Снятся ли зомби мёртвые овцы?

Часть I. Глава 1

Часть I. Глава 1

Дверь содрогалась под ударами. Майкл следил за ней, как кролик за удавом. Тупой размеренный стук отдавался в ушах гулом барабанов на жертвоприношении, будто с той стороны туземное племя приготовилось к пиршеству. А агнец для заклания – вот он, собственноручно заперся в гробу. Дом, его крепость, последний рубеж, оказался могилой, комфортной, хорошо обставленной могилой. К чему теперь все эти блага цивилизации – телевизор, холодильник с пивом, мягкий диван – если они не могут ни спасти, ни даже отсрочить конец? Майкл прочистил пересохшее горло.

- Убирайтесь! – грозный по задумке крик получился жалким. Хотя, справедливости ради, стоит сказать, что определённый эффект он возымел. Удары стали сильнее.

«Христос всемогущий! В конце концов они достигнут цели!.. За счёт бездумной тупой силы, не знающей усталости… Зачем я это говорю себе?! Чтобы окончательно поверить, что мне конец?!» Припёртая тумбочка ходила ходуном в такт подрагивающей двери. А та раскачивалась всё сильнее, осыпаясь стружками из-под петель и выпуская из щелей клубы зловония. Майкл заметался по квартире. «Христос всемогущий, что же делать? Почему у меня нет чёрного входа?! Хотя, какая разница, сейчас бы и туда ломились. Вот засада – первый этаж, а не выпрыгнешь!» На улице за стеклом трепетали грузные тени, вяло бредущие по тротуарам. Вылезь Майкл к ним, и смерть придёт ещё быстрее. А так, вдруг военные успеют прийти на помощь? Он ведь явственно слышал гул вертолётных винтов. «Где их носит?!»

Со скрипом, похожим на стон, дверь треснула, расколовшись от верхней петли к замку. В дыру просунулась половина того, что совсем недавно было его соседом Джоном. Майкл узнал его с трудом: бледная кожа с проступающими изнутри сине-жёлтыми трупными пятнами, закатившиеся глаза с частой сеточкой кровеносных сосудов, распахнутый в немом крике рот, из которого всё же иногда вырывалось что-то похожее на глухое мычание.

Под напором Джона и трёх подобных ему, замок вырвало из косяка. Взгляд Майкла оказался прикован к медленно приближающимся фигурам, переваливающимся и подволакивающим за собой ноги. Желая поскорее добраться до него, Джон вытянул вперёд руки. Тумбочка, оказавшаяся на пути, была безжалостно отопнута, до Майкла оставался один шаг. Жажда жить наконец-то победила парализующий страх, и мужчина кинулся мимо вялых фигур к выходу. «Главное сейчас выбраться на улицу, а там будь что будет!» Но стоило Майклу оказаться около Джона, как тот будто проснулся: совершил молниеносный бросок вперёд, вцепился деревянными пальцами в плечи Майкла, и потом уже в прежнем ритме, медленно, потащил того к себе. Майкл пытался отбиваться, колотил по груди и рёбрам Джона, но с тем же успехом можно было пытаться избить манекен. Наконец лицо мужчины практически упёрлось в грязную, сине-серую шею бывшего соседа. Вонь гниения шибанула Майклу в нос так, что он чуть не закашлялся. Майкл всё же пытался отодвинуться, извиваясь всем телом, когда в его макушке что-то хрустнуло, и мужчина отключился.

Когда он очнулся - мир изменился. Все звуки и запахи исчезли, зрение улавливало лишь серый цвет. Майкла словно погрузили с головой в вязкий туман. Он с трудом поворочал деревянной шеей. Квартира странно преобразилась: стены истончились, стали прозрачными, окружающие предметы сливались с обстановкой. Майкл будто перенёсся в серую пустыню, окружённый призраками старого мира. Внутри него была такая же пустошь: все чувства исчезли, став воспоминанием. На смену им пришло новое, столь сильно не испытываемое до этого – чувство голода. Вместе с ним появилось осознание того, что обычная пища не в силах утолить этот голод. Для этого годилась лишь одна, так сказать, вещь. Эта субстанция заполняла все мысли Майкла, лишая способности думать о чём-то другом. И он желал получить это. И как можно скорее!

Рывком Майкл поднялся, ноги слушались плохо, став неимоверно тяжёлыми, руки безвольно висели плетьми вдоль туловища, чтобы повернуть голову требовалось двигаться всем корпусом в нужном направлении. Медленно переступая, Майкл огляделся. В одной стороне серой пустыни загорелась оранжевая звёздочка. О, да, это именно то, чего он так жаждал! Майкл, с трудом разлепив непослушные губы, проговорил свою мечту, словно пробуя её на вкус:

- М-мозги… М-мо-о-зги… М-мо-о-о-зги-и-и…

И он пошёл к так призывно манящему оранжевому пятну. Через пару шагов Майкл уткнулся головой во что-то невидимое. Может, он видит сквозь стены? Задумываться над этим Майкл не стал. Он некоторое время пробираться вдоль невидимой, но вполне материальной преграды. Иногда под негнущиеся ноги попадали предметы домашнего интерьера, Майкл отталкивал их, не прекращая движения. Наконец, он выбрался на свободное пространство. Переваливаясь из стороны в сторону, Майкл потопал вперёд к своей звезде. Через некоторое время он понял, что звезды две, а между ними есть ещё неприятный зелёный сгусток. Ещё иногда Майкл задевал плечами подобных ему, видевшихся бледно-синими тенями. Но всё это было не важно, важно только одно:

- М-мозги… М-мо-о-зги… М-мо-о-о-зги-и-и…

Он протянул руки по направлению к этому свету, да так и оставил их. Мышцы не знали усталости, тело не возражало против такой неудобной позы, и Майкл пёр вперёд медленно, подобно дорожному катку.

Подбираясь ближе к оранжевым пятнам, он стал различать странные трески и хлопки, но это его мало взволновало, главное, что его цель близка, ещё немного и Майкл до неё доберётся. Распахнутый рот исторг сокровенное: «- М-мо-о-о-з-ги-и-и..», слюна закапала на рубашку, а ноги, кажется, стали переступать чуть быстрее…

С крыши трёхэтажного здания, образующего угол перекрёстка, Андре смотрел, как его стадо подбирается к двум Косильщикам. «Опять прилетели, голубчики! Ну теперь-то вы от меня никуда не денетесь, теперь я не буду прятаться от вас по могилам, теперь я здесь царь и бог! Сначала эти двое, а потом каждый Косильщик до последнего человечка ответит мне за родителей и Анжел!» Андре упивался властью. Страх исчез в далёком прошлом. «Я – всемогущ! Что мне какие-то люди?! До чего же зомби медленные! Подстегнуть их поводками, что ли? То ли дело мои гончие!» Андре скосил глаза на свиту: обтянутые пергаментной кожей скелеты, без единого кусочка мяса, только кости, жилы и кожа. Они стояли неподвижно, ссутулив плечи, тёмные пустые глазницы черепов смотрели на повелителя. Лишь по тому, что гончие время от времени скрипели зубами, можно было понять, что это не произведения сумасшедшего скульптора. «Хорошо получились!» Андре нехотя отвёл взгляд, возвращаясь к наблюдению за действом на перекрёстке.

…Майкл почти подобрался к оранжевому свету. Синие тени впереди него гасли одна за одной, но это его не остановило. Короткий треск и идущий справа опрокинулся, сливаясь с серым миром. В следующий миг что-то ударило Майкла по колену, и он упал всем телом вперёд. Треск прошёл над головой, хлопок отразился странным онемением правой половины лица, и огни потускнели. Встать у Майкла не получилось, и поэтому он просто пополз вперёд, подтягиваясь на руках. Оранжевые звёзды растеклись в две фигуры, до них оставался один рывок. Вдруг между ними выплыло это странное зелёное облако. Резкий хлопок, даже не хлопок, а щелчок, разорвал серую пустыню Майкла, мир вспыхнул реальными красками и тут же погас. Уже навсегда.

- Ну что за остолопы? - раздражённо бросил подполковник Уэст Фаг, точными выстрелами укладывая ещё двух зомби. – Давайте, заканчивайте поскорее! – приказал он Косильщикам.

- У меня в глазах двоится, и руки автомат не держат, сэр! Какой-то не такой этот ваш боевой стимулятор!

- Меньше разговоров, больше дела!

«Так не пойдёт!» - чёрные когти вонзились в бетон крыши. - «Они же мне всё стадо ухлопают! Надо убирать Косильщиков. Похоже, придётся вступить в дело мне и гончим. Кто третий? Почему его аура зелёного цвета?» Сощурившись, Андре вернулся к привычному восприятию мира. В обычном зрении начальник Косильщиков выглядел человеком, разве что имеющим очень бледную кожу и странно-тёмные губы, словно они были в засохшей крови. «Хотя, какая разница, сначала нужно разобраться с Косильщиками. И действовать побыстрее, от стада остался едва десяток. Можно спрыгнуть отсюда, но гончие такого не выдержат, слишком хрупкие. Основное их преимущество в другом. Значит, я атакую сверху, а гончие снизу.» Повинуясь приказу Андре, скелеты устремились по лестнице с крыши на улицу, а их хозяин завис на краю, готовясь к прыжку.

Подполковник Фаг прислонился спиной к гладкому боку вертолёта, наблюдая, как его подчинённые, словно в тире, валят одного зомби за другим. «Много же их наплодилось, и так быстро.. А это что?!» Уэст аж подпрыгнул: из ближайшего дома к ним выбежали четыре скелета, их ауры светились красным. «Гончие?! Так, так, молодец. Где же ты, хозяин?» Подполковник завертелся вокруг себя, обшаривая окрестности взглядом, и поэтому чуть не пропустил момент, когда с крыши одного из домов сверзился зелёный сгусток.

Гончие ловко обогнули пятёрку последних зомби, выныривая из-за их спин к опешившим Косильщикам. В этот же момент с крыши ближайшего дома упало ещё одно существо: человекоподобная фигура с обрывками одежды на бугрящемся мышцами теле, бледная, чуть зеленоватая кожа, длинные чёрные когти на руках, тёмный провал ввалившегося носа на искажённом яростью лице, расширившиеся, как у наркомана, на всю радужку зрачки и длинные клыки в раззявленной пасти. Существо приземлилось на четвереньки и в таком же положении сделало несколько прыжков, лишь потом выпрямившись. Две оставшихся целыми гончие повисли на одном Косильщике, пытаясь добраться до плоти под кевларовым бронежилетом. Всё, что им пока удалось – это стянуть с него шлем. Автоматная очередь счистила их с бойца, но лишь для того, чтобы он оказался лицом к лицу с Андре. Повелитель гончих, недолго думая, вонзил зубы Косильщику в череп, одновременно прикрываясь им от выстрелов второго. Загадочный подполковник, как ни странно, бездействовал. Отшвырнув надкушенного бойца, Андре кинулся к другому. И вдруг рухнул лицом вниз, хотя ни одна пуля в него не попала. Тело отказывалось повиноваться хозяину, ему оставалось лишь бессильно хрипеть в асфальт.

- За-ме-ча-тель-но! – проговорил Уэст Фаг, смакуя каждый слог. – Просто и-де-аль-но. Пройдя мимо парализованного хозяина, он достал пистолет и прострелил голову укушенному бойцу.

- С-сэр, вы обещали дать противоядие… - пролепетал второй Косильщик.

- Конечно, – Фаг развернулся к бойцу, добродушно улыбнулся, и выстрелил в лицо. Всадив оставшиеся патроны в подбирающихся зомби, он перезарядил пистолет и убрал в кобуру. Затем подошёл к вертолёту, достал складную медицинскую каталку, оборудованную несколькими широкими кожаными ремнями, и подтащил её к хозяину. Без видимых усилий подполковник переложил тело на каталку и стал привязывать. «Так-то оно надёжнее будет.»

- Молодец, смог гончих создать, форме гуля научиться, крупное стадо подчинить. И как же мы такого проворонили? – приговаривал Уэст, пеленая свою добычу, способную только в бешенстве вращать глазами. Затем забросил Андре в нутро вертушки, и достал мобильный.

- Метиас, план меняется. Меня не ждите, летите в Смоллтаун и проведите зачистку. Чтобы ни зомби, ни человека, ни тварюшек домашних. Да, да, знаю, с репортёрами разберусь. Хоть ты-то меня не подведи, Метиас. До связи.

Фаг выключил смартфон и сел за штурвал. Стальные лопасти, шурша, раскрутились и оторвали махину от земли. Вертолёт развернулся и громадной тревожно-гудящей осой полетел на восток.

Спустя несколько часов, в своём кабинете подполковник Уэст Фаг нажал кнопку на селекторе:

- Мэри, вызови ко мне первого лейтенанта Зургеса. Немедленно.

Через пару минут Фаг увидел, как к нему приближается зелёное облако. Дверь распахнулась, и вошёл лейтенант, небрежно отдав честь. И без того бледная кожа побелела ещё сильнее, когда он увидел нахмуренный взгляд подполковника.

Уэст Фаг вышел из-за стола и подошёл к помощнику начальника разведки.

- Объясните мне, пожалуйста, - ласково начал он, внимательным взглядом ощупывая голову лейтенанта, - как вы умудрились не заметить возникновения, и, что самое главное, создания крупного стада и нескольких гончих? Почему данные по этому инциденту не были проверены загодя, не проведена разведка, и против хозяина вы послали всего два Косильщика?

- А почему вы меня не проверили? - буркнул Зургес, пытаясь перейти из обороны в наступление. - Вы же тут главный! И вообще, кто мог знать, что там будет хозяин.

Зрачки подполковника расширились. Он провёл языком по зудевшим дёснам.

- Это я вас спрашиваю – по-че-му?! А если бы он подпитался Косильщиками?! Как бы его тогда ловили? Уж вы то, разведка, должны это понимать!

- Если бы да кабы… Вы же уже его убили. Какая теперь разница? – не унимался лейтенант.

Фаг сжал зубы.

- Да. Я. Убил. – Холодно процедил он. – Но почему я должен исправлять ваши ошибки? Подобные просчёты недопустимы в нашей организации.

Уэст шагнул вплотную. Лейтенант Зургес вздрогнул, губы его задрожали, он открыл было рот, подбирая слова. Одна рука подполковника схватила его за плечо, другая сменила форму, обзаведясь длинными чёрными когтями. Ловким движением Фаг вскрыл черепную коробку лейтенанта и выхватил часть мозга, трепещущего подобно желе. С наслаждением в глазах подполковник запихал его в рот, сладко причмокнув губами. После этого он обтёр когти об китель бывшего лейтенанта, теперь неподвижно стоящего, и подошёл к селектору.

- Мэри, будь так добра, зайти, убери это в конторское стадо.

Тотчас забежала его секретарша, худая, кожа да кости, в строгом малиновом костюме с тускло-серыми безжизненными, но завитыми платиновыми локонами и подзатыльником захлопнула черепную коробку Зургеса.

- Сэр, вы опять забыли вытереть губы, - проскрипела Мэри и увела нового зомби в подвал, к ему подобным.

Часть I. Глава 2

Глава 2

Полнеющая женщина в переднике со старыми застиранными пятнами остановилась в холле около стены. Перед ней в дешёвых рамках висели маленькие фотографии. Она улыбнулась, погладив одну из них по стеклу.

- Сара! – с притворной укоризной сказал мужчина из комнатки справа, взглянув на женщину поверх газеты. – Ну сколько можно! Он уже не маленький!

Женщина вздохнула, подошла к мужчине и села рядом на диван.

- И всё равно я волнуюсь. Христос даровал мне второй шанс, я уже и не надеялась… Господи, я тогда думала, что с ним будет так же, как с первенцем…

- Я помню. Но тогда у тебя были причины для опасений. И я помогал тебе, как мог!

- Спасибо, дорогой, спасибо за поддержку, не знаю, смогла ли я бы тогда одна, без тебя, – она погладила мужа по локтю, - Я бы ни за что не решилась зачать второго.

Мужчина устало вздохнул и вернулся в газету.

- Не вижу, чем тебе помочь: сейчас, когда всё в порядке, ты придумываешь нелепые причины для тревог! Не стоит с ним теперь носиться, как курица с яйцом!

- Мишель, не верю, что ты такой бесчувственный. – женщина сдавила его локоть. – Ты ведь тоже волнуешься за него. Сколько слухов тревожных ходит. Мне вчера соседка наша рассказывала…

- Которая? – не отрываясь от чтения, буркнул Мишель.

- Да, Норма Блабермаус. Из дома напротив. У неё ещё маленький Ники тебе в окно гаража мячом попал.

- А, эта… И что она ещё выдумала?

- Что значит ещё? Она ничего не выдумывает, просто у неё есть телевизор, а там такое говорят в новостях…

- Всегда знал, что ТиВи – это зло.

- Ну тебя… - Сара обиделась и даже отвернулась в сторону. Взгляд попал на отклеивающиеся у потолка обои. Она нахмурилась сильнее. Мужчина это заметил и осознал, что следующие её слова обойдутся ему дороже.

- Так что сказала соседка?

- Ах да, - спохватилась Сара, тут же забывшая про обстановку, обрадовавшись вниманию мужа. – Норма сказала, что этих зомби, прости Христос, начали на работы устраивать. Да-да, представь! Их используют на заводах, фабриках, фермах, в шахтах, на валке леса, да даже как банальных грузчиков!.. Везде!

- Прям везде?

- Ну, на восточном побережье Юсы. Вроде бы компания какая-то занимается этим, я не запомнила названия, очень длинное… Что-то там про развитие наук… Хотя, при чём тут науки?

- Не суть важно, - вернул её в нужное русло Мишель.

- Ах да. Так вот, эта компания строит цеха специальные для зомби, где они работают, а так же переводит обычное производство на новые рельсы. Зомби очень дешёвая рабочая сила, затраты мизерны. Говорят, что скоро все крупные предприятия страны заключат контракты с этой компанией.

- А обычных работяг куда? – нахмурился её муж. – Это что же, чтобы на каком-то заводе остаться – придётся умереть?

- Ой, не говори, страсти-то какие. Но до нас это не скоро дойдёт, хвала Иисусу. Так что ты не волнуйся. В вашей автомастерской всё останется по-прежнему: три алкоголика, один дед и ты.

Мишель демонстративно встряхнул газетой, словно пытаясь ею заслониться от упрёков Сары.

- Но всё равно это дойдёт и до нас! Не при нашей жизни, так при нашем сыночке. Ты понимаешь, как важно, чтобы он получил нормальное образование. В таких условиях только интеллектуальный труд будет высокооплачиваемым. Всю же физическую работу эти зомби заберут… Ах, зачем ты приучил его к своим проклятым машинам. Сначала он начал пропадать в твоей мастерской, а теперь ещё и гоняет на рухляди.

- Он её сам собрал, - буркнул мужчина. – Я пол жизни копаюсь в автомобилях, что удивительного в том, что мальчик пошёл в меня?

- Но он даже не закончил колледж! Как и на что он собирается жить?

- Мы же с тобой живём?

- Ах, Мишель. Ну что ты сравниваешь? – Сара комкала передник в ладонях. - Нам с тобой повезло, мама подарила дом. А ему? Что мы можем дать? Не в гараж же он приведёт жену?

- Сколько можно каждый вечер одно и тоже нудеть?

- А ты бы поговорил с ним, настоял, чтобы он за ум взялся. Андре тебя послушает.

- Да поговорю, поговорю! – Мишель раздражённо вскочил с кресла и ушёл читать на мансарду.

- Ты мне это каждый вечер обещаешь! – крикнула ему вслед женщина. Не дождавшись ответа, она вернулась на кухню. «Надо приготовить что-нибудь вкусненькое, может тыквенный пирог. Андре наверняка вернётся голодным.» Взгляд её упал на настенные часы. «Пол шестого. Ещё не поздно, не темно. Всё будет хорошо,» - убеждала она себя, но сердце по-прежнему щемила тревога.

Мишель качался на кресле-качалке. Старое дерево полозьев поскрипывало под ним. «Постоянно ей надо напоминать об этом. Да ведь из-за неё я бросил работу в «Энститьют де энергетик», прилетел к ней в Юсу. Разве ж я думал, что в Смоллтауне, штат Бундокс, не найдётся работы для специалиста по гидроэлектростанциям? Что у них тут и рек нет! Не считать же рекой этот Брук? Я не думал, как мы будем жить, для меня это было неважно. Я любил её, я был на седьмом небе от счастья, когда узнал, что у нас будет ребёнок… Я не отчаялся, поддерживал её, когда первый малыш родился мёртвым. Я верил, что у нас получится. И вот теперь сын вырос, выпорхнул из семьи, и мы остались вдвоём… В старом дряхлом домике, с мизерными зарплатами, в захолустном городке. Я ль в этом виноват? Почему она меня в этом попрекает постоянно? Раньше же всё хорошо было?» Мишель прокашлялся, чувствуя на языке горький привкус слюны. Растёр ладонью грудь, успокаивая заколовшее сердце. Он любил Сару и был уверен, что и она его любит, но всё равно причиняет боль. «Обязательно поговорю сегодня же вечером с Андре. Хватит ему дурака валять. Я не желаю своему сыну такой старости, так что пусть берётся за ум.»

- Анжел, идём сегодня на вечеринку к Рику? – спросила веснушчатая девушка с парой упругих косиц, затворяя жестяную дверцу шкафчика.

- Не, у меня дела, - отозвалась её подруга, со второго раза захлопнула свой, обклеенный изнутри газетными вырезками.

- Опять с этим чокнутым встречаешься? – с ревностью в голосе спросила первая.

- Андре не чокнутый. Он тоже верит, что в Юсе творится что-то неладное. Ты только послушай, Кларисс, - Анжел закопалась рукой в рюкзачок, выуживая клочок бумаги.

- «..в штате Терибл-ленд прервалось сообщение ещё с одним городком. На сей раз, это стал Анноун-сити, не знаменитый ничем, кроме удалённости от центральных трасс. Прибывшие в Анноун-сити журналисты ничего не обнаружили. Пропали все люди и домашние животные.» Ну, каково? - Она всплеснула руками, зазвенев дешёвыми цепочками на запястьях. – Это уже третий опустошённый неизвестно кем город в этом штате. А если приплюсовать к пяти в соседних…

Кларисс возвела глаза к потолку.

- Да какая разница, а? Они же на восточном побережье, через всю страну от нас.

- А вдруг у нас такое же произойдёт? И никто ничего не узнает! – Анжел сделала большие глаза. Кларисс насмешливо фыркнула. Анжел отбросила за спину выбеленные перекисью водорода пряди, сунула руки в кармашки узких джинс, резко развернулась и пошагала по коридору.

- Ну и иди к своему Андре! – прокричала ей в спину подруга. - А я пойду развлекаться с мальчиками! С живыми мальчиками!

Анжел ничего на это не ответила. Кларисс закусила губу, дёрнула себя за косу. «Ой, плохо так говорить, плохо! Но и Анжел хороша! Променять подругу на этого…»

Мрачная как туча Анжел вышла на стоянку перед колледжем, пнув дверь кроссовкой. Та обиженно заскрипела петлями.

- Эй, скудоумная, аккуратнее! – раздражённо крикнул едва успевший отскочить парень.

- Она не скудоумная, она безмозглая! – захохотал другой, вытаскивая из кармана красного блейзера* две ампулы, в спешке засунутые туда при появлении девушки. Глаза его словно подёрнула молочно-белая плёнка.

«Придурки из старших классов,» - поморщилась Анжел, краем глаза пытаясь рассмотреть содержимое ампул. Она слышала о каком-то новом допинге, появившемся у выпускников. Тем временем юноша в красной куртке отдал стеклянные сосуды с серой жидкостью друзьям, те задрали головы и капнули в глаза по несколько капель.

- Иди, иди не задерживайся! Тебя уже Мертвяк ждёт! – прикрикнул на неё один.

- Да пошёл ты! – зашипела девушка, показала ему нецензурный жест и ушла, провожаемая ржанием.

- Слышь, Винсент, прикинь, Мертвяк на Зомби-каре приехал! За своей Королевой мёртвых!

Снова хохот, а потом снова тот же голос.

- Эй, Винсент, прикинь, я только что квадратный корень из номера моего телефона в уме извлёк! Получилось двадцать девять тысяч двести сорок девять!

- А я тебе что говорил! Классная штука! Мы с ней любой экзамен на «отлично» сдадим!

Отойдя от них подальше, Анжел огляделась. На стоянке среди множества дорогих и не очень машин выделялась одна – старый «мустанг», похожий на монстра Франкенштейна: детали были разной степени древности, по-разному крашенные и не везде идеально подогнанные друг к другу. Полуприсев на капот, рядом с автомобилем стоял парень её возраста. Черноволосый, худой, в дешёвой клетчатой рубахе с закатанными рукавами, с бледной кожей и тяжёлым взглядом исподлобья. Он то и дело потирал острую скулу, размазывая масленое пятнышко. Оглядев запачканные пальцы, сморщил и без того маленький курносый нос, сплюнул. Заметив гогочущих «старшаков» нахмурился ещё сильнее, задрав большой тяжёлый подбородок, Умом Анжел понимала, за что его обзывают Мертвяком, но сердцем… Сердцем видела, что он очень даже живой, его душевной теплоте позавидовали бы многие. Анжел поправила на плече рюкзачок и побежала к нему. Стоило их взглядам встретиться, как парень преобразился, расплылся в широкой улыбке, приосанился, а затем вдруг смутился, отвёл взор от девушки. Та тепло улыбнулась, обняла его за руку, заглядывая густоподведёнными глазами в лицо.

- Привет, Андре!

Парню захотелось её обнять, крепко-крепко, может, даже поцеловать. Но он не мог сделать это здесь, у всех на виду. Как же погано: единственный близкий, родной человек, а он не может быть с ней рядом, стесняется каких-то придурков. Хотелось дать самому себе в морду.

- Привет, - буркнул он. – Поедем, что ль?

- Поехали! Уберёмся отсюда подальше! – она улыбнулась ещё шире.

Оказавшись в машине, Андре расправил плечи, по-хозяйски развалившись на сиденье. Левая рука сильно сжала руль, правая дёрнула рычаг коробки передач, подавляя его сопротивление. Анжел забралась на кресло с ногами, обхватив коленки тонкими пальчиками с выкрашенными в чёрный цвет ноготками.

- Сегодня у нас не было занятий по культурологии, мистер Аилинг опять заболел… - рассказывала девушка, пока Андре выруливал с парковки - …Болтались с Кларисс по колледжу, в библиотеке посидели, я старые газеты перебирала. Знаешь, ничего похожего раньше не случалось, чтобы вот так города обезлюдели.

- Может, вирус какой? Мало ли какую дрянь зомби переносят, – предложил парень. Выехав на прямую, вдавил педаль газа в пол. Машина заревела, фыркнула чёрным дымом из выхлопной трубы. Анжел потянулась к ремню безопасности, но, вспомнив, как долго придётся с ним возиться – передумала. Ей не хотелось менять положение, так уютно устроилась.

- Не, было б по-другому. Что ты, фильмов не смотрел? – Девушка убрала с лица наброшенные ветром волосы. - В новостях бы показывали этих учёных в жёлтых скафандрах, военные бы кордоны ставили, шум всё равно был бы. А тут раз – и нет никого!

Парень пожал плечами. Анжел снова принялась бороться с причёской.

- Когда ты уже со своей стороны стекло вставишь? У меня после поездок с тобой вся голова в пыли и песке!

- Прости. Завтра поставлю, - он решил перевести тему. – Я тут слышал по радио выступления этого подполковника, из нацбезопасности. Он сказал, что причина будет найдена в скором времени.

- Фага-то? Не, что он может? Его контора только обычными расследованиями занимается, а тут… необычное…

- Малдеру письмо напиши, - усмехнулся парень. Анжел надулась.

- Ну, прости. Прости, слышишь? Я тоже думаю над этими исчезновениями. Может, люди ушли куда? Что там рядом? – взвизгнув тормозами Андре вырулил на просёлочную дорогу. Над равнинами цвета высохшей глины затухал оранжевый закат.

- О, хорошая мысль. Надо будет в Паутине поискать, как домой приедем, - девушке пришлось повысить голос, перекрывая двигатель и шум ветра.

- Хорошо, что хоть далеко от нас, - высказал мысль парень, украдкой наблюдая за подругой в зеркало заднего вида.

- Вот и Кларисс то же самое говорит, - печально ответила Анжел. – Мы с ней поссорились сегодня.

- Из-за чего?

- Да так… - девушка отвернулась, разглядывая однообразный пейзаж. Машину трясло, мотало из стороны в сторону, но Анжел уже привыкла к такой езде.

- Анжел, ты только не обижайся, но мы вряд ли когда-либо узнаем правду. – Андре сощурился. Дорога вела их прямо в закат. «Солнечные очки дома забыл,» - подумал он и продолжил: - Та же корпорация Быстрого Развития Естественных и Индустриальных Наук, взятая под крыло нацбезопасности, за десять лет существования не выдала ни одной новаторской идеи. О ней вообще ничего не слышно.

- Я сегодня в новостях видела: строятся новые корпуса по всему восточному побережью. Кто бы мог подумать, что с такой фантастической реальностью, как присутствие зомби, мы свыкнемся так быстро. И примем как данность.

Андре усмехнулся.

- Да ещё и работать их заставим!

- А чего тут смешного? – снова надулась Анжел. – Как вообще так можно поступать? Пусть они мёртвые, но зачем же их в рабов превращать, вместо того, чтобы успокоить и заново похоронить? Почему так увеличивается их численность, чтобы на новых фабриках и заводах работать? Откуда берутся деньги на строительство? Простым гражданам никто ничего не расскажет.

Она на мгновение задумалась.

- Но мы же можем всё узнать сами! – глаза девушки загорелись. – Давай поедем туда!

- А как же твоя учёба? - нахмурился парень.

- Да ну её! Ты же вон не учишься!

Андре строго посмотрел на подругу.

Дорога резко вильнула влево, обходя овражек.

- Тормоззии! – взвизгнула Анжел.

«Я не успеваю сбросить скорость! Не успеваю!! Если на пару секунд раньше сообразил, из-за проклятого солнца ничего не видать», - мысли проносились в голове, пока руки изо всех сил выкручивали руль влево. «Мустанг» занесло, ограждение дороги ударило по колёсам, автомобиль кувыркнулся, приземляясь на крышу, поехал вниз по склону, уткнулся капотом в сухую землю. Колёса продолжали вращаться по инерции, над проборождённым оврагом поднимался пылевой дымок.

Сколько времени прошло, прежде чем он очнулся, парень не знал. Перед глазами всё плыло. Подруга с закрытыми глазами лежала рядом на лобовом стекле.

- Анжел! Анжел! – с жалобным стоном позвал Андре. Его трясло, бросая то в жар, то в холод, капли пота медленно стекали по волосам. Гоняя на чудом собранной развалюхе, о себе он никогда не думал – а, будь что будет! Лишь подвозя девушку после учёбы, закрадывалась мысль, что он может подвергнуть её опасности. Правда, раз от раза ничего не происходило, и Андре успокоился. Расслабился. И вот тебе на.

С щелчком отстегнул ремень безопасности, выполз из окна, в которое ещё не успел вставить стекло, попробовал встать. Ноги слушались плохо, в голове звенело, но Андре всё же смог обойти автомобиль кругом, опираясь на его корпус. Упал на колени перед пассажирской дверью.

- Анжел! Анжел, да очнись ты! Не молчи, пожалуйста, Анжел!

Дверь со свежими вмятинами не поддавалась. Парень схватил первый попавшийся камень в кулак и ударил по стеклу. «Камень», оказавшийся куском глины, рассыпался меж пальцев, кожа на костяшках лопнула, сбрызнув кровью появившуюся трещину на окне. Андре сжал зубы, ударил ещё раз. Посыпалось мелкое стеклянное крошево. «Тащить Анжел через это? Нет, нельзя, могу поранить!» Он перебрался обратно, на свою сторону, залез на половину в машину, подхватил девушку под руки, потащил. Вернее, попробовал. Ноги сучили, поднимая облачка пыли, но девушка, вдруг став удивительно тяжёлой, не поддавалась. Парень ухватил её за руку, упёрся в корпус «мустанга» и потащил. Потом перехватил за обе, оттолкнулся ногами, вытащил и отволок на безопасное расстояние.

- Анжел, ну что же ты?! – он потряс девушку за плечи. Голова той моталась из стороны в сторону, безо всякого сопротивления со стороны костей. «Шея.. позвоночник…» - ужаснулся про себя Андре, не решаясь высказать это в слух.

- Анжел, Анжел, очнись, пожалуйста, очнись, - зашептал он, убирая волосы с такого милого лица. Ответа не было, девушка уже не дышала.

- Давай, приходи в себя, хватит дурака валять, оживай, чтоб тебя! – заорал он. В голове щёлкнуло, будто кто-то переключил режимы. В сером мире было только одно яркое пятно – истекающая бледно-жёлтым светом Анжел, гаснущая, сливающаяся с бесцветием.

- Оживай! Не смей умирать!

С криком изо рта вырвались клубы зеленоватого пара. Дыхание Андре осело на девушку и вошло внутрь. Девушка снова засветилась, но теперь уже бледно-синим. И резко села. Андре отскочил от неё, пополз на заднице, ему никак не удавалось встать на ноги. Он не заметил, когда внутренний тумблер вернулся в положение «Привычный мир». А Анжел сидела, как кукла, голова лежала на плече. Пару секунд ничего не происходило, парень слышал лишь свистящие хрипы и гулкий стук. Успокаиваясь, он понял, что это его дыхание и сердце. Отхлынул жар, воспоминание о выбросе адреналина в кровь, солнце садилось за спиной Анжел, простирая её тень к ногам Андре, ветер гнал пыль и песок. «Может, это какая-то нервная реакция, ну вроде как судороги? Может, нерв какой-то защемился, пока я её тряс, вот спина и согнулась?» - подумалось парню, и тут его подруга открыла глаза. Пустые бельма, закатившихся зрачков не видать под чёрными веками. Андре заорал, пополз от неё, перевернулся, едва не на четвереньках взбежал на насыпь и только тогда оглянулся. Загребая кроссовками сухую землю, к нему брела Анжел. Руки её болтались как плети, голова чуть завалилась назад, из-за чего рот открылся. Такое знакомое лицо, не раз ему снившееся, превратилось в кошмарную карикатуру: белые пустые глаза, тёмный провал рта и волнуемые ветром выжженные перекисью волосы.

Андре закрыл лицо руками, отвернулся и побежал что было мочи домой, надеясь, что ветер, режущий глаза, сорвёт вставшую перед внутренним взором картину, что горящие лёгкие, болящие мышцы займут разум, отогнав мысли о произошедшем.

Ещё более бледный, чем обычно, Андре влетел на мансарду и пронёсся мимо отца. Мишель открыл было рот, но успел только проводить сына ошарашенным взглядом. Хлопнула тонкая дверь с противомоскитной сеткой, Мишель поднялся с кресла и выглянул на дорогу. Никого, кто мог бы так напугать его мальчика, там не было. Никто за ним не гнался. Мишель пожал плечами и вошёл в дом.

- Андре, а покушать?! – кричала Сара, стоя у лестницы на второй этаж. – Андре!

Она заметила мужа.

- Что ты ему сказал?! Разве так я тебя просила поговорить?! Он такой ранимый мальчик, посмотри, что ты наделал!

- Да я даже слова сказать не успел! – Мишель смял газету и отшвырнул прочь. – Он пронёсся как ужаленный, ни здрасьте, ни насрать! Ну, я сейчас с ним поговорю, я сейчас с ним так поговорю!

Мужчина расстегнул пряжку ремня.

- Мишель! Нельзя же так!

- Молчи, Сара! Это ты его избаловала! – впечатывая каждый шаг Мишель взошёл по лестнице, толкнул дверь в комнату Андре.

- Андре! Открой дверь! Открой сейчас же, кому говорят!

- Сыночек! Открой, пожалуйста, мы просто хотим с тобой поговорить! Мишель, да одень ты ремень, у тебя штаны сваливаются.

- Андре! Открывай живо, не выводи меня из себя! – мужчина забарабанил по двери кулаком, поддерживая другой рукой сползающие брюки.

Сжавшийся в комок под подоконником Андре всё же нашёл в себе силы заорать в ответ:

- Уходите! Оставьте меня в покое! – он сам поразился, насколько визгливо и по-детски это получилось. – Уйдите! Как вы меня достали! Оставьте меня одного!

Парень обхватил руками колени, спрятал голову, его трясло. Родители ещё что-то поворчали, поругались и, наконец, ушли.

Немного придя в себя, Андре начал старательно выдыхать, пытаясь увидеть изменения в цвете. Ничего. Цветовая гамма мира оставалась прежней, зелёного пара больше не вылетало. «Показалось… Авария, башкой стукнулся, солнце заходило, голову может ещё и напекло, пыль клубилась… Глюки… У нас нет зомби, они все там, на востоке, у нас всё спокойно, Анжел никто не кусал, она не могла ожить, это всё моё воображение…» Он встал, выглянул в окно, выходившее на просёлочную дорогу, по которой он прибежал. Та была по-прежнему пуста. «Только воображение, ничего более…» - ещё раз повторил он, забираясь в кровать. «Завтра с утра схожу на место аварии, увижу там тело Анжел, похороню…» - он укрылся одеялом с головой, а потом нервное и физическое переутомление взяли своё.

Проснулся он глубокой ночью от беспричинного страха. Майка прилипла к телу, Андре с отвращением сдёрнул её через голову. В комнате было душно, парень встал, поднял половинку окна. Ветра не воспользовался приглашением, нагретый за день воздух парил, голова кружилась. «Схожу на кухню, попью воды..» Проходя мимо спальни родителей, парень услышал звуки возни. Похоже, они тоже не могли нормально спать в такой духотище.

Дверь на мансарду была распахнута. Андре не стал её затворять, так всё посвежее будет. Ледяная вода из холодильника принесла желаемое облегчение. Он плеснул на ладонь, смочил затылок и шею. Вода обожгла холодом, спустя мгновение даровав ни с чем не сравнимое наслаждение. Парень побрёл обратно в комнату, досыпать.

«Ещё и закрылись,» - подумал он, глядя на затворённую дверь в комнату родителей, - «Дурость какая, чем они там занимаются?» Звуки изнутри доносились странные, будто кто-то неряшливо ел, хлюпая и причмокивая. Андре покраснел от появившихся мыслей. Он потоптался на пороге, борясь с собой. «Нужно дать предкам побыть наедине.. Но, не могу же я дать им умереть от отсутствия воздуха. Занятые своим делом, они меня и не заметят.» Он быстро отворил дверь, и уже собрался юркнуть обратно в коридор, когда почувствовал под босой ногой что-то липкое. «Это что? Варенье? Прямо девять с половиной недель тут устроили!» - нахмурился он, и быстро глянул на родительскую постель. На испачканных простынях сидела фигура, которая никак не могла быть его матерью. А справа от себя парень заметил белеющие в темноте большие ступни отца, валяющегося на полу. И тут сидящая на кровати повернулась к нему. Стоило Андре увидеть склоненную к плечу голову с бледным, перемазанным красным ртом, как он всё понял.

- Нет, Анжел, только не мои папа с мамой, - запричитал он, отступая. – Зачем ты это сделала?

Мёртвая девушка пожала плечами, от чего её голова качнулась и откинулась назад. А затем она хрипло исторгла одно слово: «- М-мозги…» И поползла к нему. Андре снова бросился бежать.

Босой, в одних трусах, он летел по ночному городу, сворачивал куда-то, перелезал через заборчики, несколько раз был облаян, при этом не задумываясь, куда несётся и зачем. Главное подальше от этого кошмара.

Выбившись из сил, он забрался в жестяную трубу, смердящую канализацией, и просидел в ней до утра, стуча зубами от страха.

Перепачканный, с красными глазами и больной головой, Андре выбрался из трубы. Конечности затекли и плохо слушались. Пошатываясь из стороны в сторону, он побрёл по улице.

- Эй, гляди, вон ещё один! Дейв, стреляй, стреляй ему в голову!

Пуля свистнула мимо уха, Андре упал на землю, сжался клубком и закричал, не представляя даже, откуда ведётся стрельба.

- Я живой! Не стреляйте! Я живой! Пожалуйста, не стреляйте… не стреляйте… пожалуйста… Я живой… Живой…

Его грубо вздёрнули с земли.

- Эй, малой, ты откуда взялся? Ты цел? Тебя не укусили?

Крупный мужик, заросший по самые глаза, завертел его, осматривая со всех сторон.

- Я прятался тут, в трубе, ночью убежал из дома и спрятался…

- Звать-то как?

- Андре. Андре Эксидент.

- Откуда ты?

- С Фа-стрит, дом 76. Это на северной окраине.

- Оттуда они и лезут, - мрачно проговорил бородач и сплюнул. – Пошли со мной. Воняешь ты конечно, прям как зомби, но не бросать же тебя тут. Я, кстати, Дейв.

- Очень приятно, мистер.

- Ага. Давай, забегай, - Дейв распахнул толстую дверь, пропуская парня внутрь дома, огляделся и сам вошёл внутрь. Лязгнул засов.

Андре огляделся. Среди охотничьих трофеев: оленьих рогов и чучел мелких хищников и птиц, сидело семь человек. Три мужчины и четыре женщины. Одна из них, в строгом тёмном платье, подошла к парню.

- Ты прости уж, я тебя за мертвеца приняла, уж больно ты бледен, да и шёл прям как они.

- Я просто всю ночь просидел в какой-то дыре, затёк весь, - объяснил набычившийся Андре. Теперь, когда страх прошёл, им руководила лишь злость. «Сначала Мертвяком все обзывали, теперь вот чуть не пристрелили, за зомби приняв.»

- Извини, - женщина широко улыбнулась, без тени раскаянья. – Пойдем, я тебе какую-нибудь одежду подберу.

Когда Андре вернулся в общую комнату, обряженный в великоватые ему штаны и рубаху, там шёл оживлённый разговор на повышенных тонах.

- А я говорю, нужно оставаться здесь, - рычал Дейв. – В моём доме мы как в крепости! Ни одна мёртвая тварь сюда не пролезет. К тому же мы в стороне от остальных, может, и не заметят нас.

- Не знаю, не знаю, - покачал головой наголо бритый мужчина в очках с тонкой оправой. – Так мы сами себя загоняем в угол. Зомби передвигаются медленно, если мы будем постоянно менять месторасположение – они нас никогда не достанут.

- Всё равно они нас найдут. Найдут и сожрут, - обречённо сказала сидящая рядом с лысым женщина, бездумно глядя в окно.

- Успокойся, Роза, никто нас не найдёт, - раздражённо отмахнулся бородач. – А ты, Клив, тоже неправ. Мы не можем постоянно перемещаться. Мы не машины. Нам нужно спать, есть. Здесь, в родном городе, мы знаем, где что достать, куда бежать, если что. А если уедем? Куда ехать, ты знаешь? Откуда здесь эти твари взялись, ты знаешь? Вот то-то же. И молчи тогда, и не суйся со своими советами! – Дейв отвернулся от лысого и заорал, обращаясь уже ко всем: - Коли кому неймётся – милости прошу, сейчас же двери отопру, и катитесь на все четыре стороны. Только потом не вздумайте бежать обратно, я вас первым пристрелю, чтобы вы всю свору сюда не привели.

- Мы не можем сидеть здесь вечно, Дейв, - ядовито улыбнулась женщина, подарившая Андре одежду.

- На неделю жрачки хватит, а там видно будет. Прилетят военные, или ещё кто-нибудь и поубивают этих мертвяков.

- Твои слова – да богу в уши, - устало вздохнул Клив. – Ладно, неделю подождём, но потом сделаем по-моему. Ибо нечего тут уже ловить будет. Идёт?

- Идёт, - буркнул Дейв. – На двух машинах уйдём в сторону Кэпиталсити. А сейчас все по окнам, глядите в оба, чтобы ещё кого не пропустить. Тебя парень это тоже касается. Дуй с Ивоной и Патриком на второй этаж, если что – ори громче.

Не прошло и часа, как вдалеке кто-то появился. Дейв залёг на козырьке с винтовкой, долго рассматривал фигуру в оптический прицел, потом спустил курок. Фигура упала.

- А вдруг это какой-то бедолага был, вроде мальчика? - тихо спросила Роза.

- А вдруг нет?! – рявкнул Дейв, а потом добавил спокойнее. – Я не мог рисковать, подпуская его ближе.

А затем гости пошли чаще. Бородач расстреливал их издалека, но фигур становилось всё больше.

- Дьявол, они даже в другие дома не заглядывают, - ворчал Дейв перезаряжая, - прямо к нам прут. Зовут их сюда, что ли?..

Мертвецы стекались отовсюду, оккупировав подступы к домику стрелка. Пока что они бестолково мычали, тыкаясь лбами в стены, но потихоньку начинали пробовать дверь на прочность.

- Я же говорил, что нужно уходить, - простонал Клив. – А теперь мы сами себя заперли в этой могиле.

Одна из женщин заплакала. Ивона отвесила ей пощёчину. Дейв хмурился, пытаясь найти выход из ситуации. Все ждали его решения. Зомби снаружи скреблись и что-то глухо бормотали.

- Подождём. Окна высоко, дверь крепкая, должна выдержать. Укрепим входы-выходы. – Выдал Дейв, наконец. Клив покачал головой, но спорить не стал.

К ночи зомби стало больше. Дверь тряслась, затем зазвенело оконное стекло, какой-то мертвец попал по нему рукой. Стрелок высунул в дырку дуло, пальнул пару раз, потом плюнул и выругался. Оторвав дверцу от шкафчика, заколотил ею окно. Через пять минут стёкла посыпались лавиной с других окон. Люди заметались по дому. Клив бил лопатой по тянувшимся с улицы рукам, Патрик забивал прорехи подручными средствами, у другого окна орудовали Дейв с четвёртым мужчиной. Андре забыл, как того зовут. То ли Стив, то ли Билл… Сам парень сидел вместе с женщинами на втором этаже, куда их прогнали, чтобы не путались под ногами.

- Надо было сразу же уходить, - снова завёл свою пластинку Клив. – Или хотя бы когда они подошли к дому. Тогда у нас хотя бы был шанс. Но ты захотел остаться…

- Заткнись, заткнись, сукин сын! – заорал Дейв, слюна заляпала ему бороду. – Вы все ждали от меня решения! Никто, дьявол вас забери, никто не возразил! А теперь хотите меня сделать виноватым?! Думаете, нашли козла отпущения?!

- Тихо, тихо, друзья, не будем ссориться, - Патрик примирительно поднял руки. – Дейв, Клив, успокойтесь.

- Да пошли вы все в жопу! – крикнул бородач, взлетая на второй этаж. Тяжело топая, он прошёл мимо сжавшихся женщин, бросив на них злой взгляд, распахнул окно и высунулся до половины наружу.

- Эй, сволочи трупоедские! Жрать хотите?! Так я вас сейчас накормлю!

Винтовка бахнула раз, другой, третий. В ворчании зомби прорезалась угроза.

- Что, не нравится свинец?! А другого ничего вы от меня не дождётесь, мёртвые скоты!

И снова пули в качестве подкрепления слов делом.

Андре зажал руками уши, чтобы не слышать этого ора, этого глухого ропота, этих выстрелов. «Дурдом, они все сошли с ума, все до одного…» Сжав голову руками, он смотрел на покачивающуюся перед глазами комнату. Роза опять плакала, Ивона что-то ей втолковывала, перемежая слова нервными смешками. Андре не слышал слов, только гул, но видел, как её губы презрительно кривятся. Женщина резко встала, глянула краем глаза в окно, достала из кармана платья помятую пачку, закурила. Сигарета тряслась в бледных пальцах. Затем Роза тоже вскочила, а Дейв вылез из окна. Парень отнял ладони от ушей. С первого этажа раздавались крики и громкое утробное ворчание, накатывающееся как прибой. Патрик взлетел по лестнице, ухватился за комод, опрокинул его на ступени.

- Клив! Клив сошёл с ума! Он открыл заднюю дверь и выбежал во двор! Зомби ворвались в дом, они… они… Стив… он…

Илона отвесила пощёчину и ему.

- Не распуская сопли! Нам и твоей жены вполне хватает!

Дейв что-то ревел в ярости, стреляя вниз.

Андре заметался по комнате, выглянул из окна. Толпа зомби всасывалась внутрь дома. Парень выбрался на козырёк крыши, огляделся. Дерево. Недалеко вроде, можно допрыгнуть. На разбег только два шага. За спиной, в комнате что-то происходило, но он не решился оглянуться. Короткие мелкие шажки по звонкой жести крыши, прыжок. Дерево оказалось дальше, чем Андре думал. В надежде ухватиться, он выбросил вперёд руки. Пальцы только оборвали редкие листья, но потом какая-то ветка ударила по ладоням, парень судорожно сжал её, тело сделало полукруг и.. Хруст: Андре снова полетел к земле. Сильный удар, тёмное небо с бледными облаками закружилось, корень врезался под лопатку.

Андре со второго раза удалось подняться и, прихрамывая, побежать прочь от ненадёжного пристанища. А сзади, в доме, суматошно метались тени.

* Блейзер - яркая короткая спортивная куртка.

Часть I. Глава 3

Глава 3

Знакомые улицы Смоллтауна вымерли. Дома отгородились запертыми дверями, заколоченными окнами, притушенными огнями. Андре барабанил в двери, кричал, чтобы его впустили. Всё без толку. А после того, как на третьем доме ответом ему стал выстрел из дробовика, чудом прошедший мимо, парень оставил попытки достучаться до людей. Какая ирония: лучшую защиту ему могли обеспечить лишь люди с оружием, и они же были для него главной угрозой. «Нужно идти в полицию, центральное управление Смоллтауна,» - решил Андре. – «Это десять кварталов, эх, сейчас бы машину…»

Взгляд его упал на предмет у заборчика.

«Или велик…»

К сожалению, тот оказался прикован к прутьям ограды. Андре быстро пошёл дальше, внимательно оглядывая дворы. Через полтора квартала ему, можно сказать, повезло. Около освещённого дома с распахнутой дверью валялся детский велосипед.

- Эй, есть кто?.. – крикнул он, заглянув внутрь строения. Дыхание внезапно перехватило, - живой… - хрипло продолжил он, пятясь.

- М-м-озги? – спросил тихий детский голос.

Андре вскочил на велик. Рукоятка была в чём-то липком, но это уже казалось неважным. Вихляя из стороны в сторону, неловко сгорбившись, парень крутил педали. Велосипед поскрипывал, неся его по тёмным улицам. Постепенно огней становилось всё больше, дома выросли на пару этажей, стала слышна музыка, гомон телевизоров. Магазины расцвели витринами, бары мигали кислотными красками.

«Неужели они ничего не знают? Как так?» Бросив велик около одного из них, парень заскочил внутрь.

В прокуренном помещении у стойки сидело трое мужчин, ещё в дальнем уголке самозабвенно целовались юноша с девушкой. Бармен глянул на бледного как полотно Андре, нарисовавшегося в дверях.

- Тебе чего? Двадцать один есть? Если нет, проваливай, я не хочу под суд, - недружелюбно поприветствовал его седеющий мужчина в тёмно-зелёном жилете.

- Вы.. вы что, не знаете? Там.. там – зомби! – Андре махнул рукой назад.

- Ещё один псих, - усмехнулся бармен. – Достали уже.

- Ага, - согласился один из посетителей, отхлебнув пива. – Эти придурки хотят таким образом привлечь внимание общественности. Чтобы все испугались несуществующей угрозы. Зомби совершенно не опасны и находятся под контролем корпорации Быстрого Развития. Так ведь, Майкл?

- Так, Джон!

Мужчины глухо столкнули кружки.

Андре выглянул наружу. Ему показалось, что там вдалеке, ниже по улице, что-то движется. Или кто-то. Андре разрывался между этими идиотами и желанием бежать. «Ну не могу же я их силком тащить,» - утешил он себя и снова сел на свой маленький транспорт.

И вновь ночные улицы. Знакомые, родные, такие спокойные. Синие отблески телеков с монотонным бормотанием в окнах, тихая музыка, жёлтые солнца фонарей, шум измождённых летним зноем деревьев. Это впереди. Обычная, привычная жизнь, такая же, как вчера, позавчера, неделю назад. А за спиной… за спиной мрак. Глухие погасшие дома, тоскливый собачий вой, терзающий своей обречённостью, визжащая сигнализация, отчётливо слышимая в обступившем безмолвии. Тьма смотрела в спину убегавшему от неё парню мириадами чёрных зрачков, и все огни города не могли ей помешать. Андре чувствовал этот совокупный взгляд, и, даже понимая всю иррациональность своего страха, не мог заставить себя обернуться.

Реальность обратила не себя внимание визгом тормозов. Парень резко вильнул влево, уходя от всё ещё катящейся по инерции жёлтой машины. Таксист высунул бледное лицо из окна.

- Совсем сдурел?! Куда на красный?! Чуть из-за тебя, идиота, в тюрягу не загремел!

- Извините, - прошептал Андре и постарался побыстрее убраться с перекрёстка. В след ему ещё с полминуты неслись ругательства, потом такси взревело мотором, взвизгнуло шинами и укатило. Андре крутил педали, не обращая внимания на наливающиеся усталостью мышцы. Велосипед оказался чертовски неудобным, малые размеры не позволяли полностью разогнуть ноги. Будто на корточках идёшь. Можно было ехать стоя, но тогда уставала спина, и, опять же, ноги. Чередуя положения, парень кое-как добрался до полицейского управления. Оставив велик у ближайшего столба, неестественно прямо ставя ноги, он двинулся к одноэтажному зданию с красной черепичной крышей. Миленькое такое зданьице, одно окно по раме обвивал плющ, сейчас превратившийся в бурую верёвку с редкими листочками. Центральный и он же единственный участок Смоллтауна. Помимо яркого света, из окон рвался многоголосый шум. Андре осторожно приоткрыл дверь, и заглянул внутрь.

- А ну тихо, тихо я сказал! – орал крупный обрюзгший негр с седой щетиной. – Вас много, а я один!

- Но офицер, вы должны принять у меня заявление!

- И у меня!

- Я хочу поговорить с вашим начальством, немедленно!

- А ну молчать! – рявкнул полисмен, брызжа слюной. – Садитесь за столы и пишите свои заявления на имя майора Брейва. Кто там его видеть хотел?! Поясняю для особо вдумчивых: майор вместе с лейтенантом Бадди уехали разбираться с вашими случаями! Всё выясним, примем меры, виновных накажем! Разойдитесь по домам!

Он тяжело опёрся на стойку. Потом схватил кружку, хлебнул и скривился. Кофе и так был не лучшим, а теперь ещё и остыл совсем. Полисмен отставил его подальше.

- А тебе чего, парень? – с обречённостью в голосе спросил он.

- Простите, офицер, я с Фа-стрит, дом 76, Андре Эксидент. На нас напали зомби.

Пожилой негр вздохнул.

- Майор уехал туда, со всей северо-западной оконечности города подобные сигналы поступают. Всё выясним, во всём разберёмся, всех накажем… Посиди вон там пока, - он махнул рукой в дальний угол, где стоял ряд стульев и обратился к следующему: - А у вас что?

Когда Андре отходил от стойки, офицер привычно бубнил заученную фразу: «Выясним, примем меры, накажем, обязательно накажем виновных.» Парень прошёл мимо двух камер, в одной скучала ярко размалёванная девица, флегматично пережёвывая жвачку, в другой – спал дед, крайне неопрятного вида. А на стуле около стены сидел наголо бритый мужчина в порванной рубахе. Он взглянул в глаза Андре, поправил очки, а потом они синхронно отвели взгляды. Парень сел невдалеке, не говоря ни слова. Он ждал, что Клив начнёт разговор первым, будет пытаться оправдываться или наоборот обвинять Андре, но тот тоже молчал, погружённый в думы. Плечи парня поникли. Усталость чудовищным грузом села на шею, он попробовал вспомнить, сколько спал в прошлую ночь и что последний раз ел. Получилось с трудом. Обняв себя руками, Андре поёрзал, пытаясь устроится на металлическом стуле поудобнее. Несмотря на шум участка, яркий свет люминесцентных ламп, резкие запахи, всегда сопровождающие скопления разгорячённых, агрессивно настроенных людей, заснул парень мгновенно.

Когда он проснулся, за окнами посерело. В участке, кажется, ничего не изменилось. Разве что людей стало больше. Они по-прежнему штурмовали стойку, обороняемую старым негром. Андре чётко видел его лоб, покатый, с глубокими залысинами, ярко блестящий. С валиками морщин, с родинками у виска. Офицер сорвал голос, и теперь что-то сипел. Было видно, что он тоже устал. А усталость усиливало отчаянье, ведь на все вызовы начальства по рации никто не отвечал.

- Сделайте же что-нибудь! У меня там сестра с мужем живёт!

- А у меня родители!

- Вызывайте армию, вертолёты, танки, что там у вас ещё есть! Делайте же что-нибудь!!

Седой сержант раскрыл рот, чтобы ответить, но передумал. Он просто выбрался из-за стойки, и, раздвигая как древний пароход застоявшиеся воды грязной ленивой реки, пошёл сквозь замолкающую толпу к дальней стене, где стоял ряд стульев. Тяжело плюхнувшись между Кливом и Андре, он поднял глаза на людей. Те стояли молча, опешив от такого поведения. Крикливая дама с сетчатой шляпе с широкими полями ещё пыталась что-то потребовать, но не получив поддержки, тоже умолкла, выжидающе смотря на полисмена.

- Я вызывал Национальную Гвардию три часа назад. Они сказали, что это дело специального подразделения нацбезопасности, и с тех пор от них ни звука. Мы сами по себе, так что возьмите себя в руки. Нужно организовать оборону, запастись продуктами, ждать и молиться, что кто-нибудь всё же вспомнит о нас.

Снова поднялся гвалт. Полисмен откинулся назад, бездумно уставившись в потолок. Его уже не волновали хулы в свой адрес, как и в адрес правительства, а так же подведомственных служб. Какая теперь разница, кто виноват? Он был уверен, что потом во всём разберутся, найдут виновных и накажут, но это от него не зависит. От него зависит, доживёт ли он до этого момента, и сколько ещё людей вместе с ним. Глубоко вздохнув, офицер решительно встал и начал отдавать приказы, не задумываясь, слышит ли его кто-нибудь и собирается ли подчиняться.

- Значит так. Заваливаем окна столами, двери подпираем стульями, заднюю наглухо, так, чтоб даже если захотим – не открыли бы. Переднюю – так, чтобы можно было открыть. Одновременно часть идёт к Большому Джиму, затаривается продуктами, которые долго могут храниться без холодильника: сыры, копчёные колбасы, крупы какой-нибудь наберите, у нас тут плитка есть. И воды. Главное побольше воды. Скидываемся, у кого сколько есть, сейчас не время жадничать.

Он вытащил из кармана бумажник и вытряхнул его на стойку.

Люди, только что самозабвенно клявшие судьбу, вновь утихли. Большинство обречённо махнули рукой и ушли домой, чтобы встречать беду рядом с семьёй, но всё же несколько человек осталось помогать.

- Видимо остались те, кому некуда идти, - резюмировал сержант, - что ж, и на том спасибо. Ну, с богом.

Пятеро остались в участке баррикадировать окна и двери, трое ушли на улицу, до ближайшего круглосуточного магазина. Андре подумал и присоединился к ним. Солнце ещё не взошло, пустые улицы гулко вторили их шагам. Свежий утренний воздух прояснил голову. Поначалу люди озирались, ссутулив плечи и втягивая головы, потом расслабились, даже попробовали робко шутить:

- А у этого Джима цены хоть нормальные? Может, он даже скидку сделает на время нашествия зомби? – чтобы не молчать спросил один из мужчин, худой, с длинным носом, в рубашке без рукавов и галстуке. Андре про себя окрестил его Клерком.

- Ага, представляю вывеску: Внимание! Сезонные скидки: весна, осень, миграция живых мертвецов, - нервно хихикнула женщина с аккуратно уложенными волосами и поправила шейный платок. Ей парень дал определение – Кокетка.

- Скорее у него там будет висеть табличка: каждому покупателю-зомби – картечь в лоб за счёт заведения, - мрачно пошутил небритый мужчина со сломанным носом и татуировкой на правом предплечье.

- Ты что, Майк! Джим и мухи не обидит! Он же этот, буддист.

- А что, буддисты никого не обижают? А как же эти каратисты, шаолиньские монахи? Или я что-то путаю? – спросил Клерк, он беспрестанно крутил головой, щуря глаза.

- Я не знаю, - женщина порывисто вздохнула, - но Джим – самый безобидный человек, каких я знаю.

- Ну-ну, я тоже был безобидным, пока не увидел, что та мёртвая дура сделала с прохожим. Я ей тогда лопатой, лопатой, - татуированный сжал кулаки, глаза его горели.

«Мёртвая? Уж не Анжел ли?» - сразу же мелькнула мысль у Андре. Но он тут же спохватился: - «Да какая разница, это уже не она, это зомби, она убила моих родителей, не ужели я буду её жалеть?!»

- Успокойся, Майк, среди нас ребёнок, он и так, поди, натерпелся, маленький.

- Фиби, да какой он ребёнок? Взрослый мужик! Дети уже поди в яйцах пищат, а, парень? – Майк пихнул Андре кулаком в плечо. Тот поморщился.

- Нет.

- Да ладно тебе, тут нечего стесняться! Посмотри на Фиби, - Андре послушно посмотрел, - ух, я бы её! Так у неё какие-то нелепые отговорки – нет настроения, голова болит, зомби кругом.

Андре смущённо отвёл взгляд. Кокетка зарделась, стрельнула глазками в татуированного.

- Фу, пошляк.

Майк усмехнулся, подскочил к ней, шутливо обнял.

- Ну, Фиби, вдруг это наш последний шанс! Вдруг это мы положим начало возрождению человеческой расы!

- Если у меня от тебя будут дети, то это, скорее, закат человеческой расы, - фыркнула она.

Татуированный мрачно нахмурился, сжал зубы. Клерк и Андре посмотрели на него с опаской.

- О, а вот и магазин! - обрадовалась Фиби, - поспешим, мальчики.

Она процокала каблучками к небольшому продуктовому магазину, широко распахнула красную дверь, скрипнувшую растянутой пружиной. Внутри царил полумрак, лампочки горели через одну. Разговоры умолкли как-то сами собой. Троица тихо прошла мимо стеллажей с чипсами, сухариками, детскими завтраками, мимо автомата с содовой и холодильника с пивом, остановившись только у небольшой ниши в стене, где стояли молочные продукты. Выбрав три головки сыра, они двинулись дальше, до холодильника с мясом. Фиби отодвинула крышку, скрипнувшую намёрзшим инеем. Все вздрогнули. Молодая женщина скорчила виноватую рожицу. Майк отодвинул её в сторону и принялся выбирать колбасы, нагружая ими Андре и Клерка. После чего закрыл. И вновь раздался скрип, уже гораздо громче, будто кто-то провёл пенопластом по стеклу. Татуированный набычился на упрекающие взгляды и произнёс одними губами: «А чё я сделаю?!»

За прилавком, укрывавшем под тонким стеклом конфеты, жвачки и леденцы, раздался шум. Отворилась дверь в подсобку, и проём закрыл тёмный грузный силуэт. Это явно был не человек: шесть с лишним футов ростом, необъятный, ступающий так тяжело, что вошедшим почудилось, будто весь магазин сотрясается до основания. А потом он издал рёв, от которого у Андре волосы встали дыбом, а голова непроизвольно вжалась в плечи. Это было похоже на отчаянное мычание буйвола, завершившееся причмокиванием засосавшей его трясины.

Гигантское существо шлёпнуло ладонью по стене и освещение в магазине включилось полностью, резанув неожиданно по глазам. И взору Андре предстал огромный толстяк в оранжевой тоге, с выбритой головой и крупными бусами на шее и запястьях. Он прикрыл лопатоподобной ладонью лицо от света, щурясь с недовольной миной.

- Джим! – сверкнула зубами в улыбке Фиби. – Ну ты нас и напугал!

- Простите, - прогудел тот и низко поклонился. А потом душераздирающе зевнул, причмокнув, вновь воспроизведя эти неповторимые звуки живой природы. – Что вас привело в мой скромный магазин в такую рань?

- Ах, Джим, - уголки губ молодой женщины опустились вниз. – Тут такое в городе творится! Прям фильм ужасов: живые мертвецы, пожирающие людей. Просто голова идёт кругом! Жили себе, жили, и вдруг…

- Всё к тому и шло, - встрял мужчина в галстуке, снимая с ближайшего стеллажа три пятилитровых бутыли с питьевой водой, - позволили зомби жить рядом с нами, пустили их на наши рабочие места, и вот расплата! Или я не прав?

- Простите, что не соглашаюсь с вами, - прогудел Большой Джим, - но то на восточном побережье, здесь-то зомби откуда?

- А всё до поры до времени! А на восточном побережье они откуда взялись, а?

- Так! Закончили споры! В участке можете спорить сколько угодно! Может, зомби уже в одном квартале отсюда?! – зарычал татуированный. – Эй, толстяк, у тебя есть копчёное мясо? Или ты уже всё сожрал?

- Есть, - с добродушной улыбкой ответил Большой Джим и снова поклонился. – А мясо я не ем, я вегетарианец.

- Ага, конечно, рассказывай, - буркнул Майк.

- Фиби, дорогая, я тут в Паутине нашёл рецепт диеты, - рассказывал Джим, копаясь в холодильнике за прилавком, - но она, по-моему, неправильная, я только прибавил в весе.

- Что за диета? На мясе что ли? – улыбнулась женщина.

- Нет, - полуобернувшись, вернул улыбку Большой Джим, - на рисе и овощах. Специально для таких больших людей как я. Их ещё называют по-особенному – то ли суно, то ли супо…

- Может сумо? – предположил Андре.

- А, да, точно, сумо! – обрадовался Джим. – Ты тоже слышал о такой?

Фиби первый раз за последние два дня звонко рассмеялась.

- Ой, Джим! Так это же борцы сумо! У них специальная диета, чтобы быстрее вес набирать!

- Да?.. – у него было такое растерянное и нелепое лицо, что Андре тоже улыбнулся.

- Вы, двое, что застыли? – рявкнул Майк. – Вываливайте, что набрали, на прилавок, пусть жиртрест всё быстренько посчитает. А то пока он своими сосисками по кнопкам на кассе попадёт…

Андре зло глянул на него, но приказ выполнил, швырнув сыр на ленту для продуктов.

- Чего зыркаешь?! – набычился татуированный, - по шее получить захотел?

- Отстань от него, Майк, что ты всех задираешь? – тихо возмутилась Фиби.

- Ух, руки чешутся кому-нибудь вломить! Как думаешь, этот нигер в участке оружие нам выдаст? У них наверняка должно быть про запас. Ну а если нет, сами возьмём, так мужики? – он хлопнул Клерка по спине, подмигнул Андре, но поддержки не встретил. – А, чёрт с вами, ссыкуны. Девкам нравятся боевые мужики, чтобы ух! Так ведь, Фиби?

- Ещё раз руки распустишь!..

- И что, что тогда?

Андре сделал шаг к нему.

- А ты чего вылез? Кого ты защищать собрался, цыплёнок? Посмотрите на него, кожа да кости, уже при жизни как зомби, а туда же!

- Уважаемые покупатели, простите меня, что вмешиваюсь, но ведите себя подобающе. Это неправильные речи и неправильно поведение, - по-доброму улыбаясь, сказал Джим.

- Чтооо?! Ты мне ещё указывать будешь?! – развернулся к нему Майк. Лицо его налилось кровью, а след от перелома на носу побелел косой чертой.

Большой Джим не спеша вышел из-за прилавка, сделал пару тяжёлых шагов, навис всей пятисотфунтовой тушей над буянившим мужчиной.

- Нет, я вам не указываю, простите, пожалуйста, за мой тон, бывший недостаточно вежливым. Я просто прошу вас проявить уважением к женщине и молодому человеку. Пожалуйста.

Ни в единый момент он не повысил тона, ни разу не исчезла с его широкого как лепёшка лица улыбка, но Майк побледнел и кивнул. Злые слова застряли у него в горле, он стал внезапно тих и смирен.

Джим поклонился.

- Благодарю вас за понимание.

Он вернулся за прилавок, на котором громоздилась приличная куча колбас и сыров, прижатая сверху вяленой ляжкой, похоже, принадлежавшей бизону. Быстро поглядывая то на кучу, то на кассовый аппарат, Джим забарабанил по клавишам.

- Джим, пошли с нами? – заискивающе посмотрела ему в глаза Фиби.

- Не волнуйся, со мной всё будет хорошо. Я никому не причиняю зла, и мне никто не причиняет, - Джим аккуратно погладил её по щеке. – К тому же, вдруг кому-то ещё понадобятся продукты? Как я закрою магазин?

Лицо женщины накрыла тень.

- С вас сто двадцать семь долларов, шестьдесят девять центов.

Они высыпали деньги.

- Ой, у нас только девяносто восемь долларов с мелочью… - Фиби растерялась. – Джим, ты отложи часть, чтобы на эту сумму получилось…

Улыбающийся толстяк сгрёб их мятые бумажки и разнокалиберную мелочь, звякнул кассой, посмотрел на ранних покупателей. Они с надеждой глядели на него, ожидая решения. И Большой Джим не смог им отказать.

- Берите всё. Подарок от хозяина магазина, как первым покупателям… ммм… сегодня.

- Спасибо! – молодая женщина едва не захлопала в ладони. – Мы вернём тебе долг, потом, когда всё уляжется.

Она поцеловала гиганта в щёку.

- Но ты тут не задерживайся. Если что – сразу же к нам в участок!

- К дьяволу, нам его будет не прокормить, - тихо-тихо пробурчал Майк, - разве что зомби бросим, они на месяц вперёд наедятся.

Обратно шли молча. Андре видел, как все стараются держаться подальше от татуированного мужчины. Тот иногда смотрел на них исподлобья, но ничего не говорил. Андре не было его жалко. Заслужил.

В участке парень сдал продукты и сразу же отошёл в сторонку. Похоже, народу прибавилось. Новенькие выглядели зашуганными, забитыми зверьками: в их позах, движениях, лицах читался страх, въевшийся в их самоё естество, в плоть, в кости, даже в костный мозг. Офицер полиции старался занять новоприбывших работой, понимая, что их сейчас нужно отвлечь от воспоминаний о пережитом. Андре прислонился щекой к холодной бетонной стене, бездумно погладил кончиками пальцев шершавую поверхность. «Мама, папа, я так соскучился по вам… Анжел…» Хотелось плакать, но нельзя. Он теперь взрослый, детство кончилось внезапно и бесповоротно. И не известно, не промчится ли столь же скоротечно зрелость. Центральное полицейское управление сейчас выглядело достаточно надёжным, но… Андре больше не верил чудеса. Кошмары – да, эти могут произойти в реальности, в этом он убедился воочию.

Нет ничего тоскливее и муторнее ожидания. Андре не знал, чем себя занять. Он подходил к каждому, кому требовалась помощь. Держал столешницу, пока её приколачивали к раме, помогал сортировать продукты на равные порции, даже посидел рядом с какой-то женщиной, слушая её несвязные всхлипывания. Он ничего не сказал, просто сидел рядом, но она, почему-то, поблагодарила его.

Входную дверь в участок пока не запирали, люди часто выходили покурить, напряжённо вглядываясь в глубину улиц. Андре тоже вышел подышать свежим воздухом. И так небольшой полицейский участок сделался ещё меньше из-за обилия постоянно находившихся в нём людей. Это начинало на него давить.

Рядом дымил сигаретой Клив. Он посмотрел на Андре, поправил очки и прищурился.

- Вот так-то парень… Из одной западни, да в другую…

- Почему же не уйдёте из неё, пока не поздно? – раздражённо ответил Андре.

- А куда теперь? Машина в гараже осталась, угонять чужие я не умею, а пешком далеко не уйдёшь. Вот чёрт, там был один идиот со стволом, и тут то же самое. Ничего не изменилось…

- Не думаю, что сержант – идиот, - нахмурился Андре. Старый негр ему понравился.

Клив сильно затянулся.

- Возможно, и нет. Может, Мак-Леод оружие никому больше и не доверяет, потому что не идиот. Как думаешь, есть у нас шанс?

- Конечно!

- Молодой. Оптимист. – Клив усмехнулся, затоптал бычок и ушёл обратно в здание.

Андре подошёл к старому сержанту. Тот, обхватив лоб ладонью, сидел за столом, держа в руках фотографию. Парень глянул краем глаза – там была изображена многочисленная семья. Ему стало жаль офицера. Мак-Леод мог бы уйти домой, к своим, он вооружён и наверняка смог бы их защитить, да и сейчас бы не думал, что с ними. Но он остался с чужими людьми, которые на него орали, что-то требовали, то и дело срывались на истерики. Но офицер терпеливо с ними возился, помогал, защищал. «Мне бы такую силу духа. Стать бы когда-нибудь таким как он… Переживу это всё – пойду в полицейские.» - подумал Андре и осторожно тронул Мак-Леода за плечо. Старый негр встрепенулся, едва не уронив фото, смутился, убрал его в сторону.

- Что.. кхх… что тебе? – хрипло спросил он.

- Сэр, запасов на всех не хватит… Нужно ещё принести.

Сержант помассировал переносицу, оттопырив нижнюю губу.

- Значит так. Нужно собрать деньги, и нужны добровольцы.

- Я пойду, я уже знаю дорогу.

- Молодец, сынок, - Мак-Леод похлопал его по плечу.

Собрали денег, добровольцами вызвалась старая команда, только Фиби наотрез отказалась идти вместе с Майком. Взяли другого: здоровяка с неряшливой трехдневной щетиной и безумным взором. Правда всё, что говорили – выполнял безропотно и силы имел на троих. А татуированный остался, во всеуслышание с безразличным тоном заявив, что не очень-то и хотел. А Фиби прошипел, прижав в уголке:

- Всё равно ты сюда вернёшься, никуда от меня не денешься!

Молодая женщина вырвалась и поскорее выбежала из участка.

Едва только выйдя на улицу, Андре сразу же их заметил. Бредущих к ним зомби можно было различить невооружённым взглядом: тёмная масса в конце улицы.

- Христос милостивый, как же их много, - охнула Фиби.

- Значит, нужно идти быстрее, - закончил Андре, и пошёл вперёд. Остальные потянулись за ним.

До магазинчика Большого Джима добрались минут за десять. Зашли внутрь. Фиби ахнула, закрыв рот ладошками. На полу между стеллажей валялось мёртвое тело, с простреленной головой и тремя дырками в спине. Часть полок была порушена, продукты валялись на полу, распахнутые холодильники парили холодом.

- Что же здесь произошло, во имя Христа, что же произошло? – шептала женщина, теребя шейный платок и не решаясь идти дальше.

- Успокойтесь, вы себя задушите, - Андре уверенно принял роль лидера. – Мистер Джим! Вы меня слышите? Вы.. живы?

- Кто там? – ответил бас из глубины магазины.

- Это Фиби! – привставая на цыпочках, крикнула молодая женщина. Она пыталась увидеть его над стеллажами, но не могла. – Где ты, Джим?

- Я здесь, около кассы. Подходите, не бойтесь, здесь больше никого нет.

Они осторожно пробрались сквозь разгром. Рядом с прилавком на стуле сидел толстяк и флегматично бинтовал предплечье. Сквозь белую марлю проступала кровь.

- Во имя Христа, Джим, что случилось?!

Большой Джим блаженно улыбнулся, будто ничего не произошло.

- У меня были покупатели. Первый вёл себя неадекватно, поэтому я попросил его удалиться. Но он что-то мычал неразборчиво, цеплялся за меня, лез к голове и никак не хотел уходить. Тогда я решил совершить грех и вытолкнуть его силой. Мы с ним поборолись, и в один момент он взял и укусил меня за руку. Прав был Будда: насилие – это неправильное поведение.

Фиби зажала рот ладошкой.

- Джим…

- Я его оттолкнул, и тут появились ещё два покупателя. Они застрелили первого, потом сказали, что я им должен за спасение, и забрали продукты, что смогли унести. Я не мешал. Ещё они сказали, что деньги мне теперь ни к чему, и обчистили кассу. И тут я не нашёл, что им возразить.

- О, Джим… - глаза кокетки заблестели брильянтами.

- Фиби, дорогая, не расстраивайся, - необъятный толстяк искренне улыбался, щуря глаза. – Как учил Будда, всякое существование принципиально является страданием. Для меня ничего не изменилось. Мне лишь жаль, что я не успел пройти по пути просветления до конца. К тому же, ни один из буддийских текстов не описывает нирвану положительно, так что – кто знает, что меня ждало бы в конце.

- Джим… - она присела рядом с ним, он аккуратно погладил её ухоженные волосы, забранные на правом виске шпилькой.

- Вы пришли за продуктами? Берите, берите всё. Это мой вам прощальный дар. Друзья Фиби - мои друзья. Просто вспоминайте иногда Большого Джима Везе хорошим словом, ладно?

Фиби расплакалась. Джим обнял её за плечи, прижал к себе, а мужчинам кивнул, мол, не стойте.

Нагруженные хлебными изделиями, водой и всякими полуфабрикатами, они вышли из магазина вместе с хозяином, вызвавшимся их немного проводить. Безоблачно синее небо, такой дивный летний день. Хотелось бы радоваться этому, если бы не шаркающие по асфальту зомби, вносившие в благолепную картинку вонь разлагающейся на жаре плоти.

Двое были уже рядом, в нескольких шагах. Уже протянули вперёд корявые как ветви высохших деревьев руки, уже распахнули чёрные провалы ртов… Джим обречённо вздохнул, поднатужившись, поднял уличную скамейку и швырнул. Их придавило, и мертвецы скребли конечностями по асфальту, будто приколотые жуки.

- Надо бы им головы отрубить, - сказал длинноносый Клерк. Белая рубашка с короткими рукавами посерела между лопатками.

- Нельзя, - улыбнулся толстяк, - даже то, что я сейчас сделал – великий грех. Поспешите, их тут ещё много.

Помахав рукой им вслед, Джим отправился по ближайшим дворам, с тревогой осматриваясь. За себя он уже не боялся. «Через пару кварталов отсюда – кладбище. Надеюсь, эта зараза его не затронет. Нет ничего ужаснее надругательства над местом последнего приюта близких…» Джим набрал собачьих цепей и вернулся обратно к себе в магазин, уходя от встреч с медлительными зомби. Их бормотание и мычание было единственными звуками в округе. Птицы и домашние животные исчезли, убравшись подальше от этой двуногой смерти. Солнце стояло высоко, и бродившие трупы немилосердно смердели. Большой Джим понюхал тогу, поморщился. «К запаху пота прибавился запах гнили. То ли въелся, то ли это я уже начинаю…»

Он не стал закрывать дверь в магазин, вдруг ещё кто-нибудь за продуктами придёт. Джим прошёл к себе в подсобку, открыл дверь, ведущую в подвал, ступил на цементную лестницу, зажёг свет. Оглянулся на магазин, будто в последний раз, запер за собой замок, вытащил ключ и просунул под дверь. Теперь, даже если захочет, он не сможет открыть её изнутри. Дело сделано, мосты разрушены, даже как-то полегче стало. Джим спустился вниз. Тусклая лампочка высветила небольшую жёлтую статую улыбающегося Будды, сидящего в позе лотоса, и хоровод незажжённых свечей подле. Джим пока отбросил цепи в сторону, занялся зажиганием свечей. Обстоятельно, неторопливо запалил фитильки, поправлял неровно стоящие восковые цилиндрики. После отключил электричество. Голый унылый подвал, с тонкими плетёными ковриками на полу, стал уютнее. Кажется, статуя улыбнулась шире. Дрожащие огоньки отражались на её гладком металлическом теле, широком открытом лике, рисовали тени в складках одежды. Толстяк постоял, заворожённый этим зрелищем, потом вернулся к цепям. Закрепил их одними концами на трубах, несущих колоннах, батарее, другими же замотал руки и ноги, приковав себя к своему подземелью. Покряхтывая, сел напротив Будды, повторив позу. Закрыл глаза, глубоко вздохнул и погрузился в транс. Буддизм предполагает постижение сущего за счёт собственного опыта, что ж, нечто подобное ему и предстоит пережить. Жизнь в нём сгорит, как эти свечи и на месте её возникнет что-то новое. Что-то, чему он пока не имеет определения. Но Джим смиренно полагался на Будду, веря, что свято чтимые им догматы помогут ему и в той, следующей не-жизни.

Обратно бежали как сумасшедшие. Тяжёлые бутыли едва не отрывали руки, дышалось через раз, но замедлить темп возможности не было. Зомби сжимали кольцо вокруг участка. Фиби сбросила туфли, бежала босиком, иногда ойкая, кусая губы, но не останавливалась. У Клерка галстук залетел на плечо и болтался как красный язык уставшей собаки.

Теряя запасы, добрались до входной двери, заколотили.

- Открывайте! Скорее! Это мы!!

Андре оглянулся через плечо. Трое зомби подобрались совсем близко. Но не это его ужаснуло. Парню показалось, что за их спинами он увидел Анжел.

За дверью послышались звуки возни, скрипы стульев по цементному полу, наконец, вход чуть приоткрылся, так, чтобы пролез только один человек. Фиби нырнула внутрь, затем Андре, потом здоровяк, и последним Клерк. Вдруг он захрипел, резко дёрнулся назад. Зомби, ухватив за галстук, тащил его к себе.

- Ларри! – отчаянно закричала Фиби, рванувшись к нему. Её едва успели перехватить. Снаружи раздался вой, в котором не осталось ничего человеческого. Татуированный Майк навалился плечом на дверь, ему помог здоровяк. Старый сержант подтаскивал стулья, потом привалил кушетку. Фиби рыдала в объятьях какой-то женщины. Андре стоял потерянный. «Оказывается, его звали Ларри… А я с ним так и не познакомился…» Безропотно отдав воду, он отошёл в сторону, забился в уголок, сжался в комочек на холодном полу. «Когда же это закончится? Столько смертей… Я больше не могу, не могу.»

- Нужно оружие! Мак-Леод, когда ты нам его дашь?! – орал Майк, сжимая кулачищи.

Офицер затравленно огляделся. Бледные лица мужчин, с решительно сжитыми губами и отчаяньем в глазах, затравленные взоры женщин. Но что он мог сделать?

- Никогда! Оружие будет только у меня, вы гражданские! - заорал он в ответ, брызгая слюной. - Вы здесь в безопасности! Зачем вам ещё оружие?! Возьмите себя в руки, успокойтесь, только паники нам ещё не хватало!

- А кто вообще тебя главным выбрал?! - набычился татуированный.

- Я здесь единственный представитель власти! А ты, Бьюкен, если дальше будешь буянить, вмиг за решёткой окажешься!

- Ой, напугал! – усмехнулся Майк. – Да это, поди, самое безопасное место в этой дыре. Ух, ладно-ладно, погоди у меня…

Он развернулся, расталкивая плечами людей, отошёл в сторону.

- Не толпитесь! Сядьте, успокойтесь, дышите ровно! – кричал Мак-Леод, размахивая руками, будто разгонял голубей. Люди вроде бы послушали и потихоньку начали расходиться, рассредоточиваясь по участку, как беженцы по аэропорту. Старый негр прошёл за стойку, сел за свой стол. Незаметно помассировал грудь. Со злобой посмотрел на сейф с оружием. Даже захоти, он ни с кем не смог бы им поделиться, ключи-то остались у пропавшего майора Брейва.

И тут ожила рация. Захрипела, затрещала, а затем из неё раздался нечёткий голос.

- Смоллтаун! Смоллтаун! Меня кто-нибудь слышит?

Офицер кинулся к ней.

- Центральной полицейское управление Смоллтауна слушает!

- Говорит первый лейтенант Зургес, специальное подразделение нацбезопасности «Косильщики». Мы вылетаем вам на помощь. Часов через пять будем, если грозовой фронт над центральной частью Юсы не придётся облетать.

- Хвала Иисусу! Мы уже давно вас ждём! Почему так долго?!

- Сколько выживших?

- А я откуда знаю! Человек тридцать здесь, в управлении, а в городе не знаю сколько! Нас зомби в осаду взяли, кто смог, тот добрался сюда. Думаю, южная часть города ещё не затронута их нашествием. Поспешите!

- Ждите, мы вылетаем.

Полисмен провёл рукой по лбу, вытер ладонь об брюки.

- Слышали? Спасение близко. Что мы, ещё парочку часов не продержимся?

Люди согласно загудели, блеснули первые робкие улыбки.

- Все мертвяки сюда прут, - тревожно сказал мужчина, наблюдавший через щели меж досок на окнах. – А когда наши за запасами убежали, они будто в ту сторону смещались, а теперь снова, к нам. Словно их кто-то наводит…

- Может, наибольшее скопление людей чувствуют? – высказал предположение другой.

Улыбки потухли, как свечи под сквозняком.

- Ну и что?! Что за упадническое настроение?! – рявкнул Мак-Леод. – Пусть все сюда стекаются, в городе больше живых останется! А мы хорошо закрылись, нас никто отсюда не достанет. А эти, как их, «Косильщики» прилетят, разом всех зомби накроют. С этой-то стороны на ситуацию посмотрите!

Люди вроде бы задумались. И всё же, то тут, то там раздавались недовольные бормотания.

Прошёл день, наступил душный вечер. Зомби стучали по стенам, колотились в двери и окна, но здание пока держалось. Андре уже, кажется, привык к запахам: мертвецов за стенами, немытых тел рядом, и туалета, которым пользовались столько людей. Невольные узники полицейского управления даже умудрялись спать, провалившись с зыбкую беспокойную полудрёму. Мак-Леод выключил свет, чтобы он не привлекал зомби, и людям больше ничего не оставалось. Андре слышал во мраке их охи, шёпот, тоскливые вздохи, сдавленные ругательства и всхлипывания. Все обречённо ждали. Может, помощи, которая вот-вот должна прийти. Как и пару часов назад. А, может, чего ещё… Надежды не осталось, просто тупо, как животные в клетке на скотобойне, ждали, что уготовит судьба. Или спасутся, или мёртвая плоть всё же возьмёт верх над мёртвым камнем.

Андре встал из своего угла и пополз в сторону туалета. Он извинялся, на него шикали и ворчали, но он всё же добрался. Из-под двери выбивалась тонкая полоска жёлтого света. «Может, там кто-то есть? А, не важно, один туалет на всех, что теперь…» Парень почувствовал возбуждение. А вдруг удастся подглядеть? Запретный и ещё непознанный плод манил со страшной силой. Он открыл дверь, быстро шмыгнул внутрь и плотно закрыл, чтобы свет не раздражал тех, кто сидел снаружи.

Увиденная картина превзошла все ожидания. Такого он уж никак не предполагал. На полу возились Майк с Фиби. Татуированный мужчина зажимал кокетке рот одной рукой, другой пытался задрать платье повыше. Фиби едва слышно визжала.

Андре не раздумывал ни мгновение. Подскочив к Майку, он схватил его за руку, пытаясь оттащить от молодой женщины. Не тут-то было! Он даже не смог с места сдвинуть татуированного. Майк выматерился, махнул рукой и Андре отлетел, врезавшись в стену затылком. Мир щёлкнул. Андре увидел, как расширяются глаза только что боровшейся парочки. Мужчина открыл рот для крика, но парень оказался рядом, он ударил прямо по этому перекошенному похотью и страхом лицу, ударил растопыренными пальцами. Брызнула кровь, татуированный зажал разорванные щёку, губы и подбородок ладонями, Андре схватил его за голову и укусил в макушку. Раздался хруст, будто он орех зубами расколол. На язык попало неизвестное вещество, дивное на вкус, даже захотелось зажмуриться от удовольствия, но он увидел Фиби. Женщина, не вставая, отползала от него, забиваясь под раковину. Слёзы лились градом у неё из глаз, размазывая косметику, губы тряслись, но она ничего не могла сказать. «Что случилось? В чём дело?» И тут он увидел краем глаза справа от себя чудовище. Он вскрикнул, закрылся руками от ужаса. И спустя мгновение понял, что это отражение в зеркале. Потом осторожно отнял. Он вновь был собой. Только в порванной рубахе, и с лицом, перепачканным в красном. Андре вырвало на пол рядом с трупом. Кое-как поднявшись, на ватных ногах, он дополз до раковины, долго тёр лицо ледяной водой, пока в раковине не исчезли кровавые нити. Снова посмотрел на Фиби. В голове возникли картинки, что он хочет с ней сделать. Такие красочные и яркие, что Андре стало жутко. «Нет, неужели я такое чудовище?» Даже убийство казалось ерундой по сравнению с тем, что он представил. Взгляд упал на мёртвого Майка. И тогда парень понял, что это не его мысли, не его желания. «Получается, я её спас, о, Иисус, что же за монстр был этот мужик…»

- Фиби, - он протянул к ней руку. Кокетка вскрикнула и принялась отодвигаться от него, пытаясь вжаться в стену. Лицо Андре скривилось как от боли, он больше ничего не сказал и выбежал из туалета. Фиби разразилась бурными рыданиями. Она плакала до тех пор, пока труп на полу не отлепил разорванного лица от кафеля и не посмотрел на неё молочно белыми глазами без зрачков. Тогда она закричала во всю силу лёгких.

Андре не сразу понял, как вязкая тьма превратилась в хаос. Вроде, он только что тихо пробрался в свой уголок и пытался успокоиться. Сильная дрожь, сотрясавшая его, начала затихать и вдруг: дикий крик, люди повскакивали на ноги, никто ничего понять не может, темнота, толкотня, крик подхватили, усиливая неразбериху. Потом Мак-Леод включил свет, кое-как распутались, расступились, успокоились. Но никто так и не смог понять, кто закричал первым и главное из-за чего.

Дверь туалета распахнулась, в зал вывалился зомби, схватил ближайшего человека и вцепился в голову. Толпа отпрянула, кто-то упал, побежали по нему. Что-то орал старый сержант, но его никто не слушал, его затёрли, прижали к стене, люди кинулись к двери, к единственному выходу отсюда, от кошмара, вдруг оказавшегося среди них. Из туалета вышла, покачиваясь, Фиби. Прекрасные волосы слиплись в сосульки от крови. Паника, и так казалось достигшая наивысшего пика, усилилась.

Кливу наконец-то удалось совладать с дверью. Он немного корил себя за то, что вынужден опять так поступать, но своя жизнь казалось ему дороже. «Из той западни выбрался, и из этой выберусь.» Он распахнул дверь, но не успел даже шага ступить. Зомби вломились внутрь плотной волной, повалив лысого мужчину. Очки слетели, он услышал, как они разбились, а потом чья-то смердящая туша навалилась сверху, его голова будто оказалась в тисках, а после мир с хрустом погас.

Мак-Леоду удалось забраться на стол, крошечный островок в обезумевшем человеческом море. Он увидел, что входная дверь распахнута и принялся стрелять в дверной проём. Шестнадцать пуль, десять зомби упало. Один из них вновь поднялся. Трясущимися руками сержант вытащил новую обойму… Стол толкнули, он покачнулся, отступил назад, обойма улетела под ноги людей, а под его каблуком что-то хрустнуло. Мак-Леод посмотрел вниз. Фотография семьи. Чьи-то руки схватили его за брючины, потянули вниз. Старый негр исчез под разлагающимися телами.

Андре стоял в уголке, будто это его и не касалось. Смотрел, как люди пытаются спастись, смотрел, как их пожирают зомби, смотрел, как мертвецы подходят к нему, окружают, но не трогают. Вперёд выступили трое: немолодые женщина с мужчиной в белых изгвазданных кровью ночнушках и девица со склонённой на бок головкой.

- Мама, папа, Анжел…

Зомби замычали, переваливаясь с ноги на ногу, как пингвины.

Андре осторожно протянул руки, коснулся их. Они подошли ближе, обняли деревянными руками.

- Мамочка… отец… Анжел… Что же это, как же так… Что мне теперь делать? – Андре издал нервный смешок. – В джунглях жил мальчик, выращенный волками, а в Смоллтауне – мальчик, выращенный зомби. И говорить он умел только одно слово.

- М-м-мозги? – хрипло спросила Анжел.

- Что? Ты меня понимаешь?

- М-м-мозги! – снова повторила та, уже утвердительным тоном.

- Ну да, мозги, - согласился Андре.

- М-м-мозги! – опять сказала мёртвая девушка.

- Что, мозги?

- М-м-мозгии! – в голосе зомби прорезались требовательные нотки, и она пихнула Андре рукой в грудь.

- Да что – мозги?! – опешил он.

- М-м-моо-оозги-и-ии!! – проревела она, и остальные подхватили. – М-мо-о-озги-и… ве-еди-и… хо-о-озя-и-ин…

Андре хотел отскочить, но за спиной была стена.

- Моозгии… веедии… хоозяиин… веедии ещёоо…

- Ещё?.. – повторил парень и тут понял: куда он бежал, туда и зомби ползли. Дом Дейва, управление полиции, магазин Большого Джима…

- О, Господи Иисусе, это что же получается… Все они остались бы живы, если бы к ним не прибился я? Это я привёл сюда зомби…

- М-м-мозгии?

Андре было страшно до стучащих кастаньетами зубов, но он попробовал командовать ожившими мертвецами, раз уж они посчитали парня своим хозяином.

- Нет. Хватит. Не будет больше мозгов. Сидите тут. Я что-нибудь придумаю.

Далёкий гул, слышимый им раньше, оформился. По входу резанул плотный луч белого света. Застрекотал автомат. Зомби заворчали и потянулись на улицу.

- М-м-мозгии! – обрадовано сообщила Анжел и поплелась наружу.

- Нет, стой! – Андре хотел кинуться следом, но на мгновение замялся. «С кем я говорю, кого я пытаюсь переубедить, они же трупы… Но они же меня узнали, меня они не тронули…»

Он всё-таки выбрался из участка. В красных отблесках заката, догорающего у горизонта, в мощных лучах прожекторов и меж чёрных теней шла битва людей с зомби. Покружившись, вертолёт сел, и из него высыпали сине-чёрные жуки с автоматами. Пузырящиеся от брони фигуры с шишаками бронешлемов рассредоточились на полусогнутых ногах по небольшой площади перед Центральным полицейским управлением Смоллтауна, заняв круговую оборону подле замирающей винтокрылой машины. Последним на асфальт легко соскочил бледнокожий военный в тёмно-синей форме. В руках у него было по пистолету.

- Всё как обычно, мужики. Красных – валим, зелёных – вяжем.

Он включил лазерные целеуказатели у оружия. На земле появились две яркие точки: красная и зелёная. Лейтенант Зургес огляделся, прищурившись.

- Дикий, дикий, дикий, - бормотал он, указывая на приближающихся зомби красным прицелом. Косильщики сбивали мертвецов меткими выстрелами в голову. – Этот свободный, берите.

- И этот красный, что за чёрт, - он лично выпустил пулю в лоб мёртвой девке с мелированными прядями волос. – И эти два…

Две фигуры в ночнушках забились в последних судорогах на земле.

Андре в отчаянье закричал. Он же только что их обрёл! Пусть мёртвые, но они вновь были бы с ним! Да как могли эти Косильщики так с ним поступить!! Вновь лишить самого дорогого!!! Да он их… он их…

Мир снова поменял цветовую гамму. Всё утонуло в сером тумане, парень видел шагов на двадцать вперёд, не больше. Зато видел сквозь стены. Зомби превратились в синие тени, за которыми тянулись «нити», будто поводки. Андре схватился за них, стегнул точно плетями, и зомби со всей доступной прытью кинулись к военным. Парень сгрёб в руку ещё пучёк «нитей», и мертвецы как игрушки с дистанционным управлением поползли к ненавистным Косильщикам.

- Этот зелёный.. тьфу, красный! Что за чёрт! – Зургес с изумлением смотрел, как у доступных для контроля зомби исчезают шлейфы, и они из апатичных превращаются в озлобленных, с ожесточением кидаясь на бойцов. Люди запаниковали, кто-то отступил, разорвав линию, кто-то полосовал длинной очередью, впустую тратя патроны. Лейтенант отключил целеуказатели.

- Валите всех! – приказал он, подтверждая слова действием.

Андре увидел, с какой отчаянной яростью огрызаются Косильщики. А когда один из них упал, парень всерьёз стал опасаться за свою жизнь. Они же захотят найти, кто на них зомби науськал, захотят отомстить за своего. Злоба сменилась страхом. Андре заметался по участку. Кинулся к задней двери. Блокировавшую дверь железную трубу, которую загибали четыре мужика, он вытащил в момент и выскочил наружу. «Нужна подмога, нужны ещё зомби! Где найти?» Андре вспомнил о недалёком кладбище. Оставляя за спиной рыки, рёв, пальбу, он побежал к погосту.

Старое кладбище с каменными крестами, заброшенными могилками и заросшими дорожками, встретило его тишиной. Давно тут людей не хоронили, уже лет пять, с тех пор как новое открыли. То было будто глянцевое, ровные рядки белых надгробных плит на зелёной лужайке, а здесь… Здесь смешались все стили и времена. Но выбирать не приходилось. Андре кинулся к ближайшему холмику. Занёс руку. «Что я творю? Оно того стоит?» Перед глазами встали ещё подрагивающие тела родителей, в которых вгрызались пули Косильщиков. Чёрные длинные когти сорвали дёрн. Андре закопался в сухую землю как пёс. Земля летела столбом, парень прищурился, чтобы не попадала в глаза, но не останавливался. Под пальцами рассыпались мягкой трухой доски гроба. Андре начал действовать аккуратнее, не хватало ещё повредить труп. Спустя пару минут ему захотелось горько рассмеяться. Кости, старые жёлтые кости, пустой череп с чёрными провалами глазниц и выщербленными зубами. Недалёкий вертолёт взревел винтами, лучи прожектора зашарили по земле. Андре припал к раскопанному скелету. Вертушка нарезала в густеющих вечерних небесах круги, приближаясь к кладбищу. Иногда из неё давали очередь по кому-то на земле. Парень махнул рукой, набрасывая на себя землю с края могилы. Полузасыпанный, он лежал в остатках гроба, на неизвестных костях, тяжело и часто дыша. Зеленоватый пар изо рта оседал на землю, скелет, доски. Это ещё больше испугало Андре. Он не знал, что на сей раз может произойти. Он почти заставил себя успокоиться, когда белый луч проник в могилу. Андре затаил дыхание. Вертолёт висел над ним, казалось вечность. Когда сердце практически остановилось от страха, гудящая машина покачнулась и ушла в бок. Парень ещё долго лежал, вслушиваясь, как она режет воздух над городом, слушал звуки выстрелов, будто кто-то где-то далеко ведёт дорожные работы отбойным молотком. Такие обычные бытовые звуки, если не знать об их источнике.

Только когда звук вертолёта затих вдалеке, Андре выбрался из ямы. Сел на краю, спустив в неё ноги, плечи его поникли. «Что я делаю? Что мне вообще делать?» Город молчал, возникла такая тишина, какая бывает после оглушительной грозы. На небосводе проступали первые звёзды. Андре вздохнул. Надо идти домой, теперь опасаться некого и нечего.

Земля на дне могилы зашевелилась. Комья разлетелись в стороны, из-под них выбрался скелет, обтянутый тёмной пергаментной кожей. Пустые глазницы черепа смотрели прямо на Андре.

Только ужас, стиснувший когтями сердце, не дал Андре заорать. Наверное, лучше бы он закричал. Парень не видел, как по его вискам словно бледная плесень, поползла седина. Скелет, царапая костяшками края ямы, выбрался наружу и встал рядом. Поникший и безобидный как вешалка. Андре сглотнул. Сердце забилось вновь. Парень почувствовал сильную головную боль. В глазах двоилось, точно он смотрел четырьмя глазами с двух голов. Будто видел себя со стороны. Едва только мелькнула мысль, что он этого не хочет, скелет развернулся в другую сторону. Андре прикрыл глаза, обхватив виски руками. Первыми нахлынули запахи: сухая трава и чахлые кусты окраины, неприятный запах асфальта, подплавленного дневной жарой, птичий помёт на ближайшем кресте, резкие запахи палёного мяса и волос. А потом появилась и картинка. Мир переливался радугой, от тёмно-синего до ярко-красного. Он видел скопление ярко-оранжевых точек на южной окраине Смоллтауна и редкие такие же огоньки в остальных частях города. «Люди, это, наверное, выжившие люди. Как же их мало осталось…» Дома виделись тёмно-синими, дороги – голубоватыми. Тускло светились фонари с лампами накаливания, полыхал живым пламенем полицейский участок. «Господи Иисусе!»

Андре кинулся к нему бегом. Скелет, подобно поджарой гончей собаке, трусил рядом.

Близко он подойти не смог. Центральное полицейское управление Смоллтауна источало сильный жар. Кирпичи трескались, стреляли крошкой. С громким выдохом обвалилась внутрь крыша. Искры светлячками взлетели к звёздам, пламя лизнуло небо. Андре закрыл глаза предплечьем.

На площади тел не было, только пятна чёрной крови на асфальте. Стала понятна причина части запахов. «Всех затолкали туда, и подожгли… Твари…» Он развернулся и побрёл домой. Забыв о данном себе обещании, размазывая слёзы по щекам.

Часть I. Глава 4

Глава 4

Дверь в дом так и осталась широко распахнута. Глупо ожидать, что выбравшиеся зомби прикрыли бы её за собой. В комнаты намело песка и пыли, но вроде все вещи на месте. Мародёры сюда не добрались. Андре тяжело вздохнул. Он ходил по комнатам, из угла в угол, бездумно меряя шагами скрипящий пол. «Что мне делать теперь? Что же делать? Я нигде не работаю, не считая временных халтур, нигде не учусь, и никакого образования нет. Родителей больше нет, где взять денег? Еды пока хватит, на неделю, может, две. А потом?» Скелет послушно трусил вслед за ним. Парню надоела эта жуткая тень, и он убрал его в шкаф. Скелет выбраться не пытался, только иногда скрипел зубами, напоминая о себе.

«Наверное, в городе сейчас много рабочих мест освободилось, работу найти не проблема. Но что я умею? Только в машинах копаться… А кто сейчас будет на машинах ездить, если от жителей одна треть осталась… О, господи Иисусе… Башка разрывается. И это, если не думать о том, что же со мной такое… Повелитель, нет, Хозяин зомби! Дьявольщина! Я могу ими повелевать, командовать, они меня не трогают. И что?! Куда меня возьмут с таким резюме?! Разве что на эти новые заводы на восточном побережье… Может, там есть такие же как я? И там же эта погань, «Косильщики». Я даже похоронить маму с папой не могу. И Анжел…»

Андре упал на диван. «ТиВи нет, новости не посмотреть… Может, у соседей взять? Им уже ни к чему.» Округа вообще опустела. Тем не менее, Андре всё же решил дождаться ночи. Что бы уж наверняка никто не заметил его кражи.

Сидя ночью в голубом свечении ворованного телевизора, он переключал каналы в надежде наткнуться на новости о Смоллтауне. Глухо. Ничего не было, будто ничего не произошло. Этого Андре уж никак не ожидал. Пол города сожрали живые мертвецы, прилетал вертолёт, они взывали на всех частотах о помощи, и ничего?! Как такое могли замолчать? «Нет, не может быть, просто ещё репортаж не подготовили, подожду…»

Заснул он там же, в гостиной на диване. Спал плохо, всё время снилась дверца шкафа перед глазами.

Первое, что сделал, проснувшись, включил телек. Снова ничего. Делать нечего, надо отправляться на поиски работы.

Обезлюдевший город встретил его непривычный тишиной. Ни тебе машин, ни лая собак, ни детских криков. Только ветер, ветер и пыль, пыль и песок. И следы. Следы произошедшего. Разбитые двери, тёмные пятна, обрывки одежды. И запах. Вроде бы и не чувствуешь его, не можешь охарактеризовать, а горло першит, его сжимают спазмы, хочется отхаркнуть, но даже это не помогает. Потому что этого запаха нет, и от него не избавиться привычными методами. И в то же время он есть. Сознание чувствует его везде, в каждой вещи, в каждом явлении. Так пахнет смерть, паскудная, отвратная смерть. Не благородное угасание в кругу семьи на шёлковых простынях, а гниение заживо, раздирание до кишок, когда от боли лопаются глазные яблоки, а колени обмочены. Смерть, за которой не следует избавления.

Андре прочистил горло. Гримасу отвращения едва удалось согнать с лица. Картины, домысленные им по оставшимся приметам, были так ярки, что наталкивали на мысль о существовании в действительности. Он поторопился пройти эту вымершую зону.

На юге Смоллтауна жизнь шла своим чередом. Магазины открывались, распаковывались газетные ларьки, мальчишки-почтальоны колесили на великах, разбрасывая газеты, дымил трубами маленький заводик по производству картона.

Андре зашёл в ближайший офис компании «Мартин Инкорпорейтид». Чем они занимались, он не представлял. Его встретила улыбчатая девушка.

- Доброе утро, молодой человек. Что вы хотели?

- Доброе. Хотел устроиться к вам на работу. Есть вакансии?

- На данный момент нет, но вы можете заполнить анкету или оставить ваше резюме, мы рассмотрим ваши данные, и если вы подойдёте, то мы с вами свяжемся, - она выдала это заученной скороговоркой, на одном дыхании.

- Я заполню анкету, - решил Андре. «Хуже-то от этого всё равно не будет.»

Он присел на стул с железной спинкой и кожаным сиденьем, что стоял у низкого журнального столика. Ему пришлось сильно согнуться, чтобы писать на нём. Анкету Андре заполнял впервые. Это было даже любопытно, а вопросы вселяли определённую надежду. И в тоже время страх. «Сколько бы вы хотели получать?» - звучал один. «Сколько написать? Напишу много – не возьмут, напишу мало – возьмут, так столько и будут платить. Или наоборот, решат, что если я прошу мало, то я себя не ценю, не стремлюсь к карьерному росту, не честолюбив, и не возьмут. И что для них много, а что мало? Может, предел моих мечтаний – их средняя зарплата. Или вот, зачем они спрашивают, всегда ли я добиваюсь поставленных целей? Неужели кто-то напишет, что «нет, редко когда, и вообще я неудачник». Мне бы так и стоило писать.» И Андре написал – «всегда». «Вредные привычки? Ещё бы спросили, а есть у вас пристрастие к мозгам? Ваши родители и девушка – зомби? Так, привычки - отсутствуют…» Он ещё раз пробежался глазами по заполненной анкете. Так-то всё неплохо, не считая того, что на главные вопросы об образовании и занимаемых ранее должностях он поставил прочерки. Тут врать было опасно, могли и проверить. Вздохнув, он отдал листок улыбчатой девушке. Она мельком на него взглянула и отложила в сторону.

- Мы с вами свяжемся, - уверенно сказала она и вернулась к компьютеру.

«Не свяжутся,» - понял Андре.

Зашёл в ещё один офис, потом другой, третий. Не обращая внимания на названия и сферы деятельности. Везде его встречали похожие друг на друга улыбчатые девушки и иногда улыбчатые парни, удивительно похожие на улыбчатых девушек. Он заполнял анкеты, так ловко составленные, что можно уверовать, будто именно тебя возьмут на эту работу. Он составлял резюме, мало чем отличавшееся от анкет, разве что там лжи пришлось добавить побольше. И один раз даже попал на собеседование с потеющим скучающим начальником. Наверное, это был начальник, ведь он мучался под синим недешёвым пиджаком с затёртыми до блеска локтями, задыхался от узкого галстука и больше ругался на не вовремя сдохший кондиционер, чем слушал Андре.

- Что вы говорите, молодой человек? Вот как? Очень интересно, очень! – обмахиваясь анкетой парня, говорил Начальник.

При этом Андре рассказывал про свою работу в автомастерской отца и видел, что этому господину его рассказ так же интересен, как червяку – полёты на Луну.

Это собеседование было последней каплей, вогнавшей его в такое глубокое отчаянье, что он просто встал и вышел, не слушая, что там ещё лопочет мистер Начальник. Всё впустую, всё без толку. Он никому из этих людей не нужен, им до лампочки его желания и проблемы. «Господи Иисусе, они что, не видят, что я нуждаюсь в них?! Мне нужно человеческое общество, сочувствие, понимание. У меня только что погибли девушка и родители. Не ужели вам на это наплевать! Примите меня обратно! Я – человек, я такой же как вы!.. И, в конце концов, мне тоже нужны деньги, чтобы жить…» Безысходность дикая.

А на улице пригревало солнышко, по небу плыли воздушные облачка, где-то даже слышались робкие трели птиц. Прохожих было мало, но они не выглядели напуганными. Они спешили по своим делам, деловитые, как тараканы. Шумели машины, пованивая выхлопными газами, на углу шестьдесят шестой авеню и Лонг-стрит ругались две женщины. Обычная жизнь обычного маленького городка. Андре видел подобные картины с рождения, но сейчас его не покидала мысль, что он смотрит на мир будто из-за стекла, словно это постановка на экране телевизора или на старых подмостках театра имени Висмонта. Парень представил, что стоит заглянуть за фасады домов, и он увидит обшарпанные кое-как склеенные скотчем картонки, а подойди поближе к ругающимся домохозяйкам – и станет заметен неумело наложенный грим. Всё слишком хорошо. Всё слишком неестественно. «Как же вчера? Этого что, не было? Или все люди, как те пьянчуги в баре, не верят собственным глазам, а верят тому, что им льют в уши по ТиВи и радио? Или, может, это я сошёл с ума? Ударился башкой в той аварии, а потом бредил?» Андре кинулся к центральному полицейскому управлению.

Выгоревшее почти до бетона здание уже обнесли жёлтой лентой, и какой-то полисмен отгонял любопытствующих.

- Эй, парень, не на что тут глазеть, иди-ка домой! – замахал он руками на Андре.

- А… а что здесь произошло?

- Поджёг, акт вандализма. Всё, иди, иди отсюда, майор Брейв во всём разберётся и доложит горожанам.

- Майор? Он жив?

- Конечно, что с ним будет?

- А сержант Мак-Леод?

- Он пропал… Эй, а ты что-то знаешь о нём? Знаешь, что тут произошло? Эй, а ну стой!

Андре решил дать дёру. «Господи Иисусе! Похоже, я единственный, кто знает, что произошло на самом деле! Но кто сможет подтвердить мои слова?! И уж тем более, я вряд ли смогу нормально объяснить, почему выжил. Я никому ничего не могу рассказать!»

Его кто-то схватил за рукав. Парень дёрнулся, но женщина с резкими морщинами вокруг рта и тонкими костлявыми пальцами держала его крепко.

- Молодой человек, - с недовольной миной, будто это он её задержал и отвлёк от важных дел, сказала она. – Если вам не безразлична судьба города, если вам не всё равно, что происходит с его жителями, если бы думаете об улучшении его жизни, вы просто обязаны прийти на собрание завтра в четыре вечера в ратуше городского совета.

- А, да, конечно, приду, - закивал что было мочи Андре, пытаясь освободить руку. Женщина поглядела на него с сомнением, поджав губы.

- Да точно приду!

Тогда она его отпустила. Парень побежал дальше, а женщина огляделась в поисках новой жертвы. То есть добровольного посетителя городского собрания.

Дома первым делом Андре уставился в телевизор. «Новости, новости, новости, должны же они хоть что-то сказать про нас?!»

ТиВи моргал каналами. «Не то, не то, всё не то. Опять ничего…»

- Сегодня в программе: встреча президента Джонатана Гебюсха с министром обороны Кеном Паппетом, презентация нового препарата «Грис» от корпорации Быстрого Развития Естественных и Индустриальных Наук… - говорил усатый диктор с бездумными коровьими глазами, глядящий сквозь Андре. Наверное, он читал бегущую строку. Не похоже, чтобы такой человек стал бы заучивать новости наизусть. - …а так же репортаж нашего корреспондента Джека Лаера из Смоллтауна и результаты полуфинала штата Бундокс по футболу.

Андре не поверил своим ушам. «Неужели, наконец-то!» Он прилип к экрану телевизора.

Там седой Гебюсх пожимал руку тощему осунувшемуся Паппету, что-то шамкал губами… Парень не вслушивался в слова. Смотрел на их лица: на бугристый лоб президента, словно думы, одолевавшие его, оставили следы на коже, на длинные лучи морщин, разбегающихся из уголков бледных невыразительных глаз, на мешки под глазами министра обороны, ввалившиеся скулы и костлявые плечи. Его изнурённый вид кого-то ему напомнил. Роясь в мыслях, он услышал поскрёбывание из шкафа. «Точно! Будто мой скелет!»

Тем временем сюжет сменился. Благожелательный солидный мужчина в белом, наброшенном на плечи медицинском халате, перерезал ленточку у входа в стеклянно-прозрачное здание.

- …Мы открываем первый из множеств заводов по производству нового препарата «Грис»! – мужчина продемонстрировал стеклянную пробирку с мутной серой жидкостью. – Данный препарат предназначен для стимуляции нервной деятельности, отлично подойдёт школьникам перед экзаменами, студентам во время сессий и офисным работникам во время дед-лайнов.

Закончил он с улыбкой. В обступившей его толпе в дорогих костюмах раздались сдержанные смешки.

- «Грис» совершенно безвреден, не содержит наркотических веществ, только естественные компоненты, не вызывает привыкания и скоро будет доступен в каждой аптеке без рецепта!

- Каков механизм его действия? – протянулась рука с микрофоном.

Улыбка представительного мужчины несколько потускнела, глаза забегали, он поправил золотую заколку в виде стрекозы, державшую галстук.

- Механизм? Стимуляция нервных окончаний, ускорение реакций между синапсами, усиление дифференциации коры головного мозга… Ну не буду утомлять вас всей этой научной чушью. Принцип действия и способы применения читайте на упаковке!

Раздался смех и аплодисменты.

Новости прервались на рекламу. Андре застонал. Ему не терпелось увидеть репортаж про родной город.

-..У нас на связи в прямом эфире Джек Лаер. Джек, как обстоят дела в Смоллтауне?

Репортёр сильнее вжал пальцем наушник в ухо.

- Привет, Саймон. Ситуация уже стабилизировалась. Последний вертолёт медицинской службы улетел ещё ночью, забрав больных. По словам специалистов, вы видите их за моей спиной, все заболевшие госпитализированы. Оставшимся горожанам опасность не угрожает.

- А что думают жители о вспышке птичьего гриппа в их городке?

- Я задал этот же вопрос Саре Доус, уроженке Смоллтауна. Сара, можете повторить, что вы мне сказали? – в поле зрения камеры появилась женщина. Ветер чуть развевал её длинные волосы, она была немолода, аккуратно, но по-домашнему одета.

- Я, конечно, расстроена, что мой муж заболел, но я видела по его лицу, что всё образуется. А вовремя подоспевшие медики успокоили меня окончательно. Хорошо, что наше государство реагирует так оперативно.

- Это всё благодаря департаменту национальной безопасности и корпорации Быстрого Развития Естественных и Индустриальных Наук, обеспечившей наших специалистов необходимыми, передовыми медикаментами, - то ли объяснил, то ли вставил оплаченную рекламу репортёр.

Андре смотрел и недоумевал. Кто эти люди? Что они говорят? Что показывают? Он не узнавал места за их спинами, никогда не видел эту женщину. Конечно, он не знал наизусть каждого жителя Смоллтауна, не бывал в каждом его уголке, но… Но какой, к чёрту, птичий грипп?! Какой ещё медицинский вертолёт?! Они же врут! Нагло врут! Как же так?! Как. Же. Так?.. Андре откинулся на спинку дивана. По ТиВи на ярко зелёном поле крошечные человечки бегали за мячом, и друг за другом, боролись, что-то кричали.

Это была его надежда. Надежда на то, что сейчас скажут всю правду, не замолчат такое трагическое событие. Парень даже не очень-то понимал, зачем ему это. Указали бы на виновных? Как бы ни было противно, как бы он не хотел, но Андре знал их. Точнее его. Себя. Всё указывало на то, что именно он послужил причиной появления здесь зомби. Пока не понятно как, но он оживил Анжел, а дальше всё пошло естественным для живых мертвецов путём. Но хоть бы исчезла эта страшная тайна, пропастью отрезавшая его от обычных людей. Все бы знали про оживших мертвецов, это стало бы общей бедой, а не только его, личной трагедией.

Ничего подобного не произошло.

«Но если зомби не новинка для восточного побережья, если о них знает вся страна, в большей или меньшей степени, зачем эта ложь? Почему нужно было придумывать нелепый птичий грипп?! И Косильщики ведь не оставили трупов, всех сожгли. К чему скрывать то, что и так всем известно? Или не всем? Или не всё? Вопросы, вопросы, вопросы, будто шмели набились под черепную коробку и ползают там, копошатся, не дают покоя.» Андре взвыл, заколотился затылком об мягкую спинку дивана. И неожиданно застыл в прострации. Апатия и безразличие возникли так же мгновенно, как и буйство. Будто все чувства умерли, растворились в сером мареве, окутавшем мир. Это казалось странным, необычным. И любопытным. Стоило ему попытаться проанализировать новое состояние, как всё вернулось на круги своя. Парень потёр лоб. «Похоже, головой лучше не ударяться. Что-то не так с ней в последнее время.» Мысли ползли лениво, как слизняки после зимней спячки. «Завтра нужно сходить на собрание. Люди ведь видели, что произошло. Нужно придать дело огласке. Зомби вовсе не так безопасны, как убеждает корпорация Быстрого Развития. Но нужно быть аккуратным. Я не хочу, чтобы нашли виновника происшествия. Не хочу стать подопытной крысой, сгнить в лабораториях, быть расчленённым на кусочки, пока они докопаются, как я зомби сделал. И этого, в шкафу.» С этой мыслью он заснул. Просто закрыл глаза и выключился как автомат, всё так же сидя на диване.

Лейтенант Зургес вошёл в просторную приёмную, обитую кожей.

- О, Мэри, тебя ещё не утилизировали?

- Не дождётесь, сэр, - проскрипела секретарша, не отрываясь от клавиатуры. Костлявые пальцы так и мелькали, с дробным стуком выбивая буквы.

- Вот скажи, как ты такая получилась – недоделок? – он наклонился вперёд, схватил её за подбородок и развернул к себе. – Глазные яблоки остались, язык есть, наверное, трахея, связки, может даже какие-нибудь внутренние органы. Вскрыть бы тебя, разъять по косточке…

Мэри вырвалась из его пальцев.

- Я не ваша собственность, сэр!

- Да ты вообще ничья. Как тебя и оставили, ты же потенциально опасна. Фаг сошёл с ума, если полагается на волю гончей. Захочет подчиняться – будет, не захочет – не будет, - он придвинулся ещё ближе и доверительным шёпотом сообщил:

- В нашем обществе таким как ты не место. Либо ты безоговорочно подчиняешься, как любой зомби или гончая, либо тебя утилизируют. А ты, Мэри, брак. Брак, сбой программы, говорящая кофемолка.

Секретарша отвернулась. Зургес усмехнулся и выпрямился.

- Я б на месте Фага давно заменил тебя на молодую, красивую. Живую.

Мэри промолчала, не отрывая глаз от монитора. «Хорошо, что у меня нет слёзных желёз», - с отстранённостью подумала она.

Лейтенант решил, что его уколы не достигают цели. А это скучно.

- Шеф у себя?

Гончая кивнула, чтобы не выдать себя голосом.

Зургес постучался в дверь с золотой табличкой. «Грёбанный пижон», - думал он, поворачиваю ручку. Подполковник Уэст Фаг поднял голову от бумаг. Первый лейтенант поднёс пальцы к виску, едва обозначив положенное по уставу приветствие старшего по званию.

- Отчёт о последней операции.

Подполковник кивнул, отложил бумаги в стороны.

- Почитаю, обязательно. Ну, как оно в двух словах?

- Примерно, как и ожидал.

Фаг хмыкнул.

- Неужели не интересно было? По-моему, такие выходы в поле полезны, а то засиделись вы за бумажной работой, за аналитикой и тактикой. Разведку иногда приходится проводить в боевых условиях.

Зургес пожал плечами, скучающе осмотрел углы потолка.

Фаг вздохнул.

- Думаю всех из вашего отдела вытаскивать в поле время от времени, - он лукаво усмехнулся и добавил: - чтобы мозги не разжижались.

Первый лейтенант проигнорировал шутку.

- Я могу идти?

- Последний вопрос: много добычи захватили?

Зургес замялся.

- Ни одного.

Подполковник удивлённо поднял бровь.

- Вы умышленно затянули начало операции на несколько часов, чтобы выловить побольше годных к управлению зомби. Вы сознательно поставили под угрозу рассекречивания, придания ненужной огласки этого инцидента. И всё впустую?

Зургес пожал плечами.

- Так получилось, всё в отчёте. Разрешите идти?

Фаг скрипнул зубами.

- Вы свободны.

Лейтенант махнул рукой, как бы отдавая честь, и ушёл.

Уэст прочитал отчёт. Нахмурился. Прочитал ещё раз. Мысленно оставил зарубку в памяти и на время отложил в сторону, занявшись иными делами.

В ратушу Андре пришёл одним из первых. Ссутулив плечи, прошёл под высокими сводами декоративного портика, поддерживаемого двумя колоннами. За большой двустворчатой дверью начинался широкий коридор с вытертой красной дорожкой. Она вела к лестнице на второй этаж, где горожане потихоньку заполняли большой зал для собраний. Места президиума, конечно же, ещё пустовали. Из больших окон виднелся город. Подобно живому организму, он залечивал полученную рану: лейкоциты ремонтных служб уже облепили сгоревший участок, добивали остовы стен, растаскивали завалы. Скоро люди потянутся на освободившиеся участки на северо-западе города. Как только поймут, что их владельцы не вернутся. И неблагополучным семьям, что сейчас ютятся в многоэтажных общежитиях и малосемейках, будет безразлично, что стало с прежними жильцами. Как новая кожица покрывает след старого ожога, так и Смоллтаун залечит повреждения. Жизнь-то продолжается.

Наконец все собрались. Как же мало пришло горожан… То ли большинству безразлично, то ли просто некому прийти. В президиуме взгромоздились на кресла мэр Том Мейер, судья Алекс Даубт, главный врач С. Дж. Прозоровски, и майор Константин Брейв. По крайней мере, об этом говорили таблички перед ними. Мэра Андре ещё видел по ТиВи и в газетах, об остальных только слышал.

Президиум о чём-то в полголоса посовещался, потом мэр взялся за молоточек. Стукнув пару раз для привлечения внимания, он откашлялся и начал, навалившись грудью на стол.

- Дорогие сограждане! Позапрошлая ночь внесла в размеренную жизнь нашего славного городка сумятицу и непонимание. Дабы расставить все точки над «и», мы решили собрать это.. кхм… собрание, - он помялся, задумавшись, как исправить то, что только что сказал. Но ничего путного не выходило. Мейер вновь откашлялся.

- Дорогие сограждане! Спешу вас успокоить, ничего страшного и трагичного не произошло. К несчастью, мы пока недосчитываемся многих славных членов нашего славного городка, но это временно. Уверяю вас, они поправятся и скоро вновь будут среди нас. Прошу высказаться по этому поводу доктора Прозоровски, главного врача нашей славной поликлиники имени Д. Д. Бреза.

Доктор, до того, полуразвалившись, возлежавший на спинке кресла, выпрямился. Это был сухопарый мужчина с удлиненным лицом, печальными глазами и широкой бородкой, будто приклеенной к нижней челюсти. Он внимательно оглядел собрание, и горожанам стало неуютно, словно доктор просветил их рентгеном и сразу же увидел все болячки и недомогания.

- Оснований для паники нет, - без предисловий сказал он вдруг, и некоторые вздрогнули. – Все больные увезены в столицу, где им будет оказано надлежащее лечение. Не понятно, как это можно было сделать силами одного вертолёта, не известно в какой именно они больнице и почему я, главный врач, узнал об этом из репортажа, но, наверняка, всё так, как сказал мэр и объявили в новостях.

По залу прокатился ропот, мрачный доктор Прозоровски откинулся обратно. Остальные члены президиума, что-то злобно шипя, накинулись на него. Главный врач отвечал коротко, вздёрнув подбородок. Пухлые пальцы мэра вновь взялись за молоточек.

- Сограждане, сограждане, прошу соблюдать тишину. Наш славный доктор вовсе не имел в виду, что есть какие-то причины для недоверия информации, полученной через СМИ. Просто мы маленький, хоть и славный городок. Наверняка, из Кэпиталсити придут все необходимые инструкции и объяснения. Уверен, журналисты просто оказались оперативней. Вы ведь знаете, как затягивается дело, если в него вовлечён бюрократический аппарат. Ведь вы все слышали, в репортаже сказали, что у нас построят новую больницу, её главным врачом станет наш славный доктор, найдя себе преемника в поликлинике. Поздравим его! – он полуобернулся к Прозоровски и поаплодировал.

Андре этого в репортаже не слышал. Наверное, просто не дослушал, а может, сказали уже в следующем.

Главный врач нахмурился ещё больше.

- Это ещё не известно! Может, только обещают! И вообще, с чего так вдруг? Купить меня что ли хотят? Чтобы я с их «птичьим гриппом» согласился?

Вперёд вылез майор Брейв.

- Тишина! Никто никого не пытается, э, покупать! Просто мы, э, лишились множества здоровых, сильных рук, экономика города под угрозой, э, как бы не начался кризис производства! Мы не сможем без дотаций! А современное медицинское оборудование нам нужно позарез, э, чтобы впредь не допустить подобного. Ещё я напишу, э, заявку на новое полицейское управление. Тоже нужно отстраивать, э, а деньги откуда возьмём?! – он снял фуражку и провёл ладонью по намечающейся лысине.

Том Мейер пожевал толстыми губами.

- Придётся поднять налоги. Да, да, славные мои, придётся нам потуже затянуть пояса. Грядёт тяжёлое время, нужно встретить его вместе, плечом к плечу.

Он начал вещать об антикризисных мерах, принялись их обсуждать, с выкриками из зала и стуком молоточка. «Что они обсуждают?» - недоумевал Андре. – «Уже не важно, что произошло, все решают, как бороться с последствиями. Последствиями чего?! Почему это никого не волнует?!» Он тихо застонал. «Что же делать? Вылезти, указать на то, о чём все молчат? Они упорно обходят эту тему, закрываясь другими мелкими проблемками. Начнутся вопросы, откуда я всё это знаю… Господи Иисусе, что же делать?»

Парень вскочил. Он решил начать издалека.

- А что же произошло с участком? Что за выстрелы слышались?

Горожане затихли. Майор нервно засмеялся.

- Что вы, молодой человек, какие выстрелы? – он вытер вспотевшую лысину. – Какие-то вандалы, э, пользуясь болезненной ситуацией, сложившейся в городе, э, подожгли участок. Он горел, и, э, патроны, э, которые хранились в оружейном сейфе, взрывались. Поэтому многие могли слышать, э, хлопки.

- А где вы были в это время? – кричал белый от злости Андре.

- Э, патрулировал город. Я не знал, что, э, сержант Мак-Леод, заболел, и его нет в, э, участке.

- Да с напарницей своей, лейтенантом, поди где-нибудь трахались в машине, - с ехидством и завистью негромко сказала какая-то женщина, и горожане поддержали её смешками. Брейв побагровел. Мэр забил молоточком.

- Тишина, сограждане, тишина! Личная жизнь нашего славного начальника полицейского управления тут совершенно не при чём. У вас всё, молодой человек? – он наставил молоток на Андре.

- Нет, - тот сжал зубы. – Последний вопрос. А как же зомби? Вы же видели зомби!

Парень оглянулся на собравшихся. Все вдруг разом притихли. Они отводили глаза, смурнели.

- Да, я что-то видел, - неуверенно раздалось сзади.

- И я…

- И я.

- Ерунда! – брызжа слюной, Том Мейер хватил молоточком по столу. – Чушь! Какие зомби?! Вы что, молодой человек, телевизор не смотрите?! Зомби – на восточном побережье Юсы! У нас – их нет! Не было! И не будет! У нас была банальнейшая вспышка пневмонии, или птичьего гриппа, или чего там ещё! Все видели этот репортаж! Все ведь?! А кто видел зомби? Ну, кто?

- Но ведь… - заворчали сзади.

- Подумайте! Подумайте хорошенько, славные мои! Подумайте, чего вы лишаетесь, если будете настаивать, если будете слушать сказки этого юнца, эти фантазии, этот бред, это… это не знаю что! Ещё раз спрашиваю вас, кто видел зомби? Я, мэр, не видел. И майор не видел, и судья. И доктор не видел, - с нажимом сказал он. – А кто-нибудь из вас видел, а?

Никто не высказался. Андре стоял в одиночестве. На мгновение он поймал взгляд Прозоровски, полный сочувствия и понимания, но потом и доктор отвёл глаза. Невыгодно признавать, что в Смоллтауне были зомби. Тогда не построят новую больницу, не восстановят участок. Нагонят войска, будут всех трясти, тормошить, проверять, суетиться, бегать, искать, собирать показания, свидетельства… А так, зомби нет и не было. Закроем глаза и всё. Посмотрим в ТиВи. Там нам расскажут, что мы видим и слышим. Это всего лишь «птичий грипп». Это обычный медицинский вертолёт. Это взрывались в огне патроны.

Андре сжал кулаки. Один. В толпе. Попытка перепрыгнуть пропасть обернулась падением на самое её дно. Он развернулся и пошёл по проходу, запинаясь об ножки стульев и ноги сидящих. Глаза не видят, руки-ноги как деревянные. Злой, смущённый, с красными ушами, и от этого ещё больше злой. В довершение нога подвернулась на затёртой дорожке, и тогда он почти выбежал из зала, попытавшись напоследок хлопнуть дверью. Створки мягко закрылись на механических затворах.

Как дошёл до дома, Андре не помнил. Что делал потом – тоже. Очнулся, когда стало плохо видно очертания предметов. «Надо бы включить свет,» - он встал, поплёлся к выключателю. В шкафу заскреблось. Парень распахнул створки. Уставился в пустые провалы глазниц.

- Тебя нет. И никогда не было, - сказал он, и ему вдруг стало смешно. – Тебя нет. И зомби нет. И меня нет. Никого нет! И дома нет! И мира нет!

Безумно смеясь, Андре скакал и кружился по дому. Цвета блекли, очертания предметов стирались, растворяясь в сером тумане.

- Нет, ничего нет, никого нет, нет, нет, нет!

Затем внезапно остановился. «Как же нет? Вот же, я вижу их – оранжевые точки. Но их же нет? Их недолжно быть! Нужно исправить!»

Уэсли резал неподатливый стейк и злился. «Когда она уже научится готовить?!» Бет сидела рядышком и флегматично доедала яичницу. В дверь позвонили.

- Кого ещё дьявол принёс? – спросил он, глядя на жену. Бет безразлично пожала плечами. Уэсли бросил нож, салфетку и пошёл открывать сам.

- Чего тебе, парень? – спросил он у стоявшего за порогом бледного молодого человека с неприятным костистым лицом. Тот просто отступил на шаг в сторону. Из темноты возникло костлявое чудовище и, раззявив пасть, бросилось на мужчину.

Андре стоял, прислонившись спиной к стенке домика, и ждал, пока утихнет возня. Вот на крыльце появился скелет, прибежал, похоже, довольный, что выполнил приказ хозяина. Был бы у него язык, он бы его вывесил из пасти. А был бы хвост – он бы им завилял. «Настоящий пёс. Гончая, загнавшая добычу.» Андре осторожно зашёл внутрь и, стараясь не глядеть на брызги крови, подошёл к телам. Склонился и выдохнул. Его дыхание, зловонное отравленное дыхание, прозрачно-зелёным клубом опустилось на трупы. Парень не стал ждать результата и вышел.

На третьем доме он уже привык к звукам и даже мог смотреть на работу гончей не отворачиваясь. Разум заполняла холодная вязкая отрешённость, как застоявшаяся вода болота. Людей же нет. И их пожирает то, чего тоже нет. А потом они встанут, став теми, кого, опять же, нет, и понесут его чуму дальше и дальше, и дальше. Сколько, сколько нужно домов, чтобы люди признали, что всё же зомби есть? Пять, десять, двадцать? Андре решил, что все. Весь город. До последнего человечка. Они все сомневались. Они все не хотели открыть глаза, признать правду. Но они их откроют. Он их заставит. И пусть это будут пустые белые буркалы с закатившимися зрачками и неестественно блестящими молочными белками, но они их откроют!

Андре шёл по улицам родного города. Посредник между миром мёртвых и миром живых. Наполовину человек, наполовину мертвец. Волк, до поры до времени скрывавшийся под овечьей шкурой. И ему это нравилось.

- Вы не хотели меня принять к себе. Вы вечно гнали меня прочь, даже в беде, даже лишённого родителей и любимой. Вы гнали меня. Чем я заслужил судьбу изгоя, скажите мне?! Молчите? Вы только хрипите под клыками моей гончей, вы молите о пощаде. О милосердии. А дали ли вы его мне? Разве я просил многого? Душевной теплоты, сочувствия, понимания. Друзей, любимой девушки. Семьи. Что, этого слишком много для вас? Вас бы это обеднило?! - Андре горько рассмеялся. Мужчина в его когтях заорал от ужаса. – Но я великодушен. Вы меня не приняли, но я не такой. Я каждого приглашаю к себе. В мой мир. Вы должны почувствовать на своей шкуре, каково это. Добро пожаловать!

Его несчастная жертва отчаянно замотала головой, пытаясь вырваться.

- Я настаиваю! – Андре широко улыбнулся, а затем зарычал и вонзил зубы в череп человека.

«О, Господи Иисусе, какое наслаждение!» Хотелось ещё и ещё испытывать этот краткий миг блаженства! Когда казалось, что ещё чуть-чуть, и вселенная откроется как книга, выложит все тайны мироздания. Он поймёт, что есть Бог, в чём смысл жизни, и какова его, Андре, роль на Земле. Но на самом пике всё обрывалось, знание ускользало, причиняя мучительную боль. Андре вновь и вновь вонзал клыки, дробил черепа, вылизывая их досуха, чтобы испытать усладу прозрения. Которое снова и снова обрывалось, как оргазм, сорвавшийся за миг до начала. Это терзало его, хотелось разрывать на куски плоть, обманувшую его ожидания.

А потом пришла расплата за удовольствие. Мозг наполнили видения. Мысли, чувства, желания пожранных им людей. Счастливые сцены семейных вечеров, чувства родительской любви, несбывшиеся теперь надежды. Требующими возмездия призраками, они врывались в его черепную коробку. Андре ревел, сжимая голову, будь его воля, он бы выскреб их из себя когтями. Видения вставали перед глазами, затмевая реальность, он уже не понимал кто он и где. Он был одновременно волнующейся перед первым свиданием Джессикой, опаздывающим на работу Джоржем, переживающей по поводу сериальной героини Рейчел, ревущим из-за сломанной игрушки Кларком. А ещё Шоном, Моной, Билом, Ником, Хэзер, Эваном, Ренди… «О мой Бог, сколько же их! Отстаньте от меня, отстаньте! Вы сами виноваты!»

Но ложь не помогала. Воспоминания, а может быть и души, терзали его несбыточностью, невозможностью исполнения. Сначала его проклятье сломало жизнь самому Андре, а теперь и им. Он их понимал, по-настоящему понимал, искренне сочувствовал, но сделать уже ничего не мог. Он заставил людей испытать то, что ощущал сам. Но легче не стало. Только ещё хуже. Чужие мучения накладывались на его собственные, слоились, множились, давили. Пока, наконец, разум не выдержал и не отключился на время.

Он пришёл в себя сидящим на асфальте. Вокруг толпились зомби.

«Хватит… Хватит… Горожане, уверен, напуганы. Этого вполне достаточно для привлечения внимания. Нужно собрать мертвецов в одном месте, чтобы они пока не нападали на живых. Я… я увлёкся.. переборщил. Сейчас всё исправлю, что ещё можно исправить. По крайней мере, новых жертв не будет.»

Андре мысленно собрал в руку синие нити, тянувшиеся от зомби. Получилось ухватить больше, чем тогда, в участке. И всё же не все. Стало страшно. «Я не могу контролировать всех, что насоздавал! И бесконтрольные поползут дальше, разнося мою чуму! Господи Иисусе!»

«Думай, Андре, думай. Что изменилось? Почему ты можешь контролировать больше, чем раньше? Ты стал сильнее? Хотелось бы верить, но это вряд ли… Что тогда?!» Он снова огляделся. Среди синих теней зомби яркой каплей крови виделся его скелет. Часть поводков оживших мертвецов тянулась к нему. Словно создание помогало хозяину удерживать контроль над… стадом. Это и правда напоминало стадо бездумных животных, ожидающих команды погонщика. «Нужны ещё скелеты!» - озарило Андре, он побежал к кладбищу. Рядом стучала костями по асфальту его гончая.

Забравшись на крышу ближайшего здания, Андре с торжеством оглядел своё стадо. Рядом будто четыре колонны, подпирающие его трон, стояли сухие костяки гончих. Живые бинокли, расширившие возможности хозяина. С ними он видел ауры гораздо дальше, охватывая чуть ли не весь городок, с ними Андре был могущественнее. Теперь зомби внизу послушно бродили меж домами, пугая своим видом, но не нападая.

«Давайте, кричите, зовите на помощь, трубите во все трубы, звоните на все теле- и радиостанции! Теперь уже никто не сможет сказать, что я брежу, что это лишь мои фантазии!»

Некоторые мертвецы, время от времени, ускользали из под его контроля и тянулись к живым, но Андре не обращал внимания. Неизбежные издержки.

Фаг, играя желваками, смотрел репортаж по ТиВи. Это уже не актёры. Всё по-настоящему, и зарево далёких пожаров, и испуганная телефонная запись. Опять этот Смоллтаун! Будто канализационную трубу прорывает раз за разом в одном и том же месте. Делаешь, делаешь, а через некоторое время опять в дерьме.

Он резко встал и вышел из кабинета.

- Я к аналитикам, - бросил он секретарше.

- А, Уэст, давно не заходил! – от компьютера с коридорной стрелялкой оторвался лысеющий мужчина с намечающимся брюшком.

- Привет, Чизем. Как оно?

- Да ничего, вот уже третий раз прохожу.

- Да я не про это. Как сам, как жена, дети?

- А, всё нормально. Что с ними станется? – Чизем забрал рукава шерстяного свитера по локоть. – С чем пришёл?

- Да вот, совет твой нужен.

- Ну, правильно, Уэст же никогда не заходит просто так, - беззлобно проворчал Чизем. – Что там у тебя?

- Прости, - виновато улыбнулся Фаг. – Вот, глянь.

- Хм.. Зургес? Ты в курсе, что он тебя подсидеть пытается? А ты его ещё к себе приблизил, даёшь ему возможность показать себя в деле, пускаешь командовать операциями. Уэст, Уэст…

Фаг только безмятежно улыбался, полуприкрыв глаза.

- Не учи меня, скажи лучше, какова вероятность, что там был хозяин?

- А что, сам не можешь?

- Могу, но не хочу. Зачем самому глотать эту дрянь, если есть аналитический отдел?

- А вот глотать её действительно не стоит…

Чизем встал, подошёл к по-медицински аккуратному металлическому шкафчику с рядами пробирок. Достал одну, посмотрел на свет мутную серую жидкость, подсоединил крышечку с носиком, задрал голову и закапал в оба глаза. Вернулся за стол, взял отчёт.

- Ладно. Устроим мозговой штурм…

- Шестьдесят два целых и семьдесят четыре сотых процента, - сказал он минут через пять.

Фаг кивнул.

- Спасибо. Слушай, Чизем, ты б завязывал с «Грисом». Я же вижу, используешь не только по работе. Да даже если и по делу – у вас, я слышал, мощные программы стоят, можно и без него всё обсчитать.

Чизем улыбнулся, потёр макушку.

- Да не волнуйся, Уэст, захочу – брошу. Просто пока не хочу. Это ж так, баловство, или действительно, по работе. А программы у нас стоят для вида, для проверяющих. Ни разу не видел, чтобы ими кто-нибудь пользовался.

- Конечно, проще «Грисом», - проворчал Фаг.

- И давно ты стал таким чистоплюем? Сам-то не упускаешь возможности побаловаться чистоганом!

- Это естественное, чистое, натуральное.. вещество. Не выжимка, не химия, как «Грис». Ну ладно, это твоё дело, Чизем. Передавай привет Лоре, детям.

- Обязательно! Ты заглядывай в гости, давно не был…

- Как только, так сразу, - Фаг виновато улыбнулся.

«Ну Зургес, ну змея… Бездарная тупая гадюка…» - думал он, быстро шагая по коридору. По пути вызвал по мобильному своего зама.

- Метиас? Распорядись, чтобы национальная гвардия перекрыла все дороги к Смоллтауну. Но в сам город пусть не суются. Учения скажи, или ещё что-нибудь. И через три часа подготовь Косильщиков, в двух машинах пусть вылетают туда же. Да, я с ними полечу. До связи.

Уэст остановился около двери в кабинет Зургеса, взялся за ручку и услышал за ней голоса. «Тааак.» Огляделся, подтащил тумбочку с автоматом для питьевой воды, снял бутыль, залез, приникнув ухом к вентиляции.

- Срочно вылетайте! Только вы двое, подчистите там всё! Это вы виноваты, некачественно работу выполнили, вам и исправлять! Знаете, что с вами Фаг сделает?!

Подполковник спрыгнул. «За-ме-ча-тель-но! Эта крыса ещё и следы решила замести!» Он вернул бутыль на место и отошёл за угол. Вскоре из кабинета почти выбежали два Косильщика, бряцая амуницией, свернули за угол, и тут их поймал Фаг.

- Стоять! Куда намылились? – ласково улыбаясь, спросил он.

Те резко побледнели и вытянулись в струнки. Уэст, видя, как они судорожно пытаются что-нибудь придумать, хищно улыбнулся ещё шире.

- Да ладно, расслабьтесь! – он сильно хлопнул одного по плечу. – Я в курсе операции. С вами полечу. Зургес вас хорошо постращал? Молодец! А что, сами виноваты, что ж схалтурили? Ладно, ладно, с каждым бывает. Готовьте вертушку, я сейчас подойду.

- Чизем!

- О как, за один день два раза! Что случилось-то?

- Потом расскажу. Дай мне «Стазиса», чтобы на две инъекции хватило.

- На охоту собрался?

- На рыбалку. На живца.

- Так, молодцы, нужно вам укольчик сделать.

- Что это? – с подозрением спросил один из Косильщиков.

- Новый боевой наркотик. Вас же только двое полетит. У него правда есть побочные эффекты, но я вам потом противоядие дам. Давайте, давайте руки, - в голосе Фага послышала угроза. Солдаты подчинились.

Часть I. Глава 5

Глава 5

Позёвывая, Фаг вышел из кабинета.

- Зургес влился в стадо?

Мэри кивнула.

- Метиас ещё не вернулся?

- Нет, сэр.

Уэст направился к двери в коридор.

- Домой, сэр? – окликнула его секретарша уже у самого порога.

- Да, пожалуй, на сегодня хватит, - Уэст потянулся, всем видом изображая усталость. – Сегодня был насыщенный день. А ты как, не устала?

- Я не устаю, сэр, я могу работать двадцать четыре часа в сутки, сэр!

- Верю, верю. Но, может, тебе тут надоело? Не хочешь сменить обстановку?

- Сээээр…

- Ладно, ладно, нет – так нет. До завтра, Мэри.

- До свидания, сэр.

Пальцы взлетели над клавишами и застыли. «Почему он спросил? Я ему надоела? Он хочет заменить меня на новую? Молодую, красивую. Живую…» И вновь застучали костяшки. «Какое моё дело? Захочет – заменит. Моё мнение тут никакой роли не играет. Я лишь говорящая печатная машинка, ходячий селектор, мебель, автомат. Что скажут, то и буду делать. Кому интересно, что я чувствую? Зачем он спрашивает, зачем издевается?.. Как будто у меня есть воля что-то изменить…»

Уэст Фаг спустился в гараж и, не задерживаясь, ещё ниже. Потом по узкой лестнице за дверью без таблички, вниз, в подвал. Наконец, выйдя в просторное помещение, щёлкнул выключателем. Замерцав, зажглись люминесцентные лампы. Между частых колонн неровными шеренгами стояли зомби. Иногда они переминались с ноги на ногу и то ли кряхтели, то ли ворчали. Подполковник, не обращая на них внимания, прошёл дальше. Отпёр личным ключом стальную дверь. Для него частенько сюда приводили людей, так сказать, чистоган. У каждого из высших офицеров их отдела были такие карцеры. Но в этот раз его ждал иной пленник.

Фаг вошёл и запер за собой дверь. Включил свет. Под тусклой покачивающейся лампочкой стоял наклонный стол, похожий на хирургический. К нему широкими кожаными ремнями примотали худого чернявого парнишку лет семнадцати. Уэст взял стул, сел на него задом наперёд напротив парня, сложив руки на спинке и опустив подбородок на кулаки. Он долго рассматривал его исподлобья, но без вражды или злобы. Просто с исследовательским любопытством, как забавную зверушку. Пленник сверлил его взглядом в ответ. «Боится, он меня боится. Хорошо, будет посговорчивее.» Подполковника Фага удовлетворило то, что он увидел. Уэст подпёр щёку кулаком и спросил:

- Поговорим?

Часть II. Глава 1

ЧАСТЬ II

Глава 1

Фаг поворочал шеей. Воротничок казался узким. Он просунул за него палец и чуть потянул в сторону. Отражение в зеркальных дверях лифта нахмурилось. Теперь галстук висел криво. А ещё эта складка на лацкане, проклятая волна никак не хотела разглаживаться. Китель сидел криво, издеваясь над ним. Уэст одёрнул полы и уставился на свою недовольную физиономию. Глаза опустились ниже, проверяя, как теперь. «Проклятье! Ботинки матовые, чистил же, чистил, но эта проклятая городская пыль, вечная из-за проклятой жары в джунглях проклятого бетонного мегаполиса! Стоп. Нервничать нельзя. Начну потеть, станет ещё хуже. Нет ничего отвратительнее тёмных пятен на рубашке и кителе. И запаха. Генеральный всё учует. Какого дьявола он меня вызвал?» - подумал Уэст и чертыхнулся. – «Глупая, идиотская мысль. Перед собой-то можно не изображать неведение. И перед Генеральным нельзя. Учует ложь, сразу учует. Проклятая жирная жаба! Дьявол, даже думать так нельзя! О-хо-хо, угораздило же вляпаться. Всё Зургес виноват, чтоб ему вечно гнить в подвале! Опять вру. Да что со мной сегодня такое?! Я ведь тоже хорош, недоглядел за пацаном. Шустрый оказался, маленький паршивец. А может он засланный? Разыграли дикого, самородка, а я и повёлся? Что-то не верится мне, будто он на одной удаче выезжает. Случайно научился зомби создавать, случайно наплодил крупное стадо, да ещё и гончих. Потом глупо попал в плен, кинувшись на меня в атаку. На Зургеса-то он не нападал! Зургес бы его ухлопал, не стал брать живьём. Не любит наш лейтенант конкуренции. Бывший лейтенант. Не любил.»

Приятная мысль. Фаг довольно прищурился и, сам того не осознавая, облизнул губы. Но тут же снова насупился, вытащил чистый платок и стал тереть им носы ботинок.

«Продолжим воссоздавать картину событий. В конторе наш паренёк совершенно случайно находит союзника, сбегает, и к нему присоединяется второй подельник. И главное, всё из свободных, которые один на тысячу встречаются. Удивительное везение! Сразу после этого он проникает на завод, охраняемый, секретный завод. А какой-то мальчишка взял и пролез, да ещё и не один! Затем он явно целенаправленно уничтожает важнейший узел контроля над стадом. Сколько зомби придётся перевести на восстановление содержимого чаши! Уму непостижимо! Как вообще такое могло произойти? Будто знал, что охраны нет. Тут что-то не чисто. Метиас слил информацию? Хотелось бы верить, что нет. А я, вместо того, чтобы разгребать последствия – вызван сюда, на ковёр. Совет директоров не интересует скорейшее устранение утечки зомби? Или они что, думают, я уже со всем разобрался? Выдернули меня с корпуса, всё что успел – оцепить район. И взмыленный прибежал сюда, едва приведя себя в порядок. Но разве будут слушать мои оправдания? На это надеяться глупо. Это твои, Фаг, проблемы, скажут. Так что лучше не заикаться. Как некстати… И всё из-за этого поганца. Как хочешь, дорогой мой Уэст, но Генеральный не должен знать, что этот экземпляр ускользнул из твоих когтей. И как ни прискорбно, парень должен умереть. Иначе стадо мертвецов пополнишь ты сам.»

Лифт долетел к вершине небоскрёба. Серебристые двери поползли в стороны. Из кабины вышел уже совершенно спокойный и собранный Фаг. Он кивнул охране и прошёл в следующее помещение: узкий коридор, наверняка просматриваемый камерами слежения. Десять метров каменной кишки вглубь здания. И, наконец, тёмный зал, заполненный живым мраком. Уэст вошёл, вход за ним плотно закрылся. Зажглась одна лампа, над пустым креслом. Фаг осторожно двинулся вперёд. «Надеюсь, ничего между мной и целью нет? Не хотелось бы налететь и нелепо споткнуться.» Благополучно добравшись, он сел. Тот час освещение изменилось. Зашуршал кондиционер, бледно-зелёным засветилась столешница, выхватив из тьмы девять фигур, девять похожих друг на дорогих костюмов, сидящих вокруг стола: по четыре с каждой стороны и один во главе. Генеральный. Уэст сглотнул. Свет доставал лишь до плеч, голов собравшихся не было видно, но никто иной это быть не мог. Расплывшаяся по креслу туша, толстые, будто распухшие пальцы, поглаживающие узор столешницы. И голос, булькающий, клокочущий мокротой в лёгких. А ещё единственная в своём роде аура – не просто зелёная, а с синими прожилками.

- А вот и вы…

Фагу не понравилась радость, проскользнувшая в тоне Генерального.

- Что ж, все в сборе. Начнём, господа, - Генеральный на миг замолк, хрипло дыша. - Начнём с хорошего. Хочу отметить успехи сектора науки. Алхимик, расскажи остальным.

Чуть подался вперёд один из костюмов, второй справа от Генерального.

- Собственно, как вы знаете, «Грис» скоро поступит в открытую продажу. Удалось это благодаря тому, что последняя версия «Гриса» получилась устойчивой к расщеплению на свету, к тому же эффекты от неё теперь держатся в два раза дольше. Собственно, общее время составило тридцать минут. Наш препарат даже на нас оказывает эффект сильнее исходного вещества.

«Да, давайте ещё о погоде поговорим…» Уэст сидел как на иголках. «Под боком, можно сказать, стадо разгуливает, его только Косильщики сдерживают. А мы тут планёрку по всем правилам проводим. Проклятье! Держись Уэст, держись, соблюдай ледяное спокойствие, нельзя чтобы тебя вывели. У тебя всё в порядке. У тебя всё под контролем. Расслабься и слушай, что они там обсуждают.»

- А что с привыкаемостью?

- Ну… у обычных людей зависимость возникает быстрее. Собственно, уже с третьей дозы.

- А у нас?

- У нас – с седьмой.

Костюмы возмущённо загудели.

- Собственно, никто не заставляет вас его использовать, вам всем доступен оригинал, а не химический аналог! – начал оправдываться Алхимик.

- Ты сам сказал, что новый «Грис» действует дольше чистогана.

- За всё приходится платить.

Генеральный поскрёб ногтём по столешнице. Споры прекратились.

- Что с департаментом здоровья?

- Собственно, департамент сопротивлялся. Требовал ещё время на проверки и анализы, но у меня нашлись связи в Министерстве здравоохранения и социального развития – и департамент заткнулся. – Алхимик пожал плечами. Мол, что тут ещё говорить.

- Молодец, Алхимик. Вот как надо работать, господа, - Фагу почудилось, что последняя фраза была камнем в его огород. Затылок вспотел. «Сейчас он перейдёт ко мне и начнётся…» - Что скажешь ты, Прораб?

Сидящий слева костюм сцепил руки в замок.

- А что тут скажешь? Строительство пятидесятого корпуса РЗ приостановлю. Большую часть сил переброшу на восстановление четвёртого.

- Одобряю. Четвёртый ближе и возвращать разбежавшееся стадо надо именно в него.

«Правильно, стадо надо возвращать. Если вы это понимаете, какого дьявола меня сюда выдернули?! Ведь кто-то должен руководить процессом! Или.. или этим кто-то другой будет заниматься, не я? Проклятье, может, пронесёт, может, дадут шанс исправиться?»

Генеральный закашлялся, отхаркнул мокроту, судя по звуку, в металлическую урну.

- Переходим к самому интересному. Вас всех, господа, мучает вопрос, почему нас сегодня десять? – он помолчал, отдыхая. «Не тяни!» - хотелось заорать Фагу. Мысль о том, что седых волос изрядно прибавится после этого заседания, он воспринимал как само собой разумеющееся. – Об этом чуть попозже. Пока же поприветствуйте.. скажем.. Полковника.

Брови Фага поползли вверх. «Повышение? Что он задумал?!» Костюмы сдержано раскланялись с новеньким, но при этом ни одно лицо не показалось из тени.

- Полковник у нас служит в национальной безопасности и отношение к нашим делам имеет постольку поскольку. В основном, он занимается разгребанием дерьма после наших проколов и заметанием следов. Нужная и важная, хоть и незаметная для нас работа.

На сей раз Генеральный молчал долго, длинная речь его вымотала. Но никто не торопил. Фаг не видел лиц, но чувствовал на себе взгляды костюмов. Их запахи обострились: хищники, сытые, властные. Ждут команды, чтобы кинуться и разорвать или же принять как равного, если на то будет воля вожака.

- Я давно хотел представить вас Совету, Полковник. Однако повод получился довольно печальным. Доложите о вашем расследовании по инциденту на четвёртом корпусе РЗ.

«Начинается.» Уэст подобрался, руки сложил на коленях, под столом, чтобы они его ненароком не выдали.

- Собственно по данному случаю расследование ещё только начато. С инцидента прошёл от силы час. Моё подразделение «Косильщиков» отреагировало сразу же, как только поступил тревожный звонок. Первое звено погибло, но успело послать сигнал. Тогда мною были брошены сразу три звена, ещё я вылетел на объект лично, однако меня почти сразу вызвали сюда, - как можно ядовитее ввернул Фаг. Костюмы проигнорировали упрёк, и Уэст продолжил спокойным тоном. - К несчастью, диверсанты успели скрыться, но их поиск сейчас активно ведётся.

- Почему такие силы? Вы считаете, это была диверсия? Вы что-то знаете о её участниках? – посыпались вопросы. Свора взяла его в оборот. Они, так же как и Фаг, чувствовали настрой Генерального и травили добычу рьяно, выказывая должное усердие.

- Потому, что я понимаю всю важность корпусов РЗ и решил перестраховаться. Нет, я не знаю её участников. Да, я считаю, что это была диверсия. Безусловно. Однако целью её было не столько уничтожения завода, сколько придание огласки этому делу. Я считаю, что первый этап операции был проведён на западном побережье страны, в Смоллтауне.

- С этого места, пожалуйста, поподробнее, - сказал своё слово Генеральный, успокаивая псов. И они присели. Покорные, с высунутыми языками у ног хозяина, довольные, что выслужились. Затаились там, в этой шелестящей кондиционером тьме, готовые к новому броску.

Фаг поёрзал. Стул вдруг стал удивительно неудобным. Понимая, что долго тянуть нельзя, он начал докладывать, медленно, тягуче, мучительно подбирая слова.

- В маленьком городке на западном побережье страны произошло самозарождение зомби.

Кто-то из костюмов насмешливо фыркнул. «Ага, я сделал резкое ненужное движение и псина тяпнула, не сильно, но обидно.» Уэст сдаваться не собирался и показал клыки в ответ.

- Простите, что использовал официальный термин, - язвительно окрысился он. – Вы так усердно вдалбливали его в мозги телезрителей, что даже я поверил!

- Ну-ну, не будем ссориться, господа, - пробулькал Генеральный. Снова дёрнул поводки, на сей раз сильнее. Будто предупреждая в последний раз. – Пусть будет самозарождение.

Фаг чуть-чуть помолчал, раздосадованный на себя за такое проявление некомпетентности.

- Это была первая версия, что возникновение зомби произошло случайно. Моя вина, я не разобрался детально в происходящем, понадеялся на подчинённого. Первый лейтенант Зургес, помощник капитана Бладхаунда, начальника развед-службы нацбезопасности, возглавил это дело. Ему было поручено проведение операции, сбор данных, анализ, координация действий вверенного подразделения «Косильщиков»… Понимаете, он действовал в рамках моей программы по повышению квалификации штабных служащих… В полевых условиях, так сказать…

Генеральный поднял руку.

- Это ваши внутренние дела, Полковник. Не заостряйте, пожалуйста, на них внимание. Ближе к делу.

- Да, виноват. Именно Зургес сделал выводы о случайности возникновения зомби. Далее сработали как обычно: передали заявку в отдел связи с общественностью Корпорации Быстрого Развития, - один из костюмов кивнул, подтверждая, - каналы СМИ заблокировали, всяческую связь с Смоллтауном оборвали… Зургес так же отложил начало операции, чтобы захватить побольше материала для корпусов РЗ. Это конечно увеличивало риск просачивания информации, но это было его решение. По моей программе, подчинённые должны были научиться принимать решения, учитывать возложенную на них ответственность и…

- Полковник.

- Виноват. Зургес вылетел на объект. Всех зомби уничтожил, доступных для контроля не оказалось. Это был первый тревожный звонок. А затем вновь поступили сигналы из Смоллтауна. Не знаю почему, но они прорвали информационную завесу, дело предалось огласке. Я лично вылетел туда, уничтожил вновь появившихся зомби и хозяина. Да, при поддержке аналитического отдела, я установил, что с вероятностью в шестьдесят с лишним процентов там был хозяин. Когда в первый раз прилетел Зургес с войсками, он не высунулся. Я же взял с собой только двух Косильщиков. На нас он напал, наивно недооценив степень угрозы. Уничтожив его лично, я вызвал остальные войска, и они зачистили город. Сто двадцать один зомби законсервированы и ждут направления в любой из корпусов РЗ или лаборатории господина Алхимика. Я виноват, что не захватил хозяина живьём и не допросил. Зургес понёс заслуженное наказание, а я жду вашего решения.

Поводки натянулись. Слово, одно слово и…

- Вы неплохо потрудились. Никто из нас не застрахован от ошибок, но впредь их быть не должно.

Костюмы расслабились, кляксами растеклись по спинкам стульев. Травля отменяется. Фаг чувствовал разливающееся в темноте неудовольствие и разочарование. Стаю лишили забавы.

Генеральный снова сплюнул. Фаг заметил золотой блеск урны.

- Послушаем Оратора. – Фокус сменился. Похоже, свора рано расслабилась. Недоумевая, костюмы подобрались, спрашивая себя: что будет дальше? – Что вы можете к этому добавить?

- Журналисты были настороже после первого сигнала, и как только зомби появились в Смоллтауне повторно, они бросились на эту новость как голодные псы на свежую кость! Я ничего не успел сделать! – в добавление к цветастой речи этот костюм бурно жестикулировал, размашистые жесты человека привыкшего работать на большую аудиторию.

«Неправильная тактика,» - мелькнула мысль у Фага. «Перед стаей нельзя пятиться. Признавать ошибки не зазорно, ожидать наказания – тоже, но нельзя делать это, зажав хвост между ног.»

- Опять. Как с теми городками в штате Териблиленд, - устало и будто с ленцой сказал Генеральный. «Это приговор» - Уэст Фаг невольно облизнулся.

- Вы же понимаете, что всё замолчать невозможно! – голос Оратора набирал мощь. – Телевидение, газеты, Паутина, радио, столько фронтов, на которых я должен воевать одновременно! Вы же знаете, я делаю всё что могу, формирую положительный образ зомби в глазах обывателя! Думаете это просто?! А мне ещё вставляют палки в колёса этими «самозарождениями»! Разве это моя работа, контролировать зомби? Или охранять корпуса РЗ?!

Фагу хотелось ему верить. Проклятье, он ему верил! «Оратор прав на сто процентов. Он ни в чём не виноват!» Уэст сжал виски, отгоняя внушение. «Силён, дьявол.»

Генеральный покачал головой. Видимые в бледно-зелёном свете многочисленные подбородки затряслись.

- Это вас не оправдывает. Вы потеряли хватку, господин Оратор.

Он сделал знак рукой кому-то в темноте. «Вот оно,» - со злорадством подумал Фаг. Буря отвернулась от него, найдя новую жертву, и он ей нисколько не сочувствовал. «Так и надо, сам виноват.» Было видно, что Оратор крутит головой, пальцы вцепились в столешницу, он ждал, кто же из недавних соратников атакует первым.

Тень сгустилась за его спиной, блеснула тонкая металлическая нить, взвизгнула… Брызнула кровь, заливая щёки Оратора, стекая по подбородку, затекая за воротничок дорогой золотистой рубашки. Пальцы заскребли стол, ломая ногти. Потом скрипнула кость под тонким как бечева полотном пилы, костюм затрясся и обмяк. Перед Генеральным возникло большое блюдо с бежевым мозгом, блестящим от слизи и подрагивающим как желе. Толстые пальцы покрутили тарелку, отщипнули кусочек от мозжечка.

- Вернёмся к инциденту на четвёртом корпусе РЗ. Продолжайте, Полковник.

Фаг непроизвольно сглотнул, костеря себя. Впервые при виде свежего мозга у него пропал аппетит. «Расслабился, идиот. Думаешь, эта жирная пиявка насытится одной жертвой?»

- Как я говорил ранее, целью диверсантов было привлечение внимания к Корпорации Быстрого Развития. Кхх, – проклятый воротничок всё же впился в шею. - Они последовательно разрушают нашу легенду о подконтрольности и безопасности зомби. Воспользовавшись нашим слабым местом – расположением корпусов РЗ в населённых пунктах. Сначала внимание отвлекли инцидентом на противоположном побережье, а затем нанесли удар здесь. Казалось бы, никто не станет нападать на корпус, расположенный в центре Кепиталсити. Сработал эффект неожиданности. Если бы наши корпуса располагались подальше…

- Вы не задумывались, почему нефтяные вышки стоят именно в тех местах, где они стоят, а не в каких-то других? – раздражённо спросил Прораб.

- Так то вышки. А перерабатывающие заводы ведь не там же.

- Но там, где находятся потребители! В нашем случае и потребители и ресурсы находятся в одном месте.

- Оставим эти разговоры, - прекратил споры Генеральный. – Мы все сознательно шли на этот риск. Удвоим усилия по обеспечению безопасности и конфиденциальности. Господин Полковник, какие вы делаете выводы и прогнозы?

Сейчас всё зависит от того, что он скажет. «Случайность или умысел? Умысел. Генеральный ни во что иное не поверит.»

- Я считаю, что кто-то готовит плацдарм на территории Юсы, старается потеснить Корпорацию Быстрого Развития. Это была заявка о себе, теперь будут ждать ответного шага, как мы на это отреагируем. Следует установить нашего противника, понять, что он хочет.

- Согласен, господин Полковник. Я пришёл к таким же выводам. Если это наши дрязги, решим их между нами. Незачем посвящать в них людей. Мозгов на всех хватит, - Генеральный захихикал, будто больная пневмонией псина закашлялась. – Кстати о мозгах. Происходит утечка за границу. Господин Философ, ну придумайте же новые гранты, займите их чем-нибудь! С нацией тупого быдла мы умрём от голода! Пусть к нам приезжают молодые-талантливые, а не от нас бегут!

- Я стараюсь…

- Лучше надо стараться! Пусть судьба Оратора будет всем уроком. Для нас слишком многое поставлено на карту. Сейчас мы играем почти в открытую, мы уязвимы как никогда. И я не от кого не потерплю ошибок!

Генеральный тяжело задышал. Он долго отдыхал после тирады, а когда продолжил, его голос был тих, как у умирающего. Фаг заметил, что костюмы заёрзали, похоже, встреча подходила к концу.

- Господа. Планы всем известны, планы не меняются. Надеюсь, в следующий раз вы меня порадуете.

Он толкнул блюдо с мозгом Оратора. Тарелка закружилась, скользя по столешнице, и уткнулась в грудь Фагу.

- Господин Полковник. Вы временно заступаете на должность Оратора. Будете налаживать отношения с общественностью, порушенные вашими досадными проколами. Передайте дела по Косильщикам заместителю. За работу, господа!

Столешница погасла. Зажглись лампы над выходами, и над Фагом. Он дождался, пока тени уйдут, не притрагиваясь к мозгу. Откуда-то вдруг появилось стеснение, не хотелось делать это при всех. «Задал работёнку, что же мне делать, а?» Уэст посмотрел на сидящее тело Оратора. Новенький зомби дожидался, пока его проводят к остальным. «Ладно, надеюсь, здесь будет ответ…» Фаг отщипнул кусок, потом ещё и ещё. И стало неважно, видит его кто-то или нет, лавина информации захлестнула, новые чужие знания заполонили голову. Уэст откинулся на спинку стула. Он уже был не здесь. Блаженное удовольствие, упоение властью, которое давало познание, чужая жизнь, слившаяся с его собственной, новые сведения и науки. Фаг приподнялся ещё на одну ступень над серой толпой, массой, над этими кандидатами в стадо. Встал плечом к плечу с другими богами, всезнающими, всеведущими и оттого всемогущими.

Он загребал содержимое блюда руками, «ещё хочу, ещё больше», брызгал ошмётками, слюной, едва не кусал пальцы… А потом тарелка опустела. Уэст с трудом привёл мысли в порядок. Постыдная слабость, он опять ей поддался…

Из каши, что образовалась сейчас в голове, он вычленил два момента. «Первое. Нужно устанавливать связи не просто с общественностью, а с «широкой потребительской», то есть жрущей, пьющей, спящей, путешествующей и скупающей всё на корню, «общественностью». Потому что без правильной выработки и отладки общественного мнения о Корпорации Быстрого Развития в средствах массовой информации — Корпорация, увы, не проживёт. Так что нужно это общественное мнение изменять, дополнять… в общем, не оставлять в покое. Мнение — понятие очень неконкретное, его может не быть, кстати, вообще. И тогда его нужно создать. Чтобы жирная задница Генерального чувствовала себя в безопасности.»

- Спасибо, господин Оратор, за подсказки, - Фаг поклонился телу со вскрытым черепом. Зомби никак не отреагировал. Уэст пожевал губами. Язык заплетался как у пьяного. «О чём я вообще? Какой второй момент? А, второе. Найти и задавить маленького гадёныша. И чем быстрее я это сделаю, тем лучше.»

Часть II. Глава 2

Глава 2

Андре с опаской смотрел на этого странного подполковника. Теперь он его узнал, он же видел его в новостях. Фаг казался заурядным человеком: среднего роста, худощавого телосложения, тёмные волосы с пробором на правую сторону, гладко выбрит, ухожен, воротничок сорочки сияет белизной. Этот человек явно следит за собой. Педантично, излишне, маниакально аккуратен. Андре пытался найти в нём признаки той чуждости, что оставила отметину в самом парне. Ну, пожалуй, Фаг очень бледен, но это, опять же, норма для кабинетных работников, губы припухшие, тёмно-бардовые, словно искусанные до крови, глаза.. да даже глаза обычные! Карие, покрасневшие, уставшие после рабочего дня. Но вот их выражение… Андре понял, что ему не нравится, когда на него смотрят с таким гастрономическим интересом. Он даже боялся предположить, что творится в голове этого обычного, заурядного мужчины с нечеловеческим взглядом. Андре наигрался в войну. Он уже раскаивался в своих поступках. «Добился, что на тебя обратили внимание! Что не радуешься?! Кто ж думал, что внимание окажется такой болезненной для самолюбия вещью. Спеленали как курёнка, только и остаётся, что слюни пускать да сквернословить. Ну уж нет, до этого я не опущусь, хватит с меня позорища. Великий Повелитель Зомби! Тьфу! С двумя Косильщиками не справился! Конечно, там ещё Фаг был… Но он даже ничего не сделал? Или сделал, да так, что я не почувствовал и не увидел? Страшный противник, я не такого хотел.» Парень едва сдерживался, чтобы не запричитать: «Дяденька, отпустите, я больше не буду!»

Тем временем подполковник подпёр щёку кулаком и спросил:

- Поговорим?

Андре только сильнее сжал губы. Плакаться и жаловаться расхотелось. «Что за снисходительный тон?! Кто он вообще такой, а кто я! Я поднимаю покойников, я создаю скелетов, я ужас живых и господин мёртвых! А он смотрит, как на собачку какую-то. Надо же, потявкала, за штанину укусила! Не собираюсь я с тобой разговаривать! Кто знает, что там в твоей голове варится. Вон смотришь как! Как.. как на бутерброд!»

Фаг едва заметно улыбнулся, взглядом подначивая, мол, давай, не стесняйся, не съем. Едва заметно Андре отрицательно мотнул головой. Подполковник нахмурился. Порывисто встал, Андре отшатнулся, насколько мог, ударившись затылком о лежанку. Не обращая на него внимания, Фаг ходил туда-сюда по тесному карцеру. Вдруг остановившись, он прислонился спиной к стене, скрестил руки на груди и посмотрел на часы. Андре напряжённо ждал.

- Представляю, что ты сейчас думаешь, - начал подполковник. – Я ведь когда-то был на твоём месте. Нет, не совсем конечно, меня никто не привязывал. Я вёл себя адекватно, не смотря на пережитое. Возможно, потому что я был старше тебя когда.. когда понял, что я могу.

Он поднял глаза к потолку.

- Я тогда служил в национальной гвардии, уже в звании второго лейтенанта ходил. Что поделаешь, если все мужчины в семье – вояки, то тебе одна дорога. Да я и не жаловался, всегда душа лежала командовать, повелевать, к войне, убийствам, - он подмигнул парню, но солидарности не увидел. – Зачищали мы тогда один городок, зомби было уйма. Солдаты в отряде таяли, а мертвякам конца и края не видно. Пёрли на нас как танки. Ни страха, ни инстинкта самосохранения, хуже животных, бездушные роботы. Всем страшно до усрачки, я заставляю наших вставать и снова в бой. Они – уставшие донельзя, уже наплевать и на зомби, и на меня. Я ору что-то, себя не слышу, одну барабанную перепонку волной от гранаты разорвало. Кидали, пока были, даже когда стадо близко подбиралось, вот меня и зацепило. Мечусь, в общем, от одного к другому и не замечаю, что мёртвого растолкать пытаюсь. Пуля откуда-то срикошетила и в него, значит, попала. Когда я понял, что он теперь в лучшем из миров отдыхает, тот уже встал и пошёл на зомби, даже автомат не взяв. Все очумели, конечно, не сказать крепче, но не растерялись, начали стрелять, пока наш зомби цеплялся и тормозил противников. Тут я вижу хвосты за мертвецами, хотя раньше их вроде не было. Будто кто расплёл на нитки шарф, и он полощется за зомби. Знакомо, да? Я представляю, что беру этот поводок, и зомби останавливается. Разворачивается к соседям, растопырив руки, и хватает их. В общем, учиться мне пришлось быстро. Хорошо хоть, солдаты вопросов не задавали, почему я как псих машу перед собой руками, а зомби разворачиваются против своих. Знай стреляли по всем: и в лоб, и в затылок. Выбрались из передряги, когда уже никто и не надеялся. А потом в глаза друг другу посмотреть не могли. Как начать обсуждать такое?

Андре к своему удивлению слушал с интересом. Это ему было близко. Он представил, что чувствовали солдаты такого командира. Хорошо, спас всех, но что он за тварь, что своего же поднял? Которого никто не кусал? Что от него теперь ждать?

- Не знаю, что со мной было бы дальше, если б не дядя. Старый лис, оказывается, на то же способен. И не он один. Дядя, вместе с нынешним Генеральным директором, как раз тогда только-только основали.. эту организацию. И боролись за главенство, так что дяде нужны были сторонники. Правда потом его всё равно понизили в должности… Ну да не суть важно. Поговорили мы с ним тогда. Я вот так же как ты весь перетрусил, какого дьявола происходит – не понимаю, сам себя боюсь больше чем окружающие, - Фаг усмехнулся, его явно забавляли страхи – свои старые и нынешние пленника. – Только я сразу пришёл в себя. Ну да я-то военный, к тому же старше тебя был, лет на пять-десять, но ты что, не мужик? Давай, бери себя в руки, что я должен с тобой как с девочкой возиться?

Он оказался рядом с парнем и опустил руку на плечо. Андре вздрогнул.

- Мы же с тобой похожи, парень! Мы - особенные! Повелители, хозяева, и относиться к себе и остальным нужно соответствующе! Не разбазариваться на мелочи, вроде того, что ты учинил в том городке! Ну зомби поднял, гончих сделал, молодец! Людишек попугал, забавно, не спорю, но это как-то мелко! Что ты с этого поимел, а? Каталку и ремни, да головную боль! А всё потому, что здесь, - Фаг постучал пальцем по лбу парня, - слишком мало нужного! Что ты мог взять с домохозяек и колхозников? Какая их информация могла тебя обогатить? Сделать сильнее? Над кем там властвовать? Толпа зомби и толпа деревенщин, не слишком отличающаяся от них содержимым черепушек! Я же предлагаю тебе весь мир!

- Всего-то? – хрипло спросил Андре.

- Ну, для начала только Юсу, - широко улыбнулся Уэст Фаг. – Ну, так как, поговорим?

- Поговорим, - нехотя согласился парень.

- За-ме-ча-тель-но! - Подполковник хлопнул его по плечу и вновь уселся на стул.

- Имя?

- Андре Эксидент.

- А я Уэст Фаг. Подполковник национальной безопасности.

- Знаю, по ТиВи видел…

- Вот как? - Фаг облизнул губы. - Необычное у тебя имя, для этих мест. Откуда ты?

- Юса, штат Бундокс, Смоллтаун.

Это искренне удивило Фага.

- Так ты родной городишко разворотил? Чем он тебя так.. расстроил?

Андре молчал. Что тут ответишь? Какая причина достаточна, чтобы оправдать убийства, надругательство над умершими, ужасы и хаос?

- Ладно, твоё дело. Эх, молодёжь, молодёжь, переходный возраст, - Фага, похоже, учинённое в Смоллтауне не возмутило. – Зомби поднимать сам научился или подсказал кто?

- Сам.

- А гончих?

- Сам.

Фаг покачал головой. Это его смущало. «Такой потенциал, с чего бы вдруг?» - он потёр подбородок.

- В роду хозяева были?

- Нет… не знаю…

- Ну правильно, откуда тебе знать, такое не афишируют. Я вон тоже о способностях дядюшки не подозревал… Ладно, ты здесь, в Юсе, родился?

- Да.

- А родители?

- Мама здесь же. Отец – за океаном. Во Франсе. Мне потому и дали имя.. не как у всех.

Подполковник рассеянно кивал, о чём-то задумавшись.

- Братья-сёстры есть? Другие домашние животные? Про животных шучу.

- Нету, - Андре снова сжал губы в линию. Фаг даже внимания не обратил. – У мамы до меня был ребёнок, но он родился мёртвым.

- Да, бывает, - как о чём-то несущественным сказал подполковник. – А ты как родился, нормально?

- Не знаю, мне не рассказывали, а я не спрашивал. У нас это закрытая тема была, - появившаяся было симпатия к Фагу развеялась как дым. И этот человек считает Андре похожим на себя?

- Жаль. Может, тайна твоих способностей раскрылась бы. Попробуй вспомнить что-нибудь?

- Не помню ничего, - буркнул Андре, даже не пытаясь покопаться в памяти.

- Ну, нет так нет, - Уэст вздохнул. «Тяжело же мне придётся с этим щенком. Надолго ли хватит моего терпения? Может, проще вскрыть черепушку, выскрести до блеска, да и не мучиться? Эх, где б я был, если бы дядя так же поступил? Нет, нас и так слишком мало, повожусь ещё. Попробовать его никогда не поздно. А чем умнее он к тому времени станет, тем слаще…» - Думаю, дело в твоём папаше. Во Франс много выходцев из Эфрике, а именно там корни наших возможностей. А может, и от матери… Если она коренная, если её род давно жил в Юсе… Сюда же раньше везли рабов из Эфрике, а они приносили свою культуру, в том числе и веру в колдунов вуду. Что смотришь? Думаешь, сказки всё? Не всё, только девяносто процентов. Остальное голая правда. За века у тебя в роду вполне мог оказаться кто-нибудь из них. В общем, потом литературу почитаешь, повспоминаешь о семье, глядишь – и найдёшь ответ.

- Зачем мне это?

- Не любопытно, что ли? Ну ты даёшь. Ладно, твоё дело, - он снова посмотрел на часы. – Мне пора. Ты пока подумай, над тем, что я тебе рассказал. Завтра продолжим.

Подполковник ушёл, выключив свет. Андре остался в кромешной тьме. За железной дверью карцера чувствовалось неясное движение, слышались странные и до боли знакомые звуки, от запаха хотелось плеваться. Будто его засунули в выгребную яму с головой. А ещё бесила беспомощность. Только пальцами и можно двигать. А ещё головой. Кричать, кажется, тоже можно. Андре попробовал.

- Помогите! Эй, есть здесь кто-нибудь! По-мо-ги-те!

В ответ раздалось глухое ворчание, накатывающееся как волна на берег. Парень счёл за лучшее заткнуться. Кто этих зомби знает? Там-то свои были, им сотворённые, а здесь? И не шевельнуться, готовое блюдо на подносе. «Подожду Фага, чтоб ему пусто было, ничего не поделаешь.»

Мэри сидела одна в пустом здании. Как удобно, не нужно тратиться на ночного сторожа. Ей сон не нужен, зарплата, пища – тоже. Знай, сиди за пультом охраны, просматривай камеры, показывающие одни и те же коридоры и кабинеты. Если что, есть тревожная кнопка, тут же прилетят копы, обложат здание, всех повяжут. Если, конечно, найдутся такие идиоты, что решат ночью в контору национальной безопасности пробраться. Мэри радовалась возможности побыть одной. Идти-то всё равно некуда. Контора – дом родной. А ночью хоть на неё никто не смотрит. Хорошую шутку сыграла с ней судьба. Всю жизнь грезила похудеть и вот, мечта сбылась. Прав был кто-то, добавляя к известной поговорке «всё что ни делается – всё к лучшему» мудрые слова «но худшим из способов».

В одном из окошечек камер появилось движение. Мэри развернула его на весь экран. В гараже в последнюю оставшуюся машину садился подполковник Фаг. «Так это его машина? Он же давно сказал, что устал и домой пошёл? Где же он был?» Не попав в поле зрений видеокамер в гараж можно было зайти только из одного места. Из подвала. Там хранилось конторское стадо, и были оборудованы личные карцеры для офицерского состава. «Скорее всего, туда ходил. Надо потом послать кого-нибудь прибрать. Почему он так долго возился, там не одна жертва? Ответов нет. Впрочем, меня и не касается.» Она потеребила безжизненные локоны. «Не об этом нужно думать. Сегодня к Фагу заходила молодая сержант. Красивая. И когда вышла, как-то необычно на меня посмотрела. Он мне замену нашёл?» Мэри застыла на стуле как статуя. В этой, второй не-жизни, она не билась в истериках, не плакала, если что-то шло не так. Наоборот, она окаменевала. Только так она могла бороться с болью, что терзала её небьющееся сердце. «Как же так? Я с самого основания конторы работаю секретаршей у начальства. Я была при майоре Ротне, которого потом понизил в должности Фаг, и при нём, и вот что же – теперь меня в утиль? Правильно, я ж больше ни на что не годна.» Застывшая изваянием Мэри изучала окошечки камер на мониторе. Иного выхода нет, остаётся только исполнять обязанности до тех пор, пока.. пока их с неё не снимут.

Сколько времени прошло, Андре не знал. В тёмноте, где единственными спутниками были звуки и запахи зомби за стенкой, ход времени пропал, растворился в глухом бормотании, растёкся чёрной кляксой по стенам, застыл нефтью на поверхности глаз. Только уши жадно ловят звуки шагов, только взгляд ждёт свётлой полоски под дверью, будто зарождающегося рассвета. А его всё нет и нет. Время тянется, как густая патока, Андре увязает в нём, как муха. Но ни одно насекомое так не ждёт своего паука, своего тюремщика и мучителя. Предложение Фага заманчиво, хотя и туманно. Власть… У этого слова неповторимый, притягательный вкус. Как у дорогого коньяка, который они как-то пробовали с Анжел, утащив бутылочку у её родителей. «Ах, Анжел… Как же всё так вышло, почему нам не повезло?.. Вместо веселья и счастья с тобой – ужасы бегства от тебя, вместо семьи – стадо трупов, вместо тихих закатов на веранде – зарево догорающего полицейского управления… А что предлагает мне Фаг? Что за власть? Я как больной вцепился в это слово, загорелся, а если подумать, в чём она будет заключаться? Какой Фагу от меня, сосунка, толк? Ничего этого он не сказал. Что за предложение о сотрудничестве, если меня заперли в тёмном чулане, связанного по рукам и ногам? Что будет, если я откажусь? Опять вопросы, одни вопросы…» Андре застонал. «Я не хочу так больше жить… Лучше бы он меня пристрелил…» От горестных мыслей его отвлекли насущные проблемы. Хотелось есть, живот уже вторил мертвецам по соседству. Но гораздо сильнее хотелось пить. «Эх.. Не стоило думать об этом… Но как же пить охота… Мне бы сейчас один глоток. Глоточек. Капельку. Самую малость, чуть-чуть.» Андре начинало казаться, что где-то рядом есть вода, что он слышит её журчание. Всего-то и нужно – дотянуться. Парень рванулся, забился в путах, беснуясь, и обмяк. «Я схожу с ума… Достойное завершение моей никчёмной жизни.»

Полоска света под дверью зажглась вдруг, не как неторопливо восходящее солнце, а как тонкая галогенная лампа, заставив сердце биться учащённо. Страх и надежда смешались в душе, переливаясь как вода из одного сосуда в другой, качая маятник разума из одной крайности в противоположную. Андре всё бы отдал за знание будущего. Как завершится эта беседа, если конечно это идёт Фаг? Даже чёткая уверенность, что парень умрёт, была бы предпочтительнее неизвестности.

Шаги приближались. «Почему так медленно?!» Андре ёрзал в жёстких ремнях, насколько это было возможно. Дверь распахнулась, кто-то щёлкнул выключателем. Андре зажмурился. Свет резанул по глазам, десятки солнц забрались под веки и теперь водили там маленькие хороводы, кружась и покачиваясь. Он с трудом проморгался. Рядом стоял Фаг и смотрел чуть насмешливо, как на неуклюжего котёнка. Андре разлепил губы.

- Я хочу пить. И есть.

- Замечательно! А потом ты захочешь в туалет, а потом ещё что-нибудь… Давай уж сначала разговор закончим, - подполковник оседлал стул. – Ну, подумал?

- Подумал. Я готов вас выслушать. Расскажите про вашу организацию.

- Ишь ты, какой шустрый, - Фаг погрозил Андре пальцем. – Организация, как организация. Хорошая, богатая, влиятельная. Лучше идти с ней по пути, чем против. Растопчет и не заметит.

Но Андре это не удовлетворило. Что в его положении пугаться? И так хуже некуда.

- А как называется?

- Странные у тебя вопросы, парень. – Фаг чуть прищурил глаза. – Как вольёшься в нашу дружную семью – сразу всё узнаешь. А пока не за чем тебе мозги лишним забивать.

- Хорошо, - нехотя согласился Андре, понимая, что из Фага ничего не вытянешь, не тот случай. - Что вы предлагаете?

Уэст улыбнулся. «Быстро же я этого зверёныша приручил.»

- Я предлагаю вступить в нашу организацию. Сначала, на незначительной должности, подходящей твоим возможностям. Контроль и управление зомби. Стаду всегда нужен пастух. Работа не ахти какая, не самая, скажем так, престижная, но все с этого начинают. Ну, почти все.

- А зачем это нужно?

- Как зачем? Как зачем, парень? Это же тренировка, оттачивание твоих навыков. То, что у тебя есть способности – это хорошо, даже замечательно, но это только десять процентов успеха. Остальные девяносто – это адский, постоянный труд над собой и над окружающими.

- Нет, я не про это. Зачем зомби.. нам?

- О, тут всё очень просто. Дешёвая раб-сила. Не в смысле «рабочая». Рабочим нужно платить, кормить, профсоюзы там всякие, нормированный рабочий день, другая ерунда… А тут эксплуатируй, пока не развалятся. Вот твоя задача и будет направлять мертвецов, чтобы делали то, что нужно. А то любят они постоять, подумать о чём-то своём, - Фаг почему-то засмеялся. – Да и новых принять, тоже в твоих обязанностях.

- Новых? Откуда? Зачем?

- Естественно, новых. С такой текучкой кадров, как без новых вливаний? Экономику в колледже, что ли, не изучал? Постоянно требуются свежие ресурсы. Как там один умный экономист сказал: «бюрократия растёт, чтобы удовлетворить нужды растущей бюрократии». Или что-то в этом духе. Нет, ну а как, по-твоему, мы должны развиваться? Как захватывать новые сферы? Понимаешь, в этом то и состоит власть – требуется сделать так, чтобы люди нуждались именно в тебе! Тогда можешь хоть верёвки вить.

- А.. откуда новые зомби берутся?

- Оттуда, - Фаг хмыкнул. – А откуда ты их брал? И мы оттуда же берём. Тем же способом. Я же говорю, мы похожи! Я сразу это почувствовал! Я видел достаточно новичков, но такой размах как у тебя… Ты сделал себе хорошую рекламу, молодец! Нет, я не издеваюсь!

От этой искренности Андре становилось только хуже. «Я же нечаянно, я же не хотел! А он мной восторгается. Я же не такой!»

- Ну а сами зомби… Они ведь чьи-то родственники. Как их родные отнесутся к такой эксплуатации?

Фаг смотрел на него, не понимая.

- Шутишь, что ли? Или меня проверяешь? Какие, к дьяволу, родственники? Кому до них есть дело? Ты что, задумывался, что у тех, кем ты с Косильщиками воевал, есть где-то родственники? Нет! Ты подошёл к вопросу так же меркантильно, как мы! Они – не более чем инструменты! Пусть ходят, пусть руками машут, но зомби – лишь био-роботы. Лишённые всякого разума машины. Подходящие только для того, чтобы их использовали более совершенные существа, - Уэст наклонился вперёд, чуть приблизившись к связанному Андре, и заговорил громким театральным шёпотом: – Открою тебе страшную тайну – люди от зомби недалеко ушли! Они годятся не на большее. Только механизмы их управления иные. Мы сейчас их разрабатываем. Станешь нашим – тоже примешь участие. Один способ, впрочем, тебе понятен: сделать людей зомби. Но, естественно, всех нельзя. Нужно оставить две группы – элиту, мозги нации, и кандидатов в зомби, чтобы они плодились и обеспечивали нас материалом. Всё равно ведь все умрут, рано или поздно. Понятное дело, такие людишки и взбунтоваться могут. Но мы, вроде как, уже разработали нужное средство. Ну что, ты с нами?

Андре помотал головой. «Нет, как же бездушные машины, био-роботы? Анжел же меня нашла, родители узнали. Нет, что-то тут не так… Я не хочу стать таким же как этот Фаг, относиться ко всем как к винтикам. Зомби – рабы, люди – кандидаты в рабы, и мы – хозяева, над всем этим… Брр.. Он же псих, больной псих!»

- Нет, - обезвоженное горло Андре скрипело. - Нет у меня с вами ничего общего. Я не собираюсь становиться таким же чудовищем как вы.

- Чудовищем? – зашипел Фаг, вскочив на ноги. – Чудовищем?!

Он уже был рядом, чёрные когти впились в плечо Андре, заставив вскрикнуть. Лицо подполковника исказилось, став серо-зелёного цвета, зрачки расширились, заполнив радужку. «Да он под кайфом, наркоман психованный!» - с ужасом подумал парень.

И тут Фаг захохотал, задрав голову к потолку. Андре забыл про боль, только смотрел на удлинившиеся клыки в красном зеве пасти. «А я ведь так же выглядел, Господи Иисусе,» - мелькнуло у парня.

- Чудовищем, ой насмешил, - Фаг вперился в глаза пленника. – Ты себя чудовищем возомнил? Монстром? Ты – слизняк! Трупоед и паразит! Ни на что другое ни ты, ни я не способны! И никто иной из хозяев! Знаешь, как мой внешний вид наши называют? Боевая форма! Ты тоже умеешь так меняться, я видел. Боевая! Шутники, дьявол их побери! Так же как и ты, прячутся за ширму лжи! Всем врут и себе тоже! Чего тут боевого?! Ведь ничегошеньки нет! Это – форма гуля, и природа всё сотворила совсем не для боя! Толстые грубые когти – чтобы разрывать землю, могилы. Крепкие крупные зубы – разгрызать кости, костный мозг он тоже вкусный. Кожа с омертвениями – чтобы заразу какую не подхватить, если случайно поцарапаешься. Просто зомби с мозгами, природой вылепленный, чтобы трупами питаться!

- И ты такой же! – шипел подполковник, тыча когтем в тощую грудь Андре. – Не думай, что ты чем-то лучше! Ты кого пожалел? Трупов? Это даже не смешно, тут даже обсуждать нечего! Если ты им сочувствуешь, так присоединяйся к ним! Я легко могу помочь!

Одна рука Фага схватила парня за подбородок, пальцы другой впились в виски.

- Мозги зомби не нужны!

- Н-н-нет, пожалуйста, не надо…

Уэст тяжело дышал, вонзившись взглядом в лоб Андре. Чёрные глаза нездорово блестели. Что он там видел?

Когти, словно нехотя, оторвались от головы парня, упали вниз, царапнув скулы. Подполковник отступил, тяжело опустился на стул, приходя в себя.

- Или ты людей пожалел? А они тебя будут жалеть, как думаешь? Погладят по головке, скажут: ох ты бедный, это ничего, что ты наш город разрушил, всех жителей убил и в зомби превратил, в ходячих гниющих мертвецов, не похоронить, не на могилке поплакать, только смотри, как бы милый покойный дедушка тебе башку не прокусил. Ничего страшного, возвращайся к нам, мы тебя приголубим. И если ещё кого-нибудь поднимешь, а он потом опять пару десятков человек сожрёт – это тоже ничего, мы тебе заранее всё прощаем.

Фаг поднялся, покачнувшись, будто пьяный.

- Не будь дураком. Сделай правильный выбор, - голос его был твёрд, холоден и суров. Подполковник распахнул дверь, чтобы Андре увидел ряды зомби. – Или ты среди нас, или ты среди них. Думай до завтра.

И вышел. Металлическая дверь лязгнула, парень вздрогнул. Облизал пересохшие губы. Царапины на груди и плечах саднили, пощипывали от попавшего в них пота. Шаги Фага затихли вдалеке. Свет погас. Андре уронил голову на грудь, обвис на ремнях. «Конец. Или я соглашаюсь быть таким же как Фаг, или он меня сожрёт. Мамочка, я так не хочу умирать! Соглашусь, всё что угодно, лишь бы выйти отсюда! А там сбегу!»

И снова безо всякой надежды закричал:

- Помогите! Пожалуйста! Я здесь! Спасите, люди!

На сей раз даже зомби не ворчали на этот крик отчаянья, выражая сочувствие молчанием.

Мэри заметила Фага в фокусе камер. «Опять? Что-то он зачастил. Сегодня, вроде, ему никого не доставляли. Сколько же ему привезли за раз, что он два дня подряд ходит? Или там что-то другое?» Мэри поёрзала в кресле. Она даже обхватила себя руками за плечи, будто пыталась удержать от глупого поступка. «Какое твоё дело, что там? Чего ты не видела? Остатков пиршества хозяина? Уверяю тебя, ничего прекрасного в этом зрелище нет! Передумай, пока не поздно,» - убеждала она себя, а ноги меж тем уже несли её по коридору к лифту. Частый перестук каблучков эхом разносился по пустому зданию.

Лифт мягко распахнул объятья. Мэри потопталась на пороге в нерешительности, а потом резко перешагнула тонюсенькую щель между кабиной и полом. Облегчённо выдохнула и нажала кнопку гаража.

Там её ждало ещё одно препятствие. Лестница вниз. Череда острых зубцов ступеней казалась ей раскрытой пастью с чёрным провалом зева. Тонкие костлявые пальцы судорожно сжали перила. Мэри осторожно сделала первый шаг, пробуя на прочность бетонную ступень, словно та была зыбким болотом. Ничего, вроде, твёрдое. Второй шажок, третий.. пятый… Каблук скрипнул, криво встав, Мэри покачнулась. «Передумай, дура! Лестница только и ждёт, чтобы ты ошиблась, чуть-чуть подвернула ногу и всё. Она с радостью перемелет твои хрупкие кости в мелкую пыль.» Мэри живо представила себя внизу. Изломанную, неподвижную. Лестница прянула к ней, пытаясь заглотить. Она вцепилась в поручни обеими руками. Оглянулась назад, где наверху её ждала полуоткрытая дверь в гараж. «Вернуться всегда успею. Это проще. Но если вернусь, так и не узнаю, куда Фаг каждый вечер ходит. Я ж сойду с ума от любопытства!» И она двинулась вниз, удвоив осторожность.

«Как хорошо, что потовых желёз у меня тоже нет,» - решила она, добравшись, наконец, до подвала. Секунду отдохнув и оправив костюм, она не спеша пошла к личному карцеру Фага. Свет ей включать не требовалось, гончая неплохо видела в темноте. Она могла быть спокойна – здесь ей ничего не угрожало. Мэри минула свежего зомби в мундире первого лейтенанта. Стадо никак на неё не реагировало, признавая своей.

Андре сначала не поверил ушам: к нему кто-то приближался. Свет не зажёгся, но звуки были. Цок, цок, цок, цок. Размеренные, неторопливые шаги. Даже какие-то уверенные. Андре суматошно пытался понять, что может издавать такие звуки. «Копыта? Какое-то небольшое животное вроде козы? Откуда здесь коза?!» Расшалившееся воображение тут же дорисовало к копытам всё остальное. И это была определённо не коза. Уж точно не живая коза. «Господи Иисусе! Я всё понимаю, я всё заслужил, но я не хочу, чтобы меня сожрали заживо! Особенно какая-нибудь адская коза! Пожалуйста, помилуй!» Цокот раздался уже у двери. «Фаг… Фаг же не запер её… Просто хлопнул… Проклятье! Почему он её не запер?!» Дверь открылась, Андре заорал от ужаса. А потом крик сошёл на нет, и парень смущённо затих. В проёме на тёмно-сером фоне едва намечался тонкий силуэт. «Человек! Аллилуйя! Это человек!» Фигура протянула руку, щёлкнула выключателем. Андре предусмотрительно зажмурился, но свет всё равно резанул даже сквозь веки. Когда же он всё-таки открыл глаза, то закричал снова, сильнее прежнего. Мозг отказывался складывать увиденное в одно целое, выхватывая отдельные детали. На входе в карцер стоял скелет, обтянутый бледно-жёлтой кожей, подобной старому высохшему листу бумаги. Платиновые волосы, аккуратно уложенные в деловую причёску, казались неживыми, будто то был парик. Малиновый женский костюм, висевший как на вешалке. Крупные шарики глазных яблок в чёрных провалах черепа. Ссохшиеся губы лишь частично закрывали крупные зубы, плотно сжатые. Каждый сустав просматривается, как в учебнике анатомии.

Андре кричал долго, переводя взгляд с одной части тела скелета на другую, и увиденное лишь подогревало его ужас. Кошмарный посетитель стоял не шевелясь.

Мэри дошла до карцера, когда её посетила своевременная мысль: «А как я войду? Когда требуется прибраться, хозяева оставляют ключи. Вот дура! Совсем у тебя мозги ссохлись!» Без особой надежды она потянула за ручку, и дверь, о чудо, открылась! Мэри заглянула внутрь и была едва не сбита с ног истошным воплем, правда, тут же прекратившимся. Гончая мгновенно увидела ауру того, кто находился в карцере. «Хозяин?! Фаг?! О нет, он же меня уничтожит за своевольное проникновение в его кормушку! Подожди… Это не подполковник…» Для верности она включила свет. Привязанный к поставленной стоймя каталке молодой человек снова закричал. И хотя новый вопль бил по чувствительным ушам гончей, она не могла оторвать от него взгляда. «Хозяин… Такой молоденький… Такой.. красивый…» Мэри смотрела, изучала каждую чёрточку осунувшегося костистого лица, рот, распахнутый в крике, расширившиеся от ужаса глаза, взлохмаченную, взъерошенную причёску, превращённую в не пойми что потом и пылью. И всё ей казалось прекрасным.

- П-пожалуйста, не убивайте меня, - едва не плача, взмолился связанный. – Отпустите меня, пожалуйста…

«Ох, ты ж бедненький,» - у Мэри защемило сердце. Она подошла ближе. «Мальчик, такой свежий, такой живой, такой красивый. Хозяин. Я так о тебе мечтала…»

- Бедненький, бедненький мой, - проскрипела Мэри, не замечая, как тот вздрагивает и отстраняется насколько это возможно. Зато она видела кровавые ссадины на плечах и груди. - За что тебя так Фаг мучил? Ох уж этот изверг, чудовище бесчувственное… Потерпи, сейчас я тебя развяжу, маленький мой… Ой!

Мэри отшатнулась, схватив себя за руки. «Что я делаю? Меня же Фаг утилизирует, в костную муку сотрёт, нельзя его отпускать. Он – добыча подполковника. Но он ведь тоже хозяин… И такой славный, такой трогательный, как я могу его оставить… И отпустить не могу…»

- Прости… прости дорогой, я не могу… Фаг.. он.. он меня.. я не могу… - Мэри заломила в отчаянье руки, щёлкая суставами.

- Отпустите меня, пожалуйста, я обо всём забуду и никому ничего не расскажу, я уйду, я далеко уйду, вы никогда больше меня не встретите и никогда обо мне не услышите, отпустите, пожалуйста, - горячо молил Андре, готовый на всё. «Это ничего, что моё спасение имеет такой кошмарный вид, лишь бы оно меня развязало. Что я, гончих не видел? Что и разорался! Проклятье, а зачем так подбираться?! Это правда говорящее, с глазами… Жуть… А, Господи Иисусе, какая разница, главное пусть развяжет!»

«Он уйдёт, он далеко уйдёт. Я ему верю, и Фаг его не найдёт, и всё у него будет хорошо… Славный, милый мальчик. А я? Ах, если бы я тоже могла уйти, уйти с ним, хоть на край света… Зачем мне эта контора, Фаг, хозяева, их грязные игры, свары, козни? Я ушла бы с ним, с моим хозяином, ушли бы мы далеко-далеко, где нас никто бы не нашёл, и никто о нас бы никогда не услышал. Если бы, если бы…»

- Я.. я могу тебя развязать, но..

- Да, да, пожалуйста, развяжите! Я всё сделаю!

- Но ты должен уйди, уехать, улететь далеко-далеко, и..

- Да, только отпустите, я уеду дальше, чем вы можете себе представить, и никому ничего не скажу!

- И возьмёшь меня с собой…

- Э-э-э….

«Так и знал, что где-то должен быть подвох. Зачем это мне?! Ручная говорящая гончая! Брр! В шкаф её потом запирать, что ли? Нет уж, мне достаточно прошлого. Не хочу иметь дела ни с зомби, ни с гончими, ни с хозяевами! Я сам по себе, вы сами по себе.»

Андре открыл было рот, чтобы отказать. И закрыл, так ничего и не произнеся.

«Ага. Идиот. Как же, развяжет оно тебя, если ты откажешься. Ты ещё выбирать, что ли, будешь?! Фагу вон отказал, теперь и этому откажешь?!»

- Я согласен. Пойдёте со мной.

Мэри внутренне просияла и принялась аккуратно, чтобы не сломать пальцы, расстёгивать туго стянутые ремни.

«Свобода! Наконец-то!» Андре глубоко вздохнул, а потом ноги подломились. Затёкшие мышцы были не в силах удержать тело. Он застонал, корчась на полу от мириад вонзающихся в его плоть иголок.

Глаза Мэри наполнились болью, будто это она сама сейчас мучалась. И, главное, ничем не могла помочь, даже поднять сил не хватит. «Проклятое нежное тело!»

Андре немного пришёл в себя и кое-как поднялся на ноги.

- Веди.. те.

Они вышли в просторный зал подвала. Здесь царила темень, и Андре лишь угадывал присутствие зомби. «Господи Иисусе, сколько же их здесь? Сотня, не меньше… Ох, не о том думаешь. Ты непонятно где, умирающий от голода и жажды, без денег… Куда и как ты собрался бежать? Фаг тебя через пять минут найдёт в собственном городе. Если мы вообще в городе, а не на военной базе.»

- Эй, ты.. вы… - окликнул он идущую впереди гончую.

- Мэри, - подсказа та.

«О, Господи Иисусе, оно ещё и женского пола?!»

- Хорошо, Мэри. Нам.. нам потребуются деньги. Знаешь, где их можно достать?

Гончая задумалась. Ей деньги никогда не были нужны, на что их тратить? «Но милый мальчик-хозяин наверняка захочет есть и ещё что-нибудь. Где же их достать? Здесь только зомби… если только… Среди свежих.. Зургес…» Она отыскала зомби в погонах и пошарила в карманах.

- Кошелёк! – победно воскликнула Мэри, вздев трофей над головой.

Андре слабо улыбнулся от её энтузиазма.

- Хорошо, идём дальше. Меня, кстати, зовут Андре.

- Андре, - повторила гончая. – Красивое имя.

Парню почудилось, что в скрипучем голосе скелета проскользнули какие-то эмоции, но он не стал забивать себе голову этим.

Перед лестницей его проводник застыла в нерешительности. Когда же она всё-таки двинулась вперёд, то первым делом крепко вцепилась в поручни. Потом осторожно сделала первый шаг. Но только где-то через минуту перенесла вес тела на эту ногу и поднялась на одну ступеньку. Снова осторожный шаг, долгая пауза и вот ещё одна преграда взята. «О, Господи Иисусе, мы с такой черепашьей скоростью до возвращения Фага подниматься будем!»

- Давайте я вам помогу, - он обнял гончую за талию.

- Аккуратнее! Не сломай рёбра! – взволнованно крикнула Мэри.

- Да я же.. я только… Простите…

С его помощью гончая поднималась быстрее.

Просторный стеклянный холл, пустое фойе, тёплый воздух улицы. «Вот и всё…» - расслабленно вздохнул Андре, задрав голову. В тёмное небо, затянутое смогом, возносились правильные прямоугольники небоскрёбов из стекла и стали. Близкими звёздами сияли фонари и вывески, кое-где ещё, а может уже, горели квадратики окон, вдалеке ездили машины. «Не военная база, определённо.» Он легко сбежал по ступеням на тротуар. «Так, нужно найти автомобиль.»

- Подожди, - жалобно скрипнула Мэри. Андре оглянулся. Гончая всё ещё была наверху, осторожно подбираясь к перилам. «О нет! Опять?!» Он хотел двинуться к ней, но вдруг остановился. «А может ну её… Уйду, даже не убегу, просто уйду, и она ничего не сделает.» Парень смотрел, как она цепляется за стальную трубу поручня, сначала стискивая, проверяет его на прочность, потом осторожно трогает ступеньку, как боязливая девчонка холодную воду озера пальцами ног. «Бросить её не будет проблемой. Какое мне дело до мёртвяка?» Мэри подняла голову и посмотрела на него. Он отвёл глаза, устыдившись мыслей. А затем быстро взбежал к ней, приобнял и повёл вниз. Кажется, усохшие губы гончей чуть-чуть растянулись, сложившись в жуткий оскал, наверное, символизирующий улыбку. Андре этого не заметил, погружённый в мысли. «Ну и спасительница… Как она вообще до меня добралась и на такое решилась?»

- Может, не надо машины? Может, и дальше пешком пойдём? Не торопясь, спокойно. Посмотри, как далеко мы уже ушли!

- Далеко?! Да мы метров двадцать прошли! Лично я собираюсь домой, и ты, раз уж напросилась, тоже! Через всю страну ехать! Пешком?! Не говори ерунды!

- Но ты знаешь, сколько ежегодно погибает в автокатастрофах? Это очень опасно, пешком-то оно надёжнее. Пойдём не спеша…

Андре отмахнулся. Он разглядывал старенький пыльный «Понтиак». «Вроде сигнализации нет.» Он размахнулся, ударил по стеклу. Скривился от боли. Ни трещинки, а рука по локоть отнялась. Снова сжал ноющий кулак. «Боевая форма, говоришь,» - вспомнил он слова Фага. Окно разлетелось в дребезги. Андре распахнул дверь, нырнул под руль. Когда возишься со старыми сломанными автомобилями, волей-неволей учишься заводить их без ключа. Вот и пригодилось. У Андре сразу возникла мысль, что если что – этим и подрабатывать можно.

«Понтиак» завёлся. Парень распахнул пассажирскую дверь и помахал гончей. Та топталась в нерешительности.

- Давай быстрее! В тюрьму захотела?

Мэри аккуратно залезла внутрь, устроилась поудобнее, и тут же пристегнулась. Андре усмехнулся, но вспомнил Анжел и помрачнел. Машина рванула с места и помчалась на восток.

Часть II. Глава 3

Глава 3

С полным желудком жизнь уже не казалась такой мрачной штукой. Хотелось трепаться, шутить, балагурить. Андре попытался завязать разговор со своей неживой спутницей.

- Какое это, оказывается, удовольствие – обычная человеческая еда, да? Пусть даже из забегаловки фаст-фуда. – Гончая никак не отреагировала на эти слова, застыв изваянием. Парень продолжил болтать, что угодно, лишь бы не молчать. От молчания наедине со скелетом ему становилось жутко. - Не пойду же я в ресторан сейчас? А так подъехал, сунул в одно окошечко деньги, в микрофон сказал, что хотел бы съесть, поехал дальше, не высовываясь, получил заказ, и ходу. Меня вряд ли запомнили. Мало ли психов вокруг?..

Тишина. Не поддакнула, не кивнула, слово не вставила. Андре насупился и заткнулся.

Пища отяжелила тело, сделала вялым, хотелось спать.

- Проклятье! Да вижу я, вижу! – заорал он в ответ на длинный гудок. «Ну подумаешь, чуть-чуть на встречку заехал, что сразу бибикать… А эта, Мэри, перепугалась, смотри-ка. Мёртвая, а боится. За что цепляется, разве это жизнь? Господи Иисусе, глаза слипаются. Ещё и радио тут не ловит.»

- Мэри…

- А! – гончая, кажется, вздрогнула.

- Расскажи о себе. А то я начинаю носом клевать, так хоть не усну.

Если поначалу она и не хотела, то такой аргумент её убедил.

- Что тебе рассказать… Я – секретарь подполковника Фага, всё время там, в конторе, работала. И на того, кто до него был, тоже.

- И всё? Эта вся твоя жизнь? Ты только этим занималась?

- Да. А что? Работа как работа, не хуже и не лучше других.

- Ну не знаю, это как-то.. как-то не правильно. Ну, ты же… - Андре побарабанил пальцами по рулю.

- Я же гончая. Это ты хотел сказать? Всё верно. Потому и такая работа. А какая ещё?

- Да нет! То есть, ты конечно, гончая, но.. но ты же говоришь, думаешь, даже боишься, - Андре едва заметно улыбнулся, – лестниц, автомобилей, чего ещё?

- Всего, что может мне повредить, я очень хрупкая.

- Были у меня гончие… Хрупкие конечно, но не настолько.

- Я не собираюсь проверять, насколько именно!

- Прости. Тебе виднее.

Он замолчал, не зная, как начать.

- А.. а до того? Ты помнишь.. помнишь.. свою прошлую жизнь?

- Когда я была живой?

- Ну, да… - Андре смутился. – Прости, не нужно было мне спрашивать. Можешь не отвечать. Неважно, забудь.

«Он такой милый…»

- Ничего, я расскажу. Помню, свою жизнь я помню. Я.. я была певицей. Пела в маленьких клубах, ресторанчиках.

- Здорово! У тебя, наверное, была куча поклонников!

- Нет, - Мэри отвернулась, рассматривая тьму за стеклом. – Я была некрасивой. Уродиной. Жирной коровой. Я только и делала что ела. Заглушала этим обиду за то, что я никому не нравлюсь, обиду на себя, такую страшную, и на людей, что не видят меня под слоем жира. Каждый раз, когда я нервничала, психовала, расстраивалась – я ела. Сам понимаешь, лучше я от этого не становилась. Я стала хуже петь, меньше репетировать, но мне было наплевать. Я не видела проблемы в себе. Только в окружающих. Я считала, что они относятся ко мне предвзято только потому, что я толстая. Мне было проще найти причины в них, чем в себе. Проще жалеть себя, чем взять в руки и заняться спортом, к примеру, или диетами. Есть же красивые полные люди, я видела. Я им завидовала, считала, что уж им-то повезло. Но я ни чем не пыталась приблизиться к ним. Не пыталась себе помочь, только ухудшала положение. И финальным аккордом стала горсть таблеток. Вот вам, получите, вот до чего вы меня довели! – думала я. Дура. Не знаю, как врачи грузили мою жирную тушу и почему отвезли именно в Корпорацию Быстрого Развития. Там как раз тренировались в создании гончих. Только-только начинали. И мой труп попал к ним. Не знаю, как так вышло, то ли во мне было слишком много жира, то ли хозяин попался неумеха, или наоборот спец высшей пробы, но я получилась такая. С глазами, языком, волосами, способная говорить…

- И думать, что самое главное!

- Ну, тут-то ничего особенного, все не-мёртвые думают, - как само собой разумеющееся сообщила Мэри. «Я не знал,» - хотел сказать Андре, но вовремя прикусил язык.

- Главное, что я получилась свободной, - продолжила гончая.

- Свободной?

- Я не подчиняюсь командам хозяев. Разве что добровольно.

Андре посмотрел в зеркало заднего вида, притормозил, пропуская обгоняющего.

- Ну… во-первых, способов заставить человека что-то делать – множество. Мы частенько сами не замечаем, что живём в рабстве, просто кнут надсмотрщика заменили заработная плата и премии. А во-вторых – не вижу ничего удивительного. Мне вон тоже не все зомби подчинялись, силёнок не хватало.

- Ты не понимаешь. Или не знаешь.

- Так объясни!

- Что ты знаешь о подчинении, контроле не-мёртвых?

Андре задумался. Знать-то он ничего не знал, но он же хозяин! Надо показать себя в лучшем свете перед какой-то гончей. «Повспоминаю, сделаю выводы. Мозги-то всё ещё при мне.»

- Кого ты создал – тот тебе и подчиняется. Ну, а ещё тот, кто произошёл от твоих созданий. Ну, в смысле, если твой зомби укусит человека, и тот станет зомби, то…

- Поняла, поняла. Так-то это так, но не совсем. Все гончие подчиняются только создавшему их.

- Ага, а ещё у них связь с хозяином, мысли можно передавать и с помощью их управлять большим количеством зомби. А ещё видно дальше.. Ну, ауры… Я так не могу…

Мэри отвернулась.

- Не о том сейчас разговор, - Андре показалось, что упоминание о подобных возможностях гончей было ей неприятно. - А вот уже в стаде наблюдаются варианты. Среди зомби следующих поколений, которые произошли от твоих, имеются те, кто доступны для контроля любого хозяина, не только тебя. Почему так – я не знаю. Но именно таких зомби собирают в стада для работы в корпусах РЗ.

- Корпусах РЗ? Что это?

- Нууу… я не знаю, я так кое-что слышала. Я же просто секретарша, и даже не в аналитическом отделе.

- Ладно, уже не важно. Пусть Фаг сам со своими зомби, корпусами, чем там ещё разбирается. Нам-то какое дело, да? Давай, рассказывай дальше.

- А что дальше? Если не учитывать лично созданных и гончих, любой хозяин может подчинить любого зомби. То есть приказать ему, и тот будет беспрекословно выполнять его команду. Сильные хозяева могут подчинять себе и чужое стадо и гончих.

- Ты таких знаешь?

- Нет. Но их Фаг опасался. Вряд ли он это делал без причины, значит – такие существуют.

- А что со свободными?

- Свободные.. ну у них как бы нет органа контроля. Их невозможно подчинить в принципе. Только заставить, либо же они могут добровольно согласиться подчиняться. Как я…

Андре долго молчал.

- Я не буду тебя к чему-либо принуждать. Мне и в отношении простых зомби эта мысль не нравится. А уж в отношении тебя… Ты – не тупой мертвяк, ты почти человек.

- Спасибо, мне такого ещё никто не говорил.

Андре вздрогнул от прикосновений тонких холодных пальцев к плечу. Мэри тут же отдёрнула руку. Возникло смущенное молчание.

- А свободных – их много?

- Не знаю…

- Хорошо бы – нет. Я сейчас не боюсь зомби, потому что уверен, что они меня не тронут, но вот свободные… Кто знает, что им взбредёт… Ой, прости, я тебя не имею ввиду! Ты хорошая, спасла меня!

- Ничего, я свыклась с таким отношением.

Андре уже попривык к её голосу, научился различать в нём эмоции. Гончая обиделась. Парню стало стыдно.

- Прости…

- Свободных все боятся. И люди и не-.. в смысле, хозяева. Изгои в каждом лагере.

- Прости…

- Считают, что нас безопаснее уничтожать, чем пытаться договориться. Для хозяев любой свободный – прежде всего не-мертвый, а с мертвяками не договариваются, их подчиняют.

- Прости…

Мэри будто его не слышала.

- Был тут один. Всё меня утилизировать хотел.

- И.. и где он сейчас? – «Она его убила. И говорит, чтобы меня предупредить. Если что пойдёт не так – меня постигнет та же участь. Господи Иисусе, да безопаснее с гремучей змеёй в машине ехать, чем с этой гончей! Взбрело в голову – спасла меня. Взбредёт – горло перегрызёт.»

- Фаг его понизил в должности.

- В смысле?

Гончая задумалась, как получше объяснить.

- В Корпорации Быстрого Развития очень.. специфическая система продвижения по карьерной лестнице. Вверх ты идёшь по ступеньке, но стоит оступиться – окажешься у подножья без шансов подняться вновь. Причём вверх ты идёшь в буквальном смысле по головам. Точнее, по мозгам. Мозг твоего предшественника, если тебе удалось его заполучить, даёт тебе все знания о новой должности. Потерь в качестве работы не замечается, такая вот преемственность. Путь вниз тоже лежит через мозг. Хозяин с травмированным мозгом мгновенно становится рядовым зомби. Почему? Не знаю, но это заставляет задуматься, не так ли, мой милый мальчик?

Андре вспомнились слова Фага, обзывавшего парня трупоедом. «Мы, хозяева, тоже зомби? Чуть-чуть совершеннее обычных? Как люди и обезьяны? Вот это откровение! Меня от ожившего мертвеца отделяет лишь травма головы. Надо поберечь мозг…»

- И это называется – «понизить в должности»?

Мэри кивнула.

- Подожди… Фаг говорил, что его дядю понизили в должности. Он говорил об этом так спокойно, буднично, как об обычной кадровой перестановке. Неужели он имел в виду, что его родному дяде вскрыли череп?! Нет, Фаг, наверное, говорил о банальном сокращении.

- Наивный мальчик. Ты недооцениваешь Фага. Он – мог рассуждать об этом, как о естественном процессе в обществе хозяев. Для них это – норма.

- И что же? Они охотятся за головами друг друга? А в конце должен остаться только один? – Андре нервно рассмеялся. Мэри не поняла шутки и принялась объяснять на полном серьёзе.

- Охотятся.. возможно… Лучше это назвать «сидением в засаде». Они ждут, когда кто-нибудь оступится: чтобы занять его место, или избавиться от претендента на твоё. Без причины не нападают друг на друга, иначе бы давно перегрызлись и исчезли. Или действительно, только один бы остался, как ты говоришь. Но ошибок хозяева друг другу не прощают. Всему виной их алчность. Не знаю, чем вас так привлекает мозг, что вы даже собратьев готовы рвать…

Андре проигнорировал скрытый вопрос. Просто поставил себе на заметку разобраться, почему именно мозг? «Вот взять, к примеру, зомби. Говорят, что у мертвецов не остаётся другого инстинкта, кроме как жрать. Но почему не просто мясо, почему именно мозг? Надо будет выяснить.»

- Андре, а как ты попал к Фагу?

- Долгая история.

- Так нам, вроде, и ехать не близко?

Он недолго сомневался, рассказывать или нет. Хотелось выговориться, излить душу. Уж гончая, монстр, не-мёртвая, поймёт и не осудит.

- Хорошо, слушай. Вёз я как-то свою девушку из колледжа домой…

Мысли прогнали сон, дорога стелилась под колёса ровной серой лентой, и «Понтиак» нёс необычную парочку всё дальше от Кепиталсити.

Придя утром на работу, Уэст Фаг сразу понял, что чего-то не хватает, но не ясно – чего именно. Это как зайдя в свою комнату сразу понимаешь, был в ней кто или нет: первоначально, на подсознании, ещё не разобравшись, ещё не заметив лежащую не на своём месте ручку, не так заправленную кровать, по-другому поставленный стул. Мозг ещё не обработал, не проанализировал все мелкие детали, а ты уже понимаешь – что-то не то. Вот и сейчас у подполковника было такое чувство. И лишь спустя минуту его осенило – Мэри не оказалось на месте! Обычно она встречала его своим скрипучим «доброе утро, сэр», давала документы, служебную почту, пять минут спустя приносила кофе. Всё так же обыденно, как путь на работу, как движение общественного транспорта по графику, как вращение планет вокруг звезды! Извечно, незыблемо, повторяясь изо дня в день. И вдруг бац! – сбой. Солнце взошло на западе.

Фаг побродил по кабинету, выглянул в приёмную. «Всё ещё нет. Может, в другой отдел ушла?» Он плюхнулся в широкое мягкое кресло. Покачался, поскрипывая кожей. «И главное же, не будешь по всей конторе бегать, искать её! Вот смех-то, гончую потерял! Нет, ну куда она могла деться? Сама уйти не могла, это абсурд. От меня убежала кофемолка, ха-ха-ха! Холодильнику надоело стоять на кухне, и он перебрался в гостиную. Бред… Её похитили? Тоже чушь. Кому нужна бракованная гончая?» Уэст не находил себе места. Причин тревоги установить не пытался, но все мысли, так или иначе, возвращались к секретарше. Даже обычные дела не делались. «Ну всё, хватит,» - решил подполковник, глянул на часы. – «Это уже слишком.»

Он спустился на пульт охраны.

- Мэри Боун, моя секретарша, здесь не появлялась?

- Нет, сэр.

Фаг задумался.

- Дайте мне записи за вчерашний вечер. До того как вы заступили на смену.

Он вернулся с картой памяти в кабинет. Запустил. Видео представляло собой прыжки во времени. Полковник нахмурился, решив было, что карта или сама запись повреждены, уже поднял трубку, чтобы позвонить в службу тех поддержки, но тут вспомнил, что в конторе пару месяцев назад поставили камеры, которые срабатывали только когда ловили движение. Было бы стыдно выставить себя профаном в технических вопросах, и Фаг поспешно положил трубку. Он быстро дошёл до вечера. «Так, вот я ухожу из кабинета, Мэри идёт на пульт. Вот я уезжаю. Всё тихо, движений нет. О, стоп! Куда это она!» На маленьком экране фигурка гончей куда-то заторопилась, удаляясь по коридору. Уэст переключался с камеры на камеру следя за её маршрутом. И он ему нравился всё меньше. Мэри явно направлялась вниз, к выходу. «Вот она едет в лифте. Не шевелится даже, как статуя. За всё время ни единого движения. Даже пальцем не качнула. Жуть.» К его удивлению, гончая проехала холл и вышла в гараже. У Фага появилось нехорошее предчувствие. Когда Мэри исчезла за дверью в подвал, сердце бешено застучало. Страх, ярость, злость и снова страх, накатывали волнами, бросая подполковника то в жар, то в холод. Уэст вздрогнул от неожиданности, когда изображение прыгнуло, дверь вниз снова отворилась и под окуляры камер вышли двое. Фаг ударил по клавише, ставя на паузу. На мониторе худую гончую поддерживал тщедушный парень, ниже её на пол головы. Уэст нервно мял подбородок, не замечая этого. Внутри у него что-то оборвалось. Хотелось перемотать реальность как видео назад, чтобы этого не произошло, вернуть всё как было. «Что Мэри наделала?! Какого дьявола вообще туда полезла?!» Он снял с паузы, откинулся на спинку кресла и уже в прострации следил, как они выходят из здания. И вот вновь ни единого движения нет на камерах. Подполковник достал карту, сломал её напополам и выбросил в корзину для бумаг.

Фаг закрыл лицо руками. Постепенно нарастая, сквозь сжатые зубы прорывалось рычание. Заревев разъярённым медведем, он хватил кулаками по столешнице, так что подпрыгнул монитор. «Да как он посмел!! Как этот проклятый щенок, эта жалкая тварь додумалась украсть мою гончую! Он смог подчинить эту дуру?! Зачем она сунулась туда?! Дьявол, дьявол, дьявол!!» Будто любимый дорогой автомобиль угнали. «Я его найду, из-под земли отрою, из любой щели как таракана вытащу! Сосунок будет умолять о смерти!»

Едва не дробя телефон пальцами, Фаг набрал номер помощника.

- Метиас! – прорычал он. – Найди мне мою гончую, Мэри! Её нет в конторе! Весь Кепиталсити перерой, но найди! Найди и доставь ко мне! И всех, кто будет с ней! Какое моё дело, где ты людей возьмёшь?! С охраны корпусов РЗ сними! Плевать! Плевать на правление Корпорации, плевать на совет директоров, плевать на Генерального!! Найди мне её!

В раздражении Уэст отшвырнул телефон. «Нужно срочно выпустить пар.» Наплевав на неотложные дела, он отправился на стрельбище.

Подполковник Фаг собирался домой. Из окон кабинета открывалась панорама вечернего города: светящиеся небоскрёбы, помигивающие красными огоньками шпили, реки жидкого огня у подножья. Все спешат домой, пробки, ругань, мелкие аварии. «Может, подождать, пока всё это рассосётся? А, надоело тут сидеть.» Он посмотрел в окно как в зеркало. «Кошмар. Небритый, осунувшийся, воротник у рубахи мятый. Что-то ты опустился, Уэст, совсем не следишь за собой. Неужели пропажа какой-то вещи, предмета интерьера, так выбила тебя из колеи? Не пропажа – кража. Кто-то посмел покуситься на твоё имущество. Кто-то наплевал на твой авторитет, кто-то показал, что может увести у тебя из-под носа даже секретаршу. Ты ослаб Фаг, потерял хватку: не убил парня, проворонил гончую – вот что скажут другие. Так не пойдёт.» - Подполковник тряхнул головой. Карие глаза отражения смотрели цепко и зло. – «Прошла неделя. Мэри с Андре будто растворились в воздухе. Начать проверять другие города? Родной городок сосунка? Вряд ли он туда вернётся. Если бы я ненавидел свой город так, что возжелал превратить всех жителей в зомби – я бы туда не вернулся. Мэри родилась в этом штате, в городе.. как же он назывался… то ли Рейв, то ли Рейвинг… Но, опять же, вряд ли она помнит об этом. Она, как стала гончей, даже из этого здания не выходила. Куда они могли направиться, где схорониться? Дьявол… всё, хватит бесплотных поисков.»

- Метиас? Сворачивай потихоньку поиски, верни охрану на корпуса РЗ. И отправь два звена Косильщиков: одно в Смоллтаун, другое в Рейвинг.. или Рейв, на всякий случай. Вдруг гончая там появится. И оставь наблюдателей по городу, так, совсем чуть-чуть… Я знаю, что большой! Дьявол, неужели так мало? Ну, тогда охрану корпусов на всех оставь, кроме одного. Ну, например, четвёртого. Кто сунется на объект в центре столицы? И никому ни слова, мозгами отвечаешь! Всё, до связи.

Одинокая машина въехала в Смоллтаун на рассвете, навстречу первым бледным лучам солнца. Было пасмурно, ветер гонял пыль, песок, перекати-поле, мусор… Тишина. Андре заглушил мотор на окраине города, вышел из машины. Обхватил себя руками, стараясь унять дрожь.

«Как я погляжу им в глаза? Как я смогу жить с ними рядом? Слушать их рассказы о произошедшем, сочувствовать их потерям… Зачем я сюда вернулся? Не думал же я, в самом деле, что жители смогут меня принять обратно, если я им расскажу, кто виновник происшедшего. Если покаюсь… Да меня разорвут на месте, растопчут, повесят… Какое покаяние, какое прощение?.. Я для них по-прежнему буду нелюдем, чудовищем.» Андре присел у машины, прислонившись спиной к бамперу и смотрел на город, родной город, в который он не решался войти. За спиной хлопнула дверь. Мэри подошла и встала рядом.

- Это здесь начался твой путь хозяина?

- Да.

- Тогда пошли. Сидя ничего не изменишь.

Она протянула руку. Андре осторожно сжал костлявые пальцы, но встал сам, не решившись нагрузить гончую. Держась за руки, как дети, они вошли в Смоллтаун.

Только первые шаги дались с трудом, потом стало легче. Ничего не произошло. Не поразила молния отступника в наказание за прегрешения, не разверзлась земля, дабы не допустить ноги убийцы на себе. Ничего. Небесам не было дела до происходящего под ними. Если они и решили наказать Андре – то не столь банальным способом.

Парень шёл всё дальше. Менялись дома, становясь выше, богаче, появилось больше брошенных машин, но ощущение не изменилось. Пустота. Тишина. Запустение. «Нет, не может быть! Я не могу быть причиной всему этому! Я не убивал всех жителей, здесь оставались живые! Где же они?! Покинули проклятый город?»

- Как пусто, - проскрипела гончая. – Прямо город-призрак.

- Это я.. я виноват. Преступник всегда возвращается на место преступления. - Андре с трудом сглотнул забивающий горло комок. – Я…

Не стоило ему сочувствовать, но Мэри ничего не могла с собой поделать. Жалость к этому несчастному мальчику сжимала ей сердце.

- Бедненький…

- Не нужно меня жалеть! Меня нельзя жалеть! Я убил их! Я…

Гончая попыталась погладить его по плечу. Андре отшатнулся.

- Мэри! Но ведь были ещё живые! Когда Фаг меня захватил, жители в городе оставались! Где они?!

- Наверное, уже в конторском стаде. Или по другим стадам распределили, - пожала плечами та. – А что?

- К-как это в-в с-стаде? Они ж были живыми!

- Были. Но их сделали зомби. Доступных для контроля забрали, остальных уничтожили. Стандартная процедура.

- К-кая, Господи Иисусе, стандартная?! - Андре всплеснул руками. - Мэри, как ты можешь так спокойно об этом говорить?!

Гончая не понимала претензий.

- Нельзя оставлять живых в городе, что подвергся нападению зомби. С вертолёта опрыскивается город и прилегающая территория, заражается всё – воздух, вода, земля – быстро распадающимся ядом. Уничтожаются кошки, собаки, крысы, голуби, вороны… После него люди оживают в виде зомби, неразумные существа стремительно разлагаются, не оставляя даже скелетов. Ну а дальше, как я уже сказала. Иначе распространение не поддаётся контролю. Фаг часто проводил такие операции, если людей, оставшихся в живых после нападения зомби, оставалось мало. Как в твоём случае.

Андре без сил опустился коленями в дорожную пыль.

«Всё зря. Весь проделанный путь: сотни миль, стычки на заправках, попытка ограбления, голод и разбитое от неудобной машины тело.. Всё зря.»

- Не расстраивайся. Зачем тебе ещё кто-то? Ведь есть я. Я тебя выслушаю, я тебя пойму. Они все умерли, твоей вины здесь нет. Ты же не хотел, правда? Случайность, на твоём месте мог оказаться кто угодно. Поедем отсюда, что тут делать?

Андре отрицательно замотал головой.

- Неужели никого не осталось? Не верю! Кто-нибудь мог выжить! В подвале отсидеться, или к родственникам уезжал! – он вскочил на ноги.

- Стой, Андре, мальчик мой! – закричала ему в след Мэри. Если он удалится дальше, чем на квартал, гончая уже не увидит ауру хозяина. И тогда… Пасторальный городок виделся Мэри хищным зверем, только и ждущим, чтобы несчастная гончая заблудилась в лабиринте улиц, осталась в его пределах ещё одной неприкаянной душой. Она не желала отпускать от себя парня, чего бы это ни стоило. Любые средства хороши, даже полуправда. – Это бессмысленно, после зачистки никого не остаётся! Подожди, я не успеваю за тобой!

Андре её не слушал, убегая куда глаза глядят. Он заходил то в один дом, то в другой, кричал, звал людей. Гончая пока видела зелёное облачко ауры, метавшееся по улицам. «Бедный мальчик… Всё бессмысленно. Но побегай, выдохнись, успокойся. Тем легче тебе будет принять данность. Такова плата за твою месть. Нельзя, ох нельзя слишком сильно желать чего-то. Ведь может и сбыться. Я хотела похудеть, ты мечтал, чтобы тебя, изгоя, поняли остальные, чтобы побывали твоей шкуре. И вот, всё сбылось. Почему же никто из нас не доволен?»

Поначалу с маниакальным упрямством Андре обшаривал каждый дом, заглядывал в каждый закуток, на каждый чердак, в каждый подвал. Но Мэри видела, как сереет, наливается усталостью и отчаяньем его лицо. Вскоре он просто шёл по улице и звал. Но никто не откликался. Андре старался не смотреть в глаза гончей, чтобы не увидеть там сочувствия. Она-то знала, что всё безнадёжно, но больше не пыталась переубедить парня.

«У каждого свой ад. Вот он мой,» - думал Андре, стоя на холме. За спиной была церковь и старое кладбище. Перед ним – Смоллтаун. Ровные улицы, опрятные дома, высокие деревья, палисадники, клумбы. И ни единой живой души. В небе не летают птицы, в траве не шуршат мыши. Никого. Андре опустился на колени. Прошлого у него больше нет. Его стёрли вместе с живым городом, оставив дешёвые выхолощенные декорации. «Я хотел, чтобы всё снова стало как было, но нет. Возвращаться некуда и не к кому. Сколько не обманывай себя, но мне уже не быть просто Андре Эксидентом.» Он задрал лицо к небу. Оно хмурилось облаками. «Я отказался быть хозяином как Фаг. Но и обычным человеком оставаться нет возможности. Косильщики и Фаг лишили меня всего. Родных, дома… Не оставили выбора – или присоединяться к ним, или сгинуть, раствориться без следа. Для всех я уже пропал без вести, как все жители Смоллтауна. А через пару месяцев даже память об этом сотрётся. Неужели у меня нет иного выбора, кроме как вернуться к Фагу? Но мне это не нравится, Господи! Не лежит у меня к этому душа.»

К подножью холма подошла гончая. «Как она меня находит?»

- Андре, милый, спускайся! – она постоянно оглядывалась. – Пойдём скорее отсюда.

- А что? Что случилось?

- Мне здесь не нравится, там кто-то есть…

- Где?! – Андре вскочил, заметался из стороны в сторону, глаза заблестели, оглядывая опустевшие дома. «Кто-то выжил!! Или.. или это Косильщики?!»

Мэри отшатнулась от преобразившегося парня.

- Это Косильщики?! – прошипел тот.

- Н-не-ет…

Кожа Андре вновь стала бледной, когти втянулись.

- Значит выжившие! Веди!

- Я, я не думаю, что это выжившие, - лепетала Мэри, в то время как парень тянул её за собой. – Никто не мог выжить…

- Ты просто не веришь. Или не хочешь, чтобы кто-то выжил! – зло огрызнулся Андре.

Гончая остановилась, смутившись.

- Почему?.. Почему я не хочу? Я..

- Да потому что я тогда вернусь к людям, среди которых тебе не место! Ты не хочешь остаться одна! Вот и вешаешь мне лапшу, что никто не выжил, чтобы я не искал!

- Я.. – скрипнула Мэри, но не нашла, что возразить.

Андре махнул на неё рукой и бросился искать сам. «Так, это у нас улица, ведущая к центральному полицейскому управлению. Где тут можно было бы схорониться?» Он огляделся. Гончая приближалась. «Что она за мной увязалась?! Вот пиявка.» Парень в раздражении отвернулся. Взгляд упал на приоткрытую красную дверь небольшого магазинчика. «Это же магазин Большого Джима! Там были продукты, выжившие могли прийти туда. А может, там ещё и подвал есть?» Андре шагнул в направлении входа.

- Стой! Не ходи туда! – крикнула Мэри.

«Ага!» - злорадно подумал Андре. – «Вот ты и выдала себя! Значит, выжившие там!»

И он бросился внутрь.

- Подожди! Не заходи! – голос гончей звенел от боли. – Тебе нельзя туда! Там – не выжившие!

Теперь она видела это чётко. Под магазином, под землёй клубилась густо-синяя аура, будто зловещая грозовая туча, не предвещавшая ничего хорошего. Мэри застонала от страха за Андре и за себя. Она на самом деле боялась остаться здесь одна. «Лучше уж погибнуть вместе с ним!» И гончая кинулась следом за парнем.

В магазине было пусто. На полках догнивали остатки фруктов, холодильник потёк и по кафелю разлились лужи, сделав его убийственно скользким. Глубины магазинчика тонули в сумерках. Андре пощёлкал выключателем. Свет не зажёгся. В пустом городе некому следить за электростанциями. Парень осторожно двинулся дальше. Живых не видно. Мёртвых – тоже. Исчез даже труп, на который они наткнулись в прошлый раз. Косильщики не оставили ни единой улики. «Как тут кто-то мог выжить? Что я себя обманываю? Но гончая кого-то почуяла, значит, нужно искать лучше!» Не осмотренной оставалась лишь подсобка за прилавком. Андре вошёл внутрь и обнаружил ещё одну дверь. Он подёргал за ручку. Заперто. Как-то всё это странно. Что там заперли? Парень осмотрелся. Ключ валялся под ногами, прямо на полу. Андре поднял его, повертел в пальцах, всё ещё раздумывая. Стоит ли лезть туда? Медленно вставил ключ в замочную скважину и остановился.

В магазин вошла гончая и заспешила к нему.

- Стой, пожалуйста! – зашептала она едва слышно. Андре чувствовал её страх, но провернул ключ, открыл дверь и, упрямо нагнув голову, шагнул на лестницу вниз.

Мэри в ужасе смотрела в чёрный провал, поглотивший её Андре. Он уже был внизу, во тьме, один на один с тем ужасом, что ощущала гончая. А она даже не могла быть с ним в эту последнюю минуту: у лестницы не было перил. Мэри проклинала себя за свою слабость, за свой страх, за неумение настоять, убедить хозяина. «Да разве он бы меня послушал! Он такой молодой, всё делает по-своему!» Андре что-то крикнул. Эхо исказило слова до неузнаваемости. «О, нет! Он там страдает! Умирает!» Гончая упёрлась руками в стенки прохода, и, удерживая себя подобной распоркой, начала спускаться вниз.

Андре становилось страшнее с каждым шагом. «Я не неуязвимый герой боевиков, куда я лезу! Что я пытаюсь доказать и кому? Может, Мэри и не хочет, чтобы я кого-то ещё нашёл, но её страх не из-за этого. Чего же она боится? Что скрывается в этом подвале?» Но он уже не мог отступить и вернуться к ней. Гордость не позволила. Вот и пол. Сухой, цементный. Совершенно ничего не видно. Темнота, непроглядная и враждебная. Андре сжал зубы, чтобы сдержать нервное хриплое дыхание. И слушал. Сначала было очень тихо. А потом что-то звякнуло. Лёгкий металлический звон. Парню даже показалось, что это у него в ушах от напряжения звенит. Но вот звук повторился, более чётко. Он явно где-то уже слышал подобное. Точно, во дворе у соседей. У них жил старый пёс, и когда он ходил туда-сюда, за ним тянулась цепь. И так же, едва слышно позвякивала.

- Эй! Кто здесь?! – крикнул Андре, голос сломался от страха. Слишком громко, чуть сам себя не оглушил. Цепь во тьме зазвенела, к ней присоединилась ещё одна, или даже несколько. Парень отшатнулся обратно к лестнице. Здесь было чуть светлее, он, по крайней мере, мог видеть собственные руки. За спиной зашуршало. Андре затравленно оглянулся. От сердца отлегло, это всего лишь спускалась гончая.

- Что там, Мэри? – прошептал он, когда она оказалась рядом. – Это правда не выжившие?

Она мотнула головой из стороны в сторону. Он уже и так это знал.

- Прости, что тебе не верил.

Не отвечая, Мэри потянула его обратно, наверх.

- Подожди, тогда что там? Ты видишь?

Гончая кивнула. Андре мог поклясться, что она одеревенела от страха. Что же там могло быть?

- Как же и мне увидеть? Света нет…

Мэри поняла, что иного выхода нет. Она развернула Андре к себе спиной и положила ему ладони на виски. Он закрыл глаза, но продолжил видеть. Будто стоял за собой. Стены вокруг обрели чёткость, мрак отступил, и он увидел в глубине подвала две статуи. Одна лицом к нему – желтоватый улыбающийся Будда, другая – спиной, тёмно-синяя, непостоянная, будто в стеклянном сосуде клубилась фиолетовая дымка. «Аура, это аура!» - понял молодой хозяин. Будто заметив его взгляд, эта статуя ожила, полуобернулась и заворчала. А потом начала вставать, звеня опутывающими конечности цепями.

- Что это?! – прошептал вдруг совсем потерявший голос Андре.

- Зомби, - проскрипела Мэри. – Свободный.

Густо-синяя фигура встала, заворочалась на месте. Стальная паутина цепей натянулась, зазвенев. Андре никак не мог оторваться от этого зрелища. Даже на впившиеся в голову костлявые пальцы гончей перестал обращать внимание. Всё, что его сейчас интересовало – туманно-фиолетовый монстр, замерший в незримом противостоянии. Кто победит? Парень даже немного восхищался странным существом – так долго сопротивляться. Он бы уже давно бросил тщетные попытки. Видно же, что прикован на совесть. Густо-синий зомби на мгновение расслабился, а затем дёрнулся всей массой. Заскрипели трубы, посыпалась штукатурка, и цепи лопнули. Освобождённый мертвец развернулся и шагнул к ним.

Андре прыжком оказался на четыре ступеньки выше, не заметив, что сбил Мэри. Та растянулась на бетонных зубцах, от страха не способная шевельнуть даже пальцем. «Я не чувствую ног! Сломала! Или даже позвоночник!» Сознание гончей рисовало картины одну страшнее другой. А тяжёлые шаги приближались. Хозяин стоял уже наверху, гончая с мольбой протянула к нему руки. Не раздумывая, Андре метнулся обратно, подхватил сухой костяк на руки, но было уже поздно. В тусклый свет вышел зомби. Громадный, толстый, опухший, и оттого казавшийся ещё больше, он волочил за собой обрывки цепей и хмурил брови. Андре смотрел на это бледное отёкшее лицо с зелёно-жёлтыми пятнами на щёках, узнавая.

- О, как же у меня всё болит, - простонал зомби. – Ломит каждую клеточку.

Говорил он невнятно, Андре едва разбирал слова. Мертвец повёл плечами, прикрытыми оранжевой тогой, и уставился на распластавшуюся по лестнице парочку. Пустые молочно-белые буркалы вперились в Мэри.

- Фиби? Это ты?

Гончая обвила руками Андре, застыв деревяшкой. «Только бы он меня не бросил, только бы не бросил.»

- Почему ты молчишь? Молодой человек, отпустите её! – голос зомби налился угрозой, он сделал ещё шаг, всей своей громадой нависнув над ними.

- Это не Фиби! – крикнул Андре, пытаясь отползти от мертвеца. Тот снова нахмурился, что-то натужно соображая.

- Действительно. Не Фиби. Странные вы какие-то… Ты зелёный, она красная…

- А ты синий! – вставил Андре, шалея от своей смелости. «Хозяин я или как?!» Он попробовал встать, но зомби поднял руки, и парень счёл за лучшее вжаться в цемент ступеней.

Мертвец же всего лишь поднёс ладони к глазам, повертел, осмотрел цепи на предплечьях.

- Порвал, жалость какая, - сокрушённо вздохнул он. Попробовал подцепить звенья сосисками пальцев, но те слушались плохо. Зомби моргнул, вновь сфокусировавшись на парочке.

Андре смотрел снизу вверх на гигантского толстяка. На борьбу его мыслей, явственно читавшихся на подгнивающем лице.

- Ты - Фиби?

Парень вздрогнул. «По новой?»

- Нет, это не Фиби…

Мертвец застонал так громко, словно ему без наркоза вырывали зуб, покачнулся и едва не обрушился на них. Но устоял на ногах.

- А где Фиби?

- Погибла… - прошептал Андре. – Её убили…

- Кто?! – брови мертвеца сдвинулись, а кулаки сжались.

- Зомби…

- Проклятые зомби… И тут они постарались… - он поднёс руки к лицу, зазвенев цепями. И замер, уставившись в ладони. Он снова нахмурился. Брови мертвеца казались Андре ножницами: сошлись, разошлись, сошлись, разошлись. Вставь между ними орех, и он был бы расколот.

- А вы кто?

- Я – Андре, я приходил с Фиби за продуктами, помнишь? А это Мэри. Она.. она со мной…

- Фиби?

- Это не Фиби!

Зомби затряс головой, словно пытаясь что-то с неё стряхнуть.

- Верно. Не Фиби. Простите… А я... я…

- Ты Джим! Большой Джим!

- Джим? Да, я Джим. Точно.

Громадный зомби снова покачнулся.

- Я.. я не знаю, что со мной… Как волнами накатывает…

- Тело умирает, мозг разрушается, - проскрипела гончая.

- Действительно. Мозг. Мне нужен мозг. А лучше мозги… чуть-чуть.. у вас нет?

Андре сильно замотал головой.

- Жаль, - печально вздохнул зомби. – Мне бы только чуток… Брр! Что я говорю, какие мозги! Я же вегетарианец!

И он рассмеялся. Загнивающая туша колыхалась, рот распахнулся до предела, Джим хохотал, гоняя эхо по подвалу, а густые брови над белыми шариками глаз были сведены в муке.

Более страшного зрелища Андре в своей жизни не видел.

- Может, пойдём отсюда? – несмело предложил он. Мэри что-то хотела сказать, старательно выкатывая глаза в сторону Большого Джима, но вслух произнести это не решалась.

Андре поднялся на ноги, осторожно поставил рядом Мэри.

- Пойдём наверх, Джим.

Зомби не возражал.

Не торопясь, они поднялись в магазин.

- Мэри, выйди на улицу, - шепнул гончей парень. Та ответила непонимающим взглядом. – Не хочу, чтобы ты тоже пострадала. Мало ли, как он отреагирует…

- Я тебя не брошу! - Мэри крепко схватила его за руку.

«Синяки останутся», - подумал Андре.

Большой Джим стоял, покачиваясь, как пьяный или сонный. Андре подвёл его к стеклянной дверце холодильника и на всякий случай отошёл в сторону. Зомби оглянулся на него.

- Он не видит отражения, - подсказала гончая.

По-хорошему не вышло, придётся по-плохому. В лоб.

- Джим. Ты умер. И стал зомби. Ты понимаешь это? – спросил парень. Мертвец невидяще вперился в стекло, безуспешно пытаясь поймать свой образ. Но взгляд свободно проникал насквозь. Очертания предметов были слишком прозрачны и накладывались друг на друга.

Но он кивнул.

- Понимаю… Помню… Знаешь, Андре, я как-то представлял себе бытие зомби несколько по-другому… Как обычно, реальность оказалась богаче наших фантазий…

Зомби ненадолго замолчал.

- Я сидел в подвале. Потом заснул. И мне снился сон… Я видел гибель мира, видел, как он линяет, как стираются краски. Всё становится серым, истончаются границы и различия. А потом зажглись звёзды. Оранжевые звёзды. То там, то здесь. Хотелось идти на их свет. Но мне и так было хорошо. Я просто спал, смотрел на них и радовался, что они есть. Потом они все погасли разом. Вместо пышущего огня стали алчущими воронками, лоскутами синьки, разрываемые не то жаждой, не то голодом, не то влечением, даже не знаю, как объяснить. Затем появились новые оранжевые звёзды. И одно зелёное облачко. И синие тени устремились к ним. Мне тоже почему-то захотелось, но стало жалко просыпаться. Я остался сидеть.

Андре слушал его удивительно длинную речь, видел, как Большой Джим оглядывается. Пол, потолок, стены… Что он там пытается увидеть?

- Все тени пришли к звёздам. Часть из синих развеялись, остальные отдалились вместе с оранжевыми. И снова я остался один в сером ничто… Пока не появились вы. Мне стало интересно, что же это за цветные существа. Я решил, что хватит сидеть, пора просыпаться. Оказалось, что это не сон…

Незрячие глаза взглянули на Андре.

- Зомби я, значит… Синий… А что остальные цвета означают?

- Зелёные – хозяева, от них держись подальше, - скрипнула Мэри. – Красные – гончие, совершенно безвредны, оранжевые – обычные люди. Точнее их часть – мозг.

- Мозг? – повторил Джим. – Ммм… мозг… моозгиии…. Какое слово.. вкусное…

Андре сделал Мэри страшные глаза.

- Не могла бы ты не употреблять этого слова при нём?! – зашипел он. – Скажи лучше, почему его не нашли?

Мэри задумалась.

- Наверное, потому что сидел тут. Гончих с Косильщиками не было, хозяин бы его увидел, только если бы подошёл близко. А зачем идти, если все зомби сами к людям стекались? Никто же не отсиделся. Нелогично тратить время на поиски, - она пожала плечами. – Вся процедура зачистки создана таким образом, чтобы управиться минимальными силами в кратчайшие сроки. Иначе кто-нибудь да заметит.

- И что нам с ним делать?

- Оставить тут. Пусть и дальше в подвале сидит. Запрём, цепями привяжем…

- Мэри!

- А что… она права… - прогудел Большой Джим. – Я – зомби. Соответственно…

- И что?! Что из этого?! – в возмущении Андре всплеснул руками. – Мэри – я тебе поражаюсь! Откуда в тебе эта.. фобия! Ладно бы ты человеком была! Тебе вообще не о чем волноваться!

- Ну да. Конечно. – Мёртвым голосом согласилась окаменевшая от обиды гончая. – Ты прав. Мне себя не жалко. Раз я уже мертва, так мне и терять нечего. Подумаешь, со мной что-то случится – это всё равно, что табуретка сломается. Табуретке не о чем волноваться.

- Прости… я не хотел, - Андре положил ей руки на плечи. – Ты не табуретка. Просто…

- Что – просто?

- Ну.. давай потом, а? Сейчас надо с Джимом разобраться! Я считаю, что его бросать нельзя. Джим, ты зомби.. И что? Всякое бывает… Ты, главное, сдерживай позывы к.. ну к этим, ну ты понял…

- Нет… не понимаю…

- К мозгам, - подсказала гончая.

- Мэри!!

- К мозгам? Мммм.. да, мозги, это… ммм… - Большой Джим открыл рот, да так и застыл, как умалишённый.

- Джим, эй, Джим, приём! - Андре замахал руками перед глазами толстяка. – Забудь! Так, слушайте меня. Большой Джим идёт с нами и точка!

- Куда? – спросила Мэри.

- Что – куда? – не понял Андре.

- Куда он с нами идёт? Куда ты хочешь направиться дальше, мой милый мальчик? Что ты ещё хочешь найти?

Парень смутился. Он запрыгнул на прилавок, уселся, болтая ногами. Громадный зомби в оранжевой тоге с цепями, обмотанными вокруг голеней и предплечий, бестолково ворочал головой, гончая преданно смотрела на Андре, ожидая решения. Но погружённый в мысли парень этого не замечал. «Действительно, что же я хочу? Вот я здесь, в родном городе. Хотел вернуться – вернулся. И что дальше? Здесь жить? Один в целом городе? Ну, пускай не один, с зомби и гончей. Вариант, конечно, если бы не состояние Джима. Эх, не хватает информации. Почему он такой? Будет ли он бросаться на людей? Зачем вообще ему мозги? Можно ли ему как-то помочь? Господи Иисусе… Это ведь я виноват, что он таким стал… Может, я смогу облегчить его страдания? Ага, пулей в лоб… Проклятье… Я ничего о зомби не знаю… Может, другие хозяева знают? Но я не могу прийти к ним за консультацией. А если самому куда-нибудь пробраться? Ах, Анжел, как мне не хватает твоего задора, твоих невероятных идей. Ты бы сразу же придумала кучу вариантов… Если только… Хм… Это было её последнее желание, и там содержат зомби. Вряд ли их подкармливают, значит, как-то научились сдерживать их жажду мозгов. Там я смогу всё выяснить!»

Андре спрыгнул на пол.

- Решено! Мы едем в Кепиталсити!

Глаза гончей, казалось, сейчас буквально выкатятся из глазниц.

- У тебя что, совсем нет.. слова на букву «М»?! Мы только что удрали оттуда, от Фага, Косильщиков, хозяев… И ты хочешь вернуться?! Нет, мой милый, ты никуда не поедешь! Это тихий, пустой городок. Вот и будем тут жить, я согласна, можешь даже этого с собой взять. В подвале будем держать, или в сарае. Но возвращаться в столицу?! Это безумие!

- Мэри, Мэри, послушай меня. – «Что бы такое сказать? Какая причина будет наиболее достоверной?» - Я не смогу смотреть, как Джим медленно тупеет, превращаясь в гниющее растение, я должен как-то ему помочь!

- Это естественный процесс разложения! Он – мёртв, и оживить его не удастся! – гончая нервно постукивала каблучком по кафелю пола, кося глазами на Большого Джима. Тот никак не реагировал на её слова.

- Не оживить, а стабилизировать его состояние. Остановить разрушение м.. слова на букву «М».

- Откуда ты знаешь, что это вообще возможно? – она погладила Андре по плечу. «Милый, добрый, чуткий». – Я понимаю, что ты чувствуешь… ты чувствуешь ответственность за него, но ты ничего не сможешь сделать…

Андре отдёрнулся. Заговорил зло, жёстко.

- Я знаю, что на заводах содержатся зомби. Фаг предлагал мне идти туда работать, управлять ими. Чтобы мертвецы что-то делали, их состояние нужно стабилизировать, их позывы к слову на букву «М» нужно унять. Если это возможно, я хочу знать – как? А здесь.. здесь я не смогу остаться… Это слишком тяжело…

Плечи его поникли.

Мэри снова его коснулась. Парень едва заметно вздрогнул.

- Я в тебя верю, у тебя всё получится, но здесь не только от тебя зависит, - тихо сказала она. – Ты уверен, что твой Джим не нападёт на нас?

- Сейчас и узнаем. Джим?

Зомби уставился на него, и почти сразу же перевёл взгляд на гончую.

- Фиби?

- Нет, Джим, это не Фиби, - устало ответил Андре. – Послушай меня, сосредоточься. Я хочу знать, хочешь ли ты нас съесть? Меня и Мэри?

- Съесть? – зомби искренне удивился. – Нет, я же не каннибал. И вообще, я мясо не ем.

- А мозги? – решился Андре. – Как насчёт мозгов? От них ты бы не отказался?

Гончая дёрнула парня за руку.

- Подожди… - отмахнулся тот. – Так как, Джим, хочешь мозгов?

- Моозгии?.. Мммм… - зомби замычал, проговаривая это слово, с разными тональностями и протяжностью. Андре решил, что Джима заклинило, и уже пожалел о своём вопросе. «Может, просто не вспоминать о них, и он будет спокойным?»

- Моозгиии… Знаешь, Андре, тут не в голоде дело, - мычание, бормотание и ворчание Большого Джима закончилось удивительно разумно. – Я испытываю к ним влечение, но не физического характера. Будто бы это то, чего мне не хватает.

Толстый зомби хохотнул.

- Я испытываю потребность восполнить нехватку. Когда я только.. заснул… и мир посерел, у меня не было такого желания. Но чем больше проходит времени с моего.. изменения, тем сильнее мне хочется.. моозгооов…

- Организм разрушается, - кивнула Мэри.

- Точно! Ты просидел в подвале, там прохладно, это замедляло процесс! – осенило Андре. - Значит, нам нужен холодильник! Рефрижератор! Ждите здесь, я найду его и подгоню.

- Верно, в холодильнике мясо портится медленнее, - пробасил с улыбкой Большой Джим.

Поколесив по Смоллтауну на ворованном «Понтиаке», Андре нашёл, что искал: сначала магазин одежды с разбитой витриной, там он обновил свой гардероб, а потом и белый пыльный грузовичок с коробом холодильника за кабиной. Угнать эту машину получилось даже проще, чем первую. Парень невольно начал гордиться собой. Вернувшись в магазинчик Джима, он застал интересную картину: около прилавка скучала Мэри, лениво листая журнальчик, а зомби стоял кверху задом, как страус, засунув голову в холодильник с мороженым.

- Что произошло? Джим, ты что творишь?

- Фиби сказала мне так сделать… - виновато оправдывался толстяк.

- Фиби? – Андре с опаской огляделся. Хватит ему и двух не-мёртвых.

Отгадку выложила гончая.

- Он опять спросил, я ли эта Фиби. Ну я сказала, что да, и велела запихнуть башку в лёд.

- Мэри, - с укоризной посмотрел на неё Андре.

- А что? – гончая, как ни в чём не бывало, рассматривала ногти. - Ты сам сказал, что в холоде ему лучше будет. Всего не запихаешь, так пусть хоть мо.. голова не тухнет.

«Начинается… Они только познакомились, а она уже им вертит. Ох, намучаюсь я с ними…» Но отступать парень не собирался.

- Давайте в машину! – скомандовал он, выгребая кассу Джима.

«И снова дорога.»

- Ну что, Мэри, обратно, в центр ловчей паутины, в пасть к хищнику. Подёргаем льва за усы?

Гончая вздрогнула. Андре сжимал и разжимал пальцы на руле, ёрзал на сиденье, то хмурился, то улыбался.

- Фаг страшный человек, - проскрипела Мэри.

- Я тебя не боюсь! – излишне громко воскликнул Андре. «Скорей бы встретиться с ним! Отомщу за унижение пленения! Теперь, когда за моей спиной двое свободных… Мэри, конечно, не боец, но Большой Джим способен внушить ужас кому угодно. И это преимущество нужно использовать на все сто! Личная гончая – и я вижу хозяев задолго до того, как они заметят меня. Личный свободный зомби – и мне не страшны Косильщики. Эх, был бы у он у меня в Смоллтауне.. или лучше несколько! Не пришлось бы самому выходить на Фага!» Он скосил глаза на гончую. «Надеюсь, она не может читать мои мысли. А то как-то нехорошо получается…»

- Мэри…

- Да, милый?

- Почему ты так относишься к Джиму?

- Как? Я никак к нему не отношусь.

- Враждебно. С опаской. Он же не заслуживает такого.

- Ах, Андре, мальчик мой. Я вижу тебя насквозь, - Мэри шутливо ткнула его пальцем плечо. Парень натянуто рассмеялся.

- Да? И что ты видишь?

- Ты пытаешь исполнить то, что у тебя не вышло раньше… - Андре вздрогнул. «Всё-таки читает?!» - Ты не смог спасти свою девушку, не смог уберечь её от Косильщиков. И теперь ты переносишь эту опеку на Джима. Хочешь ему помочь, устроить его новую не-жизнь…

«Пронесло…»

- Ну.. да… ты права… а что тут такого?

Гончая отвернулась.

- Меня коробит, что ты видишь только его рядом с собой. А я? Почему ты не хочешь защитить меня?

- А тебе что-то угрожает? – искренне удивился Андре.

- Угрожает! Я, так же как и Джим – свободная. Меня так же уничтожат хозяева, если поймают. Особенно Фаг. Я ведь предала его! И, между прочим, из-за тебя! Где твоя благодарность?!

- Мэри, да я до конца своих дней буду тебе благодарен…

- Молчи! Вижу я твою благодарность! Ты тащишь меня обратно в этот ненавистный город, где на каждом шагу нас будет подстерегать опасность, где будут одни враги! Мало того, ты везёшь с собой бомбу! Готовую взорваться в любой момент!

- Какую бомбу? Это ты о Джиме опять что ли?

- А о ком же ещё! Ты знаешь, что ему взбредёт в следующую секунду?!

- Да ладно тебе страху-то нагонять… Он же сказал, мы не интересны ему как пища. Хозяева, видимо, имеют иммунитет к зомби. А уж гончие…

- Да причём тут пища! А если ты его чем-то разозлишь? Или он от всей души захочет тебя обнять? Это же чудовище, не сознающее, что он творит! Может, он зла и не желает.. А раздавит как насекомое и не заметит!

- Да ладно тебе… Ты сгущаешь краски… - «А вдруг, а что если она права? Слишком уж нестабильное я выбрал оружие против Фага. Граната, способная сдетонировать в ладони. О мой Бог, что ж всё так непросто!»

Проехали надпись «Кепиталсити – сто миль». «Поздновато поворачивать обратно. Да и Мэри не объяснишь… Хотя, ей-то и объяснять не придётся, она только рада будет. Но вот Джим… Нет, не могу я с ним так поступить. А что если на заводе и правда найдётся то, что ему поможет?»

Андре свернул на обочину.

- Что ты задумал?! – всполошилась гончая.

- Надо Джима проверить.

- Что с ним случится? Поехали быстрее!

Парень смутился.

- Да мне ещё надо бы в кустики заглянуть…

- Так бы сразу и сказал, - Мэри успокоилась.

Сделав все дела, Андре открыл дверцу холодильника. В жаркий воздух вырвалось густое белое облако пара. Парень забрался внутрь, тут же мурашки взяли кожу в плен.

- Джим? Ты в порядке?

Нет ответа.

У стены, примыкающей к кабине, сидело покрытое инеем тело. Даже распахнутые пустые глаза покрывала корочка льда.

- О, Господи Иисусе, Джим! – Андре схватил толстяка за плечи. Тот был как камень. Парень попробовал сдвинуть его с места – куда там. Наверное, тут лебёдка нужна. И ледоруб.

Внезапно зомби разлепил губы. От движения кожа на них лопнула, струйка густой тёмной крови потекла по замёрзшему подбородку.

- Всё нормально, Андре, - едва-едва ворочая языком, проговорил Большой Джим. – Немного тело не слушается. А так хорошо. Голова ясная. Спасибо.

- Джим, что ты говоришь такое! Какое «хорошо», ты обледенел! Я подрегулирую термостат, иначе тебя отсюда придётся выкалывать кусками!

- Делай, как считаешь нужным. Я тебе доверяю.

И зомби опять замолчал. Андре стало не по себе.

«Доверяет… И Мэри доверяет… Чем я это заслужил? Если бы они знали, что я о них думаю…» Сейчас парень был противен сам себе.

Уэст Фаг посмотрел на часы. «Опять задерживаюсь на работе. Всё-таки есть плюс холостой жизни, никто пилить не будет. Сам себе хозяин.» Он мысленно посмеялся над игрой слов. Потом захлопнул двери последнего автомобиля, запер на засов и опломбировал. В этот раз Фагу пришлось самому контролировать процедуру загрузки. Держать здесь их больше не было смысла, можно переправлять в корпуса РЗ. По три машины во второй, четвёртый, пятый и седьмой. Как же не хватало помощников! «Надо отзывать Метиаса, пустое…». Он набрал номер капитана.

- Метиас? Ну, как? И в Смоллтауне тоже? Тогда не знаю, где они могут быть. Да, да, согласен, хватит силы распылять, давай всем отбой. И возвращай охрану на четвёртый корпус. До связи.

Убрав мобильный, Уэст зашёл в комнатку, где дожидались водители. Обычные люди, исполнители, винтики, не знающие ничего, кроме пункта назначения.

- Всё, можете ехать. Путёвки вам выданы, на месте машины оставите, их там разгрузят, потом вас позовут. Не вздумайте проявлять самостоятельность, на каждом засове – пломбы. Хоть одна окажется порванной – неустойку будете платить и вы, и ваша компания. Ясно?

- Да ясно, ясно, не напрягайся, мужик, не в первый раз, - развязно ответил один водитель, самый молодой, с экстравагантной причёской – дредами. Фаг сдержанно улыбнулся, но что-то скользнуло в его взгляде, и водитель погас, как выключенная лампочка. Старшие товарищи потащили молодого дурака на выход, что-то ему шёпотом втолковывая.

Часть II. Глава 4

Глава 4

Белый пыльный грузовичок въехал по хайвею в столицу Юсы.

- Ты знаешь, где какой-нибудь завод находится? – спросил Андре у гончей.

- Нет. Знаю только, что несколько корпусов РЗ расположены здесь. И всё.

- Ладно, если несколько – значит, найдём, поколесим по городу и найдём… Ты назвала заводы «корпусами РЗ»? Почему, что это значит?

Андре вспомнил, что Мэри уже говорила о чём-то подобном в начале их знакомства. Но глаза гончей стали печальны.

- Прости, мой мальчик, от меня мало толку. Я ничего, по сути, и не знаю. Фаг и другие хозяева так называли заводы.

- И много таких корпусов?

- Сорок или пятьдесят по стране.

Андре присвистнул. «Вот это размах. Фаг предлагал мне Юсу - они уже полностью контролируют её или он блефовал? Но пятьдесят… И в каждом зомби. Невероятно.»

Они съехали вниз на городские улицы. Петляя между небоскрёбов, вертя головой, искали любые указатели. Ничего похожего не наблюдалось.

Мэри сидела прямая как шпала, Андре тоже нервничал всё больше с каждой минутой. Планом было приехать, пробраться на завод, всё разузнать про сдерживание позывов зомби к мозгам и смотаться. А они уже второй час кружили по незнакомому городу, рискуя попасться на глаза Косильщикам.

Встали на светофоре. По перекрёстку не спеша двигался поток машин. Закатное оранжевое солнце, раздробленное на осколки тысячами окон, скользило по ним пятнистой шкурой. Андре невольно залюбовался зрелищем. Было душно, он опустил стекло. В машину проник городской шум и сухой жар. Хотелось пить.

Мэри вцепилась в руку парня, и вжалась в кресло.

- Ау! Синяки же будут!

- Косильщик… - шепнула она, мотнув головой в сторону тротуара. Там шёл ничем не примечательный мужчина в сером костюме, постоянно вертя головой. Он явно кого-то искал. Вот пиджак распахнулся от движения, и Андре заметил краешек бронежилета.

- Уверена?

Гончая кивнула.

Андре с силой сжал обод руля. «Куда?! Куда?!» Он судорожно искал выход из ситуации. Автомобили стояли плотно, никуда не денешься. А Косильщик подходил всё ближе. Иногда он посматривал внутрь стоявших машин. «Заглянет в нашу или пронесёт?» Впереди, замыкая поперечную вереницу транспорта, проехали три рефрижератора, таких же белых грузовичков. Светофор зажёг зелёный свет. Под аккомпанемент возмущённых гудков Андре вывернул из своеq полосы и вильнул за ними. Косильщик проводил их взглядом и пошёл дальше, всё так же внимательно оглядывая встречных прохожих и проезжающие автомобили.

Андре пристроился в хвост колонны передвижных холодильников. Довольный собой, посмотрел на гончую.

- Ловко я придумал, да?

Мэри почему-то не разделяла его радости. Она напряжённо вглядывалась вперёд, будто пытаясь что-то увидеть.

- Что там? – невольно Андре перешёл на шёпот.

- Хозяин.

Сердце парня упало.

- Где?

- Мы к нему едем. А с ним два Косильщика. Тихо ты! Не дёргайся. Едем и едем, так же как все.

Андре стоило нечеловеческих усилий остаться в колонне рефрижераторов. Они подъезжали к пятиэтажной коробке, обнесённой сеткой забора. Гладкие, крытые белым пластиком стены, окон нет. Силикатный кирпич среди цементно-серых стел небоскрёбов. Грузовички остановились у ворот. Мужчина в белом лабораторном халате осмотрел первого, будто мог видеть сквозь стенки. После чего махнул рукой, два Косильщика в своей обычной сине-чёрной броне отошли в стороны, пропуская рефрижератор, а он перешёл к следующему.

«Всё, конец, навоевался. Как глупо попасться. Надо было раньше дёргаться. Идиот, послушал гончую. Что мертвяк может хорошего посоветовать? Господи Иисусе, хоть бы пронесло!» Андре видел лишь настороженных Косильщиков, их взятые наизготовку штурмовые винтовки. Как подошёл «лаборант», он не заметил.

- Ого, вот это аура! Никогда не видел ничего подобного! А я-то думаю, почему наш… – он подмигнул Андре - …за рулём. Да ещё с гончей. Спецзаказ?

- Да, - выдавил из себя парень. Надо было сказать что-то ещё, что-то обыденное, непринуждённое, или пошутить, но он ничего не мог придумать.

- Новенький?

- Да.

- Как-то ты односложно отвечаешь, - прищурился «лаборант», - А кто привёл?

- Фаг. Подполковник. Уэст Фаг.

- О как! Знатно. Ну, добро пожаловать в Корпорацию Быстрого Развития! – Отношение проверяющего резко изменилось. Андре с удивлением услышал в его голосе уважение. То ли к Фагу, то ли к самому парню. Но размышлять об этом было не время. Под взглядами Косильщиков, как под прицелами, Андре чувствовал себя неуютно.

- Можно ехать?

- Да, конечно… Хотя нет, подожди! – крикнул «лаборант», когда парень уже тронулся с места. Андре обмер. «Сейчас документы спросит…»

- Слушай, помоги, а? – заискивающе глядя снизу вверх, попросил «лаборант». – Людей сейчас не хватает, ты не мог бы и остальных разгрузить, не только своего? Ты же всё-таки наш, справишься!

- Ладно, - как бы нехотя согласился Андре, не совсем понимая, о чём речь. Нет, так-то конечно понятно, на его, как на молодого, неопытного, сторожил попробовал свалить часть своей работы. Обычное дело в любой организации. Но вот кого разгружать? «Или там тоже?!»

- Мэри, что в других рефрижераторах? – спросил он, когда вслед за остальными въехал на подземную стоянку, под кирпичом завода.

- Зомби, - как само собой разумеющееся сообщила гончая. – Ты что, сам не видишь?

- Я не смотрел… Не могу же я постоянно оглядываться в поисках зомби, гончих, хозяев!

- Ну, извини. Не думала, что это так сложно.

- Да сложно! Мне это сложно! – Андре кричал, выплёскивая из себя обиду. – Я ничего не знаю, ничего не умею! У меня плохо получается смотреть ауры, и долго не могу глядеть, голова болеть начинает… Мне нужны гончие, что бы видеть…

- Не расстраивайся, - глаза Мэри подобрели, - я тебе помогу. Всегда. Только.. только я тоже вижу не так далеко, как обычные гончие…

- Ну и что! Ты всё равно самая замечательная! – Андре был счастлив. Она не стала насмехаться над ним, укорять, обзывать неумехой. «Никто не совершенен, и гончая не без недостатков. Мне нечего стыдиться. К тому же, я ещё научусь всему, у меня вся жизнь впереди. А Мэри поможет, подскажет, если что. Как же всё-таки повезло, что я её встретил. Поразительно – гончая оказалась лучшим другом, чем любой человек!»

Рефрижераторы припарковались в пустом гараже, лавируя между частых колонн. Парень пристроился рядышком, по-прежнему стараясь быть как все. Вроде, получалось, и всё же Андре дождался, пока другие водители выйдут, и только тогда вылез сам.

Огляделся. Люминесцентные лампы горели почти над самой крышей грузовичка. Вдалеке скрипнула дверь, наверное, туда ушли водители. Андре зябко поёжился. У него было ощущение, что за ним наблюдают. Мэри открыла дверь, но не спешила вылезать, умоляюще глядя на парня. Тот вздохнул и подал ей руку. Всё ещё с опаской, гончая спустилась на пол и первым делом оправила пиджак, юбку. Андре хмурился, озирался, Мэри не спешила с ним заговорить.

Андре открыл холодильник.

- Джим, - шёпотом позвал он. Гулкий гараж усилил звук.

- Эй, Джим, - парень окликнул зомби ещё тише. Толстяк заворочался, зазвенел цепями, кое-как выбрался наружу, вялый как пудинг.

Андре перешёл к следующему холодильнику, сорвал пломбу, потянулся к засову… Плечо сжали тонкие пальцы.

- Ау!

- Ты в своём уме?! – зашипела гончая.

- Но их же тоже надо выпустить, - обиделся парень, массируя плечо.

- И что ты с ними будешь делать? Это тебе не покорные овечки вроде нашего Джима! За ними постоянно нужен глаз да глаз. Хочешь повторения Смоллтауна?

Подобного Андре не хотел. «Да, я не подумал. Но зачем сразу по больному?» Он двинулся в ту сторону, куда ушли остальные водители.

- Куда?! – шикнула Мэри. – У тебя от страха совсем мозги работать перестали?

- Мозги? – переспросил Большой Джим.

- Заткнись! Андре, мальчик мой, мы не пойдём за теми людьми, так?

- Ну.. так…

- А почему?

Парень задумался. Мысли путались. «Что она вообще от меня хочет?! Я смог пробраться на завод, первая часть плана выполнен. Откуда я знаю, куда идти дальше?! У кого тут спрашивать, где они информацию по зомби хранят? Почему я должен обо всём думать?»

- Почему? – наконец тупо спросил он.

Мэри возвела очи горе.

- Потому что должен быть ещё один вход, куда уводят таких как я, - прогудел Джим.

Гончая всплеснула руками.

- Вот видишь, даже он понял! Может, тебя тоже в холодильник посадить на пару часиков?

- Умные все какие, - пробурчал Андре. – Я просто не успел подумать, определиться с целями, найти средства решения.. И вообще…

- Не обижайся, - Мэри сменила гнев на милость. – Я же не со зла.

- Не со зла… Ну и где этот ваш другой вход?

- Сейчас поищем. Джим, ты что-нибудь видишь?

Толстый зомби заворочался вокруг своей оси.

- Вон там, - он взмахнул рукой. Гончая отшатнулась от взметнувшегося куска цепи.

- Ты, это, поосторожнее… Да, ты прав. Андре, ты видишь? К одной стене гаража вела дорожка обрывков бледно-голубого тумана. Словно аура прошедших тут зомби цеплялась за колонны и пол, да так и оставалась, медленно растворяясь.

Андре ничего не видел. Зато учуял запахи. Запахи гнили, разложения, смерти. Даже закрой он глаза, парень смог бы пройти по пути, которым уводили мертвецов.

Дорожка из лохмотьев аур упиралась в лифт. Пол около него прокрывали непонятные тёмные пятна, неприятные на вид. Гончая нажала кнопку вызова. За стеной загудело, зашуршало, а потом створки открылись, лязгнув. Андре скривился от отвращения при виде буро-зелёные подтёков, украшавших пол и стены грузового подъёмника. Он и Мэри осторожно вошли, стараясь не наступать на них, и только Джим протопал, безразличный ко всему. Наверное, он не видел не только их, но и самих стен. Зомби сразу же задрал голову к потолку, разглядывая что-то, недоступное зрению Андре.

Кнопок у лифта было только две – «вверх» и «вниз», так что выбирать особо не приходилось. Вновь лязгнув, створки сошлись. «Брр, будто челюсти схлопнулись», - подумалось парню. – «Поехали к дьяволу в пасть…»

Створки распахнулись, заставив Андре вздрогнуть.

- Наконец-то! Будто вечность ехали! – нервно засмеялся парень. Гончая шикнула на него.

Троица вышла в коридор. Справа и слева располагались зарешечённые тюремные камеры. Одни пустовали, в других толпились зомби, ворча, мыча и переминаясь с ноги на ногу. Запах стоял как в бочке ассенизаторов. Андре прикрыл нос ладонью и постарался как можно скорее миновать этот участок. Дальше коридор заканчивался воротами, а вправо перед ними уходила лестница со стальными ступеньками. Что-то подсказывало, что через ворота им не надо. Кто знает, куда уводили зомби? Так, сдуру, лезть глупо. Лучше обойти, посмотреть со стороны. Например, вверх. Но лестница… Андре застонал. «Опять гончую на себе тащить! Надеюсь, хотя бы Джим сможет подняться самостоятельно. Иначе это катастрофа».

Поднявшись на три пролёта вверх, они вышли на металлическую галерею, идущую по периметру всего завода. От неё текли стальные ленты переходов, паутиной накрывающие площадь внизу. Здесь же, у стен, были лестницы, ведущие ещё выше, под потолок, где висели подобные скворечникам вагончики. А внизу… То, что творилось внизу захватывало дух. Настоящий муравейник, кипящий, копошащийся, непрестанно двигающийся, мычащий, ворчащий, скрипящий и лязгающий. Сотня зомби, а то и две, толкали контейнеры, тянули тросами краны, переносили детали, сгружали их на конвейеры. Все при работе, все чем-то заняты. Андре увидел в центре огромный чан, кипящий котёл с бурлящей массой серого цвета, а приглядевшись, заметил снующих меж зомби людей в белых халатах и респираторах. И мертвецы их не трогали!

Рядом незаметно встала Мэри, вцепилась в поручни. Ограждение галереи задрожало, когда на неё взошёл Большой Джим.

- Невероятно, да? - прошептал Андре, невольно восхищённый зрелищем. – Прямо дух захватывает от размеров!

- Невероятная по своим размерам кабала… - ответила гончая, но парень её не услышал.

Глаз начал различать отдельные детали в мешанине тел под ногами. Андре увидел, что все зомби двигаются по одному и тому же маршруту, последовательно занимаясь каждым видом работ. Путь любого мертвеца пролегал мимо чана, где ему вливалась в рот поварёшку серой жидкости. И он двигался дальше. Потом Андре увидел, как мертвяк не выдержал усилий, развалился на куски, и его баграми оттащили из-под ног собратьев. Затем парень разглядел, как ещё шевелящееся тело подтащили к котлу, вскрыли череп и слили содержимое в бурлящую массу. «Господи Иисусе, что за гадость!» Финальным аккордом стал увиденный в центре паутины переходов человек. Он был на одном уровне, что и троица, вознесённый над бурлящей толпой. Человек беспрестанно взмахивал руками, будто дирижируя. Нет, скорее, он дёргал за ниточки, как опытный кукловод, и куклы внизу двигались, тянули, толкали, носили, топтали собратьев, пили их разжиженные мозги…

- Хозяин, - прошептала Мэри, не отрывая взгляда от человека в центре зала. Джим неприязненно нахмурился. Он, как и гончая, видел тянущиеся к нему поводки. Видел, как не смеющие ослушаться зомби подчиняются, а потом, наверное, привыкают работать за паёк и уже не пытаются сопротивляться. Хозяин не смог бы контролировать всех сразу, но, похоже, это и не требовалось. Он водил лишь нескольких, ещё не сломленных, ещё не принявших свою рабскую долю.

- Я не могу на это смотреть, - пробасил Большой Джим, сжимая кулачищи.

Мэри кивнула.

- Да, уйдём поскорее отсюда. Мы увидели, что хотели, нет смысла задерживаться. Уйдём, пока нас не заметили.

Но свободный зомби отрицательно мотнул головой.

- Андре, - взмолилась гончая, пытаясь склонить на свою сторону хотя бы парня, – пойдём…

Тот, как загипнотизированный, смотрел вниз. «Вот она – власть, что мне предлагал Фаг. Власть над умалишёнными, убогими, неполноценными созданиями. А какой ещё власти достоин «трупоед и паразит»? Вот оно, экологически чистое производство. Экономия электроэнергии и топлива, никаких отходов. Всё идёт в переработку. Тела, наверняка тоже, просто я не вижу, куда их дальше волокут. И все, похоже, довольны.»

- Мэри. Ты говорила, что жителей моего города везли в контору, а потом вот по таким заводам развезут? И они так же вот будут…

Гончая кивнула.

- Возможно, в тех трёх холодильниках были и из Смоллтауна зомби… Ой.. зачем я это сказала, дура! Андре, милый мой мальчик, забудь! Ты ничем не сможешь им помочь! Уйдём скорее, пока нас не заметили!

Андре колебался. «Действительно, что я могу? Какая доля для несчастных мертвецов будет лучше? Я же не дурак, я же понимаю, что ничего не смогу сделать… От чего ж так трудно уйти, а потом вымарать увиденное из памяти?»

- Эй, что стоишь, давай помогай! – крикнул хозяин из центра «паутины». «Какое лицо у него неприятное… Глаза так щурит – видит плохо, что ли? О, открыл! Да как широко!»

- Свободный! – взвизгнул хозяин, наставив палец на Большого Джима. А потом перевёл взгляд на Мэри. «О мой бог, как его перекосило. Он же испугался до чёртиков!» Видок недавнего повелителя, местного царя и бога, вдруг превратившегося в обычную крысу, сильно позабавил Андре.

Сбивая веселье, по ушам ударил вой сирены, вспыхнули красные лампы, внизу всё замерло, зомби задрали головы вверх. Отражённая в блестящих глазах аварийная сигнализация превратила их в стадо одержимых бесами. Большой Джим схватился за голову руками, замычал, раскачиваясь. Гончая с бешенными от страха глазами прижалась к стене. Андре запрыгнул на перила, оттолкнулся, перемахнул через трёхметровый провал, неловко брякнулся боком на следующем переходе. Рванул на четвереньках. Хозяин отступал, пока не упёрся спиной в поручни. Андре врезался в него на полном ходу. Тот нелепо взмахнул руками и перекувыркнулся через перила. Парень успел увидеть, как некрасивое лицо хозяина сделалось по-детски обиженным. А потом он приземлился поясницей на край котла с серой массой, мгновенно обмяк сломанной куклой и стёк по стенке в толпу к зомби.

Андре заметил пульт и замолотил по нему, по всем кнопкам сразу, не разбирая. Сирена последний раз взвыла и угасла. «Всё, тишина, можно успокоиться, расслабиться…» Парень, тяжело дыша, обвис на поручнях. «Ох, нужно проверить, что эта тревога наделала, чьё внимание привлекла… А! Потом! Десять секундочек, или хотя бы пять…» Правда, невнятный механический гул остался, будто где-то летел вертолёт. От мыслей о нём Андре оторвал шум из-под ног. Он выглянул. «Господи Иисусе, я совсем забыл про них! Не время отдыхать!»

«Лабораторные мыши» в белых халатах внезапно оказались в озере с пираньями. Удивительно, но большинство зомби не проявляли к ним интереса. Некоторые даже без команд разбившегося хозяина продолжали работать, словно по инерции. И всё же людей можно было понять. К ним уже пробирались особо активные или голодные мертвяки. «Надо их остановить!» Парень встал, сосредоточился. Мир изменился. Под ним раскинулось облако синего тумана с колышущимися водорослями или травами, тянущимися вверх. Среди них блестели редкие оранжевые жемчужины. Андре стоило больших усилий вычленить нужных ему зомби и захватить их поводки. Одних он остановил, человек начал выбираться к выходу, но тут закричал другой. Шлейфы пришлось выпустить, схватить другие, остановить. Вроде получилось спасти, точнее, попридержать зомби, и парень уже хотел вернуться к первому, как раздались призывы о помощи из другого конца зала. А потом ещё и ещё. Андре дёргался между ними, с отчаяньем понимая, что не может успеть везде, что всех ему не спасти. Он неожиданно превратился в судию, решающему, кому жить, а кому умирать. «Я не могу! Я не хочу!» - мысленно стенал Андре, судорожно перехватывая нити одних зомби, бросая другие, пытаясь успеть везде. Распылял силы, метался между лаборантами, пытаясь спасти всех сразу и .. всё больше людей гибло под зубами мертвецов.

На сцене театра кошмаров появились новые действующие лица. Они спускались сверху из-под потолка. Чёрные сапоги бухали по жести ступеней, брякали карабины, грубые голоса переговаривались, не стесняясь в выражениях. Андре обмер, медленно-медленно разворачиваясь, как во сне. Косильщики. Они заметили друг друга одновременно. Он – их, ненавистных, смертельно опасных, а потому самоуверенных и наглых. Они – его, незнакомца, застывшего над волнующейся толпой зомби, над вставшим производством, над пожираемыми людьми в белых халатах. Среагировали чётко, по-военному, не раздумывая. Каким чудом Андре успел метнуться за разбитый пульт – не знал даже он сам. Пули зло завизжали, долбясь об металл. Лаборанты внизу лишились последних шансов на спасение. Но парню уже было не до них. Он сжался в комок, за хлипкой, ненадёжной защитой, сыплющей искрами и осколками пластика.

- Джим! Спаси его! – пыталась перекричать стрельбу гончая. Зомби вглядывался в Косильщиков, что-то прикидывая, а потом зашагал к Андре, постепенно ускоряясь, как тяжелогружёный поезд. А Мэри попятилась к лестнице. Та казалась ей меньшим злом, пусть ненадёжным, но путём к спасению. Здесь же, на просматриваемой, и что самое страшное – простреливаемой галерее, шансов сохранить тело в целости было ничтожно мало.

Закрывая голову руками, Большом Джим бежал к Андре. Поначалу на него не обратили внимания, но как только заметили, огонь штурмовых винтовок сосредоточили на нём. Длинная очередь взрезала оранжевую тогу Джима, но он даже не замедлил шага. Косильщики заматерились, не понимая, в чём дело. Ещё несколько пуль засели в объёмном теле толстяка, и вновь никакого эффекта.

- Дьявол! Что это?! Стреляйте ему в голову!

Большой Джим был уже рядом с Андре. Бздынь! Пуля отскочила от звеньев цепи, плотно обмотавшей предплечье зомби. Бздынь, бздынь! По-прежнему прикрываясь руками, он преодолел последние шаги. Гулко бухнуло. Снаряд из подствольника разорвался у ног Джима. Площадка с пультом в центре зала покосилась, лишившись одной из поддерживающих лент. Андре с ужасом понял, что съезжает к краю. И съезжает он мимо тянущего к нему руку зомби. Возможно, конструкция удержалась бы на двух оставшихся стальных мостиках, если бы не Джим. Поспешивший на помощь не-мёртвый своим весом обрушил площадку с пультом. Андре увидел под собой чан с булькающей жидкостью. Серые пузыри лопались на поверхности, взрыхляя её плотную массу недолговременными кратерами. Пальцы парня безуспешно искали зацепки на гладком металлическом полу, обламывались ногти, лишь на мгновение отсрочивая неизбежное. «Повторю судьбу местного хозяина. Какая ирония,» - с удивительным спокойствием подумал Андре.

Цепь хлестнула совсем рядом с его головой, выбив искры. Парень едва успел ухватиться за её кончик. Оторвался ещё один мостик, и площадка ушла вбок. Андре ухнул вниз. Руку дёрнуло, едва не вырывая из плеча, но пальцы не разжались. Над ним, удерживаясь одной рукой за изгибающиеся перила, висел Джим. У Андре не хватило бы совести назвать его сейчас бездушным мертвяком. Нахмуренные брови, сосредоточенное лицо. Большой Джим теперь был надёжно прикрыт бывшим полом, повисшим стеной между зомби и Косильщиками, а вот Андре как раз оказался лицом к лицу с ними, болтаясь, как сосиска на верёвке. И повис он к тому же над центром чана с серой жидкостью. Окунаться в него почему-то совсем не хотелось. Зомби принялся раскачивать рукой, на цепи которой висел парень. Просто невероятно, что Джим сообразил быстрее него, одновременно сбивая прицел Косильщикам и давая возможность прыгнуть парню за пределы котла. Оставшиеся три метра до пола представлялись меньшим злом, по сравнению с двумя иными вариантами развития событий. Прицелившись в гущу зомби, Андре отпустил цепь.

Удар выбил дух, смрад развороченного гнилого тела забил нос, образовавшаяся куча мала закрыла обзор. На пару минут парень был ошеломлен и растерян, не понимая где пол, где потолок. Наконец, кое-как придя в себя, он приподнялся, будто выныривая из моря мёртвых голов. И только лишь для того, чтобы увидеть, как Джим падает в чан. То ли веса зомби не выдержали пальцы, то ли ограждение площадки, но он камнем рухнул вниз. Всплеснулась как от взрыва серая масса, преодолев края котла. Ближайшие мертвяки тут же метнулись к нему, слизывая подтёки. Глаза Андре вновь заволокло, а в сердце вонзилась игла. Он всё-таки убил Джима. С первого раза не получилось, неизвестно почему, но превращение в зомби не смогло сильно изменить разум толстяка, так нет, судьба опять свела его с Андре. И второй встречи Большой Джим не пережил. Последний житель Смоллтауна канул в небытие. Из транса самобичевания парня вывело его имя, выкрикиваемое чьим-то скрипучим голосом.

- Андре! Андре! – отчаянно звала Мэри, не способная пробраться к нему сквозь зомби. Она выбралась из ниши под краном и старалась привлечь его внимание, при этом не попадаясь на глаза Косильщикам. Те, оставив пару человек прикрывать сверху, всем отрядом кинулись по лестницам вниз.

Андре оскалился. Мир сменил краски легко и естественно, парню даже не пришлось напрягаться. «Идите, идите же ко мне! Я вас подожду! Я отомщу вам за всё! Идите прямо в мои объятья!» Он хватал поводки зомби, мысленно наматывая их на кулак и натягивая до предела звенящими от наполняющей их воли хозяина струнами. Единственный выход из помещения, заполненного зомби, распахнулся, жарко дыхнул очередями, вгрызающимися в буфер из мертвецов, разделяющий Андре и Косильщиков. В ответ хлынула волна зомби. Парень хватал всё новые шлейфы, подтягивая и бросая мертвяков на солдат. Не-мёртвые напирали плотной массой, к сожалению, тем самым облегчая задачу Косильщикам. Те сполна оправдывали название своего подразделения. Зомби подрубленными тополями валились на пол, патронов не жалели, и пули косили ряды воинства Андре, отъедая целые шеренги. Полоса из мертвяков истончалась, пули зло свистели всё ближе. Вот ногу обожгло болью, лохмотья джинс набухли кровью. Это была лишь царапина, шальная пуля только скользнула, но Андре дрогнул. И начал пятиться, отступать, ориентируясь на Мэри, всё ещё его зовущую. А потом он развернулся к врагу спиной, бросив своё воинство.

Пригибаясь, кое-где даже проползая у зомби между ног, Андре добрался до гончей.

Та обняла его, ощупывая, проверяя, цел ли. Бесстрастное мёртвое лицо со стянутой пергаментной кожей и живые глаза, изливающие тревогу и боль.

- Джим… он… - Андре всхлипнул.

- Я видела, мой мальчик, ничего, всё хорошо, - гончая обняла его, попытавшись сильнее прижать к себе, но парень вырвался, обернулся на приближающихся Косильщиков:

- Ненавижу!

Сколько отчаянной злобы и бессильной ярости было в том крике.

Ответом стал глухой звук гонга, раздавшийся будто из-под толщи воды. А потом ещё один, и чан с серой жидкостью покачнулся. С третьим ударом котёл опрокинулся, накрывая неудачно оказавшихся рядом Косильщиков. На тех, кто успел отскочить от падающего чана, плеснуло волной бурлящей массы. Андре с извращённым удовольствием слушал крики обожжённых людей. А потом, из пузырящегося серого потока, как из пепла, дьявольским Фениксом восстал Большой Джим. Оранжевая тога зомби стала тёмно-коричневой, а сам он был покрыт от макушки до пят бледно-серой слизью. Андре с Мэри он нашёл мгновенно.

- За мной! – крикнул толстяк и, заложив руки за голову, как заключённый, затопал в сторону одной из стен завода.

- Там другой выход? – спросил парень у гончей. Недоумевающая Мэри отрицательно мотнула головой.

О цепи, обмотавшие предплечья Джима, срикошетила пуля, опять из-за его позы не добравшись до головы. Хода он не замедлил. Андре потянул гончую за собой.

Толстый зомби разогнался и врезался в стену. Железобетонная панель разломилась, брызнув крошкой, сломанными рёбрами вывернулась арматура. Джим исчез снаружи. В полутёмный завод брызнуло закатное солнце, выстрелив косыми лучами в облака пыли. Андре с Мэри юркнули следом, чтобы увидеть, как тот, не останавливаясь, повалил сегмент забора, освободив путь к городским улицам. Андре постарался не отстать от этого танка. Заворачивая за угол ближайшего здания, он оглянулся на завод. Из уродливой дыры в боку аккуратного цилиндра медленно просачивались зомби, растекаясь во все стороны. В небе набирал силу гул вертолётных винтов.

При первых звуках сирены Джошуа вместе с остальными водителями вылетел из пустующей каморки охраны в гараж. Наверху что-то творилось. Что-то неладное. Заслышав выстрелы, молодой человек инстинктивно вжал голову в плечи.

- Что за дела, мужики?! Мы так не договаривались! Вы сказали непыльная работёнка, знай, держи язык за зубами! Э, что вообще происходит?

Но никто ничего объяснить не мог. Джошуа принял решение.

- Вы как хотите, а я сваливаю!

Резко развернувшись, так что дреды хлестнули по щеке, он кинулся к своему грузовичку. Буря над головой набирала обороты, похоже, там что-то взорвалось. Джошуа утопил педаль газа, рванул с пробуксовкой, взвизгнув шинами, вылетел наружу. Ворота оказались слишком близко. Как и два мужика с автоматами. Они заступили ему путь, вскидывая оружие к плечу. Даже захоти, Джошуа не успел бы остановиться. Всё, на что ему хватило времени – это зажмуриться. Что-то ударило в радиаторную решётку, рефрижератор подпрыгнул, как на кочке, молодой водитель открыл глаза. Свободная улица, никаких препятствий. Лихорадочно выкручивая руль, подрезая, обгоняя по встречной, проскакивая на красный, но даже не пытаясь сбросить скорость, он пронёсся по городу. Вот и его дом, один из четвёрки серых многоэтажек, с гаражами на заднем дворе. Джошуа зарулил туда и заглушил двигатель. Его трясло. «Жив. Главное, я жив. Больше ничего не произошло, никто ничего не видел. Сейчас загоню машину в гараж, закрою и забуду обо всём. Никуда не ездил, ничего не видел.» Он кое-как выбрался из кабины, отпёр гараж, вернулся обратно. Грузовичок отказывался заводиться. Грязно понося автомобиль, тех, кто его собирал и тех, кто его продал Джошуа, водитель открыл капот, принялся искать неисправность. В небе закружились вертолёты. «Как близко! Меня ищут?!» - ужас пробрал его до печёнок. Он же виден как на ладони, белая приметная машина, и с места не сдвинуть, даже не затолкать. «Ну, давай же, давай, твою мать!» Рефрижератор завёлся. Джошуа кинулся за руль, газанул, грузовичок едва не влетел в стену гаража. Водитель вырвал ключ из замка зажигания, обессилено откинулся на спинку кресла. «Всё… Успокойся, мужик, возьми себя в руки. Они не тебя искали, просто отсюда всего два квартала до этой херни. Они около неё летали. Им не до тебя. Вставай, мужик, двигай домой. Запри гараж, открой холодильник, пусть проветрится. Что за гадость туда запихивали? А, не важно, меньше знаешь – крепче спишь. Главное, её выгрузили, пломба вон сорвана.»

Джошуа открыл рефрижератор.

- Э, что за дела? Что это ещё за хрень?!

- М-м-о-озги?..

Часть II. Глава 5

Глава 5

Уэст Фаг выбрался из служебного автомобиля около въезда на территорию четвёртого корпуса РЗ и махнул водителю, мол, езжай. Его уже ждали: сутулый седой мужчина с бледными практически бесцветными глазами в военной форме с нашивками майора, и второй – в белом медицинском халате, взъерошенный, подпёртый с двух сторон плечистыми Косильщиками.

- Дени! – осклабился Фаг, встретившись взглядом с гражданским.

- Я не знал! – взвизгнул тот.

Полковник с ходу влепил ему по морде.

- Как всё прошло? – невозмутимо спросил седой военный.

- Меня повысили, Метиас, - ответил Уэст. Его помощник изобразил удивление, подняв одну бровь. – Потом расскажу.

Полковник за грудки поднял Дени с земли.

- В следующий раз, Дени, спрашивай документы, - с вкрадчивыми интонациями мягко сказал Уэст и облизнулся.

- Д-да.. к-к-онечно… Я д-д-умал, это наш…

- И не думай. Просто выполняй приказы, - полковник отпустил его и даже расправил смятый халат. – Вытрись.

- Метиас, Косильщики держатся?

- Без особого напряжения. Стадо сытое, разбредается медленно. За оцепление никто не просочился.

Фаг глубоко втянул воздух носом, раздувая ноздри как хищный зверь.

- Как думаешь, хозяин далеко ушёл?

- Если не дурак, а до сего момента он себя таковым не выставлял, то далеко.

Полковник скрипнул зубами.

- Как некстати это всё. Особенно заседание совета Директоров. Оперативную информацию им, видите ли, подавай, как будто по телефону было нельзя, - проворчал он. Но, вспомнив о судьбе Оратора понял, что по телефону всё же нельзя. Да, время упущено, щенок, скорее всего, уже далеко, но пока оно того стоило. Язык всё ещё покалывали ощущения от свежего сильного мозга.

- Потери среди гражданских уже есть? – лениво осведомился он, рассматривая облака и крыши зданий.

- Пока парочка, - так же неторопливо ответствовал его помощник.

- Мне бы гончую…

Метиас пожал плечами.

- В чём проблема? Сделай.

- Из свежих у меня плохие получаются.

- А есть выбор?

Фаг посмотрел на часы. Тянуть дальше не было смысла.

- Метиас, сжимай кольцо. Загоняй их обратно, скоро должны строительные бригады подъехать. Надо же, стену додуматься взорвать…

- А ты?

- А я в небе покружусь, присмотрю за вами.

Фаг хлопнул помощника по плечу и ушёл искать труп.

Через полчаса он поднялся в воздух на чёрно-синей машине Косильщиков. Рядом на сиденье замер скелет, ещё покрытый свежей кровью.

- Надо вернуться, - вновь забубнил Андре, когда они, наконец, забрались под какой-то мост. Маленькая речка, запруженная пластиковыми бутылками, старыми покрышками и прочим мусором, тёкла в паре шагов от них. Над головой проносились машины и едва слышно ворковали голуби. Спутники парня поначалу не обращали внимания на его слова, считая это просто бредом вследствие шока, но и их терпение кончилось.

- Зачем? Мальчик мой милый, зачем? – гончая с болью в глазах заглядывала ему в лицо, оглаживала голову. – Успокойся, всё закончилось, мы в безопасности, никуда не нужно возвращаться.

- Зомби. Они разбрелись по городу. Их нужно остановить. Нельзя, чтобы здесь повторился Смоллтаун. Надо вернуться.

- Там Косильщики. Андре, хороший мой, милый мой, послушай, там Косильщики. Они со всем разберутся. Без тебя там всех найдут. Ты же не хочешь к ним в руки попасть. Не хочешь ведь?

- Ты же не видишь отсюда?! Нужно убедиться. Убедиться, что всё нормально. Я так не могу, нужно вернуться. – Андре оторвал Мэри от себя. – Джим, идём, мы возвращаемся.

- Не думаю, что это хорошая идея, - прогудел толстый зомби. – Я полностью солидарен с Мэри.

«Как не вовремя к нему ясность мышления вернулась!» - со злостью подумал Андре. - «Когда он соображает, им особо не покомандуешь.»

- Давайте хотя бы повыше поднимемся. Вы посмотрите, увидите сразу, всё там хорошо или нет! – взмолился парень.

Нехотя, не-мёртвые согласились.

Выбрались на улицу под косые взгляды прохожих.

- Ну, куда?

Парень заозирался. Надо что-то повыше и поближе к заводу.

- Как насчёт вон тех многоэтажек. Можно подняться по внешним лестницам, с балкона на балкон.

- Ну уж нет! – категорично отказалась Мэри, но, под молящим взглядом Андре сдалась. – Если только на лифте…

- Хорошо! На лифте, так на лифте! Тогда, Джим, ты подождёшь внизу, а мы поднимемся.

- Меня это вполне устраивает.

- Эх, тебя бы прикрыть чем-нибудь, так разгуливать опасно, ты слишком заметен.

- Это ты вовремя сообразил. Тебе предлагали остаться.

Андре смутился. «Как долго у него сознание держится. Обычно быстро перемыкало.»

- Идёмте скорее, - недовольно буркнул парень и поспешил вперёд.

Не-мёртвые всполошились ещё не доходя до зданий.

- Андре, там зомби, - Мэри тронула парня за плечо.

- Я же говорил! – он даже обрадовался. – Где?

- Во дворе за вон тем строением.

Превозмогая себя, Андре бросился бегом.

Четыре многоэтажки образовывали закрытый внутренний дворик. Первый этаж каждой занимали гаражи. Ворота одного были подняты. Штук десять зомби бродило по дворику, тыкаясь в стены, ещё столько же пробовало на прочность чёрные ходы в здания. Одна дверь практически поддалась. Страшно представить, что бы натворили мертвецы, если бы им удалось пробраться в многоэтажку. Андре застонал. «Хорошо хоть успел вовремя.»

«Слушать меня не хотели. А я как чувствовал.» Сил оставалось чуть-чуть. Руки дрожали, мир рябил, норовя вернуться к привычной цветовой гамме. Андре группами по пять загонял зомби в открытый гараж. Другого места, где их запереть, не было. Потом можно будет сообщить властям о их местонахождении. Конечно же, анонимно, с городского телефона. И спать со спокойной душой. Естественно, предварительно проверив местность около завода, вдруг ещё кто просочился.

«Так, все зомби в гараже. Как же его закрыть, чтобы не выбрались.» Зомби норовили выйти из гаража, удерживать всех разом Андре не мог, но, к счастью, это и не требовалось. Знай, заворачивай одних, потом других, потом третьих. Утомительно, но не смертельно.

- Джим, можешь мне помочь? – Андре полуобернулся назад, где у входа в подворотню стояли Джим с Мэри, приглядывая, чтобы его никто не заметил за таким необычным занятием. Гончая больше смотрела в небо, где нарезала круги тёмная оса вертолёта.

Большой Джим затопал к нему.

- Опусти ворота так, чтобы они не смогли выбраться.

Толстый зомби кивнул. Он подошёл к гаражу, отпихнул выползающих собратьев и с силой дёрнул за ставню. Скрипнули ролики, ворота скользнули как гильотина вниз, вонзившись в асфальт.

- Так нормально? – прогудел Джим.

Андре улыбнулся.

- Да, спасибо.

Широкое лицо зомби расплылось в ответной улыбке. Что-то странное с ним произошло после купания в чане. Андре не мог точно описать ощущения, но свободный зомби будто.. посвежел.

Гончая нервно процокала каблучками к ним.

- Закончили? Уходим скорее? – она постоянно смотрела вверх.

- Расслабься, Мэри, у тебя паранойя, - с досадой сказал Андре. «Такой момент испортила. Я впервые занялся полезной нужной работой, приложил свои силы в добром деле, а она… Опять куда-то бежать, прятаться. Даже не даст посмаковать успех.»

К удивлению парня, Джим тоже задрал голову к небу.

- Что там? – Андре проследил за их взглядами. Вертолёт, до того казавшийся насекомым, в лучшем случае птицей, практически камнем рухнул вниз. Винты едва справились с инерцией, когда полозья шваркнули об асфальт, дробя его и треская. Затихающая винтокрылая машина застыла, перегородив единственный выезд из внутреннего дворика на улицу.

Уэст Фаг проверил обойму пистолета и выпрыгнул наружу.

- Привет, террористы! - он широко и даже как-то радостно улыбнулся троице. - Всё-таки мне повезло. Теперь, малыш, ты живым от меня не уйдёшь.

Часть III. Глава 1

ЧАСТЬ III

Глава 1

Джил оторвалась от окуляров микроскопа, потёрла веки. «Домой пора, опять засиделась, трудоголик,» - она ласково пожурила себя. А потом увидела их, и не поверила глазам: чудится, что ли? Джил отперла магнитный замок двери и выскочила из бокса.

- П-простите, а в-вы к кому? – от волнения Джил даже заикаться начала. Все иные мысли мгновенно испарились, уступив место священному гневу. «Вы только поглядите на эту наглость! Идут, как к себе домой: без халатов, бахил, шапочек и масок! У нас тут лаборатория или что?!»

Четверо странных посетителей проигнорировали её вопрос, всё так же целеустремлённо шагая по коридору между стеклянными боксами различных секций.

- Вы комиссия? От какого департамента? Почему нас не предупреждали? – не унималась Джил, семеня за ними. А что ещё она могла сделать? Куда ей остановить непрошенных гостей. Один толстяк чего стоит: выше её на две головы, а объёмами весь проход занимает - широченная спина в оранжевом балахоне обзор закрывает начисто. И, похоже, цепи несёт, скрытые рукавами. И всё же ей удалось привлечь внимание неряшливо одетого мужчины, шедшего последним. Он обернулся, и, прищурившись, процедил:

- Отвали, детка!

Джил едва не отшатнулась. Ну и урод! Да и запахом изо рта это можно было назвать, только сильно преуменьшая. Зомби и те лучше пахнут!

- Если не хочешь, чтобы мы тебе что-нибудь повредили – забейся в какой-нибудь уголок и слушай, как ногти растут! – с гаденькой улыбочкой закончил вонючка. И сплюнул. Прямо на пол! Плюнул! В лаборатории! Джил задохнулась от возмущения.

- Да что вы себе позволяете?! Вон отсюда, немедля!

Вонючка сильно толкнул её в грудь. Ключ-карта вылетела из рук Джил, а она сама залетела в стеклянный бокс, распахнув спиной дверь. Дурнопахнущий мужчина вновь одарил Джил гнилозубой улыбкой и захлопнул створку. Она заколотила кулачками в прозрачную стену.

- Выпустите меня немедля! Что за самоуправство!

Но вонючка показал пальцем на ухо и виновато развёл руками, мол, не слышу. А потом беззвучно, для Джил, расхохотался. Она не выдержала и разрыдалась от обиды и унижения.

Андре, выглядывая из-за Джима, посмотрел на Али неодобрительно.

- Не, мужик, а чё? Ты сам сказал – что-нибудь придумай! Вот я и придумал! Или ты хочешь, чтобы эта сорока всем раззвонила, что мы тут? Пусть посидит, остынет, на обратном пути – отопрём.

Андре, хоть и глядел всё так же недовольно, спорить не стал.

- Андре, - гончая, с тревожным выражением глаз, попыталась привлечь внимание парня. Но тут Али протиснулся подмышкой у Джима, пролезая во главу их колонны, невежливо пододвинул Мэри в сторону и приобнял Андре за плечи.

- Братуха! – сказал он проникновенно, – Чё ты такой кислый? Вишь, как всё круто получается! Только чё мы мимо компов идём? Ты глянь, мужик, их тут в каждой стеклянной будке чуть ли не по два!

Нервное перенапряжение Али вылилось в какое-то неестественное безудержное веселье.

- И с каждого мы будем информацию собирать? – рационально возразил Андре. - Не проще ли зайти к начальству, куда всё стекается, и сразу взять готовенькое?

- А ты голова, братуха, голова! Нам нужен сервер! Ну, центральный компьютер. Вот за что я тебя люблю, так это за твои мозги! Правда, толстый? – Али захихикал и пихнул Большого Джима кулаком в живот. Тот слабо улыбнулся, не поддерживая, но и не возражая.

- Доктор Абрахам Филстоун, - вслух прочитал Али надпись на табличке у двери. – Ну нифига себе! Это и есть начальник, что ли?

- Андре! Тут… – с требовательными нотками в голосе начала Мэри, но её опять перебили.

- А разве есть ещё отдельные кабинеты? – прогудел насмешливо Джим.

- А ты не умничай, - начал бурчать Али, но под взглядом Андре умолк. – Молчу, мужик, молчу, чё ты сразу?

Парень проигнорировал его, обратившись к гончей.

- Мэри, ты всё сфотографировала?

- О, ты наконец-то обо мне вспомнил, - взгляд её прожигал, а речь сочилась ядом. – Всё сделала, хозяин, как ты приказал.

- Ну, Мэри, я же просто спросил, я всегда о тебе помню. Просто уточнил… А тот труп на столе в начале?

Гончая одарила его ещё одним выразительным взглядом.

- Во всех подробностях.

- Ты у меня молодец! – похвалил её Андре. Мэри старалась выглядеть недовольной, но глаза её подобрели.

- Так мы заходим, или ещё тут постоим? – проскрипела она. Такая неприкрытая лесть совершенно выбила из её головы мысль, что парня нужно предупредить.

Андре не обиделся на её ворчание, он просто открыл дверь и чуть поклонился, пропуская Мэри вперёд. Гончая, не сводя с него полного обожания взгляда, вошла. Парень шагнул следом и едва не бросился обратно, но за ним протискивался любопытный Али, а сзади подпирал Джим. Деваться было не куда. Мэри прижалась к стене рядом с входом, пытаясь влипнуть в неё, слиться, стать незаметной.

Сидевший за широким столом напротив входа элегантный мужчина поднял на них настороженный взгляд.

- Вы, собственно, к кому, молодые люди?

- Доктор Филстоун? – всё ещё надеясь, что это какой-нибудь лаборант, едва слышно спросил Андре.

- К вашим услугам. А в чём, собственно, дело? - он встал из-за стола. Самооценка Андре резко упала. Вот каким он хотел бы быть: дорогой костюм, на плечи небрежно наброшен лабораторный халат, жгучие чёрные волосы, аккуратная бородка клинышком, сильная аура уверенности. Наверняка любимец женщин. Казалось, прикажи доктор им выметаться, и никто не посмеет ослушаться.

- Хозяин… - рассохшейся веткой скрипнула гончая. Андре уже и так понял это по её реакции. Запоздало накатило чувство вины, ах, если бы он прислушался к ней, ведь Мэри дважды пыталась что-то ему сказать. Наверняка про то, что их ждёт впереди. «Опять этот Али, всем мозги заплёл. Но отступать поздно.» Андре принял решение. Он закатал по локоть рукава своей обычной клетчатой рубахи, такой блеклой, невзрачной, по сравнению с роскошной лазоревой сорочкой доктора, и приказал:

- Джим, держи его. Только на этот раз аккуратно!

Толстяк вышел из-за их спин, в два шага оказался рядом с Филстоуном и взял его за плечи. Доктор попробовал вырваться, но это было всё равно, что оказаться в объятьях каменной статуи.

- Так-так, - процедил Абрахам. – Кажется, я кое-что начинаю понимать.

Он быстро сунул руку в карман пиджака, вытащил пульт, и, до того, как Андре успел выхватить его из пальцев Филстоуна – нажал на единственную кнопку.

- Джим, держи его, пожалуйста, так, чтобы он и шевельнуться не мог, - холодно глядя в глаза толстяка, попросил парень. Пультик Андре сжал в кулаке и, поднатужившись, раздавил. Пока отряхивал ладони от осколков, кожа вернулась к нормальному цвету.

С виноватой миной Джим переместил руки ниже, зафиксировав доктора. Тот больше не пытался сопротивляться, наоборот, смотрел в слепые глаза толстяка спокойно и насмешливо.

- Мэри, запри дверь. Али, за компьютер. Найди мне всё, что нужно, - скомандовал Андре.

- Собственно, в этом уже нет смысла, - сказал Филстоун. – Через минут пять здесь будет отряд Косильщиков, во главе с полковником Фагом, и вам конец.

- Это потому что ты нажал там что-то? – нахмурился Андре.

- Молодец, сообразительный, - Абрахам не мог посмотреть на него, Джим зафиксировал его лицом к себе, но полуобернулся насколько смог. – Сигнал отсюда пошёл на пульт охраны, а дальше – куда следует.

- А дальше, мужик, он никуда не пошёл! – победно осклабился Али. – Я вашу охранную систему хакнул как нефиг делать! Так что не жди кавалерии, помощь не придёт!

И он сплюнул. Доктор этого не увидел, но услышал и едва заметно поморщился.

- К тому же, - добавил от себя Андре. – Что нам твой Фаг? Напугал, ой напугал. Во-первых, он уже Косильщиками не командует – что, новостей не смотришь? Он теперь людям мозги засирает. Ну да ничего, я его на чистую воду выведу… А во-вторых, пока он в силе был – и то сделать ничего со мной не смог! Бывал я уже в его поганых лапах – и что?! Вот он я – живой здоровый!

- Как любопытно, - елейным голосом пропел Филстоун. – Собственно, вы крутые ребята, я смотрю. Зомби, гончая, хозяин и человек. И что вы, собственно, у меня забыли?

- «Грис» нас заинтересовал, - Андре уселся на стол. - Джим, разверни его ко мне, надоело с затылком разговаривать.

Толстяк быстро крутанул доктора и вновь сомкнул ладони чуть пониже локтей Филстоуна.

- Может, вы нам всё расскажете, и не будет тратить ни моё, ни ваше время?

Абрахам только рассмеялся над таким наивным предложением.

- Мы никого не тронем, - продолжал увещевать парень. – Ничего не сломаем, вы нам просто расскажите и мы уйдём.

- Вот так просто уйдёте? Такие крутые ребята, а, собственно, сделать ничего не можете?

- Можем. Но если получится проще, зачем напрягаться?

- Извините, молодой человек, не знаю вашего имени… - Андре не поддался на уловку, - кхм, так вот, собственно, извините, но вам придётся самому до всего докапываться. Помогать вам я не собираюсь.

- Жаль…

- Забей, братуха, - встрял Али. – По-любому нам доказательства нужны! Диктофона мы не взяли, ну и чё бы он рассказал? Это были бы наши слова, никаких фактов. А щас качнём инфу, выкинем в Паутину – и прощай Корпорация! Даже нашему толстячку руки марать не придётся. Их же люди сами на клочки разорвут, как только правду узнают.

- Какую правду? Какие люди? – прищурился Филстоун. – Ты кому что рассказывать собрался, червяк? А ты, ренегат, против своих же пошёл?!

- Это он о ком, братуха? О тебе, что ль?

- Не отвлекайся, Али, - Андре нахмурился, – давай поскорее, а?

- Не, мужик, ты уж объясни!

- Потом, Али, потом, сейчас не время, - парень умоляюще посмотрел на него. Али сплюнул и вернулся к созерцанию монитора.

Абрахам тихо рассмеялся. Голос у него был красивый, хорошо поставленный. Андре снова ощутил укол ревности. «Я в сравнении с ним, как гадкий утёнок с лебедем.» Он отвернулся, чтобы не видеть этого насмешливого взгляда.

- Андре… - тихо позвал Джим. Парень сразу даже не обратил внимания.

- Андре… - снова простонал толстяк. Андре обернулся. Руки Большого Джима безвольно висели вдоль тела, а лицо исказилось болью. Филстоун улыбался всё шире и шире. Свободный зомби с мучительным стоном брякнулся на колени за его спиной.

- Мэри! Что происходит?! – Андре не знал, что делать.

- Я не понимаю! – с отчаяньем в голосе крикнула гончая. – Он как-то подчиняет Джима!

Парень взглянул по-другому. От синего зомби к зелёному облаку тянулись тонкие нити, будто аура Джима курилась лёгкими дымками. Синие щупальца приближались к доктору, и Андре не хотелось бы увидеть, что будет, если они коснутся его. Парень не раз «дёргал за поводки», чтобы представлять, чем всё закончится: Джим раскатает их в кровавый блин. Андре придумал единственный способ помешать этому: он дал доктору Филстоуну в зубы. Парень даже получил удовольствие. Он так желал, чтобы появилась причина подпортить это холёноё лицо. Андре ударил ещё раз, отшвырнув Абрахама на Джима. «Господи Иисусе! Они соприкоснулись! Я сам ему помог!» - с ужасом осознал парень.

К счастью, удары сбили концентрацию доктора, и о захвате Джима он уже не помышлял. А потом зомби сдавил его в объятьях так, что захрустели рёбра, и стало трудно дышать. Филстоуну никак не удавалось сосредоточиться.

Андре перевёл дух.

- Али, ну, как дела?

- Щас, щас… - забормотал тот. Перед ним на мониторе висела табличка с двумя полями для заполнения.

- Опять эти твои «логан и пасс»?

- Не «логан», а логин… - рассеянно поправил Али. – Логин тут был, этот хмырь один компом пользуется, а вот пароль не остался…

Доктор натужно рассмеялся.

- Ну и хакер! - прокашлял он. – Собственно, должен тебе сказать, что путём перебора пароль тебе не подобрать. Моя система тут же распознает подобную программу и вообще заблокирует доступ.

Али посмотрел на него со злобой, чем вызвал ещё один приступ кашляющего смеха.

- Значит, ты нам его скажешь! – рявкнул Андре.

Это снова развеселило Филстоуна.

- А если нет, тогда, собственно, что? Опять ударишь? Пока твоя кукла меня держит, чтобы я не мог ответить? Ну давай, бей! Бей!

Кожа Андре побледнела ещё сильнее, приобретя землисто-зеленоватый оттенок, зрачки расшились, заполнив всю радужку. Он был зол. Дьявольски зол. «Почему каждый встречный хозяин умудряется меня унизить?! Каждый показывает, какой я слабак! У меня же свободный зомби! Козырная карта! А одного она бить отказывается, другой её чуть себе не захапал! Что за ерунда?!»

- Али. Ты. Точно. Не. Можешь. Взломать. Пароль? – цедя каждое слово, не оборачиваясь, спросил он.

Али хотел было соврать, но что-то заставило его передумать. Может быть, странно напряжённая спина парня, а может быть, длинные чёрные когти, вдруг обнаруженные на руке Андре. Али их раньше как-то не замечал.

- Н-нет, - признавая свою несостоятельность, ответил он.

Андре зарычал, заставив Али подпрыгнуть от неожиданности.

- Джим. Держи. Его. Крепче, – приказал парень, кинулся на Филстоуна, вцепился в его голову когтями и надкусил макушку.

- Твою мать, мужик! Ты чё творишь?! – Али упал вместе со стулом, пополз на заднице, ноги путались, под них попадали то ножка стула, то ведро для бумаг. Ему никак не удавалось встать.

Слёзы кончились, и волей-неволей Джил перестала реветь. Всё ещё хлюпая носом, она заставила себя думать о том, как выбраться из бокса. Ключ, её ключ к свободе, был совсем рядом, в каких-то пяти дюймах. За прочной прозрачной дверью. Джил ещё раз всхлипнула, громко шмыгнула носом и отвернулась от него. Чуда не произойдёт, он не переместится сюда, значит нужно придумать, как выбраться. «Должен быть запасной. Доктор Филстоун приказывал всем держать запасные, по одной копии внутри каждого бокса. Но кто слушал этого мудрого человека?» Она зашарила по ящикам стола. «Пусть мне хоть в этом повезёт!» Джил радостно вскрикнула, когда под кипой старых отчётов обнаружилась тонкая пластинка магнитной карточки. Она кинулась с ней к двери, дрожащими руками приложила к бледно-жёлтому кружку у ручки… Что-то пискнуло, Джил потянула дверь на себя – удачно! Она на свободе.

За её спиной снова сработал магнитный замок. Вот тебе и меры безопасности, всё сделано для того, чтобы объекты исследований из боксов не вырвались, но кто ж думал, что и тебя самого могут внутри запереть без ключа. И всё же Джил повезло, что она оказалась там одна, а не с каким-нибудь зомби. «Куда эти типы делись? О мой бог, там же ещё доктор Филстоун! Только бы они не добрались до этого чуткого, чистого человека!»

Джил подбежала к двери кабинета, подёргала за ручку. Заперто. Она постучала.

- Доктор Филстоун! Абрахам! Вы там? С вами всё в порядке? – закричала Джил на всякий случай. Нет ответа. Она прислушалась. Вроде разговаривает кто-то.

- Доктор Филстоун! Доктор Филстоун! – она снова принялась стучать и дёргать ручку.

Андре обернулся, чем вызвал у Али ещё один приступ ужаса. Парня покачивало. Он прикрыл глаза, застыв в неподвижности. Красная капля стекла с подбородка, разбившись о воротник рубашки.

- Али, - не открывая глаз, сказал Андре. – Вводи пароль: Прометей.

Мужчина сглотнул, бочком подобрался к компьютеру. Застучал клавишами.

- Отказ…

- С большой буквы.

- Есть! Круто! А.. как… как ты узнал?.. Мужик, чё ты ваще такое сделал?.. Братуха, как же так?..

- Вот так, - виновато улыбнулся Андре. – Я же тебе говорил, что могу «взламывать людей»…

- Жуть…

Парень погрустнел.

- Ищи, пожалуйста, информацию о «Грисе», его производстве, способах получения, эффектах…

- Да, да, сейчас, - заторопился Али, поднял стул с пола, подключил флешку и начал рыться по папкам и дискам в компьютере.

- Джим, можешь отпустить доктора.

- Он дышит ещё, - прогудел толстяк.

- Плевать, - устало отмахнулся Андре.

Мэри подошла к нему, достала платочек, принялась вытирать ему рот, подборок, шею. Эта забота была так трогательна – Андре слабо улыбнулся.

Али следил за ними краем глаза. Пока пальцы порхали над клавиатурой, мысли были не о том. А об этих незнакомых знакомых. То, что с ними не всё в порядке, Али понимал и раньше. Он же не идиот. Но кто сейчас нормальный в нашем сумасшедшем мире? Али счёл за лучшее не расспрашивать особо, довольствовался тем, что рассказали. И пусть Андре в их беседах делал туманные намёки, но что б такое? Такое Али и в страшном сне не приснилось бы. «Андре же башку этому хрену прокусил! Твою мать, мужик, в какое дерьмо ты вляпался! А если ты найдёшь, что он просит, и тебя так же, хрум, и подыхай на полу с растёкшимися мозгами! Хрен их как-то назвал… Зомби, хозяин, какая-то собака и человек. Человек это я, по-любому, а они, получается, нет? Кто из них кто? Зомби – это скорее всего Андре, хозяин, получается, самый здоровый, вечно мебелью прикидывающийся. Как он тому охраннику башку смял! И притворился что нечаянно. Вегетарианец, твою мать, буддист… Ага, как же… Или наоборот? Андре вроде заводила, всех подначивает… Но почему тогда толстячок-зомби мозги не ест, а парень-не-зомби – ест? Но тётка по-любому собака: всё про всех знает, насквозь видит, будто чует. Мать, мать, мать, мужик, ну как же тебя так угораздило, жил бы да жил спокойно! Позарился не пойми на что! Успех, понты! Я великий хакер, твою мать! Бабло рекой… И где всё?! Вместо чистого дельца – зашли, скачали инфу, ушли – мокруха сплошная… А что.. что если они тут меня кинут? Подставят?..»

- Андре.. братуха.. – тихо позвал он. Парень обернулся. А с ним эта жуткая тётка. Лицо постоянно скрыто вуалью, но Али не покидала мысль, что оттуда на него голый череп скалится. – Андре, а что со мной будет?

- В смысле?

Мужчина замялся.

- Вы меня тут оставите, да? Хорошо. Только не убивайте, а? Мужик, ну я же тебе помог, не мочи меня, пожалуйста!

- Али, Али, что ты говоришь такое! Никто тебя не собирается убивать! Ты наш друг, ты нас практически спас, помог.. всем… Прекрати! Это, - палец Андре указал на редкодышащего доктора, всё никак не желающего умирать, - враг. Враг и тебе, и мне, и Джиму с Мэри. Если бы не я, он бы подчинил Джима и тогда всё! Всем конец! А другого способа узнать пароль не было, я же спросил тебя! Пойми, Али, у меня не было выбора. Иначе что же, мы зря сюда пришли, ты зря всю работу проделал: вход взламывал, охранную систему?..

- Братуха, это да, но… Ты.. ты даже на такое готов пойти, чтобы своей цели добиться?

- Да, Али, да! – горячо ответил Андре. – Это достойная цель, чтобы не жалеть для неё любые средства! Я же не для себя стараюсь, я же тебе всё рассказывал, объяснял… Али, ты не думай ерунды, ты с нами. Ты ведь с нами?

- Конечно, мужик, я с вами, о чём базар! – сейчас Али был готов согласиться на что угодно.

- Вот и славно! – тень покинула лицо парня. – Как там у тебя успехи? Нашёл что?

- Да, кой-чё нарыл. Ща, погодь, в других папках гляну.

Когда Али уже убедился, что больше ничего по «Грису» в компьютере доктора Филстоуна нет, он заметил интересную папочку. Быстро стрельнул глазами в спутников. «Заняты собой, тётка что-то тихо парню втолковывает, успокаивает, поди, толстяку, как обычно, всё до лампочки. Посмотрим, что там у нас… О, твою мать! Номера счетов, кошельков, вся бухгалтерия! Это я удачно зашёл! Так, соединение с Паутиной… Твою мать! Нужны ключи! Длинные какие.. не подобрать… Понадеемся на чайников…» Али снова зашарил по жёсткому диску, ища файлик с ключами. Обычная практика в компаниях и офисах: все пароли и ключи не запомнишь, вот и записывают. Несмотря на предупреждение системных администраторов. «Есть! А теперь перекинем себе немножко, типа бонус за старания. И ещё за нервное перенапряжение… Физический и моральный ущерб… Да и для этих, а то я их кормлю, пою… Кстати, вот прикол, только ща допёрло, я ж не видел, чтобы тётка с толстяком ели, только парень… Ну дела.. А, какая нахрен разница теперь…» Он посмотрел на свой счёт, приятно округлившийся до шестизначной цифры. «Ладно, пожалуй, хватит… Хотя, у них там много ещё осталось, ещё пару тысчёнок и всё. Вот теперь всё. Ну всё, твою мать, хватит, запалят!»

- Али! – напомнил о деле Андре.

- Чё! – ушедший в себя мужчина опять подскочил, как ужаленный. – Всё, всё, закончил я.

Парень посмотрел на него удивлённо.

- Всё, братуха, валим!

Он выдернул флешку, смахнул монитор на пол, разбивая, поддал ногой системному блоку, попробовал порвать провода, но не хватило сил.

- Чтобы труднее было нас вычислить! – объяснил Али.

Андре посмотрел на него с уважением, тётка – со скепсисом. Кажется. «Из-за этой вуали хрен разберёшь.»

Вылетая из кабинета, едва не зашибли «лабораторную мышку».

- Стойте! Я полицию вызову! – закричала им в спину Джил, досадуя, что не сообразила этого раньше. Но ещё успеется, первым делом надо проверить как там дорогой доктор Филстоун. Джил вошла в кабинет, увидела тело в углу, и ей стало дурно. Ноги подкосились, и девушка сползла по стенке. Слёзы снова брызнули из глаз. Сотрясаемая рыданиями, Джил подползла ближе к своему Абрахаму. Она боготворила этого мужчину, и вот он лежит окровавленный, с проломленным черепом, её кумир, идеал, сломанный, раздавленный. Джил не хотела в это верить. Она едва не закричала от счастья, заметив, что его грудь всё ещё колышется. Еле-еле и с огромными паузами, но Филстоун дышал. Снова потоки слёз, теперь уже радости. Её Абрахам подробно рассказал девушке, что делать в таком случае.

Вряд ли Джил смогла бы объяснить, как она дотащила тело мужчины, крупнее её самой, до нужного бокса. Появились вдруг силы и всё. На операционный стол положить всё же не смогла, поэтому делала всё на полу, ползая вокруг своего Абрахама на коленях.

Джил достала из спецсейфа загодя приготовленный её Абрахамом прозрачный эластичный сосуд, будто очень толстый полиэтилен, в нём чуть-чуть переливалась гелеобразная темно-серая масса. От неё шли стеклянные трубочки с иглами на концах. Джил сняла с них колпачки, воткнула иглы в остатки мозга доктора, затолкала в дыру в черепе комок сосуда, прикрыла сверху металлической пластиной, залила медицинским клеем. И только тогда позволила себе вновь заплакать.

Абрахам дышал всё так же редко, Джил не видела изменений. «Он умирает! О мой бог, я неумеха, доктор Филстоун положился на меня, а я… Мой Абрахам надеялся, что в трудную минуту я ему помогу, а я… Но я же сделала всё, как он сказал! Почему же ничего не происходит!» Ей казалось, что она сейчас сойдёт с ума.

Доктор Филстоун открыл один глаз. Сфокусировался на утирающей красный носик Джил и улыбнулся уголком рта. Протянул к ней левую руку. Джил сразу всё поняла и разревелась ещё сильней.

Часть III. Глава 2

Глава 2

Винты замедляли ход, больше не теребя волосы собравшихся в маленьком дворике.

Что сказал Фаг ранее, Андре не услышал из-за шума, но эффектное появление того напугало парня до слабости в коленках.

- Джим, убей его! – взвизгнул он.

- В смысле? – чёрные брови зомби сомкнулись.

- Убей его! Раздави, переломай все кости!

- Андре, с тобой всё в порядке? – участливо поинтересовался Большой Джим. – Что за тон? Я тебе кто – наёмный убийца?

Парень затравленно посмотрел на него. «Нашёл время! Что он так долго в сознании?»

- Джим, у него есть мозги! Ты же хочешь мозгов?

- Да нет, вообще-то. С чего бы вдруг у меня такое желание появилось? Андре, ты заболел?

- Джим, ну убей его, пожалуйста, тебе что, сложно?

- Андре! – возмущению Большого Джима не было предела. - Я не собираюсь никого убивать! Прекрати эти глупости. Я уверен, любую проблему можно решить мирным путём. Давайте поговорим, всё обсудим.

Фаг засмеялся.

- Что, малыш, что-то пошло не так? – с притворным сочувствием спросил он.

- Сэр, не знаю вашего имени, - обратился к нему Большой Джим, - не могли бы вы убрать пистолет. Вид оружия негативно сказывается на душевном состоянии этого молодого человека. Думаю, ни вам, ни мне не хотелось бы стать свидетелем неадекватного обострения.

- Заткнись, мертвяк, - презрительно бросил Фаг.

- Это неправильное поведение и неправильные речи, сэр, - в голосе толстяка появились угрожающие нотки.

Полковник скривил губы, вскинул пистолет и спустил курок.

Андре плюхнулся на корточки, закрывая голову руками, как будто это могло помочь.

Пуля срикошетила от звеньев цепи и свечой ушла в небо. Эхо выстрела заметалось по внутреннему дворику, вспугнув голубей с крыш многоэтажек. Птицы замельтешили в небе цвета морской волны, как закрученные ураганом листья.

Джим отнял от лица руки.

- Не надо, я прошу вас.

Фаг снова выстрелил в него, и опять зомби успел заслонить голову. Уэст придержал пистолет второй рукой, тщательнее прицеливаясь. Он был уверен, что сумеет загнать пулю между цепями.

«Я один, и ни от кого помощи не дождаться. Проклятье! Джим, я на тебя так надеялся, а ты, даже когда тебя расстреливают, не способен дать сдачи!» Андре поборол страх. Оскалился, ощетинился, мышцы налились силой, ногти почернели и удлинились. Парень рванул с низкого старта, с полуприседа, врезался в полковника, опрокидывая. Выстрел ушёл в молоко, добавив голубям суматохи.

Они покатились по асфальту. Андре царапался, пытался укусить, что-то бессвязно рыча. Фаг без труда перехватил его руки, врезал лбом в лицо, перевернулся, оказавшись сверху. Парень саданул коленом в пах, полковник откатился, прижимая руку к промежности, Андре пополз в противоположную сторону на четвереньках. Фаг оказался на ногах первым. В один прыжок подскочив к парню, он врезал ему мыском ботинка под рёбра. Андре задохнулся от боли, сжавшись в позе эмбриона.

Уэст огляделся. Отлетевший пистолет валялся около зомби и гончей, но те и не пробовали его поднять. Не-мёртвые как загипнотизированные смотрели на потасовку хозяев. Если Фаг двинется к ним, они наверняка очнутся. Он мысленно подозвал свою гончую. Повинуясь команде, скелет подбежал и развернулся спиной к полковнику. Тот схватил его за позвоночник и рванул. Кости рассыпались, оставив в руке Фага трость позвонков с набалдашником черепа. Уэст долго дыхнул на них. Зеленоватое облачко пара, вылетевшее изо рта полковника, окутало останки гончей и впиталось внутрь костей. Хребет оплыл, стирая зазоры меж позвонками, а череп растянулся в стороны, принимая вид оголовка молота. Фаг взмахнул им, пробуя, и двинулся к Андре.

- Как ты вообще, щенок, до такого додумался? - с растянутыми в резиновой улыбке губами спросил он. – Как ты посмел меня ослушаться?

Полковник обрушил костяной молот на парня. В последний момент тот успел перекатиться в сторону, и череп ударил в асфальт, оставляя овальную выемку в паутине трещин.

- Джим! Фаг его убьёт! – отчаянно закричала Мэри. – Спаси его!

- Опять, - проворчал толстяк. – Только из одной передряги выбрались, и он снова во что-то влип. Помнишь, чем в прошлый раз моё вмешательство закончилось?

- Но Джим! Я прошу тебя! Это я, Фиби, я умоляю тебя спасти Андре!

Свободный зомби посмотрел на неё внимательным взглядом пустых белых глаз.

- Ты не Фиби. Не держи меня за дурака.

Его лицо приобрело разочарованное выражение, он перевёл взгляд на хозяев. Нахмурился.

- Нельзя так с детьми, - Джим сжал кулаки и сделал шаг к сражающимся.

- Как ты осмелился обокрасть меня? – ещё удар и снова мимо. Будто вертлявый таракан от тапки уворачивается. Это безумно раздражало Фага. «Он ещё и сопротивляется!» Удары пошли чаще.

- Как ты дошёл до предательства своих? Почему стал якшаться с трупами? Что ты вертишься всё! Хотя бы сдохни достойно!

Полковник наступил ногой на грудь Андре, прижав к асфальту. Парень жалобно застонал, закрываясь ладонями. Фаг размахнулся.

- Ты позор всех хозяев, червяк, недостойный…

Джим хотел его просто отодвинуть. Деликатно отстранить. Полковник улетел на два метра в сторону, неловко ударился спиной о ворота гаража и брякнулся на асфальт, крепко приложившись локтём. После чего Фаг не преминул высказать о зомби в целом и о Джиме в частности всё, что думает, включая сексуальные отношения не-мёртвых с собственными предками.

- Простите.. – прошлёпал непослушными губами зомби, всей душой страдая от своего поступка. Теперь оба хозяина оказались на земле. Джим пару секунд терзался, кому же из них помогать. Андре он знал дольше, но в падении военного он виноват непосредственно, и должен как-то загладить вину. Конечно, тот в него стрелял, но нельзя же злом на зло отвечать. Это только множит несправедливость в мире. Но мужчина так неправильно обходился с парнем. Пожалуй, с него хватит и извинений Джима. Толстяк наклонился к Андре.

- Пожалуйста, не надо! – с отчаянным страхом в голосе закричал тот, не видя, кто пытается его поднять. Время объяснений наступит потом, сейчас нужно уходить. Большой Джим сокрушённо вздохнул и забросил вырывающегося Андре на плечо. Парень с размаху хлопнулся лбом об лопатку зомби и затих.

Видя произошедшее с начальником, пилот вертолёта запустил двигатели. С нарастающим гулом винты принялись набирать обороты. Сосредоточенно нахмурив брови, свободный зомби двинулся на шум. Мэри засеменила следом, стараясь держаться так, чтобы между ней и Фагом находился Джим. Она даже виновато посмотрела на своего бывшего начальника, но получила в ответ лишь заряд злобы и ненависти. Уэст её не простит и не поймёт. Уже никогда. «Сама всё испортила. Осталась бы с ним, может, всё и образовалось, может, Фаг и не стал бы менять меня на живую. Напридумывала, поддалась сиюминутному порыву…» Гончая отвела взгляд от Фага, посмотрев на болтающегося Андре. Кажется, мальчик потерял сознание. Расслабленное его лицо, с закрытыми глазами, казалось таким трогательно отрешённым, как у вдохновенного поэта, ведущего неслышный диалог со своей музой. Короткие волосы прилипли ко лбу, блестевшему от капелек пота, ещё сильнее придавая ему вид болезненного романтика. Именно того типа мужчин, что сводили с ума Мэри. «Нет, я не жалею, что поменяла одного хозяина на другого. Андре такое чудо, он так красив… Я хочу быть только с ним, только ради встречи с ним я и существовала.» Преисполнившись отваги, Мэри даже догнала Джима и зацокала каблуками отставая от зомби всего на шаг. Ветер, поднятый вертолётом, толкал в грудь. Лицо её Андре качалось совсем рядом, гончая беззастенчиво разглядывала его, впитывая каждую чёрточку, каждую родинку, каждую морщинку и никак не могла наглядеться.

Большой Джим и не подумал остановиться или пригнуться, когда на его пути оказался хвост вертолёта. Он просто протянул вперёд руку, как человек, в полной темноте пробирающийся по собственной квартире. Вроде знает, что сейчас должна быть стена, но не видит и загодя выставляет руку, чтобы не налететь.

Свободный зомби как тараном ударил рукой в хвостовую часть вертушки. Вертолёт покачнулся, но устоял. Джим нахмурился ещё сильнее, морщина меж бровями разрубила лоб, зомби шагнул вперёд, толкая перед собой машину. Истошно заскрипели сдвигаемые полозья, лопасти врезались в угол дома, взвизгнули, плюясь кирпичной крошкой, вертолёт затрясся, взвыл аварийной сигнализацией.

Мэри прижалась к Джиму, а тот ещё подтолкнул хвост винтокрылой машины, освобождая проход. Не-мёртвые вырвались из междомового закутка на свободу улицы, подгоняемые затухающим ураганом. За их спинами в тесноте каменных стен бился стальной шмель, ломая себе крылья.

Небо приняло цвет червлёного серебра. Но с наступлением ночи город не замер, наоборот, казалось, что он только теперь начинает оживать, как заполняется насекомыми грязная кухня, стоит только выключить свет. Когда они ехали к корпусу РЗ на рефрижераторе, Мэри любовалось столицей. Низкие одно- двухэтажные домики за жестяными заборами, изъеденными ржавчиной, не казались ей чем-то пугающим. Рощицы многоэтажек виделись обыденными. И как всё изменилось сейчас, в свечении реклам, в ореолах горящих окон, в резких звуках, не замечаемых днём. Высотные дома нависли мрачными великанами, невысокие – ещё больше прижались к земле и следили за ними напряжёнными взглядами давно не мытых окон. За ними слышались крики, ругань, детский плачь, и голоса телеэфира. Голубое, фиолетовое, синее, перемежаемое всполохами всех цветов свечение изливалось из каждого второго окна. Дворы превратились в первобытные пещеры, переулки – в мрачные каньоны, освещаемые кострами, бьющимися в жестяных стенках мусорных баков. Около них сгрудились мужчины и женщины, в тряпье, не по погоде тепло одетые. Они провожали Мэри и бредущего за ней Джима настороженными взглядами вспугнутых крыс.

Гончей невольно пришлось взять на себя роль проводника. Нет, она не знала Кэпиталсити лучше Джима, но она, по крайней мере, видела реальные границы предметов, не тыкалась, как слепой котёнок в углы, не запиналась о бордюры, не налетала на турникеты. Свободный зомби безропотно принял её главенство, но Мэри это не радовало. Она завидовала Джиму, он-то не видит всего этого страха! Будь воля гончей, она б забилась в какой-нибудь уголок, подвал, яму, и сидела, неподвижная, даже глаза бы закрыла, будто это могло скрыть не только страшный мир от неё, но и её от мира. Но нельзя. На плече зомби покоится смысл её существования, она должна, как бы ни было страшно, найти безопасное место, где милый Андре сможет отдохнуть, прийти в себя. И потому Мэри шла, ведя за собой толстяка с бесценной ношей. Шла мимо откровенно одетых, кричаще размалёванных девиц, скрывающих под цинизмом и развязностью затаённый испуг. Мимо собирающихся на перекрёстках, под редкими фонарями, перекаченных парней, смердящих дешёвой выпивкой, потом и похотью. Стаи шакалов, пытавшиеся численностью и алкоголем возбудить в себе смелость. Мимо непонятных одиночек, кого-то поджидающих в подворотнях, иногда к ним подходили другие, что-то отдавали, что-то получали и застывали рядом, с замыленными глазами. Мимо дряхлых стариков со взглядами битых жизнью грызунов, опасающихся каждого незнакомого. В глазах встречных страх прятался где-то глубоко, на самом дне, на мгновение высовываясь и снова прячась.

Мэри не закрывала глаза, она смотрела внимательно, запоминая. Она вела Джима в тенях, избегая открытых мест, подчиняясь царящим здесь законам. Здесь все так двигались, словно боялись привлечь к себе лишнее внимание. Сначала гончая думала, что причина испуга людей – это они, но нет. Все чего-то напряжённо ждали. Атмосфера неявного ужаса давила на хрупкую гончую. Мэри понимала, ещё немного – и она поддастся всеобщему настрою.

Гончая остановилась. Зомби послушно замер за ней, беззвучная громада.

- Я так больше не могу, Джим, - в отчаянье прошептала Мэри, готовая искать поддержки у кого угодно, даже у бездумного гниющего куска мяса, каким ей казался свободный зомби. – Все эти улицы.. Они кажутся мне одинаковыми… Я боюсь, что мы ходим по кругу, что мы вернёмся обратно к поджидающему нас Фагу. Он наверняка где-то притаился, засел как гриф на единственном дереве в пустыне и ждёт, пока путник окочурится от жажды! Этот странный город.. Он не спит, Джим! Ты понимаешь?! Я ведь никогда не выходила из конторы с тех пор, как стала гончей! Понимаешь?! – никогда! Ты идёшь за мной, молчишь, ни упрёка, ни поощрения, будто тебе всё равно! Андре никак не приходит в себя! Джим, ну что ты молчишь?!

Пустые глаза зомби казались матовыми алебастровыми шариками.

- Я в тебя верю, Мэри, - наконец изрёк он.

Гончая всплеснула руками.

- Веришь?! Ты всему веришь, Джим! И во всё! Умирая, ты веришь, что дальше что-то будет! Когда в тебя стреляют – ты веришь, что можно уладить всё мирным путём! Оказавшись в незнакомом городе, веришь, что сможешь найти пристанище! Оглянись вокруг! Здесь никто никому не доверяет, никто никому руки не подаст. Люди отстраняются от нас, не потому что мы не-мёртвые, они этого даже не понимают, люди просто видят в нас чужаков!

Большой Джим не реагировал на её слова, внимательно слушая. Мэри хотела сказать что-то ещё, но, не видя результата, нервозно заломила руки, ещё раз оглянулась по сторонам, выбирая, куда идти дальше. И, ничего не решив, опустилась на каменные ступени крыльца ближайшего дома. Ругаясь, Мэри не заметила, что все обитатели улиц куда-то исчезли, дороги опустели, и, хотя вдалеке отчётливо слышались машины и шумы проходящей электрички, этот район будто вымер.

- Да, Мэри, я верю, - густой бас свободного зомби теперь разносился далеко во все стороны. – И моя вера вознаграждается. Действительно, когда я умирал, я верил, что Будда не оставит меня, его учением останется путеводителем для меня и дальше. И вот он я, хожу, разговариваю, думаю. Пусть кожа синюшная, нет пульса и мир какой-то странный, но разве это определяющие свойства бытия? Я не могу сказать, что раньше я был более жив, чем сейчас, и что сейчас я более мёртв, чем тогда. И что до смерти я видел окружающее в настоящих цветах. Может быть, именно теперь я вижу предметы явственно. Я ведь вижу всё насквозь, мысль проникает в самую суть, передо мной не вещи – передо мной идеи этих вещей, идеальные и не осязаемые. Я не стал изменять себе и в новой не-жизни. Ты вспомнила про стрелявшего в меня военного? Так вспомни, что вновь вера в разрешение конфликта без жертв дала свой результат. Никто же не пострадал! Почти… По крайней мере, без смертельных исходов. И в тебя верю и в этот город. Мэри…

- Э, мужик, чё разорался-то?

Из двери высунулась нечёсаная сальная голова, быстро огляделась по сторонам.

- Твою мать, толстячок, ты б выяснял отношения со своей тёлкой где-нибудь в другом месте, а? Чё прям под моей дверью-то?

- А что случилось? – Джим нахмурился.

- Ты откуда такой свалился? Время детское! Комендантский час уже минут десять как идёт. Самое время забиться куда-нибудь и слушать, как ногти растут!

- Я прошу прощения, но мы останемся здесь, пока не решим все возникшие вопросы.

Неопрятного вида молодой мужчина снова выругался.

- Мужик, тебе чё, сложно? Ну уйди, а?

Джим долго молчал.

- Мы не уйдём, - сказал он твёрдо. – Но, если вам так необходимо, чтобы мы не привлекали внимание – пустите нас внутрь. Мы продолжим спор в ваших стенах, и снаружи слышно не будет.

Хозяин дома снова заозирался, ища кого-то глазами на опустевшей улице.

- Валите, а? Пока живы… – и он захлопнул дверь.

Джим невозмутимо пожал плечами и продолжил нарочито громко.

- Так вот. Мэри, ты недооцениваешь людей. Я верю - в душе каждого из них присутствует любовь к ближнему. Нужно только дать им шанс раскрыться.

- Твою мать! – грязная башка снова оказалась на улице. – Ты можешь хотя бы ладонью прикрыть свою гуделку?! Мычишь тут как бизон при случке!

- Что-нибудь ещё? – Джима было не пробить.

- Да, твою мать! – рявкнул неопрятный мужчина. – Заходите, чтоб вам пусто было…

И он распахнул дверь.

Джим перевёл слепой взгляд пустых глаз на гончую.

- Видишь, и эта моя вера оправдалась.

Дом изнутри был заполнен пыльной тьмой. Только из-под дальней двери сочился бледный свет. Скрипя половицами, Джим прошёл в глубь, за ним юркнула Мэри. Неопрятный мужчина, ещё раз проверив улицу, закрыл дверь и долго бренчал цепочками и замками.

- Свет включать не буду, сами понимаете, - шепнул он. Гончая на всякий случай кивнула. Оно и к лучшему, не зачем мужчине видеть их.

- А с этим чё? Передоз? – хозяин дома кивнул на Андре.

- Нет, переутомился! – яростно вступилась за парня гончая.

- Ну я и говорю – передоз, - буркнул тот. – Вам сюда!

Он указал на узкую дверь. Мэри открыла её, скептично посмотрела на старую швабру, покорёженной ведро, пыль и паутину.

- Это что - чулан?..

- Зато окон нет, подруга! Можете спорить хоть до завтра, никто вас не услышит.

- Пожалуй, мы отложим разговор до утра…

- Тогда вон в ту комнату валите. И сидите тихо как мыши! Выгнать бы вас обратно, шантажисты! Так пока шастаете туда-сюда, такую рекламу мне сделаете, что мама не горюй. Сидите уж…

- Спасибо! – проскрипела Мэри.

- А! – отмахнулся не следящий за собой мужчина и ушёл в комнату, из которой тянуло неярким светом.

Гончая провела Джима внутрь. Там обнаружился старый пыльный диван, жутко заскрипевший, когда на него положили Андре. Джим опустился на пол, приняв позу лотоса. Мэри разгладила волосы Андре, коснулась плеча зомби. Интересно, он видит выражение её глаз? Мэри хотелось бы, чтобы видел. Она так была благодарна ему, но не решалась сказать это вслух, нарушить запрет хозяина дома.

Лёгкая гончая побрела по замершему зданию. Кажется, в нём больше не было ни души. Три комнаты и чулан на первом этаже, лестница наверх. Старые, во многих местах отходящие обои. То ли фотографии, то ли постеры в рамках за покрытыми пылью стёклами. Рассохшиеся косяки, покорёженные от сырости двери, грязная, в остатках пищи плита. Конфорки в ней казались островками в болоте. Запахи затхлости, плесени, пыли щекотали нос, песком тёрли гортань. «Мда… Как он тут живёт? Может, он тоже не-мёртвый, иначе почему такая безразличность к обстановке?» Мэри остановилась перед дверью в комнату неряшливого мужчины. «Нет. Человек. Обычный человек. Ужасно…» Первый этаж был изучен вдоль и поперёк, второй же манил как «терра инкогнита», будоража воображение. Мэри долго колебалась. Но вскоре скука и любопытство опять пересилили страх.

Гончая медленно-медленно пробиралась наверх, как альпинист по ледяному склону горы. Старые перила покачивались под её невеликим весом. На первом же пролёте не-мёртвая отдыхала и собиралась с силами минут двадцать. Всё такое дряхлое! Мэри мечтала о бетоне конторы. Она-то наивная боялась лифта и лестниц. Таких надёжных, таких безопасных. О, зачем её понесло на второй этаж! Джим вон как сел, так и сидит. Гончая скрипнула зубами, внутренне поморщилась и продолжила восхождение.

«Я сделала это!» Мэри гордилась собой. Её страхи тут же забылись, она не торопясь прошла по комнатам, оставляя явственные следы туфлей в густом слое пыли. Комнат тут было две. Одна – просторная гостиная, вторая – похоже, спальня. Предметы мебели накрывали целлофановые попоны, превращая их в таящихся во мраке привидений. Гончая замерла среди них, зачарованная таинственным зрелищем. Шкаф казался ей высоким кавалером, а стоящий рядом накрытый стул – склонившейся в книксене дамой. Свет уличных фонарей, пробивавшийся сквозь жалюзи, подсвечивал вспугнутую гончей пыль, и та танцевала, кружилась, превращая запущенную комнату в ожившую мистическую сказку. Оказавшись у окна, Мэри выглянула на улицу. Город по-прежнему не спал, но не-мёртвая чувствовала, что воцарившаяся тишина обманчива. Район просто замер в тревожном ожидании. Это ощущение разбило очарование старого дома, вернув гончую в действительность, где следует опасаться каждой тени.

Мэри перешла в спальню. Тяжёлая кровать, массивный комод, ещё один шкаф до потолка. На стене – зеркало, подле – картины или фотографии в металлических рамках. Гончая обхватила себя за плечи. Ей стало неуютно. И стыдно. Дом будто гневался, что она зашла в святые святых, хмурился, нависал мебелью. Мэри подошла к зеркалу. Скользнула взглядом, стараясь не смотреть на себя, сосредоточив внимание на фотографиях, а это оказались они. В тяжёлых вычурных рамках, окнах в прошлое, сидела или стояла суровая женщина. Ни на одном изображении она не улыбалась. Строгая причёска, иногда чёрный платок, тёмное вдовье платье. Рядом с ней – хрупкий невзрачный мальчик, совсем на неё не похожий. Смуглый, черноглазый. И с вечной недовольной миной. Наверное, не хотел фотографироваться.

На комоде стоял портрет женщины с траурной лентой на углу. Глаза гончей погрустнели. Она заглянула в шкаф, в ящики. Вещи. Аккуратно сложенные или развешенные на плечики, выглаженные, опрятные. Но всего лишь вещи. Уже никому не нужные. Вот и всё, что осталось от человека, от его чувств, мечтаний, желаний. Покрытые пылью вещи.

Взгляд Мэри заметил вуаль в одном из ящиков комода. Она примерила её перед зеркалом. Мёртвый череп с шариками глаз, оскаленные крупные зубы, морщинистая обтягивающая кости кожа исчезли под густой чёрной сетью с аппликациями мушек. Платиновые волосы уже не казались париком. Гончая погладила шею. «Одеть свитер, или повязать что-нибудь… на руки перчатки, ещё толстые колготки, и никто не догадается…»

- Я возьму? – спросила Мэри у портрета.

Андре проснулся в незнакомом помещении. Прошедшие приключения остались лишь туманом в голове и лёгкой слабостью в теле. Они казались старым, давным-давно посмотренным фильмом, будто парень не принимал участия в тех событиях.

- Джим, где мы? – спросил он тихим, слабым голосом.

Свободный зомби, не оборачиваясь, пожал плечами.

- В доме сердобольного гражданина, приютившего нас на ночь, - ответила за него Мэри.

- Ой, Мэри! Я тебя и не заметил!

- Вот спасибо…

- Не обижайся, - Андре снова уронил голову, опустил ладонь на лоб, полежал, рассматривая потолок и стены. Организм всячески сопротивлялся попыткам думать. Простейший вопрос – что делать дальше? – вызывал бурю эмоций, главной из которых был протест. В идеале бы – ничего. Вот так и лежать бы до скончания веков. Просто закрыть глаза и забыть о сидящем рядом зомби и стоящей в изголовье гончей. Притвориться, что ничего не произошло, что он дома, мама готовит тыквенный пирог, отец читает газету на веранде, а сам Андре после завтрака поедет кататься на машине с Анжел…

- Андре, милый, что случилось?! – худые пальцы Мэри мгновенно смахнули со щёк парня побежавшие слёзы. Тот дёрнулся, перевернулся лицом к спинке дивана. Гончая гладила сотрясающиеся худые плечи, жалея, что не может присоединиться. Эмоции искали выход, но так и оставались внутри, терзая душу.

Андре развернулся, обнял её, прижался. Мэри замерла, боясь спугнуть, но внутренне трепеща как птица, попавшая меж оконных стёкол. «Он обнял меня, о мой бог! Милый мой, у него тоже ко мне чувства! Я и мечтать не смела!»

- Мэри, почему так всё плохо? Почему всё так?

- Прости меня, милый, я глупая женщина, - голос гончей скрипел несмазанными дверными петлями, - я ничего не знаю о жизни…

- Всякое существование принципиально является страданием, - прогудел Джим, всё так же не оборачиваясь. – Так учит Будда.

- Почему? - всхлипнул Андре, оторвав лицо от костлявого плеча Мэри.

- Причины всех страданий – влечение, привязанности, жажда…

- Общие слова! – фыркнула Мэри, обиженная, что зомби украл у неё часть внимания её хозяина.

- А зачем конкретика? – Большой Джим пожал широкими плечами. - Ведь любое явление человеческой жизни можно подвести под них.

- И что? Никакой надежды нет? Только одно страдание меня ждёт? – спросил Андре.

- Почему же? Есть такое состояние, в котором страданий нет. Называется нирваной.

- Вот бы в таком пожить, - мечтательно вздохнул парень.

Зомби хмыкнул.

- Как правило, буддийские тексты не содержат позитивного описания нирваны.

- В смысле? – не понял Андре. – Это что ж получается, плохо? Все буддисты стремятся к плохому?

- Ну и учение! - Мэри вела себя как рассерженная кошка, «шипя и фыркая» на каждое слово толстяка. Парень отстранился от неё ещё больше, увлечённый беседой с Джимом.

- Почему ж сразу плохо… Просто это с какой стороны посмотреть. Для кого-то страдания – смысл жизни, - зомби снова усмехнулся. – И потом, человек без страданий – человек ли это? Никто не знает, что получится в итоге. Неизвестность пугает… Вот возьми, например, меня. Сейчас я не чувству боли, холода, жары, голода, жажды, не люблю и не ненавижу. Получается, что я достиг нирваны, состояния, в котором нет страданий. Сможешь ли ты описать мой результат в позитивном ключе?

Большой Джим повернул к нему широкое лицо с сине-жёлтыми пятнами на щеках и лбу, слепыми глазами, фиолетово-чёрными губами.

Андре вздохнул.

- Что ж получается? Либо как ты, прекратить страдания, либо и дальше мучиться?.. Прости Джим, но твой путь – это твой путь. Лучше я буду жить, драться, любить, терзаться, чем вот так…

Зомби отвернулся.

- Это твой выбор.

Парень решительно встал с дивана.

- Ну что, соратнички, готовы на матч-реванш с хозяевами?!

- О, нет! – вскричали в один голос не-мёртвые.

- Мало тебя Фаг бил? – взъярилась Мэри. – Даже не думай связываться с ним или Косильщиками! Этот противник не по тебе!

- Да, Андре. Умерь свой юношеский пыл. Приложи усилия к другому, более безопасному делу. С таким упорством, я уверен, ты достигнешь многого.

Одно упоминание Фага и Косильщиков теперь рождало у Андре не столько ярость, сколько страх. Единственное, что не изменилась – это его ненависть. Она жгла ещё сильнее, душа требовало реванша, мести, унизить их так же, как они его… Но… Андре больше не мог пробивать лбом стены. Страшно было даже пойти против такой силы. Парень просто разрывался. Нужно что-то делать, он не мог оставить всё как есть, и в тоже время как можно пытаться, зная, что каждое усилие заранее обречено на провал?

- Не собираюсь я ни с кем воевать, я пошутил, - сдался Андре. – Но и просто сидеть тут не хочу. Во-первых, я хочу есть, во-вторых, нужно узнать, что там с заводом, всех ли зомби собрали. Да знаю я, знаю!

Он даже замахал на не-мёртвых руками.

- Я помню, что произошло! Я аккуратно.

- Я пойду с тобой, - Мэри встала рядом, демонстративно одела вуаль. – Так меня никто не узнает.

- А я, пожалуй, тут посижу, - пробасил Джим.

- Правильно, тебя не спрячешь… Одежду нужно новую, крем какой-нибудь… Вот и пойдём с Андре, поищем, заодно и его внезапно вспыхнувший альтруизм удовлетворим.

- Он у меня всегда был, - обиделся парень.

- Я тоже пошутила, хороший мой, - гончая погладила Андре по плечу. – Только надо хозяина дома предупредить. Ох, и зол он будет…

Стараясь сильно не скрипеть дверью, вошли в комнату. Перед включенным монитором лицом на клавиатуре лежал длинноволосый мужчина. Он сладко спал под едва различимый рокот тяжёлой музыки, что доносилась из свалившихся наушников. Немытые пряди чёрными сосульками валялись на бледном, хотя и немного смугловатом лице с проблемной кожей. Прыщи, язвочки, фиолетовые и алые пятна покрывали её так часто, что, казалось, заполняли каждый дюйм.

- Может, не будем его будить? – предложил Андре. Хозяин дома, похоже, только недавно уснул, это было бы невежливо.

- Согласна, - скрипнула Мэри. Парень услышал в её голосе брезгливые нотки.

Затворив за собой дверь, они вышли из дома.

Гончая внимательно осмотрелась. Район уже ничем не напоминал себя вчерашнего. В неухоженных клумбах среди ломкой ржавой травы бродили голуби. Воздух парил, одежда мгновенно прилипла к телу. Дымка застелила небо, сквозь неё солнце проглядывало монетой белого золота, на него можно было смотреть не щурясь. Людей не видно. Тишина и утренняя леность.

Андре широко улыбнулся.

- Хорошо-то как, Мэри!

Та рассеянно кивнула, по-прежнему ища признаки вчерашнего страха. Это спокойствие казалось ей лишь ширмой.

- Что не так? – парень мгновенно подобрался, готовый дать дёру. Настороженность гончей передалась и ему.

- Не знаю, - медленно ответила Мэри. – Ладно, пойдём, там разберёмся.

Фаг рассматривал в стекле свою недовольную физиономию с двумя свежими царапинами на щеке. Повёл плечом, разминая. Оно всё ещё болело, а сустав щёлкал при каждом движении. Настроение было препаршивым, что ещё больше усугублялось пасторальным утром. Город за прозрачной кабинкой лифта только-только просыпался, машины ползли лениво, электричка стучала неторопливо, без обычной нервозности. «Радуетесь жизни, гады!» - зло подумал полковник. – «Всё у вас хорошо. Ну радуйтесь, веселитесь, дайте только время, всех к ногтю прижму!»

Время… Да, побольше бы времени. Если бы его не дёргали на планёрки и совещания Совета директоров Корпорации Быстрого Развития, как сейчас, если бы не навалили новых обязанностей взамен пониженного в должности Оратора, если бы… Десятки «если бы», начиная с существования этого щенка. Нет, ну надо же всё так испоганить! «Как ловко обманул меня его свободный зомби. «Давайте всё миром решим!» А только я увлёкся этим тараканом – а он тут как тут!» Ушибленное плечо заныло, напомнив об унизительном инциденте. Главное, чего не понимал Фаг – это почему его оставили в живых. Зомби легко мог с ним разобраться, воспользовавшись внезапностью. Но нет, они просто убежали, сломав вертолёт. Уэсту пришлось выбираться на улицу через чью-то квартиру. Полковник начинал чувствовать себя глупым мальчишкой. Он не понимал действий этого Андре! Не видел логики! Но она была, это не могло быть случайностью. Парень дьявольски хитёр. Впредь следует быть вдвойне осторожным. «Лучше расстрелять издалека, или ракетой…» Фаг облизнулся в предвкушении. Он уже видел, как эту троицу разносит взрывом на куски, на кровавые ошмётки, размазывая по асфальту.

Сладостные мысли прервал лифт, достигший пункта назначения. Пентхаус в небоскрёбе. «У Совета директоров определённо мания забраться повыше. И почему они каждый раз место совещания меняют? Боятся теракта? Да, для противников было бы идеальным прихлопнуть разом всю верхушку Корпорации.» Уэст Фаг усмехнулся и вышел из лифта. Два шкафообразных охранника тут же шагнули к нему. Полковник безропотно дал себя обыскать. В Корпорации не действовали воинские звания.

После проверки он прошёл дальше, в просторный зал за стеклянными дверями. Там, развалившись на диванах, сидели трое: Админ, Прораб и Алхимик. После того, как Фаг получил «членство в клубе», Совет директоров не скрывал от него лица. «Но почему их так мало? Где остальные? Где Генеральный?»

- Полковник! Доброе утро! – благодушный Админ поправил крупные немодные очки и протянул Уэсту руку. Фаг видел его и «в миру». Глава одной из крупных корпораций, едва ли не самый богатый человек на планете, однажды просто взял и ушёл с поста. Теперь понятно, куда он переметнулся. Корпорация Быстрого Развития могла дать власть большую, чем деньги.

Уэст поздоровался с ним, со щеголеватым Алхимиком, с угрюмым Прорабом, похожим на медведя, и сел в кресло. Рядом на круглом столике расположились пузатые коньячные бокалы и откупоренная бутылка.

- Собственно, можем начинать, - сказал Алхимик.

- А что, больше никого не будет? – удивился Фаг.

- А зачем нам, собственно, кто-то ещё? – обезоруживающе улыбнулся Алхимик. – Генеральный попросил нас узнать о твоих успехах и ввести в курс ближайших дел.

- Ну, ладно, - Уэст пожал плечами. – Тогда докладываю: всех разбежавшихся зомби собрали, виновников диверсии ещё не нашли, но усиленно ищём.

- Какие-то приметы?

Фаг замялся. «Сказать правду, и при поимке Мэри будет косвенным свидетельством моего разгильдяйства. Соврать – значит тем самым укрыть их, и если поймают – мне будет только хуже.»

- Их трое. Один – парень, хозяин, это точно. Один – толстяк, возможно, тоже хозяин, а может, зомби. И женщина. Кто она – пока не известно, - Уэст выложил показания Косильщиков.

- Уже кое-что. Ориентировку на посты при выезде из Кэпиталсити передали?

- Мой зам сегодня передаст.

Админ неодобрительно покачал головой.

- Они могли уже уехать из города.

- Не думаю, удирали-то они без машины.

Члены Совета директоров не разделил его уверенность.

- Прораб, а ты что скажешь?

- А что тут скажешь? – буркнул тот. - Я за сегодня залатаю дыру в корпусе РЗ, можешь посылать своих спецов, Алхимик.

- Прекрасно. Собственно, половину стада четвёртого корпуса придётся пустить на бульон, так что нужны свежие пополнения. Полковник, передай заму эту мою просьбу. Так, с первым пунктом совещания всё. Собственно, переходим ко второму.

- Я вам не нужен? – спросил Прораб. – Может, я пойду тогда?

- Ладно, иди, - Алхимик протянул ему руку. – Не забудь насчёт воскресенья.

Прораб пожал её, кивнул и ушёл.

- Так, Полковник, – Алхимик переключил всё внимание на Фага, - собственно перед тобой вот какая задача будет стоять. «Грис» поступил в продажу и уже неделю как обкатывается на потребителях. Естественно, кое-что нам не нужное вылезло наружу. От тебя, собственно, что требуется? Созвать пресс-конференцию, где ты подробно и обстоятельно, а главное в выгодном для нас свете, ответишь на вопросы журналистов. Чтобы не было закулисных толков, понимаешь?

- Это ладно, - отмахнулся Уэст, раздосадованный, что его держат за дурачка. – Мне другое интересно: зачем выводить препарат в массы? Оставили бы для внутреннего пользования, для аналитических отделов. Меньше было бы проблем.

- Видите ли, Полковник, - Админ поправил очки. – Человеку с начала времён свойственна жажда познания. Это стало причиной его изгнания из Рая, если верить религии, это же вылилось в костры средних веков, на которых сжигали видных учёных, и так далее. Вы человек образованный, сами сможете найти десятки примеров. Но никакая кара не отвратила человечество от знания. Люди по-прежнему ищут любую информацию о мире, его устройстве, положении дел в стране… Ограничивать их стремление методами Бога или инквизиции мы не можем, силы не те. Но и дать им возможность узнать всё – тоже. Тонкая прослойка неведения отделяет нас от требующей возмездия толпы. Я не беру в расчет цивилизованность, толпа – безумное животное, вне зависимости от этапа развития человечества. А потому человеческую жажду познания следует удовлетворять.

Я начал свою карьеру в сфере персональных компьютеров, а именно операционных систем для них. Ведь как было раньше? Компьютер являлся сложной машиной, требовались знания о его устройстве и работе, профессиональные навыки. Он являлся уделом избранных. Для нас стала необходимым разработка такой операционной системы, с которой сумела бы совладать любая домохозяйка. И, как ты знаешь, у меня получилось. Сейчас кто угодно может включить компьютер и запустить на нём некоторые программы. Люди «знают», как это сделать. Но это только иллюзия знания. Принципов работы обыватель не понимает, а значит, он не сможет реагировать на изменение ситуации, он во всём будет зависеть от нас. Мы начали подменять истинное знание его суррогатом.

Дальше – больше. Компьютер не исключил желание человека узнать побольше о мире. Эту потребность удовлетворила Паутина. Теперь каждый может зайти в неё и «узнать» всё: что было, что есть, и что будет. Кто станет копаться в пыльных энциклопедиях и сверять, так ли всё? – когда кликнул пару раз – и вот он ответ. Жажда знания утолена без собственно познания. Мы подарили человечеству иной, параллельный мир выдуманной, полуправдивой, а то и заведомо ложной информации, и люди с удовольствием живут в нём. Мы же можем менять информацию по своему усмотрению, влияя на всякого человека, поленившегося воспользоваться другими источниками. Свобода слова, позволившая каждому высказывать своё мнение, только сыграла нам на руку. В том селевом потоке информации, что льётся из ТиВи, Паутины, газет, непосвящённому человеку уже в принципе невозможно вычленить правдивые знания.

- Это всё понятно. Но причём тут «Грис»?

- Я к этому и подхожу, простите за многословность, привык к лекциям. Паутина и компьютеры с их бутафорскими знаниями всё же не смогли охватить все сектора человеческого общества. Остались неблагонадёжные элементы, низшие слои, казалось бы, не особенно опасные из-за своей безграмотности и отрицательного статуса. И всё же, именно оттуда приходит большинство бунтарей, потрясателей устоев общества. Они не могут сделать свою жизнь такой же хорошей, как у большинства, и потому стараются сделать её у всех такой же плохой, как и у себя. Сознавая свою ущербность, такие люди стремятся возвыситься больше, чем кто бы то ни было. «Грис» даёт им такую возможность. Они видят реальный, пусть и временный эффект. Они возносятся над толпой себе подобных, приближаясь к такому желанному Олимпу. Конечно, это не совсем так, но вы же знаете – полуправда гораздо достовернее, чем чистая ложь.

Админ мягко улыбнулся, пригладил зачёсанную направо каштановую чёлку. Добрый милый человек, близоруко щурящийся из-за стёкол крупных старомодных очков. Типичный ботаник. Но Фагу стало не по себе. Админ видел людей насквозь, давал то, что им нужно и тем самым манипулировал ими. Вот она настоящая власть информации.

- Мастак ты говорить, - Алхимик отпил немного коньяка, погладил бородку клинышком. – Собственно, помимо низших слоёв общества его берёт и «золотая молодёжь», что является дополнительным сдерживающим фактором. Наши будущие разоблачители с пелёнок становятся нашими рабами, и мы можем спать спокойно!

Он отсалютовал бокалом, словно произнёс тост.

- Понял, понял, директива ясна, разрешите выполнять? – засмеялся Фаг.

- Разрешаем, - жестом вельможи махнул Алхимик. – С лицом, кстати, что?

- Побрился неудачно, - сухим тоном ответил Уэст.

- Аккуратнее надо, - щёголь перевёл взгляд за окно. Полковник встал, пожал руки и удалился. «Может, оно и к лучшему, что сегодня Генерального не было. Спокойнее как-то без него…»

Когда Андре с Мэри вернулись, гружёные покупками, диван уже занимал хозяин дома. Мужчина, в растянутой майке с разноцветными пятнами на животе, явно оставленными оброненной пищей, что-то втолковывал Джиму, сидящему на прежнем месте.

- Вишь, мужик, в чём тут дело? Я ж не могу нормальную работу найти, меня никуда не берут. Гражданство требуют, то да сё… Не, ну сам посуди, зачем для торговли компами гражданство? Что я, так не смогу? Чушь, да? Вот и приходится мне перебиваться чем придётся. И не совсем легальным, вот и срок схлопотал, условный… А потом ещё эмиграционная служба мной заинтересовалась, - взгрустнувший мужчина отхлебнул пива из бутылки. Толстяк молчал. Да, похоже, тот и не ждал реакции, просто выговаривался. – Но, прикинь, эти федералы, или кто они там, тупыми оказались – жуть! Я их базу хакнул! Всё поперемешал, не разберёшься. Пока они выясняли, пока сверяли, времени прошло – уйма. Обо мне и забыли. Не, ну а чё, кто я такой? Мелкая сошка! Чё, с каждым теперь возись, из страны депортируй?.. Тоже понятно, все же люди. Обидно, конечно, что вообще прицепились, но я привык.

Он снова глотнул пива, и тут заметил стоящих на входе парня с Мэри.

- Мама?.. – неопрятный мужчина едва не выронил бутылку, но тут же опомнился. – Твою мать! Ну напугали. Слышь, тётка, у моей матушки такая же вуаль была. И по фигуре похожи вы. Только она платье другое носила… Я чуть не обосрался, думал, матушка вернулась.

- Я не ваша мать, - на всякий случай сказала Мэри. Больше даже для Андре и Джима, чем для мужчины.

- Да я понял уже, чё ты паришься, - он сделал хороший глоток. – Да она и не мать мне… Подобрала на улице, когда моих родичей депортировали… Я тогда сбежал от федералов, шустрый был… Да… Потом уже понял, что лучше бы с ними остался. А Карен взяла меня к себе. А я всегда её матушкой звал… Я, кстати, Али. Али Мадди.

- Мэри Боун, - гончая едва-едва кивнула.

- Андре Эксидент, - парень доброжелательно улыбнулся. «Видуха, конечно у хозяина дома та ещё, но разве мне, обзываемому раньше Мертвяком, судить о внешности?»

- Джим Везе, - толстяк даже протянул руку Али, бряцая цепью.

Ухмыляющийся мужчина её пожал.

- Брутальный ты мужик, толстячок! Ну чё, познакомились, замечательно, а теперь до свидания. Где выход знаете.

Улыбка Андре оплыла.

- Что, вот так просто нас выгонишь? – скрипнула Мэри.

Али на секунду отвёл глаза.

- Ну да.. А чё?! – спросил он с вызовом. – Кто вы мне такие?! Шантажом пустить заставили, теперь чё, ещё и жить у меня собираетесь? Тут вам чё – ночлежка? Катитесь откуда пришли! Вишь чё придумали – меня Косильщикам подставлять…

- Косильщикам? – Андре показалось, что он ослышался. «Нас уже ищут. Этот Али узнал нас! Может сдать…»

- Ага. Я тут один живу, тихо-мирно, незарегистрировано. Меня не найти! А если тут ещё три человека тусоваться будут – да ещё такие приметные, как толстячок, Косильщики точно ко мне заглянут!

- И? Тебя за соучастие заберут? За укрывательство?

- К-какое соучастие? – Али опешил. – Вы кто такие? Международные преступники? Террористы? Твою мать! Валите-ка!

- Спокойно, Али, - прогудел Джим, силой усаживая мужчину обратно на диван. – Вот твоя бутылка, выпей, не торопись. Мы не террористы и не преступники. Просто так получилось, что мы немного.. враждуем с Косильщиками. Точнее, это они с нами. Мы ничего против них не имеем.

- Имеем, ещё как имеем! – встрял побледневший от бешенства Андре. – Джим, они стреляли в нас! И в тебя, и в меня! Мы очень даже имеем!

- Ну нифига себе… - только и смог сказать Али, отхлебнул пива, закашлялся, поперхнувшись. Лопатообразная ладонь толстяка пару раз приложилась ему меж лопаток.

- Эт, конечно, круто, – сказал хозяин дома, когда к нему вернулось дыхание. – Но тогда тем более валите!

- А с чего собственно? – фыркнула гончая. – Дом ничейный, мы можем тут находиться так же, как и ты.

- К-как это ничейный?! Ты чё такое базаришь, тётя? Это мой дом!

- Ты сам сказал, что незарегистрировано тут живёшь.

- Да я!.. Да это!.. Да матушка просто не успела на меня переписать! – возмущался Али, брызгая слюной, а потом вдруг поник. – Под машину попала… Раз, и вся моя жизнь прахом… Так ничего путёвого из меня в итоге и не получилось…

Мэри замолчала.

- У меня девушка в автокатастрофе погибла, - тихо сказал Андре.

Али посмотрел на него, как на собрата по несчастью, горестно вздохнул и уставился в пол. Повисло молчание.

«Эх, мужик, ты ведь ещё пожалеешь об этом.» - думал Али. – «Ну кто тебе эти приживалы, гнать бы их в шею, но… Но когда ты последний раз вживую с людьми общался? Поди, только когда ещё матушка жива была… Как бы ты не отстранялся от людей – тебе без них тошно, признайся, мужик. Толстячёк, вроде хороший человек, а весь в синяках, тётя, так на матушку похожа, изморённая вусмерть, парнишка, считай младший брат тебе… Жизнью и людьми битые, как и ты. Было б у них своё жильё – наверняка ушли бы. Так что, выгонишь ты их на улицу? Отвёрнёшься, их проблемы – только их проблемы?»

- А! Дьявол с вами! Оставайтесь…

- Мы тебя и защитить сможем, если что, - гончая пыталась найти для мужчины выгодные стороны. – Только расскажи, что у тебя за проблемы с Косильщиками.

Тот покосился на Джима.

- Верю. Толстячок – зверь просто. От тебя, наверное, люди на улицах шарахаются.

- Я тут совершенно не причём. Я просто снять не могу эти цепи, - обиженно потупился Джим, словно стыдился своего вида.

- Да ничё, прикольно так-то. Эй, братуха, как тебя там?

- Андре.

- Точняк. Проходи, садись, - мужчина чуть подвинулся в бок. – Да и ты тётя, не стой в дверях.

Он извлёк из-за дивана ещё одну бутылку, поискал глазами, обо что бы откупорить.

- Толстячок, открой?

Джим сделал недовольное лицо, но снял пробку.

- Фига… Я имел в виду об цепь, а ты пальцами, - восхитился Али и протянул пиво Андре. – Держи, братуха. Чё у меня за тёрки с Косильщиками, говорите? А те же, что и у всех в этом районе. Да и в других, где заводы стоят – анал-огичные проблемы.

Он рыгнул, недвусмысленно разделив предпоследнее слово.

- Люди тут пропадают. Только ничего таинственного в этом нет. Ходят по ночам военные в сине-чёрной форме, ну Косильщики, и собирают тех, кто окочурился на улицах. Но частенько этим не ограничиваются, хватают и живых, кто под руку попадётся. Иногда даже целые облавы устраивают, типа тех, что у копов. Только в тюряге после этого никто не оказывается. Ну и не возвращается, естественно. После десяти вечера мы считаем, что комендантский час начался. Свет вырубаешь и сидишь, слушаешь, как ногти растут. У этих сволочей, походу, времени в обрез, хватают налётами, наверняка. Так что, если тихо сидеть – не загребут.

- Понятно, почему вчера вечером все запуганные такие были, - вставила Мэри.

- Будешь тут не запуганным! Кому охота в зомби превратиться!

- И что же, - хрипло спросил Андре. – Никто не возмущается?

- А толку то? Чё это даст? Лучше сидеть и не высовываться. Мужик, мой тебе совет, не лезь никуда – дольше проживёшь.

- Поздно, - холодно ответил парень. – Я жить, как насекомое, не намерен.

- А что ты можешь, милый? – горько спросила Мэри.

- Не знаю, что-нибудь да могу. Я же… - Андре не стал договаривать. «Хозяин… Тьфу - одно название. Фаг не устаёт демонстрировать, что такое настоящий хозяин. А я.. так, бездарь…» Под неодобрительным взглядом гончей он отхлебнул пива.

- А по ТиВи что говорят об этих облавах? – без особой надежны спросил он. Али засмеялся.

- Да даже в Паутине ничего нет! В этом районе, наверное, у меня одного комп есть. Насчёт других не знаю. Не, мужик, сам подумай, даже если там кто чё выложит – чё это даст? Эти блогеры муть одну пишут, кто им поверит, вот если видео заснять, или фотки, а так…

- Так почему никто не сделал? – загорелся Андре.

- Братуха! Ну ты и чудак, на букву «м». Кто будет это делать: ночью по дворам прятаться, чтобы Косильщиков сфоткать, рискуя пулю схлопотать и в мертвецы затесаться?

- Я буду! – Андре выпятил впалую грудь.

- Не будешь! – жёстко одёрнула Мэри. – Джим, скажи?

- Погодь, тётя, не наезжай. Вишь, братуха, ладно бы просто сдохнуть, а то… Фиг знает, чё они там с зомби творят на своих заводах.

- Зомби там вкалывают как рабы за паёк, - глухо ответил парень. - Пока не развалятся на куски, а потом их…

Он замолчал, не договорив. Не верилось, что одни существа могут так поступать с другими.

- Не знал. Ну, вишь, не кайф. Поэтому все сидят по домам или норам. Кто попался – сам дурак.

Парень покачал головой.

- С Косильщиками связываться, конечно, не вариант. Но, может, что-то побезопаснее можно заснять?

- Ага, корпус РЗ, например, – фыркнула Мэри, – Андре, да послушай же ты, что тебе другие говорят. Забудь обо всём, о Косильщиках, о Фаге, живи нормальной жизнью, ты ещё так молод!

- Я в принципе не могу жить нормальной жизнью, - отрезал Андре тоном, не терпящим возражений. Гончая прикусила язык. – Сегодня вечером, перед комендантским часом, я оправлюсь прогуляться. Никого с собой не зову.

- Мы же только что вернулись, - слабо возразила Мэри.

- Сейчас результаты нулевые. По мне так – район как район. Вроде моего Смоллтауна. Во всех отношениях. То, что ты почувствовала вчера – только твои ощущения. Ни Джим вчера, ни я сегодня ничего подобного не заметили.

«Зато я заметила! Почему тебе этого мало?!» - гончей хотелось кричать, ругаться, стукнуть Андре чем-нибудь тяжёлым. Как он не понимает! Что за несносный парень! Мэри чуть второй раз не умерла от страха за его жизнь. И едва придя в себя, Андре вновь пытается влезть в какую-нибудь переделку. «Безмозглый, бессердечный эгоист…» Прямая, как лом, гончая отвернулась, хотя никто и не смог бы увидеть её слёз. Ей хотелось вырвать глаза, чтобы заплакать хотя бы кровью, но даже крови у Мэри не было.

Часть III. Глава 3

Глава 3

Андре осторожно оглядывался, польщённый, что его допустили в святые святых – комнату Али. Сам мужчина плюхнулся на крутящееся кресло и теперь покачивался на нём, позволяя гостю удовлетворить любопытство. Парень, выросший в большой деревне, только на картах страны называемой городом, да ещё и не знакомый с иной техникой, кроме автомобилей, тракторов и мотокультиваторов, взирал на высоко-технологичную обстановку комнаты с благоговейным восторгом. У него просто разбегались глаза. Два плоских широкоформатных монитора, системные блоки, прозрачные на боках с разноцветной подсветкой деталей, чёрная стильная клавиатура, сияющая инфернальным светом мышь, сложное устройство, в которое, похоже, входил принтер… Всё это мигало лампочками, шуршало вентиляторами, гоняло скринсейверы… Компьютер Анжел, казавшийся Андре верхом технической мысли, по сравнению с этим выглядел старой детской игрушкой. А ещё вокруг валялись какие-то запчасти, притягивающие взгляд зеленью плат и серебром реле. «Значит, Али ещё и разбирается в этом, может разобрать-собрать. Невероятно…» Парень преисполнился почтения к неопрятному мужчине.

- Обалдеть! Круто!.. – выдохнул поражённый Андре. Али расплылся в довольной улыбке, польщённый нехитрой лестью «чайника».

- Да, братуха, это тебе не ежика пронесло! Это – хай-тек! Цивилизация!

- Да… - согласился парень, всё ещё пребывая в прострации. Но постепенно первоначальный восторг тускнел, Андре возвращался к действительности. И помимо техники заметил старые стены с серыми, выцветшими обоями, продавленную кровать, застывшую в серединном состоянии: полу-застеленная, полу-разобранная, мусор и пыль на полу. «В принципе, понятно, на что уходят деньги и время Али, но всё-таки… Неужели мир за экраном монитора столь привлекателен, что забываешь о реальности?» - подумал Андре, но вслух сказал:

- Никогда такого не видел, - имея в виду толи компьютерную технику, толи состояние комнаты.

- Деревня! – хмыкнул Али и его глаза заблестели хитростью змея искусителя. – Иди сюда, чё покажу. Да садись на кровать, не бойся.

Он развернул монитор к парню. Мышка заметалась по экрану, окна открывались и закрывались, Андре не успевал следить за ними взглядом. Потом Али настучал что-то на клавиатуре и торжественно долбанул по клавише Enter. Глаза парня полезли на лоб. Али ещё шире улыбнулся, кликнул на следующую картинку, потом ещё на одну.

- А, вот это интересно, - пробормотал он, запуская видео.

- Обалдеть! Какие огромные!.. – только и смог сказать Андре, не веря своим глазам.

- Да, братуха, вот это тёлочка, - протянул Али. – Вот бы их…

И он сделал жамкающие жесты руками.

- Андре! Иди посмотри, Джим переоделся! – позвала Мэри из другой комнаты.

- Сейчас! – крикнул в ответ тот, не отводя взгляда. Частью сознания он понимал, что надо бы пойти, посмотреть. Он и гончая долго искали новую одежду Большому Джиму и, не найдя ничего подходящего, купили ткань для занавесок. Его любимого оранжевого цвета. Истратили практически все деньги. Оставалось надеяться, что толстяк сумеет изобразить из ткани что-нибудь вроде своей старой тоги. Ведь столько времени, сил и денег потрачено – было бы обидно. А ещё Джиму взяли крем с автозагаром. Это должно помочь спрятать трупные пятна. Следовало бы убедиться, что всё не зря, но… «Какие к дьяволу зомби с гончими, когда тут такое! Подождут, ничего не случится, я хозяин, я занят.»

Али похлопал его по плечу.

- Ладно, мужик, сам тут давай, кликай на чё хочешь, откроется – смотри. Я пойду толстячку подарочек сделаю, от щедрот душевных.

Большой Джим вертелся в центре комнаты, подставляясь каждой стороной под придирчивый взор Мэри.

- Ну, как? – в голосе вечно флегматичного, спокойного толстяка прорезались нетерпеливые нервозные нотки.

- Шикарно, - не став скрывать, скрипнула гончая.

- Правда? – Джим, казавшийся посвежевшим в новой тоге, выглядел довольным. – Расскажи, как?

Мэри задумалась.

- Застынь. Ну, - она мучительно подбирала сравнения, - ткань сейчас лежит тяжёлыми складками, делая твою фигуру монументальной, что ли, ещё более солидной. Длинные полы скрыли цепи на ногах, а на руках… ну что ж, если подобрать вечно разматывающиеся концы, то сойдёт за экстравагантные украшения.

Зомби радостно улыбался, смотря на неё незрячими глазами. Наверное, в мозгу он представлял себя.

- Пятна только эти… Но мы тебе крем купили. Будешь загорелый, как топ-модель.

В комнату вошёл Али.

- Погодь, тётя. Лучше сначала вот этим, – он протянул Мэри баночку тонального крема.

- Дарю, - небрежно бросил он. – Всё равно мне больше не нужно.

- Да? – со скепсисом в голосе переспросила гончая.

- Ага. Раньше мазался, а потом решил – пусть меня люди принимают таким, какой я есть. Зачем все эти ухищрения?

- Знакомая песня, - проворчала Мэри, натирая открытые места кожи Джима. Она вспомнила себя, прошлую жизнь, в которой тоже руководствовалась этим же самообманом. И к чему это привело.

- Так, а теперь автозагаром…

Худые пальцы гончей массирующими движениями обрабатывали круглую как мячик голову Джима.

- Вылитый Будда, - хмыкнул Али. И добавил. – Будда-металлист.

- Где этот Андре? – раздражённо скрипнула Мэри. – Сколько его можно ждать?

И она лично отправилась за несносным парнем.

Когда она увидела, что разглядывал Андре на экране, то ахнула. «Да как он может?! Негодяй! Ещё обниматься ко мне лез! Я его.. а он… Какая гадость!»

- Андре!! – гаркнула гончая так, что молодой хозяин подпрыгнул на кровати. Обернулся с затравленным взглядом, невольно втягивая голову в плечи.

- Немедленно выключи это! Кто включил эту мерзость, эту пошлятину, это непотребство?!

- Остынь, тётя, ну чё такое? Парню уже можно, не детский сад, - развязно начал Али. Мэри резко развернулась к нему, сгребла его майку в кулак, нечаянно придушив мужчину, и зашипела в лицо.

- Никакой больше порнухи! Никакого больше пива! Не смей портить мне Андре, свинья!

Али то кивал, то мотал головой, мол, да-да, конечно, нет-нет, никогда, не в силах что-то сказать. На близком расстоянии вуаль потеряла часть непроницаемости, и мужчине казалось, что за чёрной сетчатой тканью на него перит зенки череп. «Может, реально матушка вернулась с того света?!» - от этой мысли у Али волосы на руках встали дыбом.

Мэри разжала кулак, отодвинулась, череп растворился за тёмным забралом вуали. Она стояла спокойная, как ничего и не было. Не дожидаясь повторных распоряжений, Али метнулся к компьютеру, старательно закрывая все страницы.

- Мэри… Мэри, ну что тут такого?.. – начал оправдываться Андре, но гончая только коротко глянула на него и вылетела из комнаты, хлопнув дверью. Парень уронил голову на руки.

- Дааа, братуха, запалили тебя, - философски подытожил Али. – Я ж не знал, что у вас монастырские уставы…

- Я тоже, - вздохнул Андре. До сего момента он не думал, что не-мёртвой может что-то не нравиться. «А, смотри, как взъярилась. Прямо как.. человек…»

- Чё будем делать? Чё б тебе ещё такого показать, чтобы от тётеньки не огребсти?

Андре безразлично пожал плечами. Али щёлкал мышкой, без цели блуждая по Паутине.

- О, братуха, а хочешь, новости глянем? Ты спрашивал, показывают ли что про нас?

- А что, что-то есть? – встрепенулся парень.

- Неа, - удручённо вздохнул Али, просмотрев ленту новостей, и принялся зачитывать вслух: - В штате Пуэфлай произошло крушение лёгкого самолёта – пять человек погибли; фестиваль танцев откроется завтра в Ривердансе; неизвестные подожгли три машины в районе Нозели Кэпиталсити; теракт на одном из заводов Корпорации Быстрого Развития; нижняя палата Конгресса Юсы выделила на военные нужды сто миллиардов долларов; военные действия на ближнем востоке вызвали увеличение цены нефти за баррель; интервью с полковником Уэстом Фагом; борьба с пожарами в южных штатах Юсы продолжается; дельфины пытались убить собственного детёныша… О, прикольно, давай это глянем?

- Стоп, стоп, стоп! – Андре замахал руками, прильнул к монитору. - Давай про теракт, а потом интервью!

- Ладно, - непонимающий Али кликнул по ссылке. Показав логотип канала новостей, развернулось видео.

«- Вчера вечером было совершено нападение на один из заводов Корпорации Быстрого Развития, расположенный в Вест-Сайдском районе Кэпиталсити…»

- Фига! Это же этот район! Офигеть, у меня под боком такое творилось, а я ни сном ни духом… На улицу, что ль выходить, хотя б иногда?.. – Али поскрёб затылок.

- Тихо!

«...служба национальной безопасности среагировала оперативно, и утечку удалось предотвратить…»

- Чё за утечку? Там чё, газ какой-то или радиоактивные отходы?

- Да зомби там! Именно на этих заводах! Утечку зомби они типа предотвратили! Давай дальше слушать.

- Мужик, не парься, если чё – назад перемотаем.

- Да тише ты!

«…преступники пойманы и направлены в федеральную исправительную колонию, где будут трудиться на благо общества. Ими оказались трое жителей ближнего востока…»

Картинка показала три бородатые, заросшие рожи, с дикими, ничего не понимающими глазами. Бородачи что-то пытались лопотать на своём, но изображение тут же вернулось обратно на дикторшу.

«…охрана заводов усилена. Больше подобного не повторится, уверяет и.о. начальника нацбезопасности Метиас Коржински. Жители Кэпиталсити вновь могут спать спокойно, когда на страже стоят специальные подразделения национальной безопасности.»

Камера взяла план военного в сине-чёрной форме на фоне государственного флага. Али сплюнул.

- Вот уроды, а? Опять всё на эмигрантов свалили. Им нужны причины, чтобы продолжать войну на ближнем востоке! Вот такими постоянными «терактами» они поддерживают миф о злокозненных иностранцах, и налогоплательщики радостно прощаются с денюшками. Мужик, да они, небось, сами свой завод подорвали!

Андре покачал головой. В отношении корпуса РЗ Корпорация Быстрого Развития была не причём. Что же касается остального – возможно, Али и прав. Никакого же ядерного оружия войска Юсы на ближнем востоке не нашли. Значит, целью являлось что-то ещё. Ведь даже из инцидента с заводом Корпорация Быстрого Развития умудрилась извлечь выгоду.

- Давай второй сюжет. Хотя нет, постой. Мэри! Мэри, иди сюда! Посмотри кое-что!

Ответом была тишина, но, когда Андре уже решил отправиться за не-мёртвыми, дверь открылась и на пороге возникла гончая со скрещёнными на груди руками.

- Что ещё ты хочешь мне показать? Что ещё я не видела?

- Мэри, ну не обижайся, - взмолился парень. – Тут интервью с Фагом.

Гончая вздрогнула.

- Я подумал, тебе будет интересно…

За плечом Мэри появился Большой Джим. У Андре непроизвольно открылся рот. Толстяк будто ожил: загорелая гладкая кожа, опрятная просторная тога. О былом напоминали лишь цепи. И глаза. Не слепые глаза незрячего, но закатившиеся трупа. Андре отвернулся, смутившись. «Надо бы ему ещё чёрные очки купить.»

- Я тоже послушаю, если не возражаете, - прогудел зомби.

Мэри подошла поближе, обратив всё внимание на монитор и игнорируя Андре. Тот вздохнул.

- Али, запускай.

Снова логотип того же телевизионного канала – маленький спутник, кружащийся по орбите вокруг слова «новости». Потом проявился просторный зал, человек на сорок-пятьдесят. Почти все кресла заняты. Первые два ряда занимают люди с камерами и микрофонами. «Интересно, а остальные тогда кто? Массовка? Чтобы показать ажиотаж? Или просто интересующиеся, или служащие данной компании, или охрана?» - размышлял Андре. Перед залом, на небольшом порожке стоял стол полумесяцем, за которым расположились пятеро. Из них Андре знал только одного Фага.

- Полковник! С чем связано Ваше назначение на должность пресс-атташе Корпорации Быстрого Развития?

- Я лишь временно замещаю мистера Танга, пока он не выздоровеет, или не найдётся более квалифицированный специалист, способный подменить меня на данном посту.

- Но вы в курсе событий? Нам хотелось бы услышать в ответах не только «не знаю».

Журналисты поддержали спросившего смешками. Фаг ответил беззлобной улыбкой.

- Не волнуйтесь, я достаточно компетентен в данном вопросе. Как было заявлено, тема сегодняшней пресс-конференции – «Грис», новый препарат, запущенный в свободную продажу. Так что давайте её придерживаться. Можете задавать свои вопросы, господа.

Поднялся мужчина в свободно расстёгнутом костюме, с незатянутым галстуком, одетым лишь в качестве дани обязательному дресс-коду.

- Тим Райтер, газета «Еллоу Пейпе». По нашим данным у людей наблюдается зависимость к «Грису». Что вы на это скажете?

Фаг доброжелательно улыбнулся. Андре первый раз видел его таким. Само обаяние. Парню стало противно. «Лицемер двуличный. Да как они не видят, что это только игра? Он же издевается над ними, притворяется добреньким!»

- С места в карьер, да? – спросил он, чем вызвал смешки в зале, только Райтер стоял прямо, даже чуть вздёрнув подбородок. – Хорошо, если вас интересует данный момент – отвечаю. Прежде всего, что такое зависимость? И что считать зависимостью? Мы все зависим от кислорода, от пищи, от температуры, от зарплаты. От своих привычек. Вся наша жизнь состоит из зависимостей. И что? Это же в порядке вещей! Почему-то никто не возмущается, не требует изъять из свободного доступа воздух.

- Это всё софистика. Не нужно сравнивать витальные потребности с наркотиками, – отрезал журналист.

- А разве «Грис» - это наркотик? Потребность в знаниях, зависимость от знаний – это наша жизненная, или, как вы выразились, витальная потребность, - Фаг словно повторял чужие слова. – «Грис» помогает удовлетворить эту потребность. Он позволяет людям чувствовать себя полноценными, даёт возможность нашему мозгу работать на сто процентов! Чем же это плохо?

- Тем, что «Грис» - искусственный медицинский препарат!

Полковник посмотрел на Райтера со снисхождением.

- Люди не умеют летать. Они построили искусственные приспособления для этого. Быстро передвигаться не могут – то же самое. Если мы не можем сами справиться с болезнью – принимаем лекарства. Искусственные медицинские препараты. Человек не совершен. Но он наделён даром создавать себе подспорье, компенсировать свою ущербность за счёт своих же творений. Давайте не будем сейчас начинать дискуссию о разумности подобного подхода. Я понимаю, что кто-то будет призывать отринуть все блага цивилизации, вернуться в лоно природы и жить в гармонии с ней. Это их путь. Есть и другой. И если люди выбирают именно развитие техники, если раскрывают резервы своего организма с помощью «Гриса» - это их выбор. И если они хотят чувствовать себя полноценными всегда – я бы не стал называть это зависимостью, а сам препарат – наркотиком.

Корреспондент нахмурился, растерянно потёр лоб, но не нашёл что сказать и сел на место.

Встал следующий. Красивая рыжеволосая женщина в пиджаке песочного цвета с рукавами три четверти.

- Виктория Ривьера, журнал «Дьюти вумен». Наши читательницы интересуются, не оказывает ли данный препарат отрицательного влияния на зрение? Ведь механизм его действия как у глазных капель.

- Нет, он совершенно безвреден для организма.

- Просто от некоторых наших читательниц приходят сообщения о странных видениях. Они будто бы начинают видеть свечение у окружающих людей.

- Хм, не стоит мешать «Грис» с алкоголем и употреблять при занятиях спиритизмом, - пошутил Фаг, вызвав улыбки и смешки окружающих.

- А что насчёт компонентов «Гриса»? Почему не все указываются на упаковке?

- Как там и написано, часть компонентов является коммерческой тайной Корпорации Быстрого Развития. Сами понимаете, бизнес. Если все начнут производить подобные препараты – Корпорация не окупит дорогостоящие исследования, персонал, само производство… Но вам не стоит волноваться, все этапы создания «Гриса» прошли тщательную проверку Министерства здравоохранения и социального развития, и никаких претензий не было.

- Это всё замечательно. Но как же антимонопольное законодательство?

- Никаких проблем. На данный момент Корпорации Быстрого Развития принадлежит патент на производство и торговлю «Грисом». В последующем рецепт рассекретят, когда окупится его разработка. Все иные вопросы – к юристам Корпорации.

Журналистка села, поднялась другая, брюнетка с каре в строгом брючном костюме.

- Аманда Сайленс, еженедельник «Хелси лайф-стайл». – Голос у неё оказался тихим, даже вкрадчивым, будто она стеснялась сама себя. - Некоторое время назад кружили слухи, что «Грис» планируется поставлять в школы. Так ли это?

- Такие планы есть, - медленно ответил Фаг. – Но пока это только планы. По расчетам нашей компании «Грис» в школах должен назначаться отстающим ученикам по предписанию медицинской службы учреждения.

- Почему не всем? Ведь в нём же ничего плохого нет? – вставил с места Тим Райтер.

Фаг пару мгновений молчал.

- Ребёнок, не достигший двадцати одного года, не может принимать самостоятельные решения, - полковник цедил слова, словно подбирал их. – Взрослый, сформировавшийся человек уже знает пределы своих умственных возможностей и сообразно им решает, следует ли ему применять «Грис» или нет. Ребёнок захочет попробовать новое, вне зависимости, требуется ли ему допинг. Поэтому нужно решение медицинских специалистов по каждому конкретному случаю.

Не встретив новых вопросов и возражений, Уэст закончил более спокойным тоном.

- Но это ещё не скоро произойдёт. Дети – наше будущее, и потому будут новые исследования, ведь до того тесты проводили на взрослых. Конечно, мы уверены, что «Грис» безопасен, но тем не менее. Сами же понимаете.

Присутствующие на пресс-конференции важно покивали, даже если и не поняли, о чём он.

- Скукота! – демонстративно зевнул Али. – Про теракт и то интереснее было. Давайте хотя бы про дельфинов посмотрим?

Его неожиданные гости молчали. Сделавшийся вдруг мрачным и задумчивым Андре первым подал голос:

- Али, нам поговорить нужно, если хочешь, смотри один.

Джим с Мэри вышли первыми, парень за ними, плотно затворив дверь. Али пожал плечами и вернулся к Паутине.

Андре плюхнулся на диван, подняв облачка пыли. Чихнул, потёр нос.

- Ну и что вы думаете по этому поводу?

Гончая пожала плечами.

- Ничего. Что тут такого?

- Ну, как: Фаг вдруг занялся общественными делами, медикамент какой-то рекламирует. Разве не странно?

- Андре, почему ты во всё ищёшь подвох? – прогудел Джим. – Ты воспринимаешь в штыки каждое деяние этого военного. У тебя прямо аллергия на него. Остынь.

Парень вскочил на ноги.

- Да как вы не понимаете?! Что вы вообще такое говорите? «Остынь», «ничего странного»! Как бы ни так!

- А что тогда? – скептически скрипнула Мэри.

- Не знаю… - Андре смущённо потупился. – Я просто чувствую, что тут что-то нечисто. Заговор какой-нибудь…

- О! – гончая всплеснула руками.

- У тебя паранойя, - печально добавил Джим. – Этот военный, Фаг, стал твоей идеей фикс. Ты зациклен на нём.

- Вы ничего не понимаете! – в голосе Андре появились детские визгливые нотки. Не-мёртвые смотрели с сочувствием и разочарованием. Парню стало неудобно за своё поведение, но что он мог? «Как же им объяснить? Они взрослые, а взрослые вечно ничего не понимают, объясняй не объясняй!» Андре махнул рукой и кинулся из комнаты.

- Андре, постой, - пробасил вслед свободный зомби. Парень замер в дверях. – Убегая от проблемы, ты никогда не сможешь её решить.

Андре не оборачивался, но и не уходил.

- Подойди, сядь, я хочу поговорить с тобой.

Тот медленно вернулся. Большой Джим опустился на пол, скрестил ноги, звеня цепями. Парень осторожно присел на краешек дивана.

- Наберись терпения, Андре, и расскажи мне свою историю. Я чувствую, тебя что-то гнетёт. Тебе просто необходимо выговориться. Я уверен, вместе мы сможем найти решение.

Парень сидел, опустив голову, и по-прежнему молчал. Гончая долго посмотрела на него. «Бедный мой мальчик… Как же тебе тяжело. Тебя вырвали из привычного мира, бросили в новую реальность, ты, не пытаясь разобраться, что тут к чему, развязал войну живых мертвецов, молодой, милый, добрый, совершенно к ней не приспособленный. Это я виновата, прости, милый. Если бы я не вытащила тебя из застенка Фага, ты бы согласился на его предложение. Пошёл бы обычным путём хозяина, никто бы тебя не гнал как добычу на охоте. Спокойно бы развился. Я бы осталась на прежнем месте, мы бы виделись с тобой украдкой, когда ты приходил бы с докладом к Фагу…» Мэри вздохнула. «Кого я обманываю? Андре никогда бы не согласился стать таким же как Уэст. Всё, что его ожидало – стать пищей для этого пожирателя. И всё же, прости меня, милый…»

Бросив ещё один взгляд на парня, Мэри тихонько вышла из комнаты.

Андре не мог смотреть в слепые глаза Большого Джима. Свободный зомби стал вечным напоминанием о сотворённом со Смоллтауном. И сколько бы парень не пытался загладить ту вину – всё бессмысленно. За такое нет прощения. «Джим просит рассказать мою историю? Но как? Снова ловчить, подбирать слова, врать?.. Я уже не могу! И правду сказать не могу…» Он тяжело вздохнул, будто на его груди лежала наковальня.

- Джим… Джим, я не знаю, как начать.

Зомби улыбнулся, смотря куда-то сквозь предметы.

- Начни с начала. С чего началось твоё противостояние с Фагом?

- Со Смоллтауна. Косильщики, ну это солдаты, подчинённые Фага, убили моих родителей и девушку.

Джим помрачнел.

- Ужасно, мои соболезнования.

Андре дёрнулся, как от удара.

- Джим.. понимаешь, они уже были мертвы к тому времени. Они были зомби.

- Твоими родителями и девушкой – были зомби? – чёрные брови толстяка полезли на лоб.

- Да нет! Людьми они были, обычными людьми. Но стали зомби. А потом Косильщики их убили. Второй раз.

Свободный зомби задумался.

- Да, у тебя действительно всё непросто. Так, ладно. Дай я предположу: несмотря на то, что они уже были к тому времени фактически мертвы, ты всё же жаждешь мести?

- Да, Джим, да! Уж ты-то должен понимать! Что с того, что они были зомби?! Я вижу тебя и Мэри – вы же ничем от людей не отличаетесь!

- Так уж и ничем? – улыбнулся толстяк.

- А! – Андре махнул рукой, порываясь встать.

- Шучу, шучу, - быстро прогудел Джим. – Не убегай. Я понимаю.

Он поднял глаза к потолку.

- Мне не передать те странные ощущения, что сопровождают моё теперешнее состояние. И, тем не менее, я не кажусь себе кем-то другим. Каким-то иным существом. Мне кажется, я всё тот же Большой Джим.

Андре кивнул.

- Так и есть. Джим, они, когда стали зомби, всё же узнали меня. Понимаешь, узнали! Не безмозглые мертвецы, жаждущие одного, но создания наделённые чувствами, мыслями, волей, желаниями. Как я могу относиться к вам иначе, если я вижу подтверждение этому каждый раз?! И, в тоже время.. Стадо, Джим, в них нет ничего человеческого… Одно желание мозгов, иррациональное, маниакальное… Я не понимаю этого. В чём разница между тобой и обычным зомби? Почему ты можешь думать, а они нет?

- Я не знаю, Андре. Может, стоит спросить это у самих зомби?

Парень рассмеялся.

- И что они на это ответят? «Мозги»? – он тяжело вздохнул. – Мэри вот говорит, что всё не-мёртвые способны мыслить, не только свободные… Но это кажется сказкой.

Джим пожевал губы.

- Хорошо, твоё отношение к не-мёртвым я понял. И я рад, что в своей новой не-жизни повстречал первым именно тебя. Но вернёмся к Фагу. Он лично убил твоих родителей?

- Нет. Там какой-то другой офицер был… Джим, я не понимаю, ты что, ему оправдание пытаешься найти?!

- Я просто пытаюсь разобраться, не злись. Значит, другой был. Но мстишь ты именно Фагу.

- Тут не только в убийствах дело, - насупился Андре. – Понимаешь, Джим, всем наплевать. Всем в Смоллтауне было наплевать, что убили несколько его жителей. Все верили лжи, вёдрами выливаемой СМИ в уши телезрителей. Вот так же, как и сейчас! Если Фаг говорит, что этот «Грис» безвреден – значит, он смертельно опасен!

- У тебя предубеждение.

- Ничего подобного! Знаешь, что Али сказал? Что в этом районе бродяг, умерших на улицах, собирают Косильщики. А иногда и живых прихватывают. И что, ты думаешь, кому-то до этого есть дело? Как бы ни так! Я хочу отомстить не столько Фагу, сколько этому обществу! Зажравшемуся, с заплывшими глазами, безмозглому как баран на скотобойне. Хочу отомстить Косильщикам, уверенным в своей безнаказанности и вседозволенности, за то, что они творят со всеми нами. Я хочу отомстить за то, что они сделали с Мэри, за то, что они сделали с тобой. И со мной… – глухо закончил Андре, уронив голову на грудь.

Джим поёрзал на полу, звякнув цепями.

- Теперь я понимаю тебя. И знаешь, что хочу сказать? Прости их, Андре.

- Что?..

- Да-да, ты не ослышался. Прости их всех. Прости недальновидное человеческое общество, прости исполнительные винтики – Косильщиков, прости их алчное руководство – Фага. Не отвечай на зло злом. Будда учит, да и некоторые другие религии, что бог есть любовь. Ответь же им любовью, прощением. Противопоставь кулаку раскрытую ладонь. Борясь с ними, ты привносишь только новые разрушения в этот мир. В ответ на твой удар – ответят они. Поверь мне, так и будет. Насилие будет громоздиться на насилие, зло – на зло, вырастая всё выше, принимая всё более дикие, чудовищные очертания. Разорви этот круг. Сделай первый шаг. Прости их.

Андре встал. Сжал зубы.

- Я бы рад, да разучился прощать.

- Пойду, пройдусь, - бросил он, направляясь к выходу из дома.

- Я с тобой, - тихо сказала Мэри, терпеливо дожидавшаяся окончания разговора в коридоре. Андре не стал её гнать от себя.

Часть III. Глава 4

Глава 4

Вечерело. Тёплый воздух нежно облекал кожу. Солнце скрылось, но облака, цвета крем-брюле, ещё источали мягкий свет. Уличные фонари едва-едва затеплились. Андре глубоко вздохнул и потёр глаза, уже попривыкшие к полумраку дома Али.

- В какую сторону пойдём?

Мэри пожала плечами.

- Мы пришли оттуда, - она махнула рукой на восток. – Но там же, получается, корпус РЗ.

- Значит, туда и пойдём. Ты же предупредишь, если что?

- Да, - гончая безропотно согласилась на роль разведки. «Наверное, только для этого он и взял меня с собой. Пускай! Лишь бы быть с ним рядом.» – Только не забывай, что я не всевидящая. Если появится вертолёт – сразу же спрячемся, ладно?

Пошли вниз по улице. Андре вертел головой из стороны в сторону. Днём район не казался таким заброшенным. Вечер сгустил краски. Нежилые дома неуютно глазели тёмными окнами, мусор так и остался неубранным. Звуки бурлящего мегаполиса, днём накрывавшие облаком весь город, сейчас отступили, будто объявив бойкот этим местам. Кэпиталсити не хотел иметь ничего общего с Вест-Сайдом.

Андре невольно ссутулился, сунул руки в карманы джинс. Плечи парня задрались, сделав его похожим на растрёпанного ворона. Обычное для него, вечного аутсайдера, состояние. Наверное, здесь он должен чувствовать себя в своей тарелке, ведь люди, живущие в этом районе, родственны ему по духу. Они должны понять, должны присоединиться к крестовому походу против Фага.

Дорога забиралась в низину, где серые однотипные многоэтажки чередовались с обветшалыми коттеджами. Воистину, дно столицы.

Глаза Андре загорелись, когда он увидел группку женщин в откровенных нарядах. Он быстро глянул в сторону Мэри и стыдливо потупил взгляд. «Будто с мамочкой иду.» Заслышав громкий, показушный смех за спиной, парень ещё сильнее втянул голову в плечи и постарался идти подальше от гончей. Та не поняла его намерений, наоборот, сократив дистанцию, взяла парня под руку. Уши Андре запылали. «Стыдоба.»

- М-мэри, ты не могла бы меня отпустить?

- А что такое?

- Ну, вдруг кто что подумает?

- Не выдумывай! Ну, подумает, и что? Тебя тут сто лет никто не видел и ещё столько же не увидит. О чём ты переживаешь?

- Ну, как… Ты старше меня, выше, и вообще…

- Забудь. – Мэри не собиралась упускать такой случай. – Это всё неважно. Сосредоточься на миссии. Ты же что-то хотел увидеть, или узнать?

- Д-да, - обречённо проблеял Андре. В голове царила пустота. Все задумки улетучились. А были ли они? Если не врать себе, то парень хотел просто вырваться из-под опеки не-мёртвых, пройтись без цели, показать, что он самостоятельный, тоже может решать. Захочет – уйдёт, захочет – придёт. А что вышло в итоге? Мало того, что взял с собой гончую, так если сейчас ещё и домой завернуть – значит расписаться в собственной несостоятельности. И значит, придётся терпеть и искать какие-то зацепки, что помогут ему в противостоянии с Фагом. Раз уж он отказался последовать совету Джима.

Гончая тихо млела, чувствуя такое близкое тепло своегохозяина.

Пошли дальше. Увидели, как другие полураздетые женщины обступили одинокую машину, как произошла короткая схватка, и победительница села внутрь. Она широко улыбалась, ведь теперь не придётся стоять до последнего на улице, рискуя загреметь в лапы Косильщиков. Увидели, как парочка, вроде них, подошла к человеку в переулке и что-то купила. Увидели, как в другом переулке группа мужчин избивала кого-то ногами. Андре было дёрнулся, но гончая, проявив недюжинную силу, увела парня подальше. Потом почувствовали резкий противный запах.

- Что это? – Андре зажал нос пальцами.

Мэри быстро сориентировалась.

- Вон там, за углом, жгут отходы.

Парень выругался, и направился на другую сторону улицы. Там любопытство натянуло поводок и потащило за собой в проулок, откуда лилось оранжевое свечение, и плясали таинственные тени. Около горящей бочки, сидел старик. Вряд ли ему было холодно. Скорее, он, как и его косматые предки миллионы лет назад, черпал в огне уверенность, призрачную надежду, что пламя отгонит ночь и летящие на её крыльях страхи. Андре присел рядом на корточки, привалившись спиной к ободранным кирпичам с неряшливыми прослойками раствора.

- Как жизнь, дед?

- Нормально, - проворчал тот. – Чего надо? У меня ничего нет.

- Да я просто поговорить хотел.

Старик поднял голову, уставившись на Мэри, будто пытался разглядеть её лицо сквозь вуаль.

- Ну так говори, раз хотел.

Андре растерянно заморгал.

- Ну.. как вы тут живёте?

- Ты уже спрашивал, - ворчание отдало насмешкой.

- Что нового?

- Ничего, всё по-старому.

- Вот и поговорили, - сокрушённо резюмировал парень. Дед только хмыкнул.

- А чего ты ожидал, чужак? Ходят тут всякие, внимание привлекают. Все вы чужаки шебутные, непоседливые, всё вам неймётся. А старый Томас только хочет, чтобы его в покое оставили, старый Томас никого не трогает, ни чужаков, ни военных, ни дроперов…

- Дроперы? Это кто такие?

Дед подозрительно глянул на него исподлобья.

- Ты откуда, чужак? Чистенький какой, не то, что старый Томас. Сытый, поди, про дроперов не знает… Странный, подозрительный чужак.

- Я сегодня только переехал в этот район. Здесь недвижимость дешёвая.

Старик расхохотался, распахнув рот с жёлтыми пеньками зубов.

- Подозрительно дешёвая, а, чужак? Старый Томас тебе так скажет – дурак ты, чужак. Позарился на дешевизну. Как и дроперы. Дешёвый наркотик, новый наркотик, видения от него. Зальют глаза, закапают, и не видят ничего. Берут их военные тёпленькими. Старый Томас не дурак, он не станет дропером. Он спрячется от военных, не найдут его. И ты, чужак, - дед наставил шишковатый палец на Андре, - спрячься, и глаза не заливай. Тогда, глядишь, и доживёшь до стольки же, что и старый Томас.

Он перевёл взгляд на Мэри.

- Пусть и ходит за твоим плечом смерть. Ты за старым Томасом пришла, милая? Бери, устал он, готов идти. Устал прятаться, устал смотреть на чужаков, устал смотреть на военных, устал смотреть на дроперов. Бери, милая. Только чтобы я в земельку мягонькую лёг, только чтобы четыре доски вокруг меня было. Сделаешь, милая? Не хочет старый Томас и после смерти бродить, живых пугать, ой не хочет…

- Пойдём отсюда, Андре, - гончая потянула парня за руку. – Он совсем выжил из ума, ты нашёл у кого спрашивать.

Андре не сопротивлялся.

- Что с ним, Мэри? – тихо спросил он, когда они отошли подальше.

- А что с ним? Он просто стар. Устал от жизни, вот и бредит. Обычное явление в мире людей. У тебя не было дедушек с бабушками?

Парень помотал головой.

- Мамина мама рано умерла, а отцовские родственники все за океаном живут. Мы к ним не ездили, и они к нам. Ну, ладно, старость, а почему он здесь, на улице?

- А я откуда знаю? Может, выселили, может, дети выгнали, может, сам ушёл.

- И что же, государство не заботится о нём?

- Милый мой Андре, до чего же ты наивен. У государства хватает забот. К тому же, ты же слышал, что Али говорил: никому нет дела до этого района. Всё равно все умрут, рано или поздно.

- И попадут на завод. То есть в корпус РЗ. И такие корпуса по всей стране. Собирают мёртвых, а иногда и живых. Разве это нормально, Мэри?

Гончая пожала плечами.

- Это жизнь. Обычная жизнь Юсы. Ты видишь акции протеста? Народное возмущение? Всех всё устраивает. Я думаю, людей даже устраивает, когда соседей Косильщики забирают. Главное, что не их. А будешь сидеть тихо, спрячешься, как этот дед, так и до старости доживёшь. Вот и вся философия.

- Это неправильно.

- И что? Так ты один думаешь. Других всё устраивает. И один ты ничего не сделаешь.

- Вот если бы все разом прозрели, увидели, что творится, тогда бы… - мечтательно начал Андре.

- Что тогда? Ох, Андре, я поражена твоей вере в людей. Ты, несмотря ни на что, считаешь их хорошими, считаешь, что у них ещё есть шанс. Да пойми же ты, они видят! Они все всё видят! И ничего не делают.

Молодой хозяин заиграл желваками.

- Если не хотят – я заставлю. Насильно вытащу за волосы из дерьма, в котором они живут.

Гончая хмыкнула.

- И что, думаешь, тебе кто-то спасибо скажет? За то, что ты людям их пороки укажешь? Да они тебя же в этой же грязи и утопят, чтобы впредь неповадно было высовываться.

- Это мы ещё посмотрим.

Мэри увидела, что Андре опять загородился от неё стеной. Она прильнула, погладила по плечу.

- Не расстраивайся, со временем ты поймёшь, что я права, пока просто поверь. И, Андре, - гончая огляделась, - пойдём домой? Уже совсем стемнело.

Парень не ответил, но развернулся в обратную сторону.

Из подворотни, мимо которой они проходили, выскочил низкорослый смуглокожий мужичёк с курчавой бородкой.

- Ё, мужик, дропнуться хочешь?

- Что, простите?

- Ну дропнуться! Залить шары? Капнуть молочка? Не?

- Первый раз о таком слышу, - Андре не уходил, хоть гончая и тянула его за собой.

- Так ты ещё не пробовал? – глаза мужичка заблестели. – Я те скажу, это ваще тема! Слыхал про «Грис»?

- «Грис»?! – парень не смог скрыть изумления. От его выкрика мужичёк отшатнулся, прячась в тень подворотни. Андре шагнул за ним, волоча упирающуюся Мэри.

- Ты чё орёшь, больной?

- Я краем уха слышал про «Грис», а что?

- Хочешь почувствовать себя Эйнштейном? Ну, попробовать хочешь? – мужичёк достал из кармана стеклянные пробирки, размером с винтовочный патрон.

- Не знаю… - с сомнением протянул Андре, отстраняясь.

- Да ты не дрейфь, он совершенно безвреден, чё, новости не смотришь?

«Достали уже в качестве незыблемой истины приводить сказанное в новостях!» - со злостью подумал парень, но вслух сказал:

- Смотрю. Только там говорили, что он в аптеках продаваться будет.

- Он и продаётся в аптеках, мужик! Но у меня дешевле! У меня свои каналы, связи, все дела, я достаю гораздо дешевле и продаю соответственно! И даже дешевле, чем у других! Ну, как, попробуешь?

- А почём?

Глаза мужичка сделались маслеными, пальцы же гончей впились в руку Андре так, что тот чуть не вскрикнул.

- Знаешь чё, у меня тут пара пробников осталась, - диллер достал маленькие цилиндирики, похожие на пластмассовые колпачки от шариковых ручек, и продолжил вкрадчивым голосом: – так что я тебе их бесплатно дам. Считай, акция.

Он ухмыльнулся.

- Тут по паре капель, но, чтобы распробовать – хватит. И тебе, и твоей подруге.

- Она не моя подруга, - буркнул Андре, не видя, как после этих слов гончая замирает соляным столбом.

- Да ладно, ничего тут такого нет, подумаешь, старше себя отхватил. Зато она богатая, поди! – мужичёк паскудно усмехнулся и подмигнул парню.

- Вы не понимаете!

- Забей, и не хочу. Всё, валите, давайте. А то комендантский час скоро. Только не забудь, мужик, за добавкой только ко мне приходи. У других дороже!

Последние слова он прокричал им в спины и юркнул обратно в спасительную тьму переулка.

- Выкинь эту гадость немедленно! – зашипела Мэри, стоило им удалиться на десяток шагов.

Андре только сильнее сжал колпачки в кулаке.

- Что ты такое говоришь, Мэри? Это же вещественные доказательства! Этот тот самый «Грис», который Фаг рекламировал!

- И что? Как ты его собираешься проверять? У тебя где-то химическая лаборатория припрятана?

- Нет… На себе…

Гончая постучала пальцем, твёрдым как кость, по лбу парня.

- Мозги там ещё остались?

- Да что со мной будет? Я же хозяин!

- Дурак ты, а не хозяин. Пошли домой, горе моё, пока ещё кто-нибудь не пристал.

- Мэри? Ты чего, Мэри? Опять обиделась… - тоскливо вздохнул Андре.

- Да не обиделась я, - тихо ответила она. – Разве я могу на тебя обижаться?..

Дверь в дом Али оказалась заперта. Парень с гончей переглянулись.

- Там есть кто-нибудь? – спросил Андре у спутницы. Мэри уставилась в стену.

- Да… И Джим, и Али…

- А что заперлись? – парень раздражённо застучал в дверь. – Эй! Открывайте, это мы!

Шагов они не услышали. Дверь резко распахнулась, рука схватила Андре за рубаху и втянула внутрь.

- Братуха, ты чё дебил, чё разорался-то?! – раздался громкий шёпот. - Чё у вас за манера, как ночь – так орать?! Тётя, забегай пулей!

Али запер за ними дверь.

- Я уж думал, вас того, Косильщики забрали! Твою мать, а?! Где шляетесь?! – всё так же рассержено шипя, мужчина протолкал их глубже в дом. – Объяснял же – комендантский час, негласный, сидеть нужно тихо как мыши! А эти! Гулять им приспичило! И поорать под дверью! Не, ну вот чё орать?!

- Хватит! Мы поняли! – ответила тем же тоном Мэри. Али осёкся. Прыщавое лицо стало обиженно-детским. Андре тут же постарался исправить положение, одёрнув гончую:

- Мэри! Али прав, мы виноваты. Мы должны быть благодарны, что он впустил нас к себе, позволил жить и прятаться от Косильщиков.

Та гордо вздёрнула подбородок и прошествовала в комнату к Джиму.

- Али! – глаза парня сияли от радости. – Я кое-что достал! Пошли, покажу!

Всё ещё надувшийся мужчина побрёл за ним.

- Нам крупно повезло! – торжественно возвестил Андре. Лицо свободного зомби выражало искренний интерес, а Мэри с Али старались не смотреть в сторону друг друга. Молодой хозяин разжал ладонь. – Вот! Я достал «Грис»!

- Какое интересное свечение от этих штучек, - пробасил Джим. Али взял один «колпачок», поднёс к глазам, пытаясь рассмотреть в темноте.

- Не, мужик, чё-то тебя глючит, нет никакого свечения. Ну и чё это такое?

- Ты что не слушал, что Фаг в новостях рассказывал?!

- Больно надо. Фигня какая-то, лекарство…

- Он и дилер на улице обещали, что с этим препаратом любой почувствует себя Эйнштейном!

- Мда? – Али с сомнением вертел пластмассовый цилиндрик в пальцах. – А ты чё, рекламе веришь? А может, ещё и в Санту?

Он ещё раз попробовал рассмотреть содержимое цилиндрика на просвет.

- И как это принимать? Глотать, в воде растворять? В вену колоть?

- Нет, в глаза закапывать!

- Чё, реально?

- Ну да… А что?

Али задумчиво поскрёб подбородок, украшенный щетиной, росшей пучками.

- Вишь, в чём тут дело, братуха. В Паутине, среди нашего брата хакера, ходит слушок о каком-то чудо-зелье. Которое тоже, мол, в глаза закапывать нужно. И после него такой умный становишься, просто жуть. Можешь даже вирусы по памяти писать. Прикинь? Пара сотен строчек шестнадцатиричного кода! А, вы не знаете, чё это такое… Ну, короче, для чела не реал такое запомнить. Прикинь – капнул, и под любую машину, под любую защиту, трояна написал… Да… Сказки прям… Это как читы в играх… Твою мать! Ну коды, чтобы там бесконечную жизнь себе поставить, бесконечные патроны и так далее! Я прям не знаю, как из прошлого века выползли…

- Не отвлекайся, - улыбнулся Большой Джим. – И что, это чудо-зелье и есть «Грис»?

- А я почём знаю? Название никто не спрашивал. Те из наших, что поумнее, матами кроют новичков, которые этим зельем пользуются. Понятное дело, старожилам обидно, они по десять лет учились этому, совершенствовались, а тут пришёл какой-то ламер и обскакал всех.

- А что ж они сами это зелье использовать не пытаются?

- Без понятия. Я ж говорю – умные. Говорят, что фигня всё это. Те новички, что им увлекаются – пропадают вскоре.

- В смысле? Их кто-то похищает?!

- Неа. Им всё безразлично становится, кроме этого зелья. Выходит штука, покруче герыча. И смертность от неё нулевая.

- Сильное привыкание, а убивать не убивает… - подумал вслух Андре. – Если человек попробовал, становится рабом до конца своих дней. Жуть.

- Ага, - согласился Али и вернул «колпачок» парню. – Так что я пробовать эту дрянь не хочу и тебе не советую.

- Видишь, Андре, - тут же встряла Мэри. – Даже он тебе это говорит!

- Чё значит: «даже он»?! – набычился Али, но гончая не обратила на него внимания.

- Андре, милый, выбрось, я тебя прошу!

- Может, это и не «Грис», - задумчиво ответил тот, подбрасывая цилиндрики на ладони. – Может, то зелье, что друзья Али ругают – не «Грис». А может, это всё сказки про его эффекты. Реклама, чтобы народ привлечь.

- До чего ты упрямый! – всплеснула руками Мэри. – Хочется тебе попробовать – и всё тут! И чтобы мы не говорили, какие бы доводы не приводили – всё едино! А если ты подсядешь на это?! Кто с тобой нянчиться будет? Где ты деньги будешь брать на «Грис»? Андре, подумай, я умоляю тебя! Не делай этого!

- Мэри права, - прогудел Джим. – Если тебе нужен эффект на ком-то проверить – давай это буду я. Мне-то уже ничего не грозит.

- Не знаю, - с сомнением протянул Андре. – Как-то это не очень… Раз я это всё придумал, то я и должен проверять.

- Перестань, - отмахнулся зомби и решительно взял капсулу с «Грисом». - Али, принеси, пожалуйста, нож, нужно это открыть.

- Всё-таки решил, мужик? Ладно, дело твоё… - он ушёл на кухню. Его не было долго. Вернулся Али с канцелярским ножом.

- Чё-то, по ходу дела, других у меня нет, - виновато объяснил он, выдвигая лезвие.

- Сойдёт, я думаю, - толстяк улыбкой подбодрил его.

Зомби отмахнул верхушку, едва не задев себя по пальцу, быстро капнул в глаза. Постоял, поморгал, пошевелил слепыми белками, будто оглядывая пространство.

- А когда подействовать должно?

Собравшиеся почти одновременно пожали плечами.

- Никакого эффекта, - обиженно прогудел Большой Джим.

Андре осенило.

- Именно, Джим! Результат и должен быть не достоверным! Нужно «Грис» на людях проверять.

- А толстячок у нас кто? Слон, что ли? – хохотнул Али. – Или ты имеешь в виду на зрячих людях?

- Д-да, это я и-имел в-виду… - Андре выдохнул. Гончая сделала страшные глаза и попыталась незаметно отвесить парню подзатыльник. Тот увернулся, кинувшись к Джиму за ножом.

- Давайте теперь всё-таки я, - быстро сказал он, меняя тему, пока его не настигла кара Мэри.

Андре сосредоточенно пилил верхушку. «Господи Иисусе, что ж я делаю такое? А вдруг там та ещё зараза. Джим ведь не показатель. Журналист говорит – привыкаемость, Фаг говорит – естественная потребность, хакеры-новички говорят – расширение возможностей, хакеры-профессионалы – последующая апатия ко всему. И каждый, наверное, прав по-своему… Так что я всё делаю правильно. Единственный способ разобраться – попробовать самому. А с последствиями уж как-нибудь справлюсь…»

Наконец, пластмасса поддалась. Он бросил последний взгляд на окружающих: Али с Мэри глядели с неподдельной тревогой, загримированного Джима было невозможно понять. Парень надеялся, что и зомби переживает за него. Ему так этого хотелось: чтобы кто-нибудь думал, волновался о нём.

Андре капнул сначала в правый глаз, потом в левый. Зажмурился. Когда уже хотел сказать, что ничего не происходит, что все рассказы оказались враньём, его накрыло.

Парень падал в бездну. На мгновение захватило дух, а потом невидимые потоки подхватили тело, и вот он уже летит, устремляясь ввысь. А потом сознание пробило серый мыльный пузырь, и вселенная распахнулась от края до края. Андре понял, что почти знает смысл бытия, почти видит движение звёзд и атомов, что он почти всеведущ, а потому почти всемогущ. Почти. Любая житейская проблема мысленно решалась мгновенно, будто ответ сам влетал в голову, но что-то глобальное… Знание ускользало, уворачиваясь от рук юркой птахой. Парень застонал от муки. Ещё чуть-чуть и он всё поймёт, всё узнает. И станет по-настоящему всесильным. Возможно, стоит немного увеличить дозу «Гриса»…

Распалённое препаратом сознание отреагировало на эту мысль мгновенно, будто к голой коже приложили раскаленный прут.

«Стоп.Вотонареакцияна«Грис».Тапривыкаемость,окоторойговорилкорреспондент.»

Мысли проносились скоростными поездами. Но понемногу искра осознания затухала, как постепенно гаснет вдруг вспыхнувшая звезда. И Андре вспомнил, когда он уже испытывал подобные ощущения. Перед невидящим взором широко распахнутых глаз встала ночная улица Смоллтауна, освещённая окнами и открытыми дверями окружающих домов. И вяло бредущие трупы. И кровь на руках. И свежий мертвец, с прокушенной головой у ног. Тогда Андре тоже чувствовал тот неописуемый восторг и ту же боль от невозможности достичь вершины. Он вспомнил, как желание познать мироздание превратило его в безумного убийцу, без разбора пожирающего мозги горожан. «Это что же - «Грис» оказывает тот же эффект на людей?! Но если бы они кидались друг на друга, препарат тут же запретили бы. А так они просто подсаживаются на него, не зная, что подобного эффекта можно достичь и иным, далеко не мирным способом. А если узнают? Господи Иисусе! Во что же Фаг превращает людей?!»

Сначала вернулся слух. Андре услышал шлепки, а потом понял, почему его голова мотается из стороны в сторону. Мэри, пылающая кроваво-красным, хлестала его по щекам.

- Андре, очнись, да очнись же! Что б тебя! Ну, пожалуйста, очнись!

- Тетя, да ты его убьёшь так!

Андре перевёл взгляд на Али. Голова того сияла тёплым оранжевым светом, мягким, ласкающим, притягательным. Потом взор парня натолкнулся на сгустившуюся за оранжевой звездой синюю тучу. Туман цвета индиго клубился в прозрачной форме, повторяющей человеческое тело. «Джим.» Кажется, Андре ещё никогда не видел ауры так ярко и чётко. Он разлепил пересохшие губы.

- Я.. я в порядке.. Х.. хватит меня бить…

Вернулось осязание: запылали щёки. Мэри отступила, прижав заломленные руки к груди. Парень посмотрел на ладонь с последним пластмассовым цилиндром «Гриса». «Вот так молочко…» «Колпачок» сквозил затухающим оранжевым свечением. Мир вернул краски. Андре облегчённо выдохнул и тут же сжался в испуге, ожидая расплаты. Воспоминание о хлынувших в его мозг чувств других людей, чьи мозги он поглотил, ещё не успело стереться. Но всё обошлось. «Грис» не оставлял послевкусия.

- Ну чё, братуха, ты как? – Али присел рядом с ним, заглядывая в глаза.

- Уже всё нормально. А что со мной было?

- О, тут ваще коры! Ты сначала застыл, потом вдруг застонал, как будто тебя кто трахает, затем вздрогнул всем телом, глаза распахнулись, словно ты офигел от того, что увидел. А их, зенки-то, плёнка покрывает, молочно-белая! Жуть, прям как у зомби. Тётка чуть с ума не сошла. Кинулась к тебе и ну лупить! А ты как кукла мотаешься из стороны в сторону и ноль эмоций. Вот такой цирк.

Андре смущённо улыбнулся, растерянно почёсывая затылок.

- Слышь, а ты там чё, голых баб видел? – с надеждой спросил Али. Андре отрицательно замотал головой, тот разочарованно сплюнул.

- Ну тогда совсем дерьмо этот «Грис», - сделал вывод для себя Али.

Парень задумчиво подбросил «колпачок».

- Что произошло, милый? – тихо просила Мэри. – Что ты почувствовал?

Андре стрельнул глазами в Али.

- Понимаешь, Мэри, - осторожно начала молодой хозяин, - это мне кое-что напомнило… Я потом расскажу.

Гончая тоже посмотрела на неопрятного мужчину и кивнула, мол, поняла.

Джим протиснулся вперёд и взял последний колпачок «Гриса». Потом вооружился ножом и смахнул верхушку.

- Джим? Джим, что ты делаешь? Ты же сказал, на тебя никак не подействовало! – Андре вспомнил своё желание сразу же после принятия повысить дозу. «А то если зомби тоже испытал, но сказал «никакого эффекта», чтобы ещё раз ширнуться?!»

Толстяк кивнул.

- Не подействовало. Но если не через глаза, то, может, по-другому получится?

И он выдавил цилиндрик в рот. Пожевал губами, причмокнул.

- Я уже пробовал такое, - медленно сообщил он. – Совсем недавно.

Свободный зомби нахмурился, вспоминая.

- Да, недавно. На этом заводе. Когда я в чан упал. Там жидкость с таким же вкусом была.

Глаза Андре поползли на лоб.

- Но там же!..

Гончая сквозь вуаль зыркнула на него так, что парень едва не прикусил язык, только бы не ляпнуть чего лишнего.

- Али, - проскрипела она, - тебе не пора спать?

- Ты чё, тётя, время ещё детское! Мы ещё сегодня с мужиками из клана в рейд собирались!

- Вот и сходи в этот рейд.

Али опять надулся.

- Да вы ваще офигели. Это мой дом, а меня гоняют как шавку какую, секреты всё у них какие-то, совещания, твою мать, - бубнил он себе под нос, уходя в другую комнату. В открытую спорить с Мэри Али уже не решался.

- Так, теперь можешь болтать, - повелела она, проверив, плотно ли закрыта дверь.

- Мэри! – взвился с дивана Андре. – Это что же! Они «Грис» из мозгов гонят?! Ведь в котле были мозги зомби! Ну в корпусе РЗ! И я, представляешь, и я с ними же сходство почувствовал! Да какое там сходство – один в один! Только нет воспоминаний!

- Тихо, тихо, тихо, - Джим силой усадил парня обратно. – Объясни для начала: где и когда ты пробовал человеческие мозги, мальчик?

Андре разом притих, снизу вверх глядя на нависшего толстяка. Тонкие пальцы гончей коснулись шоколадного плеча зомби.

- Джим, сейчас не время. Давайте сначала с «Грисом» разберёмся.

Тот нахмурился, но спорить не стал, отпустил Андре и сел на пол. Мэри опустилась на краешек дивана.

- Устроим мозговой штурм. Что мы сейчас знаем наверняка? Джим определяет «Грис» как содержимое чана в корпусе РЗ. Андре – как мозги. В чане у нас тоже были мозги, только зомби. Какие есть отличия?

- Нет воспоминаний, - видя, что его не понимают, Андре продолжил: - Когда пробуешь человека, к тебе переходит часть его воспоминаний. Ты переживаешь то, что он недавно переживал, знаешь то, что он когда-то знал. В «Грисе» этого нет. Он – чистый.

- Джим?

- Я не заметил особых отличий. Доза слишком мала. Нет, что вы так смотрите? Я там в целую бочку варева свалился, и даже тогда изменений в себе не заметил. А тут – пара капель…

- Зато я заметил, - проворчал парень. – Ты после купания сильно поумнел, даже чересчур.

- Допустим. Но это что, плохо? – брови Джима опять сомкнулись как две чёрных тучки. Того и гляди – молнии брызнут из слепых шариков глаз.

- Нет, нет, это хорошо! – поспешил уверить его Андре, отгораживаясь руками. – Просто сообщаю факт. У тебя прекратились провалы, когда ты тупишь по-страшному.

- Уже набрался от этого Али? – заскрипела Мэри. – Выражайся нормально!

- Да забей… Ой, Мэри, прости! Я хотел сказать, не обращай внимания, ничего страшного!

- Хватит, - буркнул хмурый зомби. – Давайте ближе к теме. Получается, что ваш Фаг потчует людей мозгами себе подобных? Приучает к каннибализму? Зачем ему это?

- Не знаю… - Андре потёр виски. - Не в каннибализме дело, я так думаю. Конечно, я не могу поручиться, но от простого поедания мозгов, вроде, никаких особых эффектов не бывает.

- Если, конечно, ты не хозяин, - вставила гончая.

- Или зомби, - добавил парень. – Но зачем кормить этим обычных людей?

Мэри задумалась, постукивая носком туфли.

- Помнишь, в репортаже… когда Фага спрашивали… там одна женщина сказала, что у принимающих «Грис» визуальные эффекты наблюдаются. Может, они начинают ауры видеть?

- Точно! Я тоже после закапывания стал так чётко всё видеть! Значит «Грис» провоцирует человека стать хозяином? Чтобы нас стало больше?

- Чушь. Они слишком кичатся своей особенностью, чтобы всех в себе подобных обращать.

- Тогда, может, они так хозяев выявляют?

- Это вероятнее. Но какой при этом побочный эффект – сотни, если не тысячи оболваненных людей?!

- Готовое стадо… - ужаснулся Андре. – Фаг говорил, что Юса – их. Что они научились сдерживать людей. Это же «Грис»! Полковник приучает к нему население! Нация рабов! Легальный наркотик, от которого нет спасения! Он же его и в школы хочет поставлять! Мэри! Мэри, его нужно остановить!

Гончая внутренне застонала. «Опять, опять он лезет на баррикады.»

- Смирись, Андре, - увещевала Мэри. – Отступись, ты другим хозяевам не ровня. Нет, ты, конечно, у меня молодец, талантливый, но ты ещё так юн. Тебе ещё много нужно узнать, выучиться. Куда тебе тягаться с профессионалами на их поле?

И тут Андре широко улыбнулся.

- А ты у меня умница, Мэри! Я тебя обожаю! – он не заметил, как при этих обычных, ничего не значащих для него словах, гончая замерла, не в силах поверить своим ушам. – Я пытался играть по их правилам. Зомби поднимал, и всё такое. Залез в то, в чём не разбираюсь. Один против сплочённой организации! Какие у меня могли быть шансы? Правильно, только по башке наполучать. А просто не нужно в лоб. Нужно найти их слабое место и бить по нему!

- И что это за «слабое место»? – с сарказмом спросила Мэри.

- Общественность! Знаешь, что произошло в Смоллтауне? Всем сказали по телеку, что всё хорошо – и они поверили. Я пытался открыть глаза горожанам, но не тем способом… Нужно было по-другому! Нужно обернуть их оружие – СМИ – против самих же хозяев. Хозяева же боятся известности, иначе давно выступали бы в открытую. Поэтому обычные люди нам помогут. Вот будет моя армия! Нужно раскрыть их секреты, выложить всю их подноготную в Паутину, чтобы про них крутили по ТиВи разоблачающие репортажи.

- Но как, милый ты мой? Кто ты, и кто они? Ты думаешь, ты сможешь заплатить больше, купить больше журналистов?

- Да ненужно никого покупать! Пытаясь кого-то купить, я снова залезу на поле профессионалов. Мы всё сделаем за счёт обычных людей. Которые хотят знать правду. Сейчас информационная плотина хозяев кажется монолитной, но я уверен, достаточно будет трещинки, через которую просочится ручеёк правды – и вся громадина рухнет!

- Не знаю, не знаю, Андре…

- А я знаю! Эх, жаль «Грис» кончился… Мы опять с пустыми руками. А нам нужны факты, нужны фото и видео материалы, рассказы очевидцев! Мы – Подполье, мы трое – освободительная армия, оппозиция Фага!

- По-моему, у него горячечный бред, - обречённо сказал Джим.

- По-моему, тоже, - согласилась Мэри.

- Вы ничего не понимаете! – вскричал Андре, вскакивая на ноги. – Никто меня не понимает!

- Андре, милый, подожди!

- Отстань! – парень выскочил в коридор, захлопнул за собой дверь, вцепился в ручку, чтобы гончая не открыла. Злость бурлила в груди, зовя в бой. Андре тяжело дышал, слушая, как пульс барабанит в висках. Мэри даже не попыталась открыть дверь. Ему стало стыдно. Парень опустился на пол, обнял колени, уткнулся в них носом. Один в пустом тёмном коридоре, на грязном полу. За стенками с обеих сторон товарищи: Али, Мэри, Джим, но он по-прежнему один. Как всегда.

«Они, другие хозяева вместе с Фагом, оболванивают народ. И всё им сходит с рук. Они могут мучить зомби, могут убивать чужих родителей и любимых, и им ничего не будет. Могут травить меня, бить, могут здесь всех запугать, чтобы люди с наступлением вечера до утра и носа не высовывали… Господи Иисусе, как ты это допустил?! Почему никто не видит, почему никто не понимает, что их держат за стадо, за скот готовый к употреблению? Людям скармливают помои, сгнившие мозги зомби, и они жрут, ещё и добавки просят. А я? Что я могу?» Андре шмыгнул носом. «Как девчонка, прямо. Эх, попался бы мне сейчас какой-нибудь Косильщик!.. Я б его…» Он вытер нос тыльной стороной ладони. «А что, идея. Выйти сейчас на улицу, пусть меня ловят. Попробую мозги любого из Косильщиков и… И что? Много ли рядовой боец знает? Да и справлюсь ли я с несколькими, один, без зомби? Нет, это не выход. Если уж и «взламывать» чей-то мозг, то какой-нибудь шишки. Например, того же Фага.» Андре долго с упоением обдумывал этот вариант развития событий, но и от него вынужден был отказаться. «Права Мэри, я ему не ровня. Значит, факты для Паутины нужно получить откуда-нибудь ещё. Ха! Из той же Паутины! У меня же под боком хакер! Он же эмиграционную службу хакнул! Главное -выбрать объект!» Окрылённый Андре вскочил на ноги и метнулся в комнату к Али.

- Али! У меня идея!

- А? Чё? – мужчина стянул с головы наушники.

Парень плюхнулся на кровать.

- Али, я кое-что должен тебе рассказать. Короче, правильно ты «Грисом» не пользуешься, правильно, что дерьмом его считаешь. Это даже ещё хуже! Это гнилые мозги зомби!

Али скривился, зажимая рот.

- Братуха, ты чё?! Меня сейчас вырвет!

- Да подожди ты! Ты только представь, они их людям кормят, подсаживают с малолетства!

- Всё, не могу!

Али выбежал из комнаты. Вернулся спустя минут десять, бледный, мокрый.

- Ты чё, издеваешься?!

- Нет, Али! Не спрашивай, как я это узнал, но это чистая правда! Али, мне нужна твоя помощь!

- В чём это? – подозрительно спросил тот, прислушиваясь к себе, не будет ли новых позывов.

- Понимаешь, это всё Корпорация Быстрого Развития. Это она сделала «Грис», а Фаг его продвигает. Их нужно остановить! Не ради тебя или меня – ради всех людей нашей страны.

- Заговор корпораций.. ну-ну… И как ты их собираешься останавливать?

- Нужно рассказать людям правду! Нужно взломать их сайт, и выложить данные по «Грису» в свободный доступ, все его компоненты, может, даже детали производства, с фотками.

- Сайт, - хмыкнул Али. – Фильмов насмотрелся? Чё это даст? Ну нарисуешь им на главной странице жопу и всё… Детали нужно на месте смотреть, данные тоже в Паутине не хранятся, наверняка, на внутреннем компе начальства. Так что по-любому нужно туда пробираться. А ты даже не знаешь куда.

Андре приуныл. А вот у Али наоборот загорелись глаза. Препятствие, задачка, которую нужно решить, изменения в однообразной жизни. Почему бы нет?

- Лады, братуха, посмотрю, что можно сделать. Ничё не обещаю, но…

- Спасибо!

- Да погодь ты. Эх, - Али с сожалением свернул игру. – Глянем-ка, что там есть по «Грису».

Парень сидел тихо, как мышка, чтобы не дай бог не помешать хакеру. Через полчаса он уже совсем заскучал. На продавленной кровати как в гамаке, веки тяжелеют, компьютеры успокаивающе шуршат вентиляторами…

- Эй, не спи, замёрзнешь! – Али чуть повернул к растерянно хлопающему глазами Андре монитор. – Во, смотри. Здесь в Кэпиталсити не так давно лабораторию открыли. Как раз «Грис» то ли исследуют, то ли производят…

- Д-да, кажется, я слышал о ней в новостях.

- Наверняка, там что-то должно быть, раз они занимаются этим препаратом. Нам главное внутрь попасть. Это нужно охранную систему взломать.

- Круто! Взломай, а? Ты ведь взломал федералов для себя!

- Ага, взломал, - как-то невесёло согласился Али.

- Мы туда незаметно проникнем, никто ничего не узнает, сфоткаем, данные заберём и всё! Сделаешь?

- Попробую, - нехотя согласился мужчина. – Только ты мне не мешай!

- Не вопрос! Уже ухожу!

Али дождался, пока парень выйдет. Вздохнул, уставившись в монитор. «Эх, ты, хакер… А нефиг было хвалиться, что всё кругом взламываешь, от калькулятора до стиральной машинки. Андре теперь меня богом компа считает, не скажешь же, что тогда с федералами просто повезло: оставили одного в кабинете с включенным компом. А дальше дело техники, базу данных подпортить. Пока разбирались, стало не до меня. Кому какой-то неудачник-нелегал нужен, велика птица?.. Это-то дельце посерьёзнее будет. Твою мать! Надо было отказать! Но, с другой стороны, если получится… Это ж, мать, как в книжках! Хакер борется против корпорации! Рыцарь мыши и клавиатуры! Да от девок отбоя не будет! Можно будет перед нашими козырнуть. А то смеются, уроды, что мне даже «Грис» не поможет. Вот и поглядим, кто круче. Как увидите, что за говно вы жрёте, посмеётесь тогда.»

Али знал свои возможности. Охранную систему ему взломать нереально. Значит нужно схитрить.

Через минут пятнадцать, мужчина откупорил бутылку пива, чтобы отпраздновать первую маленькую победу над системой. «Пробраться в корпоративный чат получилось, теперь найдём лоха, который сам мне двери откроет.»

На вошедшую Лореллин22, младшего бухгалтера, собравшиеся на канале отреагировали как пираньи на кусок мяса. «Да, с такой рожей как у меня, хочешь не хочешь, а научишься пользоваться Фотошопом,» - самодовольно подумал Али, разглядывая получившееся изображение своей Альтер эго. Он бы и сам на такую, как охотничий пёс тут же сделал бы стойку, едва только увидел.

«Лореллин22>пообщаемся, мальчики?»

Два часа пролетели незаметно. Али со стоном потянулся, разминая спину. Из посетителей чата остались только его Лореллин да БигБой, озабоченный перекаченный бык, говорящий только о своём члене, но выбирать не приходилось. Из остальных: кто ушёл в силу позднего часа, кого сам Али спугнул, проявив излишнюю настойчивость в привате. Зато БигБой, похоже, прочно насадился на крючок. Пора подсекать.

«БигБой>так что, крошка, может встретимcя?»

«Лореллин22>уговорил»

«Лореллин22>мачо)»

«БигБой>)))»

«БигБой>когда, где?»

«Лореллин22>я люблю экстремальный секс»

«Лореллин22>на стройке»

«Лореллин22>или в лифте»

«Лореллин22>только не дома»

«БигБой>мой дружёк согласен, на всё согласен»

«Лореллин22>может, у тебя на работе?»

«БигБой>О_О»

«БигБой>начальство яйца оторвёт(»

«Лореллин22>ооо»

«Лореллин22>у тебя там так опасно?»

«БигБой>да нет, всё тихо»

«БигБой>просто секретный объект»

«Лореллин22>ооо»

«Лореллин22>я уже завожусь»

«Лореллин22>никогда не трахалась на секретном объекте»

«Лореллин22>я потекла»

«БигБой>у меня завтра смена»

«БигБой>приходи после одиннадцати»

«БигБой>код 64739»

«БигБой>а дальше я тебя встречу»

«БигБой>мой главный калибр ждёт тебя с нетерпением)»

«Лореллин22>до завтра, мачо))»

«Лореллин22>пойду готовиться»

«Лореллин22>побрею киску :*»

Али откинулся на спинку стула. «Ах, какая же я сволочь. Хитрая умная сволочь,» - с удовольствие подумал он, улыбаясь до ушей. «Этот БигБой должен спасибо мне сказать, он там кончил уже, поди.» А потом пришло невесёлое осознание произошедшего. «Твою мать! Ведь я часто подобное видел! Бабы крутят нами как хотят. Стоит увидеть тёлочку, и всё, думаешь уже не головой. Уверен, меня-то так никто не разведёт.»

Проснувшись от неуютного чувства, будто кто-то на него смотрит, Али застал сидевшего у кровати Андре. Костистое лицо парня выражало тоску по несбыточному.

- Ё, братуха, чё такой хмурый?

- А ты что такой весёлый? И кстати, Али, ты же не негр, почему ты подражаешь их речи?

- Потому что это модно! Или круто… Или и модно, и круто! Забей и расслабься!

- Какое «расслабься»? Уже полдень, ты дрыхнешь как убитый, я не знаю, чем заняться…

- Будет у тебя сегодня дело. Вечерочком, - Али хитро улыбнулся, вылез из кровати, поискал штаны, потом плюнул на это дело, оставшись, как был: в майке и трусах.

- Что за дело? – Андре сразу подтянулся, собрался, став похожим на настороженного зверька.

- На свиданку пойдёшь! – мужчина от души хлопнул парня по плечу.

- С-с кем?..

- С БигБоем! – Али расхохотался.

- Не смешно.

- А мне очень! Вишь, братуха, это твой пропуск! – он показал обрывок замусоленной бумажки с цифрами. – Код от двери в лабораторию.

- Круто! – искренне восхитился Андре. – Как?

- Как-как… хакнул, - как само собой разумеющееся бросил мужчина, яростно почёсывая давно не мытую голову.

- А дальше?

- Что – дальше?

- Ну, войду я туда, а потом?

- А потом тебя встретит охранник, он будет один.

- Ну здорово…

- Не, а чё ты хотел?! Я сделал всё что мог!

Андре погрустнел.

- Ладно, и на том спасибо. Охранную систему ты не отключил?

- Неа…

- Значит, о проникновении они тут же узнают. И оповестят Косильщиков. Какой мне тогда толк в этом? – парень махнул бумажкой.

- Твою мать! До чего ты нудный, братуха!

«Офигеть! Говорит так, как будто, я и не сделал ничего. Не, он что думает, я ламер какой, дешёвка?! А вот пойду с ним и что-нибудь придумаю на месте. Что там за защита может стоять? Поди, комп включен будет, пароли введены, что я не найду как отключается? Фигня!»

- Не ной, - сделал одолжение Али, - помогу тебе и в лаборатории. Я ж обещал.

- Спасибо! – опять просиял Андре. – К тому же тебе всё равно пришлось бы идти. Как ты говоришь – «по-любому».

- С чего вдруг?

- А как бы я данные в компьютере начальника нашёл. Я же не понимаю ничего.

- Твою мать! Так учись! Пятилетние больше тебя знают, деревня!

Анде почувствовал себя задетым за живое. Какой-то человек, обычный человек будет попрекать его!

- Зато я могу людей взламывать, - вздёрнув подбородок, сообщил парень.

- Это как? – с выражением лица «а все ли у тебя дома, парень?» спросил Али.

- Вот так. Могу их мысли узнать последние.

- Почему последние?

- Потому что после этого они ломаются…

- Иди спи! Начитался какой-нибудь ерунды, лечишь тут меня! Всё, уйди, зараза! – Али замахнулся на него подушкой. «Бред какой-то… Не надо было ему «Грис» пробовать… Тоже мне, хакер, людей он взламывает…»

В коридоре Андре перехватил Джим.

- Друг мой, нам нужно поговорить.

- Опять? Снова будешь уговаривать меня всех простить?

- Нет. По этому поводу я уже сказал всё, что хотел. Я про другое.

Парень понял, о чём он. Вдруг стало неуютно.

- Ладно… Пошли присядем…

Снова диван, снова долгое молчание, снова выбор между правдой и ложью. «Сколько раз будет ещё повторяться эта пытка?» - с отчаяньем подумал молодой хозяин.

- Ты же видишь ауры, Джим, - тихо сказал Андре, - ты же понимаешь, что я не человек.

- Нет, - слепой толстяк смотрел сквозь него. – Не понимаю. Я не вижу в тебе отличий от других. Ты так же ешь, спишь, разговариваешь, думаешь, ругаешься, расстраиваешься, радуешься, бредишь… Аура – да, у тебя другая. Когда мы только встретились, Мэри сказала, что зелёного цвета у «хозяев», красного – у «гончих». Но что это значит, вы так и не объяснили.

Джим погрустнел.

- Я вас не торопил, думал, сами расскажите. Но вы не спешите меня просветить. Я довольствовался вашими обмолвками, обрывками фраз, отдельными словами. Но я так больше не могу. Вы постоянно говорите о «хозяевах», ты борешься против них, хотя, по всем признакам, входишь в их число. А Мэри тоже не-мёртвая, как и я, но ведёт себе, как будто она по-прежнему жива. Я не понимаю. Это терзает меня.

- Прости… - Андре посмотрел на него виновато. – У нас всё непросто. Как обычно, да?

Зомби не поддержал шутку, напряжённо ожидая объяснений.

- Ты прав, я - хозяин. Не то чтобы я не человек, скорее не совсем человек. Я могу создавать зомби и управлять ими. Только не тобой. Ты особенный. Мэри называет таких свободными. Да, Мэри – гончая. Не-мёртвая. Гончие, насколько я знаю, служат для трансляции воли хозяина на стадо – группу зомби. Чем больше у хозяинагончих, тем более крупное стадо он может контролировать. К тому же, гончие – это глаза хозяина, они видят ауры дальше, чем он сам. Но Мэри тоже свободная. Она не может передавать ни чьи мысли, у неё есть глаза, и потому она видит ауры хуже других, обычных гончих. Хотя, конечно, всё равно лучше меня. И ты, и она не подчиняетесь мысленным приказам хозяев. У вас есть свобода воли. И поэтому вы – изгои. Дефектные детали, брак, ошибка системы, которую хозяева стремятся устранить.

Джим молчал.

- Я тоже изгой. Как я тебе рассказывал, Смоллтаун уничтожили, родителей, девушку – убили. Виноваты в этом хозяева. Пусть я один из них, но я не могу присоединиться к их лагерю после такого. И меня тоже хотят уничтожить. Всех, кто отличается – под нож. Это война, Джим. Или мы их, или они нас. Но нас мало, трое. Ну, с Али – четверо. Но он простой человек. Мы не можем биться в открытую, Мэри права, как всегда права. Но это не значит, что нужно отступиться! Мы.. я найду способ перебороть эту силу!

Толстяк покачал головой. Он был печален.

- Ты, Андре, полководец, ты ведёшь нас за собой. Считаешь, что тем самым помогаешь нам. А ты спросил, хотим ли мы этого?

- Джим! Ты так говоришь, как будто у тебя есть выбор! А его нет, Джим! Либо ты со мной, либо тебя уничтожат другие хозяева!

- Безвыходных ситуаций не бывает, - прогудел свободный зомби. – Бывают ситуации, варианты выхода из которых тебя не устраивают.

- Вот Мэри хочет жить. А ты? – тихо спросил Андре.

- Я уже не живу. Не знаю, кому я обязан этим вторым шансом, но… Но мне теперь всё равно.

Парень отвёл глаза. Он не знал, что ещё сказать. Мучительно хотелось попросить прощения, покаяться. От вины за содеянное с Джимом болело сердце, но Андре боялся. Он верил зомби, тот уже дважды его спасал, но вдруг? Вдруг толстяк захочет отомстить? Или просто отвернётся от парня, пойдёт своей дорогой. А он нужен Андре, уже сегодня вечером. Что может сделать молодой хозяин и гончая? Парень не был уверен в своих силах. А вот если при нём будет зомби… Тогда хотя бы есть шансы на успех.

- Мне нужно подумать, Андре.

- Конечно. Только, Джим… мне сегодня потребуется твоя помощь. Мы идём в лабораторию Корпорации Быстрого Развития, где производят «Грис».

- Мне нужно подумать, Андре, - с нажимом повторил зомби.

Парень смутился и вышел.

Как завечерело, Андре отправился на поиски машины. Он уже безо всякого смущения думал об угоне. Причём искал не просто какую-нибудь, а конкретно: вместительный «минивен». Парень даже в мыслях не рассматривал вариант поездки без Джима.

Позёвывая и почёсываясь, из своей комнаты выполз Али. Не то чтобы хотелось спать, просто он нервничал. Да и другие чувствовали себя не лучше. Тётка то ходила по гостиной, то вдруг присаживалась на диван, прямая, строгая, прямо аристократичная дама, начинала проверять старый фотик Али, а потом неожиданно вставала и опять принималась метаться, как тигр в клетке. Толстячок поёрзывал на полу, будто никак не мог удобно устроиться, хотя раньше ему вроде бы ничего не мешало. Парня не возвращался, и от того волнений только прибавлялось.

Скрипнула входная дверь. Али вздрогнул. Первым порывом было метнуться обратно к себе в комнату. Но это оказался Андре.

- Карета подана. Кто со мной?

Али, криво усмехаясь, поднял руку. Тётка как ужаленная кинулась к парню, быстро осмотрела его, будто ища следы дефектов на драгоценной вазе и, успокоившись, прижалась к плечу. Али почесал в затылке. Он никак не мог понять их отношений. Тяжело поднявшись с пола, Джим грузно протопал на выход, не проронив ни слова. Али захотелось как-нибудь пошутить, но слова застряли в горле. Гнетущая атмосфера нервозности давила. Не ко времени пришло осознание происходящего. Никакие прошлые делишки не шли в сравнение с тем, что сейчас предстояло сделать. «Может, они реально террористы? Эх, мужик, во что ж ты вляпался?»

Али выходил последним. Он обернулся, бросил прощальный взгляд на дом, вдруг показавшийся таким уютным, милым, родным. Сразу всплыли только хорошие воспоминания о матушке и детстве…

- Али!

- Иду…

Он запер дверь, воровато озираясь, сбежал по ступенькам крыльца, юркнул внутрь машины. Настолько быстро, что не запомнил ни её цвет, ни марку. Вместе с ним, на заднем сиденье, сидела тётка. Али не мог разобрать её лицо за вуалью, но ему казалась, что та смотрит неодобрительно, с укоризной. А возможно, это была лишь его разыгравшаяся фантазия. Впереди перед ним весь обзор закрывала спина в оранжевой тоге.

Автомобиль рывком дёрнулся с места и покатился. Распечатанный листок с картой города и прочерченным ручкой маршрутом трепыхался на приборной панели. Али тоскливо вздохнул и уставился в окно с видом узника, которого везут на казнь.

Машина остановилась на небольшой парковке около двухэтажного здания, по форме напоминавшего куб. От него тянулась каменная пуповина, соединявшая лабораторию с силикатным кирпичом завода, белевшим на фоне ночного неба. Над его крышей кружили чёрные точки. Вороньё. Выгрузились из «минивена». Андре огляделся. Пустая парковка, продуваемая поднявшимся ветром. Два тополя у входа в лабораторию тревожно шумели листвой и неодобрительно качали верхушками. «Мы как на ладони! Такое ощущение, что кто-то на нас пальцем показывает – Воры! Преступники!» Он вжал голову в плечи.

- Веди нас, вожак, - невесело пошутил Джим.

«Вот она – подмога. Если что, всё на меня свалят, никто не поддержит. Это же ты придумал, ты же захотел, а мы тебе говорили… Никто меня не понимает. Что тащатся тогда за мной?! Шли бы своей дорогой! Лучше бы я один поехал.» Нагнув голову, перебарывая то ли ветер, то ли себя, Андре двинулся ко входу.

Хозяева явно тяготели к кубизму. Правильные геометрические пропорции корпусов РЗ и лабораторий, отсутствие окон, белый цвет. Не мрачный замок на вершине скалы, освещённый молниями, а всё опрятное, цивильное, непримечательное. Немного возбуждает любопытство, но только немного. Ещё с детства, с полунищенского существования, Андре уяснил, что в жизни зло не носит длинные чёрные плащи, не сообщает о себе зловещим смехом. Оно приходит в дорогом костюме, с обворожительной улыбкой деловито забирает последнюю крошку, оставляя ощущение, что вас облагодетельствовали. Он никогда не жаловался родителям на отсутствие простых бытовых приборов, что окружали его сверстников. Андре просто перестал верить книжкам.

Тяжёлая металлическая дверь, рядом панелька с кнопками. Над ней золотая табличка с чёрными буквами: «Лабораторно-аналитический центр корпорации Быстрого Развития Естественных и Индустриальных Наук». Вспышка фотоаппарата за спиной вернула его к действительности. Посмотрел через плечо на сгрудившихся спутников. Почувствовал прикосновение костлявых пальцев. «Ах, Мэри, спасибо тебе. Ты одна всегда меня поддерживаешь. Почему только, не пойму.» Парень достал бумажку и набрал код. Щёлкнуло, и дверь приоткрылась. Андре потянул за ручку.

- Действуем быстро, - шепнул он и нырнул внутрь, как в омут с головой.

Короткий коридор, прозрачная дверь, конторка с мониторами. Из-за неё встаёт мускулистый мужчина в чёрной униформе охранника.

- К-какого?.. – он тянется к кобуре на бедре.

- Джим, заткни ему рот, - коротко приказывает Андре.

Зомби быстро шагает вперёд, хватает мужчину за голову, накрывая ладонью лицо. Раздаётся короткий хруст. Охранник дёргается, трясётся, толстяк с удивлённо задранными бровями разжимает пальцы. Ночной сторож валится на пол, с синим перекошенным лицом, нижняя челюсть неестественно свёрнута на бок.

- Ой, простите, - зашлёпал губами Большой Джим, с недоумением рассматривая свою руку. – Не рассчитал…

Хмурый и бледный Андре даже не посмотрел на тело. Он протолкнул застывшего изваянием Али к компьютерам.

- Отключай охранную систему, быстрее.

- Братуха, вы чё такое творите?.. – ещё недавно ему казалось, что он понимает Андре, как родственную душу, а теперь Али не узнавал парня. Безжалостный взгляд, стиснутые зубы, деловитость мясника на скотобойне. Мужчина никак не ожидал от Андре подобной решимости и целеустремлённости.

- Это случайность, Али. Забудь. Джим, оттащи этого в сторону, чтобы Али мог сесть.

Али проводил глазами волочимое по полу тело. «Жуть какая», - подумал он, опускаясь на стул. Компьютер был выключен, а на полу рядом с системным блоком стояла бутылка вина и коробка конфет. «БигБой подготовился. Твою мать, за что его так?! Кто теперь пароль скажет?!» Мужчина потеребил засаленные волосы, включил компьютер. «Так… имя пользователя…» Али едва не застонал, он ведь даже имени охранника не узнал. Он оглянулся на тело. «Что ж ты, придурок, комп выключил?! Чё мне теперь делать? Как я этим скажу, что ничего сделать не смогу? Андре меня только для этого и взял. А если я ему буду не нужен, толстячок и мне рот заткнёт?» Отчаянье подобралось близко-близко, жарко задышало в затылок, так, что он вспотел. Но тут Али заметил на груди трупа пластинку бейджика.

- Эй, Андре, глянь, что у него там написано?

Парень нагнулся.

- «Росс Масл», - прочитал он. – А тебе зачем?

- Вишь, братуха, тут для входа в систему требуется логин, ну имя пользователя, и пасс – пароль, то есть, - объясняя это, Али начал набирать имя охранника, вылезла строка автозаполнения, и он выбрал нужное, тая мечту, что пароли автоматически сохраняли для каждого пользователя. Не сбылось. «Твою мать! Какой же у тебя может быть пароль, а мужик? Дата рождения? Номер водительского удостоверения, любимая кошка, фамилия мамочки? Мать, мать, мать! Да всё что угодно! Думай, Али, думай.»

- Какие-то проблемы? – участливо поинтересовался у него Андре.

- Нет никаких проблем! – испуганно закричал тот. «Нельзя показывать, что я не могу взломать простейшую систему!» - Просто думаю! Не мешай!

- Ладно, - опешил парень, – что и сказал такого?..

Али вцепился в шевелюру. «О чём мог думать такой бугай, когда ставил пароль? О чём он вообще думает? Судя по вчерашней беседе, только о своём члене.» Али вбил «главный калибр». Неверно, «вы забыли пароль?». «Да, твою мать, забыл! Не подскажешь?!» Он глубоко подышал, успокаиваясь. Напечатал «могучий змей» - тоже не то. «Да он вчера штук десять эпитетов своему дружку подобрал! Все что ли перебирать?»

- Тебе тут написали, что осталась одна попытка, - встрял Андре.

- Я вижу! Уйди, а?! Ненавижу, когда над душой стоят!

Парень надулся и отступил ещё на шаг.

«Думай, мужик, думай! Чё БигБой мог использовать в качестве пароля?» Али занёс пальцы над клавиатурой. «Последняя попытка. Рискнуть? Доверится интуиции? Не мог же он быть настолько тупым?» - он скосил глаза на тело. – «А может и мог… Эх, была ни была!» Али напечатал в строке пароля «БигБой», занёс палец над клавишей «Enter», задержал дыхание, как снайпер перед выстрелом, и нажал.

«Добро пожаловать, мистер Масл!»

- Х-ха! – победно выдохнул Али. – Где аплодисменты самому крутому хакеру столицы?!

Радостно улыбавшийся Андре тихо похлопал в ладоши. Али уже не заметил этого, погрузившись в лабиринты папок и мешанину программ.

- Ну всё, братуха, - сказал он через несколько минут. – С тебя пиво! Сигнализация отключена, всякое оповещение копов и Косильщиков тоже. Камеры слежения ослепли. Лаборатория глуха и нема.

- Я твой должник, Али! - благодарности Андре не было предела, он задыхался от восторга, не зная, что пообещать за проделанную работу. – Остался последний шаг – получить информацию по «Грису».

- Это, я думаю, будет раз плюнуть, братуха! – Али обнял парня за плечи.

- Вперёд!

Обнявшись, они перешли в следующее помещение.

Высокие потолки, прозрачные стенки боксов, будто призрачные, превращающие лабораторию в футуристический лабиринт из стекла и пластика: вроде, выход видишь, а как добраться до него сразу не понять. Для них целью стала серая дверь в противоположном конце.

- Фотографируй, Мэри, - шепнул Андре. Защёлкала вспышка. В одном из боксов проявилось движение.

- Там кто-то есть! – пискнул Али, отодвигаясь за спину Джима.

- Спокойно! – яростно зашипел Андре. – Идем, как ни в чём не бывало.

- Только эта, давайте без жертв? - взмолился жутко вспотевший, а оттого ещё хуже запахший Али.

- Ну так придумай что-нибудь! – огрызнулся парень и двинулся вперёд, по коридорчику, петляющему меж боксов. – Мэри, держись рядом!

- Это женщина, - пробасил Джим. – Я её не трону и вам не позволю.

- Забей, толстячок, всё будет в ажуре, доверься мне, - похоже, у Али появился какой-то план.

Зомби нахмурился, но пока спорить не стал, решив посмотреть, чем дело кончится.

Часть III. Глава 5

Глава 5

Косильщики узнали бывшее начальство без предъявления документов. Фаг кивком головы отреагировал на отдание чести, входя внутрь лаборатории. Несмотря на полночь, она была полна народу: охрана из солдат, ползающие лаборанты, собирающие улики, следователи в гражданском. Этих, скорее всего, скоро выпроводят, снабдив необходимыми указаниями и напоминанием держать язык за зубами. Уэст быстро прошёл в кабинет к Алхимику, отметив краем глаза тело охранника у пульта.

В кабинете на стуле, чуть в стороне от суеты сидел Алхимик с окровавленным лицом. Рядом с ним суетилась молоденькая симпатичная женщина. На столе стоял разобранный системный блок и ноутбук с подключенным к нему жёстким диском. Над всем колдовал человек из аналитической службы Косильщиков, судя по рваности и резкости движений, а также замыленным глазам – под «Грисом». Над ним нависал Метиас.

- Уэст? – Метиас протянул руку. Полковник пожал её.

- Что тут у нас? – спросил он.

- Проникновение, убийство, промышленный шпионаж. Полный набор.

- Что с А.. – Фаг замялся, пытаясь вспомнить имя Алхимика, но потом просто мотнул головой в его сторону.

- Травма черепа. Парализована вся правая сторона тела.

Уэст присвистнул.

- Кто это сделал, уже нашли?

- Почти. Дилетанты. Их хакер наследил изрядно.

- За-ме-ча-тель-но. Как определите его, скажешь мне. Пойду с А.. Абрахамом, да? поговорю.

Алхимик скосил глаз на подошедшего полковника.

- Фаг. А вот и ты, - говорил он невнятно, и Уэсту приходилось внимательно прислушиваться, чтобы разобрать речь Абрахама.

- Кто это был?

- Четверо. Парнишка-хозяин, толстяк-зомби, гончая в костюме и бомж-хакер. Встречал таких?

- Нет. – Пауза была почти незаметна: - Что они хотели?

- Информацию по «Грису», - ответил Абрахам и добавил: - А парень тебя знает. Говорит, ты его уже ловил.

- Враньё.

Алхимик чуть помолчал.

- Разберёмся, Полковник, разберёмся. Как, кстати, поживает ваша секретарша? Вы её не утилизировали ещё?

Фагу не удалось сдержать злости. Чтобы заткнуть оппонента, он перешёл в наступление.

- Какая у тебя интересная аура, Алхимик, - со злорадством сказал Уэст. – С синими прожилками, как у Генерального. Что это – признак возросшего могущества? А может, показатель того, что вы оба стоите в одном шаге от превращения в обычного зомби?! Может, вы просто цепляетесь всеми когтями за это существование, готовы терпеть любое физическое убожество, лишь бы не стать тем, кем вы являетесь на самом деле – ходячими безмозглыми трупами?

- Вон ты как заговорил? – усмехнулся половиной рта Алхимик. Молоденькая лаборант прижалась к нему, будто телом пыталась закрыть начальника от Фага. – Не обольщайся, у нас ещё достаточно сил, чтобы побороться за свои места в совете директоров. Не думай, что Оратор стал твоим пропуском на вершину Олимпа. Ты лишь наёмник, разнорабочий, тебя используют там, где удобнее всего.

- Я бы, на твоём месте, сейчас думал не о том, как удержаться на вершине, - с сарказмом ответил Уэст, - а о том, как бы не сходить под себя.

И он вернулся к столу. Злоба в душе боролась со страхом. «Проклятый щенок! Он всё-таки подставил меня! Проклятье! Что я тут несу?! Я же не могу идти против Корпорации! Или.. могу?»

- Метиас, как успехи? – голос полковника немного подрагивал от волнения.

- Всё узнали. Хакер не только скопировал себе данные по «Грису», но ещё стянул часть бюджетных средств со счёта Лабораторно-аналитического центра. Бесхитростно, прямо на свой счёт. Правда он принадлежит женщине, умершей. Личность и адрес проживания хакера пока установить не удалось. Но наши аналитики могу взломать его счёт и вернуть все средства.

Фаг покачал головой.

- Нет. Так вы его спугнёте. Сначала нужно узнать, где он живёт. Думаю, через него узнаем и о местонахождении сообщников. Деньги что – ерунда, Корпорация ещё заработает, а вот хозяин-ренегат – наша первостепенная задача.

- Понял. Всё сделаем.

Фаг удержал собравшегося уйти зама за локоть.

- Метиас, - Уэст чуть понизил голос, - не мог бы ты сначала докладывать обо всём мне.

Метиас не смог сдержать удивления, но вопросов задавать не стал.

- Хорошо.

- И Метиас, выдели мне одно звено Косильщиков для охраны.

- С этим посложнее, Уэст, но я что-нибудь придумаю.

- И последнее. Поищите информацию по этому инциденту в Паутине. Первым, я думаю, выскажется именно совершивший преступление. Проверьте тематические форумы и чаты. Если найдёте что – опять же, сообщайте мне, я займусь этим лично.

- Я всё понял, Уэст.

Полковник от души пожал ему руку. «Как странно: он же не обязан мне подчиняться, он же знает, что меня как бы отстранили от должности, переведя на общественно-просветительское направление. И всё равно мне помогает, хотя теперь сам себе начальник. Неужели у меня есть друг среди мне подобных?»

Фаг сел в машину, но мотор не заводил. «Не обманывайся. Он помогает тебе, потому что чувствует твою силу. Она у тебя пока ещё есть. Но эти калеки убогие постараются её отнять, так что не расслабляйся. Рассчитывай только на себя. Ты один, и кругом враги, настоящие, либо потенциальные.» Сжав зубы, полковник поехал домой.

Часть IV. Глава 1

ЧАСТЬ IV

Глава 1

Андре вышел из дома. Усилием воли разгладил прорезавшие лоб морщины. «Что сделано, то сделано. Бессмысленно теперь сожалеть, лучше думать о том, что ждёт меня впереди.» Щурясь, огляделся, нацепил большие солнцезащитные очки, расстегнул пуговицу новенького пиджака и пошёл на автобусную остановку. «Какое непривычное чувство – одиночество. Удивительно, я почти забыл о нём. Не-мёртвые заменили мне семью, с ними я перестал чувствовать себя никому не нужным. И вот я снова один. Без Мэри, без Джима, даже без Али. И это правильно. Как учил отец: жизнь – это развитие, движение ростка вверх. Порой приходится отбросить шелуху прошлого, вырваться из постоянства обыденности, как бабочка из кокона.» Он шёл и улыбался прохожим, его радовало яркое солнце, пожелтевшие от жары деревья и трава, редкочирикающие птахи. Как преобразился Вест-Сайд после проделанной работы! Прямо таки ожил! Андре было, чем гордиться: вот оно доказательство, что всё не зря. Ради этого стоило терпеть боль, мучения, трястись от страха и терзаться сомнениями, правильно ли он поступает. «Господи Иисусе, если бы я знал, что у меня всё получится, я бы увереннее шёл к цели. А я ведь и мечтать о таком не мог…»

Перед Андре представал новый мир, обновлённый и неожиданно пугающий. Парень подбадривал себя, что это просто с непривычки. «Поразительно, я уже не чувствую уверенности, если рядом нет Мэри: сразу же появилось странное беспокойство!» Он тихо рассмеялся над собой, но смех вышел нервным. Гончая стала его глазами, Андре привык, что она обо всём предупредит заранее, подскажет, укажет, растолкует. Раньше его это раздражало, а сейчас вдруг стало не хватать. «Сам виноват, сам так захотел. Учись быть самостоятельным заново.» Андре был предельно жесток с собой. Его утешала лишь выгода, та цель, что маячила перед глазами, что являлась во снах. «Диана!» - парень мысленно произнёс её имя, сладкое, как самая вкусная конфета. Сердце забилось учащённо, и все проблемы на мгновение сделались мелкими, несущественными. А потом он дошёл до остановки.

Хорошо было идти по улице: люди, что идут навстречу, каждый раз новые, спешат по своим делам, не задерживаясь, им нет дела до тебя. Увидели – и тут же забыли. Но остановка… Это как маленькое сообщество. На ней все объединены одной целью – ожиданием автобуса – и потому некоторым кажется, что это их сближает. И людей тянет поговорить. Андре сознательно зашёл в остановочный комплекс, пытаясь отгородиться от остальных хотя бы его полупрозрачными стенками. Парень корил себя за такое отношение к людям: ведь именно для них старается, о них заботится. И всё же… И всё же свою затаённую неприязнь Андре так и не смог избыть. Парень нахмурился, застегнул пиджак на все пуговицы, скрестил руки на груди, силой воли удерживая себя в неподвижности. Ему так хотелось за что-нибудь спрятаться! А ещё посмотреть, нет ли среди остальных хозяина. Этого он боялся больше всего. И стыдился своего страха. «Может, посмотреть? Всё равно никто не узнает, что я это делаю.» Несмотря на логичность доводов, Андре как мог, оттягивал этот момент. Как будто посмотрев, он распишется в собственной слабости, неуверенности. Парень и раньше смотрел ауры с большой неохотой. Мало того, что сам процесс доставлял ему неудобства, так к тому же зачем это делать самому, когда Мэри всегда под рукой? «И вот теперь придётся обходиться без неё.» Андре снова и снова возвращался к этой мысли. Он словно убеждал себя, что всё сделал правильно, но чувство вины перед гончей по-прежнему осадком лежало на душе и горчило вкус свободы.

Парень не удержался и всё же осмотрел людей на остановке. «Нет, все обычные, хвала Иисусу! Но что они тогда так пялятся на меня?! Или у меня уже параноя?»

Подошёл автобус, зашипел пневматикой, распахивая двери, Андре нырнул внутрь. «Ага, вот и свободное место. Как удачно, можно будет просидеть весь путь, уставившись в окошко, делая вид, что кругом никого нет…»

- М-м-м…

Парень резко обернулся. К нему по салону брела покрытая красными пятнами бабка с закатившимися глазами, вытянув вперёд руку. «Зомби?!»

- М-м-место-о… М-м-молодой человек, уступите м-м-место-о, - будто из последних сил прокряхтела она. Андре отшатнулся от сиденья, как ошпаренный. Бабка удивительно резво рванула к цели. Слепота, что ввела Андре в заблуждение, при пристальном рассмотрении оказалась бельмом на левом глазу, правый же был в порядке. А пятна проступили на её коже от жары. Парень обвис на поручне, искренне поражаясь, как у него сердечного приступа не случилось. «Паранойя, у меня точно паранойя,» - обречённо констатировал он.

Андре так и не удалось посидеть. Уцепившись за поручень, он всю дорогу болтался из стороны в сторону на поворотах: у него никак не получалось сохранять равновесие. Первая в жизни поездка на автобусе, конечно, представлялась ему чем-то волнительным, но не настолько же! И он опять привлекал к себе ненужные взгляды, что выводило Андре из душевного равновесия. «Ну пожалуйста, отвернитесь! Ну что вам стоит? Что во мне такого интересного?» Парню казалось, что взоры пассажиров прикованы именно к нему.

Свою остановку он встретил как чудо господне. Вырвавшись из чрева общественного транспорта на улицу, как птица из клетки, он облегчённо вздохнул полной грудью. Первое испытание позади. А ведь он мог приехать на машине… Но хорош бы был спаситель человечества, прибывающий на угнанном авто! «Спаситель, тьфу! Не смей так думать, а то к паранойе ещё и звёздная болезнь добавится!» Нет, поехать на автобусе оказалось мудрым решением. «В который раз Мэри оказалась права,» - с затаённым сожалением подумал Андре. – «Приехать как обычный человек, незаметно, без афиширования и помпы…» Такого от него мало кто ожидал: и новоявленные поклонники, реагировавшие на его слова и действия с невероятной преданностью фанатиков, и противники. «Фаг.» - Парень помрачнел от этой мысли. Ему не верилось в лёгкую победу. «Нет, этот змей так просто не сдастся.» Триумф имел горький осадок. Андре хотел бы видеть его раздавленным, растоптанным, сломленным и отчаявшимся, таким, каким был он сам, когда попал в лапы к полковнику. Увы, о подобном зрелище оставалось только мечтать. Фага по-прежнему искали, но парень не был уверен, что это не очередная ширма, развешанная хозяевами, чтобы прикрыть истинное положение дел.

Погружённый в мысли, он шёл по тенистой аллее к зданию телецентра. Деловой район Кэпиталсити. Ухоженный заботливыми руками садовников парк, опрятные гладенькие дорожки, подстриженные газоны, сочно-зелёные, не смотря на одуряющую жару, стоявшую уже второй месяц. За раскидистыми кронами почти не видно небоскрёбов, горными пиками обступивших этот крошечный оазис. Никакой суеты, по аллеям прохаживаются мужчины и женщины в деловых костюмах, всё чинно и прилично. И Андре, пробравшийся в этот высший свет. Неверящий, что это произошло на самом деле. «Кто мог предположить, что последняя опасная затея будет иметь такое неожиданное продолжение! Национальное телевидение.. прямой эфир…» - сердце застучало с перебоями от волнения и охватившего душу восторга. - «И именно Диана будет брать у меня интервью… Господи Иисусе, ущипните меня, я сплю!»

Перед входом в телецентр собралась толпа, удерживаемая парой охранников да невысоким заборчиком, едва достававшим Андре до пояса. Люди размахивали транспарантами, на которых надписи вроде «Свободу зомби!» чередовались с лозунгами «Место мёртвых – на кладбищах!». Парень жарко взмолился Иисусу, чтобы его не узнали. Ни от поддерживающих его идеи, ни от их противников он не ждал ничего хорошего.

Не обращая внимания на болезненные тычки и ругань, он протиснулся между возбуждёнными людьми и оказался перед охранниками.

- Я к Диане Винд, - шепнул он. Мужчина в чёрной форме посторонился, и Андре юркнул к дверям в телецентр.

- Это он! Я узнала его! – раздался крик сзади. Парень прибавил ходу и уже через секунду матово-стеклянные двери отсекли улицу от него. Андре выдохнул. Вот и второе испытание в прошлом. Он прошёл по пустому прохладному холлу к ресепшену. Симпатичная девушка с тонким усиком микрофона, тянущегося от виска к пухлым губкам, подняла на него взгляд и дежурно улыбнулась. Несмотря на приветливость, тепла от неё чувствовалось не больше, чем от манекена. Андре многое бы отдал за возможность увидеть, как она радуется по-настоящему. «Зомби-люди и люди-зомби… Вот оно наше общество…» - со злостью подумал парень. – «Сознательно убиваем всё человеческое, чтобы стать идеальным винтиком. Можно ли тогда винить Фага, если все вокруг дают повод к себе так относиться? Ну да ничего, вы у меня взглянете на себя со стороны, вы у меня проснётесь! Вот закончу с зомби – вами займусь, люди.»

Администратор вопросительно подняла бровки, и он поспешил прервать затянувшееся молчание.

- Я – Андре Эксидент, к Диане Винд.

Девушка застучала клавишами.

- Вам в семнадцатый павильон, третий этаж. Всего доброго.

И она потеряла к Андре даже видимый интерес. Будто программа выключилась. Парень незаметно вздохнул и направился к лифту.

В здании совсем не чувствовалось уличной жары, хотя Андре никак не мог заметить кондиционеры. «Видимо, упрятаны в нишах. Сокрытые от посторонних глаз, ненавязчиво изменяющие быт людей на более комфортный. И ведь никто не задумывается, где они, как работают, главное – результат. Господи Иисусе, с чего я взял, что к не-мёртвым у обывателей будет иное отношение? Работают в корпусах РЗ – и пусть работают. Неважно как, неважно зачем…» И снова ему стало неуютно. Он чувствовал себя чужим, чувствовал на себе недовольные взгляды, рождённые лишь его воображением. Кто это такой? Что этот парень делает в таком прекрасном, величественном месте, где творится вся та мистерия, что потом подаётся с экранов ТиВи? Кто допустил его в святая святых, кто дал ему право распоряжаться умами телезрителей наравне с остальными избранными? – казалось спрашивали эти несуществующие взгляды. Андре мутило, у него начинала болеть голова, стоило лишь подумать о той грандиозной ответственности, что он на себя взвалил. «Это ведь не обезличенные послания в Интернете под громким и нелепым ником, это прямой эфир на всю страну!»

Андре застыл перед лифтом. «Может, вернуться пока не поздно?» - мелькнула постыдная мыслишка, тут же задавленная. – «Поздно. Таков мой путь, таково естественное развитие событий. Сейчас повернуть, отступить – значит перечеркнуть всё сделанное раньше. Хватит бояться, хватит прятаться. Что мне Фаг и Косильщики?! После сегодняшнего выступления они не посмеют меня тронуть!» Он горделиво задрал подбородок и вошёл в кабину, облагороженную лакированным деревом. Створки сомкнулись. С мрачным фатализмом Андре додумал мысль: «А если посмеют, за меня продолжат другие. Моя смерть не останется незамеченной.»

На третьем этаже телецентра царил хаос. Выйдя из лифта, парень попал в широкий коридор. Андре ошалело провожал взглядом статистов, осветителей, операторов, дикторов и телеведущих, рыбьими стайками снующих туда-сюда. Рабочая жизнь бурлила и плескалась через край.

В коридор выходило несколько дверей. Одни, двустворчатые, кажется, вели в павильоны, другие, помельче, то ли в технические помещения, то ли в гримёрные. «Куда идти? Кого спросить?»

- Простите.. – Андре кинулся к пробегавшему мужчине.

- Извините.. – попробовал он остановить спешащую женщину.

- А где.. – начал парень спрашивать у бородатого оператора, ссутулившись тащившего тяжёлую камеру. Но и он проигнорировал Андре.

Андре скрипнул зубами. «Я вам хозяин или кто?!» Он схватил проносившегося мимо молодого человека за руку и дёрнул к себе.

- Где семнадцатый павильон?! – рявкнул Андре ему в лицо. Тот дрожащей рукой указал налево. – Спасибо.

Парень отпустил несчастного и пошёл куда показали. Злость взыграла бесшабашным весельем в крови. Он двигался как щука в стайке карасей. Постепенно его внутренняя уверенность в себе заставила мечущихся по своим делам людей пропускать его, а потом смотреть вслед, пытаясь выяснить у окружающих, кто такой этот щуплый невысокий парень. Андре едва сдерживал улыбку. «Всё правильно. Я – хозяин, повелитель мёртвых и не-мёртвых. Пусть вы это не понимаете, но вы это чувствуете. Главное, чтобы я сам не забывал об этом.» Его радовали недоумённые и чуть испуганные взгляды. Люди подсознательно ощущали его силу и потому заранее боялись его: ведь что хорошего может слабый ждать от сильного? Андре молился, чтобы здесь не оказалось подобного ему, иначе запуганный забитый мальчик, что по-прежнему сидел глубоко в его душе, вновь вылезет наружу.

То, что именно этот павильон семнадцатый, Андре понял не по табличке рядом с распахнутыми дверьми, а по стоящей в его глубине Диане. Небольшая сцена с диваном и креслом уже была ярко освещена. На её краю стоял лысый как яйцо мужчина с красной как помидор кожей, обгоревшей на солнце, и разговаривал с девушкой, в волнении прижимавшей к груди стопку бумаг. У парня на мгновение остановилось дыхание. Всё вокруг исчезло, размылось, остался лишь туманный коридор, соединяющий его с ней. Он любовался точёной фигуркой Дианы, кому-то, может, и казавшейся излишне худой, но только не Андре, чёрными волосами, забранными в высокую причёску, с выбившейся прядкой, высокими скулами, остреньким вздёрнутым носиком, длинной шеей с жемчужным колье, обвивавшим её в три ряда. Взгляд парня опустился ниже, на распираемые лацканы пиджака, под которыми виднелась натянувшаяся шёлковая блуза… Андре непроизвольно сглотнул, смутился, опустил глаза и вернулся к действительности.

- Итак, Диана, расскажи мне общую траекторию интервью.

- Да, мистер Войд. Нельзя сильно уклоняться в политику…

- Именно. Что бы там не говорили остальные, но твой предыдущий репортаж вынес наш канал на недостижимую ранее высоту. Но тем больнее будет падать. Так что будь аккуратна.

- Я поняла, мистер Войд.

- Но совсем её избегать не стоит. Понимаешь, Диана, - лысый мужчина прикрыл глаза и прижал ладонь к щеке, – политика – это как пикантный соус. Пусть её будет капелька, чтобы раздразнить вкус телезрителей. Переборщишь – скатишься в бульварщину, жёлтую прессу, и народ пресытится, потеряет аппетит. Вернуть его будет крайне сложно.

- Хорошо, мистер Войд.

- Ладно, надеюсь, ты понимаешь всю ответственность, что сейчас на тебя возложена. Справишься – выполню, что обещал.

- Я вас не подведу, мистер Войд! – Диана сильно прижала к себе листки с речью, едва не смяв их.

- Верю, верю. Что дальше?

- Спрашивать про зомби. Об их возможном трудоустройстве в человеческом обществе.

- Да, это ты хорошо придумала, - Войд задумался, потёр щёку. – Но и про рабочие места для обычных людей не забывай!

- Конечно, мистер Войд.

- Что ещё?

- После беседы я хочу дать возможность задать вопросы из зала. И по телефону.

- Да, это правильно! Глас народа! Всё верно, это будет… - Войд сбился с мысли, заметив подошедшего молодого человека. – Что тебе, парень? Автограф хочешь? Да, Диана у нас звезда, кто бы ещё рискнул среди зомби стоять? Вот только не стоит на неё смотреть, как кот на ветчину.

- Простите… Я – Андре Эксидент.

- Да?! Кхм.. кххх.. Д-добрый в-вечер… Я представлял вас несколько более.. более… На экране вы смотрелись.. кхм… старше… Просто стариком.. Простите уж, за откровенность… - Войд смотрел заискивающе.

- Понимаю, - Андре вымученно улыбнулся. – Я просто тогда устал сильно, вот и выглядел, как дед измождённый.

- Так, всё выяснили, рад знакомству, - к лысому мужчине вернулась уверенность и деловитость. – Эмили!

Он хлопнул в ладоши.

- Эмили! Пара минут у нас ещё есть, подготовь парня! Френк, Чак, по местам, Эрик проверь крайний левый софит, он как-то мигает, Долорес! Что это такое, Долорес?!

- Но мистер Войд.. – плаксиво начала та.

- Никаких «мистер Войд», немедленно убрать! Ещё не хватало, что у нас в кадре появилось это!

Андре из любопытства глянул. Этим оказался постер во весь рост модной сейчас актрисы, оставшийся с прошлого интервью. Девица была изображена в довольно фривольной позе и достаточно откровенном наряде, чтобы развеять все сомнения по поводу того, как она получила роль, и почему её сценическая карьера пошла столь стремительно ввысь.

Не успел Андре полюбоваться на формы, оттиснутые на бумаге, как его взяла в оборот пухленькая женщина с мягкими коротенькими пальчиками. Парня усадили на стул, заставили задрать голову, затем по лицу прошлась кисточка, засвербело в носу, и Андре только чудовищным усилием воли удалось сдержать чих, потом к нему поднесли какую-то штуку, что-то померили, поставили на ноги, и, вежливо, но непреклонно подталкивая в спину, направили на сцену. Стараясь унять дрожь в коленях, он добрёл до дивана и сел. Андре надеялся, что сел – ему самому показалось, будто он плюхнулся с размаху. Сквозь гул в ушах парень не сразу расслышал, что у него спрашивает Диана.

- А?

- Нервничаешь, говорю? – с прелестной улыбкой повторила она.

- Есть немного, - Андре не стал отрицать очевидного. – Когда, наконец, всё начнётся?

- Оператор показал минуту до эфира.

- Ох, Господи Иисусе… - он заёрзал, пытаясь устроиться поудобнее.

- Ты прекрасно выглядишь. Мне нравится, - решила подбодрить парня Диана.

От комплимента Андре смутился ещё сильнее.

За пределами овала света в небольшом амфитеатре, человек на тридцать, рассаживались зрители. То ли массовка, то ли специально приглашённые избранные, удостоившиеся чести воочию лицезреть чудо под названием Андре Эксидент. «Как в цирк пришли, наверное. На дурачка посмотреть, на клоуна. Посмеяться над его нелепыми идеями. О, Господи Иисусе, что я тут делаю, зачем позволил втянуть себя в это шоу, сделать из себя посмешище на всю страну?!» С каждой секундой парень мрачнел всё больше, всё сильнее заводился. Неизвестно, во что бы это вылилось, если бы оператор не показал пальцами финальный отсчёт. Пять. Четыре. Три. Два. Один.

Отмашка, заиграла бравурная музыка, на экране за спиной Андре развернулось видео с логотипом шоу – три слова «Правда», вписанные в пирамиду: два в основании и третье над ними. Кажется, парень вздрогнул, но Диана уже взяла всё в свои руки. Привычно улыбаясь в камеру, она начала шоу.

- Добрый вечер, дорогие телезрители! Рада приветствовать Вас на нашем шоу – «Правдивая пятница»!

Амфитеатр отреагировал слаженными аплодисментами. Если бы Андре не видел хлопающих рук, он бы решил, что это фонограмма.

- С вами сегодня я, Диана Винд и наш очередной гость.. - парень напрягся и невольно затаил дыхание, - ..Андре Эксидент!

Диана сдержано похлопала, подав пример невидимому залу. Андре заёрзал, нервно озираясь. За его спиной на экране уже пустили другую заставку – панораму вечернего Кэпиталсити, снятую с вертолёта. Потом парень наткнулся глазами на телеведущую. Та явно что-то от него ждала.

- Добрый вечер, - хрипло сказал Андре. Диана благодарно улыбнулась.

- Добрый, добрый! Дорогие телезрители, - она снова повернулась к камере, - для тех, кто последний месяц провёл в коме или на другой планете…

Громкий, по мнению парня немного неестественный хохот амфитеатра.

- …поясню наш сегодняшний выбор. Всё началось с того, что в Паутине появился сайт, названный «Мозги и жизнь».

Снова раздался смех, Андре стало стыдно. «Дьявол! Зачем я тогда поддался на уговоры Али?!»

- На нём публиковалась довольно неожиданная информация, - продолжила Диана, - но к ней прилагались документы, фото и видео материалы, которые было трудно игнорировать. Сайт быстро завоевал популярность у пользователей Паутины, даже появились подобные ему сайты. В виртуальном пространстве разгорелись и бушуют по сей день священные войны сторонников и противников высказанного на сайте «Мозги и жизнь». Возможно, всё так бы и осталось по ту сторону монитора, если бы не беспрецедентная акция, личным свидетелем которой стала Ваша покорная слуга. Давайте ещё раз вспомним этот случай.

Диана обернулась на экран, Андре будто бы нехотя глянул через плечо, свет над ними приглушили, смещая акцент на видео.

Изображение трясётся, оператор лавирует между разбегающимися людьми, камера делает наезд, чёткость чуть падает, качка усиливается, уже можно разобрать Андре, стоящую за ним Мэри, и тех, кто вокруг. И хотя наверняка сидящие в амфитеатре видели этот материал и раньше, по залу прокатывается громкий вздох.

Парень отвернулся от экрана. Мало того, что он был непосредственным и главным участником разворачивающегося действа, но и само видео уже смотрел. К своему стыду, вернувшись тогда домой, он первым делом скачал из Паутины этот материал. И пересматривал, время от времени. Здесь, при всех выказывать интерес к ролику с собой любимым Андре считал ниже собственного достоинства. «Надо изображать безразличие. Ну сделал и сделал, то же мне подвиг. Что теперь любоваться каждый раз, как Нарцисс.» Зал снова охнул. «Наверное, это Диана ко мне подошла. До сих пор не могу понять, что ей двигало – безрассудная смелость, или такая же глупость? Она прелестная девушка, мой идеал, но Диана, похоже, не избежала этой пагубной черты всех журналистов – в погоне за сенсацией они готовы совершать самоубийственные вещи. Господи Иисусе! А ведь если бы у меня не получилось… Видео было бы совсем другим… На нём бы кричали от ужаса, родители бы закрывали глаза детям, нечаянно оказавшимся возле ТиВи, а я бы заслужил лишь всеобщую ненависть… Хвала Иисусу, всё обошлось! И спасибо Мэри. Я ведь сказал ей тогда спасибо?.. Или нет?..»

На экране вновь развернулась панорама столичного вечера.

- Вот такой был цирк, - развела руками Диана. – Адреналина мне теперь на пару лет жизни хватит!

Она обворожительно улыбнулась, и аудитория поддержала её смешками.

- Этот эпизод и познакомил нас с идейным вдохновителем необычного движения, Андре Эксидентом, - телеведущая вновь поаплодировала парню. – Думаю, хватит мне болтать, дадим возможность нашему гостю самому рассказать о себе.

Диана взмахнула ресницами, потупила взор, будто стыдясь за то, что отняла у зрителей столько эфирного времени. Андре был уверен, что сильная половина страны, припавшая сейчас к экранам ТиВи, уже возненавидела его. Ведь теперь взоры камер сместятся на парня, и всем придётся слушать его унылое бормотание. Андре прочистил горло.

- Чтобы вы хотели услышать? – голос всё равно хрипел от волнения, но, возможно, оно и к лучшему. Может, так парень казался старше.

- Для начала, где Вы родились и как дошли до жизни такой? – рассыпалась смехом Диана. Даже хмурый Андре улыбнулся.

- Родился я в Смоллтауне, на западе Юсы, штат Бундокс. Окончил среднюю школу, но в колледж не поступил. Моя семья жила, скажем так, небогато, и потому я сразу пошёл работать. То там, то здесь: курьером, посуду мыл в закусочной, распространял пылесосы, на стройке таскал мешки со штукатуркой, мешал цемент, стриг газоны, отцу в автомастерской помогал… И пусть такую жизнь не назовёшь пределом мечтаний, уж какая была, и на том спасибо. Всё оборвалось в один день. Когда в нашем городке появились зомби.

- Судя по версии, размещённой у вас на сайте, первого из них туда завезла Корпорация Быстрого Развития, а потом началась просто цепная реакции.

- Да, я так считаю. А иначе, откуда бы им взяться? Корпорация, и её подразделения заведуют всеми зомби, и всё, что происходит с не-мёртвыми – происходит либо по её желанию, либо по её попустительству.

Диана посмотрела за пределы освещённого овала, едва заметно кивнула и направила беседу в прежнее русло.

- Ваше мнение нам понятно. Но вернёмся в Смоллтаун. Там появился зомби и?..

- И всё. Большая часть города превратилась в живых мертвецов. В том числе мои родители и.. девушка.. моя девушка.. кхм.. девушка, с которой я тогда встречался.. как бы.. ну мы дружили.. но это было давно… - сбиваясь, Андре начал объяснять Диане, чтобы она не подумала чего.

- Тяжёлые воспоминания, понимаю, - кивнула та, истолковав его невразумительную речь по-своему.

- Ну.. да.. вроде того... – парень вдохнул поглубже и выпалил скороговоркой: - Но, несмотря на превращение в не-мёртвых, мои близкие узнали меня. Именно тогда я понял, что живые мертвецы – это не просто ходячие трупы. В последующем я убедился, что они способны чувствовать, переживать, думать, даже общаться!

- Это всё звучит невероятно! – изобразила удивление Диана. – Но продемонстрированное Вами в Олд-парке заставляет задуматься над Вашими словами. Вы утверждали, что зомби могут быть не опасны для людей и смогли это всем доказать. Думаю, Вы можете и всё сказанное Вами сейчас подтвердить наглядными примерами?

- Конечно, смогу! Просто.. Просто тут есть нюансы, - Андре выглядел расстроенным. – Я пытаюсь объяснить людям, что не-мёртвые – не забавные механизмы, не говорящие животные, не какие-то мутанты и выродки. Они – личности, в той же мере, что и каждый из нас. А вы предлагаете выставить их на всеобщее обозрение, чтобы люди приходили как в зоопарк и тыкали в них пальцем? О, смотри-ка, говорящий зомби!

- Я вовсе не это имела в виду, - примирительно возразила Диана, улыбкой прося у него прощения. – Но ведь Вы понимаете, что людям потребуются доказательства. В то, что Вы говорите крайне трудно поверить.

Андре нахмурился.

- Со временем я их предоставлю. Когда увижу, что люди готовы принять эти доказательства, что они не оттолкнут открывшихся им не-мёртвых. Я знаю, вы не поверите, но их души так же легко ранимы.

- А у зомби есть души?

Андре смутился.

- Я.. я не знаю. Возможно. Пока ещё не доказано, есть ли душа у человека…

- Оставим эти высокие материи для споров теологов, вернёмся к Вашей судьбе. Как так получилось, что у Вас с Корпорацией Быстрого Развития сложились довольно натянутые отношения?

- Всё началось опять же с моего родного города. Как я уже говорил, мои родители и девушка, ну подруга, стали зомби. И когда прилетели Косильщики, подразделение Корпорации Быстрого Развития – они уничтожили всех, не разбирая, за одну только принадлежность к не-мёртвым. Их манеру обращения с зомби вы лично могли видеть в Олд-парке. Решив призвать их к ответу, я переселился в Кэпиталсити. Разобравшись поподробнее в вопросе, я обнаружил, что данная корпорация ущемляет не только права мёртвых людей, но и живых.

- Вы сейчас говорите о нашумевшем препарате – «Грисе»? – проявила прозорливость Диана.

- Да, о нём. Я был поражён масштабами оболванивания населения и просто не мог остаться в стороне.

- Всем бы иметь такую гражданскую сознательность!

Похвала опять смутила Андре.

- Думаю, на моём месте так бы каждый поступил…

- К счастью, «Грис» ещё не успели распространить по всей стране. Тревога, которую Вы забили, оказалась очень вовремя. Насколько я знаю, Корпорация Быстрого Развития даже выразила Вам благодарность?

- Ну, да, - нехотя согласился парень. – Не лично мне, нашему сайту… Дескать мы открыли им глаза, виновные понесут наказание и так далее…

- Почему Вы так скептично к этому относитесь? Ведь виновный был определён практически сразу, и сейчас ведутся активные действия по его поимке.

- Вот именно это меня и настораживает. Общественности спихнули неугодного, повесив на него всех собак. Нет, я не считаю бывшего полковника Фага невинной овечкой. Уверен, ему есть, за что ответить перед людьми, но я не верю, что все остальные в такой крупной корпорации ничего знать не знали.

- Боюсь, юристы Корпорации с Вами не согласятся, - натянуто рассмеялась ведущая. – К тому же правительство Юсы не усмотрело какого-либо умысла в действиях Корпорации. Наоборот, наш президент поддерживает её.

- Наверняка не без причин, - пробурчал Андре. – Я не так давно задумывался – а откуда берутся все эти тела, чтобы превращать их в не-мёртвых, а потом делать из их мозгов «Грис»? И пришёл к кой-каким выводам…

Диана мгновенно сообразила, что, если парень притянет сюда ещё и президента, ей точно не миновать увольнения.

- Хорошо-хорошо, оставим пока «Грис» и вернёмся к зомби. У Вас на них существуют некие планы. Не хотите озвучить их перед телезрителями?

- Почему же нет? – пожал плечами Андре. – В принципе, мою программу можно прочитать на сайте, но вдруг не у всех есть выход в Паутину?

Прежде всего, я призываю общественность не относиться к зомби как к чему-то отвратному, противоестественному. Так уж получилось, я не знаю пока почему, но не-мёртвые неотъемлемая часть нашей жизни. И я думаю, с ними тоже нужно считаться. И начать с того, что не называть их «зомби». Я считаю, что это уничижает их достоинство. Они вовсе не безмозглые куклы.

- А как же их тогда называть?

- Не-мёртвые. Некро-люди. Как вариант. – Андре говорил торопливо, стараясь выложить все пункты своей программы, пока он их ещё помнит. - Далее, следует возвращать их в человеческое общество. Как для переживших тяжёлое потрясение, катастрофу, ветеранов войн, так и для не-мёртвых следует построить реабилитационные центры. Можно даже использовать для этого уже существующие корпуса РЗ. Нельзя превращать их в рабов людей, ведь они тоже люди! Просто мёртвые! – Андре посмотрел в камеру. – Некро-человеком может стать кто угодно: ваш отец, ваша бабушка, ваши соседи. Нельзя отторгать их! Зомби не стать через дружбу, вы не заразитесь, всего лишь пообщавшись с вашими умершими родными. Просто нужно подготовить не-мёртвых к возвращению обратно, к нам, и тогда они будут безопасны для окружающих.

- Это звучит красивой сказкой, но даже у этой Вашей теории есть многочисленные сторонники. Однако, есть и противники. Давайте пока опустим правомерность уравнивания в правах человека и зомби. А что Вы скажете о их будущем? Вот вернулись Ваши не-мёртвые в нормальное общество и что дальше?

- А всё что они захотят! Вы забываете, что это тоже люди, у каждого есть свои желания. Точно так же как мы, кто-то из них пойдёт работать, кто-то будет учиться, кто-то вернётся к прежней деятельности художника или музыканта. Если позволит организм, конечно… В случае с некро-людьми приходится учитывать последствия разложения тел…

- Вот видите, нюансов не счесть. А Вы предлагаете оценивать зомби, так же как и людей.

Андре насупился. «А я думал, что Диана на моей стороне. Что она говорит такое?!»

- Это не причина отступать. Почему-то отличие не-мёртвых от людей не мешало Корпорации Быстрого Развития держать их в рабстве. И не мешало всем вам пользоваться плодами рабского труда!

- Я вовсе не имела в виду, что зомби и дальше нужно держать в прежних условиях. – Диана чуть подалась вперёд, будто наклоняясь к Андре, придавая беседе доверительный тон. Парень же просто заглянул за декольте, сглотнул и забыл обо всех мыслях. Он уже даже её голос не слышал. А ведущая меж тем продолжала объяснять ему: - Просто я не согласна, что не-мёртвые – всего лишь неживые люди. Скорее это другой биологический вид. С иными принципами работы организма. И потому сравнивать их с нами… ну, это как грушу сравнивать с яблоком. Вроде, и то и другое фрукт, но не скажешь же, что они тождественны?

«Груши? Яблоки? Скорее, дыньки. О, Господи Иисусе, она меня что-то спросила!» Парень часто заморгал. Диана, видя его растерянный вид, решила сменить тему.

- Хорошо, оставим всё-таки их природу. Пусть с этим учёные разбираются, верно? Но как Вы видите их последующее трудоустройство? Ведь основные претензии к Вам, к Вашей деятельности со стороны простых граждан Юсы заключаются именно в том, что рабочие боятся потерять свои места. Если зомби вольются в наше общество, работодатели охотнее будут брать их на работу. Профсоюзы уже сейчас бьют тревогу. Их пугает конкуренция со стороны не устающих, более сильных, не требующих еды и питья.. созданий.

- О, по этому поводу волноваться не стоит! – Андре был рад проявить активность, забить мысли о Диане делами насущными. - Да, не-мёртвые могут работать гораздо дольше человека, но и они не вечны. Если эксплуатировать их постоянно, то тела некро-людей просто разваливаются. Так что им нужен щадящий режим, точно такой же восьмичасовой рабочий день, как и обычным людям. А что касается еды… Им требуется добавка.. особенная.

Парню захотелось ударить себя по губам. Поздно, слова обратно в рот не загонишь.

- Интересно! Расскажите поподробнее! – Диана почуяла сенсацию.

- Ну.. специальная добавка, делающая не-мёртвых адекватными. Часть их зарплаты будет уходить на этот медикамент, - Андре словно выдавливал из себя фразы. – Так что получать они будет меньше, чем обычные люди. Профсоюзы могут быть довольны.

Ведущая от любопытства аж заёрзала в кресле. Парень опередил её следующие вопросы.

- Пока ничего больше не скажу. Следите за новостями на моём сайте.

- Оставляете эксклюзив себе? – Диана игриво сощурилась, язычок быстро пробежался по губам. – А может, здесь скажете, в прямом эфире? Какая разница?

Андре едва не застонал. «Отказать?! Ей?! Немыслимо! Но… Нельзя! Это же… о, Господи Иисусе!»

- Н-нет.. Прости… - выдавил он.

Взгляд девушки стал таким холодным, что, выдохнув, Андре ожидал увидеть облачко пара.

- Что ж, перейдём к следующему пункту нашей программы. Как и раньше, мы даём возможность нашим телезрителям и гостям в студии задать вопросы нашему герою.

Зажглись лампы, осветив амфитеатр, спрятанный до того в полумраке. Парень съёжился на огромном диване. «Хотел бы я сейчас махнуться местами с Дианой. Её кресло такое уютное, а тут даже руки на подлокотники не положить. На всеобщем обозрении, как у стенки перед расстрелом. А он будет обязательно, вон взгляды какие жадные. Только и ждут, чтобы накинуться и растерзать. О, Господи Иисусе, и эти люди боятся не-мёртвых? Да кинь их в бассейн с акулами, они бедных рыбок загрызут!»

Кто сделал первый выстрел, Андре не заметил.

- Эта «добавка» нужна всем зомби?

Вопрос вверг парня в такую прострацию, что он на некоторое время потерялся в мироощущениях.

- Девяносто девяти процентам.. – едва слышно ответил он, но прикреплённый к лацкану микрофон донёс его шёпот до аудитории.

- Но что же это получается? Если зомби не работает – он добавку не получит, и тогда будет опасен для окружающих? – выкрикнул кто-то с места.

- Добавку должны получать все, - затравленно сказал Андре. Его слова ударили камнем в плотину любопытства, и вопросы хлынули селевым потоком:

- Даже неработающие? А кто будет оплачивать расходы на производство добавки? На её транспортировку? Обычные налогоплательщики?

- Почему тот, кто честно трудится, должен обеспечивать ещё каких-то мертвяков?

- Чем ваша новая система отличается от предыдущего рабства? Корпорация Быстрого Развития, по крайней мере, называла всё своими именами! Вы же прикрываетесь высшим благом, а на самом деле хотите загнать не-мёртвых в ту же кабалу! Работать они будут у вас за добавку!

Андре обхватил голову руками, потом зажал уши. Но гул возмущённых голосов пробивался и сквозь них. Он вскочил на ноги.

- Что, что вы все от меня хотите?! – исступлённо заорал он. - Я не знаю! Не знаю! Я не думал об этом, я не пытался прогнозировать! Почему я всё один должен делать?! Если вы так печётесь о не-мёртвых, сделайте для них хоть что-нибудь сами! Я всё делал один, один искал правду, один боролся с ложью Корпорации Быстрого Развития, один изучал зомби! А вы, что сделали вы?! Удобно устроились – взвалить всё на меня, и если не получится – то только я один и виноват! А вы по-прежнему чистенькие, светленькие! Очень удобно!

- Тихо, тише, прошу Вас! – Диана тоже встала, шагнула к Андре, мягко нажимая на плечи, попробовала усадить обратно. – Не нужно нервничать, не нужно превращать нашу передачу в базар. Конечно же, теория нашего гостя нуждается в доработке. И у нас ещё есть время. Никто пока не выпускает зомби из корпусов РЗ на улицы Кэпиталсити. Нужно ещё многое сделать до этого. Создать правовую базу, жилищные условия, принципы взаимодействия. Много всего! Никто этого не отрицает! Но, думаю, все согласятся с тем, что нельзя оставлять ситуацию в том состоянии, что сейчас.

Слова ведущей успокаивали амфитеатр, как ветер пригибает траву. Остужённые люди возвращались на свои места, рассаживались, тихо переговариваясь. Андре тоже сел, с мрачным видом сверля взглядом пол. Диана без сил опустилась в своё кресло, смахнула со лба вылезшую прядку.

- Итак, - она вымученно улыбнулась в камеру, - давайте послушаем, кто нам дозвонился.

- Добрый вечер!

- Добрый, - устало согласилась Диана. – Представитесь, пожалуйста.

- Джош Бо, магистр биологических наук в институте Джекмана. У меня такой вопрос к юноше. Вот вы довольно резко критикуете деятельность Корпорации Быстрого Развития в сфере медикаментов. Я, конечно же, имею в виду приснопамятный «Грис». А меж тем изобретение данного препарата до конца не оценено!

Дозвонившийся замолчал. Андре поднял хмурое лицо к потолку.

- Я так и не услышал вопрос, - проворчал он.

- Ах, простите, юноша. Вот мой вопрос: не слишком ли вы категоричны? Не считаете ли вы, что «Грис» стоит исследовать более детально? Я уверен, что ему можно найти применение. Хотя бы в сфере здравоохранения, для лечения поражений мозга и душевнобольных.

- Считаю. Я согласен, что «Грис» запрещать нельзя, но нужно строго регламентировать его продажу. Не в свободном доступе, но лишь по рецептам, по предписаниям врачей, по решению врачебной комиссии. Ведь часть медицинских препаратов, что считаются наркотическими веществами, тоже используются для лечения.

- Вот как? – Бо, кажется, опешил. – Да.. вы правы… вы удивительно разумный юноша. Я.. просто поражён такой кардинальной перемене. Я, конечно, сужу только по выложенному на вашем сайте, но до сего момента вы высказывались о «Грисе» в исключительно резкой форме и отказывались от любых компромиссов. Простите, но что же произошло?

Андре опустил глаза в пол.

- Кое-что изменилось, - буркнул он. – «Грис» запрещать нельзя.

- Спасибо вам, магистр Бо, за столь интересный вопрос, - сказала Диана. – Давайте послушаем следующего дозвонившегося.

- Добрый вечер, «Правдивая пятница» и вы, прекрасная Диана!

- Ой, спасибо Вам за комплимент, - взмахнула ресницами ведущая. – Но представьтесь, галантный телезритель.

- О, я хочу остаться инкогнито. Я всего лишь доброжелатель и моё имя вам ничего не скажет.

Девушка вопросительно посмотрела на начальство. Мистер Войд сделал знак, что ничего страшного, продолжай.

- Как пожелаете. Задавайте свой вопрос.

Андре слушал их и не находил себе места. Что-то его смущало, что-то было неправильно. Накатила зябкая волна тревоги, пока казавшейся беспричинной.

- Что ж, такой вопрос: я встретил на вашем сайте упоминание о неких хозяевах. Расскажите поподробнее?

Парень заёрзал на диване. «Почему именно о хозяевах?! Есть ли тут какой-то умысел, или просто любопытство? «Инкогнито», «доброжелатель»… Определённо, что-то тут нечисто.»

- Ну.. хозяева… - горло заскрипело и он откашлялся. – Хозяева, это люди, которые могут управлять зомби. Наверняка, многие из них работают в Корпорации Быстрого Развития, иначе как объяснить, что корпорация может управлять не-мёртвыми, держать их на своих заводах, если называть вещи своими именами – держать в рабстве, к тому же заставлять заниматься непосильным трудом?

Андре увидел, как поскучнело лицо Дианы, как поднялся насмешливый шепоток в зале. «Не верят.. Считают это бредом. Конечно, это не доказать, не сфотографировать и не заснять. Если только мне прямо сейчас не превратить кого-нибудь в зомби.»

- Уважаемые телезрители и прекрасная ведущая, - мягко проворковал «доброжелатель», и парня охватил беспричинный приступ страха. – Не стоит относиться к этим словам парня со скепсисом. Уж кому, как ни ему знать о хозяевах. Ведь он один из них! А как вы думали, почему кровожадные пожиратели мозгов спокойно стояли рядом с ним в Олд-парке? Почему тогда зомби никого не тронули? Потому что он ими управлял!

Андре ошарашено хватал ртом воздух, не способный выдавить из себя хотя бы слово.

К мистеру Войду подскочил звукооператор.

- Оборвать звонок?

- Ты что, дурак?! – зашипел на него начальник. – Шоу должно продолжаться!

И лысый мужчина с упоением вслушался в голос «обличителя», разносящийся из динамиков:

- Кому, как ни ему рассказывать о возможностях хозяев, ведь он сам проверил их на своём родном городе – Смоллтауне! Откуда там могли появиться зомби? Корпорация Быстрого Развития не работает на западе страны! Нет, она тут совершенно не при чём. А вот наш маленький гость… Зачем, спросите вы, ему это было нужно? А чтобы проявить себя, заявить о себе, зарекомендовать! А потом он приехал сюда, покорять столицу. С таким-то «резюме» ему казалось это лёгким. Но в Корпорации не нужны безумные мясники! Ему отказали, и тогда наш сообразительный мальчик решил очернить Корпорацию. И вы потакаете ему в этом!!

Андре вскочил на ноги. Резко побледневший, глаза очертили круги, он бешено заскрежетал зубами.

Мистер Войд горячо зашептал, никем не слышимый:

- Давай, ответь ему!

Парню хотелось заорать, что это Фаг, что он врёт и ему нельзя верить. Он открыл уже было рот, но застыл, неожиданно взглянув на себя со стороны. «Этого он и добивается. Чтобы я выставил себя на посмешище, повёл себя так, как ведут все щенки, импульсивно, необдуманно, глупо. Но он, чёрт возьми прав, я – хозяин!»

- Привет, Фаг, - Андре глядел поверх зала, под потолок. – Как жизнь? Тебя ещё не поймали федералы?

И не смог сдержать победной улыбки, когда невидимый собеседник не нашёл что ответить.

- Знаешь, я даже представляю, что ты сейчас чувствуешь, я был в этой шкуре, когда ты охотился за мной. Но теперь всё изменилось!

- Ни черта не изменилось, щенок! Ты такая же букашка, как и раньше, такой же, как и все остальные! Кукла, которую я дёргаю за ниточки как мне захочется! Думаешь, что-то изменится после этой показухи на ТиВи?! Да Корпорация этого даже не заметит, её юристы разорвут этот жалкий канал на части! А я разорву тебя и твоих дружков! Я найду тебя в какой бы дыре ты не скрывался, я уже рядом!

Над павильоном раскатился смех. Наигранный, натянутый, злобный. Зрители уже не сидели на месте, кто-то вскакивал, порываясь то ли что-то сказать, то ли уйти.

- Ну что малыш, что-то пошло не так? – снова взрезал какофонию павильонного хаоса голос бывшего полковника. Андре вздрогнул. Когда Фаг последний раз сказал так, парень едва не распрощался с жизнью под ударами костяного молота. Спасло лишь вмешательство Джима. Но сейчас он один! Даже Мэри нет рядом! Андре сощурился, зашарил глазами по залу, рассматривая ауры. «Может, Фаг где-то здесь?! Или его подручные?!» Диана отшатнулась, видя изменения с лицом парня.

- Я ещё докажу всем, какое ты подлое ничтожество, малыш! – ревел Фаг. – А потом ты сдохнешь, тварь!

«Нельзя молчать, надо что-то отвечать, Фаг перехватил инициативу!» Но Андре мог только скрипеть зубами. Он не заметил, как балансирует на грани, едва не принимая форму гуля. Почти все люди в амфитеатре понялись на ноги, что-то кричали, махали руками. Он видел их перекошенные лица, но не слышал слов. Взгляд Андре зацепился за Диану. На её симпатичном личике эмоции сменяли друг друга, явственные, как рябь на воде. Сомнение, отвращение, сочувствие, вера и вновь сомнение. Она что-то спрашивала у него, но Андре не понимал. В мозгу билась одна мысль «Наплевать на всё, добраться бы до Фага и размозжить ему череп! Как угодно, любой ценой, но добраться!»

Мистер Войд в экстазе закатил глаза.

- Я о таком и мечтать не мог! – бормотал он, прижимая ладони к щёкам. – Не останавливайтесь, прошу вас, ещё!

Судя по аурам, в зале были одни люди. Андре решительно двинулся вон из павильона, подталкиваемый в спину речью бывшего полковника.

- Ты сломал мне карьеру, настроил против меня сослуживцев, превратил в объект всеобщей охоты! Я заставлю тебя испытать то же самое! Ты будешь умолять меня о смерти!!

Мистер Войд, счастливо улыбаясь, дал отмашку звукорежиссеру, и Фага отрубили от эфира.

«Я не дам тебе этого времени, Фаг, я свалю Корпорацию Быстрого Развития с ног, и они не смогут больше тебя прикрывать. Главное действовать быстро!» Андре нёсся по коридору, расталкивая всех встречных плечами. Ему уже было на всё наплевать. Досада от шоу заставляла полыхать уши. «Вот тебе и прямой эфир, вот тебе и известность на всю страну. Доволен?!» Парень влетел в лифт, вышвырнул из него какого-то мужика, нажал на кнопку первого этажа. «Сейчас ещё через толпу у входа в телецентр пробираться! О, Господи Иисусе! Только бы никто под руку не попался, разорву ведь!» В кармане завибрировал смартфон.

«Мэри?!» - Андре приложил телефон к уху.

- Да?..

Он недолго слушал, а потом чертыхнулся.

- Вот, Фаг, гнида! Уже начал действовать, опять опережает меня. Уходите, я найду машину и приеду к вам. Позвони, когда окажетесь в другом, безопасном месте. Не будем о нём по телефону.

Бросил мобильный в карман, одёрнул пиджак. «Так-так, Фаг, форы ты мне не дал. Хочешь напугать, чтобы я спрятался, не двигался, не высовывался, дал тебе время найти другое моё убежище. Не дождёшься! Посмотрим, кто до кого раньше доберётся!» Придав своему лицу максимальную решительность, Андре шагнул из лифта.

Диана сидела на ступеньке сцены, уперев локти в колени, поддерживая лицо ладонями и бездумно глядя на зал. «Всё закончилось. Нет, не так. Всё кончено… За такое меня не то что не повысят, хорошо, если не уволят.» Гости шоу разбились на группки, яростным шепотком обсуждая случившееся. Даже вечно флегматичные и привычные ко всему технические работники – операторы, звукорежиссеры и осветители – включились в споры. И только Диана сидела одна. К ней подошёл улыбающийся во все тридцать два зуба мистер Войд. Даже обгоревшая лысина, казалось, светилась от счастья. Или это были просто блики прожекторов?

- Простите меня, мистер Войд, я всё испортила, - обречённо вздохнула Диана.

- С ума сошла, девочка?! Это же фурор! – мужчина прижал обе ладони к щекам. – Такой успех! Мы теперь знамениты! Ты знаменита! Тебе на шоу враг государства номер один дозвонился! Виновный в геноциде зомби и подсаживании нации на наркотик! А парнишка-то тоже оказался не так прост! Да о нашем шоу все газеты писать будут! Ты повышение заслужила на двести процентов!

- Да? Правда? – изобразила неверие Диана, хотя сама уже засияла, будто светившийся радостью мистер Войд заразил и её аурой.

- Конечно, правда! Только, девочка, я бы советовал тебе больше не встречаться с этим Эксидентом.

- А я и не собиралась, - хмуро ответила та. Перед глазами девушки ещё стояло лицо Андре, лицо трупа с валившимся носом и безумными жестокими глазами.

Часть IV. Глава 2

Глава 2

«Вот мы и дома.» - Андре прижался затылком к закрытой входной двери. Его спутники стояли рядом, во мраке коридора. Никто за весь путь от лаборатории Корпорации Быстрого Развития не произнёс ни слова, и даже сейчас, в гостеприимных стенах пристанища, не спешили обсудить случившиеся. «Мы вернулись другими… О, Господи Иисусе, кого я обманываю! Джим и Мэри остались прежними, а вот я и Али… Что я болтал тогда? Что готов пойти на что угодно, что не остановлюсь ни перед чем? И я говорил это так искренне, я верил в это… А теперь сомневаюсь… Мысли доктора Филстоуна ещё не выветрились из моего мозга. Да и произойдёт ли это когда-нибудь? Возможно, его воспоминания так и останутся со мной, вечным напоминанием о содеянном. Каждый шаг на моём пути хозяина оставляет шрам на душе. И от этих отметок не избавиться, как ни старайся. Всё, это уже сделано. Но я ведь не превращаюсь в подобие Фага? Нет, ни за что! Уж я то сумею остановиться и не переступить черту!» Мысль о том, что эта черта, возможно, уже была, Андре категорично отогнал.

- Джим, Мэри, пожалуй, мне стоит поговорить с Али.

Гончая пожала плечами и ушла в гостиную. Свободный зомби так и остался стоять.

- Джим? Джим! – позвал его Андре и, не дождавшись ответа, коснулся рукой. Плоть зомби была холодной и влажной.

- А?

- Что с тобой?

- Я.. я задумался… - Джим завертел головой. – А где Фиби? То есть Мэри?

- Она в комнату ушла…

- А… - протянул толстяк и протопал за ней. Он казался потерянным и заторможенным.

«Похоже, я был не прав. Произошедшие события и Джима затронули. Кто бы мог подумать, что он так будет переживать? Зомби, ведь.» Али не стал дожидаться, пока парень всё хорошенько обдумает и ушёл в свою комнату.

Андре зашёл к нему. Мужчина сидел в кресле. Он ссутулился, сальные пряди упали на лицо, закрыв его траурным саваном. Али не включил ни свет, ни компьютер, что всегда делал первым делом, зайдя в комнату. Эйфория от успехов прошла, и накатил страх. Даже не страх – ужас. «Кого я приютил?! Твою мать! Как мне теперь на это реагировать? Всё забыть, как ничего и не было? Притворяться, что ничего не случилось? Дальше общаться с этими милыми людьми? Особенно с Андре. Ой, подумаешь, он кому-то башку разгрыз и сожрал мозги?! Да такое случается сплошь и рядом! Мать, мать, мать!»

- Али…

- М-мать!! – он подпрыгнул на кресле. – Ты чё подкрадываешься?!

- Я.. я думал ты слышал, - замялся Андре, переступил с ноги на ногу, огляделся и, наконец, присел на кровать. – Нам нужно поговорить, Али.

Тот отодвигался от парня вместе с креслом, пока не упёрся в стол. Поняв, что отступать больше не куда, Али судорожно закивал.

- Видишь ли, Али, - начал парень и замолчал. «Что ему сказать? Повторить то, что я ему объяснял в лаборатории? Вроде бы не дурак, помнит ещё. Должен помнить. Чем я могу завлечь его на свою сторону? Он всего лишь человек, и желает жить как человек. Пообещать ему спокойную жизнь? Но это возможно лишь вдали от меня…»

- Али, - сделал вторую попытку начать Андре. – Я не буду останавливаться на том, что только что произошло. Ты, я думаю, понял, что другого выбора у меня не было. Что сделано, то сделано, и нужно как-то с этим жить, нужно двигаться дальше. Я беру на себя все грехи, всю ответственность. Если тебе будет легче, то можешь считать, что это я тебя заставил…

«К тому же, так всё и было!» - со злостью подумал Али.

- …Но я не хочу, чтобы всё было напрасно. Ничто так не удручает меня в жизни, как бессмысленные поступки. Мы сделали первый шаг, он оказался очень сложным, но мы сумели справиться. И в этом велика твоя заслуга. Не будь тебя, наверняка, ничего бы не вышло. Я хочу сказать тебе огромное спасибо, от всего сердца!

«Можешь засунуть свою благодарность себе знаешь куда?!» - мысленно ответил мужчина, сверкая глазами из-под грязных волос. Андре решил не обращать на это внимания.

- Да, это был первый шаг, - повторил он. – Теперь нужно шагать вперёд. И снова без тебя это будет невозможно. Я не сумею сделать сайт, не сумею выложить материалы по «Грису» в Паутину, я ничего не понимаю в компьютерах!

В голосе Андре слышалось отчаянье.

- Мне нужна твоя помощь. Ты мне поможешь ведь, правда? – парень взглянул с мольбой в глаза Али. Тот отвёл взгляд в сторону.

«Помощь, твою мать! Он просит помощи! Как у того хрена в лаборатории! «Вы можете нам помочь и сказать пароль! Нет, ну тогда я просто прокушу вам череп и узнаю его!» Твою мать! А если я откажусь, и он так же заберёт все мои знания!»

- Конечно, помогу! О чём базар, братуха? – затараторил Али, надеясь, что парень не обратит внимания на вибрирующий от страха голос. – Только можно я больше не буду с вами ездить на такие операции, а? Ну пожалуйста!

Видя, как задумался Андре, мужчина тут же пошёл на попятную.

- Нет? Ну, нет так нет, я ж пошутил, не обращай внимания, буду участвовать в чём скажешь!

«Только свинчу отсюда при первой же возможности! Эх, прощай квартирка…»

- Да нет, почему же. Если не хочешь, не езди. Я.. я понимаю. Это было неприятное зрелище. Это твоё право. Всё верно, ты будешь вести работу здесь, дома, а мы уж сами справимся в полевых акциях, так сказать..

- Точняк! Я буду координатором, как паук в паутине! – от восторга Али даже забыл о страхах на мгновение. «Всё верно, я же мозг, на кой хрен мне руки марать? Моя роль направлять, а эти пешки, эти боевики ни на что иное не способные, будут беспрекословно выполнять мои команды!» - грёзы затопили сознание Али, но глас рассудка сразу же вернул его с небес на землю. – «Э, куда тебя понесло, мужик. Не забывай, никогда не забывай, что твой мозг может стать его мозгом, паук хренов. Не зарывайся! Может, сваливать отсюда рановато, но нужно быть настороже, постоянно быть настороже.»

- Эээ, братуха, насчёт координатора я тоже пошутил. Всё будет сделано, как ты скажешь. Сайт, так сайт.

- Спасибо, Али, что бы я без тебя делал. Да, вот что ещё, как я могу почитать про «Грис»?

- Так я тебе сейчас распечатаю! – пальцы мужчины привычно пробежались по кнопкам, запуская многочисленную машинерию, заполнявшую комнату. Али вновь был в своей среде, снова к нему вернулась уверенность и приподнятое состояние духа. «Главное, забить башку работой! Вперёд, на баррикады, на преодоление препятствий! Бесстрашный рыцарь мыши и клавы, борющийся с могущественными корпорациями, опять в деле! А чё, я ж только что хакнул их, как нефиг делать, да ещё и бабло себе слил! Кто посмеет теперь сказать, что я не крутой хакер?!»

Пока Али возился с техникой, Андре вернулся к не-мёртвым.

- Как всё прошло? – с тревогой в голосе спросила Мэри.

- Нормально. Али и дальше будет мне помогать. Но, в подобных сегодняшнему, делах он больше участвовать не хочет.

- Да? – искренне удивилась гончая. – Ну, его дело. Чем займёмся теперь?

Она прильнула к Андре. За грязными пыльными окнами занимался рассвет. «Ах, как здорово было бы встретить рассвет вместе, где-нибудь на холме, чтобы ветер в лицо нёс запахи травы и цветов…» - замечталась Мэри, не заметив, как парень отодвинулся, а затем и вовсе плюхнулся на диван, рядом с Джимом.

- Теперь.. теперь мы… - он схватился за голову. Пытаясь сообразить, что делать дальше, Андре запутался в мыслях, собственные планы мешались с идеями Абрахама. Поначалу он отгонял их, пытаясь отсортировать, абстрагироваться от чужих стремлений, пока не наткнулся на одну поразительную вещь. «Ух ты, круто!»

- Я.. я только что узнал, - начал он, ещё не веря себе и своим возможностям, - что в лаборатории готовится к поставке в аптеки крупная партия «Гриса»!

- Мы туда больше не вернёмся! – заскрипела гончая. С неё вмиг слетело всякое романтичное настроение. – Это идиотизм! Нас там наверняка будут ждать!

- Да знаю я! – огрызнулся Андре. – Не идиот. Но я знаю маршрут грузовика, мы можем перехватить его по дороге!

- Нет, это слишком опасно! – отрицательно замотала головой Мэри. – Я – против.

- Я тоже против, - пробасил Большой Джим. – Ненужный, неоправданный риск. Пусть власти сами с этим препаратом разбираются. Если он действительно опасен. Мы же ещё не знаем, вдруг с ним всё в порядке, мы выставим себя преступниками.

- Мы и так уже преступники, позняк метаться, - проворчал Али, входя с комнату с пачкой листов. – На, почитай, Андре.

- О, спасибо, - парень взял бумагу, но сразу же отложил в сторону.

- Правильно Али сказал – мы уже преступники, что нам терять?

- Нет и ещё раз нет! – Мэри была непреклонна.

- Джим?

Тот отреагировал не сразу.

- Нет.. Андре.. – он говорил медленно, словно делал над собой усилие. – Нам не это сейчас нужно…

- А что тогда?!

- Нужно проверить, как действует «Грис» на зомби.

- О! – парень откинулся на спинку дивана. – Каждый думает о своём! Сейчас не время для личных интересов!

- Кто бы говорил! – зашипела гончая. – Самый наш пламенный борец с Фагом, готовый поставить под свои знамёна каждого, хочет он того или нет! Ты должен помочь Джиму, Андре! Ты просто обязан!

Парень сжал зубы, посмотрел на неё угрюмо, но не возразил. Он только возмущённо пыхтел, не решаясь даже пробурчать что-нибудь под нос. «Гончая права, я виноват в том, что Джим – зомби, и она это знает. Я действительно обязан ему помочь, пусть вылечить его невозможно, так хоть облегчить не-жизнь.»

- Хорошо! Хорошо, убедили! – сказал Андре, наконец. – Займёмся зомби! Так. Мне нужен обычный не-мёртвый! Или труп.

Али выскочил из комнаты. «Не желаю этого слушать! Не хочу этого знать! Они обычные люди, мы занимаемся обычным делом, ничего особенного, никаких зомби, трупов и мозгов!» - он повторял это себе раз за разом, как аутотренинг.

Обсуждение меж тем продолжалось, ухода Али никто и не заметил.

- Нам нужно кладбище.

- Очнись, Андре, это столица! Здесь полно моргов, с готовыми телами, не нужно никого выкапывать!

- А, да, ты права, Мэри.

- Я всегда права, - скрипнула та.

- Тогда нам нужен какой-нибудь маленький морг, на окраине Кэпиталсити.

- Причём на другой окраине. Хищники не охотятся рядом с норой, и ты будь таким же предусмотрительным.

- Верно, верно. Ты у меня умница, Мэри!

- Не подлизывайся.

Несмотря на то, что гончая ещё ворчала, Андре понял: она оттаяла. Не-мёртвая всегда была отходчивой.

- Я не подлизываюсь, - быстро возразил Андре, но, чтобы не продолжать спор, решил просто подвести итог: - Али? Ушёл, что ли? Значит, сейчас пойду к Али, может, он найдёт то, что нам нужно. Потом я подыщу машину, и мы с Джимом отправимся.

- А я?

- Ну Мэри, зачем тебе с нами ездить? Нам всего лишь нужно найти тело. Простая физическая работа, Джим мне поможет.

- И что? С каких это пор я стала тебе обузой?

- Ну Мэри… - Андре замолчал, а потом, решившись, продолжил, но перейдя на шёпот. – Я хочу, чтобы ты приглядела за Али. А то такое потрясение, мало ли что.

- Понимаю. Ты прав, Андре. Конечно, я останусь, - гончая даже испытала прилив гордости. Как будто учитель, видящий успехи любимого ученика. «Молодец милый, соображаешь. Людям доверять нельзя, они слишком непостоянные создания. Всё верно, ты можешь положиться только на нас, не-мёртвых.»

- Вот и славно, что всё обсудили! – парень подскочил, его переполняла жажда деятельности. – Пойду, узнаю насчёт морга.

- Подожди, а ты ничего не забыл? – глаза гончей глядели насмешливо.

- Вроде бы нет… - в голове Андре роилось столько мыслей, своих и чужих, что разобраться в них не представлялось возможным. Оставалось только надеяться, что он действительно ничего не забыл.

- А «Грис»? – тут же ехидно спросила Мэри. – Ты на зомби что проверять будешь?

- О, Господи Иисусе, точно! Надо же ещё где-то «Грис» взять! Я же говорил, что сначала нужно тот грузовик из лаборатории перехватить!

- Никаких грузовиков! Купишь, много ли тебе нужно?

- Много, мало.. не знаю! По-любому на это бабки нужны!

- Хватит выражаться как Али! – зашипела Мэри. – Кстати, у него денег и попроси. Думаю, он сейчас на всё согласится.

- Ладно, ладно, не кричи, – поморщился Андре. «Что-то Мэри раздражает меня всё больше и больше. Командует, с моими идеями не соглашается. Совсем страх потеряла, забыла, что я – хозяин? Кажется, я начинаю понимать опасения насчёт свободных.»

- Теперь-то всё? Я могу идти? – сдерживая раздражение, спросил он.

- Иди, горе моё, - вздохнула гончая.

Разговор с Али протекал совсем не так, как ожидал Андре. Услышав о деньгах, мужчина тут же ушёл в глухую оборону.

- Нет у меня денег, я нигде не работаю, зарплату не платят, ничё не скопил, самому на еду не хватает. Вас ещё корми. Ты чё, предлагаешь мне на последние кровно заработанные наркотиков купить?

- Но это же для дела! Ну Али, нам же нужно двигаться дальше!

- Лучше идти, чем бежать; лучше стоять, чем идти; лучше сидеть, чем стоять; лучше лежать, чем сидеть, - бурчал тот себе под нос как молитву.

Парень не знал, что делать. «Припугнуть его? Как он может? Да что он такое говорит вообще? Наплевать на еду, на сон, на всё! Главное наше дело!» - думал он.

«Ишь чё захотел!» - думал Али. – «Я ему чё, банкомат?! Вынь да положи! Не, так не пойдёт! У меня денег нет, да и не должно быть. Если я ему сейчас отстегну, как объясню, откуда взял? Всё должно оставаться в тайне, никто не должен знать. Он же меня первым заложит, если узнает! А то и того хуже – заставит вернуть! Хотя, с другой стороны, если сделать их всех соучастниками… Если дать ему денег, чтобы он их потратил, потом можно будет от претензий отмахаться. Дескать: ты на них жил, ел-пил, делишки свои проворачивал, какие ко мне предъявы? Точно, можно ещё им купить какую-нибудь фигню, шмотки там. Чтобы сильнее втянуть их в это! Вместе тратили, вместе отвечать, если чё. А самих себя они сдавать не станут! Ты гений, мужик, ты грёбаный гений, твою мать!»

- Знаешь чё, Андре, - сказал Али, сдерживаясь, чтобы не показать радость от собственной сообразительности, - думаю, я смогу что-нибудь придумать. Мне тут должны пособие по безработице перечислить, сходим, поглядим, может, хватит на твои планы.

- Да, правда? – парень ещё не верил своим ушам. – А что это ты вдруг передумал?

- Угу. Я ж понимаю, что тебе нужно, что дело, это, двигаться должно, вперёд, значит, да чё там, помогу, мы ж в одной лодке, верно?

- Конечно, мы одна команда! – Андре захотелось его обнять, но в последний момент он передумал, ограничившись хлопками по плечам. Как-то родителей, ставших зомби, обнимать было приятнее, чем Али. Парню стало стыдно за свою брезгливость, но он ничего не мог с ней поделать.

- Только.. – мужчина зевнул, дыхнув на Андре, и тот мысленно взмолился, чтобы лицо не скривилось, - надо поспать. Банкомат всё равно ещё не работает.

- Они же вроде круглосуточно, - робко возразил парень, но Али уже забрался в кровать. К тому же Андре и сам решил какое-то время отдохнуть от общества неряшливого мужчины. «Али, конечно, нормальный мужик, отзывчивый, всегда готовый помочь, причём бескорыстно, но долго общаться с ним тяжело для психики.»

- Разбуди меня ближе к вечерку, братуха, - пробормотал Али, уже наполовину заснув.

Парень протяжно вздохнул и поплёлся вон из его комнаты.

Пробуждение было тяжёлым, Фаг совершенно не выспался. «Проклятый Алхимик!» - опять подумал он. Всю ночь полковник проворочался с бока на бок, прогоняя в голове разговор с Филстоуном. Только об этом и думал, и даже утро началось с мысли об Абрахаме. «Что б ты от икоты сдох,» - мстительно пожелал ему Уэст.

Пока брился, немного пришёл в себя, в голове несколько прояснилось. «Мальчишка активизировался, после корпуса РЗ напал на лабораторию. Больше всё произошедшее не кажется случайностью. Может, он мстит мне за что-то? Зачем он рассказал Алхимику о своём знакомстве со мной? Что я ему сделал такого? Нет, конечно, сейчас я эту маленькую мразь убить хочу, но раньше-то я ему ничего плохого не делал! Подумаешь, не дал вволю с людишками наиграться в том городке… Проклятье! И зря я вчера там погорячился, ещё и про Генерального вспомнил. Ладно Алхимик теперь увечный, опасности не представляет, но эта-то толстая жаба по-прежнему в силе. И всё-таки, поразительное сходство в их аурах. Похоже, дядя не позволил Генеральному так просто занять этот пост!» С чувством гордости за свой род, Фаг затянул галстук. «И я так просто не дамся. Эти все мои проколы – мелочь, главное, что пока парень не попал к ним на тарелку, у Совета директоров нет доказательств. А там, глядишь, я закончу то, что начал дядя.»

Прибыв в контору, полковник постарался как можно быстрее проскользнуть в свой кабинет. Только там он чувствовал себя в безопасности. Проходя мимо новой секретарши, он сухо бросил «привет», скользнул по ней взглядом и скрипнул зубами. Нет, новенькая была ладной светловолосой девушкой, всегда приветствовавшей его радостной лучезарной улыбкой, а фигурку форма только подчёркивала, но… Но она была обычной, таких секретарш в каждом офисе штук десять. Никакой изюминки. Фаг опять почувствовал злобу от того, что его лишили индивидуальности. Ездил на концепт-каре, а заставили пересесть на бюджетный вариант, такой же как у всех. «Может, гончей её сделать?» - подумал он, когда секретарша принесла пачку деловой корреспонденции. – «Так ведь не факт, что свободной получится…» Решив пока мириться с ней, как с неизбежным злом, он принялся за разборку писем.

Одно из них вновь заставило его заиграть желваками. «За-ме-ча-тель-но! Ну и денёк!» Фаг ещё раз пробежал глазами по официальному приглашению на собрание Совета директоров Корпорации Быстрого Развития. Потом раздражённо скомкал и швырнул в мусорное ведро. Побарабанил пальцами по столешнице и набрал номер зама на селекторе.

- Метиас?

- Слушаю, шеф.

- Есть что-нибудь новенькое?

- Кое-что есть. Доктор Филстоун предполагает, что напавший на его лабораторию хозяин-ренегат знает о предстоящей поставке в аптеки Кэпиталсити крупной партии «Гриса».

Фаг откинулся на спинку кресла и покачался.

- Таак, - протянул он, разглядывая потолок. – И что он предлагает?

- Выделить дополнительную охрану.

- Разумно. Но если ты повесишь над грузовиком вертушку – это будет как флаг для ренегата: не влезай, убьёт. И мы лишимся возможности поймать его на живца.

- Вы так уверены, что он будет пытаться захватить «Грис»?

- Ага. Похоже, он что-то имеет против него и вряд ли упустит такую отличную возможность уничтожить крупную партию.

- Но это ведь очевидная ловушка!

- Очевидная, если ты знаешь, что Абрахам не умер. Поэтому действуем так: вертолёт оставь где-нибудь в середине маршрута, на земле. Около грузовика пустишь гражданские машины с Косильщиками, но, чтобы они сменяли друг друга. Как только ренегат объявится, они сигнализируют мне, и я вылетаю.

- Вам?

- Ну да. Я хотел бы отправиться на операцию тоже и быть в вертушке. Ты против? Конечно, формально ты сейчас Косильщиками командуешь, но ты же понимаешь… - Уэст заговорил тоном, не терпящим возражений: – Могу предложить тебе спрятать в другом месте ещё один вертолёт, ты будешь в нём. На подхвате, если что.

- Конечно, шеф, вы совершенно правы. Так и сделаем.

- До связи, - Фаг отрубил соединение.

Он снова закачался на кресле. Бессознательно пальцы сжимались в кулаки и снова разжимались, как крючковатые когти хищной птицы, предвкушающей добычу.

Закинув ноги на спинку дивана, чуть ли не вниз головой на этом древнем предмете мебели валялся Андре и читал документы по «Грису», подставив листы бумаги под бледную полоску света, просочившуюся меж задёрнутых штор. Дело шло туго, обилие медицинских терминов, химических формул и каких-то расчетов сильно тормозили его проникновение в суть вопроса. По большей части парень ничего не понимал в написанном и бездумно пролистывал листы, иногда с интересом разглядывая непонятные графики. Всё, что он пока смог почерпнуть из материалов, это то, что для производства «Гриса» требовались мозги. Причём мозги зомби. Это он уже и так знал, хотя приятно получить документальное подтверждение своим догадкам. Судя по научной абракадабре, зомби, пожирая чужие мозги – накапливали свои. Но полученные ранее травмы и процесс разложения нивелировали этот эффект. Мертвяк насыщался временно, ему требовался постоянный допинг свежих мозгов. Постепенно под действием гнилостных бактерий мозг зомби разжижался в их черепушках до студенистой массы, превращаясь в готовый к употреблению продукт. «Это что же? По сути, не требуется никаких лабораторий по производству «Гриса»? Каждый зомби уже такая ходячая лаборатория?! И чем больше он жрёт мозгов, тем больше «Гриса» будет произведено?» В поисках ответов на эти вопросы Андре продолжил чтение.

Оказалось, то, что получается в черепах зомби – прекрасный коктейль для хозяев, на людей никакого эффекта не оказывающий. «И вот тут-то в дело вступает лаборатория покойного доктора Филстоуна!» - догадался парень. С трудом продравшись сквозь формулы укрепляющего компонента, сквозь таблицы результатов тестирования на живых людях, сквозь экономические выкладки, Андре выяснил главное: гений Абрахама позволил адаптировать субстанцию, сварившуюся в голове не-мёртвого для употребления обычными людьми. При этом не лишив её основных свойств – усиление деятельности мозга и дикой, почти мгновенной привыкаемости. Причём, к ужасу парня, «Грис» оказывал немногим меньший эффект и на хозяев. «Адская смесь! Надеюсь, от одного колпачка зависимость не появится?» Он долго рылся в бумагах, ища ответ на этот вопрос. «Хвала Иисусу, с седьмой дозы!» В процессе поисков он наткнулся на последствия длительного употребления препарата. Мозг принимающего наркотик сначала отучался работать самостоятельно, без допинга, а потом начинал разжижаться, перерабатываясь в субстанцию идентичную той исходной, что булькала в черепках старых зомби. «Они превращают людей в зомби!» И точно, судя по исследованиям Филстоуна, из таких наркоманов со стажем получались отличные зомби, идеально подходящие для контроля хозяевами, а затем для производства «Гриса».

Андре вспомнил встреченных на задворках Вест-Сайда людей. Тех, с пустыми глазами и странными улыбками. Фальшивыми, застывшими, неестественными. Его сердце кольнула боль от осознания. Ведь бедные горожане, принимающие «Грис», стремятся к лучшему, хотят быть умными, успешными, думают, что взлетают в небо птицей, а на самом деле всё так же улитками ползут по дороге жизни. «Какой жестокий обман, бесчеловечная игра на мечтах и стремлениях. Да как они могли такое создать?! Хозяева – не люди. Чудовища, изверги. Самое чистое осквернили. То, что позволяло человечеству развиваться, достичь того, что мы имеем сейчас, хозяева превратили в оружие нашего же уничтожения. Люди по-прежнему тянутся к знаниям, не видя, что они давно заменены картонной ширмой, суррогатом. Нет, так не пойдёт! Ещё как-то можно стерпеть понимание того, что ты осёл, тянущий телегу за морковкой на верёвочке, но вот когда ты обнаруживаешь, что эта морковка к тому же пластмассовая?!»

Андре перевернулся, сев нормально. Кровь вернулась к голове, и та закружилась. А может, головокружение было от вида пропасти, которую уготовили хозяева человечеству? «Стоп, стоп, довольно. Хватит уже думать об этом. Ты этого не позволишь, этого не произойдёт. Господи Иисусе, подумать только – я ведь гордился, что я хозяин!» Парень был самому себе противен. «Я обязательно должен помочь Джиму. Пусть он не знает, но я должен искупить свой грех перед ним. Хочет он, чтобы мы узнали, как «Грис» действует на зомби – узнаем. Филстоун этого не проверял, гад. Конечно, какое ему дело до не-мёртвых. Главное в них превратить всё человечество! Тьфу, опять меня понесло… Вот что интересно, откуда столько зомби? Нужны мертвецы для заводов, тьфу, корпусов РЗ, нужны зомби для производства «Гриса», и там, на заводе, не-мёртвых подкармливали их же мозгами, значит, ещё на это трупы нужны. Откуда такое количество тел?»

От размышлений пухла голова. Андре хотел действий. Собрав листы, он отправился будить Али. «Хватит дрыхнуть, когда страна в опасности. Пусть сайт делает. Думаю, это всё можно выкинуть в Паутину в таком виде. Кто с техническим образованием, или с медицинским, или какое тут нужно, разберётся, в общем. Все эти формулы и графики добавят достоверности. Ещё собственные фотки приложим!» С твёрдой решимостью обломать все ножки у трона Корпорации Быстрого Развития, парень принялся остервенело трясти храпевшего Али.

Мэри стояла у окна. Андре уехал, уехал без неё. Романтичный рассвет сменился тоскливым закатом. И его она встречала в одиночестве. Гончая погладила пальцами стекло, оставляя дорожки в покрывавшей окно пыли. Другая рука вытащила из кармана пиджака новенький мобильный телефон. «И с чего вдруг Али сделал нам с Андре такие подарки? Откуда деньги взял?» - эти мысли возникли только на мгновение, сменившись другими: – «Может, позвонить Андре? Услышать его голос… Ну ты и дура, Мэри. Знаешь, что он тебе скажет? Скажет, что ты больная. Он же только что уехал! И что? Я уже тоскую, я хочу видеть его всегда, любить его. И чтобы он любил меня. Сколько можно не замечать меня? Это бессердечно! Позвоню! Зря, что ли Али нам их подарил? Наверняка понимает, что мы хотим всегда быть вместе. О, это так трогательно, зря о нём плохо думала, он чуткий, всё понимает, хочет помочь нам сблизиться…» Мэри открыла встроенную адресную книгу. В ней было лишь четыре номера. Палец, потянувшийся к экрану, вдруг предательски задрожал. Гончая хотела всей душой нажать, и не могла. Проклиная себя за нерешительность, она убрала смартфон обратно в карман.

Андре в очередной раз сверился с навигатором, выданным ему Али, и заглушил мотор.

- Приехали.

Горло совершенно пересохло. Он попробовал сглотнуть. Получилось с трудом. Джим, явно не испытывающий каких-либо терзаний, выбрался из автомобиля. Машина закачалась, как лодка в шторм.

Парень тоже вылез, излишне сильно хлопнул дверью, поморщился. Оттягивая неизбежное, он достал мобильный, посмотрел на часы. Путь до морга и, по совместительству, похоронного бюро, занял почти два часа. Самый дальний морг от их нового дома. Андре сжал кулаки.

- Ну что, приступим?

Большой Джим кивнул.

Двухэтажное здание с двускатной крышей располагалось на краю оврага, по дну которого бежал практически пересохший ручей. Светлые стены морга вечер окрасил в сиреневый цвет.

- Есть там живые внутри? – спросил парень, не утруждая себя.

- Один человек, - ответил свободный зомби. – Только, Андре, давай без насилия.

- Постараюсь, - нехотя ответил тот.

- Я, всё же, первым пойду, - настоял Джим, видя, как у парня меняется аура, наливаясь густой зеленью. – Ты на взводе, ещё натворишь не того.

- Прости, нервничаю, - ответил Андре. Расслабиться не получалось, тело приняло форму гуля будто само собой.

Зомби неодобрительно покачал головой и вошёл в морг.

Растёкшийся по стулу мужчина оторвал взгляд от ТиВи и взглянул на вошедших. Парень явственно увидел, как волосы ночного сторожа встают дыбом, белея на висках.

- Упырь! Мертвец! – как резанный заорал он, выхватил откуда-то двустволку и пальнул в Андре. Джим успел сделать шаг, закрыв парня собой, приняв картечь грудью. Отдачей сторожа опрокинуло вместе со стулом. Большой Джим двинулся к нему.

- Неправильное поведение, - ласково сказал он, сначала погрозив мужчине пальцем, а затем протянув руку, желая помочь встать. Цепь выпала из рукава и звякнула концом об пол. Сторож взвыл, перевернулся со спины на живот как насекомое и пополз на карачках куда-то в другое помещение, вопя словно пожарная сирена. Андре вынырнул из-за свободного зомби, подскочил к мужчине и хлопнул того лбом об кафельный пол. Ночной сторож затих. Джим нахмурился, но ругаться не стал. Судя по ауре, мужчина был жив, просто без сознания.

- Берём труп и ходу! – рыкнул Андре, и побежал в то помещение, куда пытался уползти сторож. Побежал на четвереньках, как большая обезьяна. Брови зомби вновь сошлись, и он потопал за парнем, размышляя, как привести того в нормальное состояние.

Сначала они попали в гараж с чёрным катафалком. Андре почему-то остановился и долго разглядывал машину, что-то прикидывая.

- Андре? – с тревогой окликнул его толстяк.

Парень спохватился и поскакал дальше.

В следующем помещении стены были сплошь в крупных металлических ячейках, а в центре стоял стол. Андре открыл ближайшую дверцу и выкатил поднос с телом. Телом молодой женщины. Парень застыл, открыв рот.

- Андре, - теперь уже в голосе зомби слышалась укоризна.

Тот смущённо заморгал и задвинул труп обратно. Джим чуть улыбнулся. Этот инцидент вернул парня в нормальное состояние.

- Давай лучше другой, а?

- К-конечно, - Андре даже покраснел и поскорее открыл следующую ячейку.

- Этот подойдёт? – поинтересовался Большой Джим.

- Д-да, мне в принципе всё равно, кого в зомби превращать, - не отрывая взгляда от пола пробурчал парень.

- Но женщин интереснее, не правда ли? – усмехнулся толстяк. Андре не стал отвечать на этот провокационный вопрос.

- Ну что, тогда я беру его и несу в машину?

- Угу. – Андре был рад сменить тему. - Только не в нашу, давай в катафалк. Там удобнее, да и нам пора автомобиль сменить.

- А ты его сможешь завести?

- У сторожа должны быть ключи.

- Хорошо, - прогудел Джим. – Отыщи их, а я пока отнесу тело.

Спустя пару минут зомби уже захлопнул дверь задка катафалка.

- Вот и всё, - довольно пробасил он. – Куда дальше?

- Дальше?.. – Андре похоже думал о чём-то другом. – Джим, а нам одного не мало? Может, возьмём парочку трупов про запас?

- Андре, ты что за эксперименты ставить решил? – нахмурился толстяк.

- Никаких экспериментов! – поспешно ответил тот. – Но вдруг что? Не будем же мы возвращаться сюда снова?

- Логика в твоих словах есть, - нехотя согласился Джим. – Открывай ворота, прогрей мотор, я сейчас ещё натаскаю.

Парень сделал всё, как он велел. В гараж похоронного бюро проник ночной ветерок и звуки столицы. Зомби таскал тела, бросая их как брёвна в отсек для гроба. Всё выглядело таким обыденным, словно так происходит всегда. Андре поразился своему спокойствию и даже какой-то нечувствительности. «Неужели я так изменился, неужели для меня мертвецы стали нормой? Я спокойно граблю морги, готов пожирать мозги, чтобы получить нужные сведения. Поразительно.» Осознание произошедших с ним внутренних трансформаций не вызвало даже тревоги. Только удивление. «Вот каким я стал. Видать, у хозяина меняется не только тело, меняется душа. Это понятно, это закономерно. И без этого никак.»

Свободный зомби закрыл багажник. Андре оглянулся. Кучку из пяти трупов венчал шестой, запихнутый под самый потолок. Женский. На мгновение парень стал маленьким мальчиком, смущающимся наготы женского тела, и Андре поспешно отвернулся, злясь на Большого Джима. «Он специально, что ли, её притащил? Хотел меня подразнить? Или наоборот, вроде подарка? А может, Джим просто не понял, кого он берёт? Он же плохо видит реальные объекты.» Толстяк забрался в автомобиль, и парень взглянул ему в глаза, ища ответ на свои вопросы. Молочно-белые буркалы не выражали ровным счётом ничего. Андре резко рванул с места.

- Куда едем? – спокойно поинтересовался зомби.

- Тут недалеко парк, - парень скосил глаза на карту. – Там, я думаю, нам никто не помешает.

Приехали. Андре ещё раз сверился с навигатором. Проклятый Кэпиталсити раздражал его. «Стоит проехать пару метров, и оказываешься дьявол знает где! Никак не могу научиться ориентировать здесь!»

- Олд-парк, - сообщил Андре Джиму. Как и парню, название толстяку ничего не говорило, но он кивнул, мол, принял к сведению.

Андре осторожно тронулся дальше. Дорога, хоть и асфальтовая, но довольно разбитая, повела их вглубь массива, вскоре уже казавшегося дремучим лесом. Фары выхватывали из темноты серые стволы голых от жары деревьев. Они проехали несколько перекрёстков, один раз даже небольшую заасфальтированную лужайку с закрытыми будками ларьков, но Андре не останавливался. Хотел заехать поглубже. И точно, вскоре пошла грунтовка, а затем и она исчезла, уступив бурой траве. Парень лавировал меж деревьев на самой малой скорости.

Толстенные стволы расступились, и колёса покатили машину по доскам моста без перил. Андре вцепился в руль. «Господи Иисусе! Только бы он шёл прямо, только бы прямо…» Вновь зашуршала трава, деревья придвинулись, и он выдохнул.

- Пожалуй, мы достаточно далеко заехали, - нервно засмеялся парень и остановил автомобиль.

Изображая, что он не смотрит на труп женщины, а на самом деле до рези кося глаза, Андре выволок тело худого мужчины. Подтащил его под свет фар, прислонил к бамперу.

- Джим, видел бы нас кто со стороны! – снова нервозно усмехнулся он. Губы подрагивали, а звук голоса испугал ещё больше, и парень перешёл на шёпот, боясь потревожить ночной лес. – Как бандиты какие, замоченного конкурента закапывать приехали.

Зомби улыбнулся, глядя в пустоту. Андре, словно спохватившись, зашарил по карманам джинс, и со вздохом облегчения выгреб ампулы с «Грисом». На этот раз, видя, что пришли уже конкретно за товаром, а не так, побаловаться, дилер ободрал их с Али до нитки. Парень как сейчас помнил яростные взгляды Али, отсчитывающего деньги, и то, что он шипел себе под нос. Андре искренне надеялся, что мужчина говорил всё это не всерьёз.

- Что ж, приступим. Как думаешь, Джим, много понадобится «Гриса»?

Толстяк пожал плечами.

- Придержи его, - попросил молодой хозяин, склоняясь над телом. Он облизнул пересохшие губы, рассматривая серое пористое лицо мертвеца. Андре никак не мог решиться выдохнуть. Этот процесс по-прежнему пугал его. Парень понимал, что уже делал это, что всё получится, и даже подстраховка Джима ни к чему. Зомби будет послушен ему как верный пёс. «Нет, верные псы – это гончие, а этот как тупая корова. Тьфу! Не о том думаю. Хватит оттягивать неизбежное, всё равно придётся сделать.»

Андре дыхнул. Зелёное облачко вылетело из его рта и втянулось меж полуоткрытых губ трупа. Свершилось ещё одно таинство – сотворение жизни. «Не-жизни,» - поправил сам себя парень. - «Извращённая, греховная суть человека не способна сотворить живое из мёртвого. Только какое-то подобие, суррогат. Похоже, всё, что делают хозяева – фальшивка, подделка под настоящее. Знания, которые на самом деле не знания, живые существа, которые на самом деле не живые. Ничего не способны сотворить, только испоганить, осквернить…» Самобичевание Андре прервал бывшим трупом.

Свеженький зомби завертел головой и прохрипел.

- Где я?.. Это рай?.. Вы ангелы?..

Молодой хозяин отшатнулся. «Что за ерунда?!» У мужчины, что только был холодным телом, появилась густо-синяя аура. Как у Джима.

- Как.. как тебя зовут? – спросил Андре у зомби.

Тот нахмурился.

- Рик, кажется. Да, Рик! Что.. что со мной? Я ведь… - он сглотнул, и с трудом проговорил это слово: – мёртв?

- Да, Рик, ты мёртв. И не мёртв одновременно, - прогудел Большой Джим, помогая ему подняться на ноги. – Это не рай, это всё та же Земля. Добро пожаловать в новый вид жизни. Ты теперь не-мёртвый. Ты теперь зомби.

Ноги Рика подкосились, и он шлёпнулся голой задницей на капот катафалка.

- Зомби? Я зомби? – он переводил взгляд с толстяка на парня. – Это что, шутка какая-то?!

- Какие уж тут шутки, - проворчал недовольный Андре, не зная, что теперь делать со своим творением. – Даже хуже, ты теперь свободный зомби.

- Ну, почему же хуже, Андре? Не хуже, не лучше, просто по-другому. Ты – свободный, Рик. Ты неподконтролен хозяевам.

- Хозяевам? – мужчина сходил с ума. «Бред какой-то? Если этот тот же мир, то почему всё серое, этот здоровый – синий, а мелкий – зелёный? А я? О, Боже, я тоже синий! Этого не может быть!»

- Хозяевам, - продолжал спокойно объяснять Джим, не замечая, что с каждой новой порцией информации свежесозданный зомби всё сильнее утрачивает связь с реальностью. Толстяк не задумывался, что в его случае он получал все сведения постепенно, небольшими порциями. Но Большой Джим был так рад увидеть подобного себе, ему хотелось поскорее ввести его в эту новую не-жизнь, приобщить, указать правильный путь, поделиться тем, что он уже узнал о ней. – Таким, как наш молодой друг. Хозяева могут создавать и управлять зомби. И не только. Кстати, это Андре, это он тебя создал. Именно ему ты обязан своей второй не-жизнью.

- Ему? Это он со мной такое сделал? – слепые глаза Рика уставились на парня. Тот отступил на шаг. – Он, да? А я просил?! Я умер! Да, я хотел бы ещё пожить, но не так! Я не хотел быть зомби, не хотел жрать мозги, не хотел!

- Кто дал тебе такое право?! – кричал Рик, распаляясь всё сильней. – Кто дал тебе право превращать умерших в зомби?! Кто дал тебе право решать за них, хотят ли они этого или нет?! Мы умерли, это произошло, значит, так было предначертано Господом, или судьбой! Значит, так и должно было оставаться! Ты лишил меня посмертия, лишил меня рая! Как ты мог?!

Новый свободный зомби зарычал и кинулся на Андре. Джим мгновенно оказался между ними, удерживая руками мертвеца и хозяина, уже принявшего форму гуля.

- А ну прекратите! Это неправильное поведение! Насилием ничего не решить. Рик в чём-то прав. Андре взял на себя слишком много. Он решил, оставаться ли тебе и дальше трупом или вернуться в мир живых, пусть и в качестве зомби. Но кому, как ни ему принимать подобные решения? Он наделён соответствующими возможностями и глупо их не использовать. Ничего в этой вселенной не происходит случайно, перефразируя известное изречение: если кому-то даны силы оживлять мёртвых, значит, это зачем-то нужно. Рик, не воспринимай всё так негативно. Не-жизнь не многим хуже твоей бывшей жизни, а в чём-то даже лучше.

- Да что ты понимаешь?!

- Я всё понимаю. Я такой же, как ты. Я тоже зомби, и тоже свободный. Понимаешь, что значит это слово? Ты волен распоряжаться своей судьбой как пожелаешь. Никто не заставляет тебя есть мозги, нападать на живых, или делать ещё что-то, что приписывают зомби. У тебя появился шанс завершить начатое, или начать что-то новое. Разве это так плохо?

- А думаешь хорошо? – глухо ответил Рик. Он перестал напирать, успокоился, Джим даже убрал руку, хотя Андре всё ещё придерживал. Парень, от страха превратившийся в ощетинившегося зверька, мог сдуру совершить непоправимые вещи. – Думаешь, она мне нужна, эта вторая жизнь? К тому же с приставкой «не». У меня будет не-жена, я буду ходить на не-работу и смотреть не-телевизор. Зачем мне снова долги и кредиты, нелюбящая фригидная супруга и безразличные дети, монотонная до блевотины офисная работа и сослуживцы слизняки?

Плечи мужчины опускались всё ниже под тяжестью воспоминаний. Он бросил взгляд исподлобья на Андре.

- Инфаркт стал для меня подарком. А ты вернул меня обратно, в это гнилое болото жизни, - Рик вздохнул и посмотрел на Джима. – А ты? Говоришь, ты такой же как я? И что ты выбрал? Влачить существование зомби? И ты с хозяином. Из всех вариантов свободного, ты выбрал подчинение. Я тебя презираю. Ты – позор для свободных зомби.

- Да что ты понимаешь?! – визгливо вскричал Андре. – Ты пять минут зомби, а смеешь упрекать Джима?! Да знаешь, какой он замечательный! Не то что ты, неудачник!

Рик вздрогнул, как от пощёчины. Он открыл рот, чтобы что-то ещё сказать, потом махнул рукой, развернулся и пошёл прочь.

- Эй, ты куда это?! Куда намылился?! – обалдел молодой хозяин. Мысленно он рванулся к ауре Рика, но она была гладкая, обтекаемая, зацепиться не представлялось возможным.

- Джииим? Куда это он? – парень искал у толстого зомби поддержки. Но тот только пожал плечами.

- Не знаю, Андре, - грустно прогудел Большой Джим. – Это его право, он свободен.

- Но он же зомби!.. Куда он пойдёт?..

Рик, тем временем, дошёл до ближайшего дерева, ударился, наткнувшись, пошарил руками, а затем саданул по стволу лбом.

Андре с Джимом переглянулись. Рик размахнулся сильнее и врезал ещё раз. Раздался треск. Ноги зомби ослабли, но он удержался руками за ветки. Парень с толстяком кинулись к нему. Третий удар головой вышел слабее предыдущего, но Рик упал навзничь. Из треснувшего черепа медленно текла густая кровь.

- Совсем сдурел, псих?! – взвизгнул Андре, застыв над телом.

- Андре, сделай что-нибудь! – взмолился Джим.

- Что?! Что я могу?! – парень, так же как и толстый зомби видел, что аура Рика бледнеет, разлохмачивается, пытаясь слиться с окружающей серостью. Андре опустился на колени, взял в ладони голову мужчины, сжал, соединяя расколотый череп.

- Что? Что мне ещё сделать, Джим, что? – молодой хозяин едва не плакал. «Идиот! Кретин! Зачем он так? Ну стал зомби, что тут такого? Джим вон тоже зомби и ничего, не жалуется. Или может, просто не говорит? Может, он тоже мучается каждое мгновение, пребывая в состоянии не-жизни? И из врождённой деликатности молчит. Может, я причина его страданий!» Андре застонал.

- Не смей уходить, дурак, не смей! – заорал он. Вновь зелёное облачко опустилось на уже готового зомби. «Что сейчас будет? Это что, двойное зомбирование?!»

Но изменённое дыхание Андре лишь срастило мёртвую плоть и кости Рика. Всё остальное осталось по-прежнему. Мужчина не шевелился.

- Ну очнись же! – снова закричал парень, но больше ничего не произошло. Тряхнув пару раз тело мертвеца, Андре отступился.

- Я ничего не могу, Джим. Я ничего не умею… Я самоучка, никто мне ничего не объяснял. Вот если бы остался с Фагом, стал бы таким же хозяином как все остальные, я бы знал, что делать в этом случае… Я ведь итак ничем от них не отличаюсь, так же наплевательски отношусь к вашим чувствам и желаниям, я эгоистичен, как и все хозяева. Лучше было бы мне последовать за Фагом, не заниматься самообманом, что я могу быть лучше его…

- Тогда это был бы не ты, - закончил за него свободный зомби и положил ладонь на плечо. – Рик не знает ни меня, ни тебя. Всем свойственно ошибаться, а ты к тому же ещё так молод. Ты ещё всему научишься. И ты действительно лучше Фага. Помогать тебе – честь для меня.

Это признание обожгло Андре. «Лучше бы он меня ненавидел! Мне так было бы легче! Джим, добрый, великодушный Джим, знал бы ты, что это я с тобой сделал, это я виноват в твоей не-жизни… Неизвестно, может ты бы и присоединился к Рику. Вместе бы раздавили меня, виновника ваших несчастий и мучений.» И снова парню не дали как следует поковыряться в душе, срывая коросты с никак не заживающих болячек.

Рик поднялся на ноги. Покачиваясь, осмотрелся, поворачиваясь всем телом, будто шея перестала гнуться. Наконец, что-то обнаружив, на мгновение уставился в одну точку, а затем побрёл, подволакивая ноги.

- Не понял... – Андре открыл рот. Так сильно было удивление парня, что он ожидал удара нижней челюсти по пальцам ног. Парень снова с плаксивыми нотками в голосе обратился к свободному зомби: – Джииим, куда это он?..

Рик опередил толстяка с ответом.

- М-м-озги.. М-м-о-о-зги-и-и…

- Стоять! – рявкнул молодой хозяин. «Поводок» свежего зомби будто сам прыгнул в мысленную руку и не-мёртвый застыл.

- Джииим, - опять заныл Андре. – Я уже устал удивляться, ну что за ерунда?..

Повинуясь его командам, Рик шагал вперёд-назад и даже застыл на одной ноге. Абсолютный контроль, никакого сопротивления.

- Он же зомби! Обычный, в смысле! Но ведь только что свободным был!

- Вижу, - Большой Джим сосредоточенно разглядывал собрата. – Видимо, причиной всему травма головы.

- Думаешь? А может повторное зомбирование?

- Вряд ли. Аура у него изменилась до того.

- О-хо-хо, что ж делать-то теперь?

- Что-что, давай «Грис» проверять.

Андре опять вздохнул.

- Джииим, ты подержи его, а? А то мало ли какой ещё фокус выкинет.

«Ну что за беспокойный труп попался! Нет бы себе тихо мирно зомби стать, скушать наркотик и.. что там дальше может произойди? Ну, что-нибудь тоже спокойное. Так ведь нет! Оказался свободным, убил себя, стал обычным… Что после «Гриса» выкинет – представить страшно!» - размышляя так, Андре выливал ампулу за ампулой в рот Рика. Медикамент как в бездонную яму проваливался, не вызывая какого бы то ни было эффекта. По крайней мере, так парню казалось поначалу. Но вот ожили глазные яблоки мертвеца, вот шлейф ауры выскользнул из мысленного захвата Андре, просочившись, как туман сквозь пальцы. Серая пористая как губка кожа разгладилась, Рик больше не казался трупом, скорее болезненным человеком. При смерти. Потом молодой хозяин заметил, как аура не-мёртвого густеет. Фиолетовые капли растворялись в ней, как краска в стакане воды, окрашивая всё в равномерно-синий цвет.

- Что?.. – Рик захрипел, дёрнулся в руках Джима. – Чтооо?! Опять вы?!

- Упс, - икнул парень.

Зомби, только что вновь ставший свободным, вперился взглядом пустых глаз в Андре.

- Когда ж ты от меня отстанешь, сволочь! Что я тебе сделал?!

- Да я.. я… я ж.. и вообще… - лепетал Андре, отступая.

- Рик, Рик, послушай меня, - мягко начал Джим, успокаивающе гладя мужчину по плечам. Но тот оскалился и, почувствовав, что его больше не держат, бросился на парня.

- Убью!!

Всё произошло слишком быстро, чтобы Большой Джим успел вмешаться. Рик прыгнул на Андре, тот завалился на спину, меняя форму, рванул мертвеца когтями и перебросил через себя. Зомби попробовал встать, но поскользнулся на собственных внутренностях. Когда он попытался подняться вновь, кулак молодого хозяина врезался ему в висок, голова Рика брызнула осколками черепа и ошмётками мозга. Джим обхватил рычащего парня, но это уже было ни к чему.

Толстый зомби разжал объятья. Андре судорожно задышал, воздухом расправляя сдавленные лёгкие. Стараясь не глядеть на тело, он вернулся в машину. Зря. Изуродованный труп лежал под светом фар. Парень выбрался, добрёл до ближайшего дерева и упал на четвереньки. Его тело вновь сменило форму, и Андре принялся копать, остервенело, по-собачьи. Комья земли летели как от грейдера. «Ах, какие подходящие когти, как ими удобно копать могилы! Ненавижу, ненавижу вас, ненавижу эту форму гуля, это тело, себя ненавижу! Поганые рефлексы, и вас я тоже ненавижу! Могильщик, гробокопатель, ненавижу!» Он остановился, тяжело дыша. С рук стёрлась кровь. Теперь их покрывала свежая земля. Парень поднял лицо. Злые слёзы торили дорожки на запачканных щёках. Около ямы стоял Джим, держа на руках, как ребёнка, тело Рика. Андре выбрался, а свободный зомби осторожно опустил туда свою ношу. Не разговаривая, даже не глядя друг на друга, молодой хозяин и зомби засыпали мертвеца землёй.

Вернувшись к катафалку, они выключили фары, заперли машину и пошли в молчании по ночному парку, больше похожему на лес.

Выйдя под жёлтый свет уличных фонарей, не сговариваясь обернулись. Тёмный парк казался юдолью скорби, живым кладбищем.

- Оставь надежду, всяк сюда входящий, - вспомнил Данте Большой Джим, - эпитафия на нашей жизни.

Андре вздохнул и огляделся в поисках машины, которую смог бы угнать.

Часть IV. Глава 3

Глава 3

Мэри выбежала им навстречу. Дробный перестук каблучков заменял небьющееся сердце. Глаза гончей прямо изливали тревогу и боль.

- Что, что случилось?!

Андре и Джим, с тёмными мрачными лицами, молчали, старательно не глядя друг на друга. Мэри смотрела на изодранную, испачканную землёй одежду парня, на дырявую тогу толстяка и кровь на его руках.

- Что вы натворили? Никуда вас одних отпустить нельзя! Надо было мне с вами ехать! Что произошло, отвечайте сейчас же! – накинулась на них тонкая как тростинка гончая. Джим отшатнулся, глухо стукнувшись затылком об стену.

- Да всё нормально, Мэри, - устало ответил Андре, - просто возникли кой-какие трудности. Нам просто нужно отдохнуть… Мне, по крайней мере…

- Хорошо, иди, - процедила сквозь зубы она. – Но ты, - костлявый палец упёрся в грудь свободного зомби, - немедленно расскажешь, что сделал с мальчиком!

- А что я, я ничего, - гудел тот. Но Мэри уже схватила Джима за цепь и потащила за собой, как пса на поводке.

Пробуждение вышло странным. Будто и не спал. Просто открыл глаза, сел на пыльном диване, осмотрелся. «Сам уже как зомби стал, ещё немного и человеческие чувства совсем растеряю. Ещё бы, с таким окружением… Вон и Мэри рядышком, на стуле, чтоб её, ни на миг не отходит. А в глазах – странное выражение.» Андре не смог его понять и смутился, отвёл взгляд. Вздохнул, потрепал отросшие волосы. «Когда последний раз мылся? Ходил к парикмахеру? Питался.. по-человечески? Господи Иисусе, скоро как Али стану…» Гончая пересела к нему на диван.

- Джим мне всё рассказал, - тихо скрипнула она.

- И? – обречённо спросил парень. Смотреть на неё не хотелось, не хотелось увидеть осуждение и презрение. «Я убил одного из них – свободного, повёл себя как Косильщик. Да что там! Как настоящий хозяин, собственник. Если инструмент не работает, или работает не так – его нужно уничтожить…»

- Ты всё сделал правильно. Он был опасен. И для тебя, и для окружающих. Все имеют право на ошибку, не вини себя. Главное, что с тобой всё в порядке, а остальное не имеет значения… - Мэри придвинулась ближе, положила руку на плечо.

«Да, она права. Такой агрессивный тип мог натворить дел. Это не Джим, Рика необходимо было остановить.»

- Спасибо Мэри, ты такая добрая, всегда меня поддержишь.

«Всё-таки хорошо, что она рядом.» Не зная, как ещё выразить свои чувства, Андре обнял гончую. Та ощутила себя куском масла на горячей сковороде. Парень же отодвинулся, поднялся, вновь уверенный в себе, полный сил и готовый к действиям.

- Пойду к Али загляну, узнаю, как наши дела на просторах Паутины.

Гончая вновь осталась сидеть одна с ощущением, что сфера её маленького мирка счастья оказалась разбита как яичная скорлупа. «Опять! Опять он убегает от меня! То Джим, то Али… Неужели так трудно просто побыть со мной рядом?! Я не прошу ничего сверхъестественного!» Не-мёртвая заскрежетала зубами. «Нет, так не пойдёт, я так этого не оставлю. Пора брать судьбу в свои руки!»

- Али, как успехи? – Андре заглянул через плечо мужчины в экран монитора. Какая-то страница, с мелкими картинками. На первый взгляд ничего интересного. По крайней мере, совсем не похоже на сайты, на которых Али сидел обычно.

- А? Чё? – мужчина заторможено обернулся, вперившись мутными красными глазами в гостя.

- Ну у тебя и видок! Вылитый зомби! – хохотнул парень, но тут же, услышав себя, глянул ауру Али. «Нормуль, человек…»

- Это ты, братуха… А чё ты хотел? – с кем поведёшься, от того и наберёшься… - пробормотал заплетающимся языком тот и вновь медленно-медленно повернулся к экрану. – Да я чё-то по ходу уже сутки не спал. Кофе кончилось, времени оторваться нет, всё кодю, ваяю, химичу, шаманю…

- Тихо, тихо, успокойся, мужик, - Андре похлопал его по плечу. – Всё уже нормально. Можешь спать идти, зачем так убиваться?

- Ты не понимаешь, я хотел доделать, - ворчал Али, но не способный сопротивляться парню двинулся в сторону кровати. – Ты сам погляди, чё получилось… Ща…

С неожиданным упорством он вернулся к компьютеру и открыл какую-то страничку.

- Ты здесь зарегься, по форуму полазай, ну и сам сайт посмотри, потом скажешь, как тебе. Но это бомба, братуха, это бомба…

- Погляжу, погляжу, ты ложись, - успокаивал парень, непреклонно оттесняя мужчину к разобранному ложу.

Голова Али опустилась в барханы подушки. Последнее, что он пробормотал, растворяясь в долгожданном сне, было:

- Я – гений, я – грёбаный гений, мужик…

Андре тихо рассмеялся. «Как же всё-таки здорово: есть люди, которые стараются мне помочь, совершенно бескорыстно, с полной самоотдачей, без угроз, без давления. И непонятно, чем я заслужил такое отношение. Но это приятно, очень приятно.»

- Тааак, приступим, - собравшись, как перед боем, парень потянулся за мышкой.

Открытая страница представляла собой окно регистрации. Нужно было придумать себе имя, пароль, указать разные данные, вроде даты рождения и адреса электронной почты. Причём эта строка уже была заполнена: Али подсуетился. «Ладно, имя. Андре Эксидент.. Стоп! А если меня кто-то найдёт? Нет, реальное указывать нельзя. Что бы придумать такое… Хозяин? Мастер? Мастер мёртвых? Пастух мёртвых? Глупо, всё звучит глупо! Охота чтобы и отражало мою сущность, посредника между миром живых и мёртвых, и звучало круто. Может просто Посредник? Не, это не круто, это как будто я торгаш какой. У кого бы спросить? Али уже спит, Мэри?.. Ну она, может, и знает, но вряд ли… Джим? Точно, он умный, должен что-то придумать!»

Андре пулей вылетел из комнаты.

- Джим! – он заглянул в гостиную. – Мэри, ты Джима не видела?

Не дождавшись ответа, парень бросился на кухню.

- Джим! Вот ты где!

Толстяк, стоявший к нему спиной, быстро смахнул что-то со стола в мусорное ведро.

- Что ты делаешь здесь, Джим? – осторожно спросил Андре, разом забыв об имени для регистрации.

- Я? Да ничего особенного, – свободный зомби растянул губы в улыбке. Парню она показалась неестественной, но он тут же мысленно одёрнул себя. «Где это ты видел естественно улыбающегося зомби?» - Решил прибраться немного.

- Зачем?..

- Приготовить что-нибудь захотелось. – Большой Джим всё так же улыбался, казалось виновато, словно он стеснялся. – Понимаешь, я люблю.. раньше любил готовить. Руки просят дела, хочу попробовать, попытаться вновь.. вдруг что получится.

- Конечно, Джим, о чём речь! Готовь на здоровье, - сказал Андре, а сам подумал: «Что он там наготовит – морковь от огурца не отличит!». – Я тебя что искал: как назвать того, кто является посредником между живыми и не живыми? Связующее звено там, или что-то в этом роде…

- Ты кроссворд что ли отгадываешь?

- Ну вроде того.

Зомби на мгновение задумался.

- В греческой мифологии есть такой персонаж – Харон. Он переправлял души умерших людей через реку Стикс. Она служила границей между миром живых и царством Аида. Его можно назвать посредником.

- Харон, значит, - задумчиво повторил парень. – А что, со смыслом… И звучит… Харон! Спасибо, Джим, ты мне очень помог.

- Всегда пожалуйста, - улыбнулся тот. Подождал, пока Андре убежит из кухни, ощупал руками стол, пока не наткнулся на какую-то вещь. Пальцы зашарили по краям предмета. «Пакет, бумажный, пустой. Сойдёт.» Зомби бросил его в мусорное ведро, надеясь, что тот закроет колпачки из-под «Гриса».

- Готовить, значит, захотелось, - заворчал толстяк на себя, - что ж, попробуем. Надо же себя чем-то занять, пока в сознании.

И толстые сосиски пальцев опять зашарили по грязной кухне, ища, что бы такого приготовить?

Регистрация завершилась успешно, и перед Андре открылся полный неизвестных возможностей мир. Пальцы зачесались, хотелось кликнуть сразу же на каждую ссылку, зайти в каждый раздел, но парень сдержал этот порыв. «Али говорил про форум. Главное зайти туда. Но сначала посмотрим, что он тут натворил. Ой, Господи Иисусе! Я его убью!» Только сейчас Андре заметил гордо красовавшуюся над всем этим надпись:

МОЗГИ И ЖИЗНЬ

«Я так понимаю, это название нашего сайта. Ну спасибо тебе, Али, придумал, молодец. О-хо-хо… Ладно, спи уж. Поглядим, что ещё весёлого…»

К счастью, всё остальное оказалось выдержано в деловом стиле, без неуместного юмора: Али скрупулёзно перенёс документы по «Грису», снабдив их фотографиями из лаборатории, что успела сделать Мэри. Андре прокрутил колёсиком мыши страницу до конца. «Да, текста получилось много. Мне бы лень было столько читать. Надо как-то выжимку отсюда сделать, самую суть.» Поставив себе мысленно галочку, он перешёл к форуму.

Тем на нём оказалось раз два и обчёлся. Три раздела: «зомби среди нас», «народ и власть» и «обо всём», причём последние два значили в графе сообщения нули. Зато первый… Пятьдесят сообщений и около тысячи раз просмотрен! Конечно же, Андре тоже устремился туда.

Здесь, то ли с подачи Али, то ли самостоятельно, развернулось бурное обсуждение выложенного на сайте. Лента сообщений пестрела гневными возгласами, лишь иногда перемежающимися выкриками о том, что данные сфабрикованы. Прочитав первый из них, Андре кинулся искать кнопку «Ответить». «Да какая это «утка»! Наверняка написавший из Корпорации Быстрого Развития, а может, даже Косильщик! Ух, я сейчас всё выскажу!» В процессе поисков заветной кнопочки, он читал другие сообщения и постепенно успокаивался. Многие пришли к подобным выводам и уже всё высказали за него. Это радовало. «Неужели остались необолваненные люди, способные оторваться от кормушки, выбраться из паутины СМИ? Неужели, не всё потеряно? О, Господи Иисусе, пусть так и будет, пожалуйста!» Граждане Юсы, восстающие против Корпорации Быстрого Развития, против Фага с его Косильщиками – это была голубая мечта Андре, и всё же он до последнего момента не верил, что хоть что-то получится. Ещё были свежи воспоминания о Смоллтауне. Сменив тактику от безысходности, от невозможности в открытую противостоять Фагу, примирившись, что ему придётся вести долгую, изнуряющую партизанскую борьбу с Косильщиками, парень не смел и надеяться, что его кто-то поддержит. «Так не бывает, всё слишком хорошо.» И всё же, он смотрел на счётчик просмотров и душа ликовала. «Как живо откликнулись на проблему, так заинтересовались, им не безразлично!»

Хотелось тоже что-то написать, хотя бы поблагодарить всех этих незнакомых людей, поделиться с ними радостью от обретения единомышленников, но… Но он не мог найти слов. Фразы казались глупыми, словно открыв свои чувства, Андре сделает что-то недостойное, постыдное, проявит слабость. «С одной стороны, конечно, приятно, что меня поддерживают, но с другой – всё так и должно быть. Для этого всё и делалось. Благодарить людей за то, что они поняли, какими были баранами – идиотизм. Это они должны благодарить меня! Только надо дать им понять, кому они обязаны сохранностью мозгов. Нужно показать, что я знаю больше их, так все здешние обитатели поймут, что я не простой человек. Вот, например, тема – «Почему зомби нападают на живых?» Пфф, ну и ерунду пишут. «..после смерти у ожившего трупа не остаётся ничего, кроме животных инстинктов. Поэтому они хотят сожрать каждого встречного.» Ну и бред! Так и напишем…»

Сжав руки в кулаки, оттопырив только указательные пальцы, Андре принялся осторожно тыкать в клавиши.

«Ну и бред. Если бы так было, не-мёртвые бы насыщались на длительное время. А не охотились постоянно. Вы видели хоть одного хищника, что только бы и делал, что жрал? К тому же потребность в пище – не единственный животный инстинкт. К примеру, продолжение рода, тоже инстинкт. Что-то я не видел ни одного зомби-насильника.»

Парень аж вспотел от натуги. «Как у Али получается так легко и быстро печатать? Но ничего, я и тут не сдамся. Продолжим.» Парень вспомнил Рика. Несчастный человек, за неполные полчаса сменивший кучу состояний от трупа до свободного зомби. В тот краткий момент, став обычным не-мёртвым, он, как и все подобные ему, желал только одного – мозга. «Почему именно его? Если бы он просто хотел есть, подошло бы что угодно, есть гораздо более питательные части тела. Почему же мозг предел его мечтаний?» Андре задумался, откинулся на спинку кресла, покачался, неосознанно и в этом скопировав Али. Мысли плавно вернулись к родному городку. Как бы ему не было неприятно вновь переживать постыдные моменты резни в Смоллтауне, именно там крылся ответ на данный вопрос. «Когда я питался мозгами горожан, мне переходили их воспоминания, и к тому же я чувствовал себя умнее. Инфо-коктель, жидкая информация… Точно!» Он вернулся к клавиатуре и набрал:

«Всё дело в том, что превращение в зомби происходит, как правило, с повреждением головы. Травмируется мозг. Но никто же не хочет оставаться дураком? Вот и не-мёртвые не хотят.

Организм людей так изменяется после превращения в зомби, что становится способным усваивать информацию в чистом виде. А все наши мысли, знания, опыт запечатаны в нервных клетках головного мозга. Информационный голод – основная причина нападения не-мёртвых на живых! Они просто хотят вернуть себе разум. Не-мёртвые, так же, как и каждый из нас, людей, не хотят быть ущербным.»

Вспомнив документацию по «Грису», парень дописал:

«А так как тело зомби постоянно и неотвратимо разлагается, мозг разрушается всё сильнее и сильнее. И со временем допинг информации, а как следствие свежих мозгов, требуется постоянный.»

«А свободные? Как у них? В Джиме вроде нет особых изменений. Или есть? Он стал совсем как человек, даже умнее большинства, после купания в чане в том корпусе РЗ. Но надолго ли этого хватит. Мне кажется, он последнее время какой-то заторможенный. Или это только кажется? Господи Иисусе, у меня самого сейчас мозги закипят…»

Андре отправил сообщение и закрыл форум. Следовало дать отдых голове, поползать по Паутине, ни о чём не думать, чтобы работал только спинной мозг, рефлексы, инстинкты. Стать на время растительным придатком к компьютеру.

Время тянулось бесконечно медленно. Андре, устав от бестолковой пустоты Паутины – вроде два часа сидел за компьютером, а что делал не вспомнить – страстно желал поделиться с Али радостью от обретения единомышленников, но тот всё ещё спал. Парень попробовал было сунуться к Мэри, неумело штопавшей потрёпанную тогу Джима, но та встретила его прохладно. Нет, она, конечно же, выслушала весь его сбивчивый лепет, но отреагировала не более чем на тявкающего непонятно из-за чего щенка: радуется и хорошо, хоть и неясно почему. Похоже, гончей были совершенно безразличны живые люди. Тогда Андре побрёл доставать свободного зомби.

Большой Джим сидел в гостиной, обнажённый, уставившись в никуда незрячими глазами. Широкая, белая до синевы грудь резко контрастировала с накрашенными тональным кремом шеей и плечами. Она была испещрена мелкими дырочками, будто какие-то насекомые свили внутри гнездо, а когда пришло время – выбрались наружу через многочисленные ходы. Ниже, на объёмистом круглом животе, с кожей натянутой как на барабане, пунктирной линией, от бедра к рёбрам, протянулась цепочка черных пулевых отверстий в обрамлении бахромы подгнивающей плоти. Концы цепей, обвивавших предплечья и лодыжки, аккуратно разложены подобно спящим змеям. В каких мирах сейчас блуждает сознание не-мёртвого гиганта, вряд ли смог бы кто сказать. Андре аккуратно присел рядом.

- Тебе больно? – участливо спросил парень, кивая на раны.

Джим широко улыбнулся и покачал головой.

- Моё тело наконец-то перестало доставлять неудобства. Мечта всех философов. Знаешь ли ты, Андре, что говорил Сократ по этому поводу?

- Нет. – «Откуда?»

- Он говорил, что философы более чем другие заслуживают смерти. Ибо никому другому она так не нужна, как им. Свобода духа от плоти, победа сознания над материей. Предел мечтаний…

- Но может, хотя бы пули достать?

- А зачем? Они не мешают. К тому же, я и так ночной кошмар металлоискателя: несколькими граммами свинца больше, несколькими меньше – ничего не изменится.

Андре вздохнул, завозился. Сидеть на полу было жёстко. Джим же казался непоколебимым утёсом.

- Какие у тебя успехи? – поинтересовался зомби, всё так же глядя в пустоту.

- О, всё круто! Тут в Паутине люди откликнулись на проблему, многие высказывают похожие взгляды, что «Грис» нужно запретить, остановить Корпорацию Быстрого Развития.

- Значит, ты считаешь, что этот препарат нужно запретить? – брови Джима сошлись.

- Конечно! Более того, нужно уничтожить все его запасы, чтобы даже соблазна не было. Ведь если его разрешить для какой-то одной группы, всегда найдутся люди, желающие продать его на чёрном рынке.

- В чём-то ты прав, - согласился враз помрачневший свободный зомби. – Будет так же как с морфином, и другими наркотиками, используемыми в медицинских целях. Будут толкать из-под полы, цена подпрыгнет в разы, а значит, и желание достать. Чем более запретен плод, тем более он желанен. Если запрещать – то запрещать для всех, без исключений. Либо же не запрещать вообще…

Андре отрицательно замотал головой.

- Не запрещать нельзя, это преступление против людей.

- Люди, - печально вздохнул Джим, - что тебе до них, Андре?

- Ну.. как… хочу помочь, и всё такое…

Вновь долгий вздох, такой человеческий, явно по привычке, а не от потребности дышать.

- Наркоманам не нужно спасение, им нужна ещё одна доза. – Слова Большого Джима падали тяжело, как свинцовые плиты. – Зомби безмолвны, они тоже не просят, чтобы их спасали. Обычные люди либо запуганы, либо их мозги увязли в патоке, текущей из СМИ, и они считают, что вроде и так всё хорошо. Это нужно тебе, Андре. Нужно для самоутверждения, для мести Косильщикам. Ты – маленький ребёнок, творящий добро из вредности, когда его об этом никто не просит.

- И что?! – вскричал красный от стыда парень. – Лучше уж творить добро из вредности, чем совсем никак!

Он вскочил на ноги.

- Не уходи, - Джим впервые повернул к нему лицо. – Я не хотел тебя обидеть. На правду не обижаются. Если ты хочешь, чтобы тебе поверили, нужно быть честным. И в первую очередь перед самим собой.

Андре надулся, зло глянул исподлобья на не-мёртвого. Хотелось сказать какую-нибудь гадость, обидеть, но в глубине души парень понимал, что свободный зомби кругом прав, и злиться нужно только на самого себя.

- Может, ты и прав, может, людям ничего и не нужно. Одним ещё не нужно, другим – уже. Но я уверен, если бы не-мёртвые могли связно выражаться, они бы попросили о помощи! Не может быть, чтобы их устраивало подобное существование. Они хотят быть полноценными, я убеждён в этом!

- Хотят, - глухо подтвердил Джим.

- Значит, я помогу вам! А там и до людей очередь дойдёт. И пусть эта помощь будет лишь побочным результатом моей войны с Фагом – все от этого только выиграют. Разве нет?

Толстяк не нашёл, что ответить.

Последней каплей, разрушившей крепость душевного равновесия Андре, стал разговор с Али. Тот встретил восторги парня циничной ухмылкой.

- «Откликнулись»? «Заинтересовались»? «Не безразлично»? Да ты в своём уме, братуха? Им глубоко насрать и на тебя, и на твои мысли! О да, форумные флудеры готовы двадцать четыре часа в сутки горло драть, писать многотомные петиции в поддержку любых бредовых идей, но дальше словесного поноса в Паутине дело никогда не пойдёт! И то, все эти вопли будут до тех пор, пока тема поддерживается, мусолится, пока это модно. Все высказываются, вот и я выскажусь! Стадный инстинкт. Попробуй, спроси, кто из них выйдет на улицы, устраивать демонстрации перед корпусами РЗ или офисными зданиями Корпорации Быстрого Развития? В лучшем случае – единицы, но, скорее всего: никто! Здесь, в виртуальности, тебе могут клясться в верности и любви до гроба, но в реале жизнь будет идти своим чередом. Запомни, братуха, никому ни до чего нет дела. Кроме себя любимого.

- Но.. как же… Ведь столько людей посмотрели тему… Ты сказал – это бомба…

- А, эт да. До тебя такое никто не придумывал, вишь как жадно народ на свежачок накинулся.

- Я не придумывал! – Андре сжал кулаки.

- Да я-то знаю! Но другие-то… А, ладно, забей. Короче, народ толпами валит на сайт, я за право разместить на нём баннеры с рекламой столько бабла срублю!..

- Но.. как же мои идеи?..

- Хорошие идеи, придумывай ещё, - Али похлопал парня по плечу, подталкивая в сторону двери. – И принеси мне пива, вроде, в холодильнике оставалось.

Пока Андре выполнял роль «мальчика подай-принеси», Али перебрался к компьютеру и успел проглядеть форум. Парень ещё из коридора услышал его хохот.

- Зомби жрут мозги, чтобы восполнить свои, типа так они будут умнее! Жжёшь, братуха! – Али утёр выступившие слёзы. – Умные зомби, это же надо! Может, они ещё и в колледжах преподавать смогут? Или в кино сниматься? О, лучше в театре! Стоит значит такой.. этот… о, Гамлет! Синюшная кожа, кое-где уже разложилась, а на вытянутой руке – мозг. И говорит: «Есть или не есть, вот в чём вопрос!» Ой не могу!

Мужчина уронил голову на руки, и заржал, сдавленно похрюкивая.

Андре со злости пнул по креслу, едва не вышибив его из-под Али.

- Сдурел?!

- Я докажу, что зомби могут быть безопасны для окружающих! И значит, могут вернуться в общество полноценными его членами. А потом, хоть твоего Гамлета играть!

- Э, братуха, ты чё обиделся? Смешно же, не? Ладно, ладно, не заводись, не буду больше про твоих любимых зомби ничего говорить.

Но Андре уже выбежал из комнаты.

- Некрофил проклятый, смотри как завёлся. А, дьявол с ним, лучше посмотрю, что можно стрясти с его бредовых идей. Надо же, какая популярность!

Али закрыл этот сайт и нырнул в чат своей альма-матер – портала для программистов и хакеров всех мастей. «Наверняка, слухи уже и сюда добрались. Ну, чё, ламеры, видите, кто из нас по-настоящему крут!» Ему не терпелось похвастаться успехами.

Фаг принял входящий звонок.

- Да, Метиас… Ага, нашили мерзавца!... Ну, восьмидесяти процентная вероятность более чем достаточна… Метиас, ты притормози эту информацию, не доводи до Совета директоров хотя бы пару деньков. И аналитикам скажи, чтобы не сильно трепались. А то спугнём рыбку. Пусть лучше подготовят мне учётную запись в том чате. Скажем.. девушка, фотку посимпотичнее, только с фотошопом не переборщите, а то вмиг раскусит. Лучше реальную какую-нибудь взять, из любой социальной сети… Запомнил? Так. Потом пусть потрутся в чате, покажут познания в области компьютеров, а затем уж я управление в свои руки возьму. Всё, исполняй, до связи.

Мэри бесцельно слонялась по дому. Мёртвое сердце просто изнывало от тоски. «Андре. Он всегда рядом, и всегда не со мной.» Парень в последнее время увлёкся крестовым походом, развязанным им в Паутине. Главный идеолог движения в защиту прав зомби, он писал статьи на эту тему, воевал с кем-то на форумах или просто искал различную информацию, по большей части указывающую на противозаконную деятельность Косильщиков. Все эти опустошённые города, безлюдные и безжизненные, забитые, запуганные районы Кэпиталсити… Он обвинял Корпорацию в каждом таинственном исчезновении, в каждом появлении зомби, не особо следя за достоверностью фактов. Али стал правой рукой Андре, помогая осуществить любые технические ухищрения, вроде взлома конкурирующих сайтов: почуяв наживу, некоторые люди стали подражать молодому хозяину. Но двигал ими совсем не альтруизм. Гончая, конечно же, была рада за парня, но почему ему так сложно поделиться с ней успехами?! Мэри видела, как он ругается с Али, о чём-то советуется с Джимом, а она? Её будто нет… Не нужна, не пригодится, значит, можно не тратить время…

Мэри скрипнула зубами. «Надоело! Пусть я не так умна, как свободный зомби, не разбираюсь в компьютерах так, как Али, но я тоже личность! Нельзя же относиться ко всем лишь с позиции выгоды?! Всё, хватит.» Она решительно двинулась в комнату к Али, где практически прописался предмет её душевных терзаний.

- Андре! – гончая начала свою тираду прям с порога. – Хватит уже провисать в четырёх стенах! Посмотри не себя! По цвету лица ты выглядишь одним из не-мёртвых, а по всему остальному – братом близнецом Али! Я больше не могу на это смотреть! Никуда ваши игрушки не денутся!

- Это не игрушки, - попробовал возразить парень, но тщетно.

- Вы, мужчины обожаете играться в войнушку, пусть, «чем бы дитя не тешилось..», но всему есть пределы! Ты, - костлявый палец как копьём пригвоздил Андре к месту, – сейчас же в душ, чтобы через пол часа я увидела здесь опрятного молодого человека, а не «что-то вроде того». А ты, - будто ствол ружья перевёлся на Али и тот сглотнул, явственно ощутив на себе перекрестье прицела, - в магазин. Купи ему нормальный костюм. Хватит уже носить одну единственную рубаху и джинсы. Бегом! Время пошло!

Уже направляясь в ванную, Андре подумал: «Я как-то и забыл, что она в военизированной организации работала. Видимо, ничего не проходит даром.»

Наблюдая, как парень одевается во всё новое, чистое, пусть и не глаженное, слушая его сбивчивый рассказ об успехах, Мэри тихо млела. «Всего-то нужно было его хорошенько встряхнуть. Давно стоило это сделать. Если хочешь счастья – устрой его себе.» Внезапно, монолог Андре свернул куда-то не туда. Гончая не сразу поняла, что её насторожило. Просто предчувствие чего-то нехорошего кольнуло грудь.

- ..А ещё, представляешь, Мэри, один мужик подал в суд на Корпорацию Быстрого Развития! Дескать, она подсадила его на «Грис». Невероятно! Публичное дело, всеобщая огласка! Думаю, он его выиграет. Здорово, да?

- Наверное… - неуверенно согласилась гончая, ещё не понимая, к чему он клонит.

- Вот и мне нужно так же! Хватит прятаться в Паутине, пора показаться людям, пора зомби им показать, не опасных, готовых к сотрудничеству!

- Андре… - внутри у Мэри всё похолодело и обмерло, словно тело пережило вторую смерть.

- Я думаю, - продолжал заливаться соловьём парень, от восторга едва успевая проговаривать слова до конца. – Нужно не-мёртвых показать перед телекамерами, в прямом эфире! Чтобы люди увидели, что бояться нечего! Я сейчас позвоню на телеканалы и скажу, что они смогут сделать такой сенсационный репортаж.

- Андре! Это же самоубийство! Кто-нибудь обязательно сообщит Косильщикам, и ты попадёшь прямо в руки Фага, вместо интервью. Не пущу!

Андре улыбнулся, присел перед гончей, взял её за руки, заглянул в глаза. «Господи Иисусе, как же трогательно, что она за меня так волнуется! Не устаю себя спрашивать, чем же я заслужил такое?»

- Мэри. Всё будет хорошо. Верь мне. Я всё продумал. Позвоню в несколько телекомпаний и назначу каждой разное место. Парков в столице много, город большой, даже если Косильщики и узнают – везде успеть физически не смогут. А я с зомби буду только в одном. И если что, сразу же уйдём.

- Нет, Андре, милый, пожалуйста, не надо…

- Всё будет хорошо, - опять повторил тот и решительно встал. – Прости, нужно позвонить.

Мэри едва сдержала себя, чтобы не вырвать у него проклятый телефон и не разбить об стену. «Как я могу идти против его мечты? Он так счастлив, что сможет помочь не-мёртвым. Я не могу стать для него ещё одним препятствием. Я поддержу его, буду с ним до конца. Что бы ни произошло.»

Али смог наконец-то вернуться к компьютеру. «Всё, свалили, хвала Иисусу!» Можно продолжить общение с одной симпотяжкой. И умницей к тому же. Прямо идеал! Али уж и так и сяк подкатывал к ней, распуская перья, чтобы поразить своей крутостью. Девица поначалу злостно игнорировала его, но, вроде, оттаяла, и, вот надо же, когда уже завязалась общение, прибегает Андре, как ужаленный. Тараторит что-то про интервью с зомби, хотя непонятно, как он у них собрался брать интервью и, главное, зачем? Потом привалила ещё эта командирша.. «Ну точно матушка-покойница. Наверняка лицо под вуалью постоянно прячет, чтобы я не узнал. Но повадки-то не скроешь.» Хорошо хоть забрала этого блажного, гулять куда-то намылились. «Пускай идут, так спокойнее… Толстячок ещё тут, правда. Приглядывать за мной его оставили, что ли?!»

- Али, - раздался бас из-за спины.

- Твою мать! – мужчина рывком сбросил наушники. – Да чё вы все подкрадываетесь, что за привычка идиотская?!

- Прости, - Большой Джим казался искренне расстроенным.

«Вспомнишь…, тут и оно. И чё его нелёгкая принесла?!»

- Ладно, забей, - Али был готов простить всё что угодно, лишь бы ему дали вернуться к общению с БлекРоуз. – Чё хотел-то?

- Мне неудобно тебя просить, но я хотел сходить в магазин за продуктами.

- А, это тема. Иди, разрешаю.

- Мне деньги нужны.

- А!.. – наконец-то догадался мужчина и полез под подушку. Выудил двадцатку и сунул толстяку. – На, пива мне ещё купи, лады?

- Куплю. Только этого не хватит. Мне же много еды нужно.

- О, твою мать, разорите вы меня, - проворчал по привычке Али. На самом-то деле, ему было грех жаловаться: после знакомства с Андре, дела резко пошли в гору. Мало того состояния, на которое он облегчил счёт Корпорации Быстрого Развития, так теперь ещё и законный заработок от сайта «Мозги и жизнь». Так что деньги прибывали, а вот скупердяйство никуда не девалось. – Держи ещё полтинник. Сдачу принесёшь.

Джим кивнул и утопал.

Али вздохнул с облегчением.

<Леджендари>я вернулся

<БлекРоуз>наконец-то! куда пропал?

<Леджендари>да квартиранты, чтоб их

<БлекРоуз>понимаю. а мне хорошо я одна

<Леджендари>завидую. я тоже был один

<Леджендари> пока эти не привалили

<БлекРоуз>родственники? откуда?

<Леджендари>да так

<БлекРоуз>ну как хочешь

<БлекРоуз>говорят, ты хакнул какую-то корпорацию?

<Леджендари>уже говорят? круть! не знаю, о чём они ;)

<БлекРоуз>да ладно тебе

<БлекРоуз>тоже мне скромник

<БлекРоуз>цену набиваешь?)

<Леджендари>ну ладно

<Леджендари>да

<Леджендари>хакнул

<Леджендари>плёвое дело

<Леджендари>даже гордиться нечем

<БлекРоуз>молодец

<БлекРоуз>завидую

<Леджендари>да ладно, говорю же ерунда

<БлекРоуз>ну и какие планы теперь?

<Леджендари>то да сё, сайт буду админить

<БлекРоуз>на покой что ли собрался? :(

<Леджендари>просто выбираю пока цель достойную

<БлекРоуз>ну как выберешь – мне скажи

<БлекРоуз>вместе сходим

<БлекРоуз>я смышлёная

<Леджендари>ок

<БлекРоуз>до связи

Али скрестил пальцы. «Со мной хочет в дело! Это ж почти свидание! Может, и секс даже будет… Больше мне для счастья ничего не надо!»

- Почему мы приехали именно сюда? – тихо спросила Мэри. Такая длинная дорога, через весь-то город, утомила её.

- Это Олд-парк. Я планирую завтра здесь проводить интервью.

- Почему здесь?

«Можно сказать, потому что захотелось, потому что именно здесь у меня припрятаны тела для зомби. А можно не врать: потому что преступника всегда тянет на место преступления.»

Андре наигранно беззаботно пожал плечами.

- Да вот, просто захотелось именно здесь.

Они шли по тихим аллеям старого парка. Жаркое лето превратило пейзаж в осенний: жёлтые сухие листья устилали дорожки, людей было мало, на видневшейся вдалеке мощёной площади бегала девочка с воздушным шариком, синим как небо. Листья хрустели под подошвами, Мэри молчала, обняв его руку. Она шла, глядя себе под ноги, Андре хмурился, но терпел. Согласился ведь погулять, теперь нечего ворчать. «Кто бы мог подумать, что не-мёртвая тоже любит пройтись. Я думал, ей всё равно, где находиться. Мэри не перестаёт меня удивлять.»

- Андре, - вдруг сказала гончая. – У тебя ведь была девушка?

- Да.. была… А что?

- Что ты к ней чувствовал?

- Кхх, - парень немного поперхнулся. – Странные вопросы, Мэри. Почему тебя это интересует?

Та не стала отвечать. Не дождавшись ответа, Андре всё же решил рассказать.

- Что я чувствовал? Сложно сказать. Она мне нравилась, я был благодарен ей за внимание, что она со мной гуляет. Хотя могла и с кем-нибудь другим. А чувства…

- Ты её любил?

Андре надолго замолчал. Если бы ему задали этот вопрос тогда, до автокатастрофы, он бы, не сомневаясь ни мгновения, ответил «да», сказал бы это со всем пылом, на какой была способна его душа. Но сейчас… Слишком много пережито, слишком много исковеркано, извращено… «Как там Рик-зомби говорил – не-жизнь, с не-женой и не-работой… Вот и у меня, вроде жизнь, а вроде и нет. Нет больше той Анжел, нет даже Анжел-зомби. И чувств нет, и трудно сказать, были ли они…» Парень понимал, что с готовностью кинулся в эту борьбу с Косильщиками, неся как флаг память о погибшей девушке и родителях, но после разговоров с Джимом, он уже сам сомневался в себе. «Может, я действительно хочу, чтобы подобная трагедия больше не повторилась ни с кем и никогда, а может, это для меня всего лишь предлог.» И вновь мысль о своём очерствении он воспринял спокойно. Как так и должно быть. «Чтобы победить такого как Фаг, чтобы свалить могучую махину Корпорации Быстрого Развития, недостаточно быть просто Андре Эксидентом. Нужно стать более жёстким, более расчётливым… Стать хозяином.»

Заметив, что неосознанно приближается к самой старой части парка, Андре развернулся в обратную сторону. Парню даже показалось, что он заметил свежие следы шин, уходящие в самую чащу. Надеясь отвлечь внимание гончей, он всё ж ответил:

- Любил ли? Вроде того… Вроде бы любил, но сейчас сомневаюсь.

- А она тебя? – продолжала пытать Мэри.

- Ну и вопросы. Я-то откуда знаю! – Андре начинал заводиться. – Вас женщин, вообще трудно понять, а уж в плане чувств – так вообще бесполезно!

- То есть, ты бы не понял, если бы тебя кто-то любил?

- Нет, конечно! Как это определить? – парень невольно ускорил шаг. Впереди показалась площадь. – Это слишком.. слишком субъективно! Один любит так, другой – эдак. Неужели существуют какие-то стандарты влюблённости? И вообще, понять любил ли ты или нет, можно лишь после. В сравнении. А так…

- Вот, значит, как, - тихо сказала гончая. «А я вот уверена. Я вот твёрдо знаю, что люблю. Не знаю только, как показать это тебе, бесчувственному, невнимательному барану!»

Они прошлись по площади. Здесь гуляли другие люди. Меж ними курсировали два журналиста, с камерой и микрофоном, отлавливая бедолаг. Андре понизил голос, не желая привлекать к себе и Мэри внимание.

- Мэри, не обижайся на меня. Я не со зла. Я даже очень рад, что ты интересуешься этим. Спасибо тебе. Спасибо, что ты по-прежнему со мной рядом, поддерживаешь меня, помогаешь. Я давно хотел тебя поблагодарить. Не знаю, что бы я без тебя делал. Ты мне как сестра стала. Старшая сестра.

Внутри у гончей что-то оборвалось и кануло куда-то вниз, в чёрную беспросветную бездну.

- Сестра… - эхом повторила она.

- Да! Я знаю, в это трудно поверить, но я правда так чувствую! Я чувствую наше родство, нашу близость по духу. Ты мне заменила погибших родителей. Спасибо тебе, Мэри.

«Интересно, почему я всё ещё стою. Я же должна была рассыпаться на кусочки, как разбитая вдребезги ваза. Проклятые мёртвые ноги, прямые как палки, держат, не подломятся. Такие хрупкие, я так за них всегда волновалась, а сейчас мечтаю, чтобы они с хрустом треснули. Сердце, мёртвое сердце. Уже не остановится, не сожмётся от боли. Всё как всегда, ненавистная оболочка неизменна. Но как же я! Я же не это тело! Я страдаю, я кричу, я плачу!»

- Сестра… - голос Мэри был сух, скрипуч и ровен. Как всегда. – Спасибо тебе, Андре. Я польщена.

- Правда? – парень с искренней радостью улыбался. – Уф, прямо камень с души. Я думал, ты разозлишься, скажешь, что такой брат тебе и даром не нужен. Я же невнимательный, эгоистичный.. Ты вон меня постоянно расспрашиваешь, а я.. Прости меня, Мэри!

- Ничего. Всё нормально.

- Ты замечательная, ты самая замечательная сестра в мире! – в порыве чувств Андре обнял её, прямую, твёрдую как камень гончую, искренне полагая, что так и должно быть. Она же не-мёртвая.

- Как хорошо мы с тобой поговорили, как хорошо, что ты меня вытащила погулять! – продолжал терзать её рану парень. «Лучше бы я ничего не знала, лучше бы и дальше жила в неведении, жила грёзами, самообманом. Идиотка, дура, взяла всё в свои руки! Устроила себе счастье! Довольствуйся теперь статусом «сестры»!»

- Ну что, пойдём домой? - спросила гончая. «Хватит мне откровений на сегодня.»

- Да, пожалуй.. – начал Андре, но его перебили.

- Простите, можно вас спросить? Мы собираем мнения так сказать фокус группы: что вы думаете по поводу зомби?

Парень нахмурился, резко обернулся и.. пропал. Пропал в чёрных бездонных глазах. Он понял, что вот он, его идеал. Все сомнения по поводу каких-то чувств к Анжел исчезли, так же быстро забылся весь тот бред, что он нёс Мэри насчёт любви. Андре понял, с совершенной, непоколебимой уверенностью, что влюбился. Вот так вдруг, с первого взгляда.

Мэри перевела взгляд с застывшего с идиотским выражением лица Андре на журналистку. «И что? Что он такого увидел? Натуральная брюнетка, худое треугольное лицо, ниже меня на пол головы. Ну, бюст. Подумаешь. Курица какая-нибудь, способная только жареные статейки стряпать. Не-мёртвыми заинтересовалась! Да тебе на них глубоко наплевать, милочка! У, так бы и выцарапала эти глазищи!»

- У… э… зомби… э… - Андре выдавал какой-то бессмысленный поток звуков.

Журналистка улыбнулась, и парню показалось, что за его спиной раскрылись крылья, земля ухнула вниз, а он воспаряет, всё выше и выше…

- Дик, выключи пока камеру, - попросила она напарника. – Видишь, человек смущается.

Тот опустил раструб аппаратуры, меланхолично пережёвывая жвачку.

- Что случилось? – корреспондентка пыталась помочь парню разговориться. Эти, по крайней мере, не пытались убежать от неё, как большинство прочих, праздно шатающихся граждан, явно не настроенных в свой выходной день беседовать об оживших мертвецах. – Вы не волнуйтесь. Мне просто нужно сделать небольшой репортаж. Все почему-то игнорируют. А ведь это тоже работа, моя работа. Вы ведь понимаете?

Андре резко кивнул.

- Может, вы что-нибудь скажете? – журналистка поднесла микрофон к Мэри. Та отдёрнулась и замотала головой.

- Ну ладно, - обречённо согласилась девушка. «Не видать мне повышения, так всю жизнь и буду по улицам болтаться, ловя случайных прохожих для очередного идиотского опроса.»

- Кхх… я скажу, - каркнул Андре, и испугался своего голоса.

Журналистка с готовностью вскинула микрофон.

- Я считаю.. считаю, что.. что.. ну… Что внешность, внутреннее устройство, наличие пульса и гастрономические приоритеты не делают тебя человеком, или не человеком. Этим тебя делают твои поступки, отношение к окружающим и жизни. Вот.

- Хорошо сказано, - улыбнулась корреспондентка. – То есть, по-вашему, мы должны судить о зомби по их поступкам? Но они говорят сами за себя.

- Нет, вы просто не видели настоящих не-мёртвых. Это как если бы представление о человеческой расе составляли по контингенту психбольницы. Зомби тоже могут быть адекватными.

- Очень интересное мнение, спасибо! – искренне поблагодарила его журналистка. – Дик, ты всё снял? Кажется, пора закругляться.

- Подождите! – кинулся за ними Андре.

- Что такое? - нахмурилась девушка. Парень, показавшийся ей поначалу забавным, теперь начинал пугать.

- Можно вас на два слова, без камеры?

Та невозмутимо отряхнула брючину от пыли и только тогда ответила:

- Ну… можно, но только на два.

Андре просиял, бросил гончей:

- Мэри, подожди с оператором.

И не дожидаясь согласия не-мёртвой, отвёл прелестную корреспондентку на пару шагов в сторону.

- Что вы мне хотели сказать? – спросила она, ковыряя кончиком туфельки песок дорожки.

- Вы, наверное, ещё не знаете, - заговорщицким шёпотом начал Андре, - но скоро некто будет давать интервью для одного из телеканалов. На нём он покажет зомби, которые не трогают людей, не агрессивных чудовищ, а таких же людей, как мы с вами, только мёртвых.

- Таак, и?.. – начало заинтриговало корреспондентку.

- Но дело в том, что данная информация поступила на все телеканалы, а встреча будет только с одним. С каким и где – никто не знает. – Парень выдержал паузу. – А я знаю!

- Что вы хотите за информацию? – девушка тут же сообразила, что к чему. В глазах загорелся огонёк, словно неоновая надпись: «Сенсация!».

- Да ничего не хочу, - смутился Андре, - просто хотел вам рассказать… Вы.. вы мне понравились.. и вот…

«Какой милый мальчик, пытается произвести на меня впечатление!»

- Я тронута, - взмахнула ресницами журналистка, и парень совсем потерялся в грёзах.

Мэри смотрела на них со стороны. «Вот я уже и не при делах. Про меня тут же забыли, стоило появиться на горизонте какой-то сучке. Вот кобель, а! А я собиралась ему в любви признаться!»

- Так где будет встреча? – корреспондентке надоело ждать.

- А.. встреча, - Андре так не хотелось возвращаться на грешную землю. – Встреча будет здесь, в этом парке, завтра утром. Только, это должно остаться между нами. Только вы можете об этом знать. Иначе всё пропало.

«Не волнуйся, что я дура выпускать из рук золотую рыбку. Ни одна живая душа об этом не узнает!»

Девушка сверкнула белозубой улыбкой, достала из кармана листочек и что-то быстро написала.

- Если завтра всё пройдёт успешно – позвони мне, сходим куда-нибудь.

Не веря своему счастью, Андре как зачарованный смотрел на клочок бумажки с именем и цифрами мобильного телефона. «Диана Винд,» - прочитал он. – «Диана. Самое красивое имя на свете…»

- Диана, что ты так долго!

- Всё отлично, Дик, всё просто замечательно!

- Чему ты так радуешься? Что парня окрутила?

- Это само собой получается, - невинно потупила глазки девушка. – Но нет, дело не в этом. Завтра поработаешь сверхурочно?

- Так воскресенье же! – заныл оператор.

- Я тебе заплачу. Из своего кармана. Двойную дневную зарплату!

- Ну ладно… Куда теперь?

- Давай сворачиваться, возвращаемся в телецентр.

- Хвала Иисусу! Что-то народец совсем жуткий пошёл. Эта тётка последняя… Представляешь, пока ты там с пацаном болтала, она всё на вас смотрела, не отрываясь, не шевелясь. Ну чисто оживший мертвец!

- Да успокойся! Это от того, что мы у всех про зомби спрашиваем, тебе мертвецы вокруг мерещатся. Уууу… - Диана пощекотала мужчину.

- Тихо ты! Камеру уроню! Ещё завтра с тобой работать. Надеюсь, там то без приключений будет?

- Как знать, как знать, - мурлыкнула Диана, забираясь в старый потрёпанный мини-вен.

Часть IV. Глава 4

Глава 4

- Джим, ну ты-то хоть отговори его от этой затеи! – Мэри использовала любую возможность повлиять на Андре.

- Я пока ничего ужасного не услышал, - прогудел зомби, - думаю, самый смак в том, как Андре собирается подготовиться к этому интервью. Дорогой Андре, поведай нам, где ты собрался брать зомби, как будешь приводить их в адекватное состояние и дальше по плану.

- Ну прям суд устроили, - пробурчал парень, - с чего это я вам отчитываться должен?

- Если хочешь моей помощи – уж будь добр, отчитайся.

«Демократию развели! Вот они, минусы свободных.»

- Значит, тела для зомби у нас с тобой уже припасены. Кстати оказались. Приведёт их в чувства «Грис». Сегодня вечером, через, - Андре глянул на часы, - два с половиной часа грузовик с ним выедет из лаборатории. Успеем перехватить – препарата хватит за глаза и за уши. Завтра утром накормим им зомби, выведем под телекамеры, они скажут пару слов и всё.

- Что всё?! – заскрипела Мэри. – Что ты дальше с ними будешь делать?! А что, если в процессе приведения в чувство не-мёртвые поведут себя как Рик?! И опять этот грузовик! Да тебе там ловушку расставят наверняка. Лакомый же кусок, да и вообще, если на «Грис» такие надежды, это даже от простых бандюгов-наркодилеров охранять нужно. А уж после нападения на лабораторию все на ушах стоять будут!

- Мэри, по-другому никак, понимаешь? Из-за моих действий в Паутине, цена на «Грис» повысилась в разы. Чтобы толпу зомби в сознание вернуть – целое состояние потребуется. Откуда я деньги возьму? И, Мэри, кто в курсе, что я знаю о поставке? Доктор Филстоун мёртв, так что получается – только я.

- Ой! Хозяева такие дураки, да? Мало шишек от Фага получал, да? Пора бы понять, что его недооценивать нельзя!

- Так ты за него! Может, боишься, как бы я чего твоему драгоценному Фагу не сделал?!

- Не говори ерунды, - фыркнула гончая, не зная, что ещё сказать: чем бредовее предположение, тем сложнее защититься от обвинения.

- А что ты тогда постоянно отговариваешь меня от сражения с ним!

- Да о тебе же забочусь, дурак! А! Делай ты что хочешь, но если тебя убьют, потом не жалуйся!

Разозлённые Андре и Мэри отвернулись друг от друга, словно боксёры разошлись по разным углам.

- Джим, - предприняла ещё одну попытку гончая, - ладно Андре, маленький мальчик, глупый ещё, неопытный, но ты-то, умный взрослый мужчина! Ты же раньше столь же категорично высказывался против этой затеи, почему сейчас сомневаешься?

Свободный зомби сомкнул кустистые брови.

- Я помогу ему с «Грисом».

Мэри всплеснула руками. Хотела ещё что-то сказать, но потом гордо вздёрнула подбородок и вышла из комнаты в знак протеста.

- Спасибо, Джим, - тихо произнёс Андре.

- Давай собираться, - неожиданно сухо и деловито откликнулся тот.

Фаг в последний раз глянул в зеркало. Галстук висит перпендикулярно полу, брюки отпарены, стрелки идеально ровные, пуговицы блестят. «Прям как на парад собрался,» - посмеялся над собой Уэст. – «А что, имею полное право. У меня сегодня практически праздник. Наконец-то прижму к ногтю эту мелкую гниду. Уверен, он кинется на грузовик, не сможет устоять против такой наживки.» Оставшись довольным внешним видом, полковник вышел из дома. Почти у самого крыльца пригибал винтами траву чёрно-синий вертолёт, помигивая габаритными огоньками. В его распахнутом чреве виднелся человек в белом халате. Фаг запрыгнул внутрь, захлопнул дверь, натянул наушники с микрофоном.

- Привет, Чизем, - с бесшабашной весёлостью сказал он.

- Здравствуй, - глава аналитического отдела сидел ссутулившись. Они были одни в просторном брюхе вертолёта. Машина закладывала вираж, направляясь в сторону конторы: высадить Чизема и забрать Косильщиков.

- Что такой квёлый!

- Во что ты вляпался, Уэст? - затравленно посмотрел на него главный аналитик. – По корпорации разные слухи ходят. Зачем тебе «Гравейр»? Ты случаем, не переворот в Совете директоров устраивать собрался?

Фаг усмехнулся, кольнув Чизема взглядом. Тот поёжился и полез в карман халата.

- Значит, всё-таки сумел мне его достать? – он принял из рук аналитика пистолет для инъекций и ампулу с чем-то тёмно-зелёным. – Нет, не переворот. Как раз наоборот, собрался на охоту на того ренегата, что Алхимика погрыз. Просто у него боевик на подхвате. Боюсь, его так просто не достанешь, решил подстраховаться. Хотелось бы ракетой, но «Гравейр» оказалось достать проще, чем базуку…

Он притворно вздохнул и осклабился волчьим оскалом.

- Вроде лет десять тебя знаю, а ты всё меня пугаешь… - Чизем ещё ниже опустил голову. Уэст обнял его за плечи.

- Не волнуйся, пока человек мне нужен, пока он делает то, что я говорю – всё с ним будет хорошо. Приехали.

Не попрощавшись и не оглядываясь, главный аналитик выбрался из вертолёта. Машину тут же заполнило звено Косильщиков. Фаг подождал, пока все оденут наушники, и принялся выдавать оперативную информацию.

Андре ёрзал на водительском сиденье, нервно отстукивая мелодию на ободе руля и чуть ли не ежесекундно поглядывая на часы. Грузовик с «Грисом» должен вот-вот показаться. Если, конечно, маршрут не сменили. Парень глянул в зеркало заднего вида: Джим всё так же без движения сидел на заднем сиденье. «Хорошо ему, не о чем волноваться. О, Господи Иисусе, где ж этот проклятый наркотик!»

Их машина была припаркована к тротуару, одна из многих. Мимо сновали прохожие, скрипели двери магазинчиков, иногда по пустынной дороге проносились автомобили. Андре выбрал райончик победнее, надеясь на безлюдность, но и здесь хватит невольных зрителей того, что он собирался совершить.

Ожидание выматывало. Парень пытался считать прохожих или жёлтые фонари, стройной шеренгой выстроившиеся вдоль дороги и уходящие вдаль, как габариты взлётной полоса. Для его самолёта надежд. Если оттуда появится грузовик – значит, он взлетит, значит, всё у него получится, а если нет… То это будет путь в никуда, во тьму, которую не способен разогнать даже рукотворный свет.

- Едут.

Андре вздрогнул, и даже не сразу осознал, что произошло. Глубокий бас Джима поначалу показался ему рокотом судьбы, родившимся внутри его души, а не пришедшим извне. Раскатом набата, наполненным тягучей неотвратимостью и призывающим к действию. Молодой хозяин хотел выскочить из машины, но его удержала тяжёлая рука зомби.

- Рано.

Андре подчинился. Словно во сне, вдалеке проявились две звёздочки фар. Парень до рези в глазах вглядывался в них, будто в зрачки врага, не отворачиваясь и не мигая.

Большой Джим за его спиной расплылся в улыбке. К нему приближалось оранжевое сияние, словно гружёная лучистым золотом повозка. Сказка наяву. Чуть-чуть подождать, и оно будет в его руках. Весь остальной мир растворился, стали неважны оранжевые искорки прохожих. И водителей. Доселе пустынная дорога заполнилась автомобилями. Можно было бы заподозрить, что они как-то связаны с грузовиком, везущим «Грис», но свободный зомби не думал об этом. Не важно, не принципиально, случайность. Главное, что его сокровище всё ближе. И ближе. И ближе…

- Пора!

Андре вылетел из машины. Прямо перед ним оказался проезжавший мимо автомобиль. Парень сиганул на капот, отметив удивлённые и злые глаза пассажиров, и в следующее мгновение перемахнул на лобовое стекло грузовичка, уцепился за дворники, ударил кулаком. Брызнули осколки, Андре схватился за руль, машину повело в сторону под визжание шин, ругань водителя и истошные гудки. Молодой хозяин быстро глянул через плечо: грузовик несло на стену дома. Скребя когтями по металлу, Андре метнулся вверх, на крышу кабины. Раздался удар, хлопок, скрежет, парня бросило на кирпичную стену, больно приложив лопаткой. Он свалился на смятый капот, из-под которого вырывались клубы то ли дыма, то ли пара. Андре поднял голову, ошалело поводя ею из стороны в сторону.

Машины, что ехали по шоссе, разом встали. Только из парочки водители в панике выбежали и, прикрывая голову руками, жались к земле. Из остальных слаженно выбрались люди в штатском, распираемом изнутри бронежилетами. В их руках появились штурмовые винтовки и застрекотали первые выстрелы. Парень оторопело смотрел на вспышки света, слушал визг и звон пуль, нос забивали запахи горелого масла и свежей крови.

«Джим! Где Джим?!» Толстяк обнаружился за их машиной. Пули долбили в старую жесть, превращая её в решето. Грузовик дал бы лучшую защиту от выстрелов, зомби следовало перебраться к парню.

- Джим! – крикнул Андре, привлекая его внимание. К несчастью, его услышал не только Большой Джим.

- Вот ещё один! – крикнул ближайший к нему Косильщик, вскидывая винтовку к плечу.

Андре скатился с капота на землю, а пули уже трясли тело водителя грузовика.

Что дальше произошло, парень не видел. Услышал только крики, яростную пальбу, взрыв, от которого, казалось, закачалась земля и заложило уши. А потом, в его крошечном закутке между стеной дома и грузовиком, появилась фигура, показавшаяся Андре гигантской. Чёрный, в свете пляшущего за спиной пламени, человек сделал шаг к нему. И превратился в Джима: тога изорвана и местами тлела, плечи и руки изгрызены червями пуль.

- Джим, - всхлипнул Андре. Хотелось броситься на грудь толстяка, но он боялся выйти из-под защиты колеса: вдруг какая пуля по ногам срикошетит. Хмурый как никогда Большой Джим тоже не делал попытки приблизиться. Пули свинцовым дождём стучали по закрывшей их машине, и предвестником грозы зарокотал вертолёт.

- Ещё идут, - констатировал Джим и так понятный им обоим факт.

«Что это?! Когда вдруг всё изменилось? Это я сидел в засаде на грузовик, почему же сейчас мы прячемся?!» Ответ пришёл мгновенно, Андре застонал, схватившись за голову. Хотелось рвать на себе волосы. «Идиот! Ловушка! Это ловушка, Мэри была права!»

- Мэри.. Мама, папа… - он сжался в комочек за колесом, обхватив колени руками. – Этого не может быть. Помогите мне, кто-нибудь, помогите…

- Андре, - грозно пророкотал Джим. – Приди в себя. Нам никто не поможет. Кроме нас самих. Андре. Нельзя здесь просто сидеть. Нас тогда расстреляют и всё. Нужно действовать.

Парень замотал головой.

- Нужно, Андре, - уговаривал зомби. – Выхода нет.

- Их слишком много.

- Но они люди, всего лишь люди. Я уже умер однажды, ты пережил то, что им и не снилось. Неужели мы хуже? Пусть они сильнее численно, но мы превосходим их духом.

Парень всхлипнул, утёр нос предплечьем.

- Давай, вставай. Ты мужчина. Ты хозяин. Нужно выбираться.

- Как?!

Джим посмотрел на грузовик. За тонкой, для него к тому же и невидимой, стенкой было его сокровище, его счастье. Разорвать металл, протянуть руку и вот оно. И уже можно будет ни о чём не беспокоиться. Но рядом трясущийся от страха подросток. «Ты уже и так мёртв, что тебе терять? А он? Ты даже можешь взять «Грис» и уйти. У тебя это даже может получиться. Но он? Без тебя Андре не выживет. Его возьмут без усилий, как котёнка. Он уже готов сдаться. Затеявший войну за спасение всех не-мёртвых готов отступить. Позволишь ему? Что важнее – ты, или все те несчастные мертвецы, что сейчас в рабстве на корпусах РЗ?»

- Я уберу грузовик, а ты кидайся на Косильщиков.

- Что?! Прямо на них, на пули?!

- Они будут отвлечены, не волнуйся, - мрачно усмехнулся Джим. – К тому же, нападение – лучшая защита. Вряд ли солдаты будут ожидать от тебя такое. Я не говорю: вырежи их до последнего, просто атакуй, испугай. И беги.

- А ты?

- А я следом, - безмятежно улыбнулся толстяк. – Ну как, согласен?

Андре кивнул и принял форму гуля.

- Вот молодец. Главное, не сдавайся. Никогда не сдавайся, - напутствовал будто в последний раз свободный зомби. Он прошёл к середине грузовика. «Самоубийственная атака. Но такого вы вряд ли ожидаете.» Джим улыбнулся, мысленно попрощался с кармой и рванул машину вверх, как тяжелоатлет тягает штангу.

Автомобиль взлетел в воздух. Время потянулось медленно, тягуче как патока. Совсем обалдевший Андре провожал его глазами. Как, в прочем, и Косильщики. Очнулись солдаты только тогда, когда четырёхтонная машина, описав дугу, начала приземляться на них. В ту же секунду молодой хозяин рванул вперёд с низкого старта.

Со страшным громом, скрежетом, едва не заглушаемым человеческими криками, грузовик приземлился и пару раз перекувыркнулся, давя Косильщиков. В ужасе бросившиеся от него, как стайка рыбок брызгает в стороны при виде щуки, солдаты столкнулись с чудовищем и мертвецом с цепями. Маленький яростный монстр с длинными чёрными когтями без страха кидался на вооружённых людей, царапаясь, кусаясь, как безумный. Те и не думали о сопротивлении. Бежать, бежать подальше от этого кошмара – вот было их единственной мыслью. А там, где только что прятались неудачники-террористы, которых так легко прижали к стенке и развлекаясь расстреливали, не жалея патронов, теперь крутились два стальных вихря. Мельница из цепей пела жуткую песнь, с гудением рассерженного шмеля достигала людей, и те валились с расколотыми черепами, раздроблёнными шейными позвонками, переломанными руками или ногами. Канонада выстрелов сменилась дьявольским хором предсмертных криков.

Андре ликовал. И вновь картина событий радикально изменилась, но теперь он был на коне. Как и должно быть. Презренные людишки, ненавистные Косильщики скулят от ужаса, пытаясь спастись от его карающей длани. Он оглянулся на зомби. «А Джим хорош. Можно даже простить ему свободомыслие.»

По черепу словно молотом прошлись. Парень покатился по земле, рывком хотел встать, чтобы вернуться в бой, но ноги не слушались. Мир плыл, переливался радужными пятнами, как бензиновая плёнка на луже. По голове потекло что-то липкое. Андре коснулся, застонал от боли, посмотрел на ладонь. Та была в чём-то тёмно-красном.

- Кровь… Это кровь… Моя кровь… Меня ранили.. убили… Я умирааююю…

- Андре! Держись, я иду! – крикнул Джим, но парень его не услышал. Оставшиеся в живых Косильщики оправились от шока и теперь наседали на толстяка, как собаки на медведя. Свободный зомби понял, что не успеет пробиться к молодому хозяину. Не успеет в этот раз закрыть его своим телом.

В десятке шагов от Андре стоял колеблющийся нереальный силуэт. В форме. В вытянутой руке твёрдо сидел пистолет, сверля парня чёрным зрачком дула. Весь мир водил хоровод вокруг этого жерла смерти. Андре закричал. Будто поток рвоты изо рта хлынул зелёный пар, удушливым облаком накрывая раскиданные тела. Парень встал на четвереньки, зарычал и указал дрожащим пальцем на фигуру.

- Умри, Фаг, умри!!

Тела поднялись и побрели к полковнику. Тот перевёл оружие на них.

Пистолет сухо защёлкал. Пули кончились раньше зомби. Фаг отбросил оружие и выдохнул. Тонкая зеленоватая струйка целенаправленно потекла к ближайшему трупу.

Хозяева кинулись в сторону искорёженного грузовика, где было больше всего мёртвых Косильщиков, соревнуясь: кто быстрее поднимет больше зомби. А мертвецы, словно вехи, отмечавшие их путь, оживали и устремлялись друг к другу, как давно не видевшиеся родственники.

«Проклятье! Грёбаный самородок! Столько сил растрачивает впустую, а всё равно успевает быстрее меня!» Его выученные точные действия, под которыми лежала годами разрабатываемая научная база, проигрывали бессистемному, грубому созданию не-мёртвых. Как если бы дикарь, вооруженный кремниевым топором, вышел против современного солдата с автоматическим оружием и победил. «Надо его отвлечь, сбить концентрацию!»

- Молодец, малыш, всё верно делаешь! Ты быстро учишься, сынок! Прямо смотрю на тебя и вижу себя в молодости! Хотя нет, я в отличие от тебя не совершал ничего противозаконного. Террористический акт в корпусе РЗ, нападение на исследовательский центр, попытка убийства её руководителя, теперь вот попытка ограбления собственности Корпорации. Ты что же, малыш, считаешь, что законы не для тебя писаны?

Андре рычал, но не останавливался. На лбу Фага выступил густой пот. «Мне бы сейчас гончую, хотя бы одну! Но пока я её создаю, он своё стадо на десяток увеличит и трупаки точно до меня доберутся.»

Несчастные мертвецы, игрушки в руках двух озлобленных хозяев, в колеблющемся свете зарева горящей машины грызли друг друга, отрывали руки, головы, топтали ногами черепа упавших собратьев, глухо ворча.

- Вижу, ты изменил своё мнение, - Уэст не отступался, - А помнишь, ты мне говорил – «я не буду таким как вы!» Смешно, правда?

- Я не такой! – заорал в ответ парень, на секунду остановившись. Полковник поспешил развить успешное наступление.

- Как же нет? Посмотри, что ты сейчас делаешь? Ты убил этих людей, а теперь используешь их как пешки в своей партии. Какое тебе дело до них самих, до их семей, до их души, наконец! Важен лишь ты, твоё желание добраться до меня! Правильно, так и должно быть. Они всего лишь люди.

Андре сверкал антрацитово-чёрными глазами.

- Читал в Паутине, что ты зомби взялся защищать? Смешная шутка! Видел бы кто, как ты с ними сейчас поступаешь! Зачем их создаёшь, ведь это дело только между мной и тобой. При чём тут мертвяки, они-то что тебе сделали? Посмотри, как они друг с другом обходятся!

Фаг оборвал себя на полуслове. Последнее явно было лишним. Зелёная аура парня, будто пригасшая, вспыхнула вновь, животной дикой яростью.

- Это всё ты виноват! Это всё из-за тебя!! Умриии!!!

Пятёрка зомби поднялась разом, как солдатики от щелчка пальцем, а остальные бросились на Фага с удвоенной силой, подстёгиваемые волей хозяина. Они смяли не-мёртвых защитников полковника. Тот сунул руку в карман, приставил к шее пистолет медицинского вида. Шипения пневматики, вгоняющей иглу в вену и впрыскивающей содержимое ампулы в кровь, не было слышно из-за грозового рокота толпы мертвецов. А затем их спины закрыли Фага от взгляда Андре.

Через секунду тела не-мёртвых разлетелись как кегли во все стороны, словно в самой гуще произошёл беззвучный взрыв. Пятясь, парень не открывал взгляд от открывшейся фигуры. Больше всего это напоминало человека до пояса и гориллу выше: длинные руки до колен, вздувшиеся огромными мышцами, короткая шея, мощные выдвинутые вперёд челюсти и зубы, которым позавидовал бы и лев. Маленькие глазки, чёрными иголками буравящие Андре. Три костяных гребня на голове, пролезшие среди волос. И обрывки военной формы. Молодой хозяин не знал названия чудовищу, в которое превратился Фаг. И знать не хотел.

Уэст клацнул зубами и прыгнул на парня.

Джим, верный самоотверженный Джим, и тут успел раньше. Свободный зомби перехватил лапы Фага и медленно отвёл от головы Андре. Две фигуры застыли в молчаливом противоборстве. Парень заскулил от страха. «У меня нет шансов! Он сражается на равных с Джимом! Невероятно!»

Потихоньку руки толстяка начали выворачиваться и разводиться в стороны. Фаг распахнул пасть, целясь в его лоб. Не замечая, что вернулся к человеческому облику, Андре вскочил, метнулся к боровшимся, пнул полковника в бок.

- Ууууу… - взвыл парень, скача на одной ноге. Словно по граниту саданул, до колена отнялась.

За спиной завизжали полицейские сирены, Андре прижался к земле. «Что-то они долго! Господи Иисусе, что теперь делать?»

Фаг практически вплотную приблизился к голове свободного зомби. Тот размахнулся и врезал лбом по пасти полковнику, выбив клык. Фаг взревел, что-то хрустнуло, и он отшвырнул Джима на подъехавшую полицейскую машину.

- Стоять, никому не двигаться! – закричали из громкоговорителя. Лучи фонариков от окруживших их автомобилей высветили чудовищного Фага с окровавленной из-за развороченной десны пастью и Андре у его ног, закрывающегося руками. Полицейские начали стрелять не раздумывая.

Полковник снова заревел разъярённым гризли, принял в грудь несколько пуль и сиганул на ближайшую машину. Фонарь с проблесковыми маячками брызнул осколками пластика. Фаг взмахнул лапой, и чья-то оторванная голова полетела по воздуху, ловя на перекошенное белое лицо красно-синие блики.

За машинами копов показались тяжёлые грузовики национальной гвардии, а в небе застрекотал ещё один сине-чёрный вертолёт Косильщиков.

Андре понял, что не хочет участвовать в этой локальной войне. «Пора сваливать!»

- Джим, уходим! – прошептал он, подползя к автомобилю, где толстяк вполне достоверно изображал труп.

Тот скатился с капота на землю. Воровато оглядевшись, они, пригибаясь, побежали к дальнему переулку, влекущему своей темнотой. Когда миновали изломанный грузовик, Джим кинулся собирать с асфальта разбросанные капсулы с препаратом.

- Оставь! – зашипел Андре, поняв его действия по-своему. – Этого всё равно не хватит!

За спиной оставались выстрелы, крики, рёв Фага, сирены, шум вертолётных винтов и разбитые надежды. И Джим и Андре то и дело оглядывались, мысленно возвращаясь к перевёрнутому грузовику с «Грисом». И каждый думал о своём.

- Боже, о боже, - охала Мэри, мечась от одного к другому. – А я ведь говорила, я говорила…

- Живы, и то ладно, - безмятежно улыбался Большой Джим. Из левого локтя торчал острый осколок кости, и рука висела плетью.

Гончая всплеснула руками.

- Ты на мальчика посмотри, до чего ребёнка довёл?!

- Всё нормально, Мэри, не ругай Джима, - пробурчал Андре.

- «Нормально»?! Вы на это только посмотрите! – Мэри неожиданно жёстко нагнула голову парня к плечу и отбросила прядь волос. Над ухом от виска тянулась красная борозда: пуля содрала кожу, скользнув по черепу. – Тебе просто повезло! Если бы не твои отросшие, грязные нечесаные волосы, если бы на дюйм ближе и ты бы попрощался с мозгами!

- Ну вот, тётенька, а ты всё на меня ворчишь, что я, мол, за собой не слежу. Вишь, как полезно! - встрял Али, с ухмылкой наблюдавший за хлопочущей как курица Мэри.

- А ты вообще молчи! – зашипела та, и мужчина прикусил язык. В буквальном смысле.

- И чего вы добились?! – продолжала разоряться гончая. – Результатов ноль, а сами чуть не убились. Город на уши поставили, теперь месяц как минимум нужно быть тише воды ниже травы. А то и полгода!

- Нет! У меня завтра интервью!

- Чтооо?! Ты совсем с ума сошёл?! Похоже, пуля всё-таки мозг задела! Какое интервью?! «Гриса» нет, все спецслужбы наготове, ты на ногах едва стоишь, дышишь через раз и говоришь с трудом! Всё, больше ты никуда не пойдёшь. И точка!

- Но…

- Не смей спорить!

«Я не могу подвести Диану, я обещал…»

- Сейчас пару часов отдохну и поеду… - тихо сказал Андре. - «Гриса» нет, так просто подниму, буду контролировать. Зомби никого не тронут…

- Ты не сможешь!

- Смогу, - глаза парни блестели лихорадкой фанатика. – Потому что надо. Джим сказал – нельзя сдаваться.

- Ну, Джиим… - с угрозой в голосе обернулась к нему Мэри.

Тот только улыбался, как ни в чём не бывало.

- А что, Фиби, ты же понимаешь, что я прав. Мальчику нужно довести дело до конца. Был бы он обычным человеком – можно было бы и отсидеться. А ему нельзя. Некоторым в нашем мире нельзя жить для себя, только для других. Иначе всё пропало. Ты понимаешь это, Фиби?

- Я Мэри… - скрипнула гончая.

- Да, Мэри. Прости. А чтобы у него получилось – ты должна ему помочь.

- Я?! Ты тоже свихнулся?!

Большой Джим рассмеялся как над хорошей шуткой.

- Один он точно не справится. А с тобой у него есть шансы. Ты и Косильщиков с хозяевами увидишь раньше его и зомби удержать поможешь. Я свою роль выполнил, теперь твоя очередь. Карма направила нас в помощь пареньку, следует идти по этому пути. Иначе не видать нам нирваны.

- Не верю я в твою нирвану, - буркнула Мэри. Она смотрела на лежащего на диване Андре. Герой, чью судьбу так яростно обсуждали, измаялся подвигами и спал. Гончая осторожно погладила его по голове. «Мой хозяин… Конечно я помогу тебе. Я же обещала всегда быть с тобой рядом. Хочешь, буду и сестрой… Кем угодно, лишь бы рядом…»

Фаг очнулся в полупустом чреве вертолёта. Заметив это, над ним тут же склонился заместитель и принялся отстёгивать кожаные ремни от каталки.

- Что… - захрипел Уэст, откашлялся, борясь с сушью в горле, и продолжил: - Что произошло?

- Я свалил тебя «Стазисом», пока ты не начал гвардию рвать.

- Они меня отдали.. без боя? – Уэст внутренне содрогнулся, представляя масштабы своего прокола. «Проклятье! Наделал делов!»

- Без. Хотя явно ехали пострелять, но с нами решили не связываться. Правда, пришлось оставить им второй вертолёт. Теперь наши и их шишки говорить начнут. И тогда уже до нас дойдёт, шеф, - печально закончил Метиас.

Фаг вздохнул, откинул голову на каталку, уставившись в чуть покачивающийся покатый потолок.

- Это всё была бы ерунда, замяли бы как-нибудь, но до парня я так и не добрался… Ты его видел?

- Он со своим зомби слинял, как только началась заварушка. А мне.. мне не до того было.

- Значит, он по-прежнему жив. Плохо.

- У вас будет ещё один шанс, шеф.

- Что? – Фаг вскинулся с ложа. – Как? Когда? Где?

- Я получил сведения, что завтра утром в одном из парков Кэпиталсити неизвестный будет давать интервью, на котором он покажет зомби, неопасных для окружающих, адекватно реагирующих на происходящее и так далее и тому подобное. Дело осложняется тем, что об этом трубит каждая телекомпания, и каждая называет разное место.

- Малыш не идиот, - с какой-то гордостью сказал полковник, словно хозяин-ренегат был его творением. – Не совсем, по крайней мере. Если конечно завтра что-то будет, после сегодняшнего-то.

Метиас пожал плечами.

- Какой никакой, а всё же шанс. Я дам вам вертушку и звено Косильщиков. В последний раз. И если у вас не получится, шеф, вы уж простите, но я объявлю их ушедшими в самоволку, действовавшими вопреки моим приказам, а вас – угнавшим собственность Корпорации Быстрого Развития.

- И на том спасибо, - хмыкнул Уэст, а затем его посетила запоздалая мысль, вопрос, вызвавший у него немалое удивление. Ведь это было так странно, так неестественно для полковника и его окружения. Следовало всё выяснить, расставить все точки над «и»: - Почему ты мне вообще помогаешь, Метиас?

Зам прошёлся ладонью по седому ёжику волос.

- Мне выгодно, чтобы вы уничтожили ренегата, вернули себе своё имя, свою власть. Потому что, если ваше место освободится, на него назначат меня. А я предпочитаю быть заместителем с мозгами, чем начальником без них.

Уэст снова понимающе усмехнулся.

В кармане разодранного кителя завибрировал чудом сохранившийся мобильный телефон. Полковник принял вызов.

- Уэст Фаг слушает… Админ? Добрый вечер!.. Всё отлично, а как у вас?.. Я не придуриваюсь. А что, вы уже в курсе?...

Метиас не слышал, что долго втолковывал собеседник Фагу, но видел, как тот медленно багровел, и, наконец, взорвался, рявкнув в трубку:

- Да пошёл ты! Вот и лижи сам Генеральному его толстую жопу! Я для вас, говнюков, стараюсь! Когда щенок на каждом углу начнёт про хозяев звонить, вы ещё вспомните Фага!

Чёрный коготь раскрошил пластиковую панель телефона.

Восьмичасовые новости на всех каналах проявили удивительную солидарность: основной темой стали вчерашние события. И хотя показанные кадры немного отличались, смысл был одинаков – специальное военизированное подразделение Корпорации Быстрого Развития вступило в вооружённое столкновение с полицией и национальной гвардией. И хотя представитель корпорации уже выступил с заявлением о непричастности Косильщиков к произошедшему и пообещал в кратчайшие сроки провести внутреннее расследование, истинные виновные названы не были. Но тот факт, что место Уэста Фага, нового пресс-атташе Корпорации Быстрого Развития уже занимает другой человек, натолкнуло на размышления не только Андре, но и часть журналистов. Стоило бы порадоваться, даже позлорадствовать, но на это у парня не хватало сил. Тело механически выполняло команды разума, не утруждая себя какими-либо эмоциями.

- Али. Нужно найти новую квартиру. Мало ли что… Я подставлю себя под камеры, за мной, может, станут следить. Хотелось бы иметь резерв. Для вас.

- Твою мать! А деньги я где возьму?! – привычно вскинулся мужчина.

- Ты сказал, мой сайт приносит неплохую прибыль. На аренду должно хватить.

Через пол часа, отдав все распоряжения, Андре с Мэри ехал к Олд-парку.

Раннее утро, солнце слепило глаза через лобовое стекло, навевая Андре воспоминания о событии, положившему начало всему этому. И, как и тогда – рядом пассажирка, по-своему дорогая парню. Но в этот раз он ехал медленно. За окном неспешно проплывал Вест-Сайд.

- Хороший район, спокойный, тихий… - сказал Андре, чтобы хоть как-то разрушить гнетущее молчание.

- Ага. Спокойно, как на кладбище, - скрипнула Мэри.

- Поэтому я и хочу всё изменить. Хочу, чтобы люди не боялись зомби, не боялись Корпорации…

- Хватит меня убеждать! – перебила его гончая. – Я с тобой еду только потому, что у меня выбора нет. Но я с тобой не согласна, я – против! Чтобы ты не говорил!

Андре надулся.

Мэри тоже долго молчала, а потом заговорила вновь, уже более спокойным тоном:

- Люди не заслужили, чтобы их спасали. Они могли бы всё сделать и без тебя. Могли бы возмутиться обращением с не-мёртвыми, могли бы отказаться от навязываемого наркотика, могли бы открыть глаза на правду, а не слушать СМИ. Для этого не нужен мессия, достаточно всего лишь посмотреть вокруг. Всего лишь быть людьми. Но нет! Пока это меня не касается, я и пальцем не пошевелю! Пусть там чьи-то умершие родственники горбатятся в корпусах РЗ, пусть даже кого-то с улицы забрали Косильщики, главное, что не мои родные, главное, что не меня. И вот таким людям ты хочешь помогать, Андре?!

Парень не отвечал.

Глаза гончей наполнились болью, в скрипучем голосе появились нотки мольбы.

- Пойми, милый, нельзя сделать хорошо всем, кому-то всё равно будет плохо. Всегда кто-то будет страдать, или его что-то не устроит, а кто-то просто не захочет менять привычный уклад жизни, как бы плох он ни был. Недовольные будут всегда. Вот, допустим, ты поможешь обычным людям и не-мёртвым. Но ты сделаешь плохо Корпорации Быстрого Развития. И всем хозяевам в её лице. А ведь ты тоже хозяин. Ты готов сделать плохо и себе? Стоит ли счастье каких-то незнакомых тебе людей и не-людей твоего личного несчастья?

Андре и на этот раз промолчал.

Место, где молодой хозяин оставил тела из морга, можно было определить за пару миль по чёрным точкам воронья, кружащего над массивом парка. Когда они подошли к машине, птицы взлетели тёмным облаком, оглушительно каркая. Андре сильно ссутулился. Как-то не по-геройски это – в чаще, где на обглоданных жарой деревьях по ветвям расселись вороны, оживлять мертвецов. Странновато для спасителя человечества. «Какие люди, такой и спаситель,» - мрачно подумал парень и открыл дверь задка катафалка.

Вонь шибанула в нос, заставив закашляться.

- Господи Иисусе…

Всё-таки, оставить тела здесь, оказалось не лучшей идеей. Казалось, они слиплись в одну склизкую, полуразложившуюся массу. Закрывая рот и нос ладонью, Андре дёрнул ближайшего за ноги.

Он вытаскивал один труп за другим и раскладывал их на земле. Мэри, как строгая учительница, оставалась в стороне.

- Ну-с, приступим, - сказал Андре, склоняясь над первым из четырёх. «Только бы как с Риком не получилось. С одной стороны хорошо, что без Джима. Обойдёмся сегодня без этих речей – «ты теперь зомби, ты свободен, можешь делать что хочешь, например, оторвать башку поднявшему тебя хозяину.» Как-нибудь потом об этом поведаем.»

Зелёное облачко пара впиталось в мертвеца. Серое тело, сливавшееся с окружающим миром, заполнила светло-синяя аура, как цветной газ заполняет пустой сосуд. Труп встал, поводок послушно лёг в руку создателя. «Обычный,» - с разочарованием подумал Андре. Подсознательно хотелось сопротивления, борьбы, преград, которые он бы с блеском преодолел.

Второй получился таким же. И третья. И четвёртый. Похоже, жара оказала своё разрушительное действие на мозги трупов. Так что никаких свободных, никаких сложностей, не считая того, что на последнем не-мёртвом у молодого хозяина закружилась голова. Утерев рукой холодный болезненный пот, он вымученно улыбнулся на встревоженный взгляд Мэри.

- Всё нормально, можем идти.

Диана в очередной раз посмотрела на часы, покрутила в руках микрофон. Дик зевнул во весь рот.

- Ну и какого дьявола ты меня вытащила? У сына сегодня матч по бейсболу…

Журналистка прикусила губу. «Обманул?! Продинамил? А я-то, дура, повелась, а он хотел всего лишь телефон выпросить!» Она ещё раз оглядела площадь. По растрескавшемуся асфальту прогуливалась мамаши с детишками, на травке расположились парочки студентов. Обычная картина для воскресного утра.

- Ладно, пойдём отсю…

Диана так и застыла с открытым ртом. Из кустов выходила странная группа: молодой человек, худая женщина и четвёрка нудистов, бледных, одутловатых и блестящих, словно намазались кремом. Девушка закрыла рот ладошкой, ошарашенная догадкой. Которую тут же подтвердили люди, находившиеся гораздо ближе к появившейся странной группе.

- Зомби! Живые мертвецы!

Отдыхавшие в парке бросились бежать, заревели дети, загавкала чья-то карманная псина.

- Дик, давай к ним! – глаза корреспондентки загорелись азартом, и она кинулась против потока.

- Куда?! Диана, подожди! – оператор пыхтел следом, уворачиваясь от бегущих в панике людей.

Никто не обратил внимания на отступившего за дерево мужчину в сером костюме. Он не бежал в страхе, и не горел любопытством. Он достал мобильный, вызвал номер и сказал лишь одну фразу:

- Олд-парк.

Диана оказалось рядом с ожившими мертвецами. Теперь она узнала парнишку, что не так давно смотрел на неё глазами влюблённого щенка. «Боже, что с ним произошло?» Осунулся, посеревшая кожа облепила костистое лицо, глаза запали, под ними пролегли глубокие чёрные тени. Волосы казались седыми от покрывавшей их пыли. Словно от нервного тика, парень сжимал и разжимал ладони, будто пытался удержать что-то ускользающее. Девушка неожиданно испытала материнское чувство: хотелось кинуться к нему, позаботиться, умыть, накормить, уложить спать, холить его и лелеять. «Просто чудовищно, кто с ним такое сделал? Он похож на узника концлагеря!» И она бы наверняка взяла парня под свою опеку, если бы не стоявшие за ним.

За правым плечом – сухая женщина, прямая как лом, даже костюм казался подчёркнуто строгим, а если бы было видно лицо, скрываемое непроницаемой вуалью, наверняка, она бы смотрела на всех, как на нерадивых учеников. И четверо обнажённых зомби, в слизи и гное, будто новорождённые, только что пришедшие в этот мир. Но рождение через смерть дало им иную жизнь, и, наверное, поэтому они получились недоделанными: вялыми, покачивающимися на ватных ногах с пустыми молочно-белыми глазами. Но, как и обещал парень, зомби ни на кого не нападали. Следовало ловить момент.

- Диана Винд, канал «Нешенел лайф», расскажите, что здесь происходит? - затараторила она, и поднесла микрофон к парню.

- Я – Андре Эксидент, - хрипло сказал парень. – Я всю свою жизнь пытаюсь доказать, что зомби не опасны для людей. Я делаю это в Паутине, теперь решил сделать это и в реальности.

Он покачнулся, не-мёртвые за спиной заволновались, глухо заворчали, худющая женщина положила молодому человеку руку на плечо, и тому словно стало легче, он выпрямился, а зомби застыли, как по струнке.

- Я хочу призвать людей отринуть неприязнь, перестать обращать внимание на внешность не-мёртвых, принять их такими, какие они есть. Ведь главное, что у них внутри… - Диана невольно скосила взгляд на ожившего мертвеца, стоявшего с правого края – кожа на животе местами прогнила и в разъеденных дырах проглядывали склизкие фиолетовые кишки, давая ясное представление, что же находится внутри у зомби. Меж тем парень продолжал: - А внутри у них тоже самое, что и у нас – чувства, стремления, мечты, желания. Душа, наконец!

Он хотела сказать что-то ещё, но его заглушил нарастающий гул. К площадке посреди старого парка нёсся сине-чёрный вертолёт. Костлявые пальцы Мэри вцепились в плечо Андре.

В пустом вертолёте сидело всего трое Косильщиков, и Фаг. «А вчера их было тридцать, и всё равно оказалось мало,» - подумал он. Но что ещё оставалось делать? – пришлось рассредоточить львиную долю выделенного звена по паркам, в качестве дозорных. Это оправдало себя, но, по мнению полковника, за осведомлённость пришлось заплатить дорогую цену. «Чем мне сейчас воевать?! Одна надежда на «Бизона».» Он посмотрел на станковый пулемёт, ещё блестящий маслом. И вздохнул с сожалением. «Так-то машинка грозная, но не базука… Эх, после вчерашнего пулям доверия нет, они имеют свойство промахиваться. А вот ракеты…» Уэст мечтательно поднял глаза к потолку. Но тут же взял себя в руки. «Будем работать с тем, что есть.»

- Открывай дверь, выдвигай пулемёт, через секунду будем на месте, - приказал он Косильщику.

Тот выполнил приказ, вертолёт лихо заложил вираж, разворачиваясь этим боком к группке обнажённых людей внизу.

- Огонь! – рявкнул Фаг.

- Н-но т-там гражданские!

Полковник скрипнул зубами и, отшвырнув подчинённого, сам схватился за рычаги и нажал на гашетку ещё раньше, чем зомби и ненавистный щенок оказались в перекрестье прицела.

Едва увидев направленные на них жерла шестиствольного пулемёта, Дик дёрнул коллегу на себя, в сторону от мертвецов. Точно там, где она только что стояла, прошлась очередь, разбивая асфальт и разрывая крайнего зомби.

Диана, улепётывая вместе с оператором, успела увидеть, как этот парень, Андре, бросился под защиту деревьев.

Стрекотал винт, глухо стучал пулемёт, поливая кого-то внизу, не видимого среди кустов. Она надеялась, что раз ещё стреляют – парень жив.

- Опустись пониже, я аур не вижу! – приказал Уэст пилоту.

- Ниже нельзя, за верхушки деревьев зацепимся!

- Пррроклятый таррракан, - рычал Фаг, дёргая стволом из стороны в сторону. По белым спинам зомби целиться было легко, но мертвяки быстро кончились, и эта маленькая гнида сумела спрятаться. Гончая тоже куда-то подевалась. Не хотелось бы убить её вот так просто, Фаг желал ей участи похуже. И всё же, опасаясь упустить Андре, Уэст стрелял на каждое колебание веток, но парень по счастливой случайности уходил от выстрелов. «Надо было винтовку брать, снайперскую. Один выстрел – один труп, а тут строчишь, строчишь и всё мимо.» Полковник дал очередь по кустам, на всякий случай и остановился, ожидая, когда Андре проявит себя.

- Полковник, - зашипело в ушах.

- Что ещё?! – раздражённо рявкнул Фаг в микрофон наушников.

- Здесь гвардия, что делать?

В небе над парком показались ещё два вертолёта: чёрные остроносые машины стремительно приближались к зависшим над массивом Косильщиками.

- Уходим! Постарайся оторваться от них среди небоскрёбов! – приказал он. Уэсту совсем не нравились увешанные оружием пилоны винтокрылых машин национальной гвардии. И снова он подумал о базуке. «Какое многофункциональное оружие, была б она у меня – и тут бы ей применение нашлось…»

Вертолёт, виляя, уматывал от Олд-парка. Фаг смотрел в круглое оконце иллюминатора на удаляющиеся деревья. «Малыш-то, поди, опять выжил. Ну точно таракан, если по живучести сравнивать! Проклятье! Остаётся последний шанс его достать…»

Толстые опухшие пальцы, казавшиеся в зелёном свете, распространяемом столешницей, личинками насекомого-трупоеда, набрали номер и включили громкую связь.

- Да? – в тишине конференц-зала раздался недовольный голос Уэста Фага.

- Полковник, приветствую, - булькающим голосом сказал обладатель толстых пальцев.

- Моё почтение, Генеральный. Чем обязан?

Генеральный ответил не торопясь, выждав паузу.

- Огорчаешь ты меня, сынок. Ты же мне почти родной, я переживаю твои неудачи как свои. Что же ты творишь, Полковник?

- А что такое? – хорохорился невидимый и потому считавший себя в безопасности Фаг.

- Ты понял, о чём я. Это – не наши методы. Если бы хозяева при каждом случае брались за дубину вместо стилета, ничего бы этого не было. Ни Корпорации, ни меня… Ни тебя. Разве этому учил тебя дядя?

- Вы лучше меня знаете, чему он меня учил! Это же вы сожрали его мозг, а не я!

Какое-то время Уэст просто пыхтел в трубку.

- Знаете что, мне надоело. Все эти ваши игры, вся эта ваша теневая политика. Вы так тысячу лет провозитесь! Людей, это стадо, уже можно брать голыми руками! Хватит прятаться, нужно заявить о себе! О нашем праве на их мозги, праве сильнейшего! Мы – следующая ступень эволюции человечества, сколько можно скрываться?!

- То, что сейчас можно делать с людьми, возможно именно потому, что мы не высовывались. Мы изменяли их тихо, так, чтобы им казалось, будто они сами этого хотят. И вот когда мы почти у цели, ты ломаешь нам весь план! – Генеральный приложил кулаком по столешнице и тут же закашлялся, забулькал.

- Это не я вам порчу! – пытался перекричать его Фаг. – Это этот щенок! Он нас выдаёт, рассказывает о Корпорации всему миру! Я же, в отличие от вас, всего лишь пытаюсь его остановить!

- Нет, Полковник, - с придыхом, словно ему не хватало воздуха, возразил Генеральный, - ты гадишь не меньше его. Остановись. Это твой последний шанс. Прекрати игнорировать приглашения на Совет директоров. Явись ко мне на ковёр, покайся. И, может быть, я тебя прощу.

- Добровольно принести вам свои мозги на блюдечке?! – усмехнулся Уэст. – Ну уж нет!

- Ты не оставляешь мне выбора, - тихо сказал Генеральный и снова закашлялся.

- Да будет так!

Опухшие пальцы барабанили столешницу под аккомпанемент частых гудков.

- Ты запеленговал его мобильный, Админ? – пробулькал их владелец.

- Да, шеф, - квадратные очки блеснули в зелёном свете, когда мужчина кивнул. – Теперь я всегда могу сказать, где находится Полковник.

- Доставьте мне его. Но не убивайте, живьём, поняли? Фаг слишком лакомый кусок…

- А хозяин-ренегат?

- С ним нужно поработать, когда разберёмся с Фагом. Сейчас мы в оппозиции обществу, а он в фаворе. Мы покаемся, покроем голову пеплом. Мы, невинные овечки, введённые в заблуждение коварным Уэстом Фагом. Будем искать сотрудничества с ренегатом, будем потакать в его бредовых идеях… По началу. А вот потом… Если парень станет нашим гласом, мы добьёмся большего, чем если бы действовали от своего имени. Фанатики полезны, главное направить их в нужную сторону. Используем его вражду с Полковником, можно даже отдать ему Фага… Вариантов – уйма, вы же понимаете?

Свора в темноте радостно оскалилась. Чтобы не произошло, вожак повернёт дело так, что всё будет только на пользу.

- Всё, работаем, господа, - отдал команду Генеральный.

Когда Андре с Мэри вернулись, встречать их выбежали Али с Джимом.

- Ну, как ты, братуха? – мужчина похлопал его по плечам, ощупал, проверяя всё ли цело. – Вроде живой…

- Да всё нормально, - улыбнулся Андре, не замечая, как уголки губ нервно подёргиваются, а руки ещё трясутся.

- Да ты садись, садись.. Пивка?

Парень кивнул и в три глотка осушил поданную бутылку. Али сунул ему ещё одну, но третью не стал: Андре хлебал пиво как воду, не замечая ни количества, ни вкуса. «Ну его, только переводить. Ща сам очухается.»

- Я ща из Паутины ролики качаю, что народ успел на мобилы записать. Очуметь! Ну вы отожгли! Рейтинг нашего сайта в разы подпрыгнул!

- Тебе бы только о деньгах думать, - зло скрипнула Мэри. – Нас чуть не убили!

- Ну.. это.. да… но нужно же во всём искать плюсы…

- Шёл бы ты к своему компьютеру плюсы искать!

- Злые вы, матушка, - пробурчал он, послушно плетясь в свою комнату. – Уйду я от вас…

- Спокойнее, Мэри, - прогудел Джим. – Ты на нервах вся. Успокойся, отдохните оба. Я думаю, теперь всё будет хорошо.

Так и произошло. Спустя день, Андре метался с одного новостного сайта на другой, читая сообщения, льющиеся как бальзам на душу:

«Корпорация Быстрого Развития Естественных и Индустриальных Наук провела внутреннее расследование и выявила личность террориста. Им оказался бывший полковник национальной безопасности Уэст Фаг, до своего поста пресс-атташе занимавший должность начальника спец подразделения Косильщики.»

«На Уэста Фага возложена вина за вооружённое столкновение с полицией и национальной гвардией, а так же по инциденту в Олд-парке, где был открыт огонь по гражданскому населению.»

«По обвинениям в убийствах полицейских возбуждено уголовное дело против У. Фага, а сам он объявлен в розыск Интерпола.»

«Фага обвиняют в расистских наклонностях и массовом геноциде умершего населения Юсы. Военным трибуналом он лишён звания, всё принадлежавшее ему имущество конфисковано. У. Фаг объявлен врагом государства №1.»

«Корпуса РЗ законсервированы до завершения расследования комиссии по труду.»

«Распространение «Гриса» остановлено, а все препараты, уже доставленные в аптеки – отозваны.»

Можно было бы праздновать победу. Да, ещё многое предстоит сделать, но враг повержен. Кажется. Андре смущал тот факт, что все спецслужбы ищут одного человека и почему-то не могут найти. Значит, ему кто-то помогает. И парень знал кто. «Корпорация Быстрого Развития. Они по-прежнему на его стороне. Стоит утихнуть шумихе, первому ажиотажу, и дело спустят на тормозах. Нельзя дать этому костру потухнуть, нужно раздуть его в пожар, что оставит лишь угольки от Корпорации!

Ставка на общественность сыграла. Нужно продолжать в этом же направлении. Пусть СМИ и дальше работают на меня. Фаг прервал моё интервью, так я повторю его снова! Позвоню Диане, договорюсь где встретиться, на этот раз только с ней, подниму ещё зомби… Теперь я буду отдохнувшим, теперь Фаг больше не будет мне мешать! Точно!»

Парень достал телефон. Набрать её номер ещё получилось, но во рту сразу же пересохло, а сердце бешено застучало меж рёбер. Кажется, он так не волновался никогда в жизни!

- Да? – её голос в трубке был немного встревоженным.

- Диана? – хрипло спросил Андре.

- Да… - тревога усилилась.

- Это Андре. Андре Эксидент. Помнишь, ты спрашивала меня насчёт зомби в парке? А потом ещё интервью пыталась взять, когда.. ну, когда по нам стреляли…

- Андре? – парню показалось, что девушка даже обрадовалась. – Как ты, с тобой всё в порядке?

- Да, спасибо. Ты на меня не злишься?

- Я? За что?

- Тебя чуть не убили из-за меня…

- Да ты-то тут причём? Это всё этот психопат Фаг! Ты читал, что про него пишут?

- Читал.

- Ну вот! Слушай, я тут немного занята, ты чего звонишь?

- Ну.. я.. это.. понимаешь..

- Встретиться хотел? – Андре показалось, что Диана сейчас лукаво улыбается.

- Ну.. да.. Только я чисто по делу!

- Да ну? – теперь ехидство в её голосе было предельно отчётливым.

- Да! Только по этому! – горячо ответил парень. – Нас же прервали, я так и не смог продемонстрировать, что не-мёртвые вполне адекватные. Я хотел бы повторить…

- Повторить?.. – Андре понял, что ей совсем не охота это делать. – Видишь ли, тут какое дело… Я больше не журналист.

- Тебя уволили?! – быстро спросил парень.

- Нет, что ты! Наоборот повысили! Я теперь ведущая «Правдивой пятницы». Это такое ток-шоу на нашем канале. Не смотрел?

- У меня ТиВи нету…

- Тогда просто поверь мне: это очень известное шоу, идёт в прямом эфире на всю страну! Я об этом так мечтала! Так что, даже спасибо тебе, я уж и не надеялась выбиться из простых корреспондентов, ты меня на всю Юсу прославил!

- Пожалуйста, - грустно сказал Андре. Нет, он, конечно же, был рад за Диану, просто… Просто это значит, что теперь нужно искать кого-то другого, кто будет брать у него интервью. А это уже не то.

- Слушай! А давай я попробую договориться, чтобы ты к нам на передачу пришёл! – воскликнула Диана на том конце. – Только это, без зомби.

«Главное, что там будешь ты, а на остальное плевать!»

- Конечно, приду!

- Это будет здорово, всё расскажешь в прямом эфире! Это знаешь какая реклама твоим идеям!

- Конечно-конечно, без вопросов!

- Записывай адрес: Лайфектори-стрит, шестьдесят шесть. Семнадцатый павильон. Ой! А дату-то я ещё не знаю! В общем, место всё равно не изменится, а как будет известно когда – я тебе позвоню. Это ведь твой номер?

- Да.

- Вот и славно! Всё, чао, целую!

«Целууеет…» - думал Андре, слушая короткие гудки.

Время до шоу пролетело незаметно. Вечерние звонки, долгие разговоры с Дианой. Один раз они даже сходили в кино. И пусть пока поцелуи были лишь на словах при прощании, Андре верил, что всё будет великолепно. Он не замечал никого и ничего: ни потерянной Мэри, ни погружавшегося в себя Джима, ни занятого бизнесом Али, иногда даже прибегавшего хвастаться успехами, как когда-то сам парень делился с ним. Похоже, неопрятный мужчина тоже себе нашёл кого-то на просторах Паутины, и Андре искренне радовался за него. Словно это не лето заканчивалось, предвещая осень, а наступала весна, весна в их жизнях.

Андре крутился перед зеркалом, собираясь и прихорашиваясь. До «Правдивой пятницы» оставалось три часа, и он хотел выйти пораньше. В комнату бледной тенью вошла Мэри. Последнее время она пропадала на втором этаже, примеряя роль домашнего привидения.

- Андре, нам нужно поговорить, - тихо сказала гончая.

- Я слушаю, - рассеянно ответил парень, уделяя своему отражению явно больше внимания.

- Я.. я… - начала Мэри, но тут в комнату ввалился Али.

- Слышь, братуха… О, привет тётенька! Давно что-то не видно тебя было. Куда исчезла?

- Да она всё на втором этаже ходит. Не знаю, что там интересного, - ответил за неё Андре. Али икнул.

- Э… Даа… Ладно. Проехали. Тут, короче, такое дело: раньше толстячок частенько брал у меня деньги на жратву. А последние недели две я его не вижу и не слышу. Мож, он на диету какую сел, или йогом решил стать, их, буддистов, хрен поймёшь. Но я чё-то волнуюсь. Сидит дни и ночи на полу, не шевелится, на еду деньги не просит.. Мож, он уже того, помер?

Андре и Мэри поражённо молчали.

- Вы тоже не знаете? Вы б поговорили с ним, а то мне как-то стрёмно… Я тут его раны видел… Вы уж извините, но с такими не живут… Я, конечно, помню, что тот хрен, ну, доктор, про вас говорил… Но…

Али замолчал. «Чё я несу?! Давай, расскажи им, что ты в курсе! Мол, вы все мертвяки, но мне пофиг, давайте и дальше так же жить! Твою мать, проявил заботливость!»

- В общем, вы меня поняли, - свернул свою речь Али и сбежал от греха подальше.

- Тааак, - протянул Андре. – Давай-ка сходим к Джиму.

Гончая послушно поплелась следом за ним. Признание в любви откладывалось на некоторый срок.

Андре аккуратно коснулся плеча зомби, подобного страшной статуе.

- Джим?

Тот посмотрел сквозь него пустым взглядом, повернул голову к Мэри и спросил:

- Фиби?

Гончая заломила руки. «С этим Андре я совсем забыла о своём собрате по несчастью! Вот о ком следовало думать, заботиться, поддерживать! А его оставили совсем одного, как ненужную сломанную игрушку.»

- Джим, что с тобой? – парень с надеждой заглядывал в слепые глаза, пытаясь увидеть ответ на свой вопрос. Но там, как и всегда, была лишь пустота. Свободный зомби свёл кустистые брови.

- Андре?.. Я… я тупею.. как бы смешно это не звучало.

- Но почему?! Ты травмировал голову?

- Вроде бы нет… - зомби говорил медленно, с большими паузами, будто вспоминал слова. - Я думал над тем, что со мной происходит… Возможно, доктор Филстоун дал толчок регрессу… Может, полученные повреждения… А может, так происходит с каждым свободным зомби с течением времени… Мало информации…

- А деньги? Зачем тебе деньги? На какую еду ты их тратил?

- Я покупал «Грис»… Простите меня, я должен был вам сказать, но.. я стеснялся.. своей постыдной слабости… Но и идиотом становиться не хотел… Я хочу быть в сознании… Не хочу больше причинять никому вред… А вам тем более…

- О, Джим… - Андре хотел его обнять, чтобы хоть как-то поддержать, но костюм, новый дорогой костюм! Его нельзя пачкать. Его новая жизнь, с свиданиями и ток-шоу, отталкивала его от соратников.

- Мысли… - гудел Джим, – как река… А я как рыбак… Сижу на берегу, ловлю рыбку… С «Грисом» я – мастер, виртуоз, я выхватываю из воды именно ту рыбку, какую надо, и, кажется, могу выловить любую… А без него… Я прыгаю в поток, пытаюсь схватить руками, но поднимаю только муть, только ил… И уже не вижу ни одной рыбки.. Не остаётся ни одной мысли… Остаётся только сидеть и ждать, когда речная гладь прояснится… И с каждым разом ждать приходится всё дольше… Боюсь, однажды я обнаружу, что сижу на берегу застоявшегося болота…

- Джим… - слова толстяка разрывали душу парня.

- Андре… Я помню, у тебя сегодня важный день… Заверши дело, которое начал… Если решил, что «Грис» - зло для людей, и его нужно запретить.. уничтожить… Значит, так и должно быть... Придерживайся этого, будь верен своим словам…

- Но Джим, «Грис» спасение для тебя!..

- Не спасение, но отсрочка…

- И ты помнишь, он Рика из обычного зомби сделал вновь свободным. Это может быть лекарством для не-мёртвых! Способом вернуть их в нормальное общество!

Толстый зомби улыбнулся.

- Нельзя сделать свободными всех… «Грис» производят из мозгов не-мёртвых… Так что кого-то всё равно придётся оставить рабами… И тебе, именно тебе, раз уж ты взвалил на себя такую ношу, придётся выбирать – кого именно… Я не желаю тебе такой доли…

- Я подумаю над твоими словами, Джим, - серьёзно сказал Андре. – Спасибо тебе за науку.

- Всегда буду готов помочь тебе, мальчик, - полуразложившийся труп сейчас казался человечнее любого живого.

- Мне пора, Джим.

- Следуй своей карме, Андре.

- Андре, подожди!

- Да что ещё, Мэри?! Какие такие важные разговоры ты собралась затеять на пороге?

- Понимаешь.. я… я…

- Я тороплюсь! – Андре глянул на часы. «Нельзя опоздать, нельзя подвести Диану! Что ещё гончей от меня надо?!»

- Пожалуйста, выслушай…

- О, Господи Иисусе! Хорошо! Какие ещё откровения ждут меня? Хорошенькое же напутствие вы мне даёте! Поддержали, успокоили, нечего сказать! Я был уверен в своей стратегии, и что теперь? Камня на камне не осталось, придётся что-то на ходу придумывать! И это в прямом эфире, Мэри! На всю страну!

- Об это я и хотела поговорить, - потупила глаза гончая. – Может, не стоит тебе идти?

- Что это вдруг?!

- Ну… весь этот шоу-бизнес… Ничего хорошего он тебе не даст.. и его нельзя использовать как оружие. Ты не знаешь его правил. СМИ тебя прожуют и выплюнут, оставив одну оболочку, они используют тебя, как многих других. И эта Диана тебя использует!

- Ничего подобного!

- Ты посмотри на себя, посмотри в зеркало! Ты не красавец, что такая девушка могла в тебе найти?

- Ну спасибо, Мэри! Уж от кого, а от тебя я такого не ожидал!

- Извини, что приходится говорить тебе правду, открывать насильно глаза! Ты её интересуешь только потому, что ты сейчас легенда Паутины, восходящая звёздочка. Ты – это не ты, ты – имя, бренд, ты сейчас в моде. И твои идеи. Попал в струю и всё. Но это всё наносное, лёгкая слава так же легко исчезнет. Остановись, не ломай себе жизнь, играя по чужим правилам.

- Ты ничего не понимаешь! Я люблю Диану, она не станет меня подставлять, не станет меня использовать!

- Любишь?! – зашипела гончая. - Да ты на паре свиданий с ней был, несколько раз видел – и уже любишь?!

- Да, люблю! Я полюбил её с первого взгляда, как только увидел!

Мэри фыркнула. Андре взорвался.

- Да что ты вообще можешь понимать в любви, мертвяк?!

Она застыла статуей. Словно не-жизнь разом покинула её. Глаза потускнели, будто кто-то выключил фонарик в черепе гончей.

- Мэри, Мэри, прости, - Андре кинулся к ней, понимая, что натворил. – Я вовсе не это имел в виду, я не то хотел сказать!

Он обнял её. Никакого ответа, даже пальцем не пошевелила. Мёртвая холодная кукла.

- Мэри, ну не молчи, кричи, ругайся, обзывай меня последними словами, только не молчи!

Тишина в ответ.

- Мэри, ты самая замечательная, ты самый дорогой мне человек! Ты настоящий человек, не мертвец, ты человек! Прости меня!

- Уйди. – Не голос, а тихий шелест ветра среди кладбищенских деревьев.

- Мэри, пожалуйста!

- У-хо-ди.

«Время! Шоу скоро начнётся! Диана ждёт, но Мэри!..»

- Я сбегаю на интервью и вернусь! Пожалуйста, не уходи никуда! И, прости меня, Мэри, прости, тысячу раз прости!

Парень выскочил наружу, обернулся. Гончая медленно закрыла дверь.

«Он выбрал Диану. Выбрал новую жизнь. Выбрал людей, а не не-мёртвых. Мы с Джимом сыграли свои роли, сделали всё, что было нужно, отдали себя до последнего клочка мяса, до последней косточки и больше не нужны. Лети, наш птенчик, вскормленный плотью родителей. Мы и дальше будем желать тебе счастья и удачи. Несмотря ни на что. Потому что любим.»

Шаркая ногами, она побрела в комнату Али. Мужчина обещал запустить через Паутину «Правдивую пятницу».

- Али, - заскрипела Мэри. – Включишь шоу?

- Ага, ща, погодь, только беседу завершу… - он вернулся к клавиатуре.

<БлекРоуз>ну так как?

<БлекРоуз>поделишься информацией?

<Леджендари>не интересно

<Леджендари>у меня всё есть

<Леджендари>деньги

<Леджендари>слава

<Леджендари>какую цену ты можешь мне предложить?

<БлекРоуз>а если у тебя ничего не будет?

<Леджендари>мне не нравится такой разговор

<Леджендари>мне пора

<Леджендари>пока

<БлекРоуз>ну смотри

<БлекРоуз>как бы не пожалел потом

<БлекРоуз>до связи

Али вышел из чата и вывел на экран сайт канала «Нешенел лайф». До онлайн-трансляции шоу оставалось пол часа.

Часть IV. Глава 5

Глава 5

В тот момент, когда в студии зрители вскакивали на ноги, под раскатистый смех бывшего полковника Уэста Фага, Али тоже подпрыгнул на стуле. Поверх всех окон вылезло маленькое сообщение: «ваш баланс счёта $ 00,00». Не обращая на возмущённый вскрик Мэри, Али свернул видео, кинулся проверять.

- Твою мать… - У него только и осталось сил, чтобы ругнуться. Все денежки, награбленные со счёта лабораторно-аналитического центра, исчезли. Более того, сюда же поступали и доходы от сайта. Их тоже как корова языком слизнула. Али в одно мгновение стал банкротом. И ещё лохом, полным ламером, чайником из чайников. Его, мнящего себя героем, виртуозом кода и клавиатуры, хакнули как последнего юзера. «Мать, мать, мать!! Да что же это!» - Он схватил себя за волосы, намереваясь выдернуть их с мясом. «Как же так, кто посмел?» Пришедшие на ум варианты, заставили похолодеть, а ноги, кажется, вообще отнялись. «Фаг! Только что в лёгкую дозвонившийся на ток-шоу! Он опережает нас на шаг! Он всегда впереди! Меня вычислили! Вычислили матушкин счёт, счёт несуществующего, умершего человека! По ней найдут и меня, этот дом нетрудно проверить! Нужно сваливать!»

- Мэри! – истошно закричал Али, словно та находилась в другом конце дома, а не в метре от него. – Нужно валить! Нас обнаружили!!

- Что?! С чего ты взял?! – хотя на словах гончая ещё сомневалась, паника, охватившая мужчину, передалась и ей.

- Я.. эта… - Али на мгновенье затих. – Я предусмотрительно расставил звоночки на особых сайтах. Как только нас бы нашли – они бы сработали…

Он сочинял всякую ерунду на ходу, понимая, что далёкая от компьютеров женщина всё равно не сможет его проверить.

- А, так вот, что значило то сообщение! Ловко ты его замаскировал под баланс счёта!

- Точно! Чтобы никто не догадался! Всё, собирай толстячка, я такси вызову. Как хорошо, что я ещё одну квартиру загодя снял.

- Как хорошо, что Андре сказал тебе это сделать, на всякий случай, – ворчливо скрипнула Мэри.

- Ну да, ну да… - Али решил не спорить. – Пожалуйста, поторопись, тетёнька!

«Ах, твою ж мать!» - ругался он про себя, роясь по карманам. – «Только бы на такси наскрести…»

Едва Уэст оборвал связь с телеканалом, как мобильный завибрировал, принеся вызов с незнакомого номера. «Опять что ли Генеральный звонит?» - усмехнулся Фаг. – «Или теперь кто-то из его шестёрок будет просить меня успокоиться?»

- Да? – самодовольно ответил на звонок бывший полковник. - Метиас?.. Чтооо?! Как ты мог! Проклятый Админ, надо было ожидать, что он заберёт у тебя все дела… Ладно, не расстраивайся, ты не при чём, я тебя не выдам. Ну поторопились они, спугнули парня. Выпорхнет теперь из логова, ищи свищи… Зачем они деньги обратно забрали?.. Да я понимаю, что ты не знаешь, это я так, сетую вслух на идиотов. И я с ними раньше работал… Плевать, Метиас, ещё не всё потеряно. У меня есть крючочек. Осталось повесить на него наживку. Свяжись с Чиземом, пусть он стянет со счёта Корпорации тысяч двести. Этого должно хватить. Всё, до связи.

Фаг убрал мобильный и включил ноутбук. Зашёл на сайт презираемых им компьютерных червей, своими недалёкими мозгами считавшими себя крутыми хакерами. «Видели бы они, что творят наши аналитики под «Грисом»… Обделались бы от зависти!» Он запустил местный чат. Осталось дождаться, когда ворюга, внезапно оказавшийся на мели, заглянет сюда на огонёк. Теперь у Фага будет что предложить.

Часть V. Глава 1

ЧАСТЬ V

Глава 1

- Куда ты суёшься? – мягко сказал Фаг, хотя внутри ещё клокотала ярость. – Ты – вещь, низшее существо, тебя создали такой мы, хозяева! Ты творение наших рук, так куда же ты лезешь, что ты возомнила о себе?!

Гончая осторожно поднялась с пола. Кажется, всё цело. Ещё немного трясущейся рукой сняла вуаль. Больше нет нужды прятаться. Она выпрямилась и взглянула в глаза бывшему полковнику.

- Вы меня не создали, я родилась, так же как и все люди. А то, во что вы меня превратили, не изменило меня, - ровным голосом ответила Мэри. – Искусственная не-жизнь не делает меня хуже вас. Я по-прежнему готова драться за свободу, готова бороться за свою любовь.

Фаг захохотал, не наигранно, искренне веселясь.

- Любовь? Бороться? Драться? Может, ты и умереть за неё готова?

Гончая задрала подбородок, сверкнув глазами.

- Ой-ой-ой, как страшно! Вы только посмотрите на неё! Какой благородный поступок, какая самоотверженность, какая преданность! Прям не ожидал такое от предательницы. А я ведь тебе доверял, Мэри… Ты хочешь смерти? Ты умрёшь. Но в этом не будет ничего героического. Ты просто сдохнешь, разбрызгав мозги, если они у тебя есть, по стенке. Умрёшь бессмысленно, потому что после того, как застрелю тебя, я войду в свой кабинет. Выхода из него нет, пацан меня остановить не сможет… Твоя жертва будет напрасной. Ты умрёшь, защищая жалкого никчёмного таракана, бросившего тебя на произвол судьбы. И своего боевика, которого сейчас рвут на куски мои Косильщики. Андре сбежал, поджав хвост, заперся, наплевав на вас. Вы для него расходный материал. Я рад, что ты умрёшь, осознавая это.

Фаг поднял руку с пистолетом.

Мэри расправила плечи.

Али торопливо запихивал вещи в сумку. На экране ноутбука застыла надпись: «баланс счёта $ 200 000,00» - на неё он мог бы любоваться вечно. Единственное, что его смущало, это маленький осадочек на душе. «Тридцать серебряников… Да, ну, прекрати себя корить! Кто он тебе, родной что ли? Сам виноват, надо было думать, с кем связался. Я лишь сделал правильный выбор в нужное время, одумался – и вот она, награда. А он как был дураком, так дураком и помрёт. Его проблемы…» Али нахмурился, потёр лоб, и тут же спохватился. «Некогда сомневаться! Валим, валим, валим! Сейчас в аэропорт, там чуток деньжат обналичу, и на самолёт.. Куда-нибудь в Бей-таун, что в штате Оушенбич! Даа… Девочки, море, солнце… Куплю себе тачку с открытым верхом…»

Раздался стук во входную дверь. Али застыл застигнутым врасплох сусликом. «Мож показалось? Иль решат, что дома никого нет, и уйдут?» Стук повторился, на сей раз гораздо настойчивее. «Твою мать! Ну кого там ещё принесло?!»

Али добрёл до двери в квартиру, распахнул и рявкнул:

- Чё надо?!

И осёкся. На уровне его глаз как раз располагался бронежилет. Мужчина икнул и поднял взгляд на солдата в сине-чёрной броне.

Часть V. Глава 2

Глава 2

Андре прилетел к третьему дому по Ремув-стрит, так быстро, как только смог. Даже не пытаясь проверить лифт на работоспособность, поднялся на пятый этаж по исписанной граффити лестнице и постучал в семьдесят седьмую квартиру. Долго никто не открывал, затем, наконец, раздались шаги, парень услышал приглушённое: «- Кто там ещё, мать вашу!», дверь резко распахнулась, и наружу шагнул растрёпанный Али.

- А, братуха, забегай.

- Ты что так сразу открываешь, - зашептал Андре, озираясь.

- Спокуха, мужик. Об этой хате точно никто не знает!

Но парню полегчало только тогда, когда он запер хлипкую фанерную дверь на замок и щеколду.

Комнат было две, в одной за окном виднелся крохотный балкончик.

- Мда, - Андре осмотрел пыльные углы, облупившуюся краску на косяках, выцветшие занавески. – А получше снять не мог?

- Да дорого всё, братуха, - отмахнулся Али.

- Зато он чувствует себя здесь как дома, - скрипнула Мэри, вышедшая из боковой комнаты, узкой и длинной.

- Да хватит уже ворчать, тётенька, - обиделся неопрятный мужчина. – Какое «как дома»? Там все мои девайсы остались, я один старый ноут захватил. Чё мне теперь делать, на нём только косынка да сапёр идут, и те, поди, тормозят…

- Ах, какие у нас проблемы, - Мэри упёрла руки в бока. – Ах, как я тебе сочувствую! А то, что нас без гроша оставили, это ты уже забыл?!

Она перевела взгляд со сжавшегося Али на Андре, и тот понял, что сейчас и ему достанется. Хотя, он был бы только рад этому. «Пускай ругается, пусть всё будет как раньше.»

Но гончая только посмотрела на него враз потухшим взором и скрипнула:

- А насчёт тебя и говорить нечего, и так всё понятно…

Она развернулась и пошла обратно.

Андре растерянно проводил взглядом Мэри, её ссутулившуюся спину, выпирающие лопатки, и кинулся вдогонку.

- Мэри, Мэри, ну что ты! – он схватил её, обнял. – Ну поговори со мной! Ты права была, Мэри, ты во всём права! Я дурак, глупый безмозглый мальчишка, ну прости меня!

Гончая сначала пыталась вырываться, а потом прекратила. Бросила на него взгляд и совсем по-человечески вздохнула.

Андре прижался своим лбом к её, так что их глаза стали близко-близко, и уже никакая вуаль не могла помешать разглядеть их выражение, и спросил.

- Ты меня простишь?

Мэри не ответила, но он понял – простит. От радости парень подхватил невесомую гончую на руки.

- Отпусти, дурак, сломаешь что-нибудь! – заверещала не-мёртвая – Или уронишь! Поставь меня на пол, сейчас же!

Смеясь, Андре аккуратно опустил Мэри на землю.

- Добрались-то хоть нормально?

- Али взял такси, - скрипнула гончая, поправляя причёску. – Водитель, конечно, косился на Джима, но ничего не сказал.

- Засветились, значит, - Андре заиграл желваками.

- Расслабься, братуха! После твоего сегодняшнего шоу о трёх каких-то чудиках, проехавшихся в такси, никто и не вспомнит!

Парень помрачнел ещё больше, резко вздёрнул подбородок и заговорил жёстко, как никогда раньше.

- Фага прикрывают. Корпорация Быстрого Развития. Нужно её свалить. Нельзя останавливаться. Как бы скомкано не закончилось сегодняшнее шоу, я сделал своё дело, заявил на всю страну. Нужно доказать сотрудничество Корпорации с правительством Юсы, заставить власть отвернуться от корпорации, а народ – от власти, позволявшей такое с ним творить. И уничтожить Фага. Тогда миссию можно будет считать выполненной. Порождённую лавину уже будет не остановить. Цепная реакция разбудит мозги каждого обывателя, встряхнёт его, водоворотом утянет в новую жизнь. Хочет он того или нет.

Лучше она будет, или хуже – Андре не знал, даже думать об этом не хотел, чтобы ничто не останавливало его в стремлении перевернуть устои привычного мирка. Главное, что так больше жить нельзя.

- О Боже! – всплеснула руками Мэри. – Это уже слишком! Правительство-то тебе чем не угодило?

- А всё тем же! Я уверен, с его попустительства творятся все эти вещи. А возможно, даже с его помощью. Мне на передаче не дали сказать, а я вот что думаю: откуда ещё Корпорация Быстрого Развития может брать тела для зомби, как не с локальных войн, развязываемых нашим президентом? Ты подумай, вот на ближнем востоке недавно заварушка была. Что мы слышали от масс-медиа? Наши солдаты побеждают, враг сопротивления почти не оказывает, всё супер. И тут же – десять тысяч убитых. Откуда? Никого почему-то не смущает такое несоответствие. То ли там действительно идёт бойня, то ли военных просто списывают в утиль и переправляют в корпуса РЗ. Да, доказательств этому у меня пока нет, но сами подумайте, почему нашему президенту не живётся спокойно? Всё какие-то мелкие конфликты развязывает, причём без особых результатов. Не считая смертности. Это ведь постоянный источник мозгов! И постоянно раздувается бюджет, на военные нужны отгрызает всё больший и больший кусок от него. Не понятно, как люди этого не видят…

- Возможно, ты и прав, Андре, – пробасил Джим. - То, что тут что-то не чисто – я согласен, но причины? Без фактов, это лишь твои предположения.

- Надо как-то пробраться в правительство, - глухо сказал Андре, сам понимая безнадёжность затеи.

- А нам и не нужно в правительство, - тихий голос Мэри стал неожиданностью для всех. – Нам нужно в Корпорацию. В контору Косильщиков. К моему компьютеру.

Андре обалдело уставился на неё.

- Пока я была секретарём, я принимала, отсылала, перепечатывала множество документов. В том числе о распределении тел по корпусам РЗ. Я помню ведомости, на которых указывалось, откуда, сколько поступило и куда направляются. Большинство зомби проходило через нас. Помнишь, Андре, целое стадо в подвале? Они ожидали своего распределения. Фаг контролировал это, поэтому документы приходили к нему на подпись. Если забрать все эти приказы, доклады, расписки, накладные – этого хватит, чтобы похоронить Корпорацию заживо.

- Мэри, ты чудо! Нужно ехать туда завтра же! Пока все заняты поисками Фага, пока выходные, и в конторе никого нет! Пока все не отошли от моего появления на шоу! Сейчас нельзя терять время!

Мэри охнула, Большой Джим широко улыбнулся, но остужать пыл парня не-мёртвые не стали.

- Али! Нужна твоя помощь по взлому входа в контору и компьютера Мэри! – крикнул Андре.

- Ага, щаз! – донёсся ответ. – Иди ты куда подальше…

- Чтооо? – молодой хозяин забежал в большую комнату, где у одинокого ноутбука сгорбился неопрятный мужчина. – Али, ты что?

- А ничё! Всё, баста, я завязал! Я вас больше знать не знаю! Ты совсем уже свихнулся, скоро на президента покушения устраивать будешь! Не, братуха, нам с тобой больше не по пути. Я наигрался в эту войнушку во как! – Али провёл ребром ладони по горлу. – Мне и так уже конец!

Он схватился за сальные патлы.

- Всё, всё пропало, все денежки мои, все, что заработал… Ты хочешь меня ещё и жизни лишить?! Чё вам всем надо от меня?! Я вас не звал к себе в дом, силой вломились! А это ведь матушкин дом был, там все её вещи… У меня ничего не осталось…

- Но Али…

- Отвали, не хочу иметь с тобой больше никаких дел! – заорал Али. – Я б и отсюда ушёл, если бы было куда идти…

На плечо парня легла костлявая рука.

- Он не нужен нам больше, Андре, - скрипучим шёпотом, будто перетирались песчинки, сказала Мэри. – Коды от входа в контору я знаю и с собственным компьютером как-нибудь разберусь без этого «хакера».

- Но мы не можем его вот так бросить.

- Он сам отказался от нас. Ты пришёл просить помощи, а Али тебя послал. Человек, что с него взять.

- Ну, хорошо, - нехотя согласился Андре, - отправляемся без него. Пойду, подготовлю машину.

Гончая бросила последний презрительный взгляд на Али и тоже ушла. А мужчина включил ноутбук. «Идите вы все к дьяволу, нежить проклятая, нелюди бездушные. Как машины, прёте к поставленной цели, не взирая, кто попал под колёса. Жизнь мне сломали. Кто я теперь? Куда я теперь? Жилья нет, работы нет, ничтожество, ни на что неспособное.» По привычке он зашёл в свой родной чат. Но ничего не написал, даже не поздоровался с народом. «Такой неудачник как я недостоин тут находиться, но мне больше некуда идти.» Со страхом Али думал, что если его и отсюда прогонят, то даже в виртуальности у него не останется пристанища. И, значит, жизнь кончена.

Андре наскоро перекусил булкой и водой, одёрнул измятый костюм и сказал:

- Всё, Мэри, поехали.

- А я? Вы про меня не забыли? – прогудел свободный зомби.

- Джим, - Андре не знал, как ему сказать. – Ты бы дома посидел, а?

Толстяк по-доброму улыбнулся.

- Поздно беречь меня, Андре.

Парень смутился.

- Ну.. я… просто ты.. заметный очень.

- Мы все заметные. Ты перед телекамерами намелькался… Уверен, на тебя теперь больше будут внимания обращать, чем на меня.

- Ну хорошо, идём, - парень устал уже со всеми спорить, что-то доказывать. Сейчас Андре был готов согласиться на что угодно.

Пока рассаживались, Андре подумал. «Снова мы втроём. Рядом со мной гончая, не Диана, спину прикрывает зомби, не Али. Почему так? Почему они меня поддерживают, а собратья, такие же люди как я – нет. Или я всё-таки не человек? Может, я ближе к не-мёртвым, вот они и тянутся ко мне… А может, и не в природе дело, человек ли, зомби ли… Главное что если ты преданный, всегда готов помочь, не предашь… Господи Иисусе! Я столько раз это говорил, писал, втолковывал другим, а до самого только сейчас дошло.»

Он обернулся к попутчикам.

- Спасибо, что вы есть.

Не-мёртвые засветились от счастья.

Часть V. Глава 3

Глава 3

<БлекРоуз>привет

<БлекРоуз>что молчишь?

<БлекРоуз>не здороваешься

Али оторвал лицо от стола, разбуженный звуком пришедшего сообщения. В квартире было тихо, кажется, он остался один. Как давно такое с ним не случалось! Вечно кто-то из приживал оставался с ним, будто дежурили. «Тюремщики проклятые!» Он потёр глаза, прочитал сообщения, зевнул и принялся печатать.

<Леджендари>ну привет

<Леджендари> нет настроения

<Леджендари> на разговоры

<БлекРоуз>ай-яй-яй что ж такого случилось?

<Леджендари>не хочу рассказывать

<БлекРоуз>неужели всё настолько плохо?

<Леджендари>да

<БлекРоуз>ну не правда

<БлекРоуз>всё ещё можно поправить

<Леджендари>о чём ты?

<БлекРоуз>деньги дело наживное

Али отпрянул от ноутбука. Оглянулся. Вроде один в комнате. Пробежался, заглядывая в углы – скрытых камер не видать.

<БлекРоуз>ау!

<Леджендари>откуда

<Леджендари>откуда узнала?

<БлекРоуз>у меня свои связи

<БлекРоуз>хорошие

<БлекРоуз>и тебе помочь смогут

<Леджендари>ну и как мне

Али вытер вспотевшие ладони об майку.

<Леджендари>нажить денег?

<БлекРоуз>очень просто

<БлекРоуз>меня интересует, что задумал наш общий маленький друг

<Леджендари>маленький друг?

<БлекРоуз>ага

<БлекРоуз>малыш

<БлекРоуз>очень деятельный паренёк

<БлекРоуз>его тут даже по телеку показывали

<Леджендари>и зачем он тебе?

<БлекРоуз>хочу помочь

<БлекРоуз>он слишком активен

<БлекРоуз>так можно и мозги потерять

<Леджендари>эт точно

<Леджендари>его опять понесло

<БлекРоуз>куда???

<Леджендари>эй-эй-эй

<Леджендари>притормози

<Леджендари>сначала помощь

<Леджендари>хорошая помощь

<Леджендари>он мне как брат

<Леджендари>я не уверен, что ты его не обидишь

<БлекРоуз>твоя братская любовь так же велика, как 200к?

Али подпрыгнул на стуле. «Двести штук! Мать, мать, мать!» Он заёрзал на стуле, потянулся дрожащими руками к клавиатуре.

<Леджендари>не настолько

<БлекРоуз>ок

<БлекРоуз>жди, сейчас придут

<Леджендари>ты знаешь мой счёт?

<БлекРоуз>да

<БлекРоуз>я же говорю - связи

Такая осведомлённость настораживала. Можно было бы предположить, что она работает на противника, но тогда это значит, что он предаёт Андре… «Не парься, мужик, всё будет путём. Ты просто влез в игру, в которую ни черта не смыслишь. А сейчас ты из неё выйдешь, с достоинством, с баблом.» Али даже зажмурился в предвкушении.

Прошла минута, две, пять…

<Леджендари>аллё?

<БлекРоуз>я свяжусь с тобой позже

<БлекРоуз>возникли кой-какие проблемы

<БлекРоуз>никуда отсюда не уходи

<БлекРоуз>деньги будут

<БлекРоуз вышла>

Али, как привязанная собачка, застыл у экрана ноутбука, не решаясь даже свернуть окно и зайти на другую страницу, чтобы не пропустить тот миг, когда на него свалится богатство.

Фаг написал «я же говорю – связи» и набрал на мобильнике зама.

- Метиас! Чизем сделал, что я просил?.. Как нет?! Он там совсем мозги растерял, что ли?! Ну я сейчас загляну к нему в гости, ой загляну. Давно он мня приглашал, вот и повод выдался… Как не дома?! Проклятье, а где?! Что он в конторе в субботу забыл?.. А, плевать! Не статут меня искать на моём старом рабочем месте… Сам разберусь. До связи.

«В конторе, значит, друг Чизем? Думаешь, спрятался, думаешь, я туда не сунусь?» Уэст нехорошо улыбнулся. «Как туда добраться? На вертолёте – быстро, или на машине – не привлекая внимания?» Бывший полковник решил, что скорость сейчас важнее.

Админ поправил очки, вывел на экран карту города, полуобернулся к двум капитанам, стоявшим за его спиной.

- Господа. Одно звено отправляется по этому адресу – за хозяином-ренегатом, другое – за Фагом, - он потыкал в пульсирующие точки на мониторе.

- Разрешите выполнять? – военные вытянулись в струнку.

- Разрешаю.

Админ принял звонок от первой ловчей команды.

- Ушёл, значит? А куда?.. Однако! Что он там забыл?.. Молодцы, что проследили за вертолётом. Не высовывайтесь пока, я сообщу копам и ФБР, потом и вы присоединитесь, когда представители закона подъедут. Это должно выглядеть совместной акцией. Но не забудьте, что Фаг должен достаться именно нам, а не кому-то ещё.

Оставив на крыше вертолёт, Фаг и Косильщики – двенадцать человек, последнее его звено, оставшееся с операции в парке – спустились на лифте на первый этаж. Они миновали матово-стеклянные двери с надписью «Аналитический отдел», пустые тёмные коридоры и запертые кабинеты, пока не зашли в небольшую опрятную лабораторию. За компьютером сидел мужчина в белом халате, с обширной лысиной и при этом длинными волосами. Из наушников едва слышно доносились выстрелы. Он заметил краем глаза вошедших, вздрогнул и воззрился на них, как на привидений.

- Чизем! – радостно воскликнул Фаг, широко улыбаясь, быстро подошёл к аналитику и ударил по лицу.

- Что ж ты творишь, сволочь, - всё ещё улыбаясь, рычал сквозь стиснутые зубы Уэст, вздёргивая Чизема с пола за воротник халата. – Кто тебе разрешил своевольничать? Если я что-то сказал – ты сделал, без вопросов. Совсем тут расслабились без меня…

- Я ничего не буду делать! – пискнул Чизем, бледный, резко вспотевший.

- Вот только не надо этого сейчас, - скривился Фаг. – Не зли меня, дружище. Сделай, что я тебя прошу и всё.

- Генеральный пообещал лично вывернуть наизнанку каждого, кто решит тебе помогать, Уэст. – Аналитик вытер разбитую губу кончиком халата. – Прости, я тут не причём.

- Чизем, - бывший полковник пробовал втолковать аналитику по-хорошему, в память о годах совместной работы. – Я почти у цели, я узнаю, где будет хозяин-ренегат. И на этот раз точно возьму его. И всё, приду с повинной к Генеральному. Победителей не судят. Сейчас я просто не могу появиться с пустыми руками.

- Я всё понимаю, Уэст. Но и ты меня пойми, нельзя идти против Генерального…

Фаг скривился.

- Ты омерзителен. Жалкая, трусливая крыса!

Аналитик дёрнулся, как от пощёчины, но возражать не стал. Уэст наклонился к нему и вкрадчиво прошептал:

- Я не люблю проигрывать, Чизем!

Фаг крепко ухватил начальника аналитического отдела за голову, тот попробовал было пискнуть, но бывший полковник отточенным движением вскрыл его черепушку и зачерпнул мозг.

Уэст едва не протыкал клавиатуру когтями.

<БлекРоуз>получил?!

<Леджендари>ага

<Леджендари>спс

<БлекРоуз>плевать

<БлекРоуз>так малыш намылился куда?!

<Леджендари>я не совсем понял

<Леджендари>какая-то контора

<Леджендари>там ещё этот маньяк работал

<Леджендари>Фаг

<БлекРоуз>я поняла о чём ты

<БлекРоуз>когда?

<Леджендари>да прямо щас

<БлекРоуз вышла>

Али почесал в затылке и полез на сайт авиакомпании. «Надо выбрать, куда мне свинтить…»

Часть V. Глава 4

Глава 4

- Андре…

- Да Джим?

- Я давно хотел тебе сказать, что ты стал мне как сын.

- Спасибо, Джим, мне очень приятно.

- И я тревожусь, как ты будешь без нас.

- Без вас? А куда вы с Мэри собрались? В медовый месяц? – Андре обернулся к нему, но гончая тут же закричала:

- Смотри на дорогу! Джим, ты его отвлекаешь!

- Я совсем плох стал, в последнее время… - несмотря на свои слова, свободный зомби улыбался всё так же безмятежно, как и раньше. – Да и Мэри не вечна…

Та фыркнула, не соглашаясь.

- А ты ещё так юн…

- Ой, да ладно. Я уже повидал, кажется, всё на свете!

- Ты ещё не сталкивался с самым страшным – с собой.

- Так я ужаснее всех? – усмехнулся парень.

- Я не об этом. Те раны, что ты можешь причинить сам себе, не способен нанести ни один другой человек.

Андре помрачнел. Вспомнились его терзания, самокопания и самобичевания.

- Ты неправ, Джим. Я встречался и с этим.

- Бедный мальчик. Ты слишком рано повзрослел, - тихо сказала Мэри.

- Андре, я хочу, чтобы ты принял как данность – за всё в этой жизни приходится платить. За всё. Абсолютно. Иногда сразу, иногда спустя много лет… Иногда после смерти. И от этого никуда не деться. Я хочу, чтобы ты совершал свои поступки осознанно.

- Ты это уже говорил, - буркнул парень, пролетая перекрёсток на жёлтый свет.

- И чтобы представлял последствия, - продолжил Джим, когда возмущённые гудки утихли. – Нам, людям, бог даровал лишь одну вещь – свободу. Но оставил плату за неё.

- Джим, я не понимаю, к чему ты клонишь? – парень начинал нервничать. - Ты поехал со мной, причём сам напросился, видимо, хочешь помочь, но при этом пытаешься меня отговорить.

- Да, мальчик. Я старше тебя, и, уж прости, мудрее. Я знаю, какова будет цена твоего успеха.

- И какая же?

- Когда-нибудь люди и не-мёртвые будут тебе благодарны. Может быть, тебе даже поставят памятник. Но сейчас, если ты докажешь причастность правительства и президента к махинациям Корпорации Быстрого Развития – тебя возненавидят. За то, что ты разрушишь их мир.

- Я знаю, Джим. Я знаю, - глухим голосом ответил Андре. – Я не то, не сё. Не человек и не мертвец. У меня нет своего мира, я только ломаю чужие, в которые меня не принимают, в надежде, что в новом мне найдётся место. Смоллтаун, Кэпиталсити, теперь вот Юса… Это всё руины, по которым я прошёл, пытаясь обрести свой дом. Идеальный. Где бы мама и папа были живы, и смешная девчонка Анжел… Представляешь, Джим, это ведь даже не моя идея – докопаться до истины. Это она придумала. Настоящий человек. Был. Джим, Мэри, я хочу, чтобы такого больше не произошло, понимаете?

- Стой, Андре, мы приехали, - сказала гончая.

Парень затормозил у знакомой лестницы, так испугавшей Мэри в ночь их побега, ведущей ко входу в высотное здание.

- Подожди, не глуши мотор, милый. Если ты сейчас выйдешь, пути назад не будет. Впереди будет только твой новый мир. Но пойми, он может оказаться совсем не таким, как ты его себе представляешь. И, возможно, потребуется ещё немало жертв на пути к нему. Может оказаться, что ты-то его и не увидишь.

- Зачем ты мне всё это говоришь? – бесцветным голосом спросил парень, стеклянными глазами уставившись перед собой.

- Затем, что свобода заключается именно в осознанности перспектив, цены решений. Мы – твои глаза, Андре. Мы видим, что там будет дальше. Мы не хотим, чтобы ты шёл наобум, вслепую. И, когда нас не станет, и дальше смог смотреть вперёд. Ведь именно этим ты нам и понравился, что не закрывал глаза на действительность. Пусть же так будет и впредь.

- Аминь! – выдохнул Андре. – Совсем меня загрузили! Куда вас несёт, какие высшие стихии, миры, бла-бла-бла! Настроение, будто уже на кладбище собрались! Ау! Мы ещё с вами всех переживём! Так ведь!

- Конечно, Андре, - улыбнулся Джим. – Как же иначе?

- То-то же!

Парень заглушил мотор вышел из машины.

Обняв гончую за талию, он быстро поднялся по лестнице. Пока Мэри набирала код, Андре всё озирался.

- Такое ощущение, что на нас все смотрят, - шепнул он. – Побыстрее, пожалуйста. Вон та кучка к нам направляется, а ещё вон та…

Где-то вдалеке послышались полицейские сирены.

- Мэеери, - сквозь зубы процедил Андре.

- Прошу! – гончая распахнула дверь.

Они уже прошли в глубь холла, когда не-мёртвые синхронно остановились и так же, как зеркальные отражения друг друга, повернулись в сторону одного из коридоров.

В холл вышла толпа Косильщиков. Пару секунд две группы смотрели друг на друга, осознавая произошедшее.

Фаг захохотал.

- Привет, малыш! На ловца и зверь бежит!

- Я задержу их, Андре, - бас Джима как никогда напоминал гудок локомотива, несущегося во весь опор, который ничто не способно остановить. Кажется, это почувствовали и Косильщики. Они попятились, сворой собак, отступающей от медведя. Свободный зомби распустил насколько можно цепь на правой руке. Она забренчала по полу, и солдаты отошли ещё на шаг. «Жаль, что только одна рука действует,» - подумал Джим. – «Ну да мне и не победить нужно, а всего лишь задержать. Тут десять метров до выхода из конторы: успеют, убегут. А там можно и умереть, наконец-то. Получить заслуженную расплату за содеянное… Эх, прости меня Будда, я так и не смог следовать твоему учению. И ты, мама, меня прости, я опозорил твоих предков, не сумел их веру сделать образом своей жизни.»

- Что застыли остолопы! Убейте их! – Фаг подтолкнул Косильщиков в спины.

- Бегите! – грозно сказал Большой Джим, не оборачиваясь, и стегнул цепью, как плетью, кроша кафель.

Под перестук винтовок, Андре с Мэри кинулись к выходу и резко затормозили за ближайшей колонной. Подступы к конторе Косильщиков оказались запружены людьми, сквозь которые медленно пробирались машины копов.

«Обложили! Как зверей!» - мелькнула мысль у Андре.

- Обратно, Мэри, к лифту!

Гончая открыла рот, чтобы возразить, но парень уже схватил её за руку и потащил за собой.

Фаг высунулся из-за стойки ресепшена, провожая их глазами.

- Куда?! – он переключился на Косильщиков. – Да пристрелите вы уже это мясо, дегенераты безмозглые!

Но зомби, ловко орудующий цепью, пока умудрялся сохранять голову от попаданий.

Фаг осторожно, по стеночке стал пробираться к лифту, вслед за сбежавшими.

Джим это заметил, двинулся к нему, но увяз в Косильщиках. Свистящий обрывок цепи змеёй метался к чёрно-синим жукам, пытаясь расколоть кевларовую скорлупу. Пули рвали необъятное тело, рикошетили от цепей, но свободный зомби стоял сторожевой башней.

Это было последним, что увидел Андре, прежде чем дверцы лифта сомкнулись.

- Джим, - глаза гончей наполнились болью.

Парень взял её за плечи, развернул её лицом к себе.

- Мэри, послушай. Соберись, пожалуйста. Сейчас нужно действовать быстро. Сейчас забегаем в твой кабинет…

- У меня нет кабинета, это приёмная, - поправила та.

- Не важно. В приёмную, копируем всё что нужно и уходим!

- Куда, Андре, куда?! – в глазницах не-мёртвой билась паника.

- Если внизу всё перекрыто, поедем на крышу! Какой-нибудь вертолёт новостей подберёт нас, или полиция! Это хоть какой-то шанс, Мэри!

- Тогда едем сразу, сейчас же! – она потянулась к кнопкам этажей, но Андре перехватил её руку.

- Нет, нужно закончить дело! Второго такого шанса не представится! Пока Джим сдерживает их, нужно успеть! Чтобы его жертва не была напрасной!

Мэри вновь потухла.

- Хорошо. Андре. Как скажешь.

Выскочили из лифта, пробежали по коридору, вот и кабинет Фага. Мэри достала из-под подоконника ключ, отперла, и Андре первым шмыгнул внутрь.

- Быстрее, Мэри!

Гончая без слов бросилась к компьютеру.

«Господи Иисусе! Как же медленно загружается система! Такое ощущение, что и это происки хозяев!»

Наконец показался рабочий стол, Мэри вставила флешку… Вскрикнула и бросилась к двери. Щёлкнул дважды замок, не-мёртвая попятилась. Она отступала до тех пор, пока не упёрлась спиной в противоположную стену. Практически одновременно с этим, в дверь ударилось что-то тяжёлое.

«Боже! Это он! Как я могу противостоять ему?! Он монстр, чудовище, которое ничто не способно остановить! Что я наделала? У меня не хватило сил отговорить Андре, глупая несчастная, слабая женщина! Нужно было настоять, ехать на крышу сразу, а я… Что теперь делать, я сама отдала свою любовь на растерзание этому извергу!»

- Мэри, ну же! Что тут копировать?

Гончая повернула к нему безумные глаза.

«Он ещё не понимает. Он ещё думает о будущем. Наивный мальчик! Всё, всё кончено!»

- Ладно, копирую всю папку «Документы». Потом разберёмся, да?

«Какое потом, не будет у нас потом!»

Три выстрела исковеркали замок, наполовину вырвав его из двери. Фаг пинком распахнул её… Гончая схватила Андре за руку и с неожиданной силой зашвырнула в его кабинет, а сама дикой кошкой бросилась на бывшего полковника.

Она была быстрее обычного человека. И сильнее. Наверное, она даже справилась бы с таким начинающим хозяином, как Андре. Но Фаг.. Фаг просто ударил её наотмашь, отбрасывая в сторону, кинулся к двери в кабинет, дёрнул ручку… Страшно заскрежетал зубами. «Крысёныш опять заперся! Оттягивает неизбежное?! Ну так пусть подождёт, помучается, я пока поиграюсь с его подружкой!»

Уэст медленно повернулся к Мэри, заставляя себя успокоиться. «Как там говорили великие? Месть – это блюдо, которое стоит подавать холодным.»

Часть V. Глава 5

Глава 5

Два Косильщика деловито подхватили Али под руки и внесли обратно в квартиру. Третий, усатый и седовласый, прошёлся по комнатам, задержался у ноутбука.

- Ну спасибо, брат, что окошко не закрыл, - он повернулся к Али и пригладил усы.

«Вот если бы я его закрыл, а ещё лучше винт форматнул, они б ничего не доказали! По крайней мере, сразу…» - Али застонал, обвисая на руках солдат. Их командир достал мобильник.

- Админ? «Хакера» взяли… Точно он, он даже окошко со счётом не закрыл, всё, наверное, любовался на свалившееся богатство… - усатый жёстко усмехнулся и тут же вытянулся в струнку. – Так точно! Есть отставить разговорчики! Сейчас узнаю. Где парень-хозяин? – обратился он к неопрятному мужчине.

- Не знаю о ком ты, мужик… - проблеял тот. – Отпустите меня, а? Я здесь и не живу!

- Ага, рассказывай. – Усатый сделал знак одному из Косильщиков и в живот Али врезался твёрдый как камень кулак. Мужчина подавился воздухом.

- Спрашиваю в последний раз: где хозяин?

- Он в конторе, у вас, - тут же простонал Али. – Вы обознались, я никакой не хакер, я сюда случайно зашёл…

Усатый вздохнул.

- Вчера утром от дома номер четырнадцать, Хай-стрит, район Вест-Сайд, такси забрало троих пассажиров до дома номер три, Ремув-стрит, район Слип. Помимо этого, в дом номер четырнадцать такси не заказывалось уже пару лет, а в доме номер три за неделю до этого была снята вот эта самая квартира.

Али уронил голову под давлением фактов.

- Что со мной будет?..

- Судя по тому, что у тебя явно не хватает мозгов, - жёстко сказал командир звена Косильщиков, - из тебя выйдет отличный зомби.

- Нет, не хочу, отпустите меня! – верещал Али, и бился в истерике, когда его волокли по коридору на улицу. А когда его бросили в заднее отделение тяжёлого сине-чёрного хаммера – обмочил штаны.

Андре услышал выстрел за дверью.

- Мэри!

Он хватился за ручку, потянулся к замку… И остановился. Духу открыть дверь и столкнуться лицом к лицу с Фагом не хватило.

«В открытую мне не справиться с ним, Господи Иисусе, не справиться!» Он затравленно огляделся. «Я сам себя загнал в ловушку, в тупик! Всё, кончилось моё везение, допрыгался…»

В дверь вежливо постучали.

- Малыш, открывай, хуже будет! – приглушённо донёсся ласковый голос.

Андре отскочил от входа в кабинет. «Нет уж, так просто я не дамся!» Он принял форму гуля и, поднатужившись, поднял над головой тяжёлое кресло бывшего полковника. «Ну, давай, заходи теперь!» - злорадно подумал парень, замерев в ожидании перед дверью.

Уэст задумчиво посмотрел на дверь, проверил обойму. «Потратился я.. Три на вход, один на гончую, а теперь ещё на эту столько же потратить придётся… Жалко дверь, такое дорогое дерево… А, проклятье! Всё рано уже не посижу на своём месте!» И он выстрелил несколько раз в замок. В кабинете что-то загрохотало. Фаг удивлённо приподнял бровь, осторожно толкнул рукой дверь… Никого. Справа от входа валяется перевёрнутое кресло. И кровь, капли крови на полу. А дальше широкая дорожка, словно кто-то протащил здесь окровавленную тряпку.

Фаг оскалился в улыбке.

- Что малыш, что-то пошло не так?

Ах, какое же наслаждение доставляла ему эта фраза. «Какой сегодня удачный денёк, всё-таки! И плевать, как он закончится, нужно получать удовольствие от настоящего момента.» Насвистывая песенку «Жил-был у бабушки старенький зомби», он обошёл свой тяжёлый письменный стол. Там, в самом углу кабинета, возле крутобокого горшка с фикусом лежал Андре. Смертельно бледный, часто дышащий, зажимающий руками рану в боку.

Фаг присел на краешек стола.

- На три вещи можно смотреть бесконечно: как горит огонь, как течёт вода и как умирает твой враг, - бывший полковник улыбнулся над собственной шуткой, не дожидаясь реакции парня. – Ну как, Андре, ты доволен своей жизнью? Самое время подвести итоги, тебе так не кажется? Молчишь, только глазами сверкаешь. Ух, какие вы все патетически гордые становитесь на пороге смерти! Мол, нам теперь нечего терять! Это конечно да, если вы всё сделали правильно, добились чего хотели… А если нет?

Уэст вдруг зло зашипел:

- А если всё было впустую, или всё стало только хуже, после ваших действий, каково вам будет умирать, а? Благородные, самоотверженные рыцари в сияющих доспехах! Расскажите, что вы почувствуете, если в конце концов, перед самой смертью увидите, что ваша броня заляпана чужой кровью, а страна, которую вы якобы спасали от дракона, лежит в руинах?!

- Что за бред ты несёшь, Фаг? – через силу каркнул Андре.

- Да это так, аллегория, - вернулся к своему обычному спокойному тону бывший полковник. – Если ты знаешь, что означает это слово. Просто, малыш, ты не видишь, что ты натворил. Но я тебе расскажу, я не откажу себе в такой мелочи, как увидеть в твоих глазах вместо этой вшивой наигранной гордыни – отчаянье, страх и безнадёжность.

Андре только усмехнулся, прилагая все силы, чтобы усмешка не вышла жалкой.

- Веселись-веселись, посмотрим, кто ещё посмеётся последним. Итак, что ты хотел? – голос Фага преисполнился пафоса: - Свободу не-мёртвым! Незамутнённые мозги гражданам Юсы! Смерть Уэсту Фагу! Да?

Он лукаво улыбнулся, и воспользовался даром из мозга Оракула.

- А что вышло? Зомби по-прежнему в корпусах РЗ. Вот только они там теперь не работают, а просто гниют. И их больше не подкармливают бульоном, они лишены и той малости разума, что получали за работу. И производство стоит. Машиностроение, металлургия, оборонная промышленность… Производственные мощности резко упали, сопутствующие предприятия встали, безработица, голод. Фишка Юсы на мировой арене пошатнулась, больше в нас нет той экономической стабильности, что привлекала остальные страны. Наша валюта обесценивается, что ещё больше усугубляет кризис. Волна проблем катится как снежный ком, и катится, и катится.. Подминая простых людей. И всё благодаря тебе, - Фаг снова радостно оскалился. – Кому ты помог, малыш? Кому стало лучше? И ладно бы ты только жителям Юсы будущее обговнял. Мир был в относительном за годы устоявшемся равновесии. А теперь один из грузиков изменился, полегчал, сдвинулся в сторону и всё! Вся система нарушилась! Ты хоть представляешь, как сейчас начнёт трясти мир?!

Фаг перевёл дыхание.

- А «Грис»? Запретный плод, он никогда бы не обрёл такую популярность, если бы не твоя «анти-реклама» по ТиВи и в Паутине. Цены взлетели, он стал уделом избранных, богачей, верхушки власти, золотой молодёжи. И беднота, в надежде хоть в чём-то походить на своих кумиров, теперь тратит последние гроши на препарат. Спасибо, Андре, от всего сердца, спасибо!

- Ну что, легче умирать стало? – Уэст откровенно издевался над парнем, так легко поддавшемуся внушению.

А тот уходил всё глубже в себя, закапываясь в душу, срывал коросты, успевшие нарасти, пока он делал из себя «настоящего хозяина». Ради того, чтобы достать Фага, Андре сознательно шёл на любые жертвы. И каков итог? Он бросил на алтарь мести и самого себя и своих друзей. Исковерканная огрубевшая душа, погибшие второй смертью Мэри и Джим… Не говоря уж об остальном, если Фаг всё-таки прав. Стоило ли оно того? Сейчас, раненый, валяющийся на изгвазданном собственной кровью полу, Андре начал сомневаться. Вкрадчивый голос Фага змеёю вползал в уши, всколыхнув в воспоминаниях нужные факты, чтобы уже сам Андре представлял ужасающие последствия своей войны с Корпорацией Быстрого Развития. «Да, Фаг прав, он всё верно говорит. Что же я наделал, Господи Иисусе! Как бы я хотел всё изменить! Я не хочу умирать, я могу ещё всё исправить!»

Парень посмотрел на Фага уже с мольбой, уже открыл рот, чтобы просить прощения, умолять пощадить, оставить в живых… Уэст позволил себе едва-едва усмехнуться. Но Андре заметил это движение губ, и будто сработал предохранитель, отбрасывая наваждение голоса бывшего полковника.

«Струсил, передумал в последний момент?! Не-мёртвые не раздумывая пошли ради меня на смерть, а вот мне такая цена вдруг показалась велика?» - Андре закашлялся, на губах выступили кровавые пузыри. – «Да, минусы у моих действий есть. Это неизбежно, как и говорил Джим, за всё нужно платить. Но пусть через крах, Юса переродится. Пусть зомби сейчас впустую разлагаются на заводах, но теперь о них говорят, о них думают. Они уже не останутся бессловесными рабами, как раньше. Обидно только, что я больше ничего не смогу сделать. От меня теперь уже ничего не зависит. Я и раньше-то мало что мог противопоставить Фагу, а сейчас тем более. Даже как-то задержать его не могу…» - Андре скосил глаза. Внизу, у подножья здания конторы Косильщиков, собиралась толпа. Мигали синим и красным патрульные автомобили копов, бросая отсветы на пятнистые грузовики национальной гвардии и сине-чёрный вертолёт. Машины казались островками в людском волнующемся море: толпа не хотела упустить возможность устроить суд Линча над убийцей полицейских и осквернителем умерших родственников. «Они все уже здесь, Фагу теперь никуда не деться. Это должно меня радовать.» - Андре горько рассмеялся, плюясь кровью.

- Что я смешного сказал, щенок?! – рявкнул Фаг, спрыгивая со стола на пол. Внушение дало сбой, упрямый парень и тут оказался сильнее духом.

Его злой, и вместе с тем испуганный вид, развеселил Андре ещё больше. «Он ведь тоже боится! Боится меня, потому что не понимает, и боится будущего, потому что знает, что его ждёт!»

- Тебе конец! Посмотри вниз, за твоей головой выстроилась очередь! Даже твои Косильщики ловят тебя! Убьёшь ты меня или нет – уже не важно, всё кончено, я всё равно победил!

Уэст на мгновение скосил глаза, но тут же вскинул пистолет. И оскалился в улыбке.

- Возможно, я сейчас тоже сдохну. Но знаешь, в чём между нами разница, малыш? Я увижу твою смерть, а ты мою нет!

Послышался тяжёлый топот, словно по коридорам конторы нёсся бизон.

Дверь в кабинет резко распахнулась, шмякнулась об стену и повисла на одной петле. В проёме возникла грузная туша свободного зомби, иссечённая пулями, изодранная осколками, без левой руки, но чёрные брови Джима были по-прежнему решительно сдвинуты.

Время, до сих пор живущее по собственным законам, вдруг решило подыграть Андре, сделав прощальный подарок. Он увидел всё чётко, будто смотрел фильм по кадрам.

Фаг коротко оглядывается через плечо.

Джим делает шаг к нему.

Фаг целится в Андре.

Джим размахивается цепью.

Палец Фага давит на спусковой крючок.

Тяжёлый конец цепи Джима летит в голову Фагу.

В последний миг на Андре снизошло удивительное спокойствие, и он подумал:

«Интересно, кто успеет раньше?»

Часть V. Глава 6

Глава 6

Стальное звено ударило в висок Фагу. Скользнуло по черепу, сдирая скальп.

Пуля разорвала ухо Андре и ушла в стену.

Бывший полковник развернулся, отшатнулся, прижавшись лопатками к стеклу панорамного окна.

Джим размахнулся снова, набирая ход.

Удерживая пистолет двумя руками Уэст Фаг прицелился и выстрелил. Глаз свободного зомби лопнул. Тело сделало ещё два шага, врезалось в Фага. Стекло пошло трещинами, продавилось и вывалилось вместе с рамой. Фаг закричал, падая спиной в пустоту, увлекаемый тушей Джима.

Внутри головы Андре что-то щёлкнуло и мир сменил режим. Зазудела кожа на макушке, пропуская растущие изнутри три костяных гребня, затем разорвались рукава пиджака, толстые обезьяньи руки обзавелись короткими чёрными когтями. Андре вонзил их в пол, подтянулся, таща себя к краю, к жаркому ветру, разбрасывающему бумаги со стола.

Под его завывание молодой хозяин высунул голову. У подножья небоскрёба толпа обступила кровавое месиво, в которое превратились Фаг с Джимом. Не разобрать, где один, а где другой.

«Всё. Теперь можно отдохнуть.» – Мир вернул яркие краски. – «Моя битва окончена, можно расслабиться. Вернусь в Смоллтаун… Интересно, можно сделать собаку-зомби? Или корову? Не хочу подчинять разумных существ, и с живыми иметь дело не хочу..»

В коридоре послышался топот многочисленных ног. Парень перевернулся на спину, приподнялся на локтях.

Сине-чёрные жуки заполонили кабинет Фага, защёлкали затворами автоматов. Лазерные целеуказатели замерли на окровавленной голове Андре. В наступившей тишине отчётливо прозвучали тяжёлые шаги. Косильщики посторонились.

Человек, которого парень сначала принял за Джима в костюме, остановился рядом с ним.

- Метиас, - тихим, задыхающимся голосом сказал толстяк, - медиков сюда, срочно.

Замолчал, клокоча мокротой и закончил: - Нужно привести в порядок твоего будущего заместителя.

Вологда, январь 2009 – февраль 2010 --- Москва, январь 2019