Смотритель небесного замка – I

Пролог

– Мужики, я просто за хлебом вышел, не рискуйте здоровьем. Не хочу за вас шесть лет сидеть, – отмазок собралось целое море. – Еще футбол ведь Франция – Нидерланды играют.

Два бородатых типа в кожаных куртках перегородили дорогу. Низкие, как табуретки, и видно, что с таким же интеллектом. Их и бить то грешно.

– Ты Георгий? – спросили они одновременно.

– Я.

– Пойдешь с нами.

И руки наши быстры: я выстрелил из аэрозольного пистолета в лицо первому, затем второму: по два «бама» на рыло.

Яркие «плевки» перца на щеках и глазах бородачей, их совсем не смущали. Типы даже моргать отказывались.

Сильно удивившись, я сделал три шага назад. Они приблизились.

Ладно, по старинке ушатаю. Может мутанты какие: одеколона напились – и суперсил по макушку стало.

Бью левого мощным хуком в челюсть, та звенит металлом.

Оууу! А потом правый тыкает мне в бочину шокером.

Мысль несется бешенной кобылой: перец что ль бракованный?

Ага… И перец, и моя корочка мастера спорта, и кулак, и челюсть, и вообще весь мир…

Глава 1

Открываю глаза.

Черная кошка, рассевшаяся на груди, зло произносит:

– Подъем, рядовой. Ты и конец света проспишь.

Все горит, болит, а в особенности рука, грудь и затылок.

– С каких таких хренов я рядовой? – вступать в полемику с животиной не самое разумное решение, но тут обидно стало за годы службы. – Ты кто такая, чтоб меня в звании понижать, шерсть штатская!?

– Ну, а кто ты там? – кошка хмурится. – Слушай, не до болтовни. Вон куб тридэшного принтера видишь? Суй туда руку! Вооружайся и иди воевать. Времени мало.

Яркие сны – моя извечная слабость. Спорить со сном и искать логическое обоснование происходящему – глупая тактика. Кошки в дикой природе реального мира не говорят, и уж тем более ничего не требуют… По крайней мере за тридцать четыре года я такого не видел.

Во сне сложно осознать свое положение: где я? Обстановка незнакомая… Ладно хотя бы помнил кто: Георгий Васильевич Железнов лейтенант триста тридцать второй гвардейской десантно-штурмовой дивизии, броневзвод. Элита.

Странно, конечно, что это новый сон, а не тот который мне снился каждую ночь последние месяцы после военно-врачебной комиссии: про первый боевой вылет над польской границей, где я в бронескафандре «Богомол» сеял разумное, доброе, вечное.

Любимый сон про гудение костей от «гундежа» пушек и работы автоматических ракетных установок; про ночные гонки с дронами; про горящие позиции и технику; про непобедимость и вседозволенность. Это потом, на второй день наступления, нас научатся сбивать и придется перейти на пешие штурмы рывков и прыжков, но в эту ночь мы были всемогущими…

Я решил плыть по течению – захотелось посмотреть, что там дальше мозг «наснимал».

Огляделся.

И кошка странная… Говорящая, то ладно: всякое бывает во сне, но вот «грецкие орехи» имплантов на лбу и в шее опасения вызывали. И комната излишне технологичная: большая, с кучей всякого, единственное, что монитор компьютера, как старинный, пузатый – душу грел.

Кошка соскочила, и сразу легче дышать стало.

– Рота подъем! – грозно проорала. – Быстрее, Федь!

– Я не Федь, Я Жор.

Попытался сесть – не вышло.

– Затылочный «бутон» отцепи, балбес.

Выдернул провода и трубки. С отверстия розовая жижа сочилась – тянуло лекарствами. И чем таким интересным меня накачивали?

«Матрица» прям.

Кошка запрыгнула на здоровенный принтер:

– Давай сюда, громила. В метку суй.

Просунул руку в паз, и на экране принтера надпись появилась:

«Представьте ваше оружие. Помните, сила фантазии способна разить целые армии. Меч, арбалет, магический жезл – воплотите то, что угодно вашей душе».

Ну-ну.

Но сказано – сделано. Попробовал бронескафандр представить, принтер красным загорелся, не соответствовал размер. Тогда представил нечто среднее между анимешным лазером и «Дамским сверчком» из «Людей в черном».

Загорелся зеленый огонек, и я достал из нутра принтера массивный пистолет. Одно расстройство сплошное: надо было о «калаше» фантазировать.

Кошка уже на столе топталась под прозрачной большой трубой, с потолка свисающей. Лапкой пододвинула крупную синюю таблетку.

– Кристалл маны – боеприпас.

Дважды повторять не нужно: я нащупал на пистолете разъем – всунул кристалл до щелчка. Теперь я вооружен и опасен…

– Иди и удачи, воин, – важно проговорила кошка, перекрестив меня лапкой. – Не помри.

И вылизываться принялась, падла.

Все это, конечно, максимально больная хрень, но не было еще такого, чтобы я отказался пострелять, пусть даже и во сне…

По коридору прошел, немного шатаясь. Ворота открыл, кулаком по кнопке вдарив. Полной грудью вдохнул – пахло свежестью, недавним дождем.

Эх, хорошо!

Вокруг темень, хоть глаз выколи. Метрах в десяти уровень земли чуть выше, а за ним, на верхотуре, огоньки и шесть фигурок.

Это те, из кого кошка хотела выбить душу? Нужно переговорить; может в этой ситуации, как раз она – злодейское зло. Я бы и не удивился, ведь говорящая зверушка к беде... ведьмачья тема – булгаковщина…

– Мужики, здорова, – хмыкнул. – Чем таким веселым болеете?

Шесть полутораметровых серокожих уродцев стояли возле контейнера.

Охранители страшные: ушастые, кривозубые, в тряпье, до которого я бы даже палкой дотрагиваться не стал. Господи. Один в один – гоблины.

– Карачун те, смотритель!

Какой еще смотритель?

– Чего?

– Хер ли замок пригнал, спрашиваем? – ощерился другой. – Смелости полные штаны, чумба?

– О чем вы, братцы?

Первый зло глянул на второго. Остальные нервно переглядывались. Шестой, игнорируя все движения мира, в носу ковырялся.

– Наш контейнер, чумба, – с презрение бросил одноглазый. – Никаких смотрителей. Игроки могут в других осках искать. Наш оск – наш. Нам платят за охранку, братак.

– Ладно, – ситуация забавляла. – Как скажешь, серый.

– Отдавай что есть… – я дал слабину, и одноглазый моментально решил меня на что-то полезное раскулачить.

Классика!

– А у меня ничего и нет, – улыбнулся.

– Тада, чумба, мы от тебя кусков нарежем на отбивные, – зло сказал одноглазый и двинулся. – Не обижайся: мяса ужо три хода зубьями не жамкали. А мяса – надо.

Понятно. А думал мирно разойдемся. Эх…

Блум!

Пистолет выплевывает луч со смешным звуком. Голову борзого гоблина пробивает насквозь.

Луч еще и гудит так, что аж в костях отдается.

Остальные прут на меня по инерции. С ужасом на лицах, дубинками размахивают.

Блум – поражаю в туловище второго.

Блум. Блум.

Третий и четвертый падают – отработал по головам.

Щелк.

Четверых успокоил. Четыре заряда на кристалл – ясно…

А луч – мама дорогая! Силища! Мощь! Кара небесная для неосторожных! Не орудия бронескафандра, но тоже очень внушительно…

Двое, оставшихся, сообразили, что заряды кончились, и очень сильно обрадовались. Разулыбались, заиграли мускулами, демонстрировали оружие свое помоечное:

– Что тю-тю твои стреляшки? И что делать будешь? Кто ты без стреляшек, мясо-о?

Костяной нож в его руке не впечатлил.

Второй дубиной мне умудрился треснуть по бедру.

Я заторможенный после лекарств. Вообще просмотрел что он «удвигался» куда-то вбок и подобрался. Темно еще, свет хреновый. Да и я как-то позабыл, что не в бронескафандре.

Подкрался крыса пока я своим оружием восхищался.

Блин, а больно… Эта боль острая. Плюс та боль тягучая с руки, груди и затылка…

Те железные пацаны, в плен меня взявшие, совсем не мутанты-алкоголики. Может я и вовсе не сплю? Да не… Не может быть.

Первому гоблину бью ногой в пах. Второму боковым в морду, так что зубы разлетаются.

Оба в нокауте.

Дубинку деревянную взвесил в руке и головы обработал. По несколько ударов каждому.

Вот и все приключение…

Возвращаясь разглядел здание, в котором я ранее отдыхал – замок из камня и железа. Скорее даже заготовка замка.

Вернулся в зал…

– А ну-ка объясняйся, шерстяная, – я к столу подошел.

– Тень, – кошка встала на задние лапы и протянула переднюю.

Важно так, как чиновник какой.

Я аж смутился.

– Гео. То есть Георгий, можно просто Жора, – пожал лапу зверюге.

Чувствовал себя дураком.

– Просто-Жора, ты все забрал? – грозно спросила Тень. – Контейнер был?

– Чего еще тебе надо, кошара настырная? Я всех злодеев уработал…

– Содержимое контейнера надо! Нахер мне злодеи!? Все полезное тащи! Я не хочу с тобой летать – голодать. Иди и забери все, что не приколочено к осколку…

Тяжело вздохнул. Пощупал дубинку, похлопал о ладонь, намекая.

Тень отступила, нервно хвост подняв:

– Ты чего безобразничаешь!?

– Требую объяснений или буду страшно бить.

– Живодер! Иди лут забирай, а объяснения потом! Все будет. Время уходит, – она показала лапой на стену.

Огромное черное полотно, и таймер отсчитывал:

00. 9. 33

И секунды уходили.

Какой бред.

Вернулся…

В контейнере – два небольших синих кубика, три золотых монеты. Все по карманам рассовал.

Попробовал сам контейнер cдвинуть. Сдвинуть, то сдвинул, но чуть спину не сорвал. А на вид то не очень и тяжелый; интересно из чего он сделан…

Взгляд упал на мертвого гоблина. Подхватил за ноги и потащил. Этот легкий – этого донесем.

Зачем мне? Не знаю. Пусть будет – в хозяйстве пригодится. Чего там мутантские говорящие кошки едят? Можно погрызет, и стервозные приступы прекратятся?

Вряд ли.

Внутрь затащил и уставший уселся на спину покойника.

Теперь я и зал рассмотреть смог: железные стены, полотна экранов, компьютер, кресло, футуристичный принтер, стол и пневмо-труба, а с другой стороны – два здоровенных прямоугольника. Один – желтый, другой – красный.

Кивнул на них.

– Это что?

– Склад – желтый. Красный – артефакт ПП.

– ПП?

– Переработка и пресс.

– А что будет если я в ПП гоблина засуну? – посмеялся над собственной мыслью.

– Не вздумай!

– Я не спрашивал вздумай – не вздумай, – начинал злиться. – Я спросил: что будет?

– Я не знаю, Жора, не надо!

Хмыкнул.

Кошачье воображение – слабое. А наше мощное, ловкое, удалое. И мне дважды повторять не надо было.

Потащил гоблина к красному артефакту. Поднял тело, крякнув от натуги, и в разъем запихивать принялся.

– Ты хрен ли делаешь!? – как неистовая, орала Тень. – Обезумел? А вдруг технику поломаешь! Чего мы будем делать та-да?

– Заткнись, кошатская, а то и тебя запихну сверху.

Когда гоблин оказался затолканным по бедра, он, дрянь такая, распахнул глаза и заорал:

– Аааа! Н-ее надо-о, чумба-а!

– Ааааааа! – заорал и я, не ожидая таких поворотов. – Ты какого лешего живой? Кто те разрешал?

Какие крепкие у них черепа. Я ведь трижды его усандалил дубинкой, свою благословлённую тренажерами сотню килограммов в удары вложив.

Спросил и пока он думал «кто», стал активнее его в ПП совать.

Так и толкал, а он бил мне по голове ладошками. Пытался в глаза пальцами ткнуть.

Проиграл, бедняга.

Я устало к ПП спиной прислонился, а аппарат, издав праздничную трель, выплюнул зеленый куб.

– Я даже не знала, что так можно… – смущено Тень заявила. – Достаточно выгодно. Ты молодец. Соображалка соображает.

– Настоящий офицер нигде не пропадет.

Хм…

– Зеленый, – сказал, демонстрируя куб кошке. – Рассказывай.

– Органика.

– Синий?

– Умный материал. Магическая лабуда. Еще есть красный – это минералы. Кубы – спрессованная условная единица ресурса. Потом поймешь на кой ляд они нужны.

– Добро.

– Снаружи все?

– Все, – обречено кивнул. – Остальных не понесу, времени мало. Да и мне не шибко понравилось.

– Шуруй за компьютер.

Так и сделал. Плюхнулся на кресло.

Экран сразу строчку вывел поверх всяких окон:

Отстыковаться?

Да – нет

Допустим да.

Замок затрясся, грохотание снаружи раздалось. Жутковато прям стало…

Пневмотруба выплюнула на стол литровую бутылку, кристалл маны, запакованную плитку размером с ладошку, блистерную упаковку на пару таблеток и красный куб ресурса – минерал.

Ход завершен. Выберите дополнение:

Спальня смотрителя

(0,5 УМ, 1 О),

Усиление стен

(2 М),

Почтовая труба

(1 УМ).

Цифры – это так понимаю затрачиваемый ресурс. УМ – умный материал, М – минерал, О – органика. Это понятно.

А что брать то?

Пошел отсчет минуты.

– Тень, родненькая, что брать то? – немного запаниковал.

Она прыгнула мне на плечо, чуть безжалостно его не выбив. Поразглядывала, усами пошевелила.

– Я скажу тебе, что железно необходимо брать, если уплатишь одну монету в фонд голодающего кошачьего братства… Сестринства… Ну ты понял. Короче мне.

– Ты издеваешься? Какие вообще монеты?

– Быстрее решайся!

– У меня они есть – монеты эти?

– Есть.

А точно… В контейнере же лежали.

– Согласен.

– Почтовую трубу выбирай.

– Что она дает?

– Какая нахрен разница!? Делай, как сказала!

Ах ты!

– Отвечай – я заплатил! – хватанул десятикилограммовую кошачью тушу и принялся трясти. – Я тебя тапкам заколочу, шерстяная жопа, как таракашку вшивую!

– Каждый ход скидывают дополнительный ресурс, отпусти ирод!

Сразу же выбрал. Это нам надо.

Сверху мигнуло, объявило об утрате 1 УМ.

Шум чего-то реактивного, каких-то безумных движков заполонил все.

В дверной проем нырнул. Там голову закрыл руками и по привычке молиться принялся.

Краем глаза смотрел – крышу срезали. Здоровущая робо-мокрица ее подняла.

Мелкий братик, бот-железная-мокрица, установила вторую пневмотрубу к первой.

Крышу поставили обратно. Заварили.

И реактивный шум убрался.

Все?

– Вишь, Тень, плохого не посоветует. Цени, салабон.

Я ботинком в нее швырнул, и она, мяукнув, убежала.

Деловая мля.

Сел за компьютер в надежде хоть немного разобраться…

В морду сунули отчет по завершенному ходу:

Тупость – «- 2»

Зачистка – 6,

Контейнер – 5

Упущенный контейнер – «- 1»

Упущенные фрукты – «- 1».

Ужасающая жестокость с гоблином – 10.

Получено звание «первый-с-разделкой» – 5

Ваш рейтинг: 22.

Я закрыл окно и смог остальные ярлыки разглядеть:

Смотритель,

Статус,

Магазин,

Расположение,

Другое,

Старт.

Ну мы по порядку пойдем…

Щелкнул на ярлык «Смотритель».

Здесь крупная фигурка человека изображалась.

С левой стороны у нас «атрибуты» и соответственно цифры:

Сила – 4

Ловкость – 3

Выносливость – 3

Восприятие – 2

Воля – 3

Правее шел список навыков, где все по нулям было:

Лидер – 0

Торговец – 0

Осадный мастер – 0

Мусорщик – 0

Канонир – 0

Архитектор – 0

Навигатор – 0

Штурмовик – 0

На самой фигурке:

1 уровень

Опыт 22 \ 30.

И предлагалось никнейм выбрать.

Вписал свой позывной: «Гео».

Еще на зеленой фигуре человечка зоны подкрашивались еле заметно желтоватым.

Голова, рука, бедро – как раз в том месте, куда дубиной гоблин стукнул.

Любопытно.

В «Статусе» ничего интересного.

Строчка с рейтингом и позицией.

Рейтинг – те же 22, а позиция 1251-ый.

Ниже звания:

«первый-с-разделкой».

В «магазине» – строчка ввода.

Попробовал ввести «водка» и «граната», он на оба варианта выдал «такого предмета не существует».

Тень вернулась:

– Посмотри «Старт». Там разъяснения…

– Бесплатно подсказываешь?

– Надо же сирым и убогим помогать.

Вот дрянь бессовестная… Вжал ярлык. Появилось изображение восхитительно-грудастой короткостриженой блондинки, в обтягивающей синей форме.

– Привет, дружок! – задорно начала она. – Так получилось, что ты, солнце мое, влип. Ты попал на «Орбиту» и стал Смотрителем. Ха! Цени или плачь. Сам решай, как время убивать. Этот замок, форт, сарай – твой дом и средство передвижения. Дорожи им, улучшай и не дай сгинуть. Если «жизни» замка закончатся, магический реактор взорвется, и это вряд ли прибавит тебе здоровья, – звонко рассмеялась. – Твоя задача завершать «ходы» и летать. Каждый «ход» оно летит по заданному маршруту и чуть-чуть набирает высоту. Там, – указала вверх. – Спасение и добренький админ исполнит твое желание, если будешь достоин! «Ход» начинается со стыковки. Следи за таймерами, они тут всюду. Ты можешь отстыковаться сам, можешь дождаться окончания таймера. Когда произойдет отстыковка, система начислит репутацию, опыт и даст возможность достроить «помещение» или полезный «объект». То есть дополнение даст. Да! Все как в игре! Каждый «левел ап» ты сможешь прокачать навык, а каждые три уровня – атрибут.

– Приехали. Белочка мозг сожрала. Или из той «Вроцлавской мясорубки» меня все-таки не смогли эвакуировать. Отправили прямиком до чистилища…

– Серьезнее, молодой человек! – пригрозила пальцем девчушка и лбом в экран ткнулась. – И это никакое не чистилище! Вы Георгий Гео Железнов – очень дорогое приобретение, не расстраивайте аукционеров! Покажите себя!

Выругался.

Блондинка улыбнулась:

– Правильно – это не запись, а связь. Если вы, Георгий, думаете так: «милая незнакомка» зачем мне выходить из замка, если я могу просто сидеть – летать, как летучая мышь – поглядывая в амбразуры? Тут заготовлено самое вкусное. Периодически ребят с плохой успеваемостью сиречь дерьмовым рейтингом мы будем взрывать. Да-да! Гиперзвуковые ракеты заготовлены! Так что нужно двигаться. А еще нужны ресурсы на постройку, нужна вкусная еда, вода, больше боеприпасов, единицы, которые будут помогать. В компьютере есть онлайн-магазин. За убитых получаешь монетки – дальше додумаешь сам: есть как счет, так и наличка, ее можешь засунуть на «склад» или в браслет – и тогда они к счету добавятся. Только от тебя будет зависеть сдохнешь ты, как скотина, в дерьме или станешь Королем своего Замка…

– Ох ты ж…

– Основу я поведала. Множество замечательных деталей изучишь на практике – так веселее. И помни: за тобой следят. Не разочаруй.

– Я не сплю. Не сплю, – прошептал, лихорадочно себя ощипывая под зловещий смех девицы и веселое мяуканье кошки. – Комиссия же решила, что хватит воевать. А робо-инопланетянам похрен. Попал мля. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день…

Глава 2

Я в истерику, разумеется, не впадал. Попереживал минутку, а потом наоборот проникся ситуацией…

Как мой ротный повторял в каждом серьезном замесе: «Кайфуй, Гео, всяк снаряд государством отплачен. Каждая ракетка приносит пользу и радость; веселит пятый великопольский легион… А ты считай шикуешь. Вот и шикуй, наслаждайся, тем более что вскоре и заболеть сильно можешь».

Михалыч странный взгляд на происходящее имел. Так и жил: кайфовал, а под Варшавой его бронескафандр «Сварог»: юркий, разведывательный, быстрый, словил прямое попадание 120-мм спец-боеприпаса с танка. Сбой движков произошел – подлететь не удалось. Михалыч как и говорил «заболел», внутри скафандра превратившись в желе.

Однако не взирая на то как он закончил, его подход всяк веселее, чем на спину упасть и сдаться. Для текущей ситуации философия Михалыча – то, что доктор прописал.

Правый рукав стянул.

Понять хотелось, что там с рукой. Жжется дрянь.

Надо же… Ироды. Живодеры. Робо-мерзавцы. Экран вмонтировали в предплечье – под свою братию меня маркируют!

С левой стороны – таймер, сейчас показывал многообещающие: 00. 00. 00.

Понятно, время хода отслеживать.

С правой части – схематичная миниатюра замка и цифра поверх:

1000 \ 1000.

Должно быть его текущее состояние – долбанные жизни.

Хорошо, хоть в наследство целый замок достался.

Уже считай везение.

Вверху иконками отображались ресурсы:

Монет – 8,

Красный куб – 1, синий – 1, зеленый – 1.

Подошел к столу и перезарядил лазпистолет.

Надо его как-то обозвать по-хитрому. Лучемет или лучерез – как в «Дюне»? Нет. Тем более что там в оригинале поди – лазган. Бластер или турболазер – как в «Звездных войнах»? Увы не подходит… оружие свое надо любить. «Грейсвандир» или «Драгнипур»? Нет. Херня. Лучше уж в честь лучшего бронескафандра в мире, который мы только на оружейных фестивалях видели – до фронта он так и не добрался: «Архонт».

– Втягиваешься потихоньку? – вкрадчиво поинтересовалась Тень, у ног моих кошачьи круги наворачивая.

Я напрягся:

– Чего те, чернуха?

– Выйди на балкончик, красоты местные посмотри. Лишним всяк не будет, – пафосно заявила она. – Проникнись духом смотрительским нашим…

Насторожился, но вышел.

Яркий свет по глазам резанул. Уже утро организовали? Оперативно…

– Баааааа-аа!

Замок двигался бесшумно.

Ярко-синее небо. Вокруг разноцветное обилие: десятки многокилометровых громад, сотни островков с замками, тысячи мелких осколков – как безумная россыпь… Да уж.

Тут все что душе угодно: леса, джунгли, озера, холма, горы и поселения.

А внизу – облачное покрывало сплошняком.

И живности полно вокруг: и киты воздушные, и косяки птиц, и чудовища всякие – а среди этого разнообразия корабли летали, разноцветными парусами красуясь.

Впечатляло.

Аж мурашки по коже табуном пробежали.

Интересно, что это по итогу такое: красочная симуляция, иной мир, иная планета, сцепка разбитых мировых кусков в инопланетном аттракционе?

Хрен разберет.

А какая разница? Разница есть; что произойдет если я погибну? При симуляции есть шанс по итогу уцелеть. Ладно. Прорвемся. Как говорят, где смелость, там и победа…

– Если хочешь прыгай, я разрешаю, – насмехалась Тень. – Понимаю насколько остро сейчас ощущается собственное несовершенство.

– Заткнись.

Пошел посмотреть, что нам подлецы-администраторы по почтовой трубе прислали.

В запакованный прямоугольник пальцем потыкал.

– Это что такое?

– Еда. Брикет «зло».

– Зло?

– Забористо-легальная отрава… «Зло»-шка. Так смотрители первопроходцы обозвали и как-то прижилось.

– Что ж, попробуем кушанья ваши. Чем вы тут гостей встречаете…

Распаковал, надкусил и чуть не помер. Зашелся в кашле – глаза аж заслезились…

Будто хапанул полный рот гари.

На ум пришло описание пищевого брикета из Вархаммера-40000, где в городах ульях их делали из трупной пыли.

Брррр… Омерзение. Муть подавил.

– Как это есть то можно?

– Трижды попадись на выжженный каменный оск, где ни хрена нет, без монет, без всего – и не такое съешь… А так все самое нужное для растущего организма в сочетание с вон таблетками с того блистера, – ткнулась мордочкой. – И будешь жив, цел, орел…

– Витаминки? – спросил, блистер подняв.

– Витаминки, – кивнула. – И всякое чтоб с ума не сойти… и лекарственное еще. Все в одном.

– Инопланетянщина? – бровь поднял.

– Высокие фарм-технологии.

Мне такого добра не надо. Я самый ментально здоровый из здоровых людей, который вообще мог здесь оказаться.

– Только такая еда есть? – презрительно в брикет пальцем потыкал.

– Да прям! – рассмеялась кошатина. Зловеще это выглядело. Смех с импланта исходил, а морда не менялась. – Если б только «зло»-шки были, все б скидываться массово с островов начали…

Водой запил, вкус пепла перебить стараясь. Не вышло. Выпил еще – весь литр пришлось в себя залить. В этот момент снаружи громко бахнуло. Замок основательно пошатнулся…

– А теперь то чего?

– Пристыковались, – меланхолично объяснила Тень. – Новый ход.

– Уже? Так быстро? – неприятная новость. – Я и жопу почесать не успел. Мы даже не поговорили толком…

– А как ты, Гео, хотел? – облизнулась кошка. – Бывает так, а бывает долго ждешь…Тут не угадаешь. Не в отпуск попал – работать надо!

Таймер на стене оповестил:

00. 59. 53

Двинулся на выход: время дружить и время убивать. На месте уж разберемся, что будем делать конкретно.

– Стой! – Тень нервничала.

– Чего, чернуха? – улыбнулся добродушно. – Ты не переживай, я обязательно выживу, обязательно вернусь… Игрушку тебе кошачью принесу.

Лапой махнула.

– Придурок, разведданные посмотри, – Тень указала в сторону компьютера. – Может полезное что узнаешь.

Экран выдал три карты:

враги,

количество,

добыча.

Выбрал «количество».

1.

Хорошо. На остальных картах закрутились вопросы… Только один вариант можно?

Похоже.

Проверил себя. С одного бока – дубинка, с другого – «Архонт». На единственного враждебного умника должно хватить средств поражения.

Погнали!

Осколок мелкий – метров тридцать в длину и пятнадцать в ширину.

Ближе ко мне газетный ларек.

С правой стороны «костяк» разбитого дома, который будто срезали по границе, где осколок заканчивался.

У противоположного края шлюпка, разбитая, лежала с изорванным парусом…

Тот единственный враг что здесь был – так, наверное, и попал сюда. Разбился вот…

Не повезло. Соболезную.

Спокойно здесь. Только несколько внушительных стервятников труп жрали по центру острова.

Осторожно прошел на территорию, нырнул за газетный киоск; подождал несколько минут.

Враг не выдержал первым – показался в центре. Стервятников распугал.

Это рыцарь в черных латах. За полностью закрытым шлемом не видно, что там у него с лицом.

Братишка по броневойскам! Только не летучим, конечно, но все равно – мое уважение.

В руках у бойца короткий меч, да такой плохой и ржавый, что без слез не взглянешь… Очень резво латник двинулся в сторону замка.

Я просто так войсковому собрату в спину выстрелить не смог. Мало ли. Вдруг парень неплохой…

Окликнул:

– Воитель-летун, тебя подвезти!?

Он повернулся в мою сторону. Застыл и смотрел.

– Хер ли замер? Время не вечное, думай быстрее. У меня по осколкам замко-таксишных заказов – море.

И он додумал.

Поднял меч, проорал неразборчиво и побежал прямо на меня… На нет и суда нет.

Стреляю.

Блум. Шлем отражает первый луч.

Блум. Блум. Блум.

«Архонт» никакого вреда ему не причинил.

Новости неприятные. Грусть какую-то даже словил с такого расклада…

Время дубиночных дел.

Он уже тут – я уклоняюсь от удара и обрушиваю оружие на его голову. Дубинка разваливается, а я пропускаю рубящий по руке. Брызгает кровь, и мой оптимизм вылетает вместе с ней…

– Шакал железножопый! – злобно ору и толкаю ногой в грудину.

Этот, к сожалению, нам не брат.

Тут уж убегать приходится. Гордость жизни не стоит.

Бегу к обломкам дома.

Латник за мной. Хохочет, свистит, орет всякое, но очевидно насмешливое. Рад, что ему нравятся наши игры.

Эта скотина и темп в тяжестях своих держит. Вот у типа подготовка бешенная!

Залезаю. Еще пять шагов по хрустящим обломкам делаю и хватаюсь за ближайшую арматурину – вытянуть не получается: засела намертво.

Что ж такое…

Легкий удар по бедру, под хохот… Латник цепляет чуток.

Зараза!

Быстро хромаю в сторону.

Позади враг хлопает по нагруднику кулаком и «кудахчет».

Мы с тобой поговорим сейчас, подлец… На всемирном языке боли.

Тяну за еще одну арматуру. Получается вырвать. Вот тебе дубинка получше, с ударной частью из десятикилограммового куска бетона.

Заехал ему по голове. Он успевает отмахнуться – по груди проводит острием.

Бес…

Я бью еще трижды в шлем, пока латник на колено не опускается… Все гремит страшнейшим образом. Терминатор хренов. Угомонись уже! А затем еще дважды добавляю…

Рыцарь падает окончательно.

Переворачиваю мерзавца, открываю забрало.

Хмурое лицо и здоровущий нос. Кожа странного оттенка.

Жалко он меньше меня на полторы головы, а то я бы и приоделся в этот костюмчик Железного человека… Для начала новой жизни сгодилось бы…

Поднял меч, издевательски «кудахнул» и угомонил рыцаря насовсем.

– Форму всю мне разорвал, падаль… И тело попортил.

Перебинтовался как мог. Тряпку на груди зажал и похромал к замку.

– Тень, аптечка есть?

Кошатина строго на меня посмотрела:

– Значит так будем?

– Как? – недоумевал я.

– Слабоумие и отвага – по полной программе?

– Эй! Оружие системы оказалось неэффективным. В ход пошли ум, смекалка и подручные средства…

– Я гляжу ума и смекалки у тебя на три ножевых ранения.

Хрюкнул от смеха.

– Ну я старался! Пока по-другому и быть не может…

И чего я оправдывался?

Тень тяжело вздохнула:

– В «Смотрителя» на компе загляни. Там подлечиться можно. А в витаминах тех, от которых ты отказался, антибиотики. Там кстати и всякий коктейль чтобы от инопланетной ганореи не загнуться и от других местных болячек.

– Болячки?

– Говорят, у одного смотрителя, который любил половым отростком в местных женщин тыкать, член отвалился и кислотными пулями его самого расстрелял… Говорят, летает по верхотуре на воздушной шхуне. Вот после такого незаурядного события свойств в витамины и добавили.

Посмеялся. Хорошая байка, веселая, а потом видя, что Тень – выражение морды не меняет, затараторил:

– О таком вообще-то предупреждать заранее надо, – я подбежал к столешнице, и все таблетки разом съел.

Заглянул в «Смотрителя».

Он мне все раны и пометил. Две – оранжевые зоны. Одна – красная.

Красная – за две монеты, оранжевая – за одну.

– Слушай, дешево достаточно. Может так и будем по-берсеркски воевать? Чего ты ворчала?

– Не обольщайся. Цена лечения красного равняется двум, умноженным на единицу уровня. Оранжевая – единица, умноженная также. Черная – четыре, ум…

– Умноженная бла-бла-бла. А черное – это чего такое страшное?

– Утеря конечности. Гангрена. Дикие болячки.

Отняли четыре золотых, и почтовая трубка мне спасительную таблетку выплюнула… Слопал – моментально полегчало. Раны прям на глазах затянулись.

– Магия, – порадовался я. – Теперь заживем.

Причем в прямом смысле.

– Любая достаточно развитая технология неотличима от магии…

– Давай без нудятины, Тень, – поморщился. – Эта книжная заумь какая-то. Прям чувствую дух цитатного брюзжания.

– Тогда давай без игрового саботажа, умник, – огрызнулась кошка. – Иди трудись на благо кошачьего замка…

Вернулся на осколок.

Быстро и с латником разобрались, и с ранами.

Глянул оставшееся время:

00. 43. 14

Первое что нашел – сумку носатого удальца.

Забрал внутрь: запасные носки, швейный набор, прямоугольный котелок, перевязочный пакет, спички… Никакой еды, к сожалению, не было. Жаль. Голод уже душить начинал помаленьку.

Латника утащил и в ПП засунул. Тут подъем снаряда внушительный получился: весил он добротно, под девяносто в снаряге. Раздевать не стал.

ПП выплюнул куб органики и куб минералов.

Неплохо.

Обошел осколок по краю. Сначала кусок деревяшки с корабля побитого отнес – ПП не принял. Вернее, принял, но взамен ничего не дал. Потом бетонный кусок попробовал скормить. Пустое… Ничего не отдал ПП и за ворох газет из киоска. Принцип переработки понятен до конца не был…

В корабле, в стенке, нашел заначку с красным кубом минералов.

Там, где дом стоял, покопался, куски бетона в сторону раскидал. Странно как-то лежали, чуйку беспокоя. Будто на чем-то. И бинго! Нашел контейнер. Разобрал от мелочи всяческой, приподнял большой бетонный кусок рычагом и открыл…

Внутри шесть золотых монет и нож в ножнах.

Вот это интереснее…

Здоровенный, армейский, из синюшного металла… Так понимаю, как раз УМ – приятно познакомиться.

С боку у гарды кнопка какая-то. Нажал – что делает? А хрен его знает… Ничего не произошло.

Прицепил ножны на пояс и обратил внимание на рванную форму.

Только ругаться оставалось.

Напоследок в киоск заскочил.

Газету одну хватанул и охапку журналов. Вдруг малышке-Тени скучно станет, пусть читает анекдоты, пока я воюю.

Разбил кассу.

Надежда была слабая – монет там не оказалось, только купюры, но незнакомые. А нам такого не надо.

Утащил и табурет… Пригодиться на базе.

– Все забрал? – требовательно спросила Тень.

Кивнул.

Все на столешницу зашвырнул. Стул рядом поставил.

– Слушай, а ты вообще, что такое? – своевременно поинтересовался я у кошки. – Интересно все-таки…

– Нормально ты с вопросом тянул, – довольно оскалилась она. – Я уже беспокоиться о твоем уме стала; мол для тебя такое в порядке вещей, шизик мол или у тебя там мир особый такой…

– Нет, ну ты киборг-кошка или инопланетная зверюшка, или чего вообще?

– Я девушкой была…

Я подключил мозг.

– Смотрителем?

– В точку.

– Так ты мясная кошка, киборг-кошка или робот-кошка?

– Я не знаю. И давай без вскрытий обойдемся, как-нибудь естественным образом поймем.

– Давай… А это ты такой странный извращенческий выигрыш наверху запросила?

Она посмотрела на меня, как на идиота.

– Я как бы проиграла. Но как бы и не совсем.

– Это подарок после смерти?

Она устало вздохнула, подобралась ближе и заговорила тоном ментора:

– Слушай, если ты отличился, тебе еще могут дать шанс. Вот мое текущее положение, ты и этот замок – мой шанс. Поднимешься ты – может и меня порадуют.

– Для того, кто шкурно заинтересован, ты слабо помогаешь, – пожаловался я. – Старайся лучше.

– Так может я смотрю пока… Может я сразу хочу узнать, что с тобой мы никуда не взлетим… Чтоб ложных надежд не питать. А если все нормально, то я как включусь в работу, только пинками отгоняй, прям расцвету сразу.

Убогий подход. Думаю она просто ленивая.

Газету развернул. Взглядом по первой же статье пробежался – аж мурашки прошлись:

Император Святогор прибудет в академию наук, чтобы торжественно открыть модуль Эрзац-Нейрон «Орбита».

Запуск планируется на 23 февраля. И 2010-ый год станет переломным в войне с революционной французской заразой. Новая система должна решить проблемы с тяжелыми техническими ротами гильятьиннетов.

Варшава перестанет гореть!

Эрзац-Нейрон «Орбита» – это новая тактическая система коллективного взаимодействия боевых машин, дронов и военных платформ.

Разработчики «Орбиты», ученные Роботеха, охарактеризовали свой проект так: это логистический Бог, самообучающаяся и живая военная доктрина, эрзац-разум, который изменит мир и сделает все будущие войны бессмысленными.

Интересно, это просто набор случайных слов или реально такой мир, где Империя жива – существует?

Забавно.

У нас вон тоже в Польше смертельная заруба вышла. Без такого роботех парка, но все-таки. И с нюансом: мы не спасали Варшаву, а усердно ее жгли. Я за два года в своей триста тридцать второй гвардейской десантно-штурмовой прошел ад Белостока, все послевкусия тактического 20-и килотонного заряда – штурм Варшавы и «Вроцлавскую мясорубку», где с немцами и англичанами схлестнулись, и где я осколков нахватался…

Откинул газету в сторону:

– Тень, форму можно как-то починить?

– Иголки и нитки тебе в помощь, – хмыкнула. – Ты ж военный. Что за вопрос?

Скептически оглядел испорченную одежку.

– А если что-нибудь технологичнее?

– А технологичнее вбей в магазин «базовая форма».

Так и сделал.

Он мне выдал схему «базовой формы». Стоила она две монеты – поспешил потратиться.

С почтовой трубки упала дискета.

Дальше я уж сообразил, вставил ее в принтер. Там она и осталась. У техники было с полсотни разъемов для этих дискет.

0,5 УМ запросили.

Дорого….

Но не голыми телесами же сиять. Она все-таки, форма эта – какими-никакими защитными свойствами обладала, была плотной, приятной наощупь.

Вжал кнопку. Принтер напечатал аж три комплекта за стандартную цену. Тогда получалось выгодно.

Переоделся. И ботинки новые.

По времени оставалось еще шесть минут…

Отстыковался.

Почтовые трубы расстарались. Две литровые бутылки прилетели, два кристалла, два брикета «зло», два блистера и синий куб УМ.

– Живем, чернуха…

Кошка закатила глаза.

Ход завершен. Выберите награду:

Кузня

Мортуарий

Монолит

– А здесь что и почему без ценников?

– Монету прошу на базу, Георгий, – подхихикивала девушка в теле робо-кошки. – Тут важно правильно жамкнуть, уверяю. Ошибешься – и все полная «финита ля».

– Да подавись, хапуга… Мне не жалко.

– Это классовые здания, – учила она меня. – Поэтому и без цены.

– Классы?

– Вообще зданий подобных пять. Соответственно пять классов. Но как обычно выделили три карты. Монолит – это рабовладелец, мортуарий – некромант, а кузня – инженер.

– А…

– Рабовладелец порабощает пленников ментально через монолит. Что некромант делает, думаю, понятно предельно; а инженер – механических големов клепает, роботов, ботов, бронекомплексы, защиту.

О, дроновод.

Это берем. Может и бронескафандр забацать удастся. Было бы здорово. Я скучал.

– А остальные классы какие?

Неплохо бы знать против кого выступать придется.

– Там еще есть рой и дозорная коменданта. Комендант – это наемников использовать. А от роя – будешь энтомологом. Ну всякие насекомые. Матка и прочее. Мерзость короче! Жуковод паскудный.

Рабовладелец, некромант, инженер, комендант и энтомолог. Классы, конечно, закачаешься…

Выбрал Кузню.

Опять реактивный шум. Грохотание, сварка, долбежка – и улетели.

Помещение присобачили, я так понимаю.

Отчет выглядел так:

Смелость – 2

Любопытство – 1

Нашел заначку – 1

Ранения – «- 2»

Зачистка – 6

Контейнер – 5

Изобретательное убийство арматуриной – 5

Ваш рейтинг: 22 + 18 = 39.

И хрен с этим рейтингом, пошел на новое помещение смотреть.

Какие-то сборочные линии, и в воздухе парила здоровенная сфера, напоминающая шар предсказаний. Только шар этот с десятком железных длинных рук-манипуляторов.

Оно подплыло ближе. Гудело так. А еще поле завихрений вокруг него… Он кстати «канатами» проводов был присоединен к полу.

За круглым окном шара-робота куб ответов болтался:

«Здравия желаю, начальничек»

– А ты… – через этот куб в черно-синей жиже он и общался.

«Сборщик».

– И что нужно чтобы ты что-то собрал?

«Схемы. Ресурсы».

– Понятно…

Пятясь, убрался. Он мне манипуляторами махал…

Страшная штука.

– И что мне с этого Сборщика? – спрашивал у кошатины.

– А ты б хотел в трупах ковыряться? Тут хоть этот шароголовый все делать будет.

– А монолит?

– А ты б смог рабов держать?

Поморщился:

– Не смог.

– Вот и не выпендривайся.

– Так я не про это… Интересно мне, когда боты попрут?

– Фига-се ты быстрый, – покачала головой кошатина. – Все будет, но не сразу.

Красный цвет зажегся. Замигали надписи на стенах и на браслете:

Тревога! Тревога! Нападение!

997 \ 1000

– Но сейчас же не ход?

Кошка-киборг засмеялась:

– А ты думал, салабон, небо живет только, когда ход идет?

Глава 3

В стену, сбоку от ворот, безобразная птица вцепилась и с остервенением ее клевала.

Дятел-переросток долбанный.

Причем что самое нелепое, клюв как сталью блестел, а камень крошкой разлетался – на стене оставались шрамы повреждений.

Это шутка какая-то?

Птица, мощная, хищная, диковатого вида; четырехглазая. Килограмма четыре прекрасного мяса.

Заметила меня, запаниковала, но улететь уже не смогла. Попалась в ловушку растрескавшейся стены: лапа застряла. И все. Я слюной истек сразу же:

– Стой, курочка моя, – ласково проговорил.

Птица в задумчивости на бок голову повернула, чирикнула вопросительно, а я новонайденный нож в нее и метнул. И птица оказалась побеждена.

Точное попадание.

Забрал тушку.

Широко ухмыляясь, показал Тени добычу. Даже потряс немного – для эффектности.

– В ПП засунешь? – наобум предположила она.

Вот, сразу видно, гражданским была человеком!

– Какой ПП? Ты чего, саботажница-черношкурая, попутала? Это наша еда, – швырнул ей птицу. – Наше выживание, наш паек!

Тушка ударилась, хлюпнула, с нее чем-то зеленым брызнуло на проём ворот.

Браслет красным мигнул – жизни замка опять убавились:

995 \ 1000

Да что ж такое!

Тень на все это ошарашено смотрела, на дыбы встав и хвост вверх задрав.

Нормально же! Чего она?

Переживем, и не такое ели…

Котя осторожно понюхала, а потом лапой на тушу нажала.

– Уверен, что не помрем? – в ее голосе крайняя обеспокоенность.

– А чего тебя смущает?

– Ну может… Так, конечно, никаких предпосылок, но, а вдруг она ядовитая, – сказала, проведя когтем по птичьим наспинным шипам.

– Пф… Не говори ерунды. Разве может такая красота быть ядовитой?

Естественно, я лукавил, красотой там и не пахло.

Ощипал ее и выпотрошил. Мои действия сопровождало собственное радостное мычание.

Все лишнее за край острова скинул: надеюсь счет за уборку потом не предъявят…

Тень нетерпеливо ходила вокруг, об ноги терлась и всю дорогу облизывалась.

– Ты же женщина, имей к себе уважение, – поучал ее я. – Хватит петлять.

– Кошачье берет вверх, – задумчиво протянула она. – Ну и банально есть охота.

– Ты долго смотрителем была?

– Долго.

– А чего вы местных зверюшек не ловили ради пайка?

– Ловили, – кивнула. – Мы ж не дураки… Но не таких уродливых.

Литровую бутылку воды угрохал, чтобы руки отмыть. И Тень напоил заодно.

Вообще это проблема… Нужен источник, ведь эти литрухи – несерьезно. Вдруг от хода до хода неделя перерыва будет – и что нам тогда делать? Мы ж с жажды подохнем.

Забрался в раздел магазина, ввел «туристическая плитка». Результат показался сразу. Без схемы – две монеты.

Взял. А куда деваться?

Почтовая труба выплюнула три детали. Я соединил этот конструктор и проверил: включил – выключил.

Работает. Огонек хороший. Значит живем.

– Интересно насколько заряда хватит… – вслух размышлял.

– Он поди к реактору подрубается.

– Каким макаром? – оглядел со всех сторон. – Проводов нет. Трубок нет. Ничего нет.

– Силой веры, Жора, епт, – возмутилась Тень. – А к летающему замку без видимых движков у тебя вопросов так и не появились? А к летучим китам снаружи?

Справедливое замечание.

В итоге половину тушки закинул в котелок, водой залил. Больше и не помещалось. Вторую половину в желтушный прямоугольник убрал.

– Оно не попортится так?

– Нет, – следовал уверенный кошачий ответ. – Склад сохранит все в таком виде, иначе зачем он нужен был бы?

Получился бульон. Пустоватый, и соли не было. Но терпимо…

В целом съедобно. Даже неплохо... Взгляд зацепился за «зло»-шку на столе и аж передернуло всего. Как говорится, в сравнении познается суть. Единственное, у мяса привкус непонятный. Сладковатый.

Кошке кинул варенный кусмяк, та грызла аж урчала.

Похихикал:

– Кушай, маленькая, – немаленькая она, десять долбанных кило дерзости и лени. Похудее оболочки не нашлось на пересадку разума? – Надеюсь переживем атаку токсинов…

– Ты ж так уверен был, – аж опешила Тень, застыв с пастью открытой. – Что за подставы, Георгий, мы ж в одной лодке?

– Не лодке, а в замке, – в носик ее мокрый ткнул. – А надо свою голову на плечах иметь. Хрен ли ты жрешь все что на пол упало?

– А хрен ли ты жрешь? – вернула она вопрос.

Отмахнулся:

– Десантура переварит.

– Подлец.

Так мы и узнали, что тело кошки не роботизированое, а вполне кошачье. Черный жиро-киборг с большим удовольствием ел пищу.

На ярлык Смотрителя ткнул. Уровень заработал. Нераспределенное очко навыка жгло, но куда его кидать я не знал.

Спросил у Тени, и та на удивление отозвалась с бесплатными пояснениями:

– Что тебя интересует?

– Бой, артиллерия.

– Канонир, штурмовик, осадный мастер, лидер.

– А лидер что дает?

– Лидер – увеличивает количество слотов закрепленных юнитов.

Понятно, пока нам рано о таком думать.

– А остальные?

– Канонир – пострелушки с орудий. Осадный – наоборот защита. Штурмовик – это про самоличную беготню.

– Основательные прибавки дает?

– Не. Херня полная. Например, штурмовик дает процент увеличения урона от личного оружия и защиты личного снаряжения – 1,5 процента за единицу. То есть на 20-ом ранге оно заметное будет – 30 процентов, а по мелочи – пустяк.

– Штурмовик подождет. А процент канонира какой?

– Такой же. Увеличивает статы замковой артиллерии на 1,5 процента за единицу – дальность, урон, бронепробитие.

Уверено вкачал.

Орудия – неизбежность.

Мы будем к этому стремиться. Мы будем за это молиться…

Судя по тому, что на нас напали вне «хода», можно ожидать повторных атак. И каких-нибудь здоровых хищных штук. А значит дежурство должны быть постоянные… Да и прикрытие во время «хода» – штука необходимая.

Нужны навыки канонира, лидера, может штурмовика. Но насчет штурмовика я не уверен, вроде и сам с усам. Справлялся со стычками хорошо. Еще и лечение системное есть. Хотя сейчас справляюсь, а когда буду сталкиваться с ребятами, которые этот навык штурмовика взять не постеснялись?

Да – нет. Пустое. На первом ранге – 1,5 процента нас не спасут и ничего не изменят.

А вот на ближайших нескольких уровнях какое-то орудие мы должны найти. Обязаны. Неловко получится, если пушки – это вещь поздних уровней. Маловероятно. Единственное, надо своровать какого-нибудь жителя осколка, чтобы убедить его в дозоре сидеть. Вот тебе и первая задача. Нужен рядовой абориген. Цель: провести вербовку. Вторая – заиметь орудие. Все остальные цели вторичны: получить достаточно информации касаемо «Орбиты» и местного мироустройства. Ну и так далее: найти броню, воду, еду... Список того, что нам требовалось можно было продолжать бесконечно.

Хотелось бы и бронескафандр десантный раздобыть: тяжелый «Казуар», многоцелевой «Гриф», я бы даже от длинноногой разведывательной «Блохи» не отказался. А так подошел бы любой комплект. Но думаю админы прекрасно понимают, что, если мне такое чудо дадут, я тут же воспарю, и их самих на куски рвать начну. Я и с лазпистолетом босиком считай броситься готов… Куда только… Не видно их. А по робо-мокрицам стрелять смысла не вижу. Они мне усиления таскают. Они и выглядели как боты, что исполняли заданные программы.

Наелись и на боковую можно, а мечты о бронескафандре за скобки вынесем.

Вот бы «Звездный десант» Хайнлайна на одном из осков найти, перечитать в пятый раз…

Пару часов сна урвал, а там Тень по морде грязными лапами настучала, в попытках разбудить:

– Вставай, Жор!

– Чего, малая? – сонно прохрипел я. – Где воюют?

– Ход близится, – мрачно заявила она. – Чую осколок близко.

И точно: проморгался и столкновение произошло – громыхнула стыковка.

И вот новый ход…

02. 19. 59

В этот раз основательно минут выделили.

– А как система определяет сколько времени дать?

– Да хрен его знает. Мы думали по наполненности и по размеру. Но иногда – это не работало совсем. Бывало в многокилометровые оски давали десять минут.

– Как-то отследить, когда начало «хода» случится, можно?

– Нужно соответствующее дополнение к замку.

Хоть так.

В разведданных выбрал карту «враги».

Огр,

Зеленые гоблины.

Понятно…

Осколок выглядел большим – целиком не разглядеть с нашей позиции…

– Удачи, – кивнула мне Тень.

– А ты почему со мной не ходишь задачи выполнять? – нахмурился я. – Группой то оно всяк веселее…

– Опасно. Я ж не возобновляемый источник информации, – самодовольно хмыкнула. – Твоя кошачья база данных.

– Скупая очень база.

– Другой нет, выбирать тебе не из чего… Лучше воспринимай меня как сообразительную кошечку-спутника, а не персонал.

И не поспорить.

– Не расслабляйся. Потом присобачим тебя к делу… Дрон сбацаем, будешь контролить.

– У меня же лапки!

– Меня не колышет. Мордой будешь джойстик крутить.

Прошел буквально пятнадцать шагов по желтой поверхности иска, и из кустов выскочила целая делегация зеленокожих гоблинов.

Их семеро… Стоят копья с костяными наконечниками нервно теребят.

Посмешище.

– Кто переговорщик!? – рявкнул я.

Сердце сказало надо сразу быковать.

Их проняло: аж скукожились в ужасе.

С такими противниками до верха небес мы вмиг доберемся.

Самый уродливый и длиннорукий вышел вперед, показал ужасные клыки:

– Я!

– И что ты скажешь переговорщик? – я презрительно сплюнул, похрустел костяшками.

Гоблин начал агрессивно шипеть:

– Мы нах убьем тя, мы нах съедим тя, мы нах разорвём тя.

Блум.

Я стреляю ему в голову.

Он падает.

Гоблины обеспокоено бурчат.

– Другой переговорщик есть? – ноги у этого еще какое-то время дергаются.

Они выталкивают самого жалкого из них, безносого. Тот рвется обратно; ему не дают.

Безносый в итоге глянул на меня и болезненно поморщился:

– Приветун, чумба, нах, – сказал он с болезненной улыбкой.

Кивнул.

– Ты что мне скажешь, переговорщик-два?

– Э… Мы нах НЕ убьем тя, мы нах НЕ съедим тя, мы нах НЕ разорвем тя…

Я улыбнулся.

– Уже лучше, зеленый.

Контакт установлен. Дальше легче пойдет.

– Может у вас есть какая-то задача, которую я сделаю, а вы мне заплатите как-нибудь, полезностями вкусными… Не хочется вас всех убивать и не хочется просто так дань брать, понимаешь, переговорщик-два?

– Понимаю нах.

– И?

– Есть огр, – очень серьезно заговорил безносый. – Он нас муча-т, чумба. Сил нет никаких нах. Прибыл три хода назад, уже десятку голов прожевал нах. А мы не бесконечные. Свозют – скидывают боги-железных-мокриц, но огр нах жует быстрее…

– А чего не убьете злодея?

– Огра!? – у него аж слюна во все стороны брызнула.

– Ну да, – я в задумчивости голову почесал. – В чем проблема то?

– Он большой и нам ему кожу нечем пробить нах… А еще он говорящий с железными мокрицами… Приближенный. Кощунство как бы, – гоблин грудь почесал. – Шаман до того, как помер, говорил «низя».

– А чего помер: огр съел?

Безносый рассмеялся:

– Какой там… Остряк шутку сшутил нах. Тот и помер. У шамана «модифки» были, его к огру не затолкаешь, чумба, сам кого хошь затолкал бы.

– Так, я схожу, но, если огр дружелюбный, а ты тут наговариваешь, – пригрозил указательным пальцем. – Я вернусь и всех жестоко поубиваю за вранье.

– Тебе обязательно нах тут кого-то убивать? – морщился гоблин.

– А то! Как тебя звать, безносый?

– Косточ.

– Где вы обитаете, Косточ Гоблинович?

Он переглянулся с другими. Те мотали отрицательно головами, делали руками останавливающие жесты. Очень переживали. Предупреждали не в коем случае не сливать данные. Безносый оскалился и кулак им показал.

– Там вон, чумба, – мстительно произнес Косточ и указал.

Кивнул, запомнив.

Остальные разочаровано застонали.

– А огр где?

И это показал.

– Гуляйте пока. Траву потрогайте.

Ушли. Я их взглядом проводил, чтоб в спину не ударили. Мало ли сколько в них там дурной смелости напополам с лихой подлостью замешено.

Про огра я и так знал, так что удивляться нечему. А вот про болтовню с модерами-системы – интересное. Общались значит. Значит мобы тут в систему как-то интегрированы и прекрасно понимают свое положение.

По дорожке в лесок зашел. Дальше столб деревянный и на нем гоблин, привязанный.

Еще и побитый, с ирокезом смешным.

Вот и мой клиент на вербовку.

– Чумба, давно висишь? – спросил, перед лицом у него остановившись.

Синяк под глазом, разбитые губы:

– Ты, ангел смерти нах? – поморщился он.

– А чего похож прям?

– Дылда, бледный, в синюшке форме смотрителей. Уродливая гладкокожая лысая обезьяна нах…

Щелбан ему пробил.

– Давай проявим вежливость, зеленый.

– Ай! Ты чо, чумба, шуток не понимаешь?

– Как еще пошутишь?

– Щелбанная точка болит нах. Руки болят нах. Нос чешется и жопа. И не ходи дальше, там огр живет. Убьет – съест. Бушь мертвым, братак. Вот и все мои шутки…

– А ты чего тут «висения» эти профилактические организовал, если так опасно?

– Ты дурак, чумба, нах? Будь воля моя я б и не висел. Братаки побили и повесили.

– Зачем?

– Злились братаки очень. Вот на прикорм огра и тушка моя сгодилась.

– А вы все конфликты так решаете? Спор и сразу на прикорм братака сдавать?

– А ты, чумба, в наши традиции носом своим чужацким не лезь. Не понять те, бледный, душу гоблинскую нах.

– Как тебя звать?

– Остряк.

– Неудачные шутки над сородичами шутил?

– Над шаманом вах пошутил чутка – подножку поставил: он с оска и свалился нах. Смеялся я недолго, хоть и очень сильно… Шаман весь такой агитатор был, чтоб мы огра-гоблиноеда и пальцем не трогали. Трусня-шаман. Яйцеглот огринский нах. Я свое недовольство и выразил в подножке.

Покачал головой:

– Злобно ты, Остряк, шутишь.

– А шаман тоже с чувством юмора был нах: до этого паек мне на неделю урезал за претензии и тоже смеялся… Вон вишь как жизнь нах устроена. Был шаман сто кило мышц, «модифики», важность, а полетел обратно в лабы. А я на коне. Ну типо. Живой по крайней мере пока что. Уже успешнее шамана-братака. Значит крут остряк. Значит булькает в крови ядреное варево.

– Я Жора, – какой интересный гоблин.

– Приятно познакомиться, нах. Я бы руку пожал, чумба, но сам вишь. Ситуация «звиздейшен».

– Вижу. Ну, виси пока, чумба-Остряк, я с вашим злодеем разберусь.

– Разберись. Я буду молиться блудливой робо-мокрице, чтобы ты умирал не мучительно… Твоя смелось, чумба, впечатляет.

Посмеялся.

Вышел, чуть прошелся и оказался возле лежбища огра.

Тот сидел, умник пузатый, неторопливо, со смаком гоблина дожевывал.

Чуток замутило.

Это надо ж такую дрянь додуматься в пищу употреблять…

У огра еще и «грецкий орех» импланта в виске. Как у моей кошачьей Тени, но, понятное дело, сильно больше.

А еще он одет в майку, где гигантский зеленый тип, халка напоминающий, бил кулаком летучий замок.

Я так погляжу смотрителей здесь местные не любят… Даже мерч есть.

– Ты корм или не корм? – задумчиво огр спросил. – Ты сразу скажи, если корм – я тебя в погребец кину, шоб не портился.

– Не корм.

– Это кто тебе сказал? – он нахмурился. – Ты чо, сука? Это ты сам по жизни так определился?

– Угу.

– Неправильно определился. А давай авторитетные ребята те расскажут про нутро твое. Про то как мыслить себя. Про масть твою.

Я игнорировал его болтовню:

– У тебя связь есть с администрацией-модерацией, всей этой шайкой лейкой убогих глав-работорговцев?

– Ты с темы съезжаешь…

– Есть?

– Есть.

– Скажи, что я приду за ними… И буду их убивать.

Огр сильно рассмеялся.

Но мне больше с ним говорить не хотелось – у него весь рот в крови и с десяти шагов я вонь трупчины чувствовал.

Падла здоровенная и жалкая. Несколько сот килограмм отвратного, бездушного, тупоголового, презренного мяса.

«Архонт» в бой!

Блум. Блум. Блум. И огр заваливается с тремя дырками в черепушке.

Перезаряжаюсь.

Это оказалось легче, чем я думал. Хотя если бы не вышло, прям и не знаю, как разруливать ситуацию стал… Повторить подвиг битвы с латником здесь вряд ли бы получилось.

Огр упал мордой вниз, раздавил свою прикормку, а на спине у него оказался контейнер на лямках.

Забавно. Видимо распорядители его сюда и посадили игрока-смотрителя ждать с подарками.

Конченные…

Очень хотелось еще пару раз выстрелить в огра – мало ли. Но жаба душила боеприпас тратить.

Осторожно подобрался.

Открыл контейнер…

Куб УМ, куб О, четыре монеты, а еще десятка гоблинских черепов…

Ресурсы забрал. Останки зеленых оставил.

В лежке ничего не было. Выход в погребец и немного нехороших заготовок. Там я копаться не собирался… Уверен, что-то пропускаю – и пусть. Так пачкаться был не намерен. Скорее даже банально не готов.

Вернулся к связанному гоблину, снял, связал заново, чтоб не чудил и потащил в замок.

Принес.

– Опять в ПП? – устало Тень поинтересовалась. – Ты чего так гоблинов не любишь?

– Ничего хорошего в тебе, кошатина, не осталось… Пацана скормить огру хотели… я вот вытащил, спас от сородичей. Мы можем его завербовать как-нибудь цивилизовано, чтобы он ничего вредного не удумал?

Кивнула:

– Есть варианты.

– Зашибись. Пусть пока тут побудет. Я к остальным зеленым схожу. Стрясу чего-нибудь…

Отправился туда, куда Косточ указывал.

Небольшая деревушка: десяток жалких хибар, два десятка гоблинов.

– Косточ, дружище!

Косточ ко мне направился. А сбоку решительно двинулись четверо гоблинских дедов явно с нехорошими мыслями.

– Смотритель моего сынка нах убил! – крикнул первый.

Он кинулся, собираясь со мной голыми руками разобраться.

Я его по лбу ладонью в полсилы хлопнул – старик сразу на жопу и сел.

Миролюбиво так.

Второй дед одумался, руки выставил.

– У меня тоже смотритель нах сына убил, но у меня вообще под два десятка детят, поэтому я нах не настаиваю вообще… И сын, если чо, чумба, так се был…

А вот третий к голосу разума не прислушался, он еще и костяной нож достал.

Такое мы не уважаем.

Я в морду ему кулаком двинул – и тот очень нехорошо упал.

Поморщился. Еще я дедов не убивал, пусть и гоблинских.

На меня все глазели. Гоблины из домиков вышли: озорные ребята с копьями, и с пращами…

Как-то неуютно стало. Их под сорокет уже: мужчин, женщин, даже пару детишек. Для меня перебор.

Косточ подбежал, а я решил поорать, чтобы ход мыслей их перенаправить в полезное русло:

– Товарищи-чумбы! Ваш основной враг-злодей огр-гоблиноед был убит нах! – я уже на их диалекте свободно шпарить мог. – Я освободил вас, чумбы, от тирании и бандитизма представителя иной расы нах! Неужели кулаки – это то, что заслуживает порядочный смотритель, который спешит помочь вашему народу-нах-чумб!?

– Да, не!

– Некрасиво как-то нах!

– Плохо-вецко однозначно!

– Вышло дрянь нах!

– Прости нах, чумба!

Бурчали со всех сторон.

– Косточ…

– Начальник-нах, – кивнул гоблин, молодец выбрал добрую стратегию. – Чем можем быть полезны?

– Награду, Косточ, мне очень надо награду. Я очень бедный смотритель.

Он протянул синюю сферу.

Я забрал. Потом разберемся что это за штуковина. Выглядела красиво, дорого – а значит принимается...

– Хорошо… Это за убийство огра, а за мясо огра…

– Чего? – безносый не понял.

– Вы едите огринятину?

– Если дают, то едим.

– Вот я даю. Я оставил на лежке огриной его драгоценную тушу. Я много то не прошу… Но что-то в награду, за свое великодушие, как голодный молодой смотритель, получить ну должен…

– Аааа… – протянул он понятливо. – Рэкет нах.

– Какой рэкет, Косточ? Никакого рэкета. Я с уважением – и вы с уважением…

– Что, чумба-начальник, хочет?

Я огляделся.

Взгляд выцепил в трех шагах от нас ведро и бочку с водой. А еще было фруктовое дерево. Фрукты сочные, фиолетовые, здоровенные.

– Ведро с водой и немного фруктов.

Быстро они все это собрали – и я с добром умотал.

Аж восемь спелых «приятностей» мне выделили.

Надо было больше просить… А с другой стороны, жадничать – не дело…

Ход завершен. Выберите дополнение:

Орудийный слот

(0,5 УМ, 0,5 М)

Зал

(0,5 УМ, 0,5 М)

Гильдейский уголок

(1 УМ)

Я без вопросов выбрал орудийный слот.

Почему?

Орудийный слот – это слот под орудие. А это значит мы сможем удачно его установить. Как-то позицию цельную сделать.

А вон у нас лежит и стонет гоблин под это орудие. Оставалось только его лояльность получить. Ну и пушку где-то взять.

Почтовые трубы выплюнули новую порцию обеспечения – среди стандартного, там и куб органики.

– Тень, как с гоблином быть?

– Короче есть в магазине такая штука как «печать смотрителя». Она сделает так, что он будет заинтересован в нашем совместном успехе… А если чего-то удумает – ему будет плохо.

Прекрасно. А главное, как свободолюбиво.

Вписал в магазине «печать смотрителя»:

– Она аж пять золотых стоит…

– А ты как хотел? Верность того стоит.

Заказал.

Почтовые трубы выплюнули печатку.

– И что с ней делать?

– Вбей ее ему в лоб.

Вбил.

Печать, «забралась» внутрь, оставив горящую синюю точку на зеленом лбу гоблина. Через минуту она исчезла.

Лидерство:

1\1

Ага, вот какое-то ограничение.

Потом в отчет просмотрел и поморщился:

Миролюбивость – «- 3» (мы такое не любим!)

Зачистка – «-2» (лучше доделывать дело до конца!),

Контейнер – 5

Упущенный контейнер – «- 1»

Упущенный артефакт –«-2» (в месиво погребка надо было лезть!)

Большой противник – 1.

Убил деда – 1

Вербовка – 2

Ваш рейтинг: 39 + 1 (старайся лучше!) = 40.

– Тень, это нормально?

Запрыгнула глянула.

– Хмммм…

– Что «хмммм»?

– А ты не из маньячных?

– Нет.

– Тяжело нам будет с тобой.

– Почему?

– Система поощряет всякую жесть.

– На кой ляд!? – меня это до глубины души взмутило.

– Я хрен знает. Может для зрелищности… Там же говорила «баба-со-связи» про глаза, следящие; и мне такое говорили в свое время… Я думаю они падлы шоу устраивают…

– Чернушное?

– Ага. А ты им тут с миролюбием костью поперек горла. Сожрут тебя так.

– Засада…

Гоблин лихорадочно вздохнул и раскрыл глаза:

– Шаманский-чумба, нах, положняк какой? Высоко летим – далеко глядим? – почесал плечо бородатым подбородком. – Кошку гасим? Она нах вообще без метки ходит?

Глава 4

Тень проговорила в задумчивости:

– А умнее там экземпляра не нашлось?

– Ты чо нах, кошка? – гоблин пытался агрессировать, но веревка не позволяла. – Башковита, да? Я те башню ту, черноуху, и откушу нах!

– Хватанул бесхозного, – фыркнул я. – Там тебе не гоблинский базар.

– А жаль, – тяжело Тень вздохнула. – Нам бы умник не помешал в команду.

– Ох, мы уже команда, ты моя маленькая, – подхватил ее, наглаживать стал. – Вряд ли среди гоблинов такие прям есть.

Тень мурлыкала, мордочкой о руку терлась. Моя прелестница.

Остряк аж пеной пузырился:

– Вы чо, вы чо, падлы!? – начал затылком об пол биться. – У нас шаманы во! Головы нах как три мои! Гоблины – сила! Гоблины – мощь!

Я поморщился:

– И это он с настроенной лояльностью?

– Зря ты так, – уже кошка заступалась за гоблинскую братию. Начала вырываться – пришлось выпустить. – Там всяких навалом. Хитрожопых прям полно… Опять же зеленый гоблин – это не серый и тем более, прости Господи, не белый. У зеленых интеллект выше. Это даже доказано.

Гоблин важно надулся.

Ладно. Придется довериться кошачьему опыту.

Уселся перед Остряком, чтобы он мое лицо лучше видел. Зрительный контакт – все дела.

И чего я выделываюсь: какой из меня психолог?

Гоблин смешно ирокезом болтал; гребень норовил глаза ему закрыть. Поэтому настойчиво дул на него, морщился и дрыгал головой будто под музыку…

– Остряк, знакомься – это Тень, – кивнул на кошку. – Она твой начальник.

– Начальник это… – начал зеленый дурака изображать.

Я сразу же лишил его возможности маневрировать:

– Типо шаман.

– А ты? – морщины заполнили его грубое лицо.

– Я Гео, Георгий или Жора, лейтенант, твой Царь и Бог, твой Отец и Мать, твой старший начальник. То бишь старший шаман.

– Нах, чумба-Гео, мне столько начальников-шаманов? – вполне резонно возмутился Остряк. – Я чо крайний нах за всех работать?

Посмеялся.

Рядовой Остряк сразу суть видел, молодец: мозг присутствовал.

Я развязал гоблина.

Он тут же вскочил, и прическу принялся поправлять…

– Это ты сейчас так говоришь, – уверено заявил ему и подмигнул. – А ты представь, когда ниже тебя типы появятся, и ты станешь уже их шаманом…

– О, нах, – жадно покивал, косичку, с бороды свисающую, покрутив. – Звучит хорошо: у мя, чумба, такого не было. И чего делать?

– Обживайся, изучай замок и остров. Ты теперь моя правая рука!

– Эй, а я!? – возмутилась тут же Тень.

Рассмеялся:

– А ты видимо хвост.

Гоблин убежал развлекаться.

– Он точно ничего с печатью этой не отчебучит? – переживал я. – Не дай бог поломает чего-нибудь…

– Нееее, – кошка отмахнулась. – Если решится, то башка взорвется.

Присвистнул:

– Хрена себе кнут у системы.

– А там и пряник есть…

– Какой?

– Это у Остряка своего иди спрашивай.

Уселся за компьютер.

Опыта с этого захода я почти и не получил. Сделал вывод, что он прибавлялся по рейтингу, а рейтинга нам не накапало…

40 \ 70

Ладно. Нечего расстраиваться: сам свои принципы за жизнь вырабатывал. В маньяка внезапно превращаться не планировал. Уж лучше пусть ракету засаживают в остров, а я в этот момент буду злобно с «Архонта» в небо палить и орать страшные ругательства, пока огонь не сожрет или осколками не срежут.

Хрен бы с ними с козлами…

Эх, мне бы какого-нибудь распорядителя местного, модератора. Я бы его маленько придушил. Чуток поубивал – и сразу же настроение б вверх взлетело.

А то грустно оно все.

Кто меня сюда «притянул» и зачем? Чем я так нагрешил?

По службе шел ровно. Среди командиров врагов не завел. Медали и ордена ни у кого не воровал – там скорее у меня героические повара и снабженцы отбирали. Армейская неустаревающая классика.

Странная ситуация вообще, здесь любого геймера сажай… Хотя геймер, наверное, постесняется стрелять, резать и рубить. Так я тоже вот стесняюсь. Правда у меня опыт в игрушках-стратегиях есть, но малый. И опыт войны присутствует. Может из-за пересечения интересов взяли?

Непонятно оно все. Сейчас уточним:

– Тень, а тебя за что сюда этапировали?

– Куда?

– В замок. В место это гнилое, – обвел стены широким движением руки. – Как бы странно это не звучало – на небеса…

– Смотрители целиком весь проект называют «Орбитой», – сумничала Тень.

Нахмурился: мне по большой части похрен как они там, чего называли.

– Ты на вопрос то отвечать будешь?

– Так нечего отвечать, – Тень плечами пожала. При кошачьем теле подобное движение максимально неестественно и жутко выглядело. – Ничего такого я не делала… Ни в чем страшном замечена не была. Статей не имею. Грехи отсутствуют. Порядочной девчонкой шастала, отметки – сплошь «пятерки», преподаватели меня обожали.

– Кем до «Орбиты» была?

– Студенткой в педагогическом. Даже учебу закончить не успела. Такой вот мрак.

– Ух ты! – оставалось только со смехом головой помотать. – Училка в теле кошки – это как в Гарри Поттере.

– Гарри Потере?

– Ты в каком-то суровом месте походу жила, – рассмеялся. – Гарри Потер. Роулинг. Палки. Гермиона. Волшебство. Немножко Альбус, немножко Волдыморд.

– Порнография какая-то?

– Не совсем.

– У нас это запрещено. Князь десяточку по тяжелой влепит, полетишь УМ на завод клепать, пока от радиации волосы не выпадут, – запрыгнула на стол. – А ты получается вояка?

– Так точно.

– У вас Империя воюет?

– М… – я задумался как охарактеризовать наше «великолепное» состояние дел. – Типо того. Бьем Европу.

– Хоть сотенку миров перебери, – хихикнула кошка. – Везде одно и тоже, евро-пец хочет больно дохера и получает русским сапогом по роже.

– Ну… – в голове пронеслось всякое: и наши сгоревшие подразделения, и залитые химией окопы, и разбитые бронескафандры с перемолотыми внутри товарищами, и почерневшие скелеты польских городов, где бои шли за каждый дом, и прилетевший 12-и килотонный заряд, оставивший от располаги дивизии наших мотострелков трехкилометровый гриб. Но потом вспомнил и ответный прилет на 20 килотонн – и стало спокойнее. – Да…

– Принцип подбора похоже случайный.

– Система должна быть, – спорил я. – Какая-то логика… Единственная общая черта. Что-то что является черной меткой. При каких тебя, котенька моя, обстоятельствах «вытянули»?

– История простая до безобразия: перед лекцией две козы подошли в кожанках. Уродливые, низкие – спросили имя. Сказали, что должна пойти с ними. Я вежливо отказалась. Они шибанули шокером. Все, я тут.

– И у меня так, – кивнул.

– Да оно у всех примерно такое…

Я продемонстрировал синюю сферу, доставшуюся от зеленых гоблинов.

– Справочная, – улыбнулся я, раскручивая предмет. – Объясняйте…

– Малая сфера – для всяких продвинутых классовых технологий. В нашем случае ее можно Сборщику скормить и бота собрать.

– Прямо сейчас?

– Без схем ничего не выйдет.

– А что еще нужно для Смотрителя?

– Для хорошего юнита нужны сфера, схема и ресурсы: в основном – минералы.

– Понятно, – озадачено пробурчал и в стену, на полотно пустого таймера уставился. – А у нас ничего толком нет…

– Все будет. Понятно не сразу, но ты хозяйственный мальчик, – в ее голосе я услышал улыбку. – Разберешься.

Хмыкнул.

Отнес Сборщику сферу.

Там Остряк с роботом игрался – катался у него на спине и смеялся радостно.

– Прости, чумба-Гео, не удержался нах, – оправдывался гоблин. – Это большой чумба-вах, которым я должен командовать!

– И как?

– Чот слушается нах. Возит как конь. Чувствую ся важным!

Сборщик взял синюю сферу и в одну из сборочных линий установил.

Сборщик написал в своем треугольнике:

«Быстрее, начальничек – руки чешутся собрать что-нибудь».

Радовало, что хоть кто-то стремился на острове работать.

Вернулся к Тени и нож продемонстрировал.

– Тут кнопка какая-то. Не подскажешь чего делает?

Она понюхала оружие:

– Увеличивает ловкость – разок за ход можно использовать.

Понятно. Полезная штука. Наверное… Хрен знает поможет оно со стрельбой или нет.

Еще часа два полежал. Неудобно, конечно, все с таких «полежалок» болело… Уснуть так и не смог.

Нужно затрофеить кровать где-то, а то приходилось использовать комплекты формы как подушку. Очень скоро все начнет страдать: спина, поясница, шея…

Вышел на улицу, а там гоблин сидел, островки разглядывал… С жадностью разжевывал брикет «зло»-шки.

Я акцентировать внимание на этом не стал, потому что меня затошнило только от одного вида.

– Чего сидишь-грустишь, Остряк?

– Систему слушаю нах. На воздухе лучше слушается, чумба. У вас там в железках атмосфера отчаянья и грусти нах… Не говорят. А тут веселее. Тут прям болтовня. Я вот слушаю.

– Ничего, обустроимся, хорошо будет и в «железе»… – уселся рядом. – Поведай, чего тебе система такого интересного рассказывает.

– Говорит, пройти с тобой до самой верхушки нах, и она меня в смотрители переназначит. Будет Остряк с замком гонять, – глаза у гоблина огнем зажглись и он кулак небу показал. – Будет Остряк важный птиц вах. Соберу банду гоблинов нах и гоблинш для гарема. Вот будет смак. Буду им цацки носить… И вах Остряк – на вершине.

– А я думал вы все ненавидите смотрителей.

– Очень ненавидим, чумба, – хитро прищурившись, сказал. – Зависть она такая. Душит нах. Смотритель – аристократ вах. Игрок, высшая кость. Выше шаманов, но ниже богов железных мокриц. Наравне с подручными, но выше по правам. Быть смотрителем, чумба, – значит делать любое дело, творить любое зло, жрать вкусно, пить сладко, трахаться жадно, распределять насилие по оскам по своему желанию… У игроков – право на беспредел. Непреложное, неизменчивое нах. По принципу – единственно-истинно живых. А что ты думаешь мы от хода до хода живем – трясемся, чтобы ваша братия не прилетала нах никогда?

– Я новенький. Понятия не имею как вы тут живете.

– Так слушай, чумба-лейт, – он догрыз брикет, потер руки и полностью на меня развернулся, с маньячным выражением лица. – А мы не живем – мы выживаем. Ход – ничего не происходит нах. Ход – голод и жажда. Ход – подручный робо-мокриц является; кошмарит нах. Ход – прилетает игрок и всех убивает. И вперед на лабораторный откат…

– Лабораторный откат? – вот это уже что-то интересное.

– Мы заключенные, чумба. Разрешения помирать у нас нет, – он невесело хмыкнул. – У нас даже права на смерть нет. Чубрики в итоге с ума сходят. Циклы ломают всех братаков. А у смотрителей нах – есть право на смерть. По крайней мере так болтают…

– Не веришь им?

Он грустно улыбнулся:

– Жрецы бого-мокриц могут лгать. Система – шлюха. Жестокая нах. Беспощадная. Лживая шлюха, в которую я б совать ваха-младшего постеснялся, а я ведь и кобольдих сношал.

– А нах?

Его лицо смогло иронию передать:

– Ситуация, чумба, располагала: сумрак, сладкие фрукты, винцо, наедине, есть кровать вах, а через пару часов мы должны были жесточайшим нах образом сдохнуть под ножами смотрителей. Будешь трахаться, как скальный крол: неистово, в слезхах и соплях.

Ох, и житуха у них тут… Беспросветный ужас.

– А смотрители что вообще говорят?

– Мне почем знать, – он хмыкнул. – Я с вашим вах-чумбалэндом жопошников раньше не якшался. Говорят, обычно: «сдохни, гоблин нах» или вообще, злобно пыхтя, рубят просто.

Я постарался тему сменить, а то Остряк со всем загрузился:

– Давно ты тут?

– Тяжело сказать. После двухтысячного хода я перестал считать. Время то тяжело посчитать, чумба. Пребывание в лабах – это мука, забытье, научение. Забей нах, – широко отмахнулся, грустная улыбка появилась на его разбитых губах. – Время там, как один смачный растянувшийся удар по хлебалу. А уж сколько он тянется – неведомо…

– Две тысячи ходов? – нахмурился, пытаясь прикинув.

– Да. И около сотни посещений лаб. Точно больше года. Должен сказать, за сотню лаб мало у кого. Чубрики ломаются, чумба. Братаки не железо; они – органика. Я не сломался. Я – скала нах. Я – минерал. Я – умный материал вах.

– Значит тебе тут самое место, Остряк, – решил его подбодрить, по плечу хлопнув. – Это судьба…

– Спасибо нах, – со всей решительностью кивнул он. – Радует, что ты, чумба, не безмозглый монстр-псих, который взял меня для бесконечной череды нах-пыток или для пополнения пищевого фонда.

– Должен отметить, ты больно депрессивный для Остряка… Не находишь?

– А чего я должен делать, чумба?

– Ну, шутки шутить.

– Почему нах?

– Остряк – остроты.

Он засмеялся:

– Остряк – это я после первой лабы заработал вах. От эмоций, не отойдя, нах на чумб кинулся, которые мой снаряган десятиходовой разворошили, десерты забрав, и горло заточенным гвоздем деду-Усачу вскрыл.

– Сурово.

– Десерт, чумба, вах! У сидельца есть неотъемлемое право на свой десятиходовой скарб-снаряган. Хрен бы со скарбом нах. Право на десерт главное! Сладкое нах люблю – убить готов. Ну, и должен отметить, чумба-лейт, крысятничество – это звиздец. Грех грехов вах.

– Согласен.

После такого сидели молча.

Было, о чем подумать:

Смотрители – смертные.

«Мобов» каким-то образом перезагружают. Что ж тут за технологии такие…

Если они могут воскресить мобов, значит они могут воскресить смотрителей – раз. Есть лабы – в лабах оборудование для этих замечательных процедур – два.

Нам оно надо.

Где лабы? Внизу, за облачками, где ничего не видно? Или поверху, ближе к победной «основе»?

Одни вопросы. Но такая вот шальная мысль… Если лабу – оттеснили от «основы», завладеть таким, установить у себя, значит поменять правила игры. А еще если у них есть воскрешающая лаба, то уж бронескафандры или их аналоги иметься должны тем более.

Ладно, это все далекое будущее… Нам бы придумать где воды взять помыться. А не как воскрешаться или тяжелые технологии использовать.

– Остров, лейт, – меланхолично предупредил Остряк. – Смена хода, глыба вах приближается.

Подождал чуток и правда – появилось чудо зеленое, с небольшим замком на «горбу»…

– Следующий ход с игроком-смотрителем, чумба, – добавил злорадно гоблин. – Готов себе-подобных резать? Ты как с этим? Не блеванешь нах?

– Все нормально будет, Остряк. Я организую переговоры. Мы человеки всегда можем договориться.

– Гуванист...

Глядел, как приближался остров.

Ударился о наш. В проеме соседнего замка показалась фигура игрока.

Девушка!

Кажется симпатичная… Хрен там разберет. Далековато. Но вроде лишних рук или голов нет. С дополнительными грудями, если что, я как-нибудь смирюсь… Я «Вспомнить все» вспоминаю с теплотой.

Зашел внутрь, забрал авоську с фруктами.

Конфеты, конечно, были бы предпочтительнее, но чего нет – того нет… Родить их я не мог.

Забрал кристаллы маны. На всякий…

Умылся.

Таймер показал:

00.29.35

– Разведданные смотреть не будешь? – лениво поинтересовалась Тень.

Отрицательно головой помотал.

Гоблину меч всучил.

– Если что произойдет – «харакири» можешь делать смело…

– Я попробую нах, – уверено заявил он мне. – Но особо не надейся, лейт. Смотрители серьезные противники вах. Я еще не одного не харакирнул. Рану оставлял, но не более…

Давлюсь смехом.

– Я пойду дружбу дружить, – сказал Тени. – Там игрок. Смотритель – девушка.

– Она тебя убьет дурака, – фыркнула кошка. – Не пожалеет, зарежет за рейтинг.

– Ты глянь на меня, я обворожительная машина обворожения, – улыбнулся. – Обаяние. Красота. Сила. Ум. Опыт. Разве можно на меня оружие поднять? Я – чудо. Я – образец из красной книги!

– Нужно тебя заранее убивать, – злобно сказала Тень. – А то вздутое самомнение взорвется в самый неподходящий момент, и с собой нормальных ребят заберет…

– Расслабься. Я добазарюсь. Все нормально будет…

– Добазарится он, – проворчала кошка. – Добазарщик…

Девушка стояла на обрыве своего острова, хмурила брови и держала ладонь на рукояти меча.

Оглядывала все. Боевая: уже наготове нападать…

Чем ближе я подходил, тем больше она мне нравилась.

Недоделанный гусар и полноценный военный, лишенный долгое время женского общества, беспокойно внутри зашевелился безумным бабуином; закрутился юлой.

Аккуратные черты лица, голубые глаза, веснушки и волосы, собранные в рыжий пучок. Между юной двадцати пятилеткой и сочно-опытной тридцаткой. То, что я люблю.

Она фигуристая дева: крепкая, грудь второго размера, талия узкая…

Ох.

Рукава до локтей закатаны; такой же как у меня экран, а еще татуировки ярких карпов и волны на предплечьях. Японская тематика.

Ух.

Соберись, Георгий. Важный момент.

– Девушка, вы не ангел?

– Нет, – голос с хрипотцой.

– Так отчего же такая невероятная, раздирающая душу красота прилетела ко мне с небес?

– Ах ты ж, сучий кобель, – аж раскраснелась она. – И сука в говенном спец-эксперименте-тюремного-уродства от вас козлов не скрыться! Может озаботишься более важными вещами, чем благоустройство своего отростка?

Грубо. Но ее можно понять – она была готова драться, резать и рубить. А теперь как? А теперь – сложно.

– Мадемуазель, у меня подарок от нашего замка к вашему, – и авоську с фруктами протянул. – За вашу красоту, за ваше миролюбие, за вашу мудрость.

Ее бровь поднялась в удивлении:

– Ты потравил их, да?

Сейчас задобрим.

Внутри хохочущие сущности довольно потирали руки. Она уже смягчалась: раздражение уходило потихоньку.

Мы уже побеждаем.

– Как можно, милая Валькирия, так думать. Как говорится: все для тебя рассветы и туманы. Для тебя – моря и океаны. Для тебя – цветочные поляны. Для тебя…

– Поэт?

Оглядела меня с ног до головы взглядом таким оценивающим, пытаясь улыбку сдержать.

Хмыкнула, покачала головой – будто не веря в происходящее.

А чего?

Я здоровый парень – метр девяносто. Крепок, хорош собой, блондин; на балансе свой летающий остров и замок. Есть монеты и ресурсы. Мы подходили друг другу, как Печорин и Вера.

– Какое у тебя оружие? – бесцеремонно спросила она.

Ладно, ломаться теперь не дело. Сам хотел впустить ее в свое личное пространство…

Продемонстрировал «Архонта».

– А что так можно было? – расстроено пробурчала рыжая. – Но вообще странный выбор, конечно…

Пожал плечами:

– По мне так меч более странный.

– Я кендо занималась, – объяснилась недовольно. – А ты стрельбой?

– Единоборствами, э... – вспомнилось всякое десантирование – Прыжками. Железками. Но да – пострелять довелось.

– Я Тати.

– Гео.

Она чуть ближе подошла – где-то на полторы головы ниже меня.

Забрала фрукты.

– Спасибо за гостеприимство. Ты русский?

– Русский, – кивнул с добродушной улыбкой.

– Боже храни Императора Святогора? – аккуратно поинтересовалась.

– Ты из какого года сюда явилась?

– Две тысячи четырнадцатый.

Мой две тысячи тридцать первый обеспокоено дернулся в голове.

– У нас с тобой разные России, – объяснился я. – Разные миры.

– Бывает, – откликнулась достаточно безразлично.

– Красотка, не удивляется?

– А чему тут удивляться? – вопрошала снисходительно. – На форуме уже вычленили двадцать девять версий Империи…

Сбитый с толку, нахмурился:

– На форуме?

– Раздел «Другое» на компьютере, громила. Там форум. Там личка. Ты чего совсем дед? – она засмеялась. – Вроде на тридцатку тянешь… Где твоя компьютерная грамотность?

Вот же… Долбанные допотопные технологии. Бронескафандр и встроенный ИИ поддержки, контроля и целевого распределения – мне как-то привычнее мышки и экранчика. Можно и ленью назвать. Несобранностью. ИИ разбаловал. Бывает.

А она продолжала:

– Там целые сообщества по интересам. И распорядители пишут – бывшие игроки. И советы дают. Ребята кланы основывают, ты всю движуху пропускаешь так-то.

Глава 5

– Хреново, – сделал я гениальный вывод. – И чего рассказывают на ваших форумах?

– Всякое. Много там, – начала она, как издеваясь, глазки строить. – интересного такого...

Подавил раздражение.

– Распорядители, бывшие игроки, чего говорят?

Она усмехнулась и вернулась к деловому тону:

– Говорят, стремитесь к небу и заслужите награду. Это единственный рабочий варик.

Ну, а чего еще они могли сказать? Если допустить существование смотрителей вне системы, то тем наверняка будет ограничен инструментал, отрезан доступ к форуму.

– Победитель в рамках цикла только один?

– Сказали «нет». Победителями могут быть и несколько игроков... От этого и появление кланов.

Новость неприятная. Я встраиваться в систему внутри системы не хотел. А еще в дальнейшем из-за этого могут возникнуть проблемы, когда кланы доминировать начнут.

– Даже распорядителей на форуме девять… – продолжала Тати. – Просто кто-то видимо карт-бланш на пожелания получает, а кто-то выдумывает в меру допуска… Типо победители разных уровней.

– Кто-нибудь какую-то статистику с форума снимал?

– Ты хочешь, чтобы я тебе это все чудесное знание бесплатно раскрывала? – сказала злорадно и руки на груди сложила. – Это ж время… Я понимаю, что тебе некогда теперь восполнять. «Ходы» идут один за другим. Часы тикают.

Хороша чертовка… Грудь только еще лучше руками подчеркнула.

– Красавица, ты чего такое говоришь? Я тебе фруктов принес. Заботу проявил, – кривлялся я. – А ты про дело, про бизнес, про материальное. А как же душа? Как же любовь?

– Фрукты – это как ты сказал «за красоту». А за беседы отдельно платить надо.

Монету кинул.

Поймала, ловкость у нее похоже выше моей.

– Только давай важную выдержку, – устало попросил я. – У нас не так много времени, чтоб мослы слухов обсасывать. Поторговаться бы еще чуток успеть…

– Практически ничего общего между смотрителями. Разные профессии, разный возраст, разный рост, разный вес, разные страны.

– А игры…

– Кто-то играл, кто-то не играл. У некоторых в мирах даже компьютеров нет.

– Рабочие версии во что конкретно мы вляпались есть? – спросил главное.

Может форумные головы справилась с вопросом лучше; может видели и слышали больше… Может натыкались на модеров и распорядителей вживую или на том же форуме, личную беседу вели.

– Думающее большинство выражает мысль, что где-то есть мир-источник, который все это замечательное устроил. Находимся мы в его рамках или мы на нейтральном поле – неизвестно. Здесь как «вырезка» из нарубленных миров: наших и прям совсем иномирских – декорации. Разбитые отражения. Биолабаратории для мобов.

– Мир системы, – обозвал я, чтоб пообиднее. – Будь он проклят.

– Да, – рыжая кивнула. – Имеет сверх технологии и соответственно доступ ко всем мирам, чтобы нарубать декорации и брать заключенных.

– Может тупо симуляция?

– Может и симуляция, но для нашей деятельности так думать вредно, – менторским тоном чеканила, начав двигаться взад – вперед. По тому как она шарила по карманам, я сообразил, что Тати курильщица и здесь у нее очевидно с этим проблема. Надо запомнить. – Симуляция – это вопрос поля, а не вопрос смысла и фактов… Поэтому симуляция не исключает наличие разных миров. Если не допускать, конечно, что вообще все смотрители кроме одного являются программами, – остановилась, и направила свой колючий взгляд в мою сторону. – Но это путь чтобы с ума сойти и в шизичку обратиться параноидальную, потому как по этому положняку я сейчас что-то доказываю похотливой системной программе…

– И непонятно зачем такая симуляция с одним игроком вообще нужна, – пробормотал в задумчивости.

Пока все, что она говорила казалось логичным.

– Верно, – резко дернулась, и рыжий пучок на ее голове смешно скаканул. – Фигня полная. Если ты смог украсть одного человека для такой игры, с такими возможностями, то сможешь красть их сотнями, тысячами, – говорила все громче и громче. – Будешь делать как твоей душеньке угодно. Поэтому мы допускаем, что все смотрители – настоящие единички, вырванные из своих уголков. И если даже это симуляция – миры разные в наличие один фиг существуют. Значит, что наличие мира-системы обязательное условие в любом случае… И это либо «шинкователь декораций», либо автор симуляций. В моем мире вот таких технологий не было. В твоем?

– Ничем таким не пахло.

– Получается виновник – третий мир. Мы опять же можем ошибаться касательно своих миров и технологий, но это все дело десятое.

– А была мысль про то, что смерть здесь, если это симуляция, не значит, что ты умрешь в реальности?

– Озвучивали, – лицо Тати скуксилось, будто она лимон раскусила. – Я бы на это серьезно не рассчитывала… На кой ляд кому-то оставлять свидетелей? Если авторы выкачивают с этого деньги: космо-тотализатор, внемировое-шоу у преступного синдиката для астероидных миллиардеров… То это развлечение избранных, и значит во время твоей смерти здесь максимум, что тебе дадут – второй шанс. Другой вариант – в автоматическом режиме выжгут мозг. Ведь оно не должно вылезти наружу, даже в рамках «криков сумасшедшего».

– Здравое рассуждение, – кивнул я. – Только что с ним делать?

– А что тут сделаешь? – она пожала плечами и погладила рукоять меча, несколько раз чуть вытащила клинок из ножен – и засунула обратно; видимо так успокаивалась… а я думал о всяких эротичных непотребствах. – Мы заключенные, не лучше мобов. У нас есть срок. Отбывай, выигрывай, – иного не дано.

Меня такой подход категорически не устраивал.

Я хотел шатать, хотел ломать, хотел наказать модеров и распорядителей, так как никаких законов не нарушал, чтоб со мной такие вещи проворачивали, так паскудно поступали…

Жажда справедливости жгла, чтобы как обычно потом раствориться до крупиц злости и тоски…

– И еще один сюрприз, громила, – она вполне доброжелательно улыбнулась. – Здесь смотрители не только люди. Я в прошлом ходу игроку-гарпии голову отсекла.

– Поговорила хоть перед этим? – вот что интересно. – Игрок-гарпия то точно разведала, что внизу и наверху.

– Не, – дурашливо отмахнулась. – Если у людей как-то модулируется общий человеческий язык. То с игроками других типов – не получается. Говорят, есть специальные переговорные устройства, но я не видела… А вот думаю, с гарпией-мобом, я бы поговорить как раз смогла бы…

– Еще что-то?

– Какой ты ненасытный, Гео, – улыбнулась, и я, как завороженный, улыбнулся в ответ. – Судя по всему ребята из первых номеров рейтинга, может с сотки прям маньяки-убийцы. Лютые страшнейшие типы.

– Как узнали?

Что рейтинг есть – то понятно. А вот детали…

– Свидетели.

– Это как?

– Иногда на большой оск причаливает сразу много замков. Вот и увидали работу их, – поморщилась, ей явно неуютно было про это сообщать. – Там говорят прям месиво, изнасилования, пытки.

Во рту сразу горький привкус.

Я вспомнил, что говорила Тень:

– Наверняка, это те, кому второй шанс дался, кто уже в курсе за правила и за максимально эффективное набивание рейтинга… Больше жести – больше рейт. Больше рейт – больше опыт. Больше опыт – больше уровни. Больше убийств – больше золота. Больше уровней и золота – больше возможностей для новых убийств.

– Сука, – ой как не по вкусу Тати эта новость пришлась.

– Так что мы пока болтушки-поболтушки у нас просадки по рейтингу.

– Лять.

– Не хочешь пересмотреть наши отношения?

– Нет, – аж дернула головой. – Я с холодняком не попрусь против бахало-бухало. Ума расклады прикинуть хватает.

– Ой, не ври, просто понравился я тебе сильно.

– Охлади свой пыл.

– Советы там какие-то пишут?

– Говорят максимально быстро обзаведитесь артиллерией и спутниками. Качайте класс. Все… К насилию не призывают.

О, хорошо. Спутник есть. Нужна арта…

– Давай поторгуем хоть… А то совсем грустно. У тебя есть что?

– Мне нужна органика. Много. А так… в магазине все есть.

– Как ты сориентировалась с этой проклятущей строчкой запроса? Что именно туда вбивать?

– С какой строчкой? – спросила и сразу же вспомнила. – Аааа, у меня торговый каталог есть, дополнением попалось, – расцвела в улыбке. – И еще один кстати есть. На оске нашла. Возьмешь?

– А что дает?

– Показывает всякие штуки вкусные. Каталогизирует товары. Вот будет строчка, а внизу каталоги. А в каталогах варианты.

– Хочу. На что меняешь?

– На органику.

– Две.

– Три, – сторговалась.

Сразу возмутился:

– А нахрен тебе так много?

– Мортуарий у меня. Некромантша я, бууууу, – и руками перед лицом поводила. – Страшно?

– Когда такая красота перед тобой – всегда коленки трясутся.

– У тебя колено с мою голову, Ромео, – отмахнулась. – Иди за органикой шуруй.

Я притащил ей три зеленых куба, она – дискету.

– В комп вставишь, и будет тебе счастье.

– Я пойду вставлю, – бровь поднял. – А ты не уезжай пока, любовь моя.

– Иди, – она была непрошибаема, как стена.

Вставил дискету. Заглянул в магазин.

Теперь мне показывались категории. Многое было закрыто, но вот, например, в первой категории «питание» виднелось аж целых девять позиций с ценами:

Брикет экстренный «зло» – 1

Бутылка воды – 1

Брикет пищевой «ЖИВ!» – 2

Упакованное блюдо – 3

Мясо – 4

Чай – 2

Кофе – 4

Малый десерт – 4

Частичный набор смотрителя – 10.

Чуть не захлебнулся от слюны и сразу кинулся на категорию «орудий» смотреть. Пока еще соображать мог.

Варианта у меня здесь было только два, остальные строчки оказались закрыты.

Для орудийного разнообразия нужен был ранг выше…

Баллиста «Рядовой» – 17

Тяжелый стреломёт «Сатир» – 20.

И никаких описаний. Но «Сатир» один фиг звучал солиднее.

Посчитал: не хватало аж тринадцать монет – пошел обратно.

– Тати, милый мой рыжий цветочек, солнышко мое, моя любовь, мое небо и звезды, мне нужно тринадцать монеток.

– Ты чего нахрен там казино нашел и в долги уже влез? – расхохоталась она. – И не говори, что все на протеин потратил… Я запрещаю.

– Орудие хочу купить.

– Фига ты деловой, быстро двигаешься, – одобрительно покивала. – Молодец. Ну, торгуйся. Предлагай всякое. Денег у меня валом.

– Еще единичка органики есть, – предложил.

– Три золотых.

– Ты давно мясо птичье ела?

– Говори… – заинтересовалась.

– Есть половинка тушки. Типо местной курятины.

– Три. В сумме шесть.

– Почему именно три?

– Местное мясо – четыре в магазе стоит. А тут по уценке.

– Есть нож, – поморщился, показал. – Хороший… Очень жалко.

– Действительно, хороший. Четыре…

– Здесь есть кнопочка. Ты нажмешь своим миленьким пальчиком – раз за ход – и ловкость увеличится…

– Ладно тащи все перечисленное, – отмахнулась с улыбкой. – Будет тебе тринадцать монет, но ты мне должен останешься. Понял?

– Понял, Тати. Если бы был уверен, что ты меня не зарубишь, я бы тебя от всей души обнял…

Она поморщилась.

Расстроилась, что обнимать не буду?

Принес все перечисленное. Взял монеты – отошел.

Заказал «Сатир».

Робо-мокрицы реактивно прогудели, пролетели, зависли и сбросили на крышку замка контейнеры.

Вот и отлично.

Вернулся. Времени совсем мало оставалось.

– Я предлагаю союз, – сказал Тати.

Она скептически глянула на меня. Фыркнула:

– И на кой он мне?

– Информацией помогать друг другу. Торговать. Ты личку испытывала?

– Да, – по лицу видел, думает малышка рыжая.

– Товары там можно передавать? Золото, органику ту же, вещи?

– Все что влезет в почтовую трубу.

– Воооооот! – ну тут спорить невозможно, союз был неизбежен.

– Ладно… Пока я в целом не против, если изменится что – предупрежу. И не доставай ради Императора бесконечными подкатами. Только всякое деловое...

– Прощай, холодная Валькирия! – помахал рукой. – Мое горячее сердце всегда будет помнить о тебе! Прощай, и ничего не обещай, ничего не говори, а чтоб понять мою печаль в пустое небо посмотри…

Она посмеялась чуть:

– Оно совсем не пустое!

– А почему мортуарий и класс некроманта?

– На воле я была патологоанатомом, – отвечала с ухмылкой. – Так что какие-то вещи в моей жизни не изменились.

Ну, патологоанатом, так патологоанатом. Все работы важны – все работы нужны.

– Этот факт делает тебя только лучше, замковая дева!

– Иди в жопу! – уже громко смеялась Тати.

Вот и хорошо. Запомнился – это точно.

Вернулся.

Ход завершен. Выберите дополнение:

Ферма

Плавильня

Научный центр

– Тень, дуй сюда, подсказывать.

Кошка запрыгнула на стол, вгляделась в экран:

– Бери научный центр, – уверено заявила она.

– Поясняй.

– Зачем тебе пояснять? – хвостом мне по морде стукнула.

– Тебе овощ нужен или достойный смотритель?

Устало вздохнула – вот все мерзость кошачья усложнаяет.

– Там можно будет схемы подбирать под Кузню.

Это нам надо.

С обычным почтовым добром нам куб минералов прислали.

Что у нас вообще оставалось?

Монет – 0,

М – 4, УМ – 2,5, О – о.

И опять реактивный шум. Опять помещение привезли.

А вот отчет не порадовал:

Мямля – «-4»

Дурак – «-2»

Жалкий «-1»

Бабораб «-4»

Зачистка – «-5»

Каталог – 1

Болтовня – «-3»

Ваш рейтинг: 40 - 18 = 30 [предел рейтинга на данный момент].

(Нам не нравится миролюбие, все должно гореть – предупреждаю, что подобное поведение будет неминуемо приводить к потерям репутации; я послала тебе мотивирующий подарок – ребят\друзей, которые покажут путь насилия, сиречь напрягут, жахнут. Получится – возьмут живым, чуток попытают и заколят искажающими психостимуляторами.

Удачи отбиться любитель все решать словами – целую «Орбита»).

Вот же…

С рейтингом понятно. Забавная математика – мы ниже определенного числа упасть не могли: они не собирались отбирать уровни за саботаж приключений… Хоть так.

Получались этакие репутационные чекпоинты.

Заглянул в «Статус», ничего там веселого увидеть не смог.

Рейтинг – 40, а позиция стала во много раз хуже: 5010-ый.

Уж не знал сколько всего было смотрителей, но и без этой информации понятно, что я где-то внизу. Как близко от финала? Пятьсот позиций? Тысяча? Две? Пять? То неведомо.

Угрозу от системы и обещания «приятного времяпрепровождения» с гостями я воспринял серьезно.

Очевидно, что организаторы какие-то маньяки и попусту пугать не станут. К нам уже летит «надзор-команда» с целью проучить, научить, отомстить.

Суки.

Организаторы что угодно могут отчебучить: и пугалка про пытки и психостимуляторы, скорей вовсе не пугалка вовсе…

Нахмурился.

Значит надо отбиваться. Надо вгрызаться в остров. Устроим немножечко «товер дефенса»… Средства есть, боеприпасы есть. Поэтому все зависело от того, насколько система осведомлена о наших ресурсах и насколько решила нас «потопить».

Тень предложила:

– Я могу сразу пойти заняться «открыванием» схемы, чтоб Научный Центр не простаивал.

– Как этот процесс выглядит хоть?

– Там игровая условность, не парься особо. Как «капчи» подбирать. Сотни и сотни «капч». Нужное и очень нудное дело…

– Тебе что-то нужно для работы?

– Единичку УМ.

– Забирай.

– Что в первую очередь открывать?

– Что-нибудь с разведкой связанное. Дрон. Связь. Чтоб вас обормотов можно было посадить, и помощь мне во время «хода» оказывать.

Кошка умотала дело делать, а я забрался на крышу. Хотелось посмотреть, чего у нас там с орудийным слотом и присланным «Сатиром».

Здесь уже вовсю Остряк крутился. Тоже молодец. Команд никаких не ждал – осваивал технику без прямых указаний.

Переживает за общее дело.

Орудийный слот состоял из турельной установки, здоровенной стальной пластины спереди с оконцем бронестекла. Именно в турель гоблин спешил поставить крупные части стреломёта.

«Сатир» был двуствольный, впечатляющий. Стрелял судя по всему за счет магии.

Вместе с ним робо-мокрицы нам привезли и три короба по десять длинных стрел.

Один короб Остряк сразу же и установил.

– Ждем гостей, – предупредил я гоблина. – Едут наказывать за бездействие.

– Всех угондошим нах, – кивнул гоблин. – Устроим им полный рот действия...

Уселся на сидушку, вцепился в орудийную рукоять.

– Я стреляю. Ты перезаряжаешь, окей?

– Полный вах-окей, чумба.

Часть бронестекла сливалась с сенсорной панелью и выведенной доп-реальностью. Я выбрал из вариантов Стреломет, и турель мне прицельными росчерками бронестекло расчертила.

Удобно.

Враги не заставили себя ждать.

Показался длинный корабль через минуты три.

Красный парус и золотое дерево, вышитое на нем.

– Эльфы, если не ошибусь высшие, – сплюнул гоблин. – Проклятье «Орбиты» нах.

– Почему?

– Расисты нах. Вандалы вах. Все, что не они – считают обезьянами. У них, чумба, самое плотное сообщество братаков в «Орбите». От того и доминанта такая жирнючая вах. Летут. Летят. Лютуют. Подсасывают яйца системы капитально. Борзота, жестокость и военные преступления.

– Подручные «Орбиты» и богов робо-мокриц?

– Верно, чумба-лейт. Подручные нах, которые умеют использовать свою власть вах.

Стрелять по кораблю заранее не стал. Этак можно потерять эффект неожиданности – раз. А два – там лута целый вагон, и, если корабль развалится и все полетит вниз, я сильно расстроюсь. А – три: я эффективную дальность орудия не знал.

Корабль причалил. Бойцы выгрузились.

Тонкие фигурки в красно-золотых плащах.

Я насчитал пятнадцать светловолосых типов.

– Хрен ли они такие лупоглазые, будто у всех базетова болезнь?

– Очевидно нах. Сидят на чем-то.

– Коллективно?

Остряк пожал плечами.

У эльфов мелкие арбалеты, висящие на ремнях, колчаны и жезлы.

У всех с собой ятаганы в красочных ножнах были; и даже два тарана, сияющих от магии, они прихватили. У одного имелся длинный лук.

Ну хоть один лук – чисто чтоб эльфийский имидж поддерживать…

Вот бы мне в «Богомола» залезть и в рукопашную против этих колхозников ушастых выйти. Такое бы мясо получилось сочное… Но мечты остаются мечтами.

Видно, что много о себе думают: такой у них флёр опытного подразделения. Связки разноцветных пальцев и ушей на поясах. Шрамы, нашивки, татухи; бравада – уже идут свистят, кричат.

– Солидно вах! Но мы их ухороним нах.

Верю.

Старший эльф остановился, руки рупором сложил и кричать принялся:

– Сдавайся, лысая обезьяна, я резать тебя буду немного, перкеле! Нестрашно! Немного гиббонских наказаний, перкеле! Сам мартышка попался – сам страдал! Орбита сказать: я должен привезти семь пальцев этого мулквисти орангутанга, ухо и глаз – по сотке золотых за единицу! Можешь и сам отрезать – скинуть! Приму и такое! Ерунда же, восстановишь потом! Яиц у тя нет, перкеле! Не надо делать вид, что ты бычку переживешь! Не переживешь! Роботех обиду забудет за пальцы и прочее! Урок будет выучен! Все уйдут в счастье! Все уйдут с саари без обид, а ты продолжишь лазить по деревьям на своем тало, жрать бананы!

– Не боись, лейт-чумба, – сказал мне Остряк. – У братаков – все печально. Им кабзда. Без шансов. И пох нах вах, что они не знают. Они про орудие не в курсе… А про «блум-блум» машину тем более, иначе бы беседы нах не вели, а уже в штурм полезли.

Попытался сориентироваться по схеме огня.

Теперь пришло время веселья…

Звук выстрела громкий, звонкий звучит как: «плунг!».

«Сатир» разом выплюнул две стрелы. Они аж в двух метрах от говорящего в землю вонзились.

Далековато…

Эльфы расхохотались.

Дело дрянь.

Глава 6

Обидно так-то… Я ж пытался орудие пристрелять.

Прикинул, как нужно целиться, чтобы это артиллерийское чудо все-таки соблаговолило попасть.

Душа требовала продолжения.

Вжимаю спусковой крючок и отстреливаю остатки короба за две секунды.

Что ж такое… Отсечками надо. Отсечками!

Четыре пары стрел разрывают самого смешливого эльфа.

Восемь длинных снарядов, утяжеленных и разогнанных магией, делают с ним тоже самое, что делает с солдатом очередь крупнокалиберного пулемета…

Мощь безумная.

Надо отдать должное эльфам. Они тут же готовы к бою: уходят россыпью в стороны, пригибаются, подрывают дымные бомбы.

Уважаю.

Только ветер не на их стороне – дым плохо стелется, его сильно уносит.

Остряк начинает перезаряжать орудие.

Я мнусь в нетерпение. Сердце стучит, как сумасшедшее.

Быстрее, быстрее… Адреналином закачен, так что ощущаю себя долбанным Т-800.

Стрелы щелкают о бронепластину раз за разом; только улыбаюсь… Тут все надежно.

Разок прилетает спец-боеприпас, огнем по бокам облизывает: жжет Остряка, бронестекло сажей марает.

Ерунда… Остряк только быстрее орудие перезаряжает, а по стеклу и разметке все еще можно ориентироваться.

Часть стрел ударяет в стену, и тут уже пора беспокоиться…

Я наблюдаю по браслету как жизни замка убывают под тревожное пиликанье:

990 \ 1000

985 \ 1000

980 \ 1000

975 \ 1000

Эльфы с двух сторон заходят.

Перевожу стреломет на левый отряд.

Там умник готовит к бою длинный лук и магическую стрелу на тетиву накладывает. Та вокруг себя огненные, кислотные и молниевые шары собирает. Атаки не допущу! Нажимаю спусковой крючок.

Плунг. Плунг. Плунг. Плунг. Плунг.

Еще короб в минус.

Лучнику голову отрывает, а два других бойца, ближайших, лежат на земле еще живые – кричат.

Еще бы не кричали: одному ногу срубило, другому – руку.

– Быстрее, – мрачно приказываю Остряку.

Перезаряжает.

Боец на правом фланге направляет жезл на стену.

Ударяет двойной фаербол.

Красно-желтые цвета и искры, напоминает выстрел базовой пушки бронескафандра «Сварог». На секунду ностальгия захватывает, но адреналин и жажда действовать расщепляет и ее.

Заряды бахают, замок трясется… Возле ворот вырастает дымный столб.

900 \ 1000

800 \ 1000

Бьет жезл с левой стороны.

700 \ 1000

Что ж вы суки своими грязными древофильскими пальцами замок то мой трогаете!?

Этак они его быстро штурм-жезлами обрушат.

– Готово нах, бей их, чумба!

Плунг, плунг – по левому жезловику. Переломанная фигурка валится.

Плунг, плунг – по правому. Боец остается без своей светловолосой головы.

Плунг – по эльфу с тараном… Стрелы грудину прошивают.

Снизу кричат:

– Перкеле!

– Пэрсэ!

– Паска!

– Витту! Витту! – и второй таран грохочет, ударяя.

– Все нах, – скалится Остряк, довольно хлопнув по орудию. – Дальше ручками.

А враги уже в любом случае вне досягаемости стреломета.

– Дуй вниз.

Теперь эльфы вскрывают искорёженные жезлами ворота: мы отправляемся защищать коридор.

Я в нетерпении смотрел как ворота дергались от ударов.

Били-били и пробили.

Тараноносца инерция выносит вперед.

Блум.

Луч дырявит ему голову.

Оставшиеся рвутся за поверженным.

Точным огнем поражаю еще троих. Бахает в узком пространстве дымовая бомба.

Я отступаю, перезаряжаясь.

Из дыма выпрыгивает яростный пучеглазый эльф с ятаганом.

Стреляю дважды.

Первый луч – мимо. Считай белобрысый в полете уворачивается юлой. Второй оставляет на грудине рваную рану.

Падает.

Еще двое выскакивают.

В одного разряжаю остаток боезапаса.

Пробиваю ему плечо и сжигаю голову.

Другого подловил Остряк. Он затаился за углом и, как только эльф прошел, напал исподтишка: вбил меч в бедро, вырвал и дважды с воплем ярости и триумфа воткнул в пах.

Красавчик!

Последний – болтливый командир, накидывается на меня с ятаганом. Это быстрый, верткий и неприятный тип.

Отпрыгиваю.

Он не дает возможности перезарядиться.

Машет клинком, смеется, дурак дураком – точно играет с жертвой.

Глаза выпучены. Пена на губах – он точно под чем-то.

Адреналин носит меня, позволяя выворачиваться, своевременно убирать из-под ударов конечности. Подобравшись к столу, я хватаю табуретку, блокирую ятаган. Заряжаю эльфу хуком на сближении, а потом трижды по голове сидушкой бью.

Повреждения – страх: все лицо – кровавая котлета.

Он чуть ли не выл там, но один фиг все еще живой падлюка. Я б от таких ударов стокилограммовой «макаки» сдох неминуемо.

Отпихнул ятаган в сторону.

Навис над жертвой, перезарядил «Архонта».

Разглядел грецкие орехи имплантов у него в висках. Красные огоньки мигают.

У остальных такого не наблюдалось.

– Отпуфти, мартыфка, – шепеляво вещал светлоликий. – Я тфоя голофа резать, перкеле, праздники уфтраифать, как барафку пузо фкрыфать, флыфифь, люд гнилой?

Поднял бровь в удивлении:

– Ты больно дерзкий для покойника.

– Фто есть фмерть для брафого фоителя, которого реинкарнирует мама-лаба?

– Хрен ли вы прилетели?

– Я гофорил. Награда! Роботех. Фам кабздец. Модер дал на тебя: «N101 – Гео – G35» заказ. Метку. Нафи брафья вернутся. Фтарфый отряд с модификами убьет тя.

– А вы младший отряд?

– Да…

Ткнул в имплант.

– Что говорит система?

– Фифтема гофорит, ты – хорош, ифпрафился, – на остатках эльфийского лица появилось недоумение. – Жифи пока… Чефо?

Отмену заказа он точно не ожидал.

Я сорвал с его груди брошь в виде деревца.

– Перкеле, тама он минун, анан се такайсин, – очень взволновано продолжал болтать он.

Все слова эльфа превратились в непонятное бормотание…

– С иностранными языками у меня засада, друг.

– Пер-рркеле.

Брошь – устройство, чтоб говорить с игроками-иномирцами.

Хорошее приобретение.

Посмотрел предплечье эльфа – там экран игрока.

Смотритель в подручных у робо-мокриц?

То есть с замками летать необязательно? Оно для лохов… или он оставил его где-то позади и использует как базу?

Интересно.

Эльф попытался вырвать руку. Я ударил в его изломанное лицо со всей накопившейся злобой. Там опять в голове что-то страшно прохрустело.

– Тащим в ПП, – сказал Остряку. – Переработаем светлоликую мразину заживо…

– Сегодня праздник какой-то вах!

Лута они оставили нам море. Подгон, что называется – великий…

Вытащив с эльфов все полезное, мы перетаскали тела в ПП и получили семь кубов органики.

Из пятнадцати ятаганов – десять отправил в переработку и пресс. Он с радостью слопав, отдал шесть кубов минералов.

Красно-золотые плащи оставили. Хорошие, мягкие, тепло держат и как спальники можно использовать. Правда их осталось неиспорченных семь штук.

Я сразу же в один такой нарядился.

Жезлы, лук и тараны, которыми мы не могли почему-то пользоваться, я также отправил в ПП и получил одну с половиной единицу умного материала.

Из пятнадцати арбалетов – десять полетели на переработку и принесли еще два куба УМ.

Стрелы-болты и колчаны, разумеется, оставили.

Обыскав карманы, я набрал тридцать одну монету. Тут же пришла «зарплата» от Орбиты – четырнадцать золотых за убитых. Видимо ее выплачивали автоматически. Пятнадцатая монета ушла Остряку.

Корабль оказался бесполезной грудой дерева и металла: ничего с ним сделать не получалось.

Даже Остряк в ступор впал. Стоял – пузо чесал; предложил нагадить у мачты из чистого протеста – я запретил.

Магическое двигло неподъемное, вмонтированное.

Оно шарообразное, с топкой в которую кристаллы маны кидали.

Панель управления и рычаги заблокированы. Сверху инструментов иголки и кровосток. Тут везде будто привязка к эльфийской крови.

Очень жаль: я бы полетал по округе.

Сняли парус: с него хоть постель организовать можно.

А еще на палубе четыре сумки нашли. Красивые, удобные, эльфийские.

Две пришлось выкинуть… Заглянул, а там отрубленные головы всякие. Разглядывать, не стал – борясь с тошнотой, вышвырнул вниз.

Вообще логично. Эльфы, как охотники за головами и выступали. Тащили на базу куски должников, чтоб награды получать. Мерзавцы… И другой вопрос: у них была своя база-оск и они использовали почтовые трубы или же имелась какая-то системная станция?

Зря не спросил.

В двух других сумках оказалось десять бутылок воды, десять «злых» брикетов. Кристалл маны. Два пищевых брикета «ЖИВ!». Там так и было написано «ЖИВ!» и кулак изображен.

Короче теперь мы немножко богаты…

Я сразу же забрал в пользование арбалет и колчан.

Оружие плохо работало на дальней дистанции, но вполне могло убить небронированное существо на короткой.

Арбалетик небольшой.

Против корабля испробовал. С десяти шагов смог попасть в цель – достижение. Даже пробило доску хорошо.

Стрелять можно с одной руки, заряжался легко и быстро за счет каких-то магических усилителей в задней части.

Еще на бок ножны с ятаганом повесил.

Остряк взял себе арбалет, а от холодняка отказался; также он вырядился в плащ и довольный ходил.

Жалко, что все боеприпасы к «Сатиру» сожгли.

Но из хорошего – у меня еще кристалл к «Архонту» оставался.

Экспресс допрос – 2

Кара табуретки – 3

Переработка заживо – 10,

Зачистка – 5

Эффективность – 2

Ничего не пропало даром – 2

Ваш рейтинг: 30 + 24 = 54

(Я тебя услышала, а мудрые глаза оценили.

Вижу, что ты можешь быть таким, каким нужно Роботеху. Двигайся так, как считаешь правильным. Твои принципы – твои.

Ты позабавил акционеров. У некоторых ты любимчик, некоторые сказали, что ты дурачок с половинчатым мозгом.

Мы будем внимательно следить.

Возникли споры: проживет ли решительный миролюбивый-бунтарь в мире психопатов? Достигнет ли он достойной позиции? Сломается ли по дороге?

Тебе будет сложнее, чем остальным, но я уважаю твой путь. Нужно быть сильным, чтобы сознательно решить оставаться слабым).

Испытание завершено. Выберите награду:

Нагрудник

Бусы

Топор

– Коооооотяяяяя! – проорал я во всю глотку.

Тень немедленно примчалась:

– Чего!?

– Нагрудник, бусы, топор – что брать?

– Бусы! Бусы! Бусы! – она аж запрыгала в радости.

Я их и выбрал, хотя ее энтузиазм меня позабавил.

Почтовая труба выплюнула короб в подарочной упаковке. Немедленно распаковал.

– Бусы… – недоумевая сказал, разглядывая белесые жемчужины.

Шесть штук на нитке.

А чего я ждал?

– Гео, это связь. Сними жемчужину и поднеси к уху.

Так и сделал. Она сразу же зацепилась, пробила мочку, и повисла серьгой.

Взял еще две жемчужины. Одну передал Остряку. Он повесил себе.

Визуально – это выглядело так: жемчужина раскрылась маленьким белым крабиком и вгрызлась в мочку.

– Ой нах. Бурчит волна вах… Громко.

Третью закрепил Тени на ухо.

– Приём.

– Приём нах, – произнес Остряк и я услышал дублирование.

– Видишь? – радовалась Тень. – А ты переживал. Теперь вообще в шоколаде.

– И как долго оно может того этого?

– Оно на подзарядке, когда мы на острове. Вне его – двое суток где-то.

– А как далеко бьет?

– Не знаю. У меня никогда с ней проблем не возникало.

– А если совсем улететь?

– Я, конечно, не отлетала с замкового или ходового иска; думаю далеко не потянет. Для такого лучше модифики подручных подойдут – они прям ОЧЕНЬ далеко бьют. Возможно везде и всюду. Еще есть черные жемчужины, но я не использовала.

Ладно, большего нам пока и не нужно. Теперь у нас связь. Это просто прекрасная новость... Хотя меня повышенное внимание от системы не устраивало; будто все мои размышления для нее – открытая книга.

– А как рацию выключать –включать?

– Нажимай, и все.

Кивнул.

Отключил – включил:

– Всем отбой, отдыхаем пока что. Связь оставляйте – мало ли.

Они разошлись.

Я вспомнил что моя рыжая некромантша заявляла о большом количестве монет. Ткнул в ярлык «Другое» на компьютере, перешел в «личные сообщения», настроил диалог.

Гео: «А у меня кое-что есть для главной красавицы системы».

Тати: «Если это фотка члена, то обойдусь».

Сообщение дублировалось и на экран браслета.

Удобно.

Я покопался в функционале, переписываться можно и с экрана, хотя это и не особо удобно… Видимо если деловые переговоры в поле застанут.

Гео: «Попробуй отгадать. Начинается на О заканчивается на рганика».

Тати: «Много?»

Гео: «Шесть штук-ов».

Тати: «Одну за долг. Пять возьму по цене трех».

Гео: «Отдам за девятнадцать – пять штук».

Тати: «Громила, отдай за шестнадцать».

Гео: «Нет».

Тати: «Ты не уважаешь свою любовь? Семнадцать давай».

Гео: «Думай лучше».

Тати: «Семнадцать и поцелуй в щеку при встрече».

Гео: «Эксплуатируешь мужицкую жажду прекрасного, бесстыдница? Твоя взяла».

Прям здесь был шаблон отправки, я выбрал условие в семнадцать монет.

Так и обменялись.

Почтовая труба забавно всосала кубы. На счет капнули монеты.

Гео: «Благодарю за торговый акт, солнышко. Надеюсь у тебя все получится, и наша новая встреча случится скоро! :-P».

Она не ответила. Обиделась, наверное, что бесплатно не отдал.

Заметил здесь и одно сообщение от другого адресата в СПАМ отправленное:

Brand (Модератор): «Нравится мой подарок, Георгий? Наслаждайся! – именно я предложил тебя как кандидата аукционерам. Ты им понравился, они сразу же заказали тебя. А я и доволен, что ты тут и сгниешь. Будет у меня развлечение под закат жизни. Сделаю компиляцию из всех твоих ранений и провалов – и буду вечерами крутить, глядеть, балдеть.

У меня не получилось тогда добить твой гнилой «Богомол» и взять тебя, уродец, в плен. Помешали. Многих наших ты покромсал. А теперь вот тебе такой военный лагерь…

Бранд – капитан 18-ой механизированной Железной дивизии, первого легиона. Полетаем ли мы еще? Мой бронескафандр ждет твоего возвышения – ползи улитка по склону, и схлестнемся в последний раз».

Поляк?

Я не помню каких-то таких значимых стычек… Все были безличные, безымянные.

Попробовал послать сообщением вопросики – система ответила, что я добавлен в черный список.

Вот же крыса… Быстро из головы выкинул. Непонятная тема, зацикливаться на этом бессмысленно.

Я и «форуму» внимание уделил.

Топики с пустым флудом старался игнорировать – хотя и хотелось позалипать, мозг разгрузить. А нельзя. Убивать время сейчас – неразумно: «ход» мог начаться в любой момент.

Наконец-то я cмог получить информацию по дополнениям замка.

Прошерстил слова игроков: так-то они просто писали, что после «хода» у них попадалось. Перечисляли названия трех карт… Делились опытом, что именно давало выбранное ими дополнение.

Все.

Дальше умники собирали базу информации, выводя ее в закрепленные сообщения.

Получилось не меньше шестидесяти четырех дополнений.

Оказалось, что мне тут очень много всего нужно было. Несколько ходов явно не хватит, чтобы все необходимое поставить…

Помимо всяких стандартных комнат-общежитий, кухонь, кабинетов – было и интересное: маневровый двигатель – что предполагало наличие какого-то осмысленного контролируемого движения, монетный двор – что намекало о печати монет, и еще парочку интересных помещений и «наружных» дополнений.

Еще из полезного узнал, что системные оружия можно будет в дальнейшем как-то улучшать.

Это уже инфа от тех завершивших цикл распорядителей. Щедрая такая помощь.

Был тут перечень всяких инопланетных-иномирных рас. Но я детально не погружался: эльфы – самое военизированное и приближенное к робо-мокрицам.

Самая большая сила.

Из больших скоплений оркиды: это орки, огры, огрины, полукровки вместе – их тоже много видели в качестве доминирующих на исках, они враждовали с эльфами.

С эльфами вообще все по возможности враждовали, только получалось плохо. Эльфы тут мастера жестких, бескомпромиссных и негуманных ответов на любой движ.

Были и люди, и гномы. Полно всяческих гоблинов; они чисто как страдающее мясо. Была всякая экзотика, но они больших военных сообществ не организовывали или просто на подобное пока еще смотрители не натыкались. Вообще, мне кажется, что форумчане везде делали поспешные выводы.

Четыре распорядителя (Дама, Глен, Хромой, Пустой) на кой-то хрен организовали четыре клана: Неболомы, Гвардия, Пангея, Чистильщики.

Были еще якобы само собой организовавшиеся, но меня посетила мысль, что там и остальные распорядители постарались – просто втихую: Стервятники, Герольды, Молнии, Красные Рейдеры, Вороньё. Уж больно хорошо числа сходились.

Если в первых четырех уже больше сотни смотрителей в каждом, то в остальных примерно по пятьдесят.

Починка трех сотен единиц замковых жизней обошлась в три куба минералов.

Дорогое удовольствие.

А еще половину куба УМ на ворота пришлось отдать.

Купил три короба стрел к «Сатиру», потратив двенадцать монет.

Кристалл маны стоил десятку. Пожадничал, тратиться не стал: вдруг, что еще экстренно в дальнейшем понадобится, а у меня средств нет…

Положняк по ресурсам такой:

Монеты – 48

М – 10; УМ – 4.5; О – 1.

Достойно.

Забрал брикет «ЖИВ!». Разорвал – попробовал.

Уже нечто, напоминающее еду… Сладковатое, сытное. Как дешевое спортивное питание. Какой-нибудь углеводный медовый батончик.

Завернувшись в плащ и парус, как в кокон, я смог уснуть…

Меня разбудила играющая с окровавленным табуретом Тень. Гоняла его туда-сюда по залу… Гремела.

Зевнул:

– Как там дела с Научным Центром?

– Одна треть разработки…

– Слушай, – в задумчивости начал я. – Зачем ты пытаешься выторговывать монеты?

Она походила беспокойно вокруг меня, хвостом махая, а потом все-таки решилась высказаться:

– Если мы докатимся до верху, – скосила взгляд к потолку. – Хорошо себя покажем, тогда при новом старте, я буду в новом замке со всем накопленным лично мной золотом… Понимаешь?

– Фига-се, а как же баланс игровой?

– Нет здесь никакого баланса, Жор, – хмурилась Тень. – Все для того, чтобы максимально эффективно раскручивалась вереница насилия. Так думаю.

– Грустно слышать.

– А ты как хотел? Сейчас встретишь смотрителя, который в прошлом цикле был спутником, с нафармленным золотом, он тебя переедет как щенка. Взорвет замок, ты и моргнуть не успеешь…

– А классы хотя бы сбалансированы?

– Нет, конечно. С чего бы? Разнообразие думаю для зрелищности; а так в прошлом цикле перекос сил был в сторону некромантов.

Важно покивал и озвучил мысль:

– Заканчивай с вымогательствами, чуть «укрепимся», я тебя на зарплату посажу.

– Так точно, – обрадовалась Тень. – Было бы здорово. Я была бы так признательна!

Так же будет справедливо, да?

Лучше ей пока не говорить, что при первом же удобном случае, я нападу на персонал Роботеха, и нам могут грозить всякие веселые санкции, вплоть до ракеты в задницу.

Усмехнулся. Будет Тени сюрприз.

Беседа закончилась, и я дальше в дрему свалился…

Мне снился бой в Соколке. Седьмой час наступления и стимуляторная карусель, заставляющая думать, что у меня вместо крови – лава.

Пока остальные рвались по S19 к преддверью Белостока, наш пятый броневзвод зачищал город. Ну как зачищал? Бои шли с переменным успехом: об этом говорили вышедшие из строя вторичные конечности, закончившийся боеприпас основных орудий и неполный личный состав.

Брали дом за домом, но бело-красные огрызались и ничего просто так отдавать не думали. Вырывать приходилось с мясом: из окон и укрытий прилетало всякое.

Мы потеряли Танцора – Ахмед словил два ПТУРА со «Спайков».

Пес и Бивень вышли на эвакуацию: сенсоры попортили – а без глаз не повоюешь. Шлем не снять, забрало не отвести – сразу прилетит.

А все почему?

Приходилось выходить на близкие дистанции. Рисковать. Бронемашины обеспечения взорвали наши же вертолётчики, запутавшиеся в значках и пропустившие хакерский тычок. И теперь мы выкорчевываем польских погранцев чуть ли не голыми руками.

Осман в своем тяжелом «Узнике» притащил вражеского майора, кинул к моим ногам.

Я бахнул длинную очередь по соседнему дому, куски стен отрывая.

– И хрен ли мне с ним делать?

Наш переводчик погиб вместе с машинами снабжения.

Осман говорит что-то, руками машет. Динамик не работает. У него половину шлема оплавило.

– Не слышу.

Он открывает забрало и тут же снайпер ловит момент. Через окно залетает крупный калибр и делает страшные вещи.

Осман валится.

На его голову без слов не взглянешь.

– Серега… Идиот, – проговорил с болью.

Теперь меня уже Остряк будил.

– Чумба-лейт, нах, тебе надо это видеть…

– Чего?

– Там ход. Наш остров приближается нах.

– И?

– Там оск-черепаха!

Глава 7

Естественно, никакой черепахи там не оказалось.

Остряк – обманщик.

Был это осколок из черного материала, стилизованный под черепаший панцирь.

Здоровенный, красивый, непонятный.

Таймер показал:

00. 26. 37

– И нахрен пугал?

– Чего пугал нах, чумба!? Вон – черепаха вах! Плохой знак, дурной…

Так-то он прав: явно ничего хорошего там меня не ждало.

Еще и модераторы решили вечер запустить для антуража – небо стало алым. Под такой цвет либо умирать, либо целоваться. Глянул на гоблина и презрительно сплюнул. Явно не с этим…

Остряк продолжал нагнетать, в задумчивости косичку бороды закручивая:

– Мне братак Мосол рассказывал, что такой черепаший жрет смотрителей… Заходят пачками – не выходят совсем.

– Тень, приём.

– Приём.

– Черепаший осколок – это чего такое страшное?

Десять секунд молчания, затем последовал ответ:

– Вероятно арена…

Я подавил раздражение:

– И что там?

– Ход – тип «выступление». Бой. Враги. Очевидно же, Жор. Что еще на арене быть может?

С другой стороны, к черепашьему осколку подлетал еще один замок; выше моего на этаж…

Вот и соперник на добычу, может даже прямой оппонент.

Пристыковались.

В разведданных вжал карту «врагов». Показало раскручивающийся вопрос, ткнул в другую – результат такой же.

Понятно, сегодня без разведки…

– Умники хреновы, – злобно пробурчал.

За десятку заказал кристалл маны. На всякий случай… Посчитал, что одного мало. В целом и два мало, но больше тратить – жаба душила. Один фиг – рассчитывал арбалет использовать в качестве рабочей единицы, а лазпистолет как тяжелую артиллерию.

Вышел.

Гоблин стоял, руки на груди сложив и морду грозную состроив. Ветер смешно беспокоил его ирокез.

– Я с тобой нах или как? – спросил он обеспокоено.

– Какой там… – отмахнулся. – Сиди – охраняй, чтоб замкоугонщики на остров не позарились. Ферштейн?

– Полный вах, – гоблин радовался возможности не участвовать в сомнительном мероприятии. – Все, чумба, будет в лучшем виде…

Впереди арка, за ней путь внутрь панциря. Двинулся по коридору, предчувствуя неприятности.

Через двадцать шагов на стенах появлялись барельефы, сражающихся гладиаторов. Избиение рогатых монстров, битвы с большими кошками, убийство песьеголовых, гнолов. Красочно это все, но бестолково…

Остановился у ворот.

Страшновато без защиты на дело идти…

– Это тебе не бело-красных бить, в броню закованным, верно? – спрашивал я сам у себя. – В железной банке выступать легко, да? А тут – другое дело. Нет твоего «Богомола». Даже ракетного «Горбуна» не выделили. Ты теперь пехтура. Наслаждайся, прочувствуй полный спектр эмоций.

Такими разговорами я с нервяком боролся.

Ворота открылись.

Ориентировался по маленьким огонькам у центра. Зашел внутрь, и они разгорелись сильнее, давая достаточно света, чтобы увидеть все окружение: множество иных ворот, круглый зал, лавки наверху с прозрачными фигурами.

Голограммы что ль?

Зрители самые разные, большинство в деловых костюмах, некоторые в тюрбанах и халатах: полулюди-полуосьминоги, эльфы, демоны, синекожие типы, здоровяки с кожей обсидианового цвета, драконорожденные, минотавры, големы, какие-то длинные четверорукие фигуры. Короче каждой голограммной твари по паре.

Господи, каких только мразей земли миров не носят…

Гном-смотритель показался у противоположных ворот – широкоплечий латник с ужасающим двуручным топором.

Игрок замер в центре зала, сделал приглашающий жест.

Вспомнил дружелюбие прошлого латника, но подошел… А чего еще делать: стоять в сторонке и ссать? Нет уж, такое не по мне. Смелость города берет. Мы тут переполнены безрассудством и бурлящим азартом. Мозг уже работает вовсю, пытаясь придумать как эту консервную банку вскрывать подручными средствами…

Гном забрало поднял. За ним – розовощекий мужик с рыжей бородой и татуировкой молота на бугристом лбу.

– Привет тебе, дикий солнцеход, – улыбнулся он, продемонстрировав зубы из разных металлов. – От гильдий лучших шахтеров всех миров…

– Привет, братским броневойскам, – не остался я в накладе. – Пусть броня будет крепка и мышцы не ослабнут.

Он озорно прокрутил в руках топор:

– Тоже любитель щеголять в железках?

– Ага.

– А костюмчик твой где? – шутливо спросил коротышка. – Не по статусу тонкокожесть. Войска позоришь.

– Костюмчик там, где нас нет…

– Понятно. Рад что будем биться вместе против лабораторного сора, солнцеход.

Я нахмурился:

– А разве поединок не с тобой будет?

Рыжебород громогласно расхохотался, хлопнул меня по плечу.

Больно! У него ж латная рукавица…

– А ты сильно хочешь, братак-дикарь?

Озадачено промолчал.

А он договорил:

– Ничего, может в другой раз как-то, – подмигнул. – Пива хлебнем, помутузимся на кулаках, поборемся на ручках, а тут знак был – щит и два меча. Это означает, что, людовоин?

– Что?

– На нас кого-то выпустят, а мы будем отбиваться… Все просто. Меня Гимли зовут.

– Сын Глоина? – насмешливо предположил.

– Ты обознался, солнцеход, я сын Готрека…

О, еще лучше – Вархаммер.

– Я Гео.

– Приятно, Гео.

– Это у тебя не первый цикл?

– Какой там, – улыбнулся гном. – Я зеленый как штреков слайм.

– А впечатление бодрое создаешь…

Он опять громогласно рассмеялся:

– Стараюсь! Впечатление – это что? Это все! У нас переходные клепают самоучители. Гильдии работают, молодежь поддерживают. А я читать люблю. Вот так читаем и самообразовываемся. Помогаем другим в Небокруте.

Небокрут – так, должно быть, гномы «Орбиту» называли.

– Даже людям помогаете?

– Конечно! А чего не помочь то? Вообще всем, кроме эльфов и помогаем. Чем остальные недобитки-солнцеходы хуже? – торчащую бороду убрал за латный воротник. – Мы все тут огрызки жизни. Проклятые судьбой. Штрековый сор, шахтовая пыль, – рассмеялся и предостерегающий жест показал. – Не обижайся только! У гномов ситуация не лучше. Система и Небокрут нагнули каждого. Только кто-то как эльфы гордости не имеет, а имеет звание системных жополизов, а у других – гордости во! Но они один хер – тупо боевые бомжи.

– Как действовать будем? – решил я отвлечь его и перестроить на деловой лад.

– Будем бить, рубить, стрелять, – оглядел меня и фыркнул. – Солнцеход Гео, ты здоровенный такой, а весь дальнобоем обвешен, издеваешься что ль?

– У меня нет латного набора, – безразлично пожал плечами. – Мне не стыдно.

– И то правда, – коротко гном хохотнул. – Тут я сам мухлюю – меня товарищи накачали снарягой. Должен спросить по поводу твоего плаща…

Переживает походу, что эльфийский…

– Боевая добыча.

– Понимааааю, – он сразу счастливо щеки надул. – Уважаемо!

Прогудели трубы. Голографические зрители напряглись в ожидании; ворота распахнулись…

– Прими мою жертву, Гримнир! – проорал гном, закрыв забрало. – Насыться! Защити! Дай сил! Жааааааатва!

И к врагам бежит.

На нас несутся десять зверолюдов. Тонкие, серокожие, с рогами и копытами.

Летят копья, камни. Чувствую себя адреналиновой макакой: скачу – уклоняюсь.

Гном влетает в ближайших и уже нарубает гуманоидов, как дрова.

Я целюсь.

Щелк. Щелк. Щелк. Двое рогачей падают.

Перезаряжать эльфийскую «машинку» легко, быстро и приятно. Хорошее оружие, правда тяжеловооруженного даже пощекотать не сможет.

Щелк. Щелк.

Еще один убит.

Опять камни летят – в сторону ухожу, закрываюсь плащом.

Это не противники… Сбоку доносится безумный хохот гнома и хлюпающие звуки, затем зверолюдские вопли. Все это воодушевляет. Гимли видимо со мной согласен.

Сближаюсь с рогачом. Щелк – и он, поверженный, падает. Стрелка в глазнице мешает ему жить.

Еще один волосатый боится подойти – копье перед собой держит, руки у зверюхи трясутся.

Понимаю его страх, сам боюсь: я жуткий, здоровый и невероятно-точный.

И в кого такой уродился?

Перезаряжаю арбалет – еще раз стреляю. Мимо.

Вот, сглазил!

Дергается козлоногий и бросается, пытаясь насадить на копье. Зря. В рукопашной он мне тем более не соперник. Ухожу в бок и трижды рублю ятаганом: руку, плечо, макушку.

И все.

Гимли закончил со своими: головы порубил, орет, кровью измазал латы. Вон оно как… А я думал порядочный, добродушный гном – и здесь бахнутый тип... а может просто репутацию фармит?

Зря отвлекся.

Лопатку обожгло, как будто тяжелая пуля прилетела.

Боль скручивает, роняет в песок. Рука отказывает – ладно разом не помер.

Слава системным богам – легкое похоже не задето…

Поднимаюсь. Вытягиваю лазпистолет, поворачиваюсь, задевая воткнутое оружие – и мозг как световым лезвием протыкает.

Кричу – и спазмом перекручивает.

Гляжу. Здоровенный дикарь. Прям долбанный тяжелобровый неандерталец.

Лохматый первобытный человек с костяными томагавками. Видимо один из таких у меня из спины как раз и торчит.

Зашибись… Весело.

Неандерталец бежит.

Блум!

В шею попал – враг валится. Еще из-за ворот тигр выбирается, громогласно рычит песнь свою. Я не жду: расстреливаю в полосатого весь боезапас.

Блум, блум, блум. Только с третьего и подох… С огромным трудом перезаряжаю оружие: левая почти не слушается.

С меня кровь хлещет. Шатаюсь. Слышу крик от гнома, не поворачиваюсь, второй раз ошибку не совершаю. И не зря – из ворот выбирается гнол.

Собакоголовый мускулистый тип с мечами. Он на голову выше меня. Чудовище страшнейшее.

Стреляю трижды.

Луч ударяет в грудину – монстр шатается; это его не останавливает. Второй – в лоб. Двигается и воет… Дьявольщина. Третий – в глазницу. Гнол валится с сожжённой головой.

Разворачиваюсь, разбрызгивая кровь, а там еще один гнол, который уже обглодал глотку и лицо Гимли.

Спи спокойно, добродушный гном… Целюсь – и выстреливаю чудищу в затылок.

Повезло – убил.

Смотрел – у гнома был тот же набор: убитый неандерталец, с отрубленными ногами, и тигр, которому он голову разрубил.

– Выбери награду, воин, – оглушающе прозвучало со всех сторон.

Голограммы лениво хлопали.

Уроды. И мысль проскочила: а вообще существовали ли оригиналы этих голограмм?

Не суть.

На постаменте в центре – три шкатулки. Мне все равно. Хватанул первую попавшуюся и убрался…

Возле гнома остановился. Чуток поглядел на секиру. Жалко оставлять… Такая моднявая, с шипами, красно-синяя.

Рука болела так сильно, что кажется сейчас отвалится. Глянул. Уже все штаны в крови.

Увы, секиру банально не унесу. Не факт, что вообще живым выйду…

Брел, шатаясь по коридору и на стену опираясь. В итоге рухнул на колени.

Сука.

– Гео – Остряку. Я триста. Тяжелый. Требуется эвакуация, двадцать метров от входа…

Договорил и отрубился.

В сознание пришел, когда из меня выдернули оружие: я понял, что ору во всю глотку, а мир вокруг белое пекло…

– Тихо-тихо, лейт-чумба, это царапина нах, – пытался усадить меня гоблин. – Бывает и хуже, братак.

Зрение прояснилось.

Остряк в руке сжимал окровавленный костяной томагавк.

– Сука, это чего… – проговорил озадачено. – Во мне было?

Он отвечать не стал, таблетку в мой рот запихнул.

Похоже лекарство купил.

Молодец, соображает. А может ему Тень подсказала…

– Что в шкатулке? – хрипло спросил.

Сначала Остряк передал воду, и я в себя почти бутылку залил, остатками умылся. После этого гоблин вложил в руки маленькую шкатулку – я открыл.

Здоровенная и фиолетовая пилюля.

– Тень… Чем это наградили?

Запрыгнула на стол, внимательно рассмотрела:

– Атрибут. Конкретно эта штука на увеличение «воли», – понюхала шкатулку, лапкой игриво по ней постучала. – Если бы ты так бездарно бой не вел, мог бы и что-нибудь полезное словить вроде силы, ловкости или на крайняк выносливости.

– Я был прекрасен. Ты ничего не знаешь, – отмахнулся. Встал, еще антибиотиком с ежеходной поставки закинулся. – Я порхал как бабочка, жалил как пчела. Был быстр. Точен. Внимателен. Бил – убивал. Стрелял. Было весело…

– Я правильно понимаю, – саркастично начала Тень. – Именно потому что ты был так крут и хорош, гоблин из твоей спины выдирал топор?

Пожал плечами:

– Враги подкрались.

– Ну-ну.

– Ой, все. И это не топор, а томагавк…

Почтовая трубка выплюнула все что должна была и сверху еще куб УМ докинула.

От тяжелой раны осталось только тупое, саднящее чувство усталости. Видимо последствие потери крови: не все спец-лекарство могло восстановить в момент.

Ход завершен. Выберите дополнение:

Кухня

(0,5 УМ, 1 О, 1 М),

Общежитие

(2 М),

Караулка

(1 УМ, 1 М).

Тут пришлось вспоминать, что я там вычитал на форуме.

Общежитие – это большая жилая комната для народа. Широкое помещение: многоярусные кровати, тумбы, компактные шкафы.

Нам не подходит. Потом лучше наберем полноценными личными комнатами: и комфортнее, и куда удобнее, и мест столько, сколько нужно сделаем…

Караулка – пристройка на крыше. Хорошо-защищенная «конура» со столом, стульями, местом для хранения пайков, боеприпасов. Короче нам сейчас штука скорее бесполезная: нечего нам хранить – почти все сразу в дело идет. Если больше арт-единиц и бойцов будет, тогда да.

Кухня предполагала рабочее место для приготовления блюд и небольшую столовую. А еще каждый ход должны поставлять приправы, ингредиенты. Форумчане обещали какие-то бафы с кормежки, но в эту чушь я не вдавался и поэтому цифры не помню…

С чистой совестью выбрал кухню. Мы не могли спать и работать, там же где едим и готовим. Вернее, могли, но мне хотелось разделить это. В следующих дополнениях может кухню воткнуть не получится. Дадут на выбор кухню и еще две карты, которые нужно ОБЯЗАТЕЛЬНО брать – и что? И без кухни будем. А сейчас возможность есть. И с ней приправы будут возобновляться. Красный перец, черный перец, корица, паприка, розмарин и прочее, прочее, прочее. Мяска местного хорошо перченного и соленного я бы с большим удовольствием навернул.

И слюни сразу потекли… Зараза.

Опять реактивные звуки, но уже почти что получалось их игнорировать.

– Кухня? – скорчила морду кошка. – Почему не дозорная?

– Успеем дозорную, а новое добытое мясо пресным жрать – себя не уважать. Надо жить, как люди… Хоть ты и кошка.

– Ты раб желудка. Позор, Георгий…

– Ты просто студентка бестолковая. Сопля. Ничего не понимаешь, – начал я воспитательную беседу. – Хорошо и вкусно-питающаяся единица сделает сильно больше, чем бедолага, вынужденный жрать отврат-брикеты.

– А еще, братаки, можно приторговать готовой едищей нах, – оскалился гоблин. – Приправами если нам много вах! Летучий остров-с-закусочной вах! Или шаурмячную нах!

– Зашибись бизнес-план, – посмеялся. – Вон учись, Тень… Видишь Остряк размышляет в нестандартных плоскостях.

Оглядел команду: гоблин был весел, полон сил; Тень сидела ровно, с недовольным выражением лица. Впрочем как всегда.

– Выношу вам благодарности с занесением в личные дела. Еще б чуть, и я б помер. Могли бы посидеть – полениться, и ярмо ушло. Я б истек, а вы в шоколаде. Но нет. Отработали – хвалю бойцы.

– Ты б сдох – и чего бы мы потом делали? За убийства система монеты дает только игрокам, – объясняла Тень. – И ежеходную поставку припасов, – котя кивнула на бутылки, кристаллы и брикеты. – Тоже на игрока выписывают. Так что не думай, что мы действуем от большой любви.

– Мило. А могла бы промолчать. Сказать, да мы за тебя горой! Мы за тебя – всех уроем!

– Так мы за тебя горой, мы за тебя всех уроем – но не добровольно, а по принуждению, соответствуя духу ситуации.

– А меня тоже таким томагавком нах как-то резали! – внезапно припомнил Остряк, разглядывая кривое топорище. – Абориген здоровый, хрясь – хрясь!

– И как ты пережил это?

– А я не пережил, чумба, – он посмеялся. – Он меня перерубил надвое. И я в лабу – вжик. Краем глазища видал, что он нах мя жевать начал…

Задумался: а ведь можно было замечательно избежать ранения одной банальной вещью – минимальной защитой.

Что у нас по ресурсам?

Монеты – 39

М – 9; УМ – 4; О – 0.

Нужно будет прошерстить магазин на наличие простенького бронежилета… Купить хотя бы кольчугу. Даже с такой примитивной защитой этот папуас таким оружием ничего бы никогда не пробил.

Просмотрел отчет:

Невнимательность – «- 2»

Зачистка – 6,

Ранение – «-2»

Упущенный контейнер – «- 1»

Выжил – 5.

Получено звание «первый-гладиатор» – 10

Ваш рейтинг: 54 + 16 = 70.

Сразу же ткнул по ярлыку «Смотрителя».

Третий уровень.

Текущий опыт:

70 \ 120

Свободную единицу навыков я кинул в «канонира».

А вот на атрибутах – было одна свободная единичка – пришлось призадуматься:

Сила – 4

Ловкость – 3

Выносливость – 3

Восприятие – 2

Воля – 3

Воля у меня будет от гладиаторского подарка – ее только съесть, а что нужно еще?

Восприятие? Не хочу. Зачем оно мне, если замок с островом возит, куда сам решит, а я ни на что повлиять своим острым взором не могу?

Ловкость – а на кой? Если только она скорость дает. И все равно пока что вроде хватает.

Силу? Сила для рубки. А рубить – я бы предпочел только в крайнем случае. В мыслях у меня желание вернуть бронированность и обвеситься магическими стволами. Если получится летать, то вообще хорошо.

– Тень, если бы моя выносливость была больше, я бы смог дойти с такой раной до замка? Оно так работает?

– Думаю да. Кровил бы ты не так обильно.

Кивнул сам себе.

Вкачал.

С почтовой трубы вывалилась что-то в красной упаковке.

Глянул.

«Усилься, узник» – было написано на фоне мускулистой эльфийки, демонстрирующей бицепсы.

Посмеялся. Разорвал упаковку. Внутри пилюля, еще и «волю» в руку взял.

– Ну с богом, – сказал и закинулся.

Сила – 4

Ловкость – 3

Выносливость – +4

Восприятие – 2

Воля – +4

Сразу же в голове будто бомба взорвалась, а по телу поток яркой огненной химии разлился.

Не то, чтобы больно. Нет, будто по венам змеи или черви гуляют. Неприятно и страшно скорее, а разум состояние обостренного внимания на себя принял…

– На пятерке, – говорила Тень. – С атрибутов перк можно будет выбрать…

– Перк?

– Особую способность.

– А раньше сказать не могла? Я бы «волю» или «силу» тогда поднял.

– Не подумала…

– Меня долго штырить будет? – спросил, весь трясясь.

– А хрен его знает.

Я окуклился в парус и плащи, обернулся плотно – и так вырубился.

Мне снилось то как меня вырезали из сожженного, исковерканного «Грифа», (к тому времени мой «Богомол» отправился на утилизацию) запах жженого металла, резины и смешная ругань инженера, и лежка в госпитале: белые стены, медицинские процедуры, бесконечные перевязки, заигрывания с медсестрами, врачебные осмотры, азартные игры с танкистами…

Через какое-то время Остряк растолкал.

– Чего?

– Лейт-чумба, там жуки нах прилетели.

Глава 8

– Я смену хода проспал? Нахлобучило то как… Даже от грохота не проснулся.

Остряк круги беспокойные наворачивал:

– Нет, чумба, это нах внеплановые гости.

– Гости – братаки или не братаки? – выбрался я из кокона.

– А я чего экстрасенс нах!? – он аж вскипел – потом почесал лоб и успокоился. – Но вообще, лейт, когда ты последний раз братался с жуками? – и бровь иронично изогнул.

Никак нас в покое не оставят.

Тень, наверняка, занята исследованием классовых примочек. Ну и пусть, отвлекать не стану.

Подхватил кристаллы, взял новый арбалет, колчан.

Оглядел себя. Форму бы сменить… Но некогда.

Направился на крышу.

Остряк сзади бежал и приговаривал:

– Там эльфячий нах корабль облюбовала жучья самка. Прыгуны тусуют, воин вах есть.

– Они уже нападают?

– Пока нет.

На окраине острова полный Верховенский «Звездный десант» нарисовался.

Вздутый здоровенный жук бурого цвета завис над кораблем, длинными лапами-лентами оборачивал его.

Внизу воино-паук бегал. Здоровый сука, в черный хитин закованный.

Рядом с «крупышем» длинноногие прыгуны, напоминающие палочников, стояли, башками крутили.

Я навел стреломет на воина и выжидал.

Оборачивание корабельного корпуса все продолжалось: сдавливаемые деревяшки зловеще скрипели.

– Страшно нах, – нервно бросил Остряк, поближе коробы со стрелами передвинув.

Согласен полностью.

Страшно.

Непонятно чего они делают и чего хотят… И хотят ли вообще чего-то? Или чисто смерть и погибель в жучьей форме, подобно каким-нибудь тиранидам…

С седла летуна веревочную лестницу сбросили. По ней двуногий спустился.

Пригляделся.

Высокий, с жучьей мордой. Вспомнился фильм «Район №9».

Фиолетовая рука у смотрителя с экраном, значит жуко-смотритель.

Любопытно.

А вообще он при средствах: доспех из солидных черных пластин, обилие подсумков. Но оружия не видно.

Жучий тип помахал трехпалой ладонью:

– Смотритель! Приветствую! Давай говорить! Не надо напрягаться! – он кричал и голос был нечеловечески щелкающим, я аж морщился от диссонанса. – Мир!

Только болтливых гуманоидных-жуков нам не хватало. Страшно было представить, как речь существа в оригинале звучала. Тут спонсор нашей коммуникации – эльфийская переговорная брошь.

– Чего тебе!? – откликнулся, выглянув из за турельной защиты. – Хрен ли прилетели?! Вы кто такие!? Я вас не звал – идите нахер!

В меня кислотой не плюнули – уже считай общение по большому счету налажено.

– Нужен разговор, млек!

Млек – это млекопитающий?

– Подходи!

– Обещай не стрелять, млек!

– Обещаю!

– Если подстрелишь, вздутая сестра взорвется, замок скалапсирует! Там страшные газы!

– Рад за тебя и вздутую сестру! Горло от криков саднит, болезный-Муравей, шуруй к воротам!

Остряка оставил за стрелометом, сам спустился.

Тот, кто хочет напасть, вряд ли будет заниматься подобной ерундой с перекрикиванием.

Открыл ворота.

– Гео.

Руку протягивать не стал. Еще я с жуком не ручкался.

– Скарб, – представился он. – Сократил от Скарабея.

– Очень увлекательно, – проворчал. – Лучше скажи: хрен ли ты со своими четвероногими товарищами явился?

– Прям тут на пороге будем беседу вести? Скарб слышал, что людо-млеки самая гостеприимная раса «Орбиты».

– … – я смотрел в его черные глаза какое-то время, и так ничего там и не разглядел. Выглядел он предельно безжизненным, только усики-антенны над башкой тряслись. – Ладно, проходи. Иди первым.

Спину подставлять не хотелось. А Скарб не сомневался – пошел.

– Не убрано тут, млек, – с раздражением сказал он, заходя в зал. – Кровью все забрызгал.

– Ты начинаешь бесить, – нахмурился. – Тебе не плевать где я там чем брызгаю?

Жук пожал плечами:

– Скарб любит чистоту.

– Давай ближе к делу, – руки на груди сложил. – Вдруг «ход» бахнет…

– Точно! Хорошо. Прилетел познакомиться. Тут недалеко летаю. Налаживаю связи. А еще понравился твой эльфо-корабль – системникам загоню двигло. Половину Скарбу, половину тебе. Как смотришь на это?

Было бы неплохо…

Прищурился:

– А вдруг обманешь?

– Зачем? Скарб – свободный торговец. Собираюсь этим и жить. У Скарба воооон, – он воротник убрал, показывая грецкий орех импланта на фиолетовой шее. – Модифа от Роботеха. Скарб за честные сделки, торговлю. Репутацию повышаю от этого.

– А чего и так можно? – признаться был удивлен. – Я думал только рубиться да жестокости всякие исполнять…

– Бонусы за прошлое, млек. Скарб достаточно млеков, жуков и иных распотрошил, чтоб теперь побыть в отпуске. Устал бить, рубить, грызть. Скарб снаружи занимался музыкой.

– Поп-звезда? – усмехнулся.

– Не знаю, что значит. Khett-a. Отдаленно у млеков среднее между музыкальным продюсером, барменом и барабанщиком.

О, как! Но удивление удивлением, а дело – первично:

– Я хотел бы залог за двигло.

– Разумно, млек. А что именно бы хотел?

– Двадцать монет, – предложил наобум. – И такую же кирасу как у тебя.

– Десять монет, – ответил Скарб тут же, будто без раздумий. – Восьмерку хитиново-воинских пластин, – постучал он по нагруднику. – Сам схему купишь и сделаешь броню.

– Пойдет.

Понятно, что наварится этот Скарб – сильно. Один хрен у меня тыркаться нет желания; я бы предпочел непосредственно с системниками воевать, а не торговать. Да и возможности свободных движений – нет.

– Все?

– Скарб настроен на долгосрочное сотрудничество.

Тяжело вздохнул:

– Что еще тебе нужно, жучало?

– У тебя какой ранг магазина?

– Первый.

– У системников здесь второй. И что это значит?

– Что ты полетишь и потом будешь перепродавать всякое с наценкой…

– Верно, млек. Что конкретно тебе интересно?

– Бронескафандр.

– Это не второй ранг, – он издал странный пиликающий звук.

Смеялся?

Но Скарб все равно меня порадовал. Бронескафандры здесь все-таки были. Значит еще взлетим в высь…

Ой, хочу.

– Тогда второй ранг орудий на стену. Такое должно точно быть.

Кивнул муравьиной головой:

– Скарб как узнает – напишет.

– Принято.

– Если до чего-то еще додумаешься, пиши. Скарб с радостью заработает на твоих потребностях.

– У тебя только летучий жук?

– У Скарба и замок передвижной. Большая удача с картами, но замок подводить Скарб постеснялся. Вдруг ты млек пугливый и стреляешь вперед разговоров… Скарб даже без оружия пришел. Вот.

– Без оружия, но с боевыми жуками.

– То не считай – это братья, сестры… Просто чтоб было веселее летать. Семья. Скарб – семьянин.

В его мимике я ничего разобрать не смог, а интонация – достаточно дубовая – и один фиг казалось, что жучара издевается.

– Слушай, вот ты из мира какого-то прибыл… – тактично поинтересовался. – А там все такие?

– А в твоем мире все млеки – млеки?

– Понял тебя, – вгляделся в жучьи глаза и, не удержавшись, спросил. – Советы есть для молодых смотрителей?

– Бесплатных нет.

– Если твои клиенты умирать начнут – монет меньше течь будет.

– Спрашивай.

– У тебя второй цикл. Что-нибудь про систему узнал?

– С чего ты решил, что второй?

– Но…

– Третий.

– Так расскажи мудрость какую. Про систему, Роботех, место это замечательное.

– Слушай, Скарб с первым встречным мудростями делиться не станет. Сработаемся, подскажу больше. Но вот что скажу сейчас: Скарб не уверен, что существуют подобные ему существа снаружи.

Нахмурился:

– Что ты имеешь в виду?

– Тот мир, – он ткнул в свой висок. – Мир из воспоминаний Скарба реален или сконструирован?

– К чему ты клонишь?

Началась эти дуновения «Матрицы». Мне не нравится.

– Как лабы восстанавливают мобов? Как восстанавливает смотрителей?

– О чем ты, жук?

– Их самих и их актуальную память, – развел он руками. – Как они восстанавливают ее?

– Понятия не имею. Ты скажи.

– Предположи, млек.

– Пересадка чипов, клонирование, память плоти.

– Добрые версии. А знаешь, что им нужно для восстановления? Ничего. Им не нужно ничего. Они просто берут – и делают. И бац. Новый старый моб, созданный тем или иным образом, с полной памятью.

– У них контроль над разумом? Слепки сознания? Симуляция?

– Скарб все сказал. Задумывайся иногда об этом, млек, твоя память, действительно, твоя? А вообще, млек-Гео, у тебя есть проблемы и посерьезнее строительства экзистенциональных гипотез. Скарб приведет понятный пример. Если в тюрьме с тобой хотят спариться, смотреть на стену и думать из чего она сделана – неуместно. Стоит раздобыть заточку, заклеить… как у вас говорят «жопу» и иметь твердую руку для добрых дел.

Странный пример для «жукоида».

– Это вся твоя мудрость?

– Вся. Прощай.

После этого Скарб принес черные пластины, монеты. Собрал весь инсектоидный зоопарк, тот забрался по лентам и закрепился на брюхе «летуна», они подняли лодку и убрались.

Жук только настроение испортил своими загонами.

В задумчивости обратился к воспоминаниям: вроде без обрывов… по общим флажкам, если двигаться, то лента памяти целая: детство, полная семья, школа, академия, женитьба, служба, Нигерия, развод, переподготовка, броневойска, учебка, Польша, ранение, госпиталь, военная комиссия, и я здесь… Хммм…

Ладно, хрен с ним. Сейчас оно не решает.

Кинулся в магазин. Нашел схему первоуровневой кирасы.

Предложили три типа:

Облегченный спец-вариант. Защита – 2,

(0,5 М; 0,5 УМ)

Стандарт вариант. Защита – 3,

(1 М)

Вариант повышенной прочности. Защита – 3,5,

(0,5 М; 4 хитиновых пластины)

Выбрал третью. Показатель больше, а пластины эти наверняка один фиг больше и некуда применить.

За схему отдал пять монет.

Заказал, выбрал размер, принтер мне отпечатал, и я получил нагрудник и наспинник, с ремнями.

Новую форму надел, а сверху защиту.

Хорошо сидела кираса – почувствовал себя лучше. Хотя вес тянул вниз. Ну ничего, буду таким образом себя в форме держать.

Видя жалостливые глаза Остряка, понял все и сделал ему такую же защиту.

Заслужил гоблин.

Увидел глаза Тени, но там уже деваться некуда – на нее защиту не сделать – раз, два – материала больше нет. Максимум только смешную жилетку пошить, но она от предложения отказалась.

Я опять дремать завалился. После раны усталость все еще присутствовала и нужно было пользоваться временем с пользой: чувствовал «ход» где-то рядом, приближается, как угрожающий крокодил.

Меня Остряк разбудил по связи:

– Приём, чумба-лейт, подойди, а… – голос у него напряженный был.

– Куда?

– Наружу нах.

Поднялся, потянулся, вышел.

Остряк держал поводок большого синюшного пузыря. Гоблин аж покраснел от усилия.

– Это вода вах, чумба, – объяснился он.

Я подбежал, перехватил лиану и притянул пузырь ниже.

– А если потравимся?

Гоблин хохотнул:

– Сразу видно новобранца. Мы тут все с таких пьем вах. Деваться некуда.

Подвязали.

– И как с ним?

– Если бы было куда, просто перелили, но тут. В общем… оно так работает нах, показываю.

Остряк ногтем ткнул, сделал прореху. Вода тонкой струйкой побежала.

– И… – гоблин морду подставил, отхлебнул. – Вкуснотища вах.

Через двадцать секунд пузырь зарос.

– Только аккуратно надо, – сердечно советовал гоблин. – А то он нах не зарастет и весь выльется…

– Понял.

Гоблин уселся на окраине острова. Начал грызть брикет «зло»-шки, разглядывая парящую каплю.

– Остряк.

– Чего, чумба?

– Ты молодец.

– Это точно нах, – покивал он самоуверенно. – Те-рь, если аккуратно, то и помыться можно.

Уселся рядом.

– Расскажи мне, чумба, – начал я вкрадчиво. – Штуку одну.

– Ты меня нах пугаешь, лейт…

– Ты знаешь, где лабы?

Он сбился совсем, глаза забегали, башкой покрутил – как не понял:

– Чего ты хочешь?

– Вверху они, – указал. – Или внизу?

Он глянул иронично так:

– Внизу, конечно. Чего им наверху делать то нах у небожителей? – посмеялся. – Однозначно внизу.

Заглянул за край острова. Плотный пласт облаков. Белоснежный, пушистый, красивый. Падай в него да зарывайся.

– И не старайся нах, – фыркнул Остряк. – Облачный Рубеж не просмотреть насквозь.

– Далеко они?

– Не знаю, чумба-лейт.

– Что в лабах, Остряк, помнишь?

– В лабах – лабы, – пожал плечами. – Слушай нах, не знаю.

– Как так? – не верилось мне. – Хорошо хоть охраняются?

– Да не знаю я, Гео! – закипал он. – Вроде да… Мы там в таком состоянии нах постоянно складируемых кабачков. Зыришь се, пердишь. Лечкой по гланды залитый, булькаешь свое имя… С братаками пытаешься рассудок собрать, отодрав личность от галюнов. А галюнов много. Где реал, а где галюны нах? Да хрен разберет.

– А я думал – оно как по щелчку…

– Не… Может у кого-то и так. Но не у гоблинов: собрать себя нах – мука. Целая история.

Либо подручные Роботеха рассудок мобов угнетают, чтобы выдернуть его из состояния, только когда единица потребуется, или отходосы от смерти прям жесткие.

Остряк продолжал:

– А вот что знаю – лабы точно внизу, потому что потом вверх приходится летать. Оттуда на робо-мокрицах в контейнерах вах… чтоб на оски выкинули.

– Интересно. А вверху что есть знаешь?

– Не знаю, чумба. Я выше V3 не был никогда.

– V3?

– Пространство делится на M – обозначение Облачного Рубежа, и от V1 до V3, еще выше – V4. Какие обозначения ниже M – не знаю. Но говорят выше прям хорошо.

– И кто тебе рассказал про то, что там хорошо?

– Гоблин-братак, из старшаков, кто еще древние циклы застал. У него кликуха была – Эпоха вах. Мы молодняк тугой сокращали до Пох. Это его смешило. Он на тот момент триста раз лабу прошел нах. Его не таскали уже. На него психуны жесткие накатывали иногда. Вот Пох говорил, что как-то раз с эльфом дело имел, с самых высот, с V4. Говорил, что там эльф чемпион нах был по сосанию системных жоп.

– Как старик понял?

– Их главный эльф был в бронекостюме летучем.

Опа! Еще словечко про бронескафандр. Это обнадеживало…

Остряк все говорил:

– Эльф этот ему и рассказывал всякое. Что там у них высоко-высоко прям военные базы вах. Если тут и чуть выше – станции оперативные. Там полномасштабное дела нах. Военные городки. Обеспечение. Все сладкое. Снаряга другого уровня. Я думаю нах – это следствие того, что туда раскаченные смотрители долетают – опасные. И так сделано, чтоб удержать безумку и их психуны.

– У системы нет прямого способа взорвать остров и замок, в случае бунта и не париться? – спросил в задумчивости. Похоже тут не все так просто. – Мне вон рассказывали про ракеты.

– Я уж не знаю нах. Не того спрашиваешь ради инфы, братак… Но за то время пока моя зеленая гоблинская задница здесь, я ни разу нах не чуял даже слушка, о том, что кого-то прямо ракетой взорвали.

– Не понял, – покачал головой. – Так если рейтинг просядет, меня никто не тронет?

– Я такого не говорил! – он сразу изо всех сил замотал и башкой, и ирокезом, и руками. – Как раз – это то, что произойдет железно. Тронут. Трогалка нах доросла. Либо корабельный отряд прилетит, из тяжелых установок будут бить, либо та же ватага-базовиков с бронекостюмщиками вах. Вот о расстреле замка «замковыми» пушками с кораблей – слышал. А о ракетах – нет нах. Думаю – это пугалка.

– Короче с рейтингом шутки плохи…

– Они как-нибудь разберутся. Могут наслать испытание, которые нах не вывезешь. Могут послать большую группу тяжелых бойцов. Корабль. Но эльфы в бронекостюмах – понятно к нам в низину не сунутся.

– Хоть что-то.

– Говорят, им даже баб разнорасовых возят на верхушку вах.

Не совсем понятна позиция эльфийская во всем этом круговороте.

Я думал они этакие шестерки… а тут… Может разные уровни продвижения?

– Так для них же все кроме них бебезьяны, откуда интерес к чужим самкам?

– Зоофилы получается нах, – хмыкнул Остряк. – Что поделать – вот суть эльфийская. Высшераса – ядрена вошь. А вообще могли приврать братаку Поху, чтоб позлить. И такое бывает.

Опять спать завалился.

Опять разбудили.

– Схема изучена, – прогудела жемчужина голосом Тени.

Сразу же спохватился, вскочил.

Пропускать никак нельзя – мы вступаем в эру технологий. Важный момент.

– Иду.

– Надо три единички УМ и три единицы М.

Забрал со склада.

Мы потащились к Сборщику. Выдали ему материалы, и он на основе синей сферы сделал нам механизм-разведчик.

Этакий короб с закрепленной внутри сферой, а по сторонам четыре магические лапы торчали.

Так оно и летало – за счет заклятья этих лап. А точка в синей сфере – крутилась, смотря по сторонам.

Вроде как камера, сенсоры.

К механизм-разведчику шел здоровенный пульт, с встроенным экраном. Кнопки, джостики, полный комплект.

– Тебе нужно выбрать, что изучать дальше, – сказала Тень. – Чтоб я потом не спрашивала. В научке – глянь.

Научный центр – это белое помещение с черным кубом-столом и креслом.

На столе – большие экраны. На левом нужно было прощёлкивать упомянутые кошкой «капчи». В центре виднелся прогресс «прощелкивания», на экране с правой стороны – выбор того, что изучается в данный момент.

Мне были доступны новые исследования первого ранга:

Рабочий

Стрелок

ТОП (тактическая орудийная платформа)

Разведчик был серым, то есть уже изучен, но ниже имелись дополнительные модификации:

Хват под бомбы,

Оружейный турель,

Больше бронированности,

Больше грузоподъемность,

Развед-мод: тепловизор и пнв,

Если рабочий и стрелок – визуально это практически дроиды из Звездных войн, то ТОП – в натуре здоровенная орудийная платформа. Как этакий механический паук, где сверху орудия выставлялись.

Орудийная платформа понятное дело без орудий – нахрен не нужна. Стрелок – погоды не сделает. Что он там с арбалета настреляет нам? Рабочий пока что также не нужен, так как работать то и негде.

Вариант модернизации разведчика выглядел максимально разумным.

Вот только что? Хват под бомбы? Нет бомб. Оружейная турель – устанавливать нечего. Больше бронированности? Уйдет скорость. Вот и остался либо развед-мод, либо грузоподъемность. Остановился и щелкнул на развед-мод. Мы его брали ради «глаз», он один фиг ничего массивного не утянет. А мелочевку я и сам смогу донести. Если нужно будет кристаллы маны подвести в бой? Думаю, он и так это способен сделать.

Ребята вытащили маго-коптер наружу и меня ждали. Сначала подумал, что трогательно, а потом вспомнил: все кристаллы – у меня.

Зарядил сбоку.

Пульт уже Остряк облюбовал, Тень сидела у него на плече, облизываясь на изображение.

Коптер взлетел с жужжанием… у меня в голове сцена из Апокалипсиса сегодня всплыла и «Полет валькирий» в голове заиграл. Не мог смех сдержать.

Он летал, а синяя сфера нам записывала и передавала окружение…

– Изображение достаточно четкое, – отметил я и пальцем пригрозил народу. – Теперь лодырничать не позволю. Будете пахать.

– Да прям! – посмеялась Тень. – Он может и автономно двигаться, продемонстрируй, Ос.

Гоблин кнопку сбоку вжал, и он задвигался по автопилоту.

– Замечательно. Вот теперь заживем…

– Надо имя придумать нах.

– Тень щелкала лапами в Научке, не щадя живота кошачьего своего, пусть и выбирает.

Котя мяукнула и в благодарность склонила голову:

– Пусть будет Вжик.

Глава 9

Мы подлетали к крупному осколку. Несколько квадратных километров территории: редкий лесок, лента желтушной степи и селение…

– Ты будешь не один, – прокомментировала Тень, указывая лапой прямо. – Ход тип «Схождение».

Я уже и сам видел подлетающие острова с замками.

– Девять нах, – покачал головой Остряк и его ирокез смешно качнулся. – Большая движуха. Большие проблемы, чумба-лейт.

– Необязательно, – я был абсолютно в себе уверен: и не такое в жизни доводилось разгребать. Ухмыльнулся. – Больше гостей, больше возможностей… Больше ништяков – лучше уровень жизни, малые.

– Думаешь?

– Уверен, – почесал у Тени за ухом. – Скажи, чернушка милая моя, есть резон пытаться грабить замки?

Она фыркнула:

– Нет там ничего… Склад ты не вскроешь, а сам остров увести не получится. Рандомить на том, оставили игроки в открытом доступе ценности или нет – такое себе занятие. Они все либо в дело пустили, либо с собой забрали. И шанс на турели нарваться – неплохой. Если ты поставил, то и другие могли. Выскочишь – бац! Стрелой тебя насквозь перешибет, и чего делать будешь?

Кивнул. Все она грамотно разложила:

– Слушать мою команду, народ, – оглядел кошку и гоблина. – Оставайтесь на связи. Перебирайтесь на крышу.

– А как же исследование? – хмурила мордочку Тень. – Проседать по классовым фишкам будем. Думаю, уже проседаем. Непорядок. Некроманты и жуководы сгноят потом.

– Забудь о классе пока. Нужно высосать с осколка-острова все ценное. Все забрать, всех победить. Отыграть на полную. Для этого необходимо, чтобы вы у стреломета куковали, дежурили денно и нощно, и в экран этот дурацкий пялились. Вы мои глаза – это понятно?

– Так точно нах!

Вот и отлично.

Пристыковались.

В разведданных я выбрал карту «враги»:

Люди, смотрители, белые гоблины, дикий некромант.

Докупил кристалл маны, оставив двадцать девять монет на руках.

Глянул на таймер:

21. 59. 55

Ничего себе!

Это первый раз, когда система так много времени выделяла. Видимо, чтоб мы уж точно друг друга порубили на оске.

Хорошо у них тут: солнышко пекло, птички пели.

Сверху Вжик гудел – сопровождение я чувствовал, и от этого было легче. За мной приглядывала разведка… Я шел задачу выполнять не в одиночку, и это совсем другое дело.

Селение – домов тридцать. Частично участки и проходы прикрыты заборами, частоколами и рвами. Большую часть проулков забаррикадировали.

Забавно обустроились местные.

– Гео, охранников в селении всего шесть мужиков, – подсказала по связи Тень. – Вооружены стрелковым.

– Принял.

На входе встретило двое: крупный мужчина и длинный парнишка со смешными усами.

Ребята, разодеты в грязные поддоспешники; в руках – тонкие ружья.

У старшего с ремня свисали белые гоблинские уши.

Атмосфера здесь похоже специфическая.

– Ты смотритель? – спросил старший.

– Ага, – я старался не напрягаться, излучать дружелюбие. Чуть ли не пропел. – По воле рока так случилось…

Мужик, что грозовая туча:

– И чего тебе тут надо, смотритель?

– Нахер припери-ся? – пискляво поддакнул младший.

Ох, им смотрители – что кости в горле. Но понимаю.

Я само спокойствие. Само миролюбие.

Принялся перечислять:

– Поесть, помыться, поторговать. Если работа есть какая – поработать… Обычные человеческие радости.

Мужик прищурился, оглядел с ног до головы.

А чего он мог увидеть?

Я в чистой одежде, даже доспех новенький. Никаких свидетельств безумия и жестокости на себе не носил. Никаких кровавых трофеев. Как будто только на заводе собрали…

По беспределу меня валить? Так риск сдохнуть велик.

– Ты точно не психушник? – чесал старший репу.

– Точно, – уверенно кивнул. – Грязь не люблю. Системные порядки отрицаю. Такой вот я человек.

Удивительно, но мужик поверил: меня пропустили…

Какой-никакой народ здесь имелся: потрепанный, уставший. Человек пятнадцать насчитал. Пару девушек.

Ослы тащили телеги, с загруженными стволами деревьев.

Шла странная системная жизнь.

В центре селения – футуристическая посадочная площадка. Судя по всему, робо-мокрицы забирали оттуда сложенные стволы деревьев.

Зачем системникам лес? Они что не могли его синтезировать как тела мобов? Увозили чтобы делать декорации в других местах?

Одни вопросы.

Разглядел два здания, отличающихся от остальных. Первое – дом из камня. А второе – двухэтажная таверна из бревен. Это я уже сообразил по вывеске с кружкой. Извечная классика фэнтези обозначений.

– Приём, база, в округе есть опасности?

Ощущение такое, что сейчас психопаты-смотрители ворвутся и суеты наведут.

– Нет. Игроки не спешат. Ты первый зашел в зону.

Это хорошо.

В таверне было спокойно, пыльно и пусто. Только владелец сидел, что-то помешивая в миске.

– Приветствую, старый.

– Я тебя не узнаю, – нахмурился здоровенный дед, а затем напрягся. – Либо у меня склероз, либо я ход прозевал… Ты – игрок?

– Ага, именно, – сел напротив. – Почему вы по колоколу не дубасите или не бегаете с криками, что прилетели системные душегубы?

– А смысл? – успокоившись, он продолжил зеленую бурду замешивать. – Все – пустое.

Какой у них тут настрой пораженческий…

– Так спрятаться хотя бы.

– Спрячешься ты, а следующим ходом чего похуже будет яйца щекотать, – усмехался он. – Оск переквалифицируется, монстров напустят, робо-мокрица «Создатель» прилетит рельеф менять лавовой струей. Так что иногда бездействие лучше действия. Но ты старика не слушай. То для мобов руководство. Для смотрителя бездействие – смерти подобно.

– Аминь, старый.

Он прищурился:

– А ты какой смотритель?

– Что за дурацкий вопрос? – хмыкнул. – Человек. Звать Гео. Всем смотрителям смотритель. Лучший что у вас есть…

– Ты, Гео, из псих-больных или нормальный парень?

– Я тебя еще не разрубил, – размышлял в слух. – Пальцы вот не отрезал за вонючие крупицы рейтинга, так что походу псих-больной.

Дед хохотнул.

А я, взглянув на таймер, решил к главному перейти:

– Какие у вас тут в заведении цены?

– Дипломатические. Уверен, смотритель-кровопийца может себе позволить. Наверняка экспроприировал ты себе достаточно, чтобы крохи уплатить…

– Кружка пива и горячая еда во сколько обойдется честному небесному труженику?

– За монету – разбавленного плесну и похлебку дам. За две – нормальное пиво, похлебку, кусок мяса… Не мишленовский ресторан, но сытное и горячее – сам понимаешь, то не паёк «зло»-шки, которым можно орков убивать… А пища, приготовленная рукастыми людьми из сносных ингредиентов.

Думать нечего – выложил монеты.

Старый принес все перечисленное. Я хорошо поел. Ладно слезу не пустил, так это было вкусно! Приём пищи как медитация… Было у меня в жизни два похожих момента: первый, когда из Нигерии вернулся и борща перехватил у подруги, после целого года поедания хрен знает чего и сухпайков. А второй после госпитальных харчей, когда по выписке, в кафешку ближайшую залетел, ожесточенно напав на шашлык…

– Спасибо, старый, – кивнул ему. – Давно так хорошо не было… От души.

Дед управленец отмахнулся:

– Лучше скажи, сколько там замков по наши задницы прибыло?

– Аж десять.

Он тяжело вздохнул:

– А мы пообвыкли. Тридцать шесть ходов провели – считай целую жизнь.

Тридцать шесть ходов? Получается они тут еще до нашего цикла сидели. Значит развлечение не прекращается для перезагрузок и прочего…

– Вы застали смену цикла? – спрашивал я.

– Застали.

– И как она выглядит?

Старик посмеялся:

– Для нас? Никак. А я понимаю… – покивал он. – Ищешь всякое: смыслы, принципы, наверное, думаешь и до лабы дотянуться? Не заморачивайся, малый. Думай, как эффективным быть, опасным. Добывай рейтинг. Становись акулой. Лети ввысь.

– Тогда скорее орлом, – хмыкнул я.

– Пытаться разобраться, пытаться перехитрить модеров – путь в один конец. Система таких не любит…

Посмеялся:

– Ей придется полюбить.

– Гордецы и эгоманьяки сгорают первыми, – он задумался о своем, а потом произнес. – Вообще, жаль, что так получается. Обидно. Вроде «быт»-ку наладили, на поток золотых от системников вышли. Эх… Скоро всему конец.

И это правда.

Защитить их – невозможно, и обещать я ничего не стал. Хоть и хотелось. Жизнь отучила раскидываться пустыми обещаниями; а то сидишь потом как обсос и разбитый хлебаешь горькую…

Девять смотрителей. Думаю, будет месиво.

Следом зашел в каменный дом. Прошелся, постучался в открытую дверь кабинета.

– Чаво!? – раздраженный, каркающий голос.

– Смотрители прилетели…

– Знаю, – он поднял на меня взгляд.

Так понимаю это дом старейшины или мэра.

Седой мужчина в грязноватой рубахе и жилетке сидел и ковырялся в бумагах.

– Чего пришел? Убивать? – раздражался он. – Если убивать – убивай быстрее, мне бухгалтерию еще считать. Лучше уж сразу в лабу лететь – кипятиться лекарствами, чем во время нашествия рейтинговоголовых пытаться посчитать приход и траты…

– Я не такой смотритель…

– А какой ты?

– Хороший парень. Добряк, – язвительно сказал. – И обожаю, когда мне дают задания, за которые потом спешат выдать награду. И я ужасно не люблю две вещи: грубости по отношению к себе и рубить мирных людей.

Старейшина секунд тридцать молчал. В итоге быстро заговорил:

– Вообще есть одно дело. Да-да, определенно есть. Не считая, конечно, замков. Но ты один хрен лупить их не пойдешь… Шесть ходов назад большой оск причалил – и сюда белые гоблины на разведку посыпались. Пару лесорубов забрали да сгрызли. Деда одного сожрали. Бабу стащили. Беляки – людоеды жуткие. Десятку мы переловили – перестреляли, но там еще их сколько-то есть. В лагере…

Кивнул.

Старейшина договорил:

– Сможешь зачистить разведывательный отряд – заплатим.

– Зачистить в ноль?

Кивок:

– Само собой.

– Я видел у ваших стражников необычные ружья…

– Игольники.

– Да. Мне б такую штуку для дела и боеприпасы.

Он нахмурился:

– А чего еще тебе надо? – голос аж дребезжал от сарказма. – Массажисток и вина игристого может?

– Мне ж для пользы селения… Для работы. Могу залог оставить.

– Другой разговор, – кивнул старейшина. – Оставь десятку, тогда дам.

Скинул.

Староста с ухмылкой одним движением собрал все монеты, ушел в коморку, принес игольник, подсумок и коробку.

Проверил. В подсумке магазины – четыре штуки. В коробке – иглы. Много. Считать бессмысленно.

Игольник с кровавыми пятнами на тонком стволе, приклад треснутый.

Заметив мой взгляд, старейшина объяснился:

– Бывший борун-с-гоблинами, из наших стражников, уважаемый Рич, пал смертью храбрых. Его добро.

– Много беляков там вообще?

– Понятия не имею.

– А куда идти?

– Слушай… Странные вопросы задаешь. Все это дерьмо узнать – твои задачи, как охотника…

Я не сильно расстроился.

Сразу же, как вышел из здания, запряг Тень и Остряка найти, где белые гоблины расположились…

Вжик метнулся в сторону леса.

Искали минут десять, я в это время ружье изучал.

В магазине по три иглы.

Игла длиной в мизинец.

Само ружье тонкое, изящное, длинное. Усиленно сидел магазины забивал.

– Чумба-лейт, нашли нах, – раздалось радостное в ухе. – Готовят сидят. Беспечные вах. Расслабленные, как раки в кипятке.

– Ведите…

Вжик полетел низко; я двинулся следом.

– Остряк, с ними вообще есть смысл разговаривать? Будут ли они слушать аргументы?

– О чем ты, лейт? Никакого смысла нах. Беляки, чумба, только расскажут, как будут готовить тебя в чане. Дикари они. Не братаки.

Понятно.

Небольшой лагерь: палатки, все костяными амулетами завешено.

Белые гоблины – метр пятьдесят, жилистые, с вытянутыми головами.

Оружие – железки ножей, мечи и арбалеты.

Защита у них – фуфло: рубахи с костяными пластинами.

Держу между нами расстояние в пятнадцать шагов. Этого более чем достаточно, чтоб задоминировать коротышек.

У них нет шансов. Мне уже их жалко.

Выглядываю из-за дерева, целясь из игольника.

Щелк. Щелк. Щелк. Отдачи у оружия считай и нет.

Дозорные падают: одному игла прошивает горло, второму залетает в грудь, и в щеку.

Перезаряжаюсь.

Магазины у ног кидаю. Не хватало в запале перепутать пустой с полным.

Гоблины у костра вопят, вскакивают, устраивают злобную гавкающую речугу, подняв мечи и арбалеты к небу.

Я не разделяю их пафосного настроя.

Война – ад.

Мое трудолюбие – неумолимо: Щелк. Щелк. Щелк. Заряды ложатся хорошо: первому и второму по глазам, третьему в висок – гоблин будто сдувается.

Опять перезарядка…

Еще тройка выскакивает. У этих бафы на головах виднеются. Красноватые нимбы. Но бафы не спасают их от смерти. Щелк. Щелк. Щелк – еще три покойника.

Перезаряжаюсь – последний магазин.

Из шатра здоровенный белый гоблач показывается.

Сука.

В длинной кольчуге. С модифицированными руками, считай железными протезами. С модификами у горла и в правом виске.

Гоблин-вожак орет, выставив перед собой щит. С протеза он активировал встроенное синеватое лезвие. Уверен, такое, задев мою кирасу, порежет ее в миг.

Нападает.

Щелк. Щелк. Щелк – неубедительно. Две иглы не пробивают щит; третья отскакивает от лба.

Хватаю «Архонта». Дважды стреляю.

Здоровяк падает.

Впереди шумят.

Ля! Беляки, пораженные, поднимаются, ворчат, гудят, челюсти угрожающе раскрыв.

– Некромант нах на дереве справа, чумба! – орет Остряк в ухо. – Гаси, тогда мертвухи затупят!

Вижу этого дурака белокожего, ветку обнявшего. С вывешенными костяными амулетами смешных гоблинских черепков, с грязью нечетких татуировок на щеках.

Он понимает, что я его заметил. У него в глазах появляется ужас …

Блум. Блум.

Тело неудачливого некроманта валится – сжег плечо и голову.

Шатающиеся зомби-гоблины топчутся в сомнениях. Машут руками, истекают слюной. Я накидываюсь и рублю их ятаганом, как обезумевший.

И все…

Тут уже на задницу сел отдохнуть…

– Блестяще, – с уважением прокомментировала Тень. – Такое и у высокоуровневых смотрителей редко увидишь.

– Знатная пострелуха вах! Научишь, чумба-лейт?

Я промолчал.

Подлизы бестолковые.

Краем глаза заметил, что у гоблинов на костерке, на мангале, лиса жарилась. Вот же дрянь… Лису то за какие грехи?

– Я разлутаюсь пока, а вы – дети мои, кружком Вжика погоняйте, гляньте, нет ли игроков рядом.

Быстренько забил магазины.

Игольник хорошее оружие, чтоб гоблинов гонять. Правда гоблинов гонять и тапками можно. Все что хорошего мог сказать про игольник в целом – оно бесшумное… Но уже даже на базовом этапе проблема – банально таскать его на ремне неудобно.

Ничего толком у них с собой и не было. Монет, еды – нет. Снаряга – посредственная. По итогу открутил руки-протезы гоблина-вождя, выковырял модифик с горла и виска.

«Грецкие орехи» с длинной связкой сопливых фиолетовых ниток.

Все от бедности… Хоть что-то хотелось с них поиметь. Пустым категорически уходить не желал – ведь сжег целый кристалл.

Перезарядился. Побросал добро в сумку.

Может получится через Скарба продать.

Еще в доказательство гоблинских ушей нарубил. Старейшине подарок сделаю.

– Игрока нашли. Он тут с местной девчонкой собрался нехорошее дело делать, – доложилась Тень. – Совсем недалеко…

– Торопись, чумба, – немного паниковал Остряк. – Мало ли, когда он устанет шутки шутить.

Чего он там такого увидел?

– Куда идти?

– Направо.

Двинулся, стараясь не шуметь. Добрался, ориентируясь на звуки зловещего хохота.

Из кустов смотрел.

Прямо передо мной здоровяк в тряпье завернутый, с затылочным гребнем как у минбарцев из «Вавилона-5».

Он, сука такая, петлю пытался сделать. А еще перекинул веревку через толстую ветку.

Вешать собрался?

Перед ним лежит черноволосая девушка в черно-серебряном платье. Растрепанная, со связанными перед собой руками.

Рядом перевернутая корзина с ягодами. Понятно. Работала – не уследила за ходом; поймали...

У девушки на лице широким мазком кровь запеклась; грязь, пыль – но все равно видно, даже за такой маской, красавица… Глазища – во! Здоровенные, голубые.

И не паникует. Спокойно смотрит.

Подбираюсь ближе к здоровяку. Направляю игольник, и с семи шагов стреляю в затылок трижды.

Что ж, минбарский гребень его не спас.

Смотритель упал.

– Вот и весь игрок, Тень, – сказал по жемчужине. – Повторить еще восемь раз – и «ход» будет благополучно завершен…

– Если так гладко пойдет, то, конечно, хорошо…

– Я Гео, – представляюсь, разрезая саблей путы на руках девушки. – Будь подле, доведу до селения.

Она кивнула.

Прям наблюдал как у нее в глазах проворачивался ход мыслей, благо глаза эти большущие и все читалось легко.

– Как тебя звать? – спросил с усмешкой.

– Дейдра.

– Поглядывай вокруг, Дейдра, на тебе наблюдение, – указал ей, пальцем крутанув. Не то, чтобы мне были нужны ее услуги, ведь Вжик и так болтался сверху; просто хотелось к делу приставить, чтоб она лишнего не надумала. Там так крутились мысли, что у меня было стойкое ощущение, что они могут докрутиться до чего-то нехорошего: еще броситься оружие отбирать. От нее такое ощущение la femme fatale – роковой женщины. – Следи! Я посмотрю, что у грубияна в карманах.

Перевернул труп.

Десятку золотых забрал. Это уже хоть что-то, хоть какой-то улов.

Его системное оружие – армейский нож. Забрал. Красно-синее лезвие, крестообразная гарда. В гарде – кристалл маны.

Попробовал понять, какую он способность мог продемонстрировать. Пытался включить.

Ничего.

– Ты не сможешь чужое оружие активировать, – подсказала Тень. – Нож только как зубочистку применять...

– Понял.

Вытащил кристалл. Надо запомнить, скорей всего он неполный.

Глядя в голубые глаза Дейдры, хватанул из перевернувшейся набок корзинки ягоду. Попробовал – кислятина страшная! Поморщился. Девушка пыталась сдержать улыбку.

Помог Дейдре подняться. Она ниже меня на голову.

Так мы и двинулись к селению.

Прибыли, я сразу же отправился к старейшине. Седой вернул мне десятку залога и спросил:

– Часть награды оружием возьмешь или полностью монетами?

– Оружие частью, – мне показалось игольник эффективнее арбалета.

– Хорошо.

Он докинул магазин. И десять монет.

– Спасибо, воин, – кивнул старейшина, отхлебнул из фляги, сморщился. – Не думаю, что в массе оно поможет… Но если нас всех минуснут, эти белые людоедо-свиньи – тут тоже не останутся, а в лабе будут гнить.

Вернулся в таверну.

– Старый, у вас тут можно комнату снять?

– Конечно…

– А помыться?

– Можно. Все будет тройку стоить.

– Давай, гуляю сегодня, наслаждаюсь жизнью.

Пока работники готовили ванну, я набивал магазины иглами.

Отмылся в горячей воде: всю кровь, пот, грязюку стер. Блаженство. Экран старался сильно не мочить: cмешно будет, если работать перестанет. По итогу почувствовал себя замечательно… Живым человеком.

В снятую комнату зашел, и, увидев большую кровать с чистым бельем, с полноценным одеялом, стал счастлив.

Снарягу по правую руку сгрузил и завалился…

– Народ, я спать, – сказал по жемчужине. – Контроль визуальный селения по очереди. Если что орите в ухо. Не пропустите приход… Если форс-мажор – сажайте Вжика на крыше таверны.

– Понял, чумба, нах.

– Так точно.

– Хрен ли понял? Хрен ли «так точно»? Делите дежурства, вам тоже нужно отдыхать…

Я задремал, и будто тут же очнулся от осторожного стука.

Напрягся, схватил «Архонта», направил на дверь:

– Войдите…

Это Дейдра. Она тоже привела себя в порядок, даже накраситься умудрилась.

Оружие ее не смутило. Девушка только бровь изогнула, будто спрашивая: «Серьезно?».

Такой самоуверенностью можно вышибать дух.

– Я принесла… – начала она загадочно и весело.

– Что? – спрятал оружие под подушку.

– Неотвратимую благодарность, – захлопнула дверь, сдвинула лямки, и платье упало на пол.

– Вау.

Под ним на Дейдре ничего не оказалось. Мне как пульсирующий горячий гвоздь в голову вбили. И не только в голову.

Худая, изящная, невероятно-женственная. Волны черных волос спадали на ее грудь.

Дейдра выглядит так, что бабуин внутри меня начинает нетерпеливо прыгать, просит торопиться, кричит «хочу».

У нее глаза горят; она тоже хочет. От этого я чуть ли не вою. Доигрался, боец…

Дейдра подходит.

Чувственные губы, соблазнительные груди, длиннющие ноги – глаза не знают за что цепляться, ибо прекрасно все.

– Тебе окей? – все осмысленное на что меня хватает.

– Более чем, – голос дрожит. – Быстрее…

Провожу ладонью по ее животу. Вниз, ниже, и чуть с ума не схожу. Ее бьет дрожь, она сжимает мое запястье.

– Все, приехали, – хватаю ее за руки и рывком тяну на кровать.

Она вскрикивает; матрас пружинит – тогда смеется.

Впиваюсь в губы поцелуем, а дальше: жар, бешенное сердцебиение, трение, стоны – прекрасное завершение дня…

Через пару часов я уже понимал, Дейдра меня заколдовала. Изящный суккуб, черноволосая фея, игривая нимфа, и я вынужден буду забрать ее в замок – то моя добыча.

Заглядывая в глаза, видел там огонь торжества.

Что ж, пусть будет так… Дейдра отработала свой билет на все сто.

Глава 10

Вот уж, действительно, не зря выносливость качал.

Когда Дейдра выбилась из сил и завалилась спать, я заметил кое-что интересное. У нее с задней части шеи была мелкая татуировка, изображающая синюю сферу и летящих робо-мокриц. А сверху рисунка – подпись:

«Собственность Роботеха

G-701 369».

Метка биолабараторий? Нужно будет не забыть проверить две вещи: первая – есть ли она у меня, вторая – есть ли такое тату у других мобов. А то мало ли, подсадную девку мне закинули, а я и рад… Перья распушил. Но сильно паранойю разгонять раньше времени не стал; в этом логики нет: не такая я важная птица, чтоб подобные ловушки и шпионские фишки на меня тратить.

С другой стороны, не такая я и птица, чтоб меня в такой системе перемалывали. А вон – вполне успешно перемалывают; своровали, в мясорубку засунули. Так что береженного Бог бережет… Модеры, админы, упомянутые «аукционеры» – вся эта ущербная братия следует какой-то своей извращенной логике.

Поднялся и штаны надел. Думал поесть чего-то у старика взять, силы восстановить. Только ботинки надел, как за дверью крик раздался.

Хватанул оружие… Пулей в коридор выскочил.

Кто бы сомневался.

В древности были такие книги: «Ночной дозор», «Дневной», а мой дозор – головожопый, потому как проворонил игрока.

Бледнокожий тип, с башкой, вытянутой как яйцо, стоял перед стариком-хозяином. Он вбил его в стену и левую ладонь вонзил в глубину черепа.

Меня злостью, как кипятком, обожгло...

Да что ж с этими гомункулами не так? Кто их таких рожал? Кто воспитывал? Почему для них всех это так легко?

Навел оружие.

– Эй, дружище, полное спокойствие прошу, – произнес яйцеголовый голосом диктора. – Мобов тут на всех хватит. Извини, если это был отложенный балл, я не знал, что здесь игрок ошивается… Не хотел портить твою игру, дружище. Портить твой рейт и твои видосы. Виновен. Признаю. Готов монетами оплатить.

Какие к черту видосы?

Маньяк-душегуб только больше взбесил своей речью.

Блум! – злобно говорит мой «Архонт». Луч прожигает яйцеголовому предплечье насквозь; он вопит.

Блум. Второй луч цепляет колено.

Спешу отстрелять остаток кристалла, так как противник резво двинулся в мою сторону: блум, блум. И вот яйцеголовый мертв.

Кажется, переусердствовал. Целый кристалл на идиота потратил. Можно было ограничиться одним выстрелом, оставив у него на голове лучом автограф… Но эмоции брали свое.

– Гео – базе, ответьте.

– Приём нах, – сонно отозвался Остряк. – Чего случилось, чумба-лейт?

– Дрон поднимайте, жопоглазые! У меня в таверне один игрок буйствовал, суки ленивые! Немедленно огляди колхоз!

– Я… ночь… темно…

– Быстрее, харчок малахитовый!

Перезарядил «Архонт» неполным кристаллом.

Ждал двадцать секунд, замерев над телом яйцеголового. Под саундтрек бешенного сердцебиения следил за лестницей.

– Один, – заговорила уже Тень. – У бочонков, с правой стороны от выхода…

– Чего делает?

– Шинкует стражника, – фыркнула Тень.

– Мне торопиться или как?

– Или как… Там уже покойник. И других стражников он перерезал.

Превосходно…

– Игрок собирается чем-то другим заняться?

– Пару минут у тебя есть. Ему с трупом очень весело… Никак не отлепится, падла.

– Собираю шмотье. Сторожите вход в таверну… Как только выйду – летите, обосритесь от натуги, но найдите мне других игроков. Как поняли, приём?

– Поняли, кристально ясно. Не подведем, лейт.

– Нам надо их всех убить или хотя бы агрессивно-настроенных переловить, – пояснил я на всякий случай. – А то мало ли вы, жопоглазые, не поняли. Может вы думаете, наша общая цель, слить меня самым нелепым образом? Так вот: авторитетно заявляю – мы здесь не за этим...

По другую сторону связи пристыжено молчали. Правильно делали… За такой косяк проваленного дозора обычно дозорного коллективно в отбивную превращали.

Залетел в комнату так, что Дейдра аж вскрикнула, отреагировав на надвигающийся шум.

Солдат-топтун.

Поднялась и сразу же грудь простыней прикрыла.

Я улыбнулся. Буквально три секунды разглядывал волны ее волос – заставил себя отвернуться. Надо переводить мысли на боевой лад. У нас дальше по расписанию сплошная резня…

Бросился одеваться.

– Что случилось? – обеспокоено спрашивала Дейдра. – Горим?

– Игра случилась. Спрячься и не отсвечивай, смотрители нарисовались. До конца хода еще…

Глянул на таймер:

10. 02. 54

– Долго.

Дейдра кивнула, губу закусив. Какое-то время боролась с собой, но в итоге убрала прилипшую к лицу прядь волос и решилась спросить:

– Заберешь меня с собой или тактика дать самому здоровенному смотрителю провалилась?

Ее голос переполнен иронией.

Рассмеялся:

– Заберу…

– Если можешь, поступи по-джентельменски, прошу, – нахмурилась. – И признайся заранее, потому как тактику каким образом спрятаться в «аду десяти замков» выдумывать нужно было уже вчера…

Она крайне серьезный вид имела. Никакой обиды и злобы. Спокойное принятие, суровая констатация факта. Я и остальные смотрители в ее парадигме – сила. Она пытается адаптироваться, пытается нахапать привилегий.

Улыбнулся:

– «Увезу тебя я в тундру» или «позови меня с собой»?

– У тебя все хорошо? – не поняла.

Думаю, при желании и должной ловкости она могла прирезать меня в постели. Только вот подобное решение в данном случае ничего бы глобально не изменило – замков прибыло десять…

– Под печать пойдешь? – спросил я.

Странная эмоция пробежала по ее лицу. Дейдра аж руки опустила и простынь соблазнительно «поползла» вниз – девушка быстро опомнилась, подтянула...

Так понимаю такими предложениями даже в шутку тут не разбрасываются: должна поверить.

– Это было бы… честью? – сказала с вопросительной интонацией; кивнула. – Не знаю, что в таких случаях говорят… Это был бы самый удачный для меня расклад.

– Никаких высоких или низких отношений не предлагаю, – весело объяснял я. – Это уже дополнительно по желанию, – рассмеялся. – Свободные руки – честная работа. Какое-то дело придется себе найти. Нас мало…

Она аж бровь подняла:

– Необычный у тебя подход. Девчонки в лабах рассказывали, смотрители строят себя по-другому… Набирают гаремы чуть ли не силой. Летают, веселятся, кидаются во все тяжкие.

Пожал плечами:

– Они, наверное, выбраться не хотят. Смирились с положением собаки на цепи. Да и ты один фиг ко мне в постель залетишь, к такому обаяшке, – пошутил я. – А заставлять качественно работать рабыню – дурная идея. Одни молчаливые забастовки и херовый продукт – получится. Поэтому подход коммунистический: от каждого по способностям, каждому по потребностям. Мне не нужна рабыня – я монолит в замок не ставил; мне нужна спутница, подруга, работник.

Схватил сумку и добавил:

– Не вздумай выходить, – пальцем пригрозил. – И закройся тут… Как-нибудь: хоть стулом дверь подопри.

Вылетел наружу.

Лутать белокожего потом буду. Надо этого игрока-дурака, беснующегося, перехватить, пока он занят.

Осторожно выбрался. На улице – ночь: вот чего мои не разглядели пробравшегося... Темно им тут.

Двухметровый тип в кольчуге нагнулся над телом стража и ковырялся у того во рту ножом.

Зубы выдирал? Им выдали какую-то методичку по жестокостям? Как они определяют какое действие принесет больше рейтинга?

Противно…

Этот смотритель – человек. Оружие – короткий меч в ножнах.

Подхожу ближе: между нами десять шагов.

Игольник навожу.

Трижды стреляю в затылок и успешно превращаю здоровяка в ежа… А вот череп у него крепкий. Иглы вошли неглубоко и смотритель еще полон жизни.

Зараза!

Он разворачивается крайне счастливый, вынимает меч.

Глаза его горят красным…

Я так удивлен – что пропустил очевидный момент, когда можно было считай бесплатно магазин сменить.

– Приём, Тень, если я челу выстелил в затылок, он не помер, а глаза его горят красным – как подобное трактовать?

– Парень на выносливости, – быстро объяснила она. – Глаза горят от перка.

– Какого?

– Не чувствует боль.

Сукаааа…

Пытаюсь перезарядиться – не успеваю. Он добегает быстрее. Хочет зацепить мечом.

Взмах – уклоняюсь – и синяя дуга какая-то осела пылью с лезвия.

Способность?

Вынимаю ятаган.

Видно, что человек никогда с холодняком не работал, потому что первое столкновение клинков – я парирую очень жестко, и пальцы врага разлетаются по округе…

Тогда он накидывается, роняет меня на землю.

Лишь бы не силовик…

Не силовик: я могу успешно сопротивляться. Не даю ему удушающий провести. А когда вижу, что огонь в безумных глазах тухнет, хватаю торчащие из затылка хвосты игл и туда-сюда дергаю.

Тут то он бросает все и принимается орать. Давлю одну из игл, пока из бодрого игрока вся жизнь не уходит.

Грязное убийство: здоровяк тяжело дышит, кряхтит, сопит, изливается кровью. В итоге довел дело до конца… Сопротивление прекратилось.

Интересно сколько за такой бой репутации насыпят?

Поднялся.

– Гео – базе, вы нашли игроков?

– Нет, мы прикрывали тебя, чумба-лейт, – отозвался Остряк. – Поздравляем вах.

– И как же вы прикрывали?

– Смотрели округу. Ждали, что он тя заламает нах, а мы ему в затылок Вжика вогнали бы на скорости, чтоб полный шмяк-вах его голова произошла.

Посмеялся:

– Ищите. Я лут заберу пока…

У здоровяка пять монет. Системного оружия не оказалось: либо оставил в замке, либо потерял. А вот найденный кристалл маны порадовал. «Архонт» еще постреляет на этом оске.

Нож, которым игрок всяческие преступления творил – трогать не стал.

Все.

Вернулся в трактир к убитому яйцеголовому.

Его системное оружие – серебряный браслет с разъемом под кристалл маны. Кристалл был заряжен, а еще один нашелся в кармане.

Все забрал.

Судя по тому, как бледный руку с браслетом в голову старика вбил, поставлю на то, что штуковина дает неплохой баф силы и защиту при ударе.

У этого монет не нашлось.

Игроки все средства таскали в основном на счету, так как их можно с браслета в любой момент «вытащить». По-другому носить просто смысла нет… Только мелочевку. Хакерским образом эти экраны я взламывать не умею, поэтому испарились их денежки в безвременье системно-цикловой жопы. И пусть. Я не жадный: пусть станут оболами Харона в посмертном пути… Аминь.

У старого забрал ключ. Потыркался в комнатные двери на втором этаже.

Крайнюю вскрыл.

Он все равно сюда не вернется. А если и вернется, все будет выглядеть по-иному. Осколок перезапустят после этого великолепного «хода».

Что тут?

Кровать, тумба, стол. Его личные вещи в качестве полезностей совершенно не годятся.

А чего я собственно ждал?

Точно! Надо к старейшине идти. Вот кто имуществом оброс.

Зашел в каменное здание.

Мужику голову пробили, так же как владельцу таверны. А еще все стены кровью измазали знаками непонятными. Это поди тот дурак пробиватель голов…

Мертвая селянка лежит поодаль. Игрок своим супер-ударом несколько раз ее бил. Не стал смотреть… Когда разглядывал, злость сразу просыпалась и мешала думать.

Заглянул в коморку, откуда старейшина приносил игольник.

Два контейнера. Смотрел на них – смотрел. Оглядел окружение…

Игольники поломаны. Ящик на боку лежал – иглы валялись на полу россыпью, а вот контейнеры закрыты. Прям горят кнопки – мигают – манят. Но почему тот белокожий варвар их не открыл?

Вон кровавые следы от его ботинок.

Опыт не пропьешь. Польские приключения передают привет.

Ловушка столь очевидная. Попасться в нее – значит быть либо очень жадным, либо очень глупым.

Вернулся в трактир, зашел в помещение с хозинвентарем, забрал две метлы, скотч.

Приглядел:

– Приём, база. Будем живы, напомните, что нам топор взять, пару ведер, мыло тут еще; хозинвентарь всякий затрофеить.

– Принято.

Вернулся обратно…

Склеил метлы. За стеной спрятался и из другого помещения ткнул в кнопку контейнера.

Бахнуло – раз, я аж упал. И второй сразу же. Глушануло.

Заглянул: каменная крошка туманом оседала.

Что было внутри двух контейнеров? Хрупкая на вид подзорная труба, с золотыми украшениями. Отложил пока в сторону.

В другом: один куб М, один УМ, один О, двадцать монет.

Подзорную трубу в руках покрутил.

Полноценное увеличение: судя по цифре 10x – десятикратное…

Штука ощущалась прям хрупкой. Если пользоваться ей – не разломается, конечно, но вот если начать кидать, бить, то разлетится либо она, либо линзы, либо что-то важное внутри…

– Вызываю базу, есть вещь, которую надо взять и эвакуировать. Очень осторожно.

– Принято.

Три минуты и Вжик подлетел.

Я оторвал кусок шторы, завязал в нее трубу и закрепил; моя горе-команда направила дрон в сторону замка.

– Осторожнее, народ. С этой штуковиной вы и будете работать. Так что это считай вам подгон…

– Заинтриговал, – урчала Тень.

Еще пять минут, и я опять слышу жужжание над головой.

– Как там? – поинтересовался по связи. – Врагов видели?

– Эльф-смотритель. Класс Комендант. Тут с огром невдалеке. А чуть поодаль на север в лесу боец-рабовладелец с монолитными типами дожирает лесорубов.

– Он что делает? – аж опешил. – Они совсем «ту-ру-ру»?

– Он своих одурманенных подчиненных заставил, – Тень смутилась немного. – Кхм… Заставил их есть. Грызть. Репутацию фармит.

– И за такую чушь дают?

– За что только не дают… – тяжело вздохнула Тень. – Дают за все кроме скучного и продуманного, так что тебе не повезло.

– Ублюдство. Ладно давай их по порядку: от ближайшего к дальнему.

– Первый эльф как раз нах, – вклинился Остряк. – Длинноухая-жопа сюда направляется.

– Выберите мне точку на пути, где засаду сделать можно.

– В одиночку? – высказала сомнение Тень.

– В хероточку! – взбесился я. – Ты лять видишь еще каких-то бойцов может рядом?

– Молчу.

Они привели меня чуть поодаль от места, где заходил в поселение.

Я засел в небольшом овраге. Он скорей окоп ростовой напоминал.

Ожидая гостей, разложил оружие. Арбалет, игольную винтовку. Взял в руку «Архонта». Сначала в ход пойдет он, потом игольник.

Арбалет вообще похоже можно выкинуть – игольник его функционал дублировал…

– Идут, – предупредила Тень. – Готовность – минута.

– Что там?

– Эльф. Огр. Два гоблина.

Посмеялся:

– Звучит как начало анекдота…

– Какого нах?

– Да любого. Умирают как-то эльф, огр и два гоблина. Оказываются перед Богом, а тот и говорит… – переключился. – Скажите, когда они чуть вперед уйдут, чтоб я в их спины бил.

Выжидал.

– Сейчас нах! – кричит в ухо Остряк.

Вскакиваю в полный рост и стреляю дважды в голову огра с «Архонта».

Трехметровый ревет.

Я бы бил и дальше, да вот только кристалл оказался разряженным. Забыл, что именно такой вставлял.

Представил, как сержант с позывным Бомбовоз из учебки до безумных слюней орет надо мной за такую паталогическую тупорылость.

Мрак…

Быстро вставляю другой и стреляю еще дважды: в шею, и в глазницу.

И опять все.

И этот разряженный. Да что ж за невезуха… Сука. Огр упал; на эльфа уже не осталось.

Остальные игнорировать светопреставление не стали.

В меня арбалетные болты летят от гоблинов, эльф тормозит.

Игольник делает щелк, щелк, щелк – и гоблины умирают.

А потом светловолосый эльф бахает ответку – из системного лука стрелу в меня посылает.

Прячусь.

Снаряд бьет в верхотуру укрытия, в землю. Расцветает огонь, танцует пламя, голову жжёт, дым вихрями идет вверх и вниз. Сразу полный рот гари. Надышался, наглотался.

Поднимаюсь с руганью. И сам не заметил, когда магазин игольнику поменял.

Щелк. Щелк. Щелк – своей стрельбой только ногу юркому длинноуху задеваю.

Долбанный эльф на месте не стоит – двигается, мечется, как белка.

Кристалл на луке вспыхивает – в меня огненный шар со стрелой летит.

Падаю, голову закрываю. Смачно бахает! Земля разлетается. Что-то горячее за воротник и на шею капает. Бедро жжет. Меня трясёт всего.

Ну, эльф погоди!

Перезаряжаюсь. Поднимаюсь во весь рост очень злой.

Не вижу.

– С правой стороны… – подсказывает Тень.

Перевел игольник.

Много он пробежал. К дереву дальнему несся, прихрамывая…

Еще три выстрела и я опять только его цепляю. Перезаряжаюсь.

Он разворачивается. Накладывает стрелу – лук загорается.

Щелк. Щелк. Щелк – весело звучит игольник.

Свистит в ответ стрела, оставляет за собой красный след.

Задевает нижнюю часть игольника и вонзается в нагрудник. Струя бьет в кирасу. Повезло что не в лицо.

Как петарда под подбородком взорвалась.

Я вижу, как пальцы левой разлетаются по оврагу.

Жжется падла!

Игольник разваливается на части.

Из хорошего – эльф помер. Последняя игла в лобешник залетела...

Проверяю себя. Пару пластин хитиновых оплавило.

Голова не пострадала. С десяток небольших ожогов. Один сильный на шее. Чуть волосы пожгло. Водой голову и ожоги залил со всех бутылок и опять считай воевать готов… Но пальцы...

– Приём, Тень, возможно мне восстанавливающую пилюлю прислать?

– Нет. Это заказать возможно только когда ты в замке.

– А аптечку?

– Пятерку монет будет стоить малая. Большая – десять.

Прикинул какие повреждения, глянул на два оставшихся пальца на левой руке. Малой аптечки хватит? Должно. Так-то ничего серьезного… Везучий ты, Гео, мужик.

– Посылай…

Пока ждал адреналин убрался и пришла волной боль. Пришлось потерпеть.

Потом Вжик аптечку привез…

Обработал огрызки пальцев, помазал ожоги мазью. Обезбол вколол. Антибиотиком закинулся.

Подбежал смотреть, что у врагов есть.

У великана – ничего. У гоблина только арбалеты и чуток болтов в колчанах.

У эльфа два кристалла маны. Это определенно хорошая новость…

А вот монет у длинноухого с собой не было.

Лук забрал, закинул за спину.

– Проверьте, ребята, как там монолитчик, – сказал по связи.

Пока они летали – смотрели, я пытался отдышаться и с мыслями собраться: а они, как тараканы, все разбежаться норовили.

Если бы меня Пес, Бивень, Комиссар и Губер видели – от смеха бы, наверное, обоссались: суровый командир броневзвода десантников в перестрелке с лучником-туземцем пальцы потерял.

– Все так же… – доложилась Тень.

Вжик провел меня к месту, где смотритель веселился.

Все было не так плохо, как рассказывала чудо кошачье – они повесили четверых мертвых лесорубов на деревьях и обгрызли им ноги.

И все.

Смотритель толстяк дирижировал. На груди висело две малые сферы. В руках палочка магическая была. Привет Гарри Потеру… Это человек с нашей ветви миров.

Вокруг ног лесорубов вилось четверо одурманенных. У них красные точки на лбах были.

Веточка предательски хрустнула под ногой и монолитчик моментально развернулся. Направил палочку, с кристаллом маны в основании.

Я навел на него «Архонт».

– Мы можем разойтись, – с неловкой ухмылкой сказал толстяк в очках. – Это просто. Разойдемся, и каждый своими развлечениями займется. Здорово же? Зачем нам эта стычка?

Одурманенные оглянулись на меня. Злобно шипели, но пока не приближались.

– Зачем тебе это все? – поинтересовался я, кивнув на лесорубов.

– Что именно? – у него бровь в удивлении поднялась. – Не понял.

– Жестокость.

– Рейтинг, – посмеялся. – Что ж еще? Это новый мир, где мне дали возможность: я – вроде как князь. Все что нужно – это обеспечивать толстосумов или кто там... зрелищем. И все. Ерунда. Сделаю. Тем более, что мобы восстановятся… Считай я ничего плохого ж не делаю.

– Тебя выкрали и заставили двигаться в рамках системы, и у тебя ничего и не засвербело в голове… Раб. Ты просто гниль и шестерка, что была продавлена системным сапогом. Собака на цепи. Погавкай, пес. Лижи яйца, пес.

– Ах ты какой моральный цветочек… Камертон мля. Чванливая гнида, – он презрительно сплюнул, и своей жалкой палочкой размахнулся. – Авада Кедавра!

Глава 11

Понятное дело, что заклинание создать ему не удалось: мозгом не вышел, чтоб на стадии печати такое оружие представить.

Зеленый сгусток энергии полетел крайне лениво: я легко уклонился, а заклятье поразило дуб позади…

С усмешкой оглянулся – дерево обратилось в пепел.

Усмешка пропала…

Тут не «Авада Кедавра», тут самый настоящий дезинтегратор…

Я, не дожидаясь следующего залпа гига-мега бластером, дважды стреляю в монолитчика.

Уникальная снежинка-князь падает на землю. Две дыры в голове – жить ему с ними проблематично.

Ближайших одержимых короную еще двумя лучами. Валятся и эти: двоих выбил.

Оставшаяся тройка несется, завывая по-дикарски. У них на лбах сеточка красная проявилась, как вены…

С ума сходят? Метка рабовладельца выжигает мозг? Но ждать, когда это случится окончательно и они остановятся – мне некогда: они атакуют и у них холодное оружие…

Перезарядиться не успеваю, хватаюсь за ятаган.

Первый пытается ножом полоснуть, убираю руку, отдергиваю голову. Острие скребет по кирасе.

Раздражает.

Со всей злостью рублю в ответ по центру его долбанного одержимого лба.

С ужасающей раной падает.

Второй топориком размахивает, отбиваю, рублю ему руку, и следующим движением бью по горлу. Он пытается отпрыгнуть, но не успевает.

Третий вцепляется в рукава. Ошибка: его габариты шестьдесят кило на сто семьдесят против моей сотки и ста девяноста сантиметров – будто бы дурная шутка…

Монолитное основание не наделило его умением игнорировать физику. Хотя, казалось бы... Магия! Но тут волшебство видимо только с дополнительными усилениями приходит.

Скручиваю одержимого и забиваю головой о ближайший ствол дерева.

Хорошо. Всех победил. Недостаток пальцев даже почти и не мешал. Вспомнилась «Башня» Кинга и Роланд... Посмеялся. У нас тут не море и крабы – тут небо и твари.

У дурака по карманам нашлось аж одиннадцать монет. Забираю две сферы с груди типа, закидываю в сумку. Туда же системную палочку.

Очень солидная добыча, даже настроение поднялось...

– Гео – базе. Этих всех поубивал. Что дальше?

– Ты неостановимая машина вах, – смеялся Остряк. – Неостановимости.

– Несколько игроков подошли к городу, – перебила его Тень. – Собираются жечь дома…

– А хорошие новости есть?

– Ты пока жив, – тихонько посмеялась Тень. – Это неплохо, да? А нам тут весело… Как кино смотрим. Правда Остряк ворчит, говорит кино – дурость…

– Гоблины не оценили кинематограф?

– Нах надо? Мы глянули у братаков-орков, не понравилось… – отозвался гоблин. – Мельтешение и бубнеж – скука.

Пришлось забегать в селение вслепую: дым мешал Вжику нормально передавать изображение, поэтому моя гоп команда тут считай ослепла…

Когда я проскочил внутрь, половина зданий уже горела.

Из домов кричали; на улице добавилось мертвецов.

Залетел внутрь таверны, отстучал Дейдре:

– Уходим… – сказал. – Пора – не пора, иду со двора…

Она, услышав мой голос, выскочила из номера.

Поймал, удивился ее бледному виду и сказал:

– Очень внимательно слушай… Что говорю – делай.

– Я не тупая, – произнесла Дейдра и нервно губу закусила. – По крайней мере, мне так кажется.

– Может наоборот больно-умная. Как раз самые тупые и больно-умные в «мясорубках» долго не живут…

Она кивнула будто я что-то мудрое сказал.

На самом деле, конечно, живут – я так припугнул, чтоб она эго к земле прижала. В «мясорубках» всякие живут, главное, чтоб удачливые…

Осторожно выбрались наружу. Получилось, как раз в тот момент, когда все смотрители вышли из домов, а еще и новенькие явились.

Те, что выбрались, мирняк в центр согнали.

Я же под покровом дыма увел Дейдру за таверну.

Прислонился к углу смотреть, как события будут разворачиваться дальше. Они же не начнут тут же дружить… Слишком много игроков собралось в одной точке.

Кого я видел?

Человек десять сгрудились в центре: трясущиеся, побитые...

Мобы-люди. Бедолаги, обреченные отправиться на лабораторный откат.

Дальше всего от меня стоял четырехрукий тип, с двумя короткими мечами и саблей. Сабля аж сияла – системное оружие, красный клинок.

Вещь!

Сам инопланетянин длинный, пятиглазый; хищного вида. С длинными волосами, весь худющий и будто пару лишних суставов в руках имел.

Прикинул – он выше меня где-то на голову. Впечатление производил гнетущее.

Ближе к гражданским латник-смотритель. Человек. Ничего особого… Топор, щит, борзота.

С левой стороны – бледноликий некромант в черных одеждах.

Его системное оружие – протез на кристалле маны. Вокруг вилась тройка горбатых гулей с жуткими когтями и клыками; и как мясной щит он использовал два толстых, вздутых зомби.

С правой стороны, ближе ко мне – смотритель энтомолог. Жуколюб вонючий.

Дедок-аристократ, в пиджачке. У него острая бородка и штрих код на лбу. Системное оружие – трость. Спутники: громада черно-желтого жука-воина и два палочника, готовящихся кислотой плевать.

Проверил.

У меня три кристалла маны. Двенадцать выстрелов. Арбалет я благополучно оставил. Иглострел поломал. Только «Архонт» остался и ятаган. Нужно с умом к делу подойти.

Пока эти дураки нервно переглядывались, вспомнился «Хороший, Плохой, Злой».

А затем закрутилось!

Четырехрукий наскакивает одним движением и тройным ударом бьет латника-смотрителя.

Сила удара такова, что его и с броней и мясом на куски разрубает.

Палочники энтомолога заплевывают кислотой мирняк; и в ужасных воплях те все умирают.

На четырехрукого налетают гули, отрывают от него куски. Он отбивается точными выпадами.

Зомбей некромант отправляет против жука-воина; а затем стреляет в энтомолога из протеза.

Тот блокирует тростью, создавая боевое поле. Получается смешной зонт-щиток.

Я делаю знак Дейдре оставаться на месте, а сам продвигаюсь вперед под дымовыми «змеями», от горящих зданий.

Двадцать шагов.

Целюсь в затылок аристократу. Стреляю.

«Архонт» безжалостен. Луч оставляет сквозную дыру.

Кислотные палочники разворачиваются на меня. Беглый огонь – и все они гибнут, изорванные: как из веток сделаны, никакой защиты.

Жук-воин срубает головы преграде из зомбей и бросается на меня.

Очень страшно. Перезаряжаюсь. Жук выскакивает.

Звучит нервное: блум, блум, блум, блум – жук падает с отстреленной головой и изорванным нервным центром. Машет лапами-лезвиями, корчится, издает жуткие звуки.

Глянул как у остальных дела.

Четырехрукий как раз мечи вырвал из убитого некроманта.

Перезарядился.

Целюсь, но стрелять не спешу. Четырехрукий с интересом разглядывает.

Чувствую, как по вискам пот бежит.

– Если бы ты не был сопливым мальчишкой, ты бы вышел раньше, и мы бы спасли гражданских, – усмешка. – И ты считаешь себя солдатом?

Я не убирал оружие. Наверное, только в бронекостюме здесь почувствовал себя бы на равных. А так напротив меня четырехрукий монстр и рванные раны на его туловище зарастали.

– Ты не можешь знать, что спасли бы… – уверенно произнес. – Да и я не альтруист. Сам чернить не буду, но и в спасителя играть не стану.

Пятиглазый кивнул, указал пальцем:

– На тебе метка.

– О чем ты?

– Метка бунтаря, – он вложил мечи в ножны на поясе. – Тоже ищешь крови модераторов, распорядителей и системы?

Он сложил руки на груди, а вторую пару – на животе.

– Думаю да.

– Тебе надо стать смелее и сильнее, – покачал он головой. – Сейчас ЧВК-шки Роботеха тебя выпотрошат. От тебя веет слабостью.

– У меня не такой скелет и не столько рук, и не такая регенерация, – оправдывался я. – Мир нечестное варево…

Четырехрукий хохотнул:

– Это правда: вы люди, что дети, а я дурак – слишком многого требую.

– Я следую пути ХПСЗ, НЕ пропаду…

– Чего?

– Хитрость, подлость, скрытность, засады.

Опять посмеялся. Мне вот смешно не было. Было страшновато. Был риск, что лучи его разом и не убьют в случае чего. А если он в момент не сгинет, к окончанию перезарядки, существовала вероятность, что он уже будет целым.

– Я Форкрул, – стукнул себя по груди. – Не вижу причины нам враждовать. Руки твои не пачкала кровь местных мучеников. Добро. Ты – личность. Плохенькая и жиденькая, но это уже достояние, учитывая окружающий сброд… Нас настоящих, кто не погряз в грехе мало. Нужно держать связь.

– Гео, – представился я.

– Пиши мне, Гео, когда будет повод и когда будет больше силы, и воин-жрец морийцев напишет в ответ, – улыбнулся и горячо добавил. – Моя лента добычи пополнится отрубленными головами системщиков. На замок повешу – пусть каждый в этой системной дыре видит.

Я бы так же хотел.

А затем Форкрул вытащил мечи и поднял их вверх в воинском салюте:

– Вижу картинки образов из твоей головы. Страшная война. Беру слова назад, ты настоящий воин. Я бы в эти железные банки ни в жизнь – не полез.

У него еще и телепатия…

– Не ссы, боец, – он подмигнул одним из пяти глаз.

– Слушай, а ты один такой или вас много?

– Я в своем народе – мощь. Сила от числа глаз. Мы морийцы. Нас вообще мало.

Кивнул.

Слава богу. Значит и здесь их почти нет, а раз мало – то с этим дружим в десна, а остальные – не моя проблема…

Так и смотрел на спину Форкрула, и как он уходил.

Четырехрукий забрал добычу: на одно плечо водрузил некроманта, на другое – убитого латника.

Я собрал трофеи только со своего жуковода.

Системная трость, шесть монет. Был у него еще пыточный набор – брать не стал, выкинул к остальным трупам.

Дошли с Дейдрой до замка, а потом настоящая работа началась…

Сначала отдал аж двенадцать монет за таблетку, чтобы пальцы восстановить. Системе нельзя было объяснить, что утерянные пальцы – это не тоже самое, что и потеря руки: она оставалась непреклонна.

Начал прям на стол трофеи сгружать: две малые сферы системный нож, трость, лук, протезы-руки гоблина-вожака, имплант модифы №1, имплант модифы №2, системный браслет-усилитель, системную волшебную палочку, один куб М, один УМ, один О.

По первичным подсчетам получалось так:

Монеты – 55

М – 7, УМ – 2, О – 1.

Потом зашла речь о вторичке. Вынесли мы и вправду много. Забрали еще хозяйственных принадлежностей, всяких инструментов перетаскали. Мыло. Посуду. Утащил стол и стулья. Умаялся.

Я думал и кровать перенесем как-нибудь… Но эти выродки всех ослов зарезали, а тащить, надрываясь, не вариант.

Зато прихватили бочонок с пивом и овощей – правда уже засохших: картошки взяли.

Нашли мы также и еще один игольник. И я умудрился зайца с него подстрелить.

Хрен ли он смотрел что мы таскаем? И туда – сюда мотаемся? Сидел дурак – ушами и шипами шевелил.

Зря шевелил…

Я гоблинов мертвяков начал перетаскивать. Забрал четыре тела, дотащил до ПП. Мне помогали Дейдра и Остряк. По возможности, конечно...

Получили с тел четыре органики.

И тут нас начали поддавливать: тени какие-то страшные разлетались, пока скромно, верхушки дубов облюбовав, звуки страшные издавали – это видимо система делала, чтобы мы все поселение не утащили с собой…

А чего?

Я б и деревца небольшие топориком посрубал. Хоть костерок бы сделали, посидели у огня…

Дейдра быстро забрала невинно-убиенного зайца, меч и мы ее больше не видели… Она пошла творить страшные кулинарные дела на кухню.

Почтовые трубы выплюнули все положенное мне и еще сверху куб органики. Я быстренько карманы кристаллами маны забил.

Ход завершен. Выберите награду:

Зал

(1 М)

Почтовая труба

(1 УМ).

Орудийная башня

(М – 2, УМ – 1)

Зал – для расширения. Нам особо некуда расширяться… В том смысле, что у нас народа нет. В тесноте да не в обиде. Потерпим пока как-нибудь… Хотя смотрителю бы хотелось хотя бы комнатку, по офицерскому статусу положено… А ведь с личной комнатой была бы и кровать организована хорошая. И уединение. А у меня здесь молодая Дейдра… М…

Потерпим, и не такую тесноту терпели в подвалах Варшавы.

Еще одна почтовая труба может быть?

Ерунда…

Вся польза с нее дополнительный кристалл и шанс дополнительной единицы ресурса. Да, дополнительный кристалл – хорошо, однако выгоднее банально найти альтернативное оружие с тем, чтобы возобновлять боеприпас. Стрелять по всяким гоблинам из «Архонта» – жуткое расточительство.

Вода нам особо не нужна, а брикеты эти, «зло»-шки никто кроме Остряка не жрет.

А вот орудийная башня, это самый подходящий из вариантов, хотя тоже не то, что хотелось бы. Но тут выбор такой…

Хотелось бы, конечно, что-то приносящее пассивную пользу или что-то позволяющее нам двигаться.

Орудийная башня – позволяла ставить тяжелые орудия выше. Соответственно оно будет стрелять дальше. Цеплять либо летучик всяких и корабли, либо по острову и осколкам позволит работать, что очень даже большой плюс…

Но… Тогда нам нужно трясти Скарба для тяжелого оружия.

Нужен тяжелый класс орудий. От того же стреломета, если я его наверх поставлю, толку не будет никакого…

Выбрал. Выглянули посмотреть по итогу.

Красота! Крепкая башня с широкой круговой площадкой вырастала из крыши. С нее во все стороны можно было бить, и пластины там защитные имелись.

Сразу же написал по этому поводу Скарбу:

Гео: «Напоминаю, пушки. Тяжелая артиллерия – они есть там у системников?».

Скарб: «На башню?»

Гео: «Да».

Скарб: «Есть легкая магопушка «Химера», тяжелая магопушка «Мантикора». Это на башню; легкую даже вниз можно установить. То что устанавливается только вниз – это крепостное ружье «Минотавр» и барабанный шипомет «Шип-Шип».

Гео: «Расскажи про ружье и шипомет».

Скарб: «Шип-Шип автоматическое орудие. Метает в минуту очень много разогнанных магией шипов. «Минотавр» – картечное магоружье; тоже по небронированному работать.

Гео: «А про пушки что скажешь? Чем отличается легкая пушка от тяжелой?»

Скарб: «Скарб думает, вопрос глупый: калибром снаряда, скорострельностью, дальностью – по сути всем».

Гео: «Что Скарб посоветует?»

Скарб: «Скарб советует цены узнать».

Гео: «Узнаю».

Скарб: «Легкая – за семьдесят пять», «тяжелая – за девяносто».

Гео: «Это с наценкой?»

Скарб: «Конечно. Еще и с хорошей такой, сочной».

Гео: «А с учетом проданного двигла?»

Скарб: «десятку скину».

Гео: «Мало».

Скарб: «Скарба за двигло твое чуть эльф раком не нагнул».

Гео: «И что в итоге – отдал просто так?».

Скарб: «Скарб ничего просто так не отдает. Скинул Скарб с братьями и сестрами эльфа со станции вниз; летел – орал, а Скарб смеялся».

Гео: «У меня был большой двадцатичасовой оск, и я много всего надыбал».

Скарб: «Скарб поздравляет».

Гео: «В том числе и модифики всяческие… Системные оружейки еще есть. Ты берешься или их на переплавку скидывать?»

Скарб: «Не вздумай! Скарб прилетит и все, что отдашь возьмет! Обсудим! Уверен, что наберется товара на сумму?».

Гео: «Сколько стоит среднее системное оружие?».

Скарб: «Сложный вопрос».

Гео: «В общем у меня пять единиц системного оружия».

Скарб: «Скарб возьмет пушку «Мантикору», а при встрече уже догворимся».

Гео: «Стой! Я смогу к ней боеприпасы докупать то?».

Скарб: «Сможешь, конечно. Ты можешь докупать любой боеприпас к любому оружию, который у тебя есть в замке».

Гео: «А какой-нибудь схемы под ручное оружие не возьмешь?»

Скарб: «Ты очень быстрый млек. Деятельный. У Скарба денег хватит только твою пушку выкупить, и все; потом Скарб посмотрит. Когда второй раз полечу с тем, что возьму у тебя и других на реализацию – тогда глянем».

Гео: «Добро – жду».

Сверху прилетела системная оплата за убийства – двадцать семь монет.

Мой замковый инвентарь сейчас выглядел так:

Монеты – 71

М – 7, УМ – 2, О – 6.

Показали мне и отчет по всем ходу:

Большой осколок – 10

Активные действия – 5

Зачистка – «-2»,

Контейнер – 5,

Контейнер – 5,

Упущенный контейнер – «- 1»

Трофей-женщина – 3,

Практически без ран – 2

Убитое племя – 5

Убитые игроки в (6) – 18

Допы:

Казнь дурака c веревкой – 2,

Перерасход боеприпасов на Кулаке Полярной Звезды – 2,

Тяжелая рукопашка, сдан норматив по борьбе – 2,

Зачетная перестрелка с эльфом-Чинкачгуком – 2,

Маг-тупица магл помер и никакого больше волшебства – 2,

Элегантное убийство профессора жукососа – 2

Ваш рейтинг: 70 + 62 = 132.

Вот и четвертый уровень.

Сразу же по ярлыку щелкнул и единицу навыка – раз уж речь о пушках зашла – опять закинул в канонира.

Текущий опыт:

132 \ 180

Я так понимаю теперь аж до шестого уровня ждать, когда можно будет повысить атрибут. Там перк попробую получить. Мне бы узнать про это побольше, и, если оно полезное – придется брать выносливость, силу, волю. А желательно – все.

– Огляделась у тебя тут, – тихонько и без особой уверенности сказала Дейдра. – Я кухню заберу и все эти дела… Вы тут не готовили?

– Да нечего было, и особо не умеем.

– Я умею.

– А это не будет слишком по-сексистки?

– По сексистки, это было остаться на выжженном иске, ожидая чистильщиков и откат, – хмыкнула она. – А кухня в теплом месте – пойдет…

– Нам надо решить вопрос печати.

Она активно закивала:

– Очень надо: я согласна.

Ее поведение понятно. Все еще я буквально мог выкинуть ее с края острова. Ничего не будет мешать мне сделать также и после, но я хотя бы четко обозначу свое намеренье, что не собираюсь отдавать ее другим смотрителям…

Потратил пять монет на печать в магазине.

На форуме до этого я вычитал, что лидерство равно твоему текущему уровню плюс уровню навыка «лидера», деленному на два…

Нам хватало. У меня по идее две единицы сейчас свободных юнитов. Первый слот уже забил Остряк.

Аккуратно вдавил ей в лоб печать, поцеловал туда же.

Она хихикнула:

– Щекотно, Гео.

– Добро пожаловать, Дейдра, в гарнизон кошачьего замка, – мрачно проговорила Тень. – И пусть все на нашем пути будет сметено…

Кивнул:

– Аминь.

Остряк был в ужасе:

– А меня ты нах так же чмпонькал?

– Кто знает? – загадочно протянул в безжалостной издевке. – Выражение расположения это или обязательный ритуал? Пусть это останется тайной за семью печатями. Надейся на лучшее – все, что могу тебе сказать, братак.

Тень со своих имплантов рассмеялась.

Гоблин места себе не находил:

– Скажи, что, чумба-лейт не чмпонькал меня нах, – тряс Остряк кошку. – Черная, скажи! Ты хороший братак-вах, ты бы такого не допустила!

Она так и не ответила, мрачно болталась в его руках безвольной тушей.

Шло время – под воздействием доносящегося с кухни запаха, мы чуть не поубивали друг друга… И аж через два часа, Дейдра закончила с готовкой.

Столовая, в которой я оказался в первый раз (что определенно просчет – надо «дополнения» тщательнее изучать) была светлая, с широкими окнами, не особо большая, но с широким металлическим столом по центру, который, должно быть уместит человек десять. Может и больше.

Дейдра запекла зайчатину в овощах.

Добытый бочонок с пивом вскрыли. Все-таки удачно провели «ход» – душа требовала небольшого праздника; опять же общая радость полезна для боевого слаживания...

Все ели. И Тени в миску зайчатины нарубили, не обделили кошатинскую. Она громче всех урчала; на втором месте по урчанию был гоблин. Я стоически изображал безразличие – давалось мне это не легко.

Получилось очень вкусно…

Остряк плакал и кричал, Дейдре «чтоб она нах стала его женой вах», такое на него впечатление произвело приготовленное блюдо. Дейдра успешно отбивалась с выражением лица холодной королевы.

Наши взгляды встретились: она не смогла сдержать улыбку…

Глава 12

После приема пищи Тень убежала «щелкать» в Научный Центр исследование, а Остряк, предварительно спросив разрешение, понес сферу в Кузню дразнить Собирателя. Я же усадил Дейдру рядышком и дал ей жемчужину связи.

Девушка удивленно подняла бровь, но выделываться не стала – зацепила ее на мочку уха.

– Часть команды, часть корабля, – заявил торжественно.

– Спасибо.

– Давай, рассказывай, – улыбнулся, аккуратно взяв ее за руку. – Что ты за птица такая? Откуда взялась?

Она немного помолчала, а потом, шутливо прикрыв глаз, заявила о себе:

– Ирландия: скалы, пабы и вечно пьяные лепреконы. Родом я из Дублина. Дейдра О’Рейли, младшая из восьми боевитых детей О’Рейли…

– Полная семья?

– Нет, – тяжело вздохнула. – Отца сучий чаехлеб застрелил, когда мне двенадцать было…

– Грустная история.

– Обычная, – отмахнулась с напускным безразличием; изображает, конечно. – А тебя откуда такого занесло?

– Из России, – обдумал, что она рассказала и уточнил. – А разве у вас не все рыжие должны ходить – бродить?

– Как видишь нет, – с раздражением высказала брюнетка; видимо не первый раз подобным цепляют. – А у вас все водку пьют и матрешками занюхивают?

– Понял-понял, – усмехнулся, примирительно руки подняв. – Чем занималась по жизни, Дейдра О’Рейли?

– Наш девиз «Ирландия навсегда!», – плечи расправила, раскраснелась. – ИРА. Если мою деятельность как-то охарактеризовать… можно сказать, боевая подруга, что подставляла плечо и подавала патроны… А так... Пару боевых операций. И сплошной быт.

– О как! Ничего себе – ирландская республиканская армия.

Удивительно. А девка то с огоньком, вот тебе и кошечка – тигрица.

– Мое уважение, Дейдра О'Рейли. А ты получается бунтарка…

– И немножко головорезка, – хихикнула. – Немножко... Но больше кухарка, управляющая и воспитательница. Но...

Продемонстрировала татуировки. Это два малых красных креста на ладони:

– На моем счету две души, – гордо добавила. – Веселые деньки были… Ни о чем не желаю.

– У вас в мире военизированное крыло не прикрыли?

– Не… Работали вовсю. Резня продолжится, пока цели не будут достигнуты… Гарантирую.

– А мне кстати тоже доводилось англичан убивать, – ловко подметил я.

– О, вы прекрасный жених, мистер Гео, – изображая что попала под впечатление, она смиренно опустила глаза. – Моя матушка вцепилась бы в вас когтями и запечатала в подвале.

Я с подозрением прищурился:

– В каком смысле?

– Высокий, здоровый, средства есть, вон замок какой – считай аристократ. Еще и англичан резал – идеальный муж… И всякого хорошего валом, и ирландские традиции уважает.

Рассмеялась.

Хмыкнул:

– Интересный взгляд на ситуацию.

– Я-то понятно, а где ты их нашел у себя там в снегах? Сильно на кораблях заблудились? Решили через лед продолбиться?

– А тебе все скажи, – улыбнулся, а затем, видя что она собралась возмущаться, ответил. – В Польше нашел. Считай да. Заблудились твои англимэны.

– Интересно у вас мир перевернулся… Лайми в Польше бьются с русскими.

– Политики политикуют, – пожал плечами. – Ты давно тут? Сколько лабораторных откатов?

– Я так только по касательной зацепила, – с явным облегчением в голосе, и нервно потирая плечо, объяснялась она. – Три отката. Везло: совсем свежая умом, – игриво продолжила. – Нетронутая телом…

– Расскажи, а… – упер руку в стол и положил на ладонь голову, готовясь слушать. – Как тебе такое чудо чудесное удалось…

– Я ж говорю – недавно здесь. Думала, что свихнусь. Спасибо местным девчонкам с лабы, гномихи помогли: расклады описали. Первый раз меня огр ударом кулака переломал, я прям совсем не туда сунулась. Второй раз на «очистку» попала… Эльфы, суки, постреляли. Третий раз под банду гоблинов серых система подкинула, но там я уже соображала нормально. Только поняла, что дело пахнет дурно, взялась, да и скинулась с оска вниз…

Решительная какая, но раз она скинулась…

– Память полета не затерли!? – спросил возбужденно, переполошившись, хватая ее за руки, будто она убежать куда может.

Не может. Попалась птичка.

«Спокойнее», – сам себя одёрнул.

Дейдра даже немного растерялась:

– Нет. Не затерли.

– Ты что-нибудь видела пока падала?

– Не особо… Помню, как в Облачный Пласт залетела, а потом точно удар по затылку, бах – все, в лабе очухалась.

– По затылку? – нахмурился; дико странное дело. – Точно не по лицу или может тебя закрутило как-нибудь смешно?

– Закрутило или нет, – произнесла она, особое внимание уделяя стакану с пивом, потом перевела на меня взгляд, колкий полный раздражения. – Вряд ли возможно лицо и затылок перепутать. И я тоже удивилась... Но спрашивать почему так, а не иначе – не у кого. Знаешь, тут озорных прыгунов в обилие не встретишь… Я такая…

Улыбнулся:

– Уникальная?

– В точку, мистер Гео.

Получается они отключили ее, чтобы Дейдра ничего из того, что было внизу не увидела.

Этот факт приводит к двум мыслям: первая – там есть что посмотреть и что системники не хотят, чтобы мобы видели; вторая – возможно у системников есть способ выключать свои «куклы».

Вторая мысль паскудная, так как в заданных рамках такой куклой может оказаться кто угодно: моб, системник, смотритель.

Вот засада... Ладно, не надо никаких поспешных выводов делать. Разберемся. Потихоньку: от частностей к общему.

А еще может такой функционал в отключении появляется только по Облачному Рубежу. Химия в облаках? Чип внутри тела – а там блокираторы? РЭБы? В целом это все симуляция и у них вообще полный контроль? Возможно что угодно; я слишком загоняюсь…

Дейдра продолжала говорить:

– А вообще ты первый смотритель, которого я увидела, не считая козла с веревкой, – тепло улыбнулась и милые ямочки на щеках проявились. – А ты как давно в «Орбите»?

– Несколько… Чего? Суток, наверное, здесь… Тяжело считать.

– Действуешь толково: преступник, полицейский или военный?

– Профик. Офицер, военный, да, – пожал плечами. – Ничего необычного…

– Эй, я про себя всякого компрометирующего наговорила! А теперь ты делись про свой мир и дела свои… Гео – это от чего такое…

– От Георгия.

Я рассказал про наши войны, про броневойска и бронескафандры; про Польшу, впрягшийся Альянс стран, переброс ударами, хищную войну ракет, артиллерий, дронов; войну агентуры и разведок, про выпущенный вагон тактического ядерного оружия, который ничего глобально не поменял в доктринах, и про щепотку стратегического, от которого мир и массмедиа тряслась так, что даже на ЛБС перенасыщение блогерской инфой ощущалось…

Дейдра слушала, открыв рот. Я еще пару вопросов задал. Ее хронология в сравнении с моей съехала. У них был 1970, но СССР уже не осталось – страна переформатировалась во что-то другое. Дейдра ничего толком не знала, полностью погруженная в собственную борьбу с английскими свиньями; ее мало интересовал остальной мир и его пожары… Хотя старшие товарищи – упоминала она – иногда говорили о России с теплотой из-за оружейных поставок. Их Великобритания была совсем другого пошива, более хищной и от этого получала более жестокие ответы от ИРА, но тут я уже полноценно разницу оценить был неспособен. Мне просто так показалось.

Через три часа явился на своем летучем жуке Скарб с грузом.

– Показывай, Гео, – сходу говорил жуколюд. – Скарб аж трясся в нетерпении...

И правда: у бедолаги жвалы жадно щелкали.

Привел Скарба внутрь замка и продемонстрировал стол, заваленный системным барахлом.

– Модифики, протезы и лук возьму в цену пушки, – проговорил он своим инородным голосом с переводчика. – Скарб их легко продаст: модифики – системникам. Лук втюхаю первому же эльфу. У них пунктик.

– Слушай, Скарб, – решил я поинтересоваться. – Системное оружие можно перепрограммировать под другого игрока?

– Можно, но это будет нормально стоить.

– Сколько?

– Зависит от того, что конкретно хочешь взломать.

– Браслет.

Он покрутил его в трехпалой ладони, поцокал, покачал головой. На протяжении всего процесса «оценки» хотелось его стулом захерачить.

Тараканий бог хренов.

– Тридцатку, – сказал он беспечно; по крайней мере я так интерпретировал тон. – Могу палочку, нож и трость в счет работы забрать.

– А не жирно тебе, жучара? – возмутился. – Ты ж меня, как обывалу разводишь.

– Конечно, Скарб разводит тебя как обывалу, – терпеливо объяснял жуколюд. – В этом и смысл торговли: купить подешевле, продать подороже. Но Скарб тебе скажет так, – он ткнул в нож. – Это продать – целая история. Они нахер никому не упали. С ножом никто из адекватных не работает. А если такой баффер, как этот, то в моде браслеты и украшения. Палочка – дерьмо сумасшедшего выродка, ей только стены прошибать. От его бластерного сгустка и одноногий жук-олень увернется. Трость как защитный инвентарь может и сгодится, но специфическое барахло, которое не каждый захочет таскать… Короче Скарбу придется применить свое творческое начало, чтобы втюхать это покупателю.

Вряд ли вещи типовые с учетом этой фишки: «придумывания себе оружия», а это значит что? Значит Скарб видит суть предметов.

– Ты как их опознаешь так ловко?

– Дар торговца. Системное благословение. Тебе не светит.

Удобно он устроился..

– А еще Скарб из уважения к нашим зарождающимся торговым отношениям детали «Мантикоры» тебе на башню затащит, чтоб на перенос силы и время не тратили. – терпеливо объяснял жуколюд. – Они ведь тяжеленые.

– Ладно, сойдет и такая торговля…

Он все забрал, упаковал и закрепил на спину жука-воина.

Вздутый летучий жук лентами ящики с «Мантикорой» подцепил и с преувеличенной осторожностью засунул их в башню.

Вот и весь бизнес. Поторговали блин: ощущение какое-то внутри скверное от этого осталось…

– Соберете уж как-нибудь сами, там все просто. Инструкция – в одной из коробок.

– Ты уже улетаешь?

– Скарб только после «хода» и после полета на системную станцию, в замке порядок наводить надо… Вычищать от крови.

Должно быть, у него там тоже весело.

– На связи, – попрощался Скарб.

– Адьос.

С помощью принтера сделал Дейдре облегченный спец-вариант кирасы и три комплекта формы.

Вооружил арбалетом, устроил ей сдачу норматива по стрельбе. Норматив сдала: во врага попасть сможет.

– Тоже будешь участвовать в оборонах. Минимум – рядом ошиваться; уяснила?

– Полностью.

– Пока арбалет твое штатное оружие, но не бойся, найдем что-нибудь серьезнее…

Через час обновились личные сообщения. Внезапно и приятно:

Тати: «Герой-любовник, ты еще живой?»

Гео: «Хаюшки, чудо-рыжик, твоими молитвами. Я так скучал по тебе. Я думал о тебе. Я мечтал о тебе! *_*».

Тати: «Титьки мять не буду, сразу к делу… Молодая, образованная дама ОЧЕНЬ нуждается – ты готов помочь гуманитаркой? :-< »

О, как! Уже на шею лезет. Потрясающе.

Гео: «Ну-ка, давай подробнее».

Тати: «Встряла я плотно. Аренный оск попался. Всю мою зомбо-братию нашинковали, а во мне решили дополнительное отверстие заделать. И под то, что ты подумал оно категорически не годится… Если сможешь мне пару «О-шек» выделить на монстра Франкенштейна и восемь монет, чтобы красную рану на пузе залепить – я была бы невероятно благодарна…».

Тати прислала фотографию в чат. Она на ней без верхней одежды, прикрывала груди рукой и показывала пальцами другой руки V-шку. Это могло бы показаться сексуальным, если бы не здоровущая рана на животе, не обилие всюду и везде крови, смятые бинты, перепачканный подбородок и тяжелые синяки под глазами. А еще на фоне краешком морду изувеченного зомби зацепило – она делала степень эротизма вообще минусовой.

Вот же… Не бережет себя рыжая.

Гео: «Видишь, малая, меч твой до добра не довел xD»

Тати: «Меч мой не трогай! Меч тут не причем. Меня вообще-то подстрелили… :-<».

Гео: «В этом и беда… Отправил монеты и три органики».

Тати: «Спасибо!».

Гео: «Будешь должна».

Тати: «А если откажусь от долга, то робо-коллекторов пошлешь? xD».

Гео: «Я сам себе робо-коллектор. Замок штурмом возьму и натурой долг поимею – все! Не прохлаждайся: тебе еще выжить в следующих «ходах» необходимо; шевели булками (_!_)».

Тати: «Уже включаюсь в работу, строгий папик».

Гео: «Как ты кстати фото забабахала? Хочу знать – у меня тоже есть что пофоткать – есть что, так сказать, послать xD».

Тати: «Конторский секрет».

Вроде и выкинул ресурсы в никуда, а с другой стороны – человеку помог, и человек этот не сдохнет на железном полу в корчах: вот такой я молодец…

Еще через пять минут сообщение опять пиликнуло.

Я сегодня нарасхват... Популярен.

К моему удивлению, написал тот четырехрукий чудик:

Форкрул: «Человек-Гео, у тебя есть еда?»

Гео: «А с твоей что случилось?»

Форкрул: «Съел, но надо еще. Реген жрет калории. Охота жрать».

Гео: «Брикеты системные пойдут?».

Форкрул: «Да. Настоящий воин – аскет».

Гео: «А почему не озаботился провизией, настоящий-воин?»

Форкрул: «Я воин-жрец, а не снабженец, чтоб бегать добычу складировать; и не вонючая белка, чтоб заначки делать; Я ВОИН!».

Ну и тип. Я понял, что он воин…

Гео: «Ты же взял с собой убитых смотрителей… Я думал ты их жрать собрался».

Форкурл: «Позорно так думать, человеко-Гео. Это для трофейной ленты и достойных похорон; они вступили в дуэль и проиграли, кем я буду, если не позабочусь о «мясных костюмах» этих воинов?».

Выслал ему шесть брикетов «зло»-шек. Один фиг ненужная хрень.

Форкрул: «Молодец, человек-Гео! Так держать, такими темпами – мы обязательно победим Роботех».

Гео: «Для существа, которое не может запас еды заготовить – громкое заявление».

Пошел посмотреть на орудийную башню. Круглая лестница; а наверху Остряк собирал «Мантикору». Уже заканчивал.

Пушка внушительная. Возле отсека заряжания снаряда виднелся экран прицельного приспособления, он показывал изображение сверху. Нажал на кнопку, переключил камеру – так должен бить прямой наводкой.

– Что скажешь?

– Хорошая штучка нах, – сказал гоблин и прошелся вдоль ствола, рукой по нему проведя. – У нас только четыре снаряда.

– Где?

– Вон, – указал направо.

Ящик.

Снаряды по размеру напоминали 125-ки. Поднял. Взвесил в руках: двадцать кило где-то…

А сама башня считай турель. Поэтому Остряк мог ее двигать на 360 градусов.

Крепкая, сужающаяся кверху, с броневыми листами.

Часа два получилось спокойно поспать в своем коконе, потом опять потревожило грохотание.

Я подскочил и перепуганный чуть палить с «Архонта» во все стороны не стал.

Вышел наружу, потянувшись.

Оглядел – средний такой оск: с левого края виднелась синяя башня. С правой стороны овраг, а еще правее – к краю, наверх лес.

Таймер показал:

3. 55. 00

Разведанные потыкал – у меня одни вопросики в экране были. Видимо там какой-то шанс показа информации, поэтому иногда не срабатывало…

Оглядел в подзорную трубу осколок.

Возле башни – каменные фигуры людей. Явно не статуи. Скорей всего кто-то озаботился их «окаменением». Видел я там и гоблинов, и людей, и даже гнома одного. Гном кстати игроком ходил, судя по каменному уплотнению на руке, где полагается экрану быть.

В овраге увидел железных големов. Этакие роботы старого образца. Паровые… Как железки, сбежавшие из стимпанковских книг.

Взял игольник, заряженные магазины, «Архонт» и два кристалла.

– Отправляйте Вжика, господа и дамы.

Дрон полетал по округе.

– Это… – почесал голову гоблин. – Нах, братаки говорили, что к башням магов ходить только с подарками надо.

– Точно?

– Зуб даю нах. Каменят инач. А если вежливуху братакскую включаешь, уважить могут.

Мне не жалко: если принесем и нас из-за этого не убьют – замечательно. А если риска и нет вовсе, то хоть порадуем кого-то…

Пожал плечами: взял синюю сферу одну, купил десерт за четыре монеты. Тот вывалится из почтовой трубы.

Глянул на жалобно корчащего морду Остряка. Вспомнил про его любовь к сладкому, поэтому заказал еще один; вручил коробку засиявшему гоблину.

– За заслуги перед замкоством.

И пошел…

По отношению к нашему острову, оск был уровнем ниже. Спускаться пришлось осторожно. Сразу двинулся к башне. Вжик летал над головой, но судя по жужжанию достаточно высоко. И правильно; мы не могли знать насколько злобно настроен хозяин башни. Если дрон ушатают и собьют – мне будет очень обидно.

Почему я понес самое ценное, что у нас было – малую сферу? Потому что не надо мелочиться. Вряд ли поц, который обращает гостей в камень, нуждается во всяких пустяках. А вот по логике «Орбиты» малая сфера – не пустяк...

– Кто бы здесь не жил, должен предупредить, что я мирный смотритель и принес подарки!

Ворота приоткрылись. В проеме показалась бородатая тощая физиономия и то, что у нее белки глаз желтые – меня отнюдь не порадовало.

– Пок-зывай, – прохрипел бородач.

Продемонстрировал сначала сферу, потом десерт.

– Захди, давай, – нетерпеливо сказал. – Таким мы рады.

Он оставил ворота открытыми.

Протиснулся за ним.

Старик-«маг» оказался высоченный, выше меня; был худым, как тросточка, типом с пушистой и растрепанной бородой.

Учитывая скошенный лоб, тяжелые надбровные дуги, упомянутые желтушные глаза и залысину – вид он имел максимально несуразный…

– Давай без резких движений, смотритель, – сказал он раздраженно после мощного приступа кашля; потом показал боевые протезы. – А то бахну тя. Зарежу. Зажарю. Чего-то сделаю.

Из его рук вылезли синюшные лезвия и магические жезлы. Угрожающе, будто насмешливо, задвигались, опасно жужжа, – вот тебе и долбанный киборг…

Лифт поднял на верхушку башни; здесь у старика как квартирка-студия.

– Присаживайся, смотритель. Сейчас только десерт уберу.

Я рухнул на диван.

Уютно. Достаточно мило: и ковры, и ПП, и склад, и компьютер.

– Вы, игрок?

Хоть я и не видел экран-смотрителя на его руке, но наличие компьютера и ПП показались вещами говорящими.

– Был когда-то, да сплыл. Теперь не сильно от моба отличаюсь. Системщик. Иным языком в терминах проекта я среднее между «лохом-подручным» и полноценным капитаном.

– А можно рассказать про эту внутреннюю иерархию? – просительную интонацию на максимум выкрутил. – А то теряюсь…

И на форуме про это ничего не было. Форумчане строили бессвязные модели, а распорядители хранили мрачное молчание…

– Легко-о, умничать я люблю, – старик плечами подергал и принялся перечислять. – Наверху Администратор… Почти мифическая тварь. За ним модераторы – сапфировые черепа.

– А почему так называют: «сапфировые черепа»?

– …

– Секретное что-то?

– Да нет, – он раздраженно железным протезом махнул – Из-за модификов мозга… Больно дохера понатыкано. Короче не перебивай. А то мы так долго будем. О чем то бишь я? Сначала админ, потом модераторы, потом распорядители, за ними капитаны, еще ниже – подручные системы, а потом уже на дне этого ужаса в говне и моче – мобы. Все… Смотритель и спутники в отдельном списке идут.

– А почему тогда вы так скромничаете? – удивился. – По фигуркам каменным и не скажешь, что вы как моб. Видал я среди фигурок и окаменевшего игрока. Значит вполне себе конкурентоспособны.

– Ну, не на уровне прям рядового моба, хы, – издал он самодовольный смешок. – Действительно, прибедняюсь. Поймал ты меня… Скорее моб-босс. Кой ч-ё знаю. Благодарю за хвалебные слова, конечно. Но все это просто пока старожил какой не явится, который целью меня убить поставит. Здесь, у него ничего не выйдет; здесь я Супермен из семейства суперменовых, но я иногда и выхожу из башни. Слыш, можешь оружие показать?

Как-то он неловко тему сменил. Хмыкнул и продемонстрировал «Архонта».

Старик внимательно поглядел. Потом плюнул, кончил щуриться и очки из кармана достал.

– Поверни на бок, – как-то злобно попросил он. Я повернул. – 4-new-urge. Узнаваемая шляпа. Сейчас все сделаю.

Он поковырялся с тридэ принтером, пару раз пнул его, вонзил протез в разъем и «железка» как цветком раскрылась, облепляя лепестками технику.

Принтер загудел и выплюнул небольшой футуристичный куб.

– Это на твой лазпистолет насадочка. Оружейный модуль. За твои подарки, –бросил мне в руки. – Поставишь на ствол. Он даст оружию еще два дополнительных луча. Грамотно распределит хаотичную сеть поглощения энергии… Ой, не вдавайся короче. Будет жахать больше с такой же мощностью.

– Вы оружейник?

– Ага. Считай так… Могу моды на системное оружие клепать. Запиши адрес. Будешь сюда гонять как «передвижных» дополнений на замок доберешь…

– Адрес? – недоумевал я.

– А ты свой еще не видел? – сквозь бороду самодовольно ухмыльнулся. – Там в компьютере есть соответственный ярлык. Щелк – он пишет твой адрес, адрес пристыкованного оска; а еще те, что ты сохранил до этого.

Подсоединил мод на пистолет.

– Ты только его пользовать сейчас тут не удумай… – он посмеялся, бороду погладив. – С тобой, молодой, у меня еще сил разобраться хватит. Тем более у себя дома… Да что там… У себя дома я и модера расхерачу.

Кивнул.

Я ничего и не собирался делать.

– Вы в дальнейшем сможете это оружие еще улучшить?

– Да. Но мне понадобятся другие подарки.

– А почему не банальные монеты какое-нибудь?

– Потому что я на моды свои средства трачу, – злобно пробубнил он. – А выпрашиваю и ценю то, что купить не получается… Монетами я хоть подтираться могу, понимаешь? Как Скрудж Макдак плавать в них…

– Понимаю. А вы такой один на «Орбите»?

Покачал головой:

– Хотелось бы, но нет. Оружейников… – задумался. – В прошлом цикле было около десяти. Сейчас не знаю. Всё меняется. Этот цикл какой-то другой. Уверяю.

– В чем другой?

– Много странного. Модеры очень оживленные. Обычно они так себя не ведут. Админ что-то мутит. А тех кто будет нерасторопно тюленить, наверняка уберут.

– Как с вами связаться?

– Генд-3023. Так понятно, что позывной – Генд, но цифры для чата.

– Это от гендера или от Геннадия?

– От Гендальфа…

– Властелин колец?

С большим удовольствием дед кивнул:

– Люблю, есть за мной такой грешок.

– Ждите меня с первым лучом солнца, я приду на пятый день, с востока, – продекламировал я. – Вторая часть – лучшая.

– Вторая жопу сосет у третьей.

Пожал плечами: всего лишь вкусовщина.

– Вы с какого мира?

– N-149.

О, у всяких прошаренных типов тут систематизация есть.

– А для новоприбывших?

– 2041.

– В мире что происходит?

– Англо-немецко-польский выродок, под накачкой амеров, закончил биться с русским альянсом.

– Вы, Генд, с какого края?

– Из благословлённой Монголии, – заявил, протез к груди прижав, и посмеялся.

Так и не смог понять шутит Генд или нет, но переспрашивать не стал… А вот он сам дополнил:

– Тебя волновать не должно откуда я…

– Русские в войне победили?

– Ага, – ответ сочился язвой.

– И что дальше? Что с побежденными?

– Прощены, – ухмыльнулся. – И русские кинулись все отстраивать за свой счет…

– Вот же… Жопа, – поморщился как от зубной боли. Хотел сплюнуть, но вовремя остановился. Дед точно не оценит. – Все не так, и все не то… И везде жопоголовые.

Оружейник рассмеялся:

– Ты русский?

Кивнул.

Ладно. Не факт, что его мир идентичен моему. Может он, в принципе, другой. Может в моем мире все будет по-иному…

– Не думай, что самый умный. Капиталистические расклады все определят без участия вонючих идеалистов, – на его лице презрение появилось. – Идеалисты будут растоптаны. Их сердца сожрут.

Я секунд десять в тишине переваривал его слова.

А что я хотел?

Тотальной войны? Так объективно – это ж полная херня.

Куда не плюнь, что не выбери – всюду огонь и зло.

– Есть ли работка, чтоб я без репутации с оска не сходил? – спросил я. – Систему драконить лишний раз не хочется.

– А вот и есть. Как раз задача по твоим хлипким плечам. Восточнее, в овраге… Видел овраг?

Кивнул.

– Вот в овраге – кованные.

– Кованные – это какое-то изощренное обзывательство?

– Мои големы, – раздраженно буркнул. – По сути чуток соображающие примитивные роботы. Вот они делают важное для оска дело. Им надо с этим делом помочь…

Глава 13

– Тень, пусть Вжик зависнет над кованными, – произнес, торопливо выйдя из башни. – Последите за ними пока иду.

– Поняли – сделаем.

Много времени не понадобилось, через пять минут я уже стоял у оврага и сверху разглядывал то, что охраняли кованные. А охраняли они крайне интересную вещь…

В углублении лежала большущая синяя сфера, пошедшая сетью трещин.

Сфера была разбита – поверху виднелся черный пробой.

– Тень, милая, просвети-ка на что я вообще смотрю?

– Большая сфера, – с энтузиазмом заявила, от которого аж тошно стало. – Прикольно, что их раздалбливают. Я думала они вечны.

– Что можешь про нее рассказать?

– Часть системы. Часть системных станций.

– И хрен ли она тут делает на рядовом оске?

– Судя по состоянию, – хмыкнула в ухе Тень. – Ждет утилизации.

– А просто взорвать ее или выкинуть нельзя? – хмурился, рукоять «Архонта» сжимая. – Зачем мороку такую выдумывать?

– Там должны быть штуки опасные для экологии, либо дорогущие запчасти, которые робо-жуководству Роботеха нужно забрать… Я вот так думаю.

– Опасные для экологии дорогущие запчасти, – громко рассмеялся. – Очень полезные для нас значит, да?

– Сложно сказать… Но ход твоих мыслей осуждаю, – ее голос стал выше. – Хочешь, чтоб на нас натравили Инквизитора?

Инквизиторы еще какие-то в речи появились. Конечно же, просто быть не может... Правила в правилах в правилах. А мне чего до этих правил? Мы ж бунтари...

– Не слушай ее, чумба-лейт; она ничо не понимает в движениях братаков, ибо сутью своей кошка! «Орбита» про получение преимуществ вах... Внутренности сферки – преимущество. Инквизитор не придет – это байка нах! Все что на оске – может быть взято смотрителем; это правило свято!

– Ну-ну, – чуть ли не шипела от злости Тень. – Посмотрим, как потом братаку Инквизитору будешь это рассказывать.

– Твой инквизитор нах тупо бабайка, – веселился Остряк. – Такая взрослая кошка, а веришь в тигров! Нет инквизиторов нах. Максимум прилетит когорта-ЧВК-шек мобов и всех нас трахнет.

– Тоже мало хорошего, – не уступала Тень. – Зачем провоцировать модеров без надобности?

Без надобности? По мне раздражением хлестнуло: мы тут жизнями рискуем или чего? Надобности ей подавай…

– В мобов и пострелять можно нах, – ответил Остряк. – Они как бы мрут.

– Хорош в моем ухе жужжать, народ, – морщился я; от этой какофонии противоположных мнений мозг плавился. – Скажите, что эта долбанная сфера делала, когда была цела, ради всех богов. В чем ее функционал?

– Да кто б знал, – как выплюнула Тень с раздражением. – Факт – такие к редким станциям налепляли, или они сбоку болтались, или сверху. И они работали там, гудели… А ч-ё гудели то? Чего делали? То загадка. На них инструкций не висело. Как их система интегрировала в игровой процесс – большой вопрос.

Осторожно спустился в овраг.

У големов я видел встроенное оружие: мечи и топоры.

Их было пять: у одного руки не было, другой без ног лежал. Погнутые, побитые, в саже и ржавчине. Големы лениво двигали конечностями и ничем особо не занимались.

Да уж, обслуживанием Генд не заморачивался. Со своим снаряжением так не обращаются, – жопошник бородатый!

Голем с неожиданной для такой махины скоростью подскочил:

– Остановись или будешь убит, – для убедительности наставил на меня клинок. – Предупреждение номер раз…

– Я с миром, железно-мужики! От мага вашего батьки-Генда!

– Слушаю внимательно, человек, – ржавый робот приблизился, опустил оружие. – Говори.

Железный – считай на голову выше меня и в плечах шире. Стоял себе скрипел.

Жутковато было так подле него находиться: вдруг программа заглючит и он меня нашинкует на мясной салат. А он мог. Тут уж не выкрутишься…

– У тебя имя есть?

– Нет. Не то поколение. Считай я – задача.

Поморщился – разговор как-то не клеился, зато я из его слов вывод сделал, что существуют големы другого поколения – у которых есть имя и скорей всего личность.

– Маг сказал вам помощь нужна.

– Да, – голем кивнул. – Помощь. Хотя бы пару ходов на обслуживание. В лесу банда зверолюдей. Убрать надо. Они в накаты ходят каждый «ход». Каждый «ход» их новых закидывают – свежих. Напрягают. Нам бы небольшую передышку.

– А чем вы вообще тут таким интересным занимаетесь? – разведчик из меня так себе, но и они не личности, а машины низшего класса. И к моей радости прокатило – голем ответил:

– Зверолюдям нужен доступ к люку сбоку от сферы.

– А зачем?

– Мы не спрашивали. В задачу спрашивать не входит. Задача – охранять.

– А чего там? – кивнул на люк. – Интересное что? Сокровища? Девки сочные? Молодильные яблоки?

Голем не оценил, просто сообщил запрошенную информацию:

– Реактор осколка.

– Какая награда за зверолюдей будет?

– Монеты. Мы с мертвых насобирали. Нам не надо. Отдадим тебе.

– Сойдет. Как они вооружены?

– Холодняк. Стрелковое. Боевые навыки низкие. Умирают очень охотно. Кости хрупкие.

Для них – железок, любые кости гуманоидов будут хрупкие – это пустая информация.

На такой веселой ноте я закончил разговор и пошел работать.

Пока поднимался оглядывался то на сферу, то на голема, выписывающего в воздухе клинком восьмерки… Много думал. Закусывал губу и снова думал.

Сука!

Рискованно ведь, дядь.

– И что мы будем делать нах? – с нетерпением спрашивал Остряк. – Чумба, хочется же глянуть что там внутри синюшки-вах, хочется, да?

– Хочется, – жадность и азарт клокотали и бесновались, как пойманная в мешок курица. – Очень…

– Идиоты, – ворчала Тень. – Так мы и умрем.

– Инквизитор нах съест и бла-бла-бла, – говорил Остряк, пародируя ее писклявым тоном. – Сестрак-Тень, жизнь – череда рисковых мероприятий... Существование личности – это канат риска, натянутый между пустотой и наградой; канат, чумба, над пропастью ужасной жопы нах.

– Ты перефразировал Ницше, долбанная зелень!? –Ты чего охренел апроприировать человечье!?

Остряк смеялся:

– Ницше тоже в каком-то роде – гоблин.

Подумал немного, а потом выдал им план действий:

– Программа минимум – зачистить зверолюдей. Программа максимум – зачистить зверолюдей и забрать то, что в этом шаре лежит.

– Големам подобное не понравится, – высказала сомнение Тень. – Суровые противники... Лучи пистолетика вреда им не причинят.

– Сломать их будет сложно, – добавил Остряк. – Броня крепка и големы нах быстры. Но мы справимся. Мы хорошие братаки вах. А големы железки нах.

– Идиоты пессимистичные, у нас пушка на башне, – раздраженно напомнил я. – Нужно жахнуть. И самое время. Чего все нажитое непосильным трудом обменяли чтоб любоваться «Мантикорой» и полировать ее ствол? О, нет. Жахнем – бабахнем! Остряк, по прицельным приблудам прикинь – достанем или нет.

Зеленый по связи фыркнул:

– Чо прикидывать, чумба-лейт? И так вижу достанем нах. Достанем и передостанем. Дальнобойности хватает более чем.

– А еще, ребятня, повесьте дрон над верхушками деревьев. Попробуйте заметить лагерь…

Забравшись, оглядел ряды дубов.

Мрачный лес: что-то там курлыкало, свистело, щелкало. Пахло вкусно: свежестью, пряностью цветов, земляникой – и я словно в детство вернулся, когда меня по таким лескам родители выгуливали; быстро прогнал наваждение. Не к месту оно.

– Чуть севернее от тебя банда, – предупредила Тень. – В сотне шагов. Аккуратнее.

– Понял.

Пошел, ориентируясь на жужжание Вжика. Нашел укрытие густого кустарника и из него, точно доморощенный Рэмбо, спокойно разглядел цель.

В лагере классический бардак… Зверолюди занимались чем угодно кроме обеспечения безопасности. Нет дозорных, нет постов, сумбур из криков, стычек, поножовщины и половых игр.

В их парадигме видимо не было варианта, что големы откажутся от программы-задачи поднимутся и порежут тут всех. Железки играли по правилам, и от этого были прогнозируемы. Я прогнозируемым не был.

А еще зверолюди смогли сделать невозможное: они проморгали громаду прилетевшего замка, проспали грохот стыковки, и теперь ступивший на оск игрок, завис над ними невидимым убийцей. Неумолимо-приближающейся смертью. Красиво.

Баранолюди и козлочеловеки: тонкие и мускулистые, мощные и горбатые. Долбанные глупцы – рогачи.

Обошел с боку лагерь, залез на дерево и там устроил себе наблюдательный пункт.

На весь лагерь обзора не было, но центр я видел хорошо: костерок, отдыхающие рогачи в алой потертой форме, худые палатки.

Ну что ж? Вот отсюда и будем стрелять…

Снял с плеча игольник.

Выбора особо нет: подойду – сломают. Их больно много.

– Зверолюди – добряки или нет? – на всякий случай уточнил я по связи. – У меня внезапно опухоль миролюбия засвербела внутри…

– Вообще не добряки, – хмыкнула Тень. – Стреляй на здоровье. Они анти-добряки даже. Тупоголовые, разум недоразвит, поэтому в жестокостях себя никак не ограничивают. Мораль еще не придумали, а контролируются силой и модификами специальными.

Понятно.

Закрепился на ветке получше, с силой сжав ее бедрами. Тридцать шагов было до лагеря. Целился, стрелял, перезаряжал – пока магазины не кончились. Аккуратно пустые в подсумок складывал…

За пятнадцать игл я убил шестерых. Рогачи так и не поняли, откуда по ним прилетало. Но к себе у меня тоже претензии имелись... Ужасная стрельба, позор джунглей просто; надо поработать с мишенями в «промежутке».

Скинул игольник, слез и взял «Архонта» в левую, ятаган – в правую.

Крался, даже дышал медленнее.

Тут уже меня встречают. Вся эта братия громко кричит, курлычет, блеет.

Рогачи, разодетые в длинные кольчуги.

Сами мощные. Размахивают топорами, башками водят: не видят меня, ноздри их трепыхаются…

Блум, блум, блум, блум – сумбурно оповещает «Архонт» и четыре крепких рогача падают.

Еще один выскакивает. Этот крупный и одноглазый дикарь с костяными топориками, уже знакомый по арене тип неандертальца.

От громогласного рева меня аж шатает.

Способность какая-то?

Стреляю дважды: лучи пробивают мощную шею и дикарь валится.

И славно.

Делаю два шага и беспокоят сбоку. Мушкеты оглашают округу грохотом; пули откалывают кору от ближайшего дерева.

Страшно!

С правой стороны, в двадцати шагах смелая двойка рогачей, с лошадиными мордами.

Быстро сокращаю дистанцию: первому отсекаю голову, отталкиваю плечом тело и второму прилетает удар рукоятью. Зверолюд падает, хватается за разбитую морду, я рублю его по голове трижды, с оттяжкой, пока он не перестает скулить и пока во мне не прекращает злоба клокотать.

Жестоко… Согласен. Поэтому и надо пытаться выбраться быстрее. Такими темпами, Роботех меня переформатируют под свои задачи.

Перезаряжаю «Архонта». Все. В лагере – звенящая тишина…

Неидеально, но схватка проведена хорошо.

Зашел в шатер. Там мужичок усатый сидел, весь перебинтованный; с модификом на шее.

Он подрывается к шкатулке на столе, тянет двухпалую ладонь.

Стреляю ему в голову.

Вот проблема благополучно и решилась. Луч пробивает лоб. Человек падает.

– И чего тянулся? – риторически спрашиваю.

Он молчит.

Мертв.

В шкатулке на розовой подушке лежит черная жемчужина.

А это интересно… Связь? Наверняка. Ну-ка побеседуем. Вопрос – и чего мужик тянулся к ней? Как бы она ему в этой ситуации помочь могла? Может уничтожить хотел, чтоб улик не осталось?

Жемчужину к уху приложил, и та сразу мстительно вгрызлась в мочку.

Роботех долбанный не мог вкладыши и рацию придумать?

– Приём? – взволновано спросил, вжав активатор. – Отзовитесь.

– Себья жопа твоя повстанческая, – прозвучал хриплый женский голос. – Ты уронил свой долбанный остров или наконец занялся делом и забрал из сферы наш ОБЩИЙ шанс?

О, с этой поболтаем; про шанс, про сферу – тут должно быть интересное всякое.

– Я извиняюсь, красивая женщина, – а звучала она именно так. – Но Себья жопа трагически погибла при обороне лагеря. С кем имею честь?

– Син, – голос ее переполнен весельем, Себа она похоже не жалела; и к лучшему. – А ты, милаха?

– Гео. По гороскопу я Лев. Пошлый. У меня голубые глаза, я блондин, сто девяносто рост. Мощный, сочный – не слишком молодой, не слишком старый. Напористый жеребец, ищущий освобождение от оков Роботеха.

Она хохотнула:

– Хорошо, Гео. Я, пожалуй, описывать себя не буду.

– А жаль, Син… Я бы восторженно слушал и трогал себя в разных местах.

– Ужасно, – сказала, но воодушевлённо смеяться не перестала.

– Все мы животные. Скажи, Себья жопа твой лучший друг?

Фыркнула:

– Городской сумасшедший. Был когда-то соратником, но скурвился… Мозг откатов не выдержал. Бывает.

– А вы кто?

– Повстанцы – бунтари – мечтатели. Полноценной организацией нас не назвать. Так кружок по интересам.

– Понятно…

– Если, Гео, твоя задница выдала трусливое «пу-уууууууф», а поджилки затряслись так, что стоять стало невмоготу, срывай жемчужину и выкидывай с острова…

– Такие пугалки меня только возбуждают и это при том что я смотрю на простреленную голову твоего друга Себа. Я испорчен?

– Не думаю. Себ красивый парень, – и смеется.

– На тебе, Син, есть белье? – я продолжал дурачиться.

Представлял, как она давится раздражением… это чуток веселило; делало эту эрзац-жизнь более наполненной.

– Я пас, – с зевком выдала. – Может к делу или у тебя «ход» бесконечный?

Глянул:

2. 19. 32

– Времени полно. Но если тебя возбуждают исключительно деловые разговоры, будто бизнесвумен, давай «пощебечем» про ваши дела бунтарские.

– Мой мальчик, – жадно сказала. – Слушай… Пока Соб, дрочила, занимался черти чем и жахался с големами, сливая на них скотину зверолюдскую, что я любезно ему пересылала, там продолжала гнить большая синяя сфера… Видел ее?

– Видал-видал такую, – покивал, а потом поморщился, вспомнив что она меня видеть не может. – Все лежит себе, жрать не просит…

– Вооот, – жадно произнесла Син. – В ней всякое. Интересное…

– Ты что-то хочешь из этого набора?

– Нужно чтоб ты вытащил оттуда штуку.

– Какую?

– Нужно чтоб ты вытащил штуку, положил где-то в замке своем и какое-то время не трогал.

– Так какую именно штуку нахер!?

– О, Гео, ты сразу поймешь, – звонкий смех. – Там всем штуковинам штуковина!

– Волнительно. И ты хочешь эту штуковину себе?

– Все несколько… сложнее… Давай по порядку. Вытащи штуковину, придержи у себя, а потом может поторгуемся; может ты сам отдаешь… как пойдет – кто знает.

– Понял тебя.

– Вот и молодец, мое ты золотце. Оставь жемчужину, спрячь куда-то.

– Зачем?

– Чтоб всякие не поняли, что ты с «мечтателями» дела имеешь.

– А нахрен вы делали такую палевную связь, гении?

– Так получилось, – показалась она поморщилась. – Такой цвет дает защищенное соединение на дальние расстояния. Но ты сразу подозрения вызовешь. Там уже доказывай ты системник, мечтатель или клановик.

– Понятно. Слушай, а чего этот Себ хотел сделать?

– Рядом со сферой – люк. Там реактор. Он хотел поработать с реактором и опуститься ниже Облачного Рубежа.

– Они бы просто рухнули и разбились, нет?

– Если с умом делать, они бы стали медленно снижаться…

– И что потом?

– Ничего. Спустились бы ниже Рубежа, как и было запланировано.

– Азачем тогда?

– Себ хотел увидеть правду. Увидеть, что за Пределом… Короче дурачок… Хрен ли толку с того, что ты увидел правду – если ты потом просто помер.

– Может он тебе, за красоту твою, хотел все пересказать.

– Там наверняка все глушится. Ладно трындеть – хорошо, но у меня дел не переделать еще. Все, конец связи.

Выдернул модифик с шеи Себа, закинул в сумку.

Мушкеты в лагере забирать не стал. Плохое оружие: тяжелое, сложное для перезарядки и обслуживания, слишком капризное.

Забрал игольник.

Монеты набрал по карманам с мертвецов: одиннадцать получилось. Маловато. Зато вытащил два куба органики и три единички минералов.

Вернулся обратно… Големы стояли там же где и были. Никто не сдвинулся. А чего я хотел?

– Что ж будем стрелять…

– Тебе не жалко на них боеприпасы тратить? Цена одного снаряда в магазинной покупке – десятка. Да и ради чего? Ты ж не знаешь, тут у тебя натуральное «Поле Чудес» со шкатулками.

– Жалко; а что поделать? Главное, чтоб Якубович явился, когда мы уже свалим. Впрочем, пойду прокричу им, может реально отступят…

Подошел на край оврага:

– Мы хотим забрать трофеи из шара – уходите!

– Программы уходить нет! – грохотал его голос. – Мы остаемся! Есть программа «убивать борзых смотрителей и мобов»!

Что ж, я пытался.

Оглядел рельеф.

– Тень, есть опасность, что после того как мы шарахнем пушкой время на убыль пойдет; я не знаю, когда оружейный маг этот, вшивый Генд опомнится… Мы не очень красиво поступаем, и кажется наши действия ему могут не понравится, понимаешь?

– Понимаю.

– Так вот, я думаю силы он кое какие имеет, и нам придется резко отступать…

– Мы уяснили.

– Жахай, Остряк. Только в сферу не заряди, а то тебя по кускам с острова буду скидывать.

Я в лесу залег и из-за дуба смотрел. Прикрыл уши. А потом Остряк принялся работать из «Мантикоры»

Магические вспышки, разлет осколков, синюшно-черные гейзеры.

Морщился, когда осколки прилетали и задевали синюю сферу, но вроде она дальше не разваливалась. А еще больше я морщился, когда осколки пролетали и возле моей головы – такое вот производило особое впечатление…

Доломал всех – неприятно было смотреть как взрывы разбирали големов на запчасти, а они даже укрытия не искали… Так и стояли, пока не поотключались.

Страшно, грустно, неприятно – вспомнилось из «Митчела и Уэбб»-а:

«Ганс, мы что злодеи?».

Теперь железки лежали и дымились. Груда искорёженного металла…

Я побежал к сфере. Запрыгнул наверх, залез и оказался возле пробоя.

Сейчас у нас ныряния в прорубь будут…

– Тут вода какая-то черная, – обескуражено сообщил я по связи.

– Ничего опасного не должно быть… Вроде.

Прикоснулся. Холодное. Еще и точно вибрация по жидкости шла. Странно. К носу подвел – пахло паленной резиной – нехорошо.

Но деваться некуда… Скинул снарягу и форму и голышом нырнул.

По мне, как ледяной стрелой вдарило, клешнями сжало, а еще вся эта «липкость» сразу стала жечься; тело чудовищно чесалось...

Я нащупал что-то и потянул наверх. Всплыл, протер глаза и выкинул синий куб-чемоданчик на корпус шара. Что-то коснулось ноги – значит еще не все…

Нырнул опять.

Беспокоящее меня впилось в руку и бедро – грубо укололо. Внутрь как жидкий огонь влился… Я заорал в густоте и наглотался; страх – паника поразили. А еще пасть огнем загорелась…

Сука! Что-то голени коснулось, нырнул глубже, взялся за это и спортивным рывком вытащил наружу, чуть спину не сорвав…

Выбрался, и вытащил груз. Смачно этой жижей проблевался… Потом, когда протирал глаза, понял две вещи: первая – все пространство трещало, тряслось и было иссечено красными символами; они беспокойно крутились в пространстве:

ТРЕВОГА НАРУШЕНИЕ ТРЕВОГА НАРУШЕНИЕ ТРЕВОГА

Второе – вытащил я из сферы голую короткостриженую блондинку: приятно-грудастую, скрутившуюся в позе эмбриона, прижимающую к себе красную сферу…