Смотритель Лабиринта. Том 3. Противостояние

Глава 1. Трое из мёртвых

В полутьме пещеры проступил знакомый силуэт.

– Гаргон! – воскликнул я. – Но как? Ты же погиб на моих глазах! Тебя убил Подавитель!

Я не верил своим глазам. Но это был совершенно точно Гаргон: всё тот же плащ, огромный меч за плечом, который при необходимости складывался, высокий рост… Вот только череп… Он был словно слеплен из разных частей. А посреди лба виднелся скол, как будто залепленный чёрной смолой.

– Я… Да, я был мёртв, − подтвердил Гаргон.

Его голос неуловимо изменился: стал серым и безжизненным, бесплотным, словно паутина. А ещё Гаргон не шагнул мне навстречу. Он вообще не двигался, будто ждал чьего-то приказа.

– Что с тобой? – я смерил скелета взглядом и сделал шаг к нему.

Но Чагг тут же схватил меня за плечо:

– Смотритель, не ходи к нему!

– Но это же Гаргон! – сказал я.

– Вот именно! – мрачно подтвердил Чагг. – Ты же сам говорил, что видел, как он погиб на твоих глазах.

– Ну, я его когда-то воскресил из мёртвых! – ответил я. – Что мешает ему ещё раз воскреснуть?

– А почему он не воскрес сразу? И почему появился именно здесь и сейчас?

Чёрт побери, Чагг задавал чертовски правильные вопросы!

− И этот амулет! – Чагг внезапно схватил меня за плечо. – Ты видишь на его груди амулет?

Проклятие! На груди Гаргона, под грудой одежды, сиял край амулета. Я уже видел такой же – на оживлённых старейшинах гноллов!

– Гаргон! – произнёс я требовательно. – Что случилось?

Но скелет не ответил. Вместо этого рядом с ним возникла другая фигура – в чёрном плаще.

Советник! То есть Грраш-Хом!

Я инстинктивно отпрянул. Сзади раздался злобный лай Чагга.

Край плаща Советника приподнялся, и на миг мелькнул шевелящийся клубок щупалец.

– Приветствую, Смотритель! – проговорил Грраш-Хом. – Давно не виделись!

Он говорил так спокойно, словно мы расстались друзьями. От этого мне стало ещё неуютнее.

– Но… Как? Ты же мёртв! Тебя убила Гракка!

– Верно, − подтвердил Советник. – Но ты, должно быть, забыл, что мёртвые иногда возвращаются.

Ну конечно! Тобиас! Он уже воскресил Маркуса и использовал его в своих целях. Неужели?

– Я тебя уничтожу! – Я сжал кулаки. – Ты меня предал и убил!

Из рукава Советника медленно выползло щупальце. Я невольно отступил – слишком хорошо помнил, какой жёсткой была схватка у этого гада.

– Грраш-Хом, – раздался незнакомый старческий голос откуда-то из спины Советника. – Не пугай мальчика раньше времени!

Грраш-Хом и Гаргон почти синхронно расступились, открывая мне старика, сидящего на валуне у стены. Его серая мантия почти сливалась с камнем. Старик был очень худой, длиннолицый, с седыми волосами до плеч и глубокими складками возле рта.

Он помахал мне рукой, затем неспешно поднялся, взял прислонённый к камню посох и проговорил, глядя мне прямо в глаза. Когда он выпрямился, я заметил странную вещь: даже Грраш-Хом подался в сторону, освобождая ему место. А Гаргон склонил голову.

– Ну вот, наконец-то мы с тобой и познакомились, Десятый Архонт! Разреши представиться! – Старик церемонно поклонился. – Тобиас. Но, думаю, ты и так догадался, кто я такой.

Я промолчал, только сжал кулаки покрепче.

– О, я вижу, ты сама вежливость! – продолжал старик. – Можешь не снимать шляпу и не расшаркиваться, так уж и быть.

Он улыбался. Но мне почему-то вспомнилось, как кошка смотрит на мышь, которую ещё не решила съесть.

– Егор, кто это? – спросила меня Лилиана, трогая за плечо.

– А, девочка с поверхности! – оживился Тобиас. – Интересно на тебя посмотреть! – Некромант сделал шаг к нам, но я встал у него на пути. – Ого! – оценил тот. – Дерзкий.

– Не приближайся! – произнёс я сквозь зубы.

– А то что?

– А то узнаешь силу моей армии и моего оружия.

Тобиас расхохотался.

– Ты забавный, Смотритель! Но я пришёл не драться с тобой, а поговорить. Если бы мне понадобился твой труп, ты бы уже лежал рядом с камнем.

Он произнёс это без всякого нажима. И почему-то именно поэтому я ему поверил.

Я обернулся и посмотрел на своих спутников. Лилиана еле стояла на ногах, держась за моё плечо. Туна стояла в отдалении, вся бледная, прислонившись к камню и закрыв глаза. Глаза Чагга и Рага-Таги горели ненавистью, но гноллы были уставшие и потрёпанные. Раш придерживал Туну за локоть, хотя и сам едва стоял на ногах.

А против нас – бессмертный воин-скелет, хтоническое чудовище и самый могущественный некромант в подземелье.

Шанса выбраться живыми у нас не было. Совсем.

– И чего ты хочешь? – спросил я Тобиаса пересохшими губами.

Старик, видимо, оживился и, улыбаясь, заговорил:

– Мне нужно Сердце Лабиринта. Отдай мне его.

– Ни за что! – тут же ответил я.

– Не торопись с ответом, мальчик. – Улыбка Тобиаса исчезла. – Ты ещё не представляешь, что именно собираешься защищать.

Он постучал посохом по камню. Звук получился тихий, а у меня почему-то неприятно кольнуло под рёбрами.

– А ты что сделаешь? – в ответ выпалил я. – Убьёшь? Дерзай. Один раз ты уже попытался, но я тоже вернулся из мёртвых.

– Ты думаешь, что обманешь смерть второй раз? Ха! Тем более, тебе тогда помогли!

– И всё же. Ты заказал мою смерть. Но вот я тут – перед тобой, живой и румяный. Гораздо более живой, чем поднятые тобой слуги.

Тобиас снисходительно улыбнулся, но глаза его оставались холодными и пронзительными – словно он глядел прямо в душу.

– Позволь показать тебе одну штуку, Смотритель! – произнёс он почти ласково и вытянул руку в сторону моей груди.

Меня словно ударило током. Я выгнулся и почувствовал, как сердце буквально рвётся из грудной клетки. Перед глазами вспыхнуло Сердце Лабиринта – то самое, стоящее на троне. Оно забилось неровно, будто сбилось с привычного ритма, и моё собственное сердце стало пропускать удары.

Тобиас даже не повысил голоса. Он всего лишь медленно сжимал пальцы.

Моё тело пронзила боль, я начал задыхаться…

Как в замедленной съёмке, я увидел, как Чагг поднимает копьё и ме-е-е-дленно движется в сторону Тобиаса. Рага-Тага с оскаленной пастью бросается на Советника. Лилиана бросается ко мне, но её ноги движутся очень и очень ме-е-едленно, словно вязнут в камне.

Всё это время Тобиас смотрел мне в глаза. Его ладонь сжималась и разжималась – он контролировал моё сердцебиение! И, похоже, мог делать это ещё очень долго.

Наконец, когда я уже начал терять сознание от боли, он распрямил ладонь, и меня просто отбросило назад, в русло пересохшей реки.

Я сильно ударился спиной о камни, инстинктивно вдохнул воздух – но буквально задохнулся: мышцы просто парализовало. Прошло долгие три-четыре секунды, пока я смог, наконец, вдохнуть.

Блаженный кислород потёк в лёгкие, затем меня подхватила Лилиана и помогла подняться на ноги.

Я услышал звуки битвы и посмотрел в сторону Тобиаса. Рага-Тага и Чагг кружили вокруг Гаргона, который лениво, словно нехотя, отбивал их выпады. Тобиас беспечно устроился обратно на камне, а вот Советник подлетел к потолку и, расставив щупальца, парил в воздухе.

– Ну что, Смотритель?! – весело обратился ко мне Тобиас. – Всё ещё намерен со мной препираться?

– Как… как ты это сделал? – задыхаясь, спросил я.

– Я тоже связан с Сердцем Лабиринта. Пожалуй, даже сильнее, чем ты. Но, по иронии судьбы, именно ты в силу ряда обстоятельств управляешь Лабиринтом. Хотя должно быть наоборот.

– Почему?

– Так сложилось исторически! – старик пожал плечами, а затем крикнул раздражённо: − Эй там! Гноллы! Хватит греметь железками!

Рага-Тага отвлёкся на его голос, и в этот момент Гаргон плашмя обрушил на его голову меч. Гнолл рухнул на камни, Чагг бросился к нему. Я похолодел. Но скелет не добил противника. Он молча поднял меч, положил на плечо и отступил в тень.

Тобиас даже не посмотрел в их сторону. Для него это явно было не сражение, а надоевшая возня.

– Рага-Тага! – воскликнул я, порываясь к гноллу, но Чагг поднял большой палец наверх, показывая, что всё в порядке.

Я повернулся к Тобиасу:

– Ты за это ответишь!

– Да-да! – старик покрутил пальцем в воздухе. – Давай пропустим ту часть, где ты грозишься превратить меня в труху. Мне уже доводилось слышать это от других Архонтов. И перейдём к твоей капитуляции.

Последние слова он произнёс так, будто исход разговора был давно решён.

Я сжал кулаки и ещё раз оглядел своих спутников. Нет, вести их в бой точно нет смысла. Да и самому драться – тоже. Пока я занят Тобиасом, Грраш-Хом и Гаргон уничтожат всех остальных. Да и не факт, что я справлюсь с Тобиасом…

Но и отдавать ему Сердце Лабиринта тоже нельзя!

Моя голова лихорадочно размышляла: что же делать? Понятно, что бежать – но как и куда? И самое главное – как задержать преследующих?

– Ну так что, Смотритель? – поднял голос Тобиас. – У меня же всё это вызывает раздражение. Отдашь ты мне Сердце или нет?

Почему он спрашивает у меня разрешение забрать Сердце? Неужели он не может прийти за ним сам? Я же прямо сейчас здесь – просто убей меня и спутников, и забирай всё, что хочешь. Но он почему-то со мной разговоры разговаривает. Что-то здесь нечисто. Нужно выяснить, что.

– Нет! – ответил я дерзко. – Не отдам. И что ты мне сделаешь?

– Тебе? – Старик иронично приподнял бровь. – Для начала убью твоих спутников…

Он перевёл взгляд на Раша, который всё ещё поддерживал Туну. Тот сразу напрягся и загородил её собой.

– Потом отправлю армию мёртвых, − продолжил Тобиас, − и уничтожу всех твоих подда…

– Не, Тобиас. Ты не понял вопроса. Что ты лично мне сделаешь?

Старик перестал улыбаться. Похоже, я всё-таки нащупал больное место. Или он хотел, чтобы я так подумал?

– Что ты сделаешь лично мне? – переспросил я его. – Ты тут угрожаешь мне и моим спутникам, хвастаешься своей силой, армией мёртвых… Но я не понимаю: что тебе мешает прийти и забрать Сердце Лабиринта самому?

В пещере повисла тишина. Тобиас медленно поднялся, перехватил посох поудобнее и проговорил очень зловеще:

– Мальчик! Ты задаёшь слишком много вопросов – особенно для того, кто висит на волоске от гибели.

Так, Егор, осторожнее! Кажется, ты его действительно разозлил.

– Позволю себе высказать предположение, − проговорил я. – Ты не можешь так просто войти в Лабиринт и забрать себе Сердце. Уж не знаю, почему. Может, там проклятие, может, система безопасности. Может, тебе как вампиру, нужно разрешение…

На скулах Тобиаса шевельнулись желваки. Ответа не последовало. Я продолжал, а сам незаметно показывал ладонью за спиной знаки спутникам, чтобы они собрались поближе друг к другу: у меня возник план.

– Или, − продолжал я, − ты просто не можешь завладеть Сердцем, потому что оно связано со мной и подчиняется мне. Ты пытался убить меня, чтобы разорвать эту связь. Но вместо этого она стала ещё крепче.

Тобиас задумчиво склонил голову.

– Ты уже решил, что понял правила игры? – спросил он. – Забавно. Девятый тоже был уверен, что всё разгадал.

От такого ответа мне стало не по себе. Он не подтвердил ни одну догадку – но и не опроверг. А времени выяснять правду не оставалось. Но я продолжал гнуть свою линию:

− А кто, собственно, устанавливает правила игры? Ты, кажется, забыл, что это мой Лабиринт!

– Мальчишка! – прошипел некромант. – Ты слишком много болтаешь! Язык длинноват у тебя, стоит, может быть, его укоротить?

Я уже придумывал очередной дерзкий ответ, чтобы поддразнить Тобиаса, но вовремя прикусил язык. Мне нужно было не спровоцировать его, а отвлечь. И прежде всего – заставить смотреть на меня, а не на спутников.

– Прости, − ответил я и как можно беззаботней улыбнулся, включая заведомого дурака. – Я просто привык оценивать врагов перед тем, как их победить! Понимаешь, Тобиас, Грраш-Хом меня один раз использовал. Где гарантия, что он не использует тебя?

Тобиас в изумлении посмотрел на меня, а затем расхохотался:

– Так ты не понял? Грраш-Хом служит мне, а не наоборот! Причём веками! А всех Смотрителей, действительно, мы используем так, как нам надо. А когда кто-то восстаёт…

– Знаю, знаю, вы их убиваете! – проговорил я. – Судьбу Девятого Архонта я повторить точно не хочу. Поэтому…

Тобиас с любопытством вытянул шею. Я обернулся назад. Мои спутники собрались в одном месте, как я и показывал им сигналами. Рага-Тага уже пришёл в себя, но опирался на Чагга. Раш поддерживал Туну, не позволяя ей сползти на камни. Лилиана стояла, пошатываясь, но, увидев мой взгляд, ободряюще улыбнулась.

– А поэтому… − повторил я, поворачиваясь к Тобиасу, и резко выбросил обе руки вперёд, создавая стену из эссенции. – За мной! – крикнул я спутникам и рванул вниз по течению пересохшей реки.

Стена из эссенции встала между нашей группой и врагами, точно по границе подземной реки. Я бросился бежать, перескакивая с камня на камень и двигая стену так, чтобы она находилась между мной и врагами.

Грраш-Хом оказался зажат между камнем и стеной из эссенции и яростно забился, пытаясь высвободить щупальца. Тобиас же не двинулся с места. Только проводил меня глазами – спокойно, почти с любопытством.

А Гаргон бесстрастно взирал на меня через полупрозрачную преграду.

– Быстрее, быстрее! – скомандовал я, и мои спутники промчались за моей спиной.

– Куда? – спросила Лилиана на бегу.

– Туда! – махнул я рукой вниз по течению. – Только быстрее, умоляю!

Тобиас негромко что-то произнёс. Гаргон двинулся ко мне в обход стены, медленно вынимая эфес меча из-за спины. Я как заворожённый смотрел на него. Я много раз видел, насколько свирепым и безжалостным был древний герой, и так привык, что он на моей стороне, что мне не верилось: на этот раз он против меня.

Интересно, смогу ли я перехватить контроль?

Возможно, но сейчас нет времени проверять. Однако вдруг сработает что-то по старой памяти? Не проверишь – не узнаешь.

– Гаргон! – крикнул я. – Помоги! Прикрой меня, пока я отступаю!

Скелет дрогнул, затем неуверенно развернулся и посмотрел на Тобиаса.

– Да-да! – радостно крикнул я. – Заруби старикашку!

Гаргон сделал два шага в сторону Тобиаса.

– Стоять, – спокойно сказал старик.

Скелет замер. Не просто остановился – словно кто-то одним движением перерезал нити, заставлявшие его двигаться. Потом медленно повернул голову ко мне.

– Видишь, Смотритель? – спросил Тобиас. – Я управляю им, а не ты.

Он помолчал и добавил так же буднично:

– За ними.

Гаргон снова двинулся. Я ещё раз припечатал стеной из эссенции Советника, а затем бросился следом за своими спутниками. За спиной так и не раздалось ни одного заклинания. Мне это совсем не понравилось.

– Что дальше? – за поворотом меня встретила Лилиана.

– Бегите, глупцы! Со всех ног! – заорал я. Я-то думал, что они уже убежали!

Девушка развернулась и побежала. Мы быстро нагнали остальных, которые с трудом продвигались по скользкому руслу бывшей подземной реки. Рага-Тага прихрамывал и всё время хватался за голову. Чагг тащил его почти на себе. Туна пару раз оступилась; Раш подхватил её и, кажется, уже больше нёс, чем вёл.

Я оглянулся. Позади мелькали щупальца Советника, но самого Тобиаса не было видно. Неужели отстал? Или даже не собирался догонять?

– Это весь твой план? – бросил мне через плечо Чагг. – Убежать?

– А у тебя был план получше? – огрызнулся я. – Мы смогли сбежать – пока этого достаточно.

– Они нас догонят!

– Беги и береги дыхание! Я что-нибудь придумаю!

За спиной раздался голос Тобиаса, усиленный, без сомнения, магией:

– Смотри-и-итель! Ты ведь знаешь, что у каждого побега есть цена?

Он не кричал, но слова прокатились по каменному руслу так, будто старик произнёс их у самого моего уха.

Чёрт! Лучше бы он психовал и сыпал проклятиями. Что же делать?

В разные стороны от русла уходили ходы. Я включил магическое зрение, но без данных разведки это было бесполезно: я не знал, где там тупики, а где можно было затеряться.

Поэтому мы продолжали бежать вдоль русла, по берегам которого постепенно стали появляться признаки цивилизации: деревянные подпорки, облицовка стен. Русло реки стало шире, камни под ногами почти пропали. Это теперь стало похоже на рукотворный канал.

– Мы в старой части канализации! – догадался Чагг. – Это же совсем близко от наших владений!

– Чагг! – прокричал я. − Ищи дверь!

– Какую дверь?

– Любую! Абсолютно! Хоть от сортира…

– Ну, думаю, что дальше есть двери…

Мы рванули дальше вдоль русла. В какой-то момент я заметил над нами раскидистую чёрную тень. Советник!

Существо парило почти над нами. Советник принялся выпрастывать щупальца, пытаясь достать до беглецов, но Чагг пару раз резанул его тесаком – и тот отпрянул. Ненадолго.

– Не останавливайтесь! – рявкнул Чагг, подталкивая Рага-Тагу.

– Быс-с-стрее! – заорал Раш. – Виж-ж-жу дверь!

Он указал на ответвление, отходящее от основного русла подземной реки. Водосток! Ну конечно! Дверь, видимо, вела в техническое помещение.

Грраш-Хом тоже понял, к чему идёт дело, и через мгновение заслонил собой дверь.

Я выставил руки и кулаком из эссенции просто выбил его в сторону. Гигантский осьминог, охнув, нелепо прокувыркался и вписался с мокрым шлепком в стену.

Я схватился за дверную ручку, представил свой тронный зал («Давай, милая Дверка, не подведи!»), а затем рванул дверь на себя.

За проёмом – о да! – находился столь вожделенный мною зал с каменным троном у дальней стены.

– Быстрее! – закричал я.

Спутники стали один за другим нырять в проём. Первым прошёл Чагг, почти втащив за собой Рага-Тагу. За ними – Туна, которую Раш подтолкнул в спину. Она споткнулась о порог, упала на колени уже в тронном зале и обернулась:

– Раш!

– Полз-з-зи дальше! – прошипел он. – Не задерж-ж-живай других!

Я стоял у Двери, удерживая её открытой, а Лилиана – рядом со мной. Уже можно было прыгнуть следом. Всего пара шагов – и дома.

Но над нашими головами что-то с влажным шорохом скользнуло по камню.

Советник.

Он метнулся к порогу, вытянув несколько щупалец сразу. Одно проскользнуло мимо меня прямо в дверной проём – туда, где ещё не успела подняться Туна. Я ударил по нему кулаком из эссенции, но сил оставалось так мало, что щупальце лишь дёрнулось. Слишком поздно!

Раш прыгнул наперерез, выхватывая клинок.

Он рубанул по щупальцу, отбросив его от Туны, а затем всем телом налетел на Советника. Оба покатились по камням. Я успел подумать, что Раш сейчас вскочит и кинется к Двери.

Не вскочил.

Из-под чёрного плаща выстрелило другое щупальце. Оно пробило Рашу грудь насквозь.

– Нет! – заорал я и выбросил руку, пытаясь оттолкнуть Грраш-Хома эссенцией.

Существо отлетело от порога. Но Раш остался лежать на камнях. Он ещё шевелился, судорожно хватая воздух ртом. Я шагнул к нему.

– Егор, нет! – Лилиана схватила меня за руку.

– Я его вытащу!

Раш повернул ко мне голову. По его губам текла тёмная кровь.

– Закр-р-рывай двер-р-рь... – прохрипел он. – С-с-спас-с-сайс-с-ся!...

Я ещё раз дёрнулся вперёд, хотя уже видел, что помочь ему не смогу. И в этот момент из-за поворота вышел Гаргон. В руке у него блеснул огромный меч.

Скелет метнул оружие в нас.

Меч с ужасающим воем раскрылся прямо в воздухе. Он приближался словно в замедленной съёмке. Я рванул Лилиану на себя, и мы повалились на камни русла. Клинок пронёсся над нашими головами, влетел через Дверь в тронный зал и со страшным звоном ударился о каменные плиты.

Я обернулся к Рашу. Тот больше не двигался.

– Егор! – закричала Лилиана. – Сейчас!

Советник снова поднимался над камнями. Два его щупальца уже тянулись к дверному косяку. Ещё мгновение – и он доберётся до нас.

Я вскочил, буквально втолкнул Лилиану в тронный зал и прыгнул следом, ногой зацепив край Двери.

Лилиана с ойканьем упала на пол, я приземлился рядом, а Дверь позади меня с грохотом закрылась.

Мы спаслись.

Некоторое время никто не говорил ни слова. Туна стояла на коленях, глядя на закрытую створку. Я хотел сказать ей хоть что-нибудь, но не смог. У меня перед глазами всё ещё лежал Раш – на камнях, в нескольких шагах от спасения.

Чагг помог Рага-Таге присесть. Лилиана тяжело дышала, привалившись к стене. А я смотрел на громадный меч Гаргона, валявшийся возле меня.

И вдруг понял одну вещь.

Тобиас ни разу не попытался нас остановить всерьёз. Там, в пещере, он мог снова сжать моё сердце. Или, например, мог приказать Гаргону убить меня. Но вместо этого позволил нам добраться до Двери.

Неужели он с самого начала собирался нас отпустить?

Я вспомнил его спокойный голос: «У каждого побега есть цена».

По спине пробежал холодок. Чёрт побери, это не мы переиграли Тобиаса. Это он позволил нам уйти.

А Раш заплатил за это жизнью.