СНЕГОВИК
Глава 1
Жил-был Снеговик. Самое интересное было в том, что Снеговик жил в Егоркиной голове.
Как же так? — воскликнете вы — У Егорки голова меньше чайника, а Снеговик — вон какой! Непонятно...
Вот и автор удивляется — ведь кроме Снеговика, в голове у Егорки были Конь-Огонь, другие игрушки, разные шалости и проделки, рисунки и, чу! — автор умолкает — частная собственность, понимаешь. Вы спросите — А где же мама, папа, младшая сестрёнка, бабушка, дедушка? Конечно же, в сердце! Самом уютном и тёплом местечке. Ведь только в сердце хранят все люди самое ценное и дорогое.
Долго жил Снеговик в Егоркиной голове — целое лето. И вот, когда улетели последние стаи, когда озёра и реки затянул первый ледок, он попросился наружу. Вышел Егорка, поковырял задумчиво сухую мёрзлую крупку, сказал — Не, рановато будет. И ушёл Евстахию козни делать. Правда, он такого слова ещё не знал, а просто хотел коту веник на хвост подвязать — что бы тот и мышей ловил, и заодно избу мёл. На котово счастье и мальчукову беду увидела козни мать и отодрала изобретателя хорошенько ремнём. На всю жизнь крепко вбив понимание, куда заводят благие помышления.
Наступил последний месяц в году. Снова вышел Егорка во двор. Помял пальцами холодный лебяжий пух, засмеялся радостно. Слепил красивый снежок — вот только некому похвастаться. А тут выбегает сестрёнка — валенки топ-топ, рукавицы шлёп-шлёп. Щёчки горят, глазки сверкают. Увидела снежок, загудела — Со, э, а?
Егорка довольный говорит — Снежок.
Сестрёнка ручонку тянет, улыбается — Снезок, касивый како!
— Не кака, а снежок! — говорит брат.
— Како! — лепечет сестрёнка.
Рассердился тут Егорка, как крикнет — Снежок это!
Сестра аж присела. Потом только топ-топ-топ, шлёп-шлёп-шлёп. А Егорка прицелился и Хлоп!!! И вдруг слышит — Дзыньс!!! А это коварный снежок не захотел цель сшибать, а прямиком в окно направился. И получил наш снайпер взыскание, и знание что за одного битого, двух небитых дают.
И вот, под самый Новый Год выпал настоящий волшебный снег. Вышли родители во двор, глядят — стоит что-то на кого-то очень даже похожее.
— Да это ж снеговик! — хлопнул себя отец по лбу.
— Какой же это снеговик, коли шапки на голове нет?
— Невелика беда!
Сходил отец в сарай, принёс старое ведро. Нахлобучил снеговику на голову.
— Всё-таки чего то ещё не хватает...
— То то я смотрю, что он всё время на кухне крутился. — засмеялась мать.
Отец улыбнулся, достал из кармана лампочку и мать ловко приставила её куда следует. Погуляли супруги и домой. А Егорка с сестрой утащили морковку и, снова во двор. Сестру поддержал, пока она морковку прилаживала и бегом в избу — Новый Год встречать.
Глава 2
А Новый Год тем временем переоделся. Принял от Старого смену. Прошёлся по владениям — взбил одеяло над озимыми, что б им здоровее спалось, по просьбам ребятишек укрепил лёд на озере, посеребрил леса, проведал ёлочек и неторопливым шагом двинулся по городам и сёлам. Настроение у него было прекрасное — ещё не все конфетти от праздничных салютов осыпались с волос и одежды. И вот он, посвистывая, шёл по улице и постукивал посохом. Колокольца на посохе радостно звенели.
Взрослые и дети, услышав их кричали: Ура!
Первые чокались бокалами с напитком для взрослых, а малыши — лимонадом. Потом все наперегонки мчались к ёлке — посмотреть, что за подарки принёс добрый Дедушка Мороз.Так он дошагал до избы, где жил Егорка с родителями. Услышав бой курантов, усмехнулся в начинающие пробиваться усы и потряс посохом. Традиция. Уже собрался уходить и вдруг увидел странную фигуру. Новый год сразу же вспомнил о своих обязанностях и воскликнул — Эх, и повезло тебе! Загадывай любое желание!
А Снеговик в это время думал — Я мыслю, значит — существую или существую, а значит и мыслю?
Тут он услышал звонкий смех. Открыл глаза и увидел смешного юношу в странном, не похожем ни чьё, одеянии.
— Стало быть, душу в тебя вдохнул... Ну что поделать. Юноша призадумался.
— Не жарко?
Снеговик покачал головой.
— Ладно. Если что, я Зиме словечко замолвлю. Извини, спешить надо — праздник есть праздник.
Юноша сделал шаг и оказался за околицей. Ещё один. И исчез в закрутившейся метели. А Снеговик снова задумался и не заметил сам, как сказал вслух — Я слышу, а значит — существую.
— Ого! — раздался сиплый голос. Снеговик глянул вниз и увидел...
— Евстахий. — сказало пушистое.
Глава 3
— Ого! — ещё раз сказал кот — Никак чудо? Снеговик заговорил!
Важно обошёл Снеговика вокруг, хмыкнул и, небрежно почесав видавшее всякое ухо, сказал — Ты вот мне скажи, мил человек, коль ты Снеговик, то почему у тебя два носа? Яко у двуликого Януса.
— А кто это такой? — встревожено спросил Снеговик.
— Кажется кум Феоктистов. В обчем седьмая вода на киселе.
— И что?
Евстахий почесал второе.
— Дык, понимашь, в обчем... — сконфужено умолк.
— Понимашь. — заключил Снеговик.
— Егорка?
Кот печально кивнул.
— Ох, и влетит ему за моркву!
Снеговик задумался.
— Слушай, а если её того?
— Ну, ты даёшь! Ну что я тебе — крол? Да и не достать мне.
Кот выщелкнул из шерсти блоху, но раскусить не успел. Та ловко запахнула кожушок, топнула лапотком, прыг — только и видели. Обронив, спрятавшись в шерсть, — У, злыдень, так и норовит хаты лишить!
— Так. — зловеще сказал Евстахий — Кажется, по кому то баня плачет. Эх, не мила мне вода, да непрошены гости ещё не милей!
— Эй! Котик... Евстахий!!!
— Ну, чо?
— А мне что делать?
Евстахий прищурил заблестевшие глаза.
— Не знаю. Пойду-ка я — лапы мёрзнут. Да и на столе не мешало б инвентаризацию провести.
Поскрёб дверь. Та приоткрылась. Евстахий молнией юркнул вовнутрь. Снеговик был уже у калитки, когда дверь распахнулась, и вылетело рыжее и возмущённо мяукающее. Следом нечто лохматое и чёрное.
— Мда-а... — сказал Снеговик и не спеша стал удаляться от сугроба, из которого доносилось:
— У, обжора!
— А ты, подлая тварь! Обязательно пасть раскрывать, да?!
— Порода такая! — оправдывался второй голосок.
— Порода... Двортерьеры, вот вы кто!
— Ах ты, рыжий бандит!
Вскоре на месте сугроба возник черно-рыжий смерч, и когда на шум выглянули папа и мама они решили, что Жулька и Евстахий в пылу борьбы разрушили снеговика.
Глава 4
Снеговик тем временем шёл, шёл и пришёл в тёмный лес. Там он и решил остаться, что б не подводить мальчика. Хотя, по правде говоря, его больно задели слова кота. О двуносости или двуносатости? Он стал размышлять, как правильнее и услышал тихий плач. Осторожно прокрался и увидел сидящего на пеньке небольшого пушистого зверька с ушами в полроста.
— Ой! — сказал Снеговик и так и сел.
— Ай-я-ййй, компания! — завизжал зверёк и вместо того, что бы бежать, с пенька сиганул Снеговику прямо в живот. И увяз.
— Ой, ой, не щекочите так, пожалуйста, а то я могу рассыпаться.
— Будем знакомы. — зверёк наконец выбрался и снова залез на пень.
— Заяц. Новый Русак. Между прочим, — настоящий.
— Очень приятно. Снеговик, просто Снеговик.
Заяц похлопал себя по бокам.
— Что холодно?
— Да нет — зарядку делаю.
Снеговику вспомнился Егорка, из глаз покатились крупные горошины. Упали со звоном на горку таких же ледяных шариков.
— Что, заблудился?
Снеговик кивнул, затем, спохватившись, покачал головой.
— Ничего не понимаю. — заяц пригладил уши и, вложив руку за полу невидимого мундира зашагал по пню. - Ты пришёл от туда, вон следы остались.
Снеговик повернулся — точно.
— Это что же это такое?!
Заяц сидел на пеньке, схватившись лапой за сердце.
— Плохо? — с участием спросил его Снеговик.
— Слишком хорошо... — Русак прикрыл глаза — О милая моя, ты пред раскосыми очами возникла в сумрачном лесу. Теперь одной тобой я грежу, одну тебя я в сердце унесу...
— Колоссально. — прошептал изумлённый Снеговик.
— О да... — заяц приоткрыл один глаз — Простите невежливое любопытство, э, это вам нужно?
— Что? — Снеговик покрутил головой.
— Это. — заяц показал на свой затылок.
— Ах, это. Да... нет. — Снеговик почувствовал, что его бросает в жар, из-под ведра стекла струйка талой воды. Заяц снисходительно похлопал Снеговика по плечу.
— Старина, надо избавляться от комплексов.
Жар стал так силён, что морковка на затылке накренилась. Увидев это, Русак воскликнул:
— Я встретил Вас, но было слишком поздно. Давно сгорели над бахчою звёзды, и сколько раз в ночи, — О сколько раз! Я вспоминал о Вас...
Изящно протянул лапку и, подхватив морковь на лету, прижал её к груди и церемонно раскланялся.
— Спасибо, друг. — произнёс растроганно — Счастливого Нового Года!!! Спасибо.
Взглянул на часы и крикнул — Поспешите, мон шер — ночь на исходе.
Снеговик только только занял своё прежнее место, как распахнулась дверь и вылетел зарёванный Егорка.
— А а а! Не хочу! Не буду! А а а!
— Ну что ты! Успокойся сейчас же — папа нового слепит, чего так расстраиваться?
— Мама, мама кака така, Егол один, а ты говоишь — тлое?
— Я с вами с ума сойдю !
— А а а а!!! — снова зашёлся Егорка — Это был мой снеговик, я его придумал! А а а а! А теперь его нету! А а а а!
— Как это меня нет? — удивился Снеговик — Я ж существую.
— Как это его нет?! А это что? Перестань реветь. Смотри — уже на целый каток наплакал. — отец показал на Снеговика.
— Да, ужо отольются вам мои слёзки! — проворчал Евстахий, слезая с дерева.
— Неужто, кум, всё так плохо — смотри — мальчик перестал плакать, снова в доме радость и смех, пошли, а? Кто старое помянет...
— Вот и мне интересно — и кто это такой, кто старое помянет? Наверное, такой чёрный, кудлатый.
— Ошибаешься ты, куманёк, — скорее уж рыжий, мурлатый.
— Ночь на исходе. — произнёс Снеговик. — С Новым годом! С новым счастьем!
Евстахий и Жулька ничего не ответили. И только у самых дверей Евстахий обождал, пока все войдут и, взбив лапой усы, сказал — С Новым Годом, Жуля! С Новым счастьем! И тебя, Снеговик!
— С Новым Годом, Евстафьюшка. — отозвалась собачка. И, высунувши голову из-за дверей, добавила — С новым счастьем, Снегушка!
Кот исчез, но дверь почему то и не подумала закрыться, а наоборот, отворилась. На крыльцо вышел мужичок с вершок, худой армячок, огладил бороду и басом произнёс — Ну, мил человек, и тебя с Новым Годом!
Слепил снежок и бросил его в усыпанное ясными звёздами небо, где он рассыпался золотым дождём. Сбил с валенков снег и зашёл в избу. А Снеговик смотрел на гаснущие звёзды и окна, и ни о чём не думал. Просто смотрел.
23.1.2001 — 26.1.2002 год.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
