Смотритель Лабиринта. Том 2. Восхождение

Глава 1. Пробуждение

Я открыл глаза. Первое, что я почувствовал – ужасающая нехватка воздуха. Я широко открыл рот, вдыхая кислород. И понял, что нахожусь в кромешной темноте.

Я замахал руками и принялся ощупывать пространство вокруг себя. Я лежал на холодном камне, вокруг меня и надо мной – такие же каменные стены...

Чёрт побери, похоже, я в каменном гробу. То бишь в темнице!

И надо мной – крышка. А это значит... Её можно открыть!

Упершись руками и ногами в верхнюю плиту, я начал давить изо всех сил вверх. Плита поддалась. Ура! Я начал сдвигать крышку в сторону – и вскоре она с оглушающим грохотом полетела на пол.

Я выпрямился.

Вокруг всё ещё царила темнота, но хотя бы я мог дышать по нормальному. Уже неплохо.

Я вдохнул полной грудью и попытался вспомнить, что произошло.

Помню чёрный шип, торчащий из моей груди. Б-р-р-р! И дикую боль. Кто-то меня убил. Или что-то? Неужели сам трон?

Да ну, бред какой-то. Если бы трон хотел меня убить, зачем ему было признавать меня и мою власть?

Значит, кто-то из врагов. Или кто-то из своих? Но зачем? Меня же все любили…

Мои мысли невольно возвращались к трону. Я вспомнил, как трон день ото дня становился всё горячее. А ещё этот бугорок между моими лопатками, о который так удобно было чесать спину. Неужели именно из этого бугорка и вылез тот ужасный шип?

Я поёжился. Видимо, да. Значит, всё же трон меня угробил. Но за что?

И самое главное: а как я выжил?

Я ощупал себя. Борода, усы... Говорят, у мёртвых они продолжают расти. Сколько же я тут пролежал?

Ладно хоть похоронили меня в одежде – было жутко холодно, а без шмоток я бы, наверно, совсем околел.

Мои пальцы попали в дыру в кафтане. Я коснулся голой кожи и вздрогнул. Я вспомнил, как из моей груди торчал шип, как капала кровь. И поёжился. Не очень приятные воспоминания, откровенно говоря.

Дыра в кафтане и тот факт, что меня похоронили, доказывалось, что моя смерть была на самом деле. Видимо, я всё-таки не выжил, а… воскрес?

Верилось в это с трудом. Я же не суперзвезда какая-то, а просто обычный Смотритель Лабиринта. Архонт или как там?

Или может, всё-таки воскрес? Может, я не могу умереть, а эссенция меня поддерживает?

Кстати, эссенция! Я проверил запасы: в последний раз её оставалось ровно 55 единиц. Фух. Не изменилось.

Так, а сколько времени-то прошло? Там Светлые не вторглись ещё в мой Лабиринт? Что там с моими гоблинами? Кто занял мой трон ввиду вынужденного вакуума власти?

Мысли роились в голове. Я их отогнал и сконцентрировался. Мне казалось, что перед тем, как очнуться, я видел какой-то сон. Сон после смерти?

Помню сияние… Свет в конце тоннеля. Ну, типа стандартные видения умирающего, потусторонняя дичь…

Хотя погодите…

…Свет – это был не просто свет. Я вспоминал: пульсация! Свет пульсировал. Вот так: раз-два, раз-два. Как будто сердце билось.

Точно! Это было сияние Сердца Лабиринта!

Я помню, как скользил в призрачных волнах эссенции, и она тянула меня к Сердцу. Я коснулся ладонью его поверхности. И меня словно пронзило электрическим током. Не сильно, но бодряще.

И ещё раз – и ещё раз.

И каждый раз это было больно, но одновременно сладко и приятно – словно сдираешь корочку с заживающей болячки в детстве.

А потом в моей груди забилось сердце. Сначала неровно – но потом оно вошло в синхрон с Сердцем Лабиринта.

И вот они уже бьются в абсолютном унисоне. А потом боль проходит – и приходит покой…

Неужели это Сердце меня реанимировало? Получается, меня невозможно убить? Я стал бессмертным? Или это работает только один раз?

Надо будет добраться до Сердца и выспросить у него. А сейчас – надо выбираться из этого гроба.

Глаза между уже начали привыкать к темноте. Я уже мог смутно разглядеть вокруг контуры... Но вот только чего? Я не мог понять, что именно я вижу. Как будто меня окружали гигантские колонны... Или статуи?

Я вглядывался до боли в глазах, но так и не понял, что это. Проклятие, почему тут нет света? Если я Смотритель, то замок должен реагировать на меня и включать факелы! Либо факелов здесь нет – что вполне логично, если я нахожусь в гробнице.

Я ещё раз обыскал всё вокруг. М-да, меня похоронили без моего оружия, без артефактов – спасибо хоть, что не голым.

Был бы под рукой горн – воззвал бы к моим слугам. Вот бы Грыхх прибалдел…

Грыхх… Мне не хватало моего лейтенанта, его неуклюжих, но забавных выходок. И всё-таки он был верным, хотя и трусливым. Как тогда вытащил нас из логова галлаголов, связавшись со мной по горну. Но если он уверен, что я мёртв, то он и не свяжется со мной.

Мысли от галлаголов перескочили к паукам. Интересно, а услышит ли меня Шшарра?

Я сконцентрировался и послал мысленный запрос паучихе. Ничего. Тишина. Хотя… Нет – что-то есть! Далёкое, мерцающее. Я ухватился за это ощущение, как за паутинку, и потянулся по нему, как будто полз по нитке.

Перед моим внутренним взором возник полупрозрачный образ паучихи со сложенными лапками, висящей вниз головой в центре гигантской паутины. И я полз по одной из ниточек, вплетающейся в это великолепное полотно…

Паучиха становилась всё больше и объёмней, и я наконец решился её позвать:

− Шшарра!

Паучиха дёрнулась, развернулась ко мне и открыла глаза, блестевшие красным на фоне её чёрного тела.

− С-с-смотритель? – проговорила она удивлённо. – Мне с-с-сказ-з-зали, ч-ч-что ты мёртв!

− Кто сказал?

− Гоблин. Каж-ж-жется, его з-з-звали Грухх.

− Грыхх! – обрадовался я. – Он с тобой?

− Нет! Он с-с-скрылс-с-ся в пещ-щ-щерах!

− Скрылся? Но почему? Что случилось?

Меня потянуло назад, и Шшарра стала на порядок меньше. Я понял, что нашу связь что-то разрывает. Видимо, расстояние. Или может сторонняя магия?

− Предательс-с-ство! – прошелестела Шшарра. – С-с-смотритель, тебя предали! Будь ос-с-сторож-ж-жен!

− Но кто предал?

Меня опять дёрнуло назад. Шшарра произнесла какое-то имя, но до меня донеслось еле слышное: «У-у-у»…

И что это? Фрагмент имени или типа «У-у-у, не знаю-у-у-у?»

Меня выбросило из контакта с Шшаррой.

Я опять сконцентрировался и попытался нащупать нить, но это было бесполезно. К тому же после контакта я себя чувствовал так, словно пробежал марафон. Видимо, Шшарра была очень и очень далеко, и контакт отнял у меня слишком много сил.

Ну что же, похоже, мне никто не поможет. Могу полагаться только на себя.

Я свесился ноги наружу и тут подумал: а если я нахожусь на какой-нибудь высоте? Ну типа как Гендальф на вершине башни в Барад-Дуре? И счас полечу вниз как брошенный камень.

Под рукой, к сожалению, не было ничего, чтобы бросить вниз и проверить мои предположения. Поэтому я перевернулся на живот и начал очень аккуратно опускать ногу – как котёнок, который слезает с лежанки.

Моя ступня, наконец, обрела опору. Похоже, я всё-таки не на вершине какой-то башни, всё там же – в своём Подземелье. Но где именно? Я не помнил, чтобы где-то находил места захоронения.

Я осторожно двинулся в сторону, ощупывая полость, из которой выбрался. Ну да, типичный каменный саркофаг.

Нога ткнулась о разбившуюся крышку. Я пнул обломок камня, и он улетел в сторону, звучно ударившись о стену. О, значит, здесь не бесконечность туда-сюда, а вполне себе замкнутое помещение.

Я пошёл в том направлении, вытянув руки вперёд, косплея заправского зомби. Но башкой всё же приложился, проматерился от души (мой голос эхом полетел по помещению), а затем принялся шарить рукой на уровне головы.

Оказалось, что в стене находился небольшой альков, который заканчивался как раз примерно на уровне моего лба. И я умудрился тюкнуться своей головой как раз о его кромку.

Я прикоснулся ко лбу. Мокро. Так и есть – кровь.

Я ещё раз ругнулся, а затем опёрся рукой о стену – и тут над головой вспыхнули факелы.

Это было так неожиданно, что я буквально нырнул в альков, ныкаясь в темноту, словно вор.

Но ничего не случилось: ничего не взорвалось, в меня никто ничего не кидал, никто даже не заорал.

Я выбрался из алькова и огляделся.

Да, как я предполагал: я находился в погребальной камере. Ну, или усыпальнице. Это было довольно просторное прямоугольное помещение, в нём рядком через метр-другой лежали гробницы. Я насчитал ровно двадцать штук.

Десять гробниц справа от меня забыли закрыты, девять – открыты. Из 11-ой только что выбрался я.

Необработанный потолок высился метрах в пяти-шести над головой, оскалившись целой россыпью сталактитов.

Вдоль стен тянулись цепочкой факелы. Те, чтобы были ближе ко мне, горели ярким ровным пламенем, подальше светили уже не так ярко. Ну, это классика, я уже привык к такому поведению света.

Вопрос только: почему факелы не зажглись сразу же, как я выбрался из гробницы?

Мой взгляд упал на стену, заляпанную моей кровью. И к моему ужасу я увидел, что кровь буквально впитывалась в стену, как будто всасывалась какой-то неведомой силой.

Но поразмыслив, я подумал: это же логично! Если я связан с Лабиринтом и Замком, то и моя кровь, вполне логично, тоже имеет связь с ними. Возможно, с помощью крови можно открывать и какие-то другие пути...

Хм... Я задумчиво уставился на свои штаны. А другие жидкости... Скажем так, не слишком пафосного характера... Они тоже имеют какую-то силу?

Учитывая, как мне сильно хотелось опорожнить содержимое моего мочевого пузыря, я решил, что самое время это опробовать. Надо только выбрать подходящий угол. Ведь если я заточён в этом каменном мешке на длительное время, то негоже сидеть и вдыхать ароматы собственной мочи.

Я огляделся в поисках подходящего угла – и решил, что вон тот угол, заставленный какими-то вазами с человеческий рост, будет вполне подходящим.

О... Я с наслаждением начал процесс, прислушиваясь, не произойдёт ли чего-то сверхординарного, когда жидкость, вышедшая из моего организма (организма Смотрителя, между прочим), окропит камни древней усыпальницы.

Но ничего не произошло. Только жидкость Смотрителя, весело журча, текла по камням.

Ладно. Я вернулся на исходную позицию и решил обследовать близлежащую гробницу.

Это была типичный каменный гроб, вытесанный без каких-либо изысков. На крышке был выбит знак Смотрителя: сердце, пронзённое кинжалами. И цифра: 9.

На крышке соседнего гроба был выбит тот же самый знак. И цифра 8.

Понятно. Это гробница, куда складывают мёртвых Смотрителей. Значит, я 10-й Смотритель по счёту. А интересно... Если умрёт 21-й Смотритель, куда его положат? Или просто расширят эту камеру?

Внезапно я вспомнил слова Советника о том, что он убил предыдущего Смотрителя ударом в спину и оставил его труп гнить где-то в коридорах замка. Но вот же его гробница, под номером 9. Или она пустая?

Я приложил ухо к крышке и тут же одёрнул себя: чего я ждал-то? Что оттуда (из гробницы) мне кто-то что-то ответит? Кстати, если бы мне оттуда что-нибудь сказали − я бы, наверно, наоборот, испугался.

Надо бы открыть гробницу. Если Советник мне не соврал, то она будет пустая. А если соврал? Там будет воняющий гниющий скелет... Хотя... Судя по всему, прошлые события были очень далеко во времени, и скорее всего, тело уже обратилось в прах.

А если нет? Тела вообще гниют в камнях? Или сохнут, как мумии?

Кстати, – пронеслась мысль, – хорошо, что мне не закатали, как мумию. Сейчас бы ползал тут как червяк. Если бы вообще выбрался из гробницы...

И погодите… Если Смотрителя невозможно убить – то почему тут лежат уже 9 гробницы? И Советник говорил, что он УБИЛ предыдущего Смотрителя.

Это я такой бессмертный или что? Почему Сердце не воскресило предыдущих Смотрителей? Или же количество опций воскрешений имеет ограниченное число? Ну, типа как девять жизней у кошки или три попытки в компьютерной игре.

Так, стоп! Слишком много мыслей. Я прекрасно осознавал, что гоняю эти мысли в голове только для того, чтобы не удариться в панику. Ведь я понятия не имел, как отсюда выйти. Фокус с жидкостями результата не дал...

Хотя я представил картину: мы с гоблинами или гноллами идём при полном параде воевать очередного врага, и нам нужно пройти через тайный ход. Вот мы доходим до нужного места. Грыхх командует войскам: “Развернись!” Все разворачиваются, а я достаю из широких штатин агрегат для открытия тайный мест. Вода журчит, тайный проход открывается, мы внезапно атакуем врага. Победа, праздник, пир!

Но чё-то я замечтался.

Ладно, давайте вскрывать гробницу! Я буду тут изображать из себя Лару Крофт (или Индиану Джонса). Конечно, не дело тревожить мёртвых. Но вдруг у них (у трупов прежних Смотрителей) есть что-то полезное. Мои болваны не догадались меня похоронить с оружием – может другие догадались?

Ну и в конце концов, нужно же понять: врал мне Советник или не врал.

Я подпёр ладонями каменную крышку и попытался её сдвинуть. Ни фига! Я упёрся носками в холодный пол и снова попытался. Крышка сдвинулась буквально на миллиметр – и замерла.

М-да, а как мне удалось поднять такую громаду изнутри, самостоятельно, без упора? Неужели эффект адреналина?

Так, ладно, надо найти рычаг.

Я двинулся вдоль стен, отыскивая что-то полезное. К сожалению, ничего, что можно было бы использовать в качестве рычага, я не нашёл. Зато нашёл выход. Ну как выход? Дверь.

Она находилась в дальнем конце пещеры, где лежал Смотритель №1, и практически сливалась со стеной. Я заметил её только потому, что очень внимательно смотрел вокруг.

На двери не было ни ручки, ни замка, ни какого-то иного запорного механизма – только контуры.

Я толкнул дверь без особой надежды. Конечно же, она не поддалась. Скорее всего, она вообще не открывается изнутри – ну кому придёт в голову делать выход ИЗ гробницы.

С другой стороны, а вдруг здесь окажется заперт какой-нибудь рабочий... Значит, должен быть тайный рычаг.

Я сфокусировал тайное зрение – и оно, увы, показало, что тайных рычагов здесь нет. И что дверь, действительно, открывается только снаружи – причём аж с двух разных позиций.

Я выругался и принялся сканировать зрением помещение вокруг: возможно, есть какие-то другие тайные ходы.

И да – я его нашёл.

Моё зрение показало, что в гробницах с первую по восьмую действительно лежат трупы. А вот в девятой трупа не было. И потоки эссенции мне показывали, что гробница эта – на самом деле муляж, и от неё куда-то вниз ведёт подземный ход.

Похоже, это и есть искомый мной выход. Остался один вопрос – как сдвинуть крышку гробницы?

Я убрал магическое зрение и задумался. Кто бы ни построил этот тайный ход – он явно был связан со смертью Смотрителя. Иначе зачем строить тайный ход из его гробницы? Может быть, это сам Смотритель?

Но для чего был прорыт ход? Уж явно не для того, чтобы через него спасался случайно запертый рабочий (или случайно похороненный Смотритель). Он явно сделан для других целей. Каких?

Возможно, Смотритель знал, что на него будет покушение и решил инсценировать свою смерть? Но Советник сказал, что лично его прикончил. Получается, что Смотритель просто не успел воспользоваться разработанным планом и предательски погиб? И по иронии судьбы, его тайным ходом воспользуется потомок.

Так... Похоже на правду. Но если этот тайный проход предназначался только для Смотрителя... Возможно, гробнице нужен контакт со Смотрителем? Через кровь?

Ну да, писать на гробницу как-то не солидно, а вот пролить кровь во имя великой цели – другое дело.

Мысль о крови заставила меня ещё раз ощупал свою грудь.

Прямо сейчас моя кожа была абсолютно невредимой: ни царапинки, ни синяка. О торчащем ранее из грудной клетки шипе напоминал только разорванный кафтан.

Причём он разорван был не только спереди, но и сзади. И холодный воздух сильно охлаждал мою спину. Не хватало ещё схватить какую-нибудь пневмонию. А то глупо будет: воскрес из мёртвых, но притащился в тронный зал с кашлем и кучей соплей. Как тебя потомки-то назовут? Архонт Сопливый? Смотритель X Болезный?

Я заржал от своих мыслей. И тут кто-то прямо над ухом спросил:

– Ты чего тут шумишь, как оглашённый? Фу, ещё и нассал в углу. Тебе не стыдно?

Глава 2. Хороший Архонт - мёртвый Архонт

– Кто здесь? – я обернулся и поднял кулаки.

Никого – только факелы трещат по углам.

– Ты меня не увидишь, – сказал тот же голос. – Я невидимый. – И пояснил назидательным тоном, словно разговаривал с дебилом: – Это специально так сделано, чтобы меня никто не видел.

– Я знаю, что означает «невидимый»! – сказал я. – Но кто ты такой?

– Позволь представиться. Магниус Магнификус Магикус. Второй Смотритель Лабиринта. Твой далёкий, далёкий и очень далёкий предок.

– Приятно познакомиться! Егор Подземельный! – произнёс я и учтиво поклонился. – А где ты локализуешься? Куда мне смотреть-то?

– Для твоего удобства могу сесть на крышку гробницы, которую ты только что безуспешно пытался столкнуть.

– Ну уж будь добр.

– Итак, – проговорил Магниус после короткой паузы. – Как тебя сюда занесло?

– Сам не знаю. Последнее, что я помню... Меня пронзил шип. Причём, судя по всему, он был порождён моим собственным троном.

– Ну, это вряд ли. Трон создал я своими собственными руками. И я абсолютно точно и авторитетно заявляю, что мой трон не обладает орудиями убийства. Но возможно... – Мой собеседник замолчал, видимо, задумавшись.

Я решил, что нужно извиниться и сказал:

– Слушай... Мой далёкий предок. Ну ты извини, что я тут... по углам... Ну ты понял.

– А-а-а, забей! Что естественно – то не безобразно. В конце концов, если я бы воскрес из мёртвых, то тоже захотел бы первым делом помочиться. Естественная надобность организма.

– А я воскрес из мёртвых?

– Ну, вестимо. Тут целая процессия была. Тебя тут дружно хоронили гоблины, гноллы, гшанги и минотавры. Гоблины вообще рыдали в три ручья. Я боялся, что затопят нас тут.

– Гоблины, минотавры... – повторил я. – А галлаголы?

– Нет, этих противных обезьян не было, – ответил Магниус. – И слава Древним Королям!

Я отметил в памяти, что надо будет разобраться – куда делся Маркус с собратьями? Неужели покинул Подземелье. Но у меня была куча других вопросов:

– Слушай, Магниум, если ты Второй Смотритель... Ты наверное, знаешь много о прошлом?

– Ох, Егор. Я понимаю, что ты сейчас хочешь спросить. Но фишка в том, что я не могу тебе рассказать ничего о своём прошлом. Я проклят.

– О как! – удивился я. – А с чего это?

– Ну, это долгая история. И я всё равно не могу её тебе рассказать. Просто подумай: а почему я обращён в призрака, а не улетел в Небесные Чертоги?

– Это типа рай?

– Не знаю, что такое «рай», а Небесные Чертоги – это место, где обитают боги, правители, великие герои, маги, колдуны и иже с ними.

«Ага, типа Вальгаллы!» – подумал я, а вслух произнёс:

– Ну и... Тебя сюда посадили, чтобы ты охранял покой умерших?

– Типа того, – мрачно ответил Магниум. – Было пророчество. Мол, грядёт Смотритель, которого убьют, но который не будет мёртв. И он разрушит прежние договоры, и создаст вместо них новые. И будет его власть велика и безгранична.

– Ого. А про кого это-то?

– Ну я думал, что про твоего предшественника. Он сделал много чего великого. Например, напитал эссенцией Лабиринт и существенно расширил его. Он открыл почти все двери в Замке и Подземелье. Он нашёл множество полезных артефактов. Но, увы, в итоге он перешёл дорогу не тому человеку.

– Я слышал про этот... инцидент. Что там с ним случилось?

– К сожалению, подробностей не знаю, – а голосе Магниума послышалось смущение. – Я же привязан к этому месту. И никуда не могу уйти. Иногда только подслушиваю вот через эту стену... А прости, ты же не видишь, куда я показываю.

– Ладно, – сказал я. – Ты наверняка знаешь, где выход отсюда?

– Да, насчёт выхода. Когда предшествующий тебе Архонт начал строить тайный ход под гробницей, я подумал, что как раз про этого типа идёт речь в пророчестве. Как я понял, он хотел инсценировать свою смерть, чтобы не сталкиваться с некоторыми последствиями своих поступков. Но, судя по тому, что гробница так и лежит нераспечатанная – ему это не сильно помогло.

– Ну а подземный ход-то рабочий?

– А пёс его знает. По идее должен быть да. – Мне показалось, что невидимка пожал плечами. – Только ты не сможешь вскрыть гробницу отсюда, она открывается изнутри. Там хитрый механизм.

– Ну вот, опять всё не слава богу! – проворчал я.

– Но...

– Что «но»?

– Ты всегда её можешь сломать.

Я уставился на гроб ничего не понимающими глазами.

– В смысле «сломать»? – не понял я.

– Ну, разрушить, снести, уничтожить, обратить в пыль, подвергнуть аннигиляции. Сломать, короче.

– А как я это должен сделать? – тупо спросил я и тут до меня дошло. – Ну конечно! Эссенция! Я же могу ей физически воздействовать на окружение!

– Умный мальчик! – похвалил призрак.

– Спасибо! – бросил я сквозь зубы. – Ну что же, видимо, придётся пошуметь!

Я собрал в кулак витавшую вокруг меня эссенцию, а потом обрушил его на гробницу. Та согнулась внутрь, будто бумажная, осколки полетели во все стороны, поднялась пыль. Я зачихал, отскочил в сторону, а когда пыль осела, то увидел на месте гробницы сходящие вниз ступеньки.

Я проверил запас эссенции: 54. Хорошо, что много не потратил.

– Слушай, – вдруг высказал я посетившую меня мысль. – Я же мог эссенцией выбить и входную дверь?

– Мог бы! – подтвердил Магниум. – Но также интересней, разве нет? Представь, как охренеют слуги, когда придут тебя хоронить второй раз – а тут целый подземный ход!

– В смысле, второй раз?

− Ну, ты же не бессмертный, да?

− Наверно.

− Ну, значит, ты ещё раз умрёшь. От старости, например. Или от шального дротика. Или от обвала. Или провалишься в яму, сломаешь ногу и истечёшь кровью. Да мало ли способов помереть в подземелье?

Я поразмыслил и ответил:

− В этом ты, пожалуй, прав. Но я так быстро помирать не собираюсь.

− Похвальное устремление.

− Так, Магниум, прежде чем я уйду, позволь задать несколько вопросов. А Архонтов легко убить?

− Да легче лёгкого! Мы же простые смертные!

− То есть то, что я воскрес – это какая-то аномалия, а не обычный порядок вещей?

− Чё ты сказала? Анималия? Не, анималия – это что-то про управление животными. А так да, обычно, если Архонта убивают, то он умирает.

− Обычно?

− Пятый Архонт нашёл способ обмануть смерть. Он носил при себе некое кольцо, которое продлевало ему жизнь. Потом ему на голову упал валун. Кольцо разрушилось, а Архонт остался жив. Правда, через пару дней он отравился болотной настойкой, но это другая история.

− А как он выжил-то? Валун должен был размозжить ему голову!

− Кольцо вспыхнуло, и валун оттолкнуло. Ну, так рассказывали очевидцы.

Я потрогал свою грудь и сообщил:

− Нет, у меня совсем другая история. Меня убили физически. Кстати, я тут мысленно связывался с Шшаррой – ты знаешь её?

− А, это дочка Зашшурры, гигантской паучихи? Милая крошка. Помнится, один раз я кормил её молоком через пипетку.

− Ну… Наверно, да. Правда, Зашшурры я не встретил. Наверно, она умерла. А сама Шшарра вымахала. Она тут типа царицы местных пауков.

− Логично, − проговорил Магниум после паузы. – Столько столетий прошло ведь… Я сам правил три сотни лет, кстати. А ты?

− Три сотни? – присвистнул я. – Архонты такие долгожители?

− Постоянный контакт с эссенцией продлевает жизнь. Так сколько времени ты правил?

− Около месяца, наверно.

− Негусто, − заметил Магниум. − Пока это самое короткое правление в истории Лабиринта.

− То ли ещё будет! Слушай, Магниум, я бы с удовольствием ещё поболтал, но мне нужно спешить. Судя по тому, что мне сказала Шшарра, меня успели не только убить, но и предать. Кстати, на моих похоронах ты не замечал ничего странного?

− Например?

− Ну не знаю. Может, кто-то радовался и чечётку отплясывал? – съязвил я.

− Не припомню такого…

− А если серьёзно. Какие у меня были похороны?

− Торжественные! – уверенно заявил второй Архонт. – Тебя хоронили аж пятеро.

− Пятеро? – возмутился я. – Ни фига себе!

− Там было два гоблина, один такой смешной, в шлеме, похожий на злобную кастрюлю…

− Грыхх!

− Точно. Второй вроде Мыг. Ещё был здоровенный минотавр, он еле пролез в эти двери. Он нёс твоё тело…

− Ого. Торн Руг, видимо. Со сломанным рогом, да?

− Он самый…

Тут я поймал себя на мысли, что наверно выгляжу весьма комично: стою в темноте и болтаю сам с собой. Если бы меня кто-нибудь увидел… Я расхохотался.

− Чего смешного? – спросил Магниум обиженно.

− Да ничего. Просто стресс выходит. Итак, кто ещё был? Гноллы, галлаголы?

− Два гнолла были. Один такой со шрамом через всю морду…

− Ага, это Чагг. А второй – наверно, кто-то из его помощников. И всё?

− Всё. Они тебя принесли, положили в гробницу. Грыхх всё время плакал, а Чагг ругался буквально со всеми.

− Ну это он не со зла, он просто очень расстроился, видимо. Интересно, а где были все остальные? Я думал, меня похоронят целой процессией.

− Они всё время обсуждали некую «угрозу». И говорили, что им придётся затаиться в подземелье и «набрать сил». И что они не ожидали такого «удара в спину».

− Но они назвали имя предателя?

− Неа, − ответил Магниум. – Они больше переживали, что какой-то Советник вернётся и «завершит начатое».

Я не ответил. Только почувствовал, как внутри закипает гнев. Кто предатель? Кто-то из галлаголов? Гшангов? Гоблинов? Минотавров? Я же только-только обрёл новых союзников и готовился перезапустить управление замком. Я даже начал продумывать названия и функции департаментов, чтобы выстраивать свою вертикаль власти. А тут такой… Удар в спину.

− Спасибо, Магниум, за политинформацию! Всё это очень интересно и полезно, но мне пора идти.

– Погоди, Егор! – остановил меня Магниум дрогнувшим голосом. − Я тебе хочу кое-что показать!

− Что именно?

− Иди сюда!

− Куда? – Я повертел головой. – Ты же невидимый.

− Да забыл опять! Вот сюда, в угол, который ты недавно залил священной жидкостью из своего мочевого пузыря.

Я почесал голову. Ну ок, ладно. Пойду посмотрю, что он там мне хочет показать.

Я двинулся вдоль гробниц в угол, где вповалку лежали вазы, подсвечники, горшки и прочий хлам.

– Ну что тут? – спросил я, приближаясь к стене.

− Тут? – спросил Магниум.

− Ну ты меня позвал, чтобы показать что-то.

− Ах да, взгляни вот на любопытную картинку. Кто-то её закалякал углём.

Я попытался разглядеть в полумраке хоть что-то. Но свет от факелов мерцал буквально под самым потолком, вызывая расплывчатые тени по всем углам и стенам. Под каким только углом я не пытался рассмотреть шероховатую стену – видел только серый камень и плесень.

− У меня нет кошачьего зрения, − наконец, признался я. – А света не хватает. Что там нарисовано-то?

− Да неважно! – проговорил Магниум.

− В смысле – неважно? Зачем я тогда сюда топал? Ладно, чёрт с тобой! Мне пора возвращаться в свой замок и наводить порядок. Ты, кстати, не хочешь пойти со мной? Ты, судя по всему, много знаешь, и мне бы пригодилась твоя помощь.

− Увы! – ответил Магниум. – Я привязан к этому месту и не могу покинуть его. Таков закон.

− И прям нет ни одного способа обойти его?

− Есть! – проговорил Магниум, и что-то мне в его голосе не понравилось. – Нужно всего лишь убить другого Архонта – и тогда я смогу занять его место. То есть – мне нужно убить тебя!

Повисла тишина.

− Э-э-э, − прервал я его. – А как ты это сделаешь? Ты же призрак, не способный управлять материальным миром?

− Кто тебе это сказал?

Одна из ваз, стоящих в углу, поднялась в воздух и с угрожающим свистом полетела прямо на меня. Я едва успел увернуться.

Ваза разбилась о край гробницы, меня окатило осколками, а особо крупный порезал ладонь наискось. Хлынула кровь, но рана тут же затянулась. Я изумлённо уставился на ладонь, и следующая ваза прилетела мне прямо в живот.

Я охнул и повалился на задницу, уткнувшись спиной в стену. Этот гад специально заманил меня сюда, чтобы я отошёл от выхода! Скорее всего, на спине ничего и не было нарисовано, а я повёлся.

− Погоди! – я поднял руку. Третья ваза зависла в воздухе. – Остановись! Давай поговорим!

− Я слишком долго ждал! – взревел Магниум в ответ. – Веками – один, в пыли и темноте– Нет, я не остановлюсь!

Ваза полетела в меня. Я поднял руки, загораживаясь от удара.

Снаряд прилетел точно по костям правой руки, и я взвыл от боли. Мне показалось, что кость если не сломалась – то точно потрескалась в паре мест.

Глядя на то, как поднимается четвёртая ваза, я понял, что медлить нельзя. Я вскочил на ноги и бросился в сторону тайного прохода.

Но ваза прилетела мне точно в поясницу, и её пронзило острой болью. Я рухнул на колени и поднял руку.

– Погоди, давай договоримся! – провыл я.

− Я не веду переговоров! – ответствовал признак.

Я увидел, как начала шевелиться одна из плит. Видно было, что Магниум поднимает её с огромным трудом. А если ему удастся её поднять, то он точно расплющит меня. Надо что-то делать, и желая затянуть время, я спросил:

− Но зачем ты открыл для меня тайный проход, если хотел меня всё равно убить?

− Ну… Вообще-то, я тобой воспользовался. Проход открыл ты, с помощью эссенции. Не помнишь что ли? – Магниум расхохотался. – Тебя было так легко обвести вокруг пальца!

Да что за ерунда? Сначала Советник меня нагло обманул и воспользовался мной во сне, теперь этот тип… Пора, наверно, перестать доверять всем подряд и брать судьбу в свои руки. Правитель не должен быть тряпкой.

Я ощутил, что боль в спине прошла. Да и кость руки больше не ныла. Я с удивлением осмотрел руку. Даже мелкие царапины исчезли. И тут до меня дошло: регенерация! Неужели я после воскрешения приобрёл супер-способность? Отлично, это как раз то, чего мне не хватало!

Магниум, между тем, оставил попытки сдвинуть плиту и вернулся к прежней тактике швыряния в меня вазами. Правда, к вазам добавились ещё увесистые камни, но это мелочь.

Я бросился к тайному выходу, петляя между гробницами.

Снаряды разрывались позади меня, Магниум злобно завывал и матерился, но меня это уже не интересовало.

Наконец, я достиг ступенек и, не раздумывая, начал спускаться по ним – в полную темноту.

Вслед мне неслись проклятия призрака, но вскоре они затихли.

Я продолжал двигаться в полной темноте. Лестница была винтовой, ступеньки – неровные, и мне приходилось выверять каждый шаг. Пять, десять, двадцать шагов…

Ладно хоть я держался за стену – иначе давно бы уже оступился и покатился вниз. Если бы не свернул шею, то почки и печень бы точно отбил.

Стена была скользкой, покрытой чем-то вроде ила. И пахла соответствующее: водой и прокисшим молоком. Касаться этого было очень и очень неприятно, но выбора не было.

Аккуратно нащупывая путь, я двигался вниз.

И да, я включил магическое зрение практически с самого начала спуска, но это было бесполезно: потоки эссенции с трудом вырисовывали внешнюю картинку: они вились вокруг, как дым, не показывая толком ничего. Это было очень и очень странно. В замке и подземелье эссенция всегда показывала более-менее чёткую картинку. Здесь же как будто сила магии сильно уменьшилась.

Я продолжил спуск и до жути перепугался, когда вместо стены моя рука схватила пустоту – и я чуть не улетел вниз. Усевшись на ступеньки, я долго унимал бьющееся сердце. Потом аккуратно проверил пустоту.

Оказалось, что это была небольшая арка, и в её углублении я нашёл небольшой кистень. Я понятия не имел, как управляться этой штукой, но взял с собой. Любое оружие лучше, чем его отсутствие. В конце концов, психологическое воздействие тоже сбрасывать со счетов не надо.

− Интересно, как глубоко ведёт этот ход? – спросил я вслух, просто чтобы развеять гнетущую тишину.

− Бо-ко, бо-ко, бо-ко, од-од-од, − ответило двойное эхо.

− Ладно! – я поднялся на ноги, не обращая внимание на эхо, повторяющее «дно-дно-дно». Всё-таки я же, наверно, не на дне?!

Ещё немного спуска – и впереди послышался какой-то ритмичный стук. Я сначала не понял, что это, но по мере того, как я приближался, то понял: это капала вода. О, очень кстати! Я умирал от голода и жажды. И если я попью – то хоть немного полегче станет.

Звук всё ближе и ближе − наконец, вода капнула меня по макушке, и я открыл рот, с наслаждением впитывая капли. Интересно, где это я?

И тут моих оголённых лопаток коснулось что-то ледяное.

Глава 3. Страж врат

Я инстинктивно одёрнулся и обернулся.

Потоки эссенции показали какую-то смутную фигуру, которая… замахивалась мечом? Бесшумно, словно привидение. Она находилась выше меня на несколько ступеней.

Я поднял руку с кистенём, и мощный удар мечом (да, я теперь видел, что это меч) пришёлся по рукояти. К счастью, она выдержала, хотя была и деревянная. Возможно, меч был тупой?

Фигура снова начала замах. Она двигалась очень медленно, как во сне. Я подумал, что кто бы это ни был – он не торопился.

Я легко увернулся от удара, меч с неприятным звуком шкрябнул по стене. Я размахнулся кистенём и вслепую ударил шаром кистеня по врагу. Раздался удар металла по металлу, фигура покачнулась и с грохотом упала на ступени, а затем покатилась на меня.

Я едва успел прижаться к стене, когда мой поверженный противник с металлическим грохотом покатился вниз по ступенькам, так и не произнеся ни слова.

Я уже догадался, что скорее всего сражался с ожившим доспехом – но где он тут притаился на лестнице?

Короткий осмотр показал ещё одну нишу, внутри которой я обнаружил небольшой щит, аккуратно лёгший в мою ладонь.

Ну что же, понемногу обживаюсь амуницией! Тут, конечно, вообще неожиданный квест. Я же как правитель вроде должен сидеть задницей на тёплом троне и раздавать инструкции, а не лазить тут по сомнительным катакомбам с риском для жизни!

Я спустился по ступенькам ещё ниже и наткнулся на поверженный мной доспех. Судя по всему, в нём была какая-то остаточная магия, поэтому мне удалось его убить буквально с одного удара.

Я ощупал доспех и нашёл среди железок шлем. К счастью, он был открытый – и скорее, напоминал каску, чем классический закрытый шлем с щитком. Это было хорошо, так как иначе шлем мог мне не налезть. А этот я нацепил на макушку, подвязал под подбородком кожаные завязки – и двинулся дальше вниз.

Когда же уже кончатся эти долбанные ступени?

Спустя ещё несколько минут лестница, наконец, закончилась. Я ступил на ровный пол – и чуть не тюкнулся носом вперёд, так как не ожидал, что под ногами будет так гладко. Нога аж загудела, когда я впечатал её в камень.

«Проклятие!» − проскрежетал я зубами и осмотрелся.

Вокруг ощущалось большое пространство − да и эссенция передо мной расступилась, как будто формируя большой параллелепипед. Надо сказать, что эссенция стала более плотной и ощутимой.

Я развёл руки в разные стороны и сделал несколько шагов. Судя по эху, пространство вокруг меня было довольно большое. И тут вспыхнули факелы.

Признаюсь честно: я чуть не заорал.

Во-первых, это было очень и очень неожиданно.

Во-вторых, это сильно ударило по глазам, привыкшим к темноте.

Я закрыл глаза от бьющего света и злобно прокричал замку:

− Бляха-муха, предупреждать надо!

Эхо передразнило меня: «Надо-надо-надо!»

Глаза понемногу привыкали к свету, и я увидел, что стоял в центре довольно обширного круглого зала со множеством альковов и углублений.

Неподалёку от меня возвышалась колонна, подпирающая потолок. На ней было нарисовано несколько стрелочек, указывающих направления, и надписи: «Кладовая», «Лаборатория», «Покои», «Шахты», «Тронный зал», «Уборная».

Ага! Значит, этот зал – что-то вроде хаба!

Я шагнул в сторону ближайшего алькова и убедился, что это не сколько альков, а замаскированный провал, внутри которого находился каменный валун, закрывающий проход. Видимо, аналог местной «двери». И таких «дверей» вокруг было множество.

Некоторые, как и стрелки на колонне, были подписаны. Некоторые – нет.

Я нашёл валун, перегораживающий проход в тронный зал, и задумался, как же его сдвинуть?

Магическое зрение не дало никакого толка: я не видел ни скрытых, ни явных механизмов. «Где же ты, большая кнопка, открывающая проход, когда ты так нужна?» − прошептал я.

Ну ладно, была не была!

Я сконцентрировался, вызвал магический кулак из эссенции и проделал путь на свободу грубой силой: то бишь раскрошил валун на мелкие части.

Эссенции осталось 53 единицы. Я надеялся, что этого мне хватит – и что больше её не придётся тратить в подземелье.

Я двинулся вдоль коридора. Это был широкий и просторный коридор, но идти приходилось всё время в гору.

Факелов здесь не было, но в стену были вшиты множество мелких кристаллов, которые создавали приятный призрачный свет, не бивший по глазам.

Чем дальше я шёл, чем сильнее был уклон. И мне ещё очень не нравились желобки по краям коридора, а также многочисленные царапины и бугорки на полу, как будто здесь постоянно что-то катали.

И чёртова интуиция меня не подвела!

Стены и пол завибрировали, и откуда сверху раздался грохот. Я замер. Звук приближался – и вот в поле моего зрения появился каменный шар – как в фильмах про Индиану Джонса, метра два в диаметре. Он катился прямо на меня, но не так быстро как мог бы: бороздки на полу его притормаживали.

Я бросился бежать назад: ведь если бы этот камень накатился на меня, то не оставил бы от меня и мокрого места, даже несмотря на всю мою регенерацию!

Я бежал со всех ног, стараясь не споткнуться – а при таком сильном уклоне вниз это было ой как непросто.

И вот дверь уже в пределах досягаемости, но тут пол под моими ногами задрожал, и плиты разошлись в разные стороны. Я полетел в темноту…

К счастью, дно было очень близко. Я приземлился на колени и ладони, которые тут же взвыли от боли. Но ждать и страдать было некогда: над головой грохотал камень.

Я огляделся: я находился почти в таком же коридоре, как и наверху, с такими же жилами из светящихся кристаллов в стенах и с такими же желобками и углублениями в полу. Но наклон здесь шёл в другую сторону.

Я бросился вдоль по коридору, молясь, чтобы на моём пути больше не образовывалось пропастей. Хотя моё воображение уже нарисовало систему тоннелей, находящихся друг под другом, но отличающихся углом наклона – так что шар мог катиться по ним с верха до самого низа.

Впереди показалось тёмное пятно – выход!

Я оглянулся. Шар уже находился буквально в трёх метрах от меня – и он как будто набирал скорость, а я уже ощутимо устал.

Тёмное пятно перед глазами разрасталось. Что там? Судя по движению воздуха – бездонная пропасть.

И да – я прав! Я завис на краю пропасти, едва остановившись. Шар уже сзади!

Я резко рванул вправо и повис на краю, держась руками за шершавые выступы.

Шар вылетел из тоннеля и с уханьем устремился вниз.

Я вернулся обратно в коридор и буквально рухнул на спину. Фух, я выжил!

Из шахты донёсся жуткий грохот: каменный шар достиг дна.

Я прислушался на всякий случай. Но нет, ни стены, ни пол больше не вибрировали – значит, второй «сюрприз» за мной не летит. Ну и хорошо!

Усевшись, я принялся думать: что делать? Возвращаться обратно по коридору? Я не был уверен, что смогу выбраться из ямы, даже если она не закрылась: там высота была метра три-четыре. Если только вскарабкаться по стене…

А что у нас здесь?

Я выглянул в шахту. Темно, хоть глаз выколи. Даже не видно противоположной стены. Единственное, что снизу тянет очень холодным воздухом – значит, это точно аэродинамическая труба. Интересно, что наверху? И внизу? Впрочем, что внизу – неважно, после падения камня там вряд ли что-то целое осталось.

Но карабкаться в полной темноте – это самоубийство! Уж лучше попытаться выбраться из ямы в начале коридора.

Я уныло поплёлся в противоположную часть тоннеля.

В голове уже путались мысли от голода. Жажду я немного утолил, но после последнего кросса во рту опять пересохло.

С правой стороны я заметил ответвление. Из него тянуло сыростью и гнилью. Я решил, что стоит проверить проход.

Проход оказался очень низким и узким, и мне пришлось буквально втянуть живот, чтобы пролезть, а также согнуть колени. Пару раз я задевал головой потолок – и хорошо, что я был в шлеме, иначе пробил бы себе башку насквозь.

Наконец, я вышел в небольшую пещерку, под потолком которой светились сталактиты. Из трещины в стене бил гейзер. Вода была довольно тёплой, и я с наслаждением умылся и напился.

В углу пещеры я обнаружил несколько грибов, светящимися зелёным призрачным светом. Они сладко пахли, и мой рот мгновенно наполнился слюной.

Я припомнил, что видел подобные в грибной галерее. И гоблины, и галлаголы говорили, что в галерее всё съедобно – значит, и такие грибы тоже.

А если нет, и это ядовитый гриб, похожий на съедобный?

Я мучительно поразмышлял ещё пару минут и понял, что если сейчас немедленно не съем что-то – то околею от голода. А уж если я траванусь – не всё ли равно, как помирать: от голода или от яда? В конце концов, от яда смерть будет быстрее, чем медленная и мучительная от голода. Наверное.

В общем, я сорвал гриб и с наслаждением впился в его шляпку. Гриб напоминал по вкусу мясо. Я откусил кусочек и принялся медленно жевать, прислушиваясь к своим ощущениям.

Слюна активно выделялась, желудок призывно урчал – я подождал ещё минутку. Вроде не умираю.

Тогда я решительно прикончил гриб и принялся за второй, а потом за третий и четвёртый.

Удивительно: грибы были маленькие, но насыщали неплохо. Я даже сделал небольшой запас.

Так, надо выбираться. Куда идти? Обратно?

Да смысла нет.

Я огляделся. Интересно, а куда вытекает вода? Она же куда-то вытекает, это точно. Иначе этот гроб бы затопило нафиг! И откуда тянет гнилью?

Ответ на второй вопрос нашёлся очень быстро. Впрочем, как и на первый.

Я проследил течение воды и обнаружил, что она небольшим ручейком устремляется в тёмный угол. Там обнаружился небольшой проход шириной буквально в десять-двадцать сантиметров и высотой в полметра. Для воды – достаточно, она ухлёстывала дальше. А вот для человека – не очень.

Правда, бедолага, который был здесь до меня, этого не понял.

Некто в полном обмундировании (шлем, латы, все дела) попытался пролезть в эту щель. Я даже увидел, что он её пытался расковырять своими латными перчатками, но было без толку. Бедняга сумел только протиснуть своё плечо – и застрял.

Видимо, так и умер.

Я тронул труп, и он повалился на спину.

В лицо мне дыхнуло гнилью: полусгнивший череп с опарышами скалился на меня всеми зубами.

Меня чуть не вырвало, и я поспешил отойти в сторону: не хватало ещё выпростать содержимое желудка, которое я так стремительно набивал.

В этот момент труп пошевелился. Ну конечно, в этом подземелье полно оживших зомби, как и положено быть в любом уважающем себя волшебном подземелье.

Я не стал ждать, пока мертвец распрямится и начнёт приносить мне неприятности, а сложил из эссенции кулак и вдарил им по узкой расщелине, заодно размазав на куски труп.

Стены затряслись, с потолка посыпались пыль и щебёнка, но обвала, к счастью, не произошло.

Когда пыль развеялась, я увидел, что проход существенно расширился, а вот труп буквально был смят в труху. Ну и ладно. С зомбаками сражаться в мои планы не входило.

Я протиснулся в проход и оказался в следующем гроте. Он имел неправильную вытянутую форму, а потолок располагался очень низко – примерно в паре метров над головой. В центре грота сиял белый кристалл, пол был тщательно отшлифован.

Но самое главное – все стены были расписаны фресками, ярко сияющими в свете кристалла.

Фрески изображали сцены битвы: какие-то рогатые монстры, напоминающих демонов из Doom, сражались с людьми, гоблинами, галлаголами и ещё какими-то неведомыми существами, напоминающими эльфов, гномов, кобальтов… А вот это орки – причём они тоже сражаются против рогатых демонов.

А это ещё что такое?

На одной из стен был изображён мужик на троне, вокруг которого вились змеи, явно с недобрыми намерениями. У мужика был очень свирепый вид. В правой руке он держал меч с зелёным лезвием – и я мгновенно узнал клинок Змеиный язык, а левой рукой сжимал шею одной из нападающих змей.

Трон был явно мой – но вот находился он в каком-то совсем другом помещении (если только это не была фантазия художника), кроваво-алом и с большими вытянутыми окнами.

Под фреской была какая-то надпись рунами. Моё магическое зрение перевело её: «Здесь покоится Гаргон, Первый Страж Врат, павший в битве с Хаосом».

Гаргон? Что за хрен такой? Чел на троне? Почему он на МОЁМ троне? Что за врата?

И где он похоронен?

Я огляделся ещё раз. Никакого саркофага или гробницы в пещере я не видел. Равно как и урн или ваз, куда можно было бы положить прах.

Но что меня обеспокоило больше всего: я не видел никакого выхода.

Вода уходила в небольшую яму аккурат в центре пещеры, почти прямо под кристаллом. Но она была совсем небольшой – максимум я мог просунуть руку. О том, чтобы пролезть через неё, не шло и речи.

Конечно, я бы мог использовать эссенцию, чтобы расширить яму – но кто знает, насколько она глубока?

По идее, выход обязательно должен быть – это же гробница, место паломничества. Значит, кто-то сюда должен был приходить?

Я включил магическое зрение, но оно ничего нового не показало. Хотя…

В одном месте эссенция как будто куда-то уплывала. Я подошёл к фреске и увидел, что она представляет собой зеркальную композицию: воины хаоса (эти рогатые парни) находились справа, гоблины и орки – слева. А между ними тянулась сверху вниз узкая полоска, как бы разделяя фреску на две части.

Я поднял ладони и ударил ими по разные стороны от полоски. И тут земля задрожала, сверху посыпались пыль и камешки, фреска впереди тоже завибрировала – и стена разошлась в разные стороны, образовав проём в полметра шириной.

М-да, хорошо тут дверь замаскировали.

Я шагнул в проём.

Ага, а вот и гробница! Я оказался в узком прямоугольном помещении, украшенном фресками. В углах тут же вспыхнули призрачным светом кадильницы. Посреди пещеры на возвышении находился шикарный мраморный саркофаг, искусно украшенный резьбой и драгоценными камнями.

Я даже позавидовал: моя собственная усыпальница была совсем не такой роскошной.

К саркофагу был прислонён небольшой щит, выполненный в форме ромба. В центре щита блистала морда какого-то чудовища, сам щит по краям был украшен рунами, слабо светящимися в полутьме. Щит на вид был весьма тяжёл, но когда я поднял его – оказался легче пёрышка.

Интересно, из какого материала он сделан? И кому принадлежал?

Ну ладно, беру с собой – пригодится. На замену старому щиту.

А что там в саркофаге?

Я поднялся на возвышение и заглянул внутрь.

Внутри лежал скелет. Его руки были сомкнуты на костяной груди, он сжимал ими рукоятку длинного двуручного меча, кончик которого располагался в районе коленей. Рукоятка была вся чёрная, местами изъеденная ржавчиной. Да и полотно меча время тоже не пощадило: оно было испещрено царапинами и сколами.

Какой он длинный. Интересно, как его использовали в битве? Или это чисто церемониальный меч?

Я коснулся рукоятки меча, и тут скелет двинул головой. Через мгновение в глазах появился призрачный синий огонёк, челюсть с характерным звуком отпала, а потом скелет заговорил:

− Ты кто такой и чего тебе надо?

− А… Я… − растерялся я.

− Не мямли! – провизжал скелет и начал медленно подниматься.

Я отскочил от саркофага. Скелет выпрямился и начал со скрипом потягиваться.

− О-о-о! – простонал он. – Как хорошо-то! Размять старые косточки после стольких лет! А сколько лет прошло, кстати?

− Да не знаю я, − проговорил я настороженно. – Я тут сам без году неделя.

− Так не бывает, − подумав, заявив скелет. – Неделя короче года. Не может быть, так, чтобы из недели пришлось вычитать год.

− Да это идиома!

− Сам ты идиома! – обиделся скелет. – Никто меня ещё так не называл.

− А кто ты? – спросил я, хотя уже догадался.

− Я – Гаргон. Первый страж Врат! – гордо заявил скелет. – Ну, я уже конечно, не совсем в такой форме, как надо… А, кстати, как я ожил-то?

− Не знаю! – пожал я плечами. – Я, кстати, тоже ожил.

− О! – Скелет выкарабкался из саркофага, вытащил меч и водрузил его себе на плечо. Правда, меч теперь выглядел как копьё. − Так ты кто?

− А! Разреши представиться: Егор Подземельный, Смотритель Лабиринта, Десятый Архонт!

− О! – скелет неловко склонился. – Так я твой слуга, получается.

− Наверно, − пожал я плечами. – Честно говоря, в первый раз о тебе слышу.

− Ну вот как всегда! – печально сказал Гаргон. – Стараешься, борешься, надеешься сохраниться в веках – а тебя забывают. А ты, кстати, чё тут делаешь?

− Это долгая история.

− Да я не тороплюсь!

− Зато я тороплюсь! Меня предали, отобрали мой трон, а на носу – вторжение Светлых сил в Лабиринт! И мне нужно защитить Сердце Лабиринта!

Гаргон повертел головой туда-сюда, а потом прошамкал:

− Как хорошо, что ты встретил меня. Я тебе помогу.

Глава 4. Сердце

− Помощь бы мне не помешала! – согласился я.

− Тогда чего же мы ждём?

Гаргон лихо развернулся на пятках, едва не снеся мне голову мечом. Я вовремя пригнулся и аккуратно отошёл к стенке.

Гаргон между тем проковылял к противоположной стене, потыкал по фрескам – и стена разошлась, открывая выход.

− Ты бы не мог поаккуратнее с мечом? – попросил я. – Коридоры узкие, места мало. Я бы не хотел, чтобы ты случайно обезглавил. Меня или кого-то другого.

− Ах, это! Да, совсем забыл! – Гаргон коснулся гарды меча, и тут лезвие сложилось и ушло внутрь рукояти. – Готово, и никому не мешает.

− Ни фига себе!

− Да, это орки выковали! – гордо заявил Гаргон. – Отличные они кузнецы!

− Я думал, что гномы хорошие кузнецы…

− Эти растяпы? – хохотнул Гаргон. – Они только для сбора улиток годны. Ладно, Смотритель, двинули. Расскажешь по пути, что конкретно произошло.

Мы двинулись по коридору, и я кратко обрисовал скелету всю геополитическую ситуацию в подземелье на данный момент – а также, как я утратил власть и угодил в гробницу.

− М-да, − сказал Гаргон, когда я закончил рассказ, и многозначительно замолчал.

− И всё? – спросил я после паузы.

− Ну да. А что ты ожидал? Что я упаду в обморок, поражённый открывшейся мне истиной? Нет уж. Не дождёшься!

Пока мы разговаривали, то углубились в какую-то совсем древнюю часть подземелья. Привычная каменная кладка сменилась на беспорядочно обработанный известняк. Стены и потолок местами искрошились. Про пол вообще молчу: столетия изъели его до состояния трухи.

− Гаргон, а куда мы идём? – спросил я скелета.

− В смысле?

− Ну мы зашли в какую-то вообще глушь. И, кажется, ходим кругами. Вот эту колонну с растущими у её основания зелёными грибами я точно видел. Причём раза три уже. Куда ты меня завёл?

Гаргон остановился и уставился на меня своими призрачными глазами.

− В смысле «я завёл»? – повторил он с характерным стуком костей друг о друга. – Я думал, это ты нас ведёшь?

− Я? А кто здесь был похоронен?

− При чём тут это?

− Ну, мне казалось, что ты должен знать эту часть подземелья.

− Да ни фига! – скелет сложил руки на груди. – Между прочим, я умер здесь при третьем Смотрителе. А ты уже десятый. Между нами прошли столетия. И если ты не в курсе: замок и подземелье постоянно меняются. Тут всё уже многократно перестроилось. Я вообще без понятия, где мы шлындаем.

− Та-а-а-к, − протянул я.

− Не «такай»! – заявил Гаргон. – Кто тут хозяин, в конце концов, ты или я?

− Ну я.

− Значит, веди!

− Смените свой тон, сударь! – предупредил я. – Я монаршая особа и не позволю с собой так разговаривать!

Гаргон расхохотался. Выглядело это весьма жутко: он закатился назад, как солевой, запрокинул голову и принялся ржать, стуча зубами и костями друг о друга.

− Да ты не монаршая особа! – сказал он, закончив смеяться. – Смотрители – не короли. Вы все простой крови. А вот я – потомок королей. Так что монаршая особа здесь я.

− Закончил перфоманс? – спокойно спросил я скелета.

Тот кивнул.

− Ну тогда помолчи! – проговорил я. – А я буду искать выход.

Гаргон что-то хотел сказать, но я поднял палец вверх и помахал у него перед носом.

− Не мешай! – требовательным тоном сказал я. – Я ищу выход!

Я включил магическое зрение. Мне жутко не хватало моего свитка, где вся карта была наглядная и в 3D. Магическое зрение показывало далеко не всё – только потоки эссенции, плывущие вдоль коридоров, арок и проходов.

Это был целый лабиринт путей, в которых непосвящённому легко было бы заблудиться. Да и непосвящённому тоже.

Я пытался разглядеть в хитросплетениях тоннелей, переходов, залов хоть какую-то логику, чтобы наметить путь к выходу. Но проблема ещё заключалась в том, что не знал, что такое «выход». Путь наверх? Путь к сокровищнице? Путь к тронному залу?

− Сюда! – наконец, сказал я, так и не поняв, куда идти. Но перед Гаргоном авторитет терять не хотелось.

Мы двинулись вперёд. Я продолжал держать магическое зрение включённым: а вдруг найду намёки на выход из этого подземелья?

− Гаргон, − сказал я после ещё пары минут блужданий. – Пока мы идём: расскажи, что там была за битва с Хаосом и какие Врата ты охранял?

− А, это! – протянул скелет. – Это очень и очень долгая история.

− Да мы и не торопимся.

− Ну, это касается третьего Смотрителя. Он был очень предприимчивым человеком, но однажды слишком увлёкся. Однажды он велел заложить шахты, так как надеялся отыскать золото. Но вместо этого он отыскал один забытый город.

− Что за город?

− Подземный город. В нём жила невообразимо древняя раса, поклонявшаяся демонам. И они оставили по городу множество алтарей.

− И вы случайно пробудили один из них?

− Нет, − грустно ответил Гаргон. – Не случайно и не один. Архонт очень хотел покроить силы ада, чтобы укрепить лабиринт и противостоять Светлым силам. Но не рассчитал.

− Что произошло?

− Если коротко – резня. Над всеми алтарями открылись порталы. Демоны хлынули оттуда буквально волной. Вся гвардия Архонта была уничтожена. Сам он получил сильные ранения. Я вынес его на руках, но он скончался от ран прежде, чем я успел добраться до тронного зала.

− Жесть.

− Я возглавил объединённую армию, и мы без малого два десятилетия сражались против демонов.

− Ого.

− Нам удалось изолировать их, согнав обратно в город. Но порталы закрыть мы так и не смогли. Тогда мы построили врата.

− Ага, те самые, стражем которых ты являешься?

− Да, это были огромные мифриловые врата. Мы запечатали ими единственный тоннель, ведущий в забытый город. Вся армия демонов осталась там.

− И сейчас она там? – уточнил я на всякий случай.

− Возможно. На момент моей смерти врата были раскалены адским огнём изнутри, но их ничего не способно расплавить. Разве что взрыв солнца. Так что, я думаю, что если ты не видишь демонов вокруг себя – значит, они всё ещё там.

− Ну-у-у… − протянул я. – Прям «демонов» во множественном числе я не видел, но встретил одну очень симпатичную демонессу.

− Это вполне возможно, − ответил бодро Гаргон. – Довольно много демонов перешли на нашу сторону. Потомки их должны были выжить.

− Эту демонессу использовали в качестве «батарейки» для питания целого перерабатывающего комплекса.

Гаргон хохотнул:

− Ну… Жёстко, но практично. Демоны вырабатывают массу энергии, и если её пустить на благое дело… Хм.

− Она была симпатичной, − заметил я. – И голой.

− Не сомневаюсь, − ответил Гаргон, ещё раз хмыкнул, и мы продолжили путь.

− Постой! – вдруг сказал Гаргон.

Мы стояли перед простой деревянной дверью, ничем не выдающейся. Она была искусно замаскирована в стену, так что я даже её не заметил.

− Что такое? – спросил я.

− Мне кажется, что я что-то слышу, − сказал скелет.

− У тебя нет ушей, − буркнул я.

− Да, но я слышу с помощью магии! – пояснил Гаргон. – У меня ведь и связок нет, но я как-то говорю. Более того, я двигаюсь – а обычно кости двигаются с помощью мышц, но и их у меня нет.

− Я понял, ты ходячий клубок магии! – сказал я.

− И вот это очень странно! – отметил скелет. – Я не должен был оживать.

− Но ты ожил!

− Спасибо, что заметил! – проговорил Гаргон. – И это очень и очень странно. Ладно, давай посмотрим, что за этой дверью!

Он толкнул дверь, но она не поддалась.

− Где тут замок? – скелет наклонился, высматривая замочную скважину. – Её тут нет. Как открыть?

− Сломать, − флегматично заметил я. – Навалиться плечом – и делов-то.

− Всё бы вам, Смотрителям, ломать! – проворчал Гаргон. – Но я рисковать своими костями, причём в прямом смысле, не буду. Если хочешь ломать – ломай сам.

− Наслаждайся! – проговорил я, сконцентрировался, сформировал кулак из эссенции – и вышиб дверь.

Она буквально разлетелась на щепки, обнажив за собой длинный коридор, заставленный доспехами и стойками с оружием.

− О! – произнёс я. – Это мы удачно попали!

− Погоди, что-то тут не так! – остановил меня скелет, но я уже видел сам: доспехи двигались.

− Я такое уже видел! – заявил я. – На меня напал такой же оживший доспех, пока я спускался из своей гробницы.

− Это не нормально! – мрачно произнёс Гаргон.

Он уже вынул свой меч и с щелчком расправил его. Я поднял на изготовку свой щит с мордой чудовища и кистень.

− Ну держитесь, черти! – проговорил я.

− Это не черти, − поправил меня Гаргон, − а ожившие доспехи.

− Я фигурально! Так, боец, занимаем позиции по краю коридора. Когда доспехи будут вылетать, сразу их валим!

− Хороший план! – согласился Гаргон.

Первый доспех был за мной. Едва он вылетел, как я сверху вниз припечатал его шаром от кистеня. Доспех издал глухой звук, как будто я бил по бочке, а затем с грохотом рухнул на пол.

Гаргон уложил следующего своим громадным мечом. Причём он ударил по доспеху плашмя, как будто палкой. Доспех также сделал глухой «дзинь» и покорно рухнул вниз.

Затем вылетело ещё два доспеха, и мы разхреначили их в смятку.

− Тупые жестянки! – прокомментировал наш труд Гаргон.

Но в этот момент из коридора влетели два меча и алебарда. А следом – ещё два доспеха. И по полу загрохотали сапоги.

Вот этого мы не ожидали! Алебарда устремилась сразу ко мне, и я едва успел подставить щит, чтобы заблокировать удар. Мечи оба синхронно атаковали Гаргона, и он успел отразить только одну атаку. Второй меч застрял у скелета в рёбрах, и тот, матерясь, ухватился за его рукоятку.

− Какой бешеный! – пытаясь совладать с рукоятью, скелет повалился на пол.

Я остался один против двух доспехов и алебарды. Эта длинная штука подлетела практически под потолок и оттуда, пикируя, устремилась ко мне.

Я мгновенно выставил щит из эссенции на её пути, а магическим кулаком смял доспехи. Алебарда с жалобным звуком отскочила от щита, но я припечатал её к потолку. Лезвие вошло глубоко в камень, и оружие затихло.

Остались ботинки, которые, прыгая, словно лягушки, всё пытались зайти ко мне в тыл. Я припечатал их кистенём, превратив в груду железных обломков.

Гаргон в это время успел подняться и возобновить своё художественное фехтование с двумя мечами.

Я было засмотрелся на него, но тут из коридора выплыли ещё два доспеха. Мне было жаль тратить на них эссенцию, поэтому я попытался достать их кистенём. Но доспехи ловко увернулись от меня и устремились в тоннели, явно стремясь избежать драки.

− Ты там закончил? – спросил я Гаргона.

Тот как раз отразился атаку одного из мечей, ухватил второй за лезвие и мощным движением сломал его. Лезвие треснуло, меч упал. Первый меч поспешил ретироваться за доспехами.

− Что за ерунда? – спросил я Гаргона. – Здесь всегда так? Кто заговорил это оружие?

Скелет в упор уставился на меня, а затем проскрипел:

− Я думаю, что древняя магия тут не при чём. Но мне нужно удостовериться. За мной!

− Куда?

− Сюда! – Гаргон скользнул в оружейную, и я поспешил за ним.

За коридором оказалось просторное помещение, также заставленное оружием и доспехами. При нашем приближении предметы начали оживать.

− Скажи им, что ты – Смотритель! – проговорил Гаргон.

− Кому «им»? – не понял я.

− Доспехам. И оружию.

− Зачем?

− Скажи, пока они не начали нас атаковать!

− К-хм! – Я набрал в грудь воздуха побольше. – А-а-астановитесь! Именем Смотрителя!

Доспехи и оружие как по команде зависли в воздухе.

– Сработало! – обрадовался Гаргон.

− А могло не сработать?

− Могло, − сказал скелет. – Но сработало же. Значит, ты неплохой Смотритель!

− Так в чём твоя идея?

Гаргон панибратски ткнул меня костяной ладонью в грудь и проговорил:

− Кажется, я знаю, в чём дело. Но надо ещё проверить.

− Я тебе не лабораторная крыса, чтобы ставить опыты! – возмутился я. – Если ты что-то знаешь, будь добр – сообщи. И не тыкай в меня своими костяшками, мне это не нравится.

− Прошу прощения! – скелет церемониально поклонился.

− Ну и что дальше? – спросил я его.

− Минутку! − Скелет проковылял к одной из стоек, приговаривая: − Это должно быть где-то здесь… Если это и действительно моё хранилище! – Он каким-то особым образом повернул стойку, и часть стены отошла в сторону. – Оба-на! – торжествующе произнёс Гаргон и, видя мой недоумевающий взгляд, пояснил: − Этот схрон – часть моей системы хранилищ. И если я прав – и ты действительно можешь оживлять всё вокруг, то мы нашли выход.

− Оживлять всё вокруг?

Гаргон подошёл ко мне и спросил, указывая на мою грудь:

− Ты чувствуешь биение сердца?

Я задумался и прислушался к своим ощущениям. А действительно. Как будто и не было биения. Точнее, что-то я ощущал – но сложно было назвать это биением сердца.

Я приложил руку к груди. Ну да, я дышал – моя грудь поднималась и опускалась. А вот толчков сердца изнутри я не ощущал.

− Ну? – спросил Гаргон.

− Я чё, типа бессердечный?

− Ну, не совсем. Когда ты умер, кто-то поместил в твою грудь Оживляй-камень. Это такой артефакт…

− …который продлевает жизнь своему хозяину? Я слышал про него.

− Нет! – скелет покачал головой. – Это другой артефакт. Он даёт жизнь неодушевлённым вещам.

− То есть… Доспехи, мечи – они все оживали из-за меня?

Гаргон кивнул. Я вдруг припомнил, как хотел ожить труп, но я разрушил кулаком из эссенции.

− Погоди, − сказал я. – А почему смотрители не ожили в гробнице, где я очнулся?

− Ну, во-первых, камень оживляет только то, что похоже на человека – например, статуи, доспехи, игрушки, иногда – изображения, то бишь рисунки. Ну и трупы – если они ещё сохранили очертания человека. А если труп уже истлел – то там и оживлять нечего. Во-вторых, он имеет ограниченную силу. После того, как камень задействуют, нужно время, чтобы он снова заработал.

− А почему оживлялись мечи? Они же не похожи на людей!

− Камень способен оживлять предметы, которые созданы людьми для людей. Например, одежду – поэтому оживляются доспехи. По этой причине оживляются и мечи.

− А почему мой щит не ожил? – я показал на свой красивый щит с мордой чудовища.

− Потому что его создавал не человек, − пояснил Гаргон. – Это щит Гнорра – гноллского бога. Ну, на самом деле это был не бог, а кузнец. И не гнолл, а орк, но это уже частности.

Я посмотрел на щит с уважением. Хм, так вот как ты выглядишь – щит Гнорра! Я помнил, что мне нужно собрать их семь штук, и сколько-то ещё хранятся в Сокровищнице (я не помнил на память – всё было зафиксировано в моём списке). И вот ещё один.

− Ясно, − сказал я. – Получается, я натурально умер, а Оживай-камень меня воскресил?

− Ну, примерно так.

− И кто в меня его мог засунуть?

Гаргон развёл руками.

− Этот артефакт создали наши союзники-демоны и подарили его нам, − проговорил он. – Ты говори про какую-то демонессу…

− Киара! – воскликнул я. – Хм, возможно ли это? Ну, допустим. Так, и что дальше? Куда мы идём?

− Я использовал Оживай-камень в своё время, чтобы перемещаться между частями замка.

− Каким образом?

− Увидишь! – таинственно произнёс Гаргон. – Правда, если я прав, то нам путь преградит один страж.

− И что?

− Ну, ты Смотритель. По идее, этот страж должен тебя слушаться.

− По идее? Мне это не нравится.

− Но у нас нет особо выбора! – скелет пожал плечами. – Идём?

− Идём, − тяжело сказал я и шагнул было за Гаргоном, но потом повернулся к доспехам и приказал: − За мной!

Доспехи послушно выстроились в шеренгу и последовали за нами в тоннель.

− Ни фига! – присвистнул удивлённый Гаргон.

− А то ж! – гордо ответствовал я. – Я же не хрен с горы – я целый Смотритель!

В конце извилистого, но очень короткого тоннеля мы уткнулись в ещё одну дверь.

− Ну вот, − сказал Гаргон. – Мы пришли. Прежде всего, Смотритель, позволь тебе пояснить. Моя система хранилищ создана с помощью древней пространственной магии. На самом деле этого тоннеля не существует. Мы сейчас находимся в некоем параллельном мире, и здесь могут не работать привычные законы физики. И вообще привычная тебе магия.

− Понятно, − сказал я, хотя было ничего не понятно.

Гаргон отворил дверь, и тут всё перевернулось. В буквальном смысле. Мой желудок скакнул сначала вниз, потом вверх, волосы поднялись дыбом, щит и кистень вылетели из рук в потолок… точнее, в пол. Я едва успел их подхватить. Теперь мы с Гаргоном в буквально смысле стояли вверх тормашками на потолке, который совсем недавно был полом. Чёртовая гравитация просто скакнула с ног на голову.

− А я предупреждал! – проговорил скелет.

− Спасибо! – поблагодарил я, пытаясь справиться с головокружением. – Карманное измерение, чёрт бы его побрал!

− Как ты сказал? «Карманное»? А мне нравится! – заявил Гаргон. – Пойдём за мной!

Мы шагнули за дверь, и тут всё вернулось на круги своя. Мой желудок едва опять не сдался, но я героическим усилием сдержал его.

Мы находились в узком гроте, вдоль стен которого стелились водопады. Вода при этом уходила куда-то в щели между камнями – я так понимаю, она бралась из ниоткуда и уходила в никуда.

Посреди грота на постаменте возвышалась статуя горгульи. Она была не сильно высокой – около метра ростом, но с непропорционально длинными и большими руками, а также на редкость с уродливой мордой. Мне казалось, что даже с больным воображением в похмелье такое не изобразишь.

В руках горгулья держала секиру, выглядевшую карикатурно маленькой в её лапищах.

Едва мы вошли в грот, как горгулья зашевелилась, издавая характерный каменный треск, затем открыла глаза и проговорила:

− Ну здравствуйте, друзья! Давно не виделись!