Собиратель теней. Буйный сезон Книга 2
Глава 1 Ложное обвинение
Ложное обвинение
Интерлюдия…
Ишид нашел баронета там, где они и договаривались – в небольшой гостинице почти в центре города. Ее название, «Дворянское гнездо», говорило само за себя – незнатные люди туда почти не заглядывали. Охрана задержала угая на входе, его расспросили, к кому пожаловал, и лишь после личного подтверждения от постояльца пропустили внутрь.
Гермус Жилский занимал самый дорогой номер гостиницы, состоявший из трех богато меблированных комнат. Окна в них обрамляли гобеленовые шторы ручной работы, а освещали помещения хрустальные люстры с недешевыми магическими свечами. Вельможа любил роскошь и перед отправкой в столицу желал насладиться ею в полной мере. Надежды обогатиться в степи не сбылись, и теперь жить в стольном граде, скорее всего, придется намного скромнее.
Баронет принимал Ишида в гостиной. Однако роскошная обстановка не произвела на угая особого впечатления: для любого жителя Хаши было важнее, сколько у него золотых монет или скота, а интерьер дома оценивался исключительно с точки зрения удобства.
- С чем пожаловал, друг мой? – спросил баронет. В степи он именно так обращался к целителю.
- Я, как и обещал, подумал над твоим предложением. Решил, что было бы неплохо присоединиться к вашему отряду, чтобы добраться до столицы.
- А как же твои приятели?
- Скажем так – наши дороги разошлись.
- Отчего же? – баронет постарался скрыть довольную улыбку. Угай все-таки пришел, значит не зря вельможа его «окучивал».
- Выяснилось, что наши мнения по одному щекотливому вопросу не совпадают.
- Деньги? – единственное, что мог предположить Гермус.
- Я не хотел бы это обсуждать.
Ишид не имел опыта общения с вельможами, поэтому он продолжал разговаривать с баронетом, как у себя в степи. Целитель еще не понял, что там Гермус зависел от него, а в городе ситуация коренным образом изменилась. По сути, сейчас гость выступал в роли просителя.
- Могу помочь выбить из твоих бывших друзей кругленькую сумму. Насколько я понял, они-то вышли из степи не с пустыми руками.
Целитель не спешил сознаваться, что и у него деньги имеются. Перед визитом к баронету Ишид заглянул в городской сквер и в укромном месте припрятал личные богатства, оставив себе только десять монет золотом.
- Не хочу лишний раз с ними встречаться.
- Не забывай - дорога в столицу обойдется недешево. Конечно, я могу и сам ее оплатить, но на определенных условиях…
- На дорогу денег мне должно хватить, - остановил его целитель.
- А на жизнь в столице? – хитро прищурился баронет.
- Ты же сам говорил, что с моими способностями можно устроиться в лечебницу при академии.
- И сейчас повторю - можно. Однако без надежной рекомендации туда никого не берут. Вот если бы ты был дворянином или за тобой стоял влиятельный человек из числа знати - тогда другое дело.
- Ты же замолвишь за меня словечко? – как о само собой разумеющемся спросил целитель. Все их предыдущие разговоры однозначно подразумевали поддержку со стороны баронета.
- Если мы договоримся - замолвлю. – Гермус сейчас напоминал довольного кота, наблюдавшего за полупридушенной мышью, уверенного, что никуда его добыча не денется.
А угай уже успел пожалеть, что пришел к этому человеку. Неприятный разговор его сильно напрягал.
- Думал, мы все обговорили в степи, - напряженно произнес целитель.
- Когда ты меня малость подлечил, мы обсуждали лишь намерения, а конкретику оставили на потом.
- И в чем будет состоять эта конкретика?
- Да так, сущая ерунда - ты должен будешь подписать бумагу. Только после этого станешь моим человеком, за которого я смогу поручиться. Разумеется, это формальность, но без нее – никак.
Иммунитет к подписанию контрактов у угая выработался еще в Ибериуме, когда он понял, чем это может для него обернуться. Сейчас он запросто мог попасть в рабство. Возможно, его положение будет чуть легче, чем у невольников на острове дрегов, но так называемая служба на вельможу предполагала беспрекословное выполнение всех приказов хозяина.
- Контракт? – обманчиво-спокойно переспросил Ишид.
- Да, самая обычная бумажка, которая откроет для тебя необычайные возможности.
- Контракт – это серьезно. Надо подумать, - попытался потянуть время угай. – Надеюсь, мы выезжаем не завтра?
- А чего тут думать? Сейчас мои люди составят текст. Подписывай - и можешь спокойно собираться в дорогу.
- Важные вопросы я в спешке решать не привык. Пожалуй, откажусь, - покачал головой целитель.
- Уверен?
- Не люблю, когда на меня давят.
- А не люблю, когда попусту тратят мое время. Особенно те, кто моего мизинца не стоит! – повысил голос Гермус.
После этих слов из соседней комнаты вышли два охранника при оружии, сразу перекрыв гостю путь к отступлению.
- Что это значит? – пытаясь сохранять спокойствие, спросил угай.
- Не хочешь по-хорошему - будет по-плохому. Этот простолюдин пытался украсть у меня, - баронет вытащил из кармана кошелек и бросил его на стол, - деньги. Вы - свидетели.
Вошедшие молча кивнули.
- Наглая ложь! – возмутился Ишид.
- Ты сможешь доказать это в суде?
- Конечно! Поклянусь магической клятвой.
- Преступников, не имеющих диплома волшебника, наказывает обычный суд. Последний раз предлагаю подписать контракт.
- Да я лучше сдохну!
- Зачем же такие крайности? Схватить вора!
Еще на входе в номер угаю пришлось сдать свой нож-копье охранникам, поэтому сейчас он даже не мог оказать сопротивления. Когда целителя связали, баронет, ухмыльнувшись, добавил:
- А еще на суде я добавлю, что ты намеревался убить меня ножом, который тайно пронес мимо охраны. Знаешь, что за это положено? Либо смертная казнь, либо полное подчинение пострадавшему. Угадай, что я выберу?
***
Нам оставалось напоследок еще раз встретиться с Атимой, и можно было покидать негостеприимный Туреин. Честно говоря, задерживаться в городе совершенно не хотелось, слишком уж много проблем свалилось здесь на наши головы всего за неполные пару дней.
Атаманша, под чьим предводительством мы освободили пленниц, обещала днем выдать полагавшуюся нам долю трофеев. Мы решили не отказываться и отправились к ней сразу после сытного обеда.
Домик, в котором она остановилась, находился всего в двух кварталах от нашей гостиницы, поэтому мы дошли туда пешком. Двери открыл один из помощников во вчерашней схватке с бандитами.
- Входите, вас ждут на втором этаже.
Вчера Борина вкратце рассказала про свое знакомство с Атимой. Жена старосты небольшой деревеньки пообещала помочь девушке добраться до города и найти похищенных. И ведь действительно помогла.
«Если эта женщина из деревни, то откуда у нее столько знакомых в Туреине? И все как на подбор - явно неробкого десятка. Да и сама старостиха – ниндзя в юбке. Не знаю, есть ли у нее магические способности, но и без магии Атима круче многих одаренных будет».
Поднявшись по деревянной лестнице, мы вошли в просторную комнату с двумя окнами. Атаманша ожидала нас, стоя возле подоконника.
- Добрый день, соратники, - улыбнулась она. – Подсчет трофеев окончен, теперь могу выдать вашу долю.
- Здравствуйте, - хором поздоровались мы.
- Присядем? - она кивнула на стулья вокруг стола, на котором гостей ожидали чайник с чашками и аппетитно порезанный на куски пирог с мясом. Атима заняла место первой.
- Благодарю за угощение, - последовал ее примеру. Алгай с Игуном присоединились.
- Там, случайно, не вашего угая завтра судить собираются? – спросила хозяйка, разливая чай по чашкам.
- Судить? За что? – ее вопрос сразу вывел из расслабленного состояния.
- За воровство и попытку убийства баронета Гермуса Жилского, - сообщила атаманша.
С трудом сдержался, чтобы не воскликнуть: «говорил же ему не связываться с вельможами!».
- Не может быть! Он этого Гермуса в степи с того света вытащил. С чего бы здесь вдруг решил убить? – недоумевая, произнес Алгай.
- Так этот угай - одаренный целитель? – Атима жестом предложила взять чашки.
- Да, – кивнул, передавая чай ребятам.
- Тогда плохо дело. За ним кто-нибудь стоит?
- Раньше - мы, но даже от нас он ушел, - ответил я.
- Значит, вашего целителя точно закабалят по ложному обвинению.
- И ничего нельзя сделать? – спросил Алгай. – Вообще-то Ишид моего отца спас.
- И многих пограничников излечил, - добавил Игун.
- Можно поискать хорошего адвоката, но суд все равно будет на стороне вельможи. Разве что приговор удастся смягчить.
- Сколько стоит лучший адвокат города? – задал вопрос мрачным голосом.
Как бы я ни относился к Ишиду, нельзя было сбрасывать со счетов, что он действительно очень много сделал для нашего отряда. К тому же, появившемуся тогда в палатке странному незнакомцу я обещал, что вытащу целителя из беды. А обещания я привык выполнять.
- Из толковых - тех, кто не побоится ввязаться в это дело, знаю только одного, - задумчиво произнесла Атима. – Но он меньше полусотни золотом не берет.
- Мы согласны оплатить его услуги, - произнес я и посмотрел на друзей. – Я правильно говорю?
Оба молча кивнули.
Вытащил из сумки деньги, однако атаманша меня остановила:
- Твоя доля как раз составляет полтинник. Адвоката я найму, - она вышла из-за стола. Негромко переговорив с кем-то в коридоре, быстро вернулась. – Нужный человек в городе, он сегодня же займется делом.
- Спасибо огромное! А нам что делать?
- Думаю, к ночи адвокат обрисует все наши действия. Пока - только ждать. Вы угощайтесь. Или мой пирог не понравился?
Мы усердно принялись доказывать обратное. В ходе нашего краткого застолья несколько раз ловил на себе ее внимательный взгляд и все не мог понять, что он значит. Даже неловко как-то стало.
«Вряд ли она на меня «запала». Даже если не обращать внимания на разницу в возрасте, ее изучающий взгляд не вяжется с романтическими настроениями. Нет, конечно и их исключать нельзя, однако чуйка говорит другое. Волчице явно что-то от меня нужно…»
- Тогда мы, наверное, пойдем? Спасибо за помощь с адвокатом и за угощение.
- Спешишь? – обратилась Атима ко мне.
- Нет. По крайней мере, до указаний адвоката.
- Тогда мне хотелось бы перекинуться с тобой парой слов наедине. Мальчики, не возражаете подождать своего командира на первом этаже?
Парни молча покинули комнату. Атаманша задержала на мне взгляд, а потом:
- *** *** ***! – выдала она на «русском народном» фразу, от которой у меня чуть уши в трубочку не свернулись.
«Такими словами точно не заигрывают с понравившимся парнем».
- И чем я заслужил столь бурное негодование? - спросил в ответ на великом и могучем.
- Э…ты сейчас что сказал? – теперь она говорила на местном.
- А ты? – пришлось перейти на язык миригов, поскольку Атима явно не поняла ни слова из сказанного.
- Только не говори, что не понял меня. – Женщина продолжала внимательно вглядываться в мое лицо. - Я видела твою реакцию.
- Конечно, - хмыкнул я.
- Переведешь?
- Не уверен, что стоит. Если вкратце… там в крайне грубой форме упоминаются детородные органы и предрекается полный крах миру. Неужели я при тебе так высказался? Обычно я никогда не матерюсь при женщинах, даже если они говорят на другом языке. Совсем распустился, – мне действительно стало неловко.
- Нет, эти выражения я слышала очень давно. И неоднократно, потому и запомнила. Ты лишь встряхнул мою память. Не подскажешь, что это за язык?
- Он не от мира сего, - попытался уйти от прямого ответа.
Мы так и продолжали сидеть за столом, разглядывая друг на друга. Она - с легким прищуром, я - широко раскрытыми глазами. Наконец, Атима усмехнулась и заговорила:
- Так и думала, что спасший нас двадцать четыре года назад мужчина был не из нашего мира. Ты ведь тоже?
- По документам я - горец из селения Огуры.
- По документам ты - Алтон, хотя твоя зеленоглазая подружка называла другое имя. Но мне все равно, я не следствие веду.
- Хорошо. Допустим, я действительно из другого мира. И что из этого?
Она снова задумалась. Откинулась на спинку стула и продолжила разговор лишь через пару минут.
- Мне не дает покоя одна давняя тайна. Ты что-нибудь слышал о временах, когда наше королевство едва не развалилось?
- Нет. Я же тоже не от мира сего.
- Ну, да, тогда слушай. Я те годы была совсем молодой. Только-только поступила на службу в отряд амазонок, а тут такое началось! Монарх умер, в столице хаос, убийства, погромы… И нас, самых молодых девчонок, под предводительством незнакомого всем нам мужчины вдруг отправляют не куда-нибудь, а к степи, точнее - к перевалу. Для чего - никому не объясняют. Почему по нашим следам отправился отряд головорезов, тоже непонятно. По пути мы раз пять вступали в бой. Если бы не командир, все бы там и полегли, но вышло наоборот: погибли наши преследователи. Этому человеку и я, и многие амазонки обязаны жизнью. В то время за ним любая пошла бы в огонь и в воду. Однако прямо возле перевала он распустил отряд и в одиночку отправился в степь. Больше о нем ничего не знаю. Может, ты в курсе?
Многое из ее сбивчивого рассказа было непонятно. Амазонки, головорезы, командир, владевший русским матерным… И сейчас все это она вывалила малознакомому человеку лишь потому, что он ругался так же, как их командир?
Понимал, что Атима вряд ли кому-нибудь еще рассказывала эту историю. Неужели только в память о командире? Опять же, что она ожидала услышать взамен от меня? Немного подумав, решил, что могу немного рассказать о себе. Ведь то, что знают трое, знают все.
- Полагаю, твой командир был тоже из моего мира. Не знаю, как попал сюда он, но я - через степь. Думаю, тот человек мог знать способ вернуться домой, вот и воспользовался им. Только не спрашивай, чем он тут занимался, и почему сюда занесло меня? Ни на тот, ни на другой вопрос ответов у меня нет.
- И не собиралась, - она вздохнула с облегчением. - Главное было понять, почему он ушел в степь. И теперь я могу считать, что он вовсе не погиб, а просто вернулся домой. Спасибо. Надеюсь, ты понимаешь, что сказанное должно остаться между нами?
- Мне чужие тайны ни к чему, своих - выше крыше. А уж рассказывать про них вообще нет никакого желания: от любых секретов только очередные проблемы.
- Неужели ты меня считаешь болтушкой?! – она наигранно нахмурила брови.
- Нет, тебя я благодарю за все. Мне сразу полегчало - не я первый сюда провалился.
- Про иные миры закончили, давай вернемся к нашему, - она подвела черту в приватной беседе. – Когда встречусь с адвокатом, сразу дам знать. Не уверена, что он захочет разговаривать с кем-то, кроме меня, но вечером постарайтесь не покидать гостиницу.
- Договорились, - кивнул я.
- Одно знаю точно: вытащить целителя из ловушки будет очень сложно. Надежда лишь на то, что баронет действует на свой страх и риск, не привлекая к делу папашу.
- Почему?
- Возможно, сынок не все учел. Но все равно завтра будет очень нелегкий день.
- У меня в этом мире других вообще не бывает.
- А в том, своем?
- Немногим лучше, - припомнил я кошмарные пятницы. – Зато неприятности четко по графику – раз в семь дней.
- Вечером увидимся в любом случае, - пообещала она, вставая из-за стола.
- Будем ждать, - я тоже встал и направился к выходу.
Внизу меня с нетерпением ждали парни. Когда мы вышли на улицу, начались вопросы:
- Алтон, о чем почти четверть часа можно разговаривать с красивой женщиной? – начал подтрунивать Игун.
- Ни - о чем, а - о ком. Тебя обсуждали, - выдал неожиданный для парня ответ.
- Меня? – он даже приостановился.
- Понравился ты ей, вот и переживает, что слишком молод. Кроме того, у нее муж, дети… Ты же не хочешь разбить чужую семью?
Когда я в присутствии Борины ненадолго задержал взгляд на атаманше, девушка тут же выдала примерный возраст женщины, семейное положение и наличие двух взрослых детей.
- Да я… да она… - парень покраснел. – Мне еще магии обучаться нужно...
- И не только. Еще просто ума набраться. Игун, неужели ты думаешь, что я действительно буду передавать разговор, если женщина хочет сохранить его в тайне?
Парень еще сильнее покраснел:
- Да ну тебя! - окончательно сконфузился приятель.
- Только не обижайся. Просто запомни: некоторые вопросы не стоит задавать даже друзьям. Мы ведь друзья?
Игун задержался с ответом всего на пару секунд:
- Это точно! Извини, друг.
Глава 2 Это всего лишь деньги
Это всего лишь деньги
В своем мире мне с судебной системой сталкиваться не приходилось, но заочно об адвокатах по разговорам сослуживцев сложилось довольно негативное мнение: дескать, они только и умеют, что за малейший чих тянуть деньги из клиентов. Наш мне поначалу тоже показался из той же породы, поскольку сумму за свои услуги он заломил немалую. Однако, следует отдать мужику должное, к делу подошел ответственно. Адвокат встретился со мной вечером накануне суда и подробно расспросил об Ишиде. Внимательно выслушал, что-то прикинул в голове и обозначил сумму взятки судье. Выдал деньги без возражений. Специалист по защите подсудимых ко всему подходил обстоятельно: неспешно пересчитал деньги и начал просматривать записи в блокноте по нашему делу. Я успел заметить не менее десяти страниц, исписанных мелким почерком, что внушало доверие. Аккуратно убрав блокнот в кожаный портфель, он наконец озвучил наиболее благоприятный исход предстоящего судилища:
- Есть шанс свести приговор к штрафу, причем довольно солидному. Однако и это еще не все… Заплатить его может далеко не каждый, а лишь человек, которого с обвиняемым связывают родственные или иные юридически подтвержденные узы.
- Односельчанин подойдет? – я сразу вспомнил о своей «прописке» в деревне Хаши.
- У тебя имеются соответствующие документы?
- Я из Хаши, - важно произнес кодовую фразу и показал засветившуюся на ладони треугольную печать.
Адвокат снова открыл блокнот и сделал пару записей, затем:
- Гм, а ведь это может сработать. Только учти, Алтон: штраф на таких процессах может превышать тысячу монет золотом.
На несколько секунд я попросту впал в ступор. Не так давно сумма даже в десять золотых была для меня неподъемной, а эта на два порядка выше. «Переваривая» информацию, мысленно высказал все, что об этом думаю. Быстро подсчитал наши накопления: выданный Ашкуном вексель на пятьсот золотых, монеты от реализации трофеев, добытых у кочевников и бандитов, напавших на перевале, плюс добыча из степи. Примерная сумма приближалась к восьми сотням. Если продать лошадей и мою артефактную торбу, являвшуюся неким пространственным карманом… Кроме того, вспомнил о шкатулке удвоения и запасах Алгая. Расчеты показали, что денег точно хватит. Вот только про учебу всем придется забыть. Ну, так и мы не последний год живем.
- Монеты найдем, - выдавил я из себя.
Не скажу, что особо горел желанием помогать целителю, но он действительно вернул с того света отца нашего Алгая и спас нескольких пограничников, да и мне не раз оказывал помощь в степи. А кроме того, очень хотелось щелкнуть по носу зарвавшегося баронета.
Переговоры с юристом проходили в той же комнате, где недавно мы с Атимой, которая сейчас тоже присутствовала, обсуждали ее странного знакомого.
- Точно найдете? – решила уточнить атаманша. – Если что, можешь рассчитывать на мою помощь - монет двести собрать смогу. Как-нибудь потом отдашь. Только учти: в городе я пробуду всего три дня.
- Спасибо, справимся сами.
- Хорошо, - кивнул адвокат, которого наша высокая платежеспособность почему-то совсем не удивила, а может он просто не подал вида. - А теперь слушайте, как мы поступим завтра.
Далее мы прослушали весьма подробный инструктаж своих действий и пояснения об их точном исполнении.
Следуя указаниям адвоката, утром в зал суда мы заходили по одному и занимали места на задних рядах, чтобы не попасться на глаза ни угаю, ни баронету.
Как и предполагал наш юрист, заседание проводили в открытом режиме. Баронет, похоже, не хотел доплачивать за удаление зевак из зала суда. Благодаря его экономии, сегодня любой желающий за одну малую серебряную монетку мог поглазеть на судебные разборки между дворянином и простолюдином.
Стараниями Атимы пустых мест в зале не осталось. По ее словам, дворяне часто привлекали своих людей, чтобы прямо во время заседания оказывать давление на суд. Если они сегодня «подсадные утки» Жилского тут и были, то в явном меньшинстве, что сразу сказалось на настроении баронета.
- Слушается дело… - начал судья, и тут в зал стремительной походкой вошел наш адвокат.
- Прошу прощения, ваша честь, немного задержался.
- Кто такой? – надменно спросил судья, словно впервые видел вошедшего.
- Адвокат обвиняемого.
- Ты опоздал, поэтому не можешь быть допущен к рассмотрению…
- Ваша честь, здесь изложены причины моего опоздания, - адвокат достал из портфеля лист бумаги передал судье.
Тот бегло ознакомился с документом, округлил глаза, изображая изумление, и недовольно произнес:
- Так бы и сказал сразу! Займи свое место!
Опоздавший сел рядом с подзащитным и что-то прошептал тому на ухо. Только сейчас я заметил на шее Ишида необычный амулет и оковы на руках.
Баронет занервничал - присутствие на суде неизвестного адвоката явно не входило в его планы. Он пошептался с солидным мужчиной, сидевшим рядом, но тот лишь пожал плечами.
Насколько я понял, и «опоздание» адвоката, и недовольство судьи с последующим удивлением после ознакомления с бумагой являлись частями спектакля, срежисированного защитником. Возможно, он действительно стоил потраченных нами денег.
- Слово предоставляется истцу, - прозвучал голос судьи.
Жилский поднялся, кипя от «благородного негодования»:
- Этот негодяй, нагло воспользовавшись моим доверием, проник в мой номер и украл кошелек. Однако и этого ему показалось мало. Преступник попытался меня убить. Требую справедливого суда и достойного наказания! У меня все, ваша честь.
На мой взгляд, речь - так себе. Разве что краткая.
- Суть обвинения всем ясна? – спросил судья. – Вопросы имеются?
- Разрешите? - поднялся адвокат. Получив безмолвное одобрение, он приступил к работе. – Начнем с обвинения в убийстве…
В следующие четверть часа на баронета обрушился град уточняющих вопросов. Сразу или нет обвиняемый пытался убить, каким образом, чем, вплоть до расстояния, на которое угай приблизился к жертве, чтобы зарезать. Во время этих расспросов баронет попытался «наехать» на адвоката, в грубой форме обозвав того наглым простолюдином.
- Поосторожнее со словами, господин Жилский. За оскорбления, согласно дворянскому кодексу, я могу вызвать тебя на поединок.
- Да кто ты такой, чтобы…
- Баронет, - вмешался судья, подняв ту самую бумагу, что в начале заседания была ему передана защитником, - должен сообщить, что господин Эртус Лидский не только член гильдии адвокатов, но и принадлежит к благородному роду.
Насколько успел понять, фамилии в этом мире имели только представители дворянского сословия.
- Прошу прощения, - сразу пошел на попятную Жилский, - наглый преступник просто выбил меня из колеи. Я ему доверился, а он...
Угай несколько раз пытался вскочить и ответить на лживые обвинения, но адвокат успевал его сдержать.
- Могу я осмотреть оружие преступления? – закончив опрос Жилского, обратился адвокат к судье.
- Нож на столе, - пробурчал тот.
Во время нашей вчерашней встречи юрист подробно расспросил об оружии Ишида. Я рассказал ему все, что смог вспомнить.
- Обвиняемый, поведай суду, что это за оружие?
- Копье, - ответил тот.
- А почему оно выглядит, как нож?
- Нужно нажать на выступ, - довольно равнодушно отвечал Ишид, не понимая, какое это имеет значение.
Попытка защитника нажать куда бы то ни было ни к какому результату не привела, поэтому он под свою ответственность попросил разрешения судьи на проведение следственного эксперимента. В руках подсудимого нож моментально превратился в копье.
- А теперь позволь спросить, уважаемый господин Жилский, зачем подозреваемому, вдруг решившему убить исцеленного им же человека, приближаться на расстояние вытянутой руки, если он имеет копье? Или считаешь, что Ишид внезапно обезумел? Так в этом случае надо не в суд обращаться, а в психушку или к волшебникам - вдруг на целителя наведено проклятье?
Баронет не стал отвечать сразу. Посоветовавшись с сидевшим рядом с ним человеком, он поднялся и с расстановкой заговорил:
- Обдумав события вчерашнего дня, сегодня я принял решение снять обвинение в попытке меня убить. Наверное, слишком перенервничал вчера из-за вероломства вора, ведь все мы люди и можем ошибаться.
Во вчерашнем разговоре мы коснулись темы одаренных. Адвокат рассказал, что рассмотрение дела в магическом суде для тех, кто не являлся волшебником, стоит немалых денег, но в этом случае обвиняемый мог пойти на крайнюю меру – произнести магическую клятву, что не совершал преступления. Правда, ложь в этом случае приводила к смерти, если же выжил - полное снятие всех обвинений.
Целитель по совету защитника снова превратил копье в нож и вернул суду, хотя было видно, насколько ему не хотелось этого делать.
- Значит, переходим к рассмотрению второго пункта обвинения: кража, - предложил судья. – Истец обозначил свою позицию. Что скажет защита?
Адвокат снова начал расспрашивать баронета и свидетелей, но на сей раз Жилский вел себя увереннее, словно уже не раз проходил всю эту процедуру. По крайней мере, адвокату не удалось хоть как-то запутать истца.
«Неужели этот тип постоянно так разводит людей на деньги? Сначала приглашает в гости, нанимает свидетелей, а потом суд и будьте любезны – платите штраф?»
Закончив слушание, судья с двумя помощниками, адвокатом и представителем баронета удалились, чтобы определиться с приговором.
Надо отметить, что в ходе процесса зал постоянно поддерживал адвоката и осуждал «пострадавшего», пытаясь оказывать давление на принимающих решение. Несколько раз судья грозился прогнать самых активных, но так и не осуществил угрозу, поскольку вся публика, судя по одежде, принадлежала к зажиточному классу. Насколько я понял, и эта часть спектакля была разыграна по сценарию нашего адвоката.
- Подозреваемый Ишид признан виновным в попытке совершения кражи и приговаривается к пяти годам каторги, которая может быть заменена штрафом в размере десятикратной суммы украденного, - объявил приговор судья. - Адвокат, возьмите вещественное доказательство и пересчитайте.
- Пятьдесят золотых, - объявил защитник, изучив содержание кошелька.
- Подведем итог, господа. - Снова заговорил судья. - Сумма штрафа в королевскую казну составляет пятьсот монет. Размер судебных издержек - пятая часть штрафа, выплата пострадавшему за моральный ущерб – также пятая часть штрафа. Тот, кто прямо сейчас пожелает внести семьсот монет, может взять обвиняемого на поруки. В зале есть желающие?
- Есть, ваша честь, - поднялся я. – Кому необходимо передать сумму штрафа?
Приятно было видеть вытянувшиеся лица баронета и целителя. Ни тот, ни другой не ожидали моего присутствия здесь, не говоря уже об остальном.
- Кем тебе приходится подсудимый? – после продолжительной паузы спросил судья.
- Односельчанином, - сделал я сомнительное, как показалось всем присутствующим, заявление.
- И можешь это доказать, молодой человек?
- Могу, - кивнул и вышел массивному столу. – Ишид, покажи ладонь и произнеси: «Я из Хаши».
После того, как все увидели светящийся треугольник, я повторил тот же фокус.
- Хочешь сказать, что ты - угай?! – возмутился баронет.
- Все, что хотел, я уже сказал.
- Это его сообщник! Они вместе собирались меня обокрасть! Я требую… - начал было Жилский, но гул присутствующих заглушил его слова. Судья взялся за молоток, призывая к тишине. Когда гомон стих, заговорил адвокат:
- Человек, способный заплатить семь сотен, станет соучастником в краже пятидесяти монет? В судебной практике королевства такого не случалось. Ты уверен, что хочешь выдвинуть еще одно обвинение? – обратился он к баронету.
Посоветовавшись с помощником, Жилский покачал головой
Из здания суда мы выходили практически без денег, зато вместе с целителем.
- Зачем ты это сделал? – спросил Ишид, чуть отойдя от входа.
- Не я, а мы. Затем, что не бросаем боевых соратников в беде.
- Но ты в итоге лишил всех возможности учиться! И самого себя - в том числе, - продолжал кипятиться целитель, считая меня единственным освободителем.
- Один мой знакомый говорил: «Это всего лишь деньги. Их можно заработать. И потерять. И снова заработать. А вот человека, если он погиб, обратно не вернешь». Думаю, он тысячу раз прав.
- Меня не собирались казнить, Платон! – почти выкрикнул угай.
Мы шагали через многолюдную улицу и ловили на себе недоуменные взгляды прохожих, вызванные бурными эмоциями Ишида.
- Не стоит повышать голос, на нас уже смотрят, - попытался утихомирить угая. – Что же касается казни… Существуют вещи и пострашнее смерти.
- Но все это - мое личное дело. Зачем вмешиваться в то, что тебя не касается?
- А вот тут ты не прав. Только мне решать, что меня касается, а что - нет. Ты спас от смерти отца Алгая, исцелил пограничников, помогал нам в трудных условиях… Вот я и недоумеваю - что в тебе сломалось, что заставило отправиться к баронету? Желание батрачить на этого подонка?
- Я бы выбрал каторгу, - «сбавил обороты» целитель.
- Твой друг баронет наверняка сумел бы найти способ и заставить работать на Жилских или на кого-нибудь еще хуже…
- Они бы не смогли меня заставить.
- Во-первых, не переоценивай себя. А во-вторых, тебя могли попросту использовать втемную.
- Но я же его от смерти спас, почему эта сволочь…?
- Сам же сказал - потому что сволочь. Не в моих принципах напоминать, но один раз нарушу: я тебя предупреждал?
- Было дело, - понуро сознался Ишид.
- Ладно, мы тебя из беды вытащили, а теперь, извини, пора и свою жизнь устраивать. Нам надо готовиться к новому рейду в степь.
- Не надо, - пробурчал целитель. – У меня есть монеты.
Из здания суда мы направлялись к своей гостинице. Атима, встретив нас на выходе из «дворца правосудия», велела немного попетлять по городу, чтобы она смогла отследить, не увязался ли кто за нами.
- А на суде объявили, что все твое имущество конфисковано. Даже копье пришлось выкупать.
- Отобрали то, что нашли, но не все. Тут неподалеку сквер, давайте заглянем.
Подобный крюк вполне вписывался в план по запутыванию следов, и мы направились за угаем.
«Если ему удалось сохранить свои две сотни, будет очень неплохо. Сможем хотя бы Игуна к учителю пристроить, - размышлял я относительно ближайшего будущего. – Но в степь все равно придется отправляться, хотя желания нет никакого. Как же иногда судьба умеет преподносить сюрпризы! Еще вчера мы были богаты, имели неплохую «подушку безопасности» даже после оплаты за учебу, а сегодня…»
Настроение у всех было паршивым, однако Алгай даже сейчас успевал поглядывать по сторонам. Он и сообщил шепотом, что за нами кто-то следует:
- Я вон ту ворону уже третий раз вижу. То подлетит, то отстанет.
- Ты умеешь отличать одну ворону от другой? – так же тихо спросил я, даже не пытаясь отыскать птичку взглядом.
- Она слишком темная для местных ворон, иссиня-черная.
«Ну да, бывает ворона белая, и ее среди других просто нельзя не заметить, а наш ефрейтор обнаружил самую черную. Но я ему верю, он - парень глазастый».
- А кто умеет использовать птиц для разведки? – вопрос я задал Игуну.
- Только неслабые волшебники, - подтвердил догадку он. – Одаренным и магам начальных рангов такое не под силу.
«Неужели баронет нанял волшебника и теперь собирается мстить? Так вроде не за что - он все равно после суда стал на сто монет богаче. Или таким всегда мало? В следующий раз встречу гада на узкой дорожке - точно рожу начищу! Но сейчас следует разобраться с вороной!»
Мне жутко не понравился чужой пригляд.
- Ишид, ты как-то говорил, что неплохо камни бросаешь. В ворону попадешь?
- Если не дальше тридцати шагов, то должен. Только я в этом сквере ни одного булыжника пока не видел.
Не так давно, шаря в своей артефактной сумке, наткнулся на камешек, который подобрал в степи во время схватки с головастиками. Тогда воспользоваться им не пришлось, и я машинально сунул «подручное средство» в сумку. Собирался потом выбросить, но внутренний голос остановил - а вдруг опять понадобится? Голос оказался «глазастый» - как в воду глядел.
Внутри городских стен носить стрелковое оружие разрешалось только в зачехленном виде. Любой патруль мог схватить нарушителя и привлечь к ответственности, поэтому я не рискнул доставать арбалет из торбы. Совсем другое дело - камень.
Незаметно для крылатого шпиона передал целителю камешек, и мы пошли дальше. Угай сделал вид, что отстал за кустиками по нужде. Ворона последовала за нами.
- Я слышал, зачарованных тварей не так просто убить, - тихо произнес Игун.
- Может наш целитель - мастер по бросанию камней? Подобьет птичке глаз, и испортит наблюдающему за нами всю картинку.
Мы остановились возле небольшой клумбы, поджидая Ишида.
Примерно через минуту раздался глухой хлопок. Повернувшись на звук, заметил разлетающиеся в разные стороны перья. Вскоре из-за кустов вышел наш «снайпер», внимательно разглядывая булыжник.
- Алтон, а ты с птичками исключительно рунитом сражаешься?
- Чем?
- Сам посмотри.
- Камень как камень, - я повертел в руках орудие убийства необычной вороны. – И чем он отличается от остальных?
- Видишь синие прожилки? – Ишид указал на нитевидные вкрапления.
Попытался вспомнить, как этот чудо-камешек оказался у меня. Когда в степи замаскированная тварь сожрала лошадь Ленкура, наш проводник метнул магическую гранату, и чудовище лопнуло, а от его взрыва пострадал мой конь. Рядом с раненым скакуном я и подобрал булыжник.
- Выходит, когда Ленкур взорвал ту круглую тварь, моему жеребцу бок повредило рунитом? И сколько он может стоить?
Камень был чуть меньше моего кулака и весил примерно полкило. Когда мы на эту тему разговаривали с Игуном, он называл сумму почти в тысячу монет. Но ведь этого не может быть! Я вообще собирался избавиться от ненужного мусора!
- Думаю, не меньше, чем мы заплатили в суде, - подтвердил мою невысказанную догадку Игун. – Ой, смотрите, прожилки мерцают, похоже камушек тебе достался очень необычный.
Пригляделся, действительно по вкраплением изредка пробегали искры.
- Надеюсь, он не рванет? – спрятал рунит в торбу.
- Не должен, но я бы его поскорее продал, - посоветовал Игун.
- Ладно, как скажешь, попробуем сегодня же обменять на деньги? – после случившегося даже забыл, зачем мы заглянули в сквер. Хотел было выбираться.
- Погоди, сюрпризы еще не закончились, - произнес Ишид. – Пойдем, покажу, что меня «сломало».
Из своего тайника целитель достал другой камешек рунита, немногим меньше моего, и двести монет золотом.
- Мужики, а ничего, что мы тут без охраны целым состоянием любуемся? – спросил я, озираясь по сторонам.
- Так давай спрячем его в твою сумку, - предложил Игун. – Из нее ведь только ты и можешь что-то вытащить.
- И не только из сумки, - со вздохом произнес целитель. – Он нас откуда только не вытаскивал.
- Если бы кто-то сам не осложнял жизнь себе и остальным, не пришлось бы и вытаскивать, - я строго посмотрел на Ишида. – Спрашиваю один раз и ответа жду немедленно: ты с нами?
- Я этого не заслуживаю…
- Согласен - не заслуживаешь. Но вопрос был задан не о заслугах. А еще учти - больше права на ошибку у тебя нет.
- Я с вами, парни. Спасибо.
Глава 3 Секреты очень черной вороны
Секреты очень черной вороны
Интерлюдия
- А-а-а!!! Да что б тебя пустотой накрыло! – вскрикнул мужчина, хватаясь за голову. – Чтоб тебя сожрали исчадья проклятых теней!
Вопившему чародею, в бешенстве вскочившему из-за стола, на вид было около пятидесяти. Ничем неприметный стареющий шатен с обширной проседью на висках, высоким морщинистым лбом и глубокими носогубными складками. Сейчас его выцветшие серые глаза метали молнии, брови были мрачно сдвинуты и даже зубы стиснуты до боли. Если бы его кто-то смог увидеть, то постарался бы держаться подальше
Волшебник несколько раз обошел комнату по кругу, пытаясь успокоиться. Получилось не очень. Он снова заговорил вслух, хотя в комнате был один.
- Это какое-то проклятие - я дважды сталкивался с этим недоучкой и оба раза нес тяжелейшие потери. Сначала потерял лучшего ученика-ритуалиста, а теперь погиб мой крылатый разведчик. Как такое могло случиться?! Откуда щенок знал, что единственное уязвимое место колдуна – его посох? И как сумел догадаться, что убить ворону можно лишь рунитом?
Бесцельное топтание на месте надоело, он снова сел и с досады грохнул по столешнице сразу обоими кулаками.
- Пустотный прах!!! Я десять лет потратил, чтобы дотянуть мага-ритуалиста до четвертого ранга, три года «дрессировал» птичку! И для чего?! Чтобы какой-то всего лишь одаренный, не напрягаясь, угробил мои многолетние труды? Кто он такой, откуда свалился на мою голову?
Колдуна звали Пардух. Башня, в которой он обосновался, ведя довольно уединенный образ жизни, была специально построена им далеко на востоке Миригии среди вечнозеленых лесов Торкинского плато. До ближайшей деревеньки по лесным тропам нужно было добираться почти десять миль, до города – более пятидесяти. Впрочем, любые расстояния для колдуна не имели особого значения, пока у него в запасе было достаточно крови одаренных. Однако после гибели ученика ее поставки прекратятся, и теперь придется либо экономить, либо самому отправляться на охоту, подвергая риску собственную жизнь.
Пардух когда-то в молодости случайно наткнулся на фолиант, содержащий описание магии умирающей крови. Оказалось, для ее освоения не требовалось особо мощного источника - только сосредоточенность и умение точно вырисовывать определенные руны. При этом сила заклинаний определялась магическими способностями одаренного, из чьей крови руны были нарисованы.
Ритуалиста колдун специально натаскал на умение правильно извлекать ценную жидкость и запечатывать ее в магические капсулы. А еще Пардух передал ученику несколько убойных заклинаний типа зеленой молнии, способной уничтожить волшебника трех нижних рангов.
Спустя четверть часа колдун все-таки немного успокоился, и теперь пытался придумать, что лучше предпринять после двух неудач подряд. Идея немедленного уничтожения молодого наглеца отошла на задний план, уступив место трезвому расчету:
«У одаренного наверняка сильная кровь, источник и способности к магии. Если его рационально использовать, можно извлечь немалую выгоду. Гаденыш просто обязан возместить мне все убытки. В крайнем случае - в качестве сырья для моих заклинаний, но лучше – заменой ритуалиста».
Новые планы понемногу сняли внутреннее напряжение. Теперь колдун думал не о том, как уничтожить негодяя, а как грамотно использовать.
«Все молодые жаждут заполучить силу, причем легко и быстро. Моя магия как раз этим и славится. Значит нужно дать заглотить одаренному наживку, а потом уже точно не отвертится, даже если он из тех, кто боится испачкать ручки».
Уличенных в использовании запрещенной магии судили очень строго. Зачастую сажали в специальные клетки, заставляя лишь за еду заряжать магические накопители. При первой же попытке побега просто уничтожали без малейшего сожаления.
«Первым делом надо отыскать этого парня. Сегодня же отправлю в Туреин двух других своих учеников. Кто успеет раньше другого, того и переведу в старшие - ради такого оба из шкуры выпрыгнут. Вот пусть и стараются».
Помимо погибшего ритуальщика, у Пардуха имелось еще пять младших учеников, с которыми наставник встречался раз в сезон, чтобы проверить выполненное задание и выдать новое. Как правило, поручал освоить одно из заклинаний.
Те двое, кого он собирался послать на розыски опасного одаренного, недавно освоили поисковые чары. Настало самое время узнать, насколько они в этом преуспели.
Пардух еще немного посидел за столом, прикидывая пути подхода к новому потенциальному ученику, но быстро сообразил, что пока спешить не стоит:
«Сначала надо его найти, потом внимательно присмотреться, и лишь затем составлять план приручения. Стремление к магическому могуществу, богатству и власти – три основные движущие силы, которые в той или иной мере подталкивают каждого человека. Нужно лишь придать им мощный импульс и нужное направление. И тогда сторицей вернуться понесенные убытки».
Приняв решение, колдун ощутил внутренний подъем. Он достал из кармана капсулу «дешевой» крови и принялся рисовать руны для связи с выбранными учениками. Дешевой он называл кровь самых слабых одаренных, которая годилась лишь на простые заклинания запретной магии. Закончив выводить причудливые линии, Пардух активировал руну, и она ярко вспыхнула. Колдун сразу начал излагать подопечным новое задании, которое им предстояло начать выполнять немедленно. Описав внешность и особые приметы нужного ему человека, приказал его найти и подать знак, когда разыскиваемый окажется у них в руках.
К сожалению, обратной связи с младшими учениками у Пардуха не имелось. Коммутационная магия была гораздо сложнее той, какую оба успели пока освоить, их способностей хватало лишь на краткий звук.
«Да, до уровня погибшего ученика им еще расти и расти. Они лишь года через три доберутся до трети его умений, да и то - в лучшем случае…»
***
Принимая целителя обратно в отряд, я впервые решил руководствоваться исключительно трезвым расчетом, не позволяя возобладать собственным эмоциям. Примером послужил наш адвокат, который мог любого довести до белого каления, при этом абсолютно невозмутимоследуя интересам порученного дела.
Способности угая в здешнем мире представляли великую ценность, являясь своеобразным козырем, который нам стоило научиться умело использовать, и ни в коем случае не отдавать в чужие руки. Уговаривать остаться Ишида не пришлось. Он сам осознал вину, а значит будет проявлять рвение, чтобы доказать свою полезность, и теперь точно трижды подумает, прежде чем принять новое предложение со стороны.
В гостинице он сразу зашел в мою комнату, чтобы задать явно мучивший его вопрос.
- Никак не пойму - когда это ты успел стать жителем Хаши, если даже ни разу не был в нашей деревне?
- Забыл, кто лично собирался меня туда доставить? – усмехнулся я, вспоминая первые дни в этом мире.
- Понял - не хочешь говорить. Может ты и прав, я пока не заслуживаю доверия. Но хотя бы выслушать меня можешь?
- Как будто я когда-то отказывался.
- Пойми: никто из соплеменников за изгоя ручаться не будет! Даже те, кого я когда-то исцелил. Это - табу, нарушение которого сразу превращает поручителя в такого же изгоя.
- Но при этом ведь не исключает его из числа односельчан? – перебил я угая.
- Нет. Клеймо изгоя наносит шаман, и оно не сильнее печати, которую ставит сама степь.
«Опять степь? А я считал, что получил печать лично от странного угая, незнамо как проникшего в нашу палатку».
- Значит я теперь тоже стал изгоем?
- Если попадешь в нашу деревню, где о твоем поручительстве станет известно шаману, тот сразу тебя заклеймит.
- Специально ради этого в Хаши не поеду. Хватит мне и одной отметины. Что я, бык, что ли?
- Я почему начал этот разговор, Платон, - когда сильно волновался, целитель называл меня настоящим именем. – Мы с тобой теперь одного племени. Жаль, что ты раньше не показал печать деревни.
- И что это изменило бы?
- Многое. Зная о твоей печати, я бы об уходе и подумать не посмел. Недопустимо оставлять соплеменника одного среди чужаков - это еще одно табу.
Его непривычно эмоциональные объяснения были мне не совсем понятны, кроме одного - демаршей, подобных недавнему, от целителя больше ожидать не стоит.
- Спасибо, что рассказал, Ишид. А теперь предлагаю хорошо отдохнуть, пока есть время. Завтра мы, наконец, отправимся к учителю.
- Еще раз благодарю, что разрешил вернуться, - кивнул угай и покинул комнату.
У меня же осталось еще одно незаконченное дело, для которого снова необходимо было встретиться с Атимой. Самому в чужом городе срочно искать покупателя на рунит было небезопасно - мог легко нарваться на очередные неприятности.
Расставаясь накануне вечером, она сообщила самый простой способ связаться с ней. Оказывается, в Туреине возле любой гостиницы в ожидании курьерской подработки всегда крутились местные мальчишки. Стоило выйти на порог и свистнуть, и рядом тут же оказывался пацаненок. За медную монетку он быстро доставлял записку в любой уголок внутри городских стен. Если же требовалось передать весточку за город, то к делу подключались управляющие гостиниц, и тогда цены сразу взлетали на порядок.
Отлаженная схема местной «DHL» сработала безупречно, и буквально через четверть часа мы уже встретились. Полагал, что атаманша назначит мне время и место, но она сама пришла к нам в гостиницу.
- Все-таки понадобилась моя помощь, Алтон? – спросила Атима с порога.
- Присаживайся. Извини, не ждал – думал, сам прибегу, куда позовешь. Слушай, у меня возникло весьма деликатное дело… Даже не знаю, стоит ли о нем здесь говорить, - намекнул я, что у стен бывают уши.
Она достала восьмиугольную пластинку, положила её на стол и слегка прихлопнула сверху. Раздалось едва слышное жужжание.
- Теперь нас никто не подслушает. Как знала - вчера купила на всякий случай.
- Амулет? Дорогой?
- Дешевка, всего две монеты, - махнула она рукой. – Что у тебя стряслось?
Сначала рассказал ей о вороне.
- Вряд ли это баронет сподобился - не его уровня птичка. И я даже не знаю, кому в городе подобное под силу. А еще, извини, не верится, что вы ту птичку сумели убить камнем.
- Даже вот таким? - я положил на стол рунит.
- Ничего себе! А я еще предлагала тебе двести монет...
- Самое интересное, что о ценности этого камешка я узнал лишь после того, как прибил им ворону.
Вкратце рассказал, как у меня появился необычный «булыжник».
- Ну, да, - кивнула Атима, - ты же у нас из другого мира. Вот была бы хохма, если бы ты его все-таки выбросил!
- Как раз из-за этого камушка я и хотел попросить помочь. Нам нужны деньги, чтобы заплатить за учебу, а самим продавать столь дорогую вещицу в незнакомом городе…
- Насколько я понимаю, обучаться вы собираетесь не в академии?
- Да. У волшебника, который дает уроки.
- Тогда рунит продавать не стоит. Особенно такой.
- Какой?
- Знаешь, что означает искрение его прожилок?
- Нет.
- Ну, да, у кого я спрашиваю, - она махнула рукой. – Понимаешь, та ворона, скорее всего, была напитана огромным количеством энергии. Теперь рунит ее поглотил. Думаю, стоимость камешка стала в полтора раза выше.
- Ого!!!
- Любой маг с превеликим удовольствием возьмет в уплату камень. Особенно, как я слышала, он полезен целителям.
- Почему?
- Есть хвори, для излечения которых требуется прорва энергии сразу. Именно вот такой, - она взглядом указала на камешек.
- Но у вороны наверняка была другая.
- Необязательно.
- Слушай, а откуда ты все это знаешь?
- Я не хотела бы об этом говорить.
- Извини, - решил сменить тему. – А с ценой волшебник не обманет?
- Разве что самую малость, однако если продать его торговцам, ты потеряешь больше. Да еще высок риск ограбления.
- Спасибо!
Такой вариант устраивал нас как нельзя лучше. Очень уж не хотелось «светиться» со сбытом столь дорогого товара.
- Да было бы за что! Кстати, баронет полчаса назад покинул город. И собирался в большой спешке. Похоже, по окончании суда наш адвокат нашептал ему что-то эдакое…
- Значит, мы с ним вряд ли пересечемся?
- Как будет угодно Варду, Алтон.
От души поблагодарив за мудрый совет, пригласил даму отужинать с нами, но Атима отказалась, сославшись на занятость. После ее ухода я прилег на кровать и уставился в потолок.
«Если ворона была не от Жилского, то кому мы опять умудрились наступить на больной мозоль? Еще один неизвестный злопыхатель?! И когда он себя проявит в очередной раз? Надо срочно выезжать из Туреина!»
Интерлюдия
Виконт Иргум Рунской не только возглавлял гвардию своего старшего брата, но и командовал ищейками графа, которых сам и отбирал в тайную службу. Причем, зачастую он находил рекрутов среди тех, кто успешно скрывался от правосудия. Виконт не без основания полагал: если человек способен мастерски прятаться, ему не составит труда поймать таких же умельцев.
При поступлении на тайную службу каждый агент получал новые документы и проходил обучение. Обучали быстрой адаптации в обществе, выживанию в суровых условиях и владению оружием. Поэтому подопечные Иргума всегда были готовы выполнить любое поручение начальства.
Назвавшись вольниками, подыскивающими работу по найму, два агента виконта утром въехали в Туреин. В сезон пробуждения в здешних краях спрос на услуги наемников действительно возрастал в несколько раз. Тем, кто отправлялся в рейды за сокровищами, нужны были опытные бойцы для охраны. Особенно ценились меткие стрелки - лучники и арбалетчики.
- Служивый, мы немного припозднились. Не подскажешь, где тут поблизости недорогая приличная гостиница? – передавая стражнику малую серебряную монетку, спросил значившийся по документам, как Гаршид.
- Езжайте по крайней правой улице. Сначала увидите конюшню, затем и гостиницу с харчевней. Слышал, там вчера пара комнат освободилась.
- Отличные новости, дружище! А к кому лучше пойти служить наемниками? – Гаршид передал еще одну монетку.
Парень славился тем, что мог разговорить даже немого, а потому на четверть часа «зацепился» языком со стражником, как раз до окончания его смены. А потом они уже вместе отправились в указанную гостиницу, куда балагур пригласил нового знакомого на кружку пива.
Слово за слово, и вскоре агенты были уже в курсе всех последних новостей Туреина, а также нескольких крупных стычек, в том числе - и случившейся в гостинице, где они сейчас выпивали.
- Представляешь, какие-то приезжие хотели выкрасть девку, да их самих тут и порешили, - уже заплетавшимся языком рассказывал служивый.
Когда стражник все-таки вспомнил о том, что ему пора домой, Гаршид имел полное представление о том, кто станет следующей жертвой расспросов.
- Мархат, - обратился он к подельнику. – Мне кажется, бармен начал косо посматривать в нашу сторону после того, как стражник упомянул некоего Армаза.
- Заметил, - согласился тот.
- Предлагаю хорошенько его потрясти. Печенкой чую - мужик может рассказать много интересного.
- Согласен.
Мархат в плане общения являлся полной противоположностью напарника. Про таких говорят - из него слова клещами не вытянешь.
- Значит, пойду закажу бутылочку бренди в номер.
- Ступай.
В гостиницах крупных городов Миригии бармены дорогие напитки, выказывая уважение постояльцу, доставляли лично.
Через несколько минут после того, как новые клиенты зашли в свой номер, раздался стук в дверь.
- Разрешите?
Бармена впустили в комнату и быстро усадили за стол с применением силы.
- Нам тут сказали - ты был лучшим другом Армаза? – сразу начал «наезжать» Гаршид. - Этот мошенник задолжал нам круглую сумму, а поскольку сам сдох, кроме, как с тебя, долг взыскать не с кого.
- Да не знаю я никакого… - попытался подняться со стула бармен.
Стоявший слева от бармена Мархат дернулся и, якобы случайно, локтем ощутимо зацепил допрашиваемого.
- Не надо дергаться, дружище. Видишь - мой напарник не выносит резких телодвижений. А еще он терпеть не может, когда врут. Верно я говорю?
- Угу, - кивнул тот, упирая в шею сидящего лезвие кинжала.
- Мы действительно были шапочно знакомы с Армазом, - почти прошептал тот, - но друзьями никогда не были.
- Допустим, это правда. И с кого нам тогда долг спрашивать?
- Вам лучше с Крабом встретиться, они друг друга хорошо знали.
- Ты надеешься отправить нас на тот свет, убогий?
Про Краба им тоже в самом начале застолья рассказал стражник. Бармен, похоже, пропустил эту часть мимо ушей.
- Нет, с чего вы…
- Еще скажи, ты не знаешь, что и Краб, и его вся банда пошли на корм червям. Чтобы с ним поговорить, нужно сначала самому коньки отбросить.
- Да, я слышал, что Краб пропал, но не думал, что он…, - выдавил из себя бармен.
- Выходит, из живых ты - самый что ни на есть близкий приятель нашего должника. А значит, двадцать монет золотом…
- Погодите, - резко «освежилась память» у трактирщика. – С Армазом были четверо. Троих точно прикончили, а один выжил.
- Кто таков?
- Подельники звали его кучером.
- И ты, конечно, знаешь, где его найти, - «ласково» улыбаясь, произнес Гаршид.
Бармен после гибели Краба фактически остался без «крыши». С одной стороны, это неплохо, поскольку пока некому было отстегивать часть доходов, но с другой - он остался без защиты от таких, как эти двое.
Впрочем, первый шок у него уже прошел. Появилось ощущение, что «гости дорогие» просто пытаются найти кого-то, связанного с погибшим бандитом.
«Может, хотят отыскать ту бабу, что его пришила? Так она им явно не по зубам… Э, да какая мне разница! Главное, чтобы скорее отстали. А может попробовать…?»
- Знаю.
- И очень хочешь рассказать нам…, - мягким голосом продолжил Гаршид.
- Очень хочу. За одну золотую монету, - теперь в торг вступил бармен.
- Ладно, - неожиданно согласился Мархат. Он убрал кинжал и положил на стол желтый кругляш. – Говори.
- Кучер проживает в нашей гостинице двумя этажами выше.
Глава 4 Цена жизни
Цена жизни
- На этот год я уже набрал достаточно учеников, так что больше мне никто не нужен, - хозяин довольно роскошного особняка, возвышавшегося на краю деревни, встретил нас не слишком радушно. – Впрочем, за… триста монет в год… я мог бы сделать исключение и нанять вас в качестве слуг с правом посещения занятий.
Маг демонстративное не ответил на наше приветствие, не спросил имен, и вел себя, словно он здесь царь и Бог. После такого ответа желание учиться у него пропало напрочь.
«Неужели отец Игуна нас мог направить к этому индюку? Платить ТРИСТА монет, чтобы ему еще и прислуживать? Совсем, что ли, мужик с катушек съехал?! Может его лучше лицом об что-то твердое приложить, чтобы в мозгу просветление случилось?»
- Ты знаком с капитаном Ашкуном? – произнес я, пытаясь скрыть негодование.
- Думаешь, маг Левшан должен помнить какого-то капитанишку?
С трудом сдержался, чтобы не «нагрубить» в ответ чем-нибудь тяжелым, когда почувствовал, что меня дергают за куртку. Обернулся:
- Это не тот волшебник, - тихо произнес Игун.
Сразу почувствовал облегчение. Чем не повод сбить спесь с лица самоуверенного типа?
- А, так ты - тот самый Левшан…? – протяжно произнес я. – Наслышан, наслышан... Меня предупредили, что даже останься ты единственным чародеем во всей Миригии, и в этом случае идти к тебе в ученики бессмысленно. Теперь вижу - они были правы. Прощай.
- А ну, стоять!!! – вскрикнул он. - Это кто же посмел такое сказать?
- Уважаемый баронет Жилский.
Пока волшебник пыхтел от злобы, собираясь с мыслями, чтобы ответить, мы вышли с его подворья.
- В одной деревне два мага - не многовато ли? – повернулся я к Игуну.
- Про второго отец мне ничего не рассказывал, но мы как-то слишком быстро нашли этого - даже из деревни, считай, не вышли.
- А дела у него, похоже, идут неплохо. И домик пафосный, и семерых каких-то людей в приличной одежке я заметил. И они явно - не слуги.
- Количество учеников у каждого мага четко регулируется законами Миригии в зависимости от ранга самого учителя. Если для Левшана семь - потолок, значит сам он - не выше пятого.
- А наш?
- Отец говорил о шестом ранге.
Дальше мы шагали молча.
Еще по пути через степь Игун как-то рассказал, что далеко не каждый здешний маг может стать учителем. Чтобы получить право набирать учеников он должен видеть какие-то каналы и иметь официальную лицензию от академии. Вот почему я удивился, что в здешней деревушке таких оказалось двое.
«Если он действительно видящий, неужели не сумел распознать среди нас целителя? Хотя, скорее всего, этот спесивец даже не удосужился нас «просканировать». Хотя я же не знаю тонкостей процесса…»
Надо отдать должное, Руданы оказался крупным поселением. После того, как мы на одном краю деревни пристроили скакунов в конюшне, до другого шагали более получаса. А потом еще столько же пришлось идти, чтобы добраться до серого трехэтажного здания с пристроенной к нему башней.
В отличие от предыдущего домовладения, где царил идеальный порядок, здесь чувствовалось унылое запустение. Пришлось даже самому отворять покосившуюся калитку и заходить внутрь. На подворье не заметил пока ни одного человека, словно хозяин и обслуга давно покинули это жилище.
- И как зовут искомого учителя? – спросил Игуна, подходя к серой стене дома.
- Мастер Ургас, - тихо произнес он.
- Кто такие, по какому праву вломились на чужую землю!? – раздался чей-то скрипучий голос.
Из-за угла дома появился невысокий мужчина лет под семьдесят, одетый в серый плащ, серые брюки, обутый в почти того же цвета сапоги с головным убором в виде тоже серого колпака.
- Здравствуйте, - поприветствовал я незнакомца. - Скажите, мастер Ургас здесь проживает?
- Возможно, - уклончиво ответил тот. – А что вам от него нужно?
- Пришли в ученики определяться.
- Издеваетесь?! – почти проорал он. – Маг третий год прикован к постели…
- А что с ним?
- Ты что, лекарь? – «серый» скользнул недоверчивым взглядом.
- Нет.
- Да хоть бы и лекарь... Приезжали тут всякие разные, даже целители были. Сколько денег на них потрачено - а все без толку!
- Целители? – переспросил я. – И что они сказали?
- Тебе-то какое дело, парень? – тяжело вздохнул незнакомец. – Сказано - учеников мастер Ургас не берет.
- Но хоть поговорить-то с ним можно? Хуже от этого не станет?
Незнакомец смерил меня взглядом с головы до ног, затем неохотно ответил:
- Могу пустить, но только за двадцать монет - мне снадобья больному покупать нужно.
- Мы согласны, - ответил после того, как ребята согласно кивнули.
- Следуйте за мной, молодые люди, - смилостивился «серый», получив деньги.
Мне казалось странным, что волшебник шестого уровня не смог сам справиться с болезнью. Наверняка у него имелись знания, связи, деньги… Неужели мага могла свалить какая-то неизвестная хворь?
По винтовой лестнице мы поднялись в верхнюю комнату башни. За ее дверью увидели скромную, если не сказать, скудную обстановку, состоящую из нескольких стеллажей, трех книжных шкафов, массивного деревянного стола, двух лавок и лежанки, на которой и находился больной.
- Кортис, зачем тут эти люди? – спросил он тихо, слегка приподнявшись на локте.
- Они хотели у вас учиться, мастер, - почтительно ответил «серый».
- Чему может научить полумертвый волшебник? – горько усмехнулся Ургас.
- А вдруг нам удастся его оживить? – произнес я.
- Ты хотя бы диагноз установить способен, молодой человек?
- Проклятие! - ужаснулся целитель, округлив глаза. Похоже, он заметил нечто, что другим видеть не дано.
- Надо же - с первого взгляда определил, – печально подтвердил его догадку Ургас. – Кто таков?
- У него способности к целительству, - ответил за угая.
- А, одаренный... – без всякой надежды протянул больной. - Были у меня и дипломированные целители… да. Сказали, что проклятие седьмого ранга им не по зубам.
И тут я вспомнил слова Атимы, что для излечения некоторых хворей нужно много энергии.
- Что, совсем не помогло?
- Их усилий хватало на неделю-другую, а потом все возвращалось. При этом каждый за свой сеанс брал по сто монет золотом.
- Ого! А если мы попытаемся…
- Молодой человек, не стоит питать напрасных иллюзий, - покачал головой волшебник. – Что может сотворить неуч в деле, невыполнимом даже для опытных мастеров?
- У нас имеется одна вещь…, - я бережно достал из сумки искрящийся рунит и положил его на кровать.
Больной впервые проявил интерес. Он взял в руки камень и пристально на него посмотрел.
- Вы хоть знаете, сколько это стоит? – спросил Ургас.
- Не дороже человеческой жизни.
Теперь он внимательно посмотрел на меня. Потом с трудом приподнялся на постели. Кортис заботливо поправил подушку, чтобы волшебник мог сидеть, опираясь на нее спиной.
- По мнению всех побывавших за три последних года в этом доме, человеческая жизнь стоит именно столько, сколько умирающий способен заплатить.
- Мы не просим денег, мастер.
Не знаю, что он пытался отыскать в моем взгляде, но смотрел очень долго.
- Гм... Что ж, я готов рискнуть остатками своего здоровья, - наконец, произнес он. – Только вот если ничего не получится, ты просто потеряешь полторы тысячи золотом.
- Не возражаете, если мы приступим прямо сейчас? – спросил я.
- По лицу вашего целителя, вижу - у него нет опыта борьбы с проклятиями.
Обернулся к Ишиду, и тот подтвердил слова больного, на пару секунд прикрыв глаза.
- Так вы же учитель. Наверняка знаете, как ему нужно действовать, - предположил я.
- Тут ты прав. Кстати, как вас всех зовут?
Представился сам, назвал имена стальных и попросил объяснить нам порядок действий в предстоящей процедуре. Волшебник подробно разъяснил, где нужно установить камень и как лучше воздействовать на темное пятно, которое видел лишь целитель, а также выдал советы по концентрации энергии.
Кортис снова помог мастеру, уложив его на лежанку.
- Ишид, вся надежда на тебя. Не подведи.
- Сделаю все, что смогу, - немного растерянно ответил угай. Чувствовалось, насколько сильно на него давит ответственность за жизненно важное для всех нас дело.
Ишид положил ладони «лодочкой» по обе стороны от камешка.
- Целители говорили, что пятно должно исчезнуть полностью, - подчеркнул волшебник. - Останется хоть малая часть - все насмарку. Приступай.
Камень заискрился, ладони целителя засияли, а маг застонал и вцепился руками в кровать. Ишиду также приходилось несладко, о чем свидетельствовали стиснутые скулы, сведенные брови и нахмуренный лоб с глубокими поперечными бороздками морщин.
Сначала камень горел очень ярко, затем постепенно начал угасать.
- Платон, давай второй, пятно все еще большое! – крикнул целитель примерно через четверть часа.
Не мешкая, вытащил второй рунит, положил сверху первого. Этот светился не столь ярко и минут через пять тоже стал тускнеть.
- Еще немного! – снова закричал Ишид.
По отработанной при лечении пограничников схеме, начал передавать целителю свою энергию. Стремительный отток быстро сказался тянущей болью во все теле. В глазах потемнело, но контакт с Ишидом не прерывал. По крайней мере, до тех пор, пока сам не «выключился», успев осознать, что на мое место стал Игун. Падая, почувствовал, как меня подхватили чьи-то руки…
«Опять решетка?! Сколько можно?!»
Знакомое видение возникло сразу.
- Вот, а вы все на тесноту жаловались, - расслышал я женский голос. – Смотрите какие у нас теперь хоромы - танцевать можно.
- Ну да, каждый раз, как он проходит по краю, у нас что-то меняется. Силен, ничего не скажешь, - поддержал ее бас.
Меня угнетало не то, что сон повторяется часто, раздражала невозможность заглянуть за решетку, чтобы узнать - кто там разговаривает? Сколько их?
- Это он еще ничего толком не умеет. Представляете, что здесь будет, когда выучится? – снова заговорила женщина. – Так что учтите: кто будет козни строить, тому не поздоровится. Особенно это касается вас, новички.
- А мы чего? – раздался скрипучий голос, который раньше я не слышал. – Ежели бы не он, нас бы могло и развоплотить после гибели прежнего хозяина. Хорошо, сюда втянуло….
…Почувствовал, что меня трясут за плечо, и открыл глаза. Надо мной стоял Кортис с кружкой.
- Парень, это нужно выпить, - сказал он.
Помощник мага приподнял мне голову и влил в рот горькую микстуру.
- Как мастер? – своего голоса не узнал.
- Лучше, чем ты. Спи дальше! – приказал он и ушел.
«Что за человек! Не мог сказать, справились мы или нет? И чего мне теперь думать?»
Попытался оторвать голову от подушки, чтобы осмотреть комнату. Сразу почувствовал такую слабость, что снова рухнул на лежанку.
«Пожалуй, кроме, как спать, я на большее не способен. А что с остальными?»
Интерлюдия
Пособник бандитов, которого после похищения одаренных девушек иначе, как Кучером, не называли, рассудил, что ему лучше остановиться в гостинице, где нашел смерть Армаз. В тот день, когда здесь «пришили» сразу нескольких человек, заявились местные жандармы, провели беглый опрос свидетелей и удалились. Посчитав, что блюстители порядка сюда теперь заглянут не скоро, и уж точно не будут приставать к тем, кто заселился после кровавых разборок, Кучер снял номер сразу на кварту. Кроме подельников по похищению, в Туреине его никто не знал, поэтому бандит решил ненадолго затаиться в городе. Однако проживать здесь все четыре дня он не собирался. С утра наведался в конюшню, в которой оставил лошадь, за постой которой также было оплачено с запасом, проверить, что она на месте.
«Хорошо, что я Армазу не отдал сохранную бумагу на лошадку. Наверняка бы жандармы забрали».
На самом деле все имущество убитых собрали люди Атимы. Их скакуны также достались победителям в качестве трофеев.
Кучер не переставал радоваться, что тогда чуть отстал от остальных, и в конюшню после проезда через городские ворота заглянул на пять минут позже подельников.
Несмотря на предпринятые меры предосторожности, бандит уже завтра собирался покинуть Туреин. С Армазом покончили не жандармы, и это он прекрасно видел. Как и нечеловеческую скорость действий очень опасной женщины и ее помощников.
Во время операции по устранению Армаза Кучер оставался в ресторане, чтобы в случае необходимости подстраховать главаря. Однако «подстраховщик», увидев, что ситуация складывается паршиво, вмешиваться не стал. Потом неоднократно хвалил себя за мудрость, ведь остальные не выжили.
Единственное, чего бандит не учел - внимательность бармена. Тот постоянно отслеживал, кто входил-выходил в обеденный зал, прислушивался к разговорам заинтересовавших его лиц, и хорошо запомнил человека, прибывшего в ресторан с Армазом. Особого внимания спутник главаря удостоился после того, как они сели за разные столики. В итоге от взгляда бармена не укрылось, когда Армаз подошел к подельнику, назвав того Кучером.
Обо всех странностях в своем заведении бармен по давней договоренности был обязан докладывать Крабу, поэтому он не поленился проследить за выжившим бандитом и после того, как стычка окончилась.
Неизвестно, почувствовал ли Кучер что-то, но сегодня вечером решил покинуть гостиницу. Еще до завтрака он отправился на местный базар, прикупил на первое время продуктов, перекусил в какой-то забегаловке неподалеку от городских ворот, где перебросился парой фраз с посетителями и выбрал новое место для ночлега… Оставалось лишь забрать из комнаты вещи и перебраться на постоялый двор за стенами Туреина.
Когда бандит открыл дверь, ему сразу захотелось бежать, но кто-то сзади мощным толчком заставил его войти внутрь. Щелчок дверного замка сообщил, что путь перекрыт.
- Вот смотрю я на эти явно девичьи украшения и думаю, - заговорил сидевший за столом незнакомец, перед которым довольно аккуратно были разложены трофеи, отобранные у похищенных, - живы эти несчастные или нет? И, знаешь, к чему склоняюсь? Скорее всего, нет. А из этого получается, что передо мной беспощадный убийца, смертный приговор которому сомнений не вызывает.
- Я никого не убивал, - сразу затараторил Кучер.
Армаз после похищения девиц забрал лишь векселя и документы, оставив мелочь подельнику.
- Значит прежние владелицы украшений были настолько очарованы твоей мужественной красотой, что сразу решили снять с себя все? Ох, и сомневаюсь я, глядя на эту тупую бандитскую рожу.
- Армаз организовал похищение, используя меня втемную. Вещи он отдал на хранение, а девок собирался продать дрегам, - произнес застигнутый врасплох. – Потом его убили, а я собирался отнести украденное в жандармерию. Не успел.
- А кто тебе сказал, что мы из жандармерии? Выходит, ты своего кореша предал, - Гаршид быстро сориентировался, нагнав на Кучера еще больший страх.
- Мертвому теперь все равно, а я пытался с его помощью выкрутиться из передряги.
- Что ж, у тебя не получилось. Знаешь, кто убил Армаза?
- Он погиб на моих глазах от руки женщины. Очень опасной.
- Эта баба назначила ему свидание? А ты, значит, собирался им свечку держать?
- Нет, мы пришли в гостиницу за другой девкой, подругой похищенных. Но тут вмешался какой-то Платон, и…
- Платон, говоришь? Вот с этого места подробнее.
Кучер не успел подготовить легенду, которая могла бы представить случившееся в наиболее выгодном для него свете. Опять же, он сразу заметил, насколько опасны эти двое. И сильнее он опасался молчаливого, стоявшего за его спиной. В итоге врать задержанный не стал и рассказал все, что знал.
- Выходит, сам ты того Платона не видел?
- Нет, но крик сбежавшей девицы в ресторане многие слышали: «Платон, помоги!» И он помог… Да так, что выскочивший из ресторана Армаз вскоре вернулся назад и попал на нож дамочки. Потом, я слышал, не без ее же участия вместе с Платоном сам Краб нашел дорогу в могилу. Вместе со своей бандой.
- Что еще знаешь полезного? – заметно было, что Гаршид обдумывал услышанный рассказ, и у пленника затеплилась надежда выпутаться. Эти люди явно интересовались не им, и даже не Армазом - их занимал тот самый Платон, о котором так много говорили в Ибериуме.
- Еще вчера в Туреине состоялся любопытный суд, - продолжал рассказывать Кучер. – Судили прибывшего в город целителя, который вроде бы хотел обокрасть дворянина. Назначили штраф под тысячу золотых. Так вот, в зале нашелся простолюдин, который взял подсудимого на поруки, выплатив всё до последней монеты.
- И к чему ты нам городские хроники пересказываешь?
- По описанию тот, кто оплатил штраф, был похож на Платона.
Бандит этого не знал, но решил, что для спасения собственной шкуры такой домысел будет нелишним.
- Кто тебе рассказал?
- Так я сегодня на рынке был, там только и разговоров, что про вчерашний суд.
- Ладно, на сегодня ты свою жизнь почти выкупил. Не хватает всего трех золотых! – ухмыльнувшись, произнес Гаршид.
Кучер безропотно выложил сразу пять.
- Похвально. Считай, что до полудня завтрашнего дня тебе ничто не угрожает, - дознаватель сгреб все содержимое стола в карман своей куртки.
- Спасибо, господа, спасибо. У меня еще есть одна ценная вещь, - он полез за пазуху, а в следующее мгновенье получил удар кинжалом в сердце.
- И зачем это? – спросил Гаршид напарника.
- Вот! – ответил Мархат вытаскивая руку бандита, в которой был зажат синий сферический амулет.
- Значит, не поверил, что живым его отпустим.
- А мы разве собирались? – спросил молчун.
- Теперь это не имеет значения. А ты молодец, что не придержал его, когда он кошелек доставал. Вот гад и осмелел. Решил, что во второй раз получится извлечь что-нибудь опасное.
- Я свое дело знаю.
Гаршид взял синюю сферу в руки.
- Ведь мог уйти, сволочь. Круговая волна из этой штуки раскидала бы нас по стенкам…
Мархат тем временем обыскал убитого.
- Беседа получилась весьма содержательной - Платон, целитель… Все сходится – это наши клиенты. Осталось выяснить, в городе они или нет. Эту Атиму искать будем?
- Нет.
- Я тоже так думаю, - согласился говорун.
- Уходим, - произнес Мархат.
Глава 5 Тайны учеников
Тайны учеников
Почти трое суток я провалялся без сил, питаясь лишь бульоном и горьким зельем, которые приносил Кортис. За все это время ко мне из наших заходил один Алгай, который и рассказал об исцелении мастера Ургаса. Помощник мага пропустил парня ко мне только вчера.
«Надо же, а ведь все наши титанические усилия могли пойти прахом прямо в конце сеанса, если бы ефрейтор не вспомнил о подобранном им в степи крохотном осколке рунита, - размышлял я, сидя на кровати. – Молодец, Алгай! Внес самый малый, зато решающий вклад в уничтожение проклятья».
Все одаренные нашего отряда выложились до предела и тоже попали на постельный режим и укрепляющие средства. Кортис будто заранее знал, на что потребуются деньги, когда брал плату за проход к своему хозяину.
«Выходит, по комнатам нас разносили «серый» и Алгай, откуда у старика силы взялись, ему и ходить-то наверняка трудно. А потом еще эти двое за всеми ухаживали. Так и выясняется, кто тебе настоящий друг».
Скрипнула дверь, на пороге снова появился Кортис:
- Как самочувствие, молодой человек?
Сегодня он заметно преобразился. Сменил одежду, осанку, избавился от дурацкого колпака, повесил длинный кинжал на пояс, походка стала другой, из голоса пропали скрипучие нотки, и взгляд мне показался хищным.
«Совсем другой человек. Теперь ему и сорока не дашь», - подумал прежде, чем ответить:
- Благодаря вам, я в порядке.
- Отрадно слышать. Тогда сразу после завтрака приходи в башню, мастер Ургас собирает всех учеников.
- Мои ребята тоже выздоровели?
- Да. Ваш самый юный приятель зайдет за каждым.
Кортис поставил на столик мой завтрак и вышел.
Быстро перекусил и за оставшееся время решил провести ревизию содержимого нашей необычной сумки. Положил ее на стол. Внимательно присмотрелся, в который раз пытаясь хоть что-то рассмотреть внутри. Она как обычно выглядела непрезентабельной и пустой.
«Удачный подарочек я успел ухватить в той пещере у привидения. Кто бы мог подумать, что эта торба окажется пространственным карманом, куда много чего вмещается, при этом на размеры сумки это абсолютно не влияет. Кстати, так и не успел проверить ее вместимость, все времени не найду. Что там у нас?» - Начал выкладывать содержимое.
На сегодняшний день мы имели: чуть более двух сотен золотом, шкатулку удвоения, кистень, ножны поглотителя и два заряда к ним, а еще арбалет и с десяток амулетов, купленных при выезде из Туреина.
«Деньги вроде и немалые, но, если учесть, что у мастера вообще ничего не осталось, как бы нам не пришлось еще тратиться. Слышал, что часть платы идет на приобретение специальных снадобий, необходимых для изучения магии».
Вскоре за мной зашел Алгай, и через пять минут наш небольшой отряд полукалек, исключая ефрейтора, снова оказался в верхней комнате башни волшебника. Сейчас интерьер помещения изменился в лучшую сторону, стало заметно уютнее. На стеллажах навели порядок, на полках появились шторки …
Хозяин выглядел в разы лучше, чем при первой встрече, но все же был явно не до конца здоров. Он разместился в кресле, которого три дня назад здесь не было.
- Приветствую вас, ученики! – заговорил он. – От всей души благодарю за помощь. Вы смогли сделать то, что не сумели или не захотели сделать дипломированные целители, да еще вы потратили на меня огромную сумму денег. Так что учеба за два года оплачена за всех четверых.
Мы, не сговариваясь, посмотрели на Алгая.
- Да-да, - продолжил волшебник, - я не оговорился. У юноши тоже имеется небольшой дар, который вот-вот проявится.
- Но у меня в роду не было волшебников, - растеряно произнес парень.
- Ты знаешь всех своих предков до седьмого колена?
- Нет.
- Вот видишь, - усмехнулся Ургас. Обведя нашу четверку внимательным взглядом, продолжил уже деловым тоном. – Прежде чем взяться за ваше обучение, сразу хочу предупредить: с некоторых пор у меня появился смертельно опасный противник. Его ненависть наверняка перекинется и на вас. Магическое проклятие пало на меня явно не без его участия, и виконт совершенно точно не остановится, когда узнает, что подлые черные чары уничтожены.
- Это запрещенная магия? – я не удержался от вопроса.
- Скорее - грязная, которая не делает чести ни одному волшебнику. Однако кара за ее применение законом не предусмотрена.
- Неужели знатный вельможа практикует грязную магию? – не поверил Игун.
- Виконт, как волшебник, ничего собой не представляет, но у него слишком много денег. Когда я отказался взять его никчемного сына в ученики, он начал угрожать, оскорблять, а получив отпор, нанял подлого специалиста.
- Левшана? – подключился к разговору целитель.
- Левшан - слабак, - покачал головой Ургас. – Ему попросту не по силам создать столь мощное заклятие. Не исключаю, однако, что он и появился в деревне благодаря виконту. Когда меня свалил недуг, мои сразу ученики ушли к неожиданно объявившемуся поблизости учителю. Мстительному дворянчику показалось мало просто убить меня, он хотел, чтобы я мучительно и долго умирал в нищете. Это ему почти удалось.
- «Почти» не считается, мастер.
- Согласен. Однако я затеял этот разговор для того, чтобы сразу предупредить вас об опасности. Во время учебы вам придется вести себя крайне осторожно, особенно - за пределами моего подворья. Поэтому спрошу первый и последний раз: не передумали?
- Нет, - хором ответили все.
- Хорошо, - кинул он. - Как самочувствие, ученики?
- В порядке, - немного слукавили мы.
- В таком случае слушайте распорядок на сегодня. Первое: до обеда нужно помочь Кортису навести порядок на тренировочном полигоне. Сразу после обеда – медитация, а потом я проведу собеседование. Буду разговаривать по одному, чтобы выбрать для каждого самый эффективный способ обучения. После ужина - практические занятия. Нужно посмотреть ваш уровень на сегодняшний день. Сразу хочу предупредить: никакой «раскачки» не будет. С первого дня собираюсь гонять вас по полной, чтобы как можно быстрее получить результат. Хочу надеяться, что наш недруг еще хотя бы полгода не узнает о моем выздоровлении. В деревне на любые расспросы будете отвечать, что больной учитель уделяет вам слишком мало времени.
На том и договорились. Спустившись из башни, вышли на задний двор, а оттуда отправились на просторную площадку, огороженную со всех сторон высоким кустарником.
Не зря говорят, что работа на свежем воздухе оздоравливает. Через час уборки реально ощутил прилив сил, а к тому моменту, когда мы вычистили площадку, исчезли последние отголоски слабости. И это в полуздоровом состоянии? Все наши также выглядели слегка обалдевшими.
- Кортис, что не так с этим полигоном? Почему я не чувствую усталости, хотя еще не оклемался до конца? Наоборот, словно крылья за спиной выросли - летать хочется!
- За длительное время простоя полигон накопил столько природной энергии, что решил, видимо, поделиться с долгожданными учениками.
- Разве это возможно? – Игун с языка снял вопрос.
- Лучше вам спросить у мастера, молодые люди. А сейчас предлагаю отобедать.
«Хотя, чему я удивляюсь? Если у них степь живая, почему бы полигону быть другим? Мы его очистили, подровняли - он нас и отблагодарил, как смог».
Последовавшая за скромным обедом медитация меня также удивила. Ургас вкратце объяснил ее основные принципы, а затем рассадил по углам просторной комнаты, занимавшей почти весь первый этаж здания, примыкавшего к башне. Нам была поставлена задача очистить сознание от мыслей и запомнить все видения, если таковые появятся во время медитации.
Сел в излюбленную позу «лотоса», расслабившись до такой степени, что увидел звездное небо и буквально растворился в нем. Правда, состояние блаженства продлилось недолго. Вскоре на фоне мерцающих звезд появилась крылатая тварь странного вида. Она имела тело крысы с головой орла, кончик голого хвоста венчал яркий шар, задние лапы были с перепонками, типа утиных ласт, зато передние - явно кошачьи с окровавленными когтями. Когда существо раскрыло клюв, оттуда вылетели разноцветные расширяющиеся кольца, фон внутри которых потрескался.
А самое необычное состояло в том, что во время наблюдений за тварью у меня где-то на задворках сознания возникло стойкое ощущение, будто она - это я сам. Стоило странному ощущению сформироваться в четкую мысль, как крылатая крыса развернулась в фас и гаркнула так, что меня тут же выбросило из нирваны. Медитация закончилась.
Сидевший в центре комнаты учитель, заметив, что я открыл глаза, сразу поманил пальцем. Стараясь ступать бесшумно, мы вышли из здания.
- Как прошло? Было что-нибудь интересное? – спросил он.
- Точно могу сказать - ничего подобного ранее видеть не приходилось.
Вкратце описал диковинную тварь, ответил на несколько вопросов Ургаса. Тот глубоко задумался.
- Действительно, весьма необычное видение, - наконец, произнес он. – Крыса – сильный знак земли, который редко сочетается с воздушной магией, но в видении точно были крылья. Звездное небо… чаще всего говорит о портальной магии. Ласты на конечностях – водная стихия. Хвост горел или светился?
- Пламени не заметил.
- Значит, чары света, - продолжил волшебник. – Кровавые когти – магия крови… С кольцами… На это моих знаний уже не хватает. Наверняка что-то из очень редкого...
- И чем это все грозит?
- Погоди, сначала я хотел бы услышать о твоих проявлениях магии. Наверняка ведь случались?
Слегка задумался, решая, стоит ли посвящать волшебника во все свои тайны.
«Если не расскажу всё, то как он определит верную методику обучения? Мне ведь нужен результат. Да и секретов осталось с гулькин нос…»
- Не так давно я жил в другом мире…, - начал я свою историю.
Учитель слушал очень внимательно, хотя после первых же слов я ожидал увидеть скепсис в его глазах. Ничего подобного не произошло. Он кивнул, узнав о первом проявление магии ветра против угаев, затем усмехнулся моему умению сотрясать почву, когда мне пришлось повздорить с призраком в пещере. Сведения об алтаре, способном отнимать тени, вызвали у него несколько уточняющих вопросов.
- Алтарь назвал тебя собирателем теней? Ничего не путаешь?
- Нет, я точно запомнил.
- Знаешь, о чем это говорит?
- Откуда? Я же не местный.
- На тот момент у тебя было не менее пяти теней.
- Да, я - парень хозяйственный. И что? – пока мне это знание ни о чем не говорило.
- Человек, имеющий обычный источник, способен удержать не более трех. Волшебник средней руки из дрегов - не более шести.
- Я точно не дрег, - я активно замотал головой, а потом спросил: - Наверное, у меня необычный источник?
- Скажем так: он мощнее, чем у других, - задумчиво ответил учитель, явно что-то прикидывая в голове. Может, размышлял, как все тени во мне помещались?
- Это хорошо?
- Если сумеешь с ним справиться, то - да.
- А если нет?
- Давай не будем о плохом, - Ургас явно хотел отложить этот разговор, тем более, ему предстояло обсудить видения еще троих учеников. - Я хотел спросить о дреге …
Кратко рассказал ему обо всех встречах с островитянами.
- Твои способности бойца просыпались исключительно при стычках с ними?
- В основном, так и было. Просто итог встречи с дрегами у меня сразу становился вопросом жизни и смерти.
Наши приключения в степи, встреча с единорогами, чутье опасности, моя телепортация и излечение после попадания иглы рубинового ежа вызвали у Ургаса еще больший интерес. Закончил я повествование пересказом своих странных снов.
- Да, Алтон… Слышать голоса теней… Тут мы снова возвращаемся к вопросу об умении управлять собственным источником.
- Вы поможете мне в этом?
- Способы я укажу, но итог будет зависеть только от тебя. Даже странно, как ты вообще смог дожить до своих лет... Вся твоя жизнь, чтобы не оборваться, должна была состоять из нескончаемых проблем и их непростых решений.
Наконец-то мне стали понятны причины старых добрых «пятничных» неприятностей. Оказывается, это был единственный способ сохранить жизнь Платона Громова, а не наоборот. А ведь я постоянно проклинал свои невезучие пятницы, даже не догадываясь об их пользе.
- Так все и происходило, учитель. С раннего детства и по сегодняшний день. Честно говоря, уже перестал верить, что это когда-то закончится.
- Проявишь достаточное усердие - сможешь и за полгода справиться. Но заниматься придется каждый день. От заката до рассвета. И еще полночи в придачу.
- Как скажете, вы же учитель, - ответил я, осознавая, что настоящие проблемы только начинаются.
Интерлюдия
После всех драматических событий в Туреине Борина с удивлением ощутила произошедшие в ней некие внутренние изменения. Теперь она и держалась, и чувствовала себя гораздо уверенней, причем не только при создании заклятий. Ранее в общении с незнакомцами девушка всегда испытывала некоторую неловкость. Похоже, схватка с оборотнем, краткое знакомство с Атимой, стычки с бандитами и помощь Платона заставили ее пересмотреть взгляды на жизнь. Прежняя, когда они с подругами только тем и занимались, что провоцировали парней, сталкивая их между собой, казалась ненастоящей.
А еще девушка осознала, насколько она слаба. Снова случись что - и без чьей-то помощи постоять за себя, как должно, просто не сможет. Да, легко отговориться – дескать, что взять с одаренной, она же не волшебница? Но пример того же Платона сразу развеивал все оправдания. Он тоже являлся лишь одаренным, но это не помешало парню справиться с сотней кочевников, вытащить друзей из застенков и вступить в бой с бандитами Туреина.
Попав в столицу, она, в отличие от Лузиты и Руданы, всерьез занялась подготовкой к экзаменам. Подолгу пропадала в библиотеке, тренировалась на академическом полигоне для поступающих, стараясь на практике отточить мастерство своих чар.
Подруги посмеивались над ней, будучи уверены, что без труда поступят, не истязая себя занятиями. Она бы тоже могла не напрягаться и пройти по нижней планке в класс четвертой категории, но после Туреина такой расклад Борину больше не устраивал. От категории класса зависело качество всего обучения. Тех, кто проходил при поступлении в первые две, сразу переводили на третий семестр, оставляя новичков позади с отрывом на полгода.
В день экзаменов, начинавшихся сразу после полудня, Борина специально встала пораньше, чтобы выполнить комплекс упражнений, разгонявших кровь по телу. Затем выпила накануне приготовленный отвар, провела полчаса в медитации и, отказавшись от завтрака, направилась за подругами.
Девушка поселилась отдельно от Руданы и Лузиты в другой гостинице, чтобы они не мешали заниматься. Однако после случившегося в дороге она невольно чувствовала ответственность за подруг, а потому иногда заходила, чтобы напомнить о цели приезда в столицу. Вот и сегодня Борина пришла, чтобы красотки не забыли явиться на экзамен.
В зал для абитуриентов подруги вошли вместе, а дальше разошлись каждая по своему коридору. Рудана направилась к огневикам, Лузита – к воздушникам, а Борина - к магам водной стихии.
- Абитуриенты! – раздался звучный баритон. – Первый этап экзаменов – проверка источника. Те, у кого он окажется ниже трех единиц, на следующий этап не проходят. Прошу спокойно, по одному, пройти сквозь эту арку.
Борина слышала, что для редких специальностей, например, тех же целителей, проходной балл первого этапа был гораздо ниже, но как раз за этот этап девушка была спокойна. В Ибериуме у нее выявили «четверку».
Проходя через арку, она не смогла сдержать улыбку - прибор показал пять единиц, а значит, ее усилия уже дали результат. Теперь осталось закрепить его на третьем этапе.
- Рад приветствовать вас, - поздоровались с ними в следующем зале. – Теперь, когда с источником все ясно, приглашаю пройти следующий этап, который покажет, чему вы научились, готовясь поступить в самое престижное учебное заведение Миригии.
В новом помещении было установлено сразу несколько арок. Переход через первую открывал доступ к созданию волны на водной глади, через другую – к извлечению влаги из воздуха в виде дождя или снега, через следующую - к заморозке.
Борина долго выбирала, что ей лучше продемонстрировать. Она сразу отказалась от создания волны, но два других варианта казались равнозначными. Поразмыслив, направилась к емкости для заморозки, хотя возле этой арки собралась самая длинная очередь.
Оценка силы заклинания напрямую зависела от размеров созданной льдины. Чем она получалась больше, тем выше оценка, а, соответственно, и шанс прохождения второго этапа.
Дождавшись своей очереди, Борина прошла через арку и принялась создавать заклинание. Через пару минут она сообщила проверяющему о завершении испытания.
- Ты столько провозилась, чтобы создать эту маленькую льдинку? – разочаровано произнес он.
- А вы присмотритесь к поверхности «этой маленькой» льдинки, - уверенно ответила девушка.
Уже собиравшийся расплавить результат ее трудов волшебник подошел поближе и присмотрелся. Вся поверхность ледяного кристалла была утыкана коническими бугорками. Проверяющий жестом остановил очередного абитуриента и подозвал еще одного экзаменатора.
- Коллега, это больше по твоей специальности. Взгляни.
Тот внимательно осмотрел творение Борины, усмехнулся и спросил:
- Кто создал это чудо?
- Вон та зеленоглазая красавица.
- Как тебя зовут? – спросил подошедший.
- Борина.
Экзаменатор достал блокнот, написал пару строк и, вырвав лист, передал девушке.
- Во вторую категорию ты прошла. Сумеешь еще чем-то удивить - подумаем о первой.
Второй этап отсеял примерно половину абитуриентов, а остальные уже могли считать себя студентами. Часть из них отправились праздновать победу, но некоторым предоставили возможность попытать счастья, чтобы поступить на более высокие категории. Впрочем, не все из них ею воспользовались. Трое решили не усложнять себе первые дни учебы и покинули зал финальных испытаний. В небольшой комнате осталось всего семь абитуриентов.
- Поздравляю вас, господа студенты! Меня зовут Этман, и я являюсь деканом водного факультета, на котором вы будете проходить обучение в нашей славной академии. А сейчас я хочу лично посмотреть, что такого особенного вы можете создать. Тот, кому удастся меня удивить, получит место в классе первой категории. Ну, кто самый смелый?
Борина не стала дожидаться, и сразу направилась к декану.
- Оказывается, самые смелые у нас в этом году девушки, - улыбнулся он. – Присаживайтесь.
- Господин декан, - тихо попросила она, - можно сделать так, чтобы наш разговор не был слышен остальным?
- Гм, уже интересно, - декан коротким движением пальцев создал плетение, запустившее легкое жужжание, и сообщил: - Теперь тебя слышу только я.
- Благодарю. Об умении. Могу, не касаясь жидкости, определить содержание в ней яда.
- Уверена? – доброжелательно спросил Этман, однако в голосе декана явственно звучало сомнение.
- Да.
- Хорошо, это легко проверить, - волшебник извлек из внутреннего кармана пиджака две стеклянные пробирки, собираясь их откупорить. Одну - с красной жидкостью, другую - с желтой.
- Не нужно, это вовсе необязательно, - остановила его девушка. – В желтой растворен змеиный яд в очень малой концентрации. Скорее всего, сам раствор даже полезен для здоровья. В красной… Туда добавлено немного вашей крови? – собственный вопрос удивил ее саму, поскольку до этого момента подобного не случалось. Девушка не могла сообразить, почему решила, что кровь именно Этмана.
- Ты будешь учиться в классе первой категории, - уверенно произнес декан. – Кто-нибудь еще знает об этой способности?
- Нет.
- Вот это правильно, никому о ней не рассказывай. И обязательно запишись на мой факультатив.
- Спасибо, господин декан.
Волшебник отключил глушилку звуков и произнес:
- Кто следующий?
Глава 6 Пыль под ногами бывает опасной
Пыль под ногами бывает опасной
Следующие три месяца показались мне вечностью. Утром – легкая пробежка на пять километров, после нее - полное опустошение магической энергии выплеском на полигоне. Дальше следовало обливание ледяной водой из колодца, спарринг с Кортисом, являвшимся мастером рукопашного и ножевого боя. Затем плотный завтрак, следом - растянутое во времени опустошение источника: заряжание накопителей, артефактов и амулетов. В качестве передышки - силовые упражнения: турник, утяжелители, отжимания и тому подобное. Потом тренировка мозга: теоретические занятия с учителем и практическая магия с очередным опустошением магических запасов через создание множества простых заклинаний. Долгожданный обед, медитация, снова физические упражнения с тренировочным оружием против опытных воинов, изучение сложных заклинаний, требующих максимальной концентрации, работа с тенями, ужин, снова медитация, пробежка и - о, радость, сон.
Сезон пробуждения закончился, подходил к завершению грозовой, который «радовал» пасмурными днями и частыми грозами, не всегда сопровождавшимися дождями. В этот период желающих посетить живую степь становилось заметно меньше, поскольку к магическим молниям добавлялись и природные, что повышало агрессивность чужаков.
За все это время ни разу не выходил за пределы поместья Ургаса. Голова пухла от новых знаний, тело ломило после непривычных нагрузок, а душа… Роботы ее не имеют, а я теперь себя ощущал то ли киборгом, то ли зомби, непрерывно выполняя чужие приказы как заведенный. Правда, уже начало казаться, что завод вот-вот закончится.
За прошедшие долгие-предолгие дни успел досконально изучить территорию вокруг дома наставника, имевшую довольно приличную площадь. Помимо трехэтажного здания с примыкавшей к нему башней, имелись и другие постройки. В одной хранился сельхозинвентарь, в другой - инструменты и приспособления для магических упражнений, а третье, пустующее строение, стоило войти внутрь, с порога наводило жуткую тоску: голые черные стены без окон, невзрачный бетонный пол, засмоленный до черноты потолок...
Сразу за основным зданием размещался полигон, размерами с футбольное поле, за ним - несколько грядок, среди которых иногда возился Кортис, и небольшой пруд. Казалось бы – деревенская идиллия, но купаться в нем было довольно опасно из-за водившихся там в огромном количестве непривычно крупных пиявок. Владения учителя ограждал высокий забор. Вдоль него была проложена беговая дорожка из гравия, по которой изо дня в день я и наматывал круги.
У остальных моих соучеников нагрузка была поменьше. Как объяснил Ургас, им не было необходимости бороться с источником за собственное выживание.
Кое-каких результатов за это время я все-таки сумел достичь. Стал крепче физически, освоил азы нескольких стилей рукопашного боя и технику обращения с ножом, стал увереннее метать клинки в цель. Появились неплохие подвижки в работе с коротким мечом, копьем и кистенем. Что касается магии, то пока научился создавать лишь чуть больше дюжины простых заклинаний, но зато без опустошения собственного магического резерва, или пару мощных, которые отбирали львиную долю резервов, и я на пару часов становился почти беззащитным. Наставник заметил, что мои магические каналы значительно окрепли, и вскоре пообещал новые нагрузки.
За прошедший период несколько раз пытался продолжить работу над своим разноцветным клубком из шлангов. Ничего хорошего, кроме боли не получалось, хотя старался изо всех сил. Этот клубок появлялся в сознании во время глубоких медитаций внутри сферы, наполненной светящимися снежинками, в самом ее центре. Выглядел он так, будто побывал в лапах сотни игривых котов, разодравших его в мочалку.
Обнаружил этот необычный выверт своего сознания незадолго до прибытия в эту деревню. Две первые попытки преобразования, как казалось, привели к успеху: после моих усилий два шланга «вырвались» из клубка и, окрасившись в голубой и сиреневый цвета, образовали некие эллипсные орбиты вокруг остального скомканного безобразия.
Попытался спросить об этом видении у наставника, и он мне не смог ничего ответить.
- Наверняка ответ на твой вопрос имеется, Алтон, но искать его нужно в столичной Академии, и, скорее всего, в закрытой части библиотечного фонда. Поэтому спрашивать о таком людей, в коих не уверен, лучше не стоит.
В этом мире я уже начал догадываться, что полон опасных тайн. И чем дольше здесь пребывал, тем больше в этом убеждался, поэтому и старался, как можно быстрее впитывать знания наставника.
Основная проблема всех одаренных, как объяснил Ургас, заключалась в неумении дозировать энергию. На любое заклинание мы тратили в разы больше сил, чем требовалось, и в итоге моментально расходовали свои запасы. С точки зрения обучения, быстрое опустошение было даже полезно для укрепления каналов, но допускать перебора при этом нельзя, иначе можно их серьезно повредить.
Все магические упражнения мы делали на полигоне, который, как оказалось, и сам являлся огромным накопителем. Любые излишки выплеснутой нами энергии не пропадали даром, активно подпитывая специальные растения, окружавшие площадку. Зато, когда было нужно, полигон щедро делился полученной энергией. Правда, по словам учителя, далеко не со всеми.
Сегодня после обеда Ургас вдруг вызвал к себе, из-за чего пришлось пропустить медитацию. Краткие минуты, когда я входил в состояние отрешенности, были самыми приятными за весь день - сознание очищалось от тяжких мыслей, тело отдыхало от нагрузок, и жизнь не казалась таким уж адом.
- Алтон, хотел сказать, что меня радуют твои успехи, - начал волшебник, когда я вошел в его комнату. – Кортис тебя хвалит, учителя по работе с холодным оружием тоже довольны. Могу также отметить, что каналы значительно укрепились. Однако…
Так и знал, что за после «за здравие» последует… Наверняка сейчас его «однако» сведет на нет все перечисленные достижения. Наставник пару минут молчал, то ли ожидая морей реакции, то ли собираясь с мыслями, и затем спросил:
- Как сам думаешь, что у тебя не получается?
- Мало создаю заклинаний?
- Это – последствия, а надо понимать их причину.
- Нерационально расходую энергию?
- Опять последствия. Ты же умный парень, неужели сложно догадаться?
На третий раз я не спешил выдвигать очередное предположение. Немного успокоившись, ответил:
- Мне со стороны собственных ошибок не видно, я просто выполняю все, что требуют учителя, и ничего не создаю сам. Развития нет, поскольку из-за нескончаемого тренинга инициатива попросту не может пробиться наружу. Уверен, в моей учебе пора что-то менять. Нужен прорыв.
Ответ явно удивил наставника. Он окинул меня оценивающим взглядом и заговорил:
- Возможно, ты прав. А еще я тут знаешь, о чем подумал? Из твоей действительно напряженной и не безопасной жизни ушла смертельная угроза, которая раньше сильно подстегивала развитие. Максимум, что тебе здесь достается - ушибы и синяки, которые не несут риска гибели, поэтому ты не используешь скрытые ресурсы организма. Сегодня я хочу провести с тобой магический спарринг на полигоне. Буду использовать заклинания, известные волшебникам первого ранга. Сумеешь выстоять – молодец. Нет - окажешься на больничной койке, а это - три дня постельного режима плюс пять суток на восстановление.
- Мне нельзя делать такой длительный перерыв! – возмутился я.
- Значит, всего лишь не надо проигрывать, – буднично произнес Ургас. - Или хочешь отказаться? А как же тогда прорыв?
- Когда? – мрачно промолвил я. Идея мне совсем не понравилась, но спорить с учителем не стал.
- Прямо сейчас. Чего время зря тянуть?
- Ишида звать будем? – представив последствия такого спарринга для себя, спросил я.
- Нет. Целитель не может быть постоянно рядом с тобой. Дополнительная подстраховка в его лице будет только мешать.
- Каковы правила боя? – спросил я, когда мы вышли на полигон.
- Никаких. Я использую арсенал мага первого ранга, чтобы вывести тебя из строя и покалечить. Твоя задача – остаться невредимым. Все почти, как в жизни.
В следующее мгновение в меня полетела молния.
Буквально за миг до этого «чуйка» заставила отпрыгнуть влево. Упал, перекатом вернулся обратно, ощутив жар. Шар огня разбросал искры в двух шагах. Только встал на ноги, как тут же снова подскочил вверх, чтобы ноги не обожгло огненной плетью.
«Эбонитовые ежики!!! Так и буду тут прыгать, пока не поджарят?»
Амплуа попрыгунчика меня совершенно не устраивало. Выкроив секунду, заставил землю под ногами волшебника заходить ходуном. Бросил в него несколько камней и закрутил пылевую воронку прямо в глаза противника. Под ее завесой ринулся прямо к сопернику, пытаясь сократить дистанцию. Из теории знал, что огневики на начальных уровнях не любят ближний бой.
Волшебник воздвиг стену огня, убежать от которой я не успевал, поэтому запустил ливень над головой. Жар не смог опалить серьезно – после столкновения двух стихий с шипением образовались клубы пара. Наставник немного попятился, а я успел «выкопать» небольшую выемку за его спиной. Ургас оступился и рухнул на спину. Попытался воспользоваться его замешательством и прыгнул, однако учитель ушел в перекат.
Вскочили мы одновременно, и схватка перешла в рукопашный бой. Волшебник оказался даже сильнее Кортиса. Он наносил весьма ощутимые удары, которые пока мне удавалось блокировать, однако силы уже заканчивались. Моя защита на основе магии крови, укреплявшая твердость мышц, больше не справлялась. Еще немного - и кости просто не выдержат… Изначально я не собирался использовать магию ветра, но понял, что в противном случае без переломов не обойдется. Мой магический удар отбросил учителя на десять шагов. Поднявшись, он остановил поединок:
- Ты знаешь, что в финале создал заклинание второго ранга?
- У меня не было другого выхода, - почему-то начал оправдываться, но потом до меня дошел смысл сказанного… - Второго???
- Энергия еще осталась? – спросил Ургас тоном, каким на диспансеризации интересуются хроническими заболеваниями в роду.
- Немного.
- Что и требовалось доказать. Алтон, чтобы добиться результата, тебе нужно чаще создавать запредельные условия. Думаю, пора такую же методику применять с остальными учениками, особенно - с Алгаем. По моим прикидкам, его инициация должна произойти в ближайшие дни. Надо бы ее подстегнуть.
- Только не покалечьте парня, - заволновался я, еще не до конца придя в себя после собственного жесткого тренинга.
- Пусть лучше ему достанется от меня, чем от наемников виконта, - хмыкнул Ургас. - Говорят, они появились в деревне.
- Когда? Где? – Ситуация, как в поговорке: никогда не было – и вот опять!
- Твой учитель по холодному оружию заметил в трактире неизвестных подозрительных типов. Они расспрашивали обо мне.
- И сколько таких любознательных?
- Он видел троих, но могут быть и еще.
- И что теперь делать? – ситуация складывалась тревожная.
- А сам как думаешь?
- Хотелось бы сходить в деревню и посмотреть на них. Отпустите?
- Почему бы и нет? Сходите завтра на рынок за продуктами вместе с Кортисом. Думаю, чужаки должны к вам подойти и хотя бы поинтересоваться моим здоровьем.
Интерлюдия
- Мархат, мы торчим в этой дыре пятый день. С чего ты решил, что наша цель тут? Чем конкретно эта деревенька отличается от всех предыдущих? - как только агенты виконта Иргума зашли во флигель, более говорливый принялся «наезжать» на своего напарника. Однако второй отвечать не спешил. Он плотно прикрыл дверь, бросил сумку на полку и затем произнес всего одно слово:
- Наставники.
- Подумаешь! В трех из десяти поселений, которые мы объехали, тоже практикуют учителя магии, и что? Мы на них только время зря потратили. Считаешь, если тут сразу два мастера, то и Платон с компанией тоже здесь? Почему ты так уверен? – напористо продолжал Гаршид.
- Чутье.
- Мы же видели этих ученичков… как его? … Левшана. Ни одного похожего ни на Платона, ни на угая. А второго волшебника уже года три никто в деревне не встречал - говорят, тяжкой хворью мается.
- Кортис, - по-прежнему лаконично ответил Мархат, имея в виду слугу хворого волшебника.
- Ну и что? Человек каждый день ходит на базар - так ведь есть надо всем, и не один раз в сутки.
- По две полные корзины? – выразительно поднял бровь молчун, неторопливо разуваясь.
- Точно! – наконец дошло до Гаршида. – Двоим, один из которых чуть не при смерти, за день столько не осилить. Значит там обитает кто-то еще… Может, попробовать расспросить этого Кортиса?
Агенты Иргума действительно потратили много времени на поиски, поскольку Атима перед отъездом из Туреина оставила своим хорошим знакомым инструкции по поводу Платона. Она сразу сообразила, что такого парня обязательно будут искать, а потому следовало пустить чересчур любопытных по ложному следу. Эти двое даже успели до столицы смотаться и поискать там нужных Иргуму людей, но потом были вынуждены вернуться, чтобы начать поиски заново.
Мархат надел чуни, повесил на крючок куртку и сел на стул возле окна.
- Он не прост.
- Кортис? И что в нем такого? Опасаешься, что спугнем наших птичек раньше времени? Так может это и к лучшему - начнут волноваться, делать ошибки…
- Кортис опасен, - перебил напарника Мархат.
- Мы тоже не младенцы - кое-чему обучены, - задиристо ответил Гаршид.
- По сравнению с ним мы – младенцы! - выдал непривычно длинную фразу молчун.
- Кортис опаснее тебя? – шепотом спросил говорливый.
- В разы.
Гаршид в таких вопросах всецело доверял приятелю. Представив человека смертоноснее, чем его немногословный напарник, шпион слегка поежился.
- Значит, будем ждать, когда с подворья Ургаса выйдет кто-то, кроме Кортиса. Сообщение виконту отправим только тогда, когда будем уверены, что здесь именно нужные нам парни. Согласен?
- Да.
Оба надолго замолчали.
Прибыв в деревню, они сняли флигель на окраине. Домовладельцу рассказали, что после вылазки в степь оказались на мели, так что теперь могли позволить себе лишь дешевое жилье. В самом Туреине цены за постой были намного выше, поэтому попутного каравана из города они будут дожидаться здесь.
- Сегодня слышал, - наконец подал голос Гаршид, – как на рынке обсуждали неприятных чужаков, прибывших вчера в деревню. Те расспрашивали о мастере Ургасе. Надеюсь, у нас с ними разные цели.
Молчун просто пожал плечами.
- А, с другой стороны, если эти гости первыми столкнутся с Кортисом, у нас будет меньше проблем. Согласен?
Мархат кивнул и опять же молча указал пальцем в окно. Флигель агенты виконта Иргума выбрали в основном потому, что он стоял неподалеку от дороги, которая вела к особняку Левшана, и дальше - к мастеру Ургасу.
Гаршид посмотрел в указанном направлении:
- Кортис... И не один! Вон тот – точно угай, хоть и светлокожий, а замыкающий… Мархат, мы их все-таки нашли! Как думаешь, стоит проследить, куда они все направились?
- Корзины, - в своей обычной манере ответил напарник.
- Думаешь, решили помочь с покупками? Наверное, ты прав. Но почему только сегодня? А если они собираются встретиться с прибывшими… Точно, надо проследить, а то, не ровен час намылятся сбежать. Пойдем, прогуляемся.
Мархат возражать не стал. Взял куртку, надел сапоги, проверил оружие. Гаршид на всякий случай прихватил корзину. Выходя из флигеля, заметили, что за Кортисом и его компанией торопливо увязались пятеро молодых людей, которых чуть раньше агенты видели в усадьбе мастера Левшана.
- Эти-то куда рванули? Неужели за «нашими»? – говорун не мог не прокомментировать происходящее. Повернувшись к напарнику, спросил: - Ты что-нибудь понимаешь?
- Скоро узнаем, - ответил тот, положив ладонь на рукоять кинжала.
При входе на базар ученики Левшана нагнали подопечных Ургаса.
- Господа, задержитесь, пожалуйста, - обратился к Кортису с компанией самый высокий из преследователей.
Шагавший замыкающим Алтон обернулся. Кортис лишь на мгновение окинул взглядом группу парней и произнес:
- Закончишь с ребятками - дуй в мясные ряды, мы там ненадолго застрянем.
- Лады, - согласился тот и обратился к нагнавшим: - Так в чем дело?
Агенты виконта, остановившись в пяти шагах от входа, прекрасно слышали их разговор.
- Ты говорил, что Кортис опасен, но почему он оставил парня одного против пятерых? – удивленно спросил Гаршид напарника.
- Верит в него, - объяснил молчун.
***
Распоряжение Кортиса меня слегка озадачило. Ведь он, считай, велел разобраться с учениками Левшана. Двоих я запомнил по единственному посещению подворья, на которое мы по ошибке зашли по прибытии в деревню. А сейчас заметил - стоило нам пройти мимо поместья их наставника, как за нами увязались сразу пятеро.
- Ты из учеников Ургаса? – довольно нахально спросил долговязый - Как он?
- Пока жив, хвала Варду!
Мы с наставником с самого начала договорились держать в тайне его выздоровление.
- Он взял в этом году учеников? И чему же может научить едва живой волшебник?
- Многому, если сами ученики усердие проявляют, - разговор начинал утомлять. Буквально с первых слов стало понятно, что меня пытаются спровоцировать.
- Не верю. Ты - обманщик, а твой учитель – пустое место.
- Верить или нет – личное дело каждого, но зачем оскорблять почтенных людей?
- Человеком можно считать лишь того, кто умеет за себя постоять, все остальные – пыль под ногами. В том числе - и ты.
- Знаешь, пыль иногда бывает крайне опасна, - я усмехнулся.
- Чего лыбишься, убогий? Давно по роже не получал?
- Вообще-то, никогда. Все больше хамам, вроде тебя, доставалось - так и норовят лицом в мой кулак врезаться.
- Ах, ты…
Длинный попытался меня ударить. Чуть сместился в сторону, пропустив слева его выпад. Нанес ответный удар, угодив в скулу. Удачно - наглец ушел в нокдаун.
- Вот видишь - опять то же самое. Снова - лицо, и снова – в мой кулак.
- Я вызываю тебя на магический поединок, - он нашел силы вскочить. – Откажешься, ты – трус.
- А проигравший платит десять монет золотом. Если ты, конечно, не боишься.
- С чего это вдруг поединок на деньги?
- Я идиотов уму-разуму бесплатно не учу.
- Да я тебя в порошок сотру, по стенке размажу, в землю зарою…
- Только сначала, - раздался сзади голос Кортиса, - я ваши ставки приму до поединка, чтобы потом не тратить время, приводя в чувство проигравшего, чтобы тот рассчитался. Кто победит, тот и заберет выигрыш. У тебя вообще есть десять монет?
- Ставлю двадцать, - заявил долговязый и отсчитал монеты. – А если у этого нищеброда нет нужной суммы, значит, я победил.
- Так может поднимем ставки до полтинника? А то, действительно, чего мелочиться? –продолжал я дразнить самоуверенного выскочку.
- Ты сперва хоть двадцать покажи.
Опустил руку в торбу, вытащил две стопки монет по десять штук и передал их Кортису.
- Ну что ж, господа, - произнес тот. – Думаю, время дорого. Предлагаю не откладывать поединок. Никто не возражает, если начнем прямо сейчас?
- Здесь? – удивился долговязый.
- Зачем же? Дойдем до поместья мастера Левшана, там неподалеку имеется подходящий пустырь. Тебе нянька на поединок нужна? – обратился он к чужому ученику. – Я имею в виду - присутствие наставника?
- Обойдусь.
- А тебе? – Кортис повернулся ко мне.
- Зачем беспокоить уважаемого человека?
- Хорошо, идем, - слуга Ургаса повел нас за собой.
Перепалку слушало много зевак, поэтому пока Кортис вместе с учениками обоих наставников очерчивал площадку для боя, народу с рынка набежало более сотни. Один из приятелей долговязого попытался было возмутиться по поводу толпы, но хватило выразительного взгляда Кортиса, и недовольный принялся усердно помогать остальным.
- Бой! – произнес наш «рефери».
Противник сразу запустил по спирали несколько мелких огненных шариков. Вряд ли они смогли бы нанести серьезный ущерб, но даже порча одежды в мои планы не входила, поэтому резко сместился в сторону.
«Ага, так они еще и самонаводящиеся…» - я успел заметить изменение траектории, а долговязый отправил в мою сторону следующее заклинание. – Силен, сволочь!»
Если шарики были под силу и одаренному, то три огненные дуги на разных высотах относились к заклятиям первого ранга.
В ответ создал плотную дождевую тучу, которая полностью скрыла меня от противника. Разделив ее на пять частей, отправил к противнику, скрываясь в одной из них.
Облако тоже мог создать одаренный, однако без помощи тени я бы вряд ли добился достаточной для гашения огненной дуги плотности. Два туманных сгустка справились и с шариками, и с дугами, заставив долговязого атаковать оставшиеся тучки.
Когда расстояние до противника сократилось до десяти шагов, я выскочил из последнего уцелевшего облака, отвлекая внимание соперника, а сам резким порывом ветра отправил тучку прямо в него. Долговязый, опасаясь подвоха, соорудил круговой щит, но там ничего не оказалось, кроме воды.
- И это все, на что ты способен - прятаться за облаками? – прорычал он.
- Желаешь больше? Как скажешь.
Капли, выпавшие из последней тучки, стремительно направились к противнику, замерзая прямо на лету. В общем, долговязого слегка побило градом, и он окончательно рассвирепел.
- Тебе хана! – взревел противник, прикоснувшись к груди.
Сразу поверил, что он не шутит. Наверное, из-за звериного оскала. Честно скажу, даже испугался, и с испуга резко вздыбил почву под ногами длинного. Это меня и спасло - тот пошатнулся, и голубой луч выстрелил не в меня, а в небо.
- Запрещенный прием! – крикнул Кортис.
- Плевать! – рыкнул долговязый, занимая более устойчивое положение. Он снова целился в меня той дырой, что образовалась в рубахе.
А дальше включились мои отработанные на тренировках рефлексы: воздушный кулак ударил дылду в левое плечо, сбивая прицел, пыль под его ногами взмыла в воздух и запорошила глаза, земля заходила ходуном, а сам я оказался рядом с противником. Хватило трех хлестких удара, чтобы «отключить» прыткого врага.
- Что здесь происходит? – раздался громкий голос Левшана. – Кто устроил избиение моего ученика? Ты? - волшебник решительно направился ко мне.
- Запрещенные амулеты носят все твои ученики, или только этот? – на его пути оказался Кортис.
- Какой еще амулет? Что ты в этом понимаешь…
- «Синяя смерть», мастер Левшан, - пугающе тихо произнес Кортис.
Волшебник побледнел, а затем почти шепотом выговорил:
- Я разберусь со своим учеником.
Издалека сумел разглядеть, как Левшан что-то передал нашему рефери.
- Парни, поединок окончен, - объявил он. – Берем корзины и - на базар. Нужно успеть вернуться к обеду.
Глава 7 Чужаки в деревне
Чужаки в деревне
- Кто посмел устраивать магический поединок на не оборудованной площадке? – Мы не успели даже отойти в сторону, как дорогу перегородили шестеро. Трое по виду были явно опытными вояками. Кортис во время занятий учил нас не только постоять за себя, но и уметь быстро оценивать людей по одежде, манере поведения, выражению лица. Расстановка бойцов и их решимость во взгляде выдавало, как минимум, наемников.
Остановивший нас точно принадлежал к дворянскому сословию. Его отличала презрительная надменность во взгляде, да и одет этот индюк был лучше других. Еще двое, стоявшие у него за спиной, скорее всего, зарабатывали на хлеб магией.
- Добрый день, господа. В нашей деревне сначала здороваются и представляются, а потом задают вопросы. Иначе неясно, стоит ли вообще отвечать.
- Я не обязан всякому смерду называть свое имя! – возмутился невежа, повернувшись к нам так, чтобы лучше было видно его меч в богатых ножнах.
Разумеется, Кортис распознал в высоком незнакомце дворянина, но оказывать почтение не спешил.
- Тогда и я не обязан отвечать неучтивому наглецу.
- Одно мое слово - и…
- Поосторожней с этим словом - оно ведь может стать последним. Причем, не только для тебя.
- Ты смеешь угрожать Картану Дремскому!?
Мои предположения относительно наглого типа подтвердились - в этом мире фамилии имели лишь дворяне.
- Смею, - спокойно ответил Кортис и добавил еще что-то совсем тихо. Никто, кроме его собеседника, ничего не расслышал, а тот слегка побледнел.
- Прошу прощения, - неохотно выдавил он из себя. – А теперь я хотел бы услышать ответ на заданный вопрос.
- За пределами населенных пунктов для поединков между одаренными специально оборудованная площадка не требуется.
- Вокруг собралась целая толпа, - он указал на расходившихся зевак.
- Все они были предупреждены трижды, как и предписано магическим кодексом.
- Мой волшебник зафиксировал применение одаренными заклинаний первого ранга.
- Это запрещено? – небрежно обронил Кортис.
- Нет, - вынужден был согласиться Картан. – Однако использование опасного амулета…
- А вот этот вопрос стоит задать господину Левшану – это его ученик грубо нарушил правила. Пусть теперь сам разбирается со своими подопечными. Нам мастер моральный ущерб возместил, и у нас друг к другу больше претензий нет. И вообще-то мы спешим. Еще вопросы имеются?
- Только один: как здоровье мастера Ургаса?
- Оставляет желать лучшего.
- Как же при этом он находит силы работать с учениками? – недоверчиво хмыкнул Дремский.
- На «только один» вопрос я ответил. - Кортис поднял с земли корзину и повернулся к собеседнику спиной. Мы прошли сквозь живую преграду, отправившись, наконец, на базар - нам еще надо было успеть закупиться до обеда.
- Алтон, стоит почаще выводить тебя в люди - Левшан заплатил полсотни откупных, - улыбаясь, сообщил Кортис.
- Здорово! – порадовался я. – Мне тоже перепало двадцать монет. А Картан и компания - это люди того самого виконта?
- Они. Теперь жди проблем.
- Я заметил еще двоих, внимательно наблюдавших за моим общением с учениками Левшана.
- Молодец, – похвалил Кортис. – Думаю, те двое даже опаснее людей виконта. К тому же, мне показалось - они нашли то, что искали.
- А что они искали? – спросил Алгай.
- Неприятности на свою задницу, - ответил помощник Ургаса.
На рынке мы затарились «под завязку» и отправились обратно. Я снова замыкал группу, следуя сразу за Алгаем, и с удивлением заметил, что паренек, несмотря на тяжелую поклажу, шел как-то слишком бодренько. Не замечал до сегодняшнего дня у него эдакой подпрыгивающей походки, словно к подошвам прикрепили пружины.
«Что это с ним? Перевозбудился, наблюдая за магическим поединком, или на него так подействовала встреча с Картаном Дремским? Вроде раньше за парнем подобной впечатлительности не наблюдалось».
- Алгай, - окликнул его, - с тобой все в порядке?
- Да, а что не так? – удивился парень.
- Мы твои корзины под завязку засыпали овощами, а ты размахиваешь ими, как пустыми. Сам-то вес ноши ощущаешь?
- Так вроде легкие, - недоуменно ответил он.
По моим прикидкам, в каждой корзине было килограмм по десять, а то и больше. После неожиданно свалившихся денег и при наличии дополнительной тягловой силы Кортис закупился на неделю.
- На самом деле они довольно тяжелые. Я, к примеру, уже взмок.
- Странно, - пожал Алгай плечами, посмотрев на остальных. – Может, это последствия магии?
- Какой?
- Да в меня, пока я глазел на вас, шарик того долговязого угодил.
- Почему не сказал? – я не на шутку встревожился.
- Так ведь ничего ж не случилось - зачем Кортиса попусту дергать? Заставил бы к Ургасу срочно возвращаться, а мы еще тогда и до базара не дошли.
- Ребята, стойте! – окликнул всех. – Ишид, глянь на Алгая - с ним все в порядке?
Целитель осмотрел паренька с головы до ног:
- Ничего опасного для здоровья не вижу. Правда, появилось некое… сияние. Думаю, его нужно скорее показать учителю.
- Да все со мной нормально, - недовольно пробурчал Алгай.
- Бегом к учителю! – приказал Кортис.
Ослушаться старшего ефрейтор не мог и тут же побежал к усадьбе. С двумя корзинами, словно те были воздушными шариками.
- Такое состояние нормальным точно не назовешь, - провожая взглядом убегавшего, протяжно произнес Кортис. – Я даже не успел сказать, чтобы он корзины оставил. Надеюсь, все обойдется.
Когда мы вернулись на подворье, первым увидели мастера, спокойно сидевшего на лавке возле дома. Сразу поспешили узнать диагноз Алгая.
- У парня, наконец, произошла инициация, - успокоил Ургас. – Отправил его на медитацию.
Наставник давно предупреждал о наличии у юноши дара, однако определить его характер было возможно только после инициации.
- Вы там, говорят, поединок устроили? Не рановато ли? Некоторые ученики Левшана уже третий год обучаются, - с осуждением в голосе произнес Ургас, однако в его глазах промелькнула веселая хитринка.
- В моем противнике, учитель, кроме хамства и спеси, почти ничего не было. Ах, да, еще амулет запрещенный.
- По поводу боя поговорим позже. А сейчас отнесите продукты на кухню и помогите кухарке всю эту гору где-то разместить. Кто-то из вас явно оголодал, если столько накупили.
Пока мы разбирали корзины, наставник пообщался с Кортисом, а затем отправился к инициированному.
- Меня так и разбирает любопытство, - не выдержал Игун. – Какой дар проявится у Алгая? Ишид, что за сияние ты заметил?
- Серебряное, - ответил целитель. – Но о чем это говорит, понятия не имею. Я же не видящий и пока не маг.
- Но то пятно у наставника сразу разглядел, - напомнил Игун.
- Не путай хворь с даром… - начал было угай, но вмешался я:
- Мужики, давайте не будем гадать. После медитации Ургас все расскажет Алгаю. Тогда и узнаем.
Пока в нашем отряде числились: менталист с навыками метателя молний, целитель с зачатками способностей друида и пустышка или пустотник, как еще называли одаренных, обделенных способностями - то есть я. Учитель говорил, что собственного дара во мне нет, зато имеется сильный источник и несколько теней, чьими умениями я и пользовался.
Ургас далеко не сразу поставил такой «диагноз». Только через пять дней тщательного анализа моих видений при медитации он выдал этот вердикт. Для всех остальных он строго велел называться магом воздуха - у меня заклинания стихии воздуха получались лучше других. Даже приятелям пришлось озвучить именно эту версию, поскольку пустышки здесь редко доживали до инициации, а к волшебнику с этими возможностями могли появиться ненужные вопросы.
Мои тренировки в основном включали изучение ветровых заклятий. Как сказал наставник, они должны стать родными, чтобы ни один видящий не заподозрил во мне пустотника.
- Так, господа ученики, - прервал Кортис наше обсуждение предполагаемого дара ефрейтора, - я не припомню, чтобы мастер на сегодня отменял занятия. Или вы ждете особого приглашения?
По расписанию как раз начиналась медитация, и мы отправились в просторный зал первого этажа. Алгая там уже не было, видимо, уже ушел в башню к учителю.
Основное строение и жилище волшебника были связаны между собой переходом на третьем этаже, там же располагались и наши комнаты. На втором находились кухня, трапезная и помещения для слуг, которых у мастера, если не считать Кортиса, не имелось. Готовившая для нас кухарка считалась работницей по найму, она появлялась утром и возвращалась в деревню вечером. Еще такими же работниками были воины, обучавшие нас своему ремеслу. Никто из них на ночь в поместье не оставался. Все они дали нерушимую магическую клятву держать в тайне улучшение состояния учителя, но для меня все равно оставалось загадкой, как они отбивались от расспросов в деревне.
Я спросил Кортиса, сколько обычно учеников набирал мастер Ургас, и почему сейчас он взял лишь четверых.
- Больше десяти одаренных у нас не обучалось, а ныне - особый случай. Ургас не желает раскрывать свое выздоровление, да и вас он гоняет по ускоренной программе, чтобы поскорее подтянуть перед испытаниями на ранг.
Для получения первого ранга одаренному требовалось продержаться три минуты в бою с тремя волшебниками этого уровня. А у тех был свой резон как можно быстрее победить претендента: каждый выигрыш приближал их собственный экзамен на второй ранг.
Интересно, что даже получение первого ранга еще не знаменовало переход одаренного в статус волшебника, лишь давало ему право на участие в турнирах любой из магических академий Миригии. Счастливчики, занявшие призовые места, сразу зачислялись на первый курс с бесплатным обучением. После пяти лет учебы у наставника и ежегодных успешно сдаваемых в той же академии экзаменах, одаренному выдавали диплом мага при одном условии…. Все опять упиралось в деньги - каждый экзамен стоил столько же, сколько годовое обучение.
С Алгаем мы встретились за обедом. Он слегка припозднился и выглядел слегка ошарашенным.
- Как успехи? - спросил Игун. – Чем сможешь теперь удивить: огнем, ураганом или камнепадом?
- Ничем, - тихо ответил он. – Учитель сказал - мой дар не способен созидать чары.
- Главное, что он вообще есть! – решил поддержать я Алгая. – А в чем же тогда он проявляется?
- На меня, кроме целительской, никакая другая магия не действует. Точнее, она поглощается, преобразуется в жизненную энергию и добавляет сил.
- Ого! – воскликнул Игун. – Так ты у нас живчик?!
Снова осознал собственную ограниченность, поскольку раньше этого слова вообще не слышал. Да что удивляться, я и о пустотниках узнал совсем недавно, хотя сам им и являюсь.
- Учитель велел больше внимания уделять воинскому ремеслу, - ответил Алгай.
- Поздравляю - из тебя получится непобедимый боец! – наш менталист первым пожал руку новоиспеченному одаренному.
- Я правильно понимаю - магические удары тебя только усиливают? – спросил я.
- Да, до определенного предела. А потом излишки энергии нужно как-то сбрасывать. Этому меня и будут учить.
Интерлюдия
Сразу после обеда Кортис решил заглянуть в тот флигель, откуда вышли два подозрительных типа. Помощнику Ургаса очень не понравилось их повышенное внимание к Алтону, которое он заметил и во время перепалки парня с учениками Левшана, и во время поединка, сразу после которого парочка быстро пропала.
Дверь небольшого домика запирал навесной замок. Кортис отправился переговорить с хозяином подворья, на котором стоял флигель. Выяснилось, что постояльцы спешно снялись с места и отправились в сторону Туреина.
Посещение деревенской общественной конюшни подтвердило слова хозяина флигеля. Два вольника, как они себя называли, действительно забрали своих скакунов и выехали в сторону города.
«Разнюхали нечто важное для себя и смотались? Весьма похоже. Причем уходили в спешке, видимо, кто-то спугнул. Если они из того же теста, что и я, то наверняка заметили мой интерес к своим персонам. Надо аккуратнее зыркать, господин баронет».
Кортис действительно был благородного происхождения, но тщательно это скрывал. Разве что в крайнем случае, когда возникала необходимость осадить заносчивого дворянина, мог произнести всего несколько фраз, обозначив свое происхождение, чтобы сбить спесь с зарвавшегося.
Жизнь баронета Кортиса Мунского представляла калейдоскоп опасных событий. С того момента, как двадцать семь лет назад Кортис покинул отчий дом, кем только ему не приходилось быть. Сначала служил в гвардии его величества короля Агрида Седьмого, но после его гибели и восшествии на престол нового монарха, столицу пришлось срочно покидать, поскольку гвардейцев пытались обвинить в смерти короля. Эти сложные три года Кортис вынужден был провести среди преступников. Благодаря бойцовским умениям, он сумел подняться на самый верх крупной банды, став правой рукой главаря. Узнав об указе, снимавшем все обвинения с гвардии, имитировал собственную гибель и ушел от подельников.
Когда же собрался вернуться домой, оказалось, что после смерти отца всем наследством завладел средний брат. Он объявил о бесчестье старшего брата – дескать, тот опозорил семью, предав короля. В имении не оказалось и младшего брата, с которым баронет хотел повидаться - по достижении двадцатилетнего возраста его выгнали из поместья под другим надуманным предлогом.
Все эти новости тогда едва не подтолкнули Кортиса к мести. К счастью, бывший гвардеец не поддался эмоциям. Он задал себе один важный вопрос - сможет ли сам жить такой жизнью, которую выбрал для себя средний брат? Получив отрицательный ответ, подался в наемники.
Изматывающие сопровождения караванов, участие в кровопролитных пограничных стычках, бесконечные рейды в степь - чего только не было в жизни баронета-бойца… И вот однажды его отряд столкнулся с бандой оборотней. В той схватке погибли почти все наемники и большая часть отряда местного барона. Едва живого Кортиса, брошенного умирать на дроге, подобрал мастер Ургас.
Раны от когтей оборотня оказались настолько серьезными, что волшебнику пришлось завязать здоровье баронета на свою магическую силу, иначе бы тот не выжил. Однако такое спасение имело и оборотную сторону: последние три года, когда угасал волшебник, баронету приходилось тяжко. Пока Ургас болел, Мунский выглядел гораздо старше своего возраста, но стоило волшебнику освободиться от недуга, и Кортис заметно помолодел. Сейчас ему на вид было не более сорока.
«Алтон с друзьями спасли не только Ургаса, но и меня, - продолжал размышлять Кортис, остановившись неподалеку от входа в конюшню. – И тут появляются два каких-то мутных типа…»
Всадник, осадивший коня буквально в двух шагах от него, заставил баронета отвлечься от раздумий.
- Милейший, не подскажешь, тут можно на пару дней лошаденку пристроить?
- Подскажу. Можно, - кивнул Кортис.
Приезжий почему-то заинтересовал баронета.
«Волшебник, не иначе. И что ему могло понадобиться в нашей глуши? Примчался на помощь Картану? А почему один?»
Всадник спешился, взял лошадь под уздцы и повел в стойло. Довольно быстро он вышел уже в сопровождении конюха.
- Так вот кто вам нужен, господин Родкин, - хозяин конюшни указал на Кортиса. – Господин проживает как раз на северной окраине деревни и всех там знает.
- Благодарю за помощь, милейший, - волшебник направился к баронету. – Меня зовут Родкин. Я по заданию столичной академии магии составляю перепись наставников, помогающих одаренным развивать свои способности.
- Мое имя Кортис. Показать, где находится поместье мастера Левшана?
- Поместье я и сам найду, милейший. А ты можешь сообщить о волшебнике что-нибудь интересное?
Баронета немного раздражала манера разговора молодого человека, которому на вид было не больше тридцати. Однако Кортис не подавал виду:
- Волшебник как волшебник: в меру спесив, считает себя одним из лучших учителей, по слухам имеет пятый ранг. Ничего интересного.
- Учеников у него много? – продолжил расспрашивать приезжий.
- Я их не считал, господин Родкин.
- Ладно, сам у него спрошу. А второй учитель? Я слышал, его какая-то хворь терзает?
- А что, ты – целитель, можешь ему помочь? – вопросом на вопрос ответил Кортис.
- Нет. Просто я слышал, что он недавно взял учеников. Наверное, очень преданный своему делу человек, ему и болезнь нипочем.
- Или целители выкачали у него все деньги, и теперь с помощью учеников он пытается свести концы с концами. А может просто нашел идиотов, готовых платить даже за некачественное обучение. Кто, их, волшебников знает…
- И давно у мастера Ургаса появились ученики? – не унимался приезжий.
- В этой жизни все настолько быстротечно, господин Родкин, что иногда годы пролетают, как дни. Ты же все равно наведаешься к обоим мастерам. Вот все у них и узнаешь.
- Да-да, конечно. Спасибо, милейший, так и сделаю. Не подскажешь, где тут можно комнату снять на пару дней?
- Как не знать? Сегодня как раз подходящий флигель освободился неподалеку от владений Левшана.
- Не проводишь?
- С удовольствием. Следуй за мной.
Глава 8 Теневой образ
Теневой образ
Интерлюдия…
В первые месяцы учебы Борине абсолютно ни на что не хватало времени. Она даже невольно начала завидовать подругам, поступившим на третью категорию сложности обучения. Рудана и Лузита по вечерам веселились на пирушках с сокурсниками, посещали столичные театральные представления, а она в это время была вынуждена штудировать горы книг, закреплять полученные знания на практике, да еще дополнительно заниматься на трех факультативах, все равно подспудно опасаясь, что ее вот-вот выгонят из класса первой категории.
Несколько дней назад она уже была близка к срыву - хотелось все послать к исчадьям проклятых и тупо напиться. Все же девушке удалось перебороть себя, но далось это с огромным трудом. А сегодня вдруг случился прорыв. Как говорит их учитель истории магии, «в определенный момент количество обязательно переходит в качество».
«Скачок» Борина ощутила, вернувшись после занятий в свою комнату. По пути домой она планировала предстоявшие домашние занятия. Первым делом собиралась просмотреть книгу, чтобы восстановить в памяти непростое заклинание. Однако, закрыв за собой дверь, вдруг поняла, что подсказка не требуется - она может прямо сейчас, не напрягаясь, создать любые из изученных ранее чар первого уровня.
«Неужели получилось?! – мысленно воскликнула Борина, рухнув на кровать. – Завтра же доложу декану!» На самом первом занятии их продвинутой группе строго велели сразу извещать начальство, если произойдет прорыв.
Утром Борина вышла пораньше, чтобы успеть в деканат до начала лекций. Главу водного факультета она застала в кабинете.
- Доброе утро, господин Этман, - поздоровалась студентка.
- Борина? Приветствую. Проходи, садись. У тебя такой взволнованный вид - что-то случилось?
- Да. У меня, кажется, случился прорыв, - чуть смущаясь, ответила девушка.
- Да, ну? – декан живо встал из-за стола. – Давай-ка я на тебя посмотрю.
Почти половина преподавателей магической академии являлись видящими магами. Этман прищурил глаза и «просканировал» студентку особым зрением.
- Замечательно, Борина! – искренне обрадовался он. – У тебя произошло расширение магических каналов почти на одну треть. Значит так: два дня никаких занятий. Ограничения помнишь?
- «Сложной магией не пользоваться, тяжести не поднимать, беречь силы и нервы», - процитировала прилежная ученица.
- Умница! По истечении срока карантина для тебя будет особое задание. Ровно через два дня жду здесь после обеда. А сейчас отдыхай.
Борина знала, что после прорыва или второй инициации дара его обладателю поручали магическое задание, способствующее развитию открывшихся возможностей. Поскольку девушка активно посещала факультатив декана, он успел изучить способности старательной студентки и мог лучше других подобрать подходящее испытание.
Борина возвращалась к себе окрыленной, что не ускользнуло от внимания встреченных по пути подруг.
- Ты погляди на нее! – громко сказала Лузита. – Все - туда, а она - оттуда. Ты что, ночевала в академии?
- Признавайся, с кем? – тут же подключилась Рудана.
- И все-то вам расскажи, девочки, - улыбнулась она. – А вдруг мой избранник каким-нибудь маркизом окажется? Вы же из кожи вон вылезете, но отобьете парня.
И тут Лузита вспомнила, что перед отъездом мать советовала ей при случае присмотреться к Платону. Дескать, вдруг парень выдает себя за другого, а на самом деле является некой титулованной персоной? Однако ситуация с их похищением отодвинула все советы на задворки сознания, а потом не слишком усердную первокурсницу закрутила веселая студенческая жизнь, и она попросту забыла напутствия.
- Конечно, отобьем! – решительно заявила Рудана. - Надо же спасти человека от такой зубрилы, как ты.
- Вот поэтому я вам ничего и не скажу.
- А еще подруга называется! Смотри, наша месть будет быстрой и коварной, - пригрозила Лузита. - Знаешь, сколько у нас знакомых мальчиков со старших курсов? А у Руданы даже недавно нарисовался очень взрослый ухажер.
- Про мальчиков и ухажеров история долгая, а кое-кому стоило бы поспешить, чтобы не попасть в «черных список» опаздывающих.
Подруги сразу опомнились и оставили девушку в покое, прибавив шагу. Получать штрафные баллы не хотел никто - они отображались в рейтинге студента, на основании которого в конце каждого полугодия проводился отсев самых нерадивых.
Борине, как студентке группы первой категории, отчисление не грозило, но в случае слабых результатов ее через год могли перевести на более низкий уровень сложности, а еще через полгода - в класс третьей категории, где уже вовсю действовал «его величество рейтинг».
«Надо как-нибудь переговорить с девчонками. Упаси Вард, они завалят учебу, а мне потом родственники весь мозг вынесут, хотя я подругам вроде и не нянька».
Когда бургомистр и главный жандарм Ибериума узнали о похищении, они тут же примчались в столицу, но вместо благодарности за спасение подруг, высказали Борине столько претензий, что девушка сначала попросту оторопела от их наглости, а потом едва не сорвалась. К счастью, ее поддержал прибывший отец, посоветовав в учебе подняться выше кузины и ее родителей, чтобы тогда никто не посмел сказать плохого слова в ее адрес.
Совет отца еще больше укрепил девушку в стремлении к серьезному образованию.
«Интересно, какое задание мне поручат? – размышляла она, шагая по знакомым улицам. – Хотелось бы по теме занятий факультатива, который ведет декан. Зря я, что ли, трачу на него половину свободного от основной учебы времени? А сколько интересного там узнала… Так, стоп! А почему я так долго иду домой?» - неожиданно Борина заметила, что ее путь слишком затянулся.
Почувствовав неладное, она напряглась и потянулась к чарам концентрации. В следующее мгновение иллюзия вокруг рассыпалась: вместо аккуратного знакомого проулка ее окружали обшарпанные стены домов припортовой зоны столицы. И снова у девушки возникли сомнения:
«Я не могла так быстро дойти до портовых трущоб. И к тому же где люди? Опять иллюзия, второй слой?»
Введение в иллюзорную магию им читали декаду назад. Основным оружием против нее являлась четкая концентрация внимания. Эту область практической магии девушка изучала довольно тщательно – внимание и точность играли важную роль при определении состава жидкостей.
«Итак: для того, чтобы развеять второй слой, нужно сосредоточиться на чем-то простом, но точно незатронутым иллюзиями. Например, на собственной обуви».
Она остановилась, взглянула на свои башмачки и ужаснулась, насколько грязными сейчас они выглядели. Борина знала - этого просто не могло быть, и сконцентрировала внимание на них. После недолгих усилий туфли приняли прежний вид, а уже от них по расширяющемуся кругу начал гаснуть и второй слой иллюзорной реальности.
Девушка оглядела вновь открывшуюся местность: она вернулась обратно к академии и сейчас стояла возле северного крыла здания, в котором проходили обучение студенты, не обладавшие даром.
Парк, примыкавший здесь к ограде учебного заведения, по утрам обычно пустовал, поэтому Борина никого не заметила. И все же она точно знала - иллюзионист должен находиться поблизости. Еще бы понять - кто это? На всякий случай студентка усилила ментальную защиту, и сразу заметила мужчину лет сорока, стоявшего неподалеку.
- Кто вы такой и что вам нужно?
- Мне – ничего, - с ленцой в голосе ответил он. – А вот одному очень уважаемому человеку настоятельно требуется с тобой переговорить.
- А сам он прийти не мог? – с вызовом в голосе спросила Борина.
- Мог, но это было бы слишком просто. Некоторые любят сначала произвести впечатление.
Голос иллюзиониста, как про себя прозвала незнакомца студентка, ей не понравился. Для мужского – слишком высокий, для женского – грубый.
- Впечатление? Что ж, он его произвел. Причем, самое паршивое, после которого вообще нет ни малейшего желания разговаривать.
- Дорогуша, запомни раз и навсегда: отказывать виконту - себе дороже. Он ведь и обидеться может, - с нескрываемой угрозой в голосе просипел незнакомец.
«Когда Рудана могла успеть? – в голове девушки всплыл недавний разговор с подругами. – Нет, с этими вертихвостками следует серьезно поговорить в ближайшее время!»
Борина разозлилась и ответила довольно грубо:
- Передайте Рудане, что ее розыгрыш не тянет даже на глупую шутку. А если будет продолжать так шутить, напишу письмо ее отцу.
Не обращая внимания на «шутника» и не собираясь слушать его ответ, девушка развернулась и решительно направилась к выходу из парка.
Незнакомец на секунду растерялся, но быстро опомнился и попытался остановить девушку, однако возникший перед ним крохотный вихрь преградил путь. Иллюзионист молча кивнул непонятно кому и направился в другую сторону. Через несколько секунд он встретился с молодым человеком.
- Девица восприняла твои слова, как шутку? – спросил тот полуутвердительно.
Парню вряд ли перевалило за двадцать пять. Тонкие черты лица, идеально уложенные волосы, добротная одежда с иголочки … Увидев такого, Борина сразу бы догадалась о его знатном происхождении.
- Как розыгрыш, мой господин.
- Судя по голосу, страха она не испытывала? – не скрывая недовольства, продолжил он расспросы.
- Вы абсолютно правы, мой господин.
- Я рассчитывал на иной эффект от этого разговора, - в голосе виконта прозвучали угрожающие нотки.
Слуга весь подобрался, словно в ожидании удара.
- Прошу прощения, я подвел вас и готов принять любое наказание.
- Ладно, подождем другого подходящего момента, раз уж девчонка без труда справилась с твоими иллюзиями.
- Вы сами приказали не действовать в полную силу.
- Конечно, - кивнул виконт, – иначе бы ты себя сразу выдал. Настоящих специалистов иллюзорной магии единицы.
- Сегодня я показал себя не с лучшей стороны.
- Это точно, но шанс исправить ошибки у тебя будет. А пока разузнай, кто такая Рудана? Может и она вхожа в круг любимчиков Этмана?
***
Наконец-то результатом ежедневных спаррингов с учителем стали не только ноющие мышцы, синяки и ссадины - я сделал так необходимый скачок в развитии. Скорее всего, сработала реальная нешуточная опасность, которой меня постоянно подвергал наставник. Спасибо Кортису, который научил правильно падать, иначе без переломов бы точно не обошлось - в наших поединках магические удары Ургаса частенько отшвыривали меня на пять и более метров.
Сегодняшний бой дался особенно тяжело. Учитель использовал заклинания не ниже второго ранга, так что падать и подниматься приходилось по нескольку раз в минуту. Под конец боя я уже не мог стоять на ногах. Впервые наставник пригласил целителя.
- Ишид, твоя задача из этого набора мяса и костей за пять минут сделать полноценного человека. Справишься – зачет пройден. Нет - придется снова из Алтона делать отбивную и повторять твой экзамен.
Не знаю, что угай прочитал в моем взгляде, но выложился он до предела. После его короткого сеанса я без труда поднялся и, помимо ломоты в теле, ничего особенного не ощущал. А самому Ишиду не понадобились ни накопители, ни дополнительная подзарядка.
Осмотр волшебником моей тушки закончился спасительной фразой:
- Не идеал, но для первого раза сойдет.
Затем Ургас пригласил меня на чай, что подразумевало персональное теоретическое занятие. Через пару минут я поднялся в комнату чародея на верхний этаж башни.
- Садись, Алтон. Разговор у нас сегодня будет долгий.
- Как скажете, учитель.
Недавно в комнате появилось второе кресло, в котором я и разместился напротив Ургаса.
- Начну с неприятных новостей, ученик. В Туреине появились люди графа Рунского. И прибыли они, скорее всего, по твою душу. Помимо них, в деревне ошивается еще один мутный колдун, который также проявляет интерес к твоей особе. Если добавить к ним и моих недоброжелателей, ситуация складывается совсем скверная. Все это требует еще больше ускорить твое образование.
- Только мое?
- Твое - в первую очередь, Алтон. Помнишь, я говорил об особенностях твоего источника?
- Да, учитель. Отсутствие дара плохо влияет на мой организм. Но мы же тренируемся - постоянно нагружаем его до предела…
- При сложившихся обстоятельствах, полагаю, нам очень скоро придется перейти к запредельным нагрузкам, чтобы экстренно сформировать теневой образ.
Впервые услышал этот термин, поэтому сразу спросил:
- А это что такое?
- Для ответа на твой вопрос мне сначала придется рассказать все о тенях. Готов выслушать?
- Конечно, учитель.
В это время с подносом вошел Кортис. Он расставил чашки, разлил душистый напиток и удалился.
- Начнем с самого простого - с бликов. – Учитель отхлебнул из чашки и поставил ее обратно. Я машинально последовал его примеру. – Бликами считается часть тени, которая обычно остается после гибели волшебника средней руки. Например, если бы меня сейчас прикончили, вполне возможно, после смерти остался лишь блик. И он наверняка прикрепился бы к тому предмету, который на протяжении жизни был мною использован чаще других. Блики также образуются от разрушения тени, но об этом пока говорить не стану, подобное случается редко, - Ургас ненадолго задумался, затем продолжил: - Если же погибает маг десятого ранга и выше, после него остаются тени. Чем выше ранг, тем их число больше, но лишь одна из них остается привязанной к предмету, который еще при жизни определяет сам чародей.
Сразу вспомнил о крестражах из истории о Гарри Поттере, которые главный злодей разбросал по разным закуткам, чтобы затем возродиться.
- А остальные? – спросил я учителя.
- Как будет угодно Варду, - неопределенно ответил он. - Свободные тени сами выбирают пристанище. Чаще всего там, где их сложнее будет отыскать. Они формируют нечто, похожее на статуэтки, в которых и скрываются, пока их не обнаружат. Причем, тени одного волшебника стараются разлететься друг от друга как можно дальше.
- Зачем?
- Если соединить три тени одного волшебника вне источника, возникает привидение.
- А блики соединять можно? – уточнил я
- Да, пожалуй, ты прав - нужно закончить с бликами, - кивнул наставник, сделав пару глотков. – Их и соединять проще, и результат не несет никакой опасности. Пять любых бликов, а точнее - предметов с бликами, достаточно разместить рядом, и получится призрак. Поначалу охотники за артефактами собирали добычу в один мешок. Потом все поняли – в одну поклажу можно складывать не более трех подозрительных предметов. Лишь после этого новые призраки перестали появляться.
- А для чего еще нужны блики?
До сегодняшнего дня на эту тему нормально переговорить с кем-либо из знающих мне не удалось. Игун хоть и любил читать книги о магии, однако обладал довольно поверхностной информацией, сводившейся к тому, что для волшебников тени очень полезны.
- Как и тени, блики могут поглощаться одаренными и волшебниками, после чего происходит некоторое усиление их дара, однако новых способностей не возникает. Внутри источника блики способны объединяться при условии, что принадлежат к одному типу магии. Пять водных формируют осколок водной стихии, пять огневых – огненной, и так далее. Осколок – структура самостоятельная и сама способна сформировать несложное заклятие, даже если стихия осколка не совпадает со стихией обладателя этого осколка. Однако имеются немаловажные ограничения – промежутки подзарядки осколка довольно длительные - это могут быть часы или даже дни.
- Осколки тоже можно объединять?
- Нет, - покачал головой Ургас. – Осколки накапливаются в источнике, но дальнейшие преобразования им недоступны. Обычно бликами пользуются волшебники, чей предел не выше пятого ранга. Перешагнувшим пятый усиление осколками особой пользы не приносит.
Наставник допил чай и отодвинул чашку в сторону.
– Теперь вернемся к теням. Как раз они внутри источника могут объединяться по трое, формируя теневой образ, но для этого все три должны принадлежать одному волшебнику.
- Выходит, такое практически невозможно?
- О подобных случаях я действительно ни разу не слышал. Зато имеются другие, Алтон…
Я вопросительно взглянул на учителя, ожидая продолжения.
- Возможно объединение теней разных магов. И что интересно - чем ниже ранг обладателя теней, тем выше шансы на успех создания смешанного теневого образа.
- Тени помогают при создании заклинаний. А на что способен образ? – меня всерьез увлекла беседа с учителем.
- Подменить отсутствующий.
- Ничего себе! А что для этого нужно сделать?
- Провести пару ночей в живой степи.
Я обрадовался, поскольку ожидал нечто из серии «пойти туда – не знаю, куда, принести то – не знаю, что».
- У меня был такой опыт.
- Ты не дослушал, - усмехнувшись, произнес наставник. – Отправляться в степь нужно в одиночку. И… во время буйного сезона.
От радости не осталось и следа.
- Думаете, я к этому готов?
Все местные говорили, что в буйный сезон ночи опасны даже за пределами степи, а уж на ее просторах… По крайней мере, добытчики артефактов полностью прекращали свои вылазки туда и в дневное время.
- Риск велик, Алтон. Но сейчас тебе даже в деревне оставаться опасно.
Это я и сам прекрасно понимал. К тому же, не хотелось подставлять друзей и учителя. Значит, надо было опять отправляться в путь и запутывать свои следы.
«Снова через степь, в одиночку, во время разгула магических стихий и прорывов со стороны чужих реальностей… Возможно, риск стоит того, чтобы устранить заложенную внутри угрозу?» - мысленно согласился я.
- И еще, Алтон, - остановил учитель, когда я собрался встать с кресла. – Ты говорил, что одна из твоих теней вроде ссорится с остальными?
- Исходя из моих снов, так и есть. Другие обзывают ее то Светочем, то Светляком, то Слепящим.
- Наверное, отвечает за магию света. Знаешь, о чем я подумал? Не усилить ли нам Алгая?
- А это возможно?
- Теневой образ не должен содержать конфликтующие тени. И тут два варианта: либо прогуляться до алтаря и отдать эту тень ему, либо передать другому одаренному. Как ни странно, но Алгай подходит лучше других.
- И после этого он сможет создавать заклинания? – воодушевился я.
- Не совсем, зато выплескивать излишки магии ему станет намного проще.
- А вы знаете, как осуществляется такая передача?
- Однажды мне пришлось выкупать собственную жизнь, добровольно отдав дрегу единственную тень, и эту процедуру я запомнил на всю жизнь. А еще узнал, что между одаренными она проходит легче, чем между волшебниками.
- Я готов.
Глава 9 Учебное задание
Учебное задание
Интерлюдия…
По окончании двухдневного отдыха декан назначил Борине встречу после занятий. Когда студентка пришла, в кабинете Этмана ее ждал странный сюрприз: пышное платье ярких сиреневых тонов, сумочка в тон и шляпка с вуалью.
- Твой рабочий костюм, - декан тремя словами сразу пресек возникшие было у нее вопросы. – Сейчас мы пойдем на светский прием, где несколько гостей будут иметь при себе яд. Твоя задача: успеть выявить всех отравителей до того, как начнут разносить напитки.
Девушка испуганно посмотрела на декана, и он, усмехнувшись, успокоил:
- Подставных, естественно. Быстро переодевайся, скоро выезжаем, - распорядился он и покинул кабинет.
У Борины на языке крутилось еще множество вопросов к учителю, особенно относительно платья. Не считая того, что оно было дикого цвета, так еще и фасон совершенно не соответствовал ее вкусу - вычурный, буквально кричащий, что его обладательница не отличается особым умом.
«Неужели нельзя было посоветоваться!? Как можно в ЭТОМ показаться на людях? Я же буду чувствовать себя клоунессой. Цвет – вырви глаз, рюши, ленты... Декан одолжил его у своей мамы или даже бабушки? Все будут пялиться только на меня!»
Несмотря на клокочущее в груди возмущение, наряд она сменила быстро и с удивлением отметила, насколько идеально платье село по фигуре. Уже сидя в карете, девушка неожиданно получила ответы на свои незаданные вопросы.
- Одежда специально выбрана такой яркой, чтобы гости запомнили ее, а не тебя. И то, что платье немного старомодно, также неспроста. Ты должна уметь сконцентрироваться на главном в любых, даже самых некомфортных условиях. Вопросы будут?
- Сколько человек я должна найти?
- Всех, у кого будет яд. Если вдобавок сумеешь определить его тип, получишь право на специальную стипендию.
«Наверное, он это специально сказал, чтобы я сильнее волновалась», - подумала студентка.
Доходы ее семьи были гораздо скромнее, чем у родителей Лузиты и Руданы, и на первый год обучения деньги дома собрали не без труда. Назначение стипендии сразу освобождало студентку от оплаты, а с ее родителей снимало финансовое бремя, позволяя девушке обрести желанную независимость.
- Буду стараться, господин Этман.
- Это в твоих интересах, Борина. И еще: на приеме от меня лучше не отходить ни на шаг. Среди гостей будут не только друзья, но и недоброжелатели. Противостоять их интригам и козням ты пока не сумеешь.
- Как скажете, господин Этман.
- Про «господина» тоже на вечер забудь. Обращаться к тебе буду Лидана, могу назвать милой в самый неподходящий момент или еще как-нибудь позаковыристей. Все - строго в учебных целях.
Она почувствовала жар на щеках:
- Хорошо.
Затем декан немного рассказал о хозяине приема, некоем бароне Киросском. Описал его особняк и особенности окружающей дом местности, а также зал, где будет проходить мероприятие. Назвал предполагаемое количество гостей, треть которых принадлежала к дворянскому сословию, а остальные являлись либо высокими столичными чиновниками, либо богатыми купцами.
«Сто человек! И я должна успеть каждого проверить на наличие яда в карманах или складках одежды? А вдруг не получится? Так ведь и из группы можно вылететь. Нет, нужно собраться. Полная концентрация и никакого волнения. Все-таки хорошо, что у меня шляпка с вуалью - глаз никто не увидит».
После того вечера, когда Борина посетила званый ужин в честь награждения защитников Ибериума, больше на подобных мероприятиях она не бывала. Похищение подруг, схватка с оборотнем, освобождение похищенных в Туреине, поступление в академию, напряженная учеба в классе первой категории сложности… Что такое «свободное время» она уже попросту забыла.
«Интересно, где сейчас Платон? Надеюсь, люди графа Рунского его не нашли?»
Несмотря на напряженную работу и страшную усталость за день, Борина нередко его вспоминала перед сном, невольно отмечая, что ни один из знакомых по академии парней и близко с ним не стоял.
- Профессор столичной академии, декан водного факультета, господин Этман и его дама! – объявил дворецкий.
В зале для торжеств они появились одними из первых. Помимо хозяев, приметили недавно прибывшую пару и направились поприветствовать устроителей приема.
Барон девушке понравился. Высокий, мускулистый с приятным голосом… Его улыбка казалась естественной, комплименты звучали искренне, взгляд демонстрировал интерес к собеседнику. Баронесса, наоборот, с первого взгляда вызывала неприязнь, от нее словно веяло холодом.
- Эти двое чисты, - сообщила студентка, направляясь к первым прибывшим.
- Как тебе чета Киросских, милая? – усмехнувшись, задал вопрос декан.
- Барон – душка, а его жена – бука, - выдала краткую характеристику девушка.
- Этот «душка» - знатный ловелас, а его супруга в каждой женщине видит соперницу, - пояснил профессор. Они как раз подошли к гостям, и Этман переключился на них: - Сердечно рад вас видеть, госпожа Тимара, Рустан, приветствую.
Обмен любезностями не затянулся, начали прибывать новые гости.
Студентка обратила внимание на то, как представляли прибывающих. Иногда объявляли имена мужчины и женщины, иногда только кавалера, как в ее случае с профессором. Сначала девушка решила, что представляют лишь тех дам, кто приходил с дворянами, но многие обладатели фамилий также явились на прием просто со своими дамами.
Этман пояснил, что на подобных приемах допускается некая вольность, поскольку сегодняшний прием - не великосветское мероприятие, посвященное какому-то торжеству.
Многие из гостей, выразив почтение чете Киросских, подходили на пару слов к профессору, к кому-то Этман сам подводил девушку. Приветствие, знакомство, краткая беседа ни о чем… И так каждый раз с очередными прибывшими гостями приема. Иногда девушке приходилось ограничиваться парой слов, иногда поддерживать разговор чуть дольше, не забывая при этом, что она – Лидана. А еще пропускать мимо ушей многочисленности колкости некоторых дам по поводу ее платья: «как вам к лицу эти рюши милочка, жаль, что они сейчас не в моде», «вы такая яркая, нужно прикрываться веером, чтобы не ослепнуть»… Этих и тому подобных гадостей, произнесенных с милейшей улыбкой и легким сочувствием, Борина наслушалась вдоволь. Ей так и хотелось ответить: «на себя посмотри, кошка драная».
Увы, этого удовольствия экзаменуемая позволить себе не могла. И вовсе не из боязни нарушить правила этикета - любые эмоции требовалось заглушать сразу, чтобы не отвлекаться от работы, не забывая изображать из себя милую глупышку, впервые оказавшуюся на светском приеме. Борина специально выбрала такой образ, чтобы при случае ее отрешенность не вызывала подозрений.
В зале «засветились» и некоторые студенты академии, прибывшие сюда вместе с родителями. После обязательного ритуала представления они, в большинстве своем, сразу отправлялись в сад, подальше от официоза и родителей.
- У мужчины флакон с ядом растительного происхождения, скорее всего, выжимки из ягод круида. Концентрация не смертельная, но достаточна для того, чтобы лишить сознания. У его дамы убийственная жидкость в перстне. Яд очкастой кобры… - шепотом докладывала студентка, стараясь при этом мило улыбаться.
На факультативе декана она изучила более сотни всевозможных ядов: их воздействие на организм человека, опасную для жизни концентрацию… Сейчас полученные знания пригодились в полном объеме. К моменту, когда в зале появился последний гость, девушка обнаружила пятнадцать «отравителей».
Припозднившегося объявили графом Нимским, он прибыл без дамы и поприветствовал лишь хозяев приема.
- А к нему мы не пойдем? – спросила Борина через пару минут после появления графа. Припозднившийся оставался единственным из гостей, не охваченным ее вниманием.
- А смысл? Думаешь, я бы решился предложить графу роль подставного?
- Мне было сказано выявить всех, у кого с собой яд. А вдруг окажется…
- Графа проверять не будем, - перебил студентку профессор.
Так значит я справилась с заданием?
- Прием еще не закончился, милая. Свою роль нужно доиграть до конца, вот потом все и узнаешь, - продолжал держать интригу Этман.
«Может мне в отместку назвать его «котиком»? – рассердилась студентка. – Стараешься тут изо всех сил, а он издевается? Вот напьюсь на приеме и выставлю его в глупом виде - будет знать, как мучить студентов на экзамене!»
Борина все еще продолжала наблюдать за графом и обратила внимание, что к нему подошел сначала один гость, затем другой. Оба перекинулись с вельможей буквально несколькими словами и сразу вернулись к своим дамам. Ни один из них не являлся подставным.
«Отчитываются они ему, что ли? - подумала девушка. – Сдается мне, этот тип сюда не отдыхать явился. Опять же, почему высокородный граф пришел к какому-то барону? Среди знати такая «простота» обычно не приветствуется».
Этман тоже заметил отчитывающихся и нахмурил брови. Студентке показалось, что ситуация ему не нравится. Так и хотелось спросить, что-то случилось.
В это время в зале зазвучала плавная мелодия, и появились несколько лакеев с подносами. Гостям предложили игристое вино.
«О том, чтобы не пить, мы вроде не договаривались. Не стоит уж совсем выглядеть белой вороной. Если все берут напитки, надо последовать их примеру. И чего мне больше хочется - белого, красного или розового?»
Она не спешила с выбором, привычно наблюдая за гостями. Дамы предпочитали розовое, кавалеры – чаще белое, лишь единицы выбирали красное. И вдруг у одного из лакеев она увидела…
Девушка поспешила к разносчику вин, нарушив приказ декана не отходить от него ни на шаг. Схватила бокал и вернулась обратно:
- А почему вы не предупредили, что подставными могут быть и слуги? – с легким торжеством в голосе спросила она. – Яд в этом бокале способен через полминуты парализовать человека и в течении пяти минут убить. А еще у того слуги крохотные емкости с кровью в правом кармане. Пять штук.
Борина решила, что это был последний подставной, и докладывала о нем тоном победителя, не обращая внимание на изменившееся лицо профессора.
- Какой еще подставной? – нахмурил брови Этман. - Стой тут, за бокал головой отвечаешь, - строго произнес он и рванул за лакеем. – Эй, молодой человек!
Слуга оглянулся и ускорил шаг.
- Держите негодяя, он украл мой бумажник! – прокричал профессор.
Лакей бросил поднос и рванул к выходу в сад. Пытавшихся задержать беглеца отбросило воздушной волной, другим заклинанием выбило ближайшее к нему окно.
Этман тут же создал стену льда вместо разбитого стекла, но и она не выдержала следующего заклинания убегавшего. Мало того, не остановили лакея и молнии решившего вмешаться графа, разбившись о полупрозрачный щит этого якобы разносчика вин. Тот ловко выпрыгнул через оконный проем и скрылся в саду.
Граф и декан первыми выскочили из здания, преследуя волшебника, однако оба успели увидеть лишь портальную вспышку, за которой скрылся беглец.
- Кто это был? – спросил граф.
- Прошу прощения, ваше сиятельство, негодяй не успел представиться.
- И бумажника, я так понимаю, он у вас не крал?
- Вы весьма проницательны. Зато он собирался украсть чью-то жизнь.
- Имеются доказательства?
- Яд в бокале, который стоял на его подносе. Дело в том, что моя дама способна по запаху определять наличие отравы в жидкостях. Ей достался напиток «с душком», она поделилась неприятностью со мной… Дальше вы все видели.
- Тогда поспешим к вашей даме, господин декан. Если у негодяя тут был помощник…
Профессор обнаружил Борину там же, где и оставил, однако бокала в ее руке не заметил.
- Я же просил, - с укором в голосе произнес он. – Где бокал?
- В сумочке, - захлопав ресничками, ответила девушка, продолжая изображать простушку.
- Ты спрятала вино в сумку? – глаза графа полезли на лоб.
- Мой дорогой заморозил его перед тем, как побежал догонять лакея, а потом меня чуть с ног не сбили. Испугалась, что разобью, вот и спрятала. Я правильно сделала, милый? – улыбаясь, спросила Борина.
- Умничка, Лидана. Ты все сделала, как надо, - он обрадовался, что студентка догадалась и заморозить напиток, и «перевести стрелки» на него.
- Можешь сказать, кто тебя толкнул? – задал вопрос Нимский.
- Один из слуг. Он был таким неловким, споткнулся и…
- Этот лакей здесь? – продолжил допрос граф, по лицу которого было видно, что дамочка его раздражала.
Девушка осмотрелась по сторонам.
- Нет, сейчас его тут нет.
Граф на время оставил их с профессором и направился к хозяину приема. Этман тихо произнес:
- Задание ты выполнила на «отлично». Продолжай играть роль Графу скажешь, что яды определяешь обонянием, бокал схватила случайно…
- Понятно, - так же тихо ответила Борина, сразу сообразив, что среди подставных оказался настоящий отравитель.
Выявлять яды по запаху умели многие волшебники, поэтому Нимский не заинтересовался чудаковатой дамочкой, и профессор успокоился.
- Предлагаю на время покинуть зал и поговорить там, где нам никто не помешает, - предложил вернувшийся граф в приказном тоне.
- Конечно, ваше сиятельство, - кивнул профессор.
- Как это мило, - произнесла студентка со сладчайшей улыбкой.
Барон лично проводил их к своему рабочему кабинету и, с разрешения графа, отправился к гостям.
- Лидана, достань бокал, - распорядился Нимский.
Девушка поставила емкость на стол.
- Можешь сказать, какой именно яд в бокале?
- Мне показалось, там немного от тигрового скорпиона и чуть-чуть от колючей ящерицы, замешанные на соке красного кактуса.
- Уверена?
- Мне так показалось, - неуверенно повторила она, изображая студентку на экзамене, пытающуюся угадать правильный ответ.
- Хорошо, - кивнул граф и попросил ее выйти из кабинета.
- Профессор, где вы откопали это создание?
- Приятель попросил вывести свою дочь в люди, - объяснил Этман, не вдаваясь в подробности.
- Вард с ней, - отмахнулся Нимский. Он достал из кармана бумагу и показал декану. – У меня будет дело к вам, профессор.
Согласно представленному документу, граф возглавлял один из отделов тайной канцелярии Его Величества. Этмана иногда привлекали к делам канцелярии в качестве консультанта по водной магии, однако до сегодняшнего дня с Нимским он не встречался. Приказы предъявителя такой документ следовало выполнять беспрекословно.
- Внимательно вас слушаю.
- Это уже четвертая за месяц попытка убийства именно таким ядом. Одну жертву спасти не удалось, двое других одаренных выжили по чистой случайности, - рассказывал граф, глядя на бокал. – И во всех случаях при попытке захвата преступник использовал запрещенную магию умирающей крови.
Этману были хорошо известны эти чары, поскольку заклинания водной стихии имели много общего с магией крови.
- Именно поэтому убийца охотится за одаренными?
- Да. На этот раз мы его хотя бы увидели.
- А что с теми несостоявшимися жертвами?
- Преступнику не повезло наткнуться на парней, имевших мощные амулеты. Когда отравитель пытался влить яд, срабатывала защита. Кстати, оба выживших обучаются в вашей академии. Собирался сам к вам наведаться, но раз уж так случилось…
- Всегда рад помочь, чем смогу.
- Для начала следует обеспечить безопасность студентов. По нашим данным, кровавому магу недавно перекрыли канал поставок крови, и он пытается его пополнить. С первой почти все получилось, но «урожай» собрать не успел - спугнули. Жаль, девушку так и не удалось спасти.
На днях в Тайную канцелярию от капитана пограничной службы Ашкуна поступило донесение, к которому были приложены документы одаренных, считавшихся погибшими в степи. Дело начали неспешно раскручивать, и тут появился охотник за одаренными.
- Речь, случайно, не о дочери барона Гуролского? – спросил Этман.
- О ней, - кивнул граф. – Я полагаю, преступник может подкарауливать студентов на подходах к академии. Особо следует обратить внимание на прилегающий парк.
- Сегодня же усилим меры безопасности, граф.
Они поговорили еще с четверть часа, и Этман покинул кабинет.
- Надеюсь, ты не сильно расстроишься, если мы сейчас же уйдем отсюда?
- Буду только рада, профессор.
- У тебя есть амулет, включающий защиту при потере сознания? – спросил он уже в карете.
- Нет.
- Завтра утром зайди ко мне в кабинет. Заодно и одежду заберешь.
- Профессор, а поощрение я заработала? – студентка не могла не задать столь важный для нее вопрос.
- Завтра после обеда отправляйся в казначейство получать стипендию за три прошлых месяца, приказ о назначении подпишу утром. А еще теперь тебе придется уделять больше внимание боевым чарам.
- Как скажете, господин Этман.
Борина была счастлива. В академии стипендию получали не больше двух десятков студентов. Это было довольно престижно, но главное - позволяло теперь девушке сменить съемную комнатушку на нормальное жилье.
Карета остановилась, профессор проводил студентку до двери и, пожелав спокойной ночи, поспешил в академию, чтобы не откладывать вопросы безопасности на завтра.
«Талантливая девчушка, - размышлял декан, продолжая путь. – Если будет обучаться с тем же старанием, через пару лет может и до четвертого ранга дотянуть. Но теперь главное, чтобы ей не мешали. Сообщи я сейчас Нимскому о ее видении ядов сквозь одежду, и Борину точно впрягут в работу Тайной канцелярии. Она вроде упоминала пять емкостей с кровью в кармане лакея…. А ведь он, убегая от нас, создал ровно пять заклинаний: отбросил пытавшихся преградить путь, разбил стекло, разрушил мою ледовую стену, прикрылся щитом от молний графа и ушел порталом».
Экипаж остановился возле служебного входа в академию. Когда Этман подходил к неприметной калитке, дорогу ему перегородили двое.
- Помните меня, профессор? – спросил один из них.
Глава 10 Неожиданная встреча
Неожиданная встреча
Интерлюдия
Этман с первого взгляда узнал своего бывшего ученика, которого уже пять лет считали погибшим: тогда объявили, что парень не вернулся из рейда в степь. Вторым, судя по фигуре, был сегодняшний колдун, сумевший сбежать через портал.
- Чего тебе нужно, Саржин? – спросил профессор, внутренне готовясь к бою.
- Мой новый учитель желает с тобой поговорить.
Раньше студент уважительно обращался к мастеру на «вы», теперь «покойник» разговаривал демонстративно нагло. Ступив на путь запрещенной волшбы, он явно почувствовал себя могучим магом, способным противостоять даже декану.
- Поговорить? – усмехнулся волшебник.
- Пока, да. Но учти: если ты вздумаешь напасть - пощады не жди.
- Я готов выслушать этого человека, но не обещаю гарантировать его безопасность, - с плохо скрываемой неприязнью в голосе ответил Этман. Декан водного факультета интенсивно прокручивал в голове варианты атаки, о которых бывший ученик не мог знать. В свое время тот показал себя подающим надежды одаренным и легко впитывал науку создания заклятий. Сейчас требовалось нечто, способное удивить обоих, особенно - колдуна.
- Лучше о себе думай, профессор! Твоя жизнь в данную минуту гроша ломаного не стоит, - с вызовом заявил тот.
Профессор не знал всех возможностей этой парочки, но надеялся справиться с ними быстро, хотя чутье подсказывало - незнакомец может создать серьезные проблемы. Запретная магия была ими богата, как никакая другая.
- Предлагаю от угроз перейти к делу. В отличие от вас, лишнего времени у меня нет.
- К делу? – колдун пренебрежительно хмыкнул. – Как скажешь, поглоти тебя пустота. Ты поломал мои планы, значит обязан заплатить. Трех одаренных, думаю, пока будет достаточно.
- А если откажусь?
- Тогда сдохнешь вместе со своими студентами. Кстати, девчонку, которая схватила бокал с моего подноса, приведешь первой. Саржин укажет, куда.
- И это все? – Волшебник уже с трудом сдерживался.
- Сегодня я на редкость миролюбив, но завтра условия могут измениться, Этман.
- Они уже изменились…
Декан создал вокруг колдуна заклятие ледяной клетки и мгновенно выморозил воздух внутри, стремясь превратить кровь в красный лед. Водный маг рассчитывал лишить противника его главного оружия – умирающей крови в капсулах. Однако колдун, предвидевший такой поворот, специально держал одну в сжатом кулаке, и теперь пустил ее в ход. Огненная сфера, возникшая вокруг парочки, быстро растопила лед, подняв клубы пара. Этман отправил туда острые сосульки, но и кровавый маг действовал стремительно. Он, не раздумывая, прикрылся учеником, и ледяные копья пронзили Саржина, выпустив тому кровь, а колдун сразу сотворил на ней несколько мощных заклятий.
Теперь защищаться пришлось Этману. Он создал из воздуха ледяные глыбы, перекрывшие путь огненным шарам, молниям и сгусткам мрака. Глыбы не только стали крупной преградой, они притягивали любые проявления чужой магии. Чары впитывались в замороженную воду, образуя на поверхностях льдин темные пятна. Сам волшебник, памятуя о порталах противника, сместился на несколько шагов, а вместо себя оставил торчащие из земли острые ледяные клинья.
Профессор оказался прав - колдун возник прямо среди ледяных сталагмитов. Пока он выбирался, декан шарахнул по злодею мерзлыми лезвиями.
Этман являлся магом восьмого ранга и виртуозно владел множеством сложных заклинаний. Пока он старался использовать чары попроще, как самые быстрые в создании, но довольно мощные в атаке. Увы, с ними враг довольно успешно справлялся – не было заметно, чтобы все усилия профессора нанесли хоть какой-то урон колдуну. А тот в обороне на затраты энергии не скупился: его двухслойные и трехслойные щиты легко выдерживали все атаки противника.
Далее декан разнес на куски им же самим созданные глыбы льда, предварительно спрятавшись за подвернувшееся дерево. Но даже взрыв не зацепил колдуна, и тот просто обновил свой щит.
«Да что б тебя сожрали исчадья проклятых теней!» - мысленно чертыхался профессор, приступая к многоуровневой атаке. Он запустил каскад заклинаний третьего и четвертого уровней, подкрепил парочкой шестиуровневых и в финале атаки задействовал магию восьмого. Лишь она, наконец, проломила защиту кровавого колдуна, опрокинув того на землю и протащив вперед на несколько метров.
- Ну, все, профессор! Поиграли - и хватит. Хана тебе! – прорычал поднявшийся.
- Вард всемогущий! – воскликнул Этман, увидев рядом с врагом раскручивающуюся черную спираль.
Декан начал спешно выпускать десятки мгновенных заклятий, лишь бы остановить развитие убийственных чар, противопоставить которым сейчас он не мог ничего - все его атаки разбивались о мощную стену щита, загодя выставленную колдуном.
Пришлось задействовать единственное средство, которое было способно хотя бы частично ослабить спираль смерти: волшебник обратился к жизненным чарам. Правда, ими Этман владел хуже, чем водными.
«Кровопийцу нужно уничтожить как можно скорее. Если этот гад обзавелся учениками, дело – дрянь: его гаденыши расползутся по стране и станут постоянно убивать одаренных, чтобы укрепить свое могущество. Но сначала самому бы пережить новую атаку. Шансов у меня немного...»
И вдруг подоспела помощь, которой Этман никак не ждал: его врагу в спину ударила ветвистая молния. Кровавый колдун не успел довести до конца страшное заклятие, и черная воронка схлопнулась, мощно приложив своего создателя к осколкам льда и камней. Злодей заорал от боли. Почти сразу пораженного молнией накрыл красный туман, который продолжали расстреливать разряды подоспевшего помощника. Через минуту красное облако изнутри осветилось ослепительно яркой вспышкой.
- Исчадье проклятых теней! – выругался граф, подбегая к Этману. – Ушел, сволочь!
- Ваше сиятельство? Вы, как никогда, кстати, - уставшим голосом произнес декан.
- Опоздал, - с досадой ответил спаситель.
- Все равно вы его неплохо поджарили, граф.
- А должен был испепелить, - мрачно уточнил Нимский. – Вы-то как, профессор?
- Могло быть и хуже. Спасибо, ваше сиятельство! Сегодня вы спасли мне жизнь. Одного не пойму - как вы догадались…
- К сожалению, - перебил Нимский, – догадался слишком поздно.
Отвечая на невысказанный вопрос, он продолжил:
- Обратили внимание, насколько яркой сейчас была вспышка?
- Еще бы! - кивнул профессор. – Ослепляла даже сквозь туман.
- То-то и оно! А в парке – совсем слабая, характерная для переноса на небольшие расстояния, что могло означать: преступник собирался проследить, куда вы поедете. К сожалению, до меня все это дошло лишь через четверть часа после вашего отъезда.
- А почему вы были уверены, что найдете меня здесь?
- Я ведь тоже закончил академию, причем довольно давно, но и тогда все знали: для декана водного факультета его кабинет - дом родной. После нашего сегодняшнего разговора можно было не сомневаться, куда вы отправитесь.
- Так вот почему эти двое поджидали меня тут! – воскликнул Этман. - Вместе с колдуном возле служебного входа я с удивлением увидел своего бывшего ученика, считавшегося давно погибшим в степи. Похоже, это он подсказал, где меня искать.
Внутренне профессор облегченно вздохнул – значит, за каретой они не следили, и вряд ли успели узнать, где живет Борина. В противном случае убийцы могли начать с нее.
- Там это его труп валяется? - граф кивнул в сторону бездыханного тела.
- Да. Учитель «благородно» использовал своего ученика вместо живого щита.
- Колдун сказал что-нибудь, заслуживающее серьезного внимания?
- Он требовал троих одаренных на заклание, а в случае отказа намеревался уничтожить и всех остальных, - тяжело вздохнул декан.
- Полагаю, это не пустая угроза?
- К сожалению, нет. А на подготовку ответного удара у нас ровно столько времени, сколько потребуется кровопийце на лечение после нашей встречи, причем довольно серьезное лечение. Насколько успел заметить, угодившая в него молния содержала неприятный и опасный сюрприз.
Разряд малинового цвета, помимо мощной урона здоровью, обладал блокирующими способности свойствами. При этом на каждого мага необычная молния воздействовала по-разному: чем выше ранг имел волшебник, тем слабее оказывалось воздействие. Однако максимальный урон заклинание наносило тем, кто использовал чары крови, причем вне зависимости от их ранга.
- Я ведь знал, с кем имею дело, - подтвердил догадку профессора Нимский, – и все равно не сумел его схватить.
- Уверен, колдуну сильно досталось - на нем схлопнулось еще и собственное заклятие. Думаю, здоровье он еще не скоро поправит.
- Надеюсь, хотя бы месяц у нас имеется, - произнес граф. – А за это время во что бы то ни стало надо успеть отыскать его логово.
***
Неизбежность похода в гиблое место, куда мне предстояло отправиться во время буйного сезона, всерьез напрягала - еще свежи были в памяти наши недавние похождения в период его пробуждения. А ведь тогда мы преодолевали степь вчетвером, причем одним из нас был целитель, но даже вместе с трудом пережили выпавшие на наши души невзгоды. А теперь вот мне предстояло отправляться туда одному....
«Интересно, если степь действительно выделяет меня среди других, если даже единороги мне чего-то там подарили, - вдруг вспомнил о браслете, который уже слился с кожей и был незаметен даже при тщательном рассмотрении, - поможет «особое отношение» в буйный сезон или нет? Я, конечно, за полгода неслабо поднялся магически и физически, но вряд ли этого достаточно для столь опасной вылазки. За оставшиеся до конца грозового сезона дни придется выложиться по максимуму».
Предстоящие испытания заставили меня возобновить преобразование непонятного клубка в своем сознании, даже несмотря на то, что последний месяц старательно отгонял мысли о болезненной операции.
«Видимо придется использовать все, что поможет повысить шансы создания теневого образа. Тогда уже никто не заподозрит во мне пустотника и не объявит вне закона».
Ургас говорил, что большинство магов, не имевших собственного дара, умирали еще в детстве. Меня, скорее всего, от подобной участи спас мой не магический мир, всего лишь регулярно насылая неприятности. Теперь, в сравнении с нынешними опасностями, я понимал, насколько незначительными они были, хотя дома я так не думал. Учитель был уверен, что с обретением теневого образа, прежние проблемы должны уйти.
Вместо того, чтобы лечь спать, я решил ночью провести медитацию. Разделся до трусов, постелил коврик возле кровати…
«Ежики эбонитовые! Кто бы мог подумать, что мои недолгие занятия йогой на Земле пригодятся тут, - размышлял, усаживаясь в позу «лотоса». – Ну, что, поехали помаленьку! Да поможет мне здешний Вард!»
Разноцветный комок из «шлангов» привычно обнаружился в центре знакомой сферы, никуда не делись и блестящие снежинки вокруг. Голубой и сиреневый обручи овальной формы ласкали взгляд напоминанием о двух удачных сеансах взаимодействия, а свисавший из скомканного нагромождения самый длинный шлаг – о нескольких провалах и сопровождавших их резкой боли.
«Планета и две орбиты спутников… Только вращения не хватает. Опять же, состояние центрального тела явно оставляет желать лучшего. И как добиться улучшения? Почему само оно сопротивляется?»
Сконцентрировался на голубом обруче. Он послушно вспыхнул и засиял ярче, зазвучав на одной чистой ноте… Переключил внимание на сиреневый, и он тоже загорелся, издавая другой звук. Когда попробовал сконцентрироваться на растрёпанном клубке, какофония звуков, вкупе с нарастающей болью, едва не выбросили из медитации. Удержаться помогло переключение на «орбиты», причем сразу на обе. Сумел заставить их сиять и «запеть» простенькую мелодию из двух нот. Что удивительно - боль сразу исчезла.
«А вот это уже интересно!»
В прошлый раз боль постоянно усиливалась, пока меня не выталкивало из медитации, да и потом еще терзала почти час. Неужели из-за сразу двух «включенных» орбит боль про меня забыла?!
Постарался удерживать их яркими, не выпуская из внимания, часть которого сконцентрировал на свисавшем «шланге», заставив засветиться еще и его. Как результат - нахлынула волна пока еще терпимой боли и возникли «настроечные инструменты», которые тоже требовали внимания к себе.
Пришло осознание, что на этот раз я сумел сконцентрироваться сразу на четырех элементах и взаимодействовать с каждым из них по-отдельности. В сознании четко разделялись цвета готовых орбит, мелодия из двух нот, какофония звуков, повороты настроечного колока и изменение цвета еще одного «шланга». И все это - в состоянии медитации и неминуемо нарастающей боли.
Мысленно взмок от напряжения и ощутил дурноту, которая в любой момент могла выкинуть из транса, но тут возникла третья орбита, и зазвучала мелодия из трех нот, моментально отогнав боль.
«Ура!!!» - беззвучно заорал я, буквально вывалившись из медитации.
Взмок я, как выяснилось, вполне реально. А еще явственно ощутил запах гари. Создав небольшого светляка, подошел к зеркалу.
- Крутым баном по сусалам! – воскликнул, увидев черные разводы по всему телу. – Откуда на мне столько грязи? Каким это образом и где я умудрился её собрать?
Чутье подсказывало, что чернота вышла изнутри вместе с потом.
«Это мой организм так освобождается от шлаков? И что это дает?»
Судя по медленно светлевшему за окном небу, приближался рассвет. Еще немного - и будет пора вставать, а я еще даже не ложился. Кроме страшной усталости, не ощущал ничего. Воспользовавшись приготовленной с вечера водой, умылся и рухнул в кровать.
Казалось, в таком состоянии ни одно сновидение не рискнет потревожить сознание, но не тут-то было. Опять возникла знакомая решетка, из-за которой раздались голоса.
- Светлый, слышал новость - тебя собираются переселять, - первой заговорила женщина.
- Скорее бы! Рожи ваши видеть уже не могу, - грубо ответил мужской голос.
- Думаешь, хоть кому-то нравится твоя? - к разговору присоединился бас. – Учти: ежели переезд не удастся, я лично тебя на блики порву.
- А сумеешь?
- Когда попробую, тогда и узнаю, - усмехнулся бас.
- Лучше не рисковать, земеля, - снова зазвучал женский голос. – А возникнут проблемы с отселением - поможем.
- Хороший пинок под зад решает большинство проблем, светлячок, - разъяснил способ своей помощи тот, кого назвали земелей.
- Или создает новые, - не смог смолчать светлый.
- Давайте не будем ссориться…
До меня доносились всего три голоса, словно за решеткой больше никого не было. Напряжение в разговоре стремительно нарастало, дело явно двигалось к драке, но услышать о дальнейшем развитии событий не позволила ослепившая вспышка, заставившая проснуться.
«Пожалуй, надо побыстрее провести передачу тени, - возникла первая мысль после пробуждения. – Не хватало еще внутренних потасовок в собственном магическом источнике».
С этим намерением я и направился к Ургасу, закончив с утренними процедурами.
- Я готов передать тень, учитель, - сообщил сразу после приветствия.
- Завтракал? – спросил наставник, сидевший в кресле с чашкой чая.
- Не успел.
- Это хорошо, Алтон. Я, словно предчувствовал, вчера вечером попросил Алгая не принимать пищу, пока не разрешу. А ты, смотрю, уже успел побывать на полигоне?
«Почему он спросил – я что, выгляжу слишком усталым? Вроде нет, хотя вчерашний вечерок и был нелегким…»
- Нет, - ответил я. - Как проснулся - сразу к вам.
Наставник еще внимательнее присмотрелся ко мне, словно просканировал взглядом.
- Как себя чувствуешь, ученик?
- На удивление неплохо, хотя ночью почти не спал.
В общей сложности я провел в постели чуть больше часа, да и видения напрягали, поэтому ожидал, что с утра буду сонным и вялым. А учитывая, что настройка разноцветного клубка измотала чуть не до потери сознания – вообще должен был с ног валиться.
- В тебе ощущается переизбыток жизненной энергии, Алтон.
Я ожидал чего угодно, но не такого «диагноза».
- Это плохо?
- Зависит от того, чем он вызван, ученик. В магии бывают отравления смертью и отравления жизнью. Твой случай вроде бы не похож ни на один из них, но понаблюдать стоит.
Пришлось подробно описать и свои упражнения, и последовавшие за ними видения. Рассказ о ночных мучениях заставил наставника задуматься. Через минуту он принялся рассуждать вслух:
- Вполне возможно, ты работал с жизненным источником. Я уже говорил, что у волшебников, в магическом источнике которых отсутствует дар, серьезные проблемы с выживанием.
- Помню, учитель.
- Вероятно из-за этого твой источник жизни, если это действительно он, и имеет столь плачевный вид. Хотя я не помню ни одного упоминания о магах, которые могли видеть средоточие собственных жизненных сил, не говоря уже о том, чтобы как-то на него воздействовать.
Ургас выглядел слегка озадаченным. Получалось, что каждый раз я ставил перед ним массу трудных задачек.
- Вы считаете, мне не стоит продолжать изменения?
- Никогда не даю советов о том, чего не знаю. Я высказал лишь предположения, а все может оказаться совершенно иначе. В общем, принимать решение ты должен сам.
- Спасибо, учитель. Так и сделаю.
По правде говоря, отказываться от совершенствования я в любом случае не собирался, но опасался услышать запрет наставника. Его не последовало – значит, можно уверенно идти дальше.
- Когда приступим к передаче тени?
- Зови Алгая, начнем прямо сейчас.
Глава 11 Старые незнакомые
Старые незнакомые
Неожиданный удар молнии не только подчистую спалил все защитные амулеты Пардуха, но и серьезно ранил самого колдуна, вынудив мгновенно активировать кровавый туман, который один лишь смог уберечь мага от гибели. Это мощное заклинание, запакованное в особо стойкий амулет, сразу после активации гасило энергию большинства чар. Беда в том, что для создания спасительного облака требовалось использовать собственную кровь и массу жизненных сил. В итоге Пардуху пришлось спешно открывать портал домой, чтобы безотлагательно начать лечение.
Оказавшись в своей башне, колдун первым делом принял необходимые эликсиры, весьма и весьма дорогостоящие, и буквально рухнул на кровать - лишние движения сейчас были противопоказаны. Он проспал всю ночь и утро, и лишь днем заставил себя подняться, чтобы выпить очередные укрепляющие настойки.
«Идея отомстить профессору оказалась провальной, не стоило сходу пороть горячку. Не зря говорят: месть – это блюдо, которое подают холодным. И что в итоге? Ученика потерял, здоровье подорвал. А такой недуг быстро не вылечишь. Вылазка в столицу как-то с самого начала не задалась. Успел только собрать немного материала из той девчонки, а потом…»
О потере Саржина колдун особо не переживал, рассудив, что тот сам виноват, коли не недооценил противника, которого давно знал.
«Парень был уверен, что профессор - слабак и нам не ровня. Ерунда! Слабак в схватке не смог бы продержаться и пяти минут. Вот и верь после этого молодежи…»
Пардух медленно поднялся с кровати, дохромал до печки, поставил чайник и легким заклинанием зажег огонь. На эти простые действия у него ушло так много сил, что вернуться к постели колдун уже не смог и опустился в кресло-качалку, стоявшую между печью и окном.
«Да, обращаться к магии мне сейчас противопоказано, - тяжело вздохнул больной. – Самое малейшее заклинание отдает болью в голове. Видать, граф зарядил молнию чарами не ниже девятого ранга. Лечением теперь предстоит серьезное, а ресурсов у меня уже почти не осталось.
У Пардуха остался только неприкосновенный запас - две дюжины капсул, и впервые возникла крайняя необходимость его использования.
«Пустота их всех побери! – мысленно выругался колдун. – И слишком умного профессора, и не вовремя появившегося графа, и девку, схватившую не тот бокал. Чтоб их сожрали исчадья проклятых теней!»
Пардух за полгода после гибели мага-ритуалиста, исправно поставлявшего кровь одаренных, исчерпал все имевшиеся запасы. Он и в столицу-то отправился исключительно для их восполнения. В большом городе проще и самих одаренных найти, и укромное место, в котором из жертв можно выкачать «топливо» для заклинаний. Побродив по паркам и скверам, Пардух выбрал наиболее удобные точки для засады и открыл охоту.
Чтобы кровь не потеряла свои ценные свойства, забирать ее требовалось у еще живого одаренного, пока тот медленно умирал. При этом существовало несколько ограничений: например, против донора нельзя было использовать магию, иначе ценность «сырья» падала в разы.
Казалось бы, чего проще: пристукнул оказавшуюся возле засады жертву, дотащил ее до укромного места, влил в глотку парализующую отраву, а дальше спокойно заполняй капсулы. Однако Пардух и тут оплошал. Обитая длительное время в стороне от больших городов, он попросту отстал от жизни, прошляпив появление новых амулетов, которые четко реагировали на угрозу жизни их обладателей.
«Разумнее было взять паузу и заняться девчонкой Платона, которую отыскал Саржин, а не пылать жаждой мщения. Теперь ни Саржина, ни той девки, что могла вывести на Платона. Осталось надеяться только на Родкина. Вот же послал Вард ученичков - за полгода не нашли никого!»
Когда чайник закипел, колдун поднялся с кресла, достал из шкафчика глиняный кувшин с лечебным сбором трав и залил его кипятком.
Пострадавшему пришлось воздержаться от любых магических воздействий, даже целебных. Похоже, не успевшая окончательно оформиться спираль мрака, которой он пытался прибить профессора, ударила разлетевшимися отголосками по своему создателю.
«Пока придется лечиться как обычному обывателю - травами. И чего Саржину приспичило появиться в столице одновременно со мной? Если бы дней на десять припозднился, глядишь - ничего не случилось бы ни с ним, ни со мной».
Во время пребывания в столице Пардух получил магический сигнал. Один из учеников настоятельно просил с ним связаться. Воспользовавшись заклинанием, колдун узнал, что неподалеку находился Саржин. После их встречи кровавый волшебник решил привлечь подопечного к операции. И вот результат!
Про одаренного, который убил мага-ритуалиста и ворону-разведчика, Пардух уже начал забывать, решив, что тот сгинул, раз уж его так долго не могли найти. Саржин напомнил об обидчике, и колдун добавил к списку прегрешений личного врага и свое нынешнее тяжелое ранение, ведь главной причиной его визита в столицу стало прекращение поставок крови одаренных.
«Очень надеюсь, что Платон еще жив - он мне слишком много задолжал, так что просто обязан заплатить за свои злодеяния. Надеюсь, Родкин вскоре отыщет этого паршивца, и тогда состоится очень серьезный разговор!» - Пардух представил подвешенным на крючьях парня, умолявшего о пощаде.
Перелив содержимое кувшина в кружку, колдун, прихватив напиток, все-таки вернулся на кровать.
«Когда малость оклемаюсь, надо будет собрать всех учеников и поставить им основную задачу. Сколько человек там осталось - шестеро? Ладно, вызову пятерых, а Родкин пусть продолжает поиски. Вот теперь уже спешить не буду. Мне все равно потребуется не меньше тридцати дней на выздоровление».
Ученики Пардуха специализировались на магии воды или ее более узкой специализации – крови. На первых порах одаренные работали со своей кровью или с теми капсулами, которые выдавал учитель. Сами они пока не владели техникой отбора «топлива» для могучих заклинаний.
«Придется все-таки выбрать из них парочку более достойных», - усмехнулся Пардух.
Когда колдун посвящал кого-то в свои самые важные тайны, сначала он проводил обязательный ритуал преданности, после которого при первой же (и последней) попытке предательства избранный забывал, как дышать.
Разрабатывая в голове планы на ближайшее будущее, Пардух выпил настойку и снова лег в кровать. Чувствуя накатившую слабость, он собирался поспать пару часиков, но стоило задремать, как поступил магический сигнал.
«Забери тебя пустота, Родкин! Что там еще стряслось?»
Ученик сообщал о Платоне - наглец все-таки был найден.
«Как же это сейчас не вовремя!» - мысленно простонал Пардух.
Сам он временно выйти на охоту не мог, и приказал пока просто не выпускать добычу из виду.
***
До буйного сезона оставалось еще пять-шесть дней, если только он не начнётся чуть раньше или, наоборот, припозднится. Учитель советовал попасть на просторы степи в первые часы буйства, чтобы хоть частично снизить риск. Поскольку до перевала нужно было добираться не менее суток, мне следовало поторопиться.
В этом году, например, степь пробудилась раньше обычного календарного срока, однако грозовой сезон вступил в свои права вовремя. Учитывая это, я начал собираться в дорогу, наметив отъезд из деревни на завтрашнее утро.
«Совершенно не хочется уезжать. Здесь я, даже несмотря на изнуряющие тренировки, впервые ощутил некую защищенность, что ли. Думаю, учитель абсолютно прав - для дальнейшего развития мне требуется максимальный уровень опасности. Опять же, теневой образ сам не создастся, а без него говорить о любом развитии не имеет смысла. В общем, куда ни плюнь, везде поджидает песец, забаненный наглухо. И, пока я его не одолею, хорошего ждать не приходится».
Насколько я понял учителя, без теневого образа мне для повышения магического мастерства требуется постоянно увеличивать нагрузки на организм. Сейчас Ургас довел их практически до предела физических возможностей, за которым уже начинается вред здоровью. А главное - сформировать слияние теней его «издевательства» не могли, поэтому меня и ждало опаснейшее путешествие. Живая степь в буйный сезон являлась самым убийственным местом. Для того, чтобы там не умереть, у меня, по словам наставника, при определенной толике везения, все было. Оставалась сущая малость: дойти до перевала, пробраться в степь и пережить там две ночи и один день. Получится – молодец Платон Громов. Нет -…
Выходя из комнаты, столкнулся с Кортисом.
- Готов к походу? – спросил он.
- Очень на это надеюсь, - не слишком бодро отозвался я.
- Что-то мне твой настрой не нравится, - покачал он головой. – Боевого духа не ощущаю.
- Вот и я думаю - куда он делся? – и попытался изобразить улыбку. – Точно знаю, что был в хозяйстве, но так замаскировался, гад - фиг откопаешь.
- Ладно, сейчас отыщем, - уверенно произнес он. – Там к тебе гости пожаловали «поговорить». Сразу пятеро. Сказывают, что это в твоих интересах.
- Что за люди?
- Два волшебника и три воина. Прибыли вчера из Туреина. Скорее всего, работают на графа Рунского.
Как раз от подручных графа нам пришлось убегать сразу после злосчастного приема, на котором меня сначала наградили орденом защитника первой степени, затем - ментальным ударом по мозгам, а потом утащили в магическую лабораторию. Хорошо, что вовремя очнулся, а то бы пустили на запчасти для волшебников. Я и тогда представлял для них очень большой интерес, а уж сечас…
- Учитель говорил мне о них, - кивнул я. – Предлагаешь пойти поздороваться?
- Заодно проверить боеготовность духа, - усмехнулся он.
- Маги сильные?
- В деле я их не видел, пока ничего сказать не могу.
- Хорошо, идем посмотрим. Надо с ними побыстрее закончить, не хочется на обед опаздывать.
- Все от тебя зависит, Алтон. Сумеешь быстро спровадить - успеем покушать. Да, надень на шею вот эту вещицу и спрячь под рубаху - Кортис протянул восьмиугольный амулет на нитке. – Цацка дорогая, не ровен час - украсть попытаются.
Меня слегка удивил спокойный тон Кортиса, словно к порогу дома подошли колядовщики, которым надо быстро отсыпать пряников в мешок и отправить подальше восвояси.
«Стоило менять имя, если меня все равно разыскали? – досадовал я, направляясь к «гостям». – Впрочем, какая теперь разница? Сначала узнаю, что им надо. Понимаю, что ничего хорошего ждать не стоит, но надо знать наверняка».
Ходоки по мою душу расположились неподалеку от калитки. Стоило нам с Кортисом выйти за ограду, как навстречу выдвинулись двое.
- Значит, теперь тебя зовут Алтон? – насмешливо спросил мужчина крепкого телосложения, в котором угадывались черты аристократа, сила бойца и дар волшебника. – Заставил же ты за собой побегать.
- Что я, девка, чтобы за мной бегать?
- Бегать за девками – удел простолюдинов, а нам стоит лишь пальцем поманить, и любая прибежит сама. Или её приволокут, ежели упертая попадется, - насмешливо произнес он.
Холеное лицо, тонкая полоска усов, соединенная с аккуратной бородкой на испанский манер, надменный взгляд… Второй волшебник стоял чуть позади и, несмотря на высокий рост, явно уступал первому. Одет он был проще, сутулился, и вдобавок у него бегали глаза. Точно - не воин, да и дворянское происхождение - явно не про него.
- Нам – это кому? – решил уточнить, все еще надеясь, что меня принимают за другого.
- Тем, кто по праву крови обязан повелевать другими, - «пояснил» так и не представившийся незнакомец.
«Надеюсь, он сейчас имеет в виду только себя», - проскочила мысль.
- Хвала Варду, сия чаша меня миновала, - сразу решил откреститься от принадлежности к компании повелителей. – Я - человек обычный, и к власти не стремлюсь.
- Так тебе это и не нужно - она сама к тебе стремится. Помнишь, как в Ибериуме один маг оглушил тебя заклятием?
«Что он несет? Какая власть!?»
- Не помню. С кем-то меня спутали, уважаемый.
- Одох, подтверди, - не оборачиваясь, бросил через плечо незнакомец, и высокий сделал пару шагов.
- Никаких сомнений, это Платон. В Ибериуме он представлялся горцем.
Имя главного волшебника Ибериума я запомнил отлично. Выходит, он притащил сюда мага, чтобы меня опознать. Сразу захотелось оглушить обоих чем-нибудь увесистым, чтобы оставить о себе долгую память.
- Я никогда и не скрывал, что вырос в Огурах. Однако с местными меня ничего не связывало, поэтому и покинул селение сразу, как появилась такая возможность. Что касается имени, то и здесь все просто - мне предложили его сменить на более привычное для Миригии.
- Говоришь, ничего не связывало? А почему? – задавая вопрос, Одох буквально буравил меня своими бегающими глазками.
- Рос сиротой, родителей не знал. Да и вообще, горы - это не мое, - сразу решил отсечь возможные вопросы про отца и мать.
- А почему ушел со службы у пограничников? – тут же задал вопрос аристократ.
- Учиться поехал.
- Через живую степь в период пробуждения? - ухмыльнулся «обязанный повелевать другими».
- Так ведь степью - самый короткий путь, - я пожал плечами. Честно говоря, разговор начинал напрягать - словно на допросе.
- А еще и самый опасный, - добавил незнакомец.
- Возможно. У вас ко мне все?
- Не смей мне дерзить, молодой человек! – угрожающе произнес незнакомец
- Мне - это кому? Свое имя вы так и не назвали.
- Ты стоишь перед виконтом Иргумом Рунским, молодой человек, - с негодованием в голосе ответил Одох. Ой, ну прямо как в старом советском фильме - «начальство надо знать в лицо!». А я, болван такой, не знаю.
- И чем обязан столь высокой чести? – добавил в елейный голосок изрядную долю сарказма, но напыщенный виконт его не понял.
- Я прибыл сюда, Алтон, лично вручить тебе награду за спасение Ибериума. - Иргум сбавил тон. – А кроме того, сообщить очень важную информацию.
- Пригласи гостей в дом, - подсказал стоявший сзади Кортис.
- Коли мы все-таки познакомились, не желаете ли заглянуть на чашку чая?
- Времени у меня немного, Алтон, да и разговор приватный. Пройдемся?
- Если что, я - рядом, - снова прошептал Кортис.
Мы отошли метров на двадцать, и лишь тогда виконт, наконец, заговорил:
- Вот объявленная награда. – Он передал мне увесистый кошель. – Здесь сто монет золотом. Граф Олим Рунский наказал передать из рук в руки. Кстати, ты в ближайшее время не собираешься в Руниег?
Принимая награду, увидел, что кошелек задымился. Вопросительно посмотрел на виконта.
- Это был амулет против воров. Поскольку он настроен на меня, пришлось уничтожить, - небрежно отмахнулся в ответ награждающий.
Язык так и чесался вставить, что снять защиту было бы проще, но сдержался и просто спросил:
- А зачем мне в Руниег? - Появляться в центре графства, где проживал Олим Рунский, а тем более - встречаться с ним, мне совершенно не хотелось.
- Собственно, это и есть главная причина моего приезда, Алтон, - виконт напустил в голос таинственности. – Дело в том, что Одох, когда тебя оглушил, взял каплю твоей кровь для проверки на некоторые магические хвори. Эту обычную процедуру проводят для всех чужаков…
Виконт выдержал театральную паузу, ожидая услышать массу вопросов. Не заметив ни малейшей заинтересованности с моей стороны, все-таки закончил рассказ:
- Так вот - первый же реактив показал, что твоя кровь принадлежит к древнему роду.
- Надо же… Не может быть… - почти равнодушно отреагировал я.
- Почему ты удивлен? Сам же сказал - рос сиротой, родителей не помнишь. А если тебя похитили в младенчестве?
- Даже, если это и так, родителей по прошествии стольких лет все равно не найти, а вот прослыть самозванцем – запросто.
- Что верно - то верно, - не стал возражать Иргум. – Да только кровь всегда безошибочно хранит память рода. И проверенные способы его определения имеются.
- Ни разу об этом не слышал, - поймал себя на мысли, что разговор меня вдруг действительно заинтересовал.
- Оно и немудрено. Мало кто даже из титулованных особ посвящен в эту тайну, а уж тебе тем более стоит держать язык за зубами, Алтон.
«Доверие» виконта меня насторожило.
«Какого бана ему на самом деле нужно? К ихнему миру я вообще никакого отношения не имею, от слова «совсем»! Судя по разговорам охранников, которые меня тогда стерегли, никакой крови Одох у меня не брал, просто побежал в свою башню. Хотя… Нет, верить подобным типам – прямой путь в ловушку. Виконт еще в Ибериуме пытался меня схватить, просто здесь у него руки связаны: Ашкун говорил, что у графа Рунского со здешним вельможей скрытая вражда».
- И где можно проверить принадлежность к роду? – решил все же проявить заинтересованность.
- Самое подходящее место – замок графа Рунского. Там же можно заручиться поддержкой, если вдруг возникнет необходимость отстаивать права.
- А какой в этом интерес графа?
- Ты же оказал ему огромную услугу - спас Ибериум от разорения. Сейчас он одарил тебя сотней монет, как обычного человека. Когда выяснится, к какому роду ты принадлежишь, награда будет увеличена до ответной услуги.
- Хотелось бы мне, чтобы ваши слова оказались правдой.
- Осмеливаешься намекать, что я лгу?!
- И в мыслях нет! – я постарался придать голосу максимум искренности, насколько был способен. - По правде говоря, это только в волшебных сказках обычный горец вдруг может оказаться родовитым вельможей. Будет обидно, если вдруг память крови даст не тот результат.
- Ты не хочешь узнать правду? – он выразительно поднял бровь.
- Хочу. Однако сначала мне нужно хорошо подумать.
- Дело твое, Платон. Только учти - долго твоего решения я ждать не собираюсь. Завтра еще пробуду здесь, а рано утром третьего дня выезжаю обратно. Все, что хотел, я сказал.
Виконт развернулся и, не попрощавшись, направился к деревне. Свита последовала за ним.
«Завтра же утром надо «делать ноги». Не знаю, что именно этим вельможам от меня нужно, но они не получат ничего. Главное - не попасть к ним в лапы. Эх, опять придется путать следы».
Глава 12 В такую погоду особо не побегаешь
В такую погоду особо не побегаешь
Интерлюдия
Возглавляемые виконтом люди графа Рунского, прибыв из Туреина, остановились в гостевом доме старосты, который специально для титулованных приезжих всегда держал наготове двухэтажный особняк. Бароны и баронеты посещали Руданы нередко, поскольку в селении обучались их чада. Далеко не все отпрыски дворян имели достаточно мощные для поступления в академию источники магии, но при старательном обучении могли добраться до первых рангов магического ремесла. Естественно, на них лучшие заведения Миригии тратить свои усилия не собирались. Выгоднее продать лицензии видящим магам, их ученики все равно принесут монеты при сдаче на ранг.
Иргум занимал две лучшие комнаты на втором этаже гостевого дома. Бóльшую использовал в качестве рабочего кабинета и столовой, а меньшая служила спальней. Вернувшись к себе, он переоделся в удобную домашнюю одежду, разместился в большом кожаном кресле возле столика и принялся прокручивать в голове состоявшийся разговор с Алтоном. Виконта настораживало поведение дерзкого молодого человека. Мало того, что он не проявил к вельможе должного почтения, так еще на лестное предложение практически не прореагировал.
«Да любой другой на его месте ошалел бы от радости, узнав о принадлежности к древнему роду! А у этого – ноль эмоций и какие-то нелепые отговорки…»
Порадовал виконта лишь один итог их встречи: трезубый амулет, соприкоснувшись с Алтоном, действительно сгорел. Теперь не приходилось сомневаться: парень - именно тот, кого ищет брат. До сегодняшнего дня Иргум не доверял словам Одоха, главный волшебник Ибериума мог и обмануть, прикрывая какие-то свои делишки. Не зря же прибывший вместе с виконтом в Ибериум волшебник сообщил, что лаборатория местного мага показалась ему подозрительной.
«Алтон пытался меня убедить, что его с кем-то спутали? Пожалуй, это единственная глупость, допущенная им во время разговора. И даже уличенный во лжи, он совершенно не стушевался. Настолько уверен в себе?»
Иргум машинально рассматривал стоявший напротив шкаф, отдавая должное мастерству резчика по дереву. Похоже, всю находившуюся в комнате мебель изготовил один мастер. Пробежавшись взглядом по комоду, стульям, и диванчику с деревянными подлокотниками, вельможа вернулся к размышлениям:
«Дело осталось за малым - доставить Алтона в Руниег. И я сомневаюсь, что он отправится туда по своей воле».
Иргум не мог на чужой территории действовать нахрапом, иначе бы сразу схватил парня еще во время разговора. Впрочем, даже имей он такую возможность, не стал бы рисковать возле поместья учителя магии. Как правило, на своих землях волшебники держали наготове немало сюрпризов, способных навредить даже ему, магу восьмого ранга.
«Досадно, что тогда в Ибериуме парня упустили. Мало того, что из-за нерасторопности городских властей мы потеряли почти полгода, так еще и мороки добавилось. Вместо того, чтобы заниматься делами, приходится бегать за каким-то одаренным. Если бы не разгильдяйство Одоха…»
Волшебник Ибериума вызывал у виконта стойкую неприязнь одним своим внешним видом. Одох был худощав, на голову выше Иргума, с каким-то хитрым лисьим лицом, словно все время готовил подлянку. Рунский часто ловил себя на мысли, что буквально руки чешутся вмазать по этой морде, однако заменить пройдоху пока было некем. Должность главного мага приграничного города требовала мастерство пятого ранга, а перебираться в Ибериум не особо желали волшебники даже четвертого ранга.
От тяжких мыслей виконта оторвала служанка, которая принесла обед. Иргум оценил ее плавные изгибы, но решил не отвлекаться от важного дела, жестом приказав удалиться. Когда позже горничная вернулась за посудой, приказал позвать Одоха.
- Как думаешь, Алтон сюда придет? – спросил виконт, стоило магу войти в комнату.
- Ежели не дурак, то явится, - ответил тот, не задумываясь.
- А я вот думаю: паренек с мозгами дружит, а потому постарается скрыться как можно скорее.
- Так зачем тогда было деньги отдавать?
- Ты смеешь подвергать сомнению мои действия?!
- И в мыслях не было, господин, - испуганно проблеял волшебник. – Просто сразу не осознал глубинного смысла вашего, безусловно, гениального хода.
- Не стоит столь грубо льстить, Одох. Могу ведь и разозлиться!
- Прошу прощения, господин, - он склонил голову.
- Ладно, не маячь, как столб. Сядь!
Маг покорно устроился на краю стула. Переведя дыхание, виконт продолжил:
- Деньги я передал Платону, проверяя, можно ли его купить? Обычно у молодых людей после неожиданно щедрых подарков появляются вполне предсказуемые мысли: ежели виконт передал сотню, то сколько можно стрясти с графа? Однако Алтон отнесся к деньгам почти равнодушно, да и на мои выдумки про великий род не купился.
- Хм, и откуда в его возрасте такая мудрость?
- Это мы обязательно выясним. Но в другой обстановке и другими методами дознания.
- Но если горец сбежит, как мы сумеем его допросить?
- Успокойся - я поставил на Алтона «маячок». Мы точно будем знать, когда он покинет деревню, и где его искать, - усмехнулся виконт. – К тому же, метка послужит доказательством его кражи ста монет у дворянина. Тебе известно, какое наказание ждет вора?
- Смертная казнь, - тут же ответил Одох.
- Виселица может стать надежным рычагом давления на строптивца.
- А вдруг вашу метку обнаружит его учитель?
- Исключено. Маячок активируется только на удалении двух миль от поместья Ургаса, - вельможа вытащил из кармана амулет и бросил его магу. –Этот кругляш засветится, когда «птичка вылетит из клетки». Следи за ним в оба. Доложишь немедленно!
- Будет сделано, господин. - Долговязый вскочил со стула.
- Свободен, - Иргум небрежно махнул рукой, словно отгонял надоедливую муху.
Одох быстро покинул комнату, оставив виконта наедине со своими мыслями:
«А ведь парень и в самом деле может оказаться высокого происхождения. Не зря же трезубый амулет так напоминает корону Его величества. Осталось только доставить «горца» в Руниег, а уже там решить, кому выгоднее его продать: тем, кто поддерживает нынешнего правителя, или наоборот? Впрочем, это уже пусть решает брат, а моя задача – не упустить добычу. Было бы, конечно, неплохо и целителя с собой прихватить, но не стану пока гнаться «за двумя зайцами». Сначала - первоочередная цель, затем… посмотрим».
Иргум поднялся с кресла. В это время прогремел гром, и с небес хлынул сильный дождь. Виконт выглянул в окно.
«Похоже, это надолго, - поморщился он. – Может, оно и к лучшему? В такую погоду особо не побегаешь».
***
За обедом подробно рассказал друзьям о неприятной встрече с виконтом. По ее итогу мы, тем не менее, обогатились на сотню золотых монет, но одновременно явно нарвались на кучу новых проблем.
- Он про Ишида не спрашивал? – заволновался Игун.
- На удивление, нет. Зато притащил с собой Одоха - худого высокого типа с хитрой мордой лица.
- Помню его, - кивнул Алгай, – это волшебник Ибериума – жуткий тип.
- Согласен, мне он тоже не понравился. Как и общение с обоими. Разговаривали почти вежливо, даже не угрожали. Радушно зазывали встретиться с графом Рунским, предложив свой отряд в качестве охраны.
- И что ты решил? – подключился к беседе целитель.
- А что тут решать? Я не собираюсь добровольно идти в клетку.
- А вдруг ты действительно по происхождению какой-нибудь маркиз или герцог? – мечтательно произнес Алгай.
- Ага, а еще лучше - прЫнц, которого от греха подальше закинули в другой мир, а теперь ждут - не дождутся, когда я во всей красе явлю себя заждавшимся верным подданным.
- Так было бы здорово - жил бы сейчас во дворце, куча слуг…
- Алгай, я думал, что ты уже вырос из того возраста, когда верят в сказки. Знаешь, что всегда ждет неожиданно объявившихся принцев, которые ломают давно сложившиеся расклады власть имущих?
- Нет...
- Их быстренько по-тихому устраняют.
- Но ты же никому ничего плохого не сделал! – возмутился самый юный ученик Ургаса.
- Неужто сам забыл, как обошлись с нами, когда мы сделали много хорошего, разбив кочевых угаев? – напомнил я.
- Так то - бургомистр…
- Алгай, не будь наивен. Думаешь, граф лучше? – добавил Игун.
- Вряд ли, - мрачно усмехнулся Ишид. – Мое общение с баронетом Жилским - полное тому подтверждение.
В столовую вошел Кортис:
- Алтон, тебя хочет видеть учитель.
- Сейчас буду.
О том, что мне предстоит отправиться в степь, да еще в буйный сезон, друзьям рассказывать не стал. Наверняка решат последовать за мной, а я не знаю, как смогу их отговорить. Иногда Ургас выдавал нам индивидуальные задания - этой версии мы с ним и решили придерживаться.
Поднявшись на верхний этаж башни, рассказал мастеру разговор с виконтом во всех подробностях. Выслушав меня, он пару минут размышлял, затем спросил:
- Что, по-твоему, предпримет этот Иргум?
- Говорил, что пробудет в деревне еще сутки. Скорее всего, потом сам вернется в Туреин, но обязательно кого-то оставит здесь, чтобы присмотреть за мной.
Учитель покачал головой.
- Все может быть гораздо хуже, Алтон. Эти деньги… Виконт же не передал грамоту, что монеты вручены в качестве награды?
Упс… И как это я сам прошляпил….
- Предлагаете их вернуть?
- Вряд ли это уже поможет, - задумчиво произнес Ургас. – Если виконт официально обвинит тебя в воровстве, у него появится право проникнуть в поместье и перевернуть его вверх дном.
- Даже, если меня здесь не уже будет?
- Не исключаю и такой вариант. Впрочем, одна задумка у меня имеется... А помочь нам должна стремительно портящаяся погода.
- Будет дождь?
- Гроза, с мощными раскатами грома и молниями, причем бурными даже для грозового сезона.
- И что это нам дает?
Учитель усмехнулся одними глазами:
- Громы и молнии создают непреодолимые помехи для создания заклинаний. Если виконт поставил на тебя метку, посреди разящих молний она работать не будет.
- Метку? А вы разве не можете ее снять?
- Активную – без проблем, но если она в «спящем» режиме, не смогу даже обнаружить.
- Получается, мне теперь всю жизнь ее носить?
Совершенно не хотелось до конца дней чувствовать себя меченным племенным быком. К тому же, одно клеймо – о прописке в деревне Хаши, у меня уже имелось. Правда, против него я совсем не возражал: оно спасло от дрега и позволило вытащить из беды Ишида.
- Через год метка развеется, но в твоем случае это должно произойти гораздо раньше, если не передумал идти в степь.
- Нет. Завтра же утром возьму лошадку и…
- Сегодня, - перебил учитель. – И пешим ходом, когда хлынет дождь. Сделаешь крюк, чтобы запутать след. В ближайшей деревне...
- Подождите, если на мне метка, то какая разница…
- Алтон, негоже перебивать учителя. Выслушай сначала.
- Извините, мастер, - я прикрыл рот ладонью.
- Пойдешь через лес, который начинается сразу за нашим полигоном. Идти примерно миль пять, потом упрешься в дорогу. По ней свернешь направо, через двадцать миль по правую руку увидишь скалы - там будет деревня, о которой ты не дал рассказать. Спросишь Фаргида. Ему скажешь, что от меня, заплатишь десять монет, чтобы проводил, и сообщишь, что за тобой, скорее всего, будет погоня. Пройдя скалы, доберешься до другой деревни, Гуралы, она побольше нашей будет. Там заночуешь и утром купишь лошадь. Дальше отправишься прямо к перевалу. У тебя вопросы? – Ургас заметил мой взгляд.
- Первую ночь я проведу в пути?
- Не волнуйся: молний будет столько, что в темноте не заблудишься, - «успокоил» наставник.
- Да меня больше волнует, не угодит ли одна в меня?
- Не угодит. Дорога имеет свою защиту, а в лесу хватает высоких деревьев.
- Тогда действительно бояться нечего, - произнес я, уверенный в обратном.
- Теперь поясню, почему пойдешь именно в этом направлении, - продолжил учитель. – Первое: чтобы верхом выбраться к дороге, которая за лесом, потребуется вдвое больше времени, нежели пешком. Второе: она ведет в город Ширгуид, где находится магическая академия. Виконт наверняка решит, что ты, получив шальные деньги, отправишься поступать туда. И, вполне вероятно, захочет устроить «теплую встречу» там. Третье: проход через скалы также возможен лишь пешим ходом. Фаргид проведет тебя самым коротким путем, а погоня отправится по дороге - вряд ли люди виконта захотят бросить лошадей. В общем, ты постоянно будешь опережать преследователей.
- Вы сказали, Иргум может заранее организовать засаду в Ширгуиде. Но как это возможно?
Подумал, у них тут что, имеется нечто, вроде мобильника?
- Вполне возможно, что виконт обладает портальным свитком. А в каждом крупном городе обязательно имеется портал.
- Ого! И сколько такой свиток может стоить?
- Не меньше трех сотен, Алтон. И продадут его далеко не каждому.
О порталах я тоже узнал совсем недавно. Оказывается, их в Миригии всего дюжина, и каждый способен за один прием перемещать не более шести человек. Стоило одно такое путешествие полсотни монет, поэтому клиентуру переходов составляли лишь богатые люди королевства.
- Виконту бы продали?
- Если его магический ранг не ниже седьмого.
- Даже так?
- Кстати, полученные от Иргума деньги забери с собой. Скорее всего, и на них какие-нибудь метки.
- Ладно, так и сделаю.
Яркая вспышка молнии в окне осветила все самые дальние углы комнаты, а мощный громовой раскат, казалось, зашатал пол под ногами. Ургас поднялся со своего излюбленного кресла.
- Пожалуй, тебе пора выходить, - сказал он. – Я попросил Кортиса подготовить непромокаемую одежду.
Пришлось спешно прощаться с друзьями. Объяснил, что наставник дал мне срочное задание, и бодро пообещал вернуться через пару дней.
Перед уходом хотел вернуть Кортису амулет, который он мне отдал перед встречей с виконтом, но тот отказался:
- Это редкий артефакт, Алтон. Думаю, не ошибусь, если скажу, что он существует в единственном экземпляре.
- И каково его назначение?
- Тебе же нужно в степь? – вопросом на вопрос ответил Кортис.
Не стал спрашивать, откуда он узнал, просто согласно кивнул.
- Да.
- С ним не потребуется одноразовых защитных амулетов.
- Совсем? - Даже представить не мог, сколько может стоить такой артефакт.
- Совсем. – Он дружески похлопал меня по плечу и напутствовал: - Удачи, Алтон! Будем ждать твоего возвращения.
И я отправился в неизвестность. Вышел через калитку в ограде сразу за полигоном. Если бы не выданный комбинезон с глубоким капюшоном, промок бы за несколько секунд.
«Ну и погодка, крутым баном ее по сусалам! Надеюсь, ни одна тварь не рискнет охотиться в такой ливень - мне сейчас и молний с избытком хватает, словно с цепи сорвались».
До заката оставалось не менее четырех часов, но из-за туч резко потемнело. В дремучем лесу без молний наверняка бы сбился с тропинки, или ноги себе переломал.
Учитель был прав - лошади здесь точно не пройдут, эта дорожка только для сумасшедшего туриста: бесконечные выступающие корни, кряжистые бревна и наполовину залитые водой трещины в почве. В некоторых местах вообще пришлось пробираться на четвереньках…
«Неужели никто, кроме Ургаса, этой тропинкой не пользуется? Да и вообще, за все полгода учебы не припомню, чтобы мы хоть раз совались в здешние дебри. Эбонитовые ежики! – мысленно вскрикнул я, когда молния ударила совсем близко. – Так ведь и оглохнуть недолго!»
Ослепляющие вспышки тоже следовали одна за другой. Пару раз прямо передо носом падали деревья, срезанные небесным ударом. А я тупо смотрел под ноги, чтобы не сбиться и не растянуться. Пробирался, не останавливаясь, мечтая только о том, чтобы лес скорее закончился.
Когда деревья расступились, чуть не закричал от радости, но очередная вспышка озарила просто край поляны, противоположную сторону которой окаймляли все те же надоевшие дебри.
«Опять?! Да сколько ж можно! Этот лес когда-нибудь закончится?!»
И вдруг началось настоящее светопреставление. Несколько молний одновременно выстрелили в самый центр поляны. Через секунду последовал второй залп, потом третий... Пришлось закрыть глаза, чтобы не ослепнуть. Смог открыть их только через пару минут, и первое, что увидел - светящийся шар, который начал быстро менять форму. Несколько мгновений - и на его месте возникла огромная грациозная кошка.
«Какого бана?! Это такие местные шаровые молнии? Ничего не имею против кошек, даже если они ростом с теленочка, но зачем эта идет прямо ко мне? Других направлений нет?»
Светящаяся хищница приближалась мягкой поступью, не спеша. Внешне она вроде не проявляла агрессии, но горевший в глазах гастрономический интерес вызывал довольно неприятные ощущения, после каждого ее шага у меня холодело в груди. И ведь не побежишь - такая догонит, не напрягаясь. Да и куда здесь бежать – до первой коряги?
Возникла мыслишка шарахнуть по необычному зверю мощной волной ветра, пока киса не добралась до меня, но память выудила из потаенных глубин перепуганного сознания рассказ учителя о подобных тварях. Еще в самом начале грозового сезона он упоминал энергетические существа, предупредив, что проявления атакующей магии они ощущают издали. Поэтому, если, упаси Вард, доведется услышать звуки сухого треска с бульканьем, надо замереть на месте и дождаться, когда эти звуки стихнут. А потом лучше целый день (если он у тебя будет) не обращаться к чарам. По словам Ургаса, вообще-то необычная зверюга появляется редко, только в сильную грозу, а потом сама исчезает примерно через полдня после окончания непогоды. Дать ее точное описание учитель не смог:
- Охотники рассказывали о большом ярком пятне, которое видели между деревьев. В первую очередь, оно преследовало магов, оставляя от них лишь горстку пепла.
И вот сейчас такая оформившаяся в пантеру шаровая молния двигалась прямо ко мне. А у меня все мышцы словно одеревенели. Наверное, как раз для того, чтобы легче превратиться в пепел.
«Не хочу!!!» - беззвучно заорал я, увидев, как зверь внезапно остановился, прижав уши. Однако вместо ожидаемого прыжка кошка принялась более внимательно меня осматривать, одновременно потеряв ко мне весь гастрономический интерес.
Несмотря на ослепительную, в прямом смысле этого слова, внешность, каждая черточка ее морды была отчетливо видна, а потрескивающее бульканье даже походило на мурчание.
«Надо же, среди всей какофонии звуков грозы урчание энергозверя все равно слышно... Так, и чего мы стоим, кого ждем?»
Дождь продолжал лить, не ослабевая, раскаты грома с прежней регулярностью сотрясали воздух, но для меня сейчас исчезло все, кроме светящейся кошки. Аккуратная мордочка, прищуренный взгляд… Увидев такую по телевизору, наверняка бы умилился, но стоя с ней рядом, хотелось оказаться по другую сторону непроходимого для нее экрана.
Неожиданно ощутил вибрацию в левом запястье, словно заработали «умные» часы, сообщая о входящем звонке на мобильный. Но я точно знал - ни часов, ни мобильника давно нет.
Кошка начала принюхиваться, а из моей руки вдруг вылетела маленькая искорка и устремилась к светящемуся зверю. На подлете к морде она была тут же с аппетитом съедена.
«Браслет единорога... И что он сейчас натворил - дал понять хищнице, что я вкусный? - размышлял, заметив, как она принялась смачно облизываться. – Или объяснил, что «мы - одной крови»? Вроде второе, раз кошка решила убраться…»
Стараясь успокоить бешенный ритм сердца, постоял еще немного. Когда коленки перестали дрожать, отправился дальше.
«Как- то совершенно пропала охота спешить, ведь киса двинулась в том же направлении, куда нужно и мне. Не исключено, что идет той же тропинкой. Какие сюрпризы еще таит этот мир? Что это за чудо природы, родившееся из молний? Зачем ему я понадобился - подошла просто из любопытства? Говорят же, что все кошки любопытны».
Дальше тропинка стала более проходимой: и корни не слишком сильно выступали, и поваленные деревья попадались реже.
В голове крутилась поговорка про плохую погоду и хорошего хозяина, который не выпустит собаку из дома. Ведь покидая дом Ургаса в разгул непогоды я очень надеялся, ни с кем не столкнуться - и все равно не избежал неприятной встречи.
Впрочем, чего возмущаться - мне же встретилась не собака. А у кошек, как известно, хозяев вообще нет. Только обслуживающий персонал.
Глава 13 Мохнатый незнакомец
Мохнатый незнакомец
Дождь продолжал лупить с прежней силой, молнии все так же непрерывно били в землю то слева, то справа от меня, но идти стало веселее. Дорога, даже залитая ручьями стекающей воды, - это все-таки не колдобины с торчащими корнями, постоянно норовящими ухватить за ногу.
Причину, по которой ни одна небесная стрела не ударила в дорогу, узнал, когда одна из ярких вспышек озарила длинные прутья, вкопанные по обе стороны тракта.
«Громоотводы!? Вот здорово! Только не слишком ли они близко от обочины?»
Из школьного курса физики смутно помнил про разность потенциалов, которую запросто словить, находясь неподалеку от места попадания молнии. А вот упоминалось ли в учебнике безопасное расстояние, в голове не отложилось.
«Как там учитель советовал - не стоит делать большие шаги, а лучше вообще прыгать на одной ноге. Жаль - не мой вариант. Эдак я моментально выбьюсь из сил, а идти мне еще долго. Так, а это что еще за «лежбище морских котиков»?
При очередном всполохе прямо по центру увидел развалившееся посреди дороги семейство кабанов - примерно с десяток вепрей образовали своеобразную разделительную полосу. Видимо, почуяли, что при грозе именно здесь самый безопасный участок.
На меня звери не обратили никакого внимание, хотя я прошел мимо них буквально в паре шагов, рассудив, что приближаться к обочине – худшее из двух зол.
Не знаю, по каким признакам Ургас определил, что стихия настолько сильно разгуляется и станет чуть ли не самой мощной за весь грозовой сезон, но он оказался абсолютно прав - такого буйства природы мне здесь видеть еще не приходилось. И, как назло, именно в этот уникальный день пришлось убегать из сухого теплого жилища.
«Если Иргум действительно установил метку, вряд ли она даст о себе знать до окончания грозы. А виконту придется долго гадать, куда это я подался. Потрачу его деньги на все, что понравится, и пусть потом сколь угодно долго доказывает, что их украли».
После оплаты за освобождение Ишида в суде, мы с ребятами ввели режим жесткой экономии и покупали только еду и необходимые для учебы вещи. Сейчас, с учетом заработанных на поединке двадцати монет, у нас оставалось чуть меньше сотни, а учиться нам еще долго. Поэтому я так легко принял подарок графа Рунского. Хотелось основную часть оставить друзьям, но по совету учителя вынужден был забрать «щедрый дар».
«Накуплю всем кучу амулетов, чтобы деньги графа послужили усилению нашего отряда. Правда, до этого нужно еще суметь выжить в степи две ночи. Но я же не собираюсь умирать? Ух, ты, какая красивая молния - в полнеба!»
Я вдруг осознал, что потихоньку привыкаю к окружающему светопреставлению: перестал вздрагивать от грома, в ярких росчерках начал видеть красоту их ветвистой структуры и различать цветовые оттенки небесных стрел - от голубых до оранжевых.
Ближе к рассвету дождь все-таки прекратился. Раскаты грома вначале поумерили свой пыл, а затем и вовсе затихли. В наступившей тишине возникло ощущение, что я оглох: ни шума ветра, ни стрекота насекомых, ни чириканья птиц - только звуки собственных шагов.
«Как-то мне не по себе, обстановка напоминает фильм ужасов. Для полноты картины только не хватает появления какого-нибудь чудовища. Так, Платон Громов, а нельзя ли подумать о чем-то более приятном? О вкусном ужине, теплой постели, шикарной незнакомке с соблазнительными формами…»
Комбинезон все-таки промок, видимо, вода затекла там, где он неплотно прилегал к телу. А может я просто вспотел, что немудрено при столь экстравагантной прогулке. И, конечно, под утро заметно похолодало…
«Мне только еще простудиться не хватало, - подумал я и перешел на бег. – Где тут обещанные по правую руку скалы?»
Вскоре действительно показались горы, несказанно обрадовав своим появлением. Однако наслаждаться их видом смог недолго: из-за холма слева появились темные тени.
«Какого бана!»
Всю дорогу перегородили четыре крупных волка с горящими желтыми глазами, еще трое держались сзади. Уже собрался готовить заклинание, но вдруг вспомнил о необычной кошке с ее чувствительностью к магии. Встречаться с ней второй раз не хотелось.
«Какие на этой дороге умные животные устраивают засады, - машинально опустил руку в торбу и вытащил арбалет. Оба болта находились в боевом положении, взвод рычага - и оружие готово к бою. – Ну, кто первым желает получить дырку в морде?»
Самый нетерпеливый рванул ко мне в высоком прыжке.
Первый выстрел. Попал. И сразу отпрыгнул в сторону, развернулся и пальнул в подбегавшего сзади. Мне опять повезло, но на перезарядку времени уже не было. Бросил арбалет и выхватил булаву. Нажал кнопку - шипастое ядро врезалось в морду третьего. Крутанул трансформировавшийся из булавы кистень и угостил четвертого ядром в ухо.
«Четыре - ноль в мою пользу!» - подвел итог скоротечной стычки. Увы, итог оказался промежуточным: прямо на глазах поверженные волчары выправили свои помятые морды, залатали дырки и снова встали в строй. – Оборотни?! И как их уничтожить? Вроде нужно голову отрубить, а потом сжечь дотла, но с огнем я как-то не дружу, опять же с энергозверем никак не хочется… Ежики эбонитовые, а что мне еще остается!?»
Волной ветра отбросил неубиваемых тварей подальше от себя, и принялся готовить им капканы – расщелину в земле, которую нужно быстро схлопнуть, когда туда попадут лапы волков. Провозился минут десять, а когда уже считал, что победа за мной, из-за холма показалась огромная фигура атлета, который был на голову выше меня и вдвое шире.
- Как ты посмел обидеть моих зверушек! – прорычал он, сбрасывая с плеча увесистый мешок.
Кинг-Конг в миниатюре, да и только: лицо и руки незнакомца были покрыты шерстью, мускулатура – любой культурист позавидует, а уж голосок – Джигурда отдыхает.
- Не обижал. Просто наказал за неласковый прием, - постарался ответить спокойно.
- Мне одному решать, как им встречать всяких бродяг…
- Когда на меня нападают - я защищаюсь. Скажи «спасибо», что никого пока не убил.
- …а если я приказываю добыть еду, мне ее приносят, - с этими словами властелин волков резко выбросил руку в мою сторону, и из его ладони вылетел полупрозрачный сгусток.
Все случилось настолько быстро, что не успел увернуться. Меня отбросило метров на пять и жестко прокатило по земле. Хорошо, что Кортис учил нас правильно падать, иначе бы точно что-нибудь себе сломал.
Поднялся с большим трудом, и по ожогам на груди догадался, что два защитных амулета выгорели сразу.
«Какой же у него ранг!?» Выдал свое максимально мощное заклятие, затем еще парочку, чтобы потянуть время.
- Это все, на что ты способен, молокосос!? – «Кинг-Конга» даже не пошатнуло.
И тут мне показалось, что слышу знакомое мурлыканье. Попытался еще немного потянуть время - вдруг действительно только показалось?
- Я пока разминаюсь.
- Ну-ну… Удиви меня, если сможешь.
- Да, пожалуйста!
Угрожающие звуки теперь услышал и амбал. Судя по расширившимся глазам, зверушку он увидел.
- Как ты смог?! – заорал мохнатый и попытался дать деру.
Наивный - молнию не обгонишь. И я воочию это увидел: сначала в пепел превратился атлет, а потом та же участь постигла всех застрявших в земле волчар, отчаянно пытавшихся вырваться из моих капканов.
Я же «прикинулся ветошью и не отсвечивал», даже дышал через раз, посылая в астрал мысль о том, что меня тут нет, и никогда не было... Кошка такое рвение без внимания не оставила: просто посидела рядышком, дожидаясь, пока из моего запястья выскочит еще одна искра. Лишь когда светлячок исчез в ее пасти, неторопливо отправилась обратно.
«Ну да, а чего я хотел? За все в этой жизни нужно платить».
Проводив взглядом удаляющуюся кошку, я так и не сдвинулся с места. После удара ныли ребра, мозг безуспешно пытался переварить очередное спасение из, казалось бы, безвыходной ситуации, а по телу от шеи до пят пронеслась волна из тысячи иголок. Такое бывает, когда отсидишь ногу, а потом кровь резко устраняет онемение.
«А я, похоже, отсидел всю тушку. Ежики эбонитовые! И это я еще даже до степи не добрался, что дальше-то будет?! Какой-то я слишком впечатлительный стал - вижу зверушку уже второй раз, а страх накатил, словно это не я ее подкармливал давеча».
Решив, что до самой деревни не сделаю больше ни одной остановки, наконец сдвинулся с места. И тут взгляд натолкнулся на валявшийся рядом мешок мохнатого амбала.
«Интересно, чей это трофей - мой или светящейся пантеры? Если энергозверя считать моим оружием, то по праву победителя мешок мой. Опять же, киска его не взяла. Допустим, она не оружие. Например, мы с ней стали деловыми партнерами. Она получила жизни оборотней, а мне оставила их пожитки. Было бы неуважением отказаться от щедрого подарка соратницы».
Найдя достойное оправдание, присел на корточки возле мешка и развязал его. Первое, что бросилось в глаза – забавная фигурка из темного камня. Она оказалась довольно тяжелой, с трудом вытащил. Статуэтка заставила улыбнуться, уж очень она напоминала олимпийского мишку из мультика «Баба Яга против». Скульптура достигала длины с локоть и весила под пятнадцать кило. Тащить такую тяжесть не было никакого желания, но и бросать было жалко. Постарался засунуть в волшебную торбу.
«Получилось! – мысленно обрадовался я, сумев запихнуть «мишку» в сумку, ведь ее содержимое не влияло на вес. – Что у нас тут еще?»
В мешке еще оказались какие-то зелья в стеклянных флаконах, амулеты, перстни, браслеты... Складывалось ощущение, что мохнатый вместе со своими волчарами промышлял на большой дороге – я нашел даже несколько кошелей с монетами. Парочку открыл, обнаружил внутри золотые и серебряные монеты, остальные даже трогать не стал.
«А этот тип явно нападал не на бедных! Да, знакомство с энергокошкой принесло немалые дивиденды. Будет время, обязательно пересчитаю, насколько стал богаче, а теперь – в путь».
Без статуэтки вес мешка стал вполне приемлемым. Закинул его за плечо, на всякий случай обошел холм и, ничего и никого там не обнаружив, поспешил дальше.
Через пару часов впереди показались первые дома. К тому времени тучи почти разошлись, из-за горизонта показалось солнце, и на душе заметно полегчало.
- Здравствуйте, не подскажете, где найти Фагрида? - спросил я у первого встретившегося на пути мужчины. Тот выглядел довольно мрачным, но все же ответил:
- Пятый дом слева.
Несмотря на раннее утро, в деревне царила тягостная суета - люди явно собирались куда-то уезжать. Почти возле каждого подворья стояла телега, жители выносили из домов все вещи и грузили на подводы… На лицах людей читалось большое горе.
«Что у них произошло? Надо скорее найти проводника».
- Скажите, Фагрид тут живет? – спросил у степенного мужчины, осматривавшего указанный мне дом.
- Пока еще - да, - тяжко вздохнув, ответил он. – Но уже недолго осталось.
- Могу я его увидеть?
- Уже видишь, - повернулся он. – Чего надо?
Хозяин дома был старше меня лет на двадцать, немного шире в плечах и выше на полголовы. На почти круглом лице Фаргида явно читалась тревога и скорбь.
- Я от мастера Ургаса. Не проведете через скалы? Я хорошо заплачу.
- Не могу, мне нужно срочно увозить отсюда семью. Видишь, что у нас творится?
- А что случилось? – я покрутил головой, безуспешно пытаясь «увидеть, что у них творится».
Он неприветливо посмотрел на меня, словно решая, стоит ли тратить время на не вовремя появившегося бестолкового чужака, но потом все-таки ответил.
- Зверолюд у нас случился, нынешней ночью нагрянул в деревню. Прикончил трех бойцов и забрал хранителя.
- А другого волшебника у вас в деревне нет?
- Да какой толк от волшебника? От нашествия пещерных росомах один он не спасал, иначе тут к каждому дому нужно мага ставить. А где же их столько взять?
- Но ведь хранитель как-то справлялся...
- Э, да что с тобой говорить, – он досадливо махнул рукой. – Кем тебе Ургас приходится?
- Учителем.
- И он не рассказывал о хранителе?
- Не успел, я всего полгода учусь. И про зверолюда тоже первый раз слышу... Извините, если обидел. Не расскажете?
- Нет! Какие сейчас могут быть разговоры, нам поспешать надобно.
- Я помочь могу. Еще одна пара рук будет нелишней.
Фаргид снова внимательно посмотрел на меня.
- Ладно, только из уважения к твоему учителю.
Он сел на крыльцо и предложил занять место рядом.
- Зверолюд – тот же оборотень, только он еще владеет чарами, в том числе магией изменения животных, которыми сам потом и повелевает. Напавший на нашу деревню - не ниже восьмого ранга, амулеты пробивал одним заклятием. Самое паршивое - он знал, где спрятан хранитель. Скорее всего, мерзавец либо сам раньше жил в деревне, либо кто-то ему место указал.
- Значит, хранитель – не человек?
- Конечно, нет. Это тотем из священного камня. Его пещерные росомахи боятся панически.
Догадка, мелькнувшая в голове, заставила меня подскочить с места:
- Похоже, я знаю, где находится ваш хранитель! И тот зверолюд.
- Парень, на больную тему не шутят. А то не посмотрю, что ты ученик уважаемого мастера...
- Я и не думал шутить, Фаргид.
Поспешно открыл торбу и не без труда извлек оттуда «олимпийского мишку». Проводник буквально остолбенел.
- Это он? – спросил мужика, хотя ответ был написан на его лице крупными буквами.
- Ты… ты, где его взял, парень?
- У зверолюда.
- Но как?
- Случайно получилось. Этот волосатый бугай собрался меня сожрать. Я, естественно, был против. В результате моего несогласия он и его волки обратились в пепел, а мне достались трофеи.
- Я возьму хранителя? – спросил он, благоговейно забирая «мишку». – Мне надо срочно к старосте. Подожди меня тут.
- Конечно.
Фаргид поднял хранителя над головой, затем поставил на землю. Заглянул в избу, быстро сказал несколько слов своим домочадцам, вышел, опять поднял тяжелую статуэтку и побежал, выкрикивая на ходу:
- Хранитель вернулся! Мы можем оставаться!
- Здравствуй, - на крыльце появилась совсем юная девушка. Из-за ее спины выглядывал мальчуган и недоверчиво изучал меня. – Это ты вернул хранителя?
- Мне просто повезло.
- Тебя как зовут?
- Алтон.
- Я – Нинела. Спасибо, ты всех нас спас.
- А ты сам зверолюда победил? - не удержался мальчуган.
- Нет, мне помогли, - не стал скрывать я.
- А я думал…, - в его глазах мои «котировки» героя резко упали.
- У него же в помощниках было семь больших волков. Значит, и я имел право позвать подмогу, - словно оправдываясь, объяснил мальчугану.
- Могучего волшебника? – предположил он.
- Нет. Где я его на дороге найду?
- И кто тебе же помог?
- Да так, одна яркая зверушка. От ее прикосновения зверолюд сразу в пепел обратился.
Парнишка, похоже, об энергетических тварях не знал, а вот девушка точно слышала и очень удивилась.
- Только зверолюд? – переспросила Нинела.
- Вместе с волками.
- Здорово! А ты мне эту зверушку покажешь? – спросил мальчуган.
- Вряд ли. Я и сам с ней, наверное, больше никогда не встречусь, - с надеждой в голосе ответил ему. – И другим не советую.
Девушка согласно закивала головой и принялась вытаскивать вещи из телеги.
- Разреши помочь…
К возвращению Фаргида мы выгрузили все пожитки.
- Ты смотри, он еще и подработать у тебя решил, - вместе с хозяином пришел мужчина чуть постарше.
- Просто решил помочь, - тут же начал оправдываться.
- Я - Ушгил, местный староста. Как тебя величать?
- Алтон.
- Благодарю тебя, Алтон, от всей деревни. Ты спас нам жизнь! Сегодня же устроим пир в твою честь!
- Спасибо, но, к сожалению, остаться никак не могу, Ушгил. За мной, скорее всего, гонятся. Пока я опережаю этих явно недобрых людей, поэтому задерживаться нельзя. К ночи нужно оказаться по другую сторону скал.
Староста сразу предложил помощь.
- Хорошо, Фаргид тебя проводит. Я сейчас ненадолго отлучусь, только до моего возвращения не уходите.
Ушгил ушел, а проводник сразу обратился ко мне:
- Что нас ждет в предстоящем переходе?
Рассказал ему не больше, чем велел учитель. Мужик лишних вопросов не задавал, а еще пообещал, что сегодня никого больше через скалы не поведут. Если же кто-то появится завтра, то попадет на ту сторону лишь к ночи.
Денег с меня не взяли. Наоборот, мне еще староста вручил десять золотых. Сначала я хотел настоять на оплате проводнику, но решил не оставлять «следов», если деньги преследователей вдруг окажутся меченными. Лучше растратить все на рынке, оплатив товары незнакомых продавцов.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге