Собиратель душ

Глава 1. Знакомый демон

Он шел в лучах дневного солнца, держа спину прямо, а подбородок приподнятым. Мимо спешили люди, проезжали, гудя, машины. Облаченный в свой черный классический костюм, черную рубашку с черным галстуком, на котором сверкал серебряный зажим с цепочкой, он вполне мог привлечь к себе внимание. Однако его никто не замечал. На его пальце поблескивало кольцо, указывающее путь. Ведь именно сейчас он направлялся в место, где с минуты на минуту произойдет что-то очень нехорошее. Что-то, что лишит человека жизни.

На самом деле, ему было все равно. Он давно перестал чувствовать что-либо. Это очередная смерть. Очередное задание, которое необходимо выполнить. Очередная душа, которую он соберет.

Жнец Смерти не спешил, размеренно шагая и отстукивая лакированными блестящими туфлями по асфальту. Он крепко сжимал в руке зонт, готовый в любой момент им воспользоваться. Его не пугал дождь, хотя, нужно признаться, Сан-Франциско его раздражал частыми туманами и прохладной погодой. Зонт служил важным элементом, абсолютно не имеющим к непогоде никакого отношения.

За углом послышался агрессивный звук тормозов, свист шин и глухой удар.

Пора.

Жнец свернул на соседнюю улицу, как раз в тот момент, когда жертва судьбы испустила последний вздох. В то время, пока место аварии окружали зеваки, Жнец Смерти видел только ее – молодую девушку, что сейчас смотрела на свое собственное тело с диким ужасом и отчаянным непониманием.

— Здравствуй, — его тон отдавал холодом и безразличием. — Меня зовут Сайрус, и я помогу тебе.

Девушка подняла на него испуганный взгляд, все еще не осознавая, что только что произошло. Не осознавая, что ее жизнь закончилась.

— Ч… что?

— Ты прожила хорошую жизнь, пора двигаться дальше, — одна из банальных фраз, которые за свои триста с чем-то лет Сайрус произнес бесчисленное количество раз. — Нам нужно спешить.

— Я умерла?

Сайрус сдержал усталый выдох. Каждый раз одно и тоже, но он не тот, кто должен утешать. Ей все объяснит Совет и решит, куда она дальше отправится. Ко всему прочему, им действительно нужно спешить, ведь в любую минуту сюда сбегутся со всей округи падальщики, учуяв свежую душу.

— Закрой глаза, больно не будет, — Жнец резко приподнял уголки губ в подобии улыбки, которая больше исказила его строгое лицо, нежели расслабила.

И в этот момент он почуял отвратительный запах гнили, стремительно обретающий остроту.Деву́ры. Сайрус прикрыл на мгновение веки, делая глубокий вдох и сжал сильнее свой зонт.

— Стой за мной, — просьба, прозвучавшая, как приказ.

Паразитическая раса демонов, пожирающая души. Серая, потрескавшаяся кожа обтягивала тощие тела. Они перебирали пальцами непропорционально длинных рук, а с их острых, как бритвы, зубов капала слюна. Почему-то именно здесь эти твари были сильнее, чем в Орландо, откуда Сайрусу пришлось уехать совсем недавно. И именно здесь Девуры охотились группами.

Как жаль, что их было всего трое.

Он взмахнул рукой лишь раз, и вместо зонта в крепкой хватке засиял меч, охваченный голубым сиянием. Вместе с этим его карие глаза вспыхнули синим огнем. Сзади послышался изумленный писк, и Сайрус позволил себе настоящую полуулыбку. Он был согласен – это чертовски зрелищно.

Девуры бросились без предупреждения, но Жнец Смерти был готов. Он сделал зигзагоподобный выпад, перемещаясь с такой быстротой, что оставлял за собой только след лазурного дыма. Первого демона он пронзил моментально, превращая его жалкое существование в пепел, развевающийся на ветру. От двух других Сайрус уклонился, оказавшись за их спинами. Девуры обладали колоссальной скоростью, но им было слишком далеко до Жнеца Смерти, кто защиту душ превратил в подобие игры.

Демоны проследили разлетевшиеся частицы своего собрата и встретили ехидную улыбку Сайруса. Он дернул бровями, провоцируя. Девуры кинулись вновь, один из них, склонившись к самой земле, полоснул Сайруса по ноге.

— Ауч, — произнес Жнец, слегка замедляясь.

Но что ему до какой-то царапины? За столько лет жизни его тело подвергалось куда более изощренным пыткам. И его это распаляло. Крутанувшись на месте, он оказался за спиной одного из демонов, разрубая того пополам и оставаясь в стойке с вытянутым в сторону мечом.

— Твоя очередь, падальщик, — смотря на демона исподлобья, протянул Сайрус.

Девуры прекрасно знали, кто такие Жнецы Смерти. Испокон веков они стояли на разных сторонах, ненавидя друг друга и желая танцевать на костях противника. Но жажда голода, единственная возможность продлевать свою жизнь, заставляла демонов раз за разом сталкиваться с защитниками душ.

Оставшись последним, Девур мотнул лысой головой и пустился в бега. Каждый миг кто-то умирает, он дождется следующего лакомства. Но Сайрус, пожалуй, был единственным Жнецом, кто доводил дело до конца. И уйти демону он просто так не даст. Он тряхнул свободной рукой, и звук металлического лязганья прокатился по улице. Девур моментально замер. Каждый демон знал, что тот означает. Если он побежит, цепь Жнеца настигнет его, и тогда гореть ему в вечном пламени, а если останется ‒ его испепелит меч. Выбор не велик, но вряд ли Девуру предоставят выбор, и демон решился бежать. Взглянув мельком на девушку, которая, наверное, валялась бы в обмороке, будь жива, Сайрус сорвался с места. Ему хватило пары секунд, и теперь он прижимал Девура к стенке здания, крепко сжимая того за горло.

— Рад знакомству. Был.

Сайрус сделал маленький шаг назад, занес меч и полоснул по шее, отсекая голову, что в тот же миг развеялась вместе с телом демона.

— Вот и славненько, — хмыкнул он, возвращаясь к душе с уже обычным зонтом в руках.

Как только Жнец подошел к девушке, чье лицо искрилось недоумением, начался дождь. Тяжелые, крупные капли били в асфальт с громким звуком. Накрытое белой тканью тело все еще лежало на земле, а любопытные люди продолжали толпиться около аварии.

— Тебе пора, — протянув руку ладонью кверху, Сайрус слегка приподнял подбородок.

Он никогда не задумывался, что чувствуют души рядом с ним. Поговаривали, что тепло и спокойствие обволакивали с ног до головы, внушая умершим чувство доверия. Именно поэтому они протягивали руки в ответ, закрывали глаза и с легким дуновением исчезали. Растворялись в Жнеце Смерти, как ежедневно растворяются звезды с рассветом. А дальше работа Совета. На этом миссия Жнеца окончена.

Раскрыв зонт, Сайрус направился в сторону небольшого кафе, что находился вблизи его дома. Он так и не взглянул больше на тело, ему было все равно. Сейчас он хотел поесть, пока новая жертва судьбы продолжала жить.

Ресторанчик не пользовался популярностью. Его владелец Вистиан не очень-то любил людей, судя по вечно хмурому и недовольному лицу. Он мало разговаривал, отвечал сухо и быстро. Хоть владелец кафе и был почти единственным, с кем Жнец мог иногда говорить, все же это место являлось идеальным для Сайруса, кому одиночество служило верным спутником уже несколько столетий.

Жнецы Смерти жили среди людей, спали, ели, пользовались такси и разъезжали на автобусах. Некоторые из них имели телефоны и даже посещали парикмахерские. Вряд ли Жнеца можно рассекретить. Вряд ли Жнеца можно встретить просто так. Они старались находиться в уединении, избегали контакта и просто выполняли то, что должны. Не так-то легко смотреть на человека и знать, что завтра ты можешь прийти за его душой. Такое не особо располагает к общению.

Вистиан находился за стойкой, сосредоточенно натирая прилавок. Как всегда, его черные брови сходились к переносице, а мышцы на руках каменели от напряжения. Он был единственным, с кем Жнец изредка общался. Они могли перекинуться дежурными фразами, обсудить погоду или уличных музыкантов, сойдясь во мнении, что их обоих те раздражали. Но ценным являлось то, что никто из них не лез в голову к другому, переходя черту некой отстраненной дружбы. Возможно, Вистиану было так же одиноко, как и Сайрусу. Только Сайрус любил свое одиночество.

Кивнув друг другу в качестве приветствия, Сайрус прошел к своему излюбленному месту у окна. Прислонив зонтик к стене, Жнец расстегнул пиджак и не спеша опустился на стул. Молоденькая девчонка, подрабатывающая официанткой, кокетливо улыбнулась, доставая блокнот.

― Добрый день, что будете заказывать? Сегодня блюдо дня...

― Чай с тапиокой[1] и круассан с беконом, ― перебил ее Сайрус.

― О, да, конечно, ― девушка улыбалась, сверкая глазами, пытаясь заставить красивого мужчину обратить на себя внимание. ― Что-нибудь еще?

― Нет, ― сложив руки в замок перед собой, Жнец отвернулся к окну.

Когда Сайрус воткнул вилку в нежнейший круассан с начинкой из хрустящего бекона, готовый отрезать для себя долгожданный кусочек, его кольцо нагрелось. По руке пронеслись импульсы. Серебряное, почти черное украшение, исписанное символами, излучало тепло. По ободку тянулась гравировка одного цветка – каллы, символизирующая смерть, как сон, после которого последует пробуждение – дорога в вечную жизнь. Жнец вздохнул, сморщив в недовольстве нос с небольшой горбинкой, отложил приборы и, кинув на стол купюры за нетронутый обед, направился к выходу. Что ж, его ждет еще одна душа.

Серые тучи набегали друг на друга, будто в погоне за призом, моросящий дождь противно отбивал ритм на коже, а спешащие по своим делам люди, не замечали проходящего мимо Жнеца Смерти. Он перевернул кольцо на среднем пальце левой руки бутоном к ладони, исчезая. Теперь он мог спокойно выполнять свою работу, приближаясь к месту происшествия. Всего через квартал жертва судьбы простится со своей жизнью.

На этот раз Сайрусу пришлось подниматься на второй этаж жилого дома. Вся квартира провоняла парами наркотиков. Мужчина лежал на ободранном, скрипучем диване в конвульсиях, ловя последние крохи воздуха. Сайрус стоял с ровной спиной, ожидая свою душу. Ему было все равно, кого забирать.

Обшарпанные стены с облупившейся краской, что слезала хлопьями, заплесневели. Маленькая комнатушка, почти не обставленная мебелью, тонула в полумраке из-за задернутых грязных штор. Круглый стол, заваленный бумагами, кренился в бок, будто его ножки находились на последнем издыхании. Прямоугольный комод из прошлого века, приставленный к окну с посеревшими деревянными рамами, ломился от посуды, а стеклянный небольшой журнальный столик, стоящий у дивана, служил пристанищем для рассыпанного белого порошка. Из техники в квартирке осталась лишь видавшего вида микроволновка, только от взгляда на которую можно было спокойно подцепить заразу.

Душа еще не успела покинуть тело, как Жнец почувствовал зловоние падальщика. Слегка повернув голову в сторону, Сайрус улыбнулся уголком губ.

Удовольствие не от еды, так хоть от битвы.

Взмах руки, и меч сияет голубыми всполохами, а глаза искрятся синим пламенем. Жнецу не нужно было поворачиваться, чтобы знать сколько на этот раз сбежалось Девуров за очередным куском, который продлит их жалкое существование еще немного. Но его слегка расстроило, что пришел только один. Это не так интересно.

Сайрус развернулся, встречаясь взглядом с горящими ненавистью и желанием выжить глазами твари. Он дернул бровями в знак приветствия, все же Жнец Смерти считал себя вежливым. Однако Девур вздрогнул, сделав пару шагов назад. Его искаженная уродливая морда напряглась. Сайрус вполне мог присвоить себе успех за производящий устрашающий эффект, только вот дело было в чем-то другом. Где-то позади послышалась громкая брань, характерная для таких душ, как этот наркоман.

― Стой за мной, я Сайрус, и я помогу тебе, ― проговорил быстро Жнец, не двигаясь и не сводя глаз с Девура.

― Я сдох в вонючей квартире! ― продолжал возмущаться мужчина лет сорока.

― Да, ― подтвердил Жнец, ― стой и не двигайся, я помогу тебе, даже если ты прожил и не совсем хорошую жизнь.

Они так и продолжали стоять друг против друга. Жнец, уверенный в себе, смотрящий на падальщика свысока и расслабленно. И Девур, поведение которого вводило в замешательство, чего Сайрус ни за что не покажет.

Но тут произошло то, чего не происходило ни разу за все время, что Сайрус гордо носил звание Жнеца Смерти. Девур скидывал с себя свою сущность, облик монстра, возвращаясь в человеческий вид. На лысой голове появлялись черные волнистые волосы, руки уменьшались, обрастая мышцами, а тело становилось больше и массивнее. Сайрус опустил подбородок, играя скулами и крепко сжимая меч. На глаза упала челка каштановых волос. Он не знал, чего ожидать, что все это значит. Но когда перед ним выросла фигура известного ему человека, он громко сглотнул. На высокомерном, слегка насмешливом лице Жнеца промелькнула тень растерянности.

― Вистиан, ― прорычал он.

― Сайрус, ― в тон ему ответил хозяин кафе, оказавшийся по совместительству демоном.

― Надеюсь, тебе есть на кого оставить «Подкрепись». Завтраки там безупречны, ― Жнец перехватил меч, наставляя его на стоящего перед собой Девура и ослепляя голубым свечением.

― Ты не должен меня убивать, ― Девур поднял руки в защитном жесте.

― Неужели? ― усмехнулся Сайрус.

― Я не питаюсь обычными душами.

Жнец вскинул бровь, демонстрируя весь свой скептицизм. Позади то ли крякнул, то ли поперхнулся мертвый наркоман. Разумеется, обсуждать при нем, что он возможно станет для кого-то легким перекусом, не очень-то и красиво. Однако Сайрусу было все равно, от кого защищать душу. От обычного падальщика, или от того, с кем он ежедневно встречался, с кем иногда перекидывался парой слов и кого знал с тех самых пор, как перебрался на западное побережье штата Калифорния.

― Я питаюсь грязными душами, ― продолжил Вистиан, не услышав никакого ответа. ― Самоубийцами, убийцами или же вот, ― Девур неопределенно махнул ладонью, продолжая держать руки приподнятыми.

― А я защищаю души, ― отрезал Сайрус, сверкнув синими зрачками, ― любые.

Он сделал шаг вперед, демон два назад.

― Происходят странные вещи, Жнец. Поверь, не я твой враг, ― заговорил быстро Вистиан, не опуская рук.

― Омлет пригорает?

― В Управлении назревает восстание, и лучше бы тебе поскорее это понять.

― Конечно, ― кивнул Сайрус, ― это то, что обычно обсуждают Жнец с Девуром.

― Дело не только в них!

― Если ты закончил...

― Ты не можешь помнить, но должен мне поверить! То, что происходит ‒ приведет к краху всего живого! ― процедил сквозь зубы демон.

Сайрус пропустил мимо ушей последнее предложение, приближаясь к демону еще на шаг. Не все Девуры могли носить облик человека, но каждый из них хотел жить. Кончиком меча он отодвинул ворот футболки Вистиана, подцепив цепочку. Такие простые вещи, как украшения, любимые блюда, фильмы или привычки дарили ощущение жизни, видимость другой реальности. Стоя рядом с Девуром, Жнец не спешил обезглавить его. Тяжелый крупный медальон из семи граней не представлял из себя ничего фантастического, обычная безделушка на теле демона в обличие человека.

Усмехнувшись, Сайрус облизал губы, приготовившись сделать то, что должен. То, что делал тысячи раз с другими Девурами, то, что делают все Жнецы – защитить душу.

Он поднял взгляд. В глубине кофейных, почти черных глаз Вистиана плескалась жажда и нетерпение, однако страхом там и не пахло. И поразмышлять почему обычный демон не трепещет, предчувствуя свою скорую кончину, Сайрус не успел: дверь распахнулась, жестко ударившись об стену. Странно, что она не слетела с петель, настолько хлипкой выглядела. Тощий паренек вбежал в комнату, кинувшись сразу к умершему. Он что-то бормотал, лихорадочно рыская глазами по трупу. Сайрус с Вистианом на мгновение замерли. Но только Жнец повернулся обратно к Девуру, как за его спиной завопила душа. Мужчина размахивал руками и орал, чтобы его заметили. Он тряс головой, уверяя паренька, который его слышать не мог, что обдолбался и словил галлюцинации. Вистиан наклонился в бок, чтобы взглянуть на это и сморщился. Сайрус вздохнул. Он кинул предостерегающий взгляд на демона, развернулся, перекинув меч в левую руку и подошел к душе.

― Тебе пора. Больно не будет, ― он протянул руку, перебирая длинными пальцами, чтобы тот пошевеливался.

Мужчина отшатнулся, словно мог хоть что-то изменить. Мог избежать своей участи, о которой только догадывался. И замотал головой.

― Нет, ни за что! Верни меня обратно! ― надрывно потребовал он.

Сайрус выпустил воздух, раздув щеки. Каждый раз одно и то же. С такими душами, как этот, приходилось возиться дольше обычного. Резко шагнув вперед, Жнец схватил душу за ворот клетчатой рубашки и ловким движением опрокинул на дощатый пол, присев рядом на одно колено.

― Тебя уже ждут, ― спокойно произнес Сайрус. Его ладонь легла на грудь мужчине, слегка придавливая. Тот не успел даже пискнуть, растворяясь. ― Ну вот и все.

Жнец поднялся, отряхивая штанину брюк. Его вальяжность и неспешность кричали о превосходстве и уверенности в себе. Только вот оценить это уже было некому. Вистиан сбежал.

― Серьезно? ― Сайрус крутанул меч, возвращая тот в привычный вид зонта.

Он окинул комнату взглядом, заметив, как тощий паренек торопливо обыскивает карманы умершего, закатил глаза и вышел из квартиры.

Искренне не понимая, для чего Вистиану сбегать, Жнец направился в сторону кафе «Подкрепись». Точнее, почему тот скрылся, Сайрус понимал прекрасно, но вот играть в догонялки ему вовсе не хотелось. Он все равно того найдет. В любом случае. Ни один Девур не смог уйти от него.

Жнец Смерти не оставлял за собой живых демонов.

[1]Тапиока ‒ зернистый крахмалистый продукт, получаемый из корней маниока. Высококалорийная и легко усваиваемая пища, широко употребляемая в тропических странах.

Глава 2. Он ничего не помнил

Сайрус ходил по Земле больше трех сотен лет. Он не помнил своего второго имени, кем были его родители и где он родился. Он знал, что Жнецами Смерти не становятся просто так, но понятия не имел за что именно его постигла данная участь. Время стирает границы, стирает прошлое, оставляя отголоски в виде ощущений. Когда-то он был смертным. Он был обычным человеком. Так утверждал Совет, и сомневаться в правдивости их слов Сайрус не имел права.

Небольшой район Коул-Вэлли, где жил Жнец, пестрил местными магазинчиками, барами и закусочными. И в один из них он сейчас направлялся. Когда-то Сайруса привлек внутренний дворик кафе «Подкрепись», наполненный красивыми лозами ипомеи и красочными кустами фуксии. Ко всему прочему, оттуда открывался великолепный вид на городской оазис площадью аж в тысячу акров. Этот потрясающий облачный лес, расположенный на склоне холма высотой девятьсот футов стоял прямо на пути к поясу тумана города. И прогулки по тропам, окутанным туманом и обрамленным высокими эвкалиптовыми деревьями, доставляли настоящее наслаждение.

Большая половина закусочной пустовала, а те, кто зашел поесть занимались исключительно своей едой. Но Сайруса смущала официантка – миловидная девушка, которая побежит к нему, как только завидит в дверях кафе. Именно поэтому Сайрус повернул кольцо, становясь невидимым. Вистиана за прилавком не оказалось, что нисколько Жнеца не удивило. Поднимаясь по захудалой лестнице на второй этаж Сайрус напряженно сжимал зонт. Отчего-то его настигло волнение, так давно его покинутое. Обычный демон, коих за свои триста лет Сайрус повидал бесчисленное количество. Однако в груди перехватывало.

Бесцеремонно распахнув дверь, предварительно вернув кольцо на место, Жнец гордо вошел в комнату, чтобы увидеть перед собой Вистиана со скрещенными руками на груди и смотрящего на него с вызовом.

― Как мило, что ты меня ждешь, ― Сайрус слегка склонил голову на бок, держа подбородок приподнятым.

Что бы Жнец Смерти в данный момент не испытывал, а он явно испытал секундное замешательство, он никогда не покажет своих слабостей, которых, к слову, у него и не было.

Девур не вздрогнул, не удивился, не замер. Он продолжал молча взирать на Жнеца, слегка наклонив подбородок. Сайрус сделал шаг вперед, упираясь ногами в каркас кровати, оказавшуюся между ними. Вытянув руку, он приставил длинный кончик темно-синего зонта к горлу демона, заставляя того задрать голову.

― Нам не о чем говорить, пока ты не готов меня слушать, ― у Вистиана дернулась мышца над губой, но страха во взгляде не появилось.

― Нам не о чем говорить, ― повторил Сайрус. ― С демонов я сдираю шкуры, а не веду светских бесед.

В открытом окне что-то прошелестело. Ни демон, ни Жнец Смерти никак не отреагировали. Приподняв бровь в немом вопросе, Сайрус смочил уголок рта кончиком языка. Он ждал, когда Вистиан прекратит спектакль, накинет свой истинный облик и сразится с ним за свою жизнь. Жнец ни за что не признает, что так ему будет проще занести меч для убийства. Но демон оставался в облике человека, продолжая смотреть ему прямо в глаза.

С улицы вновь донесся приглушенный шум. Сайрус слегка повернул голову в наклоне, увидев, как на карниз садится огромная птица. В удивлении сдвинув брови, Жнец вопросительно посмотрел на Вистиана.

― Черный гриф?

― Не гриф, ― ответил тот, позволив себе мимолетную улыбку.

Птица пыталась усесться поудобнее, скребя когтями поверхность, создавая противный скрежет. Она не сводила заинтересованного взгляда с двух мужчин в комнате, взирая на них своими круглыми черными глазами. Пышный бурый воротник из удлиненных перьев вокруг основания шеи придавал ей королевский вид.

― Что здесь делает гриф? ― Сайрус продолжал удерживать зонт, направленный на горло демона.

― Это не гриф, ― повторил Вистиан слегка раздраженно.

Сайрус на это ответил недовольным взглядом. Играющие скулы выдавали его нетерпение и нервозность. Он чувствовал, что за словами «это не гриф» последует что-то очень нехорошее, только вот он не имел к этому никакого отношения. Он пришел поставить точку в недолгом, хоть и приятном, знакомстве с демоном.

― Ты планируешь раскрыть подробности? ― требовательно спросил Сайрус.

― Так тебе интересно? ― Вистиан насмешливо и театрально удивился, игнорируя приставленный к его горлу кончик зонта.

― Не играй со мной! ― прорычал Жнец. ― Ты до сих пор жив только потому...

Птица ударила крючковатым клювом о карниз, будто намеренно прерывая диалог.

― Это Хтаж, ― слишком просто произнес Вистиан, словно такое случается каждый день, словно это не выбивается из привычного устоя жизни.

Сайрус поперхнулся воздухом, машинально делая шаг назад. Он не поверил. Он не мог поверить.

― Служитель? Вистиан, прекрати со мной играть! ― прозвучало не так грозно, как планировал Жнец.

Рука с зонтом опустилась, Сайрус посмотрел на птицу, что все еще пыталась усидеть на узком карнизе. Хтажи – служители Высших магов в Садах Перерождений. После того, как врата закрылись ‒ Сады опустели. Тысячелетия канули в лету, ни одного Высшего не осталось. Хтажей не могло существовать.

― Сайрус, ты должен меня выслушать, ― настойчиво произнес Вистиан, взмахнув рукой в сторону грифа. Птица мотнула головой, на что демон повторил прогоняющий жест. ― Я позову тебя позже.

Гриф, Хтаж или кто бы это ни был, воспарил в небо, скрываясь в облаках. Вистиан осторожно обошел кровать всем своим видом демонстрируя доверие к Жнецу и разводя руки в стороны, якобы говоря, что не собирается надевать облик Девура.

― Интересно, с чего ты решил, что я что-то тебе должен? ― Жнец дернул головой, смахивая с глаз челку, его зрачки то и дело загорались синим. ― Ты пытаешься убедить меня в том, что по земле спокойно гуляет служитель Садов? Садов?

Сайрус выпустил смешок, опираясь рукой на зонт и принимая расслабленную позу. Привычки не искоренить: Жнец будет пылать уверенностью и превосходством перед противником.

― Не все так просто. Ты ничего не знаешь не потому, что глуп, а потому, что тебе не дозволено помнить, ― Вистиан присел на край кровати, сложив руки в замок и опираясь локтями на колени.

Сайрус прислонился к стене спиной, скрестил ноги, покрутил в руке зонт. Вздохнул и с прищуром посмотрел сверху-вниз на демона.

― У тебя две минуты, потом я снесу тебе башку.

— В Управлении не все так гладко. Кто-то в Совете разрешает Девурам кормиться, — Вистиан безэмоционально смотрел перед собой, перебирая пальцами. — Назревает бунт, переворот, захват власти. Разрешая Девурам пожирать души, они взращивают армию. Сады Перерождений вновь хотят открыть, только в этот раз чародеи заполнят их собой.

Вистиан многозначительно замолчал, ожидая реакции Жнеца. Но Сайрус не торопился отвечать. В его голове разразилось настоящее сражение. Мысли хаотично вспыхивали, подобно фейерверкам, отстукивая дробный ритм по вискам. И дело было даже не в том, что каждое слово демона звучало, как бред сумасшедшего. А в том, что сегодня, на этой Земле, в этой Вселенной, Садов не существовало. Как не могло существовать и врат, открывающих их. За столько веков опустевшие долины засохли, лишившись магии. Они рассыпались на хрустящие частицы так же, как и листья деревьев поздней осенью под тяжелой поступью человека.

— Ты лжешь, — Сайрус оторвался от стены, проведя рукой по волосам, зачесывая пряди челки назад. — Сады неприступны. Высшие маги следовали законам, они и были этими законами. Когда врата закрылись, они ушли. Совет остался единственным звеном, кто распределяет души по сей день. Никто не сможет открыть то, что уже давно исчезло. Да и открывать их некому ‒ Высшие маги стерты с лица земли после битвы.

— Ты прав, но только на треть, — Вистиан поднялся, становясь прямо перед Жнецом. — Вам внушают фальшивую правду. Вы слуги Управления, выполняющие часть своего предназначения.

— Хватит! — воскликнул Сайрус, на мгновение потеряв контроль. — Тебе не удастся запудрить мне мозги! Мне плевать на Управление и Совет. На чародеев, кто решает дальнейшую судьбу душ. Я даже никогда в глаза не видел все, что там происходит. Я Жнец Смерти, падальщик! Я собираю души и уничтожаю таких, как ты!

— Ты заложник убеждений!

— У меня нет никаких убеждений! Даже если я поверю тебе, по логике я должен буду предать веру во что-то. Только вот ты упустил один важный момент, демон, — Сайрус наклонился вперед, понижая голос до устрашающего шепота, — я верен только себе.

Резкий взмах и вместо зонта сияющий меч, выставленный в сторону. Вистиан не успел отреагировать, Жнец молниеносным движением поменялся с ним местами, прижимая того к стене одной рукой.

― Две минуты истекли, ― произнес он ледяным тоном.

― Ты хоть знаешь, чем грозит восстание? ― Девур ощетинился, поддавшись вперед.

― Мне плевать! Я неплохо справлялся с демонами, защищая души, сомневаюсь, что это изменится.

― ТЕБЕ НЕКОГО БУДЕТ ЗАЩИЩАТЬ! ― надрывно прокричал Вистиан. ― Они верят, что справятся! Убеждены, что смогут удержать магию Садов. Но это не так, она разрушительна за их пределами! Вся нечисть хлынет за ней, высасывая, но их армия Девуров не устоит, даже несмотря на количество душ, что им позволят сожрать. Ведь истинных защитников там не будет!

― Я вижу, как ты открываешь рот, но не слышу, что ты говоришь, ― глаза Сайруса сверкали синими огнями. Он надавил рукой чуть сильнее, ― слушай, я понимаю к чему все это, но я Жнец Смерти, а ты мелкий демон. Тебе прекрасно известен исход нашей встречи.

― Упрямый, высокомерный, эгоистичный ублюдок! ― выплюнул Вистиан, в отвращении скривив лицо.

Жнецу нужно было лишь отойти на шаг, рукоять давно нагрелась от того напряжения и силы, с какими он сжимал меч. Взмах – и Девура нет. Но Сайрус медлил, сам не понимая почему. Он ни к кому не привязывался. Он забыл, что такое сожаление, сострадание. Жнец Смерти лишился сильных эмоций, растерял способность чувствовать под тяжестью прожитых столетий. Но именно сейчас в груди что-то продолжало колоть, пытаясь разбудить давно позабытое. Это демон. Всего лишь жалкий демон. Так почему же он все еще продолжает дышать?

― Какое тебе дело до всего этого? ― спросил Сайрус, уверяя самого себя, что действительно хочет знать, а вовсе не тянет время. ― Девурам позволяют есть, как я понял, но ты сопротивляешься такой роскоши?

― Я не... я уже говорил, что не питаюсь обычными душами, ― Вистиан не уводил взгляда, и Жнеца бесило, что тот ни капли его не боится.

― Откуда тебе вообще известно обо всем этом?

― А тебе не кажется странным, что Жнецы покидают свои посты?

На этих словах Сайрус растерялся. Жнецы Смерти не могут покидать своих постов, что это еще за бред такой?

― Так ты не знаешь, ― усмехнулся демон, не получив никакого ответа. ― Давай признаем, что в схватке с Жнецом, Девуру вряд ли выжить, ― Сайрус лениво закатил глаза: о такой простой истине можно было и не упоминать. ― Приходится тратить силы и время, чтобы попытать удачу и схватить добычу. Зачем стараться, если Жнеца можно просто убрать с дороги?

― Я правда похож на идиота? ― совершенно серьезно спросил Сайрус.

― Еще раз повторяю, ― сквозь зубы проговорил демон, ― Девурам позволяют кормиться! Жнецов снимают с постов, переводят, возможно, убивают. Иди и ешь сколько влезет.

― Если бы это было правдой, я бы знал, ― Сайрус надавил рукой еще сильнее, пытаясь таким образом справиться с растерянностью.

― Ты зациклен на себе, Жнец, как давно ты общался хоть с кем-то? Если бы ты иногда смотрел по сторонам, то заметил стремительные перемены, происходящие вокруг, ― Вистиан поморщился от давления.

Сайрус мог допустить, что пропускал что-то важное попросту игнорируя это. Но если Жнецов убирают с дороги, то это совсем имеет другой окрас. С улицы внезапно зашелестело, отвлекая обоих мужчин от разговора.

― Опять твоя птица, ― скривился Сайрус, увидев черного грифа, парящего перед окном.

― Хтаж, это Хтаж!

― Я могу поверить, что кто-то затеял дать падальщикам больше свободы, но поверить в то, что один из служителей Садов жив-здоров? Увольте.

Сайрус с пренебрежением оглядел птицу.

― Тебе бы поосторожнее быть, ― предостерег Вистиан веселящимся тоном.

― Плевать мне на твоих прирученных ободранных стервятников! Каким образом пропажа Жнецов, которую еще нужно доказать, относится к Садам Перерождений? ― Сайрус прижал демона локтем, приблизив свое озлобленное лицо.

Он тряхнул мечом, показывая, что не намерен развлекаться и ему нужны ответы. Вистиан прищурился, а затем широко улыбнулся.

Птица влетела в комнату, устремляясь прямо к Жнецу.

Вцепившись в спину, впиваясь когтями в плоть, гриф, словно не прилагая усилий, с легкостью оторвал Сайруса от демона.

― Что... ай! Что за...

Жнец отлетел в сторону, сшибая стол, не успев опомниться. Острая боль на мгновение заставила растеряться. Но Сайрус не был бы собой, позволяй он выбивать себя из равновесия неожиданностям. В маленькой комнатушке такой огромной птице развернуться было затруднительно. Размах ее крыльев не позволял расправить их полностью, но свирепая хищница и не думала отступать. Сайрус вскочил на ноги практически сразу же, перехватывая меч.

― Какого черта происходит?! ― прогремел он.

Гриф, Хтаж или кто это был на самом деле, рванул вперед, впечатывая Сайруса в стену. Меч выпал из рук. Сайрус не сомневался, что от такого грохота на первом этаже должны попадать все бутылки. Но если хозяина кафе это не волновало, то Жнеца тем более не должно.

Рубашка пропиталась бордовыми пятнами, боль волнами прокатывалась по телу. Сайрус давно заметил, что чем ожесточеннее схватка, тем слабее он чувствовал ее последствия. Адреналин, азарт и предвкушение от победы бились по венам, заглушая все остальное. Так и сейчас, ощутив, как ноги отрываются от пола, Сайрус сжал челюсти, приготовившись станцевать с противником. Он не мог поднять руки, поскольку острые когти крепко зажали плечи, но мог переместиться вперед. Оставив после себя лазурный дымок, Жнец проскочил через комнату, но с грузом, цепко впившимся ему в тело, рухнул на пол. Птица оторвалась от него, отскочив назад. Посмотрев быстро на демона, Сайрус увидел с каким равнодушным лицом тот наблюдал за развернувшейся сценой. Но, судя по всему, он и не думал сбегать. Вовремя заметив движение сбоку, Жнец чудом успел раздвинуть ноги в стороны, позволяя клюву воткнутся в пол. На этот раз медлить он не стал, с размаху пиная пернатого монстра по голове. Гриф замотал головой, свирепея еще сильнее. Он распушил перья, клацнул клювом, выпустив из ноздрей слабоватый пар.

― Я случайно, ― проговорил Сайрус, поднимаясь на ноги.

Быть может перед ним и не Хтаж, в чье существование Жнец верил с трудом, но явно птичка неземная. Сайрус попятился назад, ожесточенно думая, как добраться до меча. Но меч не единственное оружие. Встретившись взглядом с черными зрачками птицы, он приподнял уголок губ. Тряхнув рукой, по комнате прокатилось лязганье. Цепь формировалась в пальцах, принося уверенность. Слева дрогнул Вистиан. Но не успел Сайрус насладиться собственным превосходством, как его собственные глаза расширились. Перья птицы светлели, окрашиваясь солнечными цветами, а глаза наливались золотом. Пернатое существо преображалось, доказывая правдивость слов демона. Перед Жнецом Смерти находился настоящий, живой Хтаж. Служитель Садов Перерождений. Верный спутник и магический помощник Высших магов. Сайрус чувствовал его магию, слишком слабую, очень тонкую, но ни с чем не сравнимую.

― Солихтейн, достаточно, ― подал голос Вистиан.

Птица повернула голову к говорившему, явно не согласная. Не останови ее демон, Жнеца разорвали бы на кусочки, и никакая цепь вечных мук ему бы не помогла. Пока продолжалось молчаливое противостояние между Девуром и Хтажем, Сайрус протиснулся к другой стороне комнаты, поднимая меч. Голубые всполохи потухли. В руке появился зонт.

Жнецы Смерти являлись бессмертными для людей, но смертными для существ, и потому раны, нанесенные Хтажем, затягивались мучительно долго, не имея возможности свободно регенерировать. Он тяжело вздохнул, не зная, что теперь делать и как себя вести. Существование служителя Садов говорило о серьезности ситуации, ведь теперь ему придется поверить демону.

― Убедился? ― спокойно спросил Вистиан.

― Почему он такой? Почему он здесь? Как он здесь?

Сайрус знал, что Хтажи когда-то были птицами, подобными грифонам в золотом оперении с силой, равной титанам и магией, схожей с магией Высших. Они питали Сады, выступали защитниками и являлись верными слугами магов. Но то, что видел сейчас Сайрус не шло ни в какое сравнение с его знаниями. Хтажи покинули Сады Перерождений так же, как и Высшие маги. Врата закрылись. Магия иссякла. Никого не осталось, кроме чародеев, кто занимал сейчас Совет.

― История повторяется, Жнец, и если мы ничего не сделаем, то врата откроют, Сады займут. Перерождение исчезнет, а на землю опустится тень мрака. Некому будет защищать людей.

Вистиан говорил твердо, вымеряя каждое слово. Но как это должно подействовать на Жнеца? Он простой собиратель душ.

― О какой защите людей ты говоришь? История чего повторяется?

Сайрус прищурился, сделав непроизвольно шаг вперед, но Хтаж вскинул голову, заставляя того замереть на месте. Не очень-то ему хотелось злить священную птицу.

― Я все тебе расскажу, но не сейчас, ― Вистиан провел ладонью по лицу, устало прикрыв глаза.

― Что значит не сейчас? А когда? Это ты таким образом пытаешься оттянуть момент своей смерти? Не забывай, я Жнец Смерти!

― Тебе не надоело? ― усмехнулся демон. ― Я осведомлен, кто ты такой. И меня это нисколько не пугает, ведь ты, друг мой, ни черта не помнишь!

Сайрус поперхнулся возмущением, глупо открывая и закрывая рот. Как он смеет? Никто не смеет дерзить ему!

― Сейчас у нас есть дела поважнее, ― Вистиан что-то шепнул птице, и та гордо процокала к окну, напоследок презрительно оглядев Жнеца. На лице Сайруса отразилось крайняя степень замешательства, на что Хтаж закатил круглые глаза, совсем как человек, и с трудом вылез в окно, скрываясь в облаках.

― Это, ― Жнец ткнул пальцем вслед птице, ― не нормально!

― Как скажешь, ― насмешливое выражение демона оскорбило Сайруса, но он не успел вставить свое колкое слово, ― нам предстоит охота.

― Что, прости? ― Жнец подался вперед, склоняя голову.

Все это больше походило на помешательство. Возможно, он сильно ударился головой и повредил мозг. Скоро он очнется у себя в квартире и все встанет на свои места. Но то, что Вистиан произнес следующим, заставило потерять дар речи:

― Нам нужно выследить Девура. Собирайся, Жнец, мы идем на охоту.

Глава 3. Поохотимся?

«Собирайся, мы идем на охоту» ‒ крутилось в голове Жнеца всю дорогу до дома. Он повторял слова Вистиана, когда ставил чайник. Когда принимал душ и обрабатывал глубокие порезы от когтей Хтажа. Эта фраза вызвала диссонанс такой мощности, что Сайрусу пришлось несколько раз щипать самого себя, чтобы убедиться в реальности происходящего. Он пойдет охотиться на Девура с Девуром. Один демон хочет выследить другого демона, чтобы допросить. Какая пошлость!

Все то время, что Сайрус расхаживал по своей гостиной, обставленной в эдвардианском стиле[1] в банном халате, он пытался вспомнить начало своего существования. Он переродился Жнецом, собирателем душ. Только как вспомнить то, что стерлось за три сотни лет? Остановившись на минуту, Сайрус глубоко вздохнул, запрокидывая голову. Он действительно ничего не помнил. Только схватки с демонами, души и свое перемещение по стране по истечению времени.

Утопая голыми ногами в пушистом ковре бежевого цвета, Жнец осматривал комнату, словно пытался в ней что-то найти. Он правда пойдет на это? Доверится Девуру? Ведь это вполне может оказаться ловушкой. Желание демона обхитрить его, убрать с дороги, чтобы самому продолжать жить. Он уже хотел плюнуть на все, отказаться от этой сомнительной затеи, как его кольцо нагрелось.

Новая душа. Его ждет работа.

Какая-то старушка скончалась во сне, сидя у себя в кресле перед телевизором. Только когда душа появилась перед ним, Сайрус вдруг понял, что не знает, как поступать с Девурами, что в данный момент мчались сюда.

― Плевать, ― выдохнул он, прокручивая рукоять зонта. Даже если сейчас перед ним вновь появится Вистиан, он не станет медлить.

― Простите? ― озабоченно переспросила старушка, комкая морщинистыми руками цветастую ночнушку.

― Вам не стоит бояться, я Сайрус, и я помогу вам, ― произнес Жнец, переступая стопку газет на полу и подходя ближе.

― Мне нужно пойти с вами?

― Да, ― кивнул он, протягивая руку.

Вонь падальщиков заполнила помещение.

― Минуту, ― он улыбнулся старушке и развернулся к появившимся двум демонам.

Темную комнату наполнило голубое сияние меча, а синие глаза Жнеца сверкнули ненавистью. Какой бы правда ни была на самом деле, Сайрус не смог бы унять в себе азарт от сражения с монстрами. Он приподнял подбородок, расслабляя тело.

― Приступим? ― он развел руки в стороны, давая возможность демонам напасть первыми.

Один бросился сразу же, пока второй решил пойти в обход, пробегая по стене. Пригнувшись, Сайрус пропустил демона, прыгнувшего на него, и тот перелетел вперед. Старушка приложила руки к груди, охнув и привлекая к себе внимание. Не растерявшись, Девур кинулся к ней, но Сайрус опередил его, перемещаясь и вставая между ними, преграждая путь. Он быстро улыбнулся душе, а затем схватив демона, оттащил его подальше. Жнец уже замахнулся, чтобы проткнуть тощее тело, как на него сзади прыгнул второй, отшвыривая в сторону.

Оба скалились, обнажая острые зубы.

Сайрус усмехнулся, наставляя на них меч. Он даже не спешил подняться, настолько был уверен в себе. Девуры переглянулись и одновременно бросились на Жнеца. Откатившись в сторону, Сайрус, приподнявшись на руках, подпрыгнул и вогнал меч в одного из монстров, протыкая насквозь. Заскулив, Девур не успел даже дернуться ‒ его тело распалось на частицы, закружившихся в слабом свете телевизора и голубых всполохах меча.

― Вот это работенка, ― насмешливо произнес Сайрус.

Девур замахнулся рукой с длинными обломанными ногтями, желая вспороть спину Жнецу, но тот пригнулся, встав на одно колено, провернулся и резким ударом рассек плоть пополам. Ноги демона подкосились, оседая на пол, тогда как верхняя часть уже разлеталась по воздуху.

― Жаль, не успели попрощаться, ― дунув на лезвие, Сайрус проследил, как кровь демона иссыхает, превращаясь в пепел.

Подойдя к старушке, что смотрела на него удивленно и даже восхищенно (хотя, последнее Сайрус мог сам себе придумать), Жнец протянул руку и собрал душу, предлагая той будущее перерождение. В слабом мерцании телевизора и извивающемся свечении меча, душа растворилась желто-белым светом, на мгновение выхватив сосредоточенное выражение лица с приподнятым уголком губ Жнеца Смерти.

Всматриваясь в светлеющий горизонт, постепенно окрашивающийся теплыми золотистыми рассветными красками, Жнец задумался о дальнейших действиях. В первую очередь, хорошо было бы поспать и, конечно же, перекусить. Но нервное щекотание в груди говорило о бессонном утре. Его волновал Вистиан. Волновали слова, сказанные им. Что вообще значит «тебе не дозволено помнить»? Сайрус потер грудь, сморщившись от потревоженных болезненно заживающих ран и от тяжести бытия. Свалилось же на него подобное!

Приняв решение понаблюдать, Жнец направился к выходу из квартиры. В конце концов, чтобы там ни задумал Девур, лучше находиться рядом и быстро среагировать. Защитить себя уж Сайрус мог, как никто другой. Кивнув самому себе, он пресек любые мысли об интересе, что разгорался в груди подобно костру от брошенной в него сухой ветки. Никакого интереса, только факт собственной защиты. Спиной к врагу лучше не поворачиваться.

Не успел Сайрус выйти на лестничную площадку, как уткнулся в чей-то затылок. Вистиан развернулся неспешно, даже в какой-то мере величественно, копируя самого Сайруса. Он дернул бровями, расплывшись в расслабленной улыбке:

― Поохотимся?

Сайрус отшагнул и скривился от такой бездарной пародии.

― Как ты меня нашел?

― По запаху, ― ничуть не смутившись ответил демон, поправляя высокий ворот вязаного кардигана.

― По запаху? Ты что, собака?

― Эй! У Девуров уникальный нюх! ― оскорбленно протянул Вистиан. ― В моей комнате осталась кровь после твоих жалких попыток справиться с невинной птичкой.

― Жалких? Невинной? ― Сайрус ошеломленно хлопал глазами, не веря собственным ушам. ― Выбирай выражения, демон! Не забывай с кем ты говоришь!

― Нам придется немного пройтись. Я слышал, что тот район остался без защитника, так что проверим сначала его, ― проигнорировав угрозы, Вистиан первым вышел на улицу.

Воздух, наполненный утренней свежестью и прохладой, немного успокоил нервное состояние Жнеца. Он любил ранние прогулки по полупустынным улицам, где в основном царили тишина и спокойствие. Вышагивающий впереди Девур ни разу так и не обернулся, будто уверенный, что Сайрус непременно последует за ним. А последнего так и не отпускало чувство неправильности. Где это видано, чтобы Жнец Смерти замышлял подобное с Девуром вместо того, чтобы просто проткнуть его своим мечом?

― Куда мы идем? ― громко спросил Сайрус, ускорив шаг.

― На Харрисон-стрит.

― Стоп, что? ― Жнец остановился, дернув за локоть собеседника. ― Ты уверен, что нам нужно именно туда?

― Ну да, поговаривают, что там давно не видели ни одного Жнеца, ― пожал плечами Вистиан.

― Но сейчас же конец мая!

― Верно, ― медленно кивнул демон.

― Какого черта тогда мы туда премся? ― всплеснул руками Сайрус.

― Потому что там давно не видели ни одного Жнеца... Ты что, не слушаешь меня?

― Фестиваль! Огромное количество людей! Карнавал! Музыка!

Сайрус потер лоб, смотря на Вистиана исподлобья и ожидая хоть какой-то реакции.

― И что? ― помахал тот рукой, поторапливая с объяснениями.

― Тебя не смущает сборище людей? Громкое событие! Ежегодный карнавал!

― Сайрус, ты что, не любишь находиться в толпе? Тебя пугают люди? ― Вистиан прищурился, еле сдерживая смех и сжимая губы.

― Меня никто и ничто не сможет напугать! ― он расправил плечи и вздернул подбородок. ― Я просто не люблю работать, когда вокруг много шума.

― Твоя задача поймать, все остальное я сделаю сам, ― Вистиан похлопал Жнеца по плечу, якобы успокаивая и двинулся дальше.

Только вот Сайруса это нисколько не успокоило. Он действительно не любил уличные праздники из-за обилия людей, заполняющих все вокруг. Сопровождаемое музыкой скопление раздражало его, заставляло задумываться о крошечном отрезке жизни человека. Сегодня ты радуешься, наслаждаешься едой и общением, а завтра твоя душа отправляется на суд Совета, кто решит, что от тебя останется. Переродишься ты или превратишься в ничто. Сайрус тяжело вздохнул, мысленно решаясь пройти через это. В конце концов, какое ему дело до законов мироздания?

На углу улицы Вистиан остановился, серьезно посмотрев на Жнеца. Он сообщил, что дальше им придется переместиться. Сначала Сайрус даже не понял, в чем заключается проблема, ведь с места на место перемещаться плевое дело. Но когда демон накинул на себя сущность Девура, осознал: в облике человека Вистиан не имел той силы и способностей. Подобное соседство Жнеца абсолютно не устраивало. Одно дело знать, что перед тобой падальщик, но при этом смотреть на человека. Совершенно другое – видеть Девура.

Сайрус появился на указанной улице, ожидая своего... напарника? Подельника? Кем они сейчас являются друг другу? Узнай в Управлении, чем занимается Жнец Смерти, вряд ли ему позволили бы продолжать дышать.

Когда Вистиан завернул в переулок, то уже выглядел собой. За что Сайрус был ему искренне благодарен.

― Наш план невероятно прост, ― начал демон, не теряя времени. ― Я почувствую свежую душу, и мы отправимся к ней. Если я не ошибся, то Жнец не появится, а вот Девуры... Тебе придется одного поймать. С остальными делай, что хочешь, если их будет несколько.

― А...

― Доставишь в подвал моей закусочной. Старайся с ним вообще не разговаривать, но он должен быть в сознании и способен говорить.

Вистиан продолжал давать наставления, не позволяя Сайрусу и слова вставить, пока тот не пихнул его в плечо, прерывая пламенную речь. Демон нахмурился.

― Что-то не так? ― спросил он.

― Очень доходчиво, только... дай-ка подумать... в чем состоит твоя роль?

― Мне нельзя появляться рядом с тобой, ― Вистиан покачал головой, намекая на минимальную мозговую активность собеседника. ― Если один из Девуров сбежит, и будет являться тем, кому позволено есть, то он сразу же донесет на нас. Неужели, это не ясно?

― Славненько, ― кивнул Жнец, ― ты скинул на меня всю работу. Молодец. Отличная команда.

― Если Девур придет один, я конечно же помогу тебе с ним справиться, ― улыбнулся демон. ― Но риски, ― он развел руками, ― сам понимаешь.

С центральной улицы начали доноситься голоса. Начинался большой ежегодный фестиваль. Сайрус поморщился.

― Мы останемся здесь, потому что находимся как раз на пересечении двух солто́ров[2]. Я смогу почувствовать души и там, и там, ― объяснил Вистиан, доставая из кармана пончик.

― Солтор бэ-два закреплен за Фернандо, если мне не изменяет память, ― поделился Сайрус информацией, будучи не уверенным, важна ли она.

― Фер... кто?

― Жнец! ― раздраженно пояснил он. ― Каждый раз переезжая, он брал себе новое имя. В этот раз он Фернандо.

― Вы знакомы?

― Пересекались пару раз. Сам он пост никогда не покинет.

― Проверим, ― Вистиан подмигнул, откусывая большой кусок булочки. ― Хофеф? ― с набитым ртом спросил он, протягивая пончик.

― Нет, ― скривился Сайрус, отворачиваясь. ― Зачем ты ешь, если не чувствуешь вкуса еды?

― Так я хоть немного ощущаю себя человеком.

Сайрус повернулся обратно, недоверчиво оглядывая демона.

― Зачем? Ты Девур, гордись этим, ― саркастически произнес он.

― Мне нечем гордиться, придурок! ― Вистиан сплюнул на землю. ― Я постоянно голоден, я нуждаюсь в душах, иначе попросту исчезну. Это отвратительно! Единственное, о чем я мечтаю – это помешать чародеям открыть врата и захватить Сады. Вряд ли магию можно возродить такой, какой она была, но я хотя бы попытаюсь сохранить свою!

Жнец прищурился, уловив странные ноты в сказанном. Он сомневался, что демон оговорился. У Девуров нет магии, они самый низший вид существ с обычными способностями скорости и уникальным обонянием, благодаря которому чувствуют смерть.

― Повтори, ― потребовал Сайрус. ― Что значит «сохранить свою»? О чем ты говоришь?

Вистиан прикрыл глаза на несколько секунд, выдохнул, и когда собирался ответить – замер. Вскинув голову, начал ей вертеть, будто и правда принюхиваясь.

― Душа, я чувствую. За мной.

Демон сразу же направился в сторону центральной улицы, но в этот самый момент кольцо Жнеца нагрелось.

― Я не могу, у меня своя душа, ― сказал Сайрус в спину Вистиану.

Тот опустил взгляд на руку Жнеца, затем посмотрел в глаза.

― Проигнорируй, у нас важное дело!

― Не могу! Как я проигнорирую душу? Нет, я своего поста уж точно не покину!

― Но ты не можешь оставить меня здесь, мы должны...

― Я не могу! ― по слогам проговорил Жнец.

Вистиан напряженно сверлил взглядом Сайруса, ожидая от того решения. А сам Сайрус не мог определиться. Если он сейчас пойдет за демоном, то его беззащитную душу сожрут. Разорвут на части голодные псы. Он не мог так поступить. Но не мог и упустить возможность узнать, что на самом деле происходит. Исчезновение Жнецов сулило большую беду, в которой, вероятно, может пострадать и он сам.

Сердце бешено колотилось, когда Сайрус принимал решение. Возможно, он об этом пожалеет.

― Мне пора, ― сказал он, прокручивая зонт в руке, а затем наставляя его на демона. ― А ты проследи за Девуром. Можешь прийти за душой, разведать обстановку. Никто ничего не заподозрит.

Вистиан усмехнулся, покачав головой.

― Есть свои правила между Девурами. Здесь я чужой.

― Так вы еще и делите территорию? Разбиваетесь на банды? ― Сайрус расхохотался, запрокинув голову.

Кольцо нагревалось все сильнее, напоминая, что времени у него осталось не так много до того, как душа покинет тело.

― Я найду тебя. Не упусти нашу жертву.

На этих словах Жнец Смерти крутанулся на месте, оставляя после себя слабоватый дымок, развевающийся по воздуху лазурными оттенками. Он появился как раз вовремя, три Девура уже давились слюной, уверенные, что сегодня им повезет. Но Сайрус не был настроен на игры, что случилось, пожалуй, впервые за сотни лет. Достаточно быстро расправившись с падальщиками, он собрал душу. Из-за того, что мысли его постоянно улетали на Харрисон-стрит, Жнец пропустил пару моментов, оставшись с распоротым бедром. И теперь по его ноге стекала липкая дорожка. Штаны липли к коже, а боль отдавала аж в поясницу.

Сосредоточившись на внутренних ощущениях, находя отголоски Девура, что до сих пор не пал от его руки, Жнец Смерти переместился. И попал в центр толпы. Громко выругавшись, Сайрус начал выискивать глазами знакомые очертания владельца кафе, но найти хоть кого-то в такой давке просто невозможно. Продвигаясь вперед, Жнец перевернул кольцо. Вистиан стоял среди какой-то компании, что свистела и размахивала шарами и флагами. Расталкивая по пути людей, Сайрус получил локтем в грудь, кто-то несколько раз наступил ему на ногу. А от особо чувствительного пинка прямо по ране, Жнец взвыл, сжав челюсти. Он ненавидел сборища! Ненавидел такое столпотворение! А еще шум, оглушающие крики и орущую музыку. Когда очередной раз кто-то, размахивая руками, зарядил ему в глаз, Сайрус готов был сам превратить всех этих смертных в души.

― Сейчас начнется самое интересное, ― радостно прокричал Вистиан, как только Жнец подошел к нему.

― Что с душой? Где Девур?

― Душу съели, Девур стоит прямо напротив, ― Вистиан перегнулся через ограду, чтобы лучше разглядеть Гранд-парад.

Пестрые наряды, перья, блеск. Колоритное мероприятие только набирало обороты. Люди ликовали. Музыканты, танцоры, артисты зажигали толпу, даря им зрелище.

Все еще раздраженный и покалеченный Жнец Смерти пытался высмотреть через широкую улицу того самого Девура, на кого он с демоном ведет охоту. Вроде как. Ведь в данную минуту его напарник радовался вместе со всеми, присвистывая проходящим мимо девушкам в купальниках, из чьих задниц торчали хвосты.

― Вы можете друг друга узнавать в облике человека? ― громко спросил Сайрус.

Вистиан повернулся и сразу же отшатнулся: Жнец почти вплотную стоял к нему, смотря испытующе.

― Можем, именно поэтому я делаю вид, что смотрю на карнавал, а не на него, ― ответил демон.

― Так уж и делаешь вид, ага, ― не поверил Сайрус, вымученно покачав головой. ― Где он?

― Ты предлагаешь мне ткнуть в него пальцем? Чтобы вся моя конспирация, ― Вистиан старательно обвел себя руками, ― рухнула?

― Опиши мне с кем рядом он стоит!

Демон мельком пробежался глазами по толпе. Вздохнул. Посмотрел куда-то наверх.

― Ты его потерял, не так ли? ― Сайрус прищурился, поведя плечами, так как его кто-то сзади постоянно подпихивал.

― Нет, ― тут же отозвался Вистиан. ― Он все еще где-то там.

Жнец сжал челюсть, поражаясь такой безответственности от демона, кто своими загадками заставил его находиться здесь.

― Душу кто-нибудь защищал? ― спросил он, еле сдерживаясь, чтобы хорошенечко не стукнуть напарника.

― Нет, как я уже сказал, Жнеца убрали с поста.

Вистиан крикнул «хэй» вместе с другими такими же полоумными, когда мимо в танце проносились разукрашенные клоуны, одетые в лошадей. Сайрус потер лицо двумя руками, жалея, что вообще согласился на все это. Что, если демон затеял это только ради карнавала? Вдруг ему настолько одиноко живется, что он придумал интригующую чепуху, лишь бы затащить хоть кого-то для компании на фестиваль?

Неожиданно Вистиан уткнулся подбородком себе в плечо и что-то неразборчиво промычал. Вскинув вопросительно бровь, Сайрус переспросил его, на что тот вновь, почти не открывая рта, что-то пробормотал.

― Ты можешь говорить нормально? ― прикрикнул Сайрус, не выдержав и пихнув рядом стоящего мужчину, чье пузо терлось об него все это время.

― Он нас заметил.

― Меня он заметить не мог, вы не способны распознать в нас Жнецов Смерти!

― Ты стоишь в своей невидимой ауре, болван! ― Вистиан поправил ворот кардигана, затем оттянул низ кофты. ― Мы видим ее свечение, так мы понимаем, что перед нами Жнец.

― Я свечусь? ― глупо переспросил Сайрус.

― Как дешевая побрякушка на ярмарке.

― Красивая побрякушка, ― неслышно пробормотал Жнец, но вряд ли бы его кто услышал в такой какофонии шума. ― Какой план?

― Догнать, ― воинственно провозгласил демон, протискиваясь назад.

Сначала Жнец не понял, что он делает, потому перевел взгляд на другую сторону улицы. Там, в толпе, не сводящий с него горящего взгляда, точно так же, как и Вистиан, пятился назад, бесцеремонно расталкивая людей, Девур. Несомненно, это был он, тот на кого они охотятся.

У Девуров имелась еще одна способность, от них не зависящая, но определенно мерзкая. Находясь среди людей, прикасаясь к ним, они заражали окружающих отвратительной энергией. Опустошающей, снижающей давление и дарующей плохое самочувствие. Рядом с демонами человеку становилось не по себе. И вот сейчас, наблюдая, как Девур пытается скрыться, те, кого он задевал, переставали смеяться, переставали веселиться, поддаваясь грязной отраве.

Опомнившись, Сайрус последовал за Вистианом, выбираясь из толпы. Но как следить за убегающим демоном, когда его скрывает такая орава кричащих людей?

― Куда ты? ― крикнул Жнец, увидев, как его напарник скрывается за углом.

Не получив ответа, пришлось идти за ним. Сайрусу не нравилось находиться в неведение. Оказалось, Вистиан решил накинуть на себя облик Девура, чтобы перемещаться быстро и незаметно, что было логичным решением.

― Я не успел его отметить, поэтому не смогу самостоятельно выследить, ― сказал Сайрус, стараясь не смотреть на противное существо.

― Нам нужно будет его окружить и загнать в угол. Следуй за мной.

Все довольно просто и, казалось, элементарно. Загнать в угол и схватить. Что может пойти не так?

Оставаясь невидимым, Жнец, почти не отставая, следовал за Девуром. Но это было не так-то и легко: постоянно натыкаться на людей и получать удары по разным частям своего тела. Ко всему прочему, бедро периодически поднывало, напоминая, что рана еще не затянулась.

Когда Сайрус переместился на другую сторону улицы, почти сразу же почувствовал зловоние падальщика. Теперь он сможет сам его преследовать, не отвлекаясь на Вистиана, который то и дело размахивал длинными руками, указывая направление. Девур пытался скрыться, уйдя от шествия парада, где меньше людей и меньше шума. Продолжая оставаться посреди праздника, у демона было преимущество, сейчас же, Жнец знал, что делать.

Пересекая улицу Долорес-стрит Девур завернул в крошечный переулок, где с одной стороны частная территория, огороженная высоким забором, а с другой стены жилых домов. Уходящая далеко вперед прямая дорога Чула-лэйн практически подарила тот самый тупик Жнецу, и он тряхнул рукой. Чувствуя, как по всему телу прокатываются волны удовлетворения от страха Девура, резко остановившегося, Сайрус знал, что спешить уже некуда. Демон вряд ли продолжит убегать, осознавая, какие муки приносит цепь Жнеца.

Можно ли считать Жнеца Смерти жестоким только потому, что тот наслаждался битвами с Девурами, наблюдая, как их прах развеивается по ветру? Бессердечным, если он получал удовольствие от защиты душ, обнажая меч? Сайруса это не волновало, единственное, что его заботило, так это безупречность выполнения своей задачи. А выполнял он ее идеально.

К моменту, как Жнец подходил все ближе к дрожащему Девуру, появился Вистиан. Он сбросил свой облик, становясь человеком.

― Нам нужно просто поговорить, потом мы тебя отпустим, ― громко произнес он.

Сайрус недоверчиво взглянул на него, приподнимая брови, на что получил легкомысленное пожатие плеч. Вистиан стал исключением, но пусть не думает, что так будет с каждым. Жнец не оставлял за собой живых демонов. Никогда.

Девур дергался и вздрагивал, решая, что ему делать, пока Вистиан с Сайрусом подходили ближе. Надо признать, что и напарник Жнеца слегка нервничал, находясь в такой близости от цепи, что издавала для него душераздирающие звуки, наводящие парализующий страх. Взмахнув другой рукой, Сайрус прикоснулся кончиком меча к спине Девура, слегка надавливая.

― Это для гарантии, что ты не сбежишь.

Легкие движения кистью, и на спине демона вспыхнул знак. Теперь без позволения Жнеца Смерти, чье клеймо вырезано на плоти, Девур не сможет уйти.

Он переместил его в подвал закусочной «Подкрепись». Зацепился ногой за стул и чуть не свалился на грязный пол. Пока Вистиан добирался сюда, Жнец грубо усадил Девура на тот самый стул, а сам отошел к дальней стене, вставая напротив и повернул кольцо, снимая невидимость.

― Накинь облик человека. Мой меч не любит смотреть на мерзость, ― высокомерно потребовал Сайрус, скрестив ноги и поигрывая зонтом.

Девур оскалился, но послушался. Молодой человек, лет двадцати пяти на вид, ненавидяще пялился на Жнеца. По левой стороне щеки тянулся шрам, а на правой руке не хватало мизинца. Должно быть, он очень ценил свою жизнь.

Когда дверь открылась, Сайрус с облегчением выдохнул. Ему хотелось поскорее закончить этот цирк, проткнуть мечом демона и отправиться, наконец, отдыхать.

― Ты что, пешком шел? ― поинтересовался он лениво, разглядывая свои аккуратно подстриженные ногти.

― А ты что еще за клоун? ― на пороге стояла девушка с темными волосами, неаккуратно лежащими чуть ниже плеч, и с отвращением разглядывала Жнеца, одной рукой упираясь в бок.

― А? ― Сайрус так удивился, что замер в совершенно не элегантной позе.

Вистиан отчего-то забыл предупредить, что их славную компанию разбавит какая-то выскочка.

[1]Эдвардианский стиль - это своеобразное продолжение викторианского, только в более легкой и воздушной форме.

[2] Солто́р – территории, закрепленные за Жнецами Смерти, где они собирают души.

Глава 4. Допрос

Девица закрыла за собой дверь и по пути к Девуру пнула коробку, которая ей видимо мешалась. Она больше не удостоила Жнеца взглядом, полностью игнорируя его. Обошла стул по кругу, словно кошка, проведя пальчиками по плечам демона. Тот естественно попытался скинуть их, дернувшись вперед.

― Ты кто такая? ― не выдержал Сайрус.

Не обратив никакого внимания на него, девчонка встала напротив демона, скрестив руки на груди. Его что, тут нет? Или может, она его не видит? Кожаные черные штаны, обтягивающие ноги и выделяющие задницу, водолазка, поверх которой надет корсет. Темно-русые волосы лежали на плечах, завиваясь слегка на кончиках. Выглядела она эффектно, но даже это нисколечко не впечатлило Сайруса, как ее пренебрежительное отношение к нему, как к пустому месту. Впрочем, Сайрус редко заглядывался на женщин сам, устав от бесконечного флирта с их стороны.

― Эй! ― сделал еще одну попытку Жнец.

Послышался смешок демона, он подался вперед, опираясь локтями на широко расставленные ноги. Сайрус напрягся. Собственно, ему не было дело до какой-то там высокомерной девки, которая могла пострадать от лап монстра. Однако нахождение в одном помещении с Девуром, хоть и связанным с ним клеймом, вызывало чувство отвращения.

― Решили подослать ко мне шлюшку? ― презрительно выплюнул демон, а затем оскалился, подобно хищнику. ― Я не против развлечься, запрыгивай, ― он выпрямился, приглашающим жестом кивая себе на колени.

Незнакомка отвесила падальщику звонкую пощечину, да такую, что все тело демона повело в сторону. Сайрус вздрогнул от неожиданности. Он катастрофически не понимал, что тут происходит. И его нервы были на пределе. Вмешаться ему не дал вошедший Вистиан. Окинув взглядом обстановку, тот ничуть не удивился и вежливо кивнул дерзкой незнакомке.

― Это кто? ― не церемонясь, девица ткнула пальцем в Сайруса.

― Жнец, про которого я рассказывал.

― Ты уверен, что он тот, кто нам нужен?

Разговор протекал так спокойно, будто Жнеца и правда здесь не было.

― Эй! Я вас прекрасно слышу! ― попытался Сайрус, но его опять проигнорировали.

― Да, синие глаза, голубой меч. Высокомерный и все такое.

― Надеюсь, ты не ошибся, ― девчонка оглядела Жнеца с ног до головы, безразлично пожав плечами, якобы принимая товар.

― И еще раз: я все еще здесь!

Сайрус махнул зонтом, пытаясь привлечь внимание.

― Я вас позже познакомлю, ― пообещал Вистиан и развернулся к Девуру. ― А теперь ты. Как давно вам позволяют кормиться?

― Ты думаешь я тебе что-то расскажу? ― с отвращением ответил тот. На щеке у него алел след от ладони.

― Как вы узнаете, где Жнеца убирают? ― спокойно продолжил допрос Вистиан.

Девур промолчал, отвернувшись в сторону. Сайруса вмешиваться никто не просил, но он предполагал, что Вис до бесконечности мог задавать свои вопросы, не получая ответа ни на один из них. Жнец выпрямился, делая несколько неспешных шагов вперед. Мышца на лице Девура дернулась, но он не шелохнулся, продолжая пялиться в стену. О, Сайрус прекрасно знал, какой эффект оказывал на демонов. Его боялись. Его ненавидели. Ему желали смерти. Продолжая подходить настолько медленно, насколько мог, он, будто создавая особую мелодию, взмахнул рукой. Девур отклонился на спинку стула машинально, стараясь находиться как можно дальше от Жнеца Смерти. Меч, чье сияние наполнило помещение, осветило напряженное и испуганное лицо демона. Сайрус наслаждался чувством собственного превосходства, упивался властью над мелкими тварями.

― Пфф, ― сбоку послышалось нахальное фырканье.

Оступившись, Сайрус на мгновение растерялся. Да как она смеет? Он бесподобен! Он впечатляющ! Он король неотразимости! Медленно повернув к ней голову, он вопросительно приподнял брови. Если хочет что-то сказать, пусть говорит. Но встретил он далеко не заискивающий взгляд девушки, готовой распластаться от восхищения у него в ногах. Брюнетка закатила глаза, перемещая вес на одну ногу и упираясь рукой в бок. Видимо, это ее любимая поза. Поза стервы.

Стоя за спиной девушки, Вистиан, закусив губу, еле сдерживался от смеха. Почувствовав обстановку, Девур заметно расслабился. Что ж, раз его никто не уважает, осмеливается насмехаться и унижать... Наставив пылающий меч на Вистиана, Сайрус надменно и уверенно произнес:

― У тебя десять минут выяснить все, что ты хотел. Потом он мой, ― девица открыла рот, но он перевел меч на нее, сверкнув синими зрачками, ― тебя вообще никто не спрашивает, выскочка.

Он Жнец Смерти, черт возьми, и только он будет диктовать правила. Вистиана, судя по сдвинутым бровям, такое положение дел не устроило, но ему хватило мозгов не затевать спор. Что до девушки, то Сайрус даже не взглянул на нее, отойдя в сторону. Покачивая мечом перед Девуром, Жнец позволил Вистиану продолжить допрос.

― Итак, я спрошу только один раз: как вы узнаете, где вам можно кормиться, и кто отдает приказы?

― Как ты приручил Жнеца? Он теперь твоя собачка? ― вопросом на вопрос ответил Девур, вызывающе взглянув на Сайруса.

Сайрус же усмехнулся, склонив голову на бок. Он умел играть в такие игры.

― Если пользы от тебя не будет, падальщик, мы останемся с тобой наедине. И поверь, ты вряд ли осведомлен о всех моих умениях.

Как и ожидал Жнец, Девур дернулся, без сомнений веря в честность его обещаний. Краем глаз он заметил, как на него смотрит девушка, чье имя он до сих пор не знал. Да и в целом, понятия не имел, кто она такая. Расправив плечи и приподняв подбородок, Сайрус излучал уверенность и силу. Он криво ухмыльнулся в надежде смутить и поймал ее взгляд. Но девица как ни в чем не бывало приподняла бровь. Ни крошечного румянца, ни капли растерянности. Абсолютно безразличное выражение лица.

Сайрус всегда гордился своей внешностью. Его острым скулам завидовали, белоснежной кожей, словно само солнце его избегало, восхищались. Прямой осанкой и длинной шеей любовались. От улыбки краснели, а от пронзительного взгляда теряли рассудок. Жнец Смерти гордился своей внешностью, да. Только вот почему-то именно эта особа выглядела так, будто видит перед собой отвратительного жука, а не прекрасного мужчину.

«Лесбиянка», ― подумал он и отвернулся.

Девур молчал, но выглядел напряженным. Он боялся, потому что осознавал: уйти живым ему не позволят. Так себе условия, на самом деле. Какой смысл что-либо рассказывать, если тебя все равно убьют?

― С чего вы вообще взяли, что мне что-то известно? Понятия не имею, о чем тут речь, ― парень провел языком по верхним зубам.

― Нет, так нет, ― беспечно пожал плечами Жнец. ― Отойди Вис, моей цепи нужно пространство.

Конечно, Сайрус блефовал. Он понимал, как важно сейчас вытянуть ответы из этого падальщика. Но как же он наслаждался неприкрытым страхом, что плескался в светлых глазах Девура.

― Подожди, Сайрус, ― выставил в его сторону ладонь Вистиан. ― У меня еще осталось время.

Он сжал кулаки, подойдя к парню вплотную. Схватив того за подбородок, заставил смотреть прямо в глаза.

― Тебе лучше бы открыть свой рот прямо сейчас, потому что даже мое терпение на исходе. А оно у меня ангельское, ― сквозь зубы процедил Вистиан, и сам хохотнул от своих же слов. ― Кто отдает приказы, ― на второй руке он начал загибать пальцы, ― как вы об этом узнаете, как давно это началось.

Резко оттолкнув от себя Девура, Вистиан сделал шаг назад. На его виске припухла вена, пульсируя. Играя скулами, он не сводил взгляда с парня, что сейчас напрягся не на шутку. Что такого он может скрывать, что боится рассказать? Вряд ли они хранят верность кому-то там, и тем более придерживаются кодекса чести.

Парень пошевелил челюстью, облизал сухие губы. Он решался. Склонив голову на бок, Сайрус прищурился, равняясь с Вистианом. И теперь оба нависали над ним, в ожидании.

― Нам говорят зоны, где можно будет безопасно поесть, ― Девур противно облизнулся. ― Я ничего не сделал! Мне разрешили ‒ я воспользовался!

― Кто? Кто вам говорит? И сколько Девуров об этом знают?

― Три белые зоны и одна желтая. Лично со мной никто не говорил, сведения передает Дейзи.

― Дейзи? Что еще за Дейзи?

― Он лично общается с ча...

― Он? ― перебил его Сайрус. ― Дейзи женское имя!

― А ты что, сексист?

Сайрус скривился.

― Я тебе словарь подарю, когда закончим.

Вистиан нетерпеливо вздохнул.

― Итак, с кем он лично общается и почему тебе об этом известно?

― Он общается с чародеем из Совета. Тот сам лично выбирал, кому разрешит кормиться, ― парень сглотнул. Вся эта тема с едой видимо уж очень его будоражила. ― Почти все, кто может принимать облик человека посвящены.

Демон с Жнецом переглянулись. Как-то это странно. Разница между Девурами, кто мог становиться человеком и нет, не так и заметна. Чуть быстрее бегать, слегка сильнее бить, немного дальше чуять пищу. Пока Сайрус обдумывал услышанное, Вистиан, нервно кусая губы, начал расхаживать взад-вперед.

― Меня не удивляет, что зоны выбрали для кормления именно такие, но сам чародей? Здесь, среди смертных?

― Кстати! ― Сайрус взмахнул рукой, а парень от этого жеста чуть со стула не свалился. ― Что значит белые и желтые зоны? Солторы не раскрашивают и не распределяют по цветам.

― Цвета не территорий, Сайрус, а Жнецов, ― легкомысленно ответил Вистиан, не переставая ходить туда-сюда.

― Стой, у меня голова уже кружится, ― он преградил ему путь. ― Объясни!

― Святые Сады, ― донесся до него недовольный вздох.

Сайрус и забыл, что с ними находился кто-то еще. Развернувшись на пятках, он уставился на девицу. Развел руки в стороны, качнув головой, мол, говори, раз начала.

― Вы цветные.

Все. Больше она ничего не сказала, отвернувшись в сторону, словно потеряв интерес. Хотя, вряд ли он появлялся вообще.

― Мне это должно было как-то помочь? ― Сайрус развернулся обратно к Вистиану. ― Вис!

― Вы – Жнецы, обладаете колоссальной разницей между собой, ― вместо Вистиана ответил Девур. ― Цветной разницей.

Если кто-то еще хоть раз употребит слово «цветной», Сайрус, не раздумывая, всадит в того меч по самую рукоять.

― ...Сила вашей магии разная, ― продолжал парень. ― Ты светишься синей аурой под стать своим глазам, явно преобладающей над белой и желтой. Исчезают слабые Жнецы. Синий и черный не трогают. Жнецов оценивают по цвету их глаз в момент битвы. И где вы только подобрали этого идиота? ― обратился он к Вистиану.

― Я до сегодняшнего дня вообще не знал, что свечусь! ― проигнорировал Сайрус выпад падальщика. ― А вы мне говорите, что есть и другие? Всю мою жизнь мой меч сиял голубым...

― А глаза синим, ― закончил за него Вистиан. ― Да. Это как ранг. Начиная белым и заканчивая черным. Убирают слабых. Таких как ты, чародеи не тронут. Потому что не смогут, не получив отпор. Притормози! ― Вистиан выставил руки вперед, останавливая новый поток недовольств Жнеца. ― Я все объясню, обещаю. Но сначала...

Демон задумался, кусая внутреннюю сторону щеки. Затем, глубоко вздохнув, повернулся к девушке, что (как ни странно) молча стояла в стороне.

― Принеси мой медальон, пожалуйста, ― попросил он.

― Что? Висти, не надо, ― тут же отозвалась она.

Сайрус по-детски хихикнул над тем, как она назвала демона, на что получил уничижительный взгляд.

― Ала́рия, принеси, ― надавил голосом Вистиан.

Пока Алария ходила за медальоном, Жнец выглядел примерно таким же озадаченным, как и Девур. Вистиан продолжал молчать, не давая никаких объяснений, и Сайруса это нервировало. Девчонка вернулась с достаточно недовольным лицом и сразу же отвела демона в сторону. Что-то горячо ему шепча, то и дело поглядывала на Жнеца, не забывая махнуть в его сторону рукой.

Вздохнув, Сайрус потер переносицу, затем, подняв голову к серому потолку, молча поинтересовался у мироздания «за что ему все это», и вновь взглянул на парочку.

― Вы закончили? ― нетерпеливо спросил он, рукой незаметно ощупывая бедро. Болевых ощущений не осталось, легкая чувствительность: рана почти зажила.

Вистиан кивнул, возвращаясь к Девуру. Он раскрыл ладонь, демонстрируя парню крупный медальон. Жнец узнал его. Он видел это украшение на Вистиане вчера. Подойдя ближе, чтобы рассмотреть, Сайрус не нашел в нем для себя ничего примечательного. Какое-то изображение из узоров, расходящихся к краям, которые заканчивались разными знаками.

― Ты знаешь, что это такое? ― ледяным голосом спросил Вистиан.

Девур рассматривал медальон без какого-либо интереса, абсолютно с пустым выражением лица.

― Безделушка, подаренная твоей бабулей перед смертью? ― приподняв брови, предположил невинно он.

Алария, молчаливо стоящая в стороне, по всей видимости не выдержала и, растолкав на своем пути Жнеца и Вистиана, кинулась на парня. Схватив того за волосы, она резко наклонила стул назад, подставив ногу перед задней ножкой, чтобы не уронить. Легко и просто, придерживая коленкой спинку стула, она достала откуда-то металлический нож трезубец. Блестящий, изящный клинок моментально уткнулся в шею демона.

― Я не отношусь к тем, кто тянет Девура за шкуру! Или ты отвечаешь на вопросы, или цепь Жнеца тебе покажется цветочной полянкой в летний день.

Провернув сай [1] таким образом, что короткий зубец прошелся тонким порезом по ключице, Алария склонилась ниже к парню. Ее плотно сжатая челюсть и напряженный взгляд действительно выглядели угрожающе.

― Говори! ― прорычала она, оттянув сильнее того за волосы. И в этот момент Девур дернулся, сжимая в кулаках ткань штанов.

― Ты... ― начал он, но Алария надавила лезвием сильнее, ― я не знаю! Не знаю, ясно? Мне ни о чем не говорит ваш чертов медальон! ― надрывно проговорил он, с трудом сглатывая.

― Дальше!

― Чародея никто не видел, кроме Дейзи. Чародей обещает бесконтрольное кормление душами, когда что-то произойдет. Им нужны сильные Девуры. Пока они могут, они убирают слабых Жнецов. А после того, как мы откормимся... ― парень сглотнул еще раз, слегка повернув голову, цепляя глазами Сайруса. ― А потом падут синие и черные Жнецы.

― Как нам найти Дейзи?

Девур расширил от страха глаза, даже цвет его кожи заметно посерел.

― Отвечай! ― Алария провернула сай еще раз, продолжив ровный порез, который выглядел теперь тонким полукругом.

― Он... он кормится на всех солторах, где нет Жнецов. Постоянно перемещается, вы его не найдете, ― последнее слово Девур прохрипел.

― Позволь это решать нам, ― обманчиво ласково проговорила Алария, возвращая стул на место.

Она сделала шаг назад, возвращая клинок куда-то в недра своего корсета. Демонстративно отряхнула руки друг об друга и, разворачиваясь, заносчиво произнесла:

― Вот так работают профессионалы. Учитесь, девочки.

Вистиан усмехнулся, похлопав ее по плечу, а вот Сайрус стоял с открытым ртом, поглощенный впечатляющим представлением. Хрупкая на вид выскочка, пусть и чересчур дерзкая, так запросто допросила Девура, кто насмехался над самим Жнецом! Теперь она нравилась ему еще меньше.

― Что ж, спасибо за сотрудничество, ― расплылся в широкой улыбке Вистиан, ― но мне пора. Дела, знаешь ли, ― он пожал плечами, и развернувшись к Сайрусу, добавил, ― он твой.

Сайрус приподнял вопросительно брови, не веря, что сможет, наконец, вернуться домой. Когда владелец кафе почти ушел, Девур пришел в себя, задергавшись на месте.

― Нет! Стойте! Вы обещали меня отпустить!

― Оу, ну что ты, ― пропел Жнец, ― ты был несговорчив, дерзок и туп. К тому же... дай-ка подумать, ― он издевательски приставил палец к губам, ― ты Девур.

Выставив меч, Сайрус склонил голову на бок.

― Я бы мог позволить тебе сразиться со мной, дать попытку защититься, но знаешь, что? Я не хочу. Я устал.

Больше не говоря ни слова и не давая возможности что-то сказать демону, Сайрус в развороте отсек тому голову, застывая на мгновение в стойке с вытянутым в сторону мечом. Жнец выдохнул. Он и правда утомился, а загадки, окружившие его, как стая голодных стервятников, приносили лишь головную боль.

Поднявшись, Сайрус вошел в пустое кафе. Как предусмотрительно со стороны Вистиана закрыть закусочную на время переговоров. Усмехнувшись сам себе, Жнец бесшумно прошел вглубь, где со стороны стойки доносились голоса.

― Он бесполезен, Вистиан! Пока он ничего не помнит, он нам не нужен!

― Никто из них ничего не помнит, Алария. Ему сможет вернуть память Глу́риан.

― Его еще надо найти! ― возмущение в голосе девицы раздражало Сайруса. ― К тому же, он даже не черный Жнец!

― Этим мы и займемся, ― голос же демона звучал крайне спокойно и уверенно. ― Сайрус придурок, но такова его природа. Он как-никак защитник врат Садов Перерождений. Он воин. И ему предстоит пройти все это вместе с нами. Мне несказанно повезло, что мой знакомый оказался Жнецом Смерти!

[1]Сай — колющее клинковое холодное оружие типа стилета, внешне похожее на трезубец с коротким древком (максимум на полторы ширины ладони) и удлиненным средним зубцом.

Глава 5. Медальон семи граней

Жнец посмотрел по сторонам: вдруг рядом с ним находится еще один какой-нибудь Сайрус, о ком сейчас и шла речь между Вистианом и Аларией. Но он был один, а услышанное никаким образом не собиралось обретать смысл. Демон с чокнутой девчонкой его не замечали, поскольку стояли спиной к стойке. Сайрус откашлялся в кулак, опираясь правой рукой на зонт и скрещивая ноги. Вторую руку он засунул в карман брюк, принимая расслабленный вид. Ни за что на свете он не покажет своей растерянности.

― Надеюсь вы уже закончили шептаться и прямо сейчас расскажите мне, что происходит на самом деле.

Вистиан поставил перед ним три высоких бокала с пивом и кивнул на столик. Взяв свой, он молча прошел в центр зала и сел.

― На меня не действует алкоголь, ― уточнил Сайрус, когда присел рядом.

― А я вообще не чувствую вкуса, ― пожал плечом Вистиан. ― Итак, начну с медальона. Вот это, ― он положил на стол украшение, ― медальон семи граней.

― Замечательно, ― безэмоционально произнес Сайрус, делая глоток.

Алария вздохнула, всем своим видом показывая, насколько этот разговор считает бессмысленным.

― Что ты помнишь про Сады? ― демон склонил голову на бок, прищуриваясь. ― Не могу понять по какому принципу вам блокировали память.

― И что ты хочешь услышать? Если я что-то, по твоему мнению, забыл, то как я объясню тебе – что именно я не помню?

Сбоку послышался смешок, но девушка по-прежнему не вмешивалась в разговор. Она крутила свой бокал, пытаясь, наверное, взбить содержимое.

― Медальон семи граней – реликвия, принадлежащая Высшим магам, кто владел Садами. Семь Высших. Семь граней магии.

Оба уставились в ожидании на Сайруса. И Алария, оставившая свой напиток в покое, и Вистиан, чьи глаза горели нетерпением. Только вот Жнец не понимал, чего от него хотят. Очень здорово, конечно, что Высшие носили украшения, но он-то здесь причем?

― Так, хорошо, ― демон причмокнул, отодвинул рукой бокал и облокотился на стол. ― Семь магов – семь медальонов, по одному каждому.

Сайрус почесал лоб, нервно подергивая ногой под столом.

― Слушай, Вис, может, я начну задавать вопросы? А то у тебя с объяснениями что-то не так, ― предложил он, и не дождавшись ответа, воскликнул: ― какого черта происходит?

Нерв под правым глазом демона дернулся, но Вистиан остался неподвижен.

― Когда-то Сады пытались захватить. Вообще-то, история показывает, что Сады лакомый кусочек для любой жадной нечисти. Перехватить частичку такой магии желает каждый, но не каждому это под силу, ― он рассказывал размеренно, вымеряя слова, словно был свидетелем всего происходившего сам лично. ― В последний раз им это почти удалось. Магия начала просачиваться наружу, трансформироваться, извращаться. Высшие теряли контроль, теряли души. И было принято решение закрыть врата, ― взгляд Вистиана переместился со Жнеца куда-то в сторону, становясь затуманенным. ― Высшие покинули Сады, чтобы магия не погубила мир.

― Высшие погибли в великом сражении, защищая Сады, после чего те закрылись навечно, ― со знанием дела вставил Сайрус. ― Именно поэтому не осталось ни одного Хтажа, а врат больше не существует. Сады иссохли, как и магия.

― Поэтому ты сумел познакомиться лично со Хтажем? Потому что их не осталось, да?

― Серьезно? ― оживилась Алария, вытягивая в любопытстве свое худенькое личико.

― Он с ним бороться пытался, ― повеселел демон, ― представляешь?

― На какой секунде твой Солихтейн уложил его на лопатки? ― вполне серьезно спросила девица.

― А ну хватит! Мы тут Сады обсуждаем, а не... не... и вообще, я был не готов, понятно? ― Сайрус нахмурился, презрительно глядя на обоих.

Алария засмеялась, прикрывая ладошкой рот.

― Возвращаясь к разговору: нет, Высшие не погибли, Сайрус, ― демон взлохматил волосы. ― Вам лгут. С того момента, как Высшие проиграли, ваш мозг тут же промыли, вложив в нее фальшивую правду, приправленную историческими фактами. И только сейчас я начинаю понимать, почему.

― О чем ты? ― склонилась к нему девушка.

― Тогда все выглядело, как обычно. Обычное вторжение, количество которых устанешь считать. Защитники справлялись, но потом... ― Вистиан потер лицо с такой силой, что остались красноватые пятна. ― Потом взбесившиеся твари вломились огромными скоплениями, как ты помнишь. Они разбегались по та́клерам ‒ местам, где сосредоточена магия Высших, и пытались их разрушить. Они знали, что делать. И они были сильны! Не так, как раньше. Чародеи еще тогда планировали захватить власть, но не получив свое ‒ пошли долгим путем.

Сайрус слушал внимательно, удивляясь, как простому Девуру могут быть известны такие подробности. То, с какой страстью и болью тот рассказывал, поражало. Опустив взгляд на медальон семи граней, Жнец закусил губу, пытаясь поймать какую-то мысль, что пищала внутри головы, словно перепуганная канарейка. Столько мелочей и деталей, столько неизвестных ему событий... И когда до него дошло, он вскочил с такой скоростью, что стул отлетел назад, заставив вздрогнуть и Аларию, и Вистиана своим грохотом.

― Не может быть! Ты! Этого не может быть!

― Дошло наконец? ― покачал головой Вистиан, поглаживая пальцем украшение.

― Это! Невозможно! ― Сайрус отчаянно сопротивлялся своему осознанию.

― Как видишь, все возможно. Сядь, ― демон протянул руку в сторону валявшегося стула.

― Ты Высший маг... ― голос подвел Жнеца, и он зашел кашлем, похлопывая себя по груди, не двигаясь с места. ― Ты Девур! Как ты можешь быть Высшим?

Вистиан сделал несколько глотков, облизал губы и вздохнул.

― Меня прокляли. Мне кажется, данная участь должна была постигнуть каждого Высшего, но они спешили. Мне повезло меньше, ― он горько усмехнулся.

― Зачем вам я? Кто я?

Почему-то сейчас Сайрусу казалось, что все, что он знал до сегодняшнего дня не стоило и сморщенного мизинца Девура. Перед ним в данную минуту сидел настоящий Высший маг. Тот, благодаря кому расцветало перерождение. Тот, кто поддерживал жизнь и магию. Тот, кто награждал и карал.

― О-о-о, а это самое интересное! ― протянула Алария, хищно улыбаясь.

Жнец поднял стул, вернулся к столу и прищурился.

― А ты кто? ― спросил он без особого энтузиазма, прекрасно зная, что вряд ли получит ответ.

Как и ожидалось, девушка не собиралась ничего говорить. Вместо этого она оттопырила ворот водолазки и вытащила оттуда медальон семи граней. Присаживающийся в это время Сайрус, замер в особо неудобной позе с полусогнутыми коленями. Если так пойдет и дальше, он получит сердечный приступ вопреки законам мироздания. Жнец Смерти скончается от передозировки шокирующих новостей.

― Нет, ― выдохнул он.

― Да, ― кивнула она, широко улыбаясь.

Все же сев на место, Сайрус переводил ошеломленный взгляд с одного на другого.

― Я понимаю твое удивление, ― участливо кивнул Вистиан. ― Закрывая врата в Сады, мы закрыли и возможность вернуться. Контролировать взбушевавшуюся магию даже нам не под силу, именно потому решение оставить Сады стало единственно верным. Без нас она иссякла, не доставшись никому. Ритуалы, что проводили чародеи, как я теперь уже думаю, не несли в себе столько силы, чтобы завладеть всем.

― Падение Садов произошло триста лет назад, ― вступила в разговор Алария. ― Как только врата закрылись, за защитников взялись чародеи. Совет, что они составляли автоматически перешел в единственное управление. Теперь только он занимался перерождением душ. И только они могли принимать решение. Понимаешь теперь? Ты, Жнец, защищал врата, а считаешь, что существуешь всего лишь триста лет и являешься обычным собирателем душ.

― Но как? ― растерянный Сайрус выглядел глупо и неестественно.

Каждый, кто когда-либо видел его, даже издалека, называл утонченным и грациозным. Жнец Смерти всегда восхищал своими манерами, плавными движениями и сдержанным выражением лица, на котором невозможно прочитать ни единой эмоции. Сейчас же все изящество испарилось, как утренняя роса под жаркими солнечными лучами.

― Заклинание какое-нибудь. У них много козырей в рукавах, ― Алария покрутила бокал. ― Это очень удобно, держать синих и черных Жнецов подальше, ведь с ними справиться гораздо сложнее. Вы сильны, хитры и молниеносны. Ваша личная магия не ограничивается искусством сражения и цепью вечных мук. Ты удивишься, когда вспомнишь себя.

― Мы отыщем всех Высших, чтобы быть готовыми к атаке. Я не позволю открыть врата и захватить Сады, ― Вистиан сжал кулаки.

― Я не понимаю, ― Сайрус покачал головой. ― Зачем им Сады, если магии в них нет? Ты сам говорил, что сомневаешься в возможности ее возрождения. Это бессмысленно.

― Магия есть, только она...

― А Высшие? ― перебил его Жнец, с каждым словом начиная повышать голос. ― Зачем они прячутся? Почему бы самим не открыть врата и не вернуть все на свои места? Почему бы не прийти к чародеям, раз вы даже не знали, что они за всем этим стоят, и не попросить о помощи? Много вариантов, но ни одним никто из вас так и не воспользовался. Почему вы отсиживаетесь? Магия иссякла, удерживать больше нечего. Возвращайтесь! В чем проблема?

― Проблема в самой магии! ― демон привстал, опираясь кулаками на стол и наклоняясь вперед. ― Мы не можем вернуться, поскольку не знаем, какую магию возродим!

― В последний раз все вышло из-под контроля, ― Алария подперла подбородок и грустно вздохнула. ― Магия извратилась. Мы просто боимся, что вернем искалеченную.

― Что это значит? ― Сайрус нервно отстукивал пальцами ритм по столу.

― Есть вероятность, что магия возродится темной.

― Но вы точно не знаете? ― он недоверчиво прищурился.

― Нет, ― Высшая покачала головой, откидываясь на спину стула.

― Тогда...

― Это не то же самое, если вдруг кто-то наколдует проклятье, ― напряженно произнес Вистиан, активно жестикулируя. ― Это крах всему! Она начнет расползаться, выискивая себе подобающее пристанище. Она заразна и разрушительна. Она своевольна и почти неуправляема. Она забирается тебе в голову, ― он покрутил рукой у головы, скрючивая пальцы, ― и нашептывает тебе отвратительные вещи, испытывает тебя, одурманивает. И если ее заполучат чародеи, то души не смогут больше перерождаться, вместо этого на свет начнут рождаться твари. А твари захотят живой плоти. Темная магия, Сайрус, понесет за собой смерть всему живому. И это будет уже далеко за пределами Садов.

Жнец помолчал немного, обдумывая услышанное. Ему оказалось сложным сразу осознать масштабы грядущей беды, но он, как никто другой, осведомлен, что представляют собой твари.

― Поэтому вы не возвращаетесь сами, но готовы встать на защиту врат, чтобы не позволить чародеям заполучить подобную власть, ― подвел он итог. ― Что требуется от меня?

Вистиан тяжело опустился на стул, прикрывая глаза. Он выглядел неважно, и дело вряд ли было в трудном для него разговоре. Он давно не питался, и Сайрус не знал теперь, как поступать. Для него он демон, падальщик, пожирающий души. Но знание противным молоточком стучало по вискам, говоря, что это проклятье. Он должен позволить ему есть? Он должен отречься от защиты? Об этом больно даже думать! Это как предать самого себя. А Жнец Смерти никогда себя не предавал.

― Пока ты ничего не помнишь, ты мало, что можешь, ― ответила Алария, прожигая Сайруса своими зелеными глазами. ― Когда найдем Глуриана, тогда и решим, как действовать. Смотри.

Она положила рядом два медальона, и Сайрус только сейчас увидел разницу между ними. Знаки, что завершали узоры по краям, отличались.

― Вот это, ― она ткнула пальцем на тоненький символ, напоминающий по виду ее сай с той лишь разницей, что длинную черту венчали два полумесяца противоположно наложенные друг на друга, ― мой знак. Руна Мине́кса, обозначающая клинок. Я вроде как небесный воин.

Алария улыбнулась почти скромно, но Жнец видел, каким самолюбием сияли ее глаза.

― Вот этот знак Вистиана, ― она проследила очертания пальцем на медальоне Высшего, где его символ выделялся сильнее и выглядел, как пушистое дерево с перекрученным стволом и расходящимися в разные стороны корнями, ― Руна Тиу́нис, дух рассвета. А нам нужно сейчас отыскать Глуриана, чья руна выглядит так, ― она вновь указала на символ в виде многоликих масок. ― Он обозначает предназначение. Надеюсь, у него получится восстановить тебе память.

― Почему я? Я даже не черный Жнец.

― Это воля Садов, не иначе, ― усмехнулся Вистиан, похлопывая указательным пальцем по губам, а затем наставляя его на Сайруса. ― Я очень давно не питался, мне пришлось идти за душой на свой страх и риск, зная, что меня там будет ждать синий Жнец. Но когда я увидел тебя, я понял, что это мой шанс! Мы оба знаем, что мне не удалось бы убедить любого другого Жнеца Смерти выслушать меня.

― Я был уверен, что в конце концов убью тебя, ― уверенно произнес Сайрус. ― Скажи, как ты вообще питался все это время? Ты, может, и Высший, но в теле Девура мало, что можешь.

― Солихтейн, ― гордо ответил Вистиан. ― Он со мной с первого дня падения Садов. Только благодаря ему я все еще существую. А потом он нашел Аларию. Служители чувствуют Высших.

Сайрус закатил глаза при упоминании священной птицы. Ну конечно, кто же еще смог бы ему помочь.

— Он так же грязно нападал на Жнецов со спины? — не удержался он от язвительности.

Вистиан рассмеялся, запрокидывая голову назад.

— Мы никогда ни на кого не нападали, — сказал он. — Солихтейн отвлекал Жнецов. Иногда, конечно, приходилось действовать жестко, но мы не убийцы.

Сайрус промолчал, слабо веря в это. Служителю ничего не стоило переломить кости Жнецу, оставив того доживать минуты с неизлечимыми ранами. И сейчас Сайрус думал о том, как теперь быть. Пока у него нет памяти, вряд ли он сможет в полной мере принять все, что услышал. Это меняло абсолютно все. От привычной работы собирателя душ, до дружбы, хоть и с ненастоящим, но все же Девуром. Жнец уже собирался поинтересоваться, сколько Служитель будет искать Высшего, как его кольцо нагрелось. Он тут же посмотрел на Вистиана, ожидая его реакции. Но, судя по всему, тот еще ничего не почувствовал.

— Мне нужно идти, — как можно нейтральней произнес Сайрус. Нет, он пока не готов отдавать души. — Увидимся позже.

— Это ребенок. Я такими душами не питаюсь, можешь быть спокоен, — не глядя на него сказал Вистиан.

— Как ты…

— Понял? У каждой души свой запах.

Что ж. Сайрус спорить не собирался. Он действительно не готов приносить души в жертву, даже если это во благо великой целой.

Поднявшись и одернув брюки, Жнец взял в руки зонт. Чувствовал он себя в этот момент довольно странно. Сделал ли разговор их троих ближе? Нужно ли теперь как-то по-другому относиться к ним? Они стали командой, которая планирует спасти мир? Или они остаются сами по себе, но с единой целью? И самое главное: нужно ли ввязываться в это ему самому? Кроме медальонов никаких доказательств, что слова Аларии и Вистиана правдивы – нет. Одно Сайрус знал точно: он хочет встретиться с еще одним Высшим, чтобы вернуть свою память.

Коротко кивнув на прощание, Сайрус вышел из закусочной. Он вдохнул полной грудью, подставив на мгновение лицо солнцу. Усмехнувшись, Жнец покачал головой. Это же надо, оказывается, ему даже не триста с чем-то лет. Все его существование – ложь и обман. Если все действительно так, как рассказали Высшие, то из защитника врат слепили обычного клерка. Сайрус цокнул. Нет, так не пойдет. Сначала, он вспомнит, а потом накажет виновных. Месть – это не блюдо, которое подают холодным. Месть – это долгожданный выдох карающего от последнего вдоха казненного.

Глава 6. Третий Высший

В следующий раз, когда Сайрус встретился с Вистианом и с Аларией, он успел множество раз передумать продолжать общение. Его смущало абсолютно все: стечение обстоятельств, которые свели его с демоном, оказавшимся Высшим магом, девчонка, так складно рассказывающая о медальоне семи граней и будущее, не предвещающее совершенно ничего хорошего. Каждый раз приходя на место смерти, Жнец вглядывался в Девуров, желая увидеть что-то, о чем сам не знал. Падальщики остервенело пытались добраться до души, а энтузиазм, с каким Сайрус рубил демонов, испарился. Он больше не получал того удовольствия от схваток и случайно полученных ран. И уже не получал того удовлетворения от распадающейся плоти, пронзенной его сияющим мечом.

Жнец Смерти больше не знал кто он на самом деле. В какую игру его втянули. И как обратно вернуть свое размеренное существование.

Вистиан и Алария сидели за столиком, что-то обсуждая. Когда Сайрус вошел, они подняли головы, внимательно его разглядывая. Скорее всего, они так же, как и он, не знали, что выйдет из их не озвученного сотрудничества. Возможно, ждали от него какого-то вердикта. Но, к счастью или к сожалению, у него не было однозначного ответа.

Болезненного цвета кожа Вистиана почти сливалась с его серой кофтой, а синяки достаточно искажали симпатичную внешность. И это еще один отвратительный пункт в осознании Жнеца: как бы там ни было, Высшему необходимо кормиться. Алария приподняла вопросительно бровь, бросая Сайрусу вызов. Ее волосы, заплетенные в две пушистые косички, ловили блики солнца. Он видел ее второй раз в жизни, а уже испытывал раздражение от ее поведения.

Жнец сел на стул и вздохнул. Пытаясь не смотреть в сторону Вистиана, от чьего вида пульс учащался и колючие мысли начинали заполнять голову, Сайрус уставился на руки Аларии. На ее пальцах поблескивали четыре аккуратных колечка, и он машинально притронулся к своему.

― Солихтейн отыскал Глуриана, ― без предисловий начал Вистиан. ― Только есть проблема, решение которой я пока не нашел.

Теперь Сайрус вопросительно поднял бровь, молча ожидая продолжения.

― Он ранен, ― объяснила Алария, прокручивая в ухе круглую сережку.

― У него нет страховки?

― Не в этом дело, ― Высшая пропустила мимо ушей колкость, лишая тем самым Жнеца возможности побороться за звание «сарказм года». ― Когда маг сильно ранен, его магия, даже очень слабая, становится нестабильной.

― И это означает?..

― Это означает, ― нервно продолжила Алария, ― что разные твари могут почуять ее. И захотят получить, понимаешь?

― Нет, ― не раздумывая ответил Сайрус, расслабленно откидываясь на спинку стула.

― Нам нельзя светиться! Если кто-то, кто замешан в планах чародеев нас засечет, то они могут начать захват Садов раньше времени, ― Вистиан строго посмотрел на Жнеца, пытаясь взглядом передать всю серьезность ситуации.

Но Жнец не мог разделить их переживания столь сильно. Для него все это до сих пор отдавало сомнением.

― Он бесполезен! Зачем ты его позвал? ― воскликнула Алария, бесцеремонно тыча в него пальцем. ― Пока он не вернет себе память, мы от него не получим должной помощи!

― Полегче, ― Сайрус наклонился вперед. ― Пока что я не вижу особой проблемы. Почему бы вашего Высшего не забрать сюда? А если кто-то сунется, то мой меч всегда наготове.

Он приподнял зонт для убедительности.

― Ты не представляешь сколько тварей захотят такую магию, ― зло выплюнула она. ― Даже ты не в силах всех их перебить. Это не те жалкие, слабые демоны, с кем ты встречаешься каждый день. Прости, Вис.

Сайрус усмехнулся. Он, конечно, в курсе, какие существа заполняют землю помимо Девуров. И знает каково на вкус желание выжить.

― Допустим, но что вы хотите от меня? Мне начать паниковать? Кричать в ужасе?

Алария скрипнула зубами, сжав край корсета, надетого поверх оливковой футболки, что, между прочим, подчеркивало ее зеленые глаза.

― Мы думаем над планом, ― с нажимом ответила она. ― Я предлагаю Вистиану одному навестить Глуриана в облике Девура. А нам с тобой быть поблизости на случай...

― Если его захотят сожрать другие твари? Прости, Вис, ― добавил он неискренне.

― Мы с тобой должны не подпустить тварей, пока Вистиан разговаривает с Глурианом. Высшему понадобятся доказательства, одного медальона может быть недостаточно.

― О, так твою задницу может поджарить Высший маг? ― хохотнул Сайрус, почесывая бровь.

― Это не смешно, Жнец! ― стукнула по столу Высшая. ― Я думала ты понимаешь, насколько все это серьезно.

― Разве вы не знаете друг друга в лицо?

― Облик можно сменить, если знаешь, кем хочешь стать, ― махнула рукой она, словно Сайрус был неотесанным болваном.

Жнец закатил глаза, сдаваясь.

― Уговорила, ― сказал он. ― Когда приступим?

― Не все так просто. Он не может прямо сейчас отправиться туда. Для этого ему нужно... ему нужно...

Алария сдвинула брови к переносице, хмуро смотря на Жнеца. И он знал почему. Чтобы одному пойти к Высшему, Вистиану необходимо поесть. Он прикрыл глаза, глубоко набирая воздух в легкие.

― Ему нужна душа.

Вистиан неуверенно кивнул, словно это от Жнеца зависело дальнейшее развитие событий. Будто его разрешение необходимо. Только вот он не хотел участвовать в этом, не хотел предавать себя. Стоять и смотреть, как его душу пожирают. Даже грязную. Даже самого плохого человека при жизни. Сайрус чувствовал эту неизбежность, но надеялся, что подходящая душа найдется не скоро.

Прошло почти полтора дня, прежде чем нужная им жертва судьбы испустила свой дух. Вистиан стоял рядом в облике Девура, а Сайрус ненавидел эту ситуацию всем своим нутром. Перед ними лежал преступник, застреленный стражами порядка. Прогнившая насквозь душа оставалась душой так или иначе. Для Жнеца Смерти не имело важности, кем был человек и что он делал, пока жил.

― Пора, ― голос Сайруса звучал сухо и натянуто. ― Управься до появления других падальщиков.

Никаких привычных слов, приветствующих душу. Никакого предвкушения от назревающей схватки с демонами. Сайрус не чувствовал ничего. Только пустоту, образовавшуюся от предательства самого себя.

Отойдя подальше, Жнец Смерти крепко сжимал зонт, ожидая Девуров, что мчались в его сторону. Он их чувствовал и надеялся, что пепел их плоти его взбодрит. Подобно псам, демоны неслись по улице, поднимая пыль в воздух. Взмах руки и меч засиял голубым светом, заставляя тех замедлить бег. Они скалились и шипели, проливая зловонную слюну на асфальт.

Где-то позади себя Сайрус слышал отчаянные мольбы о пощаде. Душа просила прощения, считая, что это дорога в ад. Ох, если бы она только знала... На мгновение прикрыв глаза, Жнец вдруг понял, что спутал ощущение пустоты с поднимающейся яростью. В нем бурлил гнев. Больше никаких игр! Он доберется до того, кто все это устроил, кто привел его к этому моменту.

Тряхнув свободной рукой, Жнец проследил за искрами зарождающегося страха в глазах демонов. Они слышат лязг, он давит на них, прижимает к земле силой паники, что расходится по венам колючим током. Сжав челюсти, Сайрус дернул рукой, прокатив волнами по земле цепь вечных мук. Ее подрагивающий конец ударился рядом с одним из четырех Девуров, и тот вздрогнул, отпрыгивая в сторону. Подтащив цепь к себе, Жнец вновь выкинул ее вперед, только в этот раз, это был уже не предупреждающий жест. Покрутив запястьем, цепь, словно бархатная лента, обвилась вокруг ног демона, повалив того на землю. Падальщик завизжал, пропитываясь агонией, что ползла змеей по его отвратительному телу. Медленно подтаскивая к себе жертву, Сайрус не отрывал взгляда от закипающей плоти. Трое других замерли на месте. Жнецы использовали цепи, это не секрет, только делали они это довольно редко. Тогда, когда сами находились на грани своего существования. Сейчас же ситуация была другой, еще даже не началась схватка, а потому замешательство Девуров вполне оправдано.

Под яростный визг демона, Сайрус обвел зловещим взглядом оставшихся падальщиков, кого сковал парализующий страх. Он бы и рад злорадно ухмыльнуться, выдать остроумную фразу, но не мог. Они стали тем, на ком Жнец вымещал злость от безвыходной ситуации. Он позволил одному Девуру сожрать душу, но за это поплатятся другие.

Под ногами продолжал корчиться демон, пожираемый пламенем вечности. Поставив на его бок ногу, Сайрус дернул цепь на себя. Быть может, он погорячился, но жалеть об этом он точно не будет. Наставив меч в сторону стоящих в стороне тварей, Жнец оттолкнул ногой демона. Его плоть то распадалась пеплом, то собиралась вновь, продолжая гореть. Его заберет земля.

Ни проронив ни слова, Сайрус резко сорвался с места, на ходу пронзая одного из падальщиков мечом. Пока двое приходили в себя, Жнец отсек голову одному из них. Остался последний. Но и он не успел отреагировать: меч легко вошел в тело в области груди, скользя вверх.

Сайрус выдохнул, прикрывая глаза. Сердце бешено колотилось, отравленное злостью.

― Полегчало? ― раздался голос со спины.

Жнецу не нужно было уточнять, что именно имеет в виду Вистиан.

― Нет.

― Больше нельзя ждать, нужно найти Глуриана.

Высший, хоть и получил только одну душу, выглядел в разы свежее. Лицо порозовело, глаза цвета меди, блестели. Сайрусу было интересно, что сам Вистиан испытывает в такие моменты? Быть тем, кто когда-то поддерживал магией силу перерождений и питаться душами, нарушая закон.

Он шел мимо живых, думая о мертвых. Сколько еще потребуется отдать душ на съедение, прежде чем они смогут восстановить небесный баланс и остановить желающих заполучить власть? Надеяться, что их внезапно образовавшаяся компания выполнит задуманное быстро, значит, врать самим себе. Но все же Сайрус хотел разобраться во всем поскорее, чтобы вернуться к защите душ и никогда больше не вспоминать сегодняшний день.

― Как все прошло? ― поинтересовалась Алария, как только они вошли в кафе.

Вистиан поприветствовал некоторых посетителей кивком головы, направляясь к служебной двери. И Жнец остался наедине с невыносимой выскочкой.

― А как должно было? ― вопросом на вопрос ответил он.

― Я понимаю, что для тебя это было тяжело. Но и Вистиану не просто. Не дави на него, он не выбирал такую судьбу.

Отвечать на это он не собирался. Здесь не нужно лишних слов, чтобы здраво оценить ситуацию. Как только Сайрус присел за столик, к нему тут же подошла молоденькая официантка, кокетливо улыбаясь.

― Добрый день, ― она достала блокнот с ручкой и склонила слегка подбородок. ― Что вам принести? Сегодня блюдо дня...

― Эйрин, принеси чай с тапиокой для гостя и стакан воды для меня. Спасибо.

Девушка недовольно фыркнула, разворачиваясь и взмахивая длинным хвостиком на голове. А Сайрус вопросительно посмотрел на Аларию, кто так точно сделала заказ за него.

― Что? ― она невинно развела руками в стороны. ― Ты частый клиент в этой забегаловке и особой фантазией в выборе меню не отличаешься.

― Как-то это... странно, ― сморщился Жнец, принимая расслабленную позу.

― Когда вернется Вистиан, мы сразу же отправимся к Глуриану. Времени, чтобы разжевывать для тебя план, у меня нет. Поэтому слушай внимательно!

Алария выжидательно посмотрела на Сайруса, ожидая очередных возражений, но он не спешил спорить. Сегодня не до препираний.

― Отлично. Раньше времени нам лучше...

― Ваш заказ, ― полностью игнорируя Аларию, официантка поставила бокал с водой перед ней и высокий стакан с чаем перед Сайрусом. ― Приятного аппетита. Если что-то пожелаете, я буду рядом.

Она прикусила губу, прижимая круглый поднос к груди. Сайрус кивнул.

― Итак, раньше времени нам не стоит высовываться, ― Алария говорила жестко и нетерпеливо, будто где-то поблизости тикал таймер. ― Понятия не имею, кого мы там встретим, но как только Вистиан вступит в контакт с Высшим, твари начнут сбегаться со всей округи.

― Разве его магия в данный момент не резонирует? Ты сама сказала...

― Я помню каждое слово, что когда-либо говорила, ― грубо перебила она. ― Но объясняться я не намерена. Если ты понял, что от тебя требуется, то нам пора.

Когда вернулся Вистиан, Алария достала карту, разложив ее на столе. Место, которое она указала, находилось за пределами Сан-Франциско. Северный пригород Лос-Анджелеса Глейндейл не вызвал абсолютно никаких эмоций.

― Далеко забрался, ― прокомментировал Сайрус.

― Ты думаешь, все Высшие находятся на одной улице по соседству? ― едко ответила Алария, выгибая бровь. Сайрус обратил внимание на три родинки, выстроенные вряд над правой бровью и подумал, что даже это выглядит странно.

Она ткнула пальцем в место, куда им следует переместиться, и начала поправлять одежду, затягивая свой извечный корсет.

― Ладненько, встретимся там.

Сайрус уже хотел выйти из кафе, но Алария его остановила, дернув за локоть на себя. Некоторые посетители обратили на них свое внимание, но она, как настоящая девчонка, обезоруживающе улыбнулась им.

― Ты должен переместить и меня, ― сказала она ледяным тоном, продолжая улыбаться.

― Чего? ― Жнец выдернул руку, делая шаг назад. ― Я тебе не такси.

― Я не умею сама, и Вистиан не может. Он перемещается скоростью бега, а ты можешь прыгать с места на место, ― угрожающе шагнув вперед, она схватила его за руку выше запястья, будто боялась, что он сбежит.

Стоя так близко к ней, Сайрус понял насколько мелкой та была. Еле доставала ему до плеча, зато твердости во взгляде можно было позавидовать.

― Как ты это себе представляешь? ― он склонился к ней, чтобы продемонстрировать свое превосходство. Пусть не думает, что чем-то лучше него. ― Запрыгнешь мне на спину, и мы полетим покорять вселенные?

― Достаточно держать меня за руку, придурок, ― она приподнялась на носочки, практически впечатываясь своим вздернутым носиком в его.

Несносная девчонка! Как же она его раздражала! Они так и стояли, испепеляя друг друга и проверяя выдержку.

― Воу-воу, остыньте, ― Вистиан развел их руками. ― Не хочу, чтобы мой ресторанчик взлетел на воздух от ваших искр.

И Сайрус, и Алария фыркнули, отходя в стороны. Он ни за что этого делать не будет. Он что, аттракцион, чтобы катать на себе? Но когда Вистиан оставил их вдвоем, взяв себе фору, Сайрус уже не был так уверен, что переместится в одиночестве. Алария со вздохом опустилась на стул, взяв в руки бокал и прокручивая его. Ее привычка поступать подобным образом с посудой навевала мысль о том, что именно таким способом она сворачивает шеи врагам. Хотя, нужно отметить, Жнеца позабавило представление об этом.

Спустя час абсолютного молчания, Высшая поднялась и указала кивком головы на выход. Жнец хотел проигнорировать. Сделать вид, что ее здесь нет, как делала она все это время, но почему-то поднялся следом. Размахивая из стороны в сторону зонтом, он вышел на улицу, глубоко вдохнув свежего воздуха.

― Кольцо, ― произнесла Алария и осмотрелась.

― Невидимым стану я, а ты нет, ― надменно произнес он.

― Этого достаточно, Жнец.

Ее глаза сверкнули азартом, словно у нее в рукаве припасено еще не мало козырей, что смогут осадить его высокомерие. Пусть попытается. Сайрус усмехнулся, поворачивая кольцо бутоном к ладони и исчезая. Он протянул руку, не задевая девушку, решая, что это довольно смешная шутка ‒ сама же просила испариться. Однако Алария удивила его и в этот раз, протянув свою в ответ и крепко сжимая его ладонь. Жнец очень хотел списать это на случайность, в конце концов он не двигался с места, а Высшая прекрасно видела, где тот стоял. Но как только она прикоснулась к нему, ее зеленые глаза заволокло серебряной пленкой, подобно жидкому металлу. По всему ее телу прошла волна, и, начиная с головы, полностью накрыла вуалью. Алария буквально стала прозрачной. Он видел ее очертания, но смотрел сквозь. Тротуар, проезжающие машины и дома казались нечеткими, размытыми, будто покрытые слоем воды.

Дернув Высшую, Сайрус впечатал ее в себя, и, не раздумывая, крутанулся на месте, унося их обоих. Он слышал ее удивленный вздох, но раздраженный ее умениями не стал никак реагировать. Почему ей вечно удается его удивить?

Они появились на огромной поляне, усыпанной множеством полуторафутовыми плитами.

― Это что? Это кладбище? ― шокировано спросил Сайрус.

― Да, Форест-Лаун, ― ответила Алария, растирая себе руки. По всей видимости, перемещение ей пришлось не совсем по душе.

― Да что с вами не так? Кладбище? Серьезно?

― А что я могу сделать? Высший находится где-то здесь, ― она развела руками, мол, выбирай любое место. ― Хотела бы я оказаться в парке, где нет могил под ногами, но реальность такова. Смирись, Жнец.

― Смирись, Жнец, ― передразнил он ее, искренне веря, что Высшие больные на голову. ― Если ты мне скажешь, что ваш Глуриан прячется в одной из них, ― Сайрус указал на ближнее к ним надгробие, ― то можете смело искать себе другого Жнеца Смерти.

― Какой нежный, ― скривилась она, отворачиваясь и направляясь вверх по склону. ― Нам нужна часовня.

― Естественно, ― вздохнул он, следуя за Аларией.

― Придется пройтись.

― Конечно.

― Вистиан должен уже быть там.

― Разумеется.

Алария резко остановилась, и Сайрус не врезался в нее только благодаря своей изумительной реакции.

― Ты можешь заткнуться? ― прошипела она.

― А нельзя переместиться сразу на нужное нам место?

― Нет, нельзя, иначе нас могут увидеть, ― она раздраженно закатила глаза, будто перед ней стоял ребенок.

― Кто? Мертвые? ― он притворно в ужасе открыл рот.

Что именно хотела сейчас сделать Алария, Сайрус не знал, но она явно еле сдержалась от рукоприкладства. Молча отвернувшись, она продолжила идти, постоянно качая головой и что-то тихо говоря себе под нос. Возможно, виртуозные ругательства в его сторону, а быть может, составляла план изощренных пыток.

Часовня, где, по словам Аларии находился Высший, выглядела маленькой и старой, похожая на английскую деревенскую церковь. Оранжереи, что прилегали к скамьям, были заполнены цветами, а небольшой сад с аккуратно подстриженными кустарниками, создавал ощущение уединенности. Именно здесь Алария устроилась на одной из скамеек. Она поставила руки за спину и, опираясь на них, подставила лицо солнцу, жмурясь.

― Что дальше? ― Сайрус встал напротив, нависая тенью.

Она сморщила нос и нехотя открыла глаза.

― Отойди в сторону, ― потребовала она.

― Мне и тут неплохо, ― он пожал плечами. ― Это наше укрытие? Славненько, в этом месте нас точно никто не увидит.

― Могу предложить влезть в куст, желательно особо колючий, и сидеть там, ― она презрительно сощурилась.

― Слушай, это вы притащили меня сюда, и я до сих пор ничего не понимаю! ― он ткнул в ее сторону зонтом, и Алария приподняла бровь. ― Чего мы ждем? Кого мы ждем? Почему бы не войти в часовню? Чем сейчас занят Вистиан?

Она тяжело вздохнула, явно не располагая к разговору.

― Мы – Высшие, можем чувствовать нечисть, даже если та в человеческом облике. Пусть не сразу, не до конца, но мы можем различить существо. Вистиану придется постараться убедить Глуриана в том, что он один из них. Из нас. Это может занять какое-то время.

― Ты не Девур, почему бы тебе самой не поговорить с ним?

Сайрус считал, что эти глупцы заигрались, строя из себя жертв. Можно вполне обойтись малой кровью, лишь разок пораскинув мозгами.

― Я... эм... мы не ладили в последнее время, ― Алария замялась, что случилось впервые. Ей явно было неуютно говорить об этом, но как ни странно, это разозлило Жнеца еще сильнее.

― Ты издеваешься? ― серьезно спросил он.

― Нет, ― она нахмурилась.

― Нет, ты явно издеваешься. Это такая медленная пытка тупостью!

― Да как ты...

Алария хотела приподняться, но Сайрус, схватив ее за плечо, усадил обратно.

― Вы пытаетесь предотвратить смерть всему живому, собрав всех Высших, насколько я помню. Но отчаянно выдумываете отмазки, лишь бы отсидеться в стороне. Ты, ― он почти коснулся ее носа указательным пальцем, ― сидишь здесь и размышляешь о том, какие у вас отношения в прошлом? Серьезно? Это настолько большая проблема, чтобы пренебречь действительно важным? А не пойти бы вам к черту?

― Не лезь в то, о чем понятия не имеешь, Жнец! Мы тебе не группка детишек, не поделивших игрушку!

Алария откинула в сторону его руку, вставая на ноги. Ее глаза горели воинственным огнем, лицо заострилось, скулы порозовели, а грудь от частого дыхания почти касалась его груди. Если бы она его не бесила, возможно, он посчитал бы ее красивой. При других обстоятельствах. В другой жизни.

― А что я должен думать, если вы...

Высшая резко закрыла ему рот рукой, повернув голову вправо. Однако Сайрус продолжил бубнить ей в ладонь.

― Тшш, ― зашипела она, ― тут кто-то есть.

Ох, он бы сказал ей, кто тут есть помимо них, но, кажется, данная шутка уже звучала. Она осторожно убрала от него руку, предостерегающе посмотрев. Сайрус дураком не был, и понимал, что сейчас стоит помолчать. Слегка мазнув пальцами по своему корсету, Алария достала свои клинки. Такое ощущение, будто они сами по себе появлялись у нее в руках по воле хозяйки. Жнец напрягся: ему не нравилось выражение лица Высшей.

― Ты объяснишь? ― зашептал он, с силой сжимая зонт и готовый в любой момент воспользоваться им.

― Ты не чувствуешь?

― А должен?

Поджав губы, Алария выдохнула через нос.

― Акаа́ды.

Она присела на корточки, ощупывая землю, будто та ей сейчас все расскажет. А Сайрус так и стоял, ничего не понимая. По мнению Аларии, он должен сразу сообразить, что значит ее слово? Это ругательство? Ритуальное заклинание? Что это вообще? Он присел рядом.

― Я ни черта не понял, ― выдавил он из себя.

― Акаады – нечисть земли, ночные существа. Днем они спят, но сейчас чуют магию. Видимо, Вистиану удалось наладить контакт с Глурианом.

Сайрус упорно продолжал чувствовать себя отсталым. Высший резонирует магией, именно поэтому существа начнут сбегаться сюда, так они объяснили ему изначально. Так почему же теперь в этом участвует Вистиан? Он встал и потер лоб. Алария поднялась следом, отряхая черные штаны.

― Приготовься, они скоро появятся.

Высшая прошла к центру сада, вставая спиной к двери в часовню. Жнецу ничего не оставалось, как последовать за ней и встать рядом.

― В чем их особенность? ― спросил он.

― Они питаются снами. Вообще-то, они довольно безвредны, но если они получат хоть немного магии Высшего, то смогут отравлять сны людей. Превращать в кошмары такой силы, что человек может сойти с ума.

Сайрус мог бы поспорить на счет «довольно безвредны», но смолчал, ожидая появление неизвестных ему тварей. Почему-то ему казалось, что Алария значительно преуменьшает, говоря об Акаадах так спокойно. Но чуть позже, когда земля под ногами задрожала, и из нее начали выползать существа, он был благодарен, что Высшая не все ему рассказала.

Это самое страшное, что он видел за все столетия своего существования. Омерзительней Девуров. Изощренней самой смелой фантазии. Сайрус выдохнул одновременно с Аларией, и оба переглянулись. Она сжала свои клинки, а он взмахнул сияющим мечом.

― И ты это называешь безвредным? ― Сайрус задохнулся от возмущения.

Паукообразные, совершенно безобразные существа размером с плотного быка, медленно приближались. Из-за скопления грязи и пыли было сложно угадать какого они цвета, но их красные глаза горели очень ярко. И лапы, Сайрус насчитал ровно одиннадцать. Что было странно, возможно, он ошибся в подсчете, стараясь мужественно не двигаться с места.

― Ну послушай, ― быстро заговорила Алария, ― они не вредят никому. Вытягивать краски из снов – это все, на что они способны. Какая разница видишь ты цветные сны или черно-белые?

― Назови их пушистыми домашними питомцами еще.

― Просто не пропускай их, хорошо?

Акаадам, собственно, похоже было все равно стоит кто-то перед ними или нет. Они просто продолжали перебирать всеми своими конечностями, стараясь подобраться к часовне. У них отсутствовали жвалы, как у обычных пауков, зато из нижней части головы торчало что-то. «Что-то» ‒ это самое адекватное обозначение острого предмета, напоминающего стержень, от которого Сайрус никак не мог оторвать глаз.

― Еще одна причина, почему с тобой я, а не Вистиан, ― Алария хищно улыбнулась, привлекая внимание Жнеца. ― Я лучший воин, которого ты когда-либо сможешь встретить.

Она побежала на встречу одному из Акаад, на ходу падая на спину. Ловко прокатываясь под монстром, вонзила в его брюхо оба сая, вспарывая. Существо не издало ни звука, что казалось еще безумнее, если бы оно верещало на весь мемориальный парк. Лишь задергалось в предсмертных конвульсиях и повалилось на бок, периодически вздрагивая.

― Диснейленд смерти какой-то, ― прокомментировал Сайрус, шокировано смотря на девушку. ― Они же безвредные, за что такая жестокость?

― Я соврала, ― крикнула Алария, направляясь к своей следующей жертве, ― они пьют кровь младенцев.

― Ты шутишь, ― тихо произнес Жнец, вздыхая.

Несмотря на сомнительную кровожадность Акаад, передвигались они довольно медленно. Сайрус больше ничего спрашивать не стал, избегая более ошеломляющих подробностей. Перехватив меч поудобнее, он переместился за спину монстру и хотел вонзить клинок, но не смог. Туловище оказалось прочным, как камень.

― Забыла сказать, их слабые места – это животы, ― Алария подмигнула ему, успев за эти минуты расправиться еще с двумя.

Она явно получала удовольствие, демонстрируя свои умения искусного бойца. Сайрус закатил глаза: нашла время, чтобы выпендриваться. Акаад, к слову, продолжал двигаться, никак не реагируя на Жнеца Смерти, и, собственно, проигнорировав покушение на собственную жизнь. И пока Сайрус пытался придумать, как подобраться к самому слабому месту существа, Алария не переставала перемещаться по небольшому садику, отправляя на тот свет монстров. Она крутила сальто, прыгала, швыряла свои клинки. Заметив, как несколько Акаад, роя землю своим стержнем, скрываются в ней, Сайрус решил предоставить выполнение грязной работы Высшей. В конце концов, эта отвратительная нечисть ничем ему не угрожала. Более того, он сомневался, что они вообще способны причинить кому бы то ни было вред. И жестокость, которую проявляла Алария, ему крайне не понравилась.

Над головой промелькнула тень, и Сайрус машинально пригнулся. Мощная птица спикировала к часовне, облетая ее по кругу. Солихтейн. Алария, заметив его, обтерла футболкой лицо, задирая ее и размазывая еще сильнее вязкую черную жижу. Жнец скривился. Она вся была заляпана противной слизью, являющейся кровью Акаад. А дальше послышался тонкий, еле слышный вой. Слабый и хриплый, но явно принадлежащий существу. Его Сайрус узнал сразу же, выпрямляясь. Синие зрачки засияли ярче, а меч дрогнул в руках.

― Угбры, ― одновременно произнесли Высшая со Жнецом.

― И этим нужна магия? ― удивленно спросил он, наблюдая, как последний Акаад скрывается в земле.

― Им всем нужна. После падения Садов, все они ощутили на себе истощение магии, ― Алария вздохнула, вытирая клинки о штаны. ― Теперь-то ты готов?

Сайрус прищурился, уловив саркастичные ноты в вопросе.

― Я всегда готов, ― гордо ответил он.

― Конечно, именно поэтому всю работу сделала я.

― Я не считаю, что убивать всех подряд – отличная идея. Акаады даже не защищались!

― А ты у нас, значит, святой? Безоружных не бьешь? ― презрительно выплюнула Алария.

― Я Жнец Смерти, убиваю Девуров, не оставляя никого из них в живых. Но даже я понимаю, что не все черно-белое, ― он подошел ближе к Высшей и понизил голос. ― И что-то мне подсказывает, что ты солгала.

― Мне пришлось солгать, иначе ты продолжал бы стоять и мяться, как девчонка, ― ничуть не смутившись, ответила она. ― Да, Акаады совершенно безобидны, к тому же, слепы. Но у нас есть задача, и выполнение ее не обсуждается.

Жнец не ожидал подобного, а потому застыл с открытым ртом, не зная, как реагировать. Они же Высшие! В них должна присутствовать справедливость и хоть сколько-то разумности. Но Сайрус видел перед собой обычную зазнавшуюся девчонку, умело и бессмысленно размахивающую клинками.

― Я не палач! Я защитник!

С этими словами он прошел мимо, толкнув ее плечом. В нем бурлила ярость. В который раз за столь короткий срок? Что они себе позволяют? Что они о себе возомнили? Решили его руками вершить... что? Достигать своих целей, уничтожая и отправляя под плаху. Нет. Он не позволит слепить из себя убийцу.

Вой становился ближе и громче. Твари бежали из леса, из своего пристанища, чтобы заполучить лакомый кусок магии. Сайрус тряхнул головой. Плевать, пусть сами разбираются.

― Ты куда? ― послышался растерянный голос Высшей.

Сайрус не ответил. Он больше не участвует в этом.

Глава 7. Коридоры памяти

Когда-то Жнецу Смерти не повезло столкнуться с Угбрами. Тогда его солтор захватывал значительную часть лесного массива, и душа, которую ему нужно было забрать, как раз погибла от лап этой нечисти. Подросток, отдыхающий с семьей, заметил полоску света в ночном лесу. Таким образом Угбры завлекают жертв: ладонями образуя яркий луч, как от фонаря, они привлекают внимание любопытных. Стоило жертве приблизиться, существа ослепляли ее, а потом высасывали жизнь.

Драться, уворачиваясь от соблазнительного света, оказалось довольно сложно. Их способности достаточно сильны. Усложнялось и тем, что нечисти было абсолютно все равно из кого тянуть жизнь. Вспоминая ту встречу, Сайрус до сих пор считает, что ему несказанно повезло. Воля случая подарила ему спасительные несколько секунд. Он промахнулся тогда всего на пару сантиметров, меч прошел мимо короткой, толстой шеи, и в этот самый момент Угбр, потянувшись лапой к его лицу, выдал луч света. Всего секунда. Миг. Клинок отразил ослепляющий поток, лишив зрения своего хозяина.

Сайрус отдалялся от часовни, тогда как Угбры приближались к ней. Ему было интересно, как сильно они смогут приумножить свои силы, заполучив магию Высшего, но продолжал себя убеждать, что поступает правильно. Не мог Жнец простить такого отношения к себе, не мог закрыть глаза на истребление ради собственного удовлетворения. Власть никого не щадит, стоит ей завладеть сознанием. Она ослепляет, туманит рассудок. Способность расставлять приоритеты, мыслить рационально и не обижать слабых из расчета, что ты можешь, поскольку сильней ‒ делает человека человеком. Даже обычный собиратель душ, кто почти не считался человеком, понимал это и старался хранить верность своим принципам. А Высшие...

Позади послышался вскрик Аларии, и Жнец сжал челюсти. Остановился и вздохнул.

― Только помогу. И больше они меня не увидят.

Закрыв темно-карие глаза на мгновение, открыл он уже ярко-синие.

Жнец переместился. Окружившие Аларию шесть монстров, пытались ее ослепить. Высокие и худые, с тремя рядами острых мелких зубов, торчащих из вечно открытой пасти. Кровь на вспоротом плече Высшей пропитала футболку, стекая на замелю двумя струйками. Второй рукой она прикрывала глаза, стоя на земле на одном колене. Не раздумывая, Сайрус достал цепь вечных мук, привлекая внимание Угбр лязганьем. Он смотрел строго себе под ноги, чтобы не попасться в ловушку. Выбросив чуть в сторону цепь, ее кончиком цепляя лапы существа, которые были больше похожи на удлиненные копыта, с приподнятыми в воздух пятками, Сайрус рванул вперед. Упав на колени, он махнул мечом, перерезая сухожилия сразу двум Угбрам. Встретившись взглядом с Высшей, Жнец наконец увидел искреннюю эмоцию, лишенную высокомерия. Она была благодарна, что тот вернулся, и Жнец усмехнулся уголком губ, возвращая себе свойственное превосходство.

В какой-то момент довольно напряженной битвы, Сайруса посетила внезапная мысль, из-за чего он чуть не пропустил удар. Мало того, что ему нравилось то, что происходило: сильный противник, молниеносные реакции, мгновенные решения. Так еще и напарник оказался на удивление превосходным. Они с Аларией действовали слажено, быстро, словно просчитывали действия друг друга. Когда он схватил ее за руку, помогая с силой ногами оттолкнуться от земли, и она запрыгнула прямо на плечи Угбру, Жнец даже на мгновение восхитился. Обвивая ногами его шею и хватаясь за наросты, что росли у монстра вместо ушей, Алария ловко повалила того на землю, свалившись вместе с ним на бок. Отточенное движение – и сай в ее руках, лезвием протыкая глотку нечисти. Из них действительно вышла удивительная команда.

Стоя спина к спине и тяжело дыша, Жнец с Высшей оглядывались по сторонам, выискивая признаки жизни. Им необходима передышка, и отсутствие новых монстров приносило облегчение. Грязные, потные, испачканные противной кровью нечисти, оба молчали. Алария склонилась к коленям, выдыхая.

― Ты как? ― спросил Сайрус, облизывая пересохшие губы.

― Молюсь Садам, чтобы Вистиан поскорее закончил.

― Уже устала? ― усмехнулся он, стягивая пиджак.

― Я только разминалась, ― Алария выпрямилась, сжимая раненую руку.

Сайрус оторвал рукав от рубашки, разворачиваясь к Высшей. Бегло рассмотрев рваные глубокие порезы, он перевязал плечо.

― Ты ранена, твоя магия тоже начнет резонировать? Как скоро нам ожидать новую порцию нечисти?

― Нет, это совершенно другое.

Сайрус уставился на нее с невысказанным вопросом. Они вообще умеют отвечать прямо? Алария выдохнула.

― Глуриан ранен собственной магией. Даже не начинай, ― придерживая рукой плечо, Высшая покачала головой. ― Я не знаю подробностей, но что-то пошло явно не так.

― Мы можем войти к ним? Вдруг его давно прикончили, и мы просто так танцуем с нечистью? ― он внимательно посмотрел на Аларию, решив не начинать спор.

― Танцуем? Ты так это называешь? ― она слабо улыбнулась.

― Бой, так же, как и танец – искусство. Я предпочитаю делать красиво и точно, вычисляя в каком темпе убивать противника. Иногда это вальс, а иногда сальса. Зависит от того, кто передо мной.

Жнец легкомысленно пожал плечами.

― Ты убиваешь Девуров, с ними тоже всегда по-разному?

― Конечно, ― Сайрус кивнул, чувствуя, как оба тянут время.

Он решил уйти, а затем пообещал себе, что останется только чтобы помочь. Он помог, но продолжает стоять и говорить про какую-то чушь.

― А какой танец был сейчас?

― Танго. Это определенно было танго.

Алария усмехнулась, покачав головой. Но тут они услышали отдаленное стрекотание, еле слышные рокочущие звуки, и оба посмотрели друг на друга.

― Надеюсь, это кузнечики, ― неправдоподобно улыбнулся Жнец, сглатывая.

― Нет, это не кузнечики, ― послышалось позади. Вистиан стоял на пороге в часовню, держа левой рукой открытую дверь. ― Нужно убираться отсюда.

― Как все прошло? ― обеспокоенно спросила Алария.

― Наконец-то, ― облегченно выдохнул Сайрус одновременно с ней.

― Тебе нужно будет переместить Глуриана ко мне в кафе, ― обратился демон к Жнецу, потирая грудь.

― Ты его вылечил? Магия больше не присасывает к себе тварей? ― недоверчиво прищурился Сайрус, шагнув в сторону Вистиана.

― Она продолжает резонировать, однако не так сильно, ― ответил он, оглядываясь назад. ― Служитель подлатал его. Ребята, дела обстоят куда серьезней, чем я предполагал.

Алария вопросительно кивнула, но Вистиан не ответил, устало пробормотав «потом». Он позвал их за собой внутрь церквушки, скрываясь в тени глубины. Когда Сайрус приблизился к одной из длинных скамеек, аккуратно обходя птицу, что сидела на спинке, еле там помещаясь, то очень сильно удивился. Перед ним сидел взрослый мужчина, на вид лет пятидесяти, с длинными белыми волосами, с довольно ухоженной короткой бородой и неестественно серой кожей. Одежда напоминала что-то прошловековое: нечто смешанное между доспехами и фиолетовым балахоном. Широкие рукава, закатанные к локтям, оголяли внушительных размеров татуировки, тянущиеся от запястья. Он сидел с закрытыми глазами, медленно дыша. Оглядев его с ног до головы, Сайрус не нашел видимых ран.

― Глуриан, пора, ― обратился к нему Вистиан, осторожно тронув за плечо. ― Жнец доставит тебя в безопасное место.

Третий Высший раскрыл тусклые светлые глаза. Безэмоционально взглянув на Жнеца, перевел взгляд на Аларию, задержавшись на ней. Что бы между ними не происходило, встреча оказалась не такой уж и радостной.

За дверью послышалось копошение, и Вистиан дернулся. Он торопливо помог Глуриану подняться, молчаливо отдав какой-то приказ Солихтейну. Птица неуклюже перебралась к открытому окну и, взвизгнув, улетела.

― Служитель заберет тебя, ― сказал демон Аларии, ― как только мы разберемся с нечистью. А ты, ― он прищурился, глядя на Сайруса, ― будь осторожен.

Сайрус закатил глаза. Ему надоели наставления, ко всему прочему, он собирался покинуть их. И все же отчего-то все еще находился здесь. Быть может, в нем говорил праздный интерес, память-то вернуть очень как хотелось. А возможно, он просто был лучше них вместе взятых.

Подхватив Высшего под локоть, Сайрус мило улыбнулся.

― Мое почтение, ― с издевкой произнес он, закручивая себя вместе со спутником.

Ощутив ногами твердый пол подвала забегаловки Вистиана, Жнец еле удержал Глуриана. Того повело в сторону от перемещения.

― Мне стоит вернуться и помочь, ― Сайрус склонил голову чуть набок, оценивающе рассматривая Высшего. ― А вы подождете здесь.

― Они справятся, ― хриплый низкий бас прозвучал властно. ― Как им удалось убедить тебя? Ты же ни черта не помнишь.

Ну вот, начинается. Бесполезный Жнец. Никчемный Жнец. Ни на что не годный Жнец.

― Ни спасибо тебе, ни выпивки за ваш счет, ― Сайрус почесал подбородок, ловя себя на мысли, что этот представитель Садов ему нравится даже меньше, чем выскочка Алария.

― Ах, простите мне мои манеры, я сегодня не в форме, ― Высший сел на тот самый стул, где совсем недавно сидел Девур на своеобразном допросе. ― Во мне не так много магии, Жнец, но я постараюсь запустить восстановление твоей памяти. Процесс не из приятных, да и не быстрый. Тебе придется приложить немало сил, чтобы все получилось.

― Мне? ― удивился он.

― Естественно. Память – вещь хрупкая. Но она твоя, и только ты сам сможешь помочь себе. Я лишь сниму запрет.

Зачесав рукой челку назад, Сайрус отошел к стене, наваливаясь на нее спиной.

― Твои друзья сказали, что это заклинание чародеев, из-за которого все Жнецы лишены памяти.

Высший приподнял бровь от очевидного фамильярного обращения. Но что уж теперь до соблюдений формальностей, когда они все здесь мир спасать собираются. Сайрус продолжал с вызовом смотреть в глаза Глуриану, и тот выдохнул.

― Любое магические вмешательство ставит блок. Это может сколько угодно быть изощренный метод, но факт остается фактом: только ты сам способен полноценно восстановить память. Я еще не знаю, что именно они сделали с вашими мозгами, но постараюсь распутать этот клубок.

― Когда приступим? Я лично свободен, а ты?

Глуриан раскатисто рассмеялся, наполняя помещение своим плотным голосом.

― А ты мне нравишься, Жнец, ― он потер лицо руками, хлопнул себя по коленям и встал. ― Многие на твоем месте боялись бы глаза поднять.

― Вот мы и нашли очевидный плюс потери памяти, ― усмехнулся Сайрус. ― Одному из вас я чуть не вспорол брюхо, вторая слишком раздражительная особа. То, что вы Высшие не делает вас Богами, перед кем стоит трепетать. Я уважаю знания о вас, мне известно, какую роль вы играете в мироздании. Но уважение и слепое преклонение разные вещи.

― Тут ты прав, мы не Боги, ― Глуриан приблизился. ― И ты вряд ли захотел бы с ними познакомиться. Не все из них такие приятные и милые, как я, например. За Садами Перерождений скрывался Дорус, открыв который ты попадал в Йол, а оттуда и к Богам[1]. Раньше Сады находились на их территории, но жадные правители сами разрушили то, чем владели. И дороги в их владения больше нет. У них там свои порядки. Сейчас мы сами по себе, а они сами по себе.

― Чудненько, ― улыбнулся Сайрус, хотя на мгновение его удивило такое простое упоминание Богов.

― На людской земле наша магия слишком мала, ― Глуриан потер руки. ― Закрытие Садов не оставило нам выбора, мы лишились могущества почти полностью. Смотри на меня, и расслабься.

― Подожди, а как же твои раны? Ты уже поправился? Что с тобой вообще произошло?

― Хтаж добросовестно справился со своей задачей, не переживай об этом.

― Хтаж? ― Сайрус нахмурился, пытаясь разобраться во всем этом.

― Сейчас это не должно тебя волновать, ― отрезал Глуриан и шагнул к нему еще ближе.

Жнец не успел ответить, уточнить, что именно тот собирается сделать, как Высший схватил его за голову. Его глаза побелели, а от прикосновения по телу разошлось тепло с покалывающим ощущением. Навязчивое давление появилось в висках, и Сайрус провалился в собственные воспоминания, заигравшие чересчур живыми картинами.

Он летел по коридорам памяти с ярким чувством падения. События вспышками взрывались перед ним, осыпая позабытыми мелочами. Иногда он замедлялся, а целые комнаты с прозрачными стенами проносились мимо него. Он ощущал себя полностью, чувствовал свое тело, но находился словно в другом измерении. Попытавшись пошевелить рукой, Жнец наблюдал, как она с запозданием поднимается, оставляя за собой тянущийся призрачный след. Он хотел оглядеться, но не успел, провалившись дальше. Схватки с Девурами, одинокие обеды, короткие беседы. Души, протягивающие руки в ответ на его зов. Сменяющие друг друга города и страны.

Чем дальше он летел, тем тусклее становились воспоминания. Они мутнели и казались чужими. В какой-то момент Сайрус почувствовал, как замедляется скорость падения, словно что-то не давало ему опуститься глубже в свою память. Картинки хаотично мелькали перед ним, путались, переплетались. Пытаясь разглядеть в них что-то конкретное, Сайрус сморщился от резкой боли по всему телу. Он только что видел поляну, усыпанную ярчайшими цветами и фонтаны, расплескивающие струи блестящей воды, но видение испарилось. Вместо него Сайрус увидел самого себя. Он находился в Солна́се – месте, где существует Совет, и куда Жнецы Смерти отправляют души для перерождений. Ему вручают меч, сияющий голубым светом. Это что, посвящение в Жнецы? Только вот тех, кто находился там еще, он не мог разглядеть.

Почувствовав толчок, Сайрус сделал глубокий вдох, будто вынырнув из забвения. Он находился у себя в голове, но чувствовал чье-то присутствие. И хорошо бы это был Высший. Его протолкнули глубже, но давление усилилось. Тело начинало потряхивать, и навязчивые картины сомнительного посвящения продолжали всплывать перед ним. В какой-то момент Жнец ударился об стену. Шершавая и ребристая, она не пропускала дальше, создав тупик. Коридоры памяти сужались, темнея, а всполохи одного и того же воспоминания появлялись с разных сторон.

Внезапно все прекратилось. Жнец почувствовал свободу и задышал чаще, пытаясь справиться с возникшим головокружением. Глуриан задумчиво смотрел в сторону, сложив на груди руки.

― Что это было? ― хрипло спросил Сайрус.

― Твоя искалеченная память, ― ответил Высший, с прищуром смотря на Жнеца. ― Они поступили довольно банально, заменив твои настоящие воспоминания ложными. И блокировали доступ к прошлой жизни.

― Я видел что-то похожее на посвящение. Так появляются Жнецы Смерти?

Сайрус понимал, что это уж точно вряд ли, но хотел убедиться.

― Разумеется нет! По-твоему, твой меч – это сила, которая делает тебя тобой? ― Глуриан насмешливо приподнял бровь.

― А есть у меня сейчас выбор в мнении, скажи? В моей голове нет табличек с подсказками, что считать ложью, а что нет, ― он эмоционально потыкал пальцем себе в висок. ― Может лучше ты скажешь, как собираешься исправить все это?

Высший нахмурился, но Сайрусу было плевать. Это он им нужен, чтобы спасти вселенную, а не наоборот. Так пусть делают свою работу, а он потом сделает свою.

― Жнец Смерти – это не человек, это энергия, магия. Сущность в чистом виде, выбирающая себе носителя. Когда душа покидает тело, энергия ищет достойного. Жнец Смерти – это награда, Сайрус, которую ты получил. Вот твое перерождение! Чародеи уж точно не имеют к этому никакого отношения, точно так же, как и мы.

Глуриан сделал несколько шагов по помещению, заложив руки за спину. Его броня-плащ смешно развивался у пяток, а татуировки делали весь его наряд глупым.

― Меч – твое продолжение, ― вновь заговорил он. ― Сияние – твоя сила. Когда ты вспомнишь, ты узнаешь, что искусство боя и скорость, не все твои возможности. Магия Жнецов сильна.

― Как ты собираешься сломать барьеры? ― прямо спросил Сайрус, скрывая собственное впечатление от услышанного.

― Дело в том, что их нельзя ломать. Ты видел эту стену? Если я попытаюсь что-то сделать с ней, то ты можешь лишиться вообще всей своей памяти. Нужно быть очень осторожными, чародеи неплохо подстраховались, ковыряясь в ваших мозгах.

Ясности данный ответ никакой не внес, только еще сильнее запутал. Сайрусу нужны были четкие ответы, решения, план, в конце концов. А не вот эти расплывчатые неопределенности. От мысли, что в его голове хорошенечко поковырялись, становилось тошно.

В этот момент в подвал вошли Вистиан и Алария, которая выглядела разъяренной и потрепанной. Сайрус даже хотел колко пошутить по поводу ее взъерошенного вида, но вместо этого издал какой-то крякающий звук. Высшая кинула на него незаинтересованный взгляд и отвернулась.

― Как прошло? ― поинтересовался Глуриан, обращаясь к Вистиану.

― Их было не так много, всю работу в основном сделала Алария, ― демон нежно улыбнулся Высшей, на что та подарила ответную улыбку.

Сайрус фыркнул.

― Что у вас? Жнец не сломал тебе конечности, пока переносил? ― едко спросила она, снимая митенки[2] и бросая прямо на пыльный пол.

Сайрус хотел возразить такому грубому замечанию, но Глуриан опередил его. Властный, грубый бас пронесся по помещению.

― Я успел побывать в его голове, ― сказал он.

Открыв рот, чтобы прокомментировать то, что с ним происходило, Жнец даже шагнул вперед, но ему опять не дали этого сделать. Эти Высшие чересчур заносчивые!

― И что там, что-то интересное? ― Вистиан достал какую-то банку с полки стеллажа и передал Аларии.

― Барьер и ложные воспоминания, ― Глуриан пожал плечами, словно это пустяковое дело, встречающееся на каждом шагу. Словно они обсуждали сейчас не мозг Жнеца.

― Ты сможешь вернуть ему память?

Глуриан наклонил подбородок, каким-то странным взглядом осматривая Высшую. А она тут же увела свой в сторону, будто ей стало неловко. Сайрус мысленно поставил метку разузнать, что же между ними произошло.

Быстро открутив крышку, она двумя пальцами подцепила остро пахнущий крем из банки, что передал ей Вистиан, и нанесла на рану на плече. Магия встретила субстанцию с легким шипением, начиная активнее затягивать кожу.

― Моей магии не хватит, чтобы сделать все быстро и без вреда для него. Мне придется медленно окутывать его сознание, вытаскивая по кусочкам истинное прошлое. Это опасно, ― громко сказал он, поворачиваясь к Жнецу, ― и больно! Нам предстоит долгий путь, Жнец. Но для начала...

Высший выдержал драматичную паузу, из-за чего Сайрусу захотелось проехаться кулаком по его высокомерному лицу. Но вместо этого он покрутил нетерпеливо рукой.

― Для начала нам придется провести некоторое время вместе, чтобы между нами возникло доверие.

[1] Отсылка к книге «Боги Танрилла» Анны Дуплиной. Книги «Собиратель душ» и «Боги Танрилла» являются частью одной вселенной, но между собой не связаны.

[2]Ми́тенки, мите́нки — перчатки без пальцев, удерживающиеся на руке с помощью перемычек между пальцами или за счет пластических свойств материала, из которого они сделаны.

Глава 8. Начало чего-то серьезного

Сайрус прищурился, подавшись слегка вперед. Он не ослышался? Провести время вместе? Ни Вистиан, ни Алария не выглядели удивленными или озадаченными. Напротив, Вистиан одобрительно кивнул, а Алария продолжала намазывать себя отвратительным чем-то.

― Прости, Глуриан, мне кажется я не так тебя понял, ― на высоких нотах начал говорить Жнец, но Высший не дал ему закончить, приподняв ладонь.

― Все именно так, как я и сказал. Для того, чтобы нам удачно вернуть тебе память, предстоит немного... как бы это сказать, ― он пощелкал пальцами, ― сблизиться, понимаешь?

― Нет, не понимаю, ― Сайрус нахмурился, не представляя, как они будут сближаться. ― И что вообще значит «сближаться»? ― он показал пальцами кавычки, делая шаг назад. ― Мы уже достаточно близки! Так близки, что ближе некуда! Ты залез ко мне в голову, ничто так не сближает, как побывать у кого-то в голове. Уж поверьте, это ближе, чем с кем бы то ни было! Так что давай, расчехляй свою магию, и начинай исправлять мне память.

К концу своего монолога голос Жнеца Смерти, обычно сопровождаемый притягательной хрипотцой, сорвался на фальцет. В поисках поддержки он обернулся к Вистиану и Аларии. Последняя закрыла рот ладонями, прижавшись к спине демона, чтобы хоть как-то себя сдержать, а сам демон ржал без стеснения, запрокинув голову назад. Поддержка, называется! И это после всего, через что они вместе прошли?

В этот момент своего негодования, Сайрус почувствовал, как нагревается кольцо. Душа. Облегченно выдохнув, он сообщил всем, что работа не дремлет и у него есть прямые обязанности, выполнение которых не обсуждается. Впрочем, ему никто и не возражал. Окинув еще раз всех презрительным взглядом, Жнец покинул закусочную «Подкрепись».

На город опустился вечер, принеся с собой теплый ветер и ароматы листьев вперемешку с ненавязчивыми нотами цветов. Кольцо отдавало пульсацией, поторапливая Жнеца Смерти, и, развернувшись на пятках, Сайрус направился в сторону будущей смерти.

Приближаясь к новой душе, Жнец точно знал, что в ближайшие дни не вернется в кафе Вистиана. Ему нужно все обдумать, не то чтобы перспектива подружиться с Высшим его пугала, но вызывала странное ощущение неправильности. За столь короткий срок Сайрус по несколько раз испытывал одни и те же эмоции: непонимание происходящего буквально сопровождало каждый его шаг. Он уже и забыл, как это ‒ просто собирать души, защищая их. Как получать удовольствие от схваток с Девурами, а потом наслаждаться вкусной едой. Но сильнее всего его смущали собственные воспоминания, оказавшиеся фальшивками. На самом деле он даже и этого не помнил, но увидев, как чародеи в Солнасе вручают ему меч, можно было решить, что именно так и происходит назначение.

Душой оказался мужчина примерно его возраста, в котором он существовал ‒ от тридцати до тридцати пяти лет. Болезнь высосала жизнь слишком быстро. Он стоял, безэмоционально глядя на свое тело. Вокруг мельтешили родственники и врачи, протекая потоком мимо них. Как только Сайрус подошел к нему, он поднял пустые глаза, безмолвно принимая все, что должно случиться. Возможно, бесполезная борьба за жизнь лишила его возможности реагировать хоть как-то. Протянув руку, Жнец ровным тоном произнес фразу, предлагая отправиться в новый мир. Мужчина принял предложение, вложив свою руку в ответ и растворился, оставляя после себя мягкий свет. Вот так быстро. И даже Девуры, чье приближение Сайрус чувствовал, не успели к застолью.

Выйдя из квартиры, Жнец остановился в ожидании демонов. Их было двое, и они продолжали бежать, хотя должны были понять, что душа собрана. Сайрус спускался не спеша, поигрывая зонтом. Размяться перед заслуженным отдыхом не такая уж и плохая идея. Как только он открыл входную дверь, не успев даже выйти, в него влетело два тела, опрокидывая на спину. Падальщики вдвоем прижали его к полу, скалясь и проливая на него свою слюну. Сайрус успел выставить зонт перед собой, и теперь, это единственное, что мешало демонам разорвать ему глотку. Он улыбнулся, прекрасно зная, что сейчас будет. По всему телу прокатилась волна предвкушения и возбуждения, глаза зажглись синим огнем, а зонт, что так удачно находился на уровне их шеи, превратился в меч, ослепив Девуров голубым сиянием. Один из них зажмурился. Второй откинул морду назад. А Сайрус, с силой дернувшись, подался вперед, скидывая с себя демонов. Вскочив на ноги, он отсек голову одному, а затем второму.

Желая скорее снять с себя вонючий костюм и помыться, Жнец переместился к двери в свою квартиру. Ему казалось, что от него несет за версту. Сначала он решил, что ошибся адресом. Но интерьер и мебель уверяли его в обратном. Однако кое-что в гостиной не должно было здесь находиться. Точнее, кое-кто. Глуриан! Он сидел на его диване в его банном халате, закинув свои длинные ноги на журнальный столик.

— Какого хрена ты делаешь в моей квартире? — воскликнул Сайрус охрипшим голосом.

Высший даже не вздрогнул, лишь лениво повернул в его сторону голову и широко улыбнулся.

— Какой высокий слог, Жнец Смерти, — насмешливо проговорил он. — А я считал вас культурными.

— Ох, простите. Не могли бы вы просветить меня по какой такой важной причине ваша Высшая задница сидит на моем диване, обернутая в мой домашний халат?

Сайрус театрально поклонился, а Высший хохотнул, ерзая на месте.

— Мы же договорились, что нам следует узнать друг друга чуть лучше, чтобы моя магия не сломала тебе мозг своим вмешательством.

— Мне кажется, в данную минуту твое тело ломает мой мозг своим вмешательством.

— Ты знаешь, какое бытует мнение на счет вас, Жнецов? — невинно поинтересовался Глуриан, разворачиваясь вполоборота к Сайрусу и закидывая руку на спинку дивана. — Что сущность Жнеца выбирает себе душу, кто прежде находилась в теле англичанина. О, подожди спорить. Я объясню. Обычно вы уравновешенные, приветливые, вас отличает изящество манер и изысканная вежливость. Все то, что сочетает в себе британский менталитет. Но глядя на тебя, мне кажется, что сущность Жнеца ошиблась, выбрав для себя в качестве носителя заносчивого, чопорного придурка.

— После перерождения душа обновляется, а не остается прежней. Странно, что ты – Высший – об этом не в курсе, — Сайрус скривился, всем своим видом демонстрируя недовольство.

— Что сегодня на ужин? — проигнорировав замечание, Глуриан опять поерзал, устраиваясь поудобнее. — В твоем холодильнике засохший сыр и прокисшая сметана. Что ты вообще собирался готовить?

Уже почти удалившийся в спальню Жнец замер на месте. Он категорически отказывался принимать данную ситуацию. Сколько еще ему предстоит вытерпеть? За что мироздание так с ним поступает?

— Не беда, мы можем поесть у Вистиана в ресторане, — сам себе ответил Высший.

— Ресторан – слишком громкое слово для его забегаловки, — нашелся с ответом Сайрус и громко хлопнул дверью напоследок, ставя точку в бессмысленном разговоре.

Они безнаказанно вторгаются в его жизнь, в его квартиру, в его разум! А что дальше? Натянут на себя его шкуру? Повесив зонт на стену в специальную нишу и брезгливо скидывая с себя вещи, Жнец залез в душевую кабинку, включая горячую воду под сильным напором. Вдохнув полной грудью, он оперся руками о стенку и опустил голову. Вода стекала ручьями, пуская по телу множество мурашек. Он устал и отчетливо это понимал.

Хорошенечко помывшись, Сайрус оделся в легкие трикотажные штаны и свободную футболку, причесал волосы, чтобы они не торчали в разные стороны, когда полностью высохнут, и тихо открыл дверь. Глуриан по-прежнему сидел на его диване. Он рассматривал собственные руки, которые заполняли татуировки. Сайрус не мог видеть с такого расстояния, что именно там высматривает Высший, но вполне мог сделать вывод, что тот просто красовался собой.

― Мы будем действовать постепенно, ― заговорил Глуриан, не отрываясь от своего занятия, и Жнецу пришлось покинуть свое укрытие. ― Я вижу предназначение души и хочу попробовать пробраться к твоему. Возможно, это даст толчок к разрушению заклинания.

Сайрус остановился за спиной Высшего, внимательно слушая. Он взглянул на его руки и его брови поползли вверх. Татуировки, изображающие какие-то символы, плавно двигались по коже, менялись местами, переплетались, выстраиваясь в новые фигуры.

― Что это? ― он перегнулся через спинку, указывая пальцем на необычное явление. Он даже сказал бы, что не очень приятное для глаз, явление.

― Моя магия, ― мягко ответил Глуриан, будто зачарованный ей же. ― Обычно это выглядит не так, но, как я уже говорил, на смертной земле я слаб.

― Я думал, что Сады дают вам полную силу, ― Сайрус обошел диван, но не спешил присаживаться рядом.

― Это взаимообмен, ― Высший усмехнулся, покачав головой. Каждый из них, когда начинал говорить о Садах, становился сентиментальным, и Жнец мог понять это. ― Мы питаем Сады своей магией, а Сады умножают наши силы. Если чародеи захватят их, и магия возродится другой, ― он поднял ожесточенный взгляд, ― лишимся всего не только мы. Вистиан объяснял тебе, но я хочу убедиться, что ты понимаешь, чем грозит победа чародеев.

― Почему нельзя подняться в Солнас и убить их? Зачем ждать, когда они начнут действовать?

― Кто это сделает? Мы почти бессильны, ― он развел руками в стороны, и Сайрус не смог не проследить, как узор на коже змейкой переполз в другую сторону. ― Для этого нужно собрать всех Высших.

― Для чего вам я?

― Синие и черные Жнецы никогда не собирали души на земле, ― Глуриан расставил ноги и облокотился на них, и Сайрус так неуместно поблагодарил мироздание, что Высшие носят исподнее. ― Они были защитниками врат, предотвращая вторжения со стороны нечисти. Они воины, борцы. Беспощадны и бескомпромиссны. У синих и черных Жнецов особая магия. Без них нам не защитить Сады Перерождений.

― Тогда нам понадобятся все Жнецы Смерти. Я хоть и бриллиант нашей команды, но лучше, когда больше, ― он дернул головой, смахивая челку с глаз, что со стороны, вероятно, показалось чересчур пафосным.

В дверь с силой постучали четыре раза. Сайрус нахмурился, не припоминая, чтобы к нему хоть раз кто-то приходил. Стук повторился с новой силой. Открывая дверь, Жнец никак не ожидал увидеть у себя на пороге Вистиана, который без приглашения вошел внутрь.

― Откуда вам всем известен мой чертов адрес? ― возмущенно спросил он, и добавил уже тише, ― проходной двор какой-то.

Демон прошел в гостиную, на его лице играли скулы, а сам он нервно сжимал и разжимал кулаки.

― Алария пропала.

Глуриан вскочил с дивана так быстро, что халат сполз с одной стороны, оголяя левую сторону груди, исписанную татуировками. Он убрал с лица длинные белые волосы и прищурился.

― Что ты сказал?

― Алария! Она пропала! ― Вистиан потер лицо, выдыхая.

― Ты уверен? Возможно, она просто куда-то ушла? ― Сайрус предусмотрительно налил стакан воды, чтобы отдать демону, но выпил сам.

И Глуриан, и сам Вистиан посмотрели на него, как на идиота, и Жнец закатил глаза. Он не настолько знаком с ними, чтобы начать паниковать.

― Она пошла выбросить мусор. Обычно службы забирают его рано утром, и Алария привыкла готовить контейнер с вечера, ― Вистиан запинался, постоянно теребя свою шевелюру. ― Через какое-то время я понял, что она как-то долго и пошел проверить, что ее задержало. Но на улице ее я не нашел. Ее похитили.

― Кому понадобилось... ― начал Жнец, но Вистиан громко шикнул на него.

― Ее похитили чародеи, ― закончил он, сосредоточенно глядя на Глуриана.

― Метка? ― спросил тот.

Вистиан кивнул, вновь потирая лицо.

― Метка? Чародеи? Можно чуть больше подробностей? ― потребовал Сайрус.

― Когда чародеи используют магию, они оставляют после себя магический след, точнее их магия оставляет. Видеть это могут только Высшие маги, поскольку когда-то сами лично отбирали Совет. Не думаю, что это совпадение. Метка есть, а Аларии нет.

Сайрус задумался. Он не испытывал сильных переживаний. Он вообще считал похищение неразумным поступком. Какой в этом смысл, если чародеи так скрытны, затеяв творить переворот и захват Садов? Выступать так агрессивно и так грязно, похищая Высшую, и тем самым выставлять свои действия напоказ. Если только они не знают, что оставляют после себя след... Но и это кажется бредом. Пока Сайрус размышлял, в комнате разразился настоящий спор. И предметом этого спора почему-то являлся Жнец Смерти. Вистиан с набухшей веной на лбу настаивал, чтобы именно он отправился в Солнас выяснять подробности и спасать Высшую. А Глуриан твердил, что слишком рано, если все они скомпрометированы. Сайруса по-настоящему начинало злить, что они вечно общаются между собой о нем так, словно его нет и в помине рядом. И принимают решения, будто он бесполезная пешка в их великой игре.

― Я с удовольствием поучаствую в вашем разговоре, ― вклинился он, прерывая гневный монолог Вистиана.

Тот обернулся, хмуро глядя на Жнеца, а затем со вздохом опять повернулся к Глуриану.

― Не больше часа. Буду ждать вас в кафе, ― бросил он так, словно делая одолжение.

Жнец проводил взглядом демона, покидающего его квартиру, а затем скрестил руки на груди. Глуриан растирал предплечья, желваки ходили ходуном на вытянутом остром лице. Он явно сомневался, а Сайрусу не нравилось видеть неуверенность.

― Ты хочешь залезть ко мне в голову? ― спросил он.

― Да.

― Но ты колеблешься, потому что?..

― Не беспокойся, я не поджарю твой мозг, я просто не до конца уверен, что все получится. Садись, ― он указал рукой на диван, затягивая потуже пояс халата.

Сайрус сел, ожидая вновь вторжение в свою голову и полеты по памяти. Но в этот раз все было по-другому. Отодвинув журнальный столик в сторону и присев на корточки, Глуриан взял Жнеца за руки, закрыв глаза. Его татуировки зашевелились активней и начали перетекать к нему. Сначала символы коснулись пальцев, затем кистей, потом запястий, а дальше перетянулись и на предплечья. Сайрус ничего не чувствовал, зато по лицу Высшего видел, насколько ему дискомфортно. Кожи слегка касалась прохлада, подобно пролетавшему мимо ветерку, но чем сильнее символы завладевали руками Жнеца, тем отчетливей тот ощущал давление. Покалывающая легкая боль появилась над правой бровью, и Сайрус зажмурил глаз. Он старался не отводить взгляда от магической татуировки, что оплетала его руки, но, когда обжигающая боль перескочила на лоб, как лава, растекаясь по лицу, он не смог больше сдерживаться. Ему хотелось сжать каждую мышцу, возможно, вырвать себе глаза от того, как сильно те горели. Он напрягся всем телом, жмурясь со всей силы. Лучше бы его снова прокатили по коридорам памяти, швыряя по комнатам. Он хотел спросить долго ли еще все это будет продолжаться, но не мог пошевелить губами. Руки же продолжали чувствовать холод, тогда как лицо, казалось, окунули в чан с кипятком.

В какой-то момент Жнецу показалось, что его целиком охватила агония, сознание перестало подчиняться ему, и не контролируя себя, он вскочил с дивана, отталкивая Высшего назад. Вытянув руку в сторону, он раскрыл ладонь. Глаза сверкнули синим, а зонт моментально оказался в крепкой хватке. Он наставил сияющий меч на Глуриана, тяжело дыша. Только тогда, когда Жнец ощутил свою силу, а пальцы привычно сжимали рукоять клинка, он начал приходить в себя. Осознанность возвращалась, и, увидев лежащего на ковре Высшего, опирающегося на локти и довольно улыбающегося, Сайрус опустил меч.

― Что это было? ― прохрипел он и взглянул на свою руку, в которой снова был зонт. ― И как это оказалось у меня?

Не без труда Глуриан поднялся, заправляя волосы за ворот халата. Сайрус не мог понять, ехидная ухмылочка Высшего означает радость или он невероятно зол?

― Твое предназначение, Жнец, ― гордо заявил он. ― Оно всегда было при тебе, но так как тебе пришлось немного свернуть со своего пути, твоя истинная магия задремала, блокированная ложными воспоминаниями.

― Я что... я могу призывать свое оружие? На каком расстоянии? Всегда? Что еще? Я теперь все помню?

Глуриан низко рассмеялся, направляясь в спальню Сайруса.

― Не все так просто, Жнец, ― пробасил Высший. ― Мы только начали.

Он скрылся за дверью, а Сайрус оставался на месте, осознавая произошедшее. Слышать от Вистиана и Аларии, что в нем заключена магия, о которой он не подозревал было... нейтрально. Он никак не воспринял на тот момент эту информацию, пропустил мимо ушей, не обратил внимания. Но сейчас... Одного ощущения собственных возможностей меняло что-то внутри. Его сила... он не мог чувствовать ее в полной мере, не мог обрисовать ее словами, но это было по-другому. И теперь он сделает все, чтобы вернуть себе себя.

Он резко поднял голову, когда в мыслях промелькнула Алария. Ее похитили, и Вистиан хочет, чтобы именно он отправился за ней в Солнас. Только вот он понятия не имел, что ему там делать. Под каким предлогом заявиться к Совету, как искать похищенную? Ему придется сражаться? В голове боролись две реальности, ожесточенно пытаясь друг друга задушить. С одной стороны его знания кричали, что он никогда не принадлежал Садам, а идти против тех, кто создал его – Жнеца Смерти ‒ величайшая ошибка вселенной. Но с другой стороны, теперь он знал правду, хоть и поверхностно. Это чародеи никогда не имели к нему никакого отношения, а сам он защитник врат.

Глуриан определенно прав: ему рано соваться в разборки. Ему нужно вернуть память. Как раз в этот момент из спальни появился Высший, облаченный в свой непонятный наряд. Верхняя часть одежды с металлическими вставками красно-фиолетовых цветов, подобно броне, обтягивала крепкое тело и спускалась четырьмя лоскутами с позолоченными краями до колен. Плотно обхватывающие ноги серые штаны сидели на нем, как вторая кожа, а накидка ‒ а-ля плащ ‒ развивалась при каждом шаге.

― Как ты? ― осторожно поинтересовался он, поправляя широкие рукава.

― В растерянности, может, чуть-чуть в предвкушении, ― без сарказма ответил Сайрус, сам себе удивляясь.

― Я тут подумал, ― Глуриан вздохнул, почесав бороду, ― чародеи довольно кропотливо поработали, желая замести все следы. Предназначение, оно на самом деле очень сильно. Даже когда ты сбиваешься со своего пути, оно всегда будет тебя направлять, подсказывать. Они предусмотрели это, чтобы вы – Жнецы – чувствовали удовольствие, защищая души, но не чувствовали, что этого мало для вашей сущности. Понимаешь меня?

― Не совсем, ― признался он. ― Это трудно в одночасье пересмотреть все свои взгляды, отказаться от своих принципов...

― Тебя никто не просит от чего-то отказываться!

― Однако есть разница между защитой душ и защитой врат Садов, которые ты считал несуществующими. Высшие для меня канули в небытие вместе с их магией, понимаешь? А теперь ты стоишь передо мной! ― Сайрус всплеснул руками, как обиженный ребенок.

Он еще раз кинул на Глуриана недовольный взгляд и ушел собираться. У него нет возможности на заслуженный отдых. И времени во всем разобраться, судя по всему тоже.

Глава 9. Солнас

В закусочной Вистиана всегда было довольно оживленно в вечернее время, но сегодня почти все столы оказались занятыми. Складывалось ощущение, что все сговорились, чтобы посетить именно это кафе. Две официантки носились с заказами, что-то постоянно выкрикивая в сторону кухни. Сам же Вистиан сидел в дальнем углу, скрытый от глаз любопытных и сосредоточенно разглядывал свой бокал. Что-то неприятное кольнуло в груди Сайруса, когда демон заметил их. В его взгляде отчетливо сверкало беспокойство.

Жнец уже почти дошел до столика, как его кто-то толкнул.

― Пардон, ― прозвучало томным голосом.

Девушка пошатнулась, чуть не расплескав на пол янтарную жидкость. Ее пальцы с ярко-красными ногтями крепко сжимали бокал, а сама она закусила нижнюю губу, второй рукой отбрасывая назад длинные черные волосы.

― Сара, ― с придыханием произнесла она, облизывая не совсем приличным взглядом Сайруса с ног до головы и протягивая руку.

Сайрус посмотрел на протянутую руку, затем на покачивающееся тело, и, наконец, взглянул в глаза. Красивая и пьяная девушка продолжала выжидательно наблюдать за ним, но Жнецу сейчас явно было не до флирта. Он почти удержался, чтобы не скривиться. Почти. Покачал головой и ушел, услышав в спину «отказываться от удачи дурной тон».

― Нашел время! ― осуждающе воскликнул Глуриан, стоило Сайрусу сесть за столик.

― Что? Да я не...

― Не стоит, ― Высший выставил ладонь, почти ударяя ей по лицу Жнеца.

Сайрус зло выдохнул. Он чувствовал на своей спине взгляд, что еще сильнее распаляло в нем огонь раздражения. Передернув плечами, будто это могло помочь избавиться от ощущения, что тебя прожигают, он уставился на Вистиана.

― Итак?

― Тебе придется идти за ней в Солнас, ― твердо сказал он.

― И что я должен там сделать? Что я скажу чародеям? Вы сами утверждали, что нельзя раскрывать себя, а тут я, да еще и за Высшей.

Сайрус нервно постукивал ногой, пытаясь совладать с собой. Он почему-то начинал испытывать нервозность и волнение, не свойственное ему. Он никогда не боялся встретить опасность лицом к лицу. Только вот Девуры не казались ему опасными, а встречи с ними приносили предвкушающее удовольствие, но никак не страх. Страх! Как только эта мысль закрепилась, прострелив все тело раскаленной иглой, Жнец замер. Этого просто не может быть! Ему неведом страх. Отчасти потому, что он знал, что его ждет. А что сейчас? Неизведанная территория, пропасть. Ведь от его ошибки, неосторожного слова, неправильного действия может пострадать не только Алария, но и все они.

Ответственность. Еще одно осознание повисло тяжелым камнем на его плечах. Он поднял настороженный взгляд на Вистиана. Тот смотрел на него в ответ, не отрываясь. Быть может, демон его прекрасно понимал, а потому молчал, ожидая хоть какого-то ответа. А может, он сам погряз в раздумьях, это же его подруга в опасности.

Быть одиночкой слишком легко. Ты не держишь обязательств ни перед кем, кроме себя. Ты не боишься оступиться, зная, что подведешь лишь себя и сам же с этим справишься. А вот играть в команде – совсем другое дело.

― Не знаю, что у вас за ментальный обмен, но нужно что-то решать. И сейчас, ― пробасил Глуриан, облокотившись на стол и наклонившись вперед. ― Я не понимаю только одного: как она допустила, чтобы ее схватили? Это же Алария!

― А как ты ранил сам себя, ты же Высший! ― вернул ему колкость Вистиан. Он напрягся и края коротких рукавов черной футболки натянулись.

― Почему вы решили, что ее нужно спасать? ― Жнец тоже наклонился вперед, чтобы их никто не смог подслушать. ― Подождите, я серьезно. Чародеи не знают, что вы их раскрыли и собираетесь им помешать, так? Все может быть куда проще: кто-то ее увидел, пригласил на чай, поболтать и вспомнить былые времена. Разве такого не может быть?

― Может, ― уверенно кивнул Глуриан, и Сайрус уже хотел облегченно выдохнуть, но выдох застрял на половине пути. ― Чтобы убить.

― То есть?

― Жнец, неужели ты все еще не понял? Чародеи мечтают взобраться на пьедестал, захватить власть и завладеть магией. Живая Высшая – живая опасность. Препятствие, помеха, ― он говорил быстро, но твердо, с ярким пламенем в глазах, что сомневаться в его словах не приходилось. ― Если она ничего им полезного не сможет рассказать, то и пленницей не будет.

― Как раз пленницей она и будет, они не смогут ее убить, ― Вистиан прокатил стакан от одной руки к другой.

― От чего же им в таком случае не объявить охоту на вас всех? Переловить и... что там они собираются делать?!

Сайрус сам не знал, почему продолжал спорить. Все вроде и так очевидно, объяснения логичны. Идти против Высших – риск. А судя по всему, чародеи не привыкли так рисковать, и все же... Он никак не мог взять в толк, для чего похищать Аларию. Кто будет следующим, и будет ли вообще?

― Скажи, знай мы обо всем наперед, имей мы на руках все их дальнейшие шаги и планы, сидели бы мы сейчас здесь? ― лицо Вистиана было мрачным. Он и так не отличался весельем, а сейчас и подавно выглядел не живее мертвецов.

Жнец промолчал, мысленно соглашаясь с ним. Однако он все еще не понимал, что ему нужно будет сделать и как. Именно этот вопрос он и озвучил двум Высшим, что сидели в ожидании от него каких-либо действий.

― Найдешь чародеев, скажешь, что проблема с душами, придумаешь что-то, ― настойчиво проговорил Глуриан, сцепив руки в замок. ― Импровизируй, но не лезь на рожон. Твоя задача: найти Аларию и доставить ее сюда.

― Сюда нельзя! ― тут же воскликнул Вистиан, и сразу понизил голос почти до шепота. ― Если ее отсюда забрали, то вполне могут попытать счастье вновь. Если мы не опоздали, то Алария будет оставаться в опасности до тех пор, пока мы с ними не разберемся.

― Я заберу ее к себе, ― немного подумав, ответил Сайрус, одергивая рукава черного пиджака. ― О моей квартире они ничего не знают.

Вистиан нахмурился и кивком головы попросил объяснить.

― Дело в том, что каждый раз, когда нас переводят, то выдают место, где мы будем жить. Логично же? ― он подождал, пока Высшие кивнут и продолжил. ― А я это место меняю, чтобы никто не знал, где я.

Сайрус развел руками, демонстрируя свою гениальность и принципиальность, что оказались сейчас действительно полезными навыками. Он встал и оглядел двух мужчин нечитаемым взглядом. Кивнул сам себе и вышел из кафе.

Жнец Смерти шел по улице, окутанный пледом опускающихся сумерек. Плотно сжатая челюсть и играющие скулы выдавали его нервозность, но приподнятый подбородок и твердый взгляд говорили о решимости. Крепко сжимая зонт, он смотрел строго вперед, не замечая проходящих мимо людей. Они текли потоком, словно ему единственному в этом мире позволено время. Словно ему единственному в этом мире время не подвластно. Сайрус знал, что уже пора. Оттягивать нет смысла, это миссия принадлежит только ему, но он не спешил. Желтые фонари зажигались друг за другом, прокладывая ему путь, будто безмолвно напоминая, что он может отказаться, что эта борьба не обязательно должна быть и его тоже.

Он остановился. Шумная толпа молодых людей проплыла мимо, сливаясь в одно размытое разноцветное пятно. Повернув кольцо, исчезая, Сайрус закрыл глаза. Он никогда не бывал в Солнасе, насколько мог судить. Но его память сейчас ему не принадлежала, а потому, даже этой уверенности у Сайруса не было. Жнецы никогда лично не доставляли души, они лишь направляли их в место, где им будет дарован новый виток жизни. Именно поэтому, ощутив внутри жажду прикоснутся к перерождению, к чуду, он потянулся за ней, перемещаясь в город душ.

Солнас ‒ огромнейшая многоуровневая структура. Ослепительно белоснежно-желтый свет, заливающий все пространство, заставил Жнеца поморщиться и прикрыть глаза в страхе потерять зрение. Ему казалось, что он очутился где-то в воздухе, окруженный разными людьми, кто перемещался силой мысли. Но это ложное видение давали почти прозрачные, словно матовые, слегка шершавые стены. Жнец испытал неприятное чувство, поскольку именно в такую в своей голове он уткнулся, когда Глуриан устроил ему экскурсию по памяти. Стены делили огромную территорию на помещения разных размеров, в которых разодетые люди чем-то занимались. И мелодия. Она струилась сквозь препятствия, окутывая с ног до головы. Расслабляющая, нежная и легкая, как перина, обволакивала сознание. Тряхнув головой, чтобы его сознание совсем не уплыло куда-то за пределы, Сайрус огляделся. Под ногами кристально-чистый пол наполовину прозрачный, что можно было решить, будто ты стоишь на тонком льду. А наверху самый последний уровень, огороженный такой же матовой стеной, был скрыт от глаз. Вот, казалось бы, ты видишь его, но иллюзия развеивалась, и он тонул в темной вуали приватности.

Видимо, именно туда Сайрусу и нужно было добраться. Он встал перед каким-то мужчиной, чтобы спросить дорогу до верхнего зала, но тот, утыкаясь в какие-то бумажки, не замечал его. Жнец кашлянул, привлекая внимание, на что мужчина поднял голову, огляделся, но так ничего и не сказал. Сайрус нахмурился. Он уже хотел было обозвать грубияном своего недособеседника, как понял, что кольцо, что скрывало его от людей, так же скрывает и от этих волшебников. А вот это уже интересно.

Улыбнувшись самому себе, Жнец беспрепятственно направился вперед. Его невидимость многое меняла, и надо признать, даже вселяла уверенность. Разумеется, надеяться, что чародеи его не увидят, не приходилось, но добраться до них он мог вполне спокойно.

Сайрус видел, как волшебники поднимались на верхние уровни, и собирался сделать то же самое. На первый взгляд обрыв являлся очередной иллюзией: как только нога волшебника ступала вперед, под ней тут же образовывался голубовато-белый круг, дающий ему устойчивую опору. Шаг и вновь проявляющийся круг, как очередная ступень. Почти шагнув в бездну, Сайрусу пришлось отпрыгнуть, поскольку какой-то старик чуть не сшиб его с ног. Он двигался так шустро и резко, что Сайрус, растерявшись, попятился назад. Он даже не успел среагировать, чтобы отскочить в сторону, или пропустить этого ненормального, просто пятился, пока не уткнулся спиной в стену. Его загнали самым наглым образом в замкнутое пространство без возможности выйти.

Слишком тесно для двух людей. Слишком душно. Крошечное помещение стремительно наполнялось запахами смородины. Так ярко и сочно, что Жнец скривился. Старик суетился, размахивая руками и что-то бубня себе под нос, а Сайрус готов был взмолиться Высшим, чтобы это поскорее закончилось. Жнецу еще не приходилось настолько пристально следить за чьими-то жестами, ведь в данный момент он уклонялся от рук волшебника, как муха от мухобойки. И с каждым взмахом в его ноздри забивался аромат ягоды, которую, как он теперь уверен, будет ненавидеть до конца своего существования. В носу начинало щипать. Задержав дыхание, Сайрус продолжал приседать и сгибаться в разные стороны. Он видел, как между пальцев старика плелась магия, тонкие витиеватые линии соединялись, образуя между собой узоры. Ощущение, что к горлу крадется толпа насекомых, становилась невыносимой. Мгновение. И Сайрус чихнул.

— Будьте здоровы, — проскрипел старик.

— Благодарю, — на автомате ответил Сайрус.

Воцарилась тишина. Руки старика замерли, уничтожая проделанную работу. Магия растворилась. Он обернулся вокруг себя, ища источник звука. И Сайрус был уверен, что грохот его сердца, отбивающего бешеный ритм, слышен на всех уровнях Солнаса.

— Здесь кто-то есть? — кустистые брови волшебника приподнялись, сморщив и без того морщинистый лоб.

Жнец сжал губы, чтобы колкий ответ не вырвался наружу. Можно было бы толкнуть его и выбежать, все равно его никто не мог видеть, но что-то его удерживало от столь дерзкого поступка. В конце концов, он понятия не имел, какой магией обладали эти волшебники. Нет, он, конечно, знал, что волшебники – слишком слабы, слишком уязвимы и никчемны, по сравнению с чародеями и Высшими. И даже по сравнению с ним, что доказывала их слепость перед его невидимостью. Но острые иглы сомнений все же держали Жнеца неподвижно на месте.

Старик, еще раз окинув пространство около себя, начал вновь что-то бормотать, но проходившая мимо женщина остановилась и уставилась на него нечитаемым взглядом.

― Хэдвик! ― рявкнула она, отчего даже Сайрус вздрогнул. ― Опять ты здесь!

Спрятав моментально за спину руки, будто опасаясь, что их сейчас оторвут, волшебник сделал осторожный шаг вперед. Жнец не мог видеть его выражение лица, но почему-то ему казалось, что тот изрядно покраснел. Ни слова не говоря, старик прошел мимо властной женщины, семеня ногами в быстром темпе. И только когда Хэдвик скрылся из виду, а женщина все же ушла в своем направлении, Сайрус выдохнул. Он взлохматил волосы, поражаясь своей везучести.

Жнец ступал осторожно перед собой, поднимаясь на второй уровень. Голубовато-белые разводы под ногами вызывали чуть ли не восторг. Для Сайруса, кто все свое существование видел лишь демонов и нечисть, сейчас во все глаза таращился на великолепную магию. И чего чародеям нужно еще? Они купаются в изысках, создают и дарят. Неужели этого может быть мало?

Волшебник, что поднимался перед ним, сделав последний шаг, сразу же свернул направо. На втором уровне, насколько мог судить Сайрус, ничего не менялось. Никакой разницы с первым, так что задерживаться на нем он не видел никакого смысла. Но только он занес ногу, как уткнулся в преграду. Перед ним не было стен, барьера или тупиков, только вот что-то его не пропускало. По обе стороны от него волшебники продолжали подниматься, спокойно оказываясь на нужном уровне. Сзади приближался еще один, и Сайрус начал паниковать. Если в него сейчас врежутся, то если они и не свалятся куда-то в никуда, то точно поднимется шумиха. Чародеи заподозрят неладное. План, который без плана, провалится. И все! Конец! Жнец Смерти не справился с простейшей задачей – подняться на второй уровень Солнаса! Какой позор!

Как в замедленной съемке, Сайрус видел приближающегося волшебника, ему остался всего один шаг. На его лице играла легкая улыбка, самого же Жнеца перекосило. На виске выступила капелька пота, Сайрус стремительно терял самообладание. Ему и в голову не могло прийти отойти в сторону. В данный момент он, кажется, растерял полностью возможность соображать. Зонт в руке дрогнул, будто требуя, чтобы Сайрус заканчивал быть тупицей, и, задрав голову наверх, Жнец зажмурился. Спасительное осознание пришло мгновенно, дернув крючком где-то внизу живота. Поворот, и вот он стоит на предпоследнем уровне.

Жнец огляделся: все оставалось неизменным, с прозрачными стенами и снующими туда-сюда волшебниками. Над головой простиралась площадь, иллюзорно открывающая последний уровень. Сайрус понимал, что ему нужно именно туда, но стоя так близко к своей цели, он терялся. У него не было плана. Не было идей.

Сделав шаг, Сайрус согнулся пополам от неожиданной резкой боли в висках. Зажмурившись и прижав руку к голове, сжимая ее со всей силы, Жнец выпустил воздух сквозь сжатые зубы. Белые вспышки прожигали мозг, перед глазами поплыло. Он сомневался, что сможет остаться в сознании, если боль не прекратится. Чудовищная пульсация в висках провоцировала тошноту, и дышать становилось все сложнее. Почти на автомате, Сайрус доковылял до ближайшей ребристой стены, прислоняясь к ней, как к единственной опоре, способной удержать его на ногах. Он медленно выдыхал, обжигая легкие, словно без его ведома в горло напихали раскаленных углей. Опираясь на зонт одной рукой, Жнец держался за колено второй, боясь выпрямиться и свалиться в обморок, как школьница. Прямо здесь, в логове врага.

Надавив пальцами на глаза, Сайрус решил, что справится, что ему нипочем какая-то боль в голове. Его плоть пытались разорвать, в его тело впивались острые клыки, что ему какая-то там головная боль? Выпрямившись и прижавшись затылком к стене, Сайрус пожалел мгновенно о своем решении: перед глазами замелькали картинки, вонзаясь в череп. Они перемешивались с событиями его существования, скручивая внутренности, словно в воронке. Ноги подкосились, и Жнец рухнул на колени, хватая воздух открытым ртом. Вот он сражается с нечистью, стоя спиной к спине с Аларией перед часовней, но рядом с ним шумит фонтан, журча и переливаясь всеми цветами радуги. Видение сжимается, превращаясь в одну точку, пока его вихрем не переносит в другое место, где его меч пронзает тощее тело Девура. Дома сдвигаются, улица сужается, начиная зарастать ослепительно-сочной зеленью, на которой распускаются яркие цветы.

Сайрус ударил кулаком по полу, чтобы прекратить это, чтобы выбраться из персонального ада. Голова готова была разлететься на части, жгучее давление в груди, казалось, способно переломить ребра. Картинка схлопнулась внезапно, оставляя после себя послевкусие горечи и потряхивающее тело. Усевшись и вытягивая ноги, Сайрус откинулся на стену, боясь открыть глаза. Зонт в руке подрагивал, как живой, будто падал в бездну вместе с ним. А может, это тряслись руки, отстукивая противный ритм металлическим наконечником.

Волшебники продолжали расхаживать по уровню, и Сайрус подтянул ноги, чтобы кто-нибудь не запнулся. Его не волновало, если кто-то расшибет себе лоб, Жнеца волновало его, пока что, идеальное прикрытие невидимостью.

Он услышал голоса прежде, чем увидел говоривших. Произнесенное имя заставило все тело напрячься, и Сайрус резко вскочил. Его качнуло от легкого головокружения, отчего пришлось схватиться за стену.

― Дейзи, ― прозвучал кроткий, заискивающий голос.

― Не смей называть меня этим именем здесь! ― рычащий, будто разгневанный зверь, ответ.

Лихорадочно осматриваясь, Сайрус искал место, куда мог спрятаться. Но, как назло, уровень не имел ни единого скрытого участка. Голоса приближались, что было очень странно: говорившие до сих пор нигде не появились.

Решение пришло внезапно, в конце концов, Сайрус являлся довольно импульсивным Жнецом Смерти. Он подбежал к идущему волшебнику, без стеснения подставил тому подножку, и с радостью наблюдал, как тот летит на пол с визгливым звуком. Бумажки, что крепко сжимали толстые пальцы, разлетелись в разные стороны, и Сайрус присел на колени, склонившись почти лбом к полу, делая вид, что собирает листы.

Если Дейзи здесь, значит, чародей не спускается сам на смертную землю? Должно быть, этот демон имеет доступ в Солнас, чтобы лично докладывать? Если чародей сейчас его и увидит, то может не обратить внимания, проходя мимо. Но вот Девур... Как утверждал Вистиан, аура Жнецов светится, и чертов Дейзи, раскусит его в два счета. Что ж, если суждено провалить миссию, то хотя бы одну голову он успеет снести.

― Нет, Ваше Чародейство, ― промямлили совсем рядом, и Сайрус поморщился, еле удержавшись от передергивания, ― никто пока не согласился.

Жнец склонился еще ниже. Голоса приближались, но он мог поклясться, что говоривших все еще не видно. Волшебник кряхтел и сопел, собирая свои бумажки, чем мешал подслушивать.

― Какие территории свободны? ― рычащий голос, который принадлежал Дейзи, звучал высокомерно.

«Что происходит?» ― подумал Сайрус, не смея поднимать головы. Мгновение тишины, видимо, один другому передал бумаги.

― Если вербовка не удается – они должны исчезнуть. Навсегда, ― последнее слово прозвучало совсем рядом.

Сайрус чувствовал колебание воздуха, из-за чего он буквально уткнулся носом в пол. Чуть помедлив, он огляделся: двое отдалялись, и их силуэты были скрыты вуалью мерцающей магии. Жнец перевел взгляд на волшебника, кто шарил по полу, как слепой котенок, в поисках своих документов. Посмотрев на два листа в своих руках, Сайрус откинул их в сторону, не заботясь, что это подозрительно: появившиеся бумажки из воздуха. Он даже не подумал заглянуть внутрь, проверить, что написано, ведь его мысли сейчас были заняты совсем другим. Почему перед Дейзи распинаются, а он отдает приказы? Если только он вовсе не Девур, кто, поджав хвост, скачет на задних лапах. Если только... он чародей! Но почему тогда...

Пронзившая мысль перехватила дыхание. Сайрус поднялся на ноги, смело шагая вслед уходящим. Чародеи обладают в совершенстве магией иллюзий! Вот почему все демоны считают Дейзи обычным Девуром, кто лично получает приказы от чародеев. И им даже в голову не придет, что здесь может быть что-то не то. Хотя... падальщики вряд ли обладают мозгом.

Продолжая на расстоянии преследовать Дейзи, Жнец пытался придумать, что ему делать. Стоит чародею повернуться, и его тут же рассекретят. Но это его не сильно то и беспокоило, больше его заботило, что именно он будет говорить. Какая цель визита в Солнас у Жнеца Смерти? Что ему могло здесь понадобиться? Где искать Аларию?

Дейзи вместе с волшебником остановились и повернулись лицом к стене. Чародей протянул руку и коснулся поверхности. Стена завибрировала, прокатившись волнами магии. Волшебник почтенным образом поклонился, прижимая к себе бумаги, и Сайрус ускорил шаг. Еще минута, и тот скроется в стене.

― Эй! ― крикнул Жнец, закатив глаза. Не будет же он обращаться к нему «ваше Чародейство» в самом деле.

Выйдя из невидимости на всякий случай, Сайрус приблизился к повернувшемуся к нему чародею. Тот, только увидев кто перед ним, тут же широко улыбнулся. Только вот в его оскале не было ничего дружелюбного. Это первый звоночек, кольнувший в груди Сайруса, но он отмахнулся от него.

― Жнец Смерти! ― преувеличенно бодро воскликнул Дейзи, облизывая нижнюю губу.

Стоя так близко к нему, Сайрус только сейчас понял, насколько тот высокий. Неестественно. Почти на две головы выше его самого. Светлые волосы спадали на глаза, заплетенные в мелкие косички, с вплетенными в них позолоченными лентами. Его одежда походила чем-то на одеяние Глуриана, с тем различием, что короткие рукава открывали руки, исписанные красноватыми символами, а камзол, застегнутый внахлест, тянулся до самого пола. И весь переливался, словно сама одежда пропиталась магией, что не способна скрыться с глаз. Пять голубых узоров на самой груди в виде наконечников стрел, тянулись друг за другом от крупных до маленьких, направленные концом вниз. И именно они привлекали внимание сильнее всего остального, будто перетягивали на себя концентрацию, сбивая собеседника с толку.

Дейзи молчал, разглядывая Сайруса с каким-то маниакальным азартом в неприлично ярких голубых глазах.

― Я по делу, ― наконец сказал Жнец, смело встречая насмешливый взгляд.

― Неужели? ― надменно ответил тот. ― Пройдем?

И не дожидаясь согласия Сайруса, Дейзи прошел сквозь стену. Посмотрев по сторонам, Жнец шагнул следом. По телу прошла волна магии, дергая его наверх. Он передернул плечами, скидывая с себя ощущение давления, и даже не успел оглядеться, как перед ним уже выстроились четыре чародея во главе с Дейзи, загораживая своими телами весь зал. Они возвышались своими вытянутыми, необычно высокими фигурами, демонстрируя власть и силу. Сайрус на их территории, а значит, слабее ‒ и это второй звоночек, который Жнец решил вновь проигнорировать.

Все они выглядели почти одинаково с пятью узорами на груди разных цветов.

― Жнец Смерти пожаловал в Солнас по делу, ― с явной издевкой тихо произнес Дейзи, но его голос пронесся по залу, затрагивая каждую клеточку.

Судя по эху, помещение было огромным и пустым. Но это не имело значения, и Сайрус гордо выпрямился, показывая им всем, что он не боится.

― Вот как? ― отозвался один из них, на груди которого опасно сверкнули серые треугольники. ― Не по этому ли делу он здесь?

И все они расступились по негласной команде, открывая вид на лежащую у дальней стены Высшую. Она вздрагивала, издавая хриплые звуки. Ее одежда пропиталась бордовыми разводами, растрепанные волосы слиплись, и даже с такого расстояния Сайрус видел, с каким трудом Алария дышала. Вокруг нее мерцала невидимая магия, подобно клетке. По телу прошелся холодок страха, Жнец напрягся, делая шаг назад и перехватывая меч. Глаза засияли синим.

Чародеи усмехались, не думая что-либо предпринимать. А это злило Сайруса еще сильнее. Спокойный противник – опасный противник. Когда эмоции бушуют, по ним можно понять, как действовать. Эмоции всегда выдают намерения. Но сейчас перед ним стояли каменные изваяния с непроницаемыми насмешливыми масками.

Сайрус опустил подбородок, пробежавшись по каждому из них озлобленным взглядом, уголок губ приподнялся. Мгновение, и он переместился к Аларии, но возникший прямо перед ним Дейзи, оттолкнул его. С такой силой, что Жнец не удержался на ногах и свалился на спину, проехав на ней. Что ж, очевидно это не жалкие Девуры, исход битвы с которыми предрешен заранее. Не спеша поднявшись, он сжал челюсти. Его окружили.

Быстро посмотрев на Высшую, он встретил бесстрашный ответный взгляд, в котором читалась уверенность. И может внешне она выглядела разбитой, словно хрустальная ваза, покрытая коркой запекшейся крови, но внутренний стержень до сих пор был цел.

― Смотри Высшая! ― прогремел голос одного из чародеев с желтыми треугольниками на груди. ― Твое спасение будет захлебываться остатками своего существования у тебя на глазах. Жнец Смерти падет, как падет твоя броня.

― Святые Сады, сколько же пафоса, ― покачал головой Сайрус.

Он успел увернуться от заклинания, летевшего в него, и то, соприкоснувшись со стеной, рассыпалось со слабым звоном. Его удивляло, что они не нападают одновременно. Быть может, они любят поиграть? В таком случае, Сайрус сыграет. Он рванул вперед, занося меч, но чародей плавно отошел в сторону. Буквально отшагнул, будто пропускал мимо прохожего. Его так поразило спокойствие чародея, что Жнец пропустил удар в плечо. По руке поползла тонкая веревка, обвиваясь, впиваясь в плоть и сжимаясь. Он пытался ее стряхнуть, чувствуя, что еще чуть-чуть и кости переломятся. Метнувшись к другому, чтобы всадить меч, Сайрус не успел ничего сделать – по лицу полоснуло лезвие, вспарывая кожу. Каждое заклинание заключало в себе физическую силу, словно они смешивали магию, взбалтывали, надеясь доставить как можно больше боли. Голова откинулась, кровь брызнула на белоснежный пол. Они предугадывают его действия? Они читают его мысли?

Кое-как отодрав от руки извивающуюся веревку, он отбросил ее в сторону, и та вспыхнула, исчезая. Сайрус посмотрел в горящие глаза чародея, кто посмел подпортить ему внешность, но заметил, как на груди верхний крупный узор потерял сияние. Оно переместилось к нижнему. Сайруса озарило понимание: их магия не всесильна, для нее нужен заряд. Это многое меняло.

Почувствовав уверенность, Жнец решил поиграть. Он перемещался по комнате, даже не стараясь нападать. Чародеи следили за ним, кто-то поднимал руку, выпуская заклинания, кто-то резко оборачивался, пытаясь застать его врасплох. Но они не могли поймать его. И когда Сайрус решил, что пора действовать, в его грудь влетело проклятье, оплетая тело и ударом отбрасывая в другой конец зала. Он несколько раз перекатился, тормозя себя руками и пытаясь сразу же подняться. Ощущение, будто миллиард игл пытаются проткнуть плоть, вызывало желание сжаться и закричать. Сцепив зубы, Жнец взывал к своей ненависти, к самому ядовитому чувству внутри. Но в этот момент голова вспыхнула, охваченная агонией. Перед глазами замелькали белые круги.

Только не сейчас. Только не сейчас.

Виски пульсировали, разрываясь болью, память перематывала картинки. Сайрус почувствовал, как бок пронзило ударом магии, но не смог пошевелиться, проваливаясь все глубже в собственную память. И вот он вновь видит перед собой себя, разговаривающего с Глурианом в собственной квартире, но его рука поднимается в сторону, и в следующий миг хватает за горло нечисть. Пальцы слегка напрягаются, через них проходит магия, заставляя кончики покалывать, а существо визжит, превращаясь в пепел.

― Жнец! Вставай! Вставай же!! Эти тру́сы ничего не могут тебе сделать, САЙРУС!!

Он слышал ее голос очень далеко от себя, словно между ними сотни миль. Но он звучал так твердо, уверенно. Возможно, именно ее неиссякаемое упорство и приказной тон заставили Сайруса сопротивляться. Он зацепился за этот голос, за эти стальные ноты, вытягивая самого себе.

Руки тряслись, силуэты расплывались, но Жнец поднимался. По левой стороне рубашка пропиталась кровью, прилипая к телу. Его глаза сверкали чистой яростью. Ему стоило лишь мельком заметить свой зонт в руках чародея, как внутри завибрировал гнев.

― Это мое! ― прохрипел он.

Мимолетное движение, и зонт влетел в ладонь, превращаясь в сияющий меч. Игнорируя дрожь в теле, Жнец обвел взглядом трех чародеев. Он чувствовал прохладу на шее и висках, где крупными каплями скатывался пот. Его память прорывалась наружу, пытаясь сломать барьер, выстроенный чародеями. И сейчас он понимал одно: силы в нем куда больше, а магия куда мощнее, чем он мог предположить.

Он сделал несколько шагов вперед, стараясь ступать ровно, резко отбивая мечом заклинание, что летело в его сторону. Усмехнулся, хотя мышцы лица, казалось, одеревенели. Убить он их вряд ли сможет, но выиграть себе время, чтобы придумать, как убраться отсюда с Аларией, в его власти. Еще один взмах и еще одно отбитое заклинание. Боль в боку пульсировала, посылая по всему телу разряды тока, но Сайрус не обращал на это внимание. Они выберутся, и он все залечит. Еще шаг, и краем глаз он увидел движение. Рядом с Высшей оказался Дейзи, опасно схвативший ее за шею.

У него не было и секунды, чтобы выбрать: чародеи или она.

Посмотрев в глаза Аларии, Жнец видел лишь уверенность и непоколебимую стойкость. Она была бледной, истерзанной и очень маленькой на фоне этих зверей, но не сдавалась даже сейчас. Дейзи склонился к ней, что-то отвратительно шипя, но она плюнула в него. Слюна вперемешку с кровью стекала по его лицу, и замахнувшись, чародей со всей силы ударил ее.

Он убьет его первым! Он сдерет с него шкуру, заставив молить о пощаде!

Больше не нужно было выбирать, Сайрус знал, что делать. Его жгучая ярость рычала в груди, царапая нутро. Он взмахнул кистью, доставая цепь вечных мук. Он знал, что она не сожрет их в своем адском пламени. Он чувствовал это. Но Сайрус мог подарить чародею мучительную боль. По руке прошелся внезапный импульс. Жнец посмотрел на цепь, что загоралась голубым светом, подобно мечу. Где-то сзади зашуршали одежды, и Сайрус, почти не контролируя себя, выбросил цепь назад, и только потом увидел, как чародей отлетает назад с тихим вскриком.

― Неожиданно, правда? ― высокомерно произнес Сайрус.

Он блефовал, натягивая на лицо маску безразличия. Он понятия не имел, что происходит и почему его извечно серая цепь сейчас копирует меч своим сиянием. Он медленно повернулся к Дейзи, вкладывая в свой взгляд все свое презрение и обещание скорой смерти. Сайрус знал, что тот поймет. Подтащив цепь к себе, он взмахнул еще раз, разворачиваясь и выбрасывая ее по кругу. Чародеи отскакивали, теснясь плотнее к стене. Что ж, для них и правда это было неожиданным. Наставленный на Дейзи меч чуть подрагивал, но Сайрусу нужно удерживать эмоции, нельзя действовать бездумно. Он шагнул вперед, крутя запястьем, чтобы лязг звучал громче. Дейзи шагнул назад, поднимая руку. Заклинание сорвалось резко, но Жнец разрубил его цепью. Кончик обмотался вокруг шеи чародея, Сайрус зарычал, дергая на себя. Дейзи свалился к его ногам, как жалкая псина, извиваясь. Лицо покраснело, губы побелели.

― Если кто-то пошевелится, я повешу его голову у себя над кроватью, ― прокричал Жнец, надеясь, что угроза сработает.

Он перешагнул корчившегося чародея, приседая перед Аларией и развеивая кокон магии, что витала вокруг нее. Ее облегченный выдох прокатился теплом по коже.

― Подняться сможешь? ― надрывно прошептал он, разглядывая ее и стараясь держать себя в руках.

Дейзи, тем временем, плел магию, обвивая ее вокруг цепи, что значительно сокращало время Сайрусу на побег. Алария кивнула, со стоном протягивая руку и цепляясь за его предплечье. Жнец дернул цепью, чтобы сбить магию, но Дейзи слабаком явно не был. Кожа шеи и нижней части лица начинали распадаться и срастаться обратно. Однако тот терпел боль, не издавая ни звука, а его магия уже крошила прочные звенья.

Секунда, чтобы взять на руки Аларию. Еще секунда, чтобы перенестись.

― Они хотят поставить купол, ― Высшая стояла на одной ноге, пошатываясь. ― Быстрее, иначе мы не сможем уйти.

Сайрус вздохнул. Две секунды. Он резко убрал цепь, подхватывая Аларию под колени и выпуская воздух сквозь сжатые зубы. Бок разрывало. Секунды истекли.

Последнее, что он увидел перед тем, как исчезнуть, это летящие в них проклятия.