Сновидец

Глава 1

Он часто снился мне во снах. Такой красивый и эротичный. Хищный взгляд изумрудных глаз, растрепанные каштановые волосы. Белая мокрая рубашка прилипла к телу, выставляя напоказ кубики шикарного пресса. Я облизываюсь от столь чудесной картины и продолжаю осматривать ее дальше. Руки расстегивают кожаный ремень, раздается звук от соприкосновения язычка и металлической пряжки. Кожаная змея отползает вбок. Еще чуть-чуть...

Из грез меня нагло вытащил противный будильник. Школа! Как же я ее ненавижу! Подорвать бы ее ко всем чертям, все только рады будут этому «печальному» происшествию. Палец провел пару раз по сенсорному экрану, и в комнате стало тихо. Так-с, что у нас в мире нового? По привычке я зашла на свою социальную страничку и стала просматривать новости. Куча картинок с котятами и кофе; ядовитые посты про злое утро; новые слухи с сотнями комментариями. И когда люди только успевают вступить в эти интернет-баталии и потроллить друг друга? Будто они совсем не спят, везунчики - не то, что я. Меня только мягкой подушкой с теплым одеяльчиком помани - и через пять минут уже десятый сон видеть буду. Эх, почему нельзя навсегда остаться в стране Морфея? Особенно тогда, когда ты можешь встретить там одну особенную персону... Мысли вновь вернулись к просмотру занимательных ночных картин. Какой же он... идеальный...

Но дальше фантазировать мне не позволили. Телефон пискнул, оповещая о новом сообщении. Я со злостью тыкнула на появившуюся единицу. Оказалось, что «спасибо» нужно было сказать моей единственной подруге-однокласснице Рите.

- Ты идешь на первый урок? - спросила та.

- А есть причины не идти? Четверть ведь только началась.

- Просто не хочу идти. Зависли бы в какой-нибудь кафешке.

Я посмотрела на часы - 7.50. Урок начинается через час. И какое же кафе работает так рано?

- Скажи тогда уж прямо, что вообще сегодня не хочешь в школу.

- Хаха, ты просто читаешь мои мысли! - откликнулась подруга. - Так что?

- Не, давай через недельку-другую. Сделаем себе репутацию примерных девочек, а потом и прогуливать не страшно. Давай, собирайся! Если хочешь, могу зайти за тобой.

- Угу, - согласилась Рита и отправила печальный смайлик.

- Тогда позвоню, когда буду возле твоего дома, - отправила я и заблокировала телефон.

Сейчас нужно собраться побыстрей, не хочу опаздывать, а потом выслушивать выговор от Анны Петровны. Одно воспоминание о чванливой учительнице периода СССР заставило меня передернуться, как от ужасного кошмара. Все, все, хватит думать, пора в душ! Соскочила с кровати и направилась в ванную. Проходя мимо зеркала, показала своему отражению язык. Мама и так не одарила чудесной внешностью, а с утра пораньше с этими грязными русыми паклями еще уродливее выгляжу. Я попыталась скорчить милую рожицу, быстро замигав большими серо-голубыми глазками, но это ситуацию не спасло - только назло себе рассмотрела красный назревающий прыщ на подбородке. Тут же вспомнилось, что и косметика на исходе, нужно вскоре идти новую покупать. Эх, тяжела судьба подростка, ой как тяжела.

Но после всех утренних процедур жизнь на удивление постепенно стала налаживаться. Для полного счастья не хватало только кружки крепкого ароматного кофе. Я радостно замурчала себе под нос и пошла на кухню, чтобы сварить кофе. Размолоть зерна, засыпать порошок в емкость, налить воды, нажать кнопку и вуаля - через несколько минут в руках чашка вкусного с горчинкой напитка. Спасибо прогрессу, от растворимого уже давно тошнит. А некоторые еще кофе и сахаром засыпают! Ладно бы одну ложку, а некоторые и две, и три могут добавить! Бе, как эту сладкую гадость пить вообще можно. Как хорошо, что эта дурная привычка осталась у меня в далеком прошлом.

Пока я делала бутерброды с сыром, в кухню вошла заспанная мама.

- Ты почему так рано встала?

Она работала редактором в журнале, поэтому на работу приходила в десяти. Вот везет же человеку! Не то, что мне - к восьми или к девяти в школу постоянно.

- От запаха кофе и мертвый из могилы встанет.

Я ухмыльнулась. Привычка к горькому кофе у нас с мамой одна на двоих. Именно она открыла мне столь замечательный вкус. Иначе... Я вспомнила, как еще пару лет назад любила добавлять всякие карамельные сиропчики, и меня передернуло.

- Спасибо, мам.

- За что? - удивилась та. - Ты случаем не заболела?

Я улыбнулась и отрицательно помотала головой. Взглянула на часы, вот черт, так ведь опоздаю! Наспех проглотив бутерброды, побежала одеваться. Выудила из шкафа любимые зауженные джинсы и красный мягкий свитер. Вообще я очень люблю красный всех оттенков. Мама только и делает что ворчит, когда купленная мной обновка в очередной раз кораллового или малинового цвета.

Пихнув в сумку стопку тетрадей и ручку с карандашом, посмотрела на часы и выбежала в коридор. Опаздываю, опять опаздываю! Почему я никогда не соберу вещи с вечера? Вот ведь ленивый колобок! Сколько себе не говорю, все всегда одно и то же. Быстро вдела ноги в старые кеды, накинула кожанку, тоже красного цвета, и открыла дверь. Наспех преодолела ступеньки всех пяти этажей и вышла на улицу. Тут же запиликал телефон, на его экране замигала смс: «Ты где?» До урока оставалось десять минут. Обреченно вздохнув, написала Рите, что опаздываю и не успею зайти за ней. Подруга ответила недовольным смайлом. Понятно, обиделась - ничего, разберемся. Бросив очередной взгляд на время, я чертыхнулась и побежала.

Всеми фибрами души я надеялась, что прошлогодняя привычка бегать по утрам в школу наконец-то исчезла. Но не прошло и недели с начала учебного года, как она вновь решила вернуться. Ну, бегать в сентябре не так уж и плохо, если, конечно, не льет дождь. По крайней мере, на улице прохладно - не жарко и не чертовски холодно, как в январе, а еще можно полной грудью вдыхать вкусный запах осенних листьев. Но легкие не поддержали моего запала и вскоре начали гореть огнем. Да, давненько я не бегала. Пришлось перейти на шаг. Все равно уже опоздала, так куда спешить?

Школа встретила меня относительной тишиной. Уроки уже начались, поэтому идти по пустым коридорам было немного неловко. Я надеялась, что никто из учителей не застукает меня - идти к директору не хотелось, выговора одной Анны Петровны будет вполне достаточно. И пока судьба была на моей стороне, я завернула за угол очередного коридора и резко остановилась. Около учительской ко мне боком стояло двое: Анна Петровна и еще какой-то высокий парень. Почему-то он мне показался смутно-знакомым. Может, из параллели? В любом случае мне повезло. Учительская была на том же этаже, что и мой класс, только вот это было правое крыло коридора, а мне нужно левое.

Как можно тише я прошмыгнула мимо парочки и побежала к нужному кабинету. В классе стоял привычный шум. Предугадывая реакцию одноклассников, злорадно ухмыльнулась и повернула ручку. От маленького скрипа вдруг стало тихо, как на кладбище. Для нагнетания обстановки подождала еще какое-то время. Потом со смехом открыла дверь и показала всем язык.

- Ну, ты!

- Светка!

- Дура! Зачем так пугать!

Одноклассники еще немного побухтели и успокоились. Я весело прошла к своей парте, за которой сидела Рита и недовольно прожигала меня взглядом.

- Прости, прости, прости, тысячу раз прости! - извинилась я, вытащив тетради из сумки. - Ты же знаешь, что я могу опоздать. Прости!

- Я вообще не хотела идти в школу, думала, что мы прогуляемся вместе - хоть что-то хорошее.

- Ну давай я тебе куплю вкусняшку в качестве извинения, пойдет? - я жалобными глазами посмотрела на подругу.

- Тогда с тебя шоколадка, - улыбнулась та, обиду Рита держала обычно недолго.

- Ты лучше скажи, почему Петровны до сих пор нет? Я видела, она разговаривала около учительской с каким-то парнем? Что-то произошло?

- Я сама до конца не уверена. Но пока тебя не было, тут шептались, что к нам перевелся новичок.

- Так уже ведь неделя прошла с начала четверти! - удивилась я.

- Ну, видимо были какие-то проблемы. Может, болел человек или что. Кстати, ты сказала, что видела парня рядом с Петровной. Наверное, это и есть переведенный ученик.

- Вполне возможно. Вот только странно. Он показался мне почему-то знако...

Договорить я не успела, гул в класс внезапно стих. Дверь скрипнула, и в кабинет вошла учительница.

- Извините, что опоздала. Вы, наверное, слышали, к вам перевелся новый ученик. Нужно было кое-что уладить с документами, - Анна Петровна подошла к своему столу. - Стас, заходи.

Когда парень встал рядом с учительницей, я не поверила своим глазам. Я до сих пор сплю или что? Почему мой ночной идеал стоит прямо здесь? Что, черт возьми, происходит?!

Глава 2

Я внимательно осмотрела новичка. Те же каштановые волосы, слегка вьющиеся, те же прямые строгие черты лица, те же хищные изумруды в оправе черных ресниц. И тут, поймав его хмурый взгляд, я быстро опустила лицо, прикрываясь волосами и чувствуя, как алеют щеки.

Почему он так зло посмотрел на меня? Может, это просто глюки от недосыпания? Я вновь подняла глаза и посмотрела на парня. Он спокойно стоял и переводил взгляд от одного человека к другому, осматривая весь класс. Ну, конечно! Надо же было себе что-то накрутить! Он просто новичок, никого здесь не знает, вот и осматривается. Если приглядеться, то не так уж он и похож на мой идеал из снов. Нет, схожесть определенно есть, но это не он. У этого парня есть родинка на щеке под глазом, да и сам разрез глаз другой и губы потоньше будут. Да, это все недосып и глюки. Нужно больше спать. Вот как приду со школы, так сразу в мягкую кроватку...

Пока я утопала в своих мыслях, не заметила, что Стас произнес вступительную речь, где вкратце что-то рассказал о себе.

- Как вы поняли, ребята, из-за болезни Стас не смог прийти на занятия раньше. Поэтому, надеюсь, вы все ему покажете и расскажете, - Петровна оглядела класс. – Садись за третью парту среднего ряда. Там сидит Миша, он умный мальчик. Все тебе объяснит.

Стас кивнул и направился к своему месту. Вот черт. Сегодня, и правда, не мой день. Ну почему это должна быть соседняя парта? Исподтишка я проследила, как Стас сел справа от меня и стал доставать тетради. И все же сходство есть. Ну и что? Вон сколько моделей-красавчиков и похожих, и самых разных. Да и вообще нас, людишек – семь миллиардов. Ничего странного в том, что можно встретить человека, воплощающего твой идеал. Ничего странного...

Я не сразу поняла, как мое подглядывание заметили. Стас внимательно на меня смотрел. Вот ведь дьявол, попалась! Я тут же уткнулась в тетрадь. Ничего не было, ничего не было. Мне просто стало любопытно. «Любопытной Варваре...» - сразу вспомнились слова известной поговорки. В груди закипела ненависть в себе. Как можно быть такой дурой?

Мое внутреннее раздражение, видимо, как-то вылилось наружу, и Рита тихо пихнула меня в бок.

- Свет, с тобой все нормально?

Я попыталась улыбнуться, но на это действие подруга только больше ужаснулась. Да, актриса из меня никудышная.

- Все хорошо. Я тебе после урока расскажу, - тихо прошептала, чтобы Петровна не заметила.

Последняя же, вместо того, чтобы вести урок алгебры, распиналась про важность знаний и скорые экзамены.

- Вы поступили в десятый класс. Не думайте, что если в этом году ничего сдавать не надо, то и учить ничего не нужно. Одиннадцатый класс весь уйдет на подготовку к ЕГЭ. И чем раньше вы начнете готовиться, тем лучше будет для вас...

Кажется, будто эти нравоучения записаны где-нибудь в журнале. И для каждого учителя прочитать их в начале года – святая обязанность. Когда надоевший бубнеж закончился, Петровна стала объяснять значение скучных и одинаковых, на мой взгляд, формул. Когда прозвенел звонок на перемену, я даже приятно удивилась. Мне уж казалось, что я попала в ад, который никогда не закончится.

- Следующий урок здесь же? – грустно протянула Рита.

- Угу, сдвоенная алгебра.

Я посмотрела вправо и увидела, как чуть ли не половина класса столпилась около соседней парты. Конечно, все хотят познакомиться с новичком. Это ведь так интересно узнать о нем: что, да как, да почему. Внутри проснулось спящее раздражение.

- Рит, пойдем, прогуляемся. Я расскажу, что произошло.

Мы встали и направились к выходу. Напоследок я кинула взгляд в сторону Стаса. За шумевшими одноклассниками его даже не было видно. Почему-то стало обидно. Ну и что, что он похож на мой идеал? Будто у других девчонок нет своего идеала красоты. И совсем не обязательно, что у всех он должен быть разным.

На перемене в коридорах всегда было шумно, поэтому мы пошли в туалет. Пусть тут тоже бывали люди, но здесь хотя бы можно было спокойно поговорить. Рита уселась на подоконник, а я устало прислонилась спиной к стене.

- Ну, что? Давай рассказывай.

- Это все такой бред! Ты просто не поверишь, - подруга укоризненно на меня посмотрела.- Ну ладно, ладно. В общем, ты помнишь, я тебе рассказывала про своего красавчика из снов?

- Угу.

- Так вот, этот красавчик сидит у нас прямо в классе.

Сказать, что Рита удивилась – ничего не сказать. Ее нижняя челюсть опала, а глаза увеличились в размерах.

- Что?! Стас Брунский тот самый?!

Я только усмехнулась, глядя на смешное лицо подруги.

- Ну, самый или не самый – не знаю. Но вот то, что похоже выглядит – это да. Я сама в шоке была. Ни жива, ни мертва сидела. А главное! Когда он стоял возле учительницы и рассматривал весь класс, то на меня так зло зыркнул. Но сейчас не знаю даже, может все это я напридумывала. Он ведь меня впервые видит, как тогда может злиться?

- Мда, вот же история какая интересная выходит. А может ты просто с первого взгляда влюбилась в Стаса, вот и заидеализировала его? – насмешливо подмигнула Рита.

- Ну какая влюбленность, черт тебя дери! Да мне он даже сегодня снился!

- Ого-го! А вот с этого момента поподробней...

- Да ну тебя! – улыбаясь, я шлепнула смеющуюся подругу по коленке.

Звонок зазвенел внезапно. Мы обе тяжело вздохнули и пошли обратно в класс, досиживать скучный урок алгебры. Впрочем, остальные три урока тоже не были особо интересными.

Все это время я не могла перестать наблюдать за Стасом – до сих пор плохо верилось в его реальное существование. Я вспомнила, как первый раз увидела его возле учительской. Вот что было странно: он стоял боком довольно далеко, лица его не было видно, но, тем не менее, этот парень все равно казался таким знакомым. Мыслей о зеленоглазом красавчике из сна тогда даже не возникло, это было что-то другое... Будто я его уже видела в реальности. Нет, это бред какой-то выходит, если не перестану себя накручивать... Да, нафантазирую до такого сентиментально-махрового уровня женского романчика, когда героиня встречает парня, которого разлучили с ней в детстве, но она этого не помнит и бла-бла-бла. Аж в дрожь бросает от этой приторности!

Все эти мысли порядком меня подбешивали. Я уже пожалела, что утром не разделила Ритину идею прогулять. Хотя какая разница? Завтра все равно бы узнала об этом Стасике. А этот Стасик, черт его дери, оказался довольно популярным – перезнакомился уже со всеми, ну почти со всеми, девчонками нашего класса. И всем он так смазливо улыбался, что мне тошно стало от этой его дружелюбности. Сами девочки тоже стали меня бесить, на наших парней, значит, им абсолютно плевать, но стоит внезапно появиться новому красавчику, то все – один марафет, да флирт на уме.

К концу уроков, кажется, только одна я стоически держала оборону, даже Рита успела переброситься парой слов с новичком. Пусть знакомство знакомством, но любопытные взгляды я бросать не перестала. Парочку раз Стас это даже заметил, но никак не отреагировал. В свою очередь я быстро отводила взгляд, чувствуя, как щеки опаляет жар, и пыталась сделать серьезный вид, что занята. Не знаю, как это выглядело со стороны, даже если и смешно – мне плевать. Наверное, он подумал, что я какая-нибудь стеснительная дурочка. Впрочем, со вторым он бы не прогадал, что есть – то есть. Мне хотелось взвыть от обиды на себя, и почему я не могу вести себя как обычный человек? Забыть про глупые сны, будто их и не было, и жить обычной жизнью шестнадцатилетнего подростка. Но нет, светлый ум Светланы работает без перебоев, словно вечный двигатель, постоянно разрабатывая сумасшедшие идеи.

Домой я добиралась полностью разбитая и вымотавшаяся. Мозг кипел и требовал небольшой передышки хотя бы на пару часиков. Скинув только верхнюю одежду, я задернула шторы, впуская темноту в комнату, и забралась на кровать. А теперь только сон, сон и сон. Все остальное подождет.

Но, как это всегда и бывает, остальное никогда не ждет, подкидывая очередную подлянку. Во сне снова был он. И, как мне показалось, выглядел еще лучше. Хотя куда лучше? Мы сидели за столиком в шикарном ресторане. Из окна просматривалась чудесная панорама ночного города. Где-то в стороне играла живая музыка, услаждая слух красивыми сонатами. Я взглянула на свой идеал, сидящий напротив. Сегодня он выглядел иначе: разрез глаз немного изменился, на щеке появилась родинка, а губы стали тоньше – ну точно Стас, теперь-то можно не сомневаться. Он пронзительно смотрел на меня, ничего не говоря. Потом поднял бокал с красным вином, сделал глоток и улыбнулся. Я повторила его действие в точности. Ну и какая разница, что мы не совершеннолетние? Во сне можно все. Я продолжала жадно пожирать парня глазами. Белая уже знакомая мне рубашка, только на это раз с закатанными рукавами, на запястье дорогие часы, каштановые волосы все в том же беспорядке. Его хищный взгляд так же не отрывался от меня. Сколько мы так сидели, ничего не говоря? Казалось, здесь совсем не нужны были слова. Только вино, ночь и мы.

На губах расцвела заигрывающая улыбка. Он такой красивый, такой недоступный и даже чем-то опасный. Моя рука, выгибаясь словно змея, медленно поползла по белой скатерти в направлении Стаса. Прикусив нижнюю губу, слегка сощурила глаза, наблюдая за его реакцией. Он ухмыльнулся и накрыл своей большой теплой ладонью мои пальцы. По спине в тот же миг пробежала стая мурашек. Хотелось, чтобы этот миг никогда не заканчивался.

Прежде чем ко мне пришло осознание ошибки, с губ сорвались первые за все время знакомства слова.

- Стас... - я будто пробовала его имя на вкус. – Стас... - смаковала его, как вкуснейший фрукт.

Тут же блеск прекрасных изумрудов потух. Черты лица исказились, выражая отвращение к происходящему. Между бровями залегла глубокая складка, губы сжались в тонкую нитку, а крылья носа зло затрепетали. Внутри зародился страх, расползаясь ледяными волнами по всему телу. Этот человек, сидящий напротив, жутко пугал. Он походил на рассвирепевшего хищника, который сейчас растерзает свою жертву, порвет ей глотку, распорет грудную клетку, выдерет когтями сердце и сожрет его. Внезапно Стас вскочил и со всего размаха опрокинул стол. В приступе паники я закричала, выпуская из легких весь воздух. Слезы заструились по щекам, и я открыла глаза.

Темнота. Моя комната. Просто моя комната. Я тут же села на кровати, пытаясь осознать происходящее. Это был сон? Сейчас я уже была ни в чем не уверена. Глубоко дыша, пытаясь восстановить дыхание, зажгла прикроватный светильник и взглянула на часы. Два часа ночи. Неужели я столько проспала? Словно в подтверждение моих мыслей громко заурчал недовольный желудок.

Стараясь не разбудить маму, я тихо прошла на кухню. Два яйца, молоко, колбаса – и омлет по особому ночному готов. Пока еда медленно исчезала, я не прекращала думать о сне. Что это вообще было? Создалось ощущение, будто Стас реален, будто не сон перешел в реальность, а все совсем наоборот. И что с ним произошло? Я просто назвала его по имени... Просто назвала... Вот дьявол! Вот черт! Выходит, за все те два года, что он мне снился, мы с ним и словом не обмолвились! И тут стоило Стасу появиться передо мной, как во сне внезапно появился звук, и немое кино закончилось. Мда, вот это поворот. И почему он так негативно на все среагировал? Меня ведь на самом деле схватила жуткая паника, будто и не сон это вовсе был. Странные вещи стали твориться вокруг. Нужно будет завтра внимательнее присмотреться к Стасу, понаблюдать за его реакцией.

Внутри предательски заклокотало чувство тревоги. Вот чувствую, неспроста все это, ой как неспроста. Но развивать думы в дальнейшем направлении совершенно не хотелось. Последний кусочек омлета был съеден, чай допит, пора бы и поспать. Сонливость проснулась с новой силой, я пару раз хорошенько с наслаждением зевнула и поплелась обратно в комнату. Надеюсь, в этот раз Морфей сжалится надо мной и пошлет усталому мозгу розовых пони и милых котиков. Переодевшись в мягкую плюшевую пижаму, я укуталась в теплое одеяло и вновь заснула.

Глава 3

Горячий сухой ветер приветственным поцелуем опалил мои потрескавшиеся губы, а неистовое солнце ослепило глаза, заставляя сощуриться. Под ногами лежал песок, я согнулась и, взяв обжигающую горсть в руку, развеяла ее по ветру. Лютиция. Как же давно меня здесь не было. Взгляд обвел бескрайние просторы, оживляя уже почти забытые воспоминания. Вдалеке почти со всех сторон горизонт закрывали бурые горы, то сплетаясь в единую цепь, то разрывая ее на мелкие островки. Чуть ближе безжизненная земля вздымалась неровными холмами, подобно плящущим морским волнам. Изредка встречались мелкие, на первый взгляд совсем засохшие, кустарники, которые упорно пытались выжить, въедаясь своими колючими лозами в засушливую землю.

Мои ноги сами понесли меня в нужном направлении по невидимой, но давно проторенной дороге. В небесной вышине надо мной парили хищные беркуты, в ожидании вкусной жертвы. Однако страх обходил стороной - они меня не тронут. Так было и ранее. Когда в последний раз я посещала Лютицию в своем сне? Наверное, прошло уже лет пять, а может даже больше. В детстве я особенно любила играть в этом мире, столь не похожем на привычную реальность. Пусть сейчас и понимаю, что это просто горная пустыня, сошедшая с цветных картинок энциклопедии, но тогда для меня это было настоящим чудом и волшебством, сродни подарку на Новый Год.

Наконец, вдали показались первые признаки человеческих поселений. Вверх взвивался дым от костров, видимо скоро время обеда. Я ускорила шаг, чтобы побыстрее настичь когда-то любимую деревню. Интересно, как там поживает бабушка Цхвале? А этот несмышленыш-плохиш Циваль? В груди радостно затрепетало сердце, усиленно разгоняя кровь по сосудам. Беги, беги так быстро, насколько сможешь; счастье так близко – рукой подать.

Юрты окружили меня со всех сторон, удивленные и непонимающие взгляды людей облепили, словно пчелы улей. Конечно, с тех времен я подросла и сильно изменилась, кто меня узнает-то?

- Бабушка Цхвале! – кричала я, оббегая ненужные дома. – Бабушка Цхвале!

Навстречу мне вышла женщина, давно разменявшая седьмой десяток. Ее обгорелая, почти красная кожа, была вся покрыта глубокими морщинами. Узкие под нависшими тяжелыми веками карие глаза смотрели тепло и по-доброму, как и много лет тому назад.

- Света? – дрожащим голосом произнесла Цхвале и сделала шаг навстречу, чтобы прикоснуться сухой слабой рукой к моей щеке.

- Да, бабуля, это я! Света!

В этот момент внутри что-то взорвалось, будто прорвало мощную плотину, и я, прижавшись к груди немощной старухи, разрыдалась, как малое дитя. И воспоминания нахлынули с новой силой. Вот она учит меня готовить их традиционный суп Чха, а я, как дурочка, только смотрю на все это действо, ничего не понимая; здесь с доброй улыбкой ругается из-за того, что я вся такая непоседа перемазалась в муке; там она недовольно ворчит, что я долго не возвращалась в деревню, будто насовсем пропала. Картинки мелькали друг за другом, превращаясь из разрозненного калейдоскопа в единую цельную киноленту жизни. И все так бесцельно потраченное время колкой болью отозвалось в сердце.

- Я так скучала, бабушка! Так скучала!

На смену горьким слезам пришло упоительное счастье, что когда-то дорогой мне человек вновь стоит рядом и смотрит на меня с такой любовью. Я не помню, сколько мы так плакали, обнимались и смеялись, позволяя своим давно затухшим эмоциям разгореться с новой силой и перелиться через край. Потом мы долго сидели в юрте, пили терпкий травяной настой и на перебой рассказывали друг другу о событиях нашей жизни за прошедшие года.

Цхвале была женой одного из почетных старейшин клана. Все то время, сколько себя она помнила, ее судьба была неизбежно связана с этим мужчиной. Когда только Цхвале исполнилось четырнадцать, она уже обязана была стать заботливой матерью. Хорошую службу ей сослужили покладистый спокойный характер, степенная мудрость и женская хитрость. С полной отдачей заботилась она о семейном очаге, воспитывала детей и внуков, была надежной опорой и поддержкой мужа. В деревне ее уважали, часто просили помощи и совета. Но когда два года назад почетный старейшина умер, и его место занял сын, жизнь пожилой женщины сильно изменилась.

Су-Цзя хорошо справлялся с делами клана, но имел непростой характер: был упрям, вспыльчив и груб. Он часто перечил своей матери, хотя та желала ему лишь добра. Совсем недавно случилось страшное - на деревню пало проклятие: скотина стала умирать, дети - чаще болеть, еды не хватало, участились ссоры и разногласия. Цхвале советовала сыну отправиться в соседнее племя и попросить у них помощи, но тот, в силу своей излишней гордости, отказался. Су-Цзя разозлился на мать и в порыве гнева сделал недостойное – поднял руку на ту, что дала ему жизнь, а потом и вовсе выставил ее умалишенной перед своим народом. С того дня все в деревне стали обходить стороной Цхвале, косо смотрели на нее и совсем перестали просить советов. Жизнь бедной женщине стала в тягость.

Выслушав эту историю, я так разозлилась на неблагодарного сына, что была готова тут же выбежать из юрты, найти подлеца и наброситься на него с кулаками, но бабушка быстро меня успокоила. И правда, что сделает молодая девушка взрослому мужчине? Тут скорее выйдет совершенно наоборот.

- Бабушка, я обязательно придумаю, как тебе помочь. Когда приду в следующий раз… - на этих словах Цхвале заметно погрустнела. Конечно, как мне теперь верить, после стольких-то лет отсутствия?

- Я прожила долгую жизнь, Света, видела много и счастья, и горя. Я давно уже не держусь за этот мир, пусть все решает судьба. И раз на мою голову пришло столько бед – так тому и быть. Не волнуйся, внучка, я тебя повидала – вот моя радость, большего и не нужно, - Цхвале обняла меня и прикоснулась ко лбу сухими теплыми губами, - Будь благословлена судьбой, моя дорогая.

Долго еще лежала я в объятиях Цхвале, склонив голову к ее груди, в которой размеренно и медленно стучало сердце, будто отсчитывая свои последние часы.

- Баба! Баба! – закричал звонкий детский голосок.

- Ох, ты все-таки прибежал, Циваль, маленький проказник, - улыбнулась бабушка.

Я обернулась и посмотрела на симпатичного мальчугана с румяными щечками и блестящими глазами. Неужели это Циваль? Тот самый трехлетний малец, который вечно дергал меня за волосы и постоянно хныкал? Как же быстро бежит время!

- Ты помнишь свою старшую сестренку Свету? – спросила Цхвале у правнука.

Мальчик внимательно посмотрел на меня, потом радостно подбежал и обнял.

- Света, Света! Ты пришла, как и обещала! – засмеялся он. – А твой клад все еще у меня. Я его осторожно берегу!

- Какой клад? – удивилась я, пытаясь вспомнить подробности снов пятилетней давности.

- Пойдем, - мальчик дернул меня за руку.

- Ну, пошли, пошли, - согласилась я и на прощание еще раз обняла бабушку.

Циваль повел меня к другой юрте и, попросив подождать снаружи, юркнул внутрь. В ожидании я начала следить за жителями деревни. Они беспорядочно сновали от дома к дому, что-то обговаривали и подготавливали. По отрывкам из их речи стало понятно, что все готовятся к празднеству, которое должно было состояться на днях. Когда мальчик выбежал обратно, не сдержав своего любопытства, я спросила у него про скорое событие.

- Я сам не знаю, взрослые молчат об этом, - обиженно накуксился Циваль. – Они говорят только, что после у нас все хорошо будет, что все болезни уйдут, - я хотела еще что-то спросить, но мальчуган меня перебил. – Смотри, Света, твой клад!

Он протянул ко мне свою крохотную ладошку, на которой лежал старый серебряный медальон. А я ведь совсем забыла про него, хотя пять лет назад и была так счастлива, когда отец сделал столь красивый подарок. Я уже хотела забрать подвеску, но как только пальцы коснулись холодного металла, закружилась голова, и меня оглушил пронзительный нечеловеческий визг.

Я открыла глаза и уставилась на стену собственной комнаты. Сбоку противно пищал будильник. Утро? Реальность тяжелым грузом навалилась на плечи. Да, конечно, прекрасная Лютиция – просто мимолетный сон, а вот уроки – самое что ни на есть настоящее. И на что я рассчитывала? Тяжело вздохнув, стала лениво собираться в школу. Как-то жаль Цхвале, нужно будет следующей ночью хорошенько пофантазировать, чтобы в деревне наладились дела. Я пролистала новости в сети, ничего интересного не было – все как всегда. Сладко зевнув, потянулась навстречу новому дню. Если бы еще и Стас оставался только ночным идеалом, эх. Стоит с ним все-таки сегодня познакомиться, а то веду себя, как пришибленная на всю голову.

Кажется, сегодня я умудрюсь прийти во время – бываю же пунктуальна, когда надо. Радостно мурча себе под нос, набрала сообщение Рите, что зайду за ней, и, не дожидаясь ответа, вышла из дома. Солнце стояло уже довольно высоко и ласково пригревало спину, вокруг щебетали птицы. Рита жила в паре домов от меня, поэтому дойти до нее – дело нескольких минут. Завернув в соседний двор, я дошла до нужного подъезда и плюхнулась на скамейку, которая стояла тут же. Минуты шли, а кое-кто все не спешил выходить. Я уже стала гневно набирать букву за буквой, как сбоку меня позвал тоненький голосок.

- Света?

Я повернула голову и… Черт его дери! Передо мной стоял Циваль.