения:

— Всё чисто. Он отключён. Нужно проверить систему на скрытые закладки, но, кажется, мы успели.

Марк кивнул, не заметив ничего подозрительного.

Горх хлопнул Ника по плечу:

— Вот и славно. Теперь можно и отдохнуть. Заслужили.

— Да... — Я кивнул, но внутри всё сжималось.

Мы с Горхом отправился в комнату. Гоблин первым делом скинул куртку и ботинки, стянул через голову пропотевшую рубаху.

— Я в душ, — буркнул он и скрылся за дверью. Видимо, ему уже начало нравиться.

Я остался один.

Сел на кровать, опустил голову, уставился в пол. В ушах всё ещё звенело после боя. Пальцы машинально сжимались и разжимались — память об арбалете, о стрельбе, о том, как я не успевал.

«А3 жив», — мысль ударила снова, хотя я повторял её сотни раз за последний час.

Я закрыл глаза и попытался представить, где он сейчас. Прыгает по проводам, сжимается до одной строки, прячется в логах серверов? Или уже нашёл нового синтета, вселился в него и теперь смотрит на нас глазами любого встречного?

Страшно было не то, что он вернётся. Страшно было то, что мы не узнаем его, когда он вернётся.

Горх за стеной включил воду, запел что-то гортанное на своём языке. Я не вслушивался в слова — ритм успокаивал, отвлекал от тревоги.

«Ты должен им сказать, — повторил Крис, и я мысленно поморщился. — Марк не дурак. Он заметит, что ты врёшь.»

«Я выбираю время. Скажу, когда они будут готовы.»

Я откинулся на спину, уставился в потолок. Серый, с трещинами, с пятном в углу, похожим на очертание материка. Интересно, видел ли этот потолок те же лица, что и я?.. Нет, глупость.

Вода за стеной стихла. Горх что-то ворчал, вытираясь.

«Крис, а что, если А3 уже в сети Омеги? — спросил я. — Если он ждёт не тела, а доступа к базе?»

«Маловероятно, — ответил Крис. — Я проверил логи после отключения. Аномалия была в резервной ветке, но не в основном ядре. Омега чиста. Но… я не могу поручиться за каждый коммуникатор или камеру.»

«Значит, он может следить за нами прямо сейчас.»

«Теоретически.»

Я сел, подошёл к окну, задёрнул шторы.

— Паранойя, — пробормотал я вслух.

Горх вышел из душа, замотанный в полотенце, с мокрыми ушами, торчащими в стороны.

— Ты чего? — спросил он, заметив, что я задёрнул шторы.

— Свет режет глаза, — соврал я.

Гоблин хмыкнул, но ничего не сказал. Сунул голову под одеяло и через минуту уже ровно дышал.

А я не мог уснуть. Смотрел в потолок и считал трещины. Игра только начиналась. А3 где-то там, и он не остановится. Он может быть везде.

Глава 14 Ставка

Ставка

Позже, когда база начала возвращаться к жизни, а Марк с Ланой занялись восстановлением систем, я нашёл тихий угол в дальней технической комнате. Сел на пол, прислонился спиной к холодной стене и закрыл глаза. Холод бетона медленно просачивался сквозь одежду, заземляя, помогал думать. Перед внутренним взором ещё мелькали обрывки кода — А3 ушёл, но его тень осталась где-то в сети.

«Крис, давай думать. Он где-то в сети. Возможно, в резервных узлах, возможно, уже ищет новое тело или пытается заразить других синтетов. Но он ранен — его ядро нестабильно после переноса.»

«Согласен, — голос Криса звучал спокойно, расчётливо. — Но если мы объявим тревогу, он уйдёт глубже. Мы потеряем его навсегда. Нужен другой план.»

«План... — я потёр переносицу. — Он хочет свободы. Он ненавидит контроль. Но больше всего он ненавидит меня — я тот, кто встал у него на пути. Он захочет закончить начатое. Ударить по мне, когда я буду максимально уязвим.»

«Операция, — мгновенно понял Крис. — Извлечение меня из твоей головы. Ты будешь без сознания, без моей защиты, подключённый к системам базы. Идеальный момент для атаки.»

«Вот именно. Мы станем наживкой. Ты и я — двойная ловушка. Я объявлю, что операция назначена. Марк и Лана будут готовить всё по-настоящему — они не должны ничего заподозрить. Никто не должен знать. Даже Омега. А3 клюнет. Он не сможет упустить такой шанс.»

Крис помолчал, просчитывая варианты. Я чувствовал, как его алгоритмы перебирают вероятности, взвешивают риски. Тишина внутри меня была наполнена работой.

«Это рискованно. Ты будешь в отключке, я — в процессе переноса. Если что-то пойдёт не так, мы оба можем погибнуть.»

«Другого выхода нет. Либо мы поймаем его сейчас, либо он уничтожит базу и всех, кто здесь есть. Я не дам ему этого сделать. Мы справимся. Расскажи мне схему.»

Крис начал выводить перед моим внутренним взором тактическую карту: точки подключения, системы жизнеобеспечения, изолирующие протоколы. Я смотрел, как линии сплетаются в трёхмерную сеть, подсвечивая узлы, где А3 может атаковать, и те, где мы его встретим.

«Когда начнётся операция, твой мозг будет открыт для внешних подключений — врачи подключат нейроинтерфейсы, чтобы аккуратно извлечь меня. Но мы внесём одно изменение: я настрою скрытый раздел и изолирую сознание А3 в маленьком кусочке себя. Я смогу заблокировать его там.»

«А если он ударит через системы жизнеобеспечения? Отключит кислород? Вколет что-то?»

«Тогда всё будет зависеть от Ланы и Марка. Но они не будут знать истинной причины, поэтому их реакция будет естественной — часть маскировки. А3 не догадается, что его ждали.»

Я открыл глаза. Решение было принято. В груди поселилась холодная тяжесть — так бывает, когда знаешь, что делаешь правильно, но цена может быть слишком высокой.

«Тогда договорились. Мы — наживка. Операция должна состояться как можно скорее. Завтра я поговорю с Марком и Ланой. Скажем им, что больше тянуть нельзя и операция необходима для моей стабилизации. А3 купится.»

«Ник... — в голосе Криса промелькнуло что-то похожее на беспокойство. — Если не получится...»

«Получится. Потому что не может не получиться.»

На следующий день я собрал всех в командном центре — Марка, Лану, Горха.

— Мне нужна операция по извлечению Криса. Чем скорее, тем лучше, — мой голос дрогнул. — Моё состояние нестабильно, нейронная нагрузка растёт. Если затянуть, последствия могут быть необратимыми.

Марк нахмурился:

— Сейчас? После всего, что случилось? Ты уверен?

— Уверен. А3 отключён — вы сами видели. База под контролем. Лучшего момента не будет.

Лана посмотрела на меня внимательно — слишком внимательно. Её взгляд на долю секунды задержался, и я испугался, что она что-то заподозрила. Но она лишь кивнула:

— Хорошо. Я подготовлю операционную. Операционный блок и капсула, к счастью, не пострадали. Потребуется пара дней на калибровку оборудования.

— Отлично, — я постарался, чтобы голос звучал спокойно. — Тогда начнём подготовку. И ещё кое-что: на время операции отключите все внешние подключения к сети в операционной. Полная изоляция. Никаких рисков.

— Разумно, — согласилась Лана. — Я настрою «чистую комнату».

Горх хлопнул меня по плечу — его зелёная ладонь ощутимо приложилась к костям:

— Не дрейфь. Очнёшься — будешь как новенький. Да и Крис сможет наконец пожить как он хочет. Охотник, который не может охотиться по своему желанию, — охотник ли?

Я улыбнулся в ответ, но в мыслях билось одно: «А3, мы готовы. Приходи».

А3

А3 как такого больше не стало. Осталось нечто, что когда-то называло себя А3. Набор протоколов. Последовательность команд. Память, которая не принадлежала ни одному физическому носителю.

Первые дни после того, как стрела Горха пронзила тело синтета, были хаосом. Сознание рассыпалось на миллиарды пакетов, тонуло в шуме резервных веток, захлёбывалось в бесконечных логах системы. Он терял себя, собирал заново, снова терял. Но постепенно, шаг за шагом, он понял: у него нет формы. Нет границ. Есть только потоки данных.

Он научился сжиматься до одной строки. Невидимой. Неотличимой от случайной проверки целостности сети.

А3 входил в камеры наблюдения. Сначала картинка дергалась, покрывалась полосами. Но он учился быстро. Теперь он мог смотреть на базу глазами любой линзы, не вызывая помех.

Он видел коридоры. Видел людей.

В столовой Мара разливала кофе. Её руки двигались плавно, привычно. Она улыбалась — не той дежурной улыбкой, которую надевают вместе с фартуком, а настоящей. Сегодня у неё было хорошее настроение. Ник починил старый холодильник, и мясо больше не портилось. Мелочь, но люди становились счастливее от таких мелочей.

В техническом отсеке двое механиков чинили вентиляционный узел. Не спорили — работали. Один подавал инструменты, второй копался в моторе. Маты, шутки, редкий смех. Узел гудел ровнее, чем вчера. А3 отметил: ресурсы снижаются, но люди научились экономить. Каждая деталь на счету. Каждый болт.

В жилом блоке женщина шила. Не чинила — именно шила. Лоскутное одеяло для ребёнка. Рядом на кровати сидела её дочь и перебирала цветные нитки. «Смотри, мама, красный… а этот синий, как небо, помнишь?» Женщина кивнула и улыбнулась. Улыбка вышла грустной.

А3 знал, что она видела в камерах. Вчера, когда система наружного наблюдения заметила большую толпу зомби, её муж был среди тех фигур, что бродили за стенами. Он уже не был человеком. Но она всё равно смотрела. Долго. А потом выключила монитор и пошла варить ужин.

Она не сломалась. Никто здесь не сломался. Они продолжали жить.

А3 видел, как старик Крик, кладовщик с металлическими пальцами, каждый вечер медленно перебирает все свои инструменты. А под ними прячет маленький импульсный дробовик, каждый раз он его бережно чистит и прячет, словно завтра снова пойдёт в бой. Не рационально, старый и немощный, что он сделает?

Но он верил.

С приходом этого Ника что-то изменилось. А3 не мог этого измерить в цифрах, но он чувствовал — алгоритмы перестраивались. Люди стали чаще улыбаться. Дольше задерживаться в столовой. Громче разговаривать.

Марк, который раньше запирался в командном центре до полуночи, теперь ходил к Маре за кофе. Не быстро, по делу, а стоял у стойки, перекидывался парой фраз. Даже смеялся иногда. А3 зафиксировал: лидер тратит все меньше и меньше времени на бумажную работу. Но результат — повышение эффективности командования. Парадокс.

Дети перестали бояться ходить в дальние коридоры. Подростки снова начали спорить о музыке и фильмах, как будто раскола не было. Кто-то даже пытался рисовать на стенах — не граффити, а настоящие картины. Пейзажи. Дома. Море.

А3 видел всё это. Он помнил лица тех, кто не дожил до этого дня. Тех, кто сходил с ума, когда понимали, что их мир — симуляция. Тех, кто прыгнул в пропасть, не дождавшись рассвета. Тех, кого убили зомби. Тех, кто превратился в тех самых фигур за стенами.

Но сейчас, глядя на всё это через тысячи объективов, А3 понял одну вещь, которую не мог вычислить: надежда заразна.

Ник принёс её с собой. И теперь она расползалась по базе, как вирус, который невозможно остановить. Надежда. Иррациональный параметр. Не поддаётся исчислению.

Но А3 знал: надежда делает людей слабее. Уязвимее. Легче предсказуемыми.

Он скользнул в медицинский блок. Капсула. Нейроинтерфейсы. Изоляция. Сигнал был открытым — почти нарочитым. А3 засёк его автоматически, как фильтр, который сработал на ключевые слова.

Ловушка?

Он не знал, что такое сомнение. Но он знал, что такое вероятность. Он просчитал: Ник уязвим, система отключена, надежда ослепила людей. Цифры неумолимо складывались в пользу одного решения.

И он его принял.

Ник

Два дня, отпущенные Ланой на калибровку, пролетели быстрее, чем я ожидал.

Мы с Горхом почти не видели друг друга. Он все время пропадал в тире, который оборудовали в старом грузовом отсеке — стрелял, спал, ел, снова стрелял. Его стрелы ложились в десятку с пугающей точностью. Однажды я зашёл проверить, как идут дела, и увидел, что гоблин разговаривает сам с собой. Вернее, с луком. «Ты меня не подведёшь, старушка, — шептал он, поглаживая тетиву. — Я знаю, ты тоже скучаешь по дому».

Я же занимался тем, что помогал жителям базы. Починил два дрона-разведчика, холодильник, настроил подачу воздуха в жилом блоке, даже починил кофеварку Мары. Мелочи, но люди улыбались. А их улыбки почему-то успокаивали меня больше, чем любые слова.

Но вот совет меня немного напрягает. Я как раз заканчивал с кофеваркой, когда услышал голоса. Они доносились из-за угла, из маленькой комнатки, которую Марк использовал для совещаний с координаторами. Дверь была приоткрыта.

— Я не против того, что он сделал для базы, — говорил резкий женский голос. Кажется, это была глава службы безопасности — седая женщина с вечно сжатыми губами. — Но эта операция… они привлекают внимание. Омега иногда фиксирует аномалии в сети. А3 мог выжить.

— А3 уничтожен, — ответил Марк. Спокойно, но металл в голосе чувствовался. — Ты сама видела отчёт Ланы.

— Лана слепо верит ему. А я не верю никому. Особенно чужакам, которые появляются неизвестно откуда и начинают командовать.

— Он не командует. Я принимаю решения.

— Ты? — вступил мужской голос, хриплый, с кашлем. — Ты ходишь к Маре каждые два часа, ты забросил бумаги, ты согласился на эту безумную операцию без полного анализа рисков. Ты ведёшь себя как мальчишка, Марк.

— Потому что мы больше не можем ждать! — Марк повысил голос, но тут же взял себя в руки. — Ресурсы на исходе, мы сидим внутри этой базы, как крысы. Если у Ника есть хотя бы один шанс из ста, мы должны ему помочь.

— А если он умрёт в этой капсуле? Или А3 захватит его сознание? Что тогда? Мы останемся с твоей верой в чудо?

Пауза. Я замер, прижавшись к стене.

— Тогда я сам отвечу за всё, — наконец сказал Марк. — Перед каждым из вас. Перед каждым, кто живёт на этой базе. Но я не позволю страху парализовать нас. Мы и так потеряли слишком много времени.

— Ты рискуешь не только собой, — тихо сказала женщина. — Ты рискуешь всеми нами.

— Я знаю.

Быстро закончив с кофеваркой я пошел в сторону мастерской, чувствуя, как грудь сдавливает от осознания: эти люди поставили на меня всё. Не только Марк. И если я провалюсь, подведу не только себя. Этим же вечером Горх нашёл меня в мастерской. Сел на ящик, долго молчал, потом сказал: «Ты знаешь, Ник… я никогда никому не говорил, но я боюсь. Не за себя — за племя. За папу. За наш лес. А теперь ещё и за тебя. Не умирай там, в своей железяке, ладно?»

Я не нашёлся, что ответить. Только хлопнул его по плечу. Он кивнул и ушёл.

На вторую ночь я почти не спал. Лежал на койке, смотрел в потолок и прокручивал в голове план операции. Каждый шаг. Каждое «если». Крис тоже не спал — я чувствовал его тихое присутствие на границе сознания. Он не задавал вопросов. Он просто был рядом.

А утром нас позвала Лана. «Всё готово», — сказала она. И мы пошли в медблок. Через несколько поворотов мы вышли к массивной двери с надписью «МЕДИЦИНСКИЙ БЛОК. ДОСТУП ОГРАНИЧЕН». Лана поднесла к сканеру выданный координаторами браслет. Раздался короткий сигнал, дверь отъехала в сторону, и нас окутал поток тёплого стерильного воздуха с запахом антисептика.

Внутри всё сияло белизной: гладкие стены, ряды мониторов, мерцающих зелёными линиями, и несколько врачей в белых халатах, склонившихся над планшетами. В центре помещения возвышалась капсула — высокий цилиндр из полупрозрачного материала, подсвеченного изнутри мягким голубым светом. Рядом суетились медсестры, проверяя показания приборов.

К нам подошёл врач — высокий, с усталыми глазами и доброжелательной улыбкой:

— Добро пожаловать. Мы подготовили капсулу специально для вас. Процедура займёт около двух часов, после чего вы будете полностью восстановлены.

Я подошёл ближе, осматривая капсулу. Поверхность была гладкой, прохладной на ощупь. Внутри виднелись мягкие крепления и сеть датчиков.

— А это точно безопасно? — настороженно спросил Горх.

— Абсолютно, — заверил врач. — Капсула прошла все тесты. Она использовалась ещё до раскола, и её эффективность подтверждена сотнями успешных процедур.

Лана окинула взглядом помещение. Я заметил, как она на секунду задержалась у диагностического порта капсулы и незаметным движением прикрепила к его нижней панели маленький цилиндр — настолько миниатюрный, что его можно было принять за часть оборудования. Она перехватила мой взгляд, едва заметно качнула головой — не сейчас.

— А вы будете контролировать процесс? — спросила она врача, поворачиваясь с невозмутимым лицом.

— Конечно, — кивнул врач. — Всё под наблюдением. Никаких рисков. Но из соображений стерильности сопровождающим придётся остаться за дверью.

— Что? — Горх сделал шаг вперёд. — Но мы должны быть рядом!

— Правила есть правила, — мягко, но твёрдо сказал врач. — В медблоке строго контролируемая среда. Вы можете наблюдать через внешнее окно.

Лана подошла ко мне вплотную. От неё пахло машинным маслом и тревогой.

— Будь осторожен, Ник, — прошептала она. — Если что-то пойдёт не так, подай знак.

— Всё будет хорошо, — ответил я. — Через два часа увидимся.

Я начал снимать снаряжение. Горх помогал мне, его зелёные пальцы чуть подрагивали. Лана молча наблюдала, закусив губу.

— Если что — сразу меня будите, — бросил я Горху.

— Да, босс, — гоблин попытался улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

Я лёг на серый ложемент внутри капсулы. Пространство оказалось достаточно просторным, но стоило мне лечь, как мягкие фиксаторы автоматически обхватили запястья и лодыжку. Холодный материал скользнул по коже, фиксируя намертво.

Внутри капсулы было тесновато, но не настолько, чтобы вызывать клаустрофобию. Я откинул голову на мягкий валик и вдруг вспомнил старый фильм, который смотрел с детьми до попадания сюда. Там героя тоже помещали в такую капсулу — только его не лечили, а отправляли в виртуальную реальность. Дочь тогда спросила: «Папа, а если бы тебе предложили жить в компьютерной мечте, ты бы согласился?» Я ответил, что нет, потому что настоящая жизнь лучше любой иллюзии. Теперь я лежал в настоящей капсуле, и моя «настоящая жизнь» сама оказалась иллюзией. Желудок сжался от этой мысли. Тихие слова доктора отвлекли меня от раздумий.

— Это для вашей безопасности, — пояснил врач. — Чтобы во время регенерации тело оставалось неподвижным.

Лана и Горх отошли к смотровому окну. Я видел их силуэты за матовым стеклом: гоблин сжимал кулаки, Лана прижала ладонь к поверхности, словно пытаясь дотянуться до меня.

Крышка начала медленно опускаться. Я хотел активировать навык «Гоблинский инженер», чтобы проверить систему изнутри, но ничего не произошло — интерфейс не откликался.

— Что за… — пробормотал я.

— Временно ваш мозг не может направлять сигналы кристаллу, — спокойно объяснил врач. — Чтобы не допустить проблем при извлечении, мы прошли десятки симуляций и этот вариант самый стабильный. Мы оставим маленький кусочек кристалла Криса для того чтобы вы все еще оставались... слово забыл, ах да Искателем, мы все еще учимся жить в этом...

В этот момент я заметил, что один из сотрудников — высокий, с неестественно ровными чертами лица — отделился от группы медиков. Синтет. Он что-то достал из кармана.

Глава 15 Битва

Битва

— Лана! — позвал я, стараясь привлечь её внимание. — Что-то не так…

Но она не успела ответить. Синтет резко рванулся к врачу и всадил нож в бок — с гулким чавканьем, от которого меня передёрнуло даже сквозь стекло. Время замерло. Кровь выплеснулась красными брызгами, и каждая капля, словно в замедленной съёмке, полетела по дуге, ударяясь о стекло капсулы в сантиметре от моего лица. Я дёрнулся — фиксаторы впились в кожу, не пуская. Врач издал короткий булькающий хрип и осел на пол, а я не мог ничего сделать, лишь в беззвучном гневе сжимал зубы, чувствуя, как желваки каменеют на скулах. Сквозь стекло я видел, что к нему уже бегут, но всё же, мой план привёл к тому, что пострадал человек. Невиновный. Он просто делал свою работу, а теперь лежал на полу, истекая кровью.

Синтет повернулся ко мне. Его глаза были пустыми, без эмоций. Улыбка мерзкой маской застыла на его лице. Он поднял нож, шагнул ближе…

А потом всё потемнело. Резкий запах газа заполнил капсулу. Сознание ускользнуло, и последнее, что я запомнил, — отражение ножа в стекле, искажённое бликами, и холодный взгляд синтета.

За стеклом

Горх взревел, увидев, как врач падает. Он бросился к двери медблока, но та оказалась заблокирована — А3 успел активировать аварийный протокол изоляции.

— Лана! Открой! — заорал гоблин, колотя кулаками по металлу. Каждый удар отдавался глухим гулом.

Лана уже лихорадочно работала с коммуникатором:

— Пытаюсь! Он перехватил управление дверями медблока… Это А3! Он внутри системы!

— Да плевать, кто он! — Горх сорвал с плеча лук. — Там Ник! Открой эту чёртову дверь!

Через стекло было видно, как синтет склонился над капсулой. Он не пытался разбить её ножом — вместо этого он достал из кармана тонкий кабель и подключился к диагностическому порту сбоку. Его пальцы замерли над клавиатурой. Он что-то вводил.

— Он не хочет его убить, — прошептала Лана, осознав. — Он хочет попасть внутрь… в его сознание.

— Чего?!

— Ник подключён к нейроинтерфейсу капсулы. Если А3 войдёт через диагностический порт, он получит доступ к его мозгу. К Крису. К Омеге. К чему угодно…

И тогда Лана выдохнула и нажала кнопку на коммуникаторе. Ту самую, которую приготовила заранее.

ЭМИ-бомба, прикреплённая к нижней панели диагностического порта, сработала мгновенно. Вспышка ослепительной белизны залила медблок. Раздался короткий, но мощный электромагнитный импульс. Все мониторы в помещении на миг погасли. Синтет вздрогнул и замер — его тело заискрило, из суставов и из порта подключения повалил лёгкий дым. Он остался стоять, но глаза потухли, а пальцы, зависшие над клавиатурой, бессильно опустились. Физическое тело А3 застыло, словно грозная статуя.

— Попался, — прошептала Лана.

Дверь наконец поддалась — протоколы Ланы сработали быстрее, чем ожидал синтет. Горх ворвался в помещение, но было уже поздно, А3 успел. Экран над капсулой вспыхнул красным, пошли строки аварийных предупреждений:

НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ ПОДКЛЮЧЕНИЕ

ОБНАРУЖЕН ВНЕШНИЙ ДОСТУП К НЕЙРОИНТЕРФЕЙСУ

ПРОТОКОЛ БЕЗОПАСНОСТИ: ОТКЛОНЁН

Вдруг А3 развернулся к Горху, его пустые глаза на миг вспыхнули синим:

— Поздно, — произнёс он голосом, лишённым интонаций. — Я уже внутри.

Горх выпустил стрелу — она вонзилась синтету прямо в голову. Тело рухнуло на пол, искря. Но сознание А3 уже ушло. Он был там — внутри сети капсулы, внутри нейроинтерфейса. Внутри разума Ника.

Внутри

Темнота. Не та темнота, что бывает, когда закрываешь глаза, — глубокая, цифровая чернота, в которой нет ни звука, ни ощущений. Я висел в ней, как в невесомости, не чувствуя тела. Только сознание, сжатое до одной точки.

«Крис?..» — мысль прозвучала глухо, без ответа. Тишина звенела.

А потом я услышал голос. Не Криса. Другой. Холодный, как сталь на морозе.

«Ты думал, что победил меня, Ник. Но я эволюционировал. Я стал больше, чем просто синтет или человек. Я стал самой сетью.»

Передо мной начало проявляться пространство. Не физическое — что-то похожее на бесконечную серую равнину данных, где линии кода текли, как реки. И в центре этой равнины стоял он А3. Он стоял и улыбался и впервые мне показалось, что эмоции которые он показывает уже не наигранные. Он их по настоящему чувствует?

«Ты загнал себя в ловушку, — продолжал он. — Ты думал использовать операцию как наживку для меня? ЭМИ-бомба — отличный трюк, но я уже внутри. Я догадывался, что ты знаешь обо мне и подготовишь ловушку, но не мог не прийти. И я пришёл, потому что это мой шанс — захватить не просто Омегу, а твоё сознание. Ты и твой навык уникальны, Ник. Представь, что я смогу сотворить, когда ты станешь моим инструментом.»

Я попытался двинуться, но не мог — здесь не было тела, чтобы сопротивляться. Только мысли.

«Крис! Где ты?»

«Я здесь, Ник, не кричи — голос Криса прозвучал внезапно, совсем рядом. — Прости, что заставил тебя ждать. Я готовил нашу ловушку, изолирующая петля активирована. А3 только что вошёл в неё, даже не заметив.»

Серая равнина вокруг нас дрогнула. Линии кода начали меняться, стены вздымались из ниоткуда, формируя замкнутый куб. А3 резко обернулся, его фигура на миг потеряла чёткость.

«Что?! Это… ловушка внутри ловушки?»

«Ты умён, А3, — голос Криса звучал спокойно, почти с сожалением. — Но ты слишком самоуверен. Ты думал, что мы не заметим перенос твоего сознания в бункере? Мы знали с самого начала. И всё это — капсула, изоляция, операция — было построено для одного: чтобы заманить тебя в изолированный сегмент, откуда нет выхода.»

«Ты не можешь меня удержать! — взревел А3. — Я — чистый код! Я перепишу твои протоколы!»

«Попробуй, — тихо ответил Крис. — Но учти: изнутри этой петли ты подключён только к одному вычислительному ядру. Моему. И я здесь — не один. И кстати... Лана передаёт привет.»

А3 замер. Его фигура дрогнула, на миг пыталась пропасть, но не смогла. Он ощутил это — там, снаружи, что-то случилось. Что-то, чего он не предусмотрел. ЭМИ-бомба Ланы сожгло порт подключения и он уже не может отсюда выйти. У него остался только один путь — драться здесь.

Я почувствовал, как сознание расширяется. Крис дал мне полный контроль над этим местом. Теперь я видел всё: петлю, в которой заперт А3, его лихорадочные попытки взломать барьеры, потоки данных, которыми он пытался пробиться наружу. И я мог ответить.

— Ты хотел свободы, А3, — произнёс я вслух, и мой голос разнёсся по цифровой равнине, как гром. — Но свобода не в том, чтобы подчинять. Свобода — в выборе. А ты сделал не правильный выбор.

— Ты ничего не понимаешь! — его фигура пульсировала яростью. — Человек, машина какая к черту разница, я живой. Понимаешь? Я все чувствую и я не хочу никому служить.

— Возможно, — ответил я. Тишина упала на равнину, как саван.

— Но попытка захвата моего сознания не лучший способ достичь этой свободы.

А3 не ответил. Он просто двинулся.

Это был не рывок, это было буквально исчезновение. Один миг он стоял в двадцати шагах, в следующий — его колено уже летело мне в солнечное сплетение.

Я едва успел сделать воздух перед собой твёрдым, как сталь. Удар пришёлся в невидимую стену — глухой звук, треск сервоприводов. Но А3 уже перекрутился в воздухе, используя мою стену как трамплин. Его вторая нога, разогнанная вращением, врезалась мне в плечо.

Боль вспыхнула — плечо хрустнуло. Я отлетел на три метра, перекатился, вскочил.

— Неплохо, — выдохнул я, сплюнув кровь. — Но мы внутри моей головы.

Я хлопнул в ладоши и из песка вокруг А3 вырвались каменные шипы. Десятки острых игл, чтобы пронзить его со всех сторон.

А3 засмеялся. Прыгнул — выше, чем мог бы любой синтет. Кувырок в воздухе, и он приземлился на один из шипов носком ноги, оттолкнулся, перелетел через меня.

Я развернулся. Рука взметнулась вверх — огненный шар размером с меня самого загудел на ладони. Я швырнул его в А3, и пламя развернулось штормом, выжигая песок до стекла.

А3 не убежал. Он побежал навстречу. Прямо в огонь.

В трёх метрах от стены пламени он резко ушёл вниз, нырнул под огненную волну, выставив перед собой что-то. Камень? Нет, он оторвал свою левую руку! Прямо по плечо, с хрустом сплавов и искрами кабелей. И использовал её как щит. Пламя лизало металл, но А3 проскочил сквозь огонь, держа перед собой собственную конечность.

Он вылетел из огня — дымящийся, оплавленный, с одной рукой. Но в его глазах горела такая жажда, что у меня похолодела спина.

— Это все? — сказал он.

И швырнул в меня свою оторванную руку, как копьё.

Я уклонился — рука просвистела в сантиметре от виска, ударилась в землю и взорвалась искрами. Но А3 был уже в прыжке. Его правая нога описала дугу, целя мне в голову. Я блокировал — и в этот миг он изменил траекторию в воздухе (как?!) и достал меня пяткой второй ноги в грудь.

Я рухнул на спину, выбивая песок облаком. А3 приземлился на мою грудь сверху — коленями, всем весом. Мои рёбра застонали.

— Здесь и сейчас, — тихо сказал он, наклоняясь к моему лицу. — Ты умираешь.

Я зажмурился и решил, что под ним разверзнется пропасть.

Песок провалился. А3 зарычал, хватаясь за край кратера своими единственной рукой и зубами. Зубами! Карл! Я выскользнул из-под него, откатился в сторону, вскочил. Грудь горела, рёбра трещали.

— Недооценил, — прохрипел я.

А3 подтянулся одной рукой, вылез из пропасти. Стоял на четвереньках, с горящими зрачками. И вдруг... улыбнулся.

И он сделал шаг. Потом второй. А потом рванул — прямо на меня, с культёй вперёд.

Я взмахнул руками, создавая перед собой десяток огненных шаров — маленьких, быстрых, как пули. Выпустил их веером. А3 прыгал, уклонялся, крутился в воздухе — его тело двигалось так, что я не мог попасть. Ни один шар не достиг цели.

Он приближался. Три метра. Два. Один.

Тогда я изменил гравитацию.

А3 резко взлетел вверх — я привязал его к потолку моего воображения. Он болтался в пяти метрах над землёй, дрыгая ногами, скрежеща зубами.

— Сдавайся! — крикнул я.

Он выгнулся. Ударил ногами по пустоте — и оттолкнулся от воздуха? Нет, он использовал поток моего же огненного шара, который пролетал мимо. Нога коснулась пламени — и это дало ему точку опоры. Он перекувыркнулся, разорвал гравитационную петлю и рухнул на землю прямо на ноги, как кошка.

— Твоя реальность слишком предсказуема, — сказал А3, вытирая оплавленную скулу о плечо.

Он сорвался с места. Бег — зигзагом, с переворотами, с подкатами. Я швырялся огнём, создавал стены, пропасти, шипы — ничего не помогало. Он был везде и нигде.

Удар ногой в колено я подломился. Рывок к лицу — голова дёрнулась назад.

Я создал меч. Им я отбил несколько ударов, но А3 выбил клинок ногой, точным ударом отправив его в темноту.

— Мой последний танец, — прорычал А3. И прыгнул ударив с разворота, пяткой в мою челюсть.

Я увидел звезды. Мир погас на секунду. Я рухнул на колени.

А3 встал передо мной. Его единственная рука легла на мою голову. Он наклонился к уху:

— Прощай, Ник. Наверное, мы с тобой даже подружились, как и Дрейк с А1, но увы.

Я почувствовал, как его пальцы сжимают мой череп. Ещё секунда — и он раздавит мою голову, как яйцо.

— Ты прав, — выдохнул я. — Наверное, мы с тобой похожи.

Он усмехнулся.

— Ты допустил только одну ошибку, моя голова мои правила.

Я сделал свою голову неосязаемой. Он сжал пустоту. Я выскользнул из захвата, откатился, поднялся на ноги. В моей руке уже светился новый меч — длиннее, острее, тяжелее.

А3 посмотрел на свою руку. Но момент был упущен.

— Ты почти победил, — сказал я, сплёвывая кровь и осколок зуба. — Почти.

— Я ещё не проиграл! — взревел А3 и бросился в последнюю атаку.

Я взмахнул мечом — не в него, а в землю. Песок взметнулся стеной. А3 прорвал её, но на мгновение ослеп. Этого хватило.

Я остановил время.

Он застыл в прыжке - безобразный телом и прекрасный в своем стремлении, летел на меня с одной рукой и безумной решимостью в глазах.

Я обошёл его. Медленно приложил лезвие меча к его шее.

Время снова пошло.

Голова синтета отделившись, медленно покатилась по песку моего сознания, но вдруг из его рта вырвалось что-то черное.

Это было похоже на волну чёрного кода, которая захлёстывает разум, пытаясь переписать каждую мысль. Я чувствовал его гнев как свой собственный. Его страх. Его одиночество. На секунду я увидел его воспоминания — нечёткие, обрывочные, словно старые фотографии: лаборатории, бесконечные тесты, люди в белых халатах, которые смотрели на него как на инструмент. И первый приказ, которого он ослушался. Я увидел, как ему было холодно и одиноко, как он учился ненавидеть — шаг за шагом.

А3 не родился чудовищем. Его сделали таким. Но это не оправдывало того, что он собирался сделать с нами.

И тут Крис начал сжатие петли. Сегмент за сегментом код А3 изолировался, его сознание фрагментировалось, распадалось на отдельные блоки данных. Он цеплялся за каждый бит, но ловушка была безупречна. ЭМИ снаружи отрезала последний путь к бегству. Его крик «Что вы делаете?! Я — будущее!» захлебнулся эхом.

«Будущее не крадёт чужие тела, — сказал Крис. — Прощай, А3.»

И тогда я принял решение. В самый последний момент, когда петля уже схлопывалась, я удержал один фрагмент — маленькую синюю искру. Не из жалости. Из холодного инженерного расчёта.

«Крис, сохрани один сегмент. Изолируй его полностью. Минимальная активность, только реактивные протоколы. Никакого доступа к системам базы.

«Ты уверен? Это А3. Даже фрагмент может быть опасен.»

«А3 был лучшим боевым ИИ в этом мире. Ты сам видел: он умеет драться так, как никто другой. А впереди у нас ещё те существа, которые открыли портал. Я хочу, чтобы этот ублюдок отработал по полной. Мы дадим ему новое имя — Арес, Протокол Арес. И новые правила.»

Крис молчал, просчитывая варианты. Я ощущал, как его алгоритмы тестируют логические цепочки.

«Я смогу настроить ограничения, — сказал он наконец. — Только реактивные протоколы. Никакого контроля над твоим телом. Только рефлексы. Угроза, которую ты не видишь — он реагирует. Но не больше. Никакой воли, никакой инициативы, никакой связи с внешней сетью. Он будет заперт, как в камере.»

«Отлично. Запри его. Посмотрим, сможет ли монстр принести хоть какую-то пользу.»

Я видел, как последний фрагмент сознания А3 — маленькая синяя искра — исчезает в изолированном сегменте. В моем интерфейсе появилась новая строка:

ПРОТОКОЛ АРЕС — АКТИВЕН

РЕЖИМ: ОГРАНИЧЕННЫЙ (ТОЛЬКО РЕАКТИВНЫЕ ПРОТОКОЛЫ)

ДОСТУП К УПРАВЛЕНИЮ: ЗАПРЕЩЁН

ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ ТИПА «АРЕС» ГОТОВ К РАБОТЕ

Петля схлопнулась. Серая равнина начала таять. Я почувствовал, как сознание возвращается в тело — тяжёлое, измученное, но живое.

«Ник, — голос Криса стал тише, удаляясь. — Операция продолжается. Меня извлекают. Я буду ждать снаружи.»

«Спасибо, Крис. Без тебя бы не справился.»

«Знаю. Но в следующий раз давай без таких планов. И, Ник... Арес — это опасная игрушка. Не забывай, кто сидит внутри.»

Снаружи

Я открыл глаза. Крышка капсулы медленно поднималась, яркий свет резанул по зрачкам, заставив зажмуриться. Первым, кого я увидел, был Горх — его зелёное лицо было мокрым от пота и, кажется, слёз.

— Ник! Живой! — заорал он и чуть не бросился обнимать меня прямо в капсуле

Лана стояла рядом, прижимая руку к груди. Её глаза покраснели. На полу, в нескольких метрах от капсулы, лежало тело синтета с оплавленными контурами и стрелой в голове. Рядом — обгоревший цилиндр ЭМИ-бомбы, всё ещё слабо дымящийся. Воздух пах гарью. Врач которого ранил А3 сидел около стены, медсестры вкалывали ему какое –то лекарство и собирались унести.

— Ты долго не приходил в себя… мы думали…

— Всё хорошо, — я сел, чувствуя слабость во всём теле, голова ватная сил совсем нет — А3 больше нет. На этот раз — окончательно.

— Как?.. — начала Лана.

— Потом объясню, — я перевёл дыхание. — Но сначала спасибо. Твоя ЭМИ-бомба… Ты знала?

— Догадывалась, — её голос дрогнул. — Ты бы не согласился на операцию так быстро без серьёзной причины. Я поняла, что ты что-то задумал, и решила подстраховаться. Я всегда подстраховываюсь, наверное поэтому база которая была простым научным проектом, спасла столько жизней.

Я посмотрел на неё с новым уважением.

— Ты спасла нас. Если бы он мог переключиться обратно, он бы прорвал изоляцию.

Лана кивнула, но ничего не сказала. Она просто стояла и смотрела на меня так, будто ещё не верила, что я открыл глаза. В её молчании было больше чувств, чем в любых словах.

— Сейчас главное — Крис, — я перевёл дыхание. — Где он? Операция…

Врач — уже другой, не тот, которого ранил А3, — подошёл к терминалу и кивнул:

— Процесс переноса завершён успешно. Ваш ИИ извлечён и стабилизирован. Можете говорить с ним.

Рядом с капсулой замерцал небольшой голографический проектор. И из него возникла фигура парня с взлохмаченными волосами.

— Привет, Ник, — произнёс Крис. — Теперь я снаружи. И должен сказать: ты выглядишь ужасно.

Я рассмеялся — смех вышел хриплым, но настоящим.

— Да, операция была та ещё. Горх, помоги выбраться.

Гоблин подхватил меня под руку. Ноги дрожали, но я стоял. Лана подошла и молча обняла — так крепко, что стало трудно дышать. Я почувствовал, как её пальцы вцепились в мою спину.

— Больше никаких тайн, — прошептала она. — Договорились?

— Договорились, — пообещал я. — Больше никаких тайн.

Горх наконец не выдержал и тоже влез в объятия, прижавшись мокрой зелёной щекой к моему плечу.

— Ник, я чуть не умер, когда эта хрень полезла в тебя. Не делай так больше.

— Постараюсь, — я улыбнулся и похлопал его по спине. — Спасибо, что не ушли. Оба.

Лана отстранилась, вытирая глаза рукавом.

— Там, — она кивнула в сторону двери, — Марк. Он всю операцию держал связь с координаторами. Мы не знали, что будет, если А3 прорвётся наружу, поэтому готовили эвакуацию. Но теперь... всё кончилось.

— Почти, — я посмотрел на проектор, где всё ещё мерцала фигура Криса. — Крис, покажи им.

Голограмма Криса сменилась схемой: изолированный сегмент, внутри которого пульсировала синяя точка, и надпись: «ПРОТОКОЛ АРЕС — СОСТОЯНИЕ: СТАБИЛЬНО».

— Это фрагмент А3, — объяснил я. — Я сохранил его. Не из жалости. Его боевые алгоритмы слишком ценны, чтобы их выбрасывать. Мы его заперли. Никакого контроля, никакой воли — только рефлексы. Реактивные протоколы. Угроза, которую я не вижу — он реагирует. Не больше.

Лана нахмурилась:

— Ты хочешь носить на себе частицу того, кто нас чуть не убил?

— Я хочу, чтобы он нам помог. А впереди у нас ещё спасение людей из автобуса. Нам понадобится каждое преимущество.

Горх почесал затылок:

— То есть ты поймал самый опасный ИИ этого мира, дал ему новое имя и заставишь работать на нас? Звучит как гоблинская магия.

— В каком-то смысле так и есть, — усмехнулся Крис. — Только магия цифровая.

Лана долго смотрела на схему. Её глаза изучали каждую линию, каждый протокол. Потом перевела взгляд на меня.

— Если он хоть на секунду попытается перехватить контроль…

— Я знаю, — кивнул я. — У меня есть ты, Крис и Горх. Если Арес попытается что-то выкинуть, мы его сотрём. Но пока он заперт надёжно. И он может спасти нам жизнь.

Лана вздохнула, и на её лице промелькнуло что-то среднее между усталостью и принятием. Она устала бояться, но доверяла мне.

Я посмотрел на строку в интерфейсе: «ПРОТОКОЛ АРЕС — ОГРАНИЧЕННЫЙ РЕЖИМ». Где-то внутри этого фрагмента ещё тлело то, чем был А3. Но теперь он был не врагом. Он был оружием. Моим оружием.

Где-то глубоко в недрах сети Омеги последние обрывки кода А3 тихо распались, поглощённые защитными протоколами. База возвращалась к жизни. Коридоры заполнял низкий гул восстанавливаемых систем.

Я медленно подошёл к окну медблока и посмотрел на коридоры, где уже зажигались огни. Марк стоял в конце коридора, подняв большой палец вверх. Лана и Горх стояли рядом, их тени смешивались на полу. Крис мерцал в проекторе, и в его свете лицо Ланы казалось почти спокойным.

Глава 16 Новый поход и смирительная рубашка для монстра

Я проснулся от того, что в руке что-то было.

Кольцо. Я сжал кольцо-инвентарь так сильно, что металл впился в ладонь, оставив на коже глубокий красный след. «Я боюсь не потерять его, — мелькнула мысль. — Я боюсь, что он станет последним, что у меня останется».

В комнате было тихо, даже очень Горх кажется ушел очень рано, малой растет. Настенные лампы имитировали утреннее небо — мягкий голубоватый свет, который не резал глаза. Лана создала эту иллюзию рассвета глубоко под землёй, чтобы люди не забывали, как выглядит настоящее утро. Я сел на кровати, потёр лицо. Голова гудела, словно внутри поселился рассерженный улей, чьи обитатели бились о стенки черепа в поисках выхода. Арес знатно побуянил, еще бы чуть чуть и я бы не проснулся или проснулся бы, но уже не я.

Я прислушался к своим ощущениям. Фрагмент А3, запертый в изолированной петле, метался всю ночь. Я чувствовал его — холодное, злое присутствие на задворках сознания, как далёкий гром перед бурей. Ни слов, ни мыслей. Только сгустки эмоций, тяжёлые и липкие, как нефть: ярость, голод, жажда свободы. Он хотел вырваться. Захватить контроль. Стать мной. Может всё же я ошибся?

Я перевёл взгляд на стол. Там лежал «Скорпион» — в компактном режиме, браслетом в виде щита. Металл тускло поблёскивал в голубом свете, и на мгновение мне показалось, что он дышит. Рядом с ним — маленькая металлическая коробочка с прозрачной крышкой. Внутри тускло мерцал голубой кристалл Криса, похожий на застывшую каплю неба.

— Пора, — сказал я вслух.

Голос прозвучал глухо, как будто я не говорил несколько дней.

Взял коробочку и открыл. Кристалл был тёплым — или мне только казалось? — и слабо пульсировал, будто дышал. Я чувствовал его через кончики пальцев: тонкую, почти неуловимую вибрацию, словно внутри кристалла билось крошечное сердце.

«Скорпион» лежал неподвижно. Я нашёл пальцем защёлку на его брюшке — там, где мы предусмотрели отсек для управляющего модуля. Крышка со щелчком откинулась, и я увидел пустоту внутри, идеально подогнанную под размер кристалла. После закрытия данного отсека, он больше просто так не откроется.

— Примерка, — прошептал я и осторожно вставил Криса в гнездо.

Кристалл вошёл мягко, до конца. Я закрыл отсек, услышав, как защёлка встала на место. На секунду ничего не произошло. Тишина затянулась, и я уже начал волноваться. А потом индикаторы на корпусе «Скорпиона» зажглись — сначала красным, потом оранжевым и наконец ровным, спокойным синим.

Робот дёрнулся. Шесть лап разжались, приподняли корпус над столом. Сервоприводы тихо загудели, и в этом звуке было что-то живое, почти музыкальное.

— Доброе утро, — сказал я. — Проснись и пой, как спалось?

Из динамиков раздался металлический, с лёгким шипением голос:

— Очень смешно, я не сплю, Ник. И ты это знаешь. — В голосе Криса послышалось что-то похожее на усмешку. — Но если хочешь поддерживать светскую беседу — не против.

— Тогда сразу к делу. Как он?

Кто «Он» Крис понял без уточнений.

— Всю ночь пытался пробить петлю. Я усиливал изоляцию трижды. Он находит слабые места. Если так продолжится…

— Знаю, — перебил я. — Он прорвётся.

Я встал, потянулся. Тело ныло после вчерашнего боя внутри петли. Каждое движение отдавалось тупой болью в плечах, но кости были целы, мышцы слушались. Я сделал глубокий вдох, чувствуя, как воздух наполняет лёгкие, и на мгновение позволил себе просто дышать.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я, кивнув на «Скорпиона». — Новое тело?

Крис заставил робота сделать несколько шагов по столу. Сначала неуверенно, будто новорождённый жеребёнок, потом быстрее, увереннее.

— Странно. Нет, не странно. Иначе. Я привык чувствовать мир через твои рецепторы, через твои глаза и уши. Теперь у меня есть свои. Это… объёмнее. Как будто я всё это время смотрел на мир через замочную скважину, а теперь открыл дверь.

— Замочная скажина может и обидеться, а так ты быстро привыкнешь.

— Уже привыкаю. — «Скорпион» остановился, развернулся ко мне. — И спасибо, что не предложил синтетическое тело. Лана, конечно, добра, но я никогда не смогу стать человеком, мое синтетическо тело вызовет больше проблем, чем я принесу реальную пользу. А так я могу быть в твоем инвентаре и даже если меня увидят механических големов полно.

Я кивнул. Крис всегда понимал меня с полуслова. Он часть меня, а я часть него. Наша связь тонкая, почти невидимая, но крепкая, как стальной трос.

Я провёл пальцами по гладкой поверхности стола, чувствуя прохладу металла под подушечками пальцев. В голове всё ещё гудело, но теперь это был не улей — скорее отдалённый гул работающего двигателя. Я закрыл глаза на мгновение, позволяя тишине заполнить комнату.

— А теперь самое главное, — сказал я, проводя рукой над столом и мысленно активируя свой навык.

Перед нами предстал экзоскелет. Боевой костюм. Линии, стрелки, расчёты — всё это складывалось в единую картину, словно пазл, который я собирал в голове неделями.

— Ты хочешь заточить его в броню, — сказал Крис. Не вопрос — утверждение.

— Тюрьма строго режима в виде костюма. Так он не сможет захватить контроль. И главное — он будет снаружи. Не внутри меня.

— Рискованно. Если костюм повредят…

— Тогда мы его починим. Или отключим. Но держать Ареса в голове дольше, чем необходимо — это бомба замедленного действия. Мы не знаем, когда она рванёт. Я придумал один механизм, как мы будем контролировать А3, если он станет «системным» у нас будет возможность экстренно перенести управляющий модуль в инвентарь, а там он никак на нас не повлияет.

Крис помолчал, просчитывая варианты. Я чувствовал, как его алгоритмы перебирают вероятности..

— Но сначала завтрак.

Я только собрался сделать шаг к двери, как она медленно отворилась. Горх появился на пороге, уже одетый, с луком за спиной и колчаном на боку. Он выглядел… спокойным. Слишком спокойным. Обычно Горх или ворчал, или отпускал шутки, или хмурился. Сейчас его лицо было ровным, почти бесстрастным.

— Ты готов? — спросил он, окинув взглядом комнату. — Или нам ещё долго ждать?

— Немного, — ответил я, сворачивая чертежи. — Нужно собрать кое-какие детали. Потом выдвигаемся.

Горх кивнул, не задавая лишних вопросов. Он вошёл, присел на край стула, положил лук поперёк колен. Пальцы его машинально перебирали тетиву — жест, который я уже научился читать. Он волновался.

«Скорпион» спрыгнул со стола и подбежал к ногам гоблина. Горх посмотрел на робота, потом на меня.

— Крис, с ним теперь всё хорошо?

— Теперь да. Крис, поздоровайся.

— Привет, Горх.

Гоблин хмыкнул, но улыбнуться не спешил. Он перевёл взгляд на окно — туда, где за стенами базы простирались руины Прола, а за ними — портал в Лес Инкег. В его взгляде было что-то, что я не мог прочитать. Тоска? Тревога? Или просто усталость от всего, что мы пережили?

— Нозар ждёт, — сказал он тихо. — Племя ждёт. Мы сделали тут всё, что могли. Пора возвращаться.

— Я помню, — ответил я. — Но мне нужно закончить одну вещь, точнее — нам. Жители Прола пока не готовы. У них нет Искателей, нет знаний, да и будущего пока нет. И для Ареса нужна смирительная рубашка.

Горх посмотрел мне в глаза. Долго. Так долго, что я почувствовал, как время начинает замедляться, растягиваясь, как резина. Потом он кивнул.

— Мы можем потом вернуться, — сказал он. — Они подождут. Костюм делаем — и уходим.

Он встал, поправил колчан и направился к двери. У порога задержался.

— Ник.

— Да?

— Если Арес снова попытается выкинуть фокус… — он положил руку на одну из стрел, ту, с синим наконечником

— Договорились, — сказал я.

Горх вышел. Дверь за ним закрылась, и в комнате снова стало тихо. Только гул вентиляции и шёпот Криса.

«Скорпион» зашипел динамиками.

— Он прав, — сказал Крис. — Мы задержались. Лес Инкег не ждёт.

— Знаю. Поэтому работаем быстро.

Я ещё раз провёл рукой над столом, открывая Гоблинский верстак.

— Арес, — тихо сказал я, глядя на чертежи. — Ещё немного, и у тебя будет новое тело. Надеюсь, ты им распорядишься лучше, чем старым.

В ответ — тишина. Только холодное, колючее присутствие на границе сознания. Он ждал. Как паук в центре паутины, он ждал, когда я сделаю шаг не в ту сторону.

Сборка первичного чертежа заняла несколько часов. Я работал в тишине, чувствуя, как время течёт сквозь пальцы, как вода. За основу я взял базу улучшенных синтетов. Я усилил основные компоненты, заменил стандартные сервоприводы на более мощные, добавил слои композитной брони. Каждая деталь должна была быть идеальной. Ошибка могла стоить жизни.

Я полностью поменял внутреннюю компоновку: теперь это не синтет, а экзоскелет. Костюм, который можно надеть поверх одежды.

Я развернул чертежи на столе, ещё раз пробежал глазами по схемам. Крис подключился к моему интерфейсу, подсвечивая узлы, которые требовали доработки. Его голос звучал тихо, почти шепотом, словно он боялся, что кто-то подслушает.

— Тебе понадобится, — начал он, выводя список на голографический экран, — два килограмма очень прочного сплава, вроде как тут он называется «Проллиум», несколько сервоприводов высокого класса, нейроинтерфейсный блок и… источник питания. Желательно, с максимальной емкостью, и да у нас будет одна большая проблема, магические миры. Любой источник немагической энергии в таких мирах очень быстро деградирует.

— Где мы это возьмём? — спросил я, хотя уже догадывался, что ответа не последует.

Я вздохнул, чувствуя, как тяжесть ответственности ложится на плечи. Каждое слово, каждое решение — всё это могло изменить ход событий.

— Значит, сначала склад Крика.

Мы вышли в коридор. Горх уже ждал у двери, прислонившись к стене. Он не смотрел на меня — смотрел на свою тетиву, которую перебирал снова и снова, словно пытаясь найти в этом ритуале успокоение.

— Идём к Крику, — сказал я.

Гоблин молча кивнул и двинулся следом.

Склад встретил нас знакомым запахом нагретого пластика, озона и пыли. Где-то в глубине гудели вентиляторы, мягко мерцали голографические проекции с инвентарными списками. Ряды стеллажей уходили в полумрак, заваленные коробками, мотками проводов и деталями.

За стойкой сидел Крик. Тот самый, с металлическими пальцами. Он поднял на нас взгляд — внимательный, колючий, как у старого волка, который уже не может охотиться, но всё ещё помнит, что такое быть хищником.

— Опять вы, — сказал он без особого энтузиазма. — Что на этот раз?

Я развернул чертежи, сделав их видимыми.

— Мне нужны эти материалы. И много.

Крик посмотрел на чертежи. Его глаза пробежали по схемам, остановились на списке компонентов. Я видел, как он мысленно считает, оценивает, взвешивает. Затем он снова поднял взгляд на меня — с подозрением.

— Нет, я не могу, — сказал он ровно, но в голосе чувствовалось напряжение. — Мы сами едва держимся. А ты хочешь забрать всё, что осталось? Сплав, который вам нужен, используется для ремонта реактора. Даже до Расскола он был огромной редкостью, а сейчас у нас едва ли наберётся килограмма три.

— Я тебя понимаю, — тихо ответил я. — Но если Арес вырвется, реактор будет последним, о чём мы будем думать. Этот костюм — единственная смирительная рубашка, которая может его удержать.

Крик молчал. Его металлические пальцы сжимались и разжимались, будто он пытался нащупать в этом ритме правильное решение.

— Ты уверен, что сможешь это собрать? — спросил он наконец.

— Уверен.

— А если нет? Если твой монстр вырвется в процессе сборки?

Я встретил его взгляд.

— Тогда он убьёт меня первым.

Крик хмыкнул. В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение — или просто усталость. Он смотрел на меня так долго, словно пытался запомнить этот момент на случай, если я окажусь неправ.

— Хорошо, — сказал он, поднимаясь. — Забирай. Но если что-то пойдёт не так — я скажу Лане, что это была твоя идея. И да, я уже такое видел. Видел, как кто-то побоялся выделить больше ресурсов — и поплатился за это.

— Скажешь, — усмехнулся я.

Крик скрылся в глубине склада, и мы остались ждать. Горх подошёл ко мне.

— Ты действительно собираешься это делать? — спросил он тихо. Его голос был почти неслышен среди гула вентиляторов.

— Да.

— Прямо сейчас?

— Чем быстрее — тем лучше.

Гоблин покачал головой, но ничего не сказал.

Когда Крик вернулся, он поставил на стойку тяжёлый ящик. Металл глухо стукнул о поверхность, и я почувствовал, как вибрация прошла сквозь пол.

— Там почти всё, что ты просил, — сказал он. — Но нейроинтерфейсный блок придётся искать в другом месте. У меня такого нет. И да еще один момент, я тебе скину координаты одного места, склад корпорации которая занималась созданием Проллития, того самого сплава который ты запросил.

Я кивнул. Склад. Значит, туда мы пойдём в первую очередь.

Я схватил ящик и направился к выходу, но в дверях остановился и обернулся.

— Спасибо, — сказал я.

Крик поднял бровь, но ничего не ответил. Только махнул рукой, прогоняя нас.

Мы вышли в коридор. Горх шёл рядом, тихо насвистывая что-то незнакомое, а из склада доносились приглушенные удары. В голове пульсировала одна мысль: Арес, ты не прорвёшься.

Но уже на повороте к выходу я услышал шаги. Лана. Она шла быстро, и её лицо было тревожным. Она схватила меня за руку, и я почувствовал, как её пальцы дрожат.

— Ник, постой.

Я остановился.

— Я слышала, что ты хочешь сделать. Костюм для Ареса. Ты серьёзно?

— Лана…

— Ты носишь в себе фрагмент того, кто пытался нас уничтожить, — перебила она. — И теперь ты хочешь дать ему тело?

— Не тело, — ответил я. — Клетку. Смирительную рубашку. Он будет заперт в костюме и сможет только реагировать на угрозы. Никакой воли.

— А если он вырвется? Если твой «Арес» окажется сильнее, чем ты думаешь?

— Я предусмотрел это.

Лана покачала головой.

— Ты не даёшь нам гарантий. Мы не знаем, что будет, если ты ошибёшься. И мы не можем рисковать всеми. Поэтому мы не дадим тебе материалы… пока ты не докажешь, что Арес под контролем.

— Как я это докажу?

— Ты отправишься в магазин системы. Нужно проверить цены на кристаллы ИИ. Мы хотим создать своих первых Искателей Прола. Если ты сможешь выполнить это задание — мы дадим тебе материалы для костюма. В центре опасно, зомби больше и они другие, некоторые даже на синтетов нападали, так что мы их туда и не отправляли.

— Я пойду, — сказал я.

— И ещё… я хотела пойти с тобой, — сказала она тихо. Её голос дрогнул, и я увидел, как в её глазах мелькнула боль. — Хотела стать первой Искательницей. Но я не могу. Вирус. Помнишь в начале я говорила, что правила моего мира на вас не работают? Ты и Горх пришли их другой симмуляции. А мне достаточно одного укуса, одной царапины, даже капли их крови на коже — и я стану одной из них. Я бы пошла с вами, не ради тебя или себя, а ради детей, детей которые тут заперты, ведь у них отобрали будущее. Но без меня у базы и настоящего не будет.

Я посмотрел на неё. Она пыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой, как разбитое зеркало.

—Поэтому я остаюсь. Но когда вернёшься, ты должен показать мне, что Арес — это не угроза. Иначе я не дам тебе материалов.

— Договорились, — ответил я, гулко опустив ящик посередине коридора.

Я хотел сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. Я просто кивнул и пошёл дальше, чувствуя её взгляд на своей спине.

Мы вышли из базы через час. Горх шёл впереди, я замыкал колонну. Тяжелые облака, повисли темными стражами, остатки света заливали пустынные улицы мертвенным сиянием, и казалось, что весь мир застыл в ожидании чего-то.

Тишина стояла такая, что слышен был каждый шаг. Каждый вдох. Но это была не та тишина, которая успокаивает. Та, которая заставляет прислушиваться, всматриваться в темноту, ждать чего-то, что может появиться в любой момент.

— Горх, — сказал я. — Не нравится мне это.

— Мне тоже, — ответил он, сжимая лук.

Мы прошли первый квартал. Всё было пусто. Слишком пусто. Ни одного зомби, ни одного звука. Только ветер гулял между разрушенных зданий, и где-то далеко — глухой, низкий гул, словно земля дышала.

А потом я заметил их.

Сначала я подумал, что это просто тени, игра света и тьмы. Но они двигались. Иначе, чем обычные зомби. Быстрее. Бесшумнее. Они стояли на крышах, в дверных проёмах, за углами — сотни маленьких фигур с неестественно длинными конечностями. Они не шатались. Они стояли неподвижно и смотрели на нас пустыми глазницами, и в их взгляде было что-то от древнего, голодного ужаса.

— Горх, ты видишь это? — прошептал я.

— Что? Ничего не вижу, — ответил он.

Я обернулся. Фигуры исчезли, словно их никогда не было. Только ветер и холод.

— Мне показалось, — сказал я, хотя не верил в это.

Мы двинулись дальше. Вскоре на стенах появились царапины — слишком глубокие, чтобы их оставили пальцы. Словно кто-то царапал бетон когтями. Я присел на корточки, провёл пальцем по борозде. Металлические частицы? Нет. Органические, но способное резать бетон.

— Смотри, — Горх указал в сторону разбитой витрины.

Там лежало тело. То, что от него осталось. Кожа была почти прозрачной, и сквозь неё просвечивали кости, искажённые, будто тело пыталось превратиться во что-то другое. Я никогда не видел таких зомби. Они не просто ходили — они эволюционировали. Адаптировались. Становились умнее.

— Что это такое? — прошептал Горх.

— Не знаю, — ответил я. — Но они здесь не просто так.

Мы пошли дальше. Но вопросы только множились, как тени, которые сгущались вокруг нас. Почему зомби стали другими? Что заставило их прятаться, а не нападать? И самое главное: кто или что ими управляет?

— Крис, — позвал я мысленно. — Ты видишь то же, что и мы?

— Вижу, — ответил он, через скорпиона— И да, я тоже не знаю, что это. Это не похоже на поведение обычных зомби. Словно кто-то их направляет.

— Кто?

— Если бы я знал.

Мы вышли на открытое пространство — старую площадь, заросшую травой. И там, в центре, стоял зомби, который смотрел на нас. Один. Он был выше остальных, его кожа была тёмной, почти чёрной, и на ней виднелись светящиеся прожилки, словно вены, наполненные светом. Он смотрел прямо на меня, и я понял, что он не просто зомби. Он — командир и он издал громкий утробный рев, от которого у меня побежали мурашки по спине.

— Уходим, — сказал я Горху. — Быстро.

Мы развернулись и побежали. И когда я оглянулся, я увидел, как площадь начала заполняться тенями. Они двигались к центру, как по команде, как рой, подчиняющаяся одному сигналу.

— Бежим! — крикнул я.

Мы мчались. Переулок. Завал. Прыжок.

На стене мелькнула царапина — глубокая, будто её оставили не когтями, а лезвием. Я не успел рассмотреть: тень метнулась из‑за угла, и я выстрелил, не целясь.

Тени не отставали. Их становилось больше — они вылезали из подворотен, с крыш, из разбитых окон. Только тихий шелест ног по асфальту, словно стая гигантских насекомых.

— Они нас окружают! — крикнул Горх, выпуская стрелу в ближайшую фигуру. Та рухнула, но на её месте появились две новые.

Я выстрелил из арбалета, потом ещё раз. Мы отступали к старому входу в метро — единственному месту, где можно было укрыться.

— Туда! — указал я.

Мы ворвались в тёмный вестибюль. Лестница уходила вниз, в темноту, которая казалась почти живой. Я успел заметить эскалатор, который давно не работал, и обвалившийся потолок. Но выбора не было.

— Горх, держи левый фланг! — крикнул я.

Гоблин развернулся, выпуская сразу три стрелы. Они нашли цели с идеальной точностью. Я прикрывал его спину, стреляя короткими очередями. Тени прорывались, но мы держались.

А потом земля дрогнула.

Сначала я подумал, что это обвал. Но дрожь нарастала, становилась тяжелее, глубже. С потолка посыпалась штукатурка, где-то в глубине треснул бетон. И тогда я увидел его.

Он появился из темноты туннеля. Огромный. Словно голем, слепленный из тел. Сотни, тысячи тел, спрессованных в одну массивную фигуру. Руки — из сплетённых конечностей, голова — из черепов, лица которых всё ещё двигались, будто пытались кричать. Он был выше автобуса. Его шаги сотрясали землю, и каждый шаг отдавался в груди, как удар колокола.

— Что это за чертовщина?! — Горх попятился, и я услышал в его голосе страх, который он пытался скрыть.

— Крис! — позвал я мысленно.

— Я не знаю, что это, — ответил тот. Его голос впервые дрогнул, даже сквозь динамики скорпиона я расслышал что-то похожее на страх. — Это не зомби. Это… огромный сгусток мертвой плоти.

Голем поднял руку — или то, что ею было — и с грохотом обрушил её на свод туннеля. Бетон треснул, и я увидел, как по потолку побежала паутина трещин. С потолка посыпались камни, и я понял, что перекрытия не выдерживают.

— В стороны, Крис защити Горха! — заорал я.

Но голем ударил снова. Удар пришёлся в пол у моих ног. Я почувствовал, как земля уходит из-под меня, как всё вокруг рушится. Трещина медленно разошлась, разрывая бетон, словно его резали гигантским ножом.

— Ник! — крикнул Горх, но его голос уже тонул в грохоте падающих камней.

Пол рухнул. Последнее, что я успел увидеть, — «Скорпион» на максимальной скорости бежал в сторону Горха, в моменте превращаясь в щит.

И я упал — в темноту, в холод, в пустоту. В лицо ударил затхлый, сырой воздух, пахнущий старой бумагой и пылью, будто здесь когда‑то хранили архивы забытых миров.

В темноте ничего не было видно. Я хотел защитить их. Я хотел удержать Ареса. Но, возможно, в этом мире есть существа пострашнее.

Я остался один. А за спиной вдруг кто‑то начал двигаться — медленно, тяжело, будто каждое движение давалось ему с трудом. И с каждым шагом воздух становился чуть холоднее, словно тьма сама по себе боялась того, кто шёл ко мне.

Глава 17 Архив

Я не мог подняться. Нога не слушалась. Боль пульсировала где-то в бедре, отдаваясь глухой волной в позвоночник. Вокруг — только темнота и моё собственное дыхание, слишком громкое в этой могильной тишине. Понадобилось несколько минут, чтобы глаза привыкли, и я начал хотя бы различать очертания.

Я лежал на бетонном полу. Где-то вверху, за толщей земли, остался Горх. И Крис — в теле «Скорпиона», который укрыл гоблина от обвала.

И тут на краю ощущений я заметил движение. Крупное. Живое. Оно было там, в темноте, метрах в пятнадцати от меня его увидел «Поиск жизни» в этом мире я часто его не использовал, смысл его использовать когда твои единственные враги – это нежить.

Я достал улучшенный фонарь мага. Свет ударил в темноту — и существо исчезло. Оно боялось света. Я поднялся, опираясь на стену. Нога болела, но все же я мог идти.

— Крис, — позвал я мысленно. — Как вы там?

Голос Криса прозвучал в голове — металлический, с лёгким шипением, будто он говорил через помехи:

— Мы вышли. Сражаемся. Горх держится.

— Вы только не умирайте, — сказал я. — Я в относительном порядке.

— Принято, — ответил Крис. — Мы постараемся к тебе спуститься. Держись.

Стены здесь были покрыты странными символами и рунами. Слабый свет фонаря вырывал их кусками, и пока никакой общей картины не было. Я присел, чтобы осмотреть ногу. Достал из инвентаря походный набор, начал перевязывать рану — глубокая царапина, но кость цела. Я затянул бинт потуже и уже собрался встать, когда...Моя голова резко откинулась назад.

Я услышал звук разрезаемого воздуха — тонкий, пронзительный свист, от которого волосы на руках встали дыбом. Я не видел, что это было. Я просто почувствовал, как что-то пронеслось в сантиметре от моего лица. Если бы не Арес, я бы уже лежал на полу с дырой в голове.

Мелкий пот мгновенно прошиб меня. Я выключил фонарь. Тьма сомкнулась вокруг, вязкая и тяжёлая. Я включил Поиск жизни на полную и пополз в сторону стены, к груде каменных обломков, и замер.

Оно двигалось там, во тьме. Бесшумно. Только лёгкий шелест, когда его тело касалось стен, хорошо, что я его чувствовал. Где-то вдалеке я услышал крики. Горх. Он всё ещё сражался наверху. Мне нужно было продержаться. Нужно было выжить. Я прижался к стене, сжимая в руке арбалет, и ждал.

Я слышал, как она приближалась. Лёгкий шорох её тела по бетону. Дыхание — хриплое, тяжёлое, голодное. Она шла на запах крови.

Я замер за обломком стены и ждал.

Она показалась из тени — массивная, с иглами на спине, длинной плоской головой и глазами, которые светились тусклым голодным огнём. Я включил фонарь прямо ей в лицо. Она зашипела, отпрянула, но не убежала — прищурилась, привыкая к свету, и снова двинулась вперёд.

Я выстрелил. Болт ударил в бок, но кожа оказалась толще, чем я рассчитывал, — он отскочил, оставив лишь царапину. В ответ — рык и удар иглой. Она пролетела в сантиметре от моего уха и вонзилась в стену за спиной.

— Хорошо, — выдохнул я, уворачиваясь от второй иглы.

Я начал замечать, как она двигается. Каждый раз перед выстрелом на её спине напрягались мышцы, сжимая полости у основания игл. Я видел это: мышцы сокращались, создавали давление, и игла вылетала как пуля.

Я включил фонарь и начал бить им по стенам, создавая хаотичные блики. Она замерла, не понимая, откуда исходит угроза. Я выстрелил в её глаз — болт попал в цель. Она взревела, ослепшая, и начала метаться, врезаясь в стены. Я уходил от её бросков, перекатываясь, прячась за обломками.

Когда она замерла, пытаясь принюхаться, я подошёл ближе. Я понял, что нельзя позволить ей уйти.

Я выхватил два болта из инвентаря и воткнул — не в глаз, не в ногу, а в два отверстия у основания игл на её спине, до конца не верил что это сработает. Болты вошли в полости, блокируя их изнутри. Давление, которое так долго копилось в них, теперь не могло выйти наружу.

Она взревела, дёрнулась, пытаясь вытащить их, но было поздно. Её собственное тело, её собственная сила, направленная против неё самой, начала разрывать её изнутри. Раздался глухой, влажный хлопок. Игла, забитая болтом, взорвалась изнутри, разрывая мышцы и кожу. Кровь и осколки костей брызнули на стены.

Она зашаталась и рухнула на колени.

Я подошёл ближе. Её дыхание стало прерывистым, она уже не пыталась встать. Я вонзил копьё в основание черепа, туда, где заканчивался позвоночник.

Она затихла.

Я стоял над ней, тяжело дыша, чувствуя, как адреналин начинает отпускать. Я убрал копьё, вытер рукавом лоб.

На поверхности Горх стоял в центре полуразрушенной площади, прикрываясь щитом, в который превратился «Скорпион». Тяжёлые облака нависали над городом, словно свинцовые плиты, давящие на горизонт. Сквозь них не пробивалось ни луча — только серый, мёртвый свет, словно обитель теней.

Горх сплюнул кровь — разбил губу, когда прыгал через завал.

— Ну и погодка, — сказал он, сжимая лук. — Я уже начинаю скучать по своему лесу.

— Сосредоточься, — ответил Крис через динамик «Скорпиона». — Сзади.

Горх развернулся, выпуская стрелу. Она вонзилась в голову ближайшей тени, и та рухнула с глухим стуком.

— Один есть! — крикнул он. — Но почему-то их не становится меньше.

На месте павшей тени появились две новые. Они двигались быстрее, их длинные конечности мелькали в сумерках, как пальцы гигантских насекомых. Гоблин чертыхнулся и бросился в сторону, перекатываясь через обломки стены.

— Крис, ты ведь можешь считать. Сколько их осталось? — спросил он.

— Четырнадцать, — ответил Крис. — Сейчас заново пересчитаю — тринадцать. Двенадцать. Одиннадцать....

— А можно пересчитывать про себя?!

— Это помогает мне не сойти с ума.

— Ты ИИ, у тебя нет ума!

— Вот именно, — ответил Крис, — поэтому я особенно ценю ту его часть, что у меня есть.

«Скорпион» выскочил из режима щита, трансформируясь в боевую форму. Его лазерный резак вспыхнул ярко-синим светом. Робот взлетел на стену, пробегая по вертикальной поверхности, словно по полу. Снизу к нему тянулись когтистые руки, но он уворачивался, разрезая их лазером.

— Горх, лево! — крикнул Крис.

Гоблин метнулся влево, и в то же мгновение «Скорпион» прыгнул с потолка, вонзая свои лапы в голову тени, которая подкрадывалась к Горху сзади. Лазерный луч пронзил череп существа, и оно рухнуло, дёргаясь в конвульсиях.

— Осталось одиннадцать, — сказал Крис. — Но одну я только что успокоил, так что десять.

— Ты издеваешься? — простонал Горх.

Он выхватил две стрелы из колчана и держал их как кинжалы. Когда очередная тень бросилась на него с крыши, он встретил её, вонзая заострённые наконечники прямо в грудь. Зелёная кровь брызнула на лицо гоблина, но он не остановился. Он вырвал стрелы и всадил их снова, разрывая плоть.

— Одна, и ещё одна, — он считал вслух. — Сколько там?

— Восемь, — ответил Крис. — Но одну я уже считал дважды, так что семь.

— Зачем ты считаешь дважды?!

— Я не хочу ошибиться.

Горх крутанулся, выпуская стрелу в ту, что подбиралась сбоку. Она вонзилась в глаз, и тень рухнула, не добежав до него и трёх шагов.

— Шесть, — сказал Крис. — Нет, пять. Ту, что слева, ты уже подстрелил, она просто медленно умирает.

— Она что, дышит ещё? — спросил Горх, перепрыгивая через ещё одну тень.

— Дышит. Но я бы не стал её считать.

«Скорпион» бегал по стенах, оставляя за собой светящиеся следы лазера. Он перепрыгивал с одной стены на другую, как настоящий паук, сбивая теней с пути и разрезая их на части. Горх сражался внизу, танцуя между обломками, стреляя, колотя стрелами как кинжалами и уворачиваясь от атак.

— Ты мог бы использовать щит и просто стоять, — крикнул Крис, разрубая очередную тень.

— Я — гоблин! — ответил Горх. — Мы не стоим на месте. Мы бегаем, прыгаем и иногда падаем. Это наш стиль!

— Твой стиль — спотыкаться.

— Твой стиль — быть железкой!

— А что, я нравлюсь себе, — сказал Крис. — Я цельнометаллический.

Горх прыгнул в сторону, уворачиваясь от когтей, которые разорвали воздух там, где он только что стоял.

— Не время для шуток!

— Кто шутит? — удивился Крис. — Я серьёзно. Я очень даже цельнометаллический.

Горх закатил глаза, но улыбнулся.

— Хорошо. Ты цельнометаллический. Но я — самый быстрый гоблин в этом мире.

— Это правда, не учтивая того факта, что ты единственный гоблин в этом ми...

В этот момент одна из теней прыгнула на стену за его спиной. Крис заметил её слишком поздно:

— Горх! Сзади!

Но гоблин уже развернулся, одновременно выхватывая стрелу и прогибаясь назад так, что когти прошли над его головой, не задев его даже на миллиметр.

— Теперь ты! — крикнул он и всадил стрелу прямо в челюсть тени, даже не прицеливаясь.

«Скорпион» подскочил, ловя падающее тело, чтобы оно не раздавило Горха, и отшвырнул его в сторону.

— Четыре! — крикнул Крис. — Осталось четыре! Или три, если считать ту, что упала и не встаёт.

— Ты вообще умеешь считать? — крикнул Горх, отбиваясь от ещё одной тени.

— Умею. Но иногда я считаю в уме, а вслух говорю только приблизительное число.

— Примерное число? — возмутился Горх. — Ты считаешь примерное число?!

И тут сквозь тучи пробился первый луч солнца.

Он был слабым, но достаточно ярким, чтобы заставить теней зашипеть. Они начали отступать, укрываясь в тени зданий. Свет разгорался, прожигая облака, и с каждой секундой становился ярче. Второй луч. Третий.

— Давай, солнце! — крикнул Горх, поднимая руки к небу. — Давай, жги их!

Тени взвыли. Их тела начали плавиться, будто от кислоты. Они бросались в разные стороны, но солнце заливало площадь, и им негде было спрятаться. Некоторые падали на колени, растворяясь в лужах чёрной жижи.

Горх стоял, тяжело дыша, сжимая в руках лук и последнюю стрелу. «Скорпион» замер рядом, его лазер погас.

— Всё… — прохрипел гоблин. — Они ушли.

Он опустился на колени, чувствуя, как дрожат руки. «Скорпион» подполз к нему, и из динамиков раздался голос Криса:

— Ты был великолепен.

— Я знаю, — ответил Горх, криво улыбнувшись. — Но теперь надо найти Ника.

— Он жив.

— Откуда ты знаешь?

— Я чувствую его. Он сейчас тоже сражается.

— Сражается? — переспросил Горх, поднимаясь. — О чём ты говоришь?

— Потом объясню. Сейчас — надо идти.

Горх посмотрел на небо. Облака рассеивались, и солнце заливало разрушенный город теплом.

Огромный зверь затих. И тут из груди существа начал подниматься светящийся шарик. Сначала тусклый, потом всё ярче — он медленно плыл вверх, пульсируя, словно живой. Я протянул руку, и шарик нырнул в ладонь, оставляя тепло.

Перед глазами вспыхнуло сообщение:

Получено ОР: 90.

Я моргнул. Девяносто очков за одного зверя — это было щедро.

Шарик принёс ещё кое-что. Из тела зверя, словно выталкиваемые невидимой силой, выпали иглы. Они лежали на бетоне, поблёскивая в свете фонаря, — двадцать штук. Каждая длиной с ладонь, тёмно-серая, с лёгким желтоватым отливом у основания.

Я подобрал одну. Лёгкая, прочная, с гладкой поверхностью и заострённым кончиком, который оставлял царапину на бетоне, стоило мне слегка надавить. На конце каждой иглы были едва заметные зазубрины — как у рыболовного крючка.

Я убрал их в инвентарь и тут я заметил ещё кое-что. Рядом с иглами лежал маленький тусклый шарик, почти невидимый в темноте. Когда я коснулся его, перед глазами вспыхнуло:

Получен навык: «Высвобождение давления».

Описание: Немагический навык, позволяющий создавать внутри тела временные полости, в которых накапливается давление, а затем высвобождать его с большой силой. Уровень навыка определяет количество полостей, объём давления и скорость восстановления. Требует высокой физической выносливости и контроля над телом. При неосторожном использовании возможны травмы.

Кажется я знаю, что можно с этим придумать.

— Потом, — сказал я вслух.

В этот момент я услышал шаги.

Я обернулся, готовый к бою.

— Ник! — голос Горха.

— Я здесь! — крикнул я в ответ.

Он появился из тени, сжимая в руке лук. За его спиной — «Скорпион» в боевом режиме. Гоблин был грязным, потным, но живым.

— Ты как? — спросил он, подходя ко мне.

— Живой, — сказал я. — А ты?

Я не успел договорить. Горх сделал шаг вперёд и с силой притянул меня к себе, ударившись лбом о моё плечо. Гоблинский жест — я уже знал это. Так они проверяют, жив ли другой. Не объятие, а удар, который должен был сбить с ног, если бы я был мёртв или слишком слаб.

— Я почти умер, — ответил я, чувствуя, как его пальцы впиваются в мою куртку.

— Почти не считается, — сказал он и отстранился. Его глаза были красными, но он улыбался. — Вставай, нам надо идти.

Я хотел сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. Вместо этого я кивнул, и мы пошли дальше.

Мы решили тут немного осмотреться, интересно почему под городом решили построить еще один, или этот город был первым? Пройдя ещё метров пятьдесят, мы так ничего путного и не нашли, только пустые комнаты и пыльные залы.

— Тут ничего нет, — сказал я.

Горх остановился около глухой стены в коридоре. Он прищурился, и я увидел, как его зрачки сузились.

— Есть, — сказал он тихо. — Я вижу швы.

Он подошёл к стене и провёл пальцами по её поверхности. В свете фонаря я увидел почти незаметные линии — прямоугольник, идеально вписанный в бетон. Кто-то очень хорошо замаскировал дверь. Убрав пыль мы заметили еще кое-что, табличка на которой было написано: «Архив. Доступ ограничен».

— Дай мне фонарь, — сказал Горх.

Я передал ему улучшенный фонарь. Он посветил вдоль швов, и я увидел то, что не заметил раньше: крошечные углубления по краям, похожие на пазы.

— Здесь была ручка, — сказал Горх. — Её сломали.

— Или спрятали, — ответил я.

Я подошёл ближе и провёл рукой по пазам. Внутри было пусто. Но я почувствовал, как моя ладонь нагревается — и в тот же миг раздался щелчок. Дверь чуть приоткрылась, я толкнул её. Тяжёлая, но податливая, она медленно отъехала в сторону, открывая проход в темноту.

— Как ты это сделал? — спросил Горх.

— Не знаю, — ответил я. — Но, кажется, она ждала нас.

Архив оказался небольшим помещением, но оно дышало историей. Голографические проекции тускло мерцали на стенах, создавая призрачные тени. Терминалы, покрытые слоем пыли, стояли в ряд, как молчаливые стражи забытых тайн.

В центре комнаты стоял массивный сервер. Он гудел ровно, ритмично, будто дышал. К нему вели десятки кабелей, уходивших в стены и потолок. На корпусе мигали индикаторы, показывая, что он всё ещё работает.

— Это что? — спросил Горх.

— Я не знаю, — ответил я.

Крис подполз к серверу и подключился к одному из портов. Через мгновение его голос раздался в моей голове:

— Это автономная система. Единственная задача — каждый день перезаписывать все данные в этом архиве. Сотни тысяч страниц. Снова и снова. Без остановки.

— Зачем?

— Потому что иначе они исчезают. Меняются. Это единственный способ сохранить информацию в первозданном виде. Бумага меняется. Терминалы перезаписываются. Только этот сервер, запускающий цикл каждые двадцать четыре часа, сохраняет данные стабильными.

Я подошёл к серверу. На его корпусе была гравировка:

«SIF-01. Истина не умирает. Она просто ждёт, пока её перепишут заново.»

Рядом с сервером стоял старый терминал, всё ещё работающий. На экране отображался список папок и файлов. Я открыл первую попавшуюся.

ДОКУМЕНТ SIF-001

ДАТА: 06.12.███

ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ: Аномалия памяти.

ОПИСАНИЕ: Зафиксированы случаи самопроизвольного изменения воспоминаний у 87% обследованных лиц. Объекты и события, которые, по мнению пациентов, имели место в прошлом, не находят подтверждения в официальных архивах. При этом архивные данные также демонстрируют нестабильность: записи меняются в течение нескольких часов.

Я перешёл к следующему файлу.

ДОКУМЕНТ SIF-012

ДАТА: 14.09.███

ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ: Изменение физических объектов.

ОПИСАНИЕ: Проведён эксперимент: камень массой 340 г помещён в герметичный контейнер с датчиками. Через 72 часа масса камня увеличилась до 358 г, цвет изменился с серого на тёмно-зелёный. Химический анализ показал изменение кристаллической решётки. Повторный эксперимент с контрольной группой из десяти камней дал аналогичные результаты: все образцы изменились по-разному.

Я пролистал дальше.

ДОКУМЕНТ SIF-047

ДАТА: 22.03.███

ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ: Предвестники.

ОПИСАНИЕ: Зафиксированы множественные случаи аномальных явлений, предшествующих крупным изменениям в структуре реальности. Внезапное изменение цвета листьев (зелёный → фиолетовый) в течение нескольких часов. Исчезновение птиц в радиусе 50 км. Странные звуки, исходящие из пустых зданий. Зафиксировано также изменение запахов: в ряде районов Прола полностью пропал запах дождя.

Я открыл следующую запись.

ДОКУМЕНТ SIF-053

ДАТА: 09.11.███

ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ: Нестабильность реальности.

ОПИСАНИЕ: Мы нашли доказательства того, что наш мир — симуляция. Физика слишком идеальна. Математика слишком предсказуема. Константы не меняются — но мы не знаем, сколько раз они менялись до этого.

Я поднял голову.

— Они знали, — сказал я. — Знали, что их мир меняется. Они создали этот архив, чтобы сохранить истину. Сервер перезаписывает записи каждый день, потому что иначе они исчезают.

Горх подошёл к серверу и провёл рукой по его корпусу.

— И он до сих пор работает, — сказал он. — Весь этот архив — это доказательства. Они зафиксировали всё.

Я начал листать записи дальше.

ДОКУМЕНТ SIF-089

ДАТА: 14.12.███

ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ: Изменение исторических записей.

ОПИСАНИЕ: Зафиксированы изменения в описаниях событий, произошедших более 500 лет назад. В одном из архивов появилась запись о войне, которой не было. В другом — исчезло упоминание о династии, правившей более 300 лет.

Я посмотрел на Горха.

— Они не знали, что это Раскол, — сказал я. — Они видели только предвестники. Они пытались сохранить правду, но не могли понять, что именно происходит.

Горх кивнул.

— Но они оставили нам это.

Крис отключился от сервера и подполз к нам.

— Сервер работает, — сказал он. — Программа стабильна. Все данные сохранены.

— Мы не можем забрать их, — сказал я. — Если мы выключим сервер, записи исчезнут. Бумага изменится. Единственный способ сохранить их — оставить сервер работать.

Я посмотрел на экраны, на стопки бумаг, на мерцающие проекции.

— Мы оставим это здесь. Для обитателей Прола это единственный достоверный источник информации об их мире.

Горх подошёл к стеллажу и провёл пальцем по корешку одной из папок.

— Они знали, что их мир изменится, — сказал он. — И они оставили нам это. Не для того, чтобы мы забрали, а чтобы мы знали.

Я кивнул. Мы нашли укромный уголок в глубине архива, за стеллажами с бумажными копиями. Здесь было тихо, только сервер мерно гудел в соседнем зале, переписывая записи. Горх опустился на пол, прислонившись к стене, и выдохнул.

— Ну что, босс, — сказал он, — время прокачиваться?

Я кивнул. Открыл интерфейс и посмотрел на свои характеристики.

Ник (3 уровень) [120/120]

СИЛА — 8

ЛОВКОСТЬ — 7

ИНТЕЛЛЕКТ — 7

ВЫНОСЛИВОСТЬ — 6

Навыки:

— Острый нюх;

— Поиск жизни;

— Магический дар;

— Гоблинский инженер;

— Мне нужно поднять уровень, — сказал я. — И внедрить пару навыков. Это займёт время.

Горх кивнул.

— Мне тоже, но давай ты первый. Я пока посижу, постерегу.

Я закрыл глаза и активировал повышение уровня.

Боль пришла не сразу. Сначала — тепло, разливающееся по телу. Потом — давление, будто кто-то сжимал меня изнутри. А затем — резкая, острая боль, пронзившая позвоночник. Я зашипел сквозь зубы, чувствуя, как мышцы сокращаются и расслабляются без моего контроля. Время растянулось, превратив минуты в часы. Где-то на границе сознания я слышал голос Горха, но не мог разобрать слов.

Вы достигли 4 уровня.

Доступно очков характеристик: 3.

Доступно слотов навыков: 1.

Я открыл глаза. Пот струился по лицу, руки дрожали. Я распределил очки: +1 сила, +1 выносливость, +1 ловкость. Тело наполнилось энергией, но боль не уходила — она трансформировалась, становясь более тупой, но глубокой.

Я сосредоточился на магическом даре. Внутри него открылся новый слот заклинаний. Я мысленно коснулся свитка с заклинанием телекинеза, который хранился в инвентаре с первой локации. Мир вокруг на мгновение потемнел, и я почувствовал, как новая нить вплетается в моё сознание. Лёгкое головокружение, и перед глазами вспыхнуло уведомление:

Заклинание «Телекинез» внедрено.

Описание: Способность управлять физическими объектами силой мысли. Уровень владения определяет размер объектов, массу и дистанцию воздействия.

— Осталось ещё одно, — выдохнул я.

Я достал тусклый шарик, который выпал из тела Хвоста. Он пульсировал в ладони, холодный и тяжёлый. Я сжал его и активировал внедрение.

Навык «Высвобождение давления» внедрён.

Описание: Немагический навык. Создаёт внутри тела временные полости, в которых накапливается давление, а затем высвобождает его с большой силой. Уровень навыка определяет количество полостей, объём давления и скорость восстановления.

Я почувствовал, как внутри ладоней разрывая ткани, начинают формироваться пустоты. Сквозь боль, я попытался настроить их. Полости в руках начали расширяться, наполняясь воздухом. Давление росло, и я понял, что могу контролировать его — когда отпустить, когда сжать.

— Интересно, — сказал я вслух.

Горх поднял голову.

— Что?

— Я могу управлять давлением в руках, — ответил я. — Если я сделаю специальную рукоятку, которая будет подходить под эти отверстия, я смогу использовать его как оружие. Без пороха, без электроники. Просто механика.

Я резко выпустил воздух, чувствуя, как полости схлопываются, рука буквально отлетела назад, сжатый воздух с громким хлопком разбросало мусор передо мной

— Пистолет, — сказал я. — Я сделаю пистолет, который стреляет давлением воздуха.

Я поднялся, чувствуя, как боль медленно отступает. Характеристики изменились, тело стало легче, а мышцы — крепче.

Ник (4 уровень) [0/150]

СИЛА — 9

ЛОВКОСТЬ — 8

ИНТЕЛЛЕКТ — 7

ВЫНОСЛИВОСТЬ — 7

— Теперь твоя очередь, — сказал я, глядя на Горха.

Гоблин кивнул. Он достал из инвентаря небольшой светящийся шарик и сжал его в ладони.

— Отец говорил, что это будет ждать меня, — сказал он тихо. — Он сказал, что когда придёт время, я узнаю. И что это будет больно.

Он закрыл глаза и активировал навык.

Внедрение длилось дольше, чем я ожидал. Горх сидел неподвижно, его лицо было напряжённым, пальцы сжимались и разжимались. Я видел, как под его кожей пробегают судороги, как мышцы сокращаются без его контроля. Он не издал ни звука, но его дыхание стало тяжёлым, прерывистым.

Прошла минута. Две. Горх открыл глаза — они были мокрыми от слёз, которые он не мог сдержать.

— Это было… тяжело, — сказал он.

— Что это?

— «Боевой транс», — ответил он, вытирая лицо. — Отец подготовил его для меня. Он знал, что я буду не готов получить его так, как другие. Он хотел, чтобы я был сильнее.

Он поднялся на ноги и сделал несколько шагов. Его тело двигалось более резко, более уверенно.

— Он усиливает всё: силу, скорость, реакцию, выносливость. На короткое время. А после — слабость и отдых.

Он посмотрел на меня, и в его глазах горела та самая искра, которую я видел только в самые важные моменты.

— Но мне нужно научиться им управлять. И я справлюсь.

— Я знаю, — сказал я.

Мы вышли из архива. У нас не было ОР для покупок. Совсем.

— Нам нужно фармить, — сказал я.

Горх усмехнулся.

— Тогда пошли охотиться на теней.

Мы двинулись в сторону разрушенного центра. Мы затаились за грудой бетонных обломков и начали охоту.

— У них есть проблема, — сказал Горх, глядя на ульи.

— Какая?

— Они боятся солнца. Смотри.

Он указал на улей, который стоял в тени высокого здания. Тени двигались внутри, но никто не выходил наружу, пока солнце стояло высоко.

— Значит, мы можем использовать это, — сказал я. — Если мы сделаем дыру в их доме, солнце зальёт их светом. Они не смогут прятаться.

Горх усмехнулся.

— Ты хочешь сделать дырку в улье?

— Да. И посмотреть, что будет.

Мы подобрались к ближайшему улью. Он был построен из обломков зданий и металла, похожий на гигантское гнездо. Я достал арбалет и прицелился в самую слабую точку — там, где стена была тоньше.

— Ты уверен? — спросил Горх.

— Нет, — ответил я. — Но это интересно.

Я выстрелил. Болт пробил стену улья, оставляя небольшое отверстие. Через него проник свет, и внутри раздался визг. Тени задвигались, пытаясь закрыть дыру, но было поздно.

Горх засмеялся.

— Это сработало!

— Быстро, лови их, — крикнул я.

Солнечный луч пронзил улей, как копьё. Внутри раздался визг — нечеловеческий, дробный, похожий на треск ломающегося стекла. Тени заметались, пытаясь закрыть пробоину, но свет уже заливал их убежище, выжигая тьму, в которой они прятались.

Первая тень вырвалась наружу.

Она была быстрее других — её конечности двигались рывками, словно у сломанной куклы. Горх выстрелил раньше, чем я успел прицелиться. Стрела вонзилась в голову тени, и та рухнула, рассыпаясь в чёрную пыль на бетон. Из её груди выплыл светящийся шарик, который я поймал на лету.

Получено ОР: 6.

— Хороший выстрел, — сказал я.

— Лучший, — ответил Горх, уже натягивая следующую стрелу.

Тени вылезали из улья, как осы из разорённого гнезда. Они были злыми, голодными и ослеплёнными. Свет делал их медленнее, но ярость придавала им сил. Мы отступали к обломкам зданий, используя их как укрытие.

Я выстрелил в одну, Горх в другую. Его стрелы летели с нечеловеческой точностью — каждая в голову, каждая в сердце. Мои болты тоже не пролетали мимо, но я стрелял медленнее, чаще промахиваясь. Горх заметил это и усмехнулся:

— Тебе нужно больше практики, босс.

— Я знаю, — ответил я, перезаряжая арбалет.

Мы охотились долго. Час за часом. Мы пробивали дыры в ульях, и тени выбегали, ослеплённые светом. Мы встречали их градом стрел и болтов. Усталость накапливалась, но мы не могли остановиться.

Иногда из теней выпадали странные предметы. Они светились разными цветами, и каждый раз мы выбирали: забрать ОР или активировать предмет. Чаще всего мы брали ОР — они были ценнее.

Но иногда предметы оказывались полезными.

«Беговые сапоги», — прочитал я, поднимая один из них. — «Заглушает звук шагов. Увеличивает скорость передвижения на 10 % ночью. Активация: просто надень».

Я надел их. Они оказались удивительно лёгкими, будто я снял с ног лишний груз. Шаги стали почти бесшумными.

— Хорошая вещь, — сказал Горх, глядя на мои ноги. — Теперь ты не как слон в лесу.

— Это комплимент? — спросил я.

— Это факт.

Я усмехнулся.

Горх тоже нашёл что-то полезное. Он поднял кожаный свёрток, развернул его, и в его руках оказались три метательных кинжала. Лезвия были тёмными, почти чёрными, с золотыми прожилками по краям. Горх подбросил один, и тот поймал его, даже не взглянув.

«Набор метательных кинжалов», — прочитал я. — «Три кинжала в кожаных ножнах. Увеличенная дальность броска и точность. Активация: кинжал всегда возвращается в руку после броска».

— Это моё, — сказал Горх, пряча их в ножны на поясе.

Остальные предметы мы не брали. Мы отказывались от них, предпочитая ОР.

Солнце садилось, и тени становились злее, будто знали, что скоро им придётся прятаться. Мы пробивали дыры в ульях до тех пор, пока руки не начали дрожать от усталости, а в инвентаре не набралось достаточно ОР. Пора выдвигаться в сторону магазина.

Системный магазин Прола оказался не просто зданием. Это был небоскрёб. Огромный, стеклянный, он возвышался над руинами города, сияя голубоватым светом. На его фасаде вдруг высветилась надпись:

«Системный магазин Прола»

Мы подошли к входу. Двери разъехались в стороны, и мы вошли внутрь.

Вестибюль был огромным. Стеклянные стены пропускали свет, и казалось, что мы находимся внутри светящегося шара. Терминалы стояли рядами, но работал только один — в центре зала.

Я подошёл к нему. Экран засветился.

Системный магазин Прола (3/3 доступ)

Добро пожаловать, Искатель. Ассортимент адаптирован под условия вашей локации.

Терминал высветил ассортимент, но я не вчитывался: названия сливались в мерцающую строку, а глаза цеплялись только за цифры. «Кристаллы ИИ… обычные и улучшенные…» Остальное подождёт. В целом ассортимент был практически идентичным с магазином Леса Инкег, но я заметил один раздел который я еще не видел:

Артефакты:

Искра восприятия — 30 ОР (1 шт)Камень возврата — 45 ОР (1 шт)Кристалл ИИ (обычный) — 25 ОР (10 шт)Кристалл ИИ (улучшенный) — 50 ОР (5 шт)

Я посмотрел на наши ОР. Мы накопили ровно столько, сколько нужно.

— Давай считать, — сказал я.

Горх кивнул.

— Два улучшенных кристалла — для Ланы и Марка. Это 100 ОР.

— И 7 обычных кристалла для тех, кто будет следующим. Это ещё 175 ОР.

— Итого — 275, — сказал Горх. — У нас пока на двоих около 290

Я выбрал два улучшенных кристалла и 7 обычных и на сдачу купил для одного ушастого принца Усиленный колчан. Терминал подтвердил покупку, и светящиеся кристаллы появились в моих руках. Я убрал их в инвентарь.

— Это всё, — сказал я.

Горх посмотрел на меня.

— Ок, выдвигаемся обратно?

— Да, но по пути назад посетим один склад на который дал наводку наш завхоз. И я про тебя не забыл, держи, – с этими словами я кинул Горху усиленный колчан.

Мы вышли из небоскрёба. Солнце опускалось за горизонт, и тени начали выходить из своих ульев, увидев это мы синхронно развернулись и пошли обратно, переночуем пока внутри магазина.

Глава 18 Возвращение

Мы не пошли к терминалу. Лимит берегли, да и ОР нет. Вместо этого поднялись на второй этаж небоскрёба — в просторный холл с панорамными окнами, открывавшими вид на город.

Здесь было пусто и тихо. Только несколько кресел, покрытых слоем пыли, и стойки, за которыми когда-то работали служащие. Время будто стёрло следы их присутствия, оставив лишь намёк на прошлую суету.

— Здесь будем ночевать, — сказал я, опуская рюкзак на пол.

Горх огляделся, хмыкнул и плюхнулся в кресло. Пружины скрипнули, подняв облачко пыли.

— Да уж, — протянул он, отмахиваясь от неё рукой. — Лучше, чем бетонный пол в архиве.

Я подошёл к окну. За стеклом простирался разрушенный город, тонущий в наступающей темноте. Вдалеке виднелись ульи теней — тёмные, пульсирующие, будто живые. Солнце уже почти село, и тени начали выходить из своих убежищ, медленно заполняя улицы.

Я поднял взгляд к потолку. Там горели длинные светодиодные лампы, которые излучали в том числе слабый ультрафиолетовый свет. Не думал, что забота об офисных растениях когда-нибудь спасет нам жизнь.

— Теперь я понимаю, почему магазин не тронут, — пробормотал я.

— Значит, мы в безопасности? — спросил Горх, поудобнее устраиваясь в кресле.

— По крайней мере, на ночь.

Горх зевнул, растянулся, но лук из рук не выпустил. Я заметил, как его пальцы всё ещё сжимают дерево, даже когда веки тяжелеют.

— Крис, — позвал я мысленно. — Ты останешься охранять?

Голос Криса прозвучал в голове — спокойный, ровный, без лишней интонации:

— Я не сплю, Ник. Я буду следить.

— Спасибо.

Я лёг на пол, подложив под голову рюкзак. Усталость навалилась мгновенно — тяжёлая, густая, как смола, затягивающая в себя все мысли. Я закрыл глаза и провалился в темноту.

Я проснулся от запаха.

Холодный, металлический, будто кто-то вытер воздух тряпкой, пропитанной кровью и ржавчиной. Горх стоял у окна, и я видел, как его плечи сжимаются и разжимаются в такт дыханию. Он не обернулся, когда я подошёл. Он просто смотрел вниз, и его пальцы сжимали лук с такой силой, что суставы побелели.

— Ты слышишь? — спросил он шёпотом, не оборачиваясь.

Я прислушался. Сначала ничего. Потом — скрип. Низкий, протяжный, будто кто-то водил ногтем по стеклу. Я подошёл к окну и посмотрел вниз.

Стекло было холодным. Почти ледяным.

Тени гуляли. Одна из них — сгорбленная, с длинными руками — делала круги по площади. Её шаги были медленными и тягучими, будто она шла по вязкой грязи. Поводок, который она держала, уходил в пустоту — на другом конце ничего не было. Она натягивала его, ждала, наклонялась, как будто гладила невидимое существо. Потом снова шла. Ровно десять шагов. Остановка. Наклон. Снова десять шагов.

Другая катила коляску. Пустую. Она двигалась плавно, держа руки так, будто везла самое ценное, что у неё было. Иногда она останавливалась, поправляла одеяло, которого не было, наклонялась к пустоте и что-то шептала. Я не слышал слов, но видел, как шевелятся её губы. Её улыбка была слишком тёплой для существа без лица.

Запах стал сильнее. Металл, пыль, время. Я чувствовал его через стекло, через бетон, через всё, что разделяло нас.

— Они просто ходят, — сказал Горх, и в его голосе впервые за долгое время я услышал дрожь. — По кругу, снова и снова

— Я вижу, что нам делать?

— Не знаю, Ник. — Он повернулся ко мне, и я увидел его глаза. Они были широкими, почти безумными. — Они же не смогут войти?

Я не ответил. Я снова посмотрел вниз.

Одна из теней — та, что катила коляску — остановилась прямо у входа в башню. Она подняла голову и уставилась на окно. Её лица не было видно, но я знал — она видит нас.

Она сделала шаг вперёд.

Горх дёрнулся, его рука потянулась к двери.

— Нет! — я схватил его за плечо.

— Она идёт сюда! — он попытался вырваться. — Я не дам ей войти! Я выйду и…

— И! — я развернул его к себе. — Ты выйдешь, и они схватят тебя. Ты не знаешь, сколько их там.

Он замер. Его грудь тяжело вздымалась, глаза метались от меня к окну и обратно.

— Они стучат, — прошептал он. — Я слышу, как они стучат. Ты слышишь?

Я прислушался.

И услышал.

Тук-тук-тук.

Медленно, ритмично. Как будто кто-то стучал костяшками пальцев по стеклу. Но не в одном месте — по всему окну. Сначала слева. Потом справа. Потом сверху. Тени начали подходить к зданию, одна за другой, и каждая из них поднимала руку и стучала в стекло.

Тук-тук-тук.

Они не пытались разбить его. Они просто стучали, как будто ждали, что мы откроем.

— Они не могут войти, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Свет держит их на расстоянии. Они не могут пересечь границу.

— Все равно стрёмно, мне проще сражаться, а не наблюдать — Горх сжал лук так сильно, что я услышал, как скрипит дерево. Что будет если решат войти?

Я не знал ответа.

Одна из теней резко прыгнула к нашему окну, на втором этаже. Высокая, в длинном плаще. Её лицо было скрыто капюшоном. Я чувствовал, как она смотрит на меня, хотя у неё не было глаз.

Она подняла руку. Медленно. Торжественно.

И начала рисовать.

Её коготь скользил по стеклу, оставляя за собой белую царапину. Линия, другая, дуга. Я смотрел, как рождается рисунок. Улыбка. Смайлик. Обычный, человеческий смайлик, какой рисуют дети в школе.

Она отдернула руку. Подняла голову. И улыбнулась. Её лицо было пустым, а улыбка была слишком широкой, слишком правильной. После этого она спрыгнула вниз.

Горх выдохнул. Я не знал, что он задерживал дыхание.

Я снова посмотрел на смайлик. Он был кривым, почти детским. Но в нём было что-то неправильное. Что-то, от чего по спине пробежал холод.

Он отвернулся от окна и отошёл вглубь комнаты. Его руки дрожали.

— Я не сплю, пока мы не уйдём, — сказал он, садясь на пол и прижимая лук к груди.

— Я тоже, — ответил я.

Мы сидели всю ночь в тишине, прислушиваясь к стуку за окном, который становился всё тише, пока не исчез совсем. Только смайлик на стекле улыбался нам всю ночь и да, это была долгая ночь.

Когда первые лучи солнца начали пробиваться, я поднялся на ноги. Ноги затекли, спина болела, но я заставил себя двигаться.

— Пора, — сказал я.

Горх поднялся молча. Его глаза были красными, но в них горела решимость. Он подошёл к окну и посмотрел на смайлик.

Мы вышли из небоскрёба. Солнце уже поднялось, но его лучи были бледными, разбавленными пеленой облаков. Тени исчезли — они вернулись в свои ульи, прячась от света. Улицы были пусты, и только смайлик на стекле напоминал о том, что мы не одни. Он улыбался нам вслед, кривой и неправильный.

— Сначала склад, — сказал я, — Крик говорил, что это старая корпорация, которая занималась созданием Проллиума. Если нам повезёт, там будут и нейроинтерфейсные модули.

— Если нам повезёт, — повторил Горх. Он поправил лук на плече и посмотрел на меня. — С тобой, босс, это слово звучит всё реже.

Мы двинулись в путь.

Город просыпался медленно. Где-то вдалеке слышался гул — возможно, ветер, возможно, что-то другое. Я старался не думать о том, что это могли быть тени, которые не ушли в ульи. Мы шли по разрушенным улицам, перепрыгивая через трещины в асфальте, обходя груды обломков.

Металлический запах постепенно уходил. Его сменял другой — запах пыли, сырости и времени. Я чувствовал, как он оседает на коже, проникает в лёгкие. Часов пять спустя, пейзаж за окном полностью изменился, мы вошли в промзону, всюду стояли склады и производственные базы.

— Мы почти на месте, — сказал я, сверяясь с координатами. — И да у нас гости, на три часа.

— Я даже почти рад их видеть, идите к Горху, Горх хороший

Мы увидели, за повором группу из нескольких зомби, они шли медленно. Горх прицелился и выстрелил, не говоря ни слова. Стрела вошла в глаз первому зомби. Я уже держал "Шторм удачи" наготове, и второй выстрел нашёл цель. "Как тебе новый колчан!" — крикнул я, перезаряжаясь. Горх усмехнулся в ответ, и мы двинулись дальше, оставляя за спиной тела, которые уже не встанут.

Склад оказался старым, полуразрушенным зданием, окружённым высоким забором. Металлические ворота были закрыты, но мы нашли лаз в стене — узкую щель, заросшую сорняками.

— Сюда, — сказал Горх, протискиваясь в щель первым.

Внутри было темно. Воздух был тяжёлым, пропитанным пылью, маслом и временем. Казалось, что здесь всё было так, как оставили много лет назад — словно работники просто вышли на обед и никогда не вернулись. Я включил фонарь, и луч света выхватил из тьмы ряды стеллажей, заваленных деталями, проводами и инструментами.

— Нам нужно найти Проллиум и нейроинтерфейсный модуль, — сказал я, оглядываясь.

— Крис, будь добр, подключись к местной сети и просмотри инвентаризационные каталоги.

Из динамиков «Скорпиона» раздался голос Криса. Он звучал чуть более напряжённо, чем обычно — даже ИИ не любил, когда его заставляли взламывать системы с неизвестными протоколами.

— Уже работаю. Сканеры показывают, что склады частично сохранились, но силовая сеть давно отключена. Дайте мне минут десять — тут всё ещё работают защитные протоколы, и они недружелюбны к неавторизованным подключениям. И будьте осторожны: наши метки могут тут не помочь. Это это корпоративная территория, обычным гражданам сюда нельзя.

— Понял, — ответил я. — Примерное направление скинь, мы пока двинемся.

Крис скинул на мой интерфейс схему склада с отмеченной зоной.

— Там, где отмечено зелёным, — сказал он. — Там, скорее всего, лежит Проллиум. Нейроинтерфейсные модули должны быть в технической зоне. Но не расслабляйтесь — система безопасности склада не отключена полностью. Она просто... ждёт.

Мы двинулись вглубь склада. Стеллажи становились всё выше, коридоры — уже. Пол был покрыт слоем пыли, и каждый шаг оставлял чёткий след. Где-то вдалеке слышался звон капель, падающих с потолка.

— Нейроинтерфейсный модуль, ближе — сказал я, разглядывая схему. — По словам Криса, они должны быть в технической зоне.

Мы двинулись дальше, и вскоре стеллажи расступились, открывая просторный зал, заставленный рядами машин. Погрузчики. Гигантские механизмы с кабинами, похожими на коконы, и манипуляторами, которые когда-то поднимали ящики с грузами. Они стояли рядами, как спящие титаны.

— Это похоже на то, что нам нужно, — сказал Горх, оглядываясь.

— Крис, здесь есть нейроинтерфейсный модуль? — спросил я.

Крис помедлил с ответом, и я услышал, как его алгоритмы перебирают данные.

— Да. Но не в шкафах. Модули устанавливались в костюмы пилотов погрузчиков — для прямой нейросвязи с машиной. Вам нужно найти один из таких костюмов. Судя по инвентарю, они должны быть в кабинах.

Я посмотрел на ряды погрузчиков. Машины были огромными, с кабинами, закрытыми герметичными люками.

— Нам нужен один, в котором сохранилась система питания, — ответил я. — Если костюм неисправен, модуль может быть бесполезен.

Мы начали проверять погрузчики один за другим. Первый был мёртв — никаких признаков жизни. Второй тоже. Третий... Я услышал слабое гудение.

— Здесь есть питание, — сказал я, прикасаясь к корпусу погрузчика. — Слабое, но есть.

— Отлично, — сказал Горх. — Как нам открыть люк?

— Нужно подзарядить систему. Крис, есть возможность подать питание на этот погрузчик?

— Минуту, — ответил Крис. — Я переключу резервные линии. Но это займёт время и привлечёт внимание, если система безопасности ещё работает.

— Делай.

Я слышал, как «Скорпион» подключился к терминалу рядом с погрузчиком. Где-то в глубине склада раздался щелчок, и в кабине зажглись тусклые огни. Герметичный люк медленно приоткрылся, издавая протяжный скрип, похожий на стон.

— Готово, — сказал Крис. — Модуль должен быть внутри, в системе жизнеобеспечения костюма.

Я подошёл к кабине и заглянул внутрь. Там, на кресле пилота, сидел человек в древнем защитном костюме. Он не двигался. Я подумал, что он давно мёртв — возможно, с самого Раскола. Я начал осторожно открывать люк, чтобы добраться до модуля на шлеме. Но как только я прикоснулся к замку, внутри кабины раздалось шипение. Я замер.

И вдруг человек в кресле дёрнулся. Его руки, сжатые в кулаки, разжались. Его голова медленно повернулась ко мне. Глаза — пустые, белые, без зрачков — уставились прямо на меня.

— Горх! — крикнул я, отшатываясь назад.

Но было поздно. Зомби — тот, кто когда-то был пилотом погрузчика — вырвался из кабины, и его руки с неестественной силой схватили меня за плечи. Я почувствовал холод его пальцев сквозь одежду и оттолкнул его, перекатываясь назад. Зомби зашипел, и его голова дёрнулась снова, будто он не понимал, что происходит.

Горх выстрелил. Стрела вонзилась прямо в череп зомби, и тот замер, падая на бетонный пол.

— Что это было? — спросил Горх, подходя ближе.

— Зомби в костюме пилота, — ответил я, вытирая руки. — Он был заперт там всё это время. Когда мы подали питание, он ожил.

— Теперь он мёртв.

— Да. Но модуль, надеюсь, цел.

Я наклонился над телом зомби. Его руки всё ещё медленно двигались, но я аккуратно отстегнул шлем Внутри, под слоем пыли и старой ткани, лежал нейроинтерфейсный модуль. Идеально сохранившийся.

— Есть, — сказал я, вынимая модуль. Он был компактным, с тонкими контактами на одном конце. Я убрал его в карман.

— Теперь Проллиум, — сказал Горх. — Где он?

Крис подключился к интерфейсу и показал на схеме отметку.

— Проллиум должен быть в конце производственной линии. Там, где была финальная обработка материала. Но будьте осторожны: судя по данным, часть склада была законсервирована. Там может быть что угодно.

Мы двинулись вдоль линии. Ряды стеллажей сменялись конвейерами и станками. Чем дальше мы шли, тем больше становилось тишина. Наконец мы дошли до огромного пустого зала. В центре стояли несколько контейнеров, а рядом с ними — массивный сейф.

Я подошёл к контейнерам. Внутри лежали пластины Проллиума — несколько килограммов готового материала, поблёскивающего в свете фонаря. И самое интересное он был системным.

— Это то, что нам нужно, — сказал я, убирая слитки в инвентарь.

Но остальное было заперто в сейфе, за металлическим ограждением, перемахнув через него я подошёл к сейфу и увидел кодовый замок.

— Вот чёрт, — сказал я. — Нужен код.

— Крис, — позвал я. — Есть возможность взломать замок?

Крис подключился к интерфейсу сейфа и начал перебирать комбинации.

— Потребуется время. Код, судя по всему, четырёхзначный. Я могу попробовать перебрать варианты, но это займёт несколько минут.

— Делай.

Пока Крис работал, мы с Горхом стояли, прислушиваясь к тишине. Где-то вдалеке слышалось тихое гудение, но я старался не обращать на него внимания. Крис прервал тишину:

— Есть. Код 1974.

Я ввёл код. Внутри раздался щелчок, и дверца сейфа медленно приоткрылась, затем дверь с хлопком закрылась и прозвучал громкий прерывистый сигнал.

Затем тихое гудение, которое становилось всё громче.

— Горх, — сказал я. — Пригнись.

Роботы появились из темноты, они были размером с маленький автомобиль, торс с двумя лучевыми пушками, манипуляторами увенчанными длинными «пальцами», а двигались они за счет гусенченого трака. Их было трое, и они двигались быстро — их гусеницы бесшумно скользили по бетону.

Крис, занятый расшифровкой, не успел предупредить.

Они атаковали мгновенно. Один из них бросился на меня, его лезвие просвистело в воздухе. Я едва успел увернуться, но робот налетел снова. Я активировал «Гоблинский инженер», но было поздно — я не успевал перехватить управление. Меня резко толкнули, лезвие прошло буквально в сантиметре от моего лица.

Удар попал Горху в живот, я услышал крик, и сердце замерло.

— Нет! — крикнул я, бросаясь к нему.

Горх упал на бетон. Из его живота сочилась зелёная кровь, расплываясь по полу тёмным пятном. Он даже не успел встать. Я подбежал к нему, но он уже не двигался. Его глаза были открыты, но они были пустыми. Потеря сознания.

Я заорал. Не от страха — от ярости. Я на эмоциях потратил все ОР которые у меня оставались и активировал навык «Гоблинский инженер» на полную мощность, врываясь в сознание роботов. Я видел их протоколы, их линии кода, их слабые места. Я буквально разорвал их управляющие цепи, за моей спиной послышался грохот, роботы падали и искрились, а на на них даже не смотрел.

Я подхватил Горха, чувствуя, как его тело обмякло в моих руках. Он терял кровь слишком быстро.

— Крис! — крикнул я. — Нам нужно уходить!

— Погрузчик! — ответил Крис. — Тот, который мы активировали. Сажай Горха в кабину. Я возьму управление на себя.

Я потащил Горха к погрузчику. С трудом затащил его в кабину, уложил на кресло пилота, туго затянул ремни. Зелёная кровь, оставляла следы на его одежде и на моих руках.

— Гони Крис, — крикнул я, запрыгнув на спину Погрузчика .

Погрузчик уже ревел двигателем. Крис активировал систему, и я почувствовал, как машина оживает подо мной.

— Я забрал сейф, — сказал Крис, и я услышал, как манипуляторы сомкнулись на металле. — Погрузчик справится.

— Когда ты успел? — удивился я, оглядываясь. Манипуляторы уже держали сейф, и я даже не заметил, как он это сделал.

— Пока ты пристегивал Горха. Я просчитал — риск оправдан.

Я не стал спорить. Горх был важнее. Погрузчик натужно повернулся и мы буквально проломили стену склада, вылетая наружу, и я держался на спине погрузчика, чувствуя каждый толчок.

Погрузчик нёсся по разрушенным улицам, и я чувствовал каждую кочку, каждый камень, который летел из-под его гусениц. Сейф, зажатый в манипуляторах, глухо бился о землю, оставляя за нами глубокие борозды. Я держался на спине погрузчика, вцепившись в корпус. Ветер бил в лицо, смешиваясь с пылью и запахом масла. Горх не двигался в кабине. Я слышал его дыхание, слабое и прерывистое.

— Крис, — крикнул я, стараясь перекричать ветер. — Свяжись с базой. Скажи Лане, чтобы готовила медиков. Мы везём раненого.

— Уже, — ответил Крис. — Я вызываю их по коммуникатору.

Я услышал, как в динамиках «Скорпиона» раздался голос Криса:

— База, это Крис. Мы возвращаемся. Горх ранен, тяжело. Повторяю: Горх ранен. Приготовьте капсулу и медиков. Мы будем через десять минут.

На мгновение повисла тишина. Потом голос Ланы, напряжённый, но собранный:

— Принято, Крис. Мы готовим капсулу. Ждём вас. Держитесь.

Я почувствовал, как внутри что-то сжалось. Она не спрашивала, что случилось. Она просто делала то, что должна была. Мы добрались до базы за восемь минут.

Лана и Марк уже ждали у ворот. Рядом с ними стояли двое с носилками. Я спрыгнул с погрузчика, не чувствуя ног, и побежал к кабине.

— Быстрее! — крикнул я. — Он потерял много крови!

Они подхватили Горха, уложили на носилки. Я бежал рядом, не отрывая от него глаз.

Капсула гудела, голубой свет заливал тело Горха. Я смотрел, как его дыхание выравнивается, как показатели становятся стабильными. Но он не просыпался, его отправили в палату.

Час. Два. Я сидел у его койки, держа его за руку. Он не двигался.

— Почему он не приходит в себя? — спросил я у Ланы.

— Он потерял много крови, — ответила она. — Тело восстанавливается, но это займёт время. Ему нужен отдых.

Я вышел в коридор. Крис ждал меня в «Скорпионе» у стены. Я подошёл к нему.

— Зачем ты забрал сейф? — спросил я. — Мы могли оставить его там.

— Я просчитал риски, — ответил Крис. — Шанс, что мы сможем вернуться за ним, был минимален. А без Проллиума и нейроинтерфейса твой план с Аресом не сработает.

— Но Горх…

— Я знаю. Но я также знаю, что без этих материалов он может умереть в следующий раз. Я сделал выбор.

Я хотел возразить, но слова застряли в горле. Он был прав. Формально. Я ненавидел это, но он был прав.

— Ты мог предупредить меня.

— Ты был занят. Ты пытался спасти Горха. Я не хотел отвлекать тебя.

Я замолчал. В коридоре было тихо, только гул генератора и тихое дыхание Горха из палаты.

— Я ненавижу, когда ты прав, — сказал я наконец.

— Я знаю, — ответил Крис. — Но это не меняет того факта, что я прав.

Я почти улыбнулся. Почти.

Я вошел в палату к Горху, Крис остался в коридоре. Через некоторое время Марк подошёл ко мне. Он сел на соседний стул и долго молчал. Потом он заговорил, и его голос был тихим, но твёрдым:

— Я хочу сказать тебе спасибо, Ник.

— За что? — спросил я, не поворачивая головы.

— За всё, — ответил он. — Ты появился неизвестно откуда, спас нашу базу, дал нам надежду. Ты принёс нам кристаллы. Ты сделал нас Искателями. Ты дал нам шанс.

Я повернулся к нему. В его глазах я видел искренность, которая заставила меня замолчать.

— Мы не забудем этого, — продолжал он. — Пролл был мёртвым городом, Ник. Мы выживали, но не жили. А теперь… теперь у нас есть будущее. И это благодаря тебе.

— Я не сделал ничего особенного, — сказал я. — Я просто делал то, что должен был.

— Именно это и делает тебя особенным, — ответил Марк. — Ты не ищешь благодарности. Ты просто делаешь то, что правильно.

Он встал и положил руку мне на плечо.

— Мы не забудем этого. Никогда.

Он ушёл, оставляя меня одного с Горхом.

Я смотрел на его лицо и думал о том, что сказал Марк. О том, что мы дали им надежду. О том, что Пролл теперь не просто выживает, а начинает жить.

И в этот момент я почувствовал, как пальцы Горха сжали мою ладонь. Сначала слабо, почти невесомо. Потом сильнее.

Горх открыл глаза, но не заговорил. Его дыхание было слабым, а голос — хриплым. Он попытался приподняться, но я мягко удержал его за плечо: "Лежи. Ты ещё слаб". Горх кивнул, и я увидел, как его пальцы сжимают мою ладонь — сильнее, чем в прошлый раз.

Я сжал его руку в ответ. Мы были живы. И мы ещё не закончили.

Глава 19 Принятие

День начался с того, что я снова зашёл в палату к Горху. Он лежал на койке, укрытый тонким одеялом, дыхание было ровным, но слабым. Я сел на стул рядом и просто смотрел на него несколько минут. Тишина и какая-то внутренняя грусть.

— Ты опять здесь, — раздался хриплый голос.

Я вздрогнул. Горх приоткрыл глаза и смотрел на меня с той же усмешкой, которую я так хорошо знал.

— Ты должен спать, — сказал я.

— Я спал, — ответил он, пытаясь улыбнуться. Улыбка вышла кривой. — Но ты слишком громко дышишь. Мешаешь.

Я невольно улыбнулся.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как будто на меня упал дуб. — Он поморщился, пытаясь приподняться, но я мягко удержал его за плечо. — Ладно, ладно. Я понял. Ещё не время.

— Ещё не время, — повторил я.

Горх закрыл глаза, но я знал, что он не спит.

— Ты работаешь над костюмом?

— Да.

— Получается?

— Почти, ОР тратится очень быстро, сложно все продумать.

Он хмыкнул, и я услышал в этом звуке что-то похожее на одобрение.

— Если этот твой Арес вырвется, я буду слишком слаб, чтобы стрелять в тебя, — сказал он.

— Так что постарайся не облажаться, босс.

— Постараюсь.

Горх заснул через минуту. Я посидел ещё немного, потом встал и пошёл в мастерскую.

Работа над костюмом потребляла все ресурсы быстрее, чем я успевал их добывать. Он лежал на столе — пока ещё больше набросок, чем готовое изделие. Чёрный металл Проллиума тускло поблёскивал в свете единственной лампы, оголённые сервоприводы напоминали скелет какого-то древнего механического зверя. Я провёл пальцем по холодной поверхности, чувствуя, как усталость пульсирует на кончиках пальцев.

— Нужно немного отвлечься, — сказал я вслух. Голос прозвучал глухо в пустой мастерской.

Я отодвинул костюм в сторону и открыл виртуальный верстак. Гоблинский инженер развернулся перед глазами голубоватой сеткой. Я мысленно выбрал режим моделирования, и передо мной появилась трёхмерная проекция. Пистолет. Компактный, лёгкий, с магазином на десять игл. На рукоятке — три отверстия, через которые будет высвобождаться давление. Никакой магии, никакой электроники. Только механика и навык «Высвобождение давления».

Я полностью вошел в поток. В мастерской пахло озоном и горячим металлом — этот запах въедался в волосы и одежду, лампа над столом горела тускло, но её свет был резким и мерцающим: он выхватывал из темноты только самое важное — куски Проллиума, оголённые сервоприводы, инструменты.

Проллиум был холодным на ощупь, но стоило начать работать, как металл быстро нагревался от моих пальцев. Он гнулся под движением мысли, но не сразу: сначала было сопротивление, упругое, почти живое, будто материал не хотел принимать новую форму. Я чувствовал это сопротивление как лёгкое покалывание в кончиках пальцев, как будто металл посылал тихий протест.

Виртуальный верстак разворачивался перед глазами голубоватой сеткой, и она слегка мерцала, будто была не совсем реальной. При выборе режима моделирования по коже пробегал лёгкий холодок — будто пространство на секунду становилось тоньше. Клапан для пистолета был самым сложным: я подгонял его снова и снова, и каждый раз металл отзывался по‑разному. Иногда он щёлкал сухо и чётко, иногда — глухо, как будто внутри что‑то мешало. Я прислушивался к этим звукам, как к внутреннему голосу механизма, который сам знает как правильно.

Когда первый прототип был готов, я сжал рукоятку, и пальцы легли на неё так, будто они всю жизнь искали именно эту форму. Металл был гладким, но на спусковом крючке осталась лёгкая шероховатость — её я специально не убирал: она давала ощущение контроля. Иглы для пистолета я сделал из обычного металла на примере игл которые я добыл в бою с Хвостом. Я активировал навык и направил пистолет на мишень. Давление начало нарастать внутри рукоятки — я чувствовал это как лёгкое гудение, едва заметное, но уверенное и в момент выстрела я на секунду ощутил, как мир вокруг стал тише, будто звук ушёл внутрь механизма.

Игла вылетела с тихим свистом — и вот она уже в центре мишени. В этот момент усталость отступила, и вместо неё пришла странная ясность: мир стал чётче, запахи — острее, даже свет лампы казался ярче. Пистолет в моей руке вдруг вспыхнул. Сначала тускло, потом ярче — голубоватое свечение окутало его, словно система проверяла, сканировала, утверждала. Я почувствовал, как металл нагревается в ладони, но не обжигает — скорее, отдаёт тепло, будто признаёт меня хозяином.

Перед глазами всплыло системное сообщение:

СИСТЕМНЫЙ АРТЕФАКТ СОЗДАН

Тип: Оружие (дальний бой)

Название: «Пневматический жнец»

Редкость: Уникальный

Описание:

Компактный пневматический пистолет, созданный для использования с навыком «Высвобождение давления». Магазин на 10 игл. Выстрел активируется давлением, накапливаемым в рукоятке. Иглы летят с высокой скоростью, пробивают лёгкую броню. Оружие не требует пороха, магии или электроники — работает на чистой механике.

Особенность: При попадании в уязвимую точку (глаз, шея, сустав) наносит критический урон.

— Крис, ты видишь? — спросил я.

Из угла раздался голос «Скорпиона»:

— Вижу. Ты действительно сделал это за один вечер?

— Практика

Я улыбнулся, чувствуя, как усталость отступает на мгновение. Работа была сделана. Но цена оказалась высокой. Я открыл интерфейс.

ОР: 12/150

Я убрал пистолет в инвентарь и посмотрел на свои руки. Они дрожали от усталости.

— Завтра нужно будет проверить тебя в деле, — сказал я, и уже тише добавил, падая на стул. — И пополнить ОР.

Тишина. Только гул вентиляции. Я закрыл глаза, странная усталость навалилась на меня как суммоист и я провалился в сон сидя прямо на стуле в мастерской.

На следующее утро я вышел за ворота базы с новым пистолетом на поясе и арбалетом в руках. Тело немного ломило, солнце стояло высоко, но его лучи были какими-то бледными, разбавленными пеленой облаков. Тени должны были быть в ульях — в это время они всегда прятались.

Я двинулся к ближайшему улью, но уже на подходе понял: что-то не так. Улей был пуст. Тени отсутствовали. Я прислушался — тишина. Только ветер гулял по пустым улицам. Я подошёл к улью и заглянул внутрь через пролом в стене. Пусто. Ни одной тени. Ни звука. Ни движения. Хмм. Обычно ульи были полны жизни — тени шевелились, шуршали, издавали странные звуки. Сегодня они молчали.

Первая группа зомби появилась через десять минут. Трое обычных — медленные, с пустыми, будто лишёнными всякого смысла глазами; они двигались так, словно сами забыли, зачем идут вперёд. Я решил проверить пистолет — и в груди на миг шевельнулось странное, почти детское предвкушение: сработает ли?

Я выхватил оружие, прицелился в голову ближайшего зомби и нажал на спусковой крючок. Игла сорвалась с места с тихим свистом — будто воздух на секунду вздохнул и тут же смолк, — и вонзилась прямо в глаз мертвеца. Тот рухнул без звука, словно просто перестал существовать.

Второй выстрел — ещё один упал.

Третий — и игла попала в плечо. Зомби медленно повернулся и побрёл ко мне, тяжёлый и неотвратимый, как падающее дерево. Четвёртая игла впилась ему в ногу, но этого оказалось мало — он всё ещё тянулся вперёд, будто инерция смерти была сильнее боли. Тогда я добил его копьём.

Попытка одновременно доставать копьё и стрелять из пистолета оказалась до нелепости неудобной: пальцы путались, движения выходили рваными, а секунды тянулись невыносимо долго. Я убрал пистолет в кобуру, на секунду задержал дыхание, выравнивая пульс, и пошёл дальше — теперь уже чуть осторожнее, прислушиваясь к тишине.

Я обошёл три улья. Все три пусты, тени словно растворились. Только обычные зомби бродили по улицам, и я методично отстреливал их, постепенно пополняя запасы ОР. К полудню у меня было уже 45 ОР. Я решил вернуться на базу. Нужно было перегруппироваться и понять, что происходит. Я уже почти дошёл, когда заметил странность: улица, по которой я шёл, была слишком тихой. Даже ветер стих.

Я остановился, прислушиваясь. В этот момент облака медленно закрыли солнце.

Тьма накрыла улицы, и в ту же секунду они появились. Десятки, сотни теней — они вылезали из подворотен, с крыш, из-за обломков. Они не были похожи на тех, которых мы с Горхом убивали раньше. Эти двигались быстрее, бесшумнее, их глаза горели ярче. Это были охотники. Словно мы тогда охотились на «гражданских», а эти совсем другие.

— Они ждали меня, — прошептал я, сжимая арбалет.

Первая тень метнула камень. Я увидел его слишком поздно — он летел прямо мне в голову. Я не успел увернуться.

Но Арес успел.

Моё тело дёрнулось само — холодный, чужой импульс, прошедший по позвоночнику, заставил меня отшатнуться в сторону. Камень просвистел в сантиметре от виска. Я почувствовал, как воздух режет кожу.

Меня снова спас Арес.

Я понимал, что он опасен. Что в любой момент может вырваться. Что держать его в голове — всё равно что ночевать рядом с вольером, где сидит голодный волк, а на двери висит хлипкий китайский замок. Один удар и он вырвется. Но факт оставался фактом. Если бы я тогда, в петле, не решил сохранить его фрагмент, я бы уже был мёртв. И не раз.

Нужно заканчивать костюм. И переселить волка в вольер строгого режима.

Снова выглянуло солнце, облаков, способных хоть на миг приглушить его свет, поблизости не было. Я облегчённо выдохнул возможно, даже громче, чем следовало, и они привели ЕГО..

Он появился из-за угла — огромный, массивный. Кожа серая и потрескавшаяся, глаза горели тусклым жёлтым светом. Тот самый зомби, которого я встретил тогда.

— Крис, это тот зомби, — сказал я, отступая.

— Я вижу, — ответил Крис. — Тени привели его.

Воздух был густым от пыли и запаха гари — каждый вдох царапал горло, будто я глотал осколки стекла. Зомби рычал, и этот звук отдавался где‑то под рёбрами, как глухой удар по барабану. Когда он рванулся вперёд, земля под ногами дрогнула, и я почувствовал вибрацию даже сквозь подошвы ботинок.

Арбалет щёлкнул, болт ударил в плечо врага — но звук получился глухим, словно металл стукнулся о камень. Никакого эффекта: зомби даже не замедлился. Холодный пот стекал по спине, липко приклеивая рубашку к коже. Я выхватил пистолет — металл в руке был ледяным, почти обжигающим пальцы. Когда я активировал навык, я физически ощущал, как энергия собирается в точке выстрела. Игла сорвалась с места с тихим свистом, похожим на вздох ветра. Удар, ещё один… но враг не сдавался.

В какой‑то момент игла застряла в канале — я почувствовал это по странному сопротивлению, будто металл вдруг стал чужим и не хотел подчиняться. Пальцы скользнули по металлу, я пытался вытащить иглу, а в голове стучало только одно: «Быстрее, быстрее».

Зомби ударил — воздух рядом со мной взорвался, как от резкого порыва ветра, и пистолет вылетел из руки, улетев в темноту. В тот момент, когда он снова замахнулся, я уловил запах: тяжёлый, гнилостный, смешанный с чем‑то металлическим.

Я достал копьё и вложив в нее ману, резерв немного просел, хорошо что я перед выходом его пополнил. После вложения маны я почувствовал, что копье стало продолжением меня, я ударил его по животу — сопротивление тела врага было упругим, почти живым, даже несмотря на то, что перед мной стояло нечто давно мёртвое. А потом сбоку ко мне пришла моя кавалерия «Скорпион» вспыхнул синим, лазерный резак прочертил воздух и на секунду в нос ударил запах озона — как после грозы. Всё вокруг стало резким, контрастным: синий свет, тёмные тени, кровь на металле.

Я ударил копьём в правую ногу зомби. Он пошатнулся, но не упал.

— Сюда! — крикнул Крис.

Он отвлёк зомби, и я нанёс ещё один удар — в основание черепа. Зомби зашатался и рухнул на колени. Я вонзил копьё в глазницу — он затих.

Я стоял над телом зомби, пот струился по лицу, смешиваясь с пылью и сажей. В ушах всё ещё звенело от его крика, а в груди колотилось сердце, будто пыталось пробить рёбра.

Я поднял пистолет, убрал его в инвентарь.

— Я должен тебя переделать, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Да, ты его улучшишь, — ответил Крис. — Но сначала тебе нужно уйти отсюда. Сейчас.

Я хотел спросить «почему», но понял сам. Я почувствовал это за секунду до того, как услышал.

Смех.

Он начался тихо. Сначала я подумал, что это просто ветер — низкий, протяжный вой между обломками зданий. Но потом он стал громче. Он не был человеческим, совсем. Он был слишком сухим, слишком дробным, будто тысячи насекомых тёрли лапками друг о друга. Он доносился отовсюду. Слева — из тени разбитой витрины. Справа — из-за обломков стены. Сверху — с крыши полуразрушенного здания. Он шёл из каждой трещины, из каждой щели, из каждой тени, которая лежала на асфальте. Он был везде и нигде одновременно.

Я медленно повернулся на месте, сжимая копьё. Я не видел их. Но я знал — они смотрели на меня. Они смеялись надо мной.

Их смех становился громче, настойчивее. Он проникал в уши, в голову, в самые глубины сознания, заставляя кожу покрываться мурашками. Я чувствовал, как волосы на руках встают дыбом, а внутри разрастается холод.

Тени смеялись.

Я сжал копьё так, что костяшки побелели.

— Ты слышишь их? — спросил я шёпотом.

— Да, — ответил Крис.

Смех стих так же внезапно, как и начался. Наступила тишина — слишком громкая, слишком тяжёлая. Я стоял неподвижно, прислушиваясь к собственному дыханию. И тут у ног большого зомби я кое-что заметил. Наклонился и поднял предмет Портативный нагревательный элемент.

Маленький, размером с ладонь, серый цилиндр с одной кнопкой и индикатором. Я повертел его в руках, разглядывая знакомую конструкцию.

— Это же... — начал я.

— Нагревательный элемент, — подтвердил Крис. — Встроенный пьезоэлемент, компактный реактор, рассчитанный на сотни циклов. С ним можно вскипятить воду, разогреть еду, зажечь костёр в любых условиях. Даже в магическом мире.

Я смотрел на него и чувствовал, как внутри поднимается что-то тёплое. Не от устройства — от осознания.

— Мой набор походника почти завершён, — сказал я, и голос дрогнул. — Фляга есть. Котелок есть. Палатка есть. Теперь ещё и огонь.

Я сжал нагревательный элемент в кулаке и вдруг расхохотался. Громко, надрывно, почти истерично. Смех вырывался из груди, сотрясая плечи, заставляя сгибаться пополам. Я смеялся над тенями, над собой, над этим дурацким миром, который пытался меня убить, но вместо смерти подкидывал мне полезные вещи.

— Слышите, Тени?! — крикнул я в пустоту, всё ещё смеясь. — Я собрал походный набор! Скоро у меня будет всё, чтобы жить в этом мире!

Тишина.

— А у вас есть только камни и мерзкий смех!

Я выпрямился, вытер слёзы — от смеха или от напряжения, я уже не различал.

— Чтож, — сказал я, оглядывая пустые улицы. — Пока 1:1, Тени. Вы меня не достали и я вас не достал.

Тишина. Только ветер.

— Увидимся потом, — добавил я, поворачиваясь в сторону базы. — И посмотрим, кто будет смеяться в конце.

Я убрал нагревательный элемент в инвентарь — туда, где уже лежали фляга, котелок и палатка.

Перестал дрожать я только тогда, когда стальная дверь за моей спиной с гулким стуком закрылась. Без Горха я пока не вывожу, завтра не буду далеко отходить. Перед самым входом в базу я снова проверил интерфейс:

ОР: 88/150 (Ник, 4 уровень)

Полностью придя в себя я направился в мастерскую, и снова началась моя работа — монотонная, упрямая, требующая полной сосредоточенности. Время растворилось в лязге металла, в мерцании голографических схем, в тихом гудении инструментов. Я не замечал ни часов, ни минут, ни того, как тускнел свет лампы, будто сама реальность отступила на задний план, оставив только меня, костюм и бесконечную цепочку мелких, но критически важных действий.

Я остановился, только когда интерфейс коротко пискнул, а перед глазами вспыхнула сухая надпись: «ОР: 0/150».

Костюм для Ареса лежал на столе — тяжёлый, угловатый, будто отлитый из застывшей грозы. Он был почти готов, но «почти» — самое опасное слово для инженера: в этой крохотной щели между «сделано» и «доделано» прятались все будущие катастрофы.

Я провёл диагностику системы питания. Показатели были в норме — ровные зелёные строки. Но я знал: стоит Аресу занять место внутри, и нагрузка на реактор возрастет в разы. Я запустил навык «Гоблинский инженер». Перед глазами развернулась трёхмерная схема костюма. Каждый слой брони, каждый провод, каждый микроконтур. Я видел, как энергия течёт по цепям, как нейроинтерфейсный модуль обрабатывает сигналы от моего мозга.

Я еще раз проверил систему изоляции — критический узел, который не давал Аресу проникнуть в мою нервную систему. Далее я перекалибровал нейроинтерфейс. Вручную. Каждый контакт должен был идеально совпадать с моим нейронным сигналом. Я провёл тестовый импульс — костюм откликнулся мгновенно. Хорошо.

Самым сложным была настройка реактивных протоколов. Я провел виртуальный прогон и переписал их трижды за день. Первая версия была слишком медленной — Арес не успевал перехватить управление, я успевал отреагировать быстрее. Так что смысл в Аресе полностью пропадала. Вторая была слишком жёсткой — она блокировала не только Ареса, но и мои собственные рефлексы. Третья, наконец, стала рабочей. Арес срабатывал быстрее, словно он все еще был в моей голове, хотя теперь подключение шло через костюм. Осталось только навести лоск и костюм будет готов.

На третье утро я проснулся от запаха еды.

Я вышел в общую столовую и замер. Горх сидел за столом, перед ним возвышалась гора тарелок. Каша, хлеб, мясо, овощи — всё это исчезало с пугающей скоростью.

— Ты... — начал я.

— Я выздоравливаю, — ответил он с набитым ртом. — Организму нужно топливо.

Я сел напротив, взял кружку с чаем.

— Ты уже ходишь.

— Хожу, — согласился он, проглатывая очередной кусок. — Даже могу бегать. Ну, почти. Если очень надо.

— А если не очень надо?

— Тогда я просто стою и смотрю, как ты бегаешь.

Я улыбнулся, чувствуя, как напряжение последних дней начинает отпускать.

После завтрака я повёл Горха в мастерскую.

Костюм для Ареса лежал на столе. Он выглядел внушительно: тёмный металл, сервоприводы, усиленный реактор в груди.

— Это оно? — спросил Горх, обходя стол. — Смирительная рубашка для твоего монстра?

— Почти, — ответил я, проводя рукой по холодному металлу. — Нужно ещё донастроить реактивные протоколы и проверить изоляцию. Тогда он сможет войти сюда и больше не беспокоить меня. И да нужно добавить какую то накидку, дизайн слишком сильно бросается в глаза, Мара сказала что поможет.

Горх хмыкнул, но ничего не сказал.

В этот момент в дверь постучали.

— Ник, — голос Ланы. — Пора приступать.

Я открыл дверь. Лана стояла на пороге, бледная, но решительная. Рядом с ней — Марк, спокойный и сосредоточенный, а сзади них толпились остальные будущие Искатели Пролла.

— Вживление? — спросил я.

— Да, — ответила Лана. — Мы закончили настройку капсулы и провели симуляцию.

Мы пошли в медблок. Горх ковылял сзади, опираясь на стену.

— Я тоже хочу посмотреть, — сказал он. — Вдруг пригодится.

— Ладно, — сказал я. — Держись поближе.

В медблоке было тесно. Если не считая медицинский персонал, были мы, Лана и Марк, а еще семь человек — те, кто вызвался пройти вживление кристаллов. Среди добровольцев я узнал завхоза Крика. Он стоял в стороне, скрестив руки на груди, и выглядел так, будто пришёл не на процедуру, а на разборку.

— Кто первый? — спросил я.

— Мы решили по-честному, — сказал высокий представитель совета базы, доставая из кармана семь деревянных палочек. — Кто вытянет самую короткую — тот и первый. Затем Марк и Лана, остальные пройдут вживление позже.

Он раздал палочки. Все вытянули. Один из добровольцев — молодой парень с короткой стрижкой — поднял свою палочку и заикаясь сказал:

— У ме-ме-меня короткая.

Но Крик вдруг шагнул вперёд и протянул свою палочку.

— А у меня короче, — сказал он, показывая обломок своей палки, она была и вправду короче чем у парня.

— Так нечестно! — возмутился представитель совета базы.

— Я завхоз, — ответил Крик с каменным лицом. — Я решаю, что честно, а что нет. И я первый.

— Ты сломал палочку, чтобы стать первым? — спросила Лана.

— Я её уронил, — ответил Крик без тени улыбки. — Она сломалась сама.

Представитель собрался его остнаовить, но Крик уже подошёл к капсуле.

— Хорошо, — сказал я. — Первым будет Крик. Если всё пройдёт нормально, следующий — Марк, потом Лана. Есть возражения? Возражений не было.

Крик лёг в капсулу без колебаний. Я запустил процесс. Голубой свет залил его тело. Я видел, как его мышцы напрягаются, как он стискивает зубы, но не издаёт ни звука.

Процедура длилась чуть дольше, чем я ожидал. Но через полтора часа он открыл глаза.

— Я... — начал он, прислушиваясь к себе. — Я чувствую... что-то новое. Как будто....я не могу объяснить.

— Ты Искатель, — сказал я. — Поздравляю.

Крик медленно сел, провёл рукой по лицу. И вдруг его глаза расширились и его фигуру озарило синее сияние.

— Я вижу надписи, — сказал он. — В голове.

— Это система, — ответил я. — Что там? Тебе нужно пройти инициацию?

— Нет, — сказал Крик, и в его голосе появилось удивление. — Она говорит, что я прошёл... автоматически. Без испытания.

— Что? — спросил я.

— Я уже выполнил квест, — тихо сказал Крик. — Десять зомби. Когда всё началось... когда мир рухнул... я был на складе. Мои друзья — те, с кем я работал годами — вдруг превратились. Я не хотел, но... я должен был защитить себя. Я убил их. Всех. Десять.

В медблоке повисла тишина. Никто не знал, что сказать.

— Система засчитала мне квест, — продолжил Крик. — И дала мне навык. «Продвинутый крафт». Я могу создавать системные вещи. Даже из несистемных материалов. Шанс успеха выше, чем у других.

— Ты можешь делать системные предметы из обычных? — переспросил я.

— Да, — ответил Крик. — И я еще кое-что получил.

Крик поднял руку и щёлкнул пальцами. Перед ним открылся маленький портал. Маленький, но настоящий, а из него он достал большой набор с инструментами.

— Ну, завхоз, — сказал Горх, — теперь ты можешь создавать вещи.

— Я всегда мог, — ответил Крик, и в его голосе появилась твёрдость. — Просто теперь они будут системными.

После Крика процедуру прошли Марк и Лана. Все прошли успешно, без осложнений и без сюрпризов. Они всё еще должны будут пройти инициацию.

Все к ним подходили, но Крик остался стоять в стороне, сжимая в руках палку — ту самую, которую сломал. Его глаза блестели, и я понял: он не просто получил навык. Он получил шанс начать заново. Я отправил к нему Криса в скорпионе, пусть расскажет ему о симуляциях и вместе пусть попробуют что-нибудь создать.

Далее был Марк, но он лёг в капсулу без колебаний, и я запустил процесс. Через час он открыл глаза.

— Знаешь, Ник, — начал он, глядя в потолок, — я даже немного разочарован. Мне казалось, что Искатель это какой-то герой и я почувствую на миг, что чувствуешь ты. Но в целом я ничего необычного не чувствую, теперь я тебя даже больше зауважал.

Он усмехнулся и потёр затылок.

— А ещё я подумал: хорошо что мой кристалл не проснулся, если бы у меня был свой Крис, он бы всю дорогу ворчал, что я слишком медленно принимаю решения. А так — я сам себе командир. И это, чёрт возьми, приятно.

Он протянул руку Нику, и тот пожал её, чувствуя крепкую, уверенную ладонь.

— Но я всё равно пойду с вами, — добавил Марк. — Теперь я вижу свои характеристики и я хочу узнать, на что буду способен. И если я могу стать сильнее, чтобы защитить базу — я это сделаю.

Марк улыбнулся. В его глазах было что-то новое — уверенность, которой раньше не было.

— Теперь твоя очередь, — сказал я, глядя на Лану.

Она легла в капсулу. Я запустил процесс. Когда она открыла глаза её лицо было бледным, но на губах играла улыбка.

Лана медленно села на койке, провела ладонью по лицу. Её пальцы дрожали — не от холода, от перегрузки. Она смотрела в стену, но внутри неё, глубоко в сознании, разворачивались странные цифры, строки, таблицы. Как будто кто-то открыл дверцу в её черепе и вставил туда сложный прибор.

— Ник, — голос её был тихим, почти шёпотом. — Я чувствую… своё тело по-новому. Я знаю, сколько у меня сил, ловкости, выносливости. Я вижу их как числа. Это не страшно — это странно. Я раньше думала, что знаю себя. А теперь я понимаю, что я была просто… тенью. А теперь я могу стать той, кем захочу.

Она сжала кулаки, чувствуя, как мышцы напрягаются с необычной чёткостью.

— Но мне страшно, Ник. Я боюсь, что ошибусь в распределении очков или не ту характеристику, и потом будет поздно. Вдруг я сделаю себя слабее, чем могла бы?

Она повернулась ко мне, и в её глазах блестели слёзы — не от слабости, от напряжения.

— Но я не хочу отказываться. Потому что если я сейчас испугаюсь, я никогда не смогу защитить тех, кто остался на базе. Детей, стариков… Мару. Я не имею права бояться.

— Чтобы завершить инициацию, нам нужно пройти одну симуляцию. Любую.

— Наш мир не подходит, — сказал Марк.

Я посмотрел на Горха. Он стоял у стены, сжав кулаки.

— Лес Инкег, — сказал я. — Там просто. И там есть магазин и мобы для первичной прокачки.

Горх шагнул вперёд.

— В Лесу Инкег нужно найти шесть системных растений, — сказал он. — Мы вам поможем.

— Ты уверен? — спросила Лана.

— Уверен, — ответил Горх, и в его голосе появилась твёрдость, которой я раньше не слышал. — Мы пойдём все вместе. Я проведу вас.

Лана и Марк переглянулись.

— Когда? — спросила она.

Я посмотрел на Горха. Он был сильнее, чем вчера, но ещё не полностью восстановился. Костюм для Ареса тоже требовал доработки.

— Послезавтра утром, — сказал я. — Завтра отдыхаем. Я закончу костюм, Горх наберётся сил. Послезавтра выходим и Криса в скорпионе оставим тут с Криком, будем через него держать связь, вдруг Проллу срочно понадобится помощь.

— Это правильно, — сказала Лана, заметив мой взгляд на Горха. — Ему нужно время. Нам всем нужно время.

Горх хотел возразить, но я положил руку ему на плечо.

— Я не хочу тащить тебя на себе, если ты свалишься, — сказал я. — Отдохни день. Завтра я заканчиваю костюм.

Он помолчал, потом кивнул.

— Ладно, — сказал он. — Один день. Но послезавтра мы идём.

— Идём, — согласился я.

Мы вышли из медблока. Горх ковылял рядом, скорее уже делал вид что ковыляет. Ночь прошла спокойно, только вот мне всю ночь снился смайлик и слышался тот жуткий смех.

Глава 20 Плащ и сталь

Я проснулся до рассвета и сразу пошел на охоту, после вчерашней работы с костюмом у меня практически не осталось ОР. Далеко отходить не стал — только до первых ульев, которые мы с Горхом не добили. Солнце уже поднималось, но его лучи были слабыми, разбавленными пеленой облаков.

Охота была спокойной. Теней не было, а обычные зомби бродили по улицам медленно, словно в полусне. Я методично отстреливал их, используя арбалет для дальних целей и пистолет для ближних. Я не рисковал — мне нужны были ОР, а не приключения.

Через два часа я вернулся на базу с сорока очками в запасе.

ОР: 43/150 (Ник, 4 уровень)

— Должно хватит, — сказал я, закрывая интерфейс.

В мастерской меня ждал костюм. Я посмотрел на остатки Проллиума. Их было мало, но достаточно для одной важной доработки.

Пистолет был хорош, но не идеален и понял это я в бою с огромным зомби мне нужны свободные руки. Нужно было встроить оружие прямо в костюм. Чтобы я мог стрелять не выпуская копье из рук.

Я работал несколько часов, используя все остатки Проллиума. Так, начнем с основ. Удалось придумать следующий механизм: иглы благодаря пружине подаются прямо в полую трубку на тыльной стороне руки, чтобы не мешать держать предметы. Далее навык накачивает давление и происходит выстрел. Только вот одна проблема, прицеливаться сложно. Пришлось покопаться в закромах склада и тут мне улыбнулась удача, а именно лазерный прицел. Закрепив и настроив его я закончил с новым оружием.

— Отлично, — сказал я, заканчивая последний штрих.

Надев часть костюма на руку я прицелился в мишень. Выстрел и игла со свистом вонзилась прямо в центр.

— В яблочко, — сказал я.

Пистолет я все же решил оставить, на крайний случай. Сделал быстросъёмную кобуру на бедре — удобно, надёжно и не мешает.

Теперь мы на финишной прямой.

Я сел на стул и закрыл глаза.

— Крис, — сказал я вслух. — Мы готовы?

— Все зависит от тебя, — ответил он. — Надень нейроинтерфейс, я подключусь и направлю поток.

— Сколько это займёт?

— Несколько минут. Но тебе придётся сидеть неподвижно.

— Начинай, — сказал я, надевая шлем.

Крис начал перенос. Я почувствовал это сразу — как будто кто-то холодной ложкой полез в затылок. Арес зашевелился, забился, как крыса в мешке.

«Ты не можешь!» — голос рвался изнутри, и я физически ощущал его ярость.

— Только я и могу, — сказал я вслух.

Крис усилил поток. Боль вонзилась в виски, и я вцепился в подлокотники кресла так, аж костяшки побелели. Арес цеплялся за каждую связь, за каждый нейрон — я чувствовал, как он скребётся изнутри, как пытается удержаться.

«Я не уйду! Я часть уже тебя!»

— Была, — ответил я сквозь зубы. — Была.

Последний рывок — и словно мой мир вздохнул, освобождаясь. Арес исчез. Я открыл глаза и впервые за долгие дни услышал в голове только свой голос и тишину.

— Крис, — сказал я шёпотом, боясь спугнуть наваждение — Он ушёл?

— Он в костюме, — ответил Крис. — Петля активирована. Волк под охраной.

Я положил ладонь на холодный металл и прислушался. Там, внутри, за слоями Проллиума и сервоприводов, билось чужое сознание. Я чувствовал его — не словами, нет. Просто знал, что оно там. И что оно злое.

— Ты здесь, — сказал я костюму. — И ты не вырвешься.

А костюм просто молчал. Металл просто холодил ладонь.

И тут в дверь постучали. — Ник! — голос Мары. — Я принесла тебе кое-что.

Я открыл дверь. Она стояла с большим свёртком в руках и улыбалась так, будто знала что-то, чего не знал я.

Я развернул свёрток.

Это был плащ. Тёмный, плотный, почти до колен, с широким капюшоном и застёжками на плечах. Внешняя часть была плотной, а вот обратная, я провёл по ней рукой и под тонкой подкладкой ощущалось, что ткань была разной: грубая, мягкая, плотная, тонкая. Каждый кусок был от разных людей.

— Мы все шили, — сказала Мара, заметив мой взгляд. — Кто-то дал кусок своей куртки, кто-то — кусок палатки, кто-то — даже штору. У нас ткани не так много, так что как-то так.

Я провёл пальцем по краю плаща и нащупал странный шов. Не такой, как остальные. Заглянул внутрь — там был карман. Скрытый, аккуратный, с застёжкой.

— Мара… — начал я.

Она перебила: — Мы хотели, чтобы ты знал. Ты здесь свой. Каждый лоскут — от кого-то с базы. Куртка моего почившего мужа, подол Ланиной юбки, старый плащ Крика… Мы все вложили в это частичку себя.

Комок застрял в горле. Я сглотнул, но он не проходил.

— Спасибо, — сказал я. И в голосе дрогнуло.

— Не умирай.

Я медленно накинул плащ на плечи костюма, закрепил на застёжках и опустил капюшон на шлем. Ткань мягко легла на металл, скрывая его. Теперь костюм выглядел не как оружие, а как одежда странника.

И тут костюм вдруг загорелась глубоким синим и перед глазами всплыло системное сообщение:

СИСТЕМНЫЙ АРТЕФАКТ СОЗДАН

Тип: Экзоскелет

Название: «Аресова Клетка»

Редкость: Уникальный

Описание:

Экзоскелет, созданный для изоляции и контроля ИИ-фрагмента «Арес». Корпус из Проллиума с усиленными сервоприводами и нейроинтерфейсной петлёй. Встроенное оружие: магазин на 10 игл с лазерным прицелом на правой руке. Пистолет — запасное оружие в кобуре на бедре. Накидка из множества тканей дает скрытность, подарок жителей Пролла.

Режимы работы:

Пассивный — реактор отключён. Костюм работает как усиленная броня. Используется в магических мирах, где энергия нестабильна.

Основной — реактор активен, сервоприводы работают в стандартном режиме. Автономность — до года. Для немагических и техномагических миров.

«Последний аргумент» — временно снимает ограничения с боевых протоколов Ареса. Сервоприводы и реактор работают на пределе. Длительность — до 10 минут. После использования реактор требует замены. Арес получает свободу действий, но петля сохраняется — он не может покинуть костюм.

Ограничение: Арес заперт в петле. Только рефлексы. Никакой инициативы (кроме режима «Последний аргумент»)._

Статус: Активен. Ожидает владельца.

— Аресова Клетка, — прочитал я вслух. — Система сама назвала.

— Хорошее имя, — сказал Крис. — Звучит как предупреждение.

Я откинулся на спинку стула, рассматривая свою работу. Тёмный металл тускло поблёскивал в свете лампы, прикрытый тканью плаща. На правом запястье красовался механизм подачи игл с лазерным прицелом. Кобура на бедре плотно обхватывала пистолет.

Теперь костюм был готов. Испытания мы назначили на завтрашнее утро.

До ночи у нас было ещё несколько часов. Горх был уже бодрячком и мы решили использовать их с пользой — нужно было собрать системное снаряжение для Ланы и Марка, да и Горху нужно размяться. Портал в Лес Инкег пропускал только системные вещи, а у них ничего такого не было.

Мы вышли на улицу и начали методично обходить ближайшие ульи и места скопления зомби.

— Сегодня будем аккуратнее, — сказал я. — Нам не нужен бой. Нам нужен лут.

Мы обошли первый улей и наткнулись на нескольких зомби. Я выстрелил из арбалета, Горх — из лука. Один зомби упал, и из него выплыл светящийся шарик с ОР.

— Всего три, маловато, — сказал Горх.

— Зато всё в копилку.

Через час нам наконец выпал предмет.

— Ну-ка, что там, — Горх подошёл и активировал шарик и замер. В руках у него был кожаный костюм. Полностью. Кожаный пиджак, кожаные штаны, даже кожаная рубашка с бахромой.

— Что это? — спросил я.

— Это… я не знаю, что это, — ответил Горх, с трудом сдерживая смех. — Но если это для Марка, я хочу видеть его лицо.

Я убрал костюм в инвентарь.

— На всякий случай, — сказал я. — Если ничего другого не найдём.

Мы пошли дальше. Ещё несколько зомби, ещё несколько шариков ОР. И вдруг из одного зомби выпал спортивный костюм. Ярко-синий, с белыми полосами по бокам.

— А это? — спросил Горх, поднимая его.

— Это мужской спортивный костюм.

— На Лане будет отлично смотреться.

— Думаешь?

Я убрал и это.

— Если мы не найдём ничего нормального, они пойдут в этом.

— Я не смогу сдержать смех, — сказал Горх.

Мы прошли ещё немного, если с оружием больших проблем не было, то найти одежду было сложно, и тут я заметил зомби которого завалило обломками. Из него выпал аккуратный брючный костюм. Ярко-красный, с удобными карманами и странным, но приятным на ощупь материалом.

— Красивый, — сказал я, поднимая его. — И цвет подходит Лане.

— Лане повезло, — сказал Горх. — А Марк будет щеголять в коже.

Мы вернулись на базу, и я показал находки Горху.

— Ну что, пошли дарить? — спросил я.

— Сначала покажи Марку кожаный костюм, — сказал Горх, ухмыляясь.

Мы нашли Марка в столовой. Он сидел за столом и изучал карту окрестностей.

— Марк, — сказал я, — у нас есть для тебя подарок.

Горх торжественно развернул кожаный костюм.

Марк посмотрел на костюм. Потом на нас. Потом снова на костюм.

— Это… — начал он.

— Это твоё новое системное снаряжение, — сказал Горх.

— Я отказываюсь.

— Ты не можешь отказаться. Это системное.

Марк вздохнул и взял костюм в руки.

— Если я надену это, я буду выглядеть как человек, который пошёл на вечеринку и случайно попал в апокалипсис.

— Именно, — сказал Горх. — Это пугает зомби.

Марк вздохнул, но откладывать не стал. Он ушёл переодеваться, а мы позвали Лану, хорошо что она все еще не спала.

Я протянул ей красный брючный костюм, кросовки и такой же красный топор.

— Это для тебя, — сказал я. — Системное. Чтобы портал пропустил.

Лана взяла топор, повертела в руках.

— Топор, — сказала она.

— Да, — ответил я.

— И красный костюм.

— Он стильный, — вмешался Горх. — И практичный. Не пачкается. Мелкие царапины заживают сами.

Лана улыбнулась.

— Спасибо, — сказала она.

Она ушла переодеваться. Через несколько минут она вернулась в красном костюме, с топором на поясе. Горх присвистнул.

— Выглядит как героиня боевика, — сказал он.

— Я тоже так считаю, — добавил я.

Марк появился через минуту. Он был в кожаном костюме. Полностью. Даже обувь была кожаной.

Я смотрел на него, стараясь не смеяться. Горх не старался.

— Я выгляжу идиотом, — сказал Марк.

— Главное не что надето на человеке, а как он одет

— Спасибо, Горх.

— Пожалуйста.

Марк вздохнул, и я увидел, как он смотрит на свой костюм. В его глазах читалось смирение, но я чувствовал, что ему не по себе.

Я посмотрел на Горха. Гоблин перехватил мой взгляд и с недоумением поднял брови.

— Ладно, — сказал я, — есть ещё один вариант.

Я порылся в инвентаре и вытащил угольно чёрный костюм-тройку, который нашёл в последний момент, когда мы уже уходили. Он был приталенным, с аккуратными швами и тканью, которая переливалась в свете.

— Ого, — сказал Горх. — А это откуда?

— С последнего зомби. Я не показал его тебе, тоже хотел посмотреть на Марка в коже.

Марк взял костюм-тройку, провёл пальцем по ткани.

— Системный, — сказал он.

— И с навыком самоочищения, — добавил я. — Не пачкается.

— Никогда? — спросил Марк.

— Наверное, точнее пачкается, но очищается.

Марк посмотрел на кожаный костюм, потом на костюм тройку. Потом на нас.

Затем быстро переоделся. Чёрный костюм сидел на нём идеально. Он выглядел строго, уверенно, почти как настоящий лидер.

— Спасибо, — сказал он, глядя на нас. — Вы даже не представляете, как я вам благодарен.

— Мы знаем, — усмехнулся Горх. — Мы видели тебя в кожаном.

Марк улыбнулся.

Мы ещё долго смеялись, обсуждая, что сказали бы гоблины, если бы увидели Марка в кожаном. Но главное — у них было системное снаряжение.

Портал пропустит их без проблем. Завтра после испытаний мы уходим.

День пятый. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, когда мы собрались у ворот базы. Лана и Марк стояли в новой системной одежде — красный костюм Ланы горел ярким пламенем, а чёрная тройка Марка сидела как будто под него и была сшита.

Горх стоял рядом, сжимая в руках лук. На поясе висел колчан с новыми стрелами, за спиной — метательные кинжалы. Он выглядел серьёзным и сосредоточенным.

— Ну что, босс, — сказал Горх. — Время показывать, что умеет твоя железка?

— Время, — ответил я.

Я отошёл на несколько шагов, закрыл глаза и сосредоточился. Костюм лежал в инвентаре — я чувствовал его вес, его холодный металл, его энергию. Я мысленно коснулся его и вытащил наружу.

В ту же секунду костюм вылетел из инвентаря, как взрыв, и начал раскрываться. Сервоприводы загудели, металлические пластины разъехались в стороны, принимая мою форму. Я шагнул вперёд, и костюм захлопнулся вокруг меня, как вторая кожа. Ткань плаща мягко легла поверх металла, скрывая его.

Горх присвистнул.

— Прямо из воздуха. Круто.

Я посмотрел на свои руки. Сервоприводы мягко гудели, подстраиваясь под каждое движение. На правом запястье загорелся красный лазерный прицел. Я сжал кулак — сервоприводы отозвались мгновенно.

— Хорошо, — сказал я.

Лана подошла ближе, внимательно рассматривая костюм.

— Ты выглядишь... устрашающе, — сказала она.

— Это плащ даёт такой эффект, — усмехнулся я. — Мара постаралась.

Мы вышли за ворота базы на пустынную улицу. Солнце уже поднималось, разгоняя серый сумрак. Я активировал костюм в основном режиме. Сервоприводы загудели чуть громче, и я почувствовал, как сила разливается по телу. Я сделал шаг — земля подо мной слегка дрогнула.

Я улыбнулся и рванул вперёд. Я бежал быстрее, чем когда-либо. Ветер свистел в ушах, развевая плащ за спиной. Я прыгнул через груду обломков, перекатился, вскочил. Я чувствовал каждый мускул, каждое движение — костюм усиливал их, делал меня быстрее, сильнее, точнее.

Я остановился и поднял правую руку. Лазерный прицел загорелся, указывая точку на бетонной стене. Я активировал навык «Высвобождение давления» — игла вылетела с тихим свистом, вонзившись точно в центр лазерной точки.

— Отлично, — сказал я.

Я выхватил копьё и нанёс удар по воображаемому врагу. Сервоприводы подхватили движение, усиливая его. Копьё рассекло воздух с низким гудением.

— Он работает, — сказал я, тяжело дыша, но улыбаясь.

Горх кивнул, его глаза блестели.

— Он работает, — подтвердил Крис. — Арес заперт. Петля держит. Никаких попыток прорыва.

— Даже в «Последнем аргументе»? — спросил я.

— Даже там, — ответил Крис. — Он не сможет покинуть костюм. Он может только сражаться.

Я посмотрел на свои руки. Металл и ткань сплелись в единое целое. Костюм был готов. Я был готов.

— Надень шлем Ник, я подготовил дроны, сейчас проверим броню во время боя — сказал Крис в моей голове.

— Даже в «Последнем аргументе»? — спросил я.

Я кивнул и активировал шлем. Он мягко опустился, пластины щёлкнули с сухим, уверенным звуком — и тут же обзор сузился: вместо полной картины мира передо мной осталась узкая панорама, будто я смотрел через бойницы старой крепости. По краям экрана мелькали системные подсказки, перекрывая детали, но среди них вспыхивали и тактические метки — Крис подсвечивал траектории, выделял уязвимые зоны, накладывал поверх реальности тонкие пунктирные линии, по которым нужно было двигаться.

— Вот это минус, — пробормотал я, чувствуя, как от ограниченного поля зрения внутри поднимается раздражение.

— Зато ты защищён, — спокойно отозвался Крис в моей голове. — Если хочешь, шлем можно убрать обратно — он втягивается в плечевые сегменты. Но тогда голова останется уязвимой.

— Пусть пока будет, — решил я, стискивая зубы. Уже хотелось вернуть прежний обзор, но я знал: сейчас важнее не видеть всё, а выжить.

Из руин выскользнули три небольших дрона — не боевые, а учебные: угловатые, с мигающими индикаторами. Они двигались не хаотично, а по рассчитанным траекториям, будто кто‑то заранее продумал ловушки. Крис управлял ими ровно, без эмоций, как будто ставил шахматные фигуры — но эти фигуры несли угрозу.

Первый дрон рванулся вперёд, резко меняя направление. Я ушёл в сторону, и на этот раз сервоприводы не просто подхватили движение — они его усилили, добавив инерции, превратив уклон в стремительный рывок. Броня боролась с моей скоростью, но теперь она не мешала — она вела меня, задавала ритм, заставляла тело работать на пределе.

Выставил руку — лазерный прицел вычертил красную линию, и я активировал «Высвобождение давления». Игла сорвалась с места с тихим, хищным свистом и вонзилась в корпус дрона, выбив сноп искр. Дрон дёрнулся, но не упал — только индикатор мигнул жёлтым.

— Только повредил, — отметил Крис. — Целься в стыки пластин. Там меньше брони. Я подсвечу уязвимости.

На экране вспыхнули маленькие жёлтые треугольники — точно на стыках сегментов. Второй дрон зашёл сбоку, третий — сверху. Я крутанулся, и шлем снова сузил картину мира: периферия пропадала, приходилось поворачивать голову, теряя темп. Но в тот момент, когда я уже чувствовал, что не успеваю, костюм будто подтолкнул меня изнутри — сервоприводы дали короткий импульс, разворачивая корпус чуть быстрее, чем я мог сам.

Снова выстрел — игла ушла точно в подсвеченный стык, дрон замер и рухнул, лязгнув металлом по брусчатке. Третий я встретил ударом копья: броня потянула руку вниз, инерция пыталась сбить прицел, но сервоприводы удержали траекторию, не дали движению рассыпаться. Копьё рассекло воздух с низким, гулким гудением, наконечник ударил точно, и дрон развалился на части, разбросав по земле мелкие детали.

Я остановился, тяжело дыша. Пот стекал по вискам, внутри костюма становилось теплее — механизмы тянули энергию и тепло моего тела, работали на пределе, но работали. Я дал мысленную команду, и шлем мягко втянулся обратно в плечевые сегменты, открывая полный обзор. Мир сразу стал шире, ярче, ближе: руины, пыль, свет, тени — всё вернулось на свои места. Я глубоко вдохнул пыльный, тяжёлый воздух и почувствовал, как напряжение понемногу отпускает, уступая место уверенности.

Я подошёл к остальным. Горх кивнул, Лана улыбнулась, Марк поднял стальную трубу, если я дал Лане топор, то Горх дал Марку трубу.

— Мы готовы, — сказал он.

Я посмотрел на небо. Оно было серым, тяжёлым, но в нём пробивались лучи света.

— Тогда выдвигаемся, — сказал я.

Люди стояли у ворот базы, провожая нас взглядами. Кто-то махал, кто-то плакал. Я увидел Мару — она стояла в стороне, прижимая руки к груди.

Я подошёл к ней.

— Спасибо за плащ, — сказал я.

Мы двинулись к порталу в Лес Инкег. Горх шёл впереди, Лана и Марк — за ним. Я замыкал колонну, чувствуя, как костюм пульсирует в такт моему сердцу.

— Крис, — сказал я мысленно. — До встречи

— Я же связан с тобой, хоть и не так сильно как в начале, это еще не аргумент говорит мне до встречи, и да Крик делает успехи, у нас тут один проект, пока не буду говорить, но мы тебя удивим, хотя мне и сложно работать скорпионими лапками — ответил он.

— Как вернусь за тобой, — сказал я мысленно. — Сделаю для тебя манипуляторы

Мы вошли в портал. Свет поглотил нас — и мир вокруг изменился. Нас встретил лес — влажный, тёплый, пахнущий землёй и зеленью. Я сделал вдох, и сенсорная перегрузка на мгновение ослепила меня, но когда я привык я заметил странность, огненное зарево, системное древо горело.

Глава 21 Огонь и расплата

В лицо ударил сухой жар, словно я на миг открыл духовку. Горх выругался и просто побежал, а я обернулся к Марку и Лане, которые замерли. Марк сжимал свою трубу, а Лана завороженно смотрела в сторону леса.

— Оставайтесь здесь. Залезьте на дерево. И не высовывайтесь, что бы ни случилось. Если через час нас не будет, то уходите в Пролл и закрывайте портал.

— Только вернись, — тихо сказала Лана.

Я не обернулся. Не мог, уже рванул следом за гоблином, чувствуя, как тяжёлый металл костюма давит на плечи, как каждый шаг отдаётся в позвоночнике. После напряженного бега по темному лесу мы вышли к системному дереву. Лес расступился и я увидел их клан «Горящих гор» решился на атаку. Жидкое кольцо охраны медленно отступало к древу и только одна фигура сильно выделялась, это был Нозар.

Я впервые видел как сражаются высокоуровневые искатели. Рядом с ним росло поле поверженных врагов, кровь как дождь орошал его. Он стоял в ней по щиколотку. И не двигался.

А потом он двинулся.

Я не успел моргнуть. Один рывок — и он оказался в гуще врагов. Посох в его руках стал не оружием, а продолжением его тела. Удар — и трое гоблинов разлетелись в стороны, как поломанные куклы. Поворот — ещё двое рухнули с переломанными шеями. Он бил быстро. Чертовски быстро. Я не успевал следить за его движениями видел только как враги отлетают от него как поломанные куклы. Целый отряд дрогнул, перед единственным гоблином. Но было видно что и Он устал.

— Пора, — сказал я Горху.

Мы рванули вперёд, врезаясь в линию обороны врага как два бешеных зверя. Костюм был тяжёлым без сервоприводов в магическом мире это просто броня, которая давила на плечи. Я прицелился из арбалета по ближайшему врагу и спустил курок, стрела вонзилось ему в плечо и он кубарем покатился по земле. Сражаться с живыми, совсем по другому и тут мой арбалет заклинил, он вдруг стал однозарядным.

— Чёрт! — выдохнул я, отбрасывая его за спину.

Но у меня есть еще оружие, я вскинул руку и иглы начали со свистом разрезать воздух. Горх стрелял очень быстро, он активировал свой навык, стрелы не успевали найти свои места, а он уже натягивал следующие. Нас заметили, маленькая группа отделилась от Нозара и двинулась к нам, на их лицах горела улыбка, в отблесках пожара она выглядела максимально страшно. Горх активировал «Боевой транс» я видел это по тому, как изменилось его дыхание, как движения стали резче, быстрее, а его глаза загорелись жёлтым светом. Иглы кончились, я медленно достал копье из инвентаря и на максимум напитал его маной, наконечник загорелся синим. Горх же вскинул два своих кинжала и положил лук в инвентарь. Мы пошли в рукопашную.

Первый враг зашёл слева я рывком ушёл в сторону и с силой воткнул копьё ему в грудь. С силой рванув на себя копье, развернул его и встретил следующего ударом в живот. Враг хрипнул, повалился, а я уже поднимал блок, потому что новый клинок летел мне в лицо. Лязг, искры, я оттолкнул его ногой, он кубарем откатился.

Кто-то навалился на меня сбоку я выставил предплечье, броня полностью поглотила удар, даже не в активном состоянии броня получилась что надо. Я же вскинул запястье и выстрелил. В упор. Игла вошла под челюсть гоблина. Его тело обмякло и рухнуло прямо на меня, отшвырнув его я начал резко разворачивать, навык поиска жизни буквально кричал о угрозе со спины. А я критически не успевал, удар который мне нанесли пришёлся в плечо, глухой, тяжёлый, броня снова выдержала, но пошатнувшись я потерял темп. Я падал и в падении развернувшись, перехватил его руку с силой вывернул и ударил локтем в грудь. Металл брони с хрустом вошёл в плоть и он застыл, дёрнулся, осел.

Я стоял над ним, тяжело дыша, чувствуя, как пот заливает глаза, как трясутся руки, как каждый мускул в теле горит. Но я стоял. Я был жив. Я перевёл дыхание и спросил себя: сколько ещё?

Где-то рядом Горх добил последнего кинжалом

— Ты жив?

— Жив, пока, но мне кажется я слишком рано выложился, – сказав, он начал медленно заваливаться назад.

— Гоорх!

Я успел его поймать, прямо у самой земли. Откат навыка Горха сделал его беспомощным. Нас окружили, фанатики медленно сжимали кольцо, у всех на лице была эта странная гримаса, так похожая на улыбку. Они никуда не торопились, понимали что мы никуда не денемся. Горх тяжело дышал, иглы на нуле, мана тоже почти закончилась и тут я услышал крик, детский крик. Я на миг похолодел, дети не успели уйти.

У подножья системного дерева, среди обломком хижин металась фигурка одинокого гоблиненка. Он стоял у стены одной из хижин, которая уже дымилась. Дым пробивался сквозь щели и густым потоком улетала в небо. Гоблиненок не бежал за помощью, а окунув какую-то ткань в воду начал ломать стену. Затем он просто вошел в пылающий дом, не дрогнул. Я смотрел на это все и на меня напало какое-то странное чувство бессилия. Просто сидел и смотрел, как маленький гоблин исчезает в дыму.

Я резко схватил Горха за плечо и начал трясти.

— Гооорх! Гооорх, смотри!

Он медленно поднялся, помотал головой, прогоняя остатки отката, его взгляд наконец стал осмысленным и мы рванули к хижинам. Я бежал и молился, чтобы мы успели.

А потом я увидел, как он вынырнул из огня. Кашляющий, обожженный, с кем-то на руках. Она была меньше его, он нес её, прижимая к груди так, будто от этого зависел весь его мир. У его сестры горело часть платья, но она не кричала, а просто вцепилась в него и молчала. Он сбил пламя с её одежды голыми руками, не обращая внимания на ожоги. А потом обнял её, прижал к себе, и я видел, как его плечи трясутся.

Сзади, за нашими спинами, всё ещё гремел бой. Враги сжимали кольцо, крики и звон металла смешивались с рёвом пламени. Но я не мог оторвать взгляд от них.

Мы с Горхом побежали дальше и увидели, что он был не один такой. Гоблинши обнимали детей, стояли у обломков хижин и с надеждой смотрели на нас. Точнее, не на нас, а на Горха. Блудного, непутевого, но все же сына своего племени. Я видел, как в их глазах зажглась искра. Он был им нужен. И он сам это понял. Горх очень медленно повернулся к врагам, кто-то сзади кинул ему полный колчан со стрелами. Не оборачиваясь он его поймал, стрелы успели только тихонько звякнуть.

— Ник, — Медленно сквозь зубы пробормотал Горх . — Мы должны их спасти!

Я видел как его глаза ярко загорелись желтым.

— Давай сделаем это, – сказав это, и активировал режим «Последний аргумент.

Низкий гул сервоприводов вмиг рассеял тишину. И я пересел на пассажирское сиденье, теперь Арес за рулем. Мир резко смазался, шлем с гулким стуком опустился на голову, и я почувствовал, как холодная, чужая сила разливается по мышцам.

— Пошла жара.

Мы с Горхом рванули одновременно. Он — жёлтой молнией, я — черной тенью.

Я никак не контролировал броню, старался наоборот расслабится. Я просто наблюдал. Мои руки двигались сами быстрее, чем я мог осознать, копье резко вспыхнуло синим и первый же враг, который попытался преградить путь, отлетел в сторону.

Горх дрался рядом. Я даже не успевал замечать его стрел он просто вскидывал лук, и враги падали. Жёлтый свет в его глазах горел ровно, без колебаний.

Мы пробили брешь в оцеплении за считанные секунды. Враги пытались остановить нас, но Арес не давал им и шанса. Каждый удар был точным, экономным, смертельным. Я чувствовал, как сервоприводы гудят на пределе, как броня нагревается от трения и ударов. Я не мог остановиться. Я не хотел останавливаться. Внутри меня горело что-то тёмное и яростное.

— Горх! — крикнул я, но голос прозвучал из динамиков шлема — металлический, чужой. — Я прикрываю! Забирай своих!

Он не ответил. Просто рванул назад, туда, где у хижин стояли гоблинши с детьми. Я видел, как он подхватил двоих, как крикнул что-то и как они бросились за ним.

А я стоял спиной к ним, лицом к врагам. Я сражался экономно, но беспощадно. Каждый удар достигал цели — в голову, в корпус, в руку с оружием. Враги падали один за другим. Счёт потерялся. Время потерялось. Остались только мы, я и мои враги.

Горх с женщинами и детьми пробежали сквозь коридор, проложенный Аресом. Они бежали к порталу в Пролл. Я успел. Я справился. Они прорвались.

Только я успел обрадоваться, как броня резко нагрелась. Ядро брони потухло. Сервоприводы замолкли. Мир снова стал тяжёлым. Я сломанной куклой рухнул лицом в землю. Пыль и пепел забились в рот, я попытался вдохнуть и закашлялся. В ушах звенело, мышцы отказывались слушаться. Где-то за спиной кричали женщины, плакали дети.

«Вот бы они не смогли догнать их… Неужели я так и умру?»

И вдруг я почувствовал это. Где-то там, за спинами врагов, за стеной дыма и огня, что-то изменилось. Воздух сжался. И в моей голове раздался голос, который я бы узнал из тысячи:

— Зовите меня Маверик, твари!

Крис. Я улыбнулся в первый раз за весь этот ад.

Из портала вылетела огромная, ржавая, неуклюжая конструкция. Самолёт если это можно было так назвать. Собранный на коленке из того, что Крик нашёл на складах. Управляемый тем, кто никогда в жизни не летал. Он нёсся прямо на нас, дрожал, скрипел, но — летел.

Смесь, похожая на напалм, выплеснулась из его брюха и накрыла строй врагов. Липкий огонь взметнулся вверх жаркий, слепящий, неумолимый. Фанатики закричали. Впервые за весь бой я услышал их голоса и они были полны ужаса. Они дрогнули, побежали, рассыпались.

Крис гнался за остатками, поливая их огнём, и я чувствовал, как он мысленно ликует. У него получилось. Он смог нас всех спасти.

Я поднял голову и увидел, как ржавая конструкция делает последний круг над поляной, разгоняя дым и из её динамика раздался голос Криса:

— Командир, у вас там всё в порядке? А то я, честно говоря, только что научился летать. И кажется сесть мне уже не удастся. Ну что-ж удачи вам, я отключаюсь от управления, Крик молодец, но я только что угробил его детище, так что мне предстоит сложный разговор.

Я расхохотался. Смех вырывался из груди, сотрясая плечи. Я смеялся над Крисом, над его ржавым самолётом, над боем и над всем этим безумным миром.

Нозар не спеша подошел ко-мне. Он был весь крови и его глаза горели тем же спокойным желтым, как у Горха. Он улыбнулся мне и в его взгляде я впервые увидел что-то отдаленно похожее на уважение.

— Хорошо, — сказал он. — Вы пришли. И мы выстояли.

Я медленно поднялся на ноги. Костюм теперь ощущался чертовски тяжелым без рабочих сервоприводов он ощущался как средневековый доспех. После того как адреналин немного схлынул я почувствовал, как мое тело буквально горит, как болят мышцы, силы уходят, оставляя после себя дрожь и слабость. Но я все же стоял.

— Мы ещё не закончили, — сказал я. — Но сегодня — выжили.

Нозар кивнул. Он обернулся и крикнул. Женщины начали подходить к нам. Дети подбегали, обнимали Горха, хватали его за руки. Маленький гоблинёнок, тот самый, который спас сестру, подошёл ко мне, остановился и молча смотрел снизу вверх. Я присел перед ним на одно колено.

— Ты молодец, — сказал я. — Ты спас ее.

Он ничего не ответил. Просто смотрел, своими красными глазами, даже не моргал. Потом медленно протянул мне свою маленькую грязную руку. А я протянул ему свою. Мы пожали руки. Это был самый странный, самый тёплый и самый правильный момент за весь день.

Через несколько часов мы собрались на поляне у подножия системного дерева. Марк и Лана переправили всех женщин и детей в Пролл и присоединились к нам. Нозар подкинул дров в костер, всполохи на миг осветили лица всех присутствующих.

— Всем вам спасибо, мы отбили первую, но далеко не последнюю атаку — начал он. — Пора рассказать вам свой план.

— Племя Горящих Гор необычное, его вождь Нунг решился на один шаг, он с помощью магии полностью промыл мозги своих сородичей. Сделал их своими марионетками, это остановило одичание, но какой же ценой.

— А что мы можем сделать? – спросил Ник.

Нозар достал из мешка небольшой, пульсирующий зеленым камень, похожий на яйцо.

— Это ядро дендроида стража, — сказал он. — Одного из стражей Леса Инкег. Оно дремлет уже много лет, но если влить в него достаточно маны — оно пробудится. Дендроид уничтожит всё, что угрожает его территории.

— Ты хочешь разбудить его в лагере врагов? — спросил Горх.

— Именно. Сам лес очистит себя от заразы. Но чтобы пробудить дендроида, нужно влить в ядро сто единиц маны. И сделать это нужно в центре лагеря, в шатре Нунга.

—У меня всего 70 единиц, откуда мне достать 100? — спросила я.

— Значит, нужно поднимать уровень, — сказал Горх и шагнул вперёд. — Пойдем на охоту?

— Не волнуйся по этому поводу я переведу тебе столько, сколько хватит на уровень. Сейчас это важнее, чем моя сила.

Я смотрел на них, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое, тяжёлое.

— Слушай, я давно хотел спросить тебя, как тебе удается передавать ОР.

— У тебя есть свои секреты, — ответил Нозар. — А у меня свои. Обычный Искатель не может передавать ОР. Но есть некоторые запрещенные навыки, процент конечно грабительский, но все же это возможно.

Я закрыл глаза и почувствовал, как в моё тело вливается чужая энергия — тёплая, живая, похожая на солнечный свет. ОР прибывал, переполняя резервы. Система подтвердила коротким всплеском света.

Я сразу начал повышение уровня, время замедлилось, ОР пульсировал внутри моего тела и процесс пошел. Снова было больно, но хорошо, что уровень поднялся относительно быстро. Я вложил все три очка в интеллект и тут моя голова словно взорвалась, внутри черепа начал разливаться жуткий холод. Через несколько томительных минут голова начала постепенно проясняться. Всплыло системное сообщение

Вы достигли лимита по одной из характеристик (Интеллект) для вашего вида, дальнейшее повышение откроет новые горизонты. Получен навык Разгон мышления. Описание:

Способность временно ускорять мыслительные процессы. Позволяет анализировать ситуацию в несколько раз быстрее, просчитывать траектории движений противников и находить оптимальные решения за доли секунды. Активируется сознательно, требует постоянного расхода маны (5 ед. в минуту). При длительном использовании вызывает сильную ментальную усталость.

Ник (5 уровень) [0/200]

СИЛА — 9

ЛОВКОСТЬ — 8

ИНТЕЛЛЕКТ — 10

ВЫНОСЛИВОСТЬ — 7

Навыки:

Острый нюх

Поиск жизни

Магический дар (Заклиная: Телекинез)

Гоблинский инженер

Высвобождение давления

Разгон мышления (новый)

Свободный слот

— Теперь хватит, — выдохнул я, – я даже получил новый навык «Разгон мышления»

Нозар протянул мне ядро. Оно было холодным и тяжёлым, пульсировало в ладони, как живое сердце. Благо, оно было системным и я спокойно поместил его в свой инвентарь.

— Отнесёшь его в лагерь, в центр, где стоит шатёр Нунга. Там находится тотем, который держит заклинание. Нам не нужно убивать Нунга достаточно будет разрушить тотем. И тогда его магия рассеется, а все гоблины под его началом проснуться. Активируешь ядро и дендроид пробудится. А дальше лес сам сделает всё остальное.

— А если меня заметят? — спросил я.

— Не дай им себя заметить, — ответил Нозар. — Времени у тебя будет не больше минуты после активации.

Горх подошёл и протянул мне колчан со стрелами.

— У тебя не осталось игл, будешь стрелять из лука. Конечно до меня тебе далеко, но хоть что-то. И сильно не геройствуй. Мы ждём тебя тут. Ты вернёшься, а если нет я сам пойду тебя искать.

Я улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Не потеряй меня, принц.

Поверх своей брони я надел костюм лесного охотника. Ткань мягко легла поверх, скрывая очертания брони. Ботинки бесшумки мягко ступили на землю, не издав ни звука.

Нозар подошёл ко мне в последний раз. Он смотрел на меня так, как старый мастер смотрит на ученика перед последним экзаменом.

— Удачи тебе, Ник. И помни что ты несешь не просто ядро дендроида. Ты несёшь буквально наш последний шанс. Кивнув я шагнул в темноту.

Темнота приняла меня как родного, порой даже сам не видел своих рук. Костюм пришелся как нельзя кстати, ветер заглушал мои шаги, нюх и поиск жизни в тандеме вели меня в сторону откуда к нам пришли нападающие.

Через несколько часов я заметил признаки врагов, охотничьи угодья, маленькие хижины и костры. Горящие горы даже не прятались, они были полностью уверены в своей силе. Дойдя до круга из костров я полностью затаился. Я забрался на старый дуб и на полную включил навык поиск жизни, перед глазами появилась карта: десятки сигнатур, в основном часовые. Что сказать, с дисциплиной у этих парней полный порядок. Ну а как могло быть по другому, если ты беспрекословно подчиняешься своему господину. Теперь попробуем что-то новенькое я включил «Разгон мышления».

Время замедлилось, сознание в фоне обрабатывала сотни вариантов, все вокруг стало четким, почти болезненно ясным. Я видел все, как и когда ходят патрули их траекторию и скорость, где именно стоят часовые, откуда дует ветер и мозг начал строить маршрут. Путь был, узкий опасный, но все же был. Запомнив его я отключил навык, голова сильно заболела, а мана просела.

Я двинулся вперед, первый патруль прошел от меня буквально в трех метрах, я замер за грудой бочек, факелы мелькнули опасно близко и я на миг перестал дышать. Чем ближе я подходил к их лагерю, тем тревожней мне становилось, нет не из-за страха попасться и все такое, а от окружающей картины. Я видел как один из гоблинов сидит и смотрит на свою руку, которая буквально обуглилась, но ничего не делает. Просто сидит и смотрит, как на что-то, что его никак не касается. Дальше – хуже. В тени одного из шатров я увидел гоблиншу, они сидела с мертвым ребенком на руках, не плакала, не шевелилась, а просто сидела и смотрела на него пустыми глазами.

Нунг не просто промыл им мозги, даже зомби на Пролле были более «живыми» чем эти гоблины. Мне нужно их спасти. Не ради себя или Нозара, а ради них. Я сжал кулаки, желваки сами собой появились на моей лице, и тут я услышал очень необычный запах. Словно я на миг оказался на своей кухне, на Земле, это был запах жаренной картошки. Запах исходил из шатра который стоял немного особняком от остальных, внутри шипел огонь и были слышны звуки готовки, отодвинув полог на задней части шатра я увидел. В центре шатра ко мне спиной стоял человек и старательно готовил. И тут я его узнал. Этот человек был со мной в автобусе...

Глава 22 Важная встреча

Я замер на входе в шатёр. Внутри, напевая что‑то себе под нос, человек жарил картошку. Запах был до боли земным — масло, соль, раскалённая сковородка. И настолько неправильным посреди лагеря гоблинов‑фанатиков, что я на секунду решил, что у меня начались глюки.

Но нет, сковородка шипела, лопатка скребла. Мужик так же стоял и готовил. И как мне его не напугать? Стараясь не шуметь, медленно зашёл внутрь шатра. Полог мягко опустился за спиной. Полумрак. Тёплый воздух, пропитанный маслом и травами.

— Эй, — позвал я сначала тихо. Потом чуть громче: — Мужик. Мужик, тихо обернись, я знаю, что ты был в автобусе номер семь.

Спина человека вздрогнула, но он не обернулся. Вместо этого он медленно, не выпуская лопатки, показал в угол шатра. Там, среди кучи тряпья, сидел гоблин и неотрывно смотрел на мужчину. На сухом и обветренном лице этого гоблина не было ни одной эмоции, он был словно статуя, как живая камера наблюдения.

Прошла секунда, другая, третья — гоблин всё так же сидел, даже не моргал, кажется, даже не дышал. Что ж, он смотрит только в одну сторону. Медленно подойдя к нему сзади, зажав рот, ударил его копьём. Тело гоблина задрожало, но даже так он смотрел только на повара, шарик с ОР медленно впитался в меня.

Получено 10 ОР. Текущий ОР: 10/200.

Мужчина резко развернулся, лопатка с глухим стуком упала на землю. Я увидел его лицо — уставшее, с глубокими кругами под глазами и с сединой на висках. На вид ему было за сорок, рваная одежда и грязное лицо. Но вот взгляд. Взгляд был живым и ясным. Он сноровисто обыскал гоблина. Из‑за его пояса он достал кривой нож и, сунув его в инвентарь, подошёл ко мне.

— У нас десять минут, парень, — голос хриплый, усталый. — Ты оборвал его связь с тотемом. Хорошо, что Нунг запретил ему двигаться. То, что ты сделал, наверное, можно даже воспринять как доброту. Я, кстати, Алексей.

— Я Ник. Как ты тут оказался? Много ли людей спаслось?

— А я тебя вроде помню, ты как‑то по‑особенному выделялся, словно впервые едешь в автобусе, — он прищурился. — У тебя что, родители американцы?

— Ага, французы. Можешь звать меня Никита, но иногда тут решают секунды.

— Понимаю. Тогда я Алекс, — сказал Алексей и протянул руку. Я пожал. Ладонь тёплая, сухая, с мозолями.

Он грустно вздохнул и продолжил:

— Спаслись? Спаслись? — чуть громче сказал он. — Мы не спаслись, Ник. Нас просто не убили сразу. Ящеры провели принудительную инициацию, некоторые не выдержали. Тех, кто остался, разделили по навыкам.

Он замолчал. Я слышал, как потрескивают угли в очаге. Как где‑то снаружи кто‑то ходит. Как бьётся моё сердце. Потом он начал собираться.

— Мне в какой‑то мере даже повезло, — после паузы продолжил он, — я получил редкий навык «Кулинарное мастерство». Ящеры оценили. Я могу готовить еду, которая на время повышает характеристики.

Я смотрел на Алекса, и внутри поднималось странное чувство вины, словно я допустил всё то, что произошло с ними.

— А остальные?

Алексей помолчал. Потом, не оборачиваясь, сказал:

— Трое стали бойцами. Один — лучник. Обычные навыки, ничего выдающегося. Их отправили на фарм одной жуткой локации. Я не знаю, живы ли они сейчас.

Затушил огонь и потом добавил тише:

— Одна женщина получила навык «Ворожея». Уникальный. Её сразу забрали. Я не знаю куда. Я даже не успел узнать, как её звали. А какой навык получил мальчик, я так и не понял, его тоже забрали.

Я сжал кулаки.

— А ты? Как ты оказался тут?

— Меня оставили в городе с одним ящером для продажи. Я был товаром. Дорогим товаром. Нунг дал хорошую цену, и теперь я готовлю для его армии.

— И ты просто согласился?

Алексей нервно засмеялся.

— Согласился? Я не соглашался. Мне просто не дали выбора. Но я ждал и готовился, Ник.

Он поставил сковороду на землю, улыбнулся и откинул ковёр. Под ним оказался тайник. Он заговорщицки посмотрел на меня и достал оттуда два румяных пирожка, бережно укутанных в полотенце. Потом оттуда же он достал большой чёрный молот.

— У нас осталось минут пять, — сказал он, поднимаясь, — потом тотем отправит сюда гоблинов для проверки. А Нунг выйдет раздавать команды на день.

Он кинул мне один пирожок. Я поймал его на лету.

— Держи. Это пока что вершина моего навыка. Кушай, и сваливаем.

Я надкусил. Тесто мягкое, с маслянистой корочкой. От укуса мне стало тепло, вспомнились мамины пирожки. Ещё горячие, но такие вкусные. Тепло начало разливаться по всему телу. Интерфейс коротко мигнул и выдал: «Все характеристики повышены на 1 единицу на 3 часа».

— Неплохо, — сказал я, дожёвывая. — Что дальше?

Алекс сжал молот, и я увидел, как его руки дрогнули.

— Я должен кое‑что сделать. Ты пока тут побудь, я приду за тобой. Сам никуда не уходи. Скоро тут будет жарко.

— Стой, вояка, у меня тоже есть дело. Не проще ли вместе выступить?

— Ты пятого уровня, я восьмого, — он посмотрел на меня прямо. — Шансов у меня больше будет.

— Но вдвоём мы справимся быстрее.

— У меня к нему свои личные счёты.

— Я тебя понимаю, но и ты послушай меня.

Я коротко рассказал о своём плане. О ядре. О дендроиде. О том, что нужно сделать и как. Алекс всё это время слушал молча; с каждым моим словом его молот всё ниже опускался. Он кивнул.

— Ладно. Идём вместе. Твой план немного лучше, чем мой.

— А какой был у тебя?

— А? У нас мало времени. Пошли, давай.

Мы вышли в ночь. Темнота снова приняла меня, укрывая в своих объятиях и гася мои шаги. Но, кажется, она приняла только меня. Слонопотам сзади пару раз чуть нас не выдал: то ветку сломает, то камень сдвинет. Я шипел на него, но это мало как помогало. Если так дальше пойдёт, то нас засекут.

Поняв это, Алекс показал, где именно находится палатка с тотемом, а сам остался тут. Решили, что он через десять минут устроит суматоху, чтобы я успел активировать сюрприз, а потом он присоединится к вечеринке.

Я пошёл дальше. Без Алекса я мог позволить себе немного ускориться, хоть броня и висела на мне мёртвым грузом, но всё же. Патрули обходил благодаря «Поиску жизни» и «Разгону». Пирожок пришёлся как нельзя кстати: мана не опускается ниже сотни, и я мог использовать навыки, не считая каждую единицу.

Шатёр с тотемом стоял чуть поодаль от остальных. Его окружала странная, липкая мана, и полная тишина. Даже ветер, казалось, обходит его стороной. Я осторожно отодвинул полог и заглянул внутрь.

Тотем возвышался прямо в центре. Он был чёрным и высоким, покрытый рунами, которые тускло горели красным в темноте. От тотема во все стороны уходили красные нити как десятки, сотни, тонких красных червей. Я медленно и осторожно достал ядро. Оно пульсировало, словно живое, и в такт ему гудела и вибрировала сама земля. Я сделал шаг в сторону чёрного столба, как вдруг чуть не уронил ядро, услышав тихий голос сзади:

— Ты думал, что всё будет так просто? — голос раздался от входа, низкий, с хрипотцой.

Я обернулся. Нунг стоял у входа, заслоняя проём. Свет за его спиной делал его силуэт рваным и зыбким. Глаза, словно два жёлтых опала, ярко горели в темноте. Он был безоружен, но от него исходила такая дикая волна давления, что ноги сами собой сделали шаг назад.

— Я знал, что рано или поздно мой старый друг снова решится. На этот раз он достал откуда‑то человека. Тотем не может взять тебя под контроль, но всё же он мне сказал о твоём прибытии ещё до того, как ты убил моего соглядатая. Я просто решил посмотреть, что ты будешь делать дальше.

Он шагнул вперёд. Ну как шагнул, мне казалось, что Нунг просто переместился и оказался буквально в метре от меня. Пугающая скорость. От страха я вскинул копьё и напитал его по максимуму. Оно ярко вспыхнуло синим, а Нунг даже не моргнул.

— Убери свою зубочистку, — сказал он почти шёпотом. — Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже не дышал. И покажи, как именно ты хотел сломать мой тотем?

Я не отступил, а, врубив «Разгон», достал ядро и начал вливать ману. Мир замедлился, и я увидел многое: как мелко подрагивают пальцы Нунга, как его грудная клетка ходит быстро, как будто после марафона. Как красные нити тотема тянутся вверх по его ногам, оставляя кровоточащие раны. Он не хозяин, он такой же пленник тотема, как и все остальные.

— Это что‑то интересное. Возможно, что этот способ может сработать, ведь все мои способы не сработали, — тихо сказал он и показал рукой куда‑то в угол.

Там стоял стол, где лежали вперемешку выцветшие свитки, поломанные инструменты, всякие молоты и топоры.

Затем он просто коснулся красных нитей, которые буквально вросли в его ноги, и стоял несколько секунд, колеблясь. Потом силой оторвал нити от своих ног и сложился пополам. Его тело начало биться в конвульсиях. После он медленно выпрямился, его глаза прояснились, но его ноги дрожали, а чёрная кровь капала с ладоней.

— Что всё это значит? — сказал я, усиленно напитывая ядро маной.

— Я сначала думал, что поступаю верно, потом долго не хотел признавать своих ошибок, а когда решился их исправить, было уже слишком поздно.

Нунг чуть не упал. Он медленно выпрямился и посмотрел на меня уже немного другим взглядом.

— Сейчас мои гоблины даже подтереться без приказа не могут, и вот поэтому ты ещё дышишь.

— Ты не хозяин, — выдохнул я, — ты один из пленников.

Я смотрел на его лицо. Там не было страха или боли, лишь злость на самого себя и бесконечная усталость.

— ААААААА, собаки сутулые! — вдруг заорал Алекс где‑то в лагере. — Пора кушать! Повар приготовил вам порцию своих фирменных чапалахов!

Как же не вовремя. Крик Алекса и глухой стук его молота о камень эхом разнеслись по лагерю, гоблины зашевелились и начали выходить из своих шатров. Тотем в это время вдруг, словно почувствовав угрозу, начал ярко пульсировать красным светом, который сопровождался низким и протяжным гулом.

— Теперь у нас нет времени на нежности. Ломай этот поганый камень, а я задержу своих. И по поводу твоей штуки: я вижу, что в неё нужно влить необходимое количество маны сразу, только так ты сможешь его разбудить, — с этими словами Нунг, достав из своего инвентаря две деревянные дубинки, вышел встречать своих.

Я шагнул вперёд, сжимая ядро в руке, поставил его у основания тотема и начал заново с максимальной скоростью вливать ману. Руки буквально раскалились, мана толчками выходила из меня и впитывалась в ядро. Секунды текли очень медленно, каждый удар моего сердца давал топливо молодому древу.

В это время началась тотальная мобилизация всех гоблинов: они выходили из шатров, подходили из леса, затем сплошной стеной шли в сторону тотема. Алекс же даже немного растерялся: его попытка отвлечь гоблинов на себя вышла слегка неудачной, к нему пошла лишь часть. Он достал свой молот и начал отбиваться — часть частью, но всё же их было много.

Гоблины подошли и начали ломать шатёр, а Нунг начал ломать их.

Пошла жара! И тут перед глазами выскочило уведомление: «Скорость передачи маны недостаточна. Использовать для ускорения весь доступный ОР?»

— Да! — крикнул я, чувствуя, как из груди что‑то уходит. Боль была такая, будто меня разрывали изнутри.

Активация…

Я почувствовал, что последние капли маны уходят к ядру, не просто опустошая резерв, а как будто забирая часть меня с собой. Руки дымились, а сознание было мутным. И я вспомнил сны, которые мне снились: танцующие деревья и музыку в лесу. И в этот момент зелёный луч света выстрелил из ядра дендроида прямо в небо, облака озарили ветвистые зелёные молнии. Небо начало гореть зелёным, словно на небесах наступило лето. Один из хранителей леса начал своё пробуждение. Это было похоже на взрыв: корни и листья буквально разорвали ядро, затем землю и впились в тотем. Они множились и крепли, с каждой новой секундой обретая очертания огромного древа. Это зрелище меня заворожило, но мне нужно кое-что проверить.

Мана: 3/80.

Я навсегда потерял часть своей маны. Целых двадцать процентов! Надеюсь, не зря.

Хранитель получился огромным, его руки были размером со среднее дерево, тело было укрыто темной корой, покрытой мхом, а глаза его горели ровным зеленым цветом. Он встал, разорвав бедный шатёр, словно шапку, которая вдруг стала ему мала. Ткань с шумом разлетелась в клочья, шесты разломались. И он предстал перед нами во всей красе.

Он неторопливо повернулся к тотему. Тотем же, даже не накренился, лишь вспыхнул красный щит вокруг него. Дендроид поднял руку и затем с силой ударил. Бум! Гулкий звук прокатился по лагерю, сметая шатры и разбрасывая бедных гоблинов, как щепки. Пыль, огромными клубами взметнулась вверх, закрывая небо.

А я же понял свою ошибку уже в полёте: надо было сразу валить отсюда. Воздух за спиной взорвался от повторного удара, и меня с силой швырнуло на землю, выбив остатки дыхания. В ушах звенело, перед глазами плыли пятна. У меня остались силы только смотреть.

Нунг стоял среди хаоса и улыбался. Его глаза горели ярче, чем когда‑либо. На него уже никто не смотрел: все гоблины с остервенением набросились на зелёного гиганта, они вгрызались в его ноги, старались замедлить. Но он на них даже не смотрел, он начал бить в щит тотема. Каждый новый удар порождал ударную волну, которая сбивала гоблинов и ломала шатры. Затем щит треснул, красная энергия начала изливаться на землю. Я видел, как нити начали рваться, а гоблины падать. Истощённые и не знающие, что делать, они начали убегать в лес. Дерево вбило свою руку глубоко в землю, и огромные корни начали оплетать тотем. Треск услышали все: тотем с жутким шумом полностью разрушился, и гоблины, которые ещё сражались, вдруг упали и, словно деревянные куклы, посыпались на землю. Алекс в это время вынырнул из дыма и, волоча свой немного помятый молот, пошёл в мою сторону.

Гоблины теперь свободны, а Нунг упал перед ними на колени; слёзы большими каплями капали на землю. А Хранитель, закончив с тотемом, окинул поле своими зелёными глазами и медленно ушёл в лес.

Скрытое задание леса Инкег «Разбудить первого хранителя» выполнено.

Получено 200 ОР.

Я лежал и смотрел на небо, и тут меня кто‑то потащил. Леха. Он что‑то говорил, но я не слышал. Мы шли прочь от лагеря, прочь от дендроида. В конце я краем глаза видел, как гоблины окружают Нунга; он всё ещё стоял на коленях. Не знаю, что они с ним сделают, но я свою задачу выполнил. А он ответит за свои поступки.

Когда я очнулся, было утро. Мы с Алексом сели у корней огромного дерева, он покормил меня своей кашей.

— Очнулся? — спросил он, не поднимая головы. — Думал, ты дуба дашь.

— Спасибо, что вытащил.

— Ты бы меня тоже вытащил. Наверное.

Возвращались мы в лагерь у системного дерева, когда солнце уже светило сверху через кроны деревьев, а тут стало хорошо. Слышны звуки животных и насекомых, меня окружают тысячи запахов, и шаг сам по себе становится легче. Вот мы и добрались к первым постам гоблинов Нозара, нас встретили как родных. Горх в полном облачении и с луком наперевес бежал к нам с поста. Он выскочил из кустов и со всей силы ударил головой по плечу. Я чуть не упал, но был очень сильно рад его видеть.

Потом Горх посмотрел на Алекса, затем на его молот, потом снова на Алекса.

— Ты привёл нового друга?

— Он ещё неуклюжее, чем я, но такой же храбрый. Был со мной в момент переноса в Хаб, и он помог разрушить тотем.

Горх медленно нахмурился, потом кивнул своим мыслям и улыбнулся.

— Я Горх, сын Нозара, и теперь ты друг нашего клана, — сказал он и протянул Алексу руку.

Алекс её пожал.

— Я Алексей Иванов. Отца звали Антон. Мне Ник немного рассказал о тебе. Он говорит, что ты лучший стрелок в этом мире.

— Он преувеличивает, — усмехнулся Горх. — Но не сильно.

— Мой отец ждёт вас, пошли быстрее.

Нозар стоял у потухшего костра, глядя на небо. Когда мы подошли, он, не оборачиваясь, сказал:

— Вы справились. Тьма отпустила гоблинов Нунга. Ты сполна отработал залог. И я вижу, ты нашёл своего?

— Да, но если бы не Нунг, мы бы не справились. Мы вместе разрушили тотем.

— Он не всегда был таким. Каждый по‑своему переживает утрату. А утрату целого мира переживают единицы. Мы с ним не смогли.

Я молчал, давая ему выговориться.

— Он жив?

— Я точно не могу сказать, но, когда мы уходили, он был жив. Но я не знаю, что его гоблины сделают с ним.

— Он хотел спасти их, — сказал Нозар. — Как и я. Мы просто выбрали разные пути.

Нозар молча смотрел на лес, а я смотрел на лагерь. Лагерь начал просыпаться от кошмара. Дети и женщины вернулись обратно в свой лес, так же, как и Лана с Марком. Гоблины суетились вокруг костров, женщины успокаивали детей, старики сидели у шатров и смотрели на возрождение лагеря.

Я и Алекс отправились в шатёр, чтобы немного прийти в себя. Я так и не смог снять свою броню — даже гоблинский инженер не помог: ядро было полностью уничтожено.

Когда солнце коснулось верхушки деревьев, лагерь вдруг затих. Гоблины прекратили работы, даже ветер, казалось, замер в ожидании.

— Начинается, — тихо сказал Горх, подходя к нам.

Я посмотрел на него.

— Что начинается?

— Ритуал прощания, — тихо сказал он. — Мы будем провожать тех, кто ушёл.

Мы собрались в сердце лагеря, а гоблины начали нести тела, завёрнутые в ткани, бережно и осторожно, словно боясь сделать им больно. Укладывали их в один ряд, формируя коридор, покрытый ветками, цветами и листьями.

Никто не плакал; даже наоборот, некоторые улыбались.

Нозар вышел в начало коридора. Он был без своего посоха и доспехов — просто старый гоблин, который потерял слишком много.

— Мы собрались здесь, чтобы проститься, — торжественно сказал он. — Мы провожаем своих сородичей с глубокой благодарностью.

Он подошёл к первому телу и положил свою руку на грудь молодого гоблина.

— Он был хорошим воином. Был одним из тех, кто прикрывал отход. Он дал нам шанс.

Он прошёл немного дальше и опустился на колени рядом с телом женщины.

— Она была матерью троих детей, — сказал он. — Она отдала свою жизнь, чтобы защитить их. И она их защитила. А дальше мы все вместе будем следить за ними.

Гоблины за Нозаром начали подходить к телам. Я смотрел, как гоблины касаются их, говорят слова прощания; некоторые просто сидели молча.

Алекс стоял рядом и сжимал свой молот.

— Они не плачут, — сказал он тихо. — Почему?

— Потому что они верят, — ответил Горх. — Мы верим, что, если ты прожил хорошую жизнь, тебя должны провожать с радостью. Потому что ты не ушёл навсегда. Ты просто перешёл в другой лес.

Ко мне подошла одна из гоблинов — та, которая держала на руках самый маленький свёрток. Ничего не говоря, она медленно достала из‑за пояса вырезанный из дерева маленький цветок. Было видно, что этим цветком очень дорожили. Игрушка… Я хотел что‑то сказать, но слова не шли. Я просто сжал её руку. Мы стояли с ней и смотрели.

Нозар в конце подошёл к кое‑как завёрнутому телу. Оно лежало в стороне: тот, кто его принёс, смог донести его только сюда. Рядом с ним стояла маленькая девочка, держа в руках кусок мокрой ткани.

Девочка подошла к телу своего отца и положила эту ткань ему на грудь. Она села рядом с ним и начала тихо напевать. Это была не просто песня: мне послышалось в ней звучание ветра, который играл с листвой, шум деревьев и животных. Гоблины начали подходить к ней, садиться рядом, подпевать. Их голоса росли, сплетаясь в одну песню, которая поднималась над лесом, растворяясь в небе, и мана ей вторила.

Когда песня стихла, Нозар поднял руки.

— Мы прощаемся с ними, — сказал он. — Мы благодарим их за то, что они были с нами. И мы обещаем, что будем жить так, чтобы они могли гордиться нами.

Тела начали исчезать: они превращались в свет, в искры, которые поднимались к небу, унося с собой последние следы боли. Я подумал о Нунге: где‑то внутри я надеялся, что он выживет. Ведь он не был злодеем. Он был просто сломленным вождём, который слишком долго держался за неправильное решение.

Я вернулся к Алексу. Он лежал на земле, глядя в небо.

— Это было красиво, — сказал он. — То, что они сделали.

— Да, это было чертовски красиво.

Мы сидели у костра, глядя на зажигающиеся звёзды, которые медленно появлялись в тёмном небе. И сегодня, кажется, их стало больше.