Согневар Белый Хвост

1. Щенок и льды

Завывал ветер. Холодный, ледяной, пронизывающий до костей, до корней зубов. Такой холодный, что было сложно шевелить конечностями. И только глубоко в пещере молодая самка готовилась принести потомство. Это был первый раз, когда она щенилась. Под завывание ветра она выла сама, даже не выла, пристанывала, виляя из стороны в сторону пушистым серым хвостом. Через час все было кончено, и на свет появился всего один, но крупный щенок. Белый, с бесконечно голубыми глазами. Он родился с зубами и тотчас же ухватил свою мать за палец.

— Какой злой! — присвистнула мать, плавно убаюкивая своего щенка на руках. — Наверняка он станет сильным.

И тут ее нос, уже уставший от запаха крови, уловил запах волшебства. Быстро обнюхав своего щенка, искавшего грудь, она поняла, что ее щенок родился волшебником. Но об этом она подумает после.

Прошли сутки. Маленький Согневар спал, виляя во сне хвостом, а мать отправилась на охоту. Неуверенно ступая маленькими, легкими лапами, шла она через торосы, когда снежная вьюга бросала ей снег в лицо. Крупные хлопья растекались по щекам, превращаясь в холодные водяные дорожки. Самка нюхала носом воздух. Она знала, что где-то здесь есть пробитая полынья, из которой выбираются на поверхность морские гады, отвратительно воняющие тиной, но такие приятные на вкус. Громко квакая, эти склизкие, жирные создания сейчас являлись пределом ее пищевых мечтаний. Снова подернулся нос, розовый, покрытый веснушками. Самки гнольфов были намного меньше, чем самцы. Однако, благодаря небольшому размеру, они могли легко охотиться, да и пищи им требовалось не так много. Самка немного поежилась и начала красться. Два крупных, синих, морских гада, вооруженных простыми палками, стояли на берегу, о чем-то оживленно квакая. Один, пучеглазый, с острым хребтом, явно был не самой лучшей целью для самки, зато другой, еще более жирный, распроставший плавники, хохотал или рыдал, невозможно было понять, выглядел слабым. Самка уже наметила его своей жертвой. Бросок, и все кончено. Шипастый морской гад с позором удрал, а его жирный товарищ дергался в зубах гнольфки. Взмах когтей, еще один, она наносила удары уже мертвому морскому гаду. Слюна хищника, попавшая в лигулу, не позволяла телу возгореться. Морской гад последний раз жалобно дергнул конечностями и застыл. Добыча была поймана. Самка тут же принялась грызть еще теплое мясо, пока мороз не взял свое. Рука морского гада была съедена через минут десять. Самка, толстая, довольная, позволила себе поспать около трех минут. Потом мгновение ока проснулось, водрузила себе на хребет тушу, уже подернутую морозом, и потащила ее в логово.

Вернулась она ещё через десять минут, Согневар, по-прежнему, спал. Его маленький, короткий, белый хвост всё так же вздымался и дергался из стороны в сторону. Не обращая внимания на сына, самка принялась каменным рубилом разделывать тушу. Один взмах, другой, третий, и вот уже туша была разделана на крупные небрежные куски рваного мяса. Противный водянистый запах смешался с приятным запахом жира. Морские гады были прекрасной пищей, легкой в добыче, особенно когда охотником являлся одиночный гнольф, а не огромная стая из пятидесяти клыков. Отец Согневара уходил на охоту далеко. Его целью были караваи, крупные злые хищники, сами являющиеся грозой для всех обитателей ледяных мест. Однако с каравая получалось не только мясо, но и шкура, жир, кости. Всё это можно было или выгодно продать или съесть.

Отец вернулся через десять дней, когда Согневар уже мог полноценно ходить и разговаривать. Пока что он говорил небольшие фразы, вроде «дай», «мать», «принеси», «злюсь», «голодно», «сыт». Однако его способности к волшебству уже давали знать о себе. Небольшие искорки, которые он высекал из пальцев, взбивали снежинки, а спустя время уже и сосульки. И когда отец, огромный, почти трехметровый гнольф вошел в пещеру, держа под мышкой увесистый кусок мяса каравая, Согневар приветствовал его хлопком. Рыча! Он не воспринял гигантского гнольфа как своего отца, но как нарушителя. Волшебный болт ударил в гнольфа и заставил того сделать шаг назад.

— Какой сильный — Всего один? — только спросил отец.

— Всего один, — ответила самка, отплевывая в сторону кость морского гада и с интересом глядя на мясо каравая, которое держал на спине отец Согневара.

— Что же, всего один, зато волшебник. С таким будет проще.

— Я бы не сказала, — ответила самка, вгрызаясь зубами в холодное, но такое желанное красное мясо, после водянистого жира морских гадов, приобретающий еще больше вкус и аромат. - Через три месяца придут старейшины.

2. Злой Колдун

Башня колдуна Ворманна находилась далеко в стороне от стойбища племени гнольфов. Ворманн не был ни старым, ни молодым. Казалось, этот гнольф вообще не имел возраста. Таких, как он, презрительно называли виг, служитель Пса, или Псов, древних, злых, темных созданий, живущих в тенях.

Поклонение теням было строго-настрого запрещено всем гнольфам, всем, кто чтит Иенну-мать, создательницу всех гнольфов. Однако Ворманн не был таким. Колдун больше всего ценил власть, интеллект, и у него была огромная гордыня. Именно поэтому Ворманн мог в одиночку сжечь не только все свое племя, которое он презрительно называл жалкими шавками, но и всех остальных созданий, остальные города и деревни, располагающиеся на много лиг вокруг своей башни.

Ворманн был не чета гнольфам, живущим, как дикие звери. Он носил дорогие ткани, имел инкрустированный драгоценными камнями посох, поддерживал высокий статус в городах, в нейтральных странах, его звали как равного, а не как грязного волосатого зверя. Однако Ворманну этого было мало. Ворманн втайне, как и все гнольфы, презирал ничтожных безволосых. Он хотел править, править гнольфами, правильными гнольфами, как он их называл, те, кто чтят Пса.

«СлаваПсу!» — так начинал он свою молитву, возложив руки на алтарь в виде двух перекрещенных линий. «Слава Псу!» — говорил Ворманн и воздавал руки к небесам, где, казалось, смотрело огромное голубое око Пса прямо из мира теней. В тот день Ворманн был особенно рад. У него должен был родиться новый ученик. Нет, всё было совсем не так, как если бы к нему кто-то пришёл на обучение. Однако Ворманн часто учил кастлингов, гибридов-азруд, которые всё ещё топтали землю, имбалра, даже трау иногда приходили к нему за обучением в виде простеньких заклинаний, чтобы нагадить совершенно примитивным народам вроде морских гадов. Однако Ворманн думал совсем о другом. Он знал, что где-то далеко, на Ослофьорде, в глубокой пещере, молодая самка родила нового вига. Союзника. Сильного, храброго, совершенно бесстрашного и белого, как злой снег. Настоящий снег, который не щадит никакую теплоту, который уничтожает сам свет, сверкая вместо него мертвенно-белым цветом.

Ворманн погладил свою аккуратную бороду и фыркнул черным носом. Посмотрев в зеркало, он провел по нему рукой, и тут же отобразилась огромная ледяная пещера. Там, на маленьком поддоне, сколоченном из дерева костяными гвоздями, лежал маленький щенок гнольфа. Голубые глаза тотчас открылись и пристально посмотрели на Ворманна сквозь стекло.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — рассмеялся Ворман. — Согневар! Согневар Белый хвост! Ты еще мал, однако я знаю, что не стукнет тебе и полгода, как ты возглавишь всё своё племя жалких шавок. И тогда, только тогда, ты по-настоящему станешь моим учеником. Ты виг!

3. Ещё не ученик

- Ррррррррр - Согневар начал тявкать.

Мать поспешно схватила его на руки и принялась качать. Молодая самка совсем не понимала, что происходит. Она чувствовала лишь слабые порывы волшебства, и ей было невдомек, что злой колдун Ворманн наблюдает за ними через свое портальное зеркало.

— Спокойней, спокойней, Сог, — говорила ему мать. — Скоро будет время кормежки. У нас еще осталась лапа морского гада.

Но Согневар продолжал рычать. Неизвестно, то ли он не хотел становиться учеником Ворманна, то ли он не был вигом, то ли ему было уготовано нечто большее, чем простой виг-ученик Ворманна.

Спустя некоторое время Ворман отправился в союзный город. Сколько было у этого города названий, столько различных рас проживало в нем. Трау называли его Яктли, при этом приплясывая на своих уродливых раздвоенных копытцах. Кастлинги, изгнанные из каменных крепостей, называли его Фракт. Уж неизвестно было, связано это с перевозками или кастлинги, как всегда, вкручивали куда ни попадя свои странные словечки из непонятного языка. Однако Ворманн называл это место просто Серый Город. Он был сложен из простых серых камней, которые добывали в морозных шахтах, периодически прогоняя оттуда караваев, ледяных гончих и осколков. Иногда обходили слухи о том, что мог появиться какой-нибудь молодой кристаллит, в одиночку уничтоживший небольшую армию. Однако Ворманн точно знал, что появись здесь кристаллит и серому городу и всем ледяным шахтам придет конец. Ворманн бы с удовольствием объединился с армиями серого города против кристаллита и разобрал того на ценные для колдуна ресурсы. Однако кристаллиты не дураки. Да и к тому же не нужны им были эти жалкие бесплодные земли, где пищу можно добывать либо кровавой охотой, либо выращивая с помощью волшебства. Да, конечно, были и другие волшебники в этом городе, выращивающие продовольствие. И в этом они намного превосходили Ворманна. Однако Ворманн, помимо того, что был колдуном, был еще и хищником. Он не гнушался есть ни сырое мясо, ни живое. Он охотился на лизок в канализациях. Поедал падаль, валяющуюся по обочинам, которую уже тронул мороз. Его совершенно не заботило, что балмасов на его счету хватило бы на то, чтобы безбедно питаться сто или двести лет. Нет. Ворманн считал, что свою репутацию хищника необходимо поддерживать тем, чтобы постоянно вымазывать свою морду в крови. Однако Ворманн отправился в город неспроста. Зайдя в лавку старьевщика, он выбрал простой металлический посох и дешевую мантию. Злой колдун решил подготовиться заранее и приобрел все необходимое для своего ученика. Ингредиенты, простенькие волшебные вещи и деревянный сундук, в котором будущий ученик хранил бы артефакты. Ворманн расплатился за все половиной балмаса, и продавец даже не думал торговаться. Вид двухметрового гнольфа, от которого веет силой, прежде всего волшебной, вызывал у него дикий неподдельный страх. А щенок Согневар в то время дергал материнский сосок и думал, как же ему повезло в жизни, что у него есть теплый лоток и холодное мясо на ужин.

4. Совет Вортхинов

Родное племя матери Согневара должно было вскорости собраться на Совет Вортхинов. Ни один гнольф не приходил туда с приглашением, с явкой. Никто никого туда не звал. Совет Вортхинов — это собрание гнольфов, наделенных волшебством. Самые одаренные из шаманов или колдунов ставили запаховые метки. Гнольф, у которого было достаточно волшебных сил, мог распознать эти метки, и потому легко найти себе путь на совет Вортхинов. Остальные гнольфы считали это не более чем сборищем стариков, воющих и судачащих неизвестно о чем. Вопросы на сегодняшнем совете Вортхинов стояли особенно остро. Один из шаманов сказал:

- У молодой самки родился Виг, я видел это. Более того... Злой колдун Ворманн, не признающий нашей власти, собирается сделать из него жреца-пса.

- Пса? Той мерзкой тени, которой он самый служит? — спросил другой шаман.

— Именно.

Тут сказала старая самка.

- Мы ничего не будем делать. У нас есть свои одаренные. Мы будем их тренировать. Когда этому Вигу исполнится полгода, мы позовем его на схватку.

По традициям гнольфов, все гнольфы, наделенные волшебством, точно так же как и все гнольфы, способные драться в ближнем бою или способные стрелять из лука, в полгода проводили большое состязание. Иногда даже грызлись до смерти, определяя, кто же из них сильнее. Самый сильный становился предводителем своего поколения, остальные подчинялись ему, и уже потом выполняли приказы вождей. Шаманы немного поскулили, повыли, но решили слушаться старой самки. На самом деле, совет Вортхинов не решал ничего, а одаренных гнольфов некому было учить. Так что Согневару в какой-то степени могло и повезти. Ворманн обладал огромными знаниями, а главное, умел хорошо их преподавать. Как-то он сумел научить глупого кастлинга применять волшебный болт, да так, что бандит даже сам себя не смог им подпалить. В последствии кастлинг, правда, все равно попал в плен, а дальнейшая судьба совершенно была безразлична Ворманну. Главное, он получил плату в четыре балмаса за свои услуги, довольно большие деньги.

Ворманн наблюдал с помощью волшебного зеркала за советом Вортхтнов и тихо посмеивался. Глупые старики. Они проживут не больше, чем десять лет, а потом сгинут от холода, голода или болезней. Я живу уже сорок лет, и мне подвластны такие силы, о которых вы не смеете даже мечтать. Ваши жалкие молнии и скудные знания о природе края – ничто перед знаниями моими и, главное, знаниями великого Пса.

Вы можете сколь угодно долго презрительно называть Вигом меня и моего ученика, – Ворман подумал, – будущего ученика. Однако, затеяв большую схватку, вы лишь увеличите его влияние и упрочните его власть среди молодняка. Что же, зовите, зовите своих молодых одаренных. Мой будущий ученик одолеет их всех.

Пока еще Согневар был мал, Ворманн даже не показывался на глаза ни его матери, ни его отцу. Никакого страха он не испытывал. В мгновение ока он мог бы заколдовать родителей Согневара, превратив тех в послушных марионеток или в мелкий скот. Нет, он не ставил себе целью конфронтацию с Согневаром. Согневар должен вырасти и возмужать сам. Только когда он станет взрослым и ему исполнится четыре месяца, только тогда Ворманн начнет его обучение, а может быть даже и позже. Возможно, совет Вортхинов передумает и не будет проводить большую битву. В конце концов, одаренные слабо подчиняются вождям, шаманам и другим гнольфам, и сами захотят выяснить между собой отношения. Ворманн был как раз таким, правда он родился единственным одаренным в своем помете, но все равно никогда не слушал старейшин и шаманов. Он сам ушел из стаи в семь месяцев и больше в ней не появлялся. Двадцать лет он странствовал по теням, сначала в составе небольших отрядов, а потом и самостоятельно. Потом, завершив обучение и найдя жрецов Пса, еще десять лет он обучался волшебству. Множество поколений гнольфов сменилось. Только старые адлеты, живущие сотни лет, присматривали за племенем. Все остальные, кого знал Ворманн, давно превратились в пыль. Ворманн нисколько не сожалел об этом. Единственное, о чем он сожалел, о том, что время порой летит слишком быстро.

Ворманн снова повел рукой над своим зеркалом, и изображение в нем сменилось. Там появился маленький Согневар, грызущий зубами обмороженную тушу морского гада. Ну и диета, поморщился Ворманн, привыкший к сыру, вяленому мясу и змеиному мёду. Как же можно вырасти сильным и крепким на такой диете? Однако потом он вспомнил себя в детстве. Долгие сорок лет назад Ворманн также питался морскими гадами, кореньями, габлами и считал, что свежее мясо, добытое собственными зубами, это лучшее из того, что могло предоставить ему жизнь. Да, Ворманн время от времени ел падаль в городах, питался мясом, охотился, но чтобы не забыть свое естество и не растерять навыков, все-таки питаться одними морскими гадами – это отвратительная диета.

5. Монстры

Утро выдалось солнечным и тёплым, однако капли, падающие с неба, на лету превращались в лёд. Согневар подставил свою длинную белую морду к ветру, который трепал шерсть, ударяя по его чёрному носу. Он чуял запах волшебства. Запах волшебства доносился откуда-то издалека. Это было волшебство злого колдуна Ворманна. С помощью волшебных нитей он присматривал за Согневаром постоянно. Щенку исполнился месяц. Он уже хорошо ходил, мог быстро бегать, рычал и даже пытался задушить полудохлого морского гада, которого принес ему отец. Ворманн наблюдал за своим будущим учеником. Когда в прошлый раз огромный трехметровый гнольф принес полуживого каравая, Согневар как бы в страхе отпрыгнул от него. Ворманну это не понравилось. Однако, не в страхе было дело. Согневар выпустил молнию из рук и взорвал голову животному.

-Эх, - вздохнул отец, там были вкусные мозги.

- Ничего, - сказала мать. - Зато мы узнали, насколько силен наш щенок. Он без труда будет помогать нам на охоте. Пройдёт ещё две-три недели, и ты сможешь брать его с собой на Ослофьорд.

Отец Согневара призадумался. Ослофьорд — опасное место где обитали Слагфид и Сальбрунн — древние чудовища, оставленные там идавеллингами, чтобы не допускать бегства гнольфов с летающего материка, на котором они находились. Самое страшное, что можно встретить в пещерах. Однако не только они были угрозой. Слагфида отец Согневара видел всего один раз, о Сальдбрунне он только слышал. Ледяные осколки, ледяные гончие, а также злобный старые йетти, живущий на вершине одной из гор Ослофьорда, вот кто представлял реальную угрозу. Когда пищи было совсем мало, или когда совсем становилось скучно, старый йетти сколачивал банду из злобных существ, и нападал на кастлингов, тренировавшихся на чудовищах небольшой силы. Чаще всего он расправившись с ними, собирал с них трофеи и убирался назад. Однако, не встречая достойного сопротивления, старый йетти мог нападать на поселение гнольфов или прогонять морских гадов, надолго угоняя их косяки прочь. Тогда приходилось разрывать под снегом ягоды, выкапывать коренья или устраивать засады на габлов. Караваи, чувствуя йетти, уходили сами. Несколько раз гнольфы собирались в большие стаи, по двадцать-тридцать клыков, и пытались прогнать старого йетти. Кто был слабее, те пали от его лап. А кто был сильнее, был глупее старого йетти. Очень сложно было начать охоту и победить столь древнее и хитрое существо. Несколько раз гнольфы обращались к Адлетам, хранителям племени, однако даже они не смогли выследить старого Йетти. Впрочем, шаманы помыслили другое. Адлеты специально имели союз со старым йетти, чтобы отсеивать слабых или глупых гнольфов, которые не слушали совета племени. Несколько раз даже совет Вортхинов устраивал испытания для одаренных или для щенков, чтобы они могли умыкнуть что-нибудь из пещеры старого йетти.

О старом йетти знал и Ворманн.

- Может быть, время старого монстра когда-нибудь и придет, но точно не в этот сезон. Однако, мой будущий ученик сразится с ним.

Ворманн прекрасно знал, что старый йетти — это тень. Он был давно уже мертв, давно перешел грань, где живое существо становится становится меньше, чем собственной тенью, чем пылью, чем ветром и воем в холодных пещерах. Йетти давно служил теням и представлял собой больше потустороннее существо, чем что-то живое. Однако облик йетти он сохранил, и именно поэтому его несколько раз удачно убивали. Однако потом приходили Адлеты и собственноручно вырезали своих соплеменников, чтобы они унесли с собой тайну на тот свет. Это собирался сделать и Ворманн. Не своими руками. Он собирался дать своему будущему ученику такое задание. Сразиться со старым йетти и победить его. Или может быть достаточно умыкнуть пару костей из его логова. Или мешок балмасов. Может быть Ворманн и не ценил деньги. Однако для ничтожных безволосых или для имбаллра, с которыми он часто торговал, балмасы имели вес.

- Пройдет еще буквально пара недель, и мой ученик будет самостоятельно охотиться с помощью своих заклинаний. Вот тогда я и узнаю его настоящую мощь, - думал Ворман.

Злой колдун изрядно разжирел за этот месяц, он никуда практически не выходил, все сидел у волшебного зеркала и смотрел, как его ученик растет. Будущий ученик! Снова поправил себя в мыслях Ворманн. Ну ничего, ничего. Надеюсь, что он будет очень талантлив. Ворманн махнул рукой, и изображение в зеркале пропало.

6. Лигула

Очередной морозный день, но время почти пришло. Молодая самка быстро выскочила на поверхность из своей норы. Оглядевшись, она вытянула за шкирку Согневара и выбросила его впереди себя. Маленький щенок упал носом в снег, сам тут же подпрыгнул, встал на ноги, обернулся и посмотрел на мать.

- Всё, пойдём, мы будем выслеживать сегодня твою первую добычу. Быстро, — сказала мать.

— Отец пойдет с нами? — спросил Согневар.

— Нет, отец будет наблюдать отсюда. Он учует все, что мы будем делать. Если потребуется помощь, он вмиг окажется рядом с нами. Но рассчитывай только на свои силы, серьезно, — сказала мать.

— Я понял, — ответил Согневар.

Он уже хорошо говорил, хорошо ходил, был очень быстр, и сегодня должен был поразить с помощью волшебства свою первую цель. Возможно, какого-то мелкого зверя, габла, а может быть, даже морского гада. Ну, это если повезет. Скорее всего, первой жертвой станет какой-нибудь крупный вермин или что-нибудь подобное. Как правило, щенки охотятся на покрытых хитином созданий небольшого размера. Их проще потом поджарить и съесть. Однако Согневар был настроен вполне решительно. Минимум толстый габел или какой-нибудь шерстистый зверь вроде трусовоя. Но и морской гад сойдет. К тому же в нем гораздо больше мяса. Однако неизвестно, как волшебный болт прореагирует с ледяной водой. Да и вообще морские гады верткие, а у некоторых бывают амулеты, способные отражать волшебство.

Ворманн наблюдал за всем из своей башни. Сегодня знаменательный день, вечер, ночь. Ворманн не следил за распорядком дня. Ему главное было проследить за Согневаром. Глядя на подвижную молнию, потрескивающую между пальцами щенка, Ворманн довольно улыбался. «Покажи им, мой будущий ученик, покажи им, что умеют виги!»

Согневар еще не знал, что он виг, однако он точно знал, на что ему стоит рассчитывать. Первый пролетающий габел был слишком высоко, молния улетела в пустоту. Второй габел был изжарен молнией до так, что превратился в угли. Мать только цокнула языком.

- Смотри, не переводи понапрасну пищу, её не так много. - Обнюхав обгорелые останки габла, мать всё-таки съела оставшиеся перья и обугленные лапы.

- Тебе ещё рано. Желудок не справится. Пошли дальше.

Уничтожив молниями несколько мелких верминов и проглотив их за один присест, Согневар нахмурился и посерьезнел.

- Ты тоже чувствуешь? — спросила его самка.

- Да, мать, чувствую. Морской гад здесь. Глубоко под водой.

- Пошли дальше, вдоль берега. Там есть полынья.

- Не нужно. Попробую сделать по-другому.

Согневар присел на лёд, сконцентрировался и ударил с помощью волшебства прямо сквозь лёд. Голубые молнии прошили замороженную жидкость и поразили морского гада где-то в толще воды. Секунду ничего не менялось, но потом лед неожиданно раскололся и на поверхность выскочил морской гад, вареный и объятый паром. Самка повела носом.

- Как вкусно пахнет! Ты его... Ты его ещё и сварил? Молодец, Сог! Хорошая охота. Никогда такого не видела. Даже шаманы охотятся по-другому. Как правило, сжигают... ...глаза, или насылают паралич. Ну да ничего, ешь пока мороз не взял свое.

Согневар очень часто слышал эту фразу от матери «пока мороз не взял свое». Вся жизнь на Ослофьорде подчинена тому, чтобы жить, пока мороз не взял свое. Страшные, жуткие условия. Согневар не знал, что место, в котором они живут, практически непригодно для остальных рас. Только гнольфы, трау, да ничтожные безволосые, которые живут в городе, в равнине, с помощью очагов и волшебства могут противостоять морозу. Он здесь такой сильный, что вода почти всегда находится в замороженном состоянии. Только самые выносливые растения и звери могут существовать здесь. Впрочем, ничего особенного. Такое же место, как и остальные, просто более суровые. Согневар впился зубами в еще теплое вареное мясо. Ему нравился вкус сырого, но вареное нравилось еще больше. Он принялся терзать зубами плоть и через десять минут насытился. Довольный, Согневар попытался откусить ногу морского гада, чтобы доволочь её в логово.

- Не стоит», — сказал появившийся из-за торос отец. Он взвалил морского гада себе на плечи и понёс его, закусывая оставшейся единственной лапой.

-М-м, варёный! Сварил его с помощью волшебства?

-Точно отец, - сказал Согневар.

- Хорошая вещь. Я слышал, так делал всего один шаман. Вроде как его звали Ворманн, знаете, который живет в башне.

Ворманн своей башней улыбнулся.

- Надо же, эта тупая шавка что-то знает обо мне. Впрочем, откуда ему? Возможно, просто слышал какие-то слухи.

Действительно, Ворманн часто поджаривал пищу, но не от того, что ему нравился её вкус. Варёная или жареная пища позволяют ему чувствовать концентрацию волшебства в своих лапах. Насколько сильно, насколько тонко нити волшебства проходят сквозь пальцы, сквозь кости, сквозь когти и выходит на поверхность. Ворманн был рад. Сегодня его ученик совершил свою первую охоту, добыл свой первый стоящий трофей, да еще и сварил его. Ворманн рассмеялся. Поведя носом, он протянул руку и схватил кусок сырого мяса, вгрызаясь него клыками. Сейчас Ворманну хотелось быть больше зверем, чем волшебником.

7. Сделка

Горы содрогнулись. Потом содрогнулись еще раз. Тихий протяжный рык пронесся по всем пещерам. Слагфид. Одно из двух чудовищ. Слагфид и Сальдбрунн охраняющие Ослофьорд. Давным-давно, когда идавеллинги изгнали сюда своих врагов, они оставили двоих монстров сторожить проходы с летающего материка объятого льдом. По крайней мере, так гласила легенда. Слагфид и Сальдбрунн были этими монстрами. О Сальдбрунне только ходили легенды. Практически никто не видел его. Однако, его облик описывали по-разному. Но вот Слагфида видели достаточно часто. Огромный, длинный ящер, похожий на слизняка, покрытый множеством шипов, рогатый, с толстыми лапами и огромной, вечно голодной пастью. Слагфид ревел, когда был очень голоден. А очень голоден он был часто. Как правило, его дикий рев заглушала глубина, на которой ему нравилось находиться. В толще пещер глубоко под землей текли лавовые реки, в которых обитали саламандры — любимая пища Слагфида. Эти воплощенные духи могли появляться сколь угодно много раз, даже если их материальное тело будет уничтожено. Поэтому Слагфид не любил далеко отдаляться от своего источника пищи. Однако, одинаковая добыча очень быстро приедается. И раз в несколько недель Слагфид выползал на поверхность. Ему хотелось съесть красного мяса, а не только какого-нибудь духа. Как правило, его взгляд падал на случайных путешественников, наемников или просто тех, кому не повезло оказаться на дороге у хтонического монстра. Слагфид умел парализовывать взглядом, выдыхать огонь, пускать волшебные лучи из глаз и плеваться кислотой. Еще он был размером с небольшой дом, и это было его главным преимуществом, потому что двигался он абсолютно бесшумно. Если бы не его страшная тупость и не громкий рев, он мог бы абсолютно незаметно съесть всех жителей серого города, и никто бы его не услышал. Однако, Слагфид всегда любил реветь перед тем, как совершить любую атаку. Это давало преимущество, если не в бою с ним, то хотя бы потому, что можно было вовремя скрыться. Вот и сейчас Слагфид громко ревел, загнав некрупного каравая на вершину утёса. Зверь, конечно, был силён и мог бы одолеть даже нескольких гнольфов или закованного в броню кастлинга, но перед хтоническим монстром у каравая не было шансов. Заревев, Слагфид парализовал каравая, затем бесшумно подойдя к нему, несмотря на свой гигантский размер, открыл здоровенную пасть и проглотил его за один заход. После этого Слагфид снова заревел, развернулся и принялся пробивать себе проход в пещеры. Один удар, другой, и вот уже ледяная стена рухнула, а огромный ящер стал заползать внутрь, подобно жидкому металлу, который стекает в технологическое отверстие. За этим наблюдал Ворманн. Он очень часто любил наблюдать за различными чудовищами. Впрочем, как только появлялся Слагфид, приоритет мгновенно переходил к нему. Ворманн последние несколько лет наблюдал практически все вылазки Слагфида. Делал записи, какие-то пометки. Иногда даже записывал на волшебный кристалл образы того, как Слагфид охотится. Всё это нужно было ему неспроста. Когда-нибудь он сразится с ним. Нет, о победе не может быть и речи, но выбить несколько шипов с его спины вот была приоритетная задача Ворманна. Впрочем, тут же Ворманн переключил изображение на своём портале. Появилась морда старого Йетти. Чудовище, выглядящее как горный великан, покрытый длинным косматым мехом, зло посмотрело на колдуна Ворманна. Будучи тенью, старый йетти прекрасно был осведомлен о том, что за ним наблюдали.

— Что тебе надо? — прорычал старый йетти.

— А-а-а! Значит, ты чувствуешь, что я гляжу за тобой?

— Что тебе надо?! — повторил Старый йетти.

— Ты знаешь, что Слагфид загнал небольшого каравая недалеко от твоей пещеры?

— Что тебе надо?!

— Меняю недельный запас красного мяса на два шипа Слагфида, старый йетти! - бесцеремонно сказал Ворманн.

Хоть он и хотел впоследствии разобраться с этим монстром, но сделки есть сделки. И Ворманн любил заключать их со всеми, с кем можно, особенно если они были ему выгодны.

- Идёт! - Сказал Йетти.

Он махнул лапой, изображение пропало. Ворманн зарычал. Ему не нравилось, когда его волшебный сигнал прерывал кто-то, кроме него самого. Однако, сделка есть сделка. Старый йетти не любит, когда за ним активно наблюдают. Через полчаса раздался стук в дверь. Ворманн левитировал вниз с вершины и открыл дверь размашистым жестом. На пороге стоял ледяной осколок. Ворманн фыркнул. «Ещё бы старой Йети пришел сам. Нет, он прислал своего помощника». Невысокая на вид женщина с приятным лицом и зеленой кожей держала в руках два шипа, принадлежащих Слагфиду.

- Оставь в углу. Ящик там.

Элементаль положила шипи в дальнем углу башни затем, играючи, схватила одной рукой здоровенный ящик, и, кое-как протиснувшись дверь, отправилась вниз по запорошенной снегом дорожке. «Фу!» — фыркнул Ворманн. Он все еще никак не мог привыкнуть к тому, что элементали настолько сильны, и не подчиняются законам мироздания так, как материальные создания. Тонкая, на вид девичья ручонка, преспокойно несла несколько фунтов отборного замороженного мяса. Но Ворманн уже не думал о нем. Он взял в руки и рассматривал шипы Слагфида, как раз то, что нужно, чтобы сделать подарок своему будущему ученику.

8. Арбалетчик

Ворманн чхал на совет Вортхинов. Ворманн чхал на шаманов. Еще немного, и то, что он задумал, должно было осуществиться. По крайней мере, так он считал. Сегодня он решил лично понаблюдать за маленьким вигом Согневаром. Наложив на себя полную невидимость, Ворманн мгновенно перенесся к пещере, в которой жил Согневар. Маленький Согневар поводил носом, втягивая морозный воздух.

-Мать, здесь кто-то есть! – сказал Согневар.

- Возможно, какой-нибудь вермин. Иди, убей его молнией, поджарь его хорошенько, съешь.

-Нет, здесь кто-то более жирный, мерзкий. . Я чую его... спертый аромат. Как будто кто-то толстый, ленивый, считающий себя очень умным, находится здесь и думает, что его никто не обнаружит.

Втайне Ворманн покривился. Да, действительно. Согневар верно описал его. Однако, это ничего не изменит. Уже скоро. Тут появился отец.

- Эй, Сог, пора на охоту

-. Да, отец - сказал Согневар, и они вместе с огромным гнольфом вышли на поверхность. Ворманн шел за ними практически след в след, иногда левитируя, преодолевая сложные препятствия. Согневар же с отцом шли, пригибаясь, как дикие звери, изредка принюхиваясь и втягивая носом запахи, летящие по ветру.

— Что здесь? — спросил Согневар.

— Отряд морских гадов. С ними арбалетчик. Похоже, они уже поняли, что на них ведётся частая охота, и решили посмотреть, что из этого выйдет.

— Арбалетчик? — спросил Согневар.

— Ты ещё не знаешь, что это. Метательное оружие, очень мощное. Бьёт на расстоянии. Едва ли сильнее, чем твоя молния. Однако им может воспользоваться любой из морских гадов. Вот, посмотри. - Отец показал своей огромной шерстистой лапой в сторону. Там, где за торосами, выглядывая из полыни, щерился огромный уродливый морской гад в доспехах. В руках он держал здоровенное бревно, украшенное металлическими рогами. Множество острых стальных шипов окружало его.

- Видишь, это болты. Не волшебные болты, самые обычные. Он заряжает их в арбалет, а затем пускает в сторону противника. В данном случае в сторону нас. Один болт или даже два не убьет нас, но раны после него долго затягиваются.

- Тогда с ним стоит разобраться в первую очередь.

- Стой! – зарычал на него отец. — Этот отряд слишком силён. Двадцать или тридцать морских гадов, вооружённых, в доспехах. Мы не сможем одолеть их.

Согневар злобно зарычал, но послушал отца. Однако Ворманн думал иначе. Облетя утёс с обратной стороны, Ворманн обрушил на морских гадов сразу несколько заклинаний. Трое сгорело заживо, еще десять объятые пламенем попрыгали в полынью.

- Скорее, - закричал Согневар, - вот он на шанс! Что-то атаковало морских гадов из глубин. Возможно, одно из чудовищ, о которых ты мне так долго рассказывал.

Огромный гнольф взрычал, но ничего не мог возразить своему сыну. Согневар же, очертя голову, бросился в атаку. Одна молния, другая, третья. Пятеро морских гадов свалились замертво, один рухнул в полынью. Оставшиеся четверо вместе с арбалетчиком встали в защитную стойку. Арбалетчик выпустил уже несколько болтов, и один из них торчал в плече Согневара. Однако тот в горячке боя не чувствовал ни боли, ни усталости. Еще один выстрел. Согневар упал на одно колено. Из его бедра торчал болт, не волшебный, самый обычный. Сжав зубы, Согневар выдернул его, зарядил волшебной энергией и вернул его владельцу.

-А-а-а-а-а - Согневар бросился в атаку, молния в одного, другого, молния в третьего, в пятого.

Ладони сжал отец и выдернул болт из плеча своего сына.

- Больше так не рискуй, больше не нападай на такое огромное количество морских гадов. Даже если ты съешь все их мясо, оно не восстановит твоей энергии. Ты поступил плохо, но мясо у нас есть в избытке. Неведомое чудовище изжарило морских гадов. Я выловил уже троих из полыньи. Пойдем, мы должны оттащить их всех в хранилище, пока мороз не взял свое.

И снова это, пока мороз не взял свое.

Снова Согневар слышал эту поговорку. Как-нибудь стоит разобраться с морозом, по крайней мере, вокруг их логова. Эти мысли уловил Ворманн. Он уже давно настроил в башне свой собственный контроль. Когда хотел, в ней было тепло, жарко, холодно, сыро, ветренно. Когда хотел, он устраивал там магматические взрывы, а когда хотел, выращивал целый лес. Да, настоящий волшебник в первую очередь думает о своем собственном окружении. Естественно, когда он сыт. Ворманн с улыбкой наблюдал, как Согневар тащит за лапы трех морских гадов, параллельно грызя лапу одного из них. Ворманн проводил своего будущего ученика до дома и еще долго смотрел, как Согневар, разделывая костяным ножом морских гадов, упражняется в молниях. Он взял себе несколько металлических болтов и теперь заряжал их волшебством, посылал в цель, а затем, как будто на резинке, возвращал металлический болт обратно себе в руку. Занятная тактика, подумал Ворманн. Сам он никогда не догадывался ни до ничего подобного. Что же еще интересного припасет в своем рукаве его будущий ученик?

9. Охота

Согневар уходил тренироваться тогда, когда был сыт и когда не было других дел, вроде патруля родного логова. Ему шел второй месяц. Сильный, крепкий, высокий. Он стал уже намного выше матери и доставал до груди отца. Шерсть на его загривке стала длинной, нос заострился, вытянулись клыки, пронзительные голубые глаза сверкали огнем. Он уже был настоящим взрослым щенком. Однако на этом его изменения не закончились. Он выучил интересный трюк. С помощью волшебства он подтягивал к себе камни, льдышки, сухие бревна, а затем, заряжая их волшебством, посылал во врага. Таким образом, он мог атаковать сразу несколько целей. Обычно этому фокусу учатся уже опытные шаманы или одаренные прошедшие посвящения, но Согневар до всего догадался сам.

- Смотри, какой умный! — сказала самка, мать Согневара. Она видела несколько раз, как дрались шаманы. Он дошел до всего сам, без посвящения, без разговора с Вортхенами. - Он далеко пойдет.

— Главное, чтобы не забывал охотиться и не забывал отдавать нам долю добычи, — Сухо сказал отец. Нет, он не видел в сыне конкуренции, напротив, он ждал того момента, когда может взять своего сына на охоту на крупных караваев. Они находились слишком далеко от логова, он не мог оставить самку одну.

- О чем ты думаешь? Об охоте на караваев?

- Да, на крупных, мяса которых хватит на несколько дней, на неделю, - мечтательно сказал отец.

- Тогда пойдем все втроем.

- Ты с ума сошла? Мы не можем рисковать тобой.

- Спокойно, я буду находиться в засаде, буду лечить вас, если вы пострадаете.

- Это очень опасно.

- Это очень много мяса - парировала его самка - эй Сог - крикнула она своему сыну - не хочешь поохотиться на крупных караваев.

- Молчи - зарычал на нее отец - ты не знаешь что говоришь

Однако Согневар был готов. Он сможет защитить и свою мать, и своего отца. И вот, следующим днём они отправились. Ворманн наблюдал за всем с помощью своего портала. Естественно, если самка умрёт, Согневар будет разгневан и не сможет обучаться. Но защищать глупую молодую самку Ворманн не хотел. В конце концов, этой самке самой не было года. Как ей удалось так рано родить? Возможно, крепкая. Возможно, просто изгнальница. А возможно, ее выбрала сама судьба. Что же? Если она будет оставаться в засаде, вряд ли она пострадает. Семья гнольфов добралась до высокого тороса, где было логово караваев. Громкое рычание огласило воздух.

- Он здесь. Нам повезло, что он в логове. Огромный коричневый каравай. Смотри, - отец указал Согневару, на выходящее из пещеры здоровенное животное.

Ростом в холке выше самого крупного гнольфа, которого только видел Согневар, а видел он только своего отца, который отнюдь не был невысокого роста, каравай обладал еще огромным длинным мохнатым хвостом и здоровенными клыками практически до земли. Еще раз громко зарычав, Каравай встал на задние лапы. Высота его была больше пяти метров.

- Какой огромный! Не спеши атаковать, сын! Дождись, пока он выдохнется. Он будет долго рычать. Как только он ближе подойдет, мы атакуем его с двух сторон и сбросим его со скалы в воду. Когда он будет находиться в воде..

Согневар не дослушал, что сказал ему отец. Он воздел вверх руки и принялся бормотать какое-то заклинание. За этим наблюдал Ворманн. Он уже знал, что сделает его будущий ученик. Согневар долго бормотал, как будто бы рычал параллельно с караваем, а затем пустил руки на лед и снег. Едва слышная, едва ощутимая дрожь пробежала по поверхности земли, и здоровенный кусок камня вместе с логовом, вместе с самим караваем обрушился, затем медленно покатился и рухнул со склона. Больше двадцати метров. Наступила тишина.

- Что ты сделал? — проговорил его отец в смятении.

— Я обрушил пещеру, отец. Все звери погребены под камнями, не бойся. Волшебство сохранит их туши, они не возгорятся.

- Проверяй аккуратно, Сог, — сказала ему самка.

- Я чувствую запах, по крайней мере, трех караваев. Если все прошло гладко, мы сможем есть их целый месяц.

- Целый месяц! – молодая самка потирала руки и свои щеки, покрытые крупными веснушками.

Отец и сын медленно приблизились к обрушенной пещере. Взрослый гнольф аккуратно стал расчищать камни и лед, разгребая завал. Согневар же держал наготове свое волшебство. Четыре крупных каравая и два маленьких детеныша были завалены насмерть. Всего одним заклинанием.

— Откуда ты узнал это заклинание? — спросил у него отец.

— Не знаю. Ночью я видел видение. Странная тень говорила со мной на фоне двух перекрещенных палок. Она светилась голубым цветом и рассказала мне об этом заклинании.

- Смотри не скажи об этом шаманам, а то они назовут тебя вигом, - засмеялся отец.

- Вигом?

- Ну да, белых гнольфов называют вигами, говорят, что они поклоняются каким-то неверным богам. Не знаю, бывают ли верные боги? Я верю только в свой полный желудок, - рассмеялся его отец.

И принялся отрывать от туши каравая здоровенную лапу.

- Целый месяц мы будем есть, целый месяц. Скорее всего, пару дней мы будем есть здесь, отгоняя трусовоев и других караваев от туши.

- Нет нужды, я могу телепортировать... Ах!

Согневар потратил слишком много волшебства и, обмякнув, упал. Через час он пришел в себя, отец и мать охраняли его рыча на любую тень. Собравшись с мыслями, Согневар телепортировал туши добытых зверей, а также своих родителей в своё логово. Вот же какой сильный, присвистнул Ворманн. Всё, пора заявиться к нему и начать обучение.

10. Козёл в доспехах

Колдуны Серого Города перешёптывались. Конечно же, кастлинги называли этот город Фрахт, однако низы, так же как и злой колдун Ворманн, злобный гнольф, предпочитали название серый город. Множество слухов прокатилось по низам и трущобам города. Все они касались того, что собирается огромный отряд для охоты на Слагфида. Раз в несколько лет какой-нибудь отчаянный головорез или барон пускал такой клич. И со всех концов серого города, а то и окрестностей, возможно, даже других измерений или миров, приходили охотники. Как правило, это были должники, бандиты, разбойники всех мастей, самые отпетые негодяи или самые умалишенные искатели приключений. Так было и в этот раз. Карлики, трау, кастлинги, гибриды азрудов, волшебные создания, вырастившие себе материальные тела с помощью волшебства. В одной из таверн собралось больше пятидесяти искателей приключений и разбойников. Немногочисленные волшебники также решили принять участие в охоте на Слагфида. Ворманн тоже был здесь. Он накинул на себя личину безволосого, грязного жирного старика, в неопрятной мантии и наблюдал за всем этим сборищем, попивая что-то из огромной кружки, которую сжимал в своих толстых лапах, не изменяя своему облику презрительного волшебника. Тем временем, закованный в броню карлик, видимо, выступавший на этот раз предводителем и организатором охоты на Слагфида, яростно жестикулировал мощным кованым топором и, стоя на бочке со щлямом, что-то яростно рассказывал. Ему вторили двое пикси, вооруженных высокими ростовыми луками, уродливый горбатый сатир и толстый трау, носивший латы. Ворманн присвистнул. Он никогда не видел, чтобы трау был так хорошо вооружен. Возможно, карлик это только прикрытие или стратег, а на самом деле на охоту всех созывает именно этот уродливый копытный ублюдок. Трау нервно приплясывал на своих гнутых копытцах, однако молчал. Вот несколько кастлингов выразили желание вступить в битву со Слагфидом. Волшебница, тоже кастлинг, предложила свои услуги лекаря. Три трау, вооруженных баграми, одетые в примитивную хитиновую броню, составят авангард. Несколько пикси и двое женщин - гибридов азруд будут прикрывать с флангов. Десять стихийных элементалей, имеющих вид игривых женщин с нереального цвета радужными волосами будут поддерживать с помощью волшебства весь отряд наемников. Два волшебника, один страшный, похожий на монстра, вооруженный здоровенной булавой, будет посылать в Слагфида огненные шары. Он громко ревел. Скорее всего, это был имбалра низшего звена, накинувший на себя самую примитивную маскировку, чтобы не выделяться здоровенными рогами, крыльями или хвостом. Другой волшебник был молчаливый, тощий, похожий на высушенного истукана. Именно он привлек внимание Ворманна больше всего. У него был посох с навершием в виде габла, длинная мантия, длинные волосы, длинная борода и длинный капюшон, закрывавший почти все его лицо. Фактически у волшебника был только нос, торчащий вперед, длинные усы, да долгая борода, которая практически не реагировала даже на небольшой ветер внутри таверны. Что нужно этому волшебнику? Что он здесь забыл? - Думал об этом Ворманн. Возможно, это только прикрытие. Охота на Слагфида. Скорее всего, этот волшебник ищет что-то другое. Может быть, он уловил вибрации, исходящие от молодого вига, которого Ворманн решил сделать своим учеником. Возможно, он желает убить его. А возможно, Ворманн просто накидывает себе какие-нибудь психозы на свое сознание и изводит сам себя по-напрасному.

Ворманн подошел к толпе, не скидывая своей маскировки.

— Что тебе надо, толстяк? — спросил Карлик, без злобы, но очень сурово.

— Я решил принять участие в вашем разговоре, но не в вашей суицидальной миссии, — с чванством сказал Ворманн. — Я местный священник., торгую амулетами.

Он распахнул полу плаща, показывая множество разнокалиберных амулетов различной степени нужности или глупости.

- Интересные амулеты, - сказал один из пикси, и тут же полез за балмасами себе в карман. Так, Ворманн продал несколько амулетов, которые были ему совершенно без надобности. И получил несколько балмасов, которые также не ценил. Но, что более важно, получил информацию. Да, действительно, трау был командиром, однако не владел всеобщим языком. И за него наем войск проводил карлик. Трау и Карлик познакомились где-то в пещерах. Трау был знаменитым бароном, который победил несколько подземных монстров и завоевал доверие подземных карликов и троглодитов. Ворманн отметил про себя, что благородные трау — редкость, и несмотря на свою мощь, по-прежнему смердят, как огромная гора навоза. Хоть Ворманн имел на себе фейское обличие, но свое гнольфское обоняние не растерял. А посему поспешил поскорее удалиться, как только трау приподнял забрало, чтобы сказать что-то своему сенешалю. «Какие же мерзкие, малиновокожие твари эти трау! — говорил про себя Ворманн. Выйдя из таверны, он завернул за угол и тут же, мгновенно, телепортировался сначала в несколько режимных точек, чтобы сбить, если таковое потребуется, наблюдение вражеских волшебников, а затем уже оказался в своей башне.

- Что-то намечается. Охота нас Слагфида это ерунда. Нужно поскорее явиться к своему ученику и начать его обучение.

11. Молодой

Ворманн утром следующего же дня мгновенно телепортировался к логову Согневара. В этот момент щенок как раз смотрел свое отражение в ледяной воде. Обернувшись, Согневар увидел злого колдуна.

- Кто ты? - спросил Согневар и зарычал.

- Спокойно! Я такой же Виг, как и ты!

- «Виг?» - Скорее всего, мать или отец рассказывали Согневару о том, кто такой Виг и почему его так называют Вортхены. Однако... Согневар не применил спросить об этом у Ворманна.

- Одаренный чувствующий тень, жрец Пса, - проговорил это Ворманн словно смакуя каждое слово на свою, каждую букву на своем языке.

- Хорошо, кто ты?

- Я Ворманн, могущественный чародей и волшебник. Можно сказать, что я самый сильный в этих местах.

- Самый сильный? - усмехнулся Согневар. А как же Слагфид и Сальдбрунн?

- Ну, я имел в виду разумных созданий, - потупился Ворманн. Его давно никто не заставал так врасплох.

- Тото же! - Посмеялся Согневар. - Что тебе нужно?

- Я пришел учить тебя. Подожди, - поднял руку Ворманн. - Ты еще успеешь отказаться. Просто знай, что на Слагфида, о котором ты только что говорил, собирается огромная армия. Если здесь окажутся наемники, они уничтожат и тебя, и твою семью. Больше пятидесяти воинов, волшебники, заклинатели, стрелки. Здесь пикси-лучники. Ты не сможешь ничего сделать против них, даже с помощью своего волшебства.

- Я смог одолеть стаю морских гадов, — вкрадчиво сказал Согневар. В словах злого колдуна было что-то такое, что заставило его задуматься.

- Это тебе не стаи морских гадов, - парировал Ворманн. - Они в доспехах, с зельями лечения и маны. - Сколько бы ты ни нанес им урона, твой выстрел должен быть летальным, а ты пока достаточно слаб, чтобы совершить такое. Каждый твой волшебный болт будет мгновенно исцелен или отражен прямо в тебя. Ты еще не чувствовал на себе удары своего собственного волшебства?

- Нет - разочарованно сказал Согневар, - но честно говоря - тут же нашелся - и не хочу чувствовать. "Я согласен учиться у тебя.

- Постой, постой. Ты очень быстр - порадовался, Ворманн. - Если ты уйдешь отсюда, твоих родителей мгновенно растерзает родная стая гнольфов. Вортхины уже давно мечтают избавиться от тебя.

- Вортхины? Это ж старые шаманы.

- Ха, старые. Они младенцы по сравнению со мной. Я прожил сорок лет. Самому старому из шаманов едва стукнуло десять.

- Почему такая большая разница, - удивился Согневар.

- Все дело в том, что они живут как дикие звери, едят сырое мясо, спят в норах. Твоя мать умна, она устроила тебе лоток из дерева с соломой. А эти одаренные спят так же, как дикие животные на куче веток. Иногда прямо на улице, под дождем и снегом. Неудивительно, что они живут так мало. А еще они грызутся между собой и готовят такую судьбу для тебя. Они хотят привести сюда других одаренных гнольфов и устроить битву между ними и тобой, чтобы вы грызлись как дикие животные за кусок мяса, за клочок норы, за внимание совета вортхинов. Скажи, ты мечтал возглавить совет старых глупых волшебников, которые только и думают, что искать вшей себя в шкуре.

- Я, честно говоря, ни о чем не мечтал, - разочарованно сказал Согневар. - Я еще слишком молод.

-Да, тебе повезло. Когда исполнится три месяца, Вортхины собирались нагрянуть к тебе. До этого момента я должен обучить тебя хотя бы азам теневого волшебства.

- Но что же делать с моими родителями? Им ведь ничего не объяснишь. Они слишком...

- Да, они слишком похожи на зверей, хоть и твоя семья. Мы заключим их в волшебный стазис.

Ворманн поднял руки, и над пещерой Согневара возник огромный волшебный барьер.

- Время здесь не будет течь. Сюда никто не сможет пробиться. Из этой реальности твоя нора исчезнет.

- А когда ты закончишь обучение, мы восстановим время? - Поднял бровь Согневар.

- В каком-то смысле да. Возможно только в этом мире. Возможно еще в смежных мирах.

- Ты действительно силен, проговорил Согневар.

- Сейчас это не важно. Важно, насколько сильным сможешь стать ты.

- А нельзя ли как-нибудь остаться в безвременьи на очень длительное время?

- Ха-ха-ха! - рассмеялся Ворманн. — Конечно же, можно. - Сорок лет мне только в этой действительности. На самом деле, я прожил несколько сотен странствуя в тенях. Я повидал такое, что невозможно рассказать ни нашим, ни фейским речевым аппаратам. Это можно только видеть.

- Тогда я согласен обучаться у тебя, - сказал Согневар. - С чего мы начнем?

- Начнем с того, что ты научишь держать свой посох и драться на нем.

Согневар поднял вверх лапы и тут же поймал брошенный ему Ворманном металлический посох, украшенный костяными шипами.

- Какие большие шипы! От них исходит энергия волшебства.

- Да, это шипы самого Слагфида, на которого собирается охота. Если тебе повезёт, то ты, пройдя обучение, сможешь перебить весь этот отряд до того, как они выбьют из Слагфида еще несколько шипов. Тебя, необученного волшебника, этот посох усилит в несколько раз. Страшно подумать о том, что будет с сильными волшебниками или колдунами.

- Действительно, - почесал голову Согневар. - Надо отправиться с этим странным колдуном.

12. Подготовка

Согневар оказался в странной башне. Все вокруг было ему незнакомо, много новых запахов, видений, чувств волшебства. Нити переплетались между собой, полупрозрачные, мерцающие. Упирались в его нос, глаза и уши проходили сквозь него. Белая шерсть стала дыбом, черный нос постоянно дергался в разные стороны. Но Согневар не боялся, его привлекало волшебство. Обычное волшебство этого мира. Энергия земли и слегка уловимый аромат волшебства теней.

- Что, нравится? - спросил Ворманн. - Здесь уже много лет не бывало других волшебников. Ну, если исключить примитивных ледяных осколков или снежных троллей, с которыми я обмениваюсь заклинаниями или волшебными расходниками.

- Здесь есть и такие создания. Я никогда не слышал о троллях.

- О, тебе повезло. Мерзкие создания, отвратительно пахнут. Вообще Согневар... - Ворманн положил ему руку на плечо. - Привыкни к тому, что большинство созданий, которые ты встретишь, отвратительно воняют. Особенно безволосые.

- Безволосые? Что-то я слышал о них от родителей, - потупился Согневар. - Они похожи на наших самок. Шерсти у них практически нет, только на голове растет.

- Но у них нет даже хвоста и звериных ушей. Нет практически когтей. Они носят одежду не для красоты или поддержания статуса, а для того, чтобы согреться. А доспехи, чтобы защититься даже от слабого урона. Они ничтожны, но они владеют огромными территориями, и их очень много.

- Почему же, раз они так слабы, то сильнее нас? - Переспросил, не поняв Согневар.

- Они не сильнее нас, они хитрее. Да, у них нет звериной хитрости, но у них есть покровительство богов. Ты должен знать основную истину, о которой рассказывают только когда вступаешь в совет Вортхинов. Мы, проклятая раса. Мы, гнольфы, одна из немногих рас, которая не задумана создателем этого мира, великим Атуном. Нас, наших предков, создала Иенна, злое божество, которого не должно быть в этом мире.

- Именно поэтому мы так плохо живем? спросился Согневар.

- Не только поэтому. В основном из-за глупости шаманов и заклинателей, которые поддерживают эту легенду среди нашего народа, выставляя нас изгоями и дураками. На самом деле, гнольфы должны служить Теням и великому Псу. Великий пес, один из хороших волшебных богов, хоть и живет в Тенях. Служение ему - это служение Атуну. Служение всем дозволенным богам - это служение Атуну. Ты должен запомнить это.

- Я запомнил, - кивнул Согневар и совершенно инстинктивно повернулся к алтарю с двумя перекрещенными палками.

- Да, это алтарь Пса. С его помощью мы перенесемся в его измерение в тенях. Мы будем долго обучаться, но забудь о времени. Как я уже говорил, в нашем мире время перестанет течь.

- Как тебе это удается? Это же ведь огромный летающий материк. Говорят, нужно сто дней, чтобы пройти его ногами из одного конца в другой, а потом по сети летающих островов

- Забудь об этом. Когда ты постигнешь тайные волшебства, ты перестанешь думать такими мелкими категориями, начнешь мыслить эпохами и волнами волшебства. - Ворманн взмахнул посохом, - а теперь собирайся. Ты должен взять с собой достаточное количество расходников. Я научу тебя готовить зелье. Для восстановления волшебства тебе предстоит работать в тенях. В обычных мирах зелья получаются слабыми и негодными. Максимум, кому они могут помочь, это глупые кастлинги, которые колдуют одну волшебную молнию в день. Тебе же необходимо будет приготовлять сразу сильное зелье. Зелье восстановления здоровья, чтобы твои раны затягивались мгновенно. Как только будут нанесены. Ты резал мясо костяным ножом?

- Резал.

- Так вот, помнишь, как ты проводишь по волокнам, и ломоть мяса падает, отсечённый от основного куска?

- Да, - сказал Согневар. И у него потекли слюни.

- Созданное тобой зелье, когда ты обучишься, не позволит этому куску даже оторваться от мяса. Мгновенная регенерация, практически как у троллей.

Тролли - снова это слово. Наряду с фразой «пока мороз не взял свое», знание о троллях привлекало Согневара. Он не знал, почему, однако стремился узнать как можно больше об этих странных, вонючих, зеленокожих созданиях. Через час Согневар собрал все, что велел ему Ворманн и стоял около большого портала. Злой колдун взмахнул посохом, и портал замерцал.

- Заходи за мной, мой ученик! Сейчас мы окажемся в тенях. - Ворманн сделал шаг.

Согневар прыгнул за ним на четвереньках, поскольку был еще щенком и нетерпение играло в нем. Однако, оказавшись в Междумирии, Ворманн зарычал. Зарычал гулко, как не рычал давно.

- Тени испытывают нас. Приготовься к сражению.

Тут же несколько волшебных стрел, сотканных из тьмы, ударило в Согневара. Он совершенно инстинктивно поднял руки и создал волшебный барьер.

- Хорошо, теперь стреляй в ответ.

Но Согневар поступил так же, как и в битве с морскими гадами. Он захватил теневые стрелы, притянул их волшебством и отбросил их в тех, кто послал их в него. Раздался громкий смех, и из темноты вышла женщина с бледной кожей и темной челкой, перекрывающей половину лица.

- Неплохо, неплохо! Давно меня не встречали моими собственными стрелами!

- А, это ты! - выдохнул Ворманн. В тенях он плохо чуял и тем более плохо разбирался в запахах теней - познакомься это Азра драйзер.

13. Измерение теней

- Я, между прочим, не просто драйзер, а тень, у которой есть имя, - сказала Азра, плавно покачивая бедрами, приближаясь к гнольфам. -Достаточная редкость.

- Достаточно редкость - это твоя глупость, - зарычал Ворман. - Зачем ты так встречаешь молодого вига? Он мог пострадать.

- Если бы он пострадал от простых стрел, ему нечего делать в измерении Пса, - холодно сказала Азра. За ней выступило еще несколько драйзеров. Все они были практически неотличимы, если не считать небольшие детали в доспехах. У этих теней одна рука была совершенно обыкновенной, как у феи или у самок гнольфов, а другая была практически как у самца - здоровенная, покрытая шипами, с длинными когтями и пальцами. В обычной руке драйзеры держали луки. Стрел у них не было, возможно они генерировались из энергии тени с помощью огромной лапы. Да и в ближнем бою драйзер мог очень хорошо приложить подобными когтями.

Согневар, отбросив страх, принялся обнюхивать Азру.

- Смотри, какой любознательный. Что говорит тебе твой нос?

- Что ты, что ты очень опытна, - сказал Согневар, подбирая слова.

- Я стара, я очень стара. Возможно, мать сказала тебе, что женщины не любят разговоры о возрасте. Так вот, я переросла это. - Снова рассмеялась Азра. - двенадцать тысяч тысяч лет. Правда, эти эпохи прошли в измерении теней. В материальном мире, с того момента, как мой носитель умер, и я отделилась от его души прошло что-то около десяти лет. Но это не важно. Всё это время я знакома с Ворманном. Он очень талантливый, достойный учитель. Слушай всё, что он говорит. Когда он скажет, будешь тренироваться вместе с нами. Твой приём очень интересен, я ни разу не видела подобное, особенно у гнольфов-вигов.

- Много ли вигов прошло сквозь это измерение? - спросил Согневар.

- Достаточно, но не все они завершили обучение, многие остались, а многие превратились в прах в мире теней, - с грустью сказала Азра. - Ну, ты не такой, что-то в тебе есть. Даже если не сможешь обучиться, ты не пропадешь.

«Не сможешь обучиться», подумал Согневар. «Возможно, что-то будет достаточно сложным, что я не смогу понять. Однако я постараюсь придумать свой способ пройти этот этап тренировок».

- За мной! – сказала Азра и принялась бежать через темный тоннель, И Согневар и Ворманн чертыхаясь бежали на четырех лапах. Так гораздо быстрее, да и проще уворачиваться от теневого тумана и летящих осколков. Через некоторое время они оказались в измерении Пса. Лиловое небо, синие растения, малиновые и розовые камни, зеленая вода с голубым отливом. Все имело другой цвет, но в принципе было точно так же, как и в родном мире Согневара, исключая температуру.

- Здесь не холодно, — сказал Согневар. - Мороз не взял свое.

- Мороз? - подняла бровь Азра, - а, то страшное проклятие вашего мира. Я тебе скажу, что очень мало срединных миров, в которых есть проклятие замерзающей воды. На самом деле это страшный заговор, который применили идавеллинги. Ваши предки здорово насолили идавеллингам, но не будем об этом. На самом деле мороз это проклятие адских миров. Надеюсь, ты не скоро еще окажешься в таких. Запомни, ваш мороз ничто по сравнению с настоящим морозом, когда ледяными глыбами можно швыряться, а слюна замерзает тогда, когда ты выплюнешь ее изо рта.

Согневар поежился. Самый страшный мороз, который он видел, это капельки воды через час замёрзшие на его шкуре. И туша, замёрзшая за сутки.

- Неужели бывает мороз сильнее?

- Бывает, бывает, - сказал Ворманн. - Но лучше не думай об этом. Сейчас мы должны вырыть себе логово.

Он, чертыхаясь, принялся копать землю под большим красным камнем. Согневар принялся рыть с другой стороны. Земля была удивительно мягкой, совершенно не морозной, теплой, она крошилась, подобно песку, который мать принесла из глубин логова, чтобы положить его в уборную и скрыть запах от других гнольфов, или от крупных хищников, когда Согневар был мал. Через час самое большее гнольфы вырыли огромную нору.

- Достаточно. Дальше работаем посохами. Надеюсь, наше волшебство не привлечет внимания ходулочника.

- Хо, ходулочник уже здесь. Тот, на котором ты ездил, - сказала Азра, шаловливо засунув голову в нору, свешиваясь с потолка. Ее озорная челка спустилась до земли и напоминала чуб. Согневар думал, что волосы скрывают уродливый глаз или страшный шрам, но ничего подобного. Лицо Азры было очень милым, такой же, как у молодой самки, которая родила Согневара. Но что-то было в ней такое неуловимо страшное и в то же время неуловимо притягательное.

- Будешь потом смотреть на эту самку! рассмеялся Ворманн.

- О, я, значит, уже теперь и самка? — сказал Азра. - Давно на меня никто так не смотрел! - Она резко втянула голову назад.

- Работаем посохами, — сказал Ворманн.

Но Согневара рядом уже не было. Он выбежал посмотреть на ходулочника. Издавая гулкий, протяжный рев, похожий на слабый стон, возвышаясь на десятки метров над поляной, на которой находились волшебники и тени, невдалеке стоял ходулочник, созданный будто бы из веток, будто бы из костей, огромный, покачивающийся на длинных четырех лапах, с черным черепом вместо головы и светящимися глазами. Ходулочник протянул длинную шею, состоящую из бесчисленного количества позвонков, и смотрел вниз. Взгляд его был полон любознательности. Неодаренные волшебством теней испугались бы этого костяного или деревянного создания. Но Согневар сразу почувствовал, что в нём нет никакой агрессии.

- Ходулочники, можно сказать, что они травоядные, если они вообще едят. Просто звери, которые живут в измерениях теней. Пёс особенно их любит. Посмотри, вот эта голова, которая у него на плечах, это череп. В вашем мире тела возгораются, и кости ты можешь видеть только, когда обгладываешь мясо. В общем, это череп, ну, может быть, скорее всего, у тебя такой же. - Азра медленно подбирала слова, чтобы не испугать Согневара, но Согневар совершенно не боялся. Он рассматривал ходулочника, когда тот опустил огромную исполинскую костяную голову близко к нему, протянул руку.

14. Подготовлен

Зацепившись за костяной нарост, затем за зуб, Согневар забрался прямо на верхушку черепа ходулочника. Медленно, аккуратно ходулочник поднял голову, и Согневар оказался больше, чем в двадцати метрах над землей. Везде, где он смотрел, были бескрайние поля, перемежающиеся голубыми лесами, со странными деревьями, с шипами вместо листьев или длинными тонкими листиками, похожими на ножи.

- Каково тебе там, молодой гнольф! - вскрикчала Азра, размахивая луком и жестикулируя огромной когтистой рукой.

- Удивительно, - только и смог проговорить Согневар. Вся его звериная ярость, пребывавшая в нем в материальном мире, здесь, в мире теней, исчезла. На спине, на голове ходулочника, он чувствовал себя умиротворенно. Возможно, это место для медитации. Возможно, это просто место для созерцания окрестностей. Этот зверь пришел сюда неспроста. Ходулочник сделал небольшой круг и снова опустил голову.

- На сегодня хватит, - сказал Ворманн, грязно выругавшись, вылезая из пещеры. - Я сделал все сам. Комнаты, лаборатория, все подготовил. Хорошо, что здесь волшебством пропитано все. Не пришлось пользоваться твоей помощью. Однако тебе стоит поучиться, свою комнату будешь создавать сам, но это завтра.

- Завтра?

- Здесь есть день, ночь, здесь есть все, что есть в материальном мире. В конце концов, это измерения, одобренные нашим верховным божеством.

- Я думал, ты злой колдун, Ворманн, - сказал Согневар. - Мать рассказывала мне о ком-то подобном, что стоит башня злого колдуна, который ни с кем не строит контактов и очень зол.

- Да, я действительно зол. Скажи, ты будешь зол на верминов, которые постоянно копошатся в твоей еде или в твоей спальне?

- Естественно. Я бы мгновенно перебил их, изжарил бы молниями и съел.

- Вот и я также, только не могу изжарить всех безволосых паразитов.

- А как же тролли? - Вновь вспомнил о них Согневар.

- Тролли, может быть, и неплохие ребята, но назвать союзниками я их не решусь. Слишком они глупые и непредсказуемые. Еще есть трау. Они наполовину без волос. - Ворманн решил вести рассказ о всех народах, которые обитают на родном летающей материке. - У них малиновая кожа, как здешние камни. Нет носа, вместо него какое-то рыло или клюв. Острые шипы на спине. Они бывают абсолютно лысые. На ногах же у них растет шерсть или перья, они могут быть крылаты, хвостаты. Нет двух одинаковых трау, однако они все одинаково мерзко воняют.

- Это точно - сказала Азра. - Но среди трау есть одаренные волшебники. Правда, они не служат Псу, у них какие-то свои боги, вроде как злые феи, обитающие в тенях.

- Злые феи. - Согневар впервые слышал о феях, однако знал, что они прародители всех народов, обитающих на летающей материке.

- Еще есть кастлинги, самые ничтожные безволосые из ничтожных. Они живут в каменных домах, без них они умрут. Шерсть у них растет только на голове, как у самок. Однако у них нет ни звериных ушей, ни хвоста. У некоторых из них, которые называют себя бандитами и выращены в пробирках или с помощью волшебства, есть когти, но они маленькие и слабые, даже самка даст им фору. Однако кастлинги вооружены все поголовно металлическим оружием и металлическими доспехами вроде плетения называемого кольчуга или сплошных пластин, они называют их латы.

- Что же мешает нам гнольфам победить их и взять у них это оружие?

- Ну прежде всего размер, кастлинги намного меньше нас, сейчас ты уже выше ростом чем любой кастлинг, Его оружие покажется тебе маленькой палочкой и будет плохо лежать в твоей ладони. Кастлинги знают это. И даже сильнейшие из них пользуются оружием, не превышающим длины полутора метров. Специально, чтобы нам было сложно, добыв их оружие в бою, перековать его. Некоторое оружие вообще зачаровано и рассыпается или телепортируется в оружейную после смерти их владельца. Конечно гнольфы умеют обрабатывать металл, однако нам проще создавать костяное оружие или выменивать его у огров и троллей. Огры, да, стоит рассказать об ограх. Они встречаются в наших местах довольно редко, однако несколько из них прислуживает старому йетти.

- О, старый йетти, ваша местная достопримечательность, наряду со Слагфидом и Сальбурном, — сказала Азра. Она растянулась на длинном камне, игриво подергивая то бедрами, то грудью, то поправляя челку изящными пальцами обычной тонкой руки. Огромная уродливая лапа, которая служила ей призывателем стрел и оружием ближнего боя, свисала вниз. То ли она опиралась на нее, то ли просто не хотела, чтобы она попадала в поле зрения гнольфов.

- Старый йетти, - медленно проговорил Ворманн. - Действительно, местная достопримечательность. Но не ставь его в один ряд со Слагфидом и Сальбурном, старого йетти можно одолеть.

- Неужели ты задумал что-то подобное? - спросил Азра.

- Возможно, и задумал. Когда Согневар будет натренирован, он сможет, если не победить его, то изгнать его в теневое измерение. В конце концов, двое сильных теневых волшебников не могут ужиться на одном летающем материке.

Но Согневар не слушал. Его страшно привлекал запах Азры. Он отчетливо чувствовал исходящий от нее аромат.

- Скажи, это твой запах самки? - спросил Согневар.

- Ха-ха! Запах самки? Нет! - Азра подняла небольшой флакон, висящий на цепочке у нее на груди. - Это своего рода парфюм. Да, женщины безволосых, как вы называете их, пользуются парфюмом, потому что у них нет собственного запаха, но то, чем пользуюсь я, еще отпугивает, скажем так, некоторых монстров. Когда здесь оказался Ворманн, в нем нет нужды, но привычка носить на себе этот флакон осталась. Я буду здесь вместе с вами.

- Ты будешь спать с нами в норе? спросил Согневар.

- Нет. Где-нибудь поблизости. - Азра кивнула на раскидистое дерево, покрытое странными ножеобразными листьями. - Устроюсь там. Под землей мне как-то некомфортно. Когда моё сознание было частью живой феи, или... Пикси, - Азра почесала затылок. Было видно, что ей тяжело вспоминать. - В общем, моего носителя зарыли живьем, ничего хорошего. Поэтому уж не обессудь, что я буду редко заходить к вам в нору. Прошло двенадцать тысячелетий, и я до сих пор не избавилась от предвзятого отношения к норам. - Азра кивнула и велела своим спутницам лезть на дерево.

- Удивительно, кто бы мог подумать, некоторые создания живут под землей в норах, как мы, а кто-то живет на деревьях.

- Различные создания живут в различных местах, - сказал Ворманн, но тебя это не должно волновать. Начнем тренировки завтра.

15. Вечность спустя

Когда молодая самка подняла голову и напрягла нос, она не могла понять, в чем дело. Секунду назад ее сын, молодой, двухмесячный щенок, вышел на улицу из логова. а теперь на неё смотрел почти двухметровый гнольф, покрытый белоснежным мехом. Глаза его горели неестественно ледяным голубым огнем. Однако запах ее сына сохранялся, но он перемежался с чем-то еще, с желанием поклониться ему в лапы, кататься на спине, лизать его когти и неистово вилять хвостом. Его отец чувствовал то же самое и мгновенно сделал это. Выждав минуту, пока его родители били лбом землю и неистово виляли хвостами, Согневар сказал громким, отчетливым, с небольшой хрипотцой голосом.

- Встаньте! - Когда его родители встали и принялись на него смотреть непонимающими глазами, Согнеивар сказал.

- Отныне я вожак. Вожак всей стаи. Вас. Той стаи, откуда вы пришли. Всех гнольфов на этом летающем материке.

- Что нам нужно делать, вожак? - Тут же спросил его отец.

- Вам? Ничего, живите как жили. А я начну с того, что приструню этот мерзкий совет Вортхинов. Он слишком долго держался за закостенелые порядки прошлого.

- Порядки прошлого? - спросила молодая самка.

- Да, именно поэтому тебя изгнали, мать. Ты ведь мне не рассказывала, но я... Я догадался, - сказал Согневар.

Если бы молодая самка была чуть умнее, она бы поняла, что Согневар каким-то образом либо заглянул в прошлое, либо прочитал его в ее глазах. Однако, она предпочла поверить на слово так быстро выросшему щенку. Она не задавала вопросов, ни она, ни отец Согневара. Они продолжили заниматься теми делами, что занимались до прихода их сына. Самка перебирала хворост, а отец разделывал тушу каравая.

Тем временем в совете Вортхинов зрело предвкушение удовольствия. Старые шаманы собирали молодых одарённых и молодых шаманов для поединка с надоедливым вигом, о котором они часто слышали. Верховный шаман чувствовал запах, поднимаясь на гору. У него давно не было имени, он уже практически слился с духами Совета Вортхинов. Все его так и называли его, просто шаман. Грязно-серый гнольф, покрытый коричневыми пятнами, одетый в шкуры, какие-то нитки, обрывки тряпок, опирающийся на корявый посох. Верховный шаман мгновенно ощутил перемены.

- Медлить больше нельзя, — сказал Верховный Шаман. - Мы тотчас собираемся одаренных и шаманов и отправляемся устраивать испытания молодому вигу, иначе может быть уже поздно.

Однако Верховный Шаман даже не понял, что произошло. Согневар вернулся другим. Неизвестно, как это произошло, где он был, сколько отсутствовал в другом измерении или в неизвестных местностях. Однако в реальности не прошло и секунды, как запах молодого двухмесячного щенка сменился запахом старого создания, очень старого. Его возраст был близок к возрасту адлетов и эркигдлитов. Столько живет очень редкий гнольф. Поэтому верховный шаман даже не принял трапезу. Он спешно поднял всех одаренных гнольфов и направился пешком прямиком к норе Согневара. Через час или около того быстрого бега все гнольфы, изрядно уставшие, но добравшиеся до логова, уже видели самого Согневара. Он парил в нескольких метрах над землей, ветер пел вокруг него, в руках виг держал посох. Он вовсе не был похож на двухмесячного щенка. Одаренные испугались. Он выглядел как настоящий адлет или эркикдлит. Даже красивее, если мех эркикдлитов и адлетов был грязно-белым, практически светло-серым, перемешанным со льдом, грязью, в каких-то местах они прикрывали его кожаным или металлическими доспехами, то Согневар был абсолютно бел. Бел, как буря, бел, как ветер, спускающийся с небес, как заснеженная вьюга.

- Зачем вы пришли? - спросил Согневар.

- Ты знаешь ответ, - сказал верховный шаман. - Тебе исполнилось три месяца.

- Еще неделя до этого срока, - пожал плечами Согневар. - Еще рано начинать испытание.

- Верховный Шаман назначает время проведения испытания, а Верховный Шаман - это я, - огрызнулся Шаман. - Начинаем! - Взять его! - Верховный шаман показал костлявым узловатым пальцем на Согневара. - Применяйте свое волшебство! Загрызите его зубами, если потребуется! Это виг! Он поклоняется проклятым!

Он не успел договорить, как тут же молния ударила с небес и вышибла из верховного шамана весь дух. Хохоча женским голосом, полупрозрачная темная тень выпорхнула из-под ног Согневара и, пролетев по снегу, вселилась в верховного шамана. Пошатываясь, он поднялся, держась за голову.

- Ох, какое неудобно это тело! Ой-ой-ой-ой-ой! Верховный шаман снова оперся на посох. - Ну, шавки, что вы стоите? Набрасывайтесь на него! Как я и велел, быстро! Загрызите его зубами, если потребуется!

Согневар улыбнулся. Все прошло именно так, как он и рассчитывал. Одаренные, просто молодые гнольфы и молодые шаманы уже знающие некоторые заклинания принялись осыпать его искрами волшебства. Ни одна из них не достигла цели.

16. Шаман

Согневар насмехался над молодью гнольфов. Каждому из них было от двух до трех месяцев, ровно столько, сколько было ему неисчислимо много времени назад, когда он отправился на обучение в мир теней. Теперь это казалось настолько далёким, что он не мог даже припомнить подробностей. В реальном мире прошла всего секунда и еще около часа с того времени. Согневар металл молнии, лениво отмахиваясь руками. Каждая молния перехватывала волшебство шамана или одаренного и возвращалась к нему, вышибая из него дух. На место сознания шамана тут же влетала бесплотная тень, переливчато смеясь. И тут же одаренный молодой гнольф становился служителем... Нет, не Пса. Становился служителем самого Согневара.

- Мы подчиняемся тебе! - в один голос сказали все одаренные и наделенные волшебством гнольфы, включая верховного шамана.

- Тогда ждем оставшихся щенков. Вы с помощью волшебства усилили свои ноги. Обычные рядовые гнольфы прибегут сюда еще часа через два. А пока начинайте практиковаться.

Каждому Согневар лично рассказывал об упражнениях по усилению волшебства. Показывал, как правильно держать спину и завывать заклинания. Самому сильному из шаманов, который не уступал в силах верховному и наверняка мог бы называться гнольфом-заклинателем, Согневар объяснил несколько заклинаний. И, наконец, прибежали гнольфы. Гнольфы-воины, гнольфы-десятники, вооруженные огромными топорами, сделанными из наскоро перекованных оружий безволосых.

- Что здесь происходит? - спросил десятник гнольфов, обращаясь к верховному шаману.

- Молодой виг победил, - сказал шаман и поклонился.

- Да? - В таком случае он наш новый вождь, - сказал Десятник, и уткнулся носом в снег, истого виляя хвостом.

- Так и есть, я ваш новый вождь, - сказал Согневар и снова взмыл воздух на несколько метров. Сейчас мы отправляемся назад в стойбище. Мы должны провести настоящий совет Вортхинов. Отныне я приглашаю на него и воинов.

- Всех воинов?- Переспросил десятник. Нет, тебя и сотников и еще десятерых самых сильных гнольфов племени.

- Так и будет, - сказал Десятник и кивнул.

Обратная дорога заняла бы часа три, потому что все устали, да и заклинаний на усиление ног уже не было. Однако Согневар взмахнул руками и мгновенно телепортировал всю стаю из более чем пятидесяти гнольфов назад в стойбище, где оставались только самые молодые щенки и самки. Тут же все молодые самки навострили вверх уши. Их дико привлекал запах неизвестного самца, однако Согневар даже не смотрел в их сторону. Он поднялся на гору, где обычно спали и проводили совет Вортхинов шаманы и одаренные, и принялся парить напротив деревянных истуканов, украшенных клыкастыми мордами трусовоев, или напоминавших морды самих гнольфов.

- Я Согневар Белый Хвост, жрец Пса, объявляю себя главой совета Вортхинов и вожаком моего племени. Есть возражения?

- Оууу - Завыли все гнольфы, выражая тем самым согласие. Возражений не было.

- Я отменяю старых богов, отменяю старые истуканы! Теперь каждый из этих идолов олицетворяет великого Пса! - Согневар возложил руку на каждый из столбов, и на нем возникли две перекрещенные линии. Символ Пса.

-Оууу

- Отныне наше племя будет сильным! Будет великим! Я обеспечу это!

- Оууу - В третий раз завыли гнольфы, даже самки и практически новорожденные щенки, даже слепые, они лежали в своих лотках и выли. Так захватил их экстаз то ли речи, то ли волшебства Согневара.

- Теперь со мной пойдет верховный шаман, два сотника и еще два воина. - Согневар кивнул огромному гнольфу с голубым мехом и еще такому же с темно-серым, вооруженным огромной двуручной булавой. - Остальные начните собирать дерево. Любое, какое найдете. Затем соберите все ценное, что найдете в палатках и норах шаманов. Костяное или медное. Потом мы обменяем это у безволосых на нужный нам инвентарь.

- У безволосых? - Спросил один из гнольфов.

- Да, нет смысла грызться с ними. Они производят товар, который нам будет производить тяжело. Проще выменять у них это на глупые побрякушки шаманов. Тебе же не нужны костяные дудки!

- Ха-ха-ха! - рассмеялся Гнольф. - Конечно же нет! Отдать шаманское барахло за металлическое оружие и обдурить ничтожных безволосых, что может быть лучше?

- Так и есть! Слава Псу! - громко завыл Согневар.

- Слава Псу! - завыла его племя.

Согневар и выбранные ими воины направились в сторону логова старого йетти. Снег и лёд заносили тропу, однако торчащие наружу камни остроконечными верхушками указывали путь к одной из высоких гор. Старый йетти жил там много времени, несколько десятилетий. Неизвестно, чем он занимался в большую часть времени. Однако, желая поохотиться, он часто спускался с вершин в окружении меньших духов, таких как ледяные осколки, и нападал на все, что видел. В частности, на гнольфов.

17. Тень

Неожиданно возникший старый йетти, выпорхнувший ниоткуда, с поразительной лёгкостью для такого огромного косматого создания, обрушился всей мощью ледяного града на Согневара и его спутников. Одного из гнольфов он мгновенно заморозил ледяным дыханием. Другого, вооружённого огромной булавой, сразу оттеснили ледяные осколки, ловко орудовавшие своими вытесанными из полупрозрачных кристаллов мечами. Десятника, гнольфа-стрелка и самого Согневара взял на себя йетти. Уже восстановленное им ледяное дыхание вновь направилось в сторону гнольфов, однако Согневар в этот раз смог отразить его. Хоть он и был невероятно подготовленным, старый йетти был невероятно силен, а также опытен, и опыт его был набран в реальных сражениях, а не в мире теней.

- Убирайся! - ревел старый йетти. - Здесь моя территория!

- Нет! - говорил Согневар. - Двум теневым созданиям не ужиться на этом летающем материке!

- Вот и убирайся вон! - говорил йетти.

Надо было сказать, что он был невероятно разговорчив. Как правило, старый йетти не произносил за раз больше пары слов. Однако, поэтому можно было судить, что битва дается ему с трудом. Согневар послал еще одну молнию, а затем собрал всю волю в кулак. Наделив волшебством огромный круг вокруг себя, он пустил по нему нити волшебства, которые поднимали вверх камни, небольшие кристаллы. Когда их собралась изрядная куча, он оторвал их от земли и все разом послал в старого йетти. Но старый йетти применил новую способность. Став полупрозрачным, он временно ушел в мир теней, и осколки не нанесли ему никакого урона.

- Против меня не сработает! - засмеялся старый йетти, захрюкал, заревел.

Согневар понял, что так теневое чудовище насмехается над ним. Однако в этот момент гнольф, вооруженный булавой, отбился от ледяных осколков, зашел сзади старого йетти и со всей силы ударил ему по затылку.

- УГХХХХ - и рухнул.

Его подняли за шиворот.

- Неожиданно. - сказал стрелок.

- Действуем быстро! Старый йетти может припасти у себя в рукаве еще несколько козырей.

- Тогда обрежем ему рукава! - засмеялся десантник и взмахнул топором.

Тут же со старого йетти сняли шкуры, накидки, множество медных и золотых монет и привязали его к высокому тотемному столбу. Согневар прочитал несколько заклятий, чтобы йетти не смог освободиться. Через минуту йетти открыл глаза.

- Что тебе надо? - сказал со злобным безразличием старый йетти.

- Мне? Мне надо, чтобы ты убрался отсюда! - сказал Согневар.

- Я не уйду, а тебе ни за что не одолеть меня! - Рассмеялся старый йетти снова хрюкнув и фыркнув.

- Может быть. Однако для всех ты будешь побежден мной.

- Что?! - воззрелся на него йети.

- Не появляйся какое-то время. Допустим, две недели. Сиди в своей пещере, мы уйдем, все наше племя. И если к тебе придут адлеты и эркигдлиты, ты тоже скажешь, что я победил тебя.

- Хм, идет, - сказал Старый йетти. - А теперь убирайтесь!

- Даже не попросишь, чтобы мы освободили тебя?

Убирайтесь! - Зло, сказал старый йетти и фыркнул.

- Я закончил, - проговорил высокий гнольф, вооруженный луком, выходящий из пещеры йетти. На спине он нес огромный мешок, набитый вещами, которые старый йетти успел отобрать за многочисленные свои злодеяния и рейды в сторону наемников из серого города.

- Это барахло можете оставить себе! - рассмеялся старый йетти. Согневару вновь не понравилась его говорливость. Однако, дело сделано. Йетти принял их договор и скрепил его печатью тени, которую сотворил даже будучи связанными своими мощными волосатыми пальцами. Теперь вся стая гнольфов, а также окрестные безволосые будут думать, что старый йети побежден Согневаром. А может быть и не Согневаром, а всем племенем гнольфов. Так они будут считать, что гнольфы стали сильнее.

- Что теперь, вожак? - Спросил Десятник.

- Теперь мы готовимся. Собираем все наше племя. Собираем наши шатры, все наши вещи. Мы уходим отсюда.

- Уходим куда?

- Сначала в пещеры. Сквозь пещеры мы пройдем на летающие острова, а от них пойдем сквозь ледяную стену на другой материк.

- На другой материк? - Удивился огромный гнольф с луком.

- Да, есть другой материк за ледяной стеной. Там мы будем в большей безопасности.

- Безопасности от чего?

От Слагфида и Сальдбрунна. Скоро на Слагфида начнется охота, однако безволосые попали пальцем в небо, когда решились на столь отчаянный шаг. Вы знали, что Слагфид - это самка?

- Самка? Ха-ха-ха-ха! - рассмеялся Десятник. - Кто бы мог подумать?

- Да. И раз в несколько десятков лет она откладывает яйца. До сих пор гнольфы жили не так долго, чтобы стать свидетелем этого процесса. Однако... Однако я не таков.

- Что же теперь будет? - спросил Десятник.

- Слагфид собрался откладывать яйца. И я не завидую безволосым.

18. Логово

Когда Согневар вернулся в стойбище, все вещи были уже собраны. Самки ловко орудуя своими быстрыми тонкими пальцами, упаковывали немногочисленный скарб всей стаи гнольфов в тугие кожаные мешки, сделанные из толстых шкур караваев, а также многочисленных местных копытных, которых которых называли квабба или гамба.

- Все готовы?

- Почти все, - сказал немолодой гнольф, немолодой по меркам стаи, около восьми лет. - Несколько щенков достаточно слабы. Придется или бросить их, или загрызть.

- Нет нужды, - сказал Согневар. - Где эти щенки?

- Они в шатре, - удивленно поговорил гнольф.

Обычно уничтожение слабых щенков было обыденным делом. Самки даже не стали защищать их. Однако поведение нового вождя всех заинтересовало. Немолодой гнольф проводил Согневара под навес, где на голой земле, даже без подстилки, лежало трое маленьких щенков. Было видно, что родились они совсем недавно, около двух или трех дней назад. Один был совсем слаб и почти не двигался. Он был холодный, а хвост его был мокрым. Двое других слабо двигались и повизгивали.

- Понятно. Просто родились не под той звездой.

Согневар направил на них свою ладонь. У него оставалось еще достаточного волшебства, однако даже телепортироваться на небольшие расстояния он не мог. Однако и бросить щенков в таком состоянии он не хотел. Ни жалости, ни какого-то нибудь сострадания. Просто ему потребуются преданные гнольфы. А кто, как не спасенный в детстве, будет всецело предан своему вожаку? Собрав остатки лечебного волшебства, Согневар влил все сначала в первого щенка с мокрым хвостом, а затем, разделив пополам скопившуюся энергию в двух оставшихся щенков. Первый щенок, это был некрупный самец, зашевелился и поднял поднял уши. Теплые потоки волшебства высушили его хвост и шерсть. Он неуверенно приподнялся на передние лапы, однако задний все еще волочил за собой. Согневар взял его на руки и положил в небольшой заплечный мешок. Двое других, самец и самка, подняли головы и открыли маленькие щелочки темных глаз и слабо завиляли хвостами.

- Отлично, - сказал Согневар. - Я дал им достаточной энергии. Кто их самки? Тут же вышло три самки. Оказалось, что каждая самка была матерью одного из детенышей. Самца и самку забрали матери, а мать слабого детеныша остановилась около Согневара.

- Зачем ты дал ему жить? - просто спросила самка. - Так бы я смогла зачать и родить снова, а так мне придется еще долго возиться с ним.

- Ничего, просто расскажи, почему он настолько слаб.

- Я не знаю, - сказала самка. Она была достаточно молодой, около двух лет. Сильная, подтянутая, с большим количеством шрамов, с откусанным куском уха, с длинным пушистым хвостом. На одной из рук у нее не хватало когтя.

- Ты хорошая охотница. Наверняка хорошая мать.

- Да, один из моих сыновей должен был сражаться с тобой. Другой служит в охране периметра стойбища.

- То есть это не генетическая патология, - заключил Согневар.

- Что? - Подняла ухо самка.

- Кровь у него хорошая, - перевел свои мысли на доступный для соплеменников язык Согневар. - Как я и сказал, просто он родился не под той звездой.

- Что прикажешь с ним делать? Кормить его? Самка достала одну грудь.

- Нет, я всецело беру на себя заботу о нем. С помощью моего волшебства я вполне смогу заменить его материнское молоко, однако, когда он будет есть твердую пищу, все-таки потребуются материнские руки.

- Что же, я согласна.

- А кто его отец, - спросил Согневар.

- Отца не стало три дня назад. Он отправился на охоту за караваями в составе десяти гнольфов. Вернулось восемь. - Практически равнодушно, сказала самка.

- Он был силен.

- Более чем,- сухо, сказала самка.

- Неплохо. Значит, кровь у щенка не только неплохая, но я бы даже сказал, что хорошая.

Маленький щенок зашевелился в заплечном мешке.

- Ладно, теперь мы готовы, - сказал десятник, потрясая топором. - Все вещи собраны. Вождь, говори, куда нам идти.

- Еще не все. У нас недостаточно запасов пищи. То, что мы взяли со стороны старого йетти, поможет нам, как я и говорил, обменять все это на пищу у безволосых.

- Но как мы свяжемся с безволосыми? Один из разведчиков два дня назад докладывал, что там собирается небольшое войско.

- Ничего подобного. Может быть и войско и собирается, однако это никак не скажется на нашем желании поторговать с ними. Я отправил одного из шаманов связаться с моим агентом в сером городе.

Согневар вытащил небольшой портал из своего кармана. Стекляшка поблескивала голубым свечением. В нем отражалась морда одного из одаренных.

- Что там? – спросил Согневар.

– Все нормально. Трау и его приспешники ждут нас около входа в подземную пещеру.

- Превосходно. Там встретимся и обменяем балмасы и малеи на продовольствие. Возможно, обменяем шкуры на теплую одежду.

- Нам не нужна теплая одежда. - Сквозь зубы прошипела самка, мать слабого щенка. Это глупость безволосых. Мы звери.

- Да, мы звери, - сказал Согневар. - И именно поэтому мы будем цепляться за каждую возможность стать сильнее безволосых.

19. Пещера

Гнольф-шаман встретил Согневара, его спутника, вооруженного луком, и гнольфа-десятника, притаившись за огромным валуном, покрытым небольшим слоем льда. - Говори, шаман, - сказал Согневар. - Вожак, - говорил шаман, показывая рукой в сторону пещеры. - Трау, карлик и двое Пикси с груженными кваббами готовы встретить нас около пещеры. - Что насчет платы? Они согласны на наши условия? - Более чем. Они даже не ожидали, что мы обладаем таким запасом золотых круглых изделий. Было видно, что шаман никогда не слышал раньше слова деньги и постоянно сбивался на гнольфский диалект. - Все понятно, - сказал Согневар. - Идем на переговоры. Махнув рукой, Согневар почувствовал слабость. Все-таки он растратил огромное количество волшебной силы. Постояв с полминуты, Согневар с помощью посоха вытянул небольшое количество волшебства из снега и льда и вновь, собравшись с силами, все-таки двинулся дальше. Первым его заметил трау, выглядывая из-под забрала своего толстенного металлического шлема. В нос Согневару мгновенно ударила мерзкая вонь, напоминающая смесь нечистот, жженного меха и тухлого сала. Трау всегда воняют так мерзко из-за своего способа жизни и способа поглощения пищи. Однако Согневар не хотел углублённо изучать природу этих тварей. Ему определённо нужно было только получить провиант для своего племени и двинуться дальше. Угрозы от трау, карлика или пикси стрелков он не чувствовал. Четыре кваббы, груженные провиантом, нервно фыркнули. Было видно, что травоядные боятся хищников на каком-то инстинктивном уровне. Сопровождающий его шаман сделал жест рукой, и квабббы мгновенно присмирели. «Хорошо, что шаманы владеют успокаивающими заклинаниями», - подумал Согневар. «Наверняка они использовали их для охоты». Однако здесь, во льдах, гнольфы в основном охотились на таких же, как они, хищников или морских гадов. Редко когда травоядные или всеядные звери, или рептилии становились их прямой добычей. Там же внизу в сером городе было огромное количество квабб, гамб, цмоков, а также лизок. Наверняка на них мог охотиться только Ворманн, подумал Согневар и усмехнулся. Эх, Ворман, жаль, что ты научил меня столь малому об этих нужных вещах. Гнольфы приблизились к безволосым. Трау сказал что-то на нечленораздельном наречии, и вперед выступил уродливый карлик. С длинной бородой. Он был толстый, можно было даже сказать, что жирный из-за его невероятных по толщине металлических доспехов, украшенного рогами шлема, и неимоверному количеству ювелирных украшений на броне и одежде. - Вы все-таки пришли, - перевел с языка траву карлик и поклонился. - Да, вот, балмасы. - Согневар протянул увесистый кошель, и карлику стоило больших трудов, чтобы не споткнуться, пока он волочил его до своего хозяина траву. Фыркнув, трау, как всегда в этом случае делает их порода, приплясал на своих раздвоенных уродливых копытцах и чихнул. - Мой господин доволен, - улыбнулся карлик. - Это более чем достойная плата. Могу ли лично я поинтересоваться, откуда у племени такие накопления? - Мы переезжаем, - лениво сказал Согневар. Трау продолжил нервно приплясывать на своих уродливых копытцах. Потом он что-то фыркнул и долго разговаривал с карликом. Пикси с луками неприятно смотрели на гнольфов. Было видно, что феи терпеть их не могут, однако никаких попыток к нападению они не предпринимали. Согневар не читал в их глазах или жестах никакой угрозы. - Мой повелитель спрашивает, - тут же сказал -карлик, устраняя неловкую паузу, если не секрет, куда ваше племя собралось перебраться и с чем это связано? Дело в том, что мы сейчас собираем большой поход. Чтобы бороться с местным чудовищем Слагфидом. Если ваше племя потревожил этот монстр, не хотите ли вы присоединиться? - Нет - сказал Согневар безразлично. - Наше переселение связано с нашими местными обычаями. Это что-то вроде миграции хищников, а поскольку мы хищники, то мы идем тропами наших предков. Трау фыкнул и что-то сказал своему слуге Карлику. Видимо, местный обычай - расслышал слух Согневара. Либо Трау что-то подозревает, либо ничего не понял, либо объяснил, как всегда это бывает с этим народом, какими-то собственными заморочками. - Не желаете ли вы, чтобы мы сопроводили вас до развилки, которая ведет в сторону серого города? - Учтиво поинтересовался Карлик. - Может быть, - пожал плечами Согневар, - если вас не пугает путешествие в компании множества самок с детенышами и взрослых гнольфов, которые будут на вас смотреть, как на добычу, то лично я не против. - Трау расфыркался, было видно, что он смеется. - Тогда в путь, - сказал Трау на ломаном всеобщем наречии.

Дорога, ведущая по ледяной пещере, была отполирована сотнями, если не десятками сотен сапог. По ней, в основном, ходили кастлинги и феи. По бесчисленным поручениям глав серого города, а также банды наемников и приключенцев, посылаемые на различные задания. Здесь редко ходили гнольфы или бегали какие-то крупные опасные звери или монстры. Согневар совершенно не беспокоился о том, что на них может кто-то напасть. Однако, вдруг он почувствовал внезапное возмущение волшебства. Просто-таки совершенно неестественное присутствие тени, о которой он очень много раз слышал. Как ни странно, это же почувствовали пикси. Как только пикси выхватили свои луки, и у них в руках замерцали волшебные стрелы, Согневар сразу все понял. - «Темные эльфы!» на всеобщем языке крикнул Согневар с поразительной четкостью и поставил огромный барьер, защищая проход. Было большой удачей, что они оказались в пещере, иначе его барьер мог растянуться бы едва ли на пару метров в обе стороны, и наверняка кто-то бы попал под обстрел ядовитых болтов, которыми были вооружены нападавшие. Сразу со всех сторон открылось множество порталов. Наружу хлынули темные эльфы, сидящие верхом на странных зверях, напоминающих смесь трусовоя и ящера. Они были вооружены арбалетами, а некоторые были вооружены метательными пиками или дротиками. Темные эльфы залп за залпом посылали свои метательные снаряды прямо в сторону Согневара. Однако было видно, что основным их объектом охоты является трау или карлик. Согневар не медлил. Хоть ему и хватало волшебства поддерживать барьер, ни на что другое он не мог позволить себе потратить волшебные силы, которые он восстановит едва ли после продолжительного отдыха, который будет только ночью. Впрочем, гнольф был вооружен мощным металлическим посохом, увенчанным шипами Слагфида, который мог вызывать вибрацию, встроенным в него волшебством. Этого сейчас было бы более чем достаточно. Согневар несколько раз взмахнул посохом, и с вершин пещеры стали падать огромные ледяные сосульки. Темные эльфы отступили обратно в портал. Ещё минута, и звуки затихли. Никто не пострадал. Барьер Согневара выдержал массовую атаку и не был пробит даже с помощью зачарованных болтов тёмных эльфов. - Я поражён - присвистнул Трау. Ему очень сложно давался всеобщий язык, из-за его странной морды, на которой отсутствовал нос, однако рот, маленький, похожий на рот феи или кастлинга, полнился от многочисленных зубов и клыков. - Никогда не видел столь сильного заклинания. Возможно, вы сможете продать мне его? За какой-нибудь артефакт или пожизненный запас мяса, - спросил трау. Согневар вначале решил, что он шутит, но, видя, как трау поднял забрало и подозвал себе жестом карлика, понял, что тот не шутил. - Пожалуй, мы могли бы договориться - сказал Согневар. - Отдайте мне, к примеру, ваш золотой амулет. Согневар ткнул пальцем увесистую золотую бляху, которая была у трау. И тот, не раздумывая, протянул ее Согневару. На самом деле, не то чтобы Согневару нужны были какие-то безделушки, но вот пожизненный запас мяса, которого он наверняка не получит, ему был не безразличен. Пока племя Согневара, карлик и пикси-лучники двигались по направлению к развилке пещер. Согневар объяснил трау некие принципы постановки барьера. Трау сетовал, что имея всего четыре пальца на руке, ему будет сложно повторить пассы, которые делает пятипалый Согневар. Однако, виг настаивал на том, что все получится, стоит всего лишь практиковаться. Заклинание было действительно простым, а у трау оказался, на удивление, огромный запас волшебной силы, вызванный, однако, множеством артефактов, которые на себя нацепил этот военачальник. Согневар раньше не встречал столь искусных трау, особенно в плане волшебства. Наверняка он не просто так собирает отряд, чтобы сразиться со Слагфидом. Когда до выхода из пещеры оставалось совсем немного, Согневар и пикси снова почувствовали возмущение. Открытые порталы – свидетельствия о том, что темные эльфы нападают снова. На этот раз уже двое поставили барьеры - Согневар и трау. Впрочем, наблюдая за тем, с каким остервенением темные эльфы посылают стрелы теперь именно в трау, не трогая гнольфов, Согневар подумывал о том, что выбрал неправильную сторону. Поскольку пища и предметы были уже получены, Согневар решил, что его ничего не связывает ни с трау, ни с карликом, ни тем более с феями, которые презрительно смотрят на него. А вот тёмные эльфы могли бы рассказать, почему они столь остервенело нападают на трау. Поэтому Согневар решил провести переговоры. С жестом руки он остановил время. Это мгновенно съело всю его волшебную мощь и барьер тут же погас. Впрочем, Согневар знал, на что шел, и переговоры могли принести ему гораздо больше выгоды, чем пожизненный запас мяса, который обещал ему трау.

Первым заговорил предводитель темных эльфов, закованный в прекрасную фиолетовую броню. Он мгновенно появился, как только остановилось время. Согневар опасался, что пикси, возможно, тоже почувствуют его манипуляции. Однако, феи стояли с такими же замершими, как, например, карлики или собственное племя Согневара. - Приветствую тебя, виг! - сказал предводитель темных эльфов. - Зачем ты сражаешься на стороне этого вонючего создания? - Приветствую! - сказал Согневар и махнул посохом предводителю темных эльфов. - Я не сражаюсь на его стороне, просто получил от него товары, необходимые для моего племени. В свою очередь хочу спросить, зачем вы нападаете на него, а заодно и на нас? - Приношу свои извинения, склонил голову предводитель темных эльфов. Произошло небольшое недоразумение. Как ты видишь, второй раз наши атаки были скоординированы именно на трау. Мы приносим извинения за возможные неудобства, доставленные вам. - Пустое, сказал Согневар. - К делу. Остановка времени не может продлиться слишком долго, а я истратил практически все свои волшебные силы. Если вы не тронете нас, то можете делать с этим трау все, что хотите. Я уже получил от него все, что мне нужно. Он, конечно, обещал мне пожизненный запас мяса. - Пожизненный запас мяса, - проговорил темный эльф. - Что же, если вы не будете вмешиваться, я отдам эту часть сделки за него. - Идет, - сказал Согневар - мы не будем вмешиваться. Ход времени пошел своим чередом, а Согневар упал на землю. Силы окончательно оставили его, и он даже не смог открыть глаза. Прибывая в полусознании, он чувствовал, как десятник и гнольф лучник поднимают его своими крепкими сильными руками, проверяя, не угодил ли куда ядовитый болт темных эльфов. Как двое воинов кричат и прикрывают собой самок, мать слабого щенка, который лежит у него в корзине за спиной, даже не оборачиваясь на собственного детеныша, хватая обломок палки, бросается на защиту своего вожака. Но шаманы, которые стояли полукругом около Согневара, уловили его ментальную связь, ментальный приказ, который висел в воздухе - не сражаться с темными эльфами. Поэтому шаманы, как могли, воздвигли барьер, не настолько мощный, как у Согневара, да и съедающий гораздо больше волшебных сил, однако полностью дистанцировали себя от карлика, пикси и трау, на которых и устремилась атака темных эльфов. Предводитель, вышедший из тени, обрушил мощное заклинание, которое ударило под ноги трау. Лед и камень треснули, и монстр вместе со своими тяжеленными доспехами провалился вглубь пещеры. Карлик и пикси бросились вниз за ним, не раздумывая. Туда же отправились темные эльфы. Впрочем, один из темных эльфов поднял высоко вверх руки, отложив арбалет, показывая жестами, что он не намерен сражаться, и сделал несколько шагов по направлению к Согневару. Согневар не чувствовал происходящего, и его сознание полностью улетело в тень. Когда Согневар пришел в себя, то первое, что он увидел, как ему показалось, это была Азра. Тень игриво сидела напротив него, опираясь на свой арбалет. Нет, это была не Азра. Тёмная эльфийка, просто невероятно похожая. И из-за того, что тёмные эльфы, так же как и драйзеры, живут в тенях. - Можешь считать меня агентом моего хозяина, — сказала темная эльфийка невероятно завораживающим голосом, глубоким и одновременно похожим на голос детеныша. - Это ты передашь мне пожизненный запас мяса? - с сомнением спросил Согневар. Он поднял тяжелую голову, которую едва-едва держала его крепкая шея. Запас волшебных сил едва ли был восстановлен на одну треть. Гнольф десятник помог ему подняться. - Может быть, а может быть я просто буду координировать действия моего клана. Предводитель сказал мне проследовать за вами, если это возможно, а если нет, то спросить у вас координаты точки перехода. Мы пришлем вам провиант и кого-нибудь для сопровождения к ледяной стене. Вы ведь туда направляетесь? Согневар молчал. Он не знал, раскрывать ли правду темной эльфийке или промолчать. Другие гнольфы, не понимающие, смотрели на него Как позже догадался Согневар, они говорили на языке фей, который речевой аппарат гнольфа в принципе не может воспроизвести - Ну что же, ладно, ты меня подловила - сказал Согневар и усмехнулся - Можешь идти вместе с нами. Если бы ты хотела убить меня, давно бы это сделала. - Скажу честно, у меня бы это не вышло - пожала плечами на этот раз уже темная эльфийка. - Не знаю, что ты за создание, однако даже ядовитый клинок, который у меня в сапоге, не способен нанести тебе вреда. Может быть наш предводитель и смог бы выбить из тебя дух, но разрушить твое тело до конца не смог бы даже он. Мы восхищаемся тобой, виг! - развела она руками и рассмеялась, практически как маленькая девочка. - Да, давненько никто мной не восхищался, - почесал затылок Согневар. - Что же, раз мы союзники, давайте насладимся совместной трапезой. Как оказалось, гнольфы, которые не понимали язык фей, поняли его интонацию и весело завиляли хвостами. Прежде всего, гнольф решил, что стоит накормить щенков, которые наверняка устали от длительного перехода и были напуганы.

20. Вор

Согневар вытащил из заплечного мешка маленького щенка, которого днём напитал волшебной силой и принялся передавать свою едва-едва восстановленную энергию ему. Щенок был очень мал, поэтому достало всего нескольких минут, прежде чем щенок получил необходимую порцию волшебства и снова уснул.

- Это твой сын?- С интересом спросила темная эльфийка.

- Нет, это член моего племени. Надеюсь, он станет достойным и сильным союзником. Вы же понимаете, что вся жизнь состоит практически полностью из борьбы, и союзников необходимо взращивать с самого малого возраста.

- Да я-то понимаю, но вряд ли твои хищники понимают что-то подобное, - сказала тёмная эльфийка снова на языке фей.

- Сейчас они думают, что мы разговариваем на волшебном наречии, - сказал Согневар. - Поэтому они ещё не набросились на тебя. Возможно, двоих или троих ты сможешь ранить или даже вышибить дух. Однако, тебе не победить, если что.

- Ха! Конечно, мне не победить. Я всецело в твоей власти. - Улыбнулась темная эльфийка.

- У тебя такой обезоруживающий тон. Неужели ты действительно настолько доверяешь мне?

- Да, действительно, я настолько тебе доверяю. Знаешь, я росла в моем клане недалеко от ямы с чудовищами и повидала всякое, но ты ты бы мог быть сравним с драконом или с кем-нибудь подобным. Ты действительно настоящий монстр -, прищурилась тёмная эльфийка

Она была задорной, с длинными тёмными волосами, блестящими, как перья чёрного габла и с яркими алыми глазами, которые отражали слабый свет пещерных светлячков, подвешенных где-то в высоте и летающих лениво между сосульками.

- У тебя очень интересная внешность. Наверняка ты сравнима со щенком. Хоть я и много изучал безволосых, то в вашем возрасте я еще не разобрался до конца - сказал Согневар. Вы растете гораздо медленнее, чем мы.

- Да, мне всего четырнадцать лет, - сказала эльфийка. - Это не очень большой возраст.

- Для гнольфа это глубокий старик, мало ли кто доживает до десяти - парировал Согневар.- Однако, да, это действительно сравнимо с тем возрастом, когда я начал обучение у мастера Ворманна.

- Мастера Вормана, это местный злой колдун, о котором все говорят, - сказал тёмная эльфийка.

- Он был таким, - грустно сказал Согневар, подчёркивая слово «был». Тёмная эльфийка решила не продолжать дальнейшие расспросы.

- Как скоро мы встретимся с твоим предводителем? - спросил Согневар, когда трапеза была окончена, и гнольфы уже обгладывали кости, доставшиеся им из провианта траву.

- Около двух или трех дней, скорее всего, до ближайшего перехода к ледяной стене пройдет ровно столько. А нашему клану еще нужно выловить этого трау, снять с него ворованные доспехи.

- Ворованные - усмехнулся Согневар, - так и знал.

- Да, он снял их с древнейшего, не с лесного эльфа, За этого бы нас всех превратили в деревья. С нашего древнейшего, командира нашего клана. Он хоть и темный эльф, но смог дослужиться до древнейшего, как будто бы был лесным. Какое-то дальнее-дальнее родство или что-то около того, - сказала темная эльфийка, жестикулируя руками, как будто ребенок, сидя за обеденным столом, машет ложкой. Ее трапеза состояла из незатейливых листьев, каких-то фруктов и орехов. Согневар держал перед собой огромную кость, неизвестно какому принадлежащему животному, с изрядной долей мяса, однако большая его часть уже исчезла в его огромном череве. Согневар, хоть и был волшебником, довольно искусным, однако в пищевых предпочтениях оставался таким же, как в свое время Ворманн. Он любил мясо, сырое мясо, а иногда и живое мясо.

- Что же с этим древнейшим, - поинтересовался Согневар, когда с трапезой было покончено.

- Он еще легко отделался, сейчас он принял вид пня и буквально через несколько месяцев снова оживет. Но трау навалял ему прилично, никогда не видела такого сильного траву, - сказала темная эльфийка. - Он пришел с огромной армией, но растерял ее почти всю. Еще освободил этого мерзкого карлика. Он содержался в нашей тюрьме. Нечто вроде государственного преступника.

- Преступника? - спросил Согневар.

- Да. Он выступал за мир в пещерах. Простить воров, помиловать изменников и всякое такое

- Значит миротворец, - задумчиво сказал Согневар. - А карлик не настолько прост, насколько я о нем думал, - решил Согневар. Возможно, рановато записывать его во враги. Может быть, когда-нибудь я с ним еще и встречусь. Было видно, что карлик много знает и притворяется слугой трау, а не наоборот. Высокомерный монстр явно недооценивал своего слугу. А значит, вовремя не заметил того, что карлик владеет гораздо большим, чем кажется на первый взгляд.

- Значит, государственный преступник, - снова сказал Согневар. - И вы охотитесь за ним?

- Нет, скорее всего мы убьем его, если выпадет такая возможность. А если нет, то не будем охотиться на него столь рьяно. Он не украл у нас ничего. Просто... просто очередной преступник, которых всегда было множество в подземельях и в мире теней.

-То есть трау пробрался в мир теней, - восхитился Согневар и удивился одновременно.

- Так и есть, - сказала тёмная эльфийка. - Трау с огромной армией себе подобных пробрался в мир теней, добрался до владений нашего клана, сделал несколько разбойных нападений победил нашего древнейшего снял с него латы самое интересное, что напялил их на себя и был таков

21. Чем грозит Слагфид

- Ну и силен же этот мерзавец! А я еще научил его заклинание барьера!

- Это ты зря сделал, виг! - Разочарованно с грустью сказала темная эльфийка. - Теперь он стал еще сильнее.

- Да кто же знал! - Посетовал на жизнь Согневар.

- Действительно, я тебя не виню, - похлопала она его по спине и засмеялась.

Удивительно, феи настолько коммуникативные сознания, что буквально за несколько минут становятся тебе чуть ли не лучшими друзьями. Согневар мгновенно это прочувствовал, однако не стал ни рычать, ни опускать уши. Другие гнольфы настолько наелись и устали, что практически все поголовно лежали и отдыхали. Лишь самка, мать слабого щенка, и гнольф с луком стояли в дозоре. Самка около одного, в ходу пещеру, а лучник около другого. Наверняка между ними уже проскочила симпатия. Самка потеряла молоко и снова могла иметь детёнышей. В ближайшее время наверняка они зачнут нового потомка. Что ж, тем выгоднее Согневару. Главное, чтобы самка не относилась столь безответственно к своему следующему сыну или дочери, если он будет немного посильнее, чем текущий, воспитание которого всецело взял на себя Согневар. Пошатываясь, Согневар решил встать. Поскольку десятника рядом с ним уже не было, инстинктивно Согневар протянул руку, чтобы опереться на плечо, и темная эльфийка спокойно выдержала его вес.

- Однако, ты не так проста, какой кажешься. Во мне веса, как в четырех темных эльфах, а ты запросто выдержала его. Ты даже не пошатнулась. - Это небольшой навык, который я приобрела при жизни в подземельях, - сказала тёмная эльфийка. - Я дам тебе опираться на меня пару метров, а потом упаду и возможно переломаю обе ноги. Так что если тебе нужно подойти к стене, делай это быстро.

Согневар мгновенно сделал два шага и опёрся на стену.

- Ты жила около ямы с монстрами, значит, ты дрессировщик.

- Нет, дрессировщики меня не взяли, слишком мало талантов, но помогать с кормлением и уборкой за чудовищами – это была моя стихия. Собственно, я этим и сейчас занимаюсь. В данной вылазке у меня была специализация что-то вроде фуражира. Охота, собирательство, разведка, возможно возведение каких-нибудь мостов или обрушение, если потребуется. Мы надеялись схватить трау на выходе из пещеры. Даже не думали, что тот одиночный гнольф-шаман, с которым он разговаривает, приведет нас к целому племени гнольфов. Давно вас не было видно за пределами ваших владений.

- Так и есть.

- А почему вы уходите? Действительно ли миграция?

- Действительно, - сказал Согневар, - но не по тем причинам, по которым я сказал. Просто в здешних местах станет небезопасно.

- А, это из-за этого монстра, гигантского ящера. Он собирается откладывать яйца, да?

- Откуда ты знаешь, - удивился Согневар.

- Ну, я же росла рядом с ямой, с монстрами. Знаю, что подобного рода чудовище раз в несколько лет откладывают яйца и все вокруг заливает лава.

- Так вот чем это опасно, - сказал Согневар, - лава, я-то думал, что сам Слагфид вызывает прилив лавы

- Нет, он не настолько силен. В наших пространствах, где находится клан, таких как Слагфид , возможно меньшего размера, но все же подобных, водится огромное количество. Они дожидаются разливов лавы. Когда подземные волшебники карликов применяют ритуал и лава изливается в срединные части пещер, эти рептилии массово начинают откладывать яйца. И это вызывает исход троглодитов и похожих на них пещерных обитателей. Например, кобольдов.

Согневар слишком хорошо знал о кобольдах, пока обучался у Ворманна, поэтому он присвистнул.

- Даже вам докучают эти мерзкие кудрявые твари, да?

- Проклятые носачи, - выругалась темная эльфийка. - Кобольды это просто бич-пещер. Воруют запасы щляма, хотят украсть женщин, хотят украсть инструменты, постоянно уродуют наши святилища, просто пишут какую-то ерунду на стенах пещер, а истребить их очень тяжело, слишком быстро плодятся и слишком хитрые. В конце концов, на придумки их пакостей у них все свободное время.

Согневар почувствовал, что его волшебство медленно восстанавливается. Сейчас у него было примерно половина от его способностей, так что он влил большое количество волшебства в свои ноги, чтобы свободно стоять.

- Я еще долго не смогу поставить даже самый простой барьер. И хоть мое чутье довольно остро, я все-таки буду полагаться на твои услуги, - сказал он темной эльфийке. - Если что-то заметишь, говори мне, а сейчас мне необходим сон. Хоть я и провалялся в бессознательном состоянии изрядную долю времени, однако всю ночь я не буду находиться на дежурстве.

- Как и я, - сказала тёмная эльфийка. - Ты не против, что я посплю рядом?

Согневар хотел было что-то ответить, укладываясь у стены, но тёмная эльфийка уже сняла свои сапоги, скатала плащ и устроилась около его бока. Странные всё же эти создания феи, подумал Согневар. Особенно те, которые ходят в тенях. Определённо со всеми теми, кто взаимодействует с тенью у Согневара было какое-то близкое родство.

22. Варево

Наутро все тело Согневара болело, и он дал себе обещание больше ни за что полностью не растрачивать свою волшебную силу. Первое, что привлекло его внимание - племя готовило пищу. Безволосые называли это завтраком. Гнольфы, как правило, не делили приемы пищи на завтрак, обед и ужин и питались тогда, когда большинство членов племени собиралось вокруг котлов или когда была добыта особенно крупная туша зверя, рептилии или морского гада. Инициатором в данном случае выступала темная эльфийка. Она рассказывала гнольфу-десятнику, с какими приправами лучше готовить пещерную ящерицу. Та самая пещерная ящерица, о которой велась речь, была примерно десятиметровой рептилией, очень толстой, с короткими лапками и огромной пастью, усеянной множеством острых зубов. Подобное создание решил Согневар, осматривая отрезанную валяющуюся где-то поодаль голову, могло совершенно спокойно охотиться из засады, занимая небольшой в своем диаметре тоннель и набрасываясь на всех тех, кто спутает ее логово с нужным поворотом. Видимо так гнольфы и добыли пещерную ящерицу. А рассказала о ней, скорее всего, именно эта темная эльфийка. Согневар плавно поднялся, держась руками за стену, несколько раз мотнул головой. Определенно, больше не стоит так сильно растрачивать волшебную силу. Несколько пошатываясь, он направился в сторону вкусного запаха. Поведя головой, он внезапно вспомнил, что на его попечительстве находится маленький щенок, которому он вливает волшебную силу. Потянувшись к рюкзаку, он обнаружил того мирно спящим, даже теплым. Его хвост, хоть и был мокрым у кончика, все же его кто-то вытер. Сперва Согневар подумал на его родную мать, самку со шрамом на лице. Но потом догадался, что хвост щенку вытерла темная эльфийка. Согрела его наверняка тоже она. Скорее всего это был навык смотрителя за чудовищами, у которых тоже бывают детеныши.

- Вождь - размахивая руками, сказал Десятник - пришло время приема пищи. Темная эльфийка поделилась с нами секретами приготовления пещерной ящерицы.

- Да, я уже почувствовал запах, - сказал Согневар. И большой деревянной ложкой зачерпнул из одного котла, где на его взгляд пища была наиболее вареной.

Остальные же гнольфы предпочитали еду полусырой, и только молодые самки с не очень крепкими зубами дожидались полной проварки мяса и хрящей. Темная эльфийка смотрела с интересом, как Согневар перегоняет в своей пасте куски мяса вместе с бульоном.

- Я бы не решилась есть настолько горячее мясо, - наконец сказала она.

- Спокойно, мои десны выдерживают как высокие, так и низкие температуры - сказал Согневар, погружая деревянную ложку в котел за очередной порцией.

- А я подожду, пока остынет - сказала тёмная эльфийка. - Между прочим, с вами, ребятами, очень удобно охотиться. Нам потребовался отряд из десяти эльфов, чтобы справиться с этой ящерицей. Мне же помог всего один гнольф. Десятник это его должность, да?

- Да. Десятник координирует нападение молодых когтей. Когтями мы называем тех, кто уже умеет сражаться и преодолел возраст щенка.

- А ты, вождь, ты преодолел возраст щенка?

- Чисто теоретически? Еще нет - усмехнулся Согневар. - Мне еще неделя осталось до трех месяцев.

- Да, интересно, соображала ли я что-нибудь в три месяца - почесала затылок темная эльфийка. - Ты знаешь, на самом деле, я ведь не чистокровный эльф - вдруг разоткровенничалась она, пожевывая кусок белого хлеба, разложенного на толстом пергаменте. - Моя мать была из адского мира, поэтому я родилась, как это у вас принято говорить, обычным безволосым ребенком. До года я вообще не могла ничего делать, кроме как лежать на спине и мочиться в постель. У вас этот период занимает вроде две недели. Ну так вот, знай, у обычных эльфов и того меньше. Они появляются на свет из цветов. Просто мне не повезло не родиться в срединном мире. Не знаю уж как туда занесло моего отца, однако слава фейским богам, он помог мне бежать оттуда. Так что мой возраст тоже считается довольно долгим, если смотреть мерки пещерных эльфов.

Согневар вполуха слушал эльфийку, а сам уже умял довольно ощутимую порцию. Вместе с сытостью по его телу разливалось волшебство. Оно очень быстро восстанавливалось, когда организм был сыт, а сознание спокойно. Краем глаза он нашел самку со шрамом, которая находилась рядом с гнольфом-лучником, положив свою аккуратную круглую головку прямо ему на колени. Определенно, у неё уже пропало молоко.

- Это ты накормила и согрела щенка? - спросил у пещерной эльфийки Согневар.

- Да, мне показалось он очень важен, ценный союзник. - Она показала ему большой палец.

- Спасибо - сказал Согневар. - Ладно, время разработать план. . .

23. Приглашение

- О каком плане идет речь? - спросила темная эльфийка. Она явно была в хорошем расположении духа после завтрака, а потому, потянувшись, уставилась на Согневара своими большими глазами.

- Как о каком? - пожал плечами Согневар и направился в сторону выхода из отнорка, в котором расположилось его племя на ночь. - Нам нужно добраться до ледяных пещер. Насколько я понимаю, это около двадцати дней пути.

- А, ты об этом? Ну, этой ночью я связалась со своим командиром. Как бы между делом заметила девушка.

- Вот как, - поднял бровь Согневар, - и что он сказал?

- Ну, он приглашает вас всех к нам.

- К вам?

- Да, в измерение темных эльфов. - где находится наш древнейший - темная эльфийка рассмеялась. - Пока что в виде дерева. По идее, должен был бы принимать вас он, но, как ты знаешь, мы все заняты отловом трау, карлика и еще нескольких политических преступников.

- А, вот как! - Ухмыльнулся Согневар. - То есть, это такое своего рода приглашение продолжить сражаться на вашей стороне.

- Ну почему же? - Заверила его темная эльфийка. - Нет, просто через наше измерение можно гораздо быстрее пройти к ледяной стене. Всего лишь пять дней сквозь наш летающий в тенях остров, и вы окажетесь около портала, ведущего прямо на вершину ледяной стены.

- На вершину?! - чуть ли не криком переспросил Согневар.

- Ну да! - хмыкнула темная эльфийка. Она пыталась всем своим видом показать, что говорит это совершенно обыденным тоном. Однако ее выдавал хитрый взгляд.

Согневар долго думал. С одной стороны, он не хотел вступать в союз с кем-то, даже с тёмными эльфами, которые вроде бы обещали ему пожизненный запас провианта. С другой стороны, сократить на пятнадцать дней путешествие для всего своего племени, это означало как можно меньше потерь в пути. Плюс, возможно, его племя все-таки получит большой запас провианта. И, что уж греха таить, Согневар надеялся обрести надежных союзников в лице темных эльфов. Как и он сам, они были тесно связаны с тенями с рождения.

- Ладно, хорошо, буркнул Согневар. - Каким образом мое племя должно попасть к теневому замку?

- Ну, где-то под вечер мой военачальник откроет большой портал и постарается продержать его подольше. Ваша задача поскорее пройти сквозь него. Вас около пятидесяти гнольфов, насколько я смогла посчитать. Так что это не займет много времени.

- Что потом? - Спросил Согневар.

- Потом? Ну, потом вы будете охотиться, вернее большинство из вашего племени, самки, молодые щенки.

- Вот, значит, как. Какие же планы на меня? - Согневар упер руки в бока. - Ну, если ты захочешь, то вместе со своими лучшими воинами вы можете принять участие в охоте на трау. Если повезет, то помимо пожизненного запаса провианта, - темная эльфийка улыбнулась, - мы выдадим вам кое-какое эльфийское оружие.

Согневар снова поднял бровь. Эльфийское оружие было заманчивым предложением. Однако, феи запросто могут обмануть, и он вместе со своим племенем сгинет в тенях. Ну, то есть он-то сам не сгинет, вполне возможно, что он просто в последнюю секунду сможет телепортироваться назад в свое собственное теневое измерение, как учил его Ворманн. Но вот текущее племя будет потеряно, и Согневару придется где-то искать новое племя гнольфов, а это время, силы, средства, придется снова подчинять шаманов, завоевывать доверие. Но Согневар почему-то верил темной эльфийке. Возможно, всему виной все-таки сродство с тенями. Такое же, как у Согневара, у этих темных эльфов.

- Хорошо, - сказал Согневар. - За себя я отвечаю, за других воинов нет.

- Ну, тогда они займутся охотой на диких тварей. Хоть у нас и не такой большой остров, можно обойти его пешком за пять дней, но тварей там навалом. Ты знаешь, некоторые крылатые гигантские звери, обитающие в тенях, перелетают от теневого острова к теневому острову.

- Ты предлагаешь нам охотиться на крылатых теней?

- Да, да, может быть они и опасны, - вкрадчиво сказала тёмная эльфийка, - но я слышала, что мясо у них вкусное, а мы поделимся с вами приправами. Может быть позовем несколько орхидей? Ты знал, они отличные стрелки.

- Согневар слышал от Ворманна о том, что лучше драйзеров только стрелки фей, а среди фей самые лучшие стрелки это орхидеи, наполовину женщины, наполовину растения. С помощью своих волшебных стрел они могут обездвиживать противника до тех пор, пока пехота, вооруженная тяжелыми длинными пиками или мощная кавалерия кентавров не доберется до него и не обрушит всю мощь эльфийского оружия.

- А что насчет кентавров? - вдруг спросил Согневар.

- О, кентавры! Они тоже очень вкусны! - засмеялась тёмная эльфийка. Но по её хищному выражению лица было понятно, что она не совсем шутит.

- Я имел в виду, сражаются ли кентавры на вашей стороне? - спросил Согневар. - С ними, возможно, было бы проще.

- Да, у нас есть кентавры, изрядная часть нашего войска, но видишь ли, в чем дело, кентавры очень плохо скачут по утесам, а, насколько я знаю, этот мерзкий трау укрылся в глубокой пещере.

- Пещеры, пещеры, — проговорил Согневар. - и здесь пещеры, и в мире теней.

24. Тёмные Эльфы

К вечеру Согневар почувствовал возмущение волшебства. Почти сразу же стенки пещеры затрещали, и на всю огромную площадь каменной гряды, достигавшей до потолка примерно десяток метров, раскрылся огромный портал. Он был темно-голубого цвета, со всполохами, похожими на ледяные вены огромного дракона. Громко щелкал, клекотал. Из портала показался предводитель темных эльфов.

- Докладывая откупная, - обратился он к темной эльфийке.

- Повелитель, - сказала она чеканным тоном, в котором не было ни тени игривости, присущей ей в разговорах с Согневаром. - Гнольфы в массе своей согласились помочь нам в охоте на трау.

Согневар про себя отметил, что его согласие трактуется весьма вольно, однако решил, что до поры до времени не будет влезать в разговоры темных эльфов.

- Хорошо. - Предводитель обернулся в сторону Согневара. - Вожак, твоё племя готово к переходу?

- Готово. - Согневар махнул руками, и вперёд вышло несколько шаманов. Они встали около портала и принялись что-то бормотать.

- Спокойно, портал не несёт никакой угрозы. - Больше для галочки произнёс предводитель. Однако Согневар не стал отзывать шаманов. Через минуту один из них ответил. - Вожак, всё чисто, племя может проходить.

- Хорошо, вперёд, - Согневар сказал и сделал шаг сам. Уже через несколько минут они оказались в измерении теней на огромном летающем острове, плывущем бесконечной темной дымке. Лиловое небо, серые облака, темно-зеленые растения, покрытые шипами и огромными в несколько ростов цветами.

- Вот на этих самых цветах и растут наши воины, - сказал предводитель, похлопывая шипастый толстый ствол.

- Да? - Согневар оглядел огромное растение. - А зачем тогда вам женщины и мужчины, если вы вырастаете на деревьях?

- Ну, как же, - развел руками предводитель. - Женщины гораздо более сильны и неистовы, от них больше по пользs в драке. А мужчины хитры, избирательны. Они хорошо стреляют из лука.

- А как же Орхидеи? - Вкратчиво поинтересовался Согневар.

- Ах, Орхидеи! Может быть, они и выглядят как женщины, но это те ещё хитрые создания. Они сами себе на уме. Они слушают только нашего древнейшего, а, как ты знаешь, он сейчас гораздо более родственен им, чем нам. - Предводитель тёмных эльфов кинул в сторону, и Согневар увидел огромное дерево посреди поляны. Оно было неестественно зеленым и прекрасным, со светло-коричневой корой, окруженной изумрудной травой, в отличие от лиловых, малиновых и темных оттенков прочей растительности.

- Сочувствую вашему повелителю, - коротко сказал Согневар и кивнул.

- Ну что же, он сможет о себе позаботиться. Наверняка он сильнее всех нас. Скорее всего, равен тебе, может быть, даже сильнее.

Согневар фыркнул. Он не хотел этого узнавать. - Вы... - только начал Согневар.

- Да-да-да. Пожизненный запас еды. - Предводитель пещерных эльфов сделал жест, и двое кентавров, которых так хотел увидеть Согневар, поднесли ему амфору с растением. - Это древо изобилия, - сказал предводитель пещерных эльфов. На нем каждый день будет вырастать несколько плодов по своей питательности, сходных с тушей крупного зверя. Тебе этого хватит более чем. Если ты решишь делиться им со своим племенем, десять - двадцать ртов в день ты сможешь накормить. Да, этого не хватит, но все же это хороший дар, согласись.

- Более чем хороший дар, - сказал Согневар и поклонился.

- Ну, не стоит. Ты уже помог нам тем, что научил этого трау колдовать свое заклинание.

- Да? Я думал, ты расстроился.

- Нет, что ты, он завалил себя в пещере этой молнией. Не смог совладать с заклинанием. Гораздо хуже то, что его сопровождает этот проклятый карлик. - Предводитель темных эльфов раздосадовано пнул камешек сапогом.

- Как я знаю, это политический преступник, - сказал Согневар.

- Так и есть. Диссидент, шпион. Не хочу тебя слишком погружать в наши дрязги. В общем, нам потребуется помощь тебя и нескольких твоих воинов.

- Я думаю, одного меня будет достаточно, - выступил вперед Согневар. - Мои воины пока займутся добычей провианта, более удобоваримого для них, нежели плоды.

- Ха-ха-ха, - рассмеялся темный эльф. - Понимаю. Как скоро ты сможешь отправиться вместе с нами на поиски трау?

- Думаю, что этот вечер и ночь я проведу со своим племенем, а на следующий день пришли за мной кентавров.

- Кентавры, как бы это сказать помягче, - предводитель наклонился к Согневару - не слишком умны я думаю что с тобой останется наша наша воительница

Айсен - он махнул рукой.

- Да командир - ответила пещерная эльфийка

- Продолжай находиться рядом с гнольфами. Завтра утром вместе с вожаком прибудете к стенам замка.

25. Летуны

Для размещения племени Согневара выделили довольно большой участок леса на утёсе, смотрящем глубоко в пропасть Мира Теней. Несколько самок мгновенно принялись рыть яму для очага и несколько логов. Щенки и молодые воины принялись натягивать шатры из шкур и грубой ткани. Квабб, которые везли провиант, полученный еще от трау, отпустили пастись. Впрочем, гнольф-лучник следил за ними издали, чтобы звери не разбежались. Согневар, увидев это, приставил еще одного шамана следить за кваббами. Вигу показалось, что оставлять столь желанных травоядных зверей в таком опасном месте всего на одного воина, да и того стрелка, было бы довольно опрометчиво. Хищные обитатели измерения теней не заставили себя долго ждать. Несколько крупных летающих созданий с крыльями и крючковатыми когтями, обрушилась с высоты, атакуя квабб. Согневар даже не стал их рассматривать, перед тем, как ударил молнией в одного и сбил посохом второго. Своё волшебство он решил экономить, а потому взаимодействовал больше в ближнем бою со своими противниками. Щенка, которого он подпитывал волшебством, он также отдал одному из шаманов на попечительство. Теперь Согневар мог не тратить такое количество своей волшебной энергии, а подопечный ему шаман всецело займется воспитанием щенка, так как своих у него еще не было. После этого Согневар, Десятник и два воина гнольфа принялись разделывать туши крылатых созданий. Хоть их шкура и была очень прочная и плохо пахла, их мясо вполне было пригодно в пищу. А этого племени и надо было. Согневар поинтересовался у темной эльфийки Айсен, которая все время пребывала в их лагере, можно ли здесь рубить деревья и как к этому отнесутся эльфы?

- Конечно, рубите, - сказала темная эльфийка. - Мы сами делаем это все время. Если их не рубить, они разрастаются так, что не остается ни одного свободного пространства. Бывает, ноге даже некуда ступить и приходит заходить по гати, которая натянута у нас в вершинах.

Айсен подняла вверх руку и указала на доски, подвешенные в метрах в двадцати над землей, между широкими и толстыми древесными стволами. Такая перспектива передвижения нравилась Согневару, однако никто из его племени не мог лазить по деревьям. Гнольфы - это сугубо сухопутные хищники, правда, иногда охотящиеся в воде, но древесные просторы были для них недоступны. Впрочем, Согневар пропарил и, оказавшись на гати, спокойно проверил её. Вместе с Айсен, которая мгновенно, подобно мелкому зверьку, забралась за ним следом по стволу, используя когти на своих руках, как дикое животное. Осмотревшись, Согневар убедился, что никто за ним не следит. Это быстро поняла тёмная эльфийка.

- Думал, мы всё-таки следим за тобой?

- Я думал, что здесь могут оказаться другие дикие звери, вроде тех, что напали на наших квабб.

- О, это ещё мелкие. Здесь бывают крылатые твари раза в четыре больше. Ну и мясо с них, соответственно. - Пожала плечами, тёмная эльфийка.

- Согласен, - сказал Согневар. - А куда ведёт эта тропинка?

- К стенам замка. Думаю, завтра мы по ней пройдём. Я хотела предложить тебе воспользоваться лианами для подъёма, но вижу, что ты умеешь парить. Очень полезно. У нас это умеют делать только элитные воины.

- Один из бонусов того, что я виг, - пожал, плечами Согневар. - Впрочем, сейчас мне нужно продолжить устраиваться здесь.

- Как хочешь, я, пожалуй, посижу здесь и посплю. - Тёмная эльфийка отвернулась от Согневара и, завернувшись в лист, принялась посапывать. Согневар сделал ещё один круг по гати, обошёл несколько древесных стволов по периметру своего лагеря и также левитировал вниз.

- Что там, вождь? - спросил у него гнольф десятник.

- Все спокойно. Вроде в этой траве и листьях не сидит никаких монстров, желающих нас съесть.

- Ха! Ну тогда пусть знают, что мы желаем съесть их! - рассмеялся десятник и вонзил топор в разделанную тушу крылатого создания. - Это мясо вкусно даже сырым! Вожак, мы оставили тебе лучшие куски! Согневар хотел было отказаться, но потом понял, что понижать авторитет в глазах своей стаи не стоит. И тут же вгрызся в сырой, смачный кусок вырезки где-то между крыльев.

Да, мясо действительно было вкусным, похоже скорее на вяленое, чем на сырое, ярко-синим, с голубыми прожилками, еще не впитавшейся лигулой. Согневар не то, что был любителем сырого мяса, за время, которое он смутно помнил, прошедшее в измерении теней, когда его обучал Ворманн, он неоднократно питался едой безволосых и уже привык к ней. Сырое мясо, конечно, усваивалось его организмом, но по вкусу он все-таки хотел бы хоть немножечко, но термически обработать данный продукт. Не разочаровав свое племя, Согневар догрыз мясо до кости и, выбросив ее, отправился копать собственное логово. . .

26. Логово вождя

Разбросав по периметру густую фиолетовую землю и серо-лиловые камни, Согневар за примерно полчаса выкопал глубокую яму. Он мог бы сделать все с помощью своей волшебной энергии, однако, памятуя о головных болях и долгом восстановлении, решил не тратить её очень много. Затем, отбросив ногами множество комьев земли, Согневар вылез из ямы, которая была ему примерно по пояс, и отправился за парочкой древесных стволов. Десятник своим огромным топором нарубил их уже около сотни.

- Воин, я пришел за парой стволов. Выделишь мне или я буду делать эту работу самостоятельно? - Совершенно без иронии, спросил Согневар

- Конечно, вожак! - Десятник сделал даже шаг назад Он думал, что его вождь проверяет его на лояльность - Выбирай любой из стволов, столько сколько тебе надо пять, десять, пятнадцать. Можешь взять все. Здесь их еще достаточно.

- Нет, нет. Двух мне вполне хватит за глаза. - Кивнул ему Согневар. Взяв оба ствола под мышки, Согневар сделал разбег и принялся бегать с обеими стволами вокруг своей норы, утаптывая землю вокруг нее. Затем, выбрав лучшее расположение посредине своего логова, Согневар вырыл неглубокую яму и вставил в нее один из стволов, а другой поставил к нему под довольно большим углом. Теперь оставалось только закидать все листьями, тканью или шкурами. Ничего подобного у Согневара не было. Поэтому он отправился в импровизированную кухню, состоящую из грубо сделанного навеса, где располагались самки.

- Я пришел взять шкуры с поверженных зверей, — сказал Согневар. - Хочу сделать из них крышу для своего шатра. Довольно опытная старая самка улыбнулась и, взяв вожака под руку, отвела его в дальний конец. Шкуры совершенно не пахли, поэтому Согневару потребовалось именно, потребовалось, чтобы самка проводила его до места хранения. Иначе он сам бы по запаху обнаружил бы их.

- Вот, вожак, здесь эти шкуры, но они очень склизкие и грубые. Может быть, возьмешь что-нибудь из наших?

- Нет, обойдусь этими. - Согневар молча взял шкуры и под любознательные взгляды самок удалился. Для Согневара было большим подарком, что подобные шкуры достались ему без длительных объяснений, болтовни самок и шуток самцов. Они были наделены энергией тени, а значит Согневар мог преобразовывать их, не тратя волшебство. Шкуры были довольно мелкими, около трех метров в длину и двух полутора в ширину. Всё остальное гнольфы откромсали и уже жгли в костре, то ли отпугивая местных хищников, то ли злых духов. Согневар натянул шкуры на древесный ствол, стоящий под углом к вертикальному, и принялся растягивать теневую шкуру с помощью своих даров тени. Шкура сначала стала еще более мягкой, потом практически жидкой, и теневой субстанцией, похожей на черную паутину, заволокла весь купол над норой вождя. Потом Согневар опустил руки, и шкура застыла, став ровно такой же, какой и была. Всего с одной небольшой шкуры ему удалось сделать себе купол радиусом около трёх метров. Конечно, этого было недостаточно, и он едва мог стоять во весь рост в своем небольшом жилище. Однако ему было на первое время достаточно и такого. Взяв вторую шкуру, он расстелил ее на земле и, преобразовав с помощью теневого дара ее в простейший портал, нырнул в нее с головой. Исчезнув в этом измерении, хоть и принадлежавшем тени, он оказался в своем собственном, том, которое много-много времени назад его научил создавать Ворманн. После того, как Согневар вновь вернулся в свою реальность, победил Верховного Шамана и возглавил свое собственное племя, он практически забыл все то, чему его учил Ворманн, как будто это было не просто в другой реальности, но в другой жизни, в другом состоянии. Однако свое теневое измерение Согневар очень хорошо помнил и успешно контролировал. Оно было безразмерным, тёплым, в меру светлым и менялось согласно желаниям самого Согневара. В него он поместил дерево с вечными плодами, которые дали ему тёмные эльфы, и, откинувшись на спинке кресла, которое предпочитают безволосые, принялся покусывать плод растения. Он показался ему гораздо более вкусным, чем сырое мясо теневой твари. После этого Согневар предался размышлением.

27. Нападение

Долгое время Согневар прокручивал у себя в голове прошедший день. Как они прошли по пещерам, сразились с толстой коротконогой ящерицей, время, проведенное с темной эльфийкой, затем проход через портал в измерение темных эльфов. Он думал, что его племя будет остро реагировать на подобные ситуации, однако ничего подобного не случилось. Всецелое следуя за ним и за его покоренными шаманами, племя гнольфов не ставило под сомнение ни его авторитет, ни его решения, ни его приказы. Не сказать, чтобы Согневара что-то не устраивало, однако план, который вынашивал у себя в голове, возможно, мог претерпеть изменения. Быть может, не стоит идти на ледяной летающий материк за стеной? Быть может, стоит остаться здесь или подыскать себе теневое измерение? Для эволюции его народа вполне сгодится и такое. Сюда нет пути, однако сам Согневар вполне спокойно сможет открывать порталы, чтобы воины охотились за добычей. Да и добыча, обладающая крыльями, довольно часто может налетать на лагерь. Стоит только привязать пару квабб. Кстати, о кваббах. Вполне возможно, стоит заняться скотоводством и иметь гурт скота. Гнольфы очень редко этим занимались ввиду того, что их вожаками обычно становились воины, которые не могут терпеть живое травоядное около себя дольше нескольких минут, и предпочитают видеть его в виде горы мяса и шкур. Согневар был совершенно не таким, однако, совершенно иным, он себя тоже не считал. Да, Согневар наделен даром волшебства, наделен талантами тени, однако он гнольф, он никогда не станет ни феей, ни безволосым, ни кем-либо еще. И это грело его душу. Согневар огляделся в своем небольшом теневом измерении. Он хотел было съесть еще один плод с вечного дерева, однако понял, что наелся досыта и в ближайшее время точно не захочет есть. Махнув рукой, он встал с кресла и прошел сквозь импровизированный теневой портал обратно в свое логово. Мгновенно ему в нос ударил запах знакомой ему темной эльфийки. Скорее всего, она находилась где-то снаружи, явно ожидая его. Согневар сплеснул руками. Он совсем не заботился о времени. Впрочем, о каком времени можно говорить, когда он перенесся из одного измерения теней в другое? Все же он высунул наружу свой нос.

- Давно ждешь?

- Ох, вожак, жду тебя уже давно. Тут такое произошло. Скорее всего, ты мне не поверишь.

Согневар медленно высунул наружу голову. В голосе девушки просвечивались нотки отчаяния, а её запах был перемешан с запахом страха. Когда Согневар увидел её, руки тёмной эльфийки были связаны металлической цепью, как и ноги. За шиворот её держал гнольф-десятник.

- Вожак, это предатель! Все феи предатели! Им нельзя доверять! - Двое других гнольфов рычали. Один из них сжимал в зубах кусок разгрызанного на несколько частей темного эльфа. - Они атаковали нас! - сказал гнольф десятник. - Подло! Ночью! Когда мы меняли часовых.

- Кто инициировал атаку? - спросил Согневар. Он не чувствовал ни энергии темного эльфа, ни его волшебной силы.

- Этот вшивый предводитель! - сказал гнольф Лучник. - Ранил мою самку, подлец! Знал, куда бить!

- Что с ней? - спросил Согневар.

- Жива! Я думаю, выживет. Твой шаман, который следит за ее сыном, подлечил ее.

Согневар отметил про себя, что не зря назначил молодого шамана следить за щенком. Из него выйдет хороший лекарь. Надо будет научить его пользоваться той волшебной силой, которая использует тауматургию. Таким образом, шаман сможет одновременно лечить союзников и поражать врагов. Однако, проявив несвойственную всем гнольфам избирательность, Согневар спросил Айсен:

- Что ты можешь сказать?

- То же, что я сказала твоему воину. Однако, думаю, ты послушаешь меня. - Она запнулась. Видимо, поняла, что не стоит разговаривать на языке фей, и перешла на общий. - В общем, не мы это, не наши это воины. Я даже не уверена, что это темные эльфы.

- Молчи, - рявкнул гнольф десятник. - Все вы предатели! Нету доверия безволосым! Нету доверия феям!

- Нету доверия никому! - грозно сказал Согневар, и десятник попятился. Он не ожидал такой вспышки от вождя, который был, как правило, спокоен и рассудителен. - Поэтому сейчас мы разберёмся! Неужели твой нос отказал тебе, Десятник? Ты не чувствуешь? Понюхай ее!

Десятник машинально уткнулся в плечо темной эльфийки.

- Понюхай теперь вот этого разодранного на части урода. - Он вырвал из зубов лучника окровавленную руку и ткнул ее в нос Десятнику. - Неужели ты не чувствуешь? Это запах змей, а не запах растений, фей и сладких духов. Совсем другой запах. Феи могли.. Феи ничего не могли. Мы у них в гостях. Феи вероломны. Этого никто не будет отрицать. - Согневар гневно блеснул льдиста голубыми глазами. - Однако, они ни за что не стали бы так делать.

Айсен выдохнула. Скорее всего, она не до конца верила в то, что Сагнивар ее послушает, однако теперь она говорила четко и уверенно.

28. Кто ж напал

Несмотря на то, что она говорила на языке фей, больше Десятник и Лучник не рычали на неё, косясь злыми взглядами.

- Действительно, нападение совершилось ночью, когда менялся караул. Три самки оставляли место дежурства, а Лучник и Десятник готовились их сменить. Внезапно стрела ударила первой. И выстрел этот был нацелен именно в меня. Не уж не знаю, что меня спасло.

Согневар отметил про себя, что это было защитное заклинание, наложенное на весь лагерь и на всех воинов, держащих оружие, кто в нем находился.

- Но стрела отрикошетила от моей головы и угодила в соседний ствол. Я тут же залегла прямо в траву, перекатившись, оказалась за стволом. Когда я вытащила свой арбалет, увидела, что двое самок ранены и один щенок рычит, набрасываясь на воина, вышедшего из тени. Поначалу мне показалось, что это были темные эльфы, такие же как мы, просто может быть с другого острова. Конечно, мы не воюем с другими темными эльфами, но все может быть. Травяной сок ударяет в голову кому угодно. Может быть это были сатиры под зельем преображения или гарпии, кто знает. Однако я не чувствовала у них нашей силы, нашего духа растений. Напротив, от них разила змеями. Я думаю, ты понимаешь, кто это?

- Конечно, это твари! Бесы! - сказал Согневар одновременно на языке фей и на языке гнольфов.

- Бесы? - гнольф-десятник за свои пять лет жизни, довольно длительный срок для обычного гнольфа, тем более воина, слышал о бесах только урывками, мерзкие рептилоиды, принимающие облик то безволосых, то рептилий, то хищников, то уродливого сочетания щупалец, глаз и когтей, подчиняющийся крылатым, горбатым анунакам. Бесы строят свою жизнь на том, что питаются энергией страданий. Их цель – причинять раздор, стравливать различные расы между собой. Они есть всюду, и их нет нигде. Существует разделение на серых тварей и белых. Бесы как раз относятся к первым.

- Вы воюете с бесами? - спросил Айсен Согневар.

- Мы воюем со всеми, мы же темные эльфы. - Айсен попыталась улыбнуться. Было видно, что ее челюсть была залечена не до конца. Видимо, Десятник хорошо приложил ее головой в древесный ствол, прежде чем связать.

- Отпусти уже! - Согневар вырвал её из рук Десятника и суетливо принялся сматывать цепь. Затем отдал её своему воину. - Скольких вы убили?

- Семерых, - сказал Десятник.

- Да выплюнь уже, наконец! - Согневар ударил кулаком прямо в грудь гнольфа лучника и тот непроизвольно отрыгнул съеденное мясо - Не есть рептилий! Отравитесь! Срочно скажи самкам, чтобы ничего не делали!

Лучник, сгибаясь, побежал на четвереньках и отхватил еще один пинок от Согневара.

- Честно говоря, ведете себя как щенки, всему вас надо учить.

- Вожак - попытался что-то возразить, десятник, но Сагнивар зарычал, сузил голубые глаза, на него было страшно смотреть. Даже Айсен сделал шаг назад.

- Срочно поднимайте всех, будем думать что нам стоит делать.

Через десять минут все племя собралось около вновь зажженного костра. Согнивар не увидел одного воина, молодого щенка, не того который зарычал бросившись кусты но другого его погодку. По взглядам самок он понял, что тот или мертв, или твари утащили его с собой. Первые потери, что же они неизменны. Главное, что молодые щенки, которым нет и месяца, все целы, а значит племя будет жить.

- Говори, - сказал он Айсен. - Ты явно знаешь больше нас.

Айсен, которая все это время осматривала трупы, по странному стечению обстоятельств, не отгоревшие и не исчезнувшие с поля битвы, выпила еще одно зелье лечения и, опираясь на палку, встав, начала говорить.

- Скорее всего, на наше владение положил глаз один из бесов.

- Почему? - Просто спросил Согневар.

- Как ты знаешь, вожак, белые и серые твари предпочитают себе летающие города. Но если ангелоиды находятся где-то в срединных мирах или, может быть, даже в вышних мирах и строят себе дворцы из белого камня с золотыми куполами, то бесы предпочитают измерение теней и строят свои теневые дворцы как раз на островах подобных нашему. Видимо им приглянулся наш остров. Давно они планировали нападение на нас, но то ли боялись, то ли примерялись, а тут увидели, что целое племя гнольфов оказалось здесь. Естественно, решили стравить нас и вас, а под шумок отравить воду, отравить воздух, разбросать что-нибудь мерзкое, натравить своих тварей. Возможно, эти крылатые создания были подосланы ими.

- Исключено, они не были отравлены, - просто сказал Согневар. - Но, возможно, бесы спугнули их, чтобы проверить, сможем ли мы отбиться. - Да, скорее всего, так и есть. Все это вызвано тем, что мы лишились нашего древнейшего - с прискорбием, сказал Айсен. - Без него защитный барьер здесь очень слаб. Вот, скорее всего, поэтому бесы и напали. Те, кого вы приняли за темных эльфов, просто клоны, выращенные в пробирке. Создание, имеющее облик феи, однако, состоящие из какой-то мерзкой субстанции поэтому их тела и не отгорели у них нет ни души ни духа что-то вроде големов из плоти.

29. Совет

- Что с вашим предводителем? Ты связывалась с ним? - Спросил Согневар.

- Пыталась. Он не отвечает. Можно только предполагать, что на замок было совершено нападение, и основные силы бесов ударили туда.

- В любом случае, мы туда отправимся утром. - Заключил Согневар. - Теперь отправляйтесь спать все. Я буду дежурить.

- Но, - попытался сказать Десятник.

- Марш! - Рявнул Согневар, и Десятник, поджав уши и хвост, заскулил и залез в свою палатку.

- Так, Айсен, ты цела?

- Да. Четыре зелья, я в порядке.

- Возьми. - Согневар протянул ей четыре зелья из своих запасов. Та не стала отказываться, видя серьезный взгляд вига.

- Я буду вместе с тобой. Если что, подам какой-нибудь условный сигнал. Если бесы учудили что-то подобное, то они вполне могли притвориться гнольфами и напасть на наш замок.

- Да, такое тоже, вероятно - заключил Согневар. - Вечно кто-то мешает.

- Вечно бесы мешают, - поправила его Айсен.

- Такое уже раньше бывало.

- На эту территорию еще никто не нападал, - сказала Айсен, качая головой. - Но с бесами мы сталкивались.

- Это же измерение теней, таких как и я, сказал Согневар. - Когда меня обучал злой колдун Ворманн, он показывал мне целые миры, которые находятся под властью тварей и анунаков. Но, честно говоря, я мало что помню. Когда виг завершает обучение, Пёс сохраняет в его памяти только то, что нужно для служения ему. Всё остальное всплывает то ли со временем, то ли никогда. Ворманн наверняка рассказал мне это, но я забыл, - пожал, плечами Согневар, попытался улыбнуться.

- У всех нас разные пути, - сказала Айсен, глядя в пустоту. - Главное, не поубивать друг друга.

- Согласен, - сказал Согневар. - Если что, я не хочу твоей смерти.

- А я не хочу твоей, - сказал Айсен, все так же смотря в темноту. - Я ведь неполноценный темный эльф, что уж греха таить.

- Я слышал слово откупная, - сказал Согневар. - Так зовут щенков, которых в племя гнольфов принимают после племенной войны. Их родители уничтожены, их самки отданы другим мужчинам

- А щенки эти растятся как второй сорт, - закончила Айсен. - Так и есть. Я же из адского мира, там о феях практически никто не слышал. Уж не знаю, как я уже говорила раньше, что там забыл мой отец, моя мать была.. тагаем.

В голове Сагнивара всплыло еще это слово - тагай. Биологический организм чуть больше, чем клон. Их используют бесы и ангелоиды, чтобы выкачивать энергию страданий, однако не убивают их. Для них выстраивается симуляция жизни. Например, в тех же летающих городах ангелоидов тагаи живут и не знают о том, что существует волшебство, другие расы, другие земли. Их существование всецело посвящено грязной грубой работе внутренним и внешним склокам. Им каждые несколько дней стирают или корректируют память, а также выстраивают их жизнь таким образом, чтобы она была полна стресса, грубости и лжи. Страдания, которые они при этом выделяют, являются самой желанной пищей как ангелоидов, так и бесов, которые, впрочем, своих тагаев превращают в настоящих рабов, истязая их плетьми, заживо откусывая у них конечности и измываясь самыми изощренными образами. Закончив прокручивать в памяти подобные картинки, Согневар прикинул, чего может стоить ему война с бесами. С одной стороны, проще бросить всё и уйти назад в пещеры. Это не его война. Через двадцать дней они дойдут до портала к ледяной стене, а там дальше уже и ледяной материк. С другой стороны, он не хотел бросать теневых сородичей. Но и рисковать своим племенем он не мог. Он уже потерял одного воина. Возможно, несколько самок. Согневар до сих пор не знал в лицо всех женщин своего племени. Он не мог позволить себе рисковать. И именно поэтому он и решился выступить на стороне темных эльфов.

- Рассказывай, что может быть, если ваш замок осажден.

- Если наш замок осажден, то нам конец, надо бежать отсюда, - огорошила его своим ответом Айсен. - Твари наверняка могли привести сюда каких-нибудь огромных рептилий или чудовищ, или целый полк линейной пехоты с кирановыми ружьями. Против них мы ничего не можем сделать. Впрочем, если бы это было так, то уже были бы слышны выстрелы, значит они действуют скрытно и тихо. Раздоры, распри, значит здесь нету анунака скорее всего сильный бес или кащей

- С кащеем я могу справиться делал это - коротко сказал Согневар Айсен присвистнула.

- С кащеем? С того мира, что я родом, я вынесла информацию о том, что Кащей может контролировать несколько десятков летающих материков, запудривая мозги миллионам и миллионам созданий.

- Его можно убить, - сказал Согневар. - Он слаб. Все кащеи очень стары и очень-очень самоуверены, но вряд ли здесь кто-то сильнее могущественного беса. Уж слишком мало у него солдат. Иначе даже нападающие на нас клоны были бы более многочисленны. Сколько их было? Скорее всего, двадцать. Может быть еще несколько стрелков прикрывали из засады. Посмотри какие они использовали арбалетные болты деревянные с обычным металлическим наконечником, даже не кирановый.

Согневар обернул в лист стрелу от арбалета и протянул ее Айсен. Сделал это машинально. Все стрелы рептилий, с которыми сталкивался в теневых измерениях во время своего обучения Согневар, были с кирановыми наконечниками. Металл, киран, вредит всему живому, кроме рептилий. Поэтому Согневар научился обертывать их в бумагу или листья, прежде чем взять в руки.

- Что есть, то есть, - сказала Айсен. - В любом случае, выясним всё утром.

30. Вампир

Согневар переместился в свое собственное измерение, проход в которое находился в его палатке, и махнул рукой. Тут же перед ним появилось три зеркала, накрытых кусками черной ткани. На одном из них был нарисован портрет Азры, на втором портрет Эго, а на третьем Злонрава. Согневар решил обратиться к вампиру. - Эго! - позвал он и снял черную тряпку с зеркала. - Эго! - снова позвал он. В зеркале появилось лицо вампира. Если бы Согневар точно знал, что вампир никогда не спит, можно было бы решить, что виг застал того заспанным и довольно слабым. - Что тебе? - проговорил Эго, полуприкрыв глаза. - Ты мне нужен, - сказал Согневар. - Необходимо отправиться в разведку и выяснить количество нападавших врагов, их дислокацию, кто ими командует. В общем, мне не обойтись без твоих навыков. Не беспокойся, мы сейчас в измерении теней, хоть и не в привычном его рукаве, на территории темных эльфов. - А, это все меняет. - Эго стал в разговоре более сдержанным, спокойным. Бледное, как снег лицо, приобрело строгое выражение. - Всё будет! - Эго растворился в зеркале. Согневар снова накинул тряпку на зеркало и, сделав шаг назад, вернулся сначала в свою палатку, а затем вылез наружу, оказавшись около костра. Айсен сидела, смотря на огонь, и проверяла арбалетные болты, поочередно нанося на каждый из них то яд, то горючую смесь. - Не доверяешь мне? - вскользь проговорила она, даже не смотря в сторону Согневара. Согневар ничего не ответил. - Я понимаю. Неизвестно, кто я, чем я занималась до того, как мой повелитель дал мне задание помогать вам. Вполне возможно, что все-таки это мы организовали нападение на вас. - Скоро мы будем знать, где расположились бесы. - Просто ответил Согневар. - О, так дело не в этом. - Айсен подняла бровь. - А в чем? - Ты действительно хочешь знать? - Посмотрел на нее Согневар. - Ну, если это не страшная тайна, то да. - Понимаешь, в чем дело? Ты фея. Айсен ничего не поняла. - Эх, - вздохнул Согневар. - Рядом с вождем должны быть самки. За длительное время я так и не выбрал ни одной из них. - Длительное, - рассмеялась Айсен. - Сколько ты командуешь своим племенем? Три дня? - Для моего народа это довольно долгий срок. Некоторые не удерживают власть больше суток. И за это время успевают спариться со всеми самками в племени. - Рассмеялся Согневар. - То есть, дело в простых предрассудках. - Именно в них - пожал плечами Согневар. - Не хочу, чтобы моё племя считало, что их вождь сумасшедший, потому что выбрал себе самку фею, так еще и безволосую. - Но если дело в этом, тогда я заночую на улице. - Возьми, - Согневар протянул ей кусок теневой шкуры. - Я обработал. - Твоей спине должно полегчать. - Спасибо, как-то неуверенно сказала Айсен. - Надо же, - продолжала она бурчать, поворачиваясь спиной к костру. - Подумают, что я самка вождя. Самка вождя! Она заулыбалась, закрыла глаза и попыталась уснуть. - Эго! - раздраженно шепотом позвал Согнеивар. - Ну что, что? - вампир материализовался около костра и мотнул копной густых кудрявых черных волос, собранных в длинный хвост на макушке. - Мое племя не должно тебя видеть. - Ну, Сог, об этом я уже позаботился. Хорошо, что фея уже спит. - Она слышит тебя? - Думаю, что нет. Если бы она не устала и была сосредоточена, какой-то шёпот бы слышала. - Тогда хорошо. Отправляйся по гатям, натянутым в кронах деревьев до замка предводителя тёмных эльфов. Скорее всего, на них напали бесы. Возможно, линейная пехота или гадюки. В общем, полный набор рептилий. -О-о-о! Кровь рептилий! Очень давно я не обедал, - сказал Эго и растворился в темноте.

Эго растворился в тени, однако не полностью не исчез из реального пространства. Впрочем, можно ли называть реальным пространством уголок, находящийся внутри все той же тени, просто более материальный, чем некоторые ее участки, так называемые рукава, острова, целые материки, находящиеся внутри тени. Чем они были на самом деле, никто не знал. Просто в некоторых местах могли обитать темные эльфы или даже другие феи, а в некоторых местах только чудовищные порождения теневого сознания. Эго находился вроде бы в невидимости, а вроде бы в полуматериальности. Он не ступал, но летел, парил. Однако ему все-таки необходимо было несколько раз касаться полупризрачными ногами гатей, находящихся под кронами деревьев. Высота была приличная, около двадцати, в некоторых местах пятнадцати метров. Эго напоминал издали то светящийся слабым светом шар, то пульсирующее полупрозрачное облако, однако увидеть его можно было не в каждом спектре. Вряд ли бы даже острые глаза фей могли бы засечь что-то подобное с расстояния больше чем двадцать шагов. Эго не был старым или очень могущественным вампиром. Если посчитать, то он стал вампиром около двадцать лет назад. По крайней мере, такой срок он отчетливо держал у себя в сознании. До этого он прожил ничем не примечательную жизнь в адском мире. Ему было около сорока лет. Как и большинство жителей адских миров, он пребывал в рабстве. Ему, к сожалению, выпало быть рабом кащеев. Так бы он и сгинул в круговороте духов, заново всё воплощаясь и воплощаясь в огромном инкубатории, имитирующем город тагаев, если бы не Согневар. Виг, на одном из последних испытаний злого колдуна Ворманна спас Эго и помог собственноручно стать тому вампиром, а затем отправил того в тень развиваться. И с тех пор для Эго прошло что-то около двадцати лет. Сколько прошло для Согневара, Эго не знал. Виг несколько раз звал его на помощь, и Эго всегда отзывался. Он несколько раз заключал контракты со смертными, пару раз возвращался на то место, где находилось адское измерение, с которым он был родом. Сейчас там было райское место. Там жили феи, пьяные сатиры валялись под вечно цветущими деревьями, а обнаженные гарпии громко изрыгали ругательства и сидели голышом на кронах деревья споря за объедки и обглоданные кости. Эго нравилось отдыхать среди фей, поэтому он ощутил негодование от слов Согневара, когда тот рассказал им о том, что на фей напали. И кто напал? Твари, проклятые рептилоиды, которые испортили Эго и его смертное воплощение, по крайней мере последнее из тех, о которых Эго помнил. Наконец, невдалеке показался замок предводителя темных эльфов. Эго приготовился к бою, всецело напряг свои ментальные силы, однако, еще издали он ощутил невообразимую ауру спокойствия, исходящую от замка. Напрягая все свои чувства, Эго принялся прощупывать. Весь замок окружало огромное поле, наполовину волшебное, наполовину сотканное из более уплотненной тени. Вокруг находились черные мерзкие провалы. Они ощущались в энергетическом смысле, как мерзкие зловонные ямы, однако вонь это была ментальная, а не физическая. Эго несколько раз выругался у себя в сознании. Пора прекратить находить ментальным образам их материальные синонимы. На самом деле никакого ментального запаха не существовало. Ничто не могло ни вонять, ни благоухать.Но когда Эго приблизится еще на несколько сотен шагов, запах от рептилоидов будет вполне ощутимый. Просто так они начнут вонять чуть позже. Действительно, это были бесы. Высокие, странные и страшные создания. С черными пернатыми крыльями за спиной, с длинными крючковатыми носами и серой кожей, с острыми пиковидными ушами и нечесанными патлами блестящих маслянистых волос. Бесы руководили осадой замка, тщетно пытаясь пробить оборонительный купол. Они размахивали косами или кирановыми винтовками, посылая в бой многочисленные отряды гадюк и линейной пехоты. Эго принялся прощупывать бесов. Они были слишком заняты атакой эльфийского замка, чтобы обратить на него внимание. Заняв удобную позицию на одной из крон, Эго ударил своими вампирскими силами. Он провел около шести атак, и ближайшие несколько линейных пехотинцев, получив максимальный урон, упали на землю, рассыпавшись в мерзкую зловонную лужу. У них не было духа, только искусственное подобие сознания в искусственно выращенном мозгу. Поэтому даже из негодующих рептилоидов никогда не получались тени.

31. Шаман идёт в атаку!

Бесы тотчас обратили внимание на потерю нескольких линейных пехотинцев и, выкрикнув проклятие, приказали нескольким огромным, ящероподобным созданиям, вооружённым саблями, проверить. Рептилоиды не могли его определить, однако длинный раздвоенный зык мог подсказать, что рядом находится теневое создание. Впрочем, они уже находились в измерении теней, значит, его поиск будет затруднен. Что-то прорычав, страшные рептилоиды снова отправились к бесу и докладывали. Эго попытался напрячь слух, однако... из тех обрывков фраз, которые донеслись до него, он ничего не понял. Выждав еще несколько минут, Эго снова применил вампирские способности, и на этот раз ему удалось достать аж десятерых линейных пехотинцев. Двое из них выжило и с криком бросилось самоубийственную атаку на стены замка. Несколько стрел изрешетили страшных клонов и они рухнули на землю мерзкой зловонной жижей. До рассвета Эго провел больше десяти атак, уничтожив почти целый полк линейной пехоты. Однако бесы, рептилоиды и гадюки были вне атак тени. Гадюки были защищены, а рептилоиды легко бы обнаружили его. И тогда вампиру пришлось бы туго. Совершенно не обращая внимания на то, какое же солнце может сходить в измерении теней, вампир таким же быстрым легким способом вернулся в лагерь своего хозяина. Согневар молча размахивал посохом, тренируясь наносить удары. Несколько его воинов уже наточили оружие и были готовы выдвигаться вперед. Как и темная эльфийка. Приготовив кучу арбалетных болтов, она стреляла учебными стрелами по манекену, изготовленному из древесного ствола. Не желая показываться на глаза фее, Эго тихо позвал на уровне легкого дуновения ветра, чтобы фея не смогла его обнаружить. Согневар все понял и медленно подняв руки, остановил время.

- Говори быстрее. Я остановил время на минуту. Дольше не продержусь. Не хочу снова растрачивать всю волшебную силу, - сказал Согневар.

- Я уничтожил линейных пехотинцев. Около ста штук. Там еще где-то двадцать рептилоидов и пять бесов. - коротко отрапортовал Эго.

- А что с повелителем темных эльфов?

- Крепкий орешек. Он защищает замок непробиваемой волшебной стеной. Бесы ни за что не пробьются внутрь.

- Есть ли резон идти им на выручку

- Как знаешь, Согневар, если рептилоидов ты одолеешь, то бесы могут вырезать всех твоих гнольфов и даже не вспотеют.

- В этом ты прав. Скорее всего, пойду я один.

- Не выйдет, - возразил Эго. - Фея пойдет с тобой. И наверняка умрет. - Тут уж я ничего не смогу сделать, - фыркнул Согневар. И время снова запустилось.

- Вождь! - Айсен высоко подняла бровь. - Что с тобой?

- Пора, пора в атаку. Гнольфы радостно зарычали, но Согневар совершил размашистый жест рукой. - Я ваш вождь, я иду на охоту один. Вы остаетесь здесь, охраняйте самок.

- Но, - попытался что-то сказать лучник,

- Ты сомневаешься в решении вождя? - Зарычал Согневар, показывая крупные белые клыки.

- Нет, нет. - Лучник высоко поднял руки. - Потренируюсь еще.

Он взял огромную стрелу, которая была длиннее, чем рост Айсен и, натянув мощный лук, пустил стрелу в тренировочного манекена, отчего тот раскололся пополам.

- Я иду с тобой, вождь, - сказал Айсен. - Там мой повелитель.

- Ты умрешь, - просто сказал Согневар.

- Нет, не умру, - ответила Айсен, и, пройдя мимо него, направилась к лестнице, которая вела к гатям под древесными стволами. Согневар больше ничего не сказал. Довольно медленным шагом он дошел до лестницы, не став даже парить, чтобы поберечь волшебную энергию, поднявшись наверх, продолжил свой путь по гатям.

- Там действительно так опасно? - Кротко сказала Айсен. - Как-то у меня поубавилось уверенности.

- Возможно, у тебя просто прибавилась ума. - Фыркнул Согневар. - Там двадцать рептилоидов и около пяти бесов.

- Ого! - В страхе проговорил Айсен. - Скорее всего, они оторвут мне голову, стоит мне разок выстрелить.

- Так и есть.

- Неужели ты сможешь с ними со всеми справиться?

- С рептилоидами легко. Они ничего не смогут противопоставить моему волшебству, а вот с бесами придется очень туго. Если ты все же не хочешь оставаться в лагере, мне потребуется от тебя помощь.

- Сомнительно, что я могу предложить что-то помимо моей жизни. Ну уж лучше меня съешь ты, чем..

- Не паясничай, - зло сказал Согневар. - Просто отдай мне всю свою волшебную силу.

- Как? - спросила Айсен, но Согневар уже схватил ее своими огромными ладонями за запястья.

- Спокойно закрой глаза и представь. - Айсен закрыла глаза и расслабилась. Довольно ощутимый поток волшебства потек по рукам Согневара через его тело. Отлично! Именно энергетика феи ему нужна была для того фокуса, который он старался провернуть.

32. Эльф или гнольф

Полностью впитав волшебные силы Айсен, Согневар принял облик темного эльфа.

- Ого! - Только проговорила темная эльфийка и медленно сползла на доски гати. Сил стоять у нее больше не было.

- Я воспользуюсь твоим обликом в битве с этими мерзкими рептилиями, - сказал Согневар, всё своим же рычащим гнольфским голосом. - Так я создам иллюзию того, что вы отбиваетесь сами, а моё племя даже не спешило вам на выручку. - С этими словами Согневар парил вниз, чтобы не производить лишнего шума, так как хоть и принял облик феи, но до её ловкости ему было далеко. И сходу вытащил свой металлический посох.

Когда он пребывал в облике феи, этот посох был почти вдвое выше его ростом, однако сила гнольфа у него сохранялась. Сделав мощный пируэт, Согневар прокрутил над головой тяжелый металлический посох, и сходу размозжил голову одному рептилоиду. Второй зашипел, и тут же летящий по воздуху по инерции посох спорол ему брюхо. Согневар отпрыгнул, вытащил мелкий кинжал из кости, висящий на поясе третьего рептилоида, и вогнал его гигантской ящерице прямо в брюшную полость. Еще двое рептилоидов зашипели и бросились, сжимая медные клинки. Согневар ушел в сторону и выпустил волшебный болт. Он старался не применять волшебство понапрасну и надеялся исключительно на ближний бой и свои собственные рефлексы. А также решил обмануть зрение рептилоидов. Они думали, что сражаются с феей, а на самом деле сражались с гнольфом-волшебником. Победив еще троих рептилоидов, Согневар набросился на одного из бесов, который подоспел на выручку к своим слугам. Этот бес был самый хилый, вооруженный длинной косой, обмотанной цепями. Бес сначала воспарил, а затем ударил сверху, пролетев три метра на бреющем полете. Согневар увернулся, схватил его за крыло и силой рванул в сторону. Сначала он хотел бросить его прямо на срубленный древесный ствол, но потом решил, что излишнее применение силы заставит тварей задуматься о том, что они дерутся с созданием, сменившим облик. Поэтому он просто отшвырнул беса в сторону, не убив его. Бес развернулся, было видно, что сил в нём ещё предостаточно.

Сделав шаг назад, тварь впитала мерзкие, дурно пахнущие останки рептилоидов, таким образом насытившись энергией страданий. «Это хреново», - подумал про себя Согневар, как всегда забывая об этой их мерзкой способности. Тут же подбежало еще десять рептилоидов. Остальные бесы не вступали в битву, наблюдая за этим со стороны. Было видно, что они разрываются между тем, чтобы продолжать осаду замка, сражаться с Согневаром в облике эльфийки или отступать. Тем временем, пятый бес продолжал наседать. Он размахивал цепью, шипел и кидался ядовитыми болтами с помощью своих мерзких заклинаний. Два из них угодило в Согневара, и яд медленно отравлял его. Впрочем, ничего особо опасного. Если бы Согневар был феей, его жизни что-то бы угрожало, однако он всегда мог бы исцелиться благодаря деревьям. Именно на это сделал расчёт Согневар. Совершив прыжок в сторону, сделав подножку и убив ещё одного рептилоида, воспользовавшись его огромной тушей, Согневар запрыгнул наверх на древесный ствол и повис там, как мелкое животное, обитающее в лесах. Бес зашипел, замахнулся цепью и бросил её в сторону Согневара.

Согневару того и надо было. Он ушёл в сторону, цепь же замоталась за древесный сук, а волшебный болт, пущенный в неё, заставил металл раскалиться и вплавиться в дерево. Бес яростно зарычал, изрыгая ругательства.

Он никак не хотел оставаться без своего любимого оружия и полагаться только на косу. Эти секунды сыграли с ним злую шутку. Согневар прокатился по кустам, снова взял в руки свой длинный металлический посох и силой нанёс удар бесу по ногам. Тот рухнул на колени, и тут же Согневар схватил его рукой за горло.

Вытащив костяной кинжал, Согневар вначале выколол бесу один глаз. Когда берешь в плен тварей, сразу необходимо причинить им какую-то боль. Тем самым ты показываешь им, что не шутишь. Иначе бес укусил бы Согневара ядовитыми клыками или попросту отказывался бы подчиняться.

- Говори, для чего тебе атака на мой замок? - сказал Согневар, изменяя свой голос на голос феи.

- Там внутри нам нужны доспехи! - шипел бес змеиным языком.

- Всё с тобой понятно. - Согневар сделал быстрый жест и выколол бесу второй глаз, а затем свернул тому шею. Бес рухнул, дурно пахнущий кучей мерзкой плоти, прямо на землю, и тут же принялся растворяться.

Четверо других бесов что-то выкрикнули на шипящем наречии, и оставшиеся рептилоиды отступили, растворившись в темноте.

33. Кто ты, воин

Постояв немного, Согневар перевёл взгляд на замок повелителя тёмных эльфов. Барьер замерцал, однако держался ещё целую минуту, пока Согневар медленно подходил прямо к пусковому механизму, изрубленному медными саблями рептилоидов, истерзанному бесовскими когтями и злым волшебством.

Ворота опустились после того, как барьер окончательно лопнул. Навстречу Согневару вышел предводитель темных эльфов и два кентавра, которых он уже видел ранее, когда только прибыл в измерение темных эльфов.

- Я рад, -— сказал повелитель темных эльфов - что подмога от наших братьев подоспела быстрее, чем эти мерзкие облезлые шавки соизволили нам помочь.

- И верно, - сказал Согневар, прищурившись. - О каких шавках, кстати, идет речь? Неужели гнольфы?

- Все верно, — сказал повелитель темных эльфов и махнул рукой куда-то в сторону. - Мы приютили гнольфов. Сам не знаю почему. Возможно, минутная слабость. Знаете, это что-то вроде домашнего животного. Хотели расселить их по всему острову, но видите... При первой же опасности они поджали хвосты и заскулили.

- Всё верно. Мерзкие животные, - сказал Согневар, который уже ничуть не сомневался, что перед ним стоит создание, которое выдает себя за другого.

- Что вы думаете о... - Согневар не закончил фразу, сделал быстрый скачок и своим металлическим посохом разбил голову предводителя, превратив ту в мясную кашу. Тут же наваждение спало, и кентавры, было бросившиеся ему на перерез, так и стали столбами.

Облик монстра поменялся, и вместо предводителя темных эльфов на замковом мосту лежал, агонизируя еще один бес.

- Как вам это нравится, - сказал Согневар. - Вас обдурили, а вы смотрите. Неужели вы не способны отличить беса от собственного командира? Кентавры молча водили ушами, тихо уставившись на гниющую и пузырящуюся жижу. - Ладно, ладно, вам повезло. Я не из ваших фей, - Согневар улыбнулся. - А то бы я вам устроил... Устроила, - поправился он.

- Теперь отправляемся искать вашего предводителя. Где вы видели его последний раз? - Кентавры фыркнули. Согневар про себя выругался. Настоящий предводитель предупреждал его, что кентавры не очень умны. - Где вы видели его последний раз? Перед тем, как он вышел встречать меня к воротам замка.

- Мы... - было видно, что мыслительные процессы даются кентавру с большим трудом. - Мы видели его... в его кабинете.

- Ну, проводите меня так туда, не стойте столбом. - Кентавры молча фыркнули и направились внутрь замка. Согневар в фейском обличии прошел мимо сверкающих факелов, определяющих враждебные тени. На него они среагировали лишь на секунду, вспыхнув и снова погаснув, но кентавры в силу своего низкого интеллекта даже не обратили на это внимания. Молча под взглядами арбалетчиков и стрелков, Согневар в обличии феи прошёлся по замку, преодолев около ста метров внутри. Затем поднялся по крутой лестнице, сделанной наполовину из материализованного волшебства наполовину из деревьев и листьев. И оказался в кабинете предводителя.

- Вот здесь - сказал кентавр, которому явно было трудно подниматься по лестнице, предназначенной для двуногого или вовсе для ловкого летающего или ловкого парящего создания. - Вот здесь его кабинет. Дальше вы как-нибудь уж сами. Мы там просто не развернемся.

- Хорошо, я посмотрю, что можно сделать - сказал Согневар в обличии феи и вошел внутрь. Тут же в нос ему ударил резкий запах. Он чувствовал фейскую кровь, отчаяние и несгибаемую волю. Согневар принялся простукивать посохом стены и уже скоро, пользуясь обонянием, и своей волшебной логикой обнаружил потайной камень. Нажав его, Согневар практически мгновенно прильнул к решетке. Там избитый и отравленный лежал предводитель. Согневар тут же снял с себя обличье феи, представ в своем истинном облике.

- Пришёл. Спасибо. - Только смог проговорить предводитель -. Пожалуйста, дай мне...

- Сейчас, сейчас. - Согневар нагнулся, протянул сквозь окно корень дерева, и предводитель немощной рукой со сломанными пальцами дотронулся до корня. - Ещё немного. Я передам тебе часть сил, - сказал Согневар. Предводитель пытался отнекиваться, но гнольф был непреклонен. Небольшое количество волшебства, которого хватило бы на атакующее волшебство Согневар передал предводителю. Теперь тот мог говорить и пытался подняться.

- Проклятый бес, обдурил меня! Знаешь, притворился... Ох! - он захрипел. - Притворился моим воином. Сказал, что бесы готовят перемирие. Я был так удивлен! Никогда не удивляйся, Согневар! Никогда не удивляйся!

- Понимаю, предводитель - кивнул Согневар. - Я... У меня был учитель, который научил меня многому. Прошел через множество миров, так что я понимаю, о чем ты говоришь.

- Откупная, она жива? Как вы? Наверняка эти твари напали и на вас.

- Не переживай. Твоя воительница цела.

- Вот как. Я думал, что вы пожертвуете ей.

- У меня были такие мысли, - сухо сказал Согневар. Но удалось обойтись практически без жертв. Пропало две самки и щенок.

- Соболезную, но я думаю, что мы можем помочь. Наших воинов мы уже вырастили.

34. Новые гнольфы

-Что будешь делать, - спросил Согневара-предводитель спустя два часа, когда уже полностью восстановился. Кокон вокруг него рассыпался, и наружу из-под волшебного поблёскивающего одеяла вышел стройный, красивый, тёмный эльф. Его пальцы полностью срослись, броня была как новая.

Согневар со скучающим видом встретил его, сидя на окне.

- Ты так и не сменил обличие? - спросил его предводитель.

- Не хочу раскрываться. Боюсь, твои феи могут что-нибудь заподозрить.

- Ну, это ты зря. Такую помощь, какую оказали нам гнольфы..

- не гнольфы, - тут же поправил его Согневар, — а я, именно я. Ты серьёзно думаешь, что моё племя способно на такие сложные выводы. Оказать союзническую помощь, различить рептилоидов и фей? Да они бы съели твоих фей и рептилоидов заодно, а потом бы все умерли от яда.

- И то верно, - сказал предводитель. - Мне повезло, что я встретился именно с тобой, Согневар.

- В каком-то смысле мне тоже повезло. Мне очень нравится твоё измерение.

- Хочешь здесь остаться?

- Не то чтобы, но перспектива отправляться сходу за ледяную стену, честно говоря, пугала меня. Так что очень вовремя я встретился с тобой и твоими феями. И да, кстати, - Согневар в образе эльфийки смешно поднял вверх бровь и предводитель засмеялся.

- Экая ты красотка! - Он ткнул пальцем ему в щеку. - Осваиваешь новые методы.

- Ничего подобного, - обиженно буркнул Согневар, используя свой гнольфский голос, рычащий и недовольный. - Просто проверяю, насколько это тело мне подчиняется.

- О, смена облика на втором уровне?

- На третьем, - заявил Согневар с некой гордостью.

- На третьем? А где же находится твое настоящее.

- В тени. В моем собственном измерении можно сказать, что оно спит.

- Вот как. Получается, ты можешь иметь потомство от местных деревьев! - с улыбкой проговорил предводитель.

- Я как-нибудь обязательно попробую! - закивал головой Согневар, однако по его глазам было понятно, что тот иронизирует. - Впрочем, примерно об этом я и хотел тебя спросить. Что насчет потерянных гнольфов из моего племени? Ты можешь их воскресить?

Предводитель клиновидно сложил ладони.

- Воскресить немного не то слово. Как ты знаешь, у звериных народов..

- Да-да, все сложно с духом, очень трудоемкий процесс вернуть его в тело. Что ты предлагаешь?

- Вырастить новых. - Просто заявил предводитель темных эльфов. - Генетический материал у тебя остался. Проще говоря, мне нужны волосы и лигула этих гнольфов. Я выращу их точные копии. Сознание будет другим, но я постараюсь притянуть что-нибудь похожее. Например, духи тех, кто раньше жил в вашем племени и готов родиться в нем вновь.

- Интересно, ты такое можешь? - воодушевился Согневар.

- Я думаю, что на моем уровне это могут все волшебники.

- Сколько мне учиться, чтобы смочь так делать? - спросил прямо Согневар.

- Очень долго. Лет десять. - так же прямо ответил предводитель темных эльфов. - У тебя другое сознание. Ты гнольф. Однако то, что ты виг, может тебе помочь. Но раз ты возглавил свое племя, у тебя явно какие-то планы. Так что учиться ты временно не сможешь. Поэтому. Просто запоминай, что я буду делать.

- И то верно. - Согневар вытащил из поясной котомки какие-то тряпки.

И клочок шерсти. - Вот шерсть того щенка. И платок одной из самок. К сожалению, лигулы у меня нет. Да и вряд ли она бы сохранилась.

- Ну, поработаем с этим. Пойдем за мной.

- Ты не будешь скрывать от меня своих лабораторий?

- Ты спас мне жизнь, дружище! - Предводитель похлопал его по спине. - Наверняка сталкивался с бесами. Рептилоидами. Пережил нападение крылатых тварей, как мне докладывали. Ты практически равен мне. Да что там, ты сейчас так красиво...

- Эй, хватит! - Зашипел на него Согневар. - Я принял облик женщины только за тем, чтобы смутить бесов.

- А зря. Между прочим, это первоочередное, что надо было выучить. Бесы боятся женщин больше, чем мужчин.

- Да? Я думал, они специально выращивают своих клонов в облике женщин, чтобы подчеркнуть их низшую ступень.

- Но как сказать. Скорее всего, они делают это для того, чтобы бороться с вражескими мужчинами. Например, линейная пехота. Выглядят как самые обыкновенные девочки, только вступившие в репродуктивный образ. Мужчинам их может оказаться жаль, особенно глупым. Вроде кастлингов.

- И что это помогает?

- Ещё как! Знал бы ты, сколько бесы ежедневно захватывают миров!

- Я знаю, сколько ежедневно миров сбрасывает их гнёт! - Нахмуренно сказал Соневар. - Я лично участвовал в таком.

- О-о-о! Всё ещё интереснее! Как-нибудь ты мне расскажешь?

- Могу рассказать прямо сейчас, но в двух словах. Мой учитель, злой колдун Ворманн, отправил меня на обучение в один из таких миров.

Вкратце, надо было выиграть войну, и пока тамошний кащей праздновал, убить его.

- Ты смог убить кащея? - Предводитель пещерных эльфов открыл дверь и проводил Согневара в большую лабораторию, сотканную из листьев и корней.

- Не совсем я, но учитель сказал, что я высказал хорошую идею. Честно говоря, я так и не понял, что из высказанного мной было этой самой идееи, - пожал плечами Согневар.

- Интересно, интересно. Но сейчас мы немного отвлечемся. Предводитель пещерных эльфов взял шерсть и тряпки из рук Согневара.

35. Выращены но те?

Согневар прошествовал вслед за предводителем в высокую комнату, скорее даже зал, оплетенный корнями. Внутри находилось особое растение, как догадался виг, с помощью которого темные эльфы и выращивали себе тела.

- Cмотри, это корневой ствол - похлопал по коре указанное растение предводитель - странное название, непонятно, что здесь корень, а что ствол, не бери в голову.

Тёнмный эльф вложил внутрь дерева специально тут же образовавшуюся емкость шерсть и тряпку, принадлежащую тем гнольфам, которые пали в бою. Дерево всосало их внутрь, издало несколько странных звуков, от которых Согневар непроизвольно дёрнул ушами, и на вершине, на кроне гиганта засветились различные яркие огоньки.

- Что сейчас будет? - спросил Согневар. Он мог только гадать.

- Дерево вырастит новые тела для твоих воинов, для членов твоей стаи - невозмутимо сказал тёмный эльф.

- А я думал, вы можете выращивать только фей.

- На самом деле из любого можно сделать фею - рассмеялся тёмный эльф. -Ты знаешь, как феи захватывают миры? – спросил он лукаво.

- Более чем - отозвался Согневар с пониманием. - Я же говорил, что сталкивался с этим во времена моего обучения злым колдуном Ворманом.

- Прости, – пожал плечами темный эльф, - я все еще не отошел от плена этих мерзких бесов. Когда мы захватываем мир, ты наверняка знаешь, что большинству из покоренных рабов позволяется сдаться на милость победителя.

- Да, знаю, но что происходит потом? Вроде как они все превращаются в деревья.

- Практически все - кивнул темный эльф, - но некоторые особо рьяные, заслужившие авторитет перед нами, перед феями - он похлопал себя по кирасе ладонью, - получают право миновать эту стадию очищения в течение нескольких сотен лет, как это происходит с обычными жителями этих миров, чтобы вся дрянь в них переработалась и ушла в землю, а всего в течение нескольких дней. И затем из дерева выходит готовый сатир. Иногда это бывает быстрее. Если тот, кто нам верен, высоко морален и знает честь, он может сделаться фавном. Или даже гарпией.

- Я всегда думал, что гарпии глупы и мерзки. - Почесал затылок Согневар.

- Так и есть. Большинство гарпий, но у них же есть свои королевы. - Рассмеялся предводитель.

- Понятно. А - Согневар хотел спросить, но слова застряли у него в горле.

С дерева уже свешивались два огромных плода. Они росли буквально на глазах, и внутри, сквозь полупрозрачную кожуру, виг видел силуэты гнольфов, самца и самки. Он, как завороженный, смотрел на сумасшедшую скорость роста.

- А это им не повредит.

Нет, - отрезал предводитель. - Да, свои тела мы выращиваем чуть дольше, несколько дней или даже несколько недель, но с вашими звериными все проще. Поскольку та самка была молодой, а самец был щенком, то думаю, что через две-три минуты тела будут готовы.

- Все дело в том, что не нужно подбирать для них нужный дух, поинтересовался Согневар

- И в этом тоже. Кстати, ты обучен воскрешению?

— Нет - сказал Согневар и почему-то уставился в пол.

- Еще бы, похлопал его по плечу предводитель темных эльфов. - Извини, что спросил, это очень сложное заклинание. Вряд ли злой колдун смог бы тебя ему обучить.

- Я думаю, что он и сам не знал его, иначе у него бы была своя собственная стая, - сказал куда-то в пустоту Согневар.

- А, вот даже как. Наверное, поэтому он и предпочел мир теней.

- Возможно. Но он такой же виг, как и я, так что все может быть.

- Ты говоришь, он жил сорок лет. Он вполне мог обучиться за этот срок хотя бы простому воскрешению.

- Почему то не захотел? - отстраненно ответил Согневар.

- И что же?

- Ничего, ничего сложного, - сказал предводитель. - Я тебе помогу. Когда темный эльф подошел к двум слегка светящимся плодам, они уже коснулись пола. Острыми когтями он разрезал амниотическую оболочку, и два гнольфа выпали наружу. Согневар подхватил щенка, а темный эльф самку, тут же накрыв ее тканью из листьев.

- Сейчас постараемся привлечь нужный дух. Поскольку вы относитесь к звериному народу, тем более к такой дикой стае это будет достаточно просто. Вряд ли он ушел куда-то на перерождение за такой короткий срок, тем более из нашего измерения.

Темный Эльф слегка рассмеялся и поднял вверх когтистую ладонь. Он ничего не бормотал, не говорил, только слегка жмурил глаза, а кожа его стала бледной, практически похожей на снег. Согневар следил затаив дыхание. Вскоре самка зашевелилась и открыла глаза. Она фыркнула, подернула ушами. Посмотрела на темного эльфа. Посмотрела на своего вождя. Заскулила и пустила лужу на полу.

- Ха, смотри-ка! Еще не научилась пользоваться этим телом заново, - рассмеялся темный эльф. - Думаю, через пару дней она все вспомнит. Теперь сделаю то же самое с щенком.

Темный эльф положил руку на голову гнольфу, которого держал Согневар. Долго жмурился, затем щенок открыл глаза и тоже заскулил. - Дух того щенка поймать было очень сложно, но на очереди был какой-то другой. Он очень просился, так что я выбрал его. Думаю, что нужный тебе щенок, родится в твоем племени очень скоро. Наверняка какая-нибудь самка уже ждет потомство.

- Скорее всего, я даже знаю какая, - кивнул Согневар.

-Ладно. Я смотрю, этот научился пользоваться телом гораздо быстрее. Щенок неуклюже встал, правда, на четвереньки, и принялся оглядываться.

- Да, так и есть. Думаю, они посидят здесь пару дней, потом ты вернешься к своей стае.

Грохот и громкие трели труб за окном заставили темного эльфа практически уронить самку на пол и броситься к окну. Согневар, увидев такую реакцию, понял, что что-то неладно. В его голове уже зарождались воспоминания. Такой громкий трубный глас он уже слышал в своей жизни один раз. Когда крах мира кащея, которого они с Ворманном уничтожили, был близок концу, и мир достался эльфам, под такой звон в верхние слои атмосферы входили летучие корабли фей. Согневар отошел подальше от щенка и вытаращился в соседнее окно. Раздвигая сумерки мира теней, над фиолетовыми крышами замка темных эльфов воспарил огромный травяной летучий корабль. На нем красовалась эмблема мира фей – золотая лоза в виде буквы «З». Видя, как внизу суетятся темные эльфы, бегают и кричат, Согневар понял, что явно явился кто-то высокого ранга.

- Это очень плохо, проговорил темный эльф. - Нам всем достанется, Согневар. Прости, что втянул тебя во все это.

- Что происходит? Можешь сказать? - спросил его Согневар.

- Это древнейший, настоящий лесной эльф. Похоже, это инспекция. Или кара. За то, что мы упустили нашего древнейшего, дали ему превратиться в дерево, а ведь он был один из немногих темных эльфов, кто удостоился этой чести. За то, что позволили этому мерзкому трау украсть доспехи, что до сих пор не поймали его. Эх, а еще эти твари так некстати напали на мой замок. Но не беспокойся, Согневар, древнейшие мерзкие душные создания, но они никогда не рубят с плеча.

- Чем-то они похожи на моего учителя, злого колдуна Ворманна, - хмыкнул Согневар.

36. Разговор

Как только громкие звуки труб стихли, Согневар инстинктивно упал на пол, прижав морду к земле. Он опустил руки ладонями вниз и тихонько заскулил. Звериное чувство подсказывало ему, что сейчас появится кто-то очень знатный. Древнейший появился в комнате беззвучно, без хлопков, громких звуков или щелчков. Он просто материализовался по центру вместе со своей многочисленной свитой. Высокий, очень широкий, с толстыми руками и ногами. Вместе со своим отрядом, и крепким лицом до половины закрытым золотым шлемом, и длинными светлыми волосами. Древнейший возвышался как древесный ствол над своими спутниками и над предводителем темных эльфов. Многочисленные женщины-воительницы, вооруженные высокими звенящими луками, стояли полукругом вокруг своего повелителя. Несколько гарпий, сатиров и менад, хищно открыв рот, смотрели по сторонам. Древнейший просто поднял руку с широченной ладонью, и остальные феи встали поодаль него, замерев. Однако менады продолжали смотреть вокруг хищными глазами.

- Я Аствол Эль Тритранк, - сказал древнейший и коротко кивнул предводителю темных эльфов. - Древнейший, волею благих домов, отправленный сюда посмотреть, чем же занимаются темные эльфы и не нужна ли им помощь. - Что же ты расскажешь мне, Эолз Якорник? - древнейший хмыкнул и уставился над предводителя.

- Вот, значит, как зовут темного эльфа, - подумал про себя Согневар. Эолз Якорник. Какое интересное имя. Наверняка очень древнее. Согневар плохо разбирался в темных эльфах, однако знал, что все, что связано с летающими кораблями, восходит к всепоглощающей древности.

- Мы, у нас, - продолжил как-то мямлить Эолз жестикулируя одними ладонями и стоя будто по стойке смирно. - Бесы, бесы напали.

- Бесы напали. - Древнейший сделал шаг вперед и Согневар непроизвольно задрожал. От этого существа исходила невероятная мощь, так что волны силы раскатывались по каменному полу, к которому была прижата морда Согневара. Согневар заскулил еще сильнее. Однако Древнейший и его свита не обратили на него никакого внимания.

- До бесов, пожалуйста, уважаемые Эолз, - Речь Аствола изменилась. Лесной эльф говорил, как торговец на рынке, жестикулируя ладонями, подбоченясь кулаком и хмыкая и фыркая.

- Понимаете, древнейший наш...

- Ваш древнейший, да! - Тритранк обнял Эолза за плечи и наклонился, так что его лицо оказалось вровень с лицом темного эльфа. - Ваш древнейший, Эолз! Уважаемый Якорник, не напомните ли вы мне, что же сталось с тем почетным темным эльфом, Виссом, кажется, если я правильно помню его имя, которого мы, спустя двадцать лет долгих переговоров, таки избрали первым древнейшим на вашем парящем острове?

- Понимаете ли, многоуважаемый Тритранк, - речь Эолза стала сбитой. Он глотал буквы и запинался. - Трау, какой-то мерзкий Трау, вместе с войском карликов и гномов, они пробрались...

- Они пробрались на ваш остров, так что вы ничего не заметили. Превратили вашего древнейшего в дерево и украли его доспехи, закончил за Эолза Аствол.

- Правильно, все так древнейший закивал Эолз. В этой речи, Согневар, совершенно не узнавал своего старого знакомого, гордого и властного, способного останавливать время. - Вот, значит, как. То есть тот древнейший, к появлению которого мы готовились двадцать лет, несколько сотен миллионов темных эльфов следили за вашими островами в огромной надежде получить и себе семена, которые позволят превращаться в древнейшим, даже темным эльфам, все они были подставлены, получается, кем, многоуважаемый Эолз Якорник? Мерзким трау, карликами и гномами, может быть еще и кобольдами! - хмыкнул древнейший и снова наклонил свое широкое лицо и тряхнул длинными светлыми волосами.

- Благодаря, то есть, то есть из-за меня - продолжал оправдываться Эолз, смотря в пол и склонив лицо. Если бы не сильная выдержка, он наверняка бы закрыл лицо руками и разрыдался. Или даже принялся бы кататься по каменному полу.

- Ладно, Эолз. - Древнейший сделал широкий шаг и уже оказался вдалеке от предводителя темных эльфов. - С этим мы разберемся. Где этот трау? Вы уже схватили его?

- Нет, понимаете, - сквозь зубы говорил Эолз. Согневар почувствовал в воздухе такой запах страха, что поджал хвост под ноги. - Трау удалось сбежать, сначала в какое-то измерение материальное, мы преследовали его. Затем он снова ушел от нас и снова оказался здесь. Мы были готовы схватить его, но тут напали бесы.

- Это я тоже знаю. - Древнейший набрал воздуху в грудь и громко гаркнул. Согневар решил, что его крик направлен на Эолза, однако древнейший кричал вверх в пустоту Зального купола. - Так какого же имбалра? Вместе с бесами здесь оказывается целое племя гнольфов! - Согневар вздрогнул. Вот и дошла речь до него и его соплеменников. - Целое племя хищников! Ты знаешь, многоуважаемый Эолз, что они сожрали гарпию, которую я послал в разведку. Согневар заскулил. Наверняка он мог бы вмешаться в разговор, но его звериное чутье подсказывало ему этого не делать. Древнейший мог бы за секунду уничтожить его. Все способности Согневара не отзывались, когда он инстинктивно пытался прощупывать волшебство вокруг себя. То ли древнейший, то ли кто-то из его свиты полностью блокировал любое волшебство. В зале, нет, даже не в зале, во всем дворце. Согневару сделалось впервые так страшно после того, как он закончил обучение у злого колдуна Ворманна. Впрочем, древнейший прекратил кричать и снова, опустив голову, посмотрел на предводителя тёмных эльфов.

- Ладно, с этим мы разберемся. В конце концов, все же ведь закончилось довольно неплохо. Вы не пострадали, уважаемый Эолз?

- Нет, я оказался в плену, но меня спас Согневар, гнольф. - Эолз слегка поклонился и показал ладонью в сторону Согневара. Согневар замер, боясь пошевелиться. Своей фигурой он показывал, что выражает почтение древнейшему, однако уши не опустил. Древнейший молча подошел к нему. Он не крался, как дикий хищник, и не грохотал ногами, как сумасшедшая травоядная, бегущая сквозь лес. Подошел обычным шагом, пружинистым и властным.

- Гнольф, ты знаешь, что воин твоего племени съел гарпию, которую я послал на разведку? На нашей территории, на территории фей, на нас, на фей, было совершено нападение. Причем кем? Нашими же гостями.

Согневар не нашел, что сказать. Вместо этого, преодолевая инстинкт самосохранения, Согневар вызвал небольшую теневую воронку около своей ладони и, запустив туда руку сначала по запястье, а затем, наплевав на всё по локоть, принялся копошиться в своём компактном измерении теней. В любую секунду вигу казалось, что древнейший наступит на его руку, оборвёт теневое волшебство, его лигула хлынет на пол, и Согневар будет кататься по полу, прижав к себе обрубок своей конечности, а древнейший будет бить его ногами, насмехаться, или того хуже, мгновенно превратит в дерево или в какого-нибудь пускающего слюни хищника без разума. Однако древнейший просто стоял и наблюдал за ним, с интересом двигая носком своего сапога, небольшой выступ на полу. Проклиная все вокруг, Сагнивар через минуту нашарил в своем измерении одну из своих любимых вещей и, вытянув, тут же протянул ее древнейшему.

- Согневар, Согневар Белый Хвост, вожак своего племени, - племени Согневара не было названия, поэтому Виг не стал выдумывать его, а просто продолжил. - Не буду сожалеть, они поступили как хищники, защищающие свою территорию. Древнейший, ты должен знать, что мы всего лишь животные. Пожалуйста, прими от меня, как от вожака, этот... Древнейший уставился на огромный шип в руке Согневара.

- Кость огромной рептилии. - Он нагнулся спокойно, взял ее из ладони Согневара. - Ценная вещь, большая, в ней очень много волшебства. Жизнь какой-то гарпии этого не стоит. Ладно! Древнейший сменил тон, и Согневару мгновенно сделалось легче. - Встань, я вижу, что ты - союзник. - Ну вставай же! Древнейший мгновенно нагнулся со скоростью, совершенно невообразимой для такого высокого создания, и, взяв за загривок, поднял Согневара на ноги. Согневар опять непроизвольно заскулил. Такая сила, как будто чудовищное дерево в грозу нагнулось под влиянием ветра, захватило его, а потом, благодаря своей коре и стьволу вернулось обратно. Он почувствовал ладони древнейшего с толстыми крупными когтями. Они могли бы пропороть его шкуру, однако древнейший был аккуратен, как его собственная мать.

- Я... - Согневар не знал, что сказать.

- Успокойся. Я вижу, что ты виг. Я, знаешь ли, не первый год живу. Всё с тобой понятно. Да, твоё племя животные, ты... Ты тоже животное, но ты этого не отрицаешь. Вступился за племя, вежливо разговариваешь. Ты слышал Эолз? - Древнейший улыбнулся, Эолз снова опустил взгляд в пол. - Ты хорошо выбираешь союзников, наверное, даже друзей, да, Согневар? Ты бы мог назвать Эолза другом? Я вот... Я вот, наверное, мог бы. В конце концов, он отбил свой дворец от такого огромного количества бесов. Но вроде как не он один, да?

- Да, древнейший, - проговорил Согневар. - Я послал... послал свою тень ему в помощь.

- Вампира, да, если я не ошибаюсь? До сих пор смердит этим кровососом вокруг дворца. Ну ничего, я потом почищу все его следы. Ты очень сильный волшебник, Согневар. Теперь я понимаю, почему многоуважаемый Эолз вырастил для тебя твоих воинов. Это бесы уничтожили их?

- Да, бесы.

- Сколько их было? Ну, говори, я знаю, что ты принял облик феи и разобрался с ними. - Согневар в этот момент, кинувший взгляд на Эолза, увидел высоко в взметнувшиеся брови темного эльфа. Видимо, об этом предводитель еще не знал. Оно и не мудрено, глупые кентавры или воинственные темные эльфы были основой его свиты. Просто некому было донести до него такую информацию.

- Я специально принял облик феи, - сказал Согневар, сложив руки на груди, чтобы бесы не вычислили положение моих воинов и не знали, что мы находимся в союзе. Теперь они думают, что войско темных эльфов сильно само по себе, даже без вас, союзников..

37. Древнейший

Древнейший с минуту подумал. На его лице, на той части, которую видел Согневар, теперь уже не боящийся смотреть на лесного эльфа, виг видел неизвестное ему выражение лица. Вытянутые довольно широкие губы, постоянно изменяли свой рисунок, то становясь растянутыми, то сжатыми, то искривленными в некоем подобии усмешки. Древнейший долго думал и бормотал что-то на неизвестном диалекте. Вначале Согневар решил, что это какое-то наречие языка фей, но потом понял, что Древнейший повторяет какие-то рифмы, возможно, старейшие заклинания из фейского волшебства. Потом Древнейший повернулся к своим слугам, и чернявый сатир, уродливый и горбоносый, тут же подскочил к нему, приплясывая на своих раздвоенных копытцах. Древнейший одарил того смачной оплеухой по загривку, и сатир принялся блеять, выбрасывая коленца. Затем подошла рослая менада с копной медно-рыжих волос и таким хищным взглядом, что ей бы позавидовал гнольф десятник. Этим двоим древнейший дал какое-то задание, и они бросились, не помня себя, вниз по лестнице. Двое эльфиек, одинаковых, как побеги молодых трав, были следующими. Им древнейший приказал что-то коротко и ясно, показав рукой на дверь. Эльфийки кивнули и развернулись. Затем настал черед еще трех женщин и молодого лесного эльфа похожего на копию древнейшего только без таких украшенных доспехов им древнейший что-то говорил с минуту, затем объяснял что-то жестами. Все это время Эолз Якорник стоял рядом с Согневаром, сглатывая слюну.

- Смотри, Согневар, раздает задание своим росткам.

- Росткам? - переспросил Согневар.

- Да. Это все потомки от одного с ним корня. Его резервные тела. Если и случится какая-то катастрофа, что текущее его тело будет уничтожено, я даже не знаю в битве с кем, наверное, с драконом. - Эолз воздел глаза к потолку. - Надеюсь, такого не случится. То дух древнейшего не отправится в мир фей выращивать новое тело, переселится в одно из этих.

- Даже в уродливого сатира, - с опаской спросил Согневар.

- Даже в сатира он вмиг станет лесным эльфом. Этот древнейший очень силен. Я вообще удивлен, что он появился в моем измерении, - сказал Эолз, потирая затылок. - Я ожидал кого-то попроще, например, егеря или какого-нибудь темного лесника из своих сородичей.

- Темного лесника? Охотника, который передвигается в тенях, способен летать? - Согневар что-то слышал о темных лесниках еще во времена своего обучения у Ворманна, однако напрочь позабыл, ибо информация о феях не была такой важной, в отличие от информации об адских мирах, в которых они пребывали.

- Я в своего рода тоже темный лесник, сказал Эолз, - однако неплохо умею колдовать. Таких, как я, не очень много, поэтому мне и позволили командовать моим замком.

В это время древнейший разговаривал с последним своим советником, невысокой лесной эльфийкой, вооруженной мечом, который был, похоже, длиннее ее самой. Она держала его в ножнах, украшенных живыми лианами, висящими у нее за спиной. После древнейший отвернулся от Эолза с Согневаром и принялся что-то бормотать себе под нос в одиночестве. Эльфийка подошла к ним.

- Согневар Белый Хвост, - сказала она звенящим воинским голосом с отточенным акцентом.

- Что позволите? - спросил Согневар.

- Спокойно. Можете разговаривать со мной нормально. Я, тот же лесной эльф, что и говорил с вами раньше, просто отделил часть сознания и переместил в это тело. Отправимся до вашего лагеря, хочу посмотреть на следы нападения тварей. Нам, в конце концов, разгребать эту кашу. Потом сопровожу вас до ледяных пещер.

- Но у меня уже есть провожатый, - принялся возражать Согневар. - Никаких возражений, сказала лесная эльфийка. - К тому же, ваш провожатый, насколько я знаю, это какая-то откупная фея, не способная ни на что, кроме как метать слабые болты. Она даже в ядах плохо разбирается. Я прав, многоуважаемый Эолз Якорник?

- Конечно, конечно, всего лишь откупная, - отмахнулся рукой Эолз.

- Ладно, отправляемся, сказал Согневар и закинул себе за плечо самку. Щенок поплелся за ним, то и дело, перепадая на четвереньки. Сознание к нему уже вернулось, однако полностью стоять на ногах он еще не научился.

- Молодец! - Неожиданно потрепал того древнейший за холку. - Когда вернётесь в лагерь, не забудь съесть свое предыдущее тело. Смотри, смотри, это здорово поможет тебе в твоей следующей жизни. Древнейший рассмеялся, а Согневар подумал о том, что, возможно, тело щенка, пропавшего в битве с тварями, бесы не утащили куда-то далеко. Следующие несколько минут лесная эльфийка бежала по кронам деревьев, а Согневар левитировал вместе со своими воинами. Подобное путешествие забрало почти всю его волшебную силу, однако по прибытии к лагерю, опустившись на гати под кроной высокого дерева, эльфийка вернула ему часть волшебной силы.

- Я бы восстановился через несколько дней.

- Пустое, - сказала эльфийка. Снова останавливая его властным жестом. - У вождя должна быть волшебная энергия на случай непредвиденных нападений или ситуаций. Что же, показывай свой лагерь, вождь!

38. Две женщины

Первым в лагерь своего племени зашел Согневар. Он поставил самку на ноги, и та отползла в сторону, где ее тут же подхватили на руки несколько подруг. Гнольфки завиляли хвостами, завертели ушами и принялись лизать друг друга в знак признательности. Затем пришло время щенка. Согневар хотел уже довести его до одного из логовищ, однако взгляд его упал на шамана, сидящего поодаль от всех. Именно этому шаману Согневар поручил следить за еще одним щенком, которого лечил с помощью вливания в того своей волшебной силы. Сложив два и два в своем уме, Согневар все понял. Именно тело этого щенка и должен был съесть тот, которого он привел. Нужный дух не захотел возвращаться в тело, однако, по словам Эолза Якорника, другой дух поспешил занять его место. Согневар все понял.

- Вождь - обратился к нему шаман. - Я не справился. Щенок мертв. Два часа назад я пришел проверить его, а он уже не дышал. Я разорвал ему горло зубами, чтобы лигула попала на землю и тело не отгорело. Скорее всего, его должен съесть ты, поскольку его мать отказалась от него.

- Не переживай, шаман, - Согневар положил свою руку ему на плечо. - Дух этого щенка теперь в этом теле. Долго рассказывать, но, думаю, ты меня поймешь.

Но прибывший щенок весело вилял хвостом, тыкался носом в руки шамана, а затем вдруг приподнялся на ноги и обнял его.

- Он сохранил память? - ошарашенно спросил шаман.

- Сохранил. Думаю, он и съест твоё старое тело. А тот щенок, которым оно принадлежало раньше, ох, думаю, он скоро родится у нашего лучника и этой самки. Хотя, признаться, она мне не нравится. Не хотелось бы, чтобы ее наследство передавалось ее щенкам.

- А что же насчет этого эльфа? - Шаман кивнул в сторону эльфийки с непомерно длинным мечом, которая разговаривала с Айсен о чем-то на повышенных тонах.

- А, это проверяющий гораздо более высокого звена, чем предводитель темных эльфов. Нападение бесов вызвало цепную реакцию. Предводитель выставил гораздо больше петелек, чем смог удержать крючков. Поэтому сейчас с ним разговаривает древнейший, что-то вроде верховного вождя у фей.

- Все ясно, - сказал шаман, и, обняв щенка, придерживая рукой, повел того к логову.

- Продолжай его учить, - сказал ему Согневар . - У него наверняка будут способности к волшебству или, по крайней мере, к стрельбе из лука.

- Непременно, - ответил ему шаман и завилял хвостом. Согневар хотел было уже вмешаться в разговор двух эльфиек, однако к нему в палатку зашла одна из старейших самок. За собой она за шиворот притащила ту, которую принес на себе Согневар .

- Вождь, теперь это твоя самка! - Нехотя сказала старая женщина.

- Почему эта - шерсть на затылке, на загривке Согневара противно зашевелилась

- Ну как же, она пропала, мы уже отвыли по ней. Теперь она вроде как встает заново. Пришла с тобой. Да-ка у тебя нет самки. Плохо, что у вождя нет самки. - Старуха погрозила Согневару скрюченным пальцем. Конечно, вождь стоял выше самок, воинов и шаманов. Однако не прислушиваться к ним было бы глупо. По крайней мере, это понимал Согневар. Спорить с почти выжившей из ума старухой он не хотел.

- Ладно, моя самка, так моя самка. Но потомства не ждите. По крайней мере, пока мы не закончим переход.

- Это уже твое дело, вождь. Однако, одна самка слишком мало. Что ты думаешь об этой фее?

- Сейчас и узнаем, - сказал Согневар многозначительно и вышел из своего логова, оставив старуху наедине со своими мыслями. Уже успев порадоваться о том, как элегантно он обошел неприятный разговор, Согневар практически тут же очутился рядом с лесной эльфийкой и Айсен. разговаривали очень громко, жестикулировали руками. Айсен держала в руках металлический рог от своего арбалета, которым она чуть ли не в лицо тыкала аватаре древнейшего.

- Отчетов нет, - продолжал Аствол женским звенящим голосом находясь в теле своей подчиненной - яды у тебя уже практически закончились, гарпию..

- Что гарпию, что я могла сделать с высокорослым гнольфом:? Сплясать перед ними, выстрелить им спину.

- Ах, да, ты же откупная.

- Да хоть третий раз скажите, что я откупная. Уважаемый древнейший Аствол, да, я не справилась. Убивать вы меня не хотите, перерождать вы меня не хотите, я здесь отбываю какое-то проклятое наказание. Так позвольте же мне отбывать его так, как я умею.

- Позволяю, сказал Аствол женским голосом, видя подошедшего Согневара. - Уважаемый вождь, в вашем лагере я посмотрел все что мне нужно встретимся через два дня около замка.

- Но я хотел..

- Вы забыли что вы обещали многоуважаемую Эолзу Якорнику в поимке трау?

- Нет- сказал Согневар пожав плечами - но я думал что вы отсылаете нас.

- Ваша помощь будет далеко не лишней. Мисс Айсен останется здесь. Надеюсь, ее мозгов хватит, о том, чтобы не вызвать гнев вашего племени по пустякам. - Лесная эльфийка развернулась и, совершив умопомрачительный прыжок, оказалась на кроне дерева. Следующий прыжок скрыл ее из видимости Согневара .

39. Пещера

Согневару было неуютно. Может быть от того, что он впервые находился в обществе того, кто намного сильнее его. Может от того что пришлось выяснять отношения в стае, или от того, что Айсен, вопреки решению древнейшего и самого Согневара, все-таки пошла с ним. Возможно, Согневара раздражали мерзкие кобольды, вернее, их запах. Совершенно непонятно, какое отношение они имели к лесным или темным эльфам, однако... Древнейший Аствол по какой-то причине решил воспользоваться их услугами. При входе в глубокую пещеру, около которой они остановились час назад, Аствол, все еще пребывавший перед глазами Согневара в теле молодой эльфийки, поднял вверх длинный, больше своего роста меч, украшенный волной, и принялся выкрикивать какие-то слова, при этом понижая интонацию, фыркая и практически плюясь. Несмотря на нехорошее настроение Согневару стало даже немного смешно, как будто щенок тявкает, подражая речи взрослого гнольфа. Но спустя некоторое время он услышал похожие звуки и тут же все понял. Древнейший Аствол говорил на языке кобольдов и не просто, а звал их. Мгновение спустя появились кобольды, маленькие, уродливые создания с длинными носами, длинными хвостами, оканчивающимися пучком взъерошенных волос и кудрявой головой, как у барреля. Возглавлял эту кодлу толстый, пузатый, похожий на маленького хищного зверька, индивид, который назвал себя Лайкинен. Он долго сопел и пыхтел, однако после того, как получил совершенно заслуженный пинок от древнейшего, быстро спохватился и принялся выполнять указания лесного эльфа. Когда они спустились в глубокие пещеры, проводниками в которых и послужили кобольды, Согневар принялся чувствовать запах мерзкого трау еще раз он посетовал на то что научил того заклинанию молний. Видимо прочитав его мысли древнейший остановился и подождав пока Согневар подойдет, сказал ему:

- Успокойся Согневар, ты совершенно не виноват, как и сказал тебе почтенный Эолз Якорник. Твое заклинание больше отнимает волшебной силы у этого трау, чем дает ему преимуществ, но ты же не мог знать, что это все обернется против тебя.

- Да - кивнул Согневар и молча пошел вслед за древнейшим. Как и не мог знать он того, что придется выяснять отношения в кругу своей собственной стаи. Маленький уродливый кобольд семенил за высоким гнольфом, и грациозно вышагивающей лесной эльфийкой и все еще не понимал того, что этим телом управляет многотысячелетний эльф. Впрочем, перед его глазами была гораздо более привлекательна для его скудного умишки темная эльфийка с длинными черными волосами. А это все, что нужно было кобольду. Ведь известно, что кобольды те еще почитатели темноволосых женщин. Правда, существует поверье, что чем более уродлива женщина, тем больше она нравится кобольдам. Видимо, для Лайкинена это было не совсем так.

- Убери от меня свои руки, жалкое животное! - Айсен в который раз хлопнула по рукам с маленькими острыми коготочками Лайкинина. - Ещё раз схватишь меня за ягодицу, я засуну тебе кинжал в какое-нибудь отверстие, природное или неприродное, сама проковыряю.

Айсен была в холодной ярости. Впрочем, просто разговаривать с кем-то ей не составляло особого труда. Возможно, чтобы тоже разрядить обстановку.

- Каков, а? - Присвистнул Лайкинен, тыкая мясистым носом в сторону высокого гнольфа с длинным белым мехом. - Загрыз того с длинным луком и не поморщился. Сам виноват, нечего было выяснять отношения.

40. Паршивый

Сам виноват, нечего было выяснять отношения. Айсен вспомнила, как день назад лучник и самка зачем-то зашли к Согневару в его логово. Долго оттуда доносилось крик и рыки, затем два гнольфа вышли на середину поляны, а несколько самок, всё поняв, зажгли огни. Гнольфы сцепились, Согневар не применял волшебство, лучник не тянулся к своему луку. Некоторое время драка, казалось, происходила на равных, но позже Согневар взял верх, он отгрыз лучнику ухо и прикусил его зубами за горло. Лучник заскулил, но сдаваться не собирался. его самка, она на коленях в покоренной позе подползла к Согневару, принялась бить хвостом изо всей силы, скулить и попросила пощады для своего лучника. Впрочем, стрелок затаил обиду, и когда после этого Согневар выбирал тех, с кем он пойдет на задание древнейшего Аствола, лучник вызвался идти с ним вместе с десятником. Зачем Согневар взял с собой старую самку, ехавшую верхом на огромном трусовое, и откуда взялся трусовой посредине измерения темных эльфов? Айсен до сих пор гадала и не знала ни одной из идей. Позже, когда пришло время спускаться в пещеру и Согневар принялся готовиться к спуску, лучник исподтяжка напал на Согневара и укусил того за горло. Подлый прием, поэтому никто не осудил Согневара за то, что он ножом ударил лучнику прямо в глаз и моментально убил того. Десятник, грязно выругавшись, сплюнул на мертвое тело гнольфа и уже потянулся за ножом, чтобы снять с того шкуру, как Согневар остановил его. «Оставь», - сказал тогда Согневар, и эти слова надолго засели в голове Айсен. «Я ему артерии перегрыз, чтоб тело не отгорело. Пускай какие-нибудь мерзкие твари съедят его». Мерзкие твари поняли это по-своему. Тут же несколько кобольдов набросилось на тушу гнольфа, и за несколько минут растащили того не оставив даже костей. Лайкинену это нравилось.

- Каков, а? - Снова продолжил он. - Обеспечил нас мясом, хорошими вещами, шкурами. Люблю такого! Ак! - Лайкинен снова подпрыгнул в надежде ухватить Айсен за ягодицу, но та развернулась, грациозно провернувшись на каблуке и наотмашь ударила низенького карлика другим каблуком прямо в лицо. Она ничего не сказала, просто ускорила шаг, поравнявшись со старой самкой, едущей верхом на огромном трусовое. Согневар обернулся и снова улыбнулся. Сегодня день был богат на эмоции. Возможно, хорошо, что он заставил эту старуху поехать с ним. Она уже навязала ему одну самку, впрочем, которая не переходила границы дозволенного. Спала, где он ей указал, не требовала многого, отвратительно не пахла и даже один раз сготовила ему поесть, обстругав мясо с костей и кое-как сварив в деревянной миске. Согневар еще раз вспомнил их разговор в первую ночь, когда она осталась с ним. Самка подползла к нему. Это была ее первая ночь после такого неожиданного воскрешения. Поэтому Согневар не стал ночевать в измерении теней. Он сидел по центру своего логова, погруженный то ли в собственные мысли, то ли в неглубокий сон, накрытый большим одеялом, скроенным из шкуры летающей твари. Самка заползла и принялась тыкаться лицом в его щеку.

- Оставь, - сказал Согневар. - Я не планирую щенков, по крайней мере сейчас. Мы должны добраться до ледяной стены, а нам ведь еще пересекать ее.

- Самки ходят с щенками целый месяц - девушка более женственным голоском, чем как, чем говорила обычно. - И только последнюю неделю становится тяжело.

41. Проход

- Ты ведь меня просто так не оставишь? - Уставился на нее Согневар.

- Старуха сказала, что надо срочно завести еще одного щенка.

- А, старуха. Старуха скоро отправится со мной на задание. Будет отстаивать честь всех самок. Заодно покажет, насколько владеет ремеслами. Ты умеешь лечить?

Самка опустела уши, не подняла ладони, едва касаясь шкуры Согневара. Согревающий свет волшебства едва-едва прошелся по верхушкам волос и затерялся где-то в воздухе.

- Ты даже царапину не вылечишь!

- Я - самка заскулила и принялась колотить хвостом.

- Спокойно, спокойно. - Согневар размахнул рукой и у него на ладони появился светящийся шар. Шар уплотнялся до тех пор, пока не принял размер небольшого ореха.

- Вот это тебе, съешь!

Самка, как ребенок, взяла двумя ладонями уплотняющийся шар и тут же его проглотила.

- Очень вкусно - она заулыбалась, подняла уши, завиляла хвостом.

- Замечательно! Через месяц у тебя будут щенки!

Самка сначала замолчала, потом прекратила вилять хвостом, а затем завиляла им с большей скоростью.

- Здорово! Я не знала, что бывают и такие способы получения щенков.

- Бывают разные. Просто твой предыдущий самец не был волшебником.

- Был, но он делал все как надо. - Самка поняла, что сказала, что сказано ей может обидеть Согневара.

- Ничего, спокойно. Есть то, что надо делать природными способами, а есть то, что можно делать волшебными. - Он улыбнулся и взъерошил ее волосы. Не как самец, скорее, как отец. Хотя ему самому, вернее, этому телу, в котором пребывал Согневар, было от силы три месяца.

- Ты знаешь, - сказал Согневар, - в этом теле, в котором я сейчас живу, я намного младше тебя. Однако в своих,- он замялся, - странствиях я прожил несколько жизней гнольфов подряд, увидел много разных вещей. Честно говоря, я не планировал вообще заводить потомство, но когда у меня появилась своя стая, я понял, что увеличивать число гнольфов можно разными способами.

- Разными, разными, - сказала самка и прижалась к нему. Еще через несколько секунд она уже заснула. Согневар посидел еще некоторое время, затем накрыл ее одеялом, встал и ушел в измерение теней. Вернувшись к своим мыслям, Согневар еще раз прокрутил себя в голове. Последние два дня вспомнил, как он заставил старуху идти вместе с ним на задание. Как она отпиралась, говорила, что не может оставить самок. Как он настоял, оставив за старшую самку лучника. Пожалеет он об этом или нет? Он не знает. Эта самка, как и его самка, тоже уже ждала щенков. Наконец, кобольды, идущие далеко впереди, привели древнейшего ствола к высокому своду пещеры. В нем была дверь, светящаяся различными волшебными символами.

- И это здесь?

- Здесь, здесь - захрюкали кобольды, зафыркали, запрыгали, как гоблины, от которых-то не сильно отличались, разве что пахли не так мерзко и имели на себе больше одежды.

- А как же этот трау прошел мимо вас?

- А мы как раз тушенку варили. - Нашелся, что сказать, Лайкинен. - Тушенку с макаронами и с печенью морских гадов.

Согневар содрогнулся от одного запаха, который он представил у себя в голове. Он был готов стошнить. Совершенно непонятно, как кобольды могут питаться такой гадостью. Впрочем, не это его сейчас заботило, а трау.

- Что он здесь делает? - Тихо спросил у древнейшего Согневар.

- Мятежник, скорее всего, его привел сюда мятежник.

- Мерзкий рыжий карлик! -Тут же сказали кобольды. - Мерзкий уродливый карлик! - Заговорили другие кобольды.

- А, этот ваш военный преступник, - подумал Согневар. - Я думал, он подчиненный.

- Может подчиненный, может быть они действуют на равных, но в любом случае действуют они заодно. - Сказал древнейший Аствол и снова посмотрел на дверь. - Половину знаков я знаю, - сказал Согневар, проводя руками посвящающийся символ. Они...

- Отойди-ка! - Древнейший практически бесцеремонно отпихнул с помощью волшебного потока воздуха Согневара в сторону, развернулся на каблуках и ударом длинного волнообразного меча рассёк дверь пополам. Дверь хрустнула и рассыпалась в прах.

- Пошли. Нечего тратить время на волшебные обряды, когда можно войти вот так.

- Я думал, это владение темных эльфов, здесь двери стоит открывать их волшебными заклинаниями.

- Темные эльфы сами позже восстановят. Они еще должны следить за своим древнейшим, привести его в порядок. Если мы не поспешим, будем тратить время на их заклинания, вполне возможно, что и восстанавливать-то будет нечего.

- Все так серьезно - удивился Согневар, подняв уши. Эмоция пробрала его до самого загривка. Если древнейший говорит о серьезности, значит так и есть.

- Гораздо серьезнее, чем ты можешь представить себе, Согневар. На это - тех древнейшего темных эльфов. - Наверняка он пытается... - Что пытается сделать древнейший Согневарне услышал.

42. Звезда

Раздался мощный разряд. Согневар тут же выпустил всю свою волшебную энергию. Заморозил время. Потратил оставшиеся волшебные силы на исцеление вместе со старухой, а еще, постояв несколько секунд, рухнул на пол. Когда он пришел в себя, сил у него было только на то, чтобы поднять морду. от земли и смотреть. Айсен лежала недалеко от него, у нее была оторвана рука и половина ноги. Впрочем, рана уже затягивалась растениями, покрывалась почками. Скорее всего, шел процесс восстановления. Лайкинен висел где-то наверху, штаны с его голой задницы были стащены, и хвост вращался из стороны в сторону. Кобольд висел очень высоко, и неизвестно было, пребывает ли он в сознании, или это какие-то конвульсивные судороги. Гнольф Десятник лежал поодаль от Айсен, без головы и руки, топор его был смят, как будто ему ударяли о камень. Следов старой самки Согневар не видел. Громкие разряды волшебного электричества разлетались по гулкой в высокой пещере.

- Решить все дело миром! миром! - кричал карлик, вставая между трау и древнейшим, который размахивал мечом.

- Не будет никакого мира! - говорил древнейший грозным голосом, отбрасывая карлика к стене. - Ты военный преступник и понесешь наказание. Не может быть никакого мира! Особенно после того, что учудили вы здесь.

Трау ничего не говорил. Согневар поднялся на предплечье и увидел, хотя скорее даже почуял своим носом запах волшебного электричества, который усилился в разы. Трау поднял руки, запрыгнул на алтарь и прежде чем древнейший отсек ему обе ноги по самые копыта трау выкрикнул какие-то заклинания "Яй! Яй! Яй"! Разносилось по всей пещере "Тха! Ха"! выкрикивал древнейшие утробные звуки волшебство вырывалось из его рта смешивалось с волшебством трау. Некоторые выпущенные волшебные разряды налетали друг на друга как дикие звери, в клубке катаясь они резали друг друга волшебными когтями, раскатываясь по пещере снопами искр исчезали и появлялись вновь, но большинство выпущенных волшебных слов трау поднялись к потолку, и вибрация вопля извлеклась из его рта, он сложил ладони на груди, и последняя волшебная энергия, пропущенная через кирасу древнейшего темных эльфов, которую он носил на себе, высвободилась через ее спину. Кираса вспыхнула, раскалилась, принялась вибрировать.

- Имбалра тебя задери! - выкрикнул древнейший Аствол и огромнейшим прыжком отскочил назад, заслоняя своим плащом Согневара, Айсен и большую часть лежащего на земле тела гнольфа десятника. Вибрации усилились. Тело трау, одетое в кирасу, приняло вид сначала светящегося овала, затем светящейся сферы, воспарило к вершине и принялось вращаться с дикой скоростью источая потоки волшебства.

- Согневар пришел в себя, я вижу. - Древнейший говорил обрывками фразы быстро и четко. - Вставай, вставай, иначе будет очень нехорошо. Но Согневар не мог встать, он только заскулил, древнейший выругался, и поток мощнейшей волшебной силы окончательно выбил сознание Согневара из его тела. Белая шкура гнольфа обуглилась, сначала обнажая кости, а затем тело Согневара было наполовину уничтожено мощным разрядом.

- Имбалра задери! Вот и без лекаря остался, и без волшебника. Да что же тут такое творится? - Древнейший Аствол Тритранк перехватил меч обеими руками и снова принялся выкрикивать "ХА! ХА"! Волшебный разряд ударил в его меч, но отскочил в сторону и выбил из стены груду огромных, выше гнольфского роста камней. - Будь ты проклят! Надо же, кучка оболтусов, а сколько могут наделать проблем? Ну ничего, я с этим совсем справлюсь. Согневар, ты здесь, я знаю, твое сознание пребывает здесь. Несмотря на то, что уничтожено полтела, наверняка твой учитель хорошо обучал тебя передвигаться меж теней. Не трать силы на восстановление этого тела. Давай, сотки тело из тени. Мне нужен волшебник, один я тут буду возиться очень долго, а потом почтенный Эолз Якорник размажет сопли, будет хныкать. Давай Согневар, я верю в тебя!

Сознание Согневара действительно пребывало где-то здесь, находясь на половину в мире темных эльфов, на половину в собственном небольшом измерении теней. Согневар сам не знал, что с ним происходит, однако принялся уплотнять вокруг себя сгустки тени, формируя свое новое тело.

- Побудешь немного отшельником! - улыбнулся Аствол, когда энергия тени уплотнилась до конца, и Согневар принял какое-то подобие создания тени. - Потом расскажу, что ты можешь. Главное, сейчас поддерживай силу своего волшебства! Сейчас твой канал будет открыт! Древнейший вогнал меч в землю Прямо между огромных каменных глыб И принялся распространять потоки своей волшебной энергии по всей пещере. Согневар встал на пересечение линий. И понял, что волшебная энергия переполняет его. - Смотри, смотри, сейчас откроется черная звезда! Твоя задача, - древнейший не успел договорить, как то, что он назвал черной звездой, а именно пульсирующий в сводах пещеры шар действительно открылся и оттуда с громким грохотом прямо перед ними упала светящаяся голубым светом фигура. Согневар тут же вложил все волшебство и волшебная волна прокатившись по земле обдала это существо энергии и закрыла висящий в воздухе портал. - Молодец, Согневар, продолжай! Это и есть звезда, правда не черная, самая обычная, с небосвода упала.

43. Битва

-Аууу - Завыла фигура и тут же поднялась на ноги. Она имела вид женщины, довольно высокой. Наверное, выше самца Гнольфа, если бы встала на ноги. Стройная, длинноволосая, с горящими глазами. Совершенно лишённая одежды. Прекрасная и опасная. У неё была красота. Не той женщины, которая готовится стать матерью, но той, которая готовится стать богиней.

- Смотри, как щерится! - говорил древнейший Аствол. - Наверняка злится, что с небосвода упала. У-у-у! Противная светящаяся фигня! - Сейчас я тебя отправлю обратно! - древнейший шипел сквозь зубы, волосы его разметались, кожаные доспехи были порваны в нескольких местах, левая рука была увита плющом, наверняка древнейший сам затягивал раны. - Ну что ты щеришься? Подходи сюда, животное! Ну, иди! Согневар, бей по ней волшебством! Бей!

Согневар, пребывая в полусознании, контролируя свое теневое тело, постоянно ударял сполохами волшебства по упавшей черной или обычной, он даже не знал, как ее называть, звезде. Звезда выла, взмахивала длинными пальцами с острыми когтями. Древнейший Аствол отбивал ее атаки с помощью собственного волшебства, взмахов своего длинного волнообразного меча. Так они кружились в этом танце, Согневар потерял счет времени.

- Ау! - Звезда бросилась на древнейшего, тот последним ударом послал всё волшебство прямо в неё.

- Ауу - звезда превратилась в пыль.

Древнейший медленно опустился на пол. Раны на левой руке его затянулись. Лозы переползли с руки Древнейшего на руку Айсен, и там мгновенно восстановилась.

- Эх, теперь с этим разберёмся. Хороший воин у тебя, Согневар. Почему я тебя сперва не верну? Тебя нужно вернуть хорошо, чтобы тело это сохранилось. А этого можно заново. Лоза переползла на половину тела гнольфа-десятника, и через несколько секунд голова и правая рука выросли заново. Гнольф скулил, дергал хвостом, он еще не пришел полностью в сознание, а древнейший Аствол вернул волшебные силы кобольду Лайкинену, который так и продолжил висеть с голой задницей где-то под потолком пещеры, и сделал жест старой самке, как он думал, которая пряталась за камнем, но оттуда вышел только высокий крупный трусовой. - Эх, Согневар, упустил я твою самку, сбежала, испугалась свою шкуру. Ладно, считай, что это мой небольшой долг, чем-нибудь его тебе верну. Теперь с тобой. - Древнейший Аствол Тритранк расправил руки, воздел их кверху пещеры. "ТХА"! Громкий волшебный поток покатился вверх, резонируя от стенок, и волшебный цветок стал возрастать прямо изо рта древнейшего, пробивая камни, землю и пока не достиг верхних уровней измерения темных эльфов. Сверху спустились потоки волшебной энергии, обволакивая тело Согневара лозами и волшебной силой. Согневар покинул свое теневое тело, дух его некоторое время пребывал в полном блаженстве, а затем Согневар открыл свои глаза уже в материальном теле.

- Ну что, - изможденное лицо лесной эльфийки смотрело на него, однако голос Согневар слышал по-прежнему грубый мужской, принадлежащий основному телу древнейшего Аствола Тритранка. - Как тебе, Согневар? Вот это была эпичная битва, настоящая! Звезду уложили!

- Почему она была такая злая, - выдал Согневар. - Спасибо, древнейший, спасибо. Я всецело благодарен тебе, я никогда не смогу тебе отплатить.

- Да спокойно, спокойно, мы помогли друг другу. Это я, как уже сказал, в небольшом долгу перед тобой.

- Спасибо, что увидел во мне волшебника, а не зверя. Хотя я зверь, я не отрицаю. - Согневар опустил уши. Он преисполнился глубочайшего почтения к этому древнему созданию.

- Спокойно, спокойно. - Древнейший крепко обнял его, и Согневар удивился, в который раз, невероятной силе, присутствующей в этом хрупком теле.

- Настоящий ты друг, Согневар. Я теперь понимаю, почему почтенный Эолз Якорник так тебе доверился.

- Почтенный Эолз Якорник на самом деле тоже неплохой эльф. Просто он не такой сильный, как вы.

- Да, да, я знаю, мало таких сильных, как мы с тобой. Да, Согневар, ты такой же. Просто тебе нужно опыта побольше заработать. Вот дойдешь до своих ледяных пещер, ледяных стен, куда ты там собрался. Фу - древнейший выдохнул. - Там ты и соберешь свои.. Ладно, ладно. Я, наверное, узнал и сказал гораздо больше, чем требуется. Вставай, Согневар, никому ничего не скажу. Сейчас мы все отсюда выйдем. Вставай, откупная! - Аствол толкнул ногой Айсен, и она пришла в себя. Тот нехотя подал ей руку, и темная эльфийка встала. Тут же поднялся гнольф десятник, свистом подозвавший к себе трусовоя.

- А где бабка? Делась куда-то? Или ее съели?

- Делась, делась, - сказал древнейший. - Молодец, хороший у тебя воин Согневар. Ему надо бы какие-нибудь доспехи, хотя бы кожаные. Ну да я этим озабочусь, наверняка что-нибудь да найду.\

- Кстати о доспехах - спросил Согневар. - Что же с доспехами древнейшего, древнейшего темных эльфов?

- А вот они висят! Блеск потеряли. - Древнейший махнул рукой, тут же взметнулась лоза, которая оплела доспехи, висящие под потолком пещеры. Они стали глянцево-черными, потеряли былой блеск. Однако, по словам древнейшего Аствола, подлежали восстановлению. - Еще немножечко вот здесь потратить сил и будут как новые. В общем, для темного эльфа сойдут.

- Эй, откупная!

- Слушаю - Грустно проговорил Айсен. Древнейший ничего не сказал. Посмотрев еще раз наверх, в появившийся канал, пробитый в земле волшебной энергией, с помощью которой тот вернул к жизни тело Согневара, древнейший ухватился за лозу и принялся карабкаться наверх.

- Полезли. Нас ждет наверху наша дальнейшая жизнь! Давайте за мной! - Древнейший принялся карабкаться вверх, как будто и не было всей той битвы, всех тех затраченных сил, смертей, возвращения их жизни, киданий огромными камнями и мощнейших энергетических импульсов. - Боже мой, Согневар, что это было? - шепотом спросила Айсен. Я, я не представляю. Я умерла, да, я мертвая здесь лежала.

- Я не знаю, что здесь было. Я точно был мертв. Древнейший вернул меня к жизни. Наверное, дважды. Помог сначала создать мне тело из теней, а затем вернул в материальное. Он невероятно, невероятно силен.

- Ты знал, что у него около десяти миров под владением? И еще десять тысяч миров почитает его как мощного героя. Это я потом вспомнила. Аствол Тритранк, один из сотни равных богам, полубог. Ты знаешь, он, наверное, признал тебя. Смотри, как обнял, как домашнее животное. - Айсен сделал грустное лицо. - Меня никогда так не обнимали, даже родная мать не обнимала, - сказала она без самоиронии. - Но ладно. То, что он уж позволил пойти с собой, говорит о том, что больше меня не будут шпынять. Как раньше. Совсем не понимаю, зачем ему нужны были эти кобольды - она кивнула в сторону висящей под потолком голой задницы - отвратительное создание. Но надо сказать, что стрелок из арбалета, он прекрасный.

- Из арбалета?

- Да, мне сразу руку оторвало. Я еще несколько секунд видела, как этот карлик подхватил мой арбалет и принялся стрелять по другому карлику, бородатому.

- Так выходит, что того карлика положил Лайкинен? - Удивился, Согневар.

- Да. Ничуть не сомневаюсь, что древнейший смог бы сделать это быстрее, но он сосредоточился именно на трау. После этого я отключилась. Видимо, умерла. Наверное, дело было в скорости.

- Кобольды мелкие, меткие стрелки - сказал Согневар, который раньше уже сталкивался с кобольдами, однако воевать бок о бок с ними ему не приходилось, как и участвовать в столь грандиозной битве. - Может на спине у меня поедешь? Помнишь, как я вчера свою самку катал?

- Нет. Я как-нибудь сама заберусь. Надо проверить, хорошо ли я чувствую пальцы левой руки.

- А ты? - спросил Согневар Десятника.

- Ох, я... Я не откажусь, вожак. - Десятник опустил уши.

- Давай, цепляйся мне за спину.

- А топор мой как же?

- Топор твой? Ладно, и топор поднимем.

- А трусовоя бросать Бабкиного? Жалко его. Как он отсюда выйдет? Здесь все завалено. Он ведь умрет.

- И Трусовоя поднимем. - Согневар понял, что придется применить парение.

44. В лагере

Согневар молча смотрел в ночное небо. То, что там были совершенно другие луны, он уже привык. Одна большая, круглая, не очень яркая, другая поменьше, сверкающая так ярко, что ее можно было принять за настольную лампу. Снова Согневар посмотрел в глубину своей норы. Едва мерцающий портал, в его собственное измерение теней, небольшой лежак. Около него самка, у едва горящего костра, перемешивает металлическим прутом вспыхивающие угли. Перед тем, как посмотреть, что произошло с его стаей во время его отсутствия, Согневар отправился в логово к самке. Ее имя звучало как Фир, нечто среднее между словом Фыр и фейским словом, обозначающим перо.

- Фир, - сказал Согневар , поглаживая по голове, - отныне ты будешь главной самкой нашего племени.

- А как же старуха? - Подняв высоко уши, спросила Фир.

- Старуха пропала. Не знаю, жива она или просто сбежала. И не будем об этом. Если хочешь, тебе достанется трусовой. Мы привели его с собой.

- Не знаю, нужен ли он мне. Я бы лучше сама предпочла вкусно есть, - хихикнула Фир.

- Не беспокойся, еды у нас будет в достатке. Об этом я позабочусь, уверенно сказал Согневар . - Там, куда мы скоро отправимся, будет вдоволь мяса морских гадов, красного мяса. Возможно, в глубинах ледяных пещер будут какие-то плоды.

- А далеко это? - спросила Фир.

- Достаточно, - пожал плечами Согневар . - Но мы дойдем, не переживай. Нашего щенка ты родишь уже там.

Снова прокрутив это в голове, Согневар решительно вышел наружу и принялся нюхать холодный ночной воздух. Самки лучника он также не обнаружил. Видимо, она поняла, что ее самец проиграл и бежала с позором так же, как и старая ведьма. Что ж, его стая потеряла еще двоих. Но это не останавливало Согневара . Остаются только самые крепкие, самые надежные, такие как гнольф Десятник. Согневар посмотрел на большой костер, около которого собралась вся стая белого хвоста гнольф-десятник и еще несколько гнольфов-воинов. С удовольствием распивали какой-то напиток, настоянный на лигуле и каких-то плодах, а также проточной воде. Согневар не любил подобного рода поила, оно слишком раздражало его вкусовые рецепторы, а к тому же наглухо перебивало возможность пользоваться волшебством. Иначе он наверняка бы присоединился к своим воинам хотя бы из-за солидарности, чтобы не терять авторитет вожака. Однако он направился к своему союзнику, шаману, который воспитывал молодого щенка. Щенка, впрочем, рядом не оказалось, он был в числе тех, кто слушал гнольфа-десятника.

- Что скажешь, Грак? - обратился Согневар к шаману.

- Все то же, что и всегда, вожак. Пока тебя не было за эти три дня…

- Три дня, - переспросил Согневар . - Мне казалось, прошли максимум сутки.

- За эти три дня - снова продолжил шаман, глядя на те же самые луны, на которые смотрел Согневар , - не произошло значительных изменений. Ты уже знаешь, сбежала самка лучника.

- Да, лучник предал нас, драки ему было мало, напал на меня из-подтяжка. Видимо, у них была какая-то договоренность. То ли она запах его перестала чувствовать, то ли решила отправиться на его поиски.

- Что с ним стало?

- Древнейший Аствол отдал его на съедение кобольдам.

- Мерзкие, отвратительные твари. Не погнушаются, кого-нибудь съесть даже живьем, - сказал шаман.

- Грак, ты сталкивался раньше с кобольдами?

- Сталкивался.

- И я тоже. - Повел ушами Согневар . - Но здесь они скорее союзники. Что насчет нашего путешествия?

- Я думаю, квабб стоит оставить, - сказал Грак. - Они питаются травой, зерном. Этого будет сложно раздобыть, особенно за ледяной стеной.

- Я слышал, там растут какие-то заснеженные деревья, а в пещерах есть фрукты. Возможно, эти фрукты больше пригодятся нам самим. Там же есть морские гады и караваи. Да, еще есть какие-то крупные чудовища. Вроде как они питаются подземными водорослями из горячих озер. А интересно, сможем ли мы есть подобные водоросли?

- Не знаю, вожак - Грак смеялся, - я думаю, наше племя может есть все. Мы же гнольфы.

- Хотел бы я, чтобы было именно так, - негромко сказал Согневар и велел шаману начать приготовление. Уже завтра стая Белого Хвоста отправится из измерения Темных Эльфов в сторону Ледяных Пещер.

45. Эльф несёт груз

Утром следующего дня Согневар, основательно отдохнувший в своем теневом измерении, куда он не пускал ни Фир, ни Айсен, ни кого бы то ни было еще, даже своего верного шамана Грака, и гнольфа Десятника, все племя Белого Хвоста, было готово отправиться в путь. Согневар вытащил свой посох, украшенный костяными шипами, доставшийся ему еще от злого колдуна Ворманна, и зажег на нем волшебный свет.

- На этот свет мы будем ориентироваться в тьме пещер, - начал свою речь Согневар, - однако тут неожиданно из кустов появился древнейший Аствол. Все так же находясь в теле лесной эльфийки. За его спиной покачивался огромных размеров волнообразный клинок. Согневар прервал свою речь и кивнул с уважением.

- Уже уходишь, Согневар? – спокойно начал древнейший Аствол. - Я решил сопроводить тебя.

- Благодарю, не стоило. - Начал было Согневар. На самом деле он не хотел просить ни темных, ни лесных эльфов о помощи, чтобы не терять авторитет в глазах своего племени и чтобы в случае чего феи не знали по какому именно маршруту он отправился в ледяные пещеры.

- Ничего, ничего, я же сказал, что немножечко должен тебе, - поднял в знак примирения руки древнейший Аствол Тритранк. - К тому же я покажу тебе, как, минуя ледяные пещеры, оказаться сразу на ледяной стене.

- На стене?, - уточнил Согневари высоко поднял верх ушей. Удивлений ему не было предела.

- Да-да, именно. - Вместе с древнейшим Астволом показалась Айсен, которой не было ночью. Согневар не придал этому значения, решил, что темная эльфийка отправилась восвояси решать какие-то свои дела. А то, что она не попрощалась, Согневар списал на то, что у фей всегда были свои секреты. - А ты думал, я просто так оставлю тебя, Согневар? - Подмигнула ему Айсен. Но тут же перешла на более сдержанный тон, получив тычок локтем под ребро от древнейшего Атствола. Они очень лаконично смотрелись рядом, Как будто две девочки-подружки, собравшиеся идти на рынок, А не гордые фейские воительницы. Собственно, древнейший Аствол был полубогом, и такое невинное выражение лица очень странно сочеталось с его поистине невероятной силой. Согневар выдохнул. Когда древнейший Аствол приблизился к расстоянию вытянутого локтя, мощнейшая сила разлилась по поляне, и все гнольфы принялись едва ощутимо вилять своими хвостами. Волна целительной силы, волна восстановления выносливости. Древнейший Аствол включил несколько из своих аур, которые стали действовать на гнольфов, как на союзников. Согневар сдался, не то чтобы он хотел намеренно спорить, но пара доводов у него была.

- А как же замок темных эльфов - все еще пытался сопротивляться Согневар?

- О, почтенный Эолз Якорник сам сказал, чтобы я по возможности сопроводил тебя Согневар он как-нибудь восстановит крышу и главные ворота да и работы там на полдня даже кентавр справится, - рассмеялся Аствол.

- Я тоже пойду с тобой Согневар хочу увидеть ледяную стену и какой вид открывается с нее на равнины материка да и на материке самом я давно не была

- А ты вообще там была - удивился Согневар

- Да была пару раз в самом начале своего пути - смазано ответила Айсен. - И в сером городе даже была пару раз.

- Ну что же, давайте тогда отправимся. - Согневар принялся водить носом по ветру, чуя нужное направление, сопоставляя в голове запахи, однако древнейший хлопнул ладонями, и деревья сами собой раздвинулись в стороны обнажая глубокий лесной проход похожий на нору гигантского зверя.

- Вот здесь не стоит искать лесную тропу, если можно изменить сам лес, - подмигнул древнейший Аствол Тритранк Согневару. - Пойдем по этой дороге. Правда, там будет один опасный участок, но зато мы сэкономим сколько там? тридцать дней! Гигантские рептилии, пещерные пауки, бандиты серого города. Сколько гнольфов ты рассчитывал потерять, пересекая ледяные пещеры Согневар- прямо спросил его Аствол Тритранк.

- Около десяти - шепотом сказал ему Согневар. Он не намеревался врать своему самому ценному союзнику.

- Что же, может потеряем двоих-троих? - Так же без эмоционально ответил ему древнейший Аствол.

- А может быть никого?

- Ну это вряд ли конечно.

- Настолько опасен этот единственный участок, поинтересовался Согневар,

- Он скорее не опасен, а жуток, - поежился древнейший. Жуток! Согневар даже не мог представить, что могло довести до такого состояния древнейшего. - Сам все увидишь. До него около дня пути самое мерзкое начнется на рассвете, так что ночью мы отдохнем. Сразу выдели самых лучших воинов и держи их около себя. Они точно выживут. Эй! Все те, кто понесет поклажу, пойдете со мной, да оставьте эту кваббу - древнейший Аствол схватил за шиворот крупного гнольфа и как щенка откинул его в сторону когда тот попытался отвязать кваббу с поклажей - я сам все понесу ваш вожак распорядился, Согневар я правильно понял твой приказ - древнейший поклонился давая возможность Согневару возвыситься в глазах племени и озвучить приказ самому. Да к тому же, командуя такой сильной феей, Согневар повышал свой авторитет еще больше.

- Да, - рявкнул Согневар, подняв шерсть на загривке. - Оставляем этих квабб здесь. Они слишком слабые, ничтожные. Вьючными животными обзаведемся на месте. У нас есть трусовои. Еще двое прибежали сегодня ночью из лесу.

Айсен, как по команде, вывела из леса двоих крупных трусовоев, которые в холке достигали ее плеча.

- Перекидывайте все на них, а вот это давайте мне, и вот это тоже. Связки шкур. Что это, новорожденный?

- Опять бросила. - Вырвалось у Согневара. Оказывается, все это время у самки был еще один детеныш. У той самой самки лучника. Этот, правда, был сильный, возможно он и не был ей родным щенком, просто она за ним ухаживала, а теперь оставила его. Полдня щенок пролежал без пищи, однако был все еще силен. - Я найду и лично перегрызу ей глотку, прошипел Согневар. Фир хотела взять щенка на руки, однако древнейший ловким движением положил щенка поверх котомки к себе за плечи.

- Поедет здесь, нечего старшей самке племени грузить себя подобными вещами. В конце концов, у тебя же ведь скоро будет свой, да?

Гнольфы зашептались.

- У вожака будет щенок?

- Да - кивнула Фир и сказала более грозно. - У главной самки будет свой щенок, возрадуйтесь! Воины и самки племени - она подняла руку вверх в повелительном жесте, и все гнольфы, слегка прижав уши, завиляли хвостами.

- Отправляемся! - уже более грозно сказал Согневар.

46. Кобольд

Дорога выдалась самой обычной. На своей памяти Согневар не мог вспомнить ничего более обывательского, чем путь через импровизированную лесную нору. Его племя передвигалось довольно медленно, гнольфы осматривались по сторонам, хватали зубами низко пролетающих габлов, маленьких зверей вытаскивали из нор хитиновых верминов, с удовольствием поглощая их сырыми. Древнейший Аствол в роли тяглого животного представлял собой зрелище скорее грандиозное, чем странное. Хрупкая эльфийская фигура, тянущая на себе огромную поклажу в полтора собственных роста. Видимо, волнообразный меч и здесь сослужил хорошую службу. Он хорошо распределял нагрузку по спине, а его рукоять служила фиксатором для многочисленных, скрученных в несколько слоев палаток и крыш для нор гнольфов. Согневар шел впереди, гнольф-десятник замыкал колонну. Самки с детенышами находились посередине, самые маленькие щенки ехали в больших плетенных корзинах, наскоро привязанных спинам больших трусовоев. Согневар раньше никогда не видел, чтобы хищники путешествовали вместе с гнольфами. Самый первый трусовой, с которым столкнулся Согневар, был транспортным средством старой самки, но как только ведьма покинула их, вместо нее появилось еще двое трусовоев. Возможно, старуха не так плоха, как он о ней подумал, решил Согневар. И эти два крупных хищника были присланы ей в помощь стаи. А возможно, они прибежали сами, привлекаемые запахом своего товарища. Айсен шла рядом с Согневаром, сильная, молчаливая. Она здорово изменилась после битвы со звездой, хотя, в общем-то, никакой битвы и не было. Вместо Айсен воевал уродливый маленький кобольд. Как только Согневар вспомнил о нем, тут же из норы выскочило что-то мелкое, противное, со смуглой бронзовой кожей и копной медных волос. Согневар сначала почувствовал запах, а потом понял - это и есть кобольд.

- Ну, здорово! Как вы тут без меня? - спросил чавкающим утробным голосом Лайкинен. И игриво помахал им своим огромным, практически себя размером арбалетом. Квадратный, коренастый, похожий на узловатое горбатое животное, тем не менее кобольд Лайкинен орудовал этим арбалетом, как будто он являлся продолжением его собственных рук.

- Я только что вспоминал о тебе, кобольд. - нейтрально отозвался Согневар . - Что ты здесь делаешь? Что же решил помочь моему племени?

- Как сказать... У меня еще есть дела с феями.

- А где же твое племя? Не хотите ли путешествовать вместе? - Скорее, для проформы, спросил Согневар .

- О, нет! Я как-то не очень люблю холод и прочих созданий обитающих на той стороне. - Лайкинен поежился.

- Я думал, кобольды живут там, где есть драгоценные камни.

- Кобольды живут там, где есть макароны с тушенкой, - парировал Лайкинин и рассмеялся мерзким, хлюпающим смехом, которым переговаривались между собой на памяти Согневара морские гады и пещерные обитатели, названий которых даже Согневар не знал. - Ну что же, ладно, буду рад и твоей компании, а то такого меткого стрелка ты не найдешь здесь! разве что древнейший Аствол.

Маленькие острые зубки быстро мелькали во рту Кобольда, когда он выплевывал фразы, похожие на кваканье земноводных. Согневар принялся размышлять о том, что же он знает о Кобольдах. Непрекаянные, заклеймённые ярмом предателей, дураков и трудоголиков, кобольды не относились официально ни к одному из многочисленных семейств созданий. Они не были ни феями, ни орками, ни троллями. Большинство исследователей считали, что кобольды – нечто среднее между троглодитами и карликами, а возможно и дальняя родня гномам, так как у кобольдов нет женщин. Тогда почему они интересуются самками других видов, особенно темноволосыми?

- Не знаю, о чем ты думаешь, - серьезно сказала Айсен, глядя на Лайкинена, - но только посмей дотронуться до меня ниже спины.

- О, значит, я смогу потрогать тебя выше?

- Попробуй, - грозно сказала Айсен. И ветка под ее ногой демонстративно хрустнула, расколовшись пополам.

- Ладно, ладно, как я уже сказал, у меня здесь другие дела.

- Я сомневаюсь, что древнейшему Астволу нужна помощь Кобольда. - Все еще нейтральным тоном проговорил Согневар .

- А как сказать, только мой нюх может помочь нам пройти на ту сторону, через призрачную реку.

- Призрачную реку? - поднял бровь Сагнивар.

- А-а-а! Так он вам еще не сказал! - Лайкинен расхохотался квакающим звуком, который вызвал у Согневара скорее отвращение. - Это наверняка самый опасный участок дороги. Мы придем туда к утру. Советую ночью хорошо отдохнуть.

- Я думал, древнейший Аствол хорошо чует запах. А если не он, то здесь целое племя нюхачей. - Согневар развел руки в стороны.

- Нюхачей? Насмешил! Что вы можете? Только учует запах лигулы или раненого животного. Да может быть, откопать какую-нибудь тушу под снегом. Только мы, кобольды, носители носа! - Лайкинен гордо взметнул вверх свой огромный уродливый нос, похожий на какой-то северный овощ. - Можем находить запах волшебства. Вот скажи мне, Гнольф, сможешь ли ты учуять волшебство?

- На расстоянии двух-трех метров, наверное, смогу, - пожал плечами Согневар .

- Наши шаманы прекрасно его чуют, - сказал вмешавшийся в разговор Грак. Кобольд ему не нравился. Своим длинным узловатым посохом он легонько столкнул кобольда с дороги, вынуждая того идти по обочине. Из-за мелкого роста и семенящих шагов кобольд еще больше стал походить на маленькую забавную зверушку, идущую вслед за своими владельцами.

47. Привал

- А всё же, что такое призрачная река? - не оборачиваясь в сторону Лайкинена, спросил Согневар. Неожиданно ответил сам древнейший Аствол. Его голос звучал, на удивление, чисто, хотя говорил он достаточно громко, но на языке фей, так что понимал его только Согневар, несколько шаманов и Айсен, а, возможно, и Лайкинен, который, посмеиваясь над его словами, пожевывал что-то, вытаскивая из своей котомки.

- Самое страшное место, я говорил тебе о нем, - продолжил древнейший Аствол, - когда они вышли из переплетения корней и стволов на ровное поле, перемежающиеся единичными, высоко вздымающими своей ветви деревьями. - Сейчас мы преодолеем это поле. Наберите здесь овощей, наловите побольше верминов. Возможно, здесь есть какие-то мелкие звери, скорее всего копытные. Я перед ночью подстрелю двадцать или тридцать голов, чтобы вам хватило с собой. Но больше не стоит брать.

- Большая тебе благодарность, древнейший, за заботу. - Неожиданно тепло сказал Согневар. - Не знаю, почему ты носишься со мной, и тем более не понимаю, зачем ты носишься с моей стаей.

- Эх... В конце концов, во-первых, тебя признали другие феи. Я отвечаю за других фей, значит отвечаю за тех, кого они признали. Ну, тебя такой ответ, конечно же, не устроит, - улыбнулся древнейший Аствол Тритранк. - Мне хочется посмотреть.

- На что посмотреть? -Тут же заинтересовался Согневар.

- Посмотреть, как ты преодолеешь призрачную реку. Что ты там встретишь? Это не испытание, не какое-то паломничество, и даже не волшебная инициация. - После длительных раздумий закончил свою фразу древнейший Аствол. - Считай, что это будет способ тебя узнать, просто поближе узнать.

- Интересный способ, - буркнул Согневар. - Кто-то из моего племени может погибнуть.

- Всегда кто-то может погибнуть, - нейтральным тоном сказал Древнейший. Его кривая ухмылка говорила о том, что он абсолютно прав.

- Всегда-всегда, но только не я, - вкрячился в разговор Лайкинен. Он ловко запрыгнул на огромный рюкзак древнейшего и тут же оказался на самой вершине, проворно забравшись, будто вермин по склизкому следу. - Я смотрю, там целая стадо шагов.

- На шагов мы не охотимся, - отрезал Аствол.

- Но у них же такое вкусное мясо.

- Если я еще раз услышу о мясе шагов, я даже не буду спрашивать, где ты их пробовал. Просто оторву тебе, скажем, руку. - Ответил ему Аствол и сплюнул в переплетение корней.

- Намёк понял. Ладно. Вон там мерели, барили. Дикие цмоки. Будем есть змtиное мясо. - Лайкинен стал смотреть в прицел перекрестья своего арбалета. Согневар, изучающий, глядел на стрелковый механизм. Что не отнять у кобольдов, так это их ремесленного навыка. Да, они пьяницы, любители поесть, любители говорить несусветные глупости, но также очень искусственные ремесленники. Они наверняка не создадут чего-нибудь нового, революционного, чего-нибудь по-настоящему красивого, но настоящие добротные вещи, которые могут служить десятилетиями, если не столетиями. кобольды создают в гораздо большем количестве, чем, скажем, те же кастлинги или даже те же феи, которые скорее стремятся к красоте и насыщению волшебством, чем к практичности в быту.

- Вон, Смог бежит сюда! Спорим, я его подобью?

- Даже спорить не буду. Стреляй! Сделай поправку на ветер. Немного левее. Подними арбалет чуть выше. Целься за ухо.

- Почему?

- Целься за ухо и стреляй, - скомандовал Аствол. Кобольд выдохнул и выстрелил. И тут же радостно завилял своим длинным хвостом с кисточкой на конце

- Молодец.

-Вот за что я уважаю вас фе, так за то что вы можете видеть даже спиной. Оособенно когда дело касается стрельбы.

- Я просто чувствую переплетение трав - неоднозначно ответил древнейший.

- Что еще одного?

- Да, подстрели еще троих, бери всегда выше головы. Здесь воздух очень плотный, стрела летит не так, как в ваших пещерах.

- Отлично! - Кобольд подряд сделал три выстрела, два попадания, от третьего крупная рептилия увернулась, и Согневар увидел где-то вдалеке, метров триста, если не дальше, взметнувшееся зеленое пятно. - Согневар, тебе верно интересно, как это мы стреляем на такое расстояние?

- Как это я стреляю, а ты мой наводчик древнейший! - рассмеялся кобольд.

- Да, признаться, интересно. Мои глаза не видят на таком расстоянии. Вы пользуетесь волшебством?

- Я пользуюсь знаниями природы, - ответил древнейший, расправляя стороны руки.

- А Лайкинен?

- Нет, у него действительно острое зрение.

- Очень странно. Кобольды пещерные создания.

- Пещерные? В пещерах мы живем, чтобы никто нам хвост не оторвал! - Рассмеялся Лайкинен. - На самом деле, кобольды могут жить где захотят. Ну, там, где можно спокойно варить тушенку, печь макароны... ...и что-нибудь сжечь, - рассмеялся кобольд. Он спрыгнул с рюкзака и принялся собирать хворост.

- Ещё же рано до привала, - спросил у него Согневар.

- А, ты решил, видно, что я дрова собираю? Нет, сейчас палок наберу, и твои ребята будут тащить туши. Не мне же их тащить, я и с места-то их сдвинуть не смогу.

Когда племя Согневара вместе с сопровождающими остановились. Согневар увидел, что туши действительно огромны. Размером почти со взрослого гнольфа. Крупные цмоки лежали с прострелянными черепами. Удивительно, почему тела не возгорелись, ведь их же не хватал зубами хищник. Скорее всего, охотничьи стрелы, специально смазанные лигулой или начиненные каким-либо видом волшебства. Гнольфы тут же бросились разделывать мясо. Лайкинен с своим прямым коротким ножом оттяпал себе кусок и, натерев его какими-то специями, заморозил с помощью волшебства.

- Вот, предпочитаю питаться так. Мороз выгонит всю дрянь. В этом я с тобой согласен, гнольф.

Согневар снова вспомнил про мороженое мясо морских гадов, которым питался в детстве. Прошло-то всего два месяца, может быть, чуть больше. Он живет в этом мире столько, сколько, скажем, какой-нибудь вермин или птенец габла, а уже стал вождем. Почему-то он отчаянно забывал все те уроки, которые давал ему злой колдун Ворманн. Даже не мог сказать, сколько именно времени он пробыл в измерении теней своего учителя. И было ли это вообще? Тут его нагнала Фир.

- Согневар, мне кажется, что кости надо взять с собой.

- Нет, кости мы оставим. Древнейший же сказал, что переход планируется опасный. На рассвете мы столкнемся с призрачной рекой. - Призрачной рекой - Фир опустила уши, взметнула вверх свой хвост.- Какая-нибудь опасная волшебная преграда?

- Это явление. - На удивление Согневара, древнейший ответил достаточно быстро. - Явление. Тени выходят из своего мира, проходят сквозь мир темных эльфов, хотя скорее всего здесь уже остров почтенного Эолза Якорника заканчивается. Это поле и часть леса за ним, возможно, цепь каких-то других островов, которые причаливают к владениям Эолза и отлетают впоследствии. В общем-то, стоит бояться не самой призрачной реки, а того, кого можно там встретить, вернее, кого мы обязательно там встретим.

Древнейший опустился на землю и принялся расстегивать лямки. Это означало, что путь на сегодня закончен и требуется привал.

48. Призрачная река

Согневар не помнил, что случилось до того момента, как его сознание начало что-либо понимать, что происходит сейчас, что будет после. Сейчас он пребывал в каком-то странном состоянии, будто бы находясь в энергетическом пузыре. Он не чувствовал ни тела, ни разума, только дух его, подобно распушенному семени полевого цветка, мотался внутри этого самого пузыря. Несколько мгновений спустя Согневар почувствовал больше волшебным чутьем, чем чем-то физическим глухой удар. Еще один глухой удар. После этого бесконечная белая пелена принялась принимать очертание. Он оказался привязанным к мачте, высокой и резной, изображающей крылатую деву, держащую над головой меч или копье, стоящую посредине летящего над туманом судна. Мачта была изрублена, обезображена, измазана чем-то черным, из глаз деревянной девы вытекали черные густые, похожие на осадную смолу слезы. Согневар не совсем понимал, привязан ли он к мачте физически, и там находится его тело, или же его дух бесконечно давно вырван из тела и пребывает в волшебных путах внутри самой мачты. Еще один глухой удар заставил его понять, что все-таки он находится в физическом теле. Едва открыв глаза, он увидел и не поверил своим глазам. Это была горгона. За долю секунды он разглядел и медную чешую, и огромные кожистые крылья, и гигантские когти, и прекрасное лицо, искаженной улыбкой, с клыкастыми зубами. Горгона ударяла по борту летающего корабля, разбивая волшебный щит каждые пять-шесть секунд. Она возникала, будто бы из воздуха, наносила гулкий удар, чувствующийся каждой досочкой корабля, и исчезала обратно, напоследок распростав в воздухе свои огромные кожистые крылья. Наконец, после одного из ударов, энергетический купол над кораблем треснул, и защита, замерцав, спала. Тут же Согневар почувствовал замогильный холод, страшный, пронизывающий до костей, достававший до глубин волшебного осознания, как будто бы сама реальность противилась нахождению этого корабля здесь. В ту же секунду появилась и команда. Согневар узнал их сразу. Шерсть на его загривке вздыбилась, он испугался, так как никогда не боялся своей жизни. Дракхи. Азкир. Жуткие воины-призраки, похожие на викингов, измазанные черной густой жидкостью. Голубой лигулой разумных существ, украшенные костями и страшными амулетами, они щерились огромными клыками, принадлежащими диким зверям из-под своих стальных полумасок. Взмахивая длинными обоюдоострыми клинками и мерцая призрачными кольчугами, дракхи бросились в пролом, выбрасывая оттуда напирающих эльфов. Эльфов Согневар потихоньку стал вспоминать. Древнейший Аствол Тритранк объявил привал. Согневар и его племя Белого Хвоста остановился ночлег. Он, вождь и виг устроил всех своих гнольфов. Потом о чем-то долго разговаривал с древнейшим. Затем появился туман. Что было после? Снова волна младших эльфов была отброшена, и дракхи громко хохоча стали разрывать на части раненых, упиваясь их голубой лигулой, ели еще теплое мясо. А после время практически остановилось. Согневар вначале подумал, что это Эолз Якорник, или кто-нибудь из темных эльфов смог остановить его, но нет. Время не остановилось и даже не замедлилось. Это все без исключения дракхи впали в ступор. Они замерли, раскрыв свои уродливые клыкастые пасти, расправив узловатые корявые пальцы с когтями. Их тощие костяные руки, с занесенными над спинами клинками, замерли в неестественных позах. Где-то высоко, разгоняя туман, появился величественный, сверкающий золотом летучий корабль эльфов. Выполненная в виде грифона ладья, была оплетена узловатыми корнями ветралистов, а их ветки, длинные хлесткие, пели сладкими девичьими голосами, разнося команды своим острым, похожим на ножи, листьям, которые, подобно роям мелких летающих созданий, тысячами вращались в воздухе. Благодаря ветралистам эльфийский корабль парил так легко, как перышко габла. Спускаясь все ниже, корабль захватил своим волшебным гравитационным полем корабль драххов и теперь шел на сближение. Еще через несколько секунд паралич с драххов спал, и они принялись ругаться, торопиться, подгонять огромные медные баллисты, чтобы нанести удар кораблю эльфов, пока он не подошел достаточно близко. Но куда там? На палубу замогильного корабля обрушились просто дожди, ливни и стрел. Они тучами вылетали из многочисленных бойниц, с веток ветралистов, просто с любой точки эльфийского корабля. Множество дракхов были утыканы стрелами, как игольчатые подушки у хорошей швеи. Они падали, валились за борт. Некоторые просто растворялись, превращаясь в пузырящуюся, густую, черную жижу, подобную той, что была размазана по мачте, который был привязан Согневар.

Залп за залпом лесные эльфы ветра посылали бесчисленные сонмы стрел, покуда искусно выполненная ладья Ведагрифона не раскрыла свой медный клюв и не схватилась за борт корабля дракхов. Но их все еще было слишком много. Призрачные викинги рубили мечами, махали копьями, громко кричали. У них на борту оказалось несколько крикунов, страшных тварей из тени, лишенных глаз, зато с огромным ртом, полных острых зубов. Крикуны вопили, насылая паралич, который еще недавно сами феи насылали на дракхов. Но армаду войны природы остановить было невозможно. Несколько боевых кентавров с огненно-рыжими гривами, сверкающих кольчугах разбили несколько бортов, и теперь многочисленная армия пикси и лесных эльфов-рыцарей пробивалась вперед, держа огромные щиты, множество кентавров более низшего ранга прикрывали эльфов и пикси, покуда те, орудуя острыми лунными клинками, прорубали себе дорогу среди дракхов. Хоть дракхи и призраки - создание тени, однако фейское оружие прекрасно сможет справиться с ними. Согневар это хорошо знал. Сколько бы дракхи не возрождались из своей пузырчатой черной массы, ударная воющая сила природы фей теснила их все ближе и ближе к мачте, который был привязан Согневар. Наконец, виг увидел сверкающего золотыми доспехами лесного эльфа-рыцаря. Потом еще одного. Это была свита из пяти эльфов-рыцарей, которые сопровождали лесного эльфа-полководца с золотым светящимся ореолом над его головой. Взмахивая огромным, почти двухметровым мечом, лесной эльф-полководец за раз упокоил несколько дракхов. За его спиной в том же золотом ореоле появился огромный кентавр, закованный по самые глаза в медную броню, со своим огромным медным щитом с головой горгоны. Он прикрывал сразу двух лесных эльфов-повелителей, сидящих у него на спине. Прекрасные, как весна эльфийские девушки, посылали исцеляющую энергию волшебства прямо по земле, по воздуху, через каждую монаду бытия. Целительная сила дошла даже до Согневара. Он почувствовал, как раны его затягиваются, и как больно колют его призрачные веревки, впившиеся в запястья. Шерсть у него была где-то выдрана, где-то разрезана. Из кожи сочилась лигула, однако процесс восстановления был запущен. Согневар медленно стал бормотать заклинания. Руки его были связаны, однако словесное волшебство никто не мешал ему применять. Да, остановить время он не мог. Подобные фокусы не действовали на теней, тем более на Азкир, к которым относились дракхи. Однако существенно замедлить у Согневара их получилось. Это и нужно было феям. Подобно пламени свечи, мерцающему на ветру, то тут, то там появлялись темные эльфы-ассасины. Они сверкали, их силуэты то проявлялись, то практически полностью исчезали. Затем они возжигались вновь, оказываясь за спинами у драков и нанося многочисленные удары своими короткими лунными клинками. Перед ними появился темный эльф-дворянин, наверняка кто-то из родственников Элза Якорника. Темная, почти черная кожа, серебристые волосы, фиолетовые латы, практически не блестящие, лишь слегка сверкнувшие малиновым блеском, и два черных парных клинка из темного лунного металла. Взмах и огромный дракх с двумя мечами держащий в зубах обмазанный лигулой топор рухнул на палубу теряя свою костяную голову. Темный эльф дворянин изящно поклонился и разрубил веревку сдерживающую запястье Согневара. Виг упал на палубу, сил встать у него не было. - Потерпи еще немного, - сказал эльф дворянин. - Скоро все закончится. - И тут же растворился, превратившись в легкое дуновение ветра. Наконец, дикий рёв сражения заставил появиться главную военную силу дракхов. Из каюты капитана, грохоча металлическими сапогами, сжимая в каждой руке по огромному топору, появился ярл дракхов. Чудовище, состоящее из ненависти, шипастых доспехов и длинной седой бороды, заплетенные многочисленные косы. - Порву! - громко кричал дракх, размахиваясь секирами. Каждый его удар убивал сразу нескольких воинов-фей и иногда замешкавшихся дракхов. Ярл не жалел ни врагов, ни союзников. Страшное чудовище! Поистине непокорная тень, подумал про себя Согневар. Ему хватило сил снова открыть один глаз. Еще один поток целительной силы прокатился по полу судна драков, и Согневар смог приподняться на запястьях. Тут он услышал крик самого Аствола Тритранка - Используйте этого гнольфа как мы использовали минотавра, должно получиться - несколько тяжелых кентавров ударами копыт разбросали дракхов и Согневар увидел единственного гнольфа из своего племени, который пришел ему на выручку. Это был гнольф-десятник, бывший гнольф-десятник. Вместо его обычной бежевой шерсти у него на загривке и на спине, и на ушах начала расти темно-голубая топорщащаяся жесткая шерсть. Глаза его горели золотым огнем. Десятник превратился в гнольфа Медношкура, получив благословение самого Аррахи, одного из богов гнольфов. Дико воя гнольф Медношкур одним ударом отбросил дракха и сорвал с его плеча наплечник. - Это я, пожалуй, оставлю себе, - прорычал Медношкур и прикрепил его на ремешок, отбирая у второго дракха огромный обоюдоострый топор, что делало его сходство с минотавром еще более потрясающим. - Вперед, воин, беги! Ты должен освободить своего вожака! - кричал Аствол Тритранк где-то вдалеке. Согневар не видел древнейшего, но знал, что даже сейчас, даже в такой ситуации, он пребывает здесь не в своем основном теле, а в теле эльфийской девушки, значит, сражение не может быть проиграно. Это придало Согневару еще больше уверенности, он приподнялся на вытянутых руках и скопленное волшебство вложил в волшебный удар. Молнии ударили одновременно по сапогам ярла и в основании мачты. Заскрипев, деревянная конструкция зашаталась и упала прямо на рогатую каску ярла в тот самый момент, когда он занес оба топора для удара по гнольфу десятнику. Нет, по гнольфу Медношкуру.

49. Летим

Согневар отчетливо видел, как гнольф Медношкур совершает широкий замах топором. Хоть у Ярла дракхов и было в два раза больше оружия, однако у Медношкура появился исполинских размеров щит, который бросил ему кентавр. Почему древнейший Аствол не применил в этой битве кентавров? Согневар снова вспомнил поговорку об интеллекте кентавров и нахмурился. В конце концов, его собственные воины вряд ли были умнее их. Значит, дело в чем-то другом.

- Зря ты в это ввязался, псина! - зарычал ярл дракхов. - Я уничтожу все твое племя, все ваше проклятое племя до последней шавки за то, что ты вызвался со мной драться. И поверь мне, мои мои слова не пустой звук я азкир, я тень.

- Ты слишком много болтаешь - зарычал гнольф медношкур и совершил мощный удар хоть ярл дракхов и был силен однако медношкур при поддержке фейских лекарей воинов и стрелков оказался сильнее. Град ударов смял защиту ярла, и тут же из-под полы плаща гнольфа Медношкура выскочил уродливый чернявый сатир вооруженный коротким лунным клинком провернувшись вокруг себя сатир нанес точный и очень меткий удар коротким клинком куда-то в область подмышки дракха, и, развернувшись, быстро отскочил на своих уродливых копытцах.

- Это было бесчестно, проклятые твари! Чёртовы звери! - прохрипел ярл и упал на одно колено. - Мои слова в силе! Я уничтожу всё ваше племя, проклятые псы! - Выплюнул черную пузыряющуюся жидкость из своего рта ярл и, упав на гнилые доски, сам стал таковой.

- Вождь, ты свободен! - Тут же прокричал гнольф Медношкур и, подбежав к Согневару , помог тому подняться. - Ты нес меня из темной пещеры! Вытащил меня на свет! Теперь моя очередь нести тебя!

- Нет, спокойно! - Отмахнулся от него Согневар , он уже мог стоять. - Лечебное волшебство феи делало свое дело. Все нормально! Ты... Ты просто поразил меня. А где остальные воины?

- А, ты не помнишь? - Медленно проговорил гнольф медношкур. Холодок сомнения пробежал по спине... Согневара.

- У нашей стаи потери.

- Не то, чтобы потери! - Вдруг воодушевленно заговорил гнольф Меднлшкур,- так, несколько щенков и один воин, но я думал, честно говоря, что тебя не будет не только в живых, но и в духах. Я думал, что драки уже отправили тебя куда-то в темницу духов, что мы не сможем вызволить тебя. Я изо всех сил рвался, чтобы поспеть на летучий фейский корабль.

Согневар слушал вполуха своего самого лучшего и верного воина, но взгляд его был обращен на древнейшего Аствола. Грациозно, шагая по скрипящим гнилым доскам, древнейший раздавал команды. Пикси и сатиры суетливо оттаскивали медные баллисты, привязывали ванты, крепили цепи и крюки. Они полностью соединили свой корабль в виде ведагрифона с летающим кораблем дракхов. Полуразбитая мачта, лежащая где-то вдалеке, уже очищалась гарпиями и дриадами. Черная пузырящаяся жидкость, смытая с лица деревянной скульптурой, открыла взору Согневара прекрасное женское лицо с длинной косой, взгляд украшенный сверкающими драгоценными камнями и устремлялся куда-то в пустоту. Древнейший Аствол, словно в танце лавируя между своих слуг, солдат и генералов, оказался около Согневара.

- Я рад, что ты цел.

- А уж я-то как рад. - Попытался посмеяться Согневар, но боль свела ему челюсть.

- Спокойно, Согневар Еще где-то час у тебя будет слабость. Я сам постараюсь тебя вылечить. У тебя наверняка вопрос, почему я не принимал участие в битве. - Повернувшись спиной, древнейший параллельно раздавал указания, размахивая руками, как самая настоящая женщина. Однако Согневар теперь всегда держал в голове то, что это величайшее создание управляет сразу множеством тел, десятком, если не сотней.

- У меня есть такие вопросы, древнейший, но я не в праве их задавать.

- Нет, нет, все нормально. Здесь была северная действующая армия, они патрулировали этот участок. Он присоединился к владениям твоего друга Эолза Якорника. - Рассмеялся, древнейший. - Наверняка ему понравился такой подарок. К сожалению, несколько твоих воинов решили остаться здесь. Возможно, это будет дочернее племя. Они очень испугались дракхов и бросились бежать. Я не вправе их винить.

- Как и я, - сказал Согневар.

- Еще у тебя некоторые потери личного состава, но... Все твои шаманы целы. Древнейший Аствол повернулся к нему лицом и улыбнулся. Лучезарная девичья улыбка никак не вязалась с вновь вернувшимся грубым мужским голосом, принадлежащим самому основному телу древнейшего. Значит, он собрался говорить что-то важное. - Я посмотрел, прошу прощения за прямоту, я посмотрел и увидел то, что хотел увидеть Согневар . Это было неизбежно, эти дракхи, они напали бы на тебя в ледяных пещерах, и потери были бы иными. Если кто бы ушел целым, то, возможно, только ты один, даже твой воин не пережил бы этой битвы.

- У меня маленькое племя, всего пятьдесят воинов, - сказал Согневар - Я понимаю. Но я не понимаю одного, как мы можем послужить фейскому народу.

- Служат фейскому народу кобольды и тролли! - усмехнулся древнейший. - Ты наш друг, Согневар. Мой, Эолза Якорника, многих фей, которые стоят здесь, они очень впечатлены подвигом гнольфа Медношкура.

- Медношкур, медленно проговорил Согневар. - Я не думал, что кто-то из моих воинов когда-либо станет Медношкуром.

- Твой воин станет Адлетом. Очень скоро. Он очень опытен и силён. Он храбр. Самое главное, он бескорыстно предан своим идеалам и тебе.

- Но его благословил Аррахи, а не Пёс.

- Ведь он же не виг, - пожал плечами, древнейший.

Согневар дернулся.

- Теперь, надеюсь, все закончилось.

- Ну, в данный момент закончилось, и более чем хорошо - засмеялся древнейший Аствол Тритранк. - Отбуксируем корабль в летучую гавань, а оттуда ты и твое племя уже отправитесь к ледяной стене.

- Летучую гавань - повел ушами Согневар .

- А ты как думал? Все это время будешь идти пешком? Да, конечно, ситуация выдалась сложная. Я бы даже сказал опасная для жизни и существования. - Древнейший что-то выкрикнул на языке фей, но Согневар не знал значения этих слов, затем снова повернулся к нему.

- Что поделать? Придется немного полетать. Сначала заберем провианты для вас в дорогу. Я же обещал тридцать туш цмоков. Согневар проследил за древнейшим и как он не отпирался, гнольф медношкур все-таки помог ему подняться на борт ведагрифона. Его усадили в удобное кресло, выдали в свою каюту. Тут же к нему подскочил чернявый сатир. Согневар не различал этих фей, все они были для него на одно лицо, темнокожие, мускулистые, стройные, похожие на туго натянутую тетиву лука, с лукавыми хитрыми глазами. Сатир услужливо наклонился, в руках он мял какую-то тряпку.

- Чего изволишь, вожак? - наклонился к нему сатир. - Может быть, хочешь поесть? Может быть, хочешь план местности или рассказать анекдот? - Сатир заулыбался, а его хитрые глаза с прямоугольными зрачками настраивали на позитивный добродушный лад. Согневар фыркнул и задал неожиданный вопрос.

- А что, кто-нибудь из фей пойдет с нами?

- О, это мне неведомо. Как прикажет древнейший, так и будет.

- Да? А не ты ли тот сатир, который нанес удар этому страшному созданию?

- Я! - Немного потупился сатир. - Меня давно готовили к повышению, но я, честно говоря, не хотел возглавлять ни свое стадо, ни какой-то круг друидов. Терпеть не могу друидов, целый день поют, даже выпить некогда.

- А ты любишь выпить? - Улыбнулся Согневар, он достал из-под стола какую-то бутылку. Виг знал, что феи, особенно низшие, такие как сатиры и гарпии, падки на щлям, а сам Согневар абсолютно не переносил ничего, чтобы полностью отключало волшебную энергию. - Наверное, древнейший выдал этот щлям мне, чтобы я успокоил нервы, а я поделюсь с тобой. Не против?

- Очень даже не против, вожак! - Сатир заплясал на своих раздвоенных копытцах и захлопал в ладоши. Он сел напротив него. Мог бы сойти за очень молодого щенка гнольфов или за самку в меховом наряде. До пояса его кожа была голой, как у безволосого, однако на голове была длиннющая грива вместе с бородой, а ноги от бедер до самых копыт венчала длинная, спутанная черная шерсть. Блестящая! Согневар моргнул. Она напомнила ему ту самую черную пузырящуюся жидкость, на которой распался дракх.

-Что ты знаешь о дракхах? Ведь ты неспроста здесь. Ты же не самый обычный сатир.

- Нет, не самый обычный сатир. Хотя все сатиры уникальны. Когда особенно напьются. - Сатир взял деревянную кружку откуда-то из своей котомки и принялся наполнять ее щлямом. - Что, собственно, я и собираюсь сделать. Пока расскажу тебе все планы древнейшего.

- Он сам не стал со мной разговаривать, у него дела.

- Возможно, что и дела, а возможно, что не стоит таким, как мы, знать всего того, что знает древнейший.

- Я так и понял, - сказал Согневар . - В конце концов, я гораздо ближе к тебе, чем к феям.

- Так я ведь тоже фея, а ты такой же волшебник, как древнейший. - Вожак, ты смотри, может быть, мы и разные по количеству, но одинаковые по качеству. - Сатир подмигнул, а Согневар совершенно не понял этой фразы. От нее веяло чем-то далеким, чем-то идавельским. Он сразу вспомнил рассказы о Слагфиде и Сальбруне, об Ослофьорде. Он смутно помнил, что это название идавельское, но что он означает не знал. А сатир тем временем продолжал.

- Когда мы прибудем в летающий порт, подлетит второй корабль с твоим племенем. Наверное, древнейший отправился туда, а может быть та забавная фея с черными волосами.

- Айсен?

- Да-да-да, темная эльфийка. Честно говоря, я не очень люблю темных эльфов, они вообще не пьют, представляешь? Ой, вожак, не принимай на свой счет. - Сатир снова наполнил кружку и выпил ее практически полностью. Щлям и прочие наркотики действовали на фей немного иначе, чем на безволосых или на звероподобных. Однако Согневар продолжал слушать уже почти пьяного сатира. - В общем, древнейший хочет познакомить тебя со своими друзьями, с троллями.

У Согневара прошлась волна мурашек и шерсть его зашевелилась. Тролли. Что-то такое в его голове не отпускало с самого момента возвращения в этот мир. Виг практически забыл все то, чему учил его злой колдун Ворманн, и чем они занимались в измерении теней, как ему собственно удалось подчинить шаманов. Он просто сделал взмах руки, и все шаманы вдруг неожиданно стали на его сторону. Что он сделал тогда, да и почти до самого момента битвы со звездой, там, в пещере, Согневар все еще не был самим собой. Наверное, сейчас, в минуту, когда напротив него сидел, сидел и размахивал кружкой пьяный сатир, наверное только в этот момент Согневар окончательно стал собой, тем самым щенком двух месяцев отроду, которого утащил измерение теней злой колдун Ворманн. Но уже тогда, когда он впервые с ним встретился, он хотел узнать что-либо о троллях.

- Тролли, - проговорил Согневар . А ты что знаешь о них?

- О-о-о! Они огромные, зеленые и на голову отбитые. Еще больше, чем тот здоровенный гнольф с топором, который сразился с ярлом вместо меня.

- Вместо тебя.

- Ну, древнейший метил меня в единоличные борцы, раз уж не оказалось минотавров. Те еще создания строптивые, противные, воняют отвратительно. Я думаю, что ты, вожак, чувствуешь своим носом. Да и наверняка по твоему обонянию и от меня несет противно.

- Что есть, что есть. - Пожал плечами Согневар. - Однако, твой запах природный.

- О, у минотавров он не только природный, они специально вываливаются в собственном дерьме, чтобы пахнуть еще более отвратительно, - без тени иронии, сказал сатир. Видимо, даже феи осуждают минотавров за подобные деяния.

- Впрочем, некоторые гнольфы практикуют то же самое, вспомнил Согневар . Однако продолжил думать о троллях. - Тролли помогут мне добраться до ледяной стены.

- Да, у них свой летающий корабль, они отправляются туда.

- Что же, даже у троллей есть летающее судно.

- Не переживай, вожак, может быть, когда-нибудь заимеешь свое. В конце концов, некоторые тролли живут в горах, не носят одежды, сражаются своими собственными окаменевшими лапами, а некоторые летают на воздушных кораблях, впрочем, как и гнольфы. Ты знал, что там в порту есть огромное племя? Больше двухсот воинов.

- Огромное племя гнольфов. - Снова лигула стукнула в мозг Согневару, и он подернул ушами.

50. Кто же

Согневар слушал сатира и смотрел в иллюминатор. Можно ли назвать иллюминатором это украшенное витражом довольно крупное окно, да и к тому же еще прямоугольные формы? Согневар не знал. Однако, даже подобные мысли вкрадывались в его голову. Он думал о чем угодно, только не о предстоящей высадке в порту летающих кораблей. Сатир, быстро захмелевший, сказал еще несколько фраз, шатаясь, как одинокое дерево на ветру, направился к выходу из каюты. Он что-то нечленораздельно блеял, Согневар, подняв голову, через плечо смотрел, как двое пикси открывают ему проход и услужливо кланяются, покуда он, размахивая руками, лезет к ним обниматься и, возможно, даже целоваться. Один из стражников пикси помог сатиру пройти дальше по коридору, затем кивнул Согневару и закрыл дверь. Согневар снова положил вытянутую морду на стол, прямиком на свои руки и продолжил размышлять. Они меня охраняют. Вполне возможно, что не стерегут, но охраняют. Боятся, что снова нападут дракхи. Согневар снова попытался вспомнить тот момент, когда на них напали эти черные тени, и ничего не всплыло в его сознании. «Возможно, что-то блокирует мои воспоминания», – стал думать Согневар. Опять он вспомнил, что не смог остановить время. Откуда у него этот талант? Возможно, Ворманн научил его. Возможно, кто-то другой. Согневар смутно помнил, что его обучение было столь длительным, что он вполне достиг возраста взрослого гнольфа там, в измерениях теней. Поэтому, когда он вернулся назад к отправной точке, там, где впервые заговорил с Ворманном, его тело было уже взрослым. Настолько ли взрослым, насколько он вырос в тенях. Согневар принялся смотреть на ладони, на длину шерсти, размер когтей, даже зачем-то полез себе в рот, ощупывая подушечками пальцев свои клыки и острые зубы. Ему было с чем сравнивать, он вспоминал гнольфа-десятника, ставшего медношкуром, и обнаружил, что его клыки все-таки не настолько длинные. Однако, медношкур - воин, а Согневар - волшебник. Просто ли волшебник? Возможно, от перенасыщения волшебства или наоборот, от постоянного его применения его шерсть сделалась такой длинной и жесткой, как у взрослого гнольфа, а зубы, наоборот, замедлили рост. Может быть, чего-то не хватает, может быть, волшебство постоянно вымывалось из кости, поэтому его клыки стали такими короткими. Согневар сжал свою голову ладонями. Какие только мысли не лезут в голову. В этот момент Согневар понял, что ему страшно, что ему действительно так же страшно, как в тот момент, когда он был привязан к мачте корабля дракхов. Страшно ему от безысходности, от неизвестности, от неприятия, от непринятия самого того факта существования, в котором он сейчас находится. "А что, если ничего нет"? Подумал вдруг Согневар и обвел ушами всю комнату, затем подернул носом и снова задумался. "А что, если ничего нет"? Не было ни возвращения его в материальный мир, ни подчинения шаманов и его племени, ни встреч с феями, с трау, битвы со звездой, с дракхами. Если он все еще пребывает там, в тенях, и злой колдун Ворманн устроил ему очередное испытание. Согневар усилием воли попытался вернуться в тени, в настоящей тени, а не в тот отголосок сознания, в котором пребывали владения Эолза Якорника. Тень, ведь она тени рознь. Бывает тень для фей, бывает тень для гнольфов, бывает такая, в которую лучше не соваться. Но Согневар не мог попасть ни в какую. Даже в собственное измерение теней, где, возможно, его ждал уже восстановившийся Эго. Хотя бы чтобы поговорить с вампиром, Согневар пытался снова и снова, но ничего не происходило. Согневар не бросил попыток. Он встал, принялся рассказывать по комнате, и, наконец, ему удалось восстановить хотя бы ментальную связь со своим собственным измерением теней. Тому сразу стало легче.

- Эго, ты слышишь меня? - проговорил Согневар мысленно. Голос вампира отзывался где-то на самых уголках сознания. Далеко-далеко. Его было очень плохо слышно. Он был почти неосязаем.

- Очень-очень плохо, Согневар , очень плохо. Ты находишься где-то в плену, твое сознание будто окутано какими-то призраками.

- Нет. Был в плену.

- Столкнулись с какими-то злобными тенями темных эльфов?

- Гораздо хуже, с дракхами - Согневар услышал как вампир ругается на каком-то неизвестном языке от этого ему сразу стало немного приятно. Все-таки его собственная тень переживает за него.

- Что теперь? Ты в безопасности я надеюсь.

- Да, нахожусь на летающем корабле фей.

- А, теперь все понятно. У них там постоянно идет заглушение любой тени. Что у темных эльфов, что у лесных, что у каких бы то ни было других. Согневар, что вообще происходит? Как ты во все это влез? Я думал, ты сейчас на полпути к ледяной стене.

- Так и есть, - ответил ему Согневар, почувствовав, что связь становится еще слабее. - Возможно, мы уже подлетаем к порту летающих кораблей. Там наверняка стоят световые лампы, какие-нибудь излучатели. Я постараюсь связаться с тобой где-нибудь.

Связь окончательно порвалась, и Согневар не смог закончить мысль. Он снова оперся на стол и принялся пристально смотреть в окно, украшенное витражами, как высокая скала, вокруг которой суетилось множество летучих кораблей, становится всё ближе и ближе.

51. Никто не кланяется

Звонкие ветры ударяли гондолу в виде ведогрифона, опутанную корнями. Согневар видел пролетающие мимо хлёсткие и острые, хлёсткую и острую листву ветралистов, благодаря которым корабль вообще держался в небе. Взвивающиеся, подобно змеям, корни, опутавшие гондолу, как они вращались, будто живя своей жизнью, а затем, когда корабль оказался уже почти вплотную к воздушной пристани, оплели ее, надежно сковав и соединив фейское судно с причалом. Согневар принялся ждать, кто к нему придет? Сатир, тот самый пикси охранник, но пришел сам древнейший Аствол Тритранк. Дверь растворилась, и древнейший зашел туда. В одном из своих женских обличий бессменный волнообразный меч все так же был за его спиной.

- Ну, здесь и потолки! - сказал древнейший, проведя рукой по верхушке. - Потолки-то потолками. Но тяжело было пройти в эту дверь и не задеть рукоять у меча. Согневар вдруг понял, что не помнит, как оказался в каюте. А ведь с его ростом он наверняка задел бы лбом проход. Снова Согневар почесал себя за шею. Провалы в памяти или все-таки что-то происходит. Не может же быть чтобы феи что-то затевали против него или может может какой-то предатель в стане фей, куда-то пропала Айсен.

- Все нормально, - сказал древнейший, Аствол, видя поднимающееся беспокойство в глазах Согневара.- Лечение действовало на тебя очень долго. Возможно, ты не помнишь, как оказался здесь. Возможно, у тебя даже провалы в памяти. Мало кто вообще может пережить такое, что произошло с тобой. Побывать в плену у азкир и вернуться живым, даже без возвращения к жизни, вернуться собственным духом внутри своего собственного тела. Древнейший положил руку на плечо Согневара и тому снова сделалось очень спокойно.

- Согневар, я не буду говорить, что тебе повезло, просто скажу, что судьба благоволит тебе. А теперь пошли, время встретиться с твоим племенем.

- Сатир сказал, что до ледяной стены нас повезут тролли - древнейший и вождь гнольфов шли по длинному коридору украшенному светильниками состоящими из корней внутри которых были заключены светящиеся волшебные потоки.

- Больше слушай сатиров - рассмеялся древнейший.

- Я думал думал, ты сам послал его ко мне.

- О, сатиры! Это же самые низшие феи! Никто их не слушает всерьез, никто им не кланяется. Пожалуй, нет никого, кто бы стоял ниже сатира. Даже если нанять кобольда, его звание будет выше. - Снова рассмеялся древнейший. - Но в этом этот сатир оказался прав. Действительно, твое племя прибыло. Вот на той маленькой посудине, - древнейшим показал куда-то рукой в сторону окна, Согневар увидел сквозь витражи длинных коридоров, как небольшое судно причаливает к помосту напротив ведогрифона и несколько кентавров помогают выбраться самкам его племени. Другие гнольфы, воины и щенки перекидывают друг другу поклажу и свертки с тканями и шкурами. С другой стороны Согневар увидел, как на дальнем пирсе пришвартовывается огромный корабль в виде скалы. Согневар прищурился, зрение у гнольфов было не очень хорошее.

- Да-да, это та самая скала, на которой ты полетишь, это действительно корабль троллей. Они весьма незатейливы, когда дело доходит до внешнего вида летающих кораблей. - Не оглядываясь, продолжил древнейший. - Эти тролли мои личные друзья. Не то, чтобы они были союзниками феи, Эолза Якорника или лесных эльфов. Нет, это всё мои друзья, такие же, как ты, Согневар. - Древнейший открыл дверь, и они с Согневаром вышли на верхнюю палубу корабля. Согневара поприветствовали кивками и возгласами пикси воины, лесные эльфы рыцари, несколько кентавров, несколько фей-лекарей. Да, команда у Северной армии была действительно большая, как и сам Ведагрифон. Наверное, триста или четиреста фей, включая кентавров и лапифов, которые огромными стволами покачивались около мачт, натягивая канаты, ослабляя ванты, поправляя солнечные паруса, чтобы ветралисты получали достаточно света для своей вращающейся листвы. Согневар еще раз огляделся. Гнольф Медношкур разговаривал о чем-то с высоким лесным эльфом, кожа которого была так же темна, как и кора у лапифов. Длинные зеленые волосы до пояса, кожаная броня. Этот лесной эльф наверняка командовал лапифами или вообще не имел воинского чина. Скорее всего, какой-нибудь смотритель.

- Один из моих братьев, засмеялся древнейший, можно сказать, что он мой близнец.

Согневар еще раз посмотрел на темную кожу, на зеленые волосы, перевел взгляд на светлокожую эльфийку с золотыми волосами и невольно улыбнулся.

- Я смотрю, ты понял, о чем я говорю, кивнул ему древнейший. - Это командующий Северной Армии. Однако все свое свободное время он проводит за изучением местности. Пришлось связаться с ним, а ему возглавить командование Северной Армии.

Темнокожий лесной эльф помахал рукой Согневару, а гнольф Медношкур прекратил разговор и направился к своему вожаку. .

52. Тролли

Казалось, прошла всего лишь секунда. Согневар закрыл глаза и открыл их совершенно в другом месте. Постепенно его мозг, разгоряченный воспоминаниями, стал прояснять для него картину происходящего. Он на летающем корабле троллей летит куда-то между мирами. Древнейший Аствол назвал это космосом. Согневар посмотрел в сделанный из прозрачных камней немного кривой иллюминатор. Действительно, космос. Длинные белые или седые пряди, похожие на шерсть гигантского зверя. Космы. Именно по ним, ориентируясь в легком воздушном пространстве волшебства, и летают между мирами волшебные корабли. Согневар снова напряг свою голову. Провалы в памяти стали для него чем-то постоянным после встречи с ярлом дракхов. Усиленно стараясь вспомнить, Согневар , крупица за крупицей, выуживал из своего сознания подробности того, как он оказался на корабле троллей. Спускается по трапу с борта ведагрифона на огромный причал открытый всем ветрам. Множество летучих кораблей повсюду множество создания различных рас и народов даже.. огромные драконы, предлагающие себя в качестве транспорта, мгновенно вдруг ни с того ни с сего, превращающиеся или в прекрасных девушек, или в старых бородатых мужчин. Согневар сразу почувствовал какой-то знакомый запах. Огромное племя гнольфов, больше двухсот воинов остановилось в порту летающих кораблей. Куда они держали путь, Согневар никак не мог вспомнить, сколько не старался. Однако он помнил, что лучший его воин, гнольф Медношкур, ни с того ни с сего вызвался присоединиться к этому племени. Не сказать, что для Согневара это было чем-то удивительным, но легкий укол его самолюбие ощутило. Скорее всего, его лучшему воину действительно будет хорошо с такой большой стаей. Он запомнил вожака высокого и сильного и высокую светловолосую самку, одну из его последних дочерей. Женщины этого племени были все хорошо одеты, обладали личным оружием, а эта высокая самка даже сама сделала свое длинное и острое копье, проковав металл, добытый то ли от аквирала, то ли от аврорала, Согневар раньше слышал эти слова, но не знал, что они означают. Впрочем, скоро он вспомнил. Первый день на корабле троллей. Древнейший Аствол пролетел с ними несколько летающих материков, и пересев на спину специально посланного за ним летающего чудовища, распрощался с ними. племя Согневара вместе с троллями полетело дальше. Веселый рыжий одноглазый тролль по имени Ларс был очень интересным собеседником. Согневар тут же отчетливо проиграл у себя в сознании его запах. Его всегда влекло к троллям. Наверняка, даже с рождения, хотя он не понимал почему. Странная раса высоких зеленых созданий, покрытых прочной, как камень, зеленой шкурой, с длинными, похожими на пупырчатые плоды носами и зубами, как у морских гадов, кривыми, огромным числом, растущим под всеми углами в гигантской красной пасти. Но тролли, покрытые седыми космами, похожие на тех, что распростер внутри себя космос, вовсе не были какими-то жуткими и отвратительными, если узнать их поближе. Они относились ко всему совершенно спокойно, хоть и казались немного недалекими. Вожак Ларс быстро нашел общий язык с племенем гнольфов и с самим Согневаром. Он целый день водил его по палубам. Согневар вспоминал в голове скорее запахи, чем те места, где он бывал, пробуждая не зрительные, но обонятельные каналы. Также вспоминал, что рассказывал ему Ларс. Тролль, несомненно, очень много знал о навигации, о полетах в космосе, о перемещениях между мирами. Один раз они даже проходили из Срединного мира в Небесный. Согневар отчетливо помнил, что его раса считается злой и проклятой, сотворенной не богом этого мира, Атуном, но Иенной, которой и поклоняются практически все гнольфы. Согневар, сидя на кровати и держащийся за невероятно тяжелую голову обеими руками, силился понять, откуда у него эти знания. Ему около трех месяцев роду. Он должен был быть обычным щенком, грызть камни, бросаться палками или умереть в канаве, сражаясь с другими такими же, по праву занять свое место в рядах молодых гнольфов-шаманов или воинов. Однако он волшебник, вожак своего племени. Что-то неповторимо ускользало из его сознания, а он все силился и силился ухватить несуществующими руками эту серебристую нить. Злой колдун, Ворманн, его учитель. Он куда-то переместил его, чему-то обучал. Теперь Согневар не помнил ничего. Как ему удалось подчинить себе по возвращении всех шаманов? Почему Гракх слушается его? Почему он сам настолько сильный волшебник? Он что-то пережил, пережил что-то очень серьезное в странствиях и обучениях, которым подвергся вследствие общений с Ворманном. Но Согневар не помнил ничего. Практически белый лист. Такой же белый, как и его шкура. Согневар поднялся и, шатаясь, вышел в коридор тролльского корабля. На полу играли щенки, успевшие родиться за четыре месяца путешествия. Согневар стал вспоминать, почему они так долго в полете. Когда они взлетели выше положенного и оказались в небесном мире, они столкнулись с Авророй.

53. Аврора

Огромный корабль, похожий на летающий остров, созданный из сверкающего металла, украшенный вздымающимися вверх антеннами, похожими на пики, и населенный авроралами. Согневар вспомнил, где он снова столкнулся с этим словом. Словом, авроралы - металлические твари, населяющие Аврору. Аквиралы - их более могущественная и усиленная версия, похожая на металлических грифонов. Аквиралы летают высоко в небе, охраняя Аврору. Сами же авроралы находятся на палубе и следят, чтобы никто из чужаков не оказался в ее трюме. Громовержцы, гигантские чудовища, похожие на металлических монстров с головами гнольфов, являются капитанами Авроры. Громовержцев на ней, как правило, пять или шесть, поэтому даже если один из них падет в бою, особого урона авроре это не нанесет.

Они вынырнули из туч, пролетев чуть дальше обычного, налетели на аврору, которая как раз впитывала огромные белые облака. Что тут началось? Тролли похватали огромные мушкеты, похожие на древесные стволы, окованные металлом, и свесились с мачт головой вниз, похожие на пещерных крылатых зверьков. "Смотри"», - говорил Ларс Согневару, который тут же приготовил волшебство, чтобы отражать атаки странных металлических летающих тварей. "Это авроралы. Хорошо, что мы налетели со всего ходу. Протараним Аврору и двинемся дальше. А она потом будет очень долго чиниться и не пошлет за нами аквиралов. А вот авроралов мы набьем. Они очень высоко ценятся".

Ларс поднял с палубы увесистый камень и броском сшиб . какую-то металлическую гадину. Напоминала она то ли рептилию, то ли какого-то зверя с металлическими крыльями, похожими на гротескное исполнение перьев из полосок металла. Глаза у аврорала светились ярким голубым свечением.

- Посмотри какой! В клетку его!

Тут же два рослых тролля, наряженных в одежды викингов, схватили добытого Ларсом аврорала и заперли его в клетке с волшебным замком.

- Волшебство - стучал длинным изогнутым когтем по замку Ларс. - Волшебство этим механическим тварям очень-очень вредит. Они ничего не смогут против него сделать.

Согневар как мог исцелял и атаковал своим волшебством, помогая своим союзникам. Несколько ударов нанес гнольф Медношкур, но Ларс тут же громко гаркнул на него, попросив не вступать в бой.

- Ты мне тут всю добычу испортишь! Мастер Медношкур - замахал руками Ларс. Они были до того длинными, что при ходьбе тролль частенько опирался то на левую, то на правую руку, и сейчас, размахивая ими, будто взлететь силился.

Все было кончено, все клетки троллей были набиты механическими созданиями, и Согневар решил, что навигационная ошибка Ларса вовсе не являлась таковой, и тролли совершенно специально налетели на эту аврору, о назначении которой Согневар только догадывался. Производить облака, может быть, производить механических созданий, следить, чтобы корабли не залетали так далеко.

- Эх, и далеко мы залетели, - схватился за голову Ларс. Согневар отчетливо помнил этот момент, как изменился в лице тролль. Сначала он решил, что тот играет. Но, принявшись плясать на одном месте, тролль вдруг стал отдавать четкие резкие приказы своей команде на гортанном рычащем наречии троллей, очень похожем на истинный язык гнольфов. Согневар даже понимал некоторые слова. Его эмоции были вовсе не наигранными тролль действительно не хотел залететь в это место.

- Что случилось - спросил Согневар.Гнольф десятник тут же оказался рядом опираясь на огромный топор отобранный ярла дракхов.

- Поднимаемся в небесный мир, вот чего, не любят нас там. Идавелинги, - говорил тролль, выкрикивая слова, ветер усиливался. - Идавелинги и вас не любят, Гнольфов. Смотри, поднимаемся, поднимаемся, косма нас ухватила.

Согневар перегнулся через борт и с оцепенением осознал, что гигантская седая прядь подобно щупальце кракена, вытолкнула корабль троллей из срединного пространства в небесный мир. Согневар вдруг ощутил, как сильно возросли его волшебные способности. Он стал видеть дальше, чувствовать ярче, видеть острее. Гнольф Медношкур зарычал, шерсть на его загривке поднялась Глаза стали медленно наливаться красным светом.

- Скорее помоги своему лучшему воину, Согневар - Закричал Ларс - Его перенасыщает местная энергия. Если так продлится, он сойдет с ума. Придется его связывать. Давай лучше в клетку его.

Согневар пытался чтобы было что-то возразить но видя как меняется его лучший воин исцелил его доброй порцией волшебства. А затем обездвижив согласно повелению Ларса запер того в клетке.

53. Небесный мир

Первое, что Согневар увидел, когда посчитал, что его лучший воин в безопасности, это огромное величественное создание. У него была кошачья голова желтоватого цвета. Золотистый мех играл на солнце, кое-где сплетаясь с длинной серой шерстью космоса В общем-то, только голова у этого создания и была. Огромный летающий золотистый шар. Глаза его были сомкнуты, вытянутый вперед нос был ярко-розовым, а из-под белоснежной губы торчали длинные загнутые клыки. Создание, имевшее размер с несколько летающих островов, находилось довольно далеко, но из-за того, что было поистине огромным, Согневар смог осмотреть его и даже почувствовать его запах.

- Эх ты, смотри, это же мнич! - сказал Ларс.

- Мнич? - переспросил Сагнивар. Этот момент он тоже помнил отчетливо. Что-то в его сознании зашевелилось, когда он услышал это слово. Так же, как когда в первый раз он услышал о троллях.

- Мнич, небесные создания такие, охраняют небесный мир. Всякая дрянь, если сюда залетит, они ее мгновенно съедят. Посмотри, это же гигантская голова, практически полностью пасть. Выглядит как бого-зверь.

Согневар вспомнил, что в срединных мирах очень почитают кошек, называют их богозвери. Они дают электричество. Даже у Эолза Якорника были светильники однако Согневар не знал были ли источником богозвери или волшебство самих эльфов. У Согневара самопроизвольно дернулись уши.

- Слышишь? - сказал ему Ларс. - Сигналы посылает. А мнич-то ручной, наверняка нас почуял. - Эй, вы там, сонные твари, шевелитесь - Ларс снова замахал длиннющими руками. - Надо нам снижаться, иначе он нас проглотит!

- Проглотит? - поднял высоко вверх бровь Согневар .

- Да, проглотит и не подавится. Будет нам очень-очень плохо. Внутри мнича посидим сутки, потом придут викинги и нас всех уничтожат. Согневару совершенно не хотел встречаться с идавелингами особенно вспоминая легенды того мира где он появился на свет. Может быть в животе у мничей обитают сотни тысячи слагфидов из и сальдбурнов, а также множество других созданий которые разберутся с ними намного раньше, чем это сделают идавелинги. Но мнич, как оказалось позже, совершенно не интересовался летающей скалой троллей. Он издал еще один сигнал, и тут на борту летающей скалы увидели, как напротив него поднимается летающий город. Золотые купола, белоснежные колонны.

- Что бы им пусто было, ангелоиды! Так вот почему нас сюда засосало. Хотели нами прикрыться, чертовы бесы! - Тролль принялся рвать на себе рыжие волосы и громко ругаться.

Таких слов Согневар не слышал, но подозревал, что это самая грязная брань, которую ему довелось услышать в своей жизни. Как позже понял Согневар по рассказам Ларса, этот летающий город, который воспарил недалеко от мнича, принадлежит белым тварям, рептилиям, которые называют себя ангелоидами. Они очень напоминают безволосых, например, тех же кастлингов. Однако за спиной у них огромные крылья. Но не серые или черные, как у бесов, а белые. Ангелоиды в таких гигантских летающих крепостях держат рабов. А их энергия, страдания или восхищения которую те возносят им в молитвах и в повседневной жизни, и является самой лучшей пищей для этих рептилий. Идавелинги всецело охотятся на летающие города ангелоидов, и чтобы создать ложную цель, с помощью какого-то хитрого механизма они втянули летающую скалу троллей в небесный мир, чтобы сбить на нее реакцию мнича. Однако мнич попался ручной и тренированный, и быстренько раскусил обман. Пока Ларс все это втолковывал Согневару, нос вожака Гнольфов учуял ни с чем не сравнимый запах. Так пахнет божественное одарение.

- Смотри - сказал Согневар, чье зрение обострилось, и он уже постепенно привык к нему. - Смотри, я что-то вижу. Кто это?

На голове мнича, вернее на его макушке, так как он весь сам являлся почти полностью одной головой, возник яркий портал. Оттуда выскочило несколько теней. Ларс схватился за голову.

- Боги-то мои тролльские! Смотри-ка, так это же Ко'тан! Хана ангелоидом пришла. Эй, ленивые звери! Нечего глазеть на них! Жрецы богов! Божественная божья раса, такая же как идавелинги, только еще сильнее. Они ж нас положат одним взглядом давайте быстрее!

Двигатели под скалой поднятые на красных колоннах гудели, тролли подкидывали уголь в топку, и постепенно гигантской летающей скале троллей по параболе удалось обогнуть огромное белое облако. Согневар смотрел вперёд. Он не думал о племени, о своей самке, о своем лучшем воине, о том, что держит путь к ледяной стене. Все, что он хотел, это смотреть своим новым обострившимся зрением на детей богов, на божественную расу Ко'тан. Их было четверо. Огромный, рослый воин покрытый красным мехом с золотыми рунами. Казалось, он держит в руках по нескольку ножей. Присмотревшись, Согневар увидел, что это огромные когти торчащие из коротких толстых пальцев обрамленных маленькими розовыми подушечками. Огромные красные глаза воина пылали решимостью. За ним двигался грациозный воин, перетекающий, как вода, порхающий, как вермин над цветком. Его мех был такого же красного оттенка, однако более светлый, даже немного рыжеватый, а золотистые знаки на нем извивались рунами. Третий был белоснежный, тоже грациозный и подтянутый, он практически парил в воздухе. От четвертого, парящего высоко над мехом мнича исходило золотистое свечение. Даже на огромном расстоянии, в тысячи протянутых рук, Согневар чувствовал тепло.

- Император.

- Император, правитель, правитель божьих детей? - Переспросил у него Сагнивар.

- Да нет, у них таких часто бывает много. Просто родился с лигулой императора, нос у него кривой и глаза маленькие. Значит, самый первый бог-то у них так и выглядел - говорил ему Ларс а сам попеременно смотрел то вверх, то вниз, покрикивая на свою команду. Некоторые гнольфы племени Согневара обвязали носы тряпками и присоединились к команде Ларса. Согневар понял, что в отличие от него воинам его племени противен запах божественной расы.

- Так и вот молниями он по ним по всем бьет.

Согневар снова посмотрел в сторону Ко'тан. Воины не медлили. И вперед прыгнули двое. Красный атлет с длинными когтями, похожими на ножи, и грациозный воин с золотыми рунами на шкуре.

- Это у них значит жрец воина и жрец монаха, пояснял тролль. Один такой целого войска стоит, а уж двое, практически целой армии. Часто они между собой спорят, соревнования там затевают. Знаешь, как и викинги между собой, когда соберутся на тинг. Но уж если они вместе сюда пришли, видать ангелоиды здорово проштрафились. Сейчас им всем конец и настанет.

После того, как двое Ко'тан приземлились на сверкающий купол летающего города, раздался оглушительный взрыв, и золотистый сноп искр раскатился по небесному миру. Что было дальше, Согневар уже не видел. Седые космы безграничного пространства междумирья втянули летающую скалу обратно в срединный мир.

54. Ничего нет

Согневар вышел на палубу летающей скалы. Было заметно холодно, однако Согневар очень любил подобную погоду, так как вырос среди снегов и льдов. Близился к концу пятый месяц полета. Снова проиграв в своем сознании все, что прошло за это время, Согневар не вспомнил ничего более выдающегося после того, как они увидели расправу над небесным городом ангелоидов. Почему же ему одному среди его племени не был противен, а наоборот, даже приятен запах ко'тан. Почему мнич не проглотил их после того, как раздался взрыв? Он спокойно мог переместиться к ним, а летающая скала троллей была ему на один зуб. Немного подумав над этим, Согневар нос к носу столкнулся с Ларсом, рыжим вожаком троллей.

- Вышел уже, значит? Смотрю, ты в мигрени -то пребывал. Дня три, наверное. А мы твоему племени уже помогли выгрузиться. Два дня туда-сюда летаем.

- Мы уже прибыли? - удивился Согневар .

- Конечно. За час до того, как ты свалился и перестал отвечать на любое обращение. Что кричи тебе, что копьем коли, что зубами кусай, что мечом режь. - Ларс рассмеялся. - Валялся, как истукан, да и все. Но самка-то твоя взяла на себя руководство. И шаман твой, Гракх, помогал ей. Нашли мы для вашего племени хорошее место. Вон там, видишь, высокая ледяная скала.

Согневар посмотрел вдаль. Хорошее зрение, приобретенное им в небесном мире, хоть немного и притупилось, но никуда не делось. Интересно, а его воины приобрели подобную способность? При случае Согневар намеревался спросить это Рядом с ним появился гнольф медношкур.

- Вождь, мы переживали о тебе

Согневар хотел было что-то сказать, но вдруг его сознание поразил немой вопрос

- Ты же хотел отправиться с другим племенем, остался там.

- Ты что-то путаешь вождь - гнольф медношкур принюхался к Согневару и немного склонил голову - я все это время был здесь нигде не оставался

Согневар ощутил вдруг сильный волшебный удар по своему сознанию Он практически присел, но тролль и гнольф придержали его.

- Что-то ты совсем плохо стал, вожак - сказал Ларс - Ну ничего, побудешь немного на ледяной стене, поохотишься на местных ящеров, все у тебя и тебя отпустит давай-ка спокойно спустим его медношкур.

- Да мастер ларс - сказал вновь медношкур и двое здоровых мужчин потащили Согневара к трапу.

Возможно, ничего не существует, маячила у Согневара в голове мысль. Возможно, ничего из того, что я сейчас вижу, нет. Все это мираж, дымка, наведенное кем-то волшебство. Может быть, и я до сих пор лежу в пещере, где мы сражались со звездой, а древнейший Аствол громко крича «Ха! Тха!» посылает разряд за разрядом в это чудовище. Возможно, меня погребли где-то в курганах дракхов, и чудовищные ожившие мертвецы поют надо мной свои бранные песни. Может, меня просто съел гигантский ящер, и мое сознание бьется в стенки его ненасытной утробы.

- Вождь! Вождь! - громкий девичий голосок вырвал Согневара из его дум. Это была Фир, который бежал навстречу ему. Летающая скала троллей практически приземлилась. И Согневар увидел, как его племя обжилось на новой территории. Вход в пещеру был облагорожен, норы вырыты. Когда скала снизилась, лавина на одной из горных шапок покатилась вниз к самке и зависнув в воздухе упала прямо на нее. Фир не успела издать ни единого писка, как перестала существовать. Наступила гнетущая тишина. Самки заскулили, один из молодых гнольфов завыл. Ларс мгновенно из веселого стал грустным и посмотрел на Согневара. Но Согневар ничего не чувствовал, кроме досады. «Когда-нибудь я все-таки выучу заклинание воскрешения, подумал Согневар.