Akakish

Снова мёртв. Том 2

Глава 0 #л#кс## Ал###еев

…

— Л##X#, — я обернулся, услышав манящий, бархатный голос, полный нежности и тепла. — ты хорошо сегодня учился?

В дверном проёме стояла женщина, чьи мягкие длинные волосы цвета солнца были подобны шёлку, а глаза выражали бесконечную любовь и ласку. Эти чистые глаза цвета неба, в них словно таилось множество интриг, загадок и тайн, однако для меня они всегда выражали лишь безграничную нежность. Лицо и тело её было идеально утончённым, будто сошло прямиком с полотна великого художника, при этом каждая черта её лица украшена идеальным макияжем, что только подчёркивало естественную красоту и безупречность её улыбки.

Она само воплощение элегантности и очарования. И столь идеальная женщина, чьё присутствие окутывает неповторимым обаянием, моя:

— Матушка! — радостно воскликнул я, увидев на её лице добродушную улыбку. — Да, я получил сегодня СТО-ОЛЬКОО пятёрок!

Моя рука тут же полезла в рюкзак в поисках дневника, да вот только я никак не мог его найти.

И из-за того, что моей дорогой матушке приходилось ждать я начал нервничать. Сколько бы я его не проверял, но дневника там не было. Неужели я потерял его? Нет, не может быть. Я точно помню, как записал домашнее задание по математике и сразу положил его в обратно!

Так, нужно вспомнить последовательность событий.

Хм, помню, как на последнем уроке я достал дневник, чтобы получить злополучную четвёрку по математике… Доставал ли я его после этого?.. Стоп… Неужто на парте оставил?! Ох, дурья же ты башка!

Ко мне ведь в тот момент та популярная девочка подошла! Наверняка, она просто отвлекала меня, когда её «прихвостни» незаметно прятали мой дневник, дабы я вновь не получил похвалы от мамы.

Нет! Это же бред какой-то! Он должен быть в сумке! Я точно помню, как в доме листал его, чтобы выполнить домашнее задание, а затем вернул обратно!

Нервозно шастая по всем карманам и перебирая различные учебники и принадлежности снова и снова, я случайно выронил сумку. Теперь практически все учебники и принадлежности, валялись на полу. Даже карандаш, который я забыл вернуть Марии Дмитриевне, небрежно валялся, словно брошенная и никому не нужная вещь.

— Ой! — нервно воскликнул я, увидев на её лице слабую тень недовольства. — П-прости, мама, я сейчас всё уберу.

— Л##X#, — прозвучал бархатный голос, полный нежности, однако теперь он звучал немного расстроенно и разочаровано, — будь аккуратнее. А если бы это увидел твой отец? Ты не можешь позволить мне упасть в его глазах. И не называй меня столь фамильярно: ты уже взрослый мальчик. Запомни раз и навсегда, я для тебя — «матушка». Запомнил?

Она смотрела на меня тёплым и добрым взглядом, в котором прослеживалось лишь искренняя забота и желание направить на путь истинный.

От нахлынувшего чувства вины мне очень хотелось расплакаться, подобно девчонке, но я не могу. Мне нельзя плакать! Я ведь мужчина, а мужчины не пускают слёз!

— Да, матушка, простите меня пожалуйста. Это не повториться.

Мне хотелось провалиться под землю. Она надеялась, что больше не увидит с моей стороны столь глупой ошибки, так я ещё и умудрился уронить все эти вещи, которые она с такой любовью выбирала мне, на грязный пол. Позор мне.

— В этот раз прощаю, но знай — в следующий раз, если ты ошибёшься при отце, той стерве, или… — слегка пухленькие губки матери изогнулись в усмешке. — брате, я тебя накажу. Кстати, это разве не твой дневник? — сказала она, указав взглядом в сторону стола с разложенными там учебниками и тетрадками.

— А? — глупо выпалил я, осознав собственную глупость.

Я идиот! Я ведь буквально полминуты назад делал домашнее задание по русскому! Как я мог забыть, что оставил дневник не в сумке, а на собственном столе?!

— Я позже проверю твои оценки, а пока, мне нужно идти. — идеальное лицо этой безупречной красавицы расцвело, словно цветок, в румянце и милой улыбке. — У меня с твоим отцом есть одно весьма приятное «дельце».

Грациозной походкой, выходя из моей грязной комнаты, что недостойна её присутствия, матушка оставила следующие слова:

— Ах, чуть не забыла, надеюсь, хоть в этот раз твои оценки будут на приемлемом уровне. Они не должны быть ниже пяти, иначе, ты снова отправишься мыть всю посуду в качестве наказания.

— Д-да, понял, — промямлил я, расстроившись от осознания собственной никчёмности, — надеюсь, в-вы хорошо проведёте время с о-отцом.

Дверь мягко закрылась, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Вздохнув, чувствуя опустошение, я пробормотал:

— Через двадцать минут идти на дополнительные занятия… Успею ли я сделать домашнее задание? Видимо, я и сегодня не смогу выспаться…

Более того, мне, по всей видимости, придётся вымыть всю посуду в доме. А её, наверняка, скопится не мало. Блин! Эта «свинья» с её уродцем постоянно жрут, как не в себя! Вот куда они столько посуды за раз тратят!? Неужели специально это делают, чтобы насолить моей дорогой матушке?

Я должен больше стараться. Уж в следующий раз посуду буду мыть не я!

— Я не разочарую матушку… не могу… ей ведь из-за меня так больно. — тихо пробормотал я, смотря на закрытую дверь.

Наверняка, в данный момент она испытывает из-за меня нестерпимую боль. Из-за меня ей стыдно будет работать вместе с отцом и из-за меня у той свиньи появится повод посмеяться над ней.

В следующий раз она меня похвалит, обнимет и поцелует в лоб, как это было раньше.

Чёрт! Нет, не смей нюни распускать! Мужики не плачут!

Безуспешно вытирая с лица слёзы, я вновь сел за стол, принявшись писать сочинение под названием «Моя семья».

И что мне туда написать?

— Хах, н-надеюсь, на бумаге не останется следов… — прозвучал мой уставший голос, когда я обратил внимание на слегка размытые слезами буквы…

…

Впервые за ОЧЕНЬ долгое время в голове его проносилось хоть какое-то воспоминание, приносящее давно позабытые и отнятые у него эмоции…

Вокруг него была всеобъемлющая обволакивающая тьма, навевающая пронзительное чувство уныния и ужаса. Здесь не было даже намёка на запахи или на звуки, будто на само понятие шума и запаха было наложено вето. Парень не был способен ни слышать, ни видеть, ни даже чувствовать собственного тела, словно сама форма его существования сменилась на духовную. Словно он представлял из себя одну лишь душу, энергию, содержащуюся во всем живом и неживом.

— Неужели… это память… принадлежит… мне? — голос молодого парня звучал прерывисто, искажённо, поломано и совершенно без эмоций, словно говорил не человек, а робот, только начавший учить человеческую речь.

Ему было крайне сложно вспомнить, что было в начале, когда он только попал в это место, однако тот страх неизвестности, непонимание ситуации, тьма, что заставляла саму его суть дрожать чётко закрепились в его искорёженной душе. Словно напоминание, что когда-то он представлял из себя нечто большее, не то решето из воспоминаний, коим является сейчас.

И если по началу каждая секунда простого лишь существования приносила ему нестерпимый страх, боль от утери дорогих и не очень воспоминаний, то теперь даже та холодная тьма, что до мурашек пронизывала его ужасом, стала родной, привычной и незаменимой.

— И всё же… почему… вспомнить… имя… имя… имя? Оно… что? — он вновь задался вопросом, что был обмусолен им непомерное количество раз.

Буря самых разных эмоций; память о всей боли и радостях, пережитых им; амбиции, не имевшие и шанса на осуществление; люди, которыми он дорожил и те, кого презирал и даже еда, которую любил есть в одиночестве. Все эти воспоминания подверглись забвению. Нет, скорее всего, они были безжалостно и очень жестоко отняты у него с неизвестной целью, да так, что даже объяснить эту странную любовь к пандам было непосильной задачей.

Пусть он не был в состоянии даже назвать собственного имени, что было дано ему без какой-либо заботы, небольшие осколки воспоминаний и эмоций всё же смогли укрыться в самых потаённых и укромных уголках его разума.

Они вызывали в его душе множество отголосков, сомнений и рассуждений, однако это было дело давно минувших дней, месяцев, а может и лет. Теперь это далеко не та жизнь, не те эмоции, которые он так любил и презирал одновременно, теперь это лишь жалкие обрывки знаний, ничего для него не значащие…

И он бы продолжил дальше предаваться забвению, да вот только произошло то, что смогло вызвать в нём давно позабытые эмоции.

«ДИЛИНЬК»

— ###?.. — впервые за долгие годы, что тянулись словно вечность, с его стороны прозвучало удивление и… страх.

[Поздравляю! Твоя подопечная, наконец, прошла испытание!]

Всё его естество начало дрожать, в нём вновь поднялся тот ужас, который он когда-то испытывал, словно у него снова хотят отобрать нечто дорогое. Словно его жалкое существование желают сделать ещё более никчёмным.

Лишь прочитав эти слова, в нём пробудился первобытный, дикий страх от осознания, что последует за «этим». Сама его суть пребывала в панике и неописуемом ужасе.

«ДИЛИНЬК»

[Почему ты боишься? Почему ты противишься? Странно… ты давно должен был окончательно потерять своё эго… В прочем, не так уж это и удивительно с твоей-то душой. Ты — особенный.]

…

— Неужели… ты считать… кто-то… м-может… принять… «это» с честью?.. — прерывисто звучал его голос, полный страха и гнева. — Да иди ты… Нах…й!!

«ДИЛИНЬК»

[(⊙_⊙)]

«ДИЛИНЬК»

[w(°ｏ°)w]

«ДИЛИНЬК»

[(＃￣0￣)]

«ДИЛИНЬК»

[Очень грубо, однако удивительно, что тебе хватает «воли» так отвечать, да и отвечать в принципе.]

«ДИЛИНЬК»

[«Ядро» нуждается в «чистой» душе, так что я раз и навсегда отмою тебя от сего сквернословия.]

…

Глава 1 Умиротворение

Свобода… Неужели я правда наконец свободна? Так долго… так долго я находилась в заточении этого адского цикла смерти и возрождения. Мне до сих пор сложно принять, что я действительно нахожусь вне подземелья. На пороге не виднеются толпы крыс, гоблинов, зомби и других мерзких иродов.

Лишь сейчас, когда мои лёгкие впервые за долгие годы могут дышать столь чистым и вкусным воздухом, я ощущаю неведомое мной ранее умиротворение и спокойствие.

— Хаха, — из моей глотки вышел ничего не выражающий смех, а на глазах начали образовываться капли слёзы.

Раньше, когда всякий раз грусть одолевала меня, заставляя слезы течь по моим щекам, я всегда стремилась стереть их, убрать эту слабость из своей сущности раз и навсегда. Однако сейчас мне не хочется сдерживать их, мне не хватает сил для этого.

Отныне подземелье осталось позади и вместе с этим и все муки, испытанные мной. Казалось бы, такая простая мысль, однако она разрывает меня на части, затапливая сердце неудержимым водоворотом радостных эмоций.

Теперь я свободна от всей тяжести, что лежала на моих плечах. Больше нет необходимости искать долбанный выход, не нужно сражаться в непрекращающейся бойне, не нужно готовиться к предстоящим мукам. Больше не нужно подвергаться бессмысленной смерти снова и снова, снова и снова, снова, и снова… Теперь всё это лишь страшный сон, который я могу с лёгкостью забыть, словно этого никогда и не было.

Передо мной открывается грандиозное обилие перспектив и возможностей, о которых мечтать, даже и подумать прежде не могла. Мой взор падает на лучи солнца, которые я вижу впервые за долгое время, на ничем не омрачённое бескрайнее небо и на просторную зелёную равнину. Всё это, словно символизирует полученную мной свободу выбора и направления. Осталось только принять решение – куда я пойду и что буду делать в этом обширном мире.

И ничто не омрачит моё радостное настроение, полное надежд на будущее…

«ДИЛИНЬК» — словно гром среди ясного неба, прозвучало злосчастное уведомление.

[Установка системы завершена.]

— Да что теперь!? — настроение мигом испортилось от осознания, что всё далеко не так радужно, как мне бы хотелось. Тот мир, полный возможностей, который я представляла себе, начал разрушаться перед глазами. Этот невероятно громкий раздражающий звук прозвучал, словно дал мне очень жестокую пощёчину, заставив вспомнить, что мой разум, моя душа до сих пор находятся в руках этого ублюдка. Это никакая не свобода…

— Я ведь на мгновение позабыла о твоём существовании. — Я вздохнула и ощутила, как злоба поднимается во мне. — Неужели нельзя было просто исчезнуть и оставить меня в покое?!

«ДИЛИНЬК»

[Получен «Голосовой помощник»]

«ДИЛИНЬК»

[После поглощения энергии G-19 и прохождения «Тренировочного подземелья», раса, навыки, титулы и достижения подверглись изменениям.]

— Хм, что за? — недоумённо прошептала я и встревожилась из-за одного значительного изменения.

Раньше это были лишь безжизненные таблички с текстом, будто взятые из интерфейса какой-нибудь дешёвой игры, но сейчас они словно похорошели. В них появилась комфортная гамма цветов, поменялся шрифт, а также появился какой-никакой дизайн. Если подытожить, то они стали выглядеть более вычурно и безвкусно.

Впрочем, меня, в первую очередь, удивило не это. Я услышала голос, что прозвучал прямо в моей голове. Само ощущение этого весьма интимного контакта с моим сознанием, вызывало во мне множество неприятных чувств. Ощущения эти очень схожи с теми, что я испытываю при получении уведомлений. Словно меня касается нечто холодное и могущественное, звуча не где-то со стороны, а прямо в голове.

«ДИЛИНЬК»

[Получен навык – «Отвод взгляда»]

«ДИЛИНЬК»

[Получен навык – «Телепортация»]

Этот пустой, безжизненный голос, не выражающий каких-либо эмоций, продолжал пробирать моё естество до глубины души.

«ДИЛИНЬК»

[Получен навык – «Тихая ярость»]

«ДИЛИНЬК»

[Открыты новые функции: «Магазин», «Форум»]

«ДИЛИНЬК»

[Открыта профессия – «Фрагмент героя»]

— Ч-чего?! — вырвалось из моих уст сильное изумление, — герой!?

Что, чёрт возьми, означает «Фрагмент героя»?

Удивление охватило меня неспроста, ибо герой – это благородный титул, который вручают лишь самым достойным из смертных. И, что особенно впечатляет, это звание даруется не людьми, а божествами, что когда-то давно спасли этот мир от разрушения. Герой – это тот, кто несёт в своей душе добро, правосудие и спасение, олицетворяя собой идеал защитника. Однако кем же в таком случае является «Фрагмент героя»?

Я, конечно, всегда подозревала, что именно некое могущественное или же богоподобное существо похитило меня, поработило мой разум и заставило страдать снова и снова, но всё же понимать, что благородные, добрые боги способны поступать подобным образом…

Ощутив сильное уныние, я глубоко вздохнула.

Я всегда мечтала стать героем, тем, кто станет сильнейшим и тем, кто принесет конец заразе в виде демонов и монстров. Мне всегда хотелось быть похожей на человека, которого в уме я называю «Мастером» — он тот, кто рассказал мне многое о магии и мире. Он герой, которого я безмерно уважаю, мой идеал. Но несмотря на всё это, факт того, что я стала чем-то вроде героя – не приносит мне ни капли удовольствия и радости. Я, стоит всё-таки признать, никогда не обладала чертами, присущим храбрым и сильным воинам. Мне не суждено быть такой же, ведь являюсь очень трусливой, завистливой и слабой. Тем более, служить такому ублюдочному недобожку в качестве героя…

— Статус.

Имя: Лили

Профессия: «Фрагмент героя» (новое)

Титулы: «Духовное орудие» (новое), «Погибель для монстров» (изменено), «Мученик», «Убийца немертвых»

Возраст: 10 лет

Раса: Полиморф (изменено)

Сила – C+

Телосложение – B

Ловкость – A-

Выносливость – B-

Восприятие – A

Интеллект – B

Воля – 87

Мана – 101/1030

Навыки: «Полиморфия», «Тихая ярость» (новое), «Сокрытие», «Контроль нитей», «Воздушный прыжок» (изменено), «Ускорение роста волос», «Ощущение пространства», «Вкус крови», «Отвод взгляда» (новое), «Телепортация» (новое)

Снаряжение:

Достижения: «Сломленный маной», «Один против всех», «Магия – всему голова», «Дикарь», «Как рыба в воде», «Полное прохождение» (новое), «Рекорд по смертям» (новое)

Мда, как же много всего появилось, изменилось и пропало… Даже не знаю, что и думать. Появилась странная профессия «Фрагмент героя», а раса сменилась на какого-то «Полиморфа». Вот уж не думала, что вместо «Странная хрень» меня теперь будут называть в честь термопластика.

Многие навыки изменились и появились совершенно новые. Причём складывается такое ощущение, что «Отвод взгляда» и «Телепортация» принадлежали тому юноше, с которым я совсем недавно боролась насмерть.

Ладно, пожалуй, подумаю об этом и протестирую эти навыки позже, ведь сейчас у меня просто нет для этого настроения. Хочу просто спокойно полежать на траве в попытке расслабится.

Вздохнув, я закрыла глаза и улеглась на мягкую траву, которая ласкала каждую часть моего обнажённого тела. Тёплые лучи солнца мягко касались меня, согревая и наполняя спокойствием, а шелест листьев и травы, звучал словно мелодия, созданная специально меня.

Как же давно я не чувствовала этого спокойствия. Всегда приходилось что-то делать: тренироваться в попытке доказать свою значимость, постоянно учиться, ходить на дополнительные занятия, терпеть насмешки от жителей деревни, умирать, возрождаться, убивать и постоянно совершенствоваться. Мне очень не хватало этого умиротворения.

«ДИЛИНЬК»

— Дай мне уже отдохнуть! — вскрикнула я, гневно смотря на появившуюся табличку.

[Внимание! Получен квест: «Пробраться в столицу королевства: Камелар». Награда за успех: 100 духовных монет. Наказание за провал: «Ад».]

— Чего? Ад? Что это вообще за угроза такая?

Я перестала верить в бога с того самого момента, как попала в то еб…чее подземелье. Множество раз я молила его о спасении, но никто так и не помог мне. Лишь собственными силами, лишь пролитым потом, потерянной кровью и разорванными нервами мне удалось пройти последний десятый уровень. Меня не пугают угрозы вроде: «Не веришь в бога? Гори тогда в аду».

— Что за «Квест», что за «Духовные монеты»? Зачем? Что за замашки на рпг-игры?

Хотя, я может и не боюсь угрозы в виде «Ада», однако узнавать, что это такое и, тем более, ощутить это на себе, у меня нет ни малейшего желания. В конце концов, моя душа до сих пор во власти этого недобожка. Она вполне себе может заставить меня проходить и перепроходить «Тренировочное подземелье» (не смешно), так что не буду специально испытывать судьбу.

М-да, а в этот раз у меня даже не спрашивали, согласна ли я с квестом. Просто поставили перед фактом, что я должна пробраться в столицу Регналии. В прочем, я не то, чтобы категорически против. Даже если мне и неприятно плясать под её дудку. Думаю, я бы в любом случае, когда-нибудь да пробралась бы туда.

Что ж, полагаю, теперь я могу хоть и немного, но отдохнуть…

…

Спустя некоторое время, проведённое за различными размышлениями на мягкой травушке, что-то привлекло моё внимание. Мои чувствительные уши услышали чьи-то голоса, шорох травы и звонкий деревянный треск с гулким топотом копыт.

Что это? Снова какие-то монстры? Я ведь даже отдохнуть особо не успела. Хотя эти голоса не похожи на голоса гоблинов, которые напоминают скорее хрюканье свиней, да и этот звук копыт вперемешку со скрипом дерева… Неужели это какой-то невиданный ранее монстр? Думаю, стоит посмотреть, что это за животина такая.

Активировав навык «Сокрытие» и «Отвод взгляда», я начала тихо пробираться в сторону странного и неестественного звука. И вдали мне предстала просто неведомая картина. Повозка, украшенная изысканным золотым резьбовым орнаментом, величественно двигалась по просёлочной дороге. А огромные лошади с шелковистой гривой несли её на своих массивных плечах. И то, что больше всего меня удивило, – это люди в доспехах, сопровождающие её.

— Э-это люди!? — изумлённо прозвучал мой голос.

Я уже пять лет не видела живых, ходящих людей. Это точно не монстры, закованные в доспехи? Нет, это явно люди. Монстры не смогли бы сделать столь роскошную на вид повозку. Да и сомневаюсь, что они бы сопровождали её так скоординировано.

Куда они направляются? Судя по просёлочной дорожке, они, вероятно, едут в какую-нибудь деревню или город. Понаблюдаю ка я за ними. Быть может, смогу подслушать что-нибудь полезное из их разговоров…

…

Глава 2 Хищник в траве

Прячась в высокой траве, я преследовала роскошного вида повозку. Не считая кучера, её сопровождало пять мужчин крепкого телосложения. Каждый из них был закован в лёгкую кожаную броню, а на поясах у них покачивались массивные ножны, скрывающие смертоносные клинки.

Двигаясь за ними вдоль просёлочной дороги, я старалась вслушиваться во все их разговоры, в каждое ненароком брошенное предложение. Мне хотелось вычерпнуть из каждого слова, каждого движения и каждой эмоции как можно больше информации.

Пусть я родилась и выросла в этом мире, однако жила в довольно бедной деревушке, что находилась на окраине государства. Не мудрено, что до этого захолустья очень редко доходили какие-либо новости, да и тем более десятилетняя я просто не могла располагать обширными знаниями.

Так что надо наверстывать упущенное.

Конечно, в теории, я могла бы просто подойти к ним и напрямую расспросить, что и как, вместо этой странной слежки, однако не всё в этом мире так просто. Очень вероятно, что у этих массивных мужчин будут мириады вопросов ко мне — маленькой беловолосой неко-девочке инвалидке, которая ещё и по какой-то неизвестной причине совершенно голая, да ещё и вся в татуировках... Может, я и потеряла чувство стыда давным-давно, но всё же не хочется, чтобы первый контакт с людьми за долгие годы был таким… нестандартным.

А если учитывать мои алые, как кровь глаза, то у них, скорее всего, и вопросов ко мне не будет — они просто молча достанут оружие и попытаются убить меня. В конце концов, все знают, что красные глаза — это, по сути, визитная карточка всех монстров и демонов. Будет очень неприятно, если на меня объявят полномасштабную охоту. Лучше не рисковать в лишний раз.

А вот из их разговоров мне удалось выяснить следующее: во-первых, карета, повозка и охрана принадлежат довольно известному торговцу; во-вторых, в данный момент в ней находится сам торговец и его дочь; в-третьих, они направляются в академию магии; в-четвертых, у дочери торговца очень роскошного размера грудь, а одежда её прямо-таки светит ею; в-пятых, нанятая охрана совершенно не уважает его раз смеют так открыто обсуждать прелести девчушки.

Естественно, меня больше всего взволновало упоминание магической академии, а не бюст его дочери.

Хотя я бы взглянула…

Кхм…

Я ведь с самого детства питала надежды и мечтала когда-нибудь попасть в академию магии. А ведь, быть может, что в скором времени у меня будет возможность поступить. У меня хорошо развит контроль как самой маны, так и заклинаний, так что меня должны будут с распростёртыми объятиями принять туда. И даже мои алые глаза не помешают этому, ведь в мире, наверняка, существует способ или заклинание спрятать цвет моих глаз. Главное — найти его.

— Хихи, — прозвучал мой тихий смешок, полный надежд на будущее.

Хм? А это ещё что такое?

В небольшом отдалении в моих глазах расплывались человеческие фигуры, одетые в длинные мантии. Их движения казались медленными, но их фигуры очень стремительно увеличивались, что ясно говорило о скорости их передвижения. И они приближались сюда, прямо к повозке.

Путники? Потеряшки? Бандиты? Кто это?

Я пыталась разглядеть кто же это приближается к карете с торговцем, однако их мантии прикрывали все части тела, а их лица полностью прикрывались тканью. Впрочем, сам факт наличия такой скрытной одежды уже говорит о том, что у них не самые добрые намерения. Скорее всего, это разбойники, что нашли себе удобную жертву. А если учесть с какой скоростью и слаженностью они способны бегать, то они явно не слабаки.

— Приближается большая группа неизвестных! — как гром среди ясного неба, прозвучал жёсткий голос крепкого на вид мужчины. — Приготовьтесь!

В следующее мгновение я видела, как все пятеро массивных мужчин спешились, выхватили клинки, достали щиты и смело готовились отражать угрозу. Вокруг кареты и повозки же появился массивный полупрозрачный купол.

Неужто барьер?

Фигуры же в это время продолжали стремительно увеличиваться.

В следующий миг враждующие стороны столкнулись в яростной схватке. Мне отчётливо слышался срежет металла о другой, каждый взмах клинка, что намеревался оборвать чужую жизнь, рассекал воздух вместо неприятеля, либо с глухим звуком ударялся об щит.

Спустя небольшой промежуток времени пролилась первая кровь. Умер один из охранников. И это не удивительно, ведь их враги сильно превосходили числом. Фигур в мантиях ровно двадцать, в то время как защитников всего пятеро. И ежу понятно, что им не отбиться.

И что мне делать в такой ситуации? Я третья сторона, которой посчастливилось лицезреть этот акт насилия. Я здесь вообще ни при чем. Я не знаю никого из них, меня ничего с ними не связывает. Да и мне просто на просто хочется немного абстрагироваться после столь долгого пребывания в подземелье, где каждая секунда на вес золота. Не хочу драться.

В прочем, я могла бы помочь им, не принимая прямого участия в сражении. Помочь заклинаниями с большого расстояния, например, магией земли могла бы разрушать опору под ногами неприятелей или же насылать дебаффы, а в случае прямой угрозы сразу бы убежала, что есть мочи. Что-ж, к сожалению для них, есть одна большая загвоздка: маны то у меня не очень много. Более того, она уже на исходе.

Даже если бы мне и хотелось так поступить, мне бы просто на просто не хватило на это маны. Ладно, чтобы немного подсобить им, мне бы, возможно, и хватило бы, однако с какой стати я должна это делать?

Прозвучал громкий предсмертный крик одного из нападавших. Не прошло много времени и замертво упал ещё один, а за ним ещё и ещё.

Ух ты, а ведь охранники эти очень даже сильные. Несмотря на столь большую численную разницу, умудряются весьма здорово отбиваться. Если они поднапрягутся и, если удача будет на их стороне, быть может, им удастся одержать победу.

Ну-с буду держать за них кулачки, а я, пожалуй, пойду. Не очень-то мне и интересно наблюдать за ними.

И когда я уже было разворачивалась с целью уйти подальше от места битвы, мой взор заприметил нечто странное. У одной из почивших фигур сползла ткань с капюшоном, благодаря чему стала видна кожа, глаза и кое-что ещё.

— Стоп… неужто…!

Неестественно серая кожа, рога, выходящие изо лба… и глаза, ярко-красные, словно недавно пролитая кровь.

В голове появилось предположение, от которого в моей душе поднялась целая буря эмоций. Меня охватил озноб и лёгкая дрожь, а лицо невольно исказилось в злобном оскале.

— Демоны… Демоны! — прозвучал мой шёпот, перешедший в крик, полный гнева.

В моих глазах помутнело, голова закружилась, а мой живот скрутило, словно тот готовился в любой момент опустошить себя.

Мне было плохо…

Образы и воспоминания того дня безжалостно стали возвращаться ко мне. Тот день, который я, несмотря на собственное желание придать его забвению, не забуду никогда.

Звуки трескающейся от пламени древесины…

Запах дыма и крови, что нещадно проникал в мои ноздри…

Обжигающий со всех сторон огонь…

Крики людей, что отчаянно пытались спасти собственные жизни…

Бездыханное тело папы и израненное тело мамы, что из последних сил защищала меня…

И она… демон, что мучила меня пред тем, как убить…

Это демоны, злодеи, убившие моих драгоценных родителей, придавшие огню мою родную деревню и те, кто убил меня.

Не прощу… НЕ ПРОЩУ!

Во мне просыпалась ярость, которую я долгие годы в себе сдерживала. Желание сею же секунду выпрыгнуть из укрытия и покромсать всех, кто там есть, завладело мной с головой.

Убью! Я убью их всех! Покромсаю всех до единого! Изобью, выбью абсолютно все зубы, натяну мошонку им на глаза! Вырежу скальп и нассу им на глаза!

Во мне ярким пламенем горел яростный пожар, разгорающийся в глубине моей сущности. Это была ненависть и ярость, которую я долгие годы сдерживала внутри себя. Она готовилась сжечь во мне всё здравомыслие и превратить в беспощадного монстра, что может лишь кромсать, убивать и разрушать.

Нет, это не то состояние, в котором мне следует быть...

Успокойся.

Вдох, выдох…

Вдох и выдох….

Лишь спустя минуту мне удалось вернуть хладнокровие и прохладу мыслей. Я не должна позволять гневу ослеплять мой взор. Мне более не позволительно совершать глупые ошибки, ведь теперь я смертна. Больше никаких циклов.

— Фуух, — я успокоилась, наконец перестав расцарапывать колени.

Мой резерв почти полностью опустел. Тем более, у меня нет левой руки, снаряжения, камней маны, ядов и всего, что спасало мне жизнь в условиях подземелья. Я буквально сижу здесь голышом!

В случае, если я прямо сейчас присоединюсь к этой бойне, то могу погибнуть крайне глупой и жалкой смертью. И пусть я смогла утихомирить поднявшуюся во мне ярость, однако просто уходить мне не хочется. Уж слишком руки чешутся поубивать каждую тварь, что напыщенно величает себя демоном. Всех, до единого.

Месть. Сладкая, сладкая месть. Это было и есть одно из тех немногих желаний, которые я лелеяла в сердце своём все эти годы заточения. То немногое, что давало мне силы жить дальше.

Вновь обратив внимание на поле брани, я увидела, что людишки вновь начали сдавать позиции. В конце концов, несмотря даже на качество навыков и обширный опыт в сражениях, им изначально было не суждено победить превосходящего в численности противника.

Перестав тратить ману на «Сокрытие» и «Отвод взгляда», ибо в такой потасовке вряд ли кто-то обратит на меня внимание, я принялась следить за ходом битвы.

Попридержу пока-что ману, а они… Пусть людишки ослабят всех этих мерзких демонов.

И я начала терпеливо дожидаться момента, когда добыча сама себя измотает, словно хищник, притаившийся в траве…

…

Глава 3 Что происходит!?

— Тц! Тупые оболтусы!

Передо мной сидел человек, внешность которого у любого здравомыслящего человека могла вызвать лишь ухмылку и неприязнь. Хотя, при более детальном рассмотрении, сходство с человеком оказывалась весьма сомнительным, ибо он напоминал собой больше свинью, что старательно прикидывалась членом высшего общества.

Он сидел, раздвинув ноги настолько широко, словно пытался продемонстрировать своё превосходство и мнимое достоинство. Хотя таким образом он лишь позволял своему гигантскому брюху развалиться вниз, меж ног. Лицом он не привлекателен, скорее даже отвратителен. По сравнению с ним даже гоблин является эталоном красоты и элегантности.

Костюм, что по какой-то странной ошибке был надет на свинью, вместо того чтобы придавать элегантности, напоминал собой тряпку, натянутую на гигантский шар жира. Выглядит крайне нелепо. А ведь сам он гордится своим видом, будто хорошо смотрится. Смех, да и только. Надень он один лишь листик на верёвочке и то выглядел бы более естественно.

Хех, а ведь в бороде у него до сих пор висят крошки от обеда. Мерзость!

— Ингрид! — прозвучал мерзкий басистый голос, — Делай, что хочешь! Хоть жопой виляй, но чтоб соблазнила этого шкета!

— Да, отец, — ответила я, сдерживая в себе приступы рвоты.

Эх, подумать только, эта свинья является моим отцом. Жизнь бывает большой шутницей. Повезло, что мне не досталось ни одной его черты лица, иначе пришлось бы блевать и плакать каждый раз, когда смотрелась бы в зеркало.

— Чёртов недомерок, не хочет соглашаться на помолвку. Хах! Неужто не понимает, какую прибыль он теряет, отказывая мне. — жаловался он, активно жестикулируя своими пальцами-сосисками. — Согласись!

— Да, отец.

— Короче, как приедем, сразу отправишься к нему вилять перед ним своей жирной жопой! Поняла!? — произнёс он, сделав особенный упор на последнее слово.

— Да, отец…

На этом жалкое подобие диалога между нами закончилось и теперь мы ехали в полной тишине.

Ха, поскорее бы уже приехать и расстаться с этим существом.

Пребывая в некоторой задумчивости, я посмотрела в окно. Через него, сквозь золотистые шторы, украшенные цветочными узорами, проникал мягкий солнечный свет. Небольшие зелёные холмы с кустами и высокой травой проносились перед глазами. Красивый пейзаж выглядывал из окна.

Снаружи должно быть очень тепло и приятно. Хотелось бы наконец выйти из этой кареты и просто подышать воздухом на природе, ощущая на коже лёгкий ветерок и мягкие лучи солнца.

Уже пять часов едем, потому не мудрено, что всё тело затекло от постоянного бездействия. И это несмотря на крайне мягкие сиденья, набитые перьями красного перепела. А ведь они известны своей мягкостью и дороговизной. Хочется наконец размяться, походить и подышать свежим осенним воздухом.

Брр. Ну вот почему я обязана терпеть этот мороз?

Карета, в которой я в данный момент пребываю, является предметом роскоши, которая, к тому же, заполнена практически самыми передовыми магическими инструментами. К примеру, подогрев пола, защитный барьер, регулятор температуры и другие мелочи, нужные для комфортной езды. Ну и просто, чтобы хвастаться и унижать тех, кто не может себе этого позволить.

И именно из-за регулятора температуры внутри кареты холодно до мурашек, несмотря на тёплую и приятную погоду. Этому «человеку», хотя если быть более объективной, то свинье, вдруг, ни с того ни с сего стало жарко. Хах, жарко ему! С его-то холодной, расчётливой душой, не удивительно, что ему будет жарко в погоду, где любому другому было бы в самый раз.

Так я ещё и разодета, как девушка с квартала красных фонарей, а именно в чёрное платье, полностью открывающее плечи, половину груди и с вертикальным разрезом у бедра.

Носить подобное нет ни одного достаточно весомого повода. Я просто должна ходить в этом, ведь, по словам свиньи, это необходимо, чтобы соблазнить господина Жуана. И ему плевать, что Его рядом нет, и, что все, кому не лень, пускают неподобающие слухи о моём наряде и «открытости в общении».

Грёбанная свинья. Скорее всего, самому нравится смотреть на мои прелести.

Поскорее бы всё это уже кончилось.

– Хм? — в углу зрения, среди травы, мне привиделась некая белая фигура, тихо следующая за нами, словно привидение. От её движений слегка подрагивала трава. Это была маленькая, хрупкая, словно ребёнок и почему-то полностью обнажённая фигура. Что это?

И пусть я всеми силами пыталась вглядеться в белую фигуру, но каждый раз мой взор, будто опасаясь, не мог сфокусироваться на ней: она всегда оказывалась в периферии зрения.

Что это такое?

Протерев глаза тыльной стороной руки, казалось, что фигуры там и в помине не было. Сколь бы долго я не всматривалась, ничего, лишь пробегающая перед глазами длинная трава, небольшие холмики и редкие деревья, удаляющиеся вдаль.

Видимо, показалось.

Эх, от усталости уже всякая фигня мерещится начинает. Странно правда, что мне чудятся голые дети. Вроде у меня нет никаких скрытых фетишей по отношению к ним. Да и быть не может, чтобы у меня были такие же вкусы, как и у этой похотливой свиньи или некоторых «любителей».

М-да, мне обязательно нужно будет как-нибудь развеяться, а не то с таким плотным графиком и помереть можно.

Благо, скоро должна появится для этого возможность, ведь мы направляемся в Академию Морбиуса. Практически самое известное магическое училище среди союза пяти государств. И я буду одной из немногочисленных там студентов.

Пусть и не без финансовой поддержки отца…

Казалось бы, учится там будет непомерно сложно, но я считаю, что даже это будет легче, чем мои обычные дни под надзором братьев, отца и «подружек».

Поскорее бы уже заселится в общежитие и расстаться с этими людьми…

— Приближается большая группа неизвестных! Приготовьтесь! — внезапно, прозвучал приглушённый мужской голос.

Свинья, то бишь мой отец, насторожился, услышав эти слова, высунул голову из окна и спросил у старого, дряхлого кучера:

— Что происходит?

— С-судя по всему, к-к нам приближаются разбойники, сэр. — сказал он, заметно беспокоясь.

— Господин Том, — обратился к отцу один из немногочисленных нанятых охранников, — вам лучше активировать барьер и не выходить.

После этого он сразу же ушёл, приняв боевую стойку.

— Чёртовы разбойники! — выругался отец, – Нищеброды сраные, ничего кроме воровства не знают!

Пребывая немного беспокойным, отец сказал:

— Ну вот как знал, что не стоило экономить! — и вздохнул, раздражённо протирая глаза.

После этого он, послушав слова охранника, активировал барьер, что должен обезопасить нас.

Я же, пребывая в лёгком непонимании от сложившейся ситуации и чувствуя нарастающую в воздухе атмосферу, сильно занервничала.

Конечно, на торговые повозки моего отца часто нападали всякие разбойники с целью нажиться, именно поэтому он всегда нанимает сильную охрану. Однако в этот раз всё иначе, ведь дорога эта считается одной из самых безопасных и из-за этого нанимать большое количество людей было бы неоправданными тратами, поэтому в этот раз «отец» нанял пусть и сильных охранников, но совсем немного. Всего пять человек! Только лишь в самой смелой фантазии можно представить, что они справятся.

Чёрт! А ведь если они не справятся, меня ведь могут и убить. Вот чёрт! Свинью точно убьют, но меня же начнут «использовать» по-всякому. Меня будет ждать участь хуже смерти! Ну почему я такая красивая и с таким ангельским голосом!? Почему такая чистая и безупречная кожа!? Ну почему я такая фигуристая!?

И что же мне делать!? Если посчитать двух кучеров и охранников, то будет семь человек. Свинью можно не считать, так как он ни на что не годен. Этого количества точно не хватит, чтобы обезопасить меня!

Блин!

Ладно, спокойно, всё будет нормально. Разбойники, как правило, это обычные бедные крестьяне, которым приходится грабить. Они не должны, просто не могут быть сильными, поэтому пусть и всего пять-семь человек, но и их хватит, чтобы разобраться с этой швалью. Тем более, что в карете есть несколько артефактов на подобные случаи. Стоит вспомнить тот же барьер, который не позволит им пройти!

Всё будет в порядке. Мне остаётся лишь ждать…

Надеюсь, всё будет хорошо.

Беспокойно переминая пальцы, я бросила взгляд на заметно лысеющего человека. На голове у него была шляпа с чёрной лентой. Шляпа сама по себе красива, спору нет, однако на его голове вызывала скорее жалость. И почему этот человек, что по нелепой случайности является моим отцом, так спокоен?

Я тут значит умираю от нервозности, а он сидит себе с видом ледяного спокойствия. Небось думает кого бы сегодня вечером отыметь.

Ха, поскорей бы всё закончилось…

…

Снаружи мной отчётливо слышался скрежет металла, взмахи клинков, рассекающих воздух и плоть, а также крики. Это были предсмертные крики людей, сначала защищавших нас, а позже пытавшихся сбежать от неминуемой гибели.

Почему это ещё продолжается!?

Неужели мир сошёл с ума и исказил моё восприятие времени, превратив секунды в минуты, а минуты в часы?

Сердце стучит, как умалишённое, а в голове продолжают зарождаться беспокойные мысли.

Неужели все эти бесполезные уроды сдохли!? Чёрт возьми! Ну почему это происходит со мной!? Стоило впервые за долгое время сесть в одну карету с этой свиньёй, так сразу всё покатилось по одному месту!

— Отец, прошу, скажите уже хоть что-нибудь — беспокойно обратилась я к человеку, сидящему напротив меня. — Все охранники погибли и, мне кажется, барьер не сможет долго их сдерживать.

Протяжно вздохнув, он бросил на меня страшный взгляд, будто я отвлекаю его от неких важных размышлений.

— Совсем за дурака меня держишь? Думаешь, я не вижу, что скоро могу потерять солидную часть имущества? — слегка нахмурившись, он сделал паузу, — Бл...ть! Хочешь знать моё мнение? Просто сиди и не мешай думать!

– Д-да, отец…

На его пухлом лице читалось лишь раздражение от вопроса, раздражение и только, ни капли страха. Будто вся эта ситуация для него совершенно не опасна, будто на кону у него никак не жизнь, но обычная партия в шахматы. Просто нет слов…

Я тут значит, несмотря на леденящий холод, потом обливаюсь, умираю от беспокойства и страха, а его это не волнует? Только не говорите, что для него подобная ситуация – рутина. Нет, если б это было так, то мы бы уже давно обнищали, а отца давно уже не было бы в живых, значит тут что-то другое. Быть может, у него есть некий план спасения, секретное оружие или пространство для переговоров? Или же всё и сразу?

Чёрт, мне прямо-таки хочется вытрясти из него все ответы, но если ослушаюсь приказания сидеть в тишине, то могу и нарваться на синяк под глазом, так что придётся довериться. Ха! Никогда бы не подумала, что такая ситуация настанет!

Внезапно, прозвучали пронзительные вопли, выражающие безграничный ужас, а следом последовал весьма характерный шум, словно кто-то смачно раздавил спелый помидор, несколько помидоров.

— Да что происх… — но не успел отец закончить фразу, как снаружи раздался ряд взрывов. — Бл…ть!

Всю карету затрясло от окатившей ударной волны.

Взглянув в окно, неустойчиво пошатываясь, отец проворчал что-то вроде:

— Какого чёрта?

В следующую секунду, оглядывая обстановку вне кареты, он вздрогнул и затих…

В тишине секунды шли мучительно долго…

И словно опомнившись от некого наваждения, он медленно опустил шторку, словно желая изгнать из памяти увиденное.

Будучи напряжённой и настороженной, мне всё же хватило смелости нарушить тишину.

— Отец, ч-что происходит?

Повернувшись ко мне, его лицо, бледное, как смерть, пыталось передать что-то вроде объяснения. Однако вместо того, чтобы сложить вразумительные фразы, его рот молча открывался и закрывался, словно у рыбы, оказавшейся на суше. Впервые за всю свою жизнь я видела, как в его глазах мерцали искры страха, а лицо потеряло всякую краску.

Во имя богини Крустеллы, что же он там такого увидел!?

Вопли снаружи усиливались. Просто слушать их было невыносимо.

Мне было любопытно узнать, что же скрывают за собой столь роскошные шторы, какую сцену прячут от моего взора. Однако в то же время было очень страшно, ведь далеко не каждая сцена резни может до седины напугать отца: он сам практически каждую ночь творит кровавое зверство.

Вновь бросив на отца тревожный взгляд, ожидая услышать подробности, я беспокойно переминала пальцы. Я хотела вновь попытаться с ним поговорить, как он вдруг, словно ужаленный, громко поднял сиденье.

— От… — но не успела я даже слово закончить, как потеряла дар речи от увиденной мной сцены.

Эта свинья, достав из-под сиденья весьма увесистый мешок с громко звенящими золотыми монетами, внезапно разорвала пиджак и рубашку. Теперь ничего не препятствовало его громадному, отвратительному пузу и свисающей груди вывалиться наружу, трясясь, словно желе. После этого он одной рукой приобнял увесистый мешок с золотыми монетами с такой нежностью, словно это самое ценное и любимое, что есть в его жизни, а другой схватил подвеску на шее.

— Ч-что ты делаешь?! — невольно вскрикнула я.

Что с ним? Неужто совсем из ума выжил!? Я, конечно, предполагала, что он на самом деле давно умалишённый, но не настолько… Может увиденное им столь ужасно и отвратительно, что он потерял рассудок?

Погодите… что это за подвеска?

Это был небольшого размера перламутровый кристалл, переливающийся с лёгким жёлтым оттенком. И, если приглядеться, то внутри него можно было заметить неисчислимое количество рунических надписей. Артефакт, причём один из самых лучших. И, кажется, он мне знаком…

— Это же…

Внезапно, место, где был отец, залилось ослепляющим светом, из-за чего пришлось зажмуриться и закрыться руками. И когда я вновь могла видеть, осознала, что в карете была лишь я одна.

— …Кристалл телепортации…

Сидя и пытаясь осознать произошедшее, я будто выпала из реальности на некоторое время.

Кристалл телепортации – невероятно сложный артефакт, способный несколько раз телепортировать в одно определённое место. Действительно, полезная вещь для исследователей подземелий, когда необходимо избежать опасной ситуации. Но позволить его себе может далеко не каждый, поскольку кристалл стоит очень много.

И мой отец… только что использовал его…

Бросил меня, предварительно забрав мешок золота!

Не верю… Я всегда знала, какую мерзость он представляет из себя, но всё равно сложно поверить.

Что заставило его совершить столь спонтанные действия, что он такого увидел? Он бы не использовал его без веской причины!

Мой взор упал на окно, закрытое изысканной шторой, оттуда более не доносились крики ужаса и звуки резни. И будучи ведомой сильным любопытством и страхом, я резко отдёрнула её, открыв пред собой ужасающую сцену. Меня моментально накрыло волной ужаса, несопоставимой ни с чем, сердцебиение участилось, а по всему телу пробежали мурашки. Пейзаж, которым я ещё совсем недавно восхищалась, превратился в сущий кошмар.

От шока я оцепенела, не в силах пошевелиться, даже дышать не могла.

Бывшая зелёной и сочной на вид трава теперь была измазана чем-то красным и вязким, а в некоторых местах и вовсе были кратеры со сгоревшей травой. Всюду валялись куски плоти, обломки оружия и брони. Ни одного целого тела, одни лишь обезображенные трупы, конечности и человеческий фарш.

И посреди всей этой ужасной сцены не было ни схватки, ни возгласов победителей, но была она...

Маленькая белая фигура, с ног до головы покрытая кровью и мясными ошмётками, стояла посреди сущего кошмара. Она сама была воплощением оного, ведь один лишь взгляд на неё вызывал иррациональный ужас. Да само её присутствие грозило моему здравомыслию!

— Хиик! — вскрикнула я, когда маленькая белая фигура обернулась ко мне. Я упала, начав задыхаться от нехватки кислорода. А между ног, тем временем, начала образовываться дурно пахнущая лужа.

Мне хотелось закричать от ужаса, но крик комом застрял в горле.

Меня здесь нет! Пусть пройдёт мимо!

Неосознанно, моё дрожащее тело приняло молитвенное положение и слова стали лететь с моих уст в трепещущем шёпоте.

— О Богиня Крустелла, я обращаюсь к тебе в молитве о спасении.

Молю Тебя, даруй мне силу и мудрость, чтобы прожить ещё один день во служенье Тебе!

Обещаю посвятить всю свою жизнь Тебе и только Тебе.

Пусть я окажусь в Твоих надёжных руках и снова увижу свет дня.

Прошу… Прошу… Прошу…

Не знаю, почему я вдруг начала молиться, ведь не считаю себя особенно религиозной, однако это помогло успокоиться.

Я не хочу больше видеть ЭТО.

Пусть оно уйдёт!

Медленно и с сильным страхом открыв глаза, я поняла, что молитвы мои всё же были услышаны, ведь оно ушло.

Облегчённо выдохнув, я промолвила:

— О Всемилостивая, Наимогущественнейшая, Наикрасивейшая, Наимудрейшая из всех Божеств, благодарю Тебя за милость и спасенье!

— Я уж было думала, что сдохну! — пробормотала я.

— Стоп… а почему барьер отключён?

По телу прошёл озноб, а былого облегчения будто и вовсе не было.

Как?

Кто?

Почему?

Сжавшись, не зная, чего ожидать, я просто сидела в луже собственной мочи и не двигалась. И мысли, словно бешенные, кружили в моей голове, наводя внутри меня ужас. Я чувствовала себя беспомощным зверьком, что боится даже шевельнуться, просто дышать. И это при том, что я боюсь отчасти не того, что увидела за окном, а грядущей неизвестности.

Ох, как же мне хочется прямо сейчас вернуться «домой», поболтать и пожаловаться на всё и всех в компании Люси. Выплакаться у неё на коленях и спокойно уснуть, представив, что это был лишь ужасный сон.

Прошу, кто-нибудь скажите, что барьер отключился не потому, что ЭТО сломало его, а потому что он просто разрядился. Пусть это будет лишь некая неисправность! Глюк! Просто сон!

Тем временем, снаружи послышались тихие шаги. И в этот момент, моё сердце замерло от ужаса. Они приближаются!

Чёрт! Что мне делать? Атаковать! Не зря же в меня столько времени вбивали знания о магии! Не зря же я столько времени потратила над книжками!

Я начала формировать небольшой магический круг.

Нет…

Почему у меня не получается? Почему мои руки так сильно дрожат? Почему голос столь дёргано звучит?

Внезапно, дверь кареты открылась и внутрь зашло два человека… нет, это были не люди, а зверолюди…

Две чумазые фигуры в изорванной одежде, бросили на меня свой взгляд, полный отвращения и ненависти. У одного из них был клинок.

Хм? Это же…

— П-почему на вас нет ошейников!? — ошарашенно сказала я. — Как в-вы выбрались из кандалов?!

Кто освободил «товар», принадлежащий отцу?

Услышав мои вопросы, двое чумазых рабов явно разозлились и уже было собирались накинуться на меня. И я уже была готова прощаться с жизнью, так как тело до сих пор было парализовано страхом, однако во внутрь кто-то зашёл. Его тело было полностью спрятано под длинной мантией, а лицо было закрыто тряпкой и капюшоном.

— Не убивайте её, — прозвучал из-под капюшона слегка уставший юношеский голос.

Услышав эти слова, мне удалось немного успокоится, однако то, что я услышала дальше глубоко шокировало.

— Пусть на своей шкуре познает рабскую жизнь! — с глубоким гневом произнёс он.

Его компаньоны всем своим видом демонстрировали одобрение.

И не успела я толком осознать сказанное им, как почуяла странный запах. И вместе с ним в меня проникла тёмная энергия: проклятье.

Меня сразу охватила непреодолимая сонливость. И несмотря на мои тщетные попытки сопротивляться ей, я быстро поняла, что не могу.

Окружающий мир погрузился во тьму, исчезая и отключая мой разум…

…

Глава 4 Забыть и уйти

— ХАХАХАХАХАХА! — извергала моя глотка истеричный, маниакальный смех. — Что это за чувство?!

Посмотрю вправо – вижу трупы.

Посмотрю влево – трупы.

Посмотрю наверх – вижу солнце, выжигающее сетчатку глаз.

Посмотрю вниз – вижу, как отрубленная голова взирает в «то самое место».

Фу, изврат! — подумала я и пнула её, отбрасывая в сторону.

Вокруг меня множество уже почивших «тел», все они обезображены. Обезображены настолько, что в них хотя бы что-то отдалённо похожее на человека узнать было невозможно! Практически каждый из этих мерзких демонов ныне представляет из себя лишь фарш!

Почему я так хорошо себя чувствую!?

Этот аромат… густой кровавый аромат, сильно бьющий по носу. Столь мерзкий, тяжёлый и неприятный. ПОЧЕМУ ОН ВЫЗЫВАЕТ ТАКОЕ ЧУВСТВО ЭКСТАЗА!?

Это неправильно, но…

— Пхехехе, — тихо посмеивалась я с расползающейся улыбкой на лице, – убивать их было столь приятно!

Этих грязных, отвратительных, мерзких отродий злого божка!

— И кто теперь беспомощная жертва!? — я оглядывалась и спрашивала уже почивших демонов. — Я уже не та слабая и бесполезная девчонка!

Всё моё тело с ног до головы покрыто кровью и кровавыми ошмётками, нет ни единого места, не перепачканного алой жидкостью. Обычно я ненавижу, когда моё тело столь сильно перепачкано чем-либо, однако сейчас я чувствую экстаз, сравнимый с сильным возбуждением. Я просто не в себе от этого чувства!

Полагаю, кровь случайным образом попала мне в рот и теперь я ощущаю себя так из-за навыка «Вкус крови». Хех, обычно я считаю его крайне бесполезным и скорее мешающим, но в этот раз признаю, что без него не ощущала бы себя настолько возбуждённой от битвы.

И хоть тело моё с ног до головы покрыто кровью мерзких демонов, однако, в действительности, на мне самой нет ни единой раны, даже маленькой царапинки. Я абсолютно невредима.

Честно, никак не могла подумать, что они все окажутся столь слабыми. Хотя… быть может, это просто я стала настолько сильной?

Эта самодовольная мысль, мелькнувшая в голове, принесла столько радости на душе, что я невольно захихикала, словно истеричная маленькая девочка.

Затем мне на глаза попалась карета, которую защищал мощный барьер.

Интересно~, выглядела ли я, хотя бы для них, как благородный герой, который уничтожает зло и спасает невинные жизни?

Мистер торговец кто-то там и мисс большие Буфера, поблагодарят ли они меня?

Хехе, а если я выглядела настолько величаво в их глазах, что мисс большие Буфера влюбится в меня с первого взгляда? Ладно, признаю, такое вряд ли произойдёт, но неужто даже пофантазировать нельзя?

Лучше просто подойти к ним и прямо спросить, например, «Вы не ранены?», «Я разобралась со злодеями», «Что за прелестная Дама? Вы в порядке?», «Можно денег…»

Хехехе.

Медленными и размеренными шагами я подходила к карете, пока путь мне не преградил довольно мощный барьер.

— Хм, а по прочности он не слишком то и отличается от барьера Лича, возможно, даже крепче, — размышляла я, рассматривая полупрозрачный купол с неподдельным интересом.

От него я ощущала густое присутствие маны, которой мне катастрофически не хватало (даже несмотря на недавно устроенную бойню).

Что ж, полагаю, они не будут против, если я немного позаимствую её из их барьера. Тем более, что угрозы уже никакой нет.

Я воткнула в барьер кончик клинка, после чего в моё тело начала поступать свежая мана. И будучи крайне истощённой, смакуя каждую частичку энергии, я даже и не заметила, как в один момент барьер просто исчез.

— Упс? — тихо слетело с моих губ.

Думаю, ничего же страшного в этом нет, не так ли?

Они не разозлятся из-за этого… надеюсь.

Внезапно, рядом с каретой я отчётливо ощутила колебания маны, сопровождавшегося со звуком ломающегося стекла. Я сразу же повернулась в ту сторону и заметила нетронутую повозку, стоящую за каретой. Массивный полупрозрачный купол, что огибал её – тоже исчез: рассыпался на тысячи мелких осколков, словно битое стекло.

Чего? А вот это уже определённо не я сделала!

Уж слишком маловероятно, что мои действия повлекли за собой исчезновение барьера в повозке… Наверное.

Нет, всё-таки нет, не мог он из-за меня исчезнуть с таким смачным звуком.

Я насторожилась, так как если это не я, то кто-то другой, например, один из демонов, которого я не добила.

В этот раз мне не было нужды прятаться, я более не проявляла и капли неуверенности, поскольку теперь точно знаю, насколько они слабы.

Затем, осмотревшись и никого не заметив около повозки, я резко отдёрнула ткань, прикрывавшую её внутреннюю часть.

— Ч-что за!? — обомлела я от увиденного.

Былая жажда крови из меня тут же улетучилась, а на смену ей пришла глубокая растерянность.

Первым, что я увидела в повозке, были дети, около десятка и все они были одеты в рванные тряпки, еле скрывающие интимные места, худые, чумазые. Однако самым примечательным были надетые на них металлические ошейники: полностью монолитные и непропорционально большие. Я сразу поняла, что это рабские ошейники, следовательно, и дети, носящие их – рабы. А это уже означает, что это караван, перевозящий рабов…

Дети зверолюдей, людей, да даже демонов… Представители разных рас сидели и глядели на меня глазами полного ужаса, кто-то даже обмочился. Они дрожали от переполняющего их страха. Демоны обнимали людей, люди успокаивали зверолюдей, а некоторые выступили вперёд, считая меня большой угрозой и намереваясь биться до конца.

Что за странная, нелепая картина?

Почему кровожадные, хитрые монстры, именованные демонами, на моих глазах трясутся от страха и обнимаются с людьми так, будто они для них не добыча, но самые дорогие на свете люди? Словно они все заботятся друг об друге.

Почему ведут себя так, словно угроза я, а не они?

Не понимаю.

Не хочу понимать, но неужели я защитила караван, перевозящий рабов. Грёбанных работорговцев!?

И с какой целью демоны на них нападали в таком случае?

И в тот момент, когда я уже было собиралась что-то спросить у этих детей, почувствовала направляющийся на меня клинок. Он двигался медленно, а потому мне не составило больших усилий, чтобы увернуться и контратаковать.

Лишь чистой силой оставшейся руки, я ударила неизвестного в торс, из-за чего тот отлетел на добрый десяток метров, прокатившись по земле.

— Один всё-таки остался! — гневно прошипела я, увидев одного их нападавших ранее бандитов. Видимо, с самого начала где-то притаился. Да так, что даже я потеряла его из виду. Собираясь исправить оплошность и добить последнего оставшегося демона крайне жестоким образом, я мигом приблизилась к его отлетевшему телу и уже замахивалась клинком. Да вот только не смогла.

С головы его слетел капюшон, благодаря чему мне удалось разглядеть его внешность: юноша с немного детскими чертами лица, абсолютно чёрные глаза, словно в бездну глядишь, колючие чёрные волосы и… кошачьи ушки. Предо мной, прямо здесь и сейчас под моим клинком находится зверолюд рода кошачьих, не демон.

И после осознания этого, рука, намеревавшаяся разорвать его в клочья, упала.

Заметив мою растерянность, юноша мигом поднялся, начал держать дистанцию и вновь поднял в мою сторону клинок.

— Т-ты! — пытаясь подавить дрожь в голосе прикрикнул он. — Грёбан-ное ч-чудовище!

Однако уши мои проигнорировали его слова, поскольку мысли мои пребывали в не самом лучшем состоянии.

— У-убила! Убила их всех! — в каждом его слове сквозила глубокая ненависть, страх исчез из его голоса, хотя ноги продолжали дрожать, а из глаз продолжали течь слёзы. — Глена, Эмиля! ВСЕХ!

Мой взор упал на одиноко лежащую на земле голову. На ней оставались остатки капюшона и тряпки, что скрывали его внешность, однако теперь они были уже не в том состоянии, чтобы хоть что-либо скрыть. Отрубленная голова с грубыми чертами лица, слегка приоткрытые карие глаза, лишенные всякой жизни, обычный цвет кожи и самые обычные, округлые уши… Человек…

Затем взгляд мой вновь перевёлся на юношу.

— Чёртов приспешник Дьявола! – прокричал он, чуть ли не надрывая горло. — Не смей трогать этих детей! — дрожащий от ужаса юноша вновь встал в боевую стойку, готовый сражаться.

— Приспешник Дьявола? — непонимающе повторила я.

Я? «Приспешник Дьявола»? Что он чёрт возьми несёт!? Неужели он принял меня за одного из тех разбойников? Разве он не с ними заодно? Да и голова, которая явно принадлежала человеку. Может среди них и были люди, но они всё равно были с демонами заодно. Так почему он считает, что я на стороне злого божества?

— Я всего лишь убила демонов, — немного отрешённо сказала я.

— Демонов!? Каких демонов!? Да с нами их было лишь двое! — проговорил он так, что никаких сомнений не оставалось.

«Он говорит правду» - говорило мне нутро, однако…

— Врёт, — прошептала я себе под нос, поскольку не хотела верить в правдивость его заявления.

Пока я отвлекалась на размышления, незаметно и постепенно, юноша приблизился к повозке с рабами и встал на её защиту, готовясь отбиваться в любой момент.

Я вновь обратила внимание на отрубленную и чудом сохранившуюся голову. Неужели…

В голове возник образ высокого мужчины крепкого телосложения, доброго, чуткого и нежного. А также его бездыханное тело и ничего не выражающее лицо. Я вспомнила момент смерти отца. Его жестоко отрубленную голову. И ту, кто её собственно и отсёк. Эту СУКУ!

Мне стало тошно.

Вокруг меня множество трупов. Все они были ужасно обезображены, в них затруднительно распознать даже что-то отдалённо похожее на человека, ведь практически все они теперь представляли из себя просто людской фарш.

И это сделала я. Это всё была я. Моё сознание не было помутнено, меня не контролировали, не заставили, не принудили, не вынудили. Я сделала это по своей воле.

По своей воле убивала людей! С таким упоением и наслаждением!

Абсолютно всё вокруг меня словно помутнело, потеряло всякие краски. Пейзаж, что ранее казался живописным, знамением новых возможностей и свободы казался теперь мрачным и пустым. Запах сочной травы теперь был полностью затоплен запахом железа и обгорелой плоти, а ранее мягкие согревающие лучи солнца теперь лишь припекали кровь и людской фарш на моём теле, создавая корочку.

Тем временем, я вновь обратила внимание на юношу.

— В-всё будет хорошо! Я не дам этому чудищу и пальцем вас задеть! — шептал он, успокаивая рабов. — Я отвлеку её, а вы убегайте.

Дети зверолюдей, людей и даже демонов послушно кивали, дрожа и чуть ли не плача. Было отчётливо видно, сколь сильно они были напуганы.

— Бегите на север, там вы встретите Дядю Марка, он вам поможет, — говорил он так тихо, как мог, однако это не прошло мимо моих ушей.

Наблюдая за этой странной сценой, осознание быстро окатило меня, словно ледяная вода.

Неужели эти «разбойники» на самом деле никакие не разбойники вовсе. Пришли и напали на повозку с целью спасти этих бедных детей от рабства?

— Ха, серьёзно? — немного болезненно прозвучал мой голос.

Ранее я думала, что убиваю злых демонов, злодеев, что возжелали ограбить невинный караван. А на самом деле это были работорговцы, а злые демоны оказались на деле людьми и спасителями. И в этой ситуации я не более чем, просто мимо проходящее чудище, которое с улыбкой на лице безжалостно и чрезмерно жестоко разрывала собственных сородичей на куски.

Ужас и отвращение охватили меня.

Я теперь просто чудище, недостойное прощения.

Не желая и просто не имея больше сил здесь находится, я просто отвернулась от кровавой картины, устроенной мной же.

Я игнорировала всё, что мне говорил тот черноволосый юноша, игнорировала кровавую бойню, трупы с застывшей гримасой боли, бьющий по носу кровавый аромат и кровь на собственном теле.

— Это было просто недопонимание! Нелепая случайность! — шептала я, словно умалишённая.

Чёрт!

Ну почему я просто не прошла мимо!?

Меня это никоим образом не касалось! Так зачем!?

Из ненависти? Из чувства мести!?

Ну почему я просто не понаблюдала, когда всё закончится!? Зачем выжидала? Зачем бросилась убивать всё, что было перед глазами!?

К чему я столько лет училась выдержке, если не способна даже подавить в себе такое!?

Чёрт…

Глава 5 Глубокомысленная панда

36686 шаг

36687 шаг

36688 шаг

Сколько времени прошло?

36689 шаг

36690 шаг

Почему я продолжаю идти?

…

53456 шаг

53457 шаг

Мне очень холодно, и я голодна.

…

65134 шаг

65135 шаг

Не знаю сколько часов я уже иду, но явно больше нескольких дней.

С того «инцидента» я ни разу не отдыхала, но продолжала идти, невзирая ни на холод тёмной ночи, ни на стёртые в кровь ноги, ни на голод и ни на усталость. Я не преследовала какой-то определённой цели, не направлялась в какое-то особенное место. У меня не было причин, чтобы лишать себя отдыха, чтобы прорываться сквозь густую, острую траву, лес и равнину. Я ни о чём таком не думала. Я просто переставляла ноги из раза в раз, словно умалишённая. Просто шла, в надежде сбежать и позабыть всё плохое.

Но я такое никогда не забуду, не смогу убежать от греха, сотворённого мной, от страха, что вечно преследует меня. И я себя никогда не прощу, не смогу более ходить под этим тёплым и ярким солнцем с чистой совестью. И пусть у меня была веская причина убивать, но я ошиблась и лишила невинных радости жизни и при этом ненароком спасла тех, кто творит зло каждый божий день.

Неприятно…

Возможно, идти я продолжаю из чувства вины, потому и истязаю, наказываю себя таким странным способом.

Идти становится всё сложнее, а ноги еле меня держат. Ощущение, что если сделаю хоть шаг, то упаду замертво, однако делаю его, а за ним ещё один, а после него ещё и ещё. Всё моё тело дрожит и разрушается, оно всё изнемогает от боли и усталости, но я вновь переставляю ногу.

За всё это время я не отвлекала себя ни на сон, даже на несколько минут перерыва, ничего не ела и даже не пила.

87345…

87456…

87457…

…

Порой я задумываюсь о причинах нашего существования, о смысле жизни, о великом, о таком, о чём обычно задумываются великие философы или просто те, кому нечем заняться.

Вот зачем…

Зачем в природе нужны панды?

Какую роль они выполняют?

Они же до ужаса ленивы. Весь день они просто жрут, спят, жрут и срут, а потом ещё раз жрут. Каждый чёртов день!

Панды сильны и могучи, а потому не имеют своего естественного врага, они и сами накостыляют, если придётся. Однако при этом они питаются одним лишь бамбуком, а бамбук имеет очень малую питательную ценность, потому жрать его приходится неимоверно много. Они буквально всё время кроме сна тратят на поедание этой травы!

И это ж отдельная от остальных, чёрт возьми, пищевая цепь! Панды поедают бамбук, а после они служат его удобрением. Затем, выросший бамбук поедают уже другие панды. Всё!

В их существовании нет смысла! Они существуют просто потому, что они есть!

И чего греха таить, я сама их обожаю просто за то, что они милые!

И вот так со всем.

Я жива просто потому, что не мертва.

Те невинные дети в повозке стали рабами просто потому, что их поработили.

Те храбрые воины, что хотели их спасти, теперь мертвы просто потому, что я их убила.

Вот почему папа больше не покатает меня на спине? А мама больше никогда, НИКОГДА не успокоит и не вытрет моих слёз?

ДА ПОТОМУ ЧТО ИХ УБИЛИ!!!

Демоны…

— Да о чём я вообще думаю!? — прозвучал мой охрипший голос.

Получается, ни в чём в этом мире нет смысла?

И почему я вообще делаю вид, что рассуждаю о чём-то глубокомысленном!?

ДА ПРОСТО ТАК!!!

— Хахахахахахахахахахаахахахахахаха! — смеялась я, словно сумасшедшая, после чего споткнулась об собственную ногу и упала лицом вниз.

Тело моё более не могло двигаться, даже мускулом пошевелить не могла.

Сознание быстро начало ускользать от меня…

Всё медленно погрузилось во тьму…

…

«ДИЛИНЬК»

[Внимание! Баланс духовных монет составляет меньше 15 единиц.]

«ДИЛИНЬК»

[Автоматический переход к режиму энергосбережения.]

...

…

— Уххх…

Чёрт, почему я так плохо себя чувствую? Голова просто раскалывается.

С трудом открыв глаза, мой взгляд сразу заприметил множество переливающихся жёлтым и красным языков пламени. Рядом со мной ярко горел костёр, который освещал тёмную ночь и от которого слышалось потрескивание сгорающих дров.

Что странно, от костра совершенно не чувствовалось тепла.

Где я вообще? Всё такое мутное…

Переместив взгляд, я заметила сидящего около костра неизвестного человека с длинными серебряными волосами. Кажется, он что-то готовил, однако я не чувствовала от казана какого-либо запаха. Неужели он просто так держит на костре пустой казан и притворяется, что что-то перемешивает?

Он совсем идиот что ли?

— Уже проснулась? — прозвучал его спокойный, но слегка грубоватый голос.

Его взгляд, наполненный усталостью и раздражением, начал осматривать меня.

— К-кто ты? — спросила я очень слабым и охрипшим голосом, после чего сразу начала кашлять.

Что это такое? Что со мной? Голова просто раскалывается, чувствуется сильный жар, а в горле будто ком застрял. Почему я так плохо слышу? Почему вообще не чувствую запахов? Нет ни ощущения от ветра, что колышет языки пламени, ни тепла, который должен исходить от него.

Бросив ещё один оценивающий взгляд на неизвестного, я сильно насторожилась. Неужели он меня отравил? Из-за этого я так себя чувствую?

В его взгляде, расслабленном положении тела и движениях мне никак не удавалось заметить злого умысла. Да и если подумать, то он мог убить меня во сне, так что меня бы уже и не было в живых. Но тогда что он от меня хочет?

Продать в рабство? Использовать в «иных» целях?

Может он один из тех, кого я приняла за разбойника и теперь он желает мести, пытая меня до потери рассудка?

— Я, конечно, понимаю, что выгляжу не самым дружелюбным человеком, но навредить тебе не желаю, тем более таким, как мы, стоит держаться вместе. — устало сказал он. — Меня зовут Крис, иначе говоря G-54. Тебя-то как звать?

Даже после этих слов доверия к нему не увеличилось. Но, с другой стороны, похоже он спас меня и даже одеялом укрыл и подушку под голову положил. Вот это забота. Ладно, думаю, стоит доверится.

В попытке заговорить я почувствовала, как сдавливается грудь и начала кашлять с такой силой, что, казалось, вот-вот выплюну собственные органы.

— Л-лили, Кха! Меня зовут Лили.

— Вот как? Приятно познакомиться, и тебе, по-хорошему, не стоит много говорить.

Перелив некую жидкость из казана (всё-таки там что-то было) в небольшой деревянный стакан, он протянул его мне.

— Пей, это должно помочь с простудой.

Простуда? Я простудилась? Серьёзно?!

Хотя если подумать, то и симптомы похожи. Я чувствую сильную слабость, кашляю, чувствую головную боль и так далее. Короче говоря, ужас полный.

Что странно, я не помню, чтобы хоть раз болела в подземелье. Может быть, иногда чувствовала просто усталость или головную боль от истощения, порой поднималась температура, однако это действительно первый раз, когда я заболела со всеми симптомами простуды.

Возможно, я почти и не болела потому, что моё тело стало куда здоровее, чем у обычного человека или даже зверолюда. Хотя, возможно, моему телу просто не хватало времени, чтобы разболеться. Всё-таки я чаще умирала, чем выживала.

Кое как приняв сидячее положение и взяв стакан трясущейся рукой, я не стала торопиться пить эту подозрительную жидкость, похожую на обычный травяной чай.

Да что ж это такое!? Почему я не чувствую ни тепла стакана, ни пара, который исходит от него? Что со мной?

Это уж точно не похоже на обычную простуду!

Ну сами посудите, при какой такой простуде человек полностью лишается обоняния, полностью теряет ощущения тепла и холода и настолько сильно ухудшается зрение со слухом? Либо это вовсе не простуда, а нечто посерьёзнее, либо это он как-то пошаманил со мной.

— Если выпьешь, завтра должно стать немного легче, — сказал он, наблюдая за мной.

Хорошо, ладно, я это выпью. В любом случае, не похоже, что он хочет мне навредить, так что выпью. Плевать на возможные последствия. Без разницы что будет…

Прикоснувшись губами к деревянной кружке, я сделала несколько глотков, после чего выпила всё до конца.

Опять, никакого вкуса или ощущения тепла. Да что происходит с моими органами чувств?

Хм?

По какой-то причине, мужчина смотрел на меня взглядом полным недоумения.

— Ты что, залпом выпила? — спросил он, — Дура! Это ж кипяток!

— А…

Странно, почему в глазах всё плывёт?

Мир перед моими глазами и до этого был довольно расплывчатым и трудно было различать какие-либо детали. Однако теперь всё вокруг начало кружиться в безумном вальсе, а голову клонить из стороны в сторону. Темнота начала поглощать всё вокруг, и, наконец, сознание вновь покинуло меня…

…

— …Таким образом ты и недостающих монет заработаешь. Что думаешь? — спросил он, внимательно наблюдая за моей реакцией.

Вновь оглядев мужчину, но в этот раз с нормальным зрением, я подметила на его лице горизонтальные голубые линии прямо под глазами, что весьма красноречиво говорило о наличии у него «Духовного орудия». Также я подметила его ярко-красные глаза, характерные только монстрам и демонам.

Когда я только проснулась, увидев эти алые глаза, я тут подскочила и напала на него, приняв за демона. Хех, хорошо, что я тогда была слишком слаба, чтобы как-то навредить ему. Я больше не хочу убивать кого-либо по глупой ошибке…

Ещё долго после этого я просила у него прощения.

Спрашивать откуда у него «Духовное орудие» и демонические глаза мне не пришлось, поскольку он сам всё рассказал.

Он, как оказалось, является таким же как я. Таким же «попаданцем», и точно таким же «узником» подземелья. При этом у нас много общего. И речь сейчас не о характере, увлечениях и тому подобном, а о «прохождении».

Например, навык «Второе дыхание», который с одной стороны вроде как полезен, но с другой, грёбанное оружие пыток. И Крис, по его словам, тоже испытывал сильные проблемы из-за этого навыка. Правда, не такие серьёзные, как у меня. У него он просто вызывал сильную боль в резерве из-за внезапного и взрывоподобного наполнения.

Чёрт… это нечестно…

Далее «Духовное орудие», оно у него тоже было первым (хотя в тайнике он выбирал первым навык, а не предмет, как это сделала я). И из этого вытекают вопросы, касательно того, насколько «рандомными» были тайники… Да и было ли хотя бы что-то «рандомным» в этом треклятом месте?

Не хочу об этом думать…

По всему его телу идут линии, схожие с теми, что у меня. Это такие же татуировки, состоящие из бесчисленного количества магических рун, сжатые и имеющие столь сложную структуру, что можно убиться в попытке их разобрать. Узоры другие, но общий вид примерно одинаковый.

Да и вообще, стоит ли говорить, что буквально все уровни были точно такими же? Он, чёрт возьми, проходил тоже самое! И если вспомнить, то на десятом уровне был ещё один парень с такими же татуировками, и который тоже своими силами добрался до последнего уровня подземелья.

Тут хочешь не хочешь, но даже самый глупый человек начнёт понимать, что таких как я, таких как он, таких как тот юноша с десятого уровня, очень и ОЧЕНЬ много.

И непонятно ни с какой целью, ни почему, ни для чего это всё.

Ну, это, конечно, если предполагать, что номера, данные нам не присваиваются по приколу, а по порядку.

R-34… Ну что это вообще за номер такой!? Прошу скажите, что это просто совпадение, что мой «порядковый» номер – это не грёбанное правило 34.

Ха…

Впрочем, не удивлюсь, если мой, то есть «наш», похититель просто стебётся надо мной.

Поняв, что слишком долго молчу, я наклонилась и написала палочкой на земле: «Хорошо. Не имею возражений. Когда отправляемся?»

Почему я пишу палочкой?

Тут всё просто – у меня горло обожжено.

А почему?

Потому что я — идиотина, не знающая, что недавно кипящую жидкость не помешало бы и остудить, прежде чем пить. В итоге, залпом выпив стакан воды, я повредила себе горло и, может быть, что-нибудь ещё.

Хрен его знает, как кипяток влияет на внутренние органы.

Впрочем, вновь спасибо Крису, который вновь спас меня. Так он ещё и помог мне выйти из «Режима энергосбережения», поделившись частью капитала.

#Спасибо Крису

Кстати, именно из-за этого режима я так странно себя чувствовала. Из-за него я полностью перестала чувствовать какие-либо запахи, вкусы, тепло и холод, потеряла осязание и значительно ухудшилось зрение и слух.

И самое ужасное в том, что его никак не отключить. Достаточно представить меня во время боя. Да если бы я начала испытывать на себе все эти «дебаффы» во время недавней бойни, то меня бы, несмотря на подавляющую силу, запросто бы убили и сделали очередной рабыней.

Ужас тот ещё.

Кстати, «Духовные монеты» – это что-то вроде внутриигровой валюты, которую можно использовать для покупки предметов или даже улучшения навыков. После обновления система стала совсем иной (не такой пустой и неполноценной). Теперь за счёт этих монет можно улучшать как навыки, так и характеристики.

И было бы хорошо, будь это просто валютой. Я бы даже похвалила создателя системы (нет), ибо кто не мечтает иметь при себе сраную рпг систему, с помощью которой можно прокачивать навыки, характеристики, да даже покупать внутриигровые предметы? Но нет. Эта ублюдина не могла просто дать нам что-то хорошее.

Если все «духовные монеты» будут потрачены, нас ждёт смерть. Причём не такая, как в подземелье и даже не такая, как у обычных людей. Нас, чёрт возьми, ждёт сраный «Ад»!

Хрен знает, что это вообще значит, но какого чёрта!? Неужели бедность — это грех!?

В общем, из-за того, что монет теперь у нас очень мало, необходимо найти способ восполнить их запас.

— Предлагаю отправиться завтра на рассвете, — ответил он, поедая сушёное мясо, – путь займёт примерно несколько дней. В той деревеньке можем и переночевать.

Чего? А то, что мы выглядим, как представители демонической расы его не смущает? Поскольку деревенские жители знают всех и каждого в лицо, они сразу заметят пару незнакомых и крайне подозрительных личностей, а если примут нас за демонов, сразу будут гонять с поднятыми вилами и факелами. Так о каком ночлеге идёт речь, если нам даже просто пробраться туда будет сложно?

Может у него есть способ остаться незамеченным? Что-то вроде моих навыков: «Сокрытия» и «Отвода взгляда»?

Аккуратно вырисовывая буквы на земле, я попросила его рассказать подробности…

…

Глава 6 Илшу. Добро пожаловать

С того вечера прошло несколько дней. И за это время многое поменялось… точнее сказать, начало меняться.

Крис не стал уточнять, почему я была в столь плачевном состоянии и почему была с ног до головы покрыта толстой коркой, состоящей из припёкшейся крови и человеческих ошмётков. Это, стоит отметить, довольно странно. Всё же, маленькая однорукая девочка с татуировкой на всё тело, которая к тому же ещё и голая, а также перепачкана человеческим фаршем, — зрелище необычное.

В общем, я оценила то, что он не стал об этом спрашивать.

По началу я относилась к нему с недоверием. Я ждала подвоха, думала, что он попросит что-нибудь взамен, но нет. Он лишь предложил взаимовыгодную сделку.

Честно, я не была уверена, что это хорошая идея. Я чувствовала вину, ненависть к своей изменённой натуре. Хотела убежать, позабыть…

Но… я впервые за долгое время почувствовала, что иду куда-то не одна. Это было довольно странное, но приятное чувство…

А теперь, после нескольких дней неспешного путешествия мы, наконец, добрались до места назначения.

Дорога заняла у нас не слишком много времени, особенно учитывая, что двигались мы пешим ходом. Возможно, присоединись мы к какому-нибудь мимо проезжающему каравану или оседлай мы коней, добрались бы значительно быстрей, однако, к сожалению, мимо этого захолустья редко проезжают путешественники или торговцы.

Впрочем, даже если так, не стоит недооценивать скорость, с которой мы двигались. Крис, пусть и уступает мне немного в физическом плане, однако слабаком не является. Он обладает немалой выносливостью и способен двигаться на протяжении долгого времени. Правда, мы всё равно делали множество небольших перерывов. И в этом нет ничего такого. Не повторять же из раза в раз одни и те же ошибки.

В общем, в эти минуты отдыха мы не теряли времени даром и общались на общие для нас темы (подземелье, навыки, система и прочая рпг-чушь). Признаю, мне, спустя столько лет общения с камнями маны и галлюцинациями, было весьма сложно поддерживать конструктивный диалог. Язык так и норовил заплестись гордиевым узлом, а поток мыслей вместо того, чтобы изливаться в виде слов, превращался в сплошную мешанину из неловких пауз, неприличных звуков и заиканий.

Ах, стыдоба-то какая.

Я была так взволнованна, наконец, спустя столько времени пообщаться по-настоящему с живым, дышащим человеком. У меня было столько мыслей в голове, столько вопросов, но вместо милой, светской беседы получилась эта несуразица. Надо было продолжать общаться при помощи коротких, односложных записок!

Чёрт… ладно, нечего ворошить болезненные воспоминания. Тем более, сам Крис не стал акцентировать на этом внимания. Не думаю, что он разочаровался во мне… По крайней мере, надеюсь.

И помимо моих жалких попыток завязать светскую беседу, я активно изучала новые возможности системы и быстренько опробовала новые навыки.

И, что потрясло меня больше всего, я теперь могу просмотреть описание всех навыков, титулов, достижений и снаряжения. Более того, я могу заставить «Голосового помощника» озвучить это всё. Хотя, откровенно говоря, лучше бы я оставалась в неведении, касательно значения некоторых титулов и достижений. Лишь настроение себе испортила. Ну вот честно, каким ублюдком нужно быть, чтобы написать подобную чепуху и несуразицу. Все эти описания словно писал какой-то мелкий шкодливый ребёнок из интернета.

К примеру, описание титула «Убийца немёртвых», который я получила после первой победы над Личом. Казалось бы, я получила его за благородное дело: истребление сильной нежити, однако…

[«Убийца немёртвых» — поздравляю! Вы настолько отвратительное существо, что даже смерть решила держаться от вас подальше. Вы изуродовали и осквернили столько трупов, что сама природа решила отказаться от вас. Мир живых вас боится, мир мёртвых вас стыдится, а ваше тело более не подвержено разложению.]

Ну вот что это за хрень!? Меня буквально обвиняют в предумышленном осквернении и неуважении к мёртвым! А ничего, что эти мертвяки не раз убивали меня и, быть может, оскверняли уже моё почившее тело!?

И они все, за редким исключением, написаны в подобном ключе!

Впрочем, ладно, я уже привыкла, что эта дрянная недоделанная система и этот недобожок при любом удобном случае откровенно стебутся надо мной, однако, что это вообще за эффект? Моё тело более не будет разлагаться?

Звучит весьма сомнительно и крайне бесполезно. Тем более в мире, где общепринятой практикой является кремация тел погибших. Нечто подобное может разве что понравится какому-нибудь любителю хладных тел. А если учитывать мой возраст…

К чёрту!

Благо, хотя бы у навыков более-менее нормальные описания. Пусть и не без своих приколов…

Например, теперь я знаю, что мой навык «Полиморфия» позволяет мне не просто искажать или видоизменять форму всего тела, но и отращивать совершенно новые функциональные конечности. При желании я могу даже стать совершенно иным существом.

К сожалению, этот навык является скорее исключением, чем правилом. Если у него довольно подробное и понятное описание, то у других он выглядит как-то так:

[«Телепортация» — телепортирует.]

или

[«Голосовой помощник» — помощник, имеющий голос.]

Очень познавательно, не так ли? Ни деталей, ни подробностей о том, как они работают. Издевательство какое-то. Самое настоящее свинство!

На самом деле, даже впечатляет какое подробное описание есть у «Полиморфии» и у «Тихой ярости» на фоне остальных навыков.

Протяжно вздохнув, я решила прекратить этот поток мыслей.

— Ты готова? — спросил Крис, указывая на небольшую стопку вещей в моих руках.

Кивнув, я поправила мантию, прикрывающую мои звериные уши и всё остальное тело.

В данный момент мы стояли на пригорке, будучи скрытыми множеством кривых деревьев и кустов. Отсюда открывался вид на место нашего назначения — деревню Илшу. Потёртые крыши, покосившийся забор и странная тишина, в которой даже ветер казался чужим. Всё здесь выглядела серо, безжизненно и подозрительно тихо.

— Место… не самое оживлённое, — пробормотал Крис, вглядываясь в немногочисленных жителей деревни. — тебе оно не кажется странным?

Проследив за его взглядом, я не заметила ничего странного. Да, людей здесь было не очень много, да и те, что были, просто сидели и смотрели в пустоту. Быть может, большинство ушло на какое-то важное мероприятие или общую тренировку? Возможно, они ушли на охоту, оставив здесь только самых слабых и немощных? А оставшиеся просто разочарованы и расстроены тем, что остались позади?

Впрочем, я не могу быть уверена, что можно считать нормой. Всё-таки опыт пребывания в шумном мегаполисе и в средневековой деревеньке даже сравнивать не стоит. Да даже мой собственный опыт жизни в родном поселении я не могу назвать эталоном. Зверолюди, как правило, более взбалмошные и воинственные нежели обычные люди. К тому же жизнь там казалась мне немного… удушающей…

В любом случае, учитывая задание, выданное Крису, подобная неестественная тишина и запущенность может быть связано с этим.

[Квест: «Тайна исчезновения» |1 / 3| Описание: «В поселении Илшу пропадают люди! Исследуйте это со своим напарником и разгадайте тайны этого места!» Участники: 2/2 Награда за успех: 50 духовных монет. Наказание за провал: «Разочарование».]

Следует ли говорить, что я стала так называемым «напарником» в этом задании?

В общем, по всей видимости, из-за того, что люди в этом месте начали пропадать, деревня и выглядит столь безжизненной и неестественно тихой.

— Выглядит не ухоженно, — коротко ответила я, обратив внимание на запущенное состояние поселения.

Забор, ворота, крыши и стены домов. Над ними явно давненько не ухаживали. Даже табличка с корявой надписью «Илшу» покрылась плесенью и выглядела так, словно была готова сломаться от одного лишь ветра.

— Насколько давно у них пропадают люди? — задумчиво пробормотал Крис.

Спустившись с пригорка, мы начали медленно приближаться к чрезвычайно тихому поселению. И когда мы были прямо у неухоженных ворот, в нашу сторону начал подходить невысокий горбатый мужчина. Выглядел он соответственно деревне: уставшим, тихим и неухоженным. В его взгляде и движениях отчётливо читалась измождённость, настороженность и… раздражение?

— Не против, если говорить буду я? — спросил у меня Крис, поправив капюшон мантии.

— Нет…

Я бы в любом случае испытывала трудности при разговоре с незнакомым человеком. Тем более, кто будет воспринимать всерьёз человека, выглядящего как ребёнок? Это весьма печальная реальность, с которой я мало что могу поделать. Эх, а ведь ментально мне больше шестнадцати лет. Несправедливо…

Как бы то ни было, хорошо, что я хотя бы красный цвет глаз смогла спрятать с помощью линз. А не то на нас бы мигом вышла целая толпа (ну… или хотя бы парочка) разъярённых деревенских жителей. Хах, и откуда они только в «Магазине»?..

Когда мужчина подошёл к нам, он спросил слегка охрипшим и настороженным голосом:

— Путники? Что вам нужно в нашей деревне?

Перед нами стоял невысокий, худощавый, темноволосый мужчина с лёгкой небритостью. Его одежда была грубой, но чистой и опрятной, а взгляд — тяжёлым, скорее оценивающим, чем злобным. Он выглядел как обычный крестьянин, которого довольно сильно помотала жизнь… ну, если не считать того, как странно он держал руки. Словно что-то прячет в рукавах.

Я не стала заострять на этом внимания, ибо даже если он попытается напасть на нас, то уж сильно сомневаюсь, что он сможет хоть как-то нам навредить.

— Добрый день, — начал Крис, слегка приподняв руку в приветственном жесте. При этом он натянул дружелюбную улыбку, однако на его вечно уставшем выражении лица это выглядело скорее вымученно. — Мы ищем ночлег и место, где можно перекусить. Видите-ли, мы исследователи подземелий. И, проходя мимо, мы были очень удивлены, обнаружив здесь деревню!

Мужчина смотрел на него, с видом, словно тот ему не верит. Затем его взгляд скользнул на меня.

— «Исследователи»? — спросил он, сделав особенный упор на множественное число, — Хочешь сказать ты собственное чадо по подземельям таскаешь?

Крис, не ожидав такого вопроса, был ошеломлён. Всё-таки его, человека(?), выглядящего довольно молодо, не каждый день принимают за отца. И учитывая, что он выглядит всего лет на двадцать, а я сама — максимам на десять, то вырисовывается весьма мрачная картина.

Да чего уж там, я сама не ожидала такого вопроса и невольно воскликнула:

— Он мне не отец!

— Кхм, да! Она не моя дочь! — воскликнул Крис, выйдя из оцепенения. — Я ещё слишком молод, чтобы быть отцом!

Почему-то его последнее предложение звучало как-то… напугано?

Мужчина, услышав наши резкие восклицания, слегка смутился и извинился. И в этот момент, из-за наших криков, в нашу сторону устремились взгляды немногочисленных жителей деревни. Они были настороженными, изучающими и почему-то раздражёнными.

Крис же, отмахнувшись от извинений, как от пустяка, продолжил.

— В любом случае, не можете ли вы подсказать, где находится ближайшая гостиница или постоялый двор?

— Через нашу деревню редко проходят путники, так что у нас такого нет. — слегка раздражённо ответил мужчина, — Повернёте вон за тот забор, затем прямо по тропе. Там находится небольшой трактир с парой гостевых комнат.

— Если вы здесь надолго, то учтите, у нас тут свои обычаи. Короче, больше не задерживайте меня, мне ещё ту молчаливую тварь кормить.

Грубо попрощавшись, он бросил на нас последний взгляд — тяжёлый, словно пытался заглянуть мне под капюшон и разглядеть, что же скрывается под ним. Лишь когда его фигура скрылась за поворотом, и чужие взгляды перестали впиваться в нас, мы переглянулись.

— Он странный.

— Очень, — коротко согласилась я.

— Чёрт! — выругался Крис, словно что-то внезапно вспомнив, — Я так и не спросил у него, почему здесь так мало людей. — вздохнув, устало потирая затылок, он продолжил, — Я был слишком ошеломлён его вопросом… И неужели я выгляжу настолько старым?

Запрокинув голову назад, я начала рассматривать лицо молодого парня, стоящего возле меня. Под капюшоном мантии виднелись длинные серебряные локоны волос, глаза янтарного цвета и черты лица, принадлежащие молодому человеку. И пусть он и был молод, однако его неизменно уставшее выражение лица и тёмные круги под глазами, определённо, прибавляли ему в возрасте.

И хотя с моего ракурса его лицо выглядело довольно забавно, я всё же не могла не отметить, что он обладал довольно привлекательной внешностью (просто констатирую факт).

Однако, как бы привлекательно он не выглядел, я не могла ему соврать, а потому я ответила честно:

— Да.

Мой краткий ответ, на обдумывание которого ушло всего пол секунды, вызвал на его лице гримасу неудовольствия.

— Ха, могла бы и соврать ради приличия. — слегка обиженно промолвил Крис, — Ладно, пошли уже в этот трактир. Может быть, там узнаем хоть что-нибудь, а то это дрянное задание ни черта не объясняет.

Кивнув, мы направились туда, куда нам указал горбатый мужчина.

По пути я, по старой привычке, ни на секунду не ослабляла бдительности. И, возможно, благодаря этому я практически сразу заметила множество настороженных взглядов, внимательно следящих за каждым нашим движением. Они исходили из самых разных сторон: из леса, из маленьких, почти невидимых щелей дверей и окон, а также из-за углов зданий.

Издалека с вершины пригорка, на котором мы совсем недавно стояли, это было незаметно, однако оказавшись здесь, это стало очевидным. Эта деревня не испытывает недостатка в местных жителях. Иначе, просто невозможно объяснить такое огромное количество взглядов, одновременно направленных на нас.

Интересно, во всех ли поселениях столь враждебно относятся к чужакам? Сомневаюсь. Да и если это нормально, то с каких пор обычные крестьяне способны столь умело прятаться? Вон, даже Крис, по всей видимости, не заметил такого насыщенного количества взглядов.

Хотя, может быть, он просто невнимателен?

Ух, на самом деле, неприятно, чувствовать на себе столько внимания. Такое чувство, словно они раздевают и пожирают меня своими глазами.

Как бы то ни было, если я и могу оправдать их настороженность тем, что всё это место находится не пойми где, а также тем, что у них, скорее всего, пропадают люди, то вот их умения — нет. Они слишком хорошо прячутся и скрывают своё присутствие.

Это подозрительно.

— Сюда, — тихо сказал Крис, указывая на покосившееся двухэтажное строение, выполненное из старой древесины.

За этим зданием, да и за всеми остальными в этом затхлом месте, явно давненько не ухаживали. И пусть оно было массивнее большинства домов, оно выглядело ненадёжно, словно готовилось рухнуть в любой момент.

Это и был трактир. Об этом свидетельствовала кривая вывеска с выцветшей пивной кружкой.

Отворив массивную деревянную дверь, которая скрипела так, словно ревела, мы вошли. Внутри было… также пусто…

Ни шума, ни болтовни, ни звона кружек — лишь неприятный аромат прокисшего эля, кислой капусты и пыли, въевшейся в каждый уголок. Внутреннее убранство же полностью соответствовало внешнему виду здания: старое, полуразвалившееся и покрытое вековой пылью. Свет пробивался только из мутного окна, и от этого трактир выглядел ещё мрачнее.

И вдруг послышались неспешные шаги, после чего за стойкой приоткрылась дверь. В проёме появилась женщина средних лет

— Ой? Посетители? — прозвучал удивлённый женский голос.

Она была одета в простенькое крестьянское платье, а также в фартук, на котором виднелось несколько жирных пятен. Лицо её омрачала лёгкая тень усталости и печали, однако при виде нас оно озарилось широкой, полной дружелюбия улыбкой.

— Хаха, извините за беспорядок, — неловко улыбнувшись, сказала она. — Давненько я не видела новых лиц.

От всего этого поселения веяло угнетением, настороженностью и затхлой тишиной. Оно казалось вымершим.

И на фоне этого немного вонючего места добрая улыбка этой женщины и её гостеприимство показались нам неестественным. Словно само её присутствие не вписывалось в здешнюю картину. Она обладала тёплой, согревающей аурой.

Настолько сильным был контраст, что мы могли лишь в шоке вымолвить:

— А?..

На фоне этого чрезмерно тихого, словно заброшенного, и настороженного места её тепло выглядело фальшиво. Или… слишком искренне. И это настораживало…

Глава 7 Разговор

Оправившись от лёгкого шока, Крис первым решил завязать лёгкую беседу.

Женщина выглядела дружелюбно, её поза, выражение лица и каждое мелкое движение не несли в себе угрозы. Наоборот, казалось, что от одного лишь её присутствия меня окатило приятной теплотой.

Честно, меня это очень насторожило. И, думаю, никто не может меня в этом винить. Всё это место выглядит давно заброшенным, хотя здесь живут люди. Первый встретивший нас человек прятал в рукавах кинжал, а местные жители по неизвестной причине прятались и тихо наблюдали за нами. Уже это ой как подозрительно, а тут она, словно не от мира сего.

— Добрый день, — начал Крис, слегка приподняв руку в приветственном жесте.

Он со всеми так здоровается? — подумала я, взглянув на его вымученно дружелюбную улыбку.

Встретившись взглядом с женщиной, я невольно вздрогнула и приветственно кивнула, после чего начала избегать зрительного контакта.

— Не беспокойтесь из-за беспорядка. Однако, есть ли причина, по которой здесь так мало людей? Сколько прошли, а встретили всего пару-тройку человек. Уж не связано ли это с монстрами или бандитами?

— Ух ты, какой вежливый молодой человек, — в изумлении пробормотала она, с нежным взглядом взглянув на Криса. — Нет, ничего подобного.

Она вытерла руки о фартук, взяла тряпку, а затем неспешно обошла стойку, жестом пригласив нас сесть за один из старых деревянных столов, который она быстренько протёрла. Мы послушно подошли и уселись. Доски под нами тут же заскрипели, заставив меня невольно вздрогнуть.

— Деревня и правда опустела… — вздохнула она, опустив взгляд. — Но не подумайте, не из-за каких-то бед или чудовищ. Просто… Люди начали уезжать один за другим в поисках лучшей жизни. Бывает, знаете ли, человек уходит и не возвращается. Возможно, это место уже отжило своё. Всё реже приезжают торговцы и всё меньше людей остаются здесь. Даже детей нет…

Она говорила это с почти улыбкой, но в её взгляде проскальзывала странная отрешённость и печаль.

— Могу ли я узнать, по какому поводу вы здесь? Всё-таки нечасто здесь бывают гости, — сказала она, нежно улыбнувшись.

— Ой, точно. Мы ж даже не представились. Меня зовут Крис, а мою напарницу — Лили. Мы странствующие исследователи подземелий. Сюда мы пришли совершенно случайно — никак не ожидали найти здесь деревню. Мы пришли сюда в поисках ночлега.

— Приятно, меня зовут Калла. Хм, исследователи подземелий? Такие юные, а занимаетесь столь опасным делом? — взглянув на меня, задумчиво пробормотала она.

— Хаха, — неловко посмеялся Крис, — у нас свои обстоятельства…

В этот момент её взгляд почему-то стал особенно жалостливым. Она смотрела на меня и на Криса взглядом, полным жалости и сопереживания.

Она явно что-то не так поняла, — подумала я, решив ничего не говорить.

— Ах да, чуть не забыла… — она порылась под стойкой, достала связку чуть ржавых ключей и, немного повозившись, отсоединила один из них. — Вот, держите. Вторая комната направо на втором этаже. Там две кровати. И можете не беспокоиться, комната чистая. Хотите чего-нибудь перекусить?

— Думаю, сначала немного отдохнём, — ответил Крис, намереваясь достать мешочек с монетами.

— Ах, не надо платить. Я так давно не принимала гостей, так что мне приятно просто увидеть новые лица.

— Правда?.. — удивился Крис, да и я тоже, — Вы уверены?

— Да, более чем.

— Что ж, тогда большое вам спасибо!

— Спасибо… — тихо поблагодарила я.

— Чуть позже я позову вас на ужин, а пока, можете осмотреть комнату. Если что, я буду на кухне.

С этими словами она скрылась за той же дверью, откуда и появилась. Дверь мягко скрипнула, затем всё стихло. Только завывание ветра, да далёкий стук посуды из кухни напоминали, что мы в этом месте не одни.

Мы с Крисом ещё какое-то время молча сидели, прислушиваясь к каждому шороху, пытаясь понять: она действительно была такой доброй? Или просто хорошо притворяется?

— Какая милая женщина… — с лёгким вздохом пробормотал Крис, чуть улыбаясь и устало растягиваясь на стуле.

Я в замешательстве взглянула на него, однако он лишь неловко отвёл взгляд, стараясь скрыть лёгкий румянец.

Чего?..

Ладно, беру слова назад. Похоже, только я здесь паранойю, подозревая её.

— Пошли в комнату? — наконец спросил он, поднимаясь.

— Угу…

Мы направились по скрипучей лестнице на второй этаж. Доски под ногами прогибались с тихими стонами, словно в любой момент могли просто провалиться, унеся за собой всё это ветхое здание, но, к счастью, они держали вес.

Дверь в комнату открылась с лёгким щелчком и…

— Ого, — тихо выдохнула я.

Несмотря на общее состояние трактира, да и всего этого поселения, комната была на удивление чистой. Протёртый пол, заправленные кровати, даже на подоконниках, на которых постоянно скапливается пыль, — ни пылинки. Всё выглядело опрятно. Очень. Словно кто-то каждый день тут старательно убирался.

Зачем? — проскочил в моей голове вопрос.

Судя по общему состоянию трактира, в этом месте давно не было не то, что путников, даже местные жители, видимо, не посещают его. Это странно. Особенно учитывая, что обычно деревенские (и не только) любят выпить после долгой, муторной работы.

Такую запущенность ничем кроме массовых исчезновений не объяснить, однако это ведь не так. Это место не испытывает недостатка в населении. Уж слишком много взглядов было направлено на нас. Да чего уж, даже сейчас я чувствую чьё-то присутствие. Кто-то подслушивает.

И от этого мне становится всё неспокойней.

Не то, чтобы я не могла выследить всех прячущихся и покромсать. Нет, я бы могла это сделать. С лёгкостью. Но кто, чёрт побери, нападает на людей просто потому, что те испытывают настороженность? Я ведь не какое-то чудовище!

— Как тут чисто, — восхищённо пробормотал Крис, усевшись на край кровати, — она такая добрая женщина. Особенно на фоне того грубого мужчины. Кстати, задан…

Шикнув, поднеся палец к губам, я серьёзно посмотрела на него. Он тут же замолчал. Казалось, по моему взгляду он сразу всё понял, после чего в его руках из ниоткуда появилась небольшая сфера. Магические формулы и слабое присутствие маны красноречиво говорило о магическом происхождении сего предмета.

Однако удивила меня не сама сфера, а тот факт, что она оказалась в его руках в мгновение ока буквально из воздуха.

Какого…? Откуда она появилась в его руках? Это какой-то уличный трюк? Но я не заметила никаких лишних движений… С каких пор он является профессиональным фокусником?

Я подавила в себе желание задать вопрос.

Крис подозвал меня к себе, после чего направил в сферу небольшую струйку маны. Вокруг неё мигом начал расширяться полупрозрачный купол.

Это был не барьер, а нечто иное.

Во мне мгновенно вспыхнул интерес, и я начала рассматривать его с разных сторон, ощупывая ману, исходящую из сферы, и осматривая многочисленные формулы.

— Это артефакт, «Сфера тишины». Он позволяет создать вокруг себя небольшой звуконепроницаемый купол. Довольно дорогой, между прочим, — сказал Крис, наблюдая за мной.

Артефакт? Как интересно. В подземелье было очень мало различных магических предметов и артефактов. За исключением посоха Лича и телекинетической перчатки, а также тех, что очень редко можно было получить из тайника, их, считай и не было вовсе.

Интересно, конечно, узнать, как это работает, но потом.

— Так в чём дело? — настороженно спросил он.

— Ты не з-заметил? За нами следят, — слегка дрожащим голосом ответила я.

Чёртов язык! Не заплетайся!

— И, кажется, нас подслушивают, так что… следи за словами…

— Вот как? Я подозревал, что за нами наблюдают, но, чтобы и здесь подслушивали… Это место кажется мне всё подозрительнее. — Сказал он, устремив взгляд куда-то в воздух. Казалось, он что-то внимательно читал.

— И эта женщина… Она явно солгала… либо чего-то не догов-варивает, — закусив губу, я высказала свои мысли. — Это место не пустое. Люди есть. Просто… они прячутся. Словно крысы… или змеи, таящиеся и готовые в любой момент вонзить свои клыки.

— Ты думаешь, это ловушка?

Немного помолчав, я кивнула головой.

Не может быть, чтобы это не было ловушкой. Я практически на сто процентов уверена, что эта якобы добрая на вид женщина прямо сейчас гремит посудой и нарезает овощи лишь с той целью, чтобы незаметно подсыпать яд. А вот что она будет делать с нами после? Одному лишь богу известно. Но уж точно ничего хорошего.

— Возможно… — задумчиво сказал Крис. — Однако мне не показалась, что она врала нам. Скорее всего, чего-то недоговорила. В любом случае, это место странное. Согласно описанию задания, нам нужно узнать о причине исчезновений людей и «разгадать тайны» этого места. Нам надо собрать больше информации…

— И что т-ты предлагаешь? — вздохнув, спросила я, — местные жители относятся к н-нам крайне насторожено. К тому же, за нами с самого входа наблюдает множество глаз. Фиг они нам что расскажут!

Постучав ритмично по прикроватному столику, Крис замолчал, о чём-то задумавшись.

— Предлагаю разделиться, — выпалил он, после недолгого молчания.

Ого. Звучит, как очень глупая идея, взятая прямиком из фильмов-ужасов категории «B». А что обычно происходит, когда персонажи в таких фильмах разбредаются в разные стороны? Правильно! Их убивают по одному, как скот!

С другой стороны, ни я, ни Крис не являемся слабыми. Очень маловероятно, что обычные крестьяне смогут нас одолеть. Даже толпой они мало чего могут сделать против нас. Хотя, они ведь явно не «обычные крестьяне», так что я не знаю, чего можно от них ожидать. В таком месте не помешает быть настороже.

Заметив на моём лице неодобрение, Крис продолжил:

— У меня, в отличие от тебя, нет навыков скрытности, поэтому мне будет сложно избежать слежки. Я предлагаю тебе начать следить за теми, кто следит за нами, а также изучить это место вдоль и поперёк. Если что, можно поймать одного из них и расспросить.

Чего? Начать слежку за теми, кто следит за нами? Что за забавная мысль?

— Я же попробую разговорить Каллу и тех немногих, кто не прячется, — закончил Крис, наблюдая за моей реакцией.

Что ж, учитывая мою внешность и тот факт, что мне, пока что, сложно разговаривать с незнакомцами, я ничего против этого не имею. Неприятно, конечно, плясать под дудку этого недобожка, однако, к сожалению, пока я не наберусь достаточно сил, я ничего с этим сделать не могу.

Я слегка кивнула, показывая согласие с его планом.

— Начнём с завтрашнего утра, — сказал Крис, готовясь прекратить подачу маны в артефакт. — Хотя, если хочешь, можешь начать уже сейчас. Думаю, тебе будет легче перемещаться в ночи.

— Погоди, — сказала я, взглянув на небольшую сферу, лежащую на прикроватном столике. — Прежде, чем ты д-деактивируешь сферу, ответь: откуда ты её достал?

Крис озадаченно взглянул на меня.

— Откуда достал? — спросил он, слегка приподняв бровь. — А! Если правильно помню, я купил её на чёрном рынке в городе Меркантон. Представь себе, он стоил целых две золотые монеты! И это после торга!

Хм, честно, я плохо представляю, насколько это много. Золотые монеты — это далеко не то, что часто могут увидеть обычные крестьяне. К тому же в обществе зверолюдей. Как бы то ни было, спрашивала я не об этом.

— Нет, она п-появилась в твоих руках прямо из воздуха!.. Как ты это сделал? — Спросила я, чувствуя нетерпение.

Крис, казалось, был слегка озадачен моим вопросом. Он смотрел на меня немигающим взглядом, словно старательно пытался понять, что я имею в виду.

Неужели он столь глуп, что не понимает? А может специально мучает моё любопытство? Я ведь не прошу многого. Всего лишь объяснить необъяснимое.

— Погоди… — произнёс он с небольшим сомнением, — у тебя нет «Инвентаря»?

Ха, хаха…

О чём он говорит? Какой, к чёрту, «Инвентарь»!? Он имеет ввиду тот, что обычно есть у каждого мимо проходящего исекайнутого школьника? Но у меня такого нет… Не может быть, чтобы он был среди новых функций системы! Я, может, и не изучала его функционал с большим рвением, но и не делала это спустя рукава. Я бы определённо заметила, будь здесь «Инвентарь»!

Заметив мою растерянную реакцию, Крис пояснил:

— Ты же знаешь, что на втором уровне в главном здании поселения гоблинов был подвал?

Я кивнула, желая, чтобы он быстрее шёл к сути.

— В этом подвале было множество полезных и… «странных» вещей…

Я снова кивнула.

— Там была полка с … э-э… специфическими книгами и, скажем так, кое какими инструментами…

Я тут же нахмурилась, припомнив ту полку, от которой несло тухлой рыбой. Тот подвал в целом выглядел так, словно использовался для не самых благих целей. Чего только стоила целая стопка различных рецептов зелий на «выносливость»…

Однако причём это здесь? С чего это он столь внезапно поменял тему. Да и ещё на такую…?

Признаю, я случайно притронулась к одной книге по невнимательности, но к остальному даже близко не подходила. И, судя по названиям («Богиня благословляет эти XXX действия», «Неприличная пора моей XXX жизни» и другим менее безобидным), их содержание уж точно не было безопасным для детской психики.

Честно, мне было крайне мерзко даже притрагиваться к этой полке. Судя по состоянию, этими предметами «пользовались» довольно часто. Они наверняка были покрыты «чем-то».

Пошлость. Звенящая пошлость!

Конечно, в своё время я тоже интересовалась этой темой, но в связи с необходимостью выживания, продвижения и развития, а также с детским телом, это вызывало только приступы рвоты.

Так почему он вдруг заговорил об этом? Мы уж точно не столь близки. Может быть, он извращенец?..

— Кхм, — прокашлялся Крис, заметив, как я смотрю на него, — так вот, если потянуть за вторую книгу справа, то откроется скрытый проход…

Стоп. Что? О чём он говорит?..

— Он ведёт в комнату, полную… — он замолчал, нахмурив брови, словно вспомнив что-то неприятное, — неважно. На столе лежал небольшой деревянный футляр и в нём находилась карта с навыком «Инве…

Меня будто током ударило. И, не желая слышать его дальнейшие слова, я тут же вытянула руку в жесте «Стоп», тяжело взглянув на него. Крис тут же замолчал.

Я не хотела думать о том, какой навык находился там. Не желала слышать, что именно упустила по собственной брезгливости. Не хотела осознавать, насколько бы упростилась моя жизнь с этим.

Гигантские сумки, полные тяжеленых камней, водонепроницаемые рюкзаки, необходимость передвигаться под водой с большой тяжестью… Сколько раз мне приходилось выбрасывать потенциально полезные вещи, из-за недостатка места в сумке?.. Сколько времени я тратила на их создание? Сколько циклов…?

Чёрт! Не думай об этом!

Зря же я спросила! Лучше бы не знала!

Ах, а ведь если подумать, то и тот парень с десятого уровня доставал предметы, казалось бы, из воздуха. Тогда я не придавала этому значения. Хах, только не говорите мне, что только у меня нет «Инвентаря»! Такого просто не может быть! Надеюсь…

Я думала, что бывший владелец того места был просто лютым извратом или же «очень счастливым человеком», но, чтобы у него была скрытая комната для не пойми чего? Что за издевательство!? Кто прячет подобное за такой книгой?! А ведь она была особенно грязной…

Ладно! Неважно! Просто забудь! Это всё давно позади! НЕ ДУМАЙ ОБ ЭТОМ!!

Чёрт, да что же это такое…? Потом нужно будет внимательно обыскать «Магазин»…

В этот момент, когда Крис, наконец, деактивировал сферу, со сторону двери послышался ритмичный стук и слегка обеспокоенный голос владелицы трактира.

— Дорогие гости? Вы же здесь? Еда готова. Спускайтесь. Почему вы не отвечаете?

Спохватившись, Крис тут же ответил:

— Да, одну секунду, — повернувшись ко мне он спросил: — пошли?

Я не стала долго размышлять и покачала головой.

Мало ли она чего подмешала в еду. К тому же, я не хочу есть из чужих рук. Уж лучше продолжу давиться вяленным мясом.

— Останешься здесь? — спросил он, слегка покивав в сторону окна.

— Да, — я специально ответила вслух, — хочу н-немного поспать после долгой дороги.

— Хорошо, если что, оставлю тебе немного.

С этими словам он тихо передал мне один небольшой камень маны и зелье восстановления резерва. После этого он щёлкнул дверью и спустился по скрипучей лестнице. Спустя некоторое время я с первого этажа услышала мужской и женский голос. Они явно вели довольно милую беседу.

— Что ж, — тихо пробормотала я, — опять работать.

Оставив под одеялом несколько тряпок, чтобы те по форме напоминали мою фигуру, я усилила «Скрытность» и незаметно вылезла через окно…

Глава 8 Немой зов

Выбравшись из окна и забравшись на крышу старого здания, я увидела, как солнце медленно опускалось за горизонт. Оно было удивительно прекрасным. Жёлтые, оранжевые и розовые оттенки окрашивали это гиблое место, заполняя пустоту тёплыми красками. Ветхие дома, покосившийся забор, заброшенные улицы — всё это вдруг перестало выглядеть столь мрачно и безжизненно. Даже моё настроение под лучами заката чуть-чуть улучшилось.

Честно, я никогда не любила солнце. Оно яркое, противное, слишком назойливое. Стоило только выйти на свет, как моё самочувствие мигом шло под откос. Я чувствовала себя не в своей тарелке. Хотелось укутаться в плед и скрыться во тьме, где никто меня не найдёт.

Но спустя столько лет заточения в треклятом подземелье моё мнение изменилось кардинально. Оно ведь дарует жизнь, энергию, прекрасное равномерное освещение, а также является очень надёжным поставщиком витамина «Д». Более того, оно даже указывает, когда спать, а когда работать.

Его просто невозможно ненавидеть.

Я стала чаще наблюдать за различными пейзажами. Рассветы, закаты, облака, звёзды и бескрайние просторы. Простое созерцание за этими видами очень умиротворяет. Позволяет на краткий миг отбросить тревоги и переживания, терзающие мою душу.

Мне больше всего нравятся закаты… Хотя раньше именно их я особенно недолюбливала…

Покачав головой, я решила сосредоточиться на деле.

Усилив эффект сокрытия, я выпила зелье маны. Вкус был горьким и неприятным, скорее даже отвратительным. К несчастью для моих вкусовых рецепторов, мне приходилось пробовать вещи и похуже.

Спустя мгновение по телу прокатилась волна тепла, а резерв начал постепенно заполняться. В конечном итоге, восполнилось около сотни единиц.

Не густо, но и не мало.

И… что могу сказать? Оно намного лучше тех жалких подделок, которые я варила в подземелье, однако я всё-таки малость разочарована. Использование камней маны с духовным клинком в разы эффективнее.

Натянув капюшон, я начала изучать это чрезвычайно подозрительное место.

Сперва я решила выяснить, кто пытался подслушать наш с Крисом диалог.

Тот человек, судя по всему, находился в соседней комнате и подслушивал, прислонившись ухом к стене. Следует сказать, они в этом полуразрушенном месте довольно тонкие, так что, наверняка нас было слышно очень чётко. Впрочем, верно и обратное.

Аккуратно закрепившись у стены второго этажа, я заглянула в щель слегка приоткрытого окна. О том, что меня заметят, я особо не беспокоилась. Конечно, маленькая фигура, закрепившаяся на стене двухэтажного здания, — очень заметна. Полагаю, меня легко можно было бы заметить даже издали. К счастью, благодаря сочетанию навыков («Скрытность» и «Отвод взгляда») беспокоиться не было нужды.

Меня можно заметить разве что впритык. Да и то для этого нужно быть очень восприимчивым.

Внутри было не ухожено, везде валялись тряпки, обломки мебели и битая посуда. В воздухе витала пыль, каждая поверхность комнаты ею покрыта. И посреди неё была фигура, одетая в длинную мантию чёрного цвета.

Этот человек, вероятно, был довольно высокого роста и крепкого телосложения. Хотя судить об этом было сложно, учитывая его странную позу и мешковатую одежду. Этот странный человек лежал посреди грязного пола, согнув колени и спину. Он приложил ухо к полу, явно пытаясь уловить диалог между Крисом и хозяйкой трактира.

Между делом он старательно делал короткие записи.

Стоит ли незаметно подобраться к нему, вырубить и выпытать из него информацию? В конце концов у меня довольно много способов причинить просто ужасающие муки.

Человеческое тело — это просто кладезь уязвимых и чувствительных мест. Под ногтями — адская плотность нервов. Под языком — артерия, нерв, тонкая слизистая. Подмышки, внутренняя сторона бедра, ямка под коленом — всё это выглядит безобидно. Но если туда попадут, можно на собственном опыте прочувствовать, как нога начинает жить своей жизнью, а рука безвольно висит, словно на нитках.

Один пропущенный удар — и лёгкие наполняются кровью. Одно неосторожное падение — и тело, будто и не твоё вовсе.

Пах, язык, губы, мочки ушей — все они чувствительны от природы, а потому болят особенно сильно при повреждении.

Я умирала много раз по самым разным причинам, а потому прекрасно понимаю, какие ранения особенно болезненны.

И ведь у меня есть способ причинить боль, даже не прикладывая каких-либо усилий. Тот же проклятый взор или клинок тьмы, к примеру.

В любом случае, мои мысли ушли куда-то не туда.

Естественно, я не стану пытать других людей. Я не из тех, кто будет мучить кого-то перед смертью. Я ведь не чудовище какое-то.

Решив оповестить Криса об этом сталкере в чёрной мантии, я отправила ему небольшой текст в «личном сообщении».

Как же хорошо, что у меня есть навыки скрытности. Иначе, мне было бы очень неловко посреди деревни произносить вслух нелепые слова и набирать текст на воображаемой клавиатуре. Как же странно это, должно быть, выглядело со стороны.

И спустя некоторое время мне пришёл ответ:

[хорошо, учту. я разбирусь с ним. пока осмотри окрестности.]

Мать всемогущая, кто его правописанию учил? Впрочем, учитывая, что он как-то умудрился мне ответить во время оживлённой беседы, это простительно.

Отпрянув от окна, я, не привлекая внимания, спрыгнула и скрылась за углом.

Какое-то время я внимательно наблюдала за прохожими, следила за ними. К сожалению, ничего подозрительного в их действиях я не заметила. Они были заняты обычной рутиной: развешивали бельё, кололи дрова, общались между собой на общие темы и так далее.

Хотя поведение некоторых вызывало беспокойство. Они просто сидели, глядя в горизонт, и, казалось, о чём-то глубоко раздумывали. Среди них были даже те, кто просто тихо рыдал, прикрыв лицо руками.

М-да, какая же здесь уютная атмосфера. Так и хочется уйти.

И несмотря на этих деревенских, занятых повседневными делами, деревня всё равно ощущалась крайне тихой и пустой. Большинство домов были заброшены, лишь в немногих из них были признаки жизни.

И это странно. Ещё совсем недавно, когда мы только зашли на территорию деревни, на нас было направлено просто неприличное количество взглядов. Сейчас все эти наблюдатели словно испарились, оставив здесь только этих немногочисленных крестьян, погружённых в повседневную жизнь.

Ничего не понимаю.

По крайней мере, я уверена, что тот сталкер в чёрной мантии заодно с теми, кто наблюдал за нами из самых разных углов. У них есть кое-что общее: умение прятаться и скрывать своё присутствие.

В движениях Каллы и жителях деревни я не заметила ничего подозрительного. Они двигаются небрежно, оставляя множество открытых мест. Я бы легко могла их прикончить. Возможно, они никак не связаны с теми странными наблюдателями.

Я ни в чём не могу быть уверена.

И если мы хотим получить больше информации, нам просто необходимо поймать того человека и допросить. Крис сказал, что разберётся с ним, так что оставлю это ему. Мне же нужно подумать, какие места ещё обыскать.

Обычные дома и хижины с окрестностями я осмотрела, но ничего особенного не обнаружила. Что ещё осталось? Дом старосты, амбар, кузница, дом знахаря и окраины. Найду ли я там хоть какие-то подсказки?

Я ведь даже не знаю, что конкретно ищу.

Это место подозрительно, полузаброшено, здесь пропадают люди и есть неизвестные, что скрываются и наблюдают издалека. Более того всё это поселение расположено не пойми где. Мимо этого места не проходят ни торговцы, ни путешественники. Даже не понятно, чем конкретно занимается эта деревня. И, если верить словам Криса, это место не обозначено на большинстве карт.

Честное слово, можно подумать, что это какая-то деревня каннибалов или злых магов, специально скрывающихся от внимания властей.

Тут нет следов охоты, животноводства и растениеводства. Точнее, здесь есть инструменты, загоны, даже амбар есть, однако, что самое главное, здесь нет ни животных, ни каких-либо сельскохозяйственных культур.

Откуда у них провизия? За счёт чего они живут? Что, чёрт возьми, произошло в этом месте?

Ох, как же я ненавижу загадки, вызывающие лишь вопросы, но не дающие ответов.

Какая же это всё-таки морока.

Как же мне надоело мучить свой мозг вопросами. Поскорее бы Крис выведал информацию из того чудака, расспросил Каллу и немногих жителей деревни.

Я тихо выдохнула и отвернулась от вида заброшенных улиц, освещённых лунным светом.

И когда я намеревалась отправиться осматривать оставшиеся места, подул лёгкий ветерок, слегка всколыхнув мой капюшон. На это даже внимания обращать не стоило. И я бы не сделала этого, если бы не запах, который он с собой принёс.

Это был слабый, еле уловимый аромат. Он был странным, неестественным. Он чем-то напоминал смесь тухлых яиц, мокрой шерсти и гнилого мяса.

Можно было бы подумать, что где-то рядом умерла какая-то животина или кто-то оставил гнить чьи-то останки. Ничего такого. Просто запах гнили. Однако что-то не давало мне покоя. Это заставило меня насторожиться.

Определив примерное направление, откуда пришёл этот неприятный аромат, я начала постепенно приближаться к окраинам деревни. Дома медленно редели, уступая место густому подлеску. Тропинка, почти полностью заросшая травой, вела в лес.

В попытке понять откуда исходило это зловоние мне пришлось немного поплутать среди грязных улиц. В какой-то момент мне просто хотелось бросить эту затею, вернуться в трактир и прилечь на мягкую кровать. Я ощущала лёгкое раздражение, но в конце концов пересилила себя и пришла куда нужно.

На границе деревни и леса к одной из многочисленных веток был привязан маленький мешочек. Он был покрыт странными, незнакомыми мне символами. От него веяло магической энергией. Присутствие маны было слабым, но ощутимым.

Этот странный мешочек вызывал у меня чувство отторжения. Мне было неприятно просто находиться около него. И речь идёт даже не о запахе (хотя и о нём тоже).

Пересилив себя, я подошла ближе, сняла его с ветки и аккуратно понюхала. Я тут же пожалела об этом, чуть не вывернувшись наизнанку.

Запах был резким, отвратительным, словно смесь фекалий, застоявшейся крови гоблинов и тухлятины с гнилой плотью. Чувствуя рвотный позыв, я выбросила мешочек, несущий в себе биологическую угрозу, куда подальше.

Мне хотелось сжечь свою последнюю оставшуюся руку в святом пламени и разорвать собственный нос в клочья.

— Что за проделки Дьявола… — прошипела я, корчась в неудовольствии.

Мне хотелось вернуться, принять душ, и позабыть сей неприятный опыт.

Мой чувствительный нюх — это скорее проклятье, нежели преимущество. Сколько же раз я проклинала его? Сколько раз мне хотелось иметь обычный, человеческий нос?

И пока я проклинала себя за очередную глупость и за чрезмерно развитое обоняние, я услышала голос, исходящий откуда-то далеко.

— Помоги! — словно эхом, отчаянно звал женский голос на грани слёз.

Меня словно током прошибло. Голова заболела, на душе мигом стало тревожно, а по спине прошли мурашки.

Я тут же начала озираться по сторонам в попытке понять, откуда он доносился. Я усердно вслушивалась в завывания ветра и шелест листвы. И так продолжалось до тех пор, пока я не уловила чьи-то тихие рыдания и шмыганье носом.

Словно поджаренная, я бросилась к источнику голоса. Ноги несли меня сами. Сердце бешено колотилось. Воздух казался плотным, как вода. А на душе, словно наковальней, чувствовался страх, тревога и… гнев?

Раздвигая листву, высокую траву и перепрыгивая через острые кусты, я наконец увидела её.

Сбавив шаг и замедлившись, я подошла ближе.

Тонкие руки, лицо, перепачканное в слезах и соплях, спутанные чёрные волосы. Худая фигура, сжавшаяся от страха и боли. Это была девочка примерно моего возраста, которая застряла между двумя молодыми деревьями в весьма провокационной позе. Она была одета в изношенное чёрное платье в пятнах от земли и травы.

Заметив и бросив на меня испуганный взгляд, она вздрогнула и сжалась, словно в попытке спрятаться от моего взора.

Её ярко розовые глаза, переполненные слезами, казались мне бесконечно манящими. Они словно одурманили мой рассудок. Её жалкая фигура, застрявшая между деревьями, естественным образом вызывала желание защищать и оберегать.

При виде неё во мне появилось странное чувство дежавю. Словно мне уже доводилось видеть кого-то похожего.

Когда я подошла ближе, сняв капюшон, она расслабилась и начала с любопытством осматривать меня. Её лицо тут же просияло, а слёзы, льющиеся из глаз, казалось, были вовсе не от страха, а от счастья, что кто-то отозвался на её отчаянную мольбу.

Чувствуя в себе странное противоречие, я мягким голосом спросила:

— Ты в порядке?

В ответ она покачала головой из стороны в сторону и дёрнулась в безуспешной попытке выбраться из древесной ловушки.

— Погоди, не двигайся, — сказала я, создав в руках небольшой клинок.

При виде странного оружия в моих руках она вздрогнула и зажмурилась, однако послушалась и замерла.

Чтобы освободить её, я сделала несколько надрезов на молодом стволе, после чего резко потянула. Послышался громкий треск и дерево, держащее девочку в заточении, упало.

Ребёнок с яркими глазами розового цвета теперь неуверенно стояла на фоне яркой луны, внимательно осматривая меня с ног до головы. В них не было ни страха, ни тревоги, только любопытство и благодарность.

И… от такого искреннего взгляда я чувствовала себя странно. Было как-то непривычно.

— Слушай, а как ты оказалась в подобном положении? — спросила я, нарушив неловкую тишину.

Услышав мой вопрос, девочка заметно оживилась, после чего быстренько подобрала с земли мешочек и показала его содержимое. В нём были травы и грибы. Затем, не сбавляя темпа, она показала в сторону деревни и начала ходить на месте, время от времени озираясь по сторонам. И когда она, казалось, замечала что-то воображаемое под ногами, подбирала это и забрасывала в мешочек.

От вида этого странного представления я склонила голову набок, не понимая её действий.

Заметив мою реакцию, она, чуть замешкавшись, открыла рот, показала на него пальцем и покачала головой.

— Ты… не хочешь говорить?

Отрицательно покачав головой, она снова указала на своё горло, после чего сложила руки в форме крестика.

— Ты не можешь…?

Кивок. Быстрый. Почти виноватый. Она отвела взгляд в сторону, плотно сжав кулаки. Складывалось ощущение, что она вот-вот заплачет.

Погодите, она немая?

Сердце сжалось от этой новости. Я тут же постаралась сменить тему, не желая давить на чужие болячки.

— Ага, получается, ты пришла из деревни, чтобы пособирать грибов и трав? — задала я вопрос, стараясь выглядеть невозмутимо.

Чуть оживившись, она кивнула, после чего продолжила своё маленькое представление.

Она наклонилась, прижала руки к груди, а затем подпрыгнула и ловко побежала на четвереньках, будто изображая небольшого зверька. Её движения были на удивления правдоподобными. Потом она резко остановилась, будто что-то заметила в кустах, и замерла.

Внезапно она сделала шаг назад, развернулась, словно испугавшись и готовясь бежать, и споткнулась. Она, изображая, как застряла между двумя воображаемыми стволами, немного подёргалась и замерла, показывая, что не может выбраться.

Затем она показала, как зовёт на помощь, открывая рот без звука и делая жесты руками. После этого она в театральной манере приложила ладони к глазам, как будто рыдая. А затем внезапно бросила на меня взгляд с такой искренней благодарностью, что мне на миг перехватило дыхание.

И прежде, чем я успела, что-то сказать, она шагнула вперёд и схватила меня за руки. Они были тёплыми, нежными и неожиданно крепкими. Она смотрела мне прямо в глаза, не отрывая взгляда.

Всё это было так по-детски искренне, что на моём лице ненароком расползлась ухмылка.

— Я поняла. Получается, ты спокойно собирала грибы до тех пор, пока не услышала мимо пробегающего зверька. — чуть посмеявшись я продолжила. — Испугавшись, ты споткнулась и упала, застряв между деревьев.

В этот момент девочка густо покраснела, спрятав свой взгляд. Вынуждена признать, она выглядела мило.

— Ладно, всякое бывает, не переживай, — говорила я в попытке подбодрить. — Сейчас слишком поздно для прогулок. Не хочешь ли вернуться в деревню? Я тебя провожаю.

И, не желая наступать на прежние грабли, я спросила:

— Кстати, а как тебя зов… — но тут же осеклась, вспомнив, что она не способна ответить на этот вопрос. — Прости…

Однако, вопреки моему беспокойству, девочка нисколько не обиделась. Резко наклонившись, она стала старательно вырисовывать на земле буквы одну за другой. Они получались кривыми, искорёженными, однако при этом в каждой из них чувствовались усилия.

— Мора… — пробормотала я её имя вслух. — Приятно познакомиться, я — Лили.

Взглянув на меня, лицо девочки расцвело в нежной улыбке.

— Ладно, идём? — спросила я, аккуратно схватив её за маленькую руку.

Мы двинулись в сторону деревни, идя молча, но удивительно спокойно. Она шла, почти прижимаясь ко мне боком, и иногда поглядывала на моё лицо с любопытством.

Это было странно. Очень странно. Я впервые встретила её, однако я не чувствую себя неуютно, не ощущаю угрозы и даже не запинаюсь. Напротив, около неё я чувствую себя необычайно спокойно. А ведь даже с Милли я не ощущала подобного комфорта столь скоро.

Быстренько прокрутив в голове последние события, меня словно током шибануло от осознания одной крупной несостыковки.

Она же немая… Она чисто физически не могла просить о помощи… Но чей же зов я тогда услышала?

Врёт ли она о своей неспособности говорить?.. Нет, не похоже. Да и зачем?

Быть может, у меня галлюцинации? Но с чего вдруг? Я ничего не принимала и не пила, да и не похоже, чтобы здесь были те мерзкие растения с девятого уровня.

Схожу ли я с ума? Но ведь даже в подземелье, даже в самые худшие времена я никогда не слышала голосов, находясь в трезвом рассудке.

Впрочем, я так и не оправилась от чувства вины за произошедшее не так давно, так что я не могу полностью исключать вариант с потерей рассудка.

В этот момент, прерывая мои размышления, прозвучал обеспокоенный мужской голос:

— Мора! Мора-а!

Девочка рядом со мной дёрнулась и отреагировала почти мгновенно. Она тут же отпустила мою руку и побежала в сторону источника звука. Из-за поворота одного из зданий появился невысокий мужчина с лёгкой небритостью. Это был тот же человек, что встретил нас у ворот. Его напряжённое лицо смягчилось при виде девочки, но голос был строг, как у родителя, отчитывающего нашкодившего ребёнка:

— Ты где была? Я же сказал — оставаться дома!

Мора остановилась перед ним, опустила голову и тихонько протянула небольшой мешочек, наполненный травами и грибами. Внезапно, при виде него лицо мужчины перекосилось целой бурей различных эмоций. Среди них я смогла узнать лишь гнев, страх и стыд.

Он глубоко вздохнул, потирая висок, после чего обнял её. Объятье было не крепким, сдержанным и, возможно, даже холодным.

— Пошли домой, — раздражённо сказал он и повернулся, не дожидаясь ответа.

Мора бросила в мою сторону последний взгляд. Он был коротким, но в нём отчётливо читалась благодарность. И, возможно, мне показалось, но в её взгляде я также ощутила печаль и лёгкий страх. К сожалению, она лишь растерянно озиралась по сторонам, ибо я вернула сокрытие в прежнее состояние. Она просто не могла меня заметить.

Я прикусила губу.

Что-то здесь явно было не так.

Даже слепой бы отметил, что это место просто кишит странностями.

— Чего встала? Пошли.

Услышав его раздражённый тон, девочка, натянув улыбку на лицо, направилась за ним.

К тому же Калла между делом говорила, что в этом месте даже детей нет. Ещё одна ложь. И ещё больше вопросов.

Этот мужчина подозрителен, та женщина странная, сама деревня вызывает вопросы, да даже эта, казалось бы, невинная девочка вызывает во мне необъяснимую тоску и комфорт.

Мне здесь не нравится.

Я уже хочу отказаться от этого дрянного задания, но согласившись, уйти уже нельзя.

— Чёрт возьми, — тихо выругалась я.

Чувствуя беспокойство за немого ребёнка, которого встретила совсем недавно, я направилась следом…

Глава 9 Под гнилой землёй

Я следовала за ними из тени. Мора шагала рядом с мужчиной, предположительно своим опекуном.

Между ними не чувствовалось и намёка на тепло или близость. Он не держал её за руку, не говорил ни слова, но в его спине чувствовалось раздражение. Мужчина оглядывался, зыркал по сторонам, словно опасаясь, что кто-то следует за ними. Он не ошибался, но заметить меня ему было не под силу.

Всё-таки умение прятаться и скрываться — это то, что я оттачивала на протяжении долгого времени.

Они подошли к одному из многочисленных зданий. Оно было таким же ветхим, старым и полузаброшенным, как и другие. Хотя, нет, этот дом выглядел в разы хуже. Окна заколочены, дверь перекошена, а стены держались исключительно на честном слове. Здание выглядело как угодно, но уж точно не жилым.

Со скрипом открыв дверь, они зашли внутрь. Я же аккуратно забралась на крышу и проделала щель в одной из стен. Точнее, трещин и без того хватало, так что мне оставалось только расширить одну из них, чтобы увидеть внутреннее убранство.

Внутри дом выглядел, как и подобает внешнему виду, — грязно, пыльно и заброшено. И чего я ожидала? В любом случае, это место не выглядит пригодным для ребёнка. Да не то, что для ребёнка, оно просто для жизни не подходит.

Спустя мгновение вспыхнул свет. Он был тусклым, с жёлтым оттенком, как от старой лампы.

Поставив сумку на грязный пол, мужчина обернулся к девочке, глядя на неё с явным упрёком.

— Ты о чём вообще думала, забегая в лес!? — чуть ли не крича, говорил он. — Если бы ты ушла чуть дальше, нам бы пришлось прочесывать весь лес!

Девочка сжалась, опустив голову.

— Неужели ты смерти моей хочешь!? — крикнул он, чуть ли не плюясь.

Вздохнув, он подошёл ближе, резко схватил её за подбородок и поднял голову, заставив поднять взгляд. Его глаза выражали холод и раздражение, её — были на грани слёз.

— Эти глаза… — задумчиво сказал он. — Лучше бы тебя вообще не было…

Бросив эти слова, мужчина замахнулся. Пощёчина прозвучала громко, смачно, отозвавшись в груди тяжёлым эхом. Мир в этот момент, словно стих, оставив только этот хлопок.

Мора, схватившись за покрасневшую щёку, начала дрожать. Слёзы катились из её глаз одна за другой. Однако плакала она явно не от физической боли, а от эмоциональной. В тишине этого старого здания теперь слышались лишь её безмолвные всхлипы и рыдания.

Я сжала кулаки, подавляя в себе очередную вспышку гнева. Мне хотелось ворваться и наброситься на этого подонка, стереть с его лица это выражение, хотелось разбить каждую косточку в его теле, а после разорвать на мелкие кусочки. Но я не двигалась…

На фоне всхлипываний он подошёл к оставленной сумке, а затем достал оттуда небольшой флакон с чёрной субстанцией. Она была густой, словно масло, в ней также плавали вкрапления чего-то чёрного.

Вид этого флакона мигом остудил мой пыл, оставив только замешательство и… отвращение.

Сконцентрировавшись, я тут же ощутила исходящую от неё ауру. Она была сильной, плотной и, самое главное, мерзкой. Несмотря на освещение, субстанция казалась чужой для этого мира. Она была абсолютно чёрной. Настолько, что словно поглощала окружающий свет. От неё, также, исходило небольшое магическое присутствие, однако оно было каким-то странным.

Мана была неестественной, не похожей ни на что другое. Ни на обычную, ни на искажённую, даже на мою, что постоянно выискивает тот миг, чтобы разорвать меня на кусочки.

И ладно, если бы она просто показалась странной, но нет. При виде неё меня всю передёрнуло от отвращения. Хотелось уйти, лишь бы не соприкасаться с этой субстанцией.

Мужчина немного повертел флакон в руках, после чего небрежно бросил его в руки девочки. Та, чуть не выронив его, с трудом обхватила его своими маленькими ручками. И когда она увидела его, тут же вздрогнула и задрожала пуще прежнего. Мора вся сжалась от страха, но не отпустила. Держала крепко. Даже слишком.

Чуть помедлив, она достала небольшой мешочек и робко протянула его мужчине. На её лице появилась слабая улыбка и, жестом указав на мужчину, а после на себя, она сделала вид, что ест с удовольствием.

— Хах, предлагаешь поесть этой дряни? — саркастично посмеялся он, начав доставать из мешочка грибы. — Мухомор, поганка, желчный… Ты что, отравить меня пыталась? Ты хоть в курсе, что будет, если употребить их в пищу!? Хотя кого я спрашиваю?..

Растоптав маленький мешочек, он мимолётно взглянул на заплаканное лицо девочки, после чего, нахмурившись, продолжил.

— Как же я устал с тобой, — раздражённо пробормотал он. — Лучше бы тебя вообще здесь не было!

Девочка, услышав эти слова, опустила голову ещё ниже. Мне было неприятно наблюдать за этой сценой. Хотелось войти, отшлёпать этого жалкого мужчину и утереть слёзы плачущей девочки, но я не вмешивалась. Вместо того, чтобы дать волю своему гневу и негодованию, я лишь смотрела и терпела.

Успокойся. Ты не знаешь эту девочку. Это тебя вообще не касается. Сконцентрируйся на деле… В первую очередь, ты собираешь информацию.

Чуть позже… как ситуация станет яснее… Тогда я решу, что делать.

— Оставайся здесь. Через два дня. Не разочаруй его.

Бросив эти слова, вызывающие больше вопросов, он вышел из дома и запер дверь снаружи. Внутри осталась Мора, тихо проливающая слёзы. Она просто сидела и дрожала, не в силах вымолвить и звука.

В этот момент, когда я думала, войти ли внутрь и утешить плачущего ребёнка, послышался шелест травы и чужое присутствие. Вскоре около мужчины появилось две фигуры в чёрных мантиях, скрывающих всё тело.

— Что вам нужно? — спросил мужчина, внимательно оглядев неизвестных.

— Идём, — практически шёпотом сказал один из них. — У него есть к тебе вопросы.

— Понял.

Кивнув, он собирался молча пойти за ними, однако в этот момент другой человек остановил его и задал вопрос.

— Не опасно ли оставлять её в этом доме? — шепча, спросил он и указал в сторону крайне ветхого здания.

— Не будь идиотом, — мужчина ответил, нахмурившись. — Ты для чего думаешь, мне все эти артефакты? Вы мне лучше скажите, что известно об этих чужаках?

Вместо ответа, фигуры в чёрных мантиях жестом показали следовать за ними. Мужчина молча кивнул, и они ушли прочь.

В этот момент передо мной словно встал выбор, как обычно бывает в визуальных новеллах: Остаться и утешить незнакомого ребёнка… или же последовать за ними и докопаться до сути.

Мне не приятно это делать…

Стиснув зубы и закрыв глаза, я спрыгнула со здания и отправилась за ними…

***

Фигуры в мантиях двигались бесшумно, а движения их были аккуратными и тщательными. Все они, без исключений, сканировали местность на наличие чужаков, словно по давней привычке. И, возможно, не будь у меня нужных навыков, меня бы давным-давно обнаружили. Благо, это не так.

На тёмных улицах никого не было, только шелест листвы и завывания ветра.

В конце концов, они пришли к зданию, расположенному около центра всего этого места. Дом старосты.

Честно говоря, в этом месте целых зданий не было и в помине. Большая часть домов давно заброшена, а те, что и по сей день остаются жилыми, так или иначе повреждены. Этот не стал исключением.

Люди в мантиях оставили мужчину одного и куда-то ушли. Он же, не стучась, тихо открыл дверь и быстро зашёл внутрь. Изнутри пахло пылью и сыростью.

Я уже собиралась вновь проделать небольшую щель в здании, чтобы подсмотреть, однако тут же остановилась. Стены, несмотря на то что были ветхими и старыми, источали слабую магию. Это было нечто вроде барьера, но очень тонкого и едва уловимого. Определённо, его задачей было не защита, а обнаружение. Если бы я его хоть как-то повредила или же пересекла, то тот, кто его установил, мигом бы обнаружил меня.

Решив не отсвечивать, я прижалась ближе к стене и сконцентрировалась. Закрыв глаза, я полностью отдалась звукам и вибрациям, рисуя в голове примерную картину происходящего.

— Привет, Эд, — прозвучал изнутри дружелюбный старческий голос. Он был скрипучим, но вовсе не дряхлым. — Ты привёл её обратно?

Мужчина, которого, по всей видимости, звали Эдом, тихо вздохнул и ответил: — Да, она вышла пособирать трав и грибов…

— Ты идиот, — прервал его внезапно погрубевший голос старика. — Ты даёшь ей слишком много свободы. Это дитя — вовсе не девочка, не игрушка, не ребёнок… Не забывай о её важности. Без неё ритуал невозможен.

Я затаила дыхание.

— Ты и сам прекрасно знаешь: провал недопустим, — резко сказал он, после чего встал и подошёл к мужчине. — Свобода, спасение, счастье — всё это невозможно без него. Если всё продолжится в том же духе, это закончится лишь пустошью и вечными муками.

Мужчина молчал.

— Я был слишком добр к своему племяннику. Видимо, ты до сих пор находишься под чарами той женщины. Не забывай, она была ведьмой, еретичкой. Её сладкие речи были не более, чем ложью, а её прекрасная внешность — наваждением.

В этот момент прозвучал небольшой скрип, будто выдвинули ящик. Затем, чуть покопавшись, старик что-то достал и протянул мужчине.

— Глотай, — твёрдо произнёс он.

Эд не двигался, словно колеблясь, однако спустя несколько секунд спокойно взял это в руки и проглотил.

— Лучше? — кратко спросил старик, после чего, получив какой-то ответ, тихо усмехнулся. — Кстати… ты ведь тоже заметил? Эти чужаки…

Я тут же встрепенулась и чуть отпрянула от стены, решив, что они как-то заметили меня. К счастью, это оказалось не так и я продолжила подслушивать.

— Да, — прозвучал слабый голос Эда, — я не уверен, кто они, но от них веет его аурой. По крайней мере, она похожа. И девчонка… она опасна. Смотрит, будто насквозь.

— Возможно, это судьба, — чуть помедлив, заключил старик. — Их тела могут послужить хорошим питанием.

— Стало ли о них что-то известно?

Чуть помедлив, он ответил: — Пока что — нет, однако я отправил человека следить за ними. Нужно действовать осторожно. Они могут оказаться угрозой.

— Есть ли вероятность, что они из ордена? — с сомнением спросил Эд.

— Нет, если бы эти сумасшедшие каким-то чудом нашли это место, они бы тут же схватились за мечи и начали бы, словно безумцы, уничтожать здесь всё, — пояснил он. — Непонятно только, как они нашли это место. Уж точно не случайно.

Изнутри послышались неторопливые шаги. Старик, похоже, направился в противоположную часть комнаты.

— Слушай, — его голос стал тише, но тревожнее. — У меня скверное предчувствие, давай лучше продолжим в более укромном месте.

Раздался резкий щелчок. За ним последовал слабый гул и стены едва заметно задрожали. Где-то внизу заскрипели доски, затем раздался приглушённый грохот, словно сдвинули тяжёлую мебель.

Неужели… потайной ход?

— Пойдём, — в полу-приказном тоне прозвучал старческий голос. В нём не было и капли прежней любезности.

Постепенно их шаги затихли, и они начали спускаться куда-то под землю.

Я уже намеревалась разворачиваться и уходить, однако в этот миг всё моё нутро взвыло тревогой. Мои инстинкты, моё предчувствие, каждая клеточка моего тела истерично кричала об опасности. На грудь словно опустился тяжёлый камень, не дающий нормально дышать.

Это была аура. Давящая и чудовищно мощная.

Нечто подобное я ощущала, когда впервые встретила Лича. Само его присутствие тогда парализовало меня, волосы встали дыбом, а внутри разлился ледяной ужас.

Сейчас всё было несколько иначе.

Я чувствовала это не телом, не слухом, не обонянием. Это исходило из самого нутра. Оно было чуждым, вязким, словно сопли. Смрадный привкус гнили заполнил носовые пазухи и полость рта. Всё внутри выворачивало от склизкой, липкой мерзости, что тянулась из глубин.

И не в силах справиться, меня тут же вывернуло наизнанку.

Моё тело дрожало, но не от страха, а от отвращения, раздражения и ярости. Я не знала, что именно вызвало такую бурю чувств, однако знала одно: там, внизу, глубоко под землёй пряталось нечто. Нечто ужасное, отвратительное и громадное.

И я не хотела с этим встречаться.

— Чёрт возьми! — тихо выругалась я, глядя в пустоту.

Люди в чёрных мантиях.

Ритуал.

Событие через два дня.

Подозрительный старик, разговоры о свободе и спасении.

Девочка, ведьма… И какая-то мерзость, прячущаяся под землёй.

Чёрт, ну как чувствовала, что с этим место что-то явно не так! Это же сраный культ!

Если я правильно поняла, то через два дня проведут некий ритуал, непосредственной участницей которого, а, возможно, жертвой, окажется Мора.

А меня с Крисом, судя по всему, планируют скормить этой твари внизу.

Как же мне это не нравится!

Да идите вы все к чёрту…

Всё внутри меня протестовало, мне не хотелось быть частью этой хрени.

Гадость, как же отвратительно. Всё это место вызывает лишь злобу и тошноту!

Я тяжело выдохнула и, выругавшись про себя ещё раз, направилась в трактир. Нужно переговорить это с Крисом и решить, что делать дальше.

***

Вернувшись, я не сразу поняла, что чувствую. Разум метался из стороны в сторону, внутри копошилось какое-то неприятное, склизкое чувство, а в ногах чувствовалась тяжесть. Тело словно покрылось холодным потом. Но главное — замешательство.

Изнутри доносился смех. Весёлый, глупый, звонкий.

— Ну ты даёшь, Калла! — услышала я радостный голос Криса.

— Хаха, прости, не сдержалась, — смеялась она.

Я заглянула внутрь. Они сидели за столом друг напротив друга. Перед ними — кружки пива, какие-то тарелки и чашки, наполненные приятно пахнущими яствами. Крис сидел расслабленно, а на лице сияла широкая улыбка.

Никогда его таким не видела.

Калла тоже улыбалась, глаза её сияли, а волосы небрежно спадали на плечо. Время от времени она, словно спасаясь от жары, обмахивала себя, как бы ненароком приоткрывая вырез на груди. Крис же, конечно, с удовольствием зыркал на прелести женщины. Быстро и мимоходом, но, прошу заметить, довольно заметно.

Они что-то вспоминали, хихикали, как дети в лагере. Между ними витала лёгкая, уютная и беззаботная атмосфера.

Не хочу об этом думать.

Я почувствовала, как внутри что-то сжалось. Ни в коем случае не из ревности или чего-то подобного. Просто… Я занималась делом, следила, постоянно тратила ману и натыкалась на всякие мерзости. Он же… занимался ею и пил пиво, наслаждаясь вкусной едой.

Чувствуя лёгкое негодование, я беззвучно поднялась по лестнице и зашла в отведённую нам комнату.

Внутри меня встретила уютного вида комната с двумя кроватями, небольшим шкафом и прикроватным столиком. Мило, чисто и комфортно — сказала бы я, если бы не окровавленный мужчина, крепко привязанный к стулу.

Я тихо вздохнула и взглянула на него.

У него не было зубов, ногтей, один глаз был небрежно вырван. Лицо сплошь в синяках и кровоподтёках. В нескольких местах его кожа была будто содрана, а в других словно ковырялись. Весь угол был перепачкан запёкшейся кровью и залит рвотой.

И если бы не еле заметное движение груди, я бы решила, что он мёртв. К несчастью для него, он был просто без сознания.

Гадать, кто это был, не пришлось. Рядом на полу лежала чёрная мантия, а также белая маска на всё лицо.

— Смотрю, ему тут было очень весело, — пробормотала я, устало потерев лоб.

Присев на край кровати, я открыла «Личные сообщения» и написала Крису, чтобы тот поднимался.

Спустя пару минут в комнату зашёл Крис и тут же активировал сферу тишины. Однако я была в сильном замешательстве, ибо разговор внизу не затихал, наоборот, казалось, становился более откровенным.

Я застыла.

Крис смеялся внизу.

А Крис только что зашёл ко мне.

Что?

Что-то щёлкнуло в голове.

Внизу смеялся Крис.

Передо мной стоял Крис.

— Какого… лешего… — выдохнула я, чувствуя, как по лбу катится холодный пот.

Как же у меня от всего этого болит голова…

Глава 10 Клоны, культы и взрывчатка

Столкнувшись с очередной ситуацией, вызывающей головную боль, я чувствовала, что мозг закипает, а последние нервы рвутся в клочья.

Кто передо мной? Крис?

Но кто тогда внизу весело флиртует с женщиной средних лет?

Пусть мы знакомы всего ничего, однако я никогда не видела его с такой широкой, искренней улыбкой. Его глаза всегда выражали усталость и сонливость, а сейчас они прямо светятся от счастья. Уж не злой ли он двойник?

Не может быть, чтобы настоящий Крис так беззаботно флиртовал, весело попивая пиво.

С другой стороны, Крис, стоящий напротив меня, не улыбался и не смеялся. Наоборот, словно в противовес, его лицо выражало бесконечное раздражение, разочарование и знакомую усталость. Похоже, он — настоящий.

Тогда кто внизу? Доппельгангер? Иллюзия? Или же давно потерянный брат-близнец?

Отбросив бредовые догадки, я решила спросить напрямую:

— П-почему тебя двое?

Устало вздохнув, он подошёл ближе.

Будучи настороженной, я сделала пару шагов назад и готовилась в любой момент атаковать.

— Я… клон, — пробормотал он с таким видом, словно признался в краже булочек с кухни. — Всего лишь жалкое следствие навыка, считающее себя отдельной личностью. Не обращай внимания.

«Крис» неловко усмехнулся и опустил голову, подобно мокрому щенку. Взгляд потухший, а осанка сгорблена.

Я отвела взгляд, ощутив лёгкую неловкость.

Что ж, значит, и такие навыки бывают. Подумать только. Создаёшь клонов — и пускай они делают всю грязную работу за тебя. Не нужно отвлекаться на ненавистную работу, учёбу и на неприятный социум. А себя, тем временем, можно посвятить любимому делу. Звучит довольно здорово.

Правда, глядя в его глаза, выражающие тихое отчаяние, как-то не верится в это «здорово».

Неспроста же существует столько фильмов и сериалов, поднимающих этические вопросы, связанные с клонированием человека.

Неприятно, наверное, осознавать, что ты — не «ты», а всего лишь копия с чужими воспоминаниями. Тревожно как-то. Мне, пожалуй, тоже стало бы очень неприятно.

— Чёрт, — вдруг взорвался он, — может быть, я тоже хотел бы сейчас сидеть с Каллой и глазеть на её грудь. Почему это я тут мужика пытаю, а он там наслаждается жизнью!?

Услышав столь искренний комментарий, словно извергнутый из самых пучин сознания, я на мгновение растерялась.

— Я в жизни не встречал столь милую женщину, так почему это должен быть он, а не я!?

Что… я только что услышала?

Бред какой-то.

Где мой старый, унылый Крис? Почему в последнее время его образ в моей голове падает всё ниже?

Чёртов любитель милф…

Не важно. Притворюсь, что я никогда этого не слышала.

Мне больше любопытно, как работает этот навык. Создаёт ли он просто новое тело и разделяет одно и то же сознание или же создаёт полностью идентичную копию с теми же воспоминаниями и личностью?

Судя по его откровенному признанию, второй вариант более вероятен. Хотелось бы спросить у него прямо, однако интересоваться чужими секретами может быть крайне невежливо. Может, я и провела много времени в одиночестве, но банальные рамки приличия сохраняю.

Мне самой бы не хотелось делиться собственными тайнами и слабостями.

— Ладно, неважно… давай к делу переходить, — сказала я, привлекая внимание приунывшего клона. — В этом месте…

— Погоди, — перебил меня «Крис», — тебе не нужно говорить это мне. Давай лучше подождём оригинал и обсудим это в его присутствии…

С первого этажа, тем временем, доносился звон посуды, весёлое хихиканье и душевные разговоры. Не было и намёка на затихание их беседы.

— Тц, забыли, этот чёрт, видимо, до утра будет веселиться, — уныло пробормотал он. — придётся ему всё пересказывать…

Неловко прокашлявшись, я продолжила делиться полученной информацией. Для начала я поведала ему о состоянии всего поселения, о странной запущенности и довольно необычном поведении немногочисленных жителей. Я рассказала об Эде, о подслушанном разговоре, ритуале, старосте и о неизвестном чудище.

Я многое опустила за ненадобностью, а также сократила, изъяснив лишь самую суть. И, не знаю почему, но я утаила сведения о немой девочке, Море. Было у меня крайне дурное предчувствие по этому поводу. Оно словно предупреждало меня, приговаривая, что я обязательно пожалею, если поделюсь этой информацией.

— Иначе говоря, это культ… — мрачно заключила я, как вдруг внутри что-то неприятно дёрнулось.

«ДИЛИНЬК»

Вслед за надоевшим, но в этот раз особенно мерзким звуком, в голове раздался холодный, механический голос, лишённый каких-либо эмоций.

[Внимание, квест «Тайна исчезновения» обновлён.]

…Что?

Но я же отключила «Голосового помощника», так почему…

По спине пробежал неприятный холодок.

Этот голос — не просто безэмоциональный. Было в нём нечто странное, неестественное. Как у тех роботов, выглядящих максимально приближенно к людям. Они пытаются выглядеть естественно, однако есть в них мелкие недочёты, детали или мимика, из-за чего по телу бегут мурашки, а с лица скатываются литры холодного пота. Эффект зловещей долины в чистом виде.

Само звучание вроде нормальное, привыкнуть можно. Всё-таки синтез речи не является чем-то новым. Достаточно только вспомнить женский голос из гугл-переводчика.

Но даже так… он почему-то вызывает у меня сильную неприязнь.

[Квест: «Тайна исчезновения» |2/3| Описание: «В ходе расследования было выяснено, что в поселении скрывается ОЧЕНЬ злой культ. Помешайте ритуалу и взорвите это место к чертям.» Участники: 2/2 Награда за успех: 70 духовных монет. Наказание за провал: «РАЗОЧАРОВАНИЕ».]

«ДИЛИНЬК»

[Выдан предмет — «ВЗРЫВЧАТКА»]

«ДИЛИНЬК»

[Предмет «ВЗРЫВЧАТКА» добавлен в «Инвентарь» G-54.]

Не в силах вымолвить и слова я просто стояла как вкопанная, глядя расфокусированным взглядом на текст. В голове вертелось только три мысли.

Во-первых — что? Во-вторых — чего? И в-третьих — почему?!

Выходит, нас буквально принуждают к теракту? К разрушению деревню с применением сраного динамита? Вот это квест: прийти, выяснить, что тут культ, а в финале стереть всё к чертям? Прямо хочется аплодировать стоя.

Нет, серьёзно. Что это вообще за прогрессия квестов!?

Не понимаю. Даже пытаться не хочу.

Тяжело вздохнув, я снова отключила «Голосового помощника» (словно это что-то изменит) и раздражённо схватилась за переносицу.

«Крис» же вопросительно посмотрел на меня, явно не понимая, что происходит.

— Не обращай внимание, — бросила я, отмахнувшись от его взгляда.

После этого мы вернулись к делу. Клон начал рассказывать то, что успел вытянуть из пленённого культиста.

— Разговорить его было ой как не просто, — начал он, подойдя к нему. — Сопротивлялся до последнего, при любой возможности пытался покончить с собой. В его рту было, как минимум, три фальшивых зуба — два с ядом и один с какой-то дрянью, вроде допинга. Еле успел вытащить.

— Можешь… оставить меня без этих подробностей.

— В общем, пока я его не «успокоил», он и звука вымолвить не мог. Молчал, как рыба. Но после он запел, как соловей. Он знал, на удивление, много.

Клон на мгновение задумался, подбирая слова, затем продолжил:

— Когда-то давно люди этой земли поклонялись существу, которого с безмерным уважением и раболепием называли своим Богом и Хранителем. Они поклонялись ему, приносили жертвы, строили храмы, и возводили статуи. Но однажды мир отвернулся от них. Остальные народы признали их покровителя вовсе не Божеством, а обыкновенным кровожадным чудовищем.

Пришли так называемые герои и сокрушили их Бога. Они разрубили само сердце их веры, уничтожили храмы и перебили почти всех служителей. А также совершили величайший грех: убили их Господа. Его тело растерзали на множество частей, а останки превратили в бездушные побрякушки и трофеи.

Прошли века. Их вера истлела в забвении, превратившись в пепел. Даже место, в котором когда-то были великолепные храмы, статуи и прекраснейшие пейзажи превратилось в забытую всеми, жалкую деревушку, жители которого даже не ведают о славном прошлом.

Так продолжалось до той поры, пока те, кто хранил память, не нашли способ вернуть павшего Бога в этот мир. Жертвы, принесённые в тайне. Тела, ставшие пищей. И ритуал для снисхождения их Господа.

Через два дня он состоится и ознаменует возрождение их Хранителя, а также принесет спасение в эти обречённые земли.

— По крайней мере, это то, как я интерпретировал его невнятные бормотания, — заключил клон. — Хотя за достоверность не ручаюсь. Не только потому, что это звучало надуманно и приукрашено. Серьёзно, он бредил не хуже заядлого пьяницы. Он считал себя частью стаи летающих радужных ящериц…

Проигнорировав последнюю фразу, я кивнула, будучи глубоко погружённой в размышления.

Это кое-что объясняло… но и вызывало новые вопросы.

То ужасающее и липкое присутствие. Могло ли оно принадлежать их «Богу»? Уж очень сомневаюсь, что та тварь обладает хоть чем-нибудь богоподобным или же благородным. Не может быть, чтобы у «Господа» было столь отвратительная и склизкая природа. Скорее всего, они нашли или же создали какое-то чудище и теперь поклоняются ему, как сумасшедшие фанатики.

— А про скрытые проходы? Или… ту тварь, ч-что они якобы «воскресили»?

Клон на мгновение задумался.

— Хм, не совсем, — задумчиво пробормотал он. — Хотя он упоминул, что эта белая маска и мантия являются важными предметами, нужными для «пропуска». Ещё он упоминал какое-то оружие для борьбы с магами.

С этими словами он подошёл к небрежно брошенным вещам и передал их мне для осмотра.

— Думаю, в мантию встроено что-то вроде заклинание распознавания, а маска скрывает присутствие. Эффект чем-то похож на твой навык. — Задумчиво пробормотал он. — Зачарования и артефакты — не совсем моя область, поэтому это всё, что я могу сказать при простом осмотре. Что насчёт тебя? Есть идеи?

Бегло осмотрев энергетические контуры и магические круги, я могла лишь пожать плечами.

Повторюсь, в подземелье почти не было магических предметов, а каких-либо книг или мануалов уж тем более, а потому мои знания в этой области практически нулевые. Мне нечего добавить, кроме уже сказанного.

Могу лишь отметить, что это довольно странный комплект. Кто будет встраивать функцию распознавания в мантию, а сокрытие в маску? Разве не должно быть наоборот?

Хотя погодите.

Принюхавшись к чёрной ткани, я тут же скорчила гримасу. И нет, не из-за запаха мужского пота (хотя это тоже), а из-за знакомого зловония. Он в точности такой же, что и у мешочка, подвешенного в лесу: гнилой, тухлый и мерзкий.

И эта ткань. Из чего она сделана? Ощущения необычные. Немного прилипает, словно пытается слиться с кожей… Это неприятно.

Закончив осматривать кусок ткани, я брезгливо вернула её «Крису» и отрицательно покачала головой.

Без понятия для чего это зачарование. В любом случае, меня больше интересует эта маска. Получается, её эффект схож с моим «Сокрытием»?

Мой навык вовсе не делает меня невидимой или призрачной. На самом деле, он скрывает не тело, а само присутствие — стирает ощущение моего существования для окружающих. Мой запах, шум, даже внешность — всё это становится незначительным, естественным, незаметным.

Если она работает по тому же принципу, то она может оказаться для меня крайне полезной.

Использовать «Сокрытие» постоянно — утомительно. Я не могу позволить себе отключить его, иначе стану слишком… заметной.

Не знаю почему, но моё присутствие давит на других. Раньше я думала, что это действует только на монстров и зверей, ибо те более чувствительны к возможным угрозам. Как оказалось, это действует и на людей.

Мой резерв не бесконечен, да и естественного восстановления у меня, считай, нет. Эта маска может стать настоящим спасением, если я хочу спокойно жить среди людей.

Как говорится, невозможно жить в обществе, когда все шарахаются при одном виде твоего лица.

Кто так говорит? Не знаю, но, наверное, кто-то умный.

Хм… «пропуск»?

Если подумать, в доме старосты, скорее всего, есть скрытый проход. А под землёй прячется нечто опасное. Возможно, фанатики поселились там, прислуживая своему «Господу». В таком случае маска и мантия могут быть своеобразным пропуском вниз. Как в переносном, так и, возможно, в буквальном смысле.

Не верю, что эти магические формулы нужны просто для красоты.

Задание требует сорвать их ритуал. Вот только как? Где он пройдёт? Когда и что для него нужно?

В памяти тут же всплыла девочка. Мора. По их словам, она крайне важна и просто необходима для ритуала. Если это так, то, чтобы помешать им… достаточно просто избавиться от неё.

И в этом нет ничего сложного. Судя по всему, она осталась одна в одиноком обветшалом здании. Будет ли сложно избавиться от одинокой девочки, оставшейся без присмотра?

Тем не менее, мне не нравится эта мысль. Конечно, речь не обязательно шла об убийстве. Достаточно похитить её или спрятать, чтобы культисты не смогли использовать её в обряде. Но согласится ли Крис на такое? Он не показался мне плохим… но ведь самый простой и надёжный способ — это убить.

Я не знаю, как он поступит, так что лучше утаить.

— Чёрт, знаешь, я надеялся, что это будет простое задание. Без битв, сражений или чёртовых фанатиков, — жаловался клон. — Какое задание не возьми, оно связано либо с демонами, либо с религиозными фриками!

Тяжело вздохнув, он коротко извинился.

В этот момент мне пришло уведомление. Это был Крис, настоящий.

[Я сейчас малость занят. Не знаю, что у вас там происходит, но вот описание «ВЗРЫВЧАТКИ».]

[Предмет — «ВЗРЫВЧАТКА» (использовать только в цепочке заданий «Тайна исчезновения»), Ранг — A, Описание: создаёт очень мощный взрыв, что тут непонятного? Примечание: для активации влейте немного маны и запустится таймер на пять минут.]

[Вы пока разбирайтесь с тем мужиком, потом объясните, что происходит.]

— Да ты обалдел, — пробормотала я, чем привлекла внимание клона.

— Что случилось?

— «Ты» сообщение отправил, — объяснила я и зачитала ему вслух.

Клон, когда услышал его, мигом помрачнел. Он выглядел крайне недовольным.

— Вот гад! Неужто реально до утра будет развлекаться!? Да чтоб крысы ему хе… — он вздохнул, так и не закончив фразу.

Подумать только. Никогда не думала, что увижу клона, искренне ненавидящего оригинал по такой дурацкой причине.

— К чёрту его! — чуть отдышавшись, провозгласил он. — Сами разберёмся!

Кивнув, я затронула тему взрывчатки.

— Мы должны п-подорвать это место, однако где установить взрывчатку? Насколько мощная?

— Она «очень мощная», а значит её достаточно, чтобы снести половину поселения, — объяснял он с лёгкой усмешкой. — Однако не факт, что это разнесёт их базу под землёй. Чтобы наверняка, желательно, нужно её установить внизу, вблизи того существа, которого они превозносят. Для этого нужно как-то пробраться на их «настоящую» территорию, осмотреться, найти наиболее уязвимую точку и… БАХ. И ритуал сорвём, и всё тут подорвём.

— Верно, однако они в л-любой момент могут заметить пропажу своего человека… лучше напасть первыми, — произнесла я ровно. — Узнаем всё, что можно, и уходим.

«Заодно и девочку от рук культа надо бы спасти» — мысленно добавила я, сжав кулак.

В этот момент дверь медленно приоткрылась. Оттуда выглянула голова Криса. Настоящего.

Клон тут же отключил сферу тишины.

— Хэй, не мешаю? — прозвучал его бодрый голос.

Мы лишь молча смотрели на него, будучи ошеломлёнными.

За ним вошла женщина со светлыми волосами. Калла. Она выглядела дружелюбно и, кажется, с любопытством по отношению к происходящему.

— Чего вы так смотрите? — озадаченно спросил он, — она вообще-то на нашей стороне…

Глава 11 За кружкой пенного

*От лица Криса*

— Чёрт, да ты прекрасный повар! — я оставил пустую кружу, чувствуя приятное тепло в груди. — Серьёзно, почему ты здесь? С такими навыками ты с лёгкостью завоюешь столичные животы!

— Хаха, да ну тебя! — отмахнулась она, усмехнувшись. — Оно не настолько вкусное. Мне ещё учиться и учиться.

В данный момент передо мной сидела Калла — женщина с лёгкими морщинами и с золотистыми локонами волос, мягко ниспадавшими на плечи. Пусть она и не выглядела молодо, но своей красоты она не растеряла. Наоборот, в ней появилась особая глубина. Те самые морщины, что заполняли уголки глаз, и взгляд, повидавший многое, придавали ей благородство и живую, почти тёплую эстетику.

Румянец на щеках, мягкие черты лица, грациозная, пусть и не юная фигура. В её облике было нечто, что выдавало в ней по-настоящему доброго человека, готового выслушать в сложную минуту.

Она двигалась неспешно, неторопливо. В ней не было ни угрозы, ни резкости — только мягкость, терпение и спокойствие.

Просто находиться рядом с ней было приятно.

— Знаешь, не каждый день выпадает возможность поговорить с кем-то, — сказала она после того, как изрядно выпила. — Здесь больше нет людей, которым можно излить душу. Кто-то ушёл… а кто-то стал совершенно другим…

Произнеся эти слова, она заметно погрустнела, а глаза устремились куда-то в пустоту, словно вспоминала кого-то. Её голос звучал болезненно, будто она выдавливала их из себя.

Она была удивительно откровенной… возможно, даже слишком.

То ли под действием алкоголя, то ли благодаря благовониям, незаметно тлеющим в дальнем углу. Я сам их разжёг. Это слабая, пропитанная маной смесь почти неощутимая, лишь слегка сглаживающая острые углы сознания. Она успокаивала и затуманивала бдительность, не вызывая подозрений.

Справедливости ради, я был не один с нехорошими намерениями.

В каждом блюде, в каждой кружке скрывалась микроскопическая доза яда — не смертельного, конечно, но вполне достаточного, чтобы со временем сбить с ног. Будь моё тело менее устойчивым, я бы уже давно отрубился лицом в тарелку.

Тем не менее, в ней не чувствовалось враждебности. Скорее, это был акт предосторожности. Такой же, как и мои благовония.

Мы оба пришли с намерениями, но, вместо подозрений, между нами, неожиданно, возникла тёплая, лёгкая атмосфера.

За время нашей беседы мы неплохо сдружились. Смех, колкости и лёгкий флирт. Я прямо чувствовал, как моё напряжение, накопленное в ходе последних месяцев, мигом сходило на нет. Я словно встретил родственную душу, собутыльника, с которым можно многое обсудить и о многом поделиться.

Так расслабленно я себя давно не ощущал.

Хотя, стоит признать, начало было немного иным. Она — слишком располагающая, слишком мягкая. В моём вкусе — да, но это был не повод, чтобы терять голову. Я обязан был быть начеку и узнать всё об этом месте.

Даже если это означает прибегнуть к крайним мерам. Всё-таки, наказание в виде глупого титула «Разочарование» имеет весьма реальные последствия. А с учётом того, как развивается ситуация в этом мире… оно мне не надо.

Что ж… Могу лишь сказать, что я облажался, ибо в один момент мне стало плевать. Я расслабился, позволил себе наслаждаться вкусом еды, жаром алкоголя и приятной женской компанией.

Я не мог точно сказать — её ли это работа или же благовония подействовали и на меня тоже. Но в тот момент я просто ел, слушал и делился историями из прошлого.

— Так откуда ты? — вновь спросила она. — Откуда ты на самом деле?

Немного смутившись, я задумался. До этого я немного слукавил, назвав случайное место, так стоит ли мне говорить откровенно в этот раз?

— Я с Земли, — ответил я, после чего тут же взялся за кружку с пенным.

Я решил сказать честно, всё-таки не думаю, что это является каким-то большим секретом. В этом мире уже целая куча индивидов с таким же происхождением, так что сомневаюсь, что будут какие-либо проблемы из-за этого.

— «Земли»? — переспросила она, явно не понимая, что я имею ввиду. — Ты имеешь в виду «из землянки»?

— Нет-нет, с «Земли», — поправил я, думая, как объяснить. — Это такое место — душное, загрязнённое и полное мусора. Вода — грязная, воздух — со временем вызывает заболевания лёгких, а небосвод скрыт за смогом и слепящим светом. Хм, в целом, от землянки не далеко ушло…

— Не слышала о таком месте, но, по твоим словам, оно не особо приятное, — задумчиво сказала она.

Решив не сильно париться, я начал рассказывать о себе. Конечно, перед этим я не забыл пригубить ещё кружку.

— Да, моя жизнь там была ужасна. Сколько себя помню, я пахал до седьмого пота лишь бы расплатиться с долгами и не помереть с голоду. Даже на сон не было времени. Возможно, тогда я был в отчаянии, поэтому и решил уйти.

В то время мои глаза застилала непроглядная пелена. Каждый день был мучителен и невыносим. С каждым вдохом я словно проваливался в бездну всё глубже и глубже. Я мечтал о простой возможности отдохнуть и поспать. Быть может, именно потому, что будущее передо мной было столь непроглядным, я и согласился на то предложение.

— Когда я покинул то душное место, моё сердце билось с невиданной силой. Я был в предвкушении от новых возможностей и перспектив.

В своё время я прочитал немалое количество историй, в которых герой оказывался в чужом теле и в совершенно ином для него мире. Я уже представлял себе невероятные приключения, магию, таинства, захватывающие дух виды и, чего уж таить, гарем сексапильных девиц.

Да, признаю, это было довольно глупо, но я действительно был взволнован.

— Ох, тогда я даже не подозревал, как быстро рухнут мои ожидания. — сказал я уставшим голосом.

Те два года были самыми худшими в моей жизни. Смерть мучительнее другой. Монстры, преследующие в надежде отведать моей вкусной плоти. Испытания, уничтожающие рассудок. Опасности, прячущиеся за каждым углом. Чего уж говорить, человеку, выросшему в тепличных городских условиях, было крайне сложно адаптироваться к столь агрессивной обстановке.

Да и мир этот ничем не лучше. Монстры, демоны, культы, вечные войны, социальная дискриминация и прочая хтонь. К тому же местные умудрились засрать свой мир похлеще, чем земляне свою планету.

В этот момент я ощутил прикосновение на макушке. Калла, подойдя ближе, слегка похлопала меня по голове и растрепала мои длинные локоны волос. Я не сопротивлялся. Мне было приятно ощутить её мягкую ладонь на голове и редкое в этом мире проявление заботы.

— Должно быть, тебе было тяжело, — сказала она, нежно улыбнувшись.

Спустя некоторое время, не в силах терпеть нарастающее смущение, я мягко отпрянул.

— Хватит, — неловко прозвучал мой голос.

После этого мы перекинулись парой шуток, поведали о смешных ситуациях, случившихся в жизни, и осушили ещё по кружке.

И в один момент Калла начала рассказывать о себе.

— Раньше это место было совершенно иным, — начала она рассказ, смотря куда-то вдаль. — Пусть здешние и не были богаты, но жили вполне комфортно. Мы были единой общиной, все знали друг друга в лицо и были готовы помочь в сложной ситуации... — Тяжело вздохнув она сделала большой глоток и продолжила. — Честно, я ненавижу то, какими мы стали. Да, у нас ничего не было, даже перспектив на будущее не оставалось, однако, по крайней мере, мы жили в комфорте. А сейчас… — она нахмурилась, внезапно оборвав предложение.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил я.

Мы встретились взглядами. В её глазах чувствовалось тепло, но в то же время и сомнение. Какое-то время мы просто смотрели друг на друга в тишине.

Покачав головой, словно отгоняя лишние мысли, она сказала нечто вопиющее.

— Ты напоминаешь мне моего сына, — сказала она, нежно улыбаясь. Однако в следующее мгновение улыбка на её лице померкла, превратившись в грустное выражение. — В этом году ему будет столько же, сколько и тебе… У меня было двое детей. Один старше, другой — младше. Они были не разлей вода…

Грустно посмотрев на меня, она продолжила:

— Старший был прямо как ты — спокойный, дружелюбный, вежливый и немного неловкий, да даже внешне у вас есть общие черты, — сказала она, осматривая меня, — На него всегда можно было положиться… А младший… он был тем ещё нарушителем спокойствия. Вспыльчивый, драчливый и насмехающийся. С ним не было скучно…

Допив, она быстренько долила мне и себе ещё по кружке.

— Возможно… нет, в этом определённо есть моя вина, — задумчиво произнесла она с небольшой дрожью в голосе. — Я ненавижу это место. Было бы славно, пропади оно пропадом. История, тьфу, традиции. К чёрту их!

Я не знал, что на это ответить. Думаю, мне и не нужно было. Бывают такие дни, когда хочется просто выплеснуть накипевшие эмоции, поделиться с кем-то пережитой болью. Поэтому я просто слушал, выражая тихую поддержку.

— В один день он… заболел, — с горечью прозвучал её голос. — Целую неделю он страдал, не в силах справиться с бременем. Я… ничего не могла сделать, а местные лишь смотрели, приговаривая, что это, мол, его «судьба», что он не был «избранным», — последние слова она сказала с особенной неприязнью. — И это моя вина. Я не остановила их, глупо верила, надеялась, молилась… зря. Тогда я должна была просто молча уйти, захватив с собой детей и Эда…

На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Калла смотрела в пустоту, вспоминая неприятные события.

— Он не простил меня за это и ушёл… — продолжала она с грустным выражением лица. — В тот день он искренне возненавидел меня. Его лицо, выражавшее спокойствие и дружелюбие, исказилось в яростной гримасе. Он ругал, винил меня во всём, отринул веру, семью… и ушёл в поисках лучшей жизни. — Она явно чувствовала вину за произошедшее, а в её взгляде горела жгучая ненависть ко всему этому месту, но саму себя она особенно ненавидела. — Я не смогла его остановить. Думаю, даже права на это не имела...

Она замолчала, глядя в пустоту. Воздух словно застыл. Только слабое потрескивание лампы, да тихое завывание ветра где-то за окном нарушали тишину.

Собравшись с мыслями, я уже готовился высказать, что думаю, и поддержать грустную женщину, сидящую напротив, как вдруг…

«ДИЛИНЬК»

Нарушив тишину, в моих ушах прозвенел целый ряд громких уведомлений, а вслед за ним передо мной появилось несколько окон с информацией.

В моей голове зазвучал знакомый холодный голос.

[Внимание, квест «Тайна исчезновения» обновлён.]

Квест: «Тайна исчезновения» |2/3| Описание: «В ходе расследования было выяснено, что в поселении скрывается ОЧЕНЬ злой культ. Помешайте ритуалу и взорвите это место к чертям.» Участники: 2/2 Награда за успех: 70 духовных монет. Наказание за провал: «РАЗОЧАРОВАНИЕ».]

[Выдан предмет — «ВЗРЫВЧАТКА»]

— Культ?.. — прошептал я, скорее себе, чем ей. Это вырвалось непроизвольно — еле слышный звук, почти выдох. Никто в здравом уме не должен был этого услышать, но Калла, судя по всему, смогла. Она будто прочитала по губам. Или уловила интонацию. Или же просто уже знала, что я приду к такому выводу.

Она подняла на меня взгляд. В нём не было ни страха, ни растерянности — только усталость. Глубокая, проросшая внутрь, до самой сути.

— Неужели я была слишком откровенна? — произнесла она, наблюдая за моим выражением лица. — Впрочем… простые проходимцы никогда бы не нашли этого места.

Её тон не изменился. Ни единой нотки напряжения, ни малейшего желания выгораживать себя. Ни даже попытки оправдаться. Она не защищалась, не нападала. Просто говорила.

А в голове у меня быстрым ходом крутились шестерёнки.

Культ. Судьба. Избранный.

Сколько раз я уже слышал эти ключевые слова?

Сколько раз я их слышал из уст фанатиков с горящими глазами, из ртов, искажённых безумием, верой и отчаянием?

Я почти на физическом уровне чувствовал накатывающую волну раздражения. Опять. Снова! Ну конечно! Опять всё сведётся к очередному жертвоприношению и священному, «очищающему» взрыву. Неужели им ничего нового в голову не приходит?

Вновь взглянув на её лицо, я начал выискивать следы лжи, безумия и фанатизма. Но ни того, ни другого не было. Это было всё то же лицо с добрыми чертами лица. Только в данный момент оно выражало тихую скорбь.

Она сидела спокойно. Не сделала ни одного угрожающего движения. Лишь терпеливо ждала, пока я сам дойду до очевидного вывода.

— Похоже, теперь, когда ты всё понял… — сказала она, сцепив пальцы перед собой. — Нет смысла скрываться.

На её лице промелькнула усталая, горькая усмешка.

— Я ненавижу эту веру в некого «Спасителя», Великого «Хранителя». Всех этих… людей, бормочущих про «искупление» и «высший долг».

— Мне не важно из ордена ли вы «святош» или же, — её глаза прошлись по линиям татуировки, высеченных на моём лице, — принадлежите к другой «еретической» вере, — Калла на мгновение запнулась, словно выискивая правильные слова. — …Если вы пришли, чтобы это остановить, — её глаза встретились с моими. В её голосе чувствовались лёгкие нотки гнева. — Я помогу.

Не в силах что-либо ответить, я какое-то время просто смотрел на неё, старательно выискивая признаки лжи или притворства. Но нет. Ничего.

Она говорила искренне.

Медленно кивнув, я достал интерфейс и отправил несколько сообщений Лили…

Глава 12 Вход

Облачившись в неудобные чёрные мантии и белые маски, мы среди ночной темноты неспешно продвигались сквозь густые кроны деревьев и заросли кустарников к месту нашего назначения.

Мы шли небольшой группой — я, Крис и Калла.

Лес на границе деревни был неестественно тих. Ни одной живой души, словно вся живность здесь давным-давно вымерла. Ни пения птиц, ни жужжания насекомых. Мёртвая тишина. Даже ветер, что вызывал шорохи листвы и лёгкие завывания воздуха, почти полностью замер.

Лишь наше дыхание и осторожные шаги нарушали безмолвие.

— Осталось совсем немного, — тихим шёпотом произнесла Калла.

Мы с Крисом шли прямо за ней, тщательно осматривая местность на предмет опасностей.

Крис доверился ей, привёл к нам и позволил вести нас прямо к их логову. Несмотря на это, я никак не могла отринуть подозрений. Было такое чувство, словно она ведёт нас прямиком в смертельную ловушку.

Эта женщина меня немного пугает. Ведёт себя слишком уж приветливо. Особенно, по отношению к Крису. Они знакомы менее одного дня, а уже успели открыться друг другу и довериться! К тому же она уже давно планировала что-то против этого культа.

Иначе, не объяснить откуда у неё информация о потайном проходе, о котором никто, кроме неё, не знает. Вот откуда у неё взялся поддельный труп? Когда успела подготовиться к фальшивой смерти?

Мы пришли сюда с заданием разузнать всю правду о деревне, и, в последствии, об уничтожении «злого» культа. И тут, вдруг, объявляется она с точно такими же намерениями.

Бывают ли вообще такие совпадения?

Может, ещё не поздно избавиться от неё? Подобраться сзади и тихонько прирезать? Как я могу быть уверена в том, что она действительно желает уничтожения этого места? Да даже, если и так, то как мы можем быть уверены, что мы не враги?

Некоторое время назад, во время моего разговора с клоном (царство ему небесное), в комнату вошёл оригинал вместе с Каллой. Мы тогда были сильно ошеломлены, ибо никак не ожидали подобного.

В один миг он не просто раскрыл тот факт, что способен создавать собственных клонов, но и никак не пытался скрыть ужасающее кровавое зрелище в углу комнаты.

В такой ситуации было просто невозможно предвидеть, что мы обзаведёмся союзником, непосредственно причастному ко всему этому. Тем более, учитывая сколько времени прошло.

Может, это суперсила какая-то? Или это Крис оказался столь красноречивым и обольстительным, что она тут же встала на нашу сторону?

Честно, он не казался мне столь общительной личностью…

Или просто этой старой извращенке нравятся парни помоложе?..

Не важно.

Факт в том, что благодаря ей мы узнали много нового. Информация была прямой, честной и без прикрас. Калла рассказала, как остановить ритуал, какие слабости есть у культа и что скрывает это место.

Информации было много, даже слишком.

В один миг все мои старания и работа клона обесценились. К чему были все эти исследования, слежка и пытки несчастного преследователя? Достаточно ведь было просто напоить женщину средних лет и составить ей компанию!

В любом случае, тот простенький план, составленный с клоном, не претерпел сильных изменений. С Каллой он просто оброс множеством деталей, став более надёжным. Например, ранее мы понятия не имели, как незаметно проникнуть внутрь и куда двигаться. Теперь это не проблема… По крайней мере, не такая серьёзная, как раньше.

Она утверждала, что «вход» под домом старосты был далеко не единственным. И о нём, якобы, знает только она. Малость сомнительно, но что мне остаётся? Крис ей верит.

По пути мы миновали странный мешочек, висящий на ветке дерева. Я вновь ощутила тот мерзопакостный аромат и сильный дискомфорт.

Я тут же нахмурилась, зажав пазухи носа.

Калла, по всей видимости, заметив мою «заинтересованность» в мерзком мешочке, подошла и начала объяснять.

— Это «талисман», отпугивающий монстров и, самое главное, чужаков, — сказала она, бросив взгляд на меня и Криса. — Их развесили по всему периметру деревни. Они должны естественным образом отгонять всяких путников и потеряшек.

Вот как? Но это не объясняет, почему они так ужасно воняют. Из чего они сделаны? Из носков годовалой выдержки?..

И раз они отгоняют чужаков, то, как мы вообще нашли это место?

Могу лишь сказать, что они очень эффективны. Даже сейчас мне хочется убежать от него подальше.

Крис просто кивнул, словно сразу поняв в чём дело.

Решив оставить этот вопрос на потом, я быстренько дистанцировалась от дурно-пахнущего мешочка.

— И не советую их трогать, — добавила Калла. — Это может вызвать некоторые проблемы.

— А? — невольно выпалила я, вспомнив, с какой силой тогда отбросила один такой «талисман». — А-а что будет… если его снять?

Чуть задумавшись, Калла ответила:

— Не забивай голову. Ничего особого, учитывая наши намерения.

Я кивнула, решив не развивать тему.

Мы продолжили идти по лесу, освещённому лунным светом, пока Калла не остановилась перед узким проходом в пещеру, заросшим густой растительностью.

— Мы почти на месте, — сказала она, указывая на проём. — Приготовьтесь, воздух внутри не из свежих. Хотя… думаю, вы уже привыкли.

Закончив предложение, она подошла ко входу и, убрав мешающую растительность, аккуратно прошла внутрь узкого прохода.

— Ну, пошли, — произнёс Крис и тут же последовал за Каллой без каких-либо колебаний.

Пронаблюдав за ними, внутри меня поднялось раздражение при мысли вновь оказаться в тесных, холодных туннелях.

Ну почему это должна быть именно пещера?

Вход оказался узким и пах мерзостью. Тяжёлый воздух с привкусом плесени словно прилипал к коже. Я стиснула зубы и сделала шаг внутрь.

С каждым шагом чувство беспокойства усиливалось. Меня так и норовило повернуть назад и послать это всё к чертям.

Крепко сжав кулаки, я пересилила себя и продолжила путь.

Пространство вокруг ощущалось давящим, будто стены сжимали всё сильнее, однако с моим телосложением это было просто невозможно. Если Калла со своими «размерами» смогла спокойно пройти, а за ней и Крис, то я и подавно должна.

По мере продвижения где-то изнутри возникало чувство отвращения, полного отторжения, словно приближаюсь к чему-то крайне неприятному и опасному.

С трудом сделав ещё один шаг, я выбралась из узкого прохода и оказалась внутри.

Казалось бы, я наконец могу выдохнуть полной грудью, расслабиться, ибо узкий проход оказался позади, но нет. Напротив, меня словно облили ледяной… нет, меня словно окунули в вязкую жижу, наполненную хищниками.

Подобное я ощущала при слежке за домом старосты, однако в этот раз всё ощущалось несколько слабее.

— Ты в порядке? — тихо спросил меня Крис.

Я кивнула.

У меня не находилось слов. Где-то внутри бурлили чуждые мне чувства. Казалось, что кто-то внутри ворочается, будто пробуждаясь. Странные и незнакомые ощущения поднимались из глубины, тревожа мой раскалённый рассудок. Но я промолчала. Ему незачем это знать.

Мгновение спустя мрак разорвала вспышка ослепительно-белого света. Это была Калла. В её руках мерцала лампа, работающая на мане.

— Ну, не будем задерживаться, вперёд, — сказала она с серьёзным выражением лица.

К счастью, вместо ожидаемых сталактитов, острых камней и грязи, меня встретило нечто иное. Я оказалась в коридоре, выложенном кирпичами. Здесь всё было пропитано сыростью и временем: гнилое дерево, вросшее в стены, и разбитые колонны, обвитые мхом и вьющимися лозами.

Конечно, ничего приятного, но это, по крайней мере, нечто новое.

Этот широкий коридор тянулся куда-то вдаль, а стены и колонны были покрыты различными, замысловатыми узорами.

Возможно, когда-то они были красивыми, важными, может быть, несли в себе какой-то посыл, но теперь… стали обычными обломками.

Камень крошился под ногами, дерево хрустело, а воздух был густ, как плесень.

Мы неспеша шли по каменному коридору в тишине. Хотя, не совсем. Крис и Калла время от времени обменивались странными взглядами и шептали что-то глупое друг другу на ухо, после чего начинали хихикать, как маленькие дети.

Что это вообще за атмосфера? Чувствую себя лишней…

И так продолжалось до тех пор, пока я не заметила кое-что, высеченное на стенах… Фрески.

Не то чтобы я ожидала чего-то иного — это ведь культ. И какому культу не по душе изобразительное искусство? Они же тоже люди. Да, порой увлекаются жертвоприношениями и каннибализмом (по моим представлениям), но люди.

Только эти картины, изображенные на гигантских каменных плитах, не выглядели так, словно их вырезал какой-то безумный фрик. Они были старые, потёртые со временем, но исполнены с любовью и… верой.

Каждое углубление, каждый вырез и каждая линия в совокупности создавали изображения, словно взятые из глубокого прошлого.

Я провела рукой по шероховатой плите.

— …Что это? — спросила я почти шёпотом.

Калла подошла ближе, подняла лампу и мягко осветила полуразрушенную стену.

— Это «история», — ответила она тихо и с неприязнью во взгляде. — Смотрите.

В свете лампы фрески ожили. На одной сцене — люди, отчаянно спасающиеся от чудовищ размером с гору. Дальше — три чёрные фигуры, нарисованные словно самой тьмой. Храмы. Алтари. Гигантские строения, по размерам не уступающие египетским пирамидам. В конце — войны, разрушения, моря крови и поверженное существо, тело которого разобрали на куски.

Фрески, несмотря на потрёпанность, словно выжигали в моём разуме сцены из далёкой эры.

Тем временем Калла начала пояснять.

— В далёкие времена в мире царил тотальный хаос, — тихо говорила она. — Монстры были огромны и способны одним лишь дуновением собственного дыхания уничтожить аж десять таких деревень. Люди были в отчаянии. Казалось, мир вот-вот будет уничтожен, однако появился Он.

В этот момент она посмотрела наверх. Около потолка было изображение того, кто стоял над всеми остальными. Изображение было покорёжено временем, камень обвалился и зарос лозами.

— Это «наш» Защитник. Хранитель. Или же просто, «Божество», когда-то оберегавшее людей, — сказала она без толики веры. — Забавно, ведь они пытаются воскресить того, чьего внешнего вида они даже знать не знают.

По неизвестной причине возникла головная боль… Сердцебиение ускорилось, холодный пот тёк по моей спине. Где-то внутри я чувствовала необъяснимую боль.

— Он был для них всем, — продолжила она тяжёлым голосом. — Согласно преданиям, его погубили Боги, чтущие себя «светлыми», «порядочными» и «добрыми». «Герои», избранные ими, свершили непростительный грех, разобрав его тело на мельчайшие кусочки, превратив в побрякушки, артефакты и трофеи.

Её голос звучал необычайно саркастично и цинично, словно она глубоко презирала каждое изображение и объект, связанный с этой историей.

— Эти коридоры – память, — заключила она. — Память, о существовании которой они даже не подозревают.

Я сделала шаг назад и опёрлась о холодный камень. Сцены на фресках продолжали плясать перед глазами.

Монстры. Ведьмы. Боги. Герои…

Вонзившись пальцами в бок, я ощутила небольшую вспышку боли, благодаря которой смогла немного прояснить рассудок.

Крис и Калла, заметив моё состояние тут же подошли, спросив о моём самочувствии.

Я была не в порядке, однако сказала ровно противоположное. Думаю, они мне не поверили.

Остановив кровотечение, я встала и отряхнулась.

— Теперь… я точно в порядке, — решительно сказала я. — Идём дальше…

Почему я так себя чувствовала? С Каллой ладно, но ведь и с Крисом всё было в порядке.

Сцены, изображённые на фресках словно вливались в мой мозг… С чем это связано?

Может ли быть так, что это некое проклятье или средство промывки мозгов путём древней живописи? Я не знала. И, честно говоря, знать не хотела.

Я отвела взгляд от фресок и с того момента не позволяла себе задерживаться у стен.

Мы двинулись дальше. Шаги гулко отдавались в пустом коридоре. Чем глубже мы спускались, тем плотнее становился воздух. Я чувствовала, как внутри что-то нарастает. Всем своим существом я ощущала исходящую опасность. Пространство с каждой минутой казалось всё более плотным, давящим…

По дороге встречались чьи-то статуи, изображения и другие фрески, однако теперь я игнорировала каждое из них.

Спустившись глубоко под землю, пройдя немалое расстояние от входа, мы наконец достигли нужного места.

Перед нами возвышалась старая арка, выложенная из старого, потрескавшегося камня. Казалось бы, в нём нет ничего необычного, однако пространство внутри было неестественным. Несмотря на свет, исходящий от лампы, оно оставалось непроглядным.

Это был мрак — абсолютно беспросветный и всепоглощающий.

— Это…

— «Вход» в подземелье, — закончил за меня Крис.

Глава 13 Тихий лес

По общим представлениям, подземелья — это рассадники монстров и миазм, распространённые самим Дьяволом. Чаще всего их структура — откровенный бред, словно насмешка здравому смыслу. И всё же в этих искажённых местах можно найти столь же нелепые артефакты и сокровища.

Многие добровольно спускаются туда ради наживы или славы. Хотя, чаще находят смерть. Я никогда не понимала таких людей.

Если уж и спускаться в чертоги Дьявола, то не ради наживы или личной выгоды, а чтобы закрыть это место раз и навсегда.

Для меня подземелье — не приключение, а персональный ад. Слишком много неприятных воспоминаний у меня с ним связано: бесконечные уровни, ужасающие монстры и непрекращающиеся смерти. Всё это запечатлелось в моей памяти подобно ржавому гвоздю.

Я даже спать толком не могу из-за постоянных кошмаров!

Войти туда добровольно? Глупость.

Если бы у меня был выбор: войти или остаться, то я бы с большей долей вероятности решила бы свалить куда подальше.

Конечно, в теории это вполне осуществимо. Ничего не мешает мне просто заорать, словно душевнобольная, и побежать куда глаза глядят. Да вот только, каковы последствия?

Провал задания. Смерть Моры и, возможно, Криса. Я вновь получу неприятный титул. И, очень вероятно, впаду в немилость к «этой» персоне.

Не хочу испытывать, что она может сделать по своей глупой прихоти.

— Когда войдёте, не забывайте о «правилах», — тихо напомнила Калла. Она стояла около каменной арки, а свет её лампы отбрасывал на стены тусклые тени. — Я подожду вас здесь.

Крис кивнул, начав приготовления.

Я же никак не могла унять тревогу. Эти фрески не давали мне покоя. И этот «вход»… Просто находясь около него, по коже шли мурашки. А слова Каллы… не вызывали у меня доверия.

Немногим ранее она о многом нам поведала. О подземелье, о традициях, что были в их поселении, о культе и о местоположении того, кого они чтут в качестве господа.

Также она рассказала нам о «правилах» сего места.

И речь идёт не о тех правилах, которые обычно навязывают люди. Я говорю о «законах», «правилах», что действуют внутри.

В каждом подземелье существуют те или иные условности и порядки, нарушать которые нежелательно или невозможно. В «тренировочном» подземелье (до сих пор корёжит от названия), например, можно назвать следующее: возвращение после смерти, тайники, переходы в виде жутких металлических дверей и другие.

И по её словам здесь присутствует три «правила», нарушать которые нельзя.

Первое: войти могут только те, кто носит в себе частичку Его. Второе: невозможность попасть в мир грёз. Третье: запрет на определённые слова.

С первым всё ясно: мантии, как выяснилось, содержат в себе ту самую «частичку», а также распознавательное заклинание, которое позволяет пройти через скрытый проход в доме старосты.

Второе — куда страннее. Запрет на сон? И как они там с ума не сходят? Хотя, вопрос риторический. Они же культисты — и без того кукухой поехали.

А вот с третьим вообще ничего не понятно. По словам Каллы, есть целый список слов, произносить которые смерти подобно. Маты, ругательства, слова, относящиеся к теме «18+», воспевание кого-либо кроме Него и другие.

Почему у подземелья вообще существует подобное «правило»?

В любом случае, нет смысла искать смысл у бессмысленного.

— Ты готова? — спросил Крис, поправив сумку с инструментами.

Я кивнула, хотя внутри всё сжималось.

Камни маны, запасное оружие, яды, крепкие нити — всего этого у меня нет. Я совершенно не готова.

И пусть я знаю, чего следует ожидать внутри, а также понимаю, что сражаться мне совершенно не нужно, однако никак не могу успокоиться. Без камней маны я не способна пользоваться магией и навыками свободно. Без запасного оружия боюсь оказаться в ситуации, когда «Духовное орудие» меня подведёт. А без ядов и нитей не могу прибегнуть к ловушкам и уловкам.

Конечно, у меня появились новые навыки, а старые улучшились, однако я их толком не успела опробовать. Это требует практики, а практика требует больших затрат маны.

А вне подземелья, где они были в свободном доступе, они стоят баснословных денег. Стоит ли говорить, что из валюты у меня только какая-то духовная фигня? Да и их, пока что, тратить не намерена.

И ещё — у меня до сих пор нет левой руки. Без неё куда сложнее координировать движения, атаковать, парировать и создавать заклинания.

С улучшением расовой способности у меня появилась возможность вернуть утраченную конечность, но тут не всё так просто. Может я и стала напоминать собой глину, форму которого я могу изменить одним лишь усилием воли, однако это не значит, что я теперь обладаю монструозной регенерацией.

Точнее, она есть, но стоит целую прорву энергии, которой у меня, к сожалению, нет.

На самом деле, затратить уйму энергии на возвращение руки — не проблема. В «Магазине» есть множества средств для восстановления маны: зелья, камни, ядра и некоторые виды растений. А с учётом выполнения прошлого задания я могу позволить их себе купить. Рука того стоит…

Да вот только не в этом дело.

До сей поры я не показывала и не рассказывала Крису в полной мере на что действительно способна. Я не хочу демонстрировать это ни Крису, ни Калле, никому бы то ни было ещё.

Это может быть очень рискованным. Я не уверена в ситуации, не знаю, насколько сильной являюсь на самом деле. Мне не с кем сравнивать. И поэтому лучше утаить большую часть своих способностей. Пусть все считают меня более слабой, пусть недооценивают.

— Идём, — сказала я, покончив с размышлениями.

От каменной арки веяло холодом и мраком. Само её присутствие будто вытягивало тепло и лишало воздуха.

Я сделала шаг, погрузившись в непроглядную тьму.

Мир разорвался. Меня будто вывернули наизнанку, окунув в ледяную пустоту. Глаза на миг ослепли, дыхание перехватило, а сердце замерло. И мгновение спустя я стояла по ту сторону, ощущая лёгкое головокружение

Меня охватила волна отвращения, словно по коже извивались склизкие черви, однако спустя секунду это чувство ослабло.

Рядом стоял Крис и, в отличие от меня он выглядел совершенно нормально.

— Ты привыкнешь, — сказал он, заметив моё состояние. — Переход у новичков всегда вызывает тошноту или лёгкое недомогание.

Коротко кивнув, я обратила внимание на окружение. Мы оказались внутри небольшой пещерки, освещённой редкими лучами света. Каменная арка была на месте и не готовилась исчезать. Источником освещения был небольшой, узкий проход, на подобие того, который встретили ранее.

Не желая более находиться в узком, тёмном пространстве, я тут же прошла сквозь него и на миг потеряла зрение из-за яркого света. И когда оно восстановилось, я осмотрелась по сторонам.

Это был целый мир. Небо, земля, деревья, ветер и даже гигантское светило. В контрасте с прошлым подземельем, всё выглядело до жути реально, но… в то же время фальшиво.

Мир был чёрно-белым. Ни единого цвета, кроме чёрного, белого и серого. А небо выглядело так, словно кто-то натянул пнг-картинку на пространство сверху. Несмотря на течение времени, облака не двигались, а солнце стояло на месте.

— Ух ты, — тихо удивился подоспевший за мной Крис. — Да мы словно в мире нуарного комикса или манги. Забавно.

Осмотревшись по сторонам, я не могла не вздохнуть.

— Ну почему именно лес?.. — устало прозвучал мой голос.

Повернувшись к Крису, я уточнила у него о направлении.

— Если верить карте, нам в ту сторону, — сказал он, рассматривая наспех нарисованную схему подземелья.

И в той стороне, что он указал, я ощущала крайне неприятное присутствие. Оно было липким, вязким и давящим. Я ощущала отвращение, но в то же время и сильное раздражение с яростью.

Подавив внезапный всплеск эмоций, я последовала за Крисом. К источнику этих ощущений. К центру сего подземелья…

…

***

Посреди поселения, залитого лунным светом, в одном из ветхих зданий сидела девочка со спутанными чёрными волосами. Она устроилась прямо на полу разрушенной комнаты, среди пыли и обломков.

Её глаза, сияющие мягким розовым светом, были покрасневшими и сухими от долгих рыданий. Лицо выражало грусть и печаль.

В дрожащих пальцах она сжимала последний флакон с густой чёрной субстанцией. Нужно было открыть его, поднять к губам и проглотить — как всегда. Но страх парализовал тело.

И в тот момент, когда казалось, что она вот-вот откупорит крышку, её руки самопроизвольно выбросили флакон в сторону. Это было несознательное действие, словно само подсознание вырвалось наружу и приказало поступить иначе.

Раздался звон стекла. Жижа расплескалась по полу, оставив на досках вязкое тёмное пятно. Девочка замерла, словно испуганный зверёк. Этого не должно было случиться. Теперь из-за её действий может пострадать единственный, кто дорог для неё.

Она дрожала, чувствуя вину.

Она ненавидела это «лекарство». Густая жижа жгла изнутри, проникая в каждую жилку, давила на душу. Боль, отторжение и чужие мысли, что медленно подменяли её собственные, пугали сильнее всего.

И всё же раньше она терпела, сдерживала слёзы и через силу поглощала каждый флакон. И теперь не смогла. Облажалась.

Не смогла переступить через себя и отдаться Ему.

Отряхнувшись, девочка встала.

В слабо освещённой комнате, по которой словно прошёлся ураган, не было ничего примечательного. Только куски дерева, пыль и полуразрушенная мебель. Даже лечь было негде.

Девочка уже собиралась вновь присесть на пол, захламлённый мусором и пылью, в ожидании отца, когда взгляд зацепился за сумку. Старая, потёртая, но наполненная самым разным.

Отец девочки оставил её незадолго до своего ухода.

Она, ведомая любопытством, тихо присела рядом с сумкой, словно боясь, что кто-то наблюдает. Её пальцы осторожно перебирали вещи, задерживаясь на каждой, словно это были не просто предметы, а кусочки чего-то давно забытого.

Плед пах домом. Настоящим домом, тем, что был раньше, когда отец, несмотря на потерю, дарил ей всю свою любовь. Этот запах заставил её сердце болезненно сжаться.

Но вместе с этим пришло и другое воспоминание — изломанное лицо отца, перекошенное злобой и раздражением. Его крики. Его рука, которая пусть и дрожала, но поднималась на неё.

Она резко отдёрнула плед, словно обожглась.

Внутри сумки лежали и другие вещи. И то, что было внутри, повергло её в небольшой шок. Магические инструменты, мешок с монетами, пара книг, запасы провизии, несколько комплектов одежды, а также небольшой нож.

В ней были самые необходимые вещи для длинной дороги или побега.

Зачем? — задавалась она немым вопросом.

Неужели её отец хотел отправиться куда-то? Хотел ли он сбежать? Может, эту сумку он приготовил просто на всякий случай?

Нет. Одежда оказалась детской, по её размеру.

Да и магические инструменты были нужны для того, чтобы спрятать её, чтобы запереть внутри ветхого здания и обезопасить. Он должен был их активировать, но по какой-то причине не стал.

Забыл ли он или же был уверен, что она ни в коем случае не станет убегать? А может это было целенаправленное действие? Желание родителя уберечь ребёнка от предстоящего ужаса?

Эти вещи были собраны так, словно готовили её к бегству…

Мора покачала головой, отгоняя подобные мысли. Отец изменился. «Лекарство» изменило его, сделав злым, раздражительным и холодным. Его глаза потускнели, под ними легли тёмные круги, а кожа стала бледной.

Иногда девочка задавалась вопросом: а её ли это отец? Или чужак, натянувший его шкуру?

Она ничего не понимала: ни что произошло с поселением, ни что стало причиной сего кошмара.

Она думала, что смирилась, что приняла уготованную для неё судьбу. Ведь именно этого хотел её родитель…

Но если он сам оставил эту сумку… Значит ли это, что он на самом деле желал, чтобы она ушла. Хотел, чтобы сбежала, пока не стало слишком поздно.

Девочка сидела на грязном полу, обняв колени, а мысли в голове метались, подобно урагану. Оставаться ли здесь в ожидании ритуала? Или рискнуть и попытаться сбежать?

И именно в этот момент раздалось тихое шевеление. На полу, там, где расплескался зловещий флакон, густое чёрное пятно дрогнуло. Субстанция затрепетала, словно живая, и медленно потянулась к ближайшему источнику тепла.

Она двигалась вязко, лениво, как смола, стекающая по дереву. Девочка не замечала её, слишком погружённая в свои мысли.

И лишь когда вязкое, холодное, как смерть, прикосновение обвилось вокруг её ноги, она вздрогнула и посмотрела вниз. Чёрная масса сомкнулась плотным кольцом, а на поверхности начали проступать когти и острые клыки. Они дрожали, готовые вонзиться в плоть.

Девочка в панике принялась срывать мерзкую жижу, но было поздно. Субстанция рванулась, впиваясь в кожу, вонзаясь внутрь. Боль пронзила ногу, словно её раздирали изнутри раскалёнными иглами.

Из груди вырвался беззвучный крик. Лицо побелело, но она заставила себя не поддаваться. Слёзы застилали глаза, руки дрожали, но она продолжала отдирать субстанцию — кусок за куском. Та была скользкой, как слизь, ускользала из пальцев, рвалась назад, но она не сдавалась и, терпя сильную боль, продолжала с отчаянным упорством.

Пот струился по её вискам, кровь сочилась из раны, а сердце билось с невиданной скоростью. В голове зазвучал болезненный шёпот. Он был громким, громче её собственных мыслей. Он говорил ей сдаться, принять своё предназначение и смириться.

Наконец, мерзкая масса оторвалась и сползла на пол, снова собираясь воедино, словно сгусток живой тьмы.

Шёпот начал затихать.

Однако, увидев, как жидкость вновь шевелится и начинает ползти к ней в желании поглотить, она не смогла успокоиться.

Все сомнения тут же улетучились. Осталась только паника и желание бежать.

Схватив сумку, она рванулась к двери. Старый замок был настолько хрупок, что треснул под первым же рывком.

И вот, её встретила ночь, обдав лёгким ветерком.

Холодный свет луны озарил её заплаканное лицо.

Не оборачиваясь, она сорвалась с места и побежала в сторону темноты.

И, когда успокоилась, она опустилась на колени в попытке осмыслить произошедшее.

Подозрения относительно этого «лекарства» у неё были всегда, однако она никак не ожидала, что жидкость может зажить своей жизнью и попытаться напасть.

Именно после того, как все жители начали принимать его, всё покатилось к чертям. Все стали странными, словно их подменили.

Однако она была иной. «Лекарство» не было способно повлиять на неё в полной мере, не способно окончательно поглотить её рассудок. Возможно, именно поэтому её и выбрали для ритуала и окрестили «избранной».

Девочка нахмурилась, вспомнив через что ей пришлось пройти. Перед глазами то и дело мелькало злобное лицо отца с поднятой рукой и страх перед навязчивым шёпотом, который то и дело появлялся и исчезал. Это началось после первого приёма жуткого снадобья.

Покачав головой, она отогнала лишние мысли.

Сделав шаг, она болезненно скривилась. На её белоснежной коже до сих пор виднелись слегка кровоточащие раны. Ничего серьёзного, однако каждый шаг отдавался лёгкой болью.

Вытерев навернувшиеся на глаза слёзы, девочка, крепче сжав ремешок сумки, с решимостью во взгляде отправилась в путь.

Сначала всё было просто: тропа вела к границе деревни, дальше — лес. Он был тих, мертвецки тих. Ни насекомых, ни животных, даже завывания ветра. Ничего. Откровенно говоря, лес, объятый тьмой, и в котором не было каких-либо признаков жизни, выглядел крайне зловеще. Обычный человек ни за что бы не смог ходить по нему со спокойной душой.

Однако она была не такой. Девочка всегда ощущала себя в лесу, как дома. Ни капли страха или беспокойства. Двигалась она уверено, словно точно знала куда идёт. Казалось, будто сама природа указывала ей путь.

И так бы она и продолжила идти, однако вскоре услышала за спиной лёгкие шаги. Сначала глухие, потом всё ближе. Они были едва уловимы, почти беззвучны, однако здесь, в этом мёртвом лесу, не услышать их — просто невозможно.

Сердце ухнуло. Будучи неспособной сохранять спокойствие, она бросилась бежать, активно лавируя между деревьями и острыми кустами.

Позади тут же затрещали ветки и зашелестела листва, а гул голосов поднимался всё выше. Погоня казалась бессмысленной. С каждым мгновением преследователи были всё ближе, а силы стремительно убывали.

Споткнувшись об корень дерева, девочка упала, болезненно перекатившись по земле. И, несмотря на сильную усталость, она тут же поднялась на ненадёжные ноги. Пока не стало слишком поздно, пока преследователи не догнали её, она не намеревалась опускать руки и сдаваться.

Что-то было не так…

Звуки исчезли, словно их стёрли из этого мира, а гул голосов, что словно дышал ей в спину, так же замолк. Оглядевшись по сторонам, она увидела тот же лес, освещённый лунным светом, однако луна… Она выглядела неестественно огромной и отдавала чарующим голубоватым оттенком.

И на ветке одного из деревьев, среди листвы она заметила его. Это был зверёк, который своим видом напоминал и белку, и кролика одновременно. Странная помесь, которое выглядело трогательно и даже очаровательно: голубоватая шерсть мягко светилась в темноте, огромные глаза светили подобно кристаллам, а длинный пушистый хвост и длинные уши забавно дёргались в лунном свете, будто приглашая.

Но чем дольше она смотрела на него, тем более настороженной становилась. В сиянии глаз проступала пустота, шерсть напоминала вздыбленные иглы, чёрные когти скребли по коре с неприятным скрежетом, а улыбка, обнажавшая острые клыки, была неестественно широкой, почти человеческой.

В один момент, зверь открыл свою пасть и зазвучал голос. Он был нечеловеческим, скрипучим и пугающим. Каждое слово звучало иначе, с другим тоном, словно голоса сотни людей смешали в одну безобразную массу.

Она уже видела этого зверя. Мельком.

— Рад тебя видеть, — сказал он своим искажённым голосом.

По телу девочки пробежали мурашки. При виде существа в облике милого зверя она попыталась убежать, да вот только она не могла пошевелиться, словно что-то сковало её движения. Он могла лишь ждать что скажет паранормальная тварь.

— Я давно ждал нашей встречи. Очень, очень давно. Ты даже не представляешь. — голос зверя, несмотря на искаженность, выражал грусть и ностальгию, словно встретил давнего друга или товарища. — Пока что, я не могу выполнить контракт, но скоро… ты вернёшь себе «право голоса»…

Внезапно, мир восстановил ход времени, а на месте зверя ничего не было, только ветки, да листья.

Не успев оправиться от загадочной сцены, она совершенно забыла о преследователях. И когда сзади раздался голос, она тут же пришла в себя и готовилась пуститься в бега, однако было уже поздно. Из леса вырвались люди в чёрных мантиях. Мужская рука схватила её, грубо повалив на землю.

— Чуть не упустили, — сказал один из них шёпотом. — Она слишком быстрая.

Её резко перевернули на спину. Лица в капюшонах нависли сверху, искажённые лунным светом. Грубые руки прижимали её к земле. Верёвки скользнули по коже, впиваясь, сковывая запястья. Она дёргалась, кусалась, царапала, но пальцы лишь рвали воздух.

— Свяжите покрепче, но осторожно. Она должна оставаться в целости.

Внутри всё сжималось. Паника душила, но ещё сильнее — ощущение, что тьма вокруг живая. Она чувствовала себя так, будто её обволакивают вовсе не верёвки, а монстры и чудища, состоящие из чернил.

Шёпот вернулся. Чей-то голос вновь начал звучать в её голове, перебивая собственные мысли.

— Узнали, что случилось с госпожой?

— Найдена мёртвой, — прошептал один, обернувшись. — Но успела завлечь за собой чужака.

— Девочка? — спросил другой.

— Не найдена. Пока.

— Тогда ищите. Она не могла уйти далеко. — Культист наклонился ближе. Сквозь капюшон промелькнуло бледное лицо, перекошенное безумием. Его глаза застилала тьма, а губы скривились в радостной улыбке. — Эту же… отнесите к Сыну Божьему.

Верёвки затянулись ещё сильнее, врезаясь в кожу, а шёпоты вокруг перешли в подобие молитвы, змеёй обвивавшей её слух…

Глава 14 Чернила

Чёрно-белый мир, лишённый каких-либо красок. Фальшивое небо и гигантское светило, застывшее во времени.

Я, оказавшись в этом мрачном мире, активно изучала местность, скрываясь посреди развалин и растительности. Глаза то и дело цеплялись за каменные обломки и руины неизвестного происхождения.

Обломки статуй, руины домов, кусочки неизвестной письменности и фресок — всего этого было в избытке. Здесь словно прошёлся ураган, погребя за собой остатки былой цивилизации и культуры. Это выглядело так, будто кто-то целенаправленно всё уничтожал.

Подавив странные неприятные чувства, поднявшиеся изнутри, я продолжила наблюдения.

Поверх всех этих руин стояли здания, которые, кажется, построили совсем недавно. И среди них возвышалось одно гигантское строение, больше напоминавшее храм или гробницу. По периметру стояли факелы, в воздухе чувствовался запах гари и чего-то кислого, зловонного.

Чёрные мантии мелькали среди руин, шёпоты множились, сливаясь в единый гул. Они что-то таскали внутрь — сосуды, книги, свечи, куски тканей и другую мелочь. Они двигались слаженно, безошибочно, подобно единому организму. В их движениях не ощущалось той человеческой неуклюжести или несовершенства. Они к чему-то готовились.

Я сжала зубы от накатившего отвращения, вновь поднявшегося из глубин моего естества. По телу шли мурашки, шерсть стояла дыбом.

Каждую секунду я чувствовала опасность, исходящую от главного здания.

Если мои чувства не врут, то эта мерзкая, склизкая тварь, которой они подчиняются, называя своим Господом, находится там.

И мне не хотелось встречаться с этим.

Благо, я уже узнала всё, что необходимо, а потому могу наконец уйти из этого места, кишащим культистами. Пусть и ненадолго.

Скрываясь посреди руин и обломков, я начала аккуратно уходить отсюда, возвращаясь в тёмный лес. Немного поплутав, я пришла в заранее оговоренное место.

— С возвращением, — поприветствовал меня Крис, на мгновение отвлёкшись от изучения карты. — Узнала что-нибудь новое?

— Ничего особенного, — кратко ответила я. — Правда, меня немного удивило… что они устроили загоны с животными и п-поля прямо здесь.

С одной стороны, это объясняет, откуда они берут продовольствие, несмотря на запущенность всего поселения и отсутствие поставок извне. Да вот только меня сильно смущает сам факт сельского хозяйства в подземелье. Кто в здравом уме будет проворачивать нечто подобное? Хотя, полагаю, никто, ибо никого здравомыслящего здесь, по всей видимости, нет.

— И они явно к чему-то готовятся, — задумчиво пробормотала я, вспоминая слаженные действия культстов. — Возможно, они п-проведут ритуал… значительно раньше.

Но почему? Может ли быть так, что они уже обнаружили оставленный Каллой и Крисом «сюрприз»? В таком случае, они могли сильно насторожиться и ускорить проведение ритуала.

— Это нехорошо… Однако, если всё пройдёт по плану, то это ничего не изменит, — ответил Крис, не отрываясь от карты. — Значит, план остаётся без изменений: влиться в их ряды, подложить взрывчатку, включить её, а затем бежать к главному выходу без оглядки. Главное — не попасться раньше времени.

— Ты о себе? — полушутливо спросила я.

— Да ну тебя. Из нас двоих ты — наиболее заметная. Уж сильно сомневаюсь, что в их рядах много карликов.

Я скривилась. Меткое, но подлое замечание. Особенно учитывая, что я не в силах повлиять на свой рост… Хотя постойте, я ведь способна на это…

Как-то я не думала об этом. Всё-таки в подземелье, если я и меняла свой рост, то мне приходилось долго привыкать к сражению с изменившимися пропорциями. Да и было это крайне непрактично, ибо после каждой смерти параметры тела возвращались к исходным.

Может быть, теперь, когда я освободилась от цикла смерти и возрождения, я могу обзавестись шикарными пропорциями, модельным лицом и рельефной мускулатурой!?

Может быть, я даже могу, наконец, перестать выглядеть, как ребёнок!?

Я невольно захихикала, еле сдерживая улыбку и безудержный хохот. Тем временем, Крис как-то странно посмотрел на меня. Его взгляд выражал сильное замешательство и… страх?

Чего это он смотрит на меня как на сумасшедшую?

— Ты…? — собиралась я спросить о причине такого взгляда, как замолчала.

Я уловила чьё-то присутствие. Кто-то внимательно наблюдал за нами, скрываясь в некотором отдалении. Я тут же повернулась к источнику сего взгляда и заметила фигуру в длинной чёрной мантии и белой маске, скрывающей всё лицо.

Осознав, в какой ситуации мы могли оказаться из-за неожиданного свидетеля, я на мгновение запаниковала, однако тут же пришла в себя и рванула в его сторону.

Он попытался убежать, однако я уже была около него. Я схватила его за горло и сжала, не давая ему закричать.

— Н-нет, постой… — хрипло говорил он, теряя доступ к кислороду. — Я не вра…

Он пытался что-то сказать, но, увидев, как он доставал орудие, не стала слушать. В руке вспыхнул клинок, и одним рывком я пронзила его сердце. Кровь обожгла пальцы. Он хрипел, хватаясь за дыру в груди, тщетно пытаясь остановить кровотечение, но силы стремительно покидали его. Казалось, он плакал, взглядом молил о спасении. Он дрожал, не желая принимать близящуюся кончину.

Спустя несколько мгновений мужчина обмяк и рухнул на серую траву.

— Надеюсь, никто этого не видел, — мрачно пробормотал подоспевший Крис, рассматривая свежий труп.

Сняв с него маску, я вдруг остолбенела. Это был тот же самый человек, что впервые встретил нас. Тот же человек, за которым я следила некоторое время назад. Это был отец девочки, которая по неизвестной причине была дорога моему сердцу.

Помотав головой, я выбросила из головы лишние мысли.

Он был безумным культистом, который к собственному дитя относился ужасно. Нет причин чувствовать вину. Всего лишь злодей, коих много в этом дрянном мире. Я сделала то, что должна была…

Тем временем Крис начал обыскивать его труп. Его равнодушие на мгновение поразило меня.

Кинжал, флаконы с чёрной жидкостью, кольцо — эти вещи мелькали одна за другой, попадая в руки Криса. И в один момент он достал нечто необычное.

— Это… шкатулка? — пробормотал он, рассматривая маленькую деревянную коробочку.

Она выглядела простенько — без узоров, резьбы и других украшений. Побитая, расцарапанная, потрёпанная и где-то обгоревшая. Она явно прошла через многое.

— Что там? — я подошла ближе.

Он приоткрыл крышку и в тот же миг воздух стал тяжелее.

— Какого ху…!? — чуть не выругался Крис, однако вовремя замолчал, вспомнив о «правиле».

Внутри лежала стеклянная капсула с человеческим глазом. Белок поблёк и слегка потемнел, а прожилки вздулись, превратившись в тонкий узор, будто трещины на фарфоре. В центре мерцал розовый зрачок, словно выточенный из драгоценного камня.

Сердце дрогнуло. Я тут же выхватила шкатулку из его рук.

— Эй, ты чего? — удивился он. — Могла просто попросить.

Проигнорировав его жалобы, я начала внимательно рассматривать глаз, мерцающий ярко розовым.

И в один момент глаз повернулся в мою сторону, встретившись со мной взглядом. Зрачок сузился и, казалось, выражал бесконечную злобу.

Я вздрогнула, чуть ли не выронив предмет из рук, однако, на самом деле, даже не шелохнулась. Меня прошиб леденящий холод, из-за которого я не могла и пошевелиться.

Холод пронзил шею. Чьи-то пальцы смыкались вокруг горла. Тело мне не подчинялось, навыки не активировались, а мана не слушалась. Давление на шее с каждым мгновением возрастало, а взгляд стал острее.

Казалось, если пройдёт хоть одно мгновение я не просто умру от удушья — эта хватка передавит мне горло, обезглавив.

— П… о… ги, — выдавливала я из себя звуки, чувствуя близящуюся кончину.

Крис стоял рядом неподвижно. Он не двигался, не дышал, а на лице застыло выражение обеспокоенности и непонимания. Он застыл, словно превратившись в статую.

Воздух кончался. Разум помутился. Взгляд потемнел, а в ушах звучал только чей-то нежный, мелодичный шёпот.

— Умри… умри…

По какой-то причине он выражал искреннюю, ничем неподдельную ярость. Он проклинал меня, желал смерти.

Тело слабело, билось в панике, но внутри поднималось нечто иное — сгусток гнева, густого, как смола. Эта ярость была направлена на всё в этом мире — на богов, на демонов, на героев и на меня саму, на мою неспособность что-либо сделать.

И я выдавила:

— Хватит.

Голос был не мой — грубый, низкий, чужой.

Глаз казался удивлённым, шокированным. Ярость в нём начала потихоньку затухать. Давление исчезло, а розовое сияние, неестественное для этого чёрно-белого мира, исчезло.

Я рухнула на колени, хватая воздух, словно тонущая. Меня тошнило, голова раскалывалась, а сердцебиение сходило с ума.

— Эй! — обеспокоенно позвал Крис. — Что с тобой?

Сильно кашляя, я уверила его в том, что в порядке. Крис, поняв, что дело в этом предмете, пытался забрать его, но я тут же отступила назад.

Было ли этой иллюзией? — задавалась я вопросом, однако жгучее ощущение в шее казалось слишком реальным, чтобы так думать.

По какой-то причине эта шкатулка… этот глаз… ощущался чем-то важным, незаменимым, родным. И это не давало мне покоя.

Снова… В который уже раз я чувствую это!? Чьи это эмоции, чьи это воспоминания? Почему они у меня есть? Кто это? Лили? Алексей? Кто из них снова сходит с ума?

Подавив внутри себя очередную противоречивую бурю эмоций, я встала.

— Я в порядке, нам нужно поторапливаться, пока они не заметили его пропажу.

Что это был за глаз? Почему он был так сильно похож на глаза Моры? Почему он был у отца девочки с такими же глазами? Все эти вопросы, предположения и домысли я решила на время выкинуть из головы.

Все эти загадки, предположения, тайны, и культистские заговоры. Да и в довершение всего, эти чувства и эмоции, чуждые мне, словно взятые от кого-то другого. Вот, честное слово, голова уже от всего этого болит. Хочется уже поскорее разобраться со всем этим и свалить куда подальше.

Вздохнув про себя, я решила придержать шкатулку у себя.

— Пошли, — кратко сказала я, спрятав труп под землёй.

Крис, недоумённо взглянув на меня, отправился следом.

— Ты что-то поняла про этот глаз? — любопытствовал Крис. — Это явно проклятый предмет. От таких одни беды. Если что, подобные вещички можно легко обменять в «Магазине» на монеты. Причём дают за них не мало.

— Хорошо, учту, — сухо ответила я, однако не собиралась следовать его совету.

Мне не хотелось более говорить на тему этого глаза, поэтому я «ненавязчиво» сменила тему.

— Кстати, а каким оружием ты обычно пользуешься?

— Хм? Что значит «обычно»? Полагаю, у нас у всех есть только одно основное оружие — духовное. Я пользуюсь посохом.

Татуировка на его теле засветилась ярко голубым и в руке у него образовался посох синего цвета. Он был размером в полтора метра, а на вершине его находилась сфера, переливающаяся яркими голубыми оттенками.

— Ч-что за? — в удивлении прозвучал мой голос. — Как это работает?

Неужели из духовного оружия возможно даже создать нечто столь сложное, как магический посох? Обладает ли он в таком случае теми же свойствами, что и обычный? Хм, я думала, что духовное оружие способно лишь менять форму и принимать свойства тех или иных элементов.

— Хах, не спрашивай, так как я и сам толком не смог разобраться. Эти орудия неимоверно трудны в понимании. В любом случае, с помощью него мне значительно легче использовать магию. Настолько, что порой даже заклинания читать не надо. В некоторых случаях достаточно просто положиться на воображение без каких-либо вычислений или формул.

Удивительно… Даже завидно как-то…

— Слушай, — неловко начал Крис. — Мне всё это время не давал один вопрос… Сколько тебе лет было в мире, откуда ты родом?

В этот момент у меня появилось дурное предчувствие. И не из-за вопроса Криса.

Я приложила палец к губам, призывая его замолчать.

И хоть мне не хотелось говорить, что в том мире я была Алексеем, подростком мужского пола, дело было не в этом.

Слабое колыхание листвы, шёпот, настолько тихий, что походил на лёгкие завывания ветра, мягкие шаги, расположенные со всех возможных сторон.

Гадство…

— Готовься к бою, нас окружили, — шёпотом скомандовала я.

Он чуть вздрогнул, но сразу собрался и приготовился встречать неприятелей.

Чёрт, ну почему каждая моя стелс-миссия кончается провалом?

Темнота сгущалась, как живая. Между деревьями скользили силуэты — расплывчатые, зыбкие. Воздух стал плотным, вязким, как густой туман. Шорохи множились, раздаваясь отовсюду.

Крис встал ко мне спиной, высматривая тени.

— Это явно не по плану… — буркнул он, вновь призывая посох.

В моей руке также оказался клинок.

Первый культист выскочил из-за дерева, замахиваясь на меня клинком. Не успел. Тонкая струя воды пронзила его, и тело обмякло. Кровь была странной — слишком густой, слишком тёмной, будто из него вытекали чернила, а не жизнь. Всё здесь казалось ненастоящим.

Убить его было проще простого, однако он был не один.

Из тьмы полезли фигуры в чёрных мантиях — десятки. Кто с ножом, кто с граблями, кто с мотыгой, а кто-то и вовсе с обычной палкой. Создавалось ощущение, что они просто схватили первое попавшееся на глаза «оружие» и полезли на нас всем табуном.

Я шагнула вперёд. Кинжал в правой руке рассёк воздух, а за ним плоть. Один удар, одно убийство. Их движения были неловкими, неуклюжими, но уверенными. Они бросались, не думая о собственном благополучии.

Крис сражался рядом. Вода вырывалась из его посоха с гигантским напором, пробивая тела нападавших, словно бумагу. Он двигался быстро, а время каста было минимальным.

Они были слабы. Если точнее, они просто не представляли для нас угрозы.

Если бы не знала о их причастности к культу, решила бы, что это просто жители, выдернутые из домов и брошенные в бой.

Пожалуй, единственное, в чём они были действительно хороши — это игра в прятки и вуайеризм.

— Отступаем? — спросила я у Криса, размозжив рожу одного из них.

Они представляли меньше опасности, чем обычная толпа зомби с пятого уровня, однако за их спиной стоял тот, кого я действительно опасалась. Тварь, содержащаяся в том здании. Мы должны были туда проникнуть тихо, поставить взрывчатку и сбежать. Теперь — поздно. Мне не ведомо, чего можно ожидать от этого склизкого чудовища. Тем более, если оно знает о нашем присутствии.

Судя по словам Каллы, оно не способно покинуть главное здание, однако зачем нам рисковать, направляясь прямо в его логово?

Больше никаких возрождений, никаких циклов. Либо отступить и смириться со штрафом, либо сильно рисковать.

Да, неприятно, но всяко лучше, чем погибнуть смертью глупых.

— Что? Нет! — возмутился Крис. — Мы не можем провалить это задание!

— Почему? Это слишком опасно!

Его посох вспыхнул. Из наконечника вырвался поток воды. Он был резким, мощным. Культисты разлетелись, перемешанные с брызгами и собственной кровью с внутренностями.

— Ты, может, не знаешь, — сказал он глухо, — но получить «РАЗАЧОРАВАНИЕ» гораздо хуже, чем можно подумать. Это не просто «Разочарование». После него твой разум больше не будет прежним!

Чего…? Что это вообще должно значить!? Разница ведь только в их регистре!

Ай, чёрт с ним. Потом разберусь.

— Ладно, — выдохнула я. — значит, прорываемся.

Крис коротко кивнул. Его посох вспыхнул, и волна воды прорвала лес, сметая всё на своём пути. Я прыгнула вперёд, рассекая их одного за другим с одинаковой скоростью. Всё вокруг стало мешаниной из брызг и чернильной крови.

Мы шли напролом, вырезая себе дорогу. Чернила летели во все стороны, липли к лицу, к одежде, к коже. Её было столько, что я уже с трудом различала собственное тело на фоне тёмного леса.

— Почему их так много? — задавалась я резонным вопросом, отмахиваясь от очередного фанатика.

Они бросались на нас без страха, без задней мысли. Погибали, после чего их место занимали другие. И при этом у них не было ни гнева, ни скорби по убитым товарищам. Ничего.

И это настораживало.

Их кровь, их тела — всё выглядело и ощущалось как-то фальшиво. Не то, чтобы я была специалистом в разделке людей, но что-то явно было не так.

Стоп… А где кровь?

Я оглядела себя с Крисом и ничего не заметила. Ни пятнышка чёрной крови. Ни следа. Обернувшись, я ожидала увидеть гору трупов, однако там была лишь голая земля, да культисты с «оружием» в руках. Ни одного трупа…

По телу прошёл холод. В голове зародилось крайне неприятное предположение.

— Почти пришли, — сказал Крис, прерывая мои размышления.

Между деревьев показалось массивное каменное строение, напоминавшее храм. Я уже хотела поделиться с ним своими домыслами, как воздух вдруг сгустился пуще прежнего. Появилось неприятное вязкое ощущение по всему телу. Запахло чем-то кислым, тошнотворным. В тот миг лес стих, а культисты, нападавшие на нас со всех сторон куда-то пропали.

Из храма вышел старик в белых одеяниях. Сгорбленный, с лицом, в котором не читалось ни одной живой эмоции. За ним — десятки фигур в чёрных мантиях и белых масках.

Он посмотрел на нас, нахмурился и поднял руку.

Под землёй что-то заскрежетало. Гул пошёл по корням, по стволам деревьев, по воздуху. Из-под земли вырвалась гигантская конструкция, состоящая из костей. Это было нечто вроде алтаря, на котором лежало нечто.

И когда я поняла, что это было, у меня шерсть встала дыбом, а сердце пропустило удар. Нет, не моё, а то, что лежало на алтаре. Это было гигантское сердце, пульсирующее, словно состоящее из чернил.

«Тук… тук… тук…» — глухим эхом билось оно.

С каждым ударом расходились волны маны. Они были мощными, плотными, как камень. А воля и мощь, содержащаяся в ней, была столь необъятной, что я невольно сжалась от подступающего страха. Перед этим я чувствовала себя жалким муравьём.

И вдруг, мана перестала подчиняться. Клинок, потеряв подпитку, начал постепенно затухать. Я замерла. Паника поднялась изнутри. Я боялась, что моя собственная энергия в этот миг вновь взбушуется в попытке разорвать меня на части. Я ждала, зажмурившись, ожидая болезненной кончины, но… ничего. Она была неестественно спокойной…

И как будто всего этого было мало, в голове зазвучал механический голос «помощника».

[Ошибка. Отсутствует соединение. Попытка переподключения…]

[Ошибка…]

Один и тот же голос, одни и те же слова, с той же интонацией и монотонностью. Они повторялись снова и снова, не подавая признаков того, что собираются затихнуть.

— Что за нах…й!? — не сдержавшись, выкрикнул Крис.

Я ошеломлённо посмотрела на него. Он, встретившись со мной взглядом, сразу же понял свою ошибку. Третье «правило». Запрет на ругательства…

Из его ног выползли тени. Руки — тонкие, бесформенные, чёрные, как сама тьма. Они схватили его, цепляясь за руки и ноги.

— А! Что… Стойте! — крикнул он, но было поздно.

Тьма сомкнулась. Его втянуло внутрь собственной тени…

Я стояла, ошеломлённая, глядя на место, где только что был Крис.

Смех невольно вырвался из горла.

— Что это вообще за ситуация?..

Мне хотелось выругаться матом столь отборным, что даже сам Дьявол бы съёжился, однако, к сожалению, мне не хотелось повторять судьбу моего бывшего «напарника»…

…

Глава 15 Подавление

Передо мной была толпа культистов. За спиной, среди деревьев, так же. Криса съела собственная тень. Система не работает. Мана не подчиняется. Духовное оружие недоступно. Навыки исчезли… Словно их отключили от сети.

Даже хаотичная энергия внутри меня затихла. И это, пожалуй, тревожило больше всего.

Ситуация, конечно, не очень, но главное — не паниковать…

— Хаха… — из моей глотки ненароком вырвался смешок.

Да как тут не паниковать!?

Не знаю, то ли из-за абсурдности происходящего, то ли из-за стресса, а, возможно, от того и от другого, но нервная ухмылка не сходила с моих уст. Я не впервой оказываюсь в столь сложном положении, однако раньше мне не приходилось беспокоиться о смерти, о штрафах и о ком-то, кроме меня самой.

Тело слегка дрожало, а сердце колотилось от волнения.

Видя, приближающихся врагов, в чьих руках было самое разное оружие, я сглотнула подступивший к горлу ком и крепко сжала кулак.

Враги бросились на меня единым скопом. И при этом в моём распоряжении не было ни оружия, ни магии, ни навыков, ни даже левой руки.

Размозжив голову нескольким культистам, я уклонялась от их неуклюжих атак попутно уничтожая их одного за другим. К сожалению, духовное орудие, лишившись подпитки маной, вскоре исчезло, и мне пришлось отбиваться голыми руками. Благо, даже без маны я была умелым бойцом.

Нырнув противнику под широкий, размашистый замах, я ударила его в челюсть. Голова откинулась назад с болезненным хрустом. Отобрав у него клинок, я перерезала руки тем, что пытались схватить меня.

Я попыталась прорваться к костяному алтарю и к этому дряхлому старику. К источнику сей ситуации. Безуспешно. Они двигались слаженно, подобно единому организму. Сколь бы усердно я не пыталась прорваться, в конце концов меня оттесняли назад. Им было плевать на свои тела. Создавалось ощущение, что меня сдерживают вовсе не люди, а стена из плоти.

Кровь, попадающая на меня, была неестественной. Она была холодной, как у трупа, вязкой, словно слизь, да и пахла она… как тухлятина. Стоит ли говорить, что это была вовсе не кровь?

Сколько бы я их не резала, не топтала, не уничтожала и не убивала, их число нисколько не уменьшалось. Каким-то образом их трупы со временем исчезали, даже «кровь», что перепачкала мою одежду, куда-то пропадала.

Могу лишь предположить, что их тела, уничтоженные мной, исчезали и появлялись где-то ещё. Иначе я даже не представляю, почему их не становилось меньше.

Заметив, как в меня с разных сторон летят клинки, я подпрыгнула, зацепилась ногами за плечи двух культистов и повалила их наземь. Пока они хрипели, я перекатилась и, не глядя, убила их.

Убийство за убийством без секунды перерыва.

Каждая серия ударов и уклонений — пустая трата энергии. Пусть они и были слабы, но вместе они не раз загоняли меня в сложные ситуации.

Неоднократно я пыталась восстановить контроль над маной, но тщетно. Она не исчезла, не взбунтовалась, а затихла, перестала «слушать» меня.

Я стремительно теряла силы. Каждое движение и атака выматывали. А они… не показывали признаков усталости.

Без маны, без духовного орудия и даже без системы, которое только и может, что долбить мой череп одинаковыми строками.

[Ошибка. Отсутствует соединение. Попытка переподключения…]

[Ошибка…]

Снова, снова и снова. Словно кто-то сверлит мне мозг раскалённым гвоздём.

И это, чёрт возьми, невероятно отвлекало!

Увернувшись от удара одного из них, я ненароком оказалась в окружении. Со всех сторон в меня полетели клинки, кто-то схватил меня за ногу, а кто-то выстрелил кучей стрел. Несмотря на подавляющую ловкость, уклониться от всего оказалось невозможно.

— Кха! — заскрипев зубами от боли, я тут же освободилась от хватки на ногах и силой прорвалась сквозь окружение.

В пылу момента мне удалось уклониться от тех, что летели в жизненно важные точки, поэтому я не сильно пострадала.

Выдернув из тела пару стрел, я тут же «склеила» дыры, дабы остановить кровотечение, и продолжила отбиваться.

Подождите…

Что я только что сделала?

В пылу битв при наличии серьёзных кровоточащих ран, я использовала «Искажения тела», дабы остановить кровотечение. Но как я это сделала в этот раз? После потери связи с системой мне словно пол тела отсекли. Ощущение будто половина органов и конечностей просто пропала. Словно в один миг я разучилась дышать.

Я была в таком шоке и панике, что даже не поняла — «Полиморфизм» всё ещё со мной.

Но почему?..

Нет, сейчас не время думать об этом!

Да, я могу менять форму тела, уменьшаться, слегка увеличиваться и даже отращивать новые конечности, но что с того!? В такой ситуации, когда меня загнали в угол, когда я ни убежать, ни атаковать толком не могу, такая способность может разве что помочь покрасоваться напоследок.

Впрочем, ничего другого не остаётся.

Это будет последний рывок.

Активировав навык на полную, из моей левой культи тут же начала разрастаться плоть. Раздался болезненный хруст. Кости, нервы, кровь, сухожилия. В считанные секунды на пустом месте образовалась безобразная, словно кровавое месиво, звероподобная лапа с длинными острыми когтями.

Что немного меня насторожило, на ней не было татуировки.

Чёрт, возможно зря я это сделала, — подумала я, ощутив невероятно сильное истощение. И речь даже не о мане. Чувство, словно из меня все соки выжали.

Когда толпа вновь сомкнулась вокруг меня, я не стала ждать.

Тело снова треснуло. Не буквально, но примерно так ощущается перестройка тела. Конечности чуть вытянулись, пальцы стали длиннее, появились когти и клыки, а суставы стали подвижнее, будто из мягкой резины.

Правая рука стала более звероподобной, однако выглядела менее безобразно, нежели левая.

Когти тут же вспороли ближайших культистов, оставив глубокие борозды.

Ноги перестроились следом, став гибче и отзывчивее. Прыжок, разворот и удар. Тело двигалось значительно быстрее.

Однако у этого преображения цена была не малой. Одно лишь возвращение руки потребовало почти всю имеющуюся ману, а дальнейшее преображение сожрало почти всё, оставшееся.

Потрать хоть немного больше — мигом бы сгинула.

Хуже того, с маной ушла и выносливость. Мышцы налились тяжестью, а суставы ныли от боли. Каждое движение давалось мне с трудом.

Несмотря на это, я вновь бросилась к алтарю, но в этот раз со звериной прытью и ловкостью.

Теперь я двигалась иначе — ниже к земле, резче, злее. Извивалась между лезвиями, проскальзывала в зазоры, куда раньше не пролезла бы. Я больше не берегла себя. Не экономила силы. Давила. Рвала. Впивалась в глотки, ломала тела, шла напролом, используя возросшую ловкость и прыть.

И когда я уже была в нескольких шагах от костяного алтаря и старика, что выглядел необычайно спокойно, я ощутила столкновение с чем-то незримым.

— Барьер?.. — подумала я, но тут же откинула эту мысль.

Каждый удар сердца проносился волной, подавляющей силы. Он не уничтожал, не ослаблял, лишь давил собственным присутствием. Казалось, оно содержало в себе подавляющую, монструозную волю… Оно не желало быть уничтоженным, а потому я не могла замахнуться когтями.

В этот момент я ощутила, как нечто склизкое схватило меня за ноги.

Обернувшись, я увидела несколько культистов… если их ещё можно было так назвать. Их лица расплылись, словно воск у свечи. Нечто чёрное и вязкое, напоминавшее кровь, покрывало их кожу, а тела таяли и застывали в уродливых формах. Глаза были пусты, а рты расплывались в жуткой, неестественно широкой улыбке.

Я дёрнулась, но не успела. Меня швырнуло далеко назад с монструозной силой.

Я летела, пробивая собой тела, ломая деревья, пока не врезалась в очередной ствол. Удар вышиб весь воздух из лёгких. Мир на мгновение погас. Тело отказывалось слушаться. Боль, синяки, раны — всё слилось в одно тупое, изматывающее ощущение.

Придя в себя, я обратила свой взор к толпе врагов, что вновь бросилась на меня.

— Что ж это за невезуха? — глухим голосом жаловалась я.

Не нужно было слушать Криса, не стоило соглашаться на это задание, не стоило вообще хоть на йоту ему доверять. Если подумать, то это всё его вина. Если бы он не пригласил меня в команду, если бы он не доверился этой Калле, если бы он не остановил меня от побега…

Чёрт, и ведь я теперь даже в лицо ему ничего высказать не могу.

Встав, я, чуть пошатнувшись, бросила свой замутнённый взор в сторону алтаря и толпы культистов.

Я больше не в окружении врагов. Если повезёт, у меня может быть шанс на побег… Нет, у меня почти не осталось сил. Даже если я со всех сил побегу, меня всё равно догонят.

— В таком случае… — звучал мой охрипший голос, — буду сражаться до последнего…

Напрягая своё измотанное тело, я бросилась навстречу бессмертной толпе.

Раны множились, дыхание сбивалось, а сердцебиение сходило с ума. Мир перед глазами плыл из стороны в сторону из-за сильной усталости.

В один момент это мне аукнулось, и я потеряла ритм схватки, упустила момент.

Острая, обжигающая боль вспыхнула в груди. Потом ещё и ещё. Правое плечо. Живот. Бедро. С каждым мгновением ранений становилось всё больше.

— Аргх! — оскалилась я, терпя нарастающую боль.

Неужели это конец? — думала я.

В следующее мгновение меня скрутили и прижали к земле. Каждое мгновение в меня вонзалось колющее оружие — в бёдра, в плечи, в рёбра и в живот. В таком положении двигаться было невозможно, а попытка вызывала лишь сильную (пусть и терпимую) боль и лишнее кровотечение.

Чёрт возьми…

Неужели так…?

Я даже не сумела отомстить. Даже придушить одну единственную лисицу не успела!

Но что я могу?

Сил не осталось, маны и подавно. Да даже эта дрянная система ничем не помогает. Единственное — продолжает долбить мои мозги одним раздражающим предложением.

Толпа вокруг, словно по команде, пришла в движение и расступилась. Ко мне шёл старик в белых одеяниях. Тот самый. Тот, кто стоял за всем этим гнилым местом.

Шёл он неспешно. Каждый шаг был спокойным, размеренным, будто он не к врагу подходит, а на прогулку вышел.

Когда он остановился совсем близко, он заговорил.

— Кто вас послал? — спросил он ровно, без тени эмоций. — Орден светлых? Демоны? Или же кто-то из мелких сошек?

— Пон-нятия не имею… — выдавила я сквозь стиснутые зубы.

И я нисколько не приврала, ибо действительно не знала, как объясниться. Рассказать про полупрозрачную табличку, что держит меня на коротком поводке? Про систему, что была крайне неумело слизана с дешёвых рпг-игр? Да он, в лучшем случае, рассмеётся, в худшем — тут же прирежет.

Взявшись за один из вонзённых в меня клинков, он начал шатать его из стороны в сторону. Из раны с хлюпающим звуком потекла кровь.

— Смотрю, боли ты не боишься, — заметил он бесстрастно.

Чуть усмехнувшись, я взглянула на него исподлобья. В ответ — ничего, ни раздражения, ни интереса.

И что делать…?

Молить о пощаде? Бесполезно. Их интересует информация: как мы сюда попали и наши цели.

И, если подумать… почему бы и нет?

Верность? Да о ней и речи быть не может. Более того, система молчала, а потому об этом, вероятно, никто не узнает. Хороший повод насолить ей без каких-либо последствий. Идеально ведь.

Я уже открыла рот в намерении высказаться, когда он меня перебил.

— Можешь не утруждаться, — сказал он, выпрямившись. — Судя по всему, ни орден, ни демоны к этому не причастны, а значит вмешалась третья сторона.

— Ч-что? — в шоке выпалила я.

В один миг он обесценил мою информацию и мою жизнь.

— Нет! Подожди!

— Сделайте из неё подношение, — сказал он, бросив на меня короткий взгляд. — Мы больше не можем терять время. Скоро это больше не будет иметь значения.

Клинок у горла холодно коснулся кожи.

Моя голова работала на полной мощности. Сердце билось как ненормальное, а глаза метались из стороны в сторону в попытке зацепиться хоть за что-то стоящее.

— С-стой! Я скажу, к-кто меня послал! — в попытке спастись мои слова срывались в лепет. — В-всё расскажу! — я судорожно вдохнула. — Эд! О-он ведь был важен? Я знаю, где он! И Калла! Я знаю про неё!

Старик замер, а клинок у горла остановился.

Он медленно повернулся ко мне. Каменное выражение лица треснуло. Взгляд стал тяжёлым, давящим. Воздух словно сгустился, прижимая меня к земле. Сердце пропустило удар.

Его голос перестал быть беспристрастным, теперь он выражал лишь глубокий гнев.

— Что ты сказала? — тихо произнёс он, приближаясь ко мне. — Ты знаешь куда он ушёл? Этот предатель?

Чего?.. Предатель? Он?..

Что это значит?

Нервно сглотнув, я начала лихорадочно плести историю.

— Д-да! — воскликнула я, отчаянно работая головой. — З-знаете ли вы о н-наличии ещё одного входа в это подземелье?

Заметив, как слегка дёрнулась его бровь, я продолжила.

— Он на севере! Спрятан среди зарослей, в каменной расщелине! Именно оттуда мы и пришли! И Эд… он направлялся туда. Сейчас, наверное, уже сбегает отсюда!

— Вот как? — заинтересовано протянул старик. — Что ещё ты знаешь о моём неприглядном племяннике?

— Он… он… — слова застряли в глотке.

В голову ничего не приходило.

Я лгала, тянула время, чтобы придать своей жизни хоть какую-то ценность. Провал. Я не знала, что сказать.

Раз он предатель, что будет, если я скажу, что убила его? Погладит по голове и отпустит? Сомневаюсь.

А если он, несмотря на это, был важен старику, и он захочет отомстить?

Да и умер ли он? Они ведь, судя по всему, здесь не умирают.

А что Калла?

— Точно! Калла! — выпалила я, не подумав. — Ты ведь хочешь вновь увидеть её?

Не знаю, какие отношения их связывают, но, видимо, она ему не безразлична.

— Она жива! Если оставишь меня в живых, я скажу, где она! — отчаянно лепетала я первое, что приходило в голову.

И тут я поняла, что ошиблась. Старик нахмурился, а интерес в его взгляде потух.

— Ясно… — прозвучал его разочарованный голос.

Он явно не верил моим словам.

Чёрт, даже я понимаю, что сморозила нечто крайне сомнительное. Они думают, что она мертва, а тут я в попытке спастись говорю, что она, мол, жива.

Плевать, что это правда. У меня нет доказательств, а в голову больше ничего не лезет. Я сама загнала себя в эту ловушку.

Старик махнул рукой и стоящие рядом культисты приставили ко мне колющее оружие.

— Нет! Стой! — кричала я, однако старик уже развернулся. — Я-я могу доказать!

Голова работала на пределе своих возможностей. Я говорила всё, что приходило в голову. Подземелья, Крис, система, задания, Калла.

К сожалению, из-за срочности и нервозности, получалось нечто бессвязное, не имеющее смысла. Я звучала, как сумасшедшая на пороге смерти. Впрочем, возможно, это было не так уж и далеко от истины.

Меня даже не слушали.

Чёрт!

Да пошло оно к чёрту! — ругалась я про себя, решив потратить всё, что осталось.

В последний миг, вопреки боли и усталости, я протянула свою звериную лапу в сторону уходящего старика. Мгновение, и она резко вытянулась. Кости захрустели, плоть потекла подобно жидкости, а когти удлинились.

Я ощутила сильную боль. Голова гудела, а зрение поплыло. Сердце словно сжали в кулак, и оно остановилось. Все силы мигом испарились. Тело окоченело. Даже вдоха не могла сделать.

Мана ушла вся. Сразу. Без остатка.

Глаза, вопреки моей воли, стремительно закрывались, однако уста мои растягивались в слабую, почти безумную ухмылку.

Рука прошила сердце старика насквозь.

— Ха… — вырвался тихий смешок.

Это конец? — размышляла я, чувствуя, как сознание медленно погружается во мрак.

Больше никаких циклов…

Никаких смертей.

Больше не нужно… страдать…

С некоторым чувством тоски и облегчения я отключилась…

…

***

В окружении чёрно-белого мира среди толпы культистов стоял старик в белых одеяниях. Взгляд его выражал настороженность и облегчение. Первое, потому что показанное девочкой встревожило его Господина, а второе, поскольку оно теперь мертво.

— Полиморф, значит, — задумчиво произнёс он, прислушиваясь к шёпоту.

Выдернув из своей груди безобразную звериную лапу, он не только не вскрикнул от боли, даже не нахмурился. Кровь тут же полилась во все стороны из сквозной дыры, обнажая кости и плоть.

Казалось, старик вот-вот умрёт от смертельной раны, однако, вопреки этому мнению, зияющая дыра в его теле тут же начала разрастаться некой чёрной субстанцией. Она была вязкой, чёрной, словно сама тьма. По итогу, дыра в его груди исчезла так, будто той никогда и не было вовсе.

Стоящие рядом культисты тут же спохватились и принялись резать, колоть и топтать обезображенное тело маленькой девочки.

— Еретичка! — гневным шёпотом высказался один из них.

— Чудовище! — сказал другой.

— Коровий навоз! — ругался третий.

Правда, из-за ограничений сего подземелья, они не могли в полной мере высказать свою неприязнь к этой персоне. Потому, они избивали её хладный труп, кололи и резали, никак не сдерживая желание превратить её в сплошное кровавое месиво.

— Хватит, — остановил их старик.

Культисты оставили обезображенное тело девочки и встали стройными рядами перед своим предводителем, перед тем, кто самим своим существованием выражал волю их Хранителя.

— Сегодня мы уничтожили ещё одну угрозу для этого мира, — начал он. — Если бы мы не смогли остановить её, этот мир мог встретить ещё одну катастрофу, наподобие Пожирателя.

Стоящие перед ним последователи шокировано выдохнули, осознав, опасность сего существа.

— Однако, радоваться ещё рано. Не забывайте о нашей главной цели — вернуть Хранителю его силы и спасти этот мир.

Подойдя к хладному трупу девочки, старик удовлетворительно кивнул, заметив, как тело её медленно высыхает, обращаясь в землю.

— Разделитесь! Приведите ко мне предателя! И подготовьте сосуд к ритуалу.

Раздав команды, старик развернулся и направился в сторону главного здания. К Господу своему, что терпеливо, но с предвкушением, ожидало сегодняшней ночи…

Тем временем, тело девочки, что стремительно обращалось в крошечные песчинки земли, слегка дёрнулось. Процесс тут же прекратился. И, внезапно, глаза её открылись и загорелись неестественным ярко-розовым светом.

Встав, чуть пошатнувшись, она направилась в то же место, что и старик. К месту проведения ритуала…

…

***

Передо мной была кромешная тьма.

Ни земли под ногами, ни неба над головой. Ничего. Лишь плотная, всеобъемлющая тьма. Она не была вязкой, не была противной. Скорее, комфортной и убаюкивающей.

Постепенно, под ногами начали проглядываться очертания.

Сначала они были размытыми, неуверенными, потом — чётче.

Кости. Много костей.

Они были повсюду: подо мной и вдалеке, уходя далеко за пределы видимости. Сломанные, мелкие и раздробленные. Я словно оказалась на свалке бесчисленных жизней.

— По крайней мере… не белая комната… — пробормотала я, осматривая чёрное пространство.

И в этот момент я услышала голос той, кого думала больше никогда не увижу.

— Хехе, даже недели не прошло…

Я резко обернулась. Она стояла посреди множества костей, будто всегда здесь была в ожидании меня.

— А ты снова мертва…

Нежные черты лица, изогнутые в умиротворяющей улыбке. Тёмно-синие волосы, слегка спадавшие на правый глаз. Фигура, несмотря на многочисленные ранения и шрамы, выглядела всё так же опрятно и изящно. И знакомое синее платье, неаккуратное, сделанное моими собственными руками.

— Милли…? — пробормотала я, не веря своим глазам. — Это ты?

Мой голос дрожал. Сердце замерло. На глазах начали образовываться капельки слёз. Но я сдерживала себя, не желая показывать ей такое жалкое зрелище.

Я сделала шаг к ней и в этот момент она резко дёрнулась, схватившись за лицо.

— Ты в порядке!? — крикнула я, не раздумывая.

Она ранена!? У неё что-то болит!?

Однако следующий услышанный мной звук привёл меня в замешательство.

— Пха!.. Пхахахахаха! Пхе-Пха-Пхехехе! ПХАХАХАХА!!! — безудержно хохотала она, держась за живот.

— Почему ты…? — я схватила её за плечо, пытаясь заглянуть в лицо, закрытое рукой.

Однако очередной взрыв безудержного, грубого смеха заставил меня отшатнуться.

Холод прошёл по позвоночнику. Всё моё естество кричало об опасности.

Это была не она…

— Кто ты…? — с трудом выдавила я.

— Пхахаха… — с отдышкой она наконец выпрямилась — Чёрт, видела бы ты свою рожу… — она вытерла слёзы смеха. — Впрочем, малявка, ты меня позабавила, так что не буду обращать внимание на столь неуважительное отношение.

Она выпрямилась и посмотрела мне в лицо. Больше не было той нежной улыбки и глаз, выражающих бесконечную заботу. Её улыбка теперь была высокомерной и дикой, словно у зверя.

— Меня знают под разными именами: Спаситель, Хранитель, Разрушитель, Поработитель, «тот чёрный ублюдок»…

Она слегка подняла голову, выпятив грудь вперёд.

— Но лично я предпочитаю имя — Лепос.

В тот же миг тело её изменилось.

Зрачки девушки, что мгновение назад мягко сияли синим, погасли, став мертвенно-чёрными. Из висков с треском прорезались длинные, слегка закрученные рога. Из-под платья показался массивный, величественный хвост, покрытый чёрной чешуёй.

— Дракон Лепос…

Глава 16 Безмолвный сон

*От лица Моры*

Верёвки больно впивались в кожу. Каждое движение отдавалось тупой, тянущейся болью. Руки были связаны за спиной, а ноги крепко смыкались друг к другу так, что их никак не разомкнуть.

Вокруг шли люди в белых масках. Их было много.

Куда меня тащат? Где папа? Что это был за зверь?

Мысли путались между собой, а голова гудела в попытке придумать способ выбраться, додуматься до ответов на вопросы, на которые мне никто и никогда не хотел отвечать. В груди разрастался страх — вязкий, плотный и сдавливающий горло, подобно удаву.

Я крутила головой из стороны в сторону, а зрачки в панике озирались по сторонам, выискивая что-то знакомое, нечто, что может помочь. Ничего. На глаза попадались лишь деревья, трава, да ветки с кустами.

Лес более не казался мне столь знакомым, дружелюбным и родным. Теперь он был тихим, чужим и враждебным. Казалось, Он наблюдал за каждым моим движениям, а тьма ощущалась вязкой и мерзкой.

Как так?.. Я ведь была так близка!

Скоро. Скоро наступит то, к чему меня готовили всё это мучительно долгое время. То, с чем я столь долго старалась смириться, но так и не смогла. Именно ради этого меня заставляли глотать то мерзкое «лекарство», из-за которого тело слабело, медленно преображаясь, а мысли затихали, словно их заворачивали ватой.

Нет. Я… не готова… Я не хочу.

Я дёрнулась в попытке освободиться. Отчаянно дрыгала руками, ногами и туловищем, пытаясь ослабить верёвки. Бесполезно. Те лишь сильнее впились в кожу.

— Не дрыгайся, — шёпотом пригрозил кто-то.

Я снова дёрнулась. Сильнее. Отчаяннее. Ответом стал удар, что мигом вышиб из лёгких весь воздух. Боль скрутила живот так, что я не могла дышать, а мир на мгновение погрузился во тьму.

Я закашлялась и выпала из рук культистов на холодную, бездушную землю.

— Что ты творишь? — вопрошали другие. — Велено привести её в целости.

— Подумаешь, синяки, — отмахнулся он, сняв маску и показав свою жуткую ухмылку. — Сама виновата. Тем более, парочка флаконов тут же всё исправят. Будет как новенькая.

Не дожидаясь, когда меня вновь схватят, я кое как встала и попыталась убежать, однако тут же упала, сильно ударившись об землю и камни. Мои ноги были связаны, побег был невозможен.

Мужчина с жуткой ухмылкой силой поднял меня и замахнулся. Удар пришёлся по животу. В то же самое место.

Из-за боли ноги подкосились, а зрение поплыло из стороны в сторону. Я кашляла. Я кричала, но крик так и не сорвался с моей глотки. Лишь слюна и слёзы.

— Я же сказал, не дрыгайся! — чуть ли не кричал он.

Наперекор его словам, я вновь попыталась вырваться из его хватки. Безуспешно. Следующий удар пришёлся по лицу.

Раздался сухой треск. Гадать, был ли это его кулак или же моя челюсть, не приходилось.

Звон в ушах заглушал их шёпот и яростные препирательства друг с другом. Голова гудела от боли. Зрение размылось, превратившись в сплошные кляксы. Мысли рассыпались, погружаясь в тишину.

Казалось, темнота, подобно щупальцам какого-то чудища, потянулась прямиком ко мне, обволакивая в свои мерзкие объятия. И глаза, вопреки моей воле, закрылись…

…

***

Моё тело согревали лучи яркого солнца. Шелест листвы и завывание ветра пришли на смену гнетущей тишине. А запах свежих трав вперемешку с уникальным кисло-сладким ароматом заполнили лёгкие, даря чувство чего-то родного и тёплого.

Я стояла на пороге небольшого дома. Кто-то смеялся внутри. Это был знакомый смех, такой, который я уже давно не слышала. Это были папа и… мама…

Я крепко сжала ладони.

Нет… не дай себя обмануть. Такого не может быть на самом деле. Это… глупо… Это просто сон…

Сделав глубокий вдох и выдох, я медленно открыла плохо смазанную дверь и вошла внутрь.

На глазах тут же образовались капли слёз.

Я попыталась позвать их, но даже здесь, даже во сне из горла ничего не вышло. Я попробовала ещё раз, но снова… Лишь тишина…

Это просто сон… Иллюзия… Но даже так…

Я со всей силы ударила себя в живот.

Говори!

Почему ты молчишь!? Скажи это! Скажи им это хотя бы здесь!

Если даже сейчас, в фантазии глупой маленькой девочки, потерявшей всё, ты не скажешь этого, то ты ничем не будешь отличаться от мусора.

Чёрт…

Слёзы текли не переставая, а сердце обливалось болью, словно его протыкали острыми шипами. Эмоции бурлили, закипали и испарялись, превращаясь в тихое отчаяние. Из глотки не выходило ни звука, однако я рыдала, кричала во всё горло, ни капли не сдерживаясь.

Тишина…

Я хотела вернуться в то время, когда ничего плохого не было. Когда мама была рядом, а папа… был собой. Правда-правда. Я бы всё отдала ради этого.

Из дома послышался знакомый голос, полный доброты и нежности.

— С возвращением, — сказал мужчина с тёплой улыбкой.

— О, ты уже дома? — улыбнулась женщина с ярко-розовыми глазами.

С моей стороны не прозвучало ни звука.

Один шаг, два шага. Я хотела броситься к ним в объятия, ощутить давно позабытое тепло, однако… их взгляды были направлены не на меня. Я словно не существовала в их глазах.

Я отшатнулась назад. И в этот миг мимо меня пронеслись чьи-то аккуратные локоны волос. Девочка с чёрными элегантно расчёсанными волосами. Её тело было тонким, как спичка, а её шаги были маленькими, громкими и неуклюжими.

Эта девочка в милом чёрном платье подбежала к своему любимому отцу и матери, и раскинула руки, желая объятий. Они крепко прижались друг к другу, выражая привязанность и любовь.

Это была я.

Да вот только выглядела она счастливей. За эти несколько лет моё тело нисколько не выросло, но даже так отличия во внешности были разительными.

На её теле не было и следа от синяков и царапин. Её платье было в целости, не порванное и не грязное. Красивое и милое. А волосы девочки на вид были мягкими, не спутанными и не грязными.

А главное… её лицо. Оно было искренним, честным. Ни следа лжи. Будто она по-настоящему счастлива видеть своего отца.

Я не хочу этого видеть. Перестань!

И, словно повинуясь моему приказу, вид счастливо обнимавшейся семьи начал размываться, превращаясь в нечто иное.

Это была мастерская. Посреди комнаты стоял большой металлический котёл. На стенах было множество полок, заполненных разными склянками и коробочками с материалами. Цветы, травы, глаза, зубы, чешуйки и даже камни.

Около котла стояла одна большая фигура и одна поменьше.

В воздухе веяло неким кисло-сладким ароматом. Он не был противным или вязким. Не вызывал приступы безумия и бесконечный шёпот в голове. Наоборот, он успокаивал и приносил умиротворение.

Эта женщина всегда пахла смесью разных трав и цветов. Весьма приятный аромат.

— Вот, смотри, — сказала она, привлекая внимание маленькой фигуры. — Если смешать измельчённые листья до состояния кашицы с животным жиром в таких пропорциях, получится, хехе, простенькая мазь.

Её голос был мягким, но энергичным и жизнерадостным. Порой она ругалась, язвила и смеялась над окружающими, но это не казалось чем-то плохим. Она была добрым, пусть и своеобразным человеком.

Маленькая фигура скакала на месте, явно демонстрируя собственное нетерпение. Её взгляд метался из стороны в сторону, тщательно анализируя каждый уголок мастерской. Девочке не терпелось впитать в себя как можно больше знаний.

— Хорошо, что будем готовить сегодня? — задумчиво протянула женщина, доставая записную книжку.

В ответ маленькая фигура начала принимать различные нелепые позы, пытаясь донести свою точку зрения.

Она не была способна говорить, с трудом могла писать (и то лишь собственное имя) и даже читать толком не могла. Именно поэтому пантомимы стали для неё практически единственным способом донести собственные мысли.

Тем временем, девочка в попытке принять странную позу споткнулась и врезалась в стену, повалив за собой полку. Это, в свою очередь, запустило цепную реакцию. Повалившая полка задела другую, из-за чего та полностью опрокинулась, уронив все лежащие на ней компоненты в стоящий рядом казан с зельем.

Воцарилась тишина.

Шок парализовал тело девочки. Она виновато опустила голову, надеясь передать свои извинения.

Женщина некоторое время ничего не говорила, лишь неловко улыбалась, глядя на забавное зрелище.

— Хаха, — слегка натянуто посмеялась она. — Ничего страшного, приготовим зелье в следующий раз.

Картина передо мной вновь начала размываться, становясь чем-то иным.

На холме играли два мальчика: один старше, другой младше.

Мальчик постарше мощно замахнулся в сторону младшего. В воздухе прозвучал удар дерево о дерево. Удар был успешно отбит в сторону, после чего последовала контратака.

— Я одолею тебя, чудовище! — смело кричал младший.

— Да? А силёнок хватит? — притворно злобно отвечал старший. — Тебе меня никогда не одолеть! Мухахахаха!

Ещё один обмен ударами, который сопровождался звуковыми эффектами.

— Бам! Бум! Тыдыщ! — Нелепо говорили они при каждом соприкосновении палок.

И в некотором отдалении за ними наблюдала девочка с длинными чёрными волосами. Она притаилась среди кустов, боясь подойти к ним.

Снова и снова она вставала и садилась в намерении присоединиться к ним. Ей было страшно. Она беспокоилась, что они отвергнут её, посчитают странной и не будут с ней общаться.

Пока девочка колебалась, мальчики уже давно перестали бороться. К этому моменту они просто наблюдали за тем, как девочка вставала, садилась и мотала головой из стороны в сторону, глубоко погрузившись в свои переживания.

Мальчики переглянулись между собой и ухмыльнулись, готовясь совершить задуманное.

Девочка была настолько погружена в свой внутренний мир, что не заметила, как они подкрались к ней вплотную.

Мальчики подобрались к ней с двух сторон и громко крикнули прямо в уши: — Привет!

— …!

От испуга она подскочила, запуталась в ногах и упала, начав скатываться с холма.

Когда она остановилась, вся её одежда была в полном беспорядке. Вся в грязи и траве.

— Эй, ты в порядке?!

— Прости, мы не думали, что ты так сильно испугаешься.

Маленькая фигура с ярко-розовыми глазами переводила взгляд с одного мальчика на другого в попытке осмыслить ситуацию. И когда она поняла, какое ужасное первое впечатление на них произвела, её лицо залилось румянцем.

Внезапно, она начала икать. Без звука. Просто дёргалась, открывая рот.

Икота никак не останавливалась и лишь усугубляла её смущение.

— Хахаха, а ты забавная! — сказал мальчик примерно её возраста. — Выглядишь глупо!

Старший тут же стукнул его по голове.

— Прости его, пожалуйста, — неловко сказал он, сдавливая макушку своему брату. — Тебя ведь Мора зовут? Нам мама про тебя рассказывала. Хочешь поиграть с нами?

Девочка закивала головой, сдерживая икоту. На губах расцветала улыбка.

Он был всего на несколько лет старше её, однако выглядел более зрелым. Его лицо выглядело немного грубовато, но взгляд внутри янтарных глаз, был добрым.

Наблюдая за этой сценой, я ненароком прикусила губу.

Сцена вновь поменялась.

Теперь на том же самом холме был только один мальчик. Это был старший. Он был немного выше и больше. На нём начали проступать признаки течения времени. Несмотря на кажущееся спокойствие, в его глазах более не было той доброты и неловкости.

Около него лежало две длинной палки, на которых было множество следов от ударов.

В этот момент к нему подошла девочка с длинными чёрными волосами. Она была обеспокоена, а лицо выражало желание помочь и утешить.

К сожалению, мальчик не был рад её появлению.

Встав, он тут же схватил палку и замахнулся на неё, отгоняя назад.

— Не приближайся ко мне! — на лбу вздулась вена от злости. — Ты, ведьмино отродье, держись подальше от меня!

Девочка выглядела обиженной, а на глазах начали образовываться капли слёз. Не желая разрушения их дружбы, она вновь подошла к нему.

— Я же сказал, отвали! — кричал он, ударив её палкой.

— …!

Боль пронзила плечо девочки.

— Уходи!

Испугавшись его вспышки гнева, она послушала и убежала.

— Чёрт возьми! — ругался мальчик. — Ненавижу это место! Чёрт бы побрал всех этих ублюдков!

С того дня я его ни разу не видела…

Мир передо мной вновь начал размываться, распадаясь и собираясь в нечто иное.

Мне это не нравится. Хватит!

Зачем мне это показывать!?

Дело было вечером. Девочка возвращалась домой с сумкой, полной разных трав.

Деревня выглядела иначе. Тогда в ней было множество признаков жизни. Но именно тогда она начала меняться, превращаясь в то, чем она является сейчас.

В то время люди были приветливы. Не все, ибо некоторые смотрели на неё с отвращением и с неоправданной ненавистью, но таких было мало. Однако в один непримечательный день их всех будто подменили. Даже отец начал меняться.

Шаги девочки стали заметно тише. В них более не было той жизнерадостности и веселья. Она оглядывалась по сторонам, опасаясь взглядов.

Женщина у колодца медленно тянула ведро, даже заторможенно. Каждое её движение было с одинаковой скоростью. Повороты головы, движения рук, ног, даже моргание глаз казалось неестественным.

Заметив её, женщина медленно подняла голову и улыбнулась. Её взгляд был пустым, окрашенным в пугающий мертвецки-чёрный цвет.

— П-р-и-и-и-и-в-е-е-е-т, — заторможенно сказала она.

Девочка никак не отреагировала на приветствие — боялась.

Пройдя дальше, она заметила старика, что чинил слегка обветшалый забор. Он бил молотком по одному и тому же месту, хотя гвоздь уже давно был вбит. Раз за разом. Механично. Его движения продолжались, даже когда доска треснула.

В один момент он схватился за голову и отчаянно закричал.

— Заткнись! ЗАТКНИСЬ! Уйди прочь из моей головы!

В приступе безумия старик начал крушить забор, колотя молотком.

— Ты не Он! Ты не можешь быть Им!

Старик не остановился на одном лишь заборе и продолжал крушить всё, что находилось рядом.

Девочка, испугавшись, побежала прочь.

В тот вечер все словно обезумили. Кто-то бесконечно повторял имена дорогих им людей, кто-то крушил всё подряд, кто-то безудержно плакал, моля о пощаде, а кто-то менялся, становясь чем-то иным.

И я… ничего не могла с этим сделать.

Дорога домой ещё никогда раньше не ощущалась такой трудной. Каждый шаг давался с усилием, словно что-то тянуло меня назад.

Тогда я думала, что вот-вот вернусь домой, к родителям. Они бы успокоили меня, обняли бы и помогли разобраться со всеми странностями. Я думала, что это просто плохой день, что чёрная полоса скоро кончится.

Это были пустые надежды.

Дом встретил тишиной. Не уютной и не спокойной — мёртвой. Она была голодна и напугана, но есть в одиночестве не могла, а потому укуталась в плед и принялась ждать. Время тянулось бесконечно долго.

Лишь по прошествии множества часов, когда наступила глубокая ночь, дверь наконец открылась.

Радостно она вскочила и попрыгала в сторону входа. На пороге стоял отец. Один. Его выражение лица было неоднозначным. Губы расплылись в сияющую улыбку, но глаза были красными и пустыми.

Но больше всего меня поразило его состояние. Он был с ног до головы покрыт чьей-то кровью. И пахло от него… горелой плотью.

Девочка всем своим видом показывала недоумение и обеспокоенность. Она желала узнать, что произошло, почему он в таком состоянии и где сейчас мама. Он не ответил, даже не взглянул в сторону собственной дочери. Он казался другим. Что-то в нём в тот день явно поменялось.

Домой он вошёл молча, после чего сел в кресло и смотрел в пустоту.

В ту ночь я крутилась вокруг него, пыталась накормить и укрыть одеялом. Он не смотрел в мою сторону, молчал, словно не замечая моих переживаний.

Лишь к утру он, наконец, обратил на меня внимание, однако его взгляд… Его глаза при взгляде на меня выражали сложную гамму эмоций, которую я так и не смогла понять. Был ли это страх? Любовь? Может ненависть? Я не знаю.

Дрожащим голосом он сказал лишь одно:

— Это твоя вина…

Вновь услышав эти слова, моё сердце сжалось от боли, а на глазах образовались капли слёз. Ноги подкосились, и я упала на колени.

Да…

Это моя вина.

Мир вокруг застыл. Цвета поблёкли, исчезли, оставив за собой только чёрно-белые тона. По пространству пошли трещины — сначала тонкие, затем всё шире и шире. Из них тянулись чёрные руки, словно сотканные из самой тьмы.

Они окружили меня. Схватили, обездвижив крепкой хваткой.

Я не сопротивлялась. Не имела для этого ни сил, ни желания.

Мир сновидений померк, окрасившись в сплошную тьму. И я проснулась.

Открыв глаза и слегка осмотревшись по сторонам, я оказалась в помещении, окрашенном в чёрно-белые тона.

Вокруг меня стояли люди в масках, однако что-то казалось иным.

Они все были покрыты чем-то вязким, напоминающим фарш и кровь.

Присмотревшись, я поняла: их стало на одного меньше.

Глава 17 Чёрная комната

Сквозь плотные чёрные шторы слегка проглядывали лучики солнечного света. За ними скрывался целый мир, полный юношеских проблем, радостей и печалей. Разговоры школьников, гул машин, пение птиц и шелест листвы не достигали этого по-настоящему мрачного места.

Комната, освещённая лишь светом монитора, весьма наглядно описывала своего владельца: безалаберного, грязного и весьма грубого.

Под лёгким светом монитора и клавиатуры с типичной «радужной» подсветкой виднелось чьё-то лицо с самодовольной ухмылкой. Да вот только это был не уставший от жизни мальчик-подросток с проблемами в семье, а молодая девушка, чей взор был подобен бездне.

— Слышь, а чего это на твоём компе так много пошлятины? — посмеялась она, открывая папку с невзрачным названием: «учебные материалы».

— Отстань… — с мрачным выражением прозвучал мой голос.

Девушка была хороша собой: миловидное личико с большими глазами, маленький вздёрнутый носик и длинные ресницы. Смотря на неё, я испытывала крайне противоречивые чувства.

Изгибы и формы её тела были полностью скрыты под мешковатым кигуруми. Тёплое, уютное и в виде невероятно милого, но жалкого животного: панды.

— Почему ты так выглядишь?.. — прозвучал мой запоздавший вопрос.

— Хм? — проследив за моим взглядом, по её лицу растянулась омерзительная улыбка. Такая, которую она бы никогда не сделала. — Тебе интересно это тело?..

Она растянула одежду так, чтобы фигура была прекрасно видна, после чего схватила себя за нижнюю часть груди и сжала, делая их визуально больше.

— Хочешь посмотреть? — жутко улыбнулась она во все шестьдесят зубов.

— Хватит! — скрипя зубами, сказала я. — Прекрати этот фарс! Хватит притворяться ею! Зачем тебе это! Да что ты вообще такое!?

Наблюдая за её действиями, внешностью и характером, во мне поднималась сильная, неконтролируемая злоба.

Эта внешность, это лицо, эта фигура. Всё это принадлежит ей!

— Как ты смеешь принимать её облик и вести себя подобным образом!? — не в силах сдержаться я со всей силы замахнулась кулаком.

«БАМ»

Вот только я не смогла заставить себя ударить это лицо.

— Эй, ты разбила мой монитор, — с наигранной возмущённостью пробормотала она.

Проигнорировав слова сущности, притворявшейся Милли, я сделала несколько глубоких вдохов и решила ещё раз осмотреться.

Большая тёмная комната с перегоревшими лампами. Сантиметровый слой пыли, покрывавший собой всё, кроме кровати, компьютера и фигурок популярных персонажей из аниме и манги. Криво висящие плакаты. Груда мусора в виде сломанных костылей, гитары и разорванной в клочья бумаги.

Это место было мне хорошо знакомо. Сначала я не была уверена, поскольку много лет его не видела, но этот мусор, эти слегка похабные фигурки, клавиатура с уродливой подсветкой и гарнитура с геймпадом… они не оставляют сомнений.

Это мой дом… точнее, единственное место в доме, которое я считал своим.

Почему я здесь? Неужели Крис врал мне? Разве он не говорил, что таким, как мы не суждено упокоиться с миром, что после смерти нас ждёт некий «Ад»?

Является ли это место «Адом»?

Ужасный беспорядок с горами мусора и салфеток, затхлый воздух с немного гнилостным ароматом и полная антисанитария… Что ж, полагаю, для кого-то оно может казаться похлеще самой преисподней.

Чёрт, теперь, видя это место спустя столько лет… Как я вообще жила?

Вздохнув, я отбросила лишние мысли и с охлаждённой головой посмотрела на девушку, расслаблено сидящую в кресле. Она не сводила с меня глаз, наблюдая за каждым моим движением этими жуткими, пустыми глазами.

Проигнорировав её, я начала пробовать призвать окно системы.

— Статус?

Ничего не появилось.

— Магазин? Чат?

Всё так же ничего.

Хм, значит, это место никак не связано с системой. По крайней мере, я могу быть в этом уверена, поскольку в момент моей предполагаемой смерти у меня даже не было к ней доступа.

Так по итогу, где я?

— Можешь даже не пытаться связаться с этим, — в этот раз голос её звучал серьёзно и без наигранной усмешки.

— Что ты имеешь в виду? — осторожно спросила я.

— Это что-то вроде внутреннего мира, воображаемой песочницы, где можно делать, всё, что душе угодно, — девушка в костюме панды откуда-то достала пачку чипсов. — У этой… «системы» нет доступа к этому пространству, так что это бесполезно.

Она разорвала пачку чипсов и, не глядя, достала целую охапку. Крошки посыпались на стол, клавиатуру и пол. Масляные пальцы блестели на свете монитора.

— В любом случае, малявка, у тебя должно быть много вопросов, — высокомерно раздавался её голос. — Устраивайся. Разговор не будет коротким.

В этот момент рядом с первым креслом из пустоты возникло второе — точная копия прошлого: чёрное, кожаное с подушками под шею и поясницу. На нём лежал новенький белый геймпад.

Монитор, который я только что разбила, был цел. На нём отображалось главное меню файтинга. Из колонок заиграла задорная мелодия в стиле ретро.

— Ты, должно быть, шутишь…

Я стиснула зубы, подавив очередную вспышку раздражения и недоумения. Чуть погодя, я всё-таки подошла, взяла контроллер и села.

— Выбирай персонажа, — тихо скомандовала она, уже остановившись на громиле с непропорционально раздутой мускулатурой.

Я молча пролистала список, быстренько осмотрев каждого. По итогу мой выбор остановился на девушке в откровенном китайском платье.

После подтверждения и выбора арены игра началась.

Не успела я толком освоиться с управлением, как в лицо моего персонажа прилетел кулак. Девушка тут же отлетела от мощного удара в лицо. Экран дёрнулся, и она повисла в воздухе, беспомощно принимая серию ударов.

И когда она наконец упала, потеряв половину здоровья, громила тут же подошёл к ней. Нет, он не стал нападать на лежачего, он сделал нечто гораздо более ужасное. Сбоку прозвучал звук яростного нажимания на одну единственную кнопку. И здоровяк на экране, широко улыбаясь, начал снова и снова приседать прямо над лицом беспомощной женщины.

— Что за…

Я попыталась блокировать, отскочить и набрать дистанцию, однако персонаж уткнулся в невидимую преграду.

— Вот чёрт…

Я нажимала быстрее, полагаясь на свою острую реакцию, чтобы сделать блок, увернуться и контратаковать, но в один момент поспешила и ошиблась. Всего один пропущенный удар — и мой персонаж вновь застрял в серии непрекращающихся ударов и пинков.

Атаки сыпались без пауз, не давая мне ни единой возможности выбраться. Голова, корпус, ноги и бока. Её тело, словно манекен, то подбрасывало вверх, то впечатывало в землю.

И когда она наконец вырвалась из града ударов, она тут же атаковала, однако противник увернулся, блокировал удар и замахнулся. Блок был сломлен, а попытка контратаки прервана. Она вновь оказалась в непрекращающемся комбо.

Полоса здоровья быстро опустилась до нулевого значения, тем самым объявив о моём поражении.

Будучи ошеломлённой, я собралась с мыслями и решила выложиться на полную…

Начинался второй раунд…

…

Сбоку прозвучал ехидный комментарий: — Слышь… а ты сосёшь.

В итоге я проиграла в сухую.

Я набрала побольше воздуха в грудь, выдохнула и абсолютно спокойно впечатала беленький геймпад в экран монитора.

— …Так зачем ты притащила меня сюда?

— Я тебя и не звал, — задумчиво ответила она. — Скорее уж, это ты упрямо просишься на тот свет. — Достав наполовину съеденную пачку чипсов, она продолжила. — От тебя требовалось только одно: коснуться драконьего сердца, а ты даже покончить с каким-то паразитом не смогла.

Она мерзко чавкала, хрустя картофельными чипсами.

— Откуда тебе это известно?..

— Откуда? Хах, это ж моё собственное сердце! Если бы ты смогла хоть на мгновение прикоснуться к нему, я бы сею же секунду обратил бы его против всей этой мерзости! — уверенно отвечала она, выпятив грудь.

Что? Его сердце? Это гигантское, словно сотканное из чернил, сердце принадлежит ему?

То самое, которое одним лишь своим биением, сотрясало весь мир?

Да что он… она…? Какое существо оно из себя представляет?

Оно ранее представлялось Драконом. Что ж, если речь шла не о каком-то дешёвом титуле, наподобие «Короля-Дракона» среди людишек, а о настоящем существе, что выглядит как динозавр с крыльями, способное изрыгать пламя, то в этом, полагаю, есть смысл.

Но в любом случае, это не объясняет откуда ему известны подробности моей жизни. Моя комната, игры на компьютере, да даже «та самая папка». Каким образом он играет в файтинги значительно лучше, чем я?

Следило ли оно за мной? Но с каких пор?

— Если тебе интересно, откуда я так хорошо тебя знаю, — начала она говорить, словно прочитав мои мысли, — то скажу так: вот отсюда, — закончила она, прикоснувшись к клавиатуре грязными пальцами.

На мониторе начали проигрываться разные сцены. Толпы крыс покрывают моё тело, пожирая кусочек за кусочком. Я задыхаюсь, медленно теряя силы под водой. Умираю в сражении с Личом. Попадаю в ловушку с кислотой. Рассыпаюсь в пыль. Подвергаюсь гипнозу и позволяю себя съесть. Спотыкаюсь и падаю на шипы. Давит насмерть гигантская масса плоти. Взрываюсь из-за ошибки в работе с маной.

На экране проигрывались мои смерти…

Окружение вновь изменилось. Стены и потолок исчезли, оставив только стол, компьютер, монитор и пару кресел. Это было пространство невероятно больших размеров, заполненное множеством костей и черепов. То, в котором я изначально и оказалась.

Стоило мне приглядеться, и я поняла — это были не просто кости, а мои давно сгнившие трупы. Мои смерти… И как только я это осознала, одиноко лежащие кости обросли плотью. Отрубленные конечности, человеческий фарш, отсечённые головы, на лицах которых были навеки запечатлены самые разные спектры эмоций: от ужаса и отчаяния, до гнева и неестественного спокойствия.

Сердце забилось быстрее. Ладони вспотели. В голове, подобно тому, что проигрывалось на мониторе, вновь начали вспыхивать ужасающие смерти.

— Чёрт, — закрыв глаза, я начала очищать свой рассудок от навязчивых мыслей и переживаний.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Глубокий вдох… и выдох…

Наконец успокоившись, я задала вопрос, ответ на который в данной ситуации интересовал меня больше всего.

— …Почему я здесь? Я мертва?

Пусть меня так и не убили, но я собственноручно потратила всю свою ману, выжав всё до последней капли. Эта сила, энергия, что пронизывает всё сущее. Без неё невозможно жить или банально существовать, так почему я ещё не умерла? Или я на самом деле мертва? Кто знает? Вдруг всё происходящее — это просто бредни моего панически умирающего мозга?

— Строго говоря, ты умерла, причём очень глупо, — кратко ответила сущность. — Благодаря мне, ты ещё можешь вернуться. Вопрос лишь в том, позволят ли тебе.

— И что это значит?.. — тихо спросила я.

Дракон, поправив чёлку своими грязными руками, ухмыльнулся.

И как это понимать? Это угроза? Предупреждение? Будет ли он после этого, подобно клишированному «демону», предлагать некий контракт? Мол, он вернёт меня в мир живых, а я ему свою душу под залог.

Или как загадочный интриган заставит меня сделать нечто, на первый взгляд, очень простое. Хотя на самом деле, это простое действо в конце приведёт меня в отчаяние.

Или, может, потребует от меня что-то странное и неприличное? Хм, учитывая его непонятный и неприятный характер, можно ожидать всякого.

Сущность в облике Милли нахмурилось.

— Прекращай свои нелепые фантазии! — грубым голосом она прервала поток моих глупых мыслей. — Мне ничего от тебя ни надо! Ни души, — в этот момент на её лице промелькнуло отвращение, — ни «тела». И если бы я чего и требовал от тебя, так это того, чтобы ты не совершала глупостей.

От раздражения девушка в глупом костюме панды схватилась за переносицу и, глубоко вздохнув, продолжила: — Мне надоело ходить вокруг, да около, а потому буду краток. Перед тем, как окончательно сдохнуть глупой смертью, твоё тело захватила ведьма. Ты должна быть благодарна, ибо если бы не её своевременное вмешательство, ты бы уже сгинула.

— Ведь… ма?

— Ты глухая? — вздохнув, спросила она. — Да, ведьма. Ты уже должна знать, что это такое.

Услышав это единственное слово, моя голова загудела от боли, а перед глазами же начали проноситься чьи-то ужасающие образы, объятые самой тьмой. И глаза… ярко-розовые глаза, медленно теряющие свой блеск.

Опять… Опять! Это не мои чувства! Это не я! Прочь из моей головы!

Схватившись за край стола, я со всей силы вдарила по нему своей головой.

Это не помогло, а потому я ударилась ещё раз, а потом ещё и ещё.

В конце концов, стол не выдержал и с треском разломался на две части, повалив за собой и монитор, и компьютер, и полки с фигурками.

Я чувствовала боль в районе головы, но она ощущалась как-то неправильно и непривычно. Возможно, это потому, что всё это место не настоящее, а всего лишь воображаемый мирок. В любом случае, это помогло мне прийти в себя.

Подняв голову, я заметила направленный на меня взгляд, полный презрения и отвращения.

— …Почему я оказался заперт внутри этой психованной…?

И стоило мне посмотреть на него, как я осознала одну истину, что не давала мне покоя в последнее время.

— Так это ты! — крикнула я, указывая на сущность указательным пальцем. Весь страх и настороженность тут же испарились, превратившись в злость и негодование. — Это твои воспоминания, твои чувства! Что ты сделал со мной?

Опять! Снова! В который уже раз!?

В очередной раз некое высшее создание решило поиграться с человеческим разумом. Это не смешно!

Зачем? Что я ему сделала?

Я больше не хочу убивать кого-то против своей воли. Не хочу чувствовать, как собственный разум предаёт меня.

Эти чуждые мне эмоции и воспоминание. Этот гнев с непонятным чувством вины. Это высокомерие по отношению к роду людскому. И образы из далёкого прошлого. Руины, разрушения и смерти людей, коих клялся оберегать…

Неужели…

— …Ты и есть их «Хранитель»? — громко сглотнув, спросила я.

В комнате повисла тишина.

Я смотрела на неё, нервно ожидая ответа.

— Пха… Пхахаха! Пхахахахахаха!

Внезапный взрыв смеха ошеломил меня, выбив почву из-под ног.

Я ошиблась?

— Нет, но я им был… — внезапно нахмурившись, ответила она. — «Людишки» всегда были слабы и беспомощны, именно поэтому они отчаянно взмолились о моей защите. У того, кого долгие годы считали обычным чудовищем. Смех, да и только.

Усмехнувшись, она повернулась в сторону восстановленного монитора.

— В любом случае, то, чему эти «люди» поклоняются сейчас, не является мной. — Её лицо растянулось в гримасе полного отвращения и гнева, словно съела прогнивший лимон.

Включив компьютер, она откуда-то достала ещё одну пачку чипсов и продолжила:

— Я знаю, что эта жижа из себя представляет. Это всего лишь паразит, мерзость, когда-то прицепившаяся ко мне. Слишком долгое время я не обращал на это внимания, недооценивал. И вот к чему это привело… — сделав небольшую паузу, она съела очередную горсть чипсов. — Этот «ритуал», вероятнее всего, представляет из себя простую смену тел. Человеческое тело, видишь ли, слишком слабо для нынешней «мерзости», а потому оно искало подходящий сосуд, способное его выдержать и которое оно способно контролировать. И «дитя ведьмы» идеально для этого подходит.

— Мора… — тихо пробормотала я. — Так ты хочешь, чтобы я остановила ритуал и спасла Мору?

— Ты? Малявка, не обольщайся, — существо в обличье Милли наигранно усмехнулось. — Это не твоя история, тебя здесь вообще быть не должно.

Монитор вновь загорелся, однако теперь он отображал не рабочий стол, не игру и даже не аниме, а чей-то взгляд от первого лица.

Мир в мониторе был лишён всяких красок. Только чёрный, белый и их оттенки.

На экране мелькали деревья, кусты и руины зданий. Поле зрения активно перемещалось из стороны в сторону, осматривая окрестности и прячась от лишних взглядов.

И в один момент на экране промелькнула чья-то рука. Да вот только это была не просто «чья-то» рука, а моя собственная. Маленькая, вся израненная и покрытая множеством линий татуировки. Только сияли они не зелёным, не оранжевым и даже не чёрным. Ярко-розовый цвет весьма отчётливо проглядывался в этом чёрно-белом мире.

— Неужели это моё…

— Да, это взгляд от первого лица, так что просто заткнись и смотри…

Глава 18 Тот, кто должен быть мёртв

*От третьего лица*

Это было большое тёмное помещение, освещённое расставленными по углам свечами. В воздухе витал аромат гнилого дерева, плесени и слизи. В этой большой комнате не было ни мебели, ни окон. Только несущие колонны и большая каменная платформа, украшенная узорами, бархатным ковром и инкрустированными драгоценными камнями. На поверхности ковра был также нарисован магический круг неизвестного предназначения.

Помещение медленно заполнялось культистами. На них более не было масок.

Со всех уголков помещения раздавалось фанатичное перешёптывание. Их губы были искажены неестественным счастьем и верой, а глаза источали мрак и пустоту.

— Скоро! Уже скоро всё изменится!

— Не могу поверить, что этот день наконец настал!

— Да! Да!

В помещении царила радостная, почти праздничная атмосфера. Однако никто не прыгал и не кричал от столь значимого события. Они лишь спокойно стояли, обмениваясь шёпотом и пустыми взглядами.

И когда раздался звук открывания двери, все мигом затихли, а взгляды сосредоточились на единой точке.

— Приветствую всех, — в комнату зашёл старик в чисто белых одеяниях.

Его голос, в отличие от остальных, был громким и ясным. Каждое его слово и движение намертво отпечатывалось в сознании верующих. Спокойные, размеренные движения, прямая и статная походка, и незамутнённый взгляд, что спокойно осматривал внутреннее убранство.

Толпа перед ним, словно заранее отрепетировав, расступилась по сторонам, освободив дорогу к каменной платформе. И вслед за стариком в помещение вошло ещё несколько человек. В стальной хватке, они тащили за собой маленькую девочку, связанную по рукам и ногам.

Взъерошенные, неаккуратные чёрные волосы. Лёгкое платьице с разорванными краями. И глаза, что отдавали ярким розовым свечением. Её взгляд и выражение лица выдавали страх и отчаяние, а тело дёргалось в тщетной попытке освободиться и убежать куда подальше.

С того самого момента, как она пришла в себя, девочка ни единожды пыталась освободиться, однако силы уже давно покинули её слабое, хилое тело. Тем более, будучи окружённой толпой культистов и стариком с пугающим взглядом, никаких шансов не было.

Отчасти она уже смирилась с тем, что вот-вот должно произойти, однако в её сознании всё-таки оставалась крошечная искорка надежды.

А что, если кто-то вломиться и спасёт её в последний миг, подобно герою из сказок? А что, если те чужаки войдут и остановят их злодеяния? Вдруг, та странная девочка, с которой она могла бы подружиться, придёт и поможет…?

Подобные мысли без остановки кружили в её голове.

«Точно! Папа определённо вёл себя в последнее время иначе. Наверняка… Он точно должен быть где-то рядом…»

Однако стоило ей оказаться в пределах магического круга, как тот загорелся и все мысли в её голове начали спутываться, превращаясь в бессмысленную массу. Тело, и без того ослабевшее, потеряло даже те крохи сил, что имело. Взгляд помутнел, а уши, словно заполнили ватой.

В этом подземелье невозможно уснуть или потерять сознание, а потому, даже испытывая на себе столь сильный упадок сил, она не могла отключиться.

Тем временем, старик тихо спросил у наиболее доверенных лиц:

— Всех собрали?

— Мы собрали всех, кого могли, в том числе и всех «не просвящённых». К сожалению, несколько братьев и сестёр не смогут присутствовать в столь важный день. Они ещё не вернулись с миссий. — шёпотом ответил один из культистов с нескрываемой печалью и жалостью.

Услышав его, старик нахмурился.

— Прискорбно, но мы более не можем ждать. Про нас уже начали пронюхивать. С каждым днём ситуация становится всё опасней.

Вздохнув, он начал вести тихий, едва ли слышный монолог с самим собой. Однако для всех было очевидно, что говорил он с их Господом, тем кому они были готовы предложить собственную жизнь, душу и судьбу.

И спустя некоторое время старик наконец закончил, после чего под внимательным взглядом толпы вышел вперёд.

Он не стал зачитывать речь, не стал делать каких-то особых приготовлений. Всё, что от него требовалось, это произнести одно единственное слово:

— Начинаем.

В тот же момент из-под теней, отбрасываемых пламенем свечей, начали проявляться сгустки кромешной темноты. Поначалу они двигалась вяло, лениво, как смола, стекающая по дереву, однако с течением времени её движение ускорялось, приближаясь к каменной платформе.

Культисты смотрели на процессию слизи с благоговением и раболепием в глазах. Руки их были сложены в молитве, а губы искажены в безумной улыбке. Благочестивый шёпот раздавался со всех сторон без остановки.

Тем временем чёрная масса приближалась. И один за другим культисты буквально таяли на глазах, сливаясь воедино с Господом своим. Их кожа чернела, тела теряли форму, превращаясь в одну безобразную субстанцию. Их лица на протяжении сего мерзкого процесса были искажены блаженством и чувством выполненного долга.

Однако не все они были рады происходящему.

— Ааааа! Больно! НЕТ! НЕТ! Пожалуйста, хватит! — нарушив шёпот, раздавались чьи-то крики.

— Нет! Прошу, это больно! Оно жжётся!!

— Я не хочу этого!

— Нам не это обещали!!

«Не просвящённые» же, будучи теми, кто так и не смог пройти «инициацию», полностью лишились понимания происходящего и просто смотрели в пустоту. Кто-то тихо плакал, наблюдая как тает его собственное тело, а кто-то просто болтал с воздухом, даже не обращая внимание на окружение.

Абсолютно безмолвными оставались только старик и наиболее приближённые к нему люди. Они смотрели на эту сцену спокойными, беспристрастными взглядами. Субстанция обходила их стороной.

Девочка, лёжа в центре круга, не была способна ни пошевелиться, ни даже думать нормально. Однако даже так она испытывала первобытный ужас. Все, кого она знала когда-то давно как добрых и заботливых соседей, теперь умирали. Мучительно и спокойно. Не в силах более наблюдать за этим, она плотно закрыла глаза, тщетно пытаясь игнорировать их крики боли и безумные молитвы.

Тем временем слизь была всё ближе. Она тянулась со всех сторон. Извивалась, растягивалась и ползла.

И когда субстанция была всего лишь в нескольких сантиметрах от тела девочки, внезапно, вокруг неё появилась массивная стена огня и полупрозрачный барьер, защитивший её от жара. Слизь тут же отползла назад, словно боясь пламени.

— Нет! — разозлившись, вскрикнул старик, смотря на фигуру, которая внезапно появилась в запертых ранее дверях. — Кто посмел!?

Люди вокруг него тут же всполошились, готовясь покарать преступника, прервавшего ритуал.

На мгновение закрыв глаза, неизвестный поднял руку и в воздухе в то же мгновение, буквально по мановению руки, образовалось множество огненных шаров.

И в свете огня показалась фигура неизвестного. Это была девочка с обвисшими, растерзанными кошачьими ушами, в мантии, разорванной на куски и покрытой множеством чёрных пятен и с полностью обезображенным телом. Оно было искажено, деформировано и местами разрушено, создавая весьма гротескный и пугающий внешний вид. И конечности её были покрыты множеством линий, сиявшими неестественным розовым светом.

Глаза «девочки», слабо сиявшие, сначала посмотрели на девочку внутри круга, потом на тьму, окружавшую её, и лишь затем на старика и его подопечных. И в тот же миг взгляд её начал излучать пылающую ярость и злобу.

— Что вы встали!? Остановите её! — вскрикнул он, подобно злобному, ворчливому старику.

Оставшиеся культисты тут же пришли в движение, схватившись за оружие. Пол под её ногами вздулся чёрными шипами и когтями, а с потолка сорвались вязкие чёрные щупальца.

Вот только она даже не взглянула на них. Её пальцы слегка дрогнули и огненные шары, что неподвижно висели над её головой, сорвались в разные стороны.

Здание содрогнулось, обдав жаром во все стороны с такой силой, что часть культистов буквально смело взрывной волной. Огонь пожирал всё: одежду, кровь и плоть. Крики боли смешались с фанатичным смехом.

Да вот только они не умирали. Обугленные тела падали, растворяясь во тьме, но в следующий же миг появлялось новое тело, что тут же бросалось снова в бой.

По помещению раздавался безумный шёпот.

— Убить… Убить… Убить… Убить…

Не обращая внимания на шёпот, что словно зубами впивался в её рассудок, девочка махнула рукой и в воздухе вновь начали образовываться огненные сферы.

Культисты ничего не могли ей сделать. Их тела разрывались, плавились и уничтожались снова и снова. Они были беспомощны перед ней.

Старик, наблюдая за этой сценой с дрожащими губами, крепко сжал кулаки. В его ушах звучали болезненные крики его Господа, чьё «тело» вновь и вновь разрушалось в попытке уничтожить незваного гостя.

— Не может быть… — прошептал он, скрежеща зубами. — Этот взгляд… Эта магия…

В его глазах промелькнула сцена из прошлого.

Умирающее тело женщины, лишённое конечностей, глаз и языка, было подвешено высоко над землёй. Под ней с громким треском разгорался костёр, чьи языки пламени медленно, подобно щупальцам чудовища, добирались до неё.

Рядом стоял молодой мужчина, окровавленный с головы до ног. Его глаза, наблюдавшие за этим ужасающим зрелищем, были пусты. Эдгард, его глупый племянник, что связал свою жизнь с ведьмой, желавшей направить его по ложному пути. Заблудший ягнёнок.

У него не оставалось другого выбора. Он должен был «вылечить» его.

Подойдя к нему и положив руку на плечо, старик чуть смягчённым голосом сказал:

— Теперь, когда ведьма больше не затуманивает твой рассудок, мы наконец можем выполнить наше предназначение…

Мужчина повернулся к старику. Его лицо было искажено в радостной улыбке, однако что-то было не так. Его губы дрожали, а из глаз непрерывно текли слёзы.

— Ты… — недоумённо шептал старик.

В порыве гнева он ударил мужчину по лицу и тот упал, словно безвольная марионетка. Достав из-под мантии новую колбу с «лекарством», старик схватил того за горло и насильно влил в него неестественно чёрную субстанцию.

— Кха! Кха-кха! — мужчина сопротивлялся, использовал последние остатки здравомыслия, чтобы выплюнуть мерзкую жижу. Тщетно. Он задыхался, а сознание медленно угасало. У него не было иного выбора, кроме как вдохнуть и пустить содержимое колбы внутрь.

— Лучше? — с сомнением спросил старик, наблюдая за мужчиной, чьё тело неестественно медленно вставало на ноги.

— Кха… да… — глухим шёпотом ответил он.

— Хорошо, — удовлетворённо сказал старик.

После этого он бросил взгляд на тело женщины, что пыталась опорочить его племянника и разрушить их планы. Её тело горело, однако она даже не кричала, не корчилась в агонии. Казалось, несмотря даже на отсутствие глаз, она смотрела прямо на него, излучая сильную, первобытную ярость. Однако она ничего не могла сделать.

В воздухе витал запах горелой плоти. Так и сгорела она дотла, обратившись в пепел.

— Это не может быть она. Я своими глазами видел её смерть! — бормотал старик, вырвавшись из пучины воспоминаний.

В этот момент ведьма, услышав слова главы культистов, повернулась в его сторону. Её глаза горели ярче обычного. Они излучали ту самую злобу и желание убить.

И впервые за очень долгое время старик почувствовал страх.

Внезапно всё его тело пронзила невыносимая боль. Его тело чесалось и изнывало от боли, словно внезапно окунулось в раскалённую магму. Он горел, хотя никакого пламени не было. Более того, само его «тело» не должно было иметь возможности испытывать боль.

— Что за…? Почему? — недоумевал старик, столкнувшись с проклятым взором.

В следующий же миг он начал стремительно терять силы. Его конечности слабели, а веки опускались.

В одно мгновение он стал целью двух мощных проклятий.

Сдерживая ругательства, старик кое как поднял руку.

Пол затрещал, а воздух задрожал. Из-под земли вырвалась массивная костяная конструкция. Алтарь, на котором лежало гигантское, словно сотканное из чернил сердце. Всё помещение начало содрогаться от каждого удара его.

Плотная воля, содержащаяся в сердцебиении, в то же мгновение подавила все движения маной. И магия ведьмы растворилась прямо в воздухе, оставив после себя лишь обугленные тела культистов, что мгновение спустя возродились из теней.

Ведьма осталась без магии, а тело её после такого количества мощных заклятий не выдержало и вновь начало рассыпаться в пыль. Казалось бы, это всё, конец. Однако она не отступила. Наоборот.

На её лице на мгновение отразилась лёгкая усмешка. С лёгкостью избежав атак, она на полной скорости бросилась прямо к алтарю с сердцем.

Почувствовав что-то неладное, старик обеспокоенно закричал:

— Нет! Остановите её сейчас же!

Чёрная слизь взметнулась со всех сторон. Щупальца, клыки и когти образовывались из мерзких отростков.

Ведьма, овладевшая телом девочки, была очень быстра и ловка, однако из-за множества травм и тела, которое местами рассыпалось в пыль, она не была способна избежать всех атак.

Сначала ей распороло живот. Потом оторвало часть плеча. Затем раздробило ногу настолько, что она еле могла ходить.

Однако, даже не дёрнув бровью из-за боли, она продолжила движение.

— Убейте её! — кричал старик.

В то же мгновение всё её тело пронзило множество щупалец. Её разгрызало мощными, громадными клыками, разрывало когтями, а клинки пронзали её жизненно важные органы.

Однако было уже поздно. Ведьма уже коснулась сердца.

«Тудум… Тудум…»

Мир словно замер.

«Тудум…»

Монструозное, гигантское сердце тут же перестало биться. А вместо давящего, чуждого присутствия, по помещению прокатилась волна силы, совершенно иного характера.

Со всех сторон прозвучал искажённый, нечеловеческий вопль, что пронзал барабанные перепонки до крови.

Сердце задрожало. По его поверхности пошли искажения, подобно волнам на водной глади. Чёрная субстанция таяла, смывалась, словно застоявшаяся грязь. Слой за слоем, пока в руке ведьмы не остался лишь маленький чёрно-фиолетовый кристалл.

На несколько секунд помещение погрузилось в полную тишину.

Старик побледнел не в силах поверить в произошедшее. Культисты замерли от ужаса. А чёрная жижа временно потеряла возможность двигаться из-за изменённого «сердца».

И в следующий миг вспыхнул яркий розовый свет с такой силой, что всех нападавших тут же отбросило далеко назад. Тело ведьмы с невероятной скоростью заполнялось маной, подступавшей из кристалла. Её тело восстанавливалось прямо на глазах.

Образовывались новые кости, разорванная плоть срасталась, и кожа возвращалась на место. Однако это было ещё не всё. Её фигура стала заметно более вытянутой. Ноги удлинились, бёдра увеличились, появилась грудь, а голова обросла длинными прядями волос. И тени, словно повинуясь её воли, прикрыли оголённые участки кожи, создав абсолютно чёрное платье. Это больше не было "девочкой".

Мора, лежавшая в центре круга, смотрела на это затуманенным взглядом и сознанием, однако даже так в её взгляде промелькнуло безошибочное узнавание.

— Ты… — прохрипел глава культистов. — Ты должна быть мертва…

Ведьма, вернув себе прежний облик, нежно взглянула в сторону Моры и усмехнулась, услышав слова дряхлого старика.

Бросив на него презрительный взгляд, она усмехнулась:

— А тебя даже в живых быть не должно, — презрительно ответила она, слегка подбрасывая в руках кристалл.

— Так вот каково это: держать «ядро подземелья», — задумчиво отметила ведьма.

Старик еле сдерживал ругательства, наблюдая за ней.

Всё, к чему они готовились долгие годы, пошло под откос. Казалось бы, они уже у цели, однако внезапно в их дела начали вмешиваться все, кому не лень. Орден рыцарей света, фанатики «Пожирателя», «герои» и другие ублюдки. Из-за этого им пришлось приступить к ритуалу раньше намеченного срока. Чужаки, предательство и появление того, кто давно должен был обратиться в пепел.

Вздохнув, глава культистов, на мгновение взглянул на окружающее здание, в стенах которого теперь зияли громадные дыры. Свет проникал в это помещение. И самое страшное: миру внутри подземелья вернулись цвета. Чёрно-белые и серые тона исчезли, уступив место ярким цветам природы. Культисты более не воскресали. Он остался один.

Если точнее, их осталось двое.

В ушах старика прозвучал чей-то искажённый шёпот. Голос его Повелителя.

«Ты знаешь, что должен делать»

На мгновение он удивился, ибо впервые слышал в тоне своего Господина гнев вперемешку со страхом, однако быстро пришёл в себя. И с небольшим сомнением он всё-таки подчинился и решил в последний раз взглянуть на ту, что разрушила все планы его. Скоро.

«Она уже не будет столь надменно смотреть на меня…» — думал он.

Тем временем из-под теней начали вылезать остатки чёрной субстанции. На полной скорости они начали облеплять тело старика, покрывая его чисто-белые одеяния в чёрные тона. Щупальца цеплялись, вгрызались и погружались в тело его, превращая в нечто иное.

— Тебе конец, проклятая ведьма! — крикнул он напоследок перед тем, как жижа заполонило его полностью.

Его тело покрывала черная извивающаяся субстанция, что стремительно увеличивалась в размерах, приобретая очертания чего-то монструозного и драконоподобного. Из чёрной, зловонной слизи образовывался хвост, вырастали крылья и чудовищная пасть. Затем начали появляться когтистые лапы, под весом которых слегка содрогалась земля. И когда начали образовываться громадные, но могучие крылья, прозвучал громкий щелчок пальцами и в воздухе появилось невероятно большое количество огненных шаров. Каждый из них излучал невыносимый жар, который, казалось, мог сжечь всё на своём пути.

Ведьма не собиралась ждать.

Предварительно обезопасив девочку, женщина слегка махнула рукой, словно отгоняла надоедливых мух, и все снаряды тут же полетели в одну единственную точку.

Жар обдал всё здание и не только. Взрывная сила заклятий была значительно мощнее прошлых, настолько, что всё здание буквально разорвало изнутри. Пламя устремлялось во все стороны с невообразимой силой, сжигая деревья и уничтожая прилегающие здания и руины.

И когда пламя наконец утихло, женщина презрительно заметила:

— Ты был действительно глуп, если считал, что я позволю тебе завершить трансформацию.

Подойдя к образовавшемуся кратеру, она продолжила:

— Ты никогда не блистал умом, но, пожалуй, твоим самым «умным» решением было использовать руки моего мужа, чтобы избавиться от меня. — В этот момент её лицо исказилось в злобной гримасе, источающей пылающий гнев.

Казалось бы, после столь мощного взрыва ничего живого не должно было остаться, однако болезненное кряхтение в центре кратера красноречиво говорило об обратном.

— Кха… кхы… Аргх! — звучали болезненные стоны престарелого мужчины. — Гос…подин… Кха-кха! Нет! Аргхх…! Не… о-оставляйте меня!..

Голос в его голове стремительно стихал, превращаясь в отголоски.

— Серьёзно? — презрительно спросила ведьма. — Неужели ты так и не понял, что это конец?

Схватив его за воротник, ведьма приблизилась к его обгорелому лицу, смотря прямо в его вытекшие от жара глаза.

Она смотрела на него несколько секунд немигающим, полным гнева глазами. Было полностью очевидно — умереть от взрыва она не дала ему специально. Она уже собиралась оторвать ему конечности, медленно разрывать его тело на куски и погрузить в такую агонию, которая даже в самых ужасных кошмарах не приснится, однако, заметив периферийным зрением внимательный взгляд маленькой девочки, она быстро остыла.

— …Тебе повезло, что я не такая, как ты! — бросив эти слова с отвращением, она обернулась от него, позволив тому скончаться от ранений и ожогов.

В глазах Моры горело безошибочное узнавание. Пусть она и выглядела теперь иначе: у неё были длинные струящиеся серебряные волосы с редкими чёрными прядями, а тело было покрыто странного вида татуировкой, однако этот голос, это лицо и манера говорить. Это была она.

Не в силах больше терпеть, девочка встала на ненадёжные ноги и медленно поковыляла в сторону матери.

Сначала один, потом второй, но не успела она сделать третий, как споткнулась и начала падать. Она уже закрыла глаза, ожидая болезненного столкновения с землёй, однако вместо этого её обволокло приятным, мягким чувством и теплом.

Мора, аккуратно открыв глаза, увидела перед собой лицо того, кого она думала никогда больше не увидит. Мягкие черты лица, длинные ресницы и губы, растянувшиеся в нежной улыбке.

Она оказалась в объятиях матери. Впервые за болезненно долгое время. Девочка сама не осознавала, насколько сильно она соскучилась по теплу и проявлениям привязанности.

Не выдержав, с глаз девочки полились горячие слёзы. Обняв женщину в ответ, Мора уткнулась головой в её грудь, словно боясь вновь потерять это нежное, тёплое чувство.

— Ты нисколько не изменилась… — с небольшой дрожью пробормотала ведьма. — Прошу, прости меня за всё. Прости, что пропала. Прости, что не могла вмешаться раньше… — её голос надломился.

Девочка, услышав извинения ведьмы, подняла голову и встретилась взглядом с матерью. Её лицо выглядело поистине жалко. Слёзы, что текли неостановимым потоком, сопли, дрожащие губы и слегка нахмуренные брови. Однако, несмотря на это, её глаза сказали всё без слов. Она не желала слышать извинений. И в ответ лишь крепче уткнулась в объятия.

— Хех… — усмехнулась женщина, не сумев сдержать слёз. — Я рада, что ты осталась жива… Спасибо, что…

Внезапно, в этот момент экран погрузился во тьму, скрыв за собой эмоциональные слова матери.

***

*От лица Лили*

— Дальше уже не наше дело, — сказал он, выключив монитор компьютера.

Сбоку послышался шелест пластиковой упаковки. Рядом сидела девушка в неказистом костюме панды, которая, высоко запрокинув голову, доедала последние остатки чипсов.

Я кивнула в знак согласия, старательно игнорируя поведение сей персоны.

Всё-таки пусть эта «ведьма», и захватила моё тело, но я не какое-то апатичное чудовище, чтобы злиться и беситься, наблюдая за столь эмоциональной сценой. Неприятно, конечно, но пусть.

Правда, неужели мне теперь придётся целую вечность сидеть в этом тёмном пространстве? Так ещё и в компании этого…

Заметив упавшие на пол чипсы, девушка тут же потянулась к ним…

…что бы это ни было.

В любом случае, вряд ли эта ведьма позволит мне вернуть себе тело, потому что на её месте я бы ни за что не стала этого делать.

— Может быть, это даже к лучшему? — неосознанно вырвалось у меня.

Я помотала головой, отбрасывая лишние мысли.

Пока что нет. Я не могу позволить всему закончиться здесь. Только что я могу сделать?

Если верить словам дракона, это зависит от решения ведьмы. Очевидно, она бы ни за что, не вернула мне тело. Особенно после того, как я убила её мужа…

— Чёрт…

Дракон какое-то время молчал и прикрывал рот рукой, вращаясь из стороны в сторону на кресле.

— Не парься, — внезапно сказал он, посмотрев мне прямо в глаза. — Тебе вернут тело.

Я резко подняла голову, навострив уши.

— Что?.. — мой голос прозвучал недоумённо.

— У неё нет выбора.

В груди что-то неприятно сжалось.

— Но почему…? — тихо спросила я, на что дракон слегка усмехнулся…

…

Глава 19 Рассвет

— Но почему…?

Выбросив в угол пустой пакет от чипсов, девушка в нелепом костюме панды повернулась ко мне и, заскрежетав зубами, ответила:

— Система. Если точнее, то та мразь, что прячется за тупорылыми табличками! — слегка отдышавшись, дракон в облике девушки успокоился и продолжил. — С помощью «изменённого» сердца я могу подавлять доступ к системе столько, сколько хочу, но это не надёжно, да и продолжаться так больше не может. Если этот недобожок поймёт, на что я способен… в этот раз она это так просто не оставит… И уж поверь, результат не понравится ни этой «ведьме», ни мне и уж тем более тебе.

Не в силах полностью понять этот ответ, я неосознанно вздохнула от раздражения.

Ну что это вообще за ситуация такая?

Чёрт, голова идёт кругом. Да тут скорее больше неопределённости и загадок, чем ответов. Я не просто не знаю, что делать в такой ситуации, я даже не знаю, что и думать!

Ну вот каким образом во мне теперь запечатан злой дракон? Я что, главный герой сёнена??

«О нет, в моей правой руке запечатан великий дракон разрушения! Быстрее бегите! Он вот-вот вырвется на свободу! Я не могу его контролировать!» — это я так теперь должна думать?

— Я… поняла, — ответила я, чувствуя сильную головную боль. — В любом случае, когда я уже вернусь в своё тело?

Не думаю, что могу и дальше терпеть компанию этого существа.

— Что, совсем невтерпёж? Уже скоро.

Кивнув, я отвернулась от него и ничего не говорила и не спрашивала. У меня было много вопросов, даже слишком, однако я не хотела в лишний раз контактировать с опасной сущностью. Тем более один лишь взгляд на это лицо… вызывает у меня целый ворох неприятных эмоций.

Таким образом комната погрузилась в тишину.

И хотелось бы мне, чтобы так продолжалось и дальше, как дракон вновь привлёк моё внимание.

— Слышь, чего лицо такое кислое? Расслабься.

Усмехнувшись, он встал с кресла и подошёл ко мне вплотную.

Встретившись с ним взглядом, я ненароком вздрогнула. Эти глаза, несмотря на дерзкую ухмылку, казались пугающе пустыми. Словно бездна.

— В будущем, можешь даже не сомневаться, легче уж точно не будет. Сколько ещё раз ты окажешься на грани смерти? Сколько ещё безвыходных ситуаций будет на твоём пути? В этот раз тебе повезло, но что будет в следующий раз? Будет ли он?

— … К чему ты ведёшь? — мой голос немного дрожал. Я испугалась, увидев столь разительное изменение в его поведении, но я всеми силами старалась не отводить взгляд.

Казалось, что если я позволю себе показать свой страх, то непременно случится нечто ужасное.

— Буду краток: заключи со мной контракт… — внезапно он замолчал, а после нахмурился, словно проглотил гнилой лимон. — Нет, не нравится мне это слово. Давай лучше назовём это «обычным приятельским одолжением». Я помогу тебе в следующий раз, как ты окажешься в беде, а ты в обмен выполнишь одну мою прихоть. Ничего особенного, никаких жертвоприношений или прочей ерунды. Просто услуга… Что думаешь?

— Нет, — тут же ответила я. — Мне это не нужно.

Возможно, в будущем я могу об этом пожалеть, но на данный момент я не могу ответить иначе. Во-первых, я не могу ему доверять. Кто он вообще? Дракон-разрушитель? Божество древнего культа? Во-вторых, он явно враждебен к системе, светлым Богам, героям, а также имеет какие-то связи с ведьмами. Тут даже думать не нужно, чтобы понять: он — злая сущность с крайне нечистыми намерениями. И в-третьих, самое главное, даже сейчас этот ублюдок носит на себе её лицо и играется на моих нервах.

Это же каким идиотом нужно быть, чтобы согласиться на столь подозрительное предложение?

— Пфф… Пхахахахаха! — внезапно рассмеялся он, брызгая слюной. — Пхех, что, даже не выслушаешь условия?

— Нет.

— Хах, малявка, ты ведь в курсе, что твоё согласие — просто формальность? В курсе ведь, что твой выбор ни на что не влияет? Я мог бы силой достать то, чего желаю.

На мгновение комната погрузилась в тишину.

Чёрт…

— Я… догадывалась… — мрачно прозвучал мой ответ.

— Впрочем, поэтому ты мне и нравишься. Хорошо. Всё равно я не намерен поступать, как эта долбанная мразь. Можешь идти.

В тот же миг всё перед моими глазами изменилось. Больше не было моей старой захламлённой комнаты и девушки в нелепом костюме.

Лёгкое завывание ветра, свежий воздух, что мягко касался голой кожи. Подняв взгляд, я увидела перед собой чистое небо, окрашенное мягкими оттенками золотого и розового. На границе между небом и землёй неторопливо поднималось солнце, чьи первые лучи скользили по траве холодным отблеском.

— Я вернулась…? — тихо пробормотала я, изумлённо глядя в горизонт.

Однако что-то было явно не так.

— Это ведь не мой голос.

Нахмурившись, я посмотрела вниз и увидела длинные локоны волос, что слегка покачивались на ветру, вытянутые конечности и роскошную фигуру. На мне была надета какая-то потрёпанная тряпка, но она не помешала мне разглядеть два мясистых шара, прикреплённых к моей груди.

— Мягкие…

Так, стоп. Я отвлеклась.

Очевидно, я сейчас нахожусь в своём собственном теле. Правда, оно было значительно видоизменено, причём настолько, что я себя совершенно не узнаю. Как она это сделала? Использовала ли она мой «Полиморфизм» или что-то другое? В прочем, это сейчас не важно.

— Хаа… хууу…

Услышав рядом чьё-то ровное дыхание, я обернулась. Рядом лежала маленькая девочка с растрёпанными чёрными волосами. Это была Мора. Несмотря на то, что платье её было в ужасном состоянии: покрыто грязью и кровью, а также разорванно во множестве местах, на ней самой не было ни единой раны.

При виде неё что-то внутри меня сжалось. Странная смесь радости, грусти и сожаления.

— Хм?

Рядом с девочкой лежал свёрнутый листок бумаги. Это была весьма короткая записка.

«Позаботься о ней. Если посмеешь обидеть — найду и ты ответишь за всё»

Губы растянулись в кривой усмешке.

— Я в любом случае не планировала оставлять её на произвол судьбы, так что это лишнее.

Вновь взглянув на своё тело, я поняла, что не могу позволить ей увидеть себя в таком обличье, а потому я тут же применила навык и начала видоизменять своё тело.

Сначала я уменьшила себя, укоротила конечности, а затем избавилась от бесполезных мешочков с жиром. Под конец я убрала человеческие уши и вернула себе привычные кошачьи, хвост и рога.

— Ну, вроде всё там, где и должно быть, — пробормотала я, внимательно осматривая каждый участок своего тела.

Правда, татуировка, что сопровождала меня долгие годы, пропала в тех местах, которые, по всей видимости, пришлось регенерировать с нуля, да и в целом она слегка поблёкла. Попытка призвать духовное орудие увенчалось успехом, однако подача маны была нестабильна и с некоторыми потерями энергии. И это, пожалуй, настораживало меня больше всего.

— Статус? — в ответ тишина.

Вздохнув, я встала и решила быстро осмотреться по сторонам.

В данный момент мы находились посреди заброшенной деревни около дома старосты. В округе ни одной живой души. Даже того неприятного чувства, словно за тобой наблюдают со всех уголков, больше не было.

Недолго думая, я ворвалась в дом, нашла приличного вида кровать и перенесла туда Мору.

Да вот только не успела я приступить к привычному уже сбору лута, как вздрогнула, услышав знакомый и крайне неприятный звук.

«ДИЛИНЬК»

[Соединение восстановлено!]

— …а?

[Анализ ситуации…]

[Ошибка.]

[Анализ ситуации…]

[Ошибка.]

[Анализ ситуации…]

[Анализ завершён.]

«ДИЛИНЬК»

[Задание «Тайна исчезновения» |2/3| выполнено.]

[Начислено 70 духовных монет.]

«ДИЛИНЬК»

[Внимание, в связи с ошибкой цепочка заданий была прервана. Сведения об ошибке были направлены к администрации. Прошу, ожидайте ответа от тех. поддержки в течение нескольких дней.]

На появляющиеся перед глазами таблички я смотрела пустым взглядом. Вместо радости или удовлетворения я ощущала лишь пустоту и усталость.

С восстановлением связи я ощутила, как все обретённые мной навыки разом вернулись ко мне. Больше не было того ощущения потери и беспомощности, однако вместе с этим пришло как осознание, так и подтверждение моих собственных параноидальных мыслей: система — далеко не всемогуща, на неё нельзя полагаться и уж тем более доверять. Это не чит-код на подобие тех, что можно увидеть в дерьмовых романах и аниме в жанре исекай. Больше похоже на полезный, но крайне ненадёжный инструмент, что сбоит при каждом удобном случае.

Тем более, как я могу радоваться? Пусть мне и засчитали успешное выполнение задания, однако успехом я это назвать не могу. Крис, по всей видимости, помер, я, по сути, тоже. Моё тело чуть не отобрали, а решающую схватку закончила даже не я, а та, кто, вероятно, желает мне смерти.

И ведь это только начало. Даже недели не прошло, как я выбралась из того злосчастного подземелья, а со мной за всё это время ничего хорошего не произошло.

Всего один день. Нет, всего одна ночь, а столько событий произошло, появилось столько новой информации и загадок, что у меня голова трещит по швам.

— Статус.

Имя: Лили

Профессия: «Фрагмент героя»

Титулы: «Духовное орудие», «Погибель для монстров», «Мученик», «Убийца немертвых»

Возраст: 10 лет

Раса: Полиморф

Сила – C+

Телосложение – B

Ловкость – A-

Выносливость – B-

Восприятие – A

Интеллект – B

Воля – 75

Мана – 896/1030

Навыки: «Полиморфия», «Тихая ярость», «Сокрытие», «Контроль нитей», «Воздушный прыжок», «Ускорение роста волос», «Ощущение пространства», «Вкус крови», «Отвод взгляда», «Телепортация»

Снаряжение:

Достижения: «Сломленный маной», «Один против всех», «Магия – всему голова», «Дикарь», «Как рыба в воде», «Полное прохождение», «Рекорд по смертям»

Баланс: 156

— Хаха, и стоило ли оно того? По крайней мере, я могу на некоторое время забыть о режиме «энергосбережения».

В жизни не желаю вновь испытывать нечто подобное.

Отмахнувшись от статусного окна, как от назойливой мухи, я присела около кровати, на котором располагалась Мора.

Она выглядела умиротворённо и спокойно. И наблюдая за этим мирным выражением лица, я никак не могла сдержать болезненной усмешки.

Интересно, как она отреагирует, когда узнаёт, что её дорогой матери пришлось уйти из-за меня? Что она сделает, если узнает, что я собственноручно убила её единственную оставшуюся родню?

Да, он был ублюдком, сумасшедшим культистом, который подвергал собственную дочь домашнему насилию, однако даже так, несмотря на это, он был её отцом.

Хааа…

И как она вообще выживала в этом месте? Маленький ребёнок без какой-либо поддержки. Так она ещё и была, по сути, в логове чокнутого культа.

И теперь у неё даже этого нет. Возможно, это даже к лучшему, однако, что может сделать ребёнок, оказавшийся посреди заброшенной деревни без помощи взрослых, без провизии и без возможности постоять за себя? Тут и гадать не нужно.

— Всё-таки я не могу оставить её одну, — тихо пробормотала я, окончательно решив помочь девочке.

Укрыв её одеялом, я встала и вновь взглянула на окно заданий.

[Квест: «Пробраться в столицу королевства: Камелар» Описание: «Камелар — город с поистине развитой инфраструктурой и с высокой степенью защиты. К сожалению, вам в таком прекрасном месте не рады, однако это не повод унывать. Давайте проникнем в это закрытое место, не попадаясь людям на глаза и не вызывая проблем!». Участники: 1/1 Награда за успех: 100 духовных монет. Наказание за провал: «Ад».]

— Мне предстоит долгая дорога… — мрачно отметила я, приступив к сбору материалов и потенциально полезных вещей.

…

***

Незадолго до этого…

Посреди тёмного помещения, освещённого слабым свечением лампы, находилась женщина с длинными светлыми волосами. В её взгляде, направленном на каменную арку, проглядывалась слабая тень беспокойства.

— И долго они ещё? — эхом прозвучал её нетерпеливый голос.

Испытывая сильное беспокойство, женщина переминалась с ноги на ногу, поглядывая то в сторону выхода из пещеры, то в сторону входа в подземелье.

— Неужели это провал?..

Тихо выругавшись, Калла поправила сумку на плече и погрузилась в мысли с головой.

В её голове в этот момент творился полный хаос.

С момента, как эти двое вошли внутрь прошло значительно больше времени, чем ожидалось. Строго говоря, она даже не была обязана их ждать. Изначально, всё, чего она желала, так это покинуть это гнилое место, немного насолив этим придуркам напоследок. Она просто не могла остаться в стороне, узнав про планы этих чужаков.

Однако если в конечном итоге, всё закончится сокрушительным провалом…

С одной стороны, она беспокоилась за судьбу этих двоих, с которыми познакомилась буквально пол дня назад. С другой, она боялась за собственную безопасность.

Женщина годами строила планы, обманывала собственного дядю и брата, подстраивала операции безмозглого культа, который когда-то был для неё всем, а также готовила пути к побегу.

Из-за всего лишь одного откровенного разговора за кружкой пива, всего лишь прихоти, она рисковала превратить все эти усилия в ничто.

И в конечном итоге, она не выдержала томительного ожидания и нарастающего беспокойства. Она более не желала здесь находиться.

В один единственный миг её глаза омрачились, а губы плотно сомкнулись.

— Это провал. Определённо провал. Если я останусь здесь, то рано или поздно меня схватят и обман станет явью. Меня убьют… скормят… Или же сделают то же самое, что и с остальными… — тихо бормотала она себе под нос.

Медленно обернувшись, женщина направилась в сторону выхода — ей более нечего было здесь делать, ведь, по крайней мере, она должна была сбежать из этого проклятого места.

Она сделала один шаг. Два шага. Три… Женщина уже почти вышла из помещения с каменной аркой, как внезапно всё вокруг затряслось, едва не повалив её с ног.

— Что за!?

С потолка сыпалась каменная крошка, фрески трескались одна за другой, колонны не выдерживали и падали. Казалось, вся пещера вот-вот обвалится, похоронив за собой и Каллу, и историю, и наследие многовековой давности.

Каменная арка тем временем дрожала и обваливалась кирпичик за кирпичиком, а непроглядная тьма, что вела внутрь сего подземелья, то появлялась, то исчезала, подобно неустойчивому соединению.

И стоило женщине оглянуться в сторону арки, как взгляд её остановился на чьей-то ободранной фигуре, что выходила из неё. Однако не успела она толком разглядеть, кто это был, как каменная арка не выдержала и обвалилась, превратившись в обычную груду камней, и заодно похоронив за собой неизвестного.

В тот же миг тряска прекратилась.

— Ч-что это было? — нервно потея, вопрошала она.

Сердце её непрерывно стучало, словно грозясь выпрыгнуть из груди, а ноги дрожали, едва удерживая её на одном месте.

Что произошло? Что это была за тряска? Почему портал сломался? — такие мысли крутились в её голове без остановки, однако у неё не было времени думать об этом. Она тут же бросилась в сторону образовавшейся груды камней и приступила откапывать неизвестного.

И убрав очередной камень, под завалом оказался тот, кого она уже мысленно хоронила.

— Крис! — обрадовавшись, вскрикнула она, — Ты как? Живой?

На лице и теле молодого парня было множество ранений, словно его кусали и царапали везде, где только можно. Он был с ног до головы покрыт кровью, однако был ещё живой. Сердцебиение было слабым, дыхание неустойчивым, а кровь продолжала обильно вытекать из ран.

Парень, несмотря на ужасное состояние, тут же начал приходить в себя.

— К-калла? Это ты?

Голос его был слабым, а взгляд затуманен. Тело никак не хотело двигаться.

— Чёрт возьми, да на тебе ни одного живого места!

Женщина тут же сняла с себя сумку и приступила перевязывать ранения парня.

— Хаха, бывало и хуже…

— Так что по итогу? Удалось ли вам? И где Лили?

Парень на мгновение замолчал, словно собираясь с мыслями.

— Я не знаю… — морщась от боли, ответил он. — Во время сражения я запаниковал и нарушил одно из «правил». За это я оказался в кромешной тьме, в которой на меня без перерыва нападали какие-та чудища. Не знаю, что конкретно произошло, но в один момент меня выдернуло из того пространства и я оказался посреди леса. Подземелье к тому моменту значительно преобразилось: оно перестало быть тусклым и безжизненным, цвета вернулись на своё законное место, а тени более не казались пугающими. В конце концов, несмотря на столь положительные изменения, спустя некоторое время мир вокруг начал разрушаться. Я еле спасся. Полагаю, Лили каким-то образом удалось заполучить «ядро подземелья» и уничтожить его.

— Вот как… — задумчиво пробормотала она. — Значит ли это, что ритуал был прерван?

— Ну, после такого на вряд ли. Интересно, смогла ли она спастись?

Парень был обеспокоен судьбой недавно приобретённого товарища.

— Помнишь, под домом старосты находился ещё один выход. Если мы пойдём туда, то можем её ещё найти.

— НЕТ! — внезапно Крис в панике закричал, после чего сильно закашлялся.

Калла на мгновение испугалось столь сильной реакции со стороны юноши. Откашлявшись, он тут же извинился.

— …Нам нельзя встречаться, — твёрдо ответил он на недоумевающий взгляд Каллы. — Я теперь не более чем ошибка в работе навыка, непредвиденный элемент. Если я её встречу, то от меня обязательно избавятся… Не она, но то, что стоит за нами.

— Не думаю, что понимаю, о чём ты говоришь. В любом случае, что теперь? Куда держишь путь?

Крис на мгновение затих, погрузившись в глубокие размышления. И спустя полминуты он наконец ответил:

— Честно, я теперь даже не знаю, что делать и куда идти, — парень вздохнул от накатывающей головной боли. — На самом деле, подойдёт любое место, лишь бы это было подальше от царства демонов, государства магов и столицы королевства. Ничего хорошего там не намечается… Что насчёт тебя?

— Я… тоже ещё не решила. До этого я хотела всего лишь тихо покинуть это место и скитаться по разным местам.

Между ними двумя на мгновение воцарилась неловкая тишина.

— Слушай, — начал Крис, отводя взгляд в сторону, — Я понимаю, что мы познакомились совсем недавно, но раз уж мы оба не знаем, что делать дальше… не хочешь ли отправиться в путь вместе?

На лице парня появился заметный румянец. Естественно, это не прошло мимо взгляда женщины, и та рассмеялась при виде сего забавного зрелища.

— Для начала тебе нужно выздороветь, — смеясь, ответила она. — Ну а так, я буду только рада твоей компании.

Вдоволь посмеявшись, женщина погладила нелепо ухмыляющегося парня по голове. И в этот момент кое-что привлекло её внимание. Родинка под глазом, на которую она ранее не обратила внимания, и шрам на шее, напоминающий чей-то зуб.

— Нет… бред какой-то… — пробормотала она, отгоняя странные мысли.

…

Спасибо за чтение

Вернуться к книге