Смертельный договор. Пункт 1

Глава 1

— Дыши же, мерзавка!

Вот первое, что я отчётливо услышала в новом мире. До этого окрика тоже были какие-то звуки, а ещё меня, кажется, трясли и били по щекам. Но вычленить в общей какофонии отдельные фразы не получалось. Каждый нервный узел прошибали тысячи разрядов молний, сращивая мою суть с новым телом. А тут, нате вам, стоило немного оклематься, и такое радушие.

— Да вставай же ты! Не смей умирать у меня на руках! — надрывалась девушка, и я получила очередную оплеуху.

Вот кто так со жрицами Неотвратимой обращается, особенно боевыми?

— Да меня же на Изнанку отправят, если ты преставишься! — отчаянно заорала девица.

И снова удар. У девушки совсем чувство самосохранения отказало?

Кожей ощутила колыхание воздуха возле лица, и без труда перехватила руку, занесённую для нового удара. Хватит, будем считать, что незнакомка привела меня в чувство.

Девушка взвизгнула и попробовала вырвать руку, на что я хмыкнула и сжала пальцы сильнее. Выждав несколько мгновений, с силой оттолкнула нападающую девицу от себя. Рядом раздался звук упавшего тела и порция возмущений.

Удовлетворённо послушав несколько мгновений возню неподалёку, осторожно приоткрыла один глаз, но никакого дискомфорта не почувствовала. И уже увереннее распахнула глаза.

Кафель — гладкий, чистенький, с изящной каёмкой на каждой плитке. Свет — ослепительно яркий, ровный, без малейшего намёка на колыхание пламени. И блондинка, недовольно сопящая рядом со мной.

Девушка сидела на коленях, потирала запястье и пыхтела, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень негодования. И смотрела она на меня со смесью жалости, злости и изумления. Неожиданно. Никто так не смотрел на меня лет… двести?

На нас вообще стараются лишний раз не смотреть, не то чтобы орать или поднять руку, а тут такое безрассудство, просто на грани безумия. Может, я в богадельню какую попала?

— Ну наконец-то, — надувшись, процедила блондинка и вскочила на ноги.

Так это я ещё и на полу лежу? Просто прекрасно, удачное начало дня.

Тем временем незнакомка продолжала сверлить меня взглядом, но мне было несколько плевать на её потуги. Цыкнув на девушку, я продолжала заниматься делом — разглядывала новые руки. Гладенькие, тонкие ручки с аккуратными розовыми ноготками. Ни мозолей, ни шрамов, ничего, только ровная светлая кожа человека, редко бывающего под солнцем и не державшего ни разу меч.

Дальше взгляд переместился на нижнюю часть туловища, и тут я не смогла удержать восхищённого свиста. Внизу туловища были ноги. Нет, не так, Ноги. Длинные, ровные, с идеальной кожей всё того же бледного цвета. И эти ноги, едва прикрывала короткая коричневая юбочка в складку. Таким ногам можно было только позавидовать. А хотя, это ведь теперь моё? Вот пусть мне и завидуют. Должен же и на моей улице наступить праздник?

— Катя, да что с тобой? — неуверенно протянула девушка, но я по-прежнему не обращала на неё внимание.

Чего вот разоряется? Мертва её Катя, не без её помощи, между прочим. А меня разрывало от любопытства, чем ещё это тело способно порадовать.

Глупо тратить драгоценные минуты на осмотр тела, но очень уж хотелось. Аскеза и непрерывные сражения до добра не доводят, и после смерти, хотелось по полной вкусить степень благодарности Богини.

На одной из стен нашлось большое зеркало, и вот к нему-то я и направилась, неловко поднявшись на свои новые и красивые ноги. Самое идиотское, что эти ноги были обуты в туфли на высоком каблуке. Прежняя хозяйка вполне могла уверенно на них передвигаться, я же таким навыком не обладала, поэтому по дороге до заветного зеркала я один раз оступилась и ещё раз подвернула голеностоп. Пыточные колодки какие-то, а не обувь.

— Катюша, — раздался сзади сдавленный голос, но я уже добралась до цели, даже не переломав своё новое приобретение.

Из зеркала на меня смотрела красотка. Я даже для верности ущипнула себя за щеку, и зеркальная копия повторила моё движение.

— Ты головой совсем ударилась? — возникла незнакомка в отражении рядом с привлекательной брюнеткой из зеркала.

Вот и зачем вид портить? А посмотреть определённо было на что. Блестящая копня темно-русых волос длиной до талии, отдельно заметим, что очень узкой талии, такую талию можно двумя ладонями обхватить. Огромные карие глаза, в обрамлении густых ресниц, пухлые губки, высокие скулы. Вдобавок всё та же бледность и гладкость кожи. Прелесть, что ещё сказать.

Подмигнув отражению, опустила взгляд ниже и, не веря своим глазам, распахнула блузку. Ну да, я тут вроде как не одна, но надо же проверить, что размер, который показывает зеркало не оптическая иллюзия. И нет, грудь оказалась настоящей. Упругая, высокая, очень даже приличного размера, особенно для такого субтильного тела, кокетливо затянутая в кружевной бюстгальтер.

— Катя? — испуганно взвизгнула девушка рядом, когда я аккуратно погладила аппетитные полушария сквозь ажурную ткань.

Да Катя, Катя, я уже запомнила, чего талдычит, как заведённая механическая шкатулка?

— Как моё полное имя? — бросила блондинке, поворачиваясь боком к зеркалу и задирая юбку.

Содержимое крошечной юбочки тоже порадовало: плотные шортики, туго обтягивающие округлые ягодицы. Под шортиками нашлись миниатюрные трусики. Что порадовало отдельно, с такой длиной юбки лишний раз лучше вообще не двигаться, а так ничего, и срам прикрыт, и ветер не задувает.

Со смачным звуком хлопнула себя по нижней красоте, и с удовольствием отметила, как на лице незнакомки проступает не просто недоумение, там уже легко читалась натуральная паника.

— Екатерина Чернышёва, — выдавила из себя девушка.

— Хорошо, мне нравится, — кивнув отражению и мыслям, произнесла я. — Рина, Рин, неплохо, и в бою слышно, и слух не режет. А ты?

— Полина Савицкая, — моргнула она. — В каком бою?

— В любом, — отмахнулась я.

Ладно, с телом познакомились, пора бы уже и о магии побеспокоиться. В старом теле, я одной физической силой и навыками могла сквозь стан врагов выход прогрызть, а вот Екатерина, явно физической подготовкой не занималась, максимум какие-нибудь танцы, попа-то вполне в тонусе.

— Кать, — заскулила опять Полина рядом, но я её игнорировала.

Во-первых, пусть привыкает к другим сокращениям, а во-вторых, я была сосредоточена на поиске внутри себя магии. И что печально, пока не находила. Вообще, никакого отклика.

Отчаиваться рано, условия были чётко обозначены: магия должна быть. С моей стороны условий прозвучало мало, но именно без магии все остальные пункты нашего договора с Неотвратимой не имеют никакого смысла. Хочет получить желаемое — пусть раскошелится не только на здоровое, молодое тело, но и магии от себя отсыплет.

— Поля, а скажи мне, у меня магия вообще есть? — задумчиво перевела взгляд на бледную соседку по зеркалу.

— Ты чего? — охнула она и картинно зажала рот руками.

Интересная реакция. А главное, ответа она не дала.

— Так что с магией?

— Катя… Рина, — шёпотом отозвалась девушка. — Нет у тебя никакой магии, как ты могла забыть?

Да легко, чего уж там, стоило только приложиться головой о кафель и привет зияющая чёрная дыра в мозгах, ну и новая сущность внутри.

— Считай, смогла, давай уже рассказывай, — хмыкнула я.

— Да нечего рассказывать, — пожала она плечами. — Ты пустышка. Выпускные экзамены без магии не сдать, так что отчислят без диплома. И это ещё отец не узнал.

Ну ничего себе, хотя и плевать, диплом только формальность.

— И что будет, когда отец узнает? Замуж продаст или в рабство?

— В какое рабство?

— А мне почём знать? Сексуальное, трудовое, мало ли вариантов, — предположила я.

— Изгнание тебя ждёт.

— Любящий батюшка, однако, — весело заметила я, а вот девушка удивила.

Она и так-то не особо здорово выглядела, но тут совсем с лица схлынула и растеряла остатки самообладания.

— Ты сирота, Рина. Мой отец — твой опекун, твой дядя.

— О, так мы с тобой родственники, что ли? И за что ты родную кровиночку головой об пол приласкала?

— Да что с тобой? На себя совсем непохожа. С чего ты решила, что это я тебя? — отступала она, пока не упёрлась лопатками в стену. — Что же теперь будет?

— Ну на изгнание ты уже заработала в любом случае. Вместе поедем, — поймав испуганный взгляд через зеркало, мило улыбнулась я.

Ну почти мило, девчонку она, в конце концов, нехило так головой об плитку приложила. Пусть и на эмоциях, но по факту-то убила.

— О чём ты? — пискнула она.

— О твоих завываниях, дай вспомнить… не смей умирать, не у меня на руках. Ну вот, — развела я руками: — Хозяйка тела посмела, и умереть, и тебя под изгнание подвести.

— В каком это смысле? А ты? А кто? — лепетала она и вдруг заорала во всю глотку: — демон!

Ой, дура. Но ход мыслей поразительно верен.

Глава 2

— Херемон, — шикнула на истеричку и зажала ей рот ладонью. — Окончательно рехнулась? Ладно, я не местная, но ты то, чего орёшь? Жить надоело?

Девушка продолжала орать мне в руку, совсем не слушая, только пуча глаза, которыми перестала даже моргать.

Переоценила её выдержку, каюсь. Кто ж знал, что на такой ерунде сломается.

— Жить хочешь? — кивок.

— А в изгнание не попасть? — опять кивок и ворчание.

— Один громкий звук и ты труп, поняла? — голова дёрнулась, но как-то неуверенно, сойдёмся на том, что договорённости достигнуты.

Руку отнимала очень медленно, ну и для верности вторую переместила поближе к шее. Убивать девицу, конечно, не желательно, но вот отрубить мне её никто не мешал.

— Ты кто? — сипло спросила она.

— Дед Пихто, — фыркнула я, но встретив совсем уж растерянный взгляд, расщедрилась на пояснения: — Душа другого мира.

Рисковала ли я, сдаваясь с потрохами этой девице? Вообще нет. Она со мной связана отныне неразрывно. Неотвратимая соединила, когда мою душу в свеженький труп подсаживала.

Да и про переселения душ здесь в курсе. Не сказать, что на каждом ходу встречаются пришельцы из других миров, но случается. А чего ожидать от мира, в котором сама грань мироздания истончилась до состояния проржавевшего решета?

— Это значит, что Катя умерла? — вдруг проявила не дюжую смекалку Полина, а в награду я её отпустила.

— Подсказать, кто помог?

— Я случайно, — съехав по стенке, прошептала она.

— Я видела, — хмыкнула я, присаживаясь рядом. — Сути это не меняет.

Девушка была со мной явно несогласна и активно о чём-то думала. Я же мыслительной деятельности не мешала, разглядывая необычные светильники. Как вот они так светят ровно? Магия? Просто немыслимая расточительность по меркам моего старого мира.

— Что ты будешь делать? — наконец приняла она какое-то решение.

Даже интересно стало, какое именно, уж больно резко она кулачки сжала.

— Предложения? — лукаво улыбнулась я и приготовилась слушать.

В общем, Полина решила скрыть произошедший инцидент. Мне, по сути, ничего не грозило. Ну потаскали бы пару месяцев по лабораториям и спецслужбам, задали бы тысячу вопросов и отпустили, даже подъёмными снабдив. А вот ей маячило изгнание из рода, которое пугало её сильнее, чем тюремный срок.

Нельзя тут на ровном месте людей убивать. А убивать так, чтобы ещё и душу новую притянуло и подавно.

— И зачем мне тебе помогать? — продолжая улыбаться, спросила у девушки.

— Но я же случайно, — обиделась она и надула губки.

О, такое шоу даже королевские наложницы не устраивали, а они те ещё затейницы.

— Поторгуемся или я пошла?

Блондинка предпочла торговаться, вот только ничего ценного предложить она не смогла. На кой-чёрт мне её гроши или громоздкие украшения? Что мне с ними делать?

— Нет у меня ничего больше, — грустно констатировала девушка.

А хочу ли я сидеть в лаборатории? Что я вообще знаю об этом мире?

— Предлагаю другой вариант: побрякушки твои мне без надобности, а вот информация не помешает.

— И ты сохранишь всё в тайне? — с надеждой заглянула она мне в глаза, вот только обрадовать мне её было нечем.

— И я подумаю, — жёстко ответила я.

Девушка помялась, но скорее для вида и пустилась в объяснения, только настолько путанные и местами не связанные друг с другом, что пришлось прерывать этот поток сознания.

— Не суетись, давай по порядку, чётко и по делу.

Ну, она попыталась. Но, то ли в принципе не была способна связно формулировать мысли, то ли стресс её доконал, но единственное, что удалось выяснить, касалось как раз магии и причины расправы одной девицы над другой.

До моего эпичного появления в теле бедной сиротинушки, девушки, вместе с остальным потоком, проверяли уровень магии. Пафосно, зрелищно и с позором для Екатерины, ведь она действительно пустышка.

Полина с трудом, но смогла вытянуть уровень дара на подмастерье, чем неимоверно гордилась. Зарегистрировалась на квалификационные экзамены, без которых ты хоть зазубрись, но диплом не получить. И даже красивые глазки не помогут. Регистрация происходит через артефакт, в который надо шандарахнуть сырой силой. А Катерина не смогла.

И ждала её одна участь — Изнанка. Очень уж жесткое условие ей поставил опекун для сохранения содержания и прочих преференций сильного рода: либо диплом, либо Изнанка. И вот этой Изнанки она боялась до умопомрачения, но её страхи хотя бы понять можно было, что делать пустышке в месте, где грань между мирами истончается, и наружу прут твари?

Шикарное место, да? Не имея детального представления, я уже хотела туда. Где грань, там и твари, а там и ценная добыча, слава, почёт, деньги, в общем, всё то, что я могла получать в старом мире по праву, но была лишена, из-за принадлежности к культу. Не к лицу, видите ли, жрицам низменные потребности.

Но это мне не страшно, а вот неприспособленная к самостоятельной жизни девушка, впала в натуральную истерику и начала трясти с Поли выполнения детской клятвы.

— Ну ты… — утирая слёзы, скатилась от смеха на чистенький кафель я. — Это же клятва на крови, дурында.

— Нам было по десять, — насупилась блондиночка.

— Зато понятно, почему ты, почему это тело и почему мы связаны, — хмыкнула я, но объяснения приберегла на более подходящий случай.

— Она же знала, что пустышка. Всегда знала, но начала требовать, чтобы я провела запрещённый ритуал, передав ей магию из накопителя, — начала заводиться Поля. — А нас вычислили бы и обе поехали бы в Изнанку. Или на плаху, — тише добавила она.

— А тебя это не устроило и проблему ты решила кардинально? — заинтересованно посмотрела на девушку.

Ну а чего, надо же знать, когда к ней спиной лучше не поворачиваться. У меня, знаете ли, аллергия на удары по голове.

— Я случайно, — всхлипнула она.

Ага, слышали, знаем. Но что мне с этой дурочкой делать?

Да ладно, Полина. Но что мне делать с этими экзаменами и изгнанием? Надо будет хоть узнать, как появится возможность, откуда такая бескомпромиссность: или маг или на Изнанку. Где промежуточные варианты-то? И чем отсутствие диплома чревато. Что-то мне подсказывало, что раз так цепляются за бумажку, то и мне она нужна. Я, конечно, не пропаду, но лишний документ всегда пригодится может.

Но как быстро получить доступ к магии? Сколько Неотвратимая будет расчехляться?

— А что с клятвой? Теперь она перешла к тебе? — напомнила о себе девица.

Слова ошарашили не хуже удара по голове. Кровь. Кровная клятва, мать её! Она же магическая, иначе это был бы просто обмен жидкостями.

— Сиди тихо и не мешай, потом объясню, — шикнула на Полю и прислонилась к стене, погружаясь в себя.

Магия крови во многих мирах считается запрещённой, да и не все боги готовы признавать её силу. Но Неотвратимая никогда не была такой скудоумной, и на нас запрет на этот вид магии не распространялся. Применять её разрешалось в крайних случаях, и азы входили в программу подготовки. Клятвы же вообще были делом обыденным. Удобно же брать полезное и отрицать остальное, в этом лицемерии преуспели многие боги.

Но это ладно. Основная мысль сводилась к тому, что кровь неодарённого — это просто красная жижа. И раз Катя с Полиной свою наивную клятву скрепили, то в этой тушке магия была всегда. Капелька, может самая искорка, но даже одной искры достаточно, чтобы запалить целый город. Знаем, проходили, лично промасленный факел к костру подносила.

Вот на крови я и сосредоточилась. Мне нужен один импульс, крошечный выброс.

Войти в транс удалось на удивление легко, то ли собственные умения помогли, то ли тело досталось настолько нетронутое, что сейчас можно было вылепить из него, что угодно.

У магов источников обычно несколько: мозг, сердце и половые органы. От вида магии, к которой склонен одарённый, зависит размер, но никак не само наличие. И у Катюшки они тоже были. Абсолютно пустые, кристально чистые и крошечные. Но… Источники были.

И магия нашлась. Везде. Ничтожные на первый взгляд искры, но они заполняли каждую клетку тела. И носителем этих магических брызг была именно кровь.

Не уверена, как выглядят источники у мага крови, ни одного вживую не видела, но какая-то логика в этой рассредоточенности присутствовала. Благодаря ей они и могли управлять частицами себя на расстоянии на совершенно другом уровне. А уж, что они могли творить с чужой кровью, отдельная песня.

Беда была одна — я-то магом крови не являлась, и управлять на таком уровне кровью не умела. Одно дело знать, как экстренно накачать себя силой для последнего удара, а другое — манипулировать такими тонкими и многочисленными потоками.

Мой единственный шанс на быстрый запуск магической системы организма — разбудить один из источников. И вот в источник, находящийся в сердце, я и закачивала по капле кровь, а вместе с ней и магию, чтобы стоя перед артефактом эффектно бумкнуть ослабленной версией «чёрной звезды» — удара, что мог стереть всё живое на несколько километров вокруг.

Тут следует пояснить, к чему спешка. Просто если не зарегистрироваться сегодня, то следующий шанс представится только через год. И совсем не факт, что мне захочется через год ввязываться в авантюру с обучением, вдруг помимо практики, затребуют пересдачу истории, или не дай Неотвратимая, музыки какой-нибудь.

— Через полчаса доступ к артефакту опечатают, — растормошила меня Поля, сунув под нос свою руку с небольшим артефактом и чуть не огребла подзатыльник.

— Спасибо, что ли, — проворчала я, разминая затёкшую шею.

— Ты два часа сидела и в одну точку смотрела, — насупилась девушка и ловко увернулась от нового замаха.

Рефлексы у нее занимательные все же, надо взять на заметку, отчего у приличной девочки такие вообще могли появиться.

— Бежим, а то не успеем, — смело протянула ко мне руки Полина, помогая подняться.

Очень оптимистично, ничего не скажешь.

Глава 3

Тратить время на ругательства смысла не было, хотя и очень хотелось, но найдя компромисс с собой, я подтолкнула Полину к выходу с наказом показывать дорогу, а сама ковыляла следом и материлась.

Что за обувь такая неудобная, ещё и центр тяжести смещается. Нет, томно покачивать бёдрами — это шикарный навык, но вот быстро передвигаться — куда более полезный.

— Да быстрее, нам ещё в главный корпус бежать, — подгоняла меня девушка, а я, скрипя зубами, переставляла ноги.

— Не успеем, — начала причитать она, и моё терпение лопнуло.

Туфли слетели на пол, Поля удивлённо ойкнула, но припустила по коридорам с удвоенной скоростью.

Успев подхватить орудия пыток, бросилась догонять шокированную проводницу. Проблемы в пробежке босиком я не видела, да и не босиком я осталась, а в тонких, прозрачных носочках. Скользко, правда, в них было, зато каменные плиты покрытия приятно холодили ступни.

Спустя несколько минут забега, я с сожалением отметила, что тело мне досталось хлипкое. И дрожь в конечностях появилась, да и одышка. Хрустальная ваза какая-то, а не боевой маг. Это тело отлично бы смотрелось в гареме расслаблено восседая на плюшевых подушках и неспешно вкушая диковинные фрукты. Но, что досталось, в том теперь мне и жить, смысл роптать на выбор Неотвратимой, если ничего не переиграть? Вот и я думаю, что бессмысленно.

Следя за мелькающей впереди такой же короткой юбкой, что прикрывала и мой зад, я краем глаза отмечала величественность помещений. Просто кричащая роскошь: панели из тёмного дерева на стенах, огромные окна и светильники. Повсюду были чудесные магические светильники, источающие ровный свет.

— Давай через улицу, — задорно выкрикнула Полина, когда мы слетели с широкой лестницы и очутились в огромном холле.

Я молча кивнула, принимая выбор, кажется, моя невольная подельница пала жертвой азарта. Девушка лихо подлетела к массивным дверям и ударила в полотно, украшенное искусной резьбой. Двери на удивление, легко поддались и распахнулись, выпуская нас на улицу.

И вот тут я споткнулась первый раз, едва не впав в ступор. И причина была отнюдь не в мраморном крыльце. Зелень, вокруг была сочная зелень: клумбы, пестревшие всевозможными цветами; невысокие кусты, словно заборчики, отделяющие одни дорожки от других, и деревья, высокие, раскидистые, сквозь листву которых виднелись далёкие крыши зданий.

Это же… как? Откуда столько зелени? Что за чудный мир стал моим новым домом?

— Ты чего? — подлетела Полина, которая успела скрыться за ближайшими кустами, прежде чем заметила мою заминку.

— И так везде? — ошарашенно обвела я рукой сад, продолжая стоять изваянием на ступеньках.

— Серьёзно? Сейчас? Цветочками решила полюбоваться? — изогнула бровь девушка, сложив руки на груди.

Да, регистрация, магия, помню-помню, с шоком бы справиться.

— Да потом, не успеем же, — потянула меня за руку сопровождающая, и я сдалась.

Успею ещё подивиться на богатство местной растительности.

И мы побежали снова, петляя между пышными кустами, стремясь к зданию, возникшему впереди.

Оценив расстояние, разделяющее нас с главным корпусом, я сжала зубы от досады. До здания было не меньше километра.

— Сколько осталось? — запыхавшись и морщась от рези в боку, крикнула в спину стремительно разрывающей дистанцию Савицкой.

— Пятнадцать минут, — отозвалась девушка и немного притормозила, оценив отрыв.

Откуда в ней столько выносливости? Умеет накачивать тело силой? Или тайком занималась, пока Чернышёва полировала ногти? Как можно было так безрассудно относиться к собственному телу?

Правда, все эти мысли неслись в голове параллельно, включившемуся таймеру обратного отсчёта.

К зданию мы, конечно, приближались, но медленно, преступно медленно. И я, глубоко дыша и зажимая бок, устремилась за девушкой. Потом отдохну, потом составлю план тренировок, всё это будет потом.

Настолько сосредоточилась на конечной цели, что молодого человека, бросившегося нам наперерез, заметила в последний момент и еле успела затормозить, пропахав грунтовую дорожку ногами.

— Кэйт, какого демона? — воскликнул молодой человек, в которого я чуть не врезалась.

— Извините, — буркнула я препятствию и постаралась обогнуть незнакомца.

— Куда же ты так спешишь? Сама знаешь, бежать тебе некуда, а я щедр. Ты же знаешь, — прихватив меня за локоть, нахально произнёс молодой человек, для наглядности поиграв бровями.

От такой наглости я даже в лицо ему посмотрела. Он ведь сейчас о чём-то другом? Он ведь не меня на разок купить хочет? Совсем надо из ума выжить, чтобы такие предложения среди белого дня делать и не бояться потерять целостность организма.

— Я спешу, — с нажимом ответила и обогнула-таки хамскую морду.

Хотя стоит признать молодой человек выглядел сногсшибательно: и шкурка целая, и зубы все на месте, да и телом явно крепок и рельефен. Может, конечно, и на морду лица ничего, да только я в таких оценках не сильна. У нас ведь как было? Зубы, глаза, уши есть — уже красавчик. А если ещё и руки, ноги все имеются, то отбоя от девиц не будет. А тут куда ни плюнь, всюду красивые и целые люди.

— Ох, Алекс опять со своими непристойными предложениями? — слишком восторженно спросила Полина, когда я смогла всё же обогнуть нахальное препятствие и догнать девушку.

Я даже отвечать не стала, ни к чему дыхание сбивать. Думать, правда, молчание не мешало, а спутница явно приняла моё равнодушие за что-то иное. В таких тонких материях я не разбиралась, ни к чему мне было раньше, так что я проигнорировала двусмысленные взгляды и вздохи, и понеслась к зданию.

А на бегу меня осенило откровение: раз у меня другое тело и никакого культа Неотвратимой в этом мире нет, то и мои обеты здесь не действуют. Это я теперь вольна жить, как захочу? Не прикидываться кем-то другим, а действительно стать новым человеком. Человеком, имеющим за плечами века служения Богине, века совершенствования боевых навыков и магического дара, и тело юной, никому не нужной нимфетки.

Сделки с Неотвратимой, конечно же, никто не отменял и выполнить все условия придётся, но сроки-то мы не обговаривали, да и не факт, что при всём рвении, я смогу управиться в сжатые сроки. Да и куда ей спешить, она же богиня, что ей скоротечность человеческой жизни?

И вот на этой оптимистичной мысли я влетела на крыльцо.

Стоящий у парадного входа молодняк в форменных костюмчиках меня не интересовал от слова совсем. Ну смотрят, ну хихикают? Мне-то что? Полина, правда, от такого пристального внимания стушевалась и поникла, с каждым смешком опуская голову всё ниже, так что пришлось подбадривать её дружественным тычком в спину. И не одним.

Под ржание и гогот, мы и миновали толпу оболтусов, нашедших развлечение в наших персонах. Но это мелочи, важнее было, что мы наконец-то ворвались в главный корпус и в запасе было ещё несколько минут.

Моей провожатой после унизительного, по её мнению, забега потребовалась пара секунд, чтобы перевести дух, которые я ей предоставила. Она себя на этой дистанции показала гораздо лучше меня, и краткая передышка особой роли уже не играла. Да и осмотреться не мешало.

Взгляд заскользил по вестибюлю, отмечая и странное искажение в отражении окон, и слишком массивные двери, расположенные напротив входа, да и привратники, цепко смотревшие в нашу сторону, выглядели больно уж знакомо. Хоть доступ к чтению ауры мне был временно закрыт, и оценить настоящие уровни этих бравых молодцев я не могла, но готова биться об заклад, не для красоты они тут отираются. Боевые маги во всех мирах выглядят схоже, во что их ни ряди.

— Барышни, помедленнее, — сбоку возник пожилой мужчина.

Пожилой-то он пожилой, и седина в волосах, и морщинки на волевом лице, только выправка у него уж слишком примечательная.

— Василий, миленький, — бросилась к нему Полина, буквально повиснув на нём и отрезая путь ко мне.

Мужчина недоумённо посмотрел на девушку, но смог удержать на лице подобострастное выражение. Полине, может, и было достаточно внешних проявлений, но я слишком долго жила, чтобы без труда опознать раздражение, которым разило за версту.

— Госпожа Савицкая, вам следует покинуть помещение, процедура регистрации уже окончена, — стараясь аккуратно отцепить блондинку от себя, вежливо произнёс привратник.

— Да, да, мы на секундочку, — затараторила Поля, одновременно жестикулируя свободной рукой за спиной. — Моя кузина обронила у артефакта фамильную брошку — талисман на удачу. Так переволновалась, что пропажу только сейчас и заметили. Мы быстренько, нам очень надо.

И пока девушка заговаривала зубы военному, я аккуратно пятилась в сторону, на которую так активно указывала девушка. Если она ничего не перепутала, то целью нашего забега была железная дверь. Эту дверь я оценила, ещё до явления Василия, поэтому сейчас плавно перетекала в сторону прохода, виновато улыбаясь и хлопая ресничками.

— Она же сирота, это единственная вещь, напоминающая ей о родителях, — доверительно понизив голос и даже хлюпнув носом, продолжала тем временем Поля, пока я отступала к металлической двери.

Взгляд Василия немного смягчился, и он коротко кивнул остальным магам, напряжённо следящим за нашим представлением.

К моменту, когда стражники расслабились, я достигла двери и, не дожидаясь подельницы, юркнула внутрь. К моему счастью, замок был не активен, и никаких осложнений с дверью не возникло.

Собственно, на этом лёгкие победы и закончились.

Глава 4

Небольшая тёмная комната, без мебели и окон, целиком покрытая каким-то серым пористым материалом, не настолько занимала моё внимание, как тот самый артефакт в центре и глухой щелчок, раздавшийся от двери. Неужели заперли?

Толчок в дверь и ситуация прояснилась — точно заперли, ещё и красный огонёк загорелся под потолком. Красота, и совсем не напрягало, однако.

В дверь барабанили с другой стороны, что-то орали, по всей видимости, призывая меня прекратить произвол и очистить помещение, но при всём желании, сделать я ничего не могла бы, да и не стала бы. Я сюда зачем вломилась? Позорно бежать, испугавшись каких-то штрафов, размеров которых даже осознать не могла? Нет, конечно.

Артефакт признаков жизни не подавал, чем несказанно радовал. Хотя заговори он человеческим голосом, я бы точно со всей дури по нему долбанула. Не факт, что магией, но мало бы каменюке не показалось.

Впрочем, времени на праздные размышления у меня тоже не было, предстояло выяснить, как ритуал запустить. Не просто же вмазать по нему и ждать, какого цвета он станет. Глупость же.

Раз обошла вокруг камня. Второй. И ничего не поменялась. Как стоял себе монолитный гранитный кусок на постаменте, так и продолжил стоять. Даже не моргнул для приличия.

А ведь он артефакт, значит, должен как-то запускаться. Движение, аура, магия? Как он определяет претендента?

Возложение рук на холодную, шершавую поверхность не помогло.

Крошечный заряд силы, что я скрепя сердце, но по необходимости, запустила в камень, тоже не принёс результатов.

Нужна частица человека? Жалко, что просто плюнуть в него, будет недостаточно.

Выбора не было, дверь уже сотрясалась и ходила ходуном, под мощными ударами.

В работе с кровью есть один неоспоримый плюс — резать себя необязательно. Каплю крови можно вытащить на поверхность кожи. Боли и ран я как раз не боялась, но вот отсутствие какого-либо заострённого предмета могло дело затянуть. А не стоило бы, дверь еле держалась.

Сосредоточившись на текущей по венам крови, постаралась призвать на ладонь каплю. Одну, малюсенькую, но маг крови из меня получился так себе, и из руки хлынул целый фонтан, грозя высушить меня раньше, чем ритуал завершится.

Ой, знаю, тут в ходу слово «процедура», но мне привычнее все же ритуалы, главное, что и суть та же, как его ни назови. И этот самый процесс запустился, пока я тщетно старалась остановить кровоизлияние.

Трудно было не догадаться, потому что каменюка вспыхнула, а по граням артефакта начали переливаться магические всполохи. Красиво так, нарядненько. То на одной стороне вспыхнет зелёным, то на другой голубым, а то из-под самого основания ярко прорежется красный свет.

— Госпожа Чернышёва! — раздался громоподобный окрик из-за двери. — Госпожа Чернышёва, последнее предупреждение!

И кого от кого защищают? Камень от пустышки или пустышку от камня?

Не мешкая больше, собрала все накопленные в источнике крошечки магии и долбанула от души по артефакту.

Долбанула — это, конечно, сильно сказано. Но что-то в артефакт попало. Во всяком случае, хватило на то, чтобы он загорелся слабым зелёным светом.

— Молодец, — раздался сзади довольный женский голос, а я подпрыгнула от неожиданности.

Интересно, у тела сердце крепкое? Наследственных заболеваний нет?

— Неотвратимая, — почтительно склоня голову, начала поворачиваться к покровительнице.

Ну да, она. Во всей своей нечеловеческой красе. Собственно, она и человеком-то никогда не была, поэтому и выглядела пугающе для большинства людей. Но я привычная, за первые пару сотен раз лицезрения облика Богини привыкла. Подумаешь, сквозь кожу просачиваются руны, заливая всё вокруг потусторонним светом, зато волосы у неё красивые, хоть и седые, у меня когда-то тоже такие были. А что поделать, издержки служения смерти.

В это время дверь жалобно заскрипела и Богиня нахмурилась.

— Так, похвалы потом, сейчас инициация, — подлетя ко мне обрадовала Неотвратимая.

Чего мне стоило не застонать в голос — отдельная сказка. Пришлось призвать все самообладание. Инициация — это же конец мечтам о вольной жизни.

— Брось, обеты твои мне не нужны, — отмахнулась женщина, заметив моё страдальческое выражение лица. — Живи как хочешь, пока соблюдаешь договор.

Что я там говорила про самообладание? Вот сейчас я использовала все резервы, потому что поверить в такое щедрое предложение было ещё труднее, чем попрощаться с мечтами, которые и обдумать толком не успела.

— Начали, — положив руку мне на лоб, буднично произнесла Богиня и меня пронзило острой болью.

Посвящение — дело, вообще, болезненное, да и трудное, подготовки требует. Пост там соблюсти, в молитвах пару дней спину поломать. Да и сам ритуал пафосный: на закате, в день полной луны, собирается верхушка служителей культа, пол ночи поют псалмы, и только потом до смертных снисходит Она — Неотвратимая, чтобы осенить благодатью своей новую жертву, то есть адепта, конечно.

Но на самом деле — это всё мишура, не требуются Богине песнопения, да и время суток ей неважны, но вот боль остаётся, без этого не обойтись.

Дверь сотрясалась всё сильнее, сознание грозилось покинуть меня в любой момент, но я терпела. Быть магом смерти куда лучше, чем пустышкой, с зачатками магии крови.

— Госпожа… — не выдержала-таки дверь натиска и Василий ввалился в помещение, пробежав пару шагов по инерции.

— Поздравляю, сердра, — шёпот Неотвратимой раздался в голове и я смогла поднять глаза на привратника.

— У меня тут… закатилось, — еле сдерживая дрожь в руках, протянула я брошь, что успела сорвать с лацкана блузки.

Что ж так все не вовремя-то? Мне бы полежать, с силами собраться, кровушку в теле восстановить. Ещё и со статусом сердры освоиться бы. Это ведь не просто титул, это доверие, которое мне Богиня оказала, и даже тот факт, что я единственный последователь, всё равно этого факта не умаляет. Отныне я первая после неё в этом мире. Проводник её воли.

— Что произошло? — настороженно оглядывая залитый кровью пол, спросил Василий, сведя брови в единую линию.

— Замок заклинило? — неуверенно предположила я, мысленно поставив себе зарубку научиться виртуозно, импровизировать, играя словами, как это делала Поля.

— Заклинило, м-да, — и указав на пятна на полу, поинтересовался: — А это?

— Поцарапалась, — нервно хихикнула я.

Оставалось только вздыхать, не поверил он мне. Но и прицепиться по факту не к чему. Артефакт цел и безжизненен, не иначе как Неотвратимая побеспокоилась. Что можно мне предъявить? Валяние на полу?

— Пройдёмте, госпожа Чернышёва, — ловко вздёрнув меня на ноги, процедил Василий, продолжая цепко оглядывать помещение.

Естественно, я послушно засеменила следом, что ещё оставалось делать. А вот на выходе нас уже поджидали, и не только Савицкая, нервно заламывающая руки, но и толпа молодняка с крыльца.

— Что, пустышка, артефакт не купился на твои мольбы? — раздался смешок из толпы.

— А может, она его слезами заливала? — поддержали с другой стороны.

— Не, денег, наверное, предлагала, которых у самой нет, — парировал первый голос.

Полина закусила нижнюю губу и еле сдерживала рыдания. Мелкая она ещё, на всякую ерунду внимание обращает. Вон сестру укокошила, чужую душу в неё подселила и то молодцом держалась, а тут всего лишь злобные насмешки таких же малолеток.

— Ещё варианты? — дружелюбно спросила я у толпы, переступив с ноги на ногу босыми ступнями.

Взгляды молодых людей непроизвольно прикипели к моим офигенным ногам, пускай и грязным, после забега по парку, и новых предположений не прозвучало. А теории об исчезновении обуви я решила не замечать. Пусть себе гадают, мне-то какое дело?

Однако стоит признать, такое внимание к моей персоне, несколько сбивало с толку. Не так чтобы начать краснеть или делать глупости, но напрягало. Не привыкла я, чтобы меня, как товар оценивали. А парни прямо нарывались.

И вот тут возникала проблема. Я банально не знала, в рамках каких правил я имею право реагировать. Вдруг, набью морду, а мне за это не просто пальчиком погрозят? Кто их знает, мало ли казни в ходу. С виду вполне цивильный мир, и только Изнанкой пугают, но нюансов-то я не знала. В моём мире можно было вызвать обидчика на смертельный бой, а есть ли тут дуэли?

Ох, сколько же всего предстоит изучить и как можно скорее. Всё бы ничего, но толпа сопляков довела мой источник информации. Поля того и глядишь, в голос от обиды зарыдает.

— Не проводите нас на свежий воздух? — умильно похлопала я ресничками, смотря на Василия снизу вверх и даже ручки перед собой сложила, строя из себя оскорблённою невинность.

И судя по тому, с каким неприкрытым презрением привратник следил за развернувшейся сценой, моя пантомима нашла благодарного зрителя.

Мужчина подхватил нас под руки и тараном двинулся к дверям, одним своим грозным выражением лица и решимостью, раздвигая толпу перед собой. Ну а мы шустро перебирали ногами и не отставали.

Стая гиен смыкала ряды, стоило нам их миновать, и злобно гавкала в спины. Мир новый, а повадки у людей все те же, падальщики они везде падальщики.

Глава 5

— Надо собрать вещи, вечером возвращаемся домой, — выпала из оцепенения Полина, когда за нами захлопнулись двери, отсекая озлобленных малолеток.

— Надо, значит, надо, — беспрекословно отдала ей бразды правления.

Временно, конечно же, но вникать в такие бытовые мелочи не хотелось абсолютно. Во всяком случае, не сейчас.

Ведут куда-то и ладно, возможно даже переодеваться, сколько можно жопой сверкать?

Савицкая мотнула головой, подхватила меня под локоть и потащила в парк, где сквозь зелень угадывались очертания других строений. Но в отличие от здания, из которого мы вышли, черепичные крыши были ниже и значительно длиннее. Казармы, что ли?

— Женское общежитие, — пояснила мне девушка, не дожидаясь вопросов.

А молодец девка, осваивается.

Не казармы и ладно, не люблю казармы. Теснота, вонь немытых тел, насекомые. Фу, в общем.

Камни, которые то и дело встречались на утрамбованных дорожках, больнюче впивались в ступни, заставляя морщиться на каждом шагу, туфли я где-то потеряла, о чём сейчас жалела.

Нет, ну что за изнеженное тело мне досталось? Что прежняя хозяйка собиралась делать после провала на экзаменах, если знала, что ожидает её только изгнание?

Вот, кстати, а почему вариант только один? С такой внешностью и явным спросом, почему не замуж или накрайняк не в содержанки? Ну или работать, почему бы не пойти?

Какой мир меня ждёт за пределами академии?

Очень жаль, что Неотвратимая не успела меня ввести в курс дел, мозг Екатерины погибал слишком быстро и любые лишние сведения могли привести к полной потере функционирования тела. Нет, безусловно, со временем я бы исцелилась, но кто бы дал это время?

Весь мой предыдущий жизненный опыт прямо орал, что девочка цеплялась не за те идеалы. Миллионы людей жили без магии во всех обитаемых мирах, ремесленничали, семьи заводили, жили простой жизнью.

Ну да, жизнь без магии короткая и тяжёлая, но и с магией ведь не леденец на палочке. Тварей убивай, жизнью рискуй, а если ещё и монаршие особы заприметят, то и их снобские задницы охраняй. Да ладно бы просто воинскую повинность нести, проблема ведь не в обязанностях, а в том, что в морду королю не дашь, да и огрызаться на придворных дамочек нельзя. А так хотелось иногда, аж скулы сводило.

Ой, ладно, это было давно, на заре бытности мной ещё послушницей. Жрице-то ни один венценосный козёл не посмеет сделать непристойное предложение или внаглую задрать юбку, как постельным девкам. Но память она такая, в дальний уголочек отложит всё неприятное, а потом не упустит момент и подсунет череду красочных воспоминаний, чтобы не расслаблялась, чтобы помнила, что за этими выдрессированными улыбками кроется.

А судя по стайке молодняка, что успела повидать, тут нравы похлеще будут. В моём мире таких шакалов сдерживал страх сдохнуть, не успев договорив. Очевидно, что здесь либо не принято нести ответственность за слова, либо же чувства самосохранения нет.

— Рина, ау, приём, — раздался щелчок пальцев у самого носа. — Палец приложи.

А? Это как я так расслабилась, что дорогу до общежития не заметила? Ох, беда-беда, так и меч в живот можно пропустить.

Замок удалось открыть с первого раза. Хотя, по правде сказать, одна я бы застряла у двери надолго. Ну кому бы пришло в голову, что маленькая серая пластинка около ручки — замок? Да ещё и такой специфический. Не на ауре, не на магии, даже не на крови, а завязанный на рисунок на коже.

Как светильники, так магические и сил не жалеют, а как жилище охранять, так просто замок, даже без ключа. Заходи кто хочешь, бери что хочешь. Проблема разве пальцем в железку ткнуть?

— Рин, да нет же, — ухохатывалась рядом Поля. — Отпечаток пальца индивидуален, его подделать так же трудно, как и слепок силы.

Хмыкнула я на всякий случай, ну мало ли она права. И залипла, рассматривая собственные подушечки пальцев. А вот налюбовавшись, хмыкнула уже менее скептически, рисунки-то действительно не повторялись.

Чудеса.

— Так, ты пока осматривайся, я бегом к себе и приду помогать, — метнулась на выход кузина, и уже в дверях замерла. — Постарайся не убиться об артефакты, я быстро.

Мило, обнадёживающее напутствие.

Девушка скрылась, оставив меня наконец-то одну. Убиваться обо что бы то ни было я не собиралась, но оглядеться, действительно, не мешало.

Комната, что ранее занимала Екатерина, оказалась небольшой, светлой и можно сказать, уютной. Не на мой вкус, но молодой девчонке наверняка нравилось. Светлые бежевые стены, пушистый коврик на полу и белая мебель. Не вычурная, без позолоты и вензелей, но нереально белого цвета.

Вроде мебель и мебель, что в ней необычного, но я долго бродила между письменным столом, вместительным шкафом и кроватью и гладила поверхности. Ровненькие, без малейшего заусенца или трещинки.

Какой уровень мастерства должен был быть у плотника, что изготовил эту мебель? Это же настоящая роскошь, хотя на вид и не скажешь. Чернышёва настолько богата, что может позволить себе такие изделия? Или добро казённое и академия купается в золоте?

Так и не найдя ответов, рухнула поверх лоскутного одеяла и продолжила осмотр комнаты из горизонтального положения. А что, удобно. И кровь по организму погонять можно, и на полу случайно не окажешься, да и неведомые артефакты, которыми угрожала Поля, вреда не причинят.

Взгляд то и дело натыкался на милые безделушки, разбросанные по комнате, но чаще всего останавливался на толстой пластинке, что лежала на столе. Вытерпев пару полных кругов крови по телу, всё же вскочила на ноги и взяла в руки предмет, который так и манил.

Коробочка оказалась неоднородной, с одной стороны шероховатая перламутровая поверхность, а вот с другой — мутное зеркало. И вот это зеркало взяло и вспыхнуло, стоило случайно задеть его пальцем. Очередной артефакт?

Хорошо, что успела вернуться на кровать, а то выронила бы добычу и от неожиданности, да и от возмущения.

На зеркале появилось изображение Екатерины в весьма провокационной позе, а поверх голой девушки, прикрытой только парой бутонов цветов, проступили надписи, быстро сменяя друг друга.

Радовало, что память тела не подвела, и вместе с пониманием устной речи, мне досталось и умение читать, и надеюсь, что писать. В старом мире, грамотность — роскошь. Но, здесь или мир более богатый, или что вероятнее, другой уровень развития.

На поверхности зеркала мельтешили короткие, оборванные на полуслове фразы, сообщающие, что Алекс Воронцов выложил новый пост, или что Наталья Шаховская отправила личное сообщение.

Так много слов, так мало смысла.

Наобум ткнула в одну из надписей, и изображение сменилось на фотографию зарвавшегося белобрысого юноши, что попался мне на пути к главному корпусу.

Ну, красавчик, чего уж принижать чужие достоинства. И поза выбрана, выгодно подчёркивающая крепкое, но гибкое тело, да и улыбка во всё лицо, этому самому лицу очень шла. А вот одет он был в ту же рубашку, что и пару часов назад. Настолько стеснён в средствах, что вынужден ходить в одной и той же одежде? Рубашка на нём точно не являлась деталью формы.

Не производил этот малолетний хлыщ впечатления нищего, да и чем-то же он собирался расплачиваться с Катей. Любит однотипные рубашки?

Вгляделась в тонкие черты лица молодого человека и знатно охренела от того, насколько искусный портрет, а ведь это даже не картина, так, небольшое изображение сантиметров в пятнадцать. Искусство или местные технологии?

Случайно сдвинула картинку и под ней показались буквы. И ладно бы просто текст абстрактный. Нет, этот холеный молодчик сообщал, что он успешно подтвердил ранг мастера и что он весь такой молодец.

Это что же, получается портрет мог быть сделан сегодня? Магия иллюзий, что ли, какая-нибудь? Как вообще они эти картинки передают?

Но, впечатлило в любом случае. Это не неделями жопу отсиживать, позируя художнику. Да и то, что в тексте не некролог, означает, что эта магия доступна многим, даже если её применение и дорого обходится. Будь это иначе, даже такие мажорчики не тратили бы силы и средства на ерунду.

Насколько же этот мир опередил мой, и сколько же предстоит узнать?

На этой оптимистичной ноте хлопнула входная дверь и раздался донельзя удивлённый голос Полины:

— О, так ты уже и с телефоном успела освоиться. Я-то боялась, что в душе утонешь.

Душ? У меня есть свой душ?

Глава 6

К жилому помещению прилагалась своя ванная комната. Небольшая, отделанная кафелем, чистая и уютная. По словам Поли очень скромная, не чета домашним удобствам. Но мне и увиденного хватило, чтобы знатно обалдеть. Особенно после того, как девушка показала, как пользоваться незнакомыми устройствами.

Душевая кабина, в которой упругими струями била вода, причём любой температуры и без магии, абсолютно! И даже костром не пахло. Просто дёргаешь за кран, и вода бежит по шлангу. Разве не чудо?

А ещё и раковина ведь есть, и тоже с краном, и даже без ведра на полу.

Унитаз, в тепле, в сухости, а не дырка в полу. И что примечательно выгребной ямой не воняло. Вот совсем, ни капельки.

Шикарно, в общем, живут студенты академии.

— Я дома тебе джакузи покажу, — веселилась Полина над моей реакцией.

И даже одёргивать девушку не стала, я действительно сейчас смахивала на деревенскую свинопаску, что привели во дворец. С единственной разницей, что моя невежественность носит временный характер. Уж что-что, а обучаться я умею быстро и эффективно, иначе у нас не выжить.

— А давай ты меня введёшь в курс дела, о доме: об опекуне, о ваших с Катей взаимоотношениях, — с сожалением покинула царство кафеля, прихватив Полю с собой.

Успею ещё насладиться и душем, и целым батальоном баночек, что стоял на полках. Несколько я уже понюхала и даже мысленно позлорадствовала над королевскими наложницами, что всегда старались укусить побольнее и не забывали упомянуть, сколько им масел и притирочек от монарших щедрот перепало. Ценность имело всё, кроме жизней. Вот в таком благополучном мире я жила.

— Да легко, — хмыкнула она и припустила по комнате, потроша ящики и вытряхивая многочисленные шмотки на пол.

На удивление, историю жизни Кати она рассказывала связно и обстоятельно.

И чем больше я слушала, тем сильнее во мне нарастало желание призвать душу отца Екатерины и отвесить ему потусторонних люлей. Ведь именно его стараниями, вернее, полным манкированием обязанностями родителя, Катя выросла завистливой и озлобленной сучкой.

Допускаю, что Полина сгустила краски, но прямо она не врала.

Начать с того, что батюшка Катерины принадлежал к древнему, но давно разорившемуся роду. Вместе с фамилией в комплекте шли родовая магия, хранитель и баронский титул. Вот, только чтобы с помощью магии получить какие-нибудь преференции, носителю оной необходимо было послужить на благо общества. Тварей убивать, короче. А этого последний представитель рода Чернышёвых делать не желал, там ведь и убить могли.

Кроме гордыни и привычки жить на широкую ногу у Алексея Чернышёва ни черта не было, поэтому немудрено, что с размером его долгов могло поспорить разве что раздутое эго. И вот это эго очень долго сопротивлялось женитьбе, но в итоге уступило перед натиском кредиторов. Так, тётя Поли, Ангелина Савицкая неожиданно для неё же, но с щедрой руки главы рода, стала баронессой Чернышёвой. Продали девушку за титул, короче.

Девушка офигела и впала в продолжительную хандру, когда её, несовершеннолетнюю, спихнули замуж за великосветского кутилу. Муженёк-то привычки менять не стал, а глава Савицких исправно рассчитывался по счетам Чернышёва. Мнения самой новоиспечённой жены, конечно, никого даже не интересовало.

А потом Ангелина взяла да и померла родами, на второй год замужества. Роды вышли нехорошие, Катя оказалась недоношенной на два с лишним месяца, вследствие чего с магией и начались проблемы. Во всяком случае, именно такая причина значилась в свидетельстве о рождении у Екатерины.

Алексею на ребёнка было насрать, деда судьба пустышки тоже особо не заботила, ведь титул передаётся только одарённым. Девочку, как ненужный чемодан без ручки, подкидывали дальним родственникам. Вся забота о ней свелась к тому, чтобы она по пути не сгинула.

Кузина же родилась в тот же год, и девочки вынужденно проводили вместе немало времени. Так что мелкие даже подружились, вот только чем больше они взрослели, тем сильнее разрасталась пропасть между ними. У одной были крепкий, пусть и купеческий род, любящие родители, деньги и магический потенциал, а у второй только родовой перстень, который даже подержать не давали, и красивая бумажка с золотым гербом.

И вот за эту бумажку Катюша и вцепилась, как за спасательный круг. Она всё выше задирала нос в общении с роднёй, а те дружно над ней посмеивались. Девушка помешалась на чистоте крови и своей принадлежности к элите. Вот только кроме бумажки-то ничего и не было.

Савицкие платили за всё. За жильё, за обучение, за тряпки и даже за вечеринки, которыми она упорно пыталась закрепиться в среде мажоров. Екатерина тоже платила Савицким, но только хамством.

Так и существовали, пока полгода назад папик Катерины не умер. Официально на дуэли, по факту хрен его знает. Тело нашли в подворотне с разорванной грудиной, полностью обескровленное, до кучи, ещё и подвешенное на столбе. Очень наглядно и ни разу не подозрительно.

Пусть Катя и была совершеннолетней, но тут её любимая гербовая бумажка подвела. Не может отпрыск древнего магического рода получить самостоятельность, пока не подтвердит уровень владения магией.

Нет магии — нет диплома. Нет диплома — нет возможности существовать вне опеки, сколько бы лет тебе ни было. А опекуна она довела до белого каления, и ждать с той стороны хоть каплю сочувствия бессмысленно. Так что, привет, билет в один конец до Изнанки.

Получив ответ в одном месте, Катя пошла по своим высокородным дружкам и подружкам. И вот сюрприз — не упёрлась она никому.

Единственная, кто с ней хоть как-то контактировал — это Поля, но и она не собиралась вступаться перед отцом за пропащую кузину. Так что, общение девушек сводилось к моральной поддержке, не более.

Ну а дальше наступали уже известные мне события: провал на проверке, требования провести запрещённый ритуал и удар об кафель.

— Так что, ты извини, конечно, — помялась девушка в заключении своего монолога и резко сбросила содержимое ящика в сумку. — Но, о Кате никто не будет сожалеть.

Грустно, но справедливо, чего уж тут.

Мне, по сути, плевать с высокой колокольни на предрассудки и испорченные отношения с ровесниками, но вот заветную бумажку получить захотелось уже без всяких сомнений. Да и вопросов осталось ещё немало, особенного в отношении смерти Чернышёва-старшего и родовой магии. Возникло у меня подозрение, что неспроста у Катерины кровь волшебная.

— Значит, точно изгнание, — постучала я пальцами по пустой столешнице. — А что с родом стало? И что станет, когда меня сошлют?

— Пока ты глава рода, но как только провалишь экзамен, Чернышёвых вычеркнут из Книги Родов.

— Ну, значит, мне в любом случае предстоит сдать экзамен, — усмехнулась я.

На Изнанку я хотела, но как свободный и самостоятельный человек, а не прокажённый изгнанник. Если уж уходить, то на своих условиях.

— Да как, — обречённо вздохнула Савицкая и продолжила собирать вещи Кати.

И правда, как?

В общем, я сидела и ждала пока девушку озарит осознанием.

Вжух. Сумка отлетела к горе своих товарок. Вжух. Небольшой металлический кейс с глухим ударом, отправился в общую кучу. Вжух. Ещё одна сумка начала было полёт, но в итоге рухнула Поле под ноги, когда она отпустила ручку, так и не замахнувшись.

— Ты зарегистрировалась?

— А то ж, — развеселилась я.

Правда, после расспросов Полины, выяснилось, что раскатала я губу рано. Зелёный цвет — уровень новичка. Это, конечно, не пустышка, но для нормальной жизни аристо маловато. Вот для простолюдина отличный вариант, тут и профессию выбирай по склонностям, и замуж с руками и ногами девку с магией оторвут, такие же простолюдины, конечно. Ну или можно податься в слуги в чей-нибудь род, что тоже неплохо. И деньгами не обижают, и поддержка пожизненная. Минус только один — клятва верности на крови.

Но тут и думать нечего, в слуги я не хотела, спасибо, наслужилась на много жизней вперёд. Замуж точно не мой вариант. Так что оставался только один путь — взять минимум подмастерье на экзамене, утереть нос злопыхателям и не оказаться в качестве лабораторной крысы.

А род и титул будут мне компенсацией за договор с Неотвратимой. Упускать выгоду только из-за каких-то трудностей? Нет уж, обойдутся. Что однажды в руки попало, то там и осело.

— А скажи мне, часто изначальный уровень указан ошибочно?

Поля меня даже не поняла.

Печально. И хрен пойми, чем это аукнется.

Глава 7

— В каком плане ошибочно? — недоумённо похлопала ресничками Полина.

Красивыми, кстати, ресничками, подкрашенными.

— Утром ноль, днём новичок, а на экзамене придётся взять минимум подмастерье, — терпеливо пояснила.

Не с руки мне на пальцах объяснять очевидные вещи, но ответы нужны позарез.

— Придётся, ой не могу, — заливисто рассмеялась собеседница, но нервно икнула, когда я вздёрнула бровь и снисходительно посмотрела на неё.

У меня есть неделя в запасе. Немного, конечно, а в свете того, что мир оказался намного более продвинут, чем мой старый, дел у меня немерено. Но никто и не обещал лёгкой прогулки.

— Но так не бывает, — убеждённо ответила Савицкая. — Учитывается не только сила удара, но и степень владения даром. Нельзя за полдня научиться управлять потоками на другом уровне. Это как… Человека, что вчера не знал ноты, сегодня поставить петь оперную арию. Будь он хоть трижды одарён от природы, но без практики и обучения, песня выйдет фальшью.

Резон в её словах, конечно, был. Вот только моего интереса это не отменяло. Как минимум один скачок по рангам я уже совершила и останавливаться на достигнутом не собиралась.

— Допустим, ну чисто гипотетически, что кто-то смог, — напирала я на Полю. — Что будет?

— Комиссию, наверное, соберут, — задумалась девушка, уставившись в потолок. — Переаттестацию назначат. Возможно, секретные службы подключат.

Весёлые перспективы.

— А прецеденты были?

— Только с душами других миров, — Полина тяжко вздохнуло, наградив меня виноватым взглядом.

Ну, здрасте. Только вроде решили, что афишировать своё происхождение я не стану, и опять началось.

— А местные варианты возможны?

— Честно не знаю, я теорию магии еле сдала, — пожала она плечами. — Можно попробовать посмотреть в сети или конспектах у Кати, она последнее время налегала на учёбу.

Даже не удивлюсь, если она способы активации дара искала. Жалко, что памяти в теле не осталось, кроме небольших проблесков вроде знания языка, сильно сэкономила бы время на адаптацию.

— Значит, поищем, — уверенно ответила я и Поля засияла, как магический шар освещения.

— Ой забыла! — вдруг подскочила девушка. — Нас уже час ждут.

Кто ждёт, куда ждёт? Что за кипиш?

Ответ оказалось, стоял за дверью в виде амбала в строгом костюме.

— Это кто? — втянув Полю обратно в комнату, поинтересовалась я.

— Охрана, — обескураживающе удивлённо ответила она.

— А я откуда должна это знать? — устало спросила у девушки.

— А как без охраны? — ещё сильнее удивилась девушка.

Как-как в рифму, как.

— Начинаем сначала, что за охрана, почему она нас охраняет и от кого, — медленно выдыхая и тщательно контролируя громкость, произнесла я.

Оказалось, пяток качков за спиной — это признак достатка и родовитости. Полину охраняли по совести, она-то не бракованная, а вполне себе состоявшаяся продолжательница рода Савицких. Пусть и не древнего и даже не титулованного, но крепких середнячков. А вот Катерину охраняли номинально, приставив к ней парочку отставных военных, причём даже не одарённых. Костюмы сидят отлично? Фигуры внушительные, и плевать, что мышцы у них скорее украшение, а служили они, просидев в конторе положенный срок.

— Слушай, а мне есть чего опасаться за стенами академии? Или тебе? Как часто мужики гонорар отрабатывают?

— Да нет, — не слишком уверенно протянула Поля. — Последнее время случались всякие неприятности, конечно, но в основном с Катей.

О как.

— Так да или нет? Мне тебя пытать начать? — еле сдерживая раздражение, честно спросила у кузины. — Ты смотри, я умею, никакая магия не спасёт.

— Да случайности это всё, глупости, зря сказала, — попыталась отмахнуться от меня девушка и сбежать, но я ей этого, естественно, не позволила.

Спустя пару попыток самым наглым способом ретироваться за дверь, я получила-таки перечень того, что Полина обозначила, как неприятности. По отдельности, действительно, череда несчастных случаев, но только в том случае, если не рассматривать их в комплексе.

Как Алексей Чернышёв отправился кормить могильных червей, так у Катерины началась полоса тотального невезения. То машина, в которой она ехала, пробивает колесо на скорости, и от смертельной аварии спасает мастерство водителя и отсутствие других автомобилей на трассе. То происходит короткое замыкание в ванной комнате и избежать смерти помогают новомодные тапки, в которых она в тот момент щеголяла. То в фойе библиотеки рядом падает люстра, веками мирно висевшая под сводчатым потолком.

Были ситуации, прямо не грозящие здоровью, но тоже попадающие в раздел неприятностей. Например, внезапно заблокированная карта и неоплаченный ужин в ресторане, что принадлежал конкурентам Савицких. Или ещё хуже, сработавшая защита от краж в торговом центре. Обвинений не последовало, но настроение попортили и самой Кате, и опекуну, который был вынужден разруливать инциденты и возмещать причинённый ущерб.

Хоть половину слов я и не поняла, но выяснила, что кто-то планомерно портил жизнь моей предшественнице, и совсем не исключено, что постарается и мне. Да и путь от упавшей люстры до перерезанного горла или яда в стакане, на самом деле недлинный и ограничивается только терпением заказчика, и необходимой реакцией на смерть выбранной жертвы.

— Расследование было?

— Да какое расследование? — вытаращилась на меня девушка. — С какой стати-то?

Да, действительно, подумаешь какая мелочь, всего лишь, главу рода, пусть и временную, изводят. Мелочь же, совсем неподозрительно.

— За охрану кто отвечает? — уточнила я, по сути, зная ответ.

И не ошиблась. Всё доклады ложились ровными стопочками на стол Аркадию Савицкому, а он, в свою очередь, великодушно их игнорировал. Идиллия прямо. Жалко, что с отрицательным для меня результатом.

— Скажи мне, мы же сейчас встретимся с твоим батюшкой? — не удержавшись от оскала, мило проворковала я.

Полина дурой всё-таки не была. Да, наивная местами. Впечатлительная и импульсивная, как и положено молоденькой барышне. Но не дура, совсем нет.

— Ты же не считаешь, что неприятности спланированы, а отец в этом замешан? — нахмурилась она, уперев дверь плечом и уже мне отсекая путь наружу.

— Попробуй взглянуть со стороны, абстрагируясь от личного отношения к Чернышёвой, — посоветовала я, отодвинув её с дороги. — Иногда бездействие приносит результат сродни прямой угрозе.

Сзади раздалось громкое сопение. Ясно, озадачила я Полю. Сейчас покуксится, мозгами пораскинет и сделает правильные выводы. А может, ещё и на подозреваемых наведёт. Она как минимум в местных реалиях разбирается лучше.

— Веди, — встретив абсолютно равнодушный взгляд громилы за дверью, отдала приказ.

Мужик с места не сдвинулся, даже не моргнул, козлина такая.

Курсы у них специальные, что ли, есть? Вроде «Как взбесить мага смерти и постараться выжить?» или «Как дышать через задницу в отсутствии других органов».

— Не позволено, госпожа, — издевательски протянул он.

Точно курсы с отличием закончил.

— Дозволяю позволить, — величественно кивнула я и проплыла мимо охреневаюшего качка.

По ходу дела, Катю никто за хозяйку не считал и не удивлюсь ни разу, если с молчаливого одобрения Савицкого, а может, и вообще по его приказу. Не терпелось уже пообщаться с глазу на глаз с этим товарищем.

— Госпожа, вы забыли вещи, — нагнал меня охранник.

Ну не обнаглел ли? Да даже если я ему не хозяйка, то я маленькая хрупкая девушка, хотя бы внешне. Трудно пару сумок захватить? Один чёрт с прямыми обязанностями не справляется.

Но и в бессмысленные перепалки вступать не хотелось. Смысл-то в этих разборках? Ну, унижу я мужика, ну, отыграюсь на нём за издёвки над настоящей Катериной, что поменяется? Только раззадорю и на пакость спровоцирую. С такими надо вопрос решать раз и навсегда, не опускаясь до простых издевательств.

Окинув громилу взглядом с ног до головы, выдержала паузу и дождавшись, когда он нервно сглотнул, молча развернулась и пошла в свою комнату.

— Максим мой охранник, — в открытых дверях стояла Поля и наблюдала за не состоявшимся противостоянием.

Я даже не стала уточнять, где носит моего. Очевидно же, что ответ не принесёт ничего, кроме раздражения. Да и то не факт, что мои так называемые охранники не приложили руки к неудавшимся покушениям на Екатерину.

— Всё равно хамло некультурное, — буркнула я, вытягивая наружу несколько сумок за раз.

Нет. Вещи, безусловно, были красивые, возможно, дорогие, но абсолютно не практичные и что раздражало больше всего — крайне тяжёлые. Ну зачем столько одёжек, если половину времени Катя проводила в форме и ещё четверть спала?

— Ты собралась нести их в руках? — изумилась Савицкая. — Но есть же грузовая платформа.

Честно? Я просто промолчала, даже зубами не заскрипела, ну почти.

Глава 8

У всего есть пределы. Пролитая последняя капля воды из бурдюка посреди пустыни. Погасшая последняя спичка в промозглой пещере. Последняя искра магии в источнике, потраченная на светляк, что показал орду недругов. Я держалась на отметке: «ещё чуть-чуть и рванёт».

Пока помогали жизненный опыт и зависимость от Савицкой, хотя вслух я этого никогда не признаю. Но черта, после которой мне станет насрать на любые последствия, была очень близка. Очень. Ещё одно слово или смешок — и голова вынужденной напарницы отделится от остального тела.

— Отлично, — выдавила из себя и мысленно заставила себя повторять, что Поля — испуганный ребёнок.

Просто ребёнок. Накосячивший ребёнок. Детей бить нельзя. Нельзя, даже если очень хочется.

Для верности глубоко вдохнула пару раз, и чуть не подавилась, когда поймала взгляд охранника, задержавшегося на моей груди, туго обтянутой белоснежной футболкой. Ну не было у Катерины в гардеробе вещей по размеру. Всё в обтяжку и подчёркивающее то, что приличнее скрыть.

Но Максим в любом случае капец как неправ. Инстинкта самосохранения у него нет, так же как и воспитания, и соблюдения субординации.

Полина тоже заметила неуместный интерес мужчины к моим выпуклостям и решительно шагнула, вставая между нами, закрывая ему обзор на девичьи прелести.

— Платформа, — тихо произнесла она, показав медный кругляш сантиметров пятнадцати в диаметре. — Эта на сто килограмм. От диаметра зависит переносимый вес. Активируется нажатием кнопки в центре.

Пригляделась, и правда, по центру отчётливо выделялся небольшой выступ.

— А к этому она привязана, — достала из кармана крошечный прямоугольник из металла, болтающийся на связке ключей. — Маячок, за которым следует платформа.

Интересная игрушка. Но ничего подобного среди вещей Кати я не видела. Не сказать, чтобы я досконально изучила каждую побрякушку, что досталась мне в наследство, но память у меня тренированная. Если что увидела, то при необходимости точно вспомню, где и при каких обстоятельствах я с этим сталкивалась. Так что нет, у Чернышёвой определённо грузового артефакта не было.

И что странно, в кругляше, что до сих пор так и не активировала Полина, магия ощущалась, а в телефоне, что лежал в небольшом рюкзачке, вместе с документами, ничего не чувствовалось. И почему-то я была уверена, что дело не в экранированных потоках. Почти уверена, что в переговорном устройстве банально нечему было фонить и артефактом оно не являлось.

Удивительная смесь магии и технологии.

— Смотри, — шепнула кузина, так чтобы бугай в костюме не услышал, и медленно нажала на кнопку.

Девушка отпустила палец и продемонстрировала утопленную внутри круга кнопку, равномерно подсвеченную изнутри тусклым красным светом. Затем медленно вытянула руку и обвела кругом сложенные сумки и бросила кругляш в центр.

Артефактами, как и многочисленными проявлениями заклинаний, меня не удивить, поэтому я даже бровью не повела, когда сумки взмыли в воздух и зависли в полуметре от пола.

Надо признать, что решение было крайне необычным. На создание артефакта с пространственным карманом, или хотя бы на искажение пространства нужна прорва энергии и умений, а тут: нажал и вещи полетели. Ну да, ни о какой секретности или гарантированной сохранности речи нет, но ведь и усилий никаких!

Полина, гордо вскинув подбородок и приняв надменный вид, повернулась к дорожке и поплыла мимо охранника, что старательно не смотрел в мою сторону.

Даже думать не хотела, как на моём месте реагировала бы настоящая Екатерина, да и с чего вообще, какой-то охранник позволяет себе явно выходящее за рамки должностных инструкций поведение, но я в точности повторила манёвр Савицкой и пристроилась ей в кильватер. Дорогу на выход-то я не знала, да ладно дорогу, я не знала, куда и как нам предстояло ехать. Так что, задираем нос выше, плечи расправляем шире и плывём навстречу приключениям.

Сумки, мерно покачиваясь, летели за девушкой, и я вдоволь смогла налюбоваться на работу платформы. Сам кругляш успел протиснуться сквозь багаж и опустился на самое дно кучи, и теперь из-под неё виднелось равномерное свечение того же тусклого красного цвета, которым светилась кнопка на артефакте.

Хотела бы я заглянуть внутрь устройства, в чисто исследовательских целях, конечно. Интересно же узнать, какой вид магии используется, как распределены потоки, да даже материалы и обработка. Больно уж хитрые сплавы и решения здесь встречаются.

Никогда не гнушалась лишними знаниями и умениями, и чует моё сердце, что в новом мире этих самых знаний смогу получить с излишком.

Дорожка закончилась резко. В один момент пышные заросли декоративных кустарников расступились и мы вышли на площадь, покрытую серым зернистым камнем. На площадке ровными рядами стояли металлические повозки без кучеров и лошадей, и у каждой выстроились несколько громил в чёрных деловых костюмах. Что примечательно, мужики походили друг на друга, словно вылеплены рукой одного мастера, отличались только цвет волос и вышитые гербы на лацканах.

Механически переставляя ноги и следуя по пятам за сестрой, не могла понять одну вещь. Если эти мужики, охрана, то почему на них костюмы, которые явственно сковывают движения? Даже доспехи, со всеми своими системами застёжек и сочленений, давали больше манёвра в бою.

Ну, допустим, драка здесь — не просто размахивание железками и швыряние сгустками сил. Глаз у меня намётанный, и даже мало-мальского кинжала я ни у кого не заметила, так что примем за факт, что мечи тут не в ходу. Но и для магии требуется простор, а о какой свободе передвижения может идти речь, если плотные пиджаки буквально грозятся лопнуть по швам на внушительных бицепсах охранников?

— Госпожа, автомобиль подан, — низко поклонился перед Полиной короткостриженый брюнет и распахнул дверь в машину.

На меня же мужчина даже не взглянул, не то чтобы поклониться. Вообще не обидно, вот совсем.

Устраивать истерику я не собиралась, но лицо охранника запомнила в подробностях. Обижать слабых обычно не в моих привычках, но они явно нарываются на показательную порку, а уж это я умею. Повезёт им, если штанишки пачкать ночами не начнут.

Пока мысленно охаживала амбалов палками в воспитательных целях, от стоящей рядом машины отделился один из мужиков и поклонился уже мне. Вот только совсем неглубоко, а в голосе не чувствовалась ни малейшей крупицы уважения.

— Артём это, твой начальник охраны, — шепнула Поля, пройдя мимо меня к задней части моего автомобиля.

Сохраняя на лице маску полного равнодушия и высокомерия, заглянула через плечо девушке. Интересно же, куда она мои вещи собралась отправить.

В задней части машины оказался встроенный короб, в который сумки вплыли и плавно опустились на дно. А сверху ещё и крышка опустилась, полностью закрывая моё наследство.

Мне определённо нравился этот мир. Люди — не очень, но удобства в нём выше всяких похвал.

— Встретимся дома, — сжала мой локоть Полина и проскользнула мимо охранника, всё так же стоящего у открытой дверцы автомобиля, и элегантно устроилась на сидение.

А вот мне никто дверь открывать не спешил. Оставалось только стоять и надменно смотреть поверх голов ухмыляющихся мужиков. Проблема была даже не в пренебрежении, за которое они ещё с лихвой ответят, а в том, что я не знала, как эту чёртову дверь открыть.

Машина с Савицкой зарычала, фыркнула и тронулась, а я продолжала стоять и рассматривать небо, затянутое свинцовыми тучами. Вот и погода поддерживала моё настроение, что портилось всё сильнее с каждой секундой промедления охраны.

В игре «кто кого перестоит» я определённо лидировала. Уж что, а лицо держать я умела, даже если внутри клокотала от еле сдерживаемой ярости и жажды крови. А вот качки, явно начали чувствовать себя не в своей тарелке. Сдаётся мне, что прежняя Катерина уже вопила бы на всю площадку, топала ножками и требовала уважительного отношения.

Извините, пацаны, сегодня цирка не будет.

— Госпожа, — сквозь зубы процедил тот самый Артём и распахнул-таки передо мной дверь.

Ну не умеет мальчик проигрывать, даже жаль его немного. Такой взрослый, такой большой и такой тупой.

Забраться внутрь было проще, чем в карету, не ладилось у меня никогда с этими повозками, куда удобнее верхом. Не знаю, насколько грациозно выглядели мои движения со стороны, но ничего нового на лицах охраны не появилось, так что как минимум не опозорилась, а то они не упустили бы шанс погоготать над неуклюжей хозяйкой.

Мысленно фыркнула в сторону охранников. Тоже мне альфа-самцы, ребёнка изводить толпой — верх мужественности, ничего не скажешь.

Так и не дождавшись от меня никакой реакции, Артём нехотя потянулся закрыть дверь, но отвлёкся на напарника, что тихо, но вполне отчётливо пробурчал:

— Успокоительного ей вкачали, что ли?

Я даже глаза закатить не успела, когда мне в руку ткнулась свёрнутая шариком бумажка, миновавшая не очень-то и бдительных охранников. Рефлекторно сжала послание, бросив взгляд на площадь.

Что странно, никого нового на площадке не было.

Но и опасности от послания я не чувствовала, во всяком случае не от самой бумаги, ну а с содержанием успею ещё ознакомиться. Уж точно не на глазах у бойцов, что мне не служили.

Глава 9

Путь до усадьбы Савицких занял три часа. Три часа, которые я наконец-то смогла посвятить изучению мира. Поля, конечно, отличный источник информации, только уж слишком бессистемный и эмоциональный, а задавать наводящие вопросы тот ещё гемор. Трудно поворачивать разговор туда, не знаю куда.

На заднем сидении автомобиля меня оставили одну, Артём вместе со вторым непредставленным охранником заняли места впереди. Так что, спрятавшись за массивным креслом, я первым делом развернула записку:

«У тебя осталась неделя, тварь!

P. S. Увижу рядом с Алексом — убью»

Какая милая любовная записка, однако.

Но это ладно, Алекса своего могут целиком и без остатка забирать, мне такое счастье без надобности.

Секс — отличный способ восстановления резерва и прокачки магических каналов. Но для этого без разницы, как партнёр выглядит, главное, чтобы функционировал в полном объёме. Так что проще выбрать кого пострашнее и не ввязываться в сомнительные авантюры на территории учебного заведения. Не гадь, где ешь и всё такое.

Да и вообще, у меня с сексом странные отношения. Не принято в культе давать свободу собственным желаниям, да и некогда было, если честно, а в самом культе мужчин не было. Совсем. Ни одного. Ну и в моём мире основная масса мужиков выглядела так, что никакого желания, кроме восстановления резерва, глядя на них, возникнуть и не могло. А те редкие индивиды, что выглядели чуть лучше потусторонних тварей, были настолько избалованы вниманием, что связываться с ними просто не хотелось. Вот я ещё за чужие гениталии не конкурировала.

Поэтому всё моё знакомство с этой стороной жизни заканчивалось на абсолютно прагматичном восстановлении резерва в экстренных случаях, и с тем, кто под руку подвернётся. А это удовольствие, мягко сказать, так себе.

Так что нет, никаких мимолётных интрижек, только взаимовыгодное сотрудничество в любой позе.

А вот первая часть послания заинтриговала. И даже таинственный отправитель уже не так интересен, как содержание. Вот что она имела в виду, что мне жить осталась неделя? Или может, неделя до изгнания? Или может, последняя неделя существования рода? Почему нельзя было чуть развернуть угрозу, это ведь нетрудно, чернила пожалела? Какие несознательные пошли недруги.

Собрав все крохи внутри источника, запалила огонёк на кончике пальца и с удовольствием наблюдала за тлеющей запиской. Усилить ещё и кожу, пока не могла себе позволить, поэтому пришлось отбросить догорающее послание в последний момент. Ожоги мне не идут.

Стоило пеплу сорваться с рук, как внутри машины заголосила сирена, и машина, резко вильнув в сторону, остановилась.

— Что случилось? — появилась голова в проёме между креслами.

— Горим? — пожала я плечами, стряхнув остатки записки на пол.

Даже удивительно, что охрана хоть как-то среагировала. Ладно, сирена, скорее всего, артефакт или очередное чудо техники, но сами-то мужики? Неужели не настолько им насрать на жизнь объекта, как хотели показать?

— Что вы сделали? — развеял мои сомнения безымянный качок и получил презрительное фырканье в ответ.

С причинно-следственной связью у товарища беда. В чём можно подозревать пустышку?

— Что там, Кир? — не показываясь бросил Артём, и голова скрылась из вида.

— Ложная тревога, — отозвался Кир и благополучно забыл про меня, погрузившись в обсуждение ночных похождений.

Странные они всё-таки. Ладно, что врал, как дышал, это как раз норма, мужики во всех мирах покрасоваться любят. Но, я-то не просто подружка из клуба, чем бы это ни было. Я ж хозяйка, а ещё и молодая девица, мне может не по возрасту ещё знать, что и куда можно приспособить. А тут целая лекция, причём со сказочным уклоном.

Надо бы выяснить, как-то аккуратно, что там с целомудрием у тела. А то есть один интересный побочный эффект от лишения девственности, о котором не принято упоминать. Не зря, в старом мире дефлораторы были вполне уважаемой профессией, никто из одарённых не хотел рисковать и даже временно лишаться сил. А ведь девушку можно подготовить, и тогда эффект становился необратимым. Никакая нимфа не стоит обмена десяти минут сомнительного удовольствия на полную магическую кастрацию. Так бывает только в восторженных балладах полупьяных бардов.

— Видел бы ты вторую, брат. Такое вымя, из рук вываливается, — похабно загоготал Кир.

Ну фу ведь.

Нет, с охранной мы однозначно попрощаемся. Они же клинические идиоты.

Как могла, отрешилась от бахвальства и достала телефон. Есть вещи гораздо более увлекательные и полезные.

Вот, например, как мир-то называется? В какой стране или городе я нахожусь? Какая дата, в конце концов?

Где искать информацию я успела уточнить у Полины, так что с предвкушением ткнула пальцем на картинку, на которой была схематично изображена планета и погрузилась в мир запросов и ссылок.

Мир звался Землёй, и на дворе шёл две тысячи двадцать четвёртый год. Вдаваться, как так получилось и куда подевались ещё по меньшей мере пара тысячелетий, я не стала. Историю точно можно безболезненно отложить до лучших времён.

Ни о какой монократии в мировом масштабе речи не шло. Стран было много. От крошечных, размером с небольшой город, до занимающих половину континента. Вот в таком государстве-великане и проживала Чернышёва.

Российская империя. Неплохо звучит, гордо. Да и судя по беглому изучению новостей, вполне годное место для жизни. С религией полная свобода, власть не лютует. Не без перегибов, конечно, но так где их не бывает?

Основная внутренняя проблема на первый взгляд была в напряжённости между аристократами и одарёнными магами из низкого сословия. Одним, доставалось всё с рождения, а вот вторым приходилось пробиваться самим. И всё бы ничего, трудности закаляют характер, вот только законы были на стороне аристо.

Свой суд, свои законы, у аристократов было всё своё, чем они беззастенчиво пользовались, усиливая свои роды и уничтожая конкурентов. А одарённые простолюдины становились разменными монетами в этих войнушках. Не удивительно, что набирающее силу движение безродных начало угрожать вековым порядкам.

Аристократы вырождались, и это был факт, который старались умалчивать, но который отчётливо читался между строк. А вот простолюдины, рассчитывающие только на себя, становились реальной силой. Обученной, одарённой, сплочённой и целеустремлённой.

Что там было с внешней политикой, я не уловила. Нет, с виду всё шоколадно. Граница на замке, передовое вооружение, огромная армия. Но и поверить в то, что врагов у такой огромной и явно богатой страны нет, тоже не получалось. Так просто не бывает.

А ещё на территории империи находились несколько стационарных переходов на Изнанку, что поднимало значимость страны в планетарных масштабах до самых небес. А ведь были ещё спонтанные, которых в империи тоже открывалось немало.

Один из стационарных переходов, кстати, находился под Екатеринбургом, в котором мы и проживали, во всяком случае пока.

Про Изнанку информации было много. Собственно, было бы странно, если событие, что перевернуло жизнь всей Земли с ног на голову пару столетий назад, не обсасывалось со всех сторон.

Как классифицировать Изнанку по меркам старого мира, я не знала. Не приходилось мне сталкиваться с таким явлением раньше, и от этого желание посмотреть своими глазами становилось ещё сильнее. Но рано, пока ещё слишком рано.

Без магии, без снаряжения я рисковала сгинуть там с концами. Бессмысленно, бесславно и абсолютно нелепо. Так что нет, сначала сбор информации, тренировки и разведка, возможно, и боем, как уж пойдёт. А вот потом я там пропишусь по доброй воле.

Причина же проста — прокачка и усиление. Боевой славы тоже не мешало бы получить, но тут всё взаимосвязано.

В общем, Изнанка — это нечто вроде второго слоя реальности, в точности повторяющего контуры поверхности, вот только там холодно, пакостно и опасно. Нет гвардии, нет порядка и нет законов, кроме закона силы. А ещё там на каждом шагу Разломы. Много. Разных.

А Разломы — это что? Это не только трофеи, но и личное усиление, даже если ты просто поприсутствуешь внутри или пройдёшь до конца за чужой спиной, свою толику энергии ты получишь. Доказанный факт, между прочим. А если один, а если целиком зачистишь разлом? Считается, что такие подвиги нереальны, но это они зря. Просто магов смерти туда и не пускали толком, иначе королевские охотники и искатели, выглядели бы бледно на нашем фоне.

Потрудиться придётся неслабо, чтобы восстановить хотя бы часть способностей, и на первых порах быть крайне аккуратной и сдержанной, возможно, даже найти группу. Но, чёрт побери, я хотела туда.

Настоящая свобода, она там. В стихийно созданных городах, в сражениях, даже в торговле на чёрном рынке. Без титулов, без спеси рождённых с золотой ложкой во рту. Только твоя личная сила.

Разве это не прекрасно?

— Госпожа, прибыли, — сухо отрапортовал Артём и заглушил двигатель.

И гад такой даже не дёрнулся, чтобы дверь открыть.

Глава 10

Как открыть дверь, я уже знала, но продолжила сидеть в машине, с пользой тратя время, а именно гоняя кровь по источникам и продолжая изучать вопрос о регистрации в качестве Охотника или Добытчика.

И те и другие имели официальный статус, защищённый в корпусе Искателей — обособленной структуре, подчиняющейся напрямую Его Величеству Александру VII, действующему императору Российской империи.

В Искатели могли податься и аристократы, и безродные, и идейные, и преступники. Всех их закон о неприкосновенности защищал с одинаковым усердием. Правил было не так много: готовность отражать нападения со стороны тварей в случае необходимости, выполнение минимальной разнарядки и запрет на торговлю стратегическими ресурсами. Список, как и обязательная повинность не оглашались, но думаю при вступлении, мне выдадут исчерпывающую информацию.

И тогда же предстоит определиться Охотник или Добытчик. По сути, выбор прост, добыча трофеев с трупов или из самих Разломов. Как правило, слаженные команды состоят и из тех и из других, да и статус Добытчика не запрещает убить любую тварь. Просто, так не принято.

Их можно понять, под специализацию затачивается всё: и снаряжение, и отработка умений. Вот только, когда верну хотя бы часть сил, стану универсалом, не нуждающимся в костылях в виде артефактов и группы поддержки. Осталось дожить до этого светлого момента.

Был ещё один вариант — Вольные Охотники — гильдия Искателей, живущая сама по себе. Их даже не особо притесняли официальные власти. Вот только состояли они в основном из совсем отбитых на голову отморозков, да и с законом были часто не в ладах. Если на Изнанке отношение к ним было ровное, даже уважительное, ведь они хватались за самые сложные Разломы, да и во времена Прорывов в сторонке не отсиживались, то наверху светить принадлежностью к Вольным Охотникам было диким моветоном. Пираты, контрабандисты, так примерно о них думали законопослушные граждане.

— И долго будешь сидеть? — дверь в салон распахнулась и внутрь втиснулась Полина. — Твоя охрана уже красные как раки, не знают, как выкрутиться.

Девушка так задорно хихикала, что я не удержалась и тоже поддалась веселью, представив раздосадованные рожи громил.

Ну ничего, им полезно спесь сбить, а то берега совсем попутали. Настоящая Екатерина, может и спускала им это с рук, скорее всего, не представляя, как поставить на место зарвавшихся мужиков, но я-то не она. И они скоро это уяснят и, вероятнее всего, весьма болезненно.

— Пришлось взять воспитание в свои руки, — ухмыльнулась я, смутив кузину.

И ей полезно помнить.

— А ты никогда не хотела пойти на Изнанку? — прервала неловкое веселье.

— Нет, — пожала она плечами не задумываясь. — Что мне там делать? Сгинуть в первом же рейде?

— А с подготовкой? С группой? Неужто не хотелось бы проверить свои силы?

— Да какие у меня силы, — натужно рассмеялась она, пряча взгляд.

— А какие у тебя силы? — мысленно хлопнула себя по лбу, весь день с ней общаюсь и даже не узнала.

— Я маг холода, — замешкалась Поля, а потом совсем голову повесила. — Должна быть магом холода.

— А по какому поводу такая трагедия? — недоумённо уточнила я.

Не самое универсальное направление, но только на начальных этапах. Зато сколько всего смертоносного может сделать обученный маг, жуть же. Да и кто сказал, что маг холода должен только замораживать врагов? Усиление тела, лечение, поисковые сети. Все известные техники, доступны магу любого направления. Не без ограничений и усилий, конечно, но, а кто сказал, что будет легко? Хочешь стать архимагом, будь добр — совершенствуйся.

— Я кроме понижения температуры, ничего не умею, — поникла она окончательно.

— А почему?

Ответ оказался гениальным в своей тупости: не обучают магов, имеющих ярко выраженную направленность, ничему другому. Маг огня умеет только жечь, маг воды — топить, ну и так далее. Во всяком случае, не в гражданских академиях.

Слов у меня не нашлось, по крайней мере, приличных. Каких же магических калек в итоге выпускают в большой мир?

— Что будешь делать после выпуска?

— Да ничего. Сетью гостиниц буду управлять, большего мне отец всё равно не доверит. А потом замуж спихнёт, — услышала совсем нерадостный ответ.

— Ты же глава рода, зачем замуж?! — натурально охренела я.

— У меня есть старший брат, Юрий. Он у нас наследник, — неприязненно скривилась Поля. — А я так, безделушка, которую можно выгодно пристроить. Хоть за мерзкого старикашку не отдают замуж и то хорошо. Может даже позволят поиграть в самостоятельность и самой выбрать мужа.

— В возрасте тоже есть свои плюсы, — протянула я. — Чем старше муж, тем быстрее овдовеешь.

Савицкую передёрнуло от отвращения на мои слова. Нет, всё-таки вопросов к Аркадию становилось всё больше.

— Чего ты сама хочешь?

А она взяла и зависла над таким незатейливым вопросом.

— У тебя есть неделя, чтобы определиться, если захочешь, помогу с даром, — похлопала её по острой коленке и полезла на выход.

Нет, всё-таки придётся осваивать и каблуки, и этикет, и прочие премудрости, положенные высокородной девице. Быть неуклюжим позорищем мне не улыбалось.

Снаружи меня уже ждали.

Действительно покрытые нервными красными пятнами охранники, злобно играющие желваками. Расслабленно стоящие чуть поодаль стражи Полины и средних лет пузан по центру.

Судя по сведённым бровям и гневному взгляду, мне выпала честь лицезреть главу рода Савицких собственной невысокой персоной. И почему я думала, что Аркадий будет выглядеть несколько более внушительно? Хотя бы не так комично. Вылитый же гном.

— Полька! Живо в дом, — рявкнул пузатик и резко развернулся, не удостоив меня ни единым звуком.

Теперь понятно, откуда такое пренебрежение появилось у охранников.

— И вам добрый вечер, господин хороший, — тихо произнесла в спину толстячку и неторопливо отправилась за семенившей Полей.

Несмотря на несолидный вид хозяина дома, сама усадьба производила достойное впечатление. Вековые дубы, ухоженный парк, со скамейками вдоль дорожек. Сам трёхэтажный особняк из серого камня, монументальный такой, на века возведённый.

Уютно. Даже жаль немного, что я здесь на правах гостьи, причём нежелательной. Или приживалки, что тоже не самый радужный вариант.

Интересно, а у Чернышёвых родовая усадьба имеется? Или батюшка Катерины пропил и его? В Сети информации не обнаружила. Адресов других родов я, кстати, тоже не нашла. Возможно, эти данные считались секретными и охранялись очередным законом, подыгрывающим аристократам. Однако не стоит исключать того, что мне не хватило навыков поисков.

А вот фотографий в Сети было много. Картинки, что так меня поразили, оказались именно ими и делались с помощью специальных аппаратов, или же на телефон. Просто поразительно, что одним нажатием на экран можно получить детальный портрет, ну и, как оказалось, пейзаж. Так вот, в Сети были целые галереи с особняками, с предметами интерьера, нарядами, украшениями. В общем, с чем угодно, включая тварей Изнанки.

Красивые зверюшки. Милые.

И вот среди всего этого разнообразия, родового поместья Чернышёвых я не нашла. Про них, ну то есть про нас, информации было с гулькин хвост. Были, жили, ещё не вымерли. Даже портретов предков не было. А ведь род древний, пусть и потрепало его временем.

А узнать бы хотелось. Предки сами по себе, меня интересовали скорее факультативно, в отличие от родовой магии. Не приходилось мне сталкиваться с таким явлением, как и с Изнанкой. Но было стойкое ощущение, что вся эта таинственность и исключительность завязана на банальной технике.

Например, я могу проклясть кого-нибудь. Насмерть не получится, пока силёнок не хватит, а вот на недержание — легко, даже с теми крохами сил, что уже собрала. Но, проклятийников я в Сети не видела, основные виды силы я уже успела пролистать, и лидировали в забеге — стихийники.

Всякие маги огня, земли и всё в этом духе. Они даже делились по специализации. Кто чистый воин, кто защитник, а кто и прикладной специалист. Отдельной строкой шли целители, менталисты, артефакторы и, как ни странно, медиумы, хотя сдаётся мне, что это слабые и необученные некроманты, а может, и нет. Это, конечно, далеко не весь список, но среди всего этого разнообразия проклятийников, ведьм, портальщиков, да даже некромантов не было. Либо же, про них широкой общественности не сообщали. Как-то же местные маги брали архимагов, да и магических родов не так мало. Должны же они уметь что-то кроме торнадо и землетрясения.

Ну а если нет, то им банально не повезло, потому что на Землю пришла я. А память у меня отменная.

— И как это понимать? — раздался рык у самого уха.

Нормальный вообще? Пояснил бы в чём суть претензии.

— А разве не очевидно? — лучезарно улыбаясь, повернулась я к взбешённому Аркадию.

Глава 11

Аркадий ни черта не понимал, я ничего не понимала, но мы как два упёртых барана стояли и прожигали друг друга взглядами.

Первым не выдержал Савицкий и отвёл глаза. Записывать эту мелкую победу в актив я не спешила, наверняка мужик просто не привык, что Катя молчала.

Девочка была ещё той истеричкой, это уже выяснилось, но винить её не получалось. Я же орать впустую не любила никогда и привычек менять не собиралась. Поэтому стояла и улыбалась пузанчику, попеременно меняющему цвет с опасного красного на тревожный синюшный. Ох, ему бы к целителю, нельзя на здоровье экономить.

Рост сыграл с ним злую шутку, и приходилось смотреть мне прямо в глаза. Вот будь он повыше, то можно было бы и нависнуть над тщедушной племянницей, авторитетом надавить, а так максимум, что он мог сделать — животом боднуть.

— Это что за выходки? — выплюнул он, причём буквально, так что еле сдержалась, чтобы демонстративно не вытереть капли с лица.

— Контекста бы, — улыбнувшись ещё шире, мило попросила я.

Мало ли что моя предшественница натворить могла. Выходки — это явно по её части.

И ведь угадала.

— Ах, контекста бы тебе, дрянь неблагодарная, дурочкой решила прикинуться. А ну, за мной, — напыжился Аркадий, окончательно приняв багровый цвет, и рванул вглубь дома.

Последовала я за мужчиной из чистого любопытства. Что странно несмотря на всю эту словесную пикировку и слюнявую браваду, угрозы от него не чувствовала. Вот совсем. Гнев был, разочарование тоже неподдельное, а вот желания прикончить меня не было.

Аркадий шустро перебирал ножками, но развить приличную скорость не мог, так что мне удалось осмотреться и не потерять его из виду. Интересно же, как живут люди, привыкшие удовлетворять свои амбиции посредством принудительного замужества родственниц.

Не то чтобы, такое потребительское отношение к дочерям было чем-то из ряда вон выходящим, но даже в моём мире, у предполагаемой невесты всегда был выбор. Да не всегда приятный, но он был, и право на свободу можно было заполучить не только отречением от рода. Можно пойти в служение богам или присоединиться к защитникам, и мечом, и магией, заработать себе на выкуп. Или просто заработать и зажить новой жизнью, что тоже бывало.

Но удивлял-то не сам факт. Удивляло, что в мире, где летали самолёты, где изобрели Сеть и телевидение, где существовали сотни стран и законов, могли взять и продать человека. Ой ладно, отдать замуж, но по факту-то продать. Явно же, что покупатель не благородный рыцарь.

И если желания мужиков ещё понятны, каждый хочет получить свой куш, то сами девушки почему соглашаются? Что надо вбить в голову человеку, чтобы он пошёл и безропотно исполнил чужую волю? В мире, где все умеют писать, читать, имеют доступ к информации, видят тысячи людей вокруг, пойти и сдаться на милость какому-нибудь аморальному прощелыге, чтобы самой тихо загнуться в одиночестве и страданиях. Как? Зачем? Ради чего?

Хоть душу Ангелины вызывай и спрашивай, на черта она согласилась на такой брак. Да ладно, — согласилась, может Алексей хорош собой был, или язык там подвешен отлично, но почему не взбрыкнула-то, когда поняла, что муж из него получился так себе?

И ведь Полине уготована участь, схожая с судьбой тётки. Спасибо, хоть на руку и сердце моего нового тела претендентов не было. Да даже если и были, то это сугубо их проблемы. Мне такое счастье и даром не надо, да и Полине стоило бы мозги прочистить. Хочешь замуж? Да, пожалуйста, но если сама так решила, а не батюшка за тебя подумал.

Торговля людьми — низко, как ни обзови и какими благородными мотивами ни прикройся. А уж собственными детьми торговать — самое днище.

Аркадий тем временем натужно сопел, двигал ногами, периодически бросая на меня подозрительные взгляды, и продолжал бежать вперёд. Я же шла, беззаботно улыбалась и крутила головой, не демонстрируя презрение к толстячку, которое неожиданно меня охватило, стоило вспомнить о судьбах несчастных девиц.

Быть воином всё-таки гораздо проще. Пришёл, убил, победил. И времени нет, чтобы всякую ерунду думать. Лживые улыбки, обманчивый тон, двойной смысл слов — это всё не про меня.

В общем, я крутила головой и старалась переключиться с не самых радужных рассуждений и воспоминаний, на окружающую реальность.

Что сказать, красиво. Без излишней роскоши, без всяких рюшечек и лепнин. Начищенный до блеска паркет под ногами, с причудливым узором реечек. Массивная мебель, тяжёлые занавески и запах. М-м-м, что за запах витал в доме: древесины, кофе, свежей выпечки. Запах уюта и домашнего очага.

Непроизвольно втянула воздух носом сильнее и чуть не захлебнулась слюной, что моментально хлынула в рот.

Да, определённо где-то в недрах дома что-то выпекали. Сладкое, манящее.

Чёрт, я ж не ела ничего! Последнее, что я видела из съедобного — это обугленную тушку крысы, попавшую под мой массовый удар. Грызуну просто не повезло, но он точно не выжил. Собственно, как и я.

Пока отчаянно старалась не капать слюной на пол и не броситься на источник соблазнительного аромата, мы умудрились пересечь с пяток комнат, добраться до широкой лестницы, застеленной бордовым густым ковром, и подняться на второй этаж. И вот там уже упереться в двери, что отсекали, по всей видимости, часть крыла.

— Не понимает она, — бухтел Савицкий, толкая двери.

— Все границы уже перешла, — продолжал ворчать он, роясь в груде бумаг на письменном столе.

Отстранённо слушая бубнёж опекуна, медленно продвигалась вдоль стены кабинета и надеялась слиться с обстановкой.

Ну не любила я призраков. Нудные, доставучие и совершенно не считающиеся с личным пространством. И труднее было с теми, кто был старше. Не в плане возраста на момент смерти, а продолжительности жизни после неё.

Мальчишка, что корчил рожи хозяину кабинета и передразнивал его на все лады, был явно не первой свежести. Нет, выглядел он замечательно, лет десяти — двенадцати, в бархатной курточке и бриджах, расшитых золотыми нитями, белоснежной рубашке и в лакированных туфельках с квадратными пряжками. Отлично просто выглядел, будто херувимчик с древней картины. Только вот, аура, что пульсировала вокруг него, непрозрачно так намекала, что вился подле Савицкого матёрый призрак, способный влиять на реальные предметы.

А это сильно, прямо скажем, очень. Духу нужно не один десяток лет, чтобы научиться воздух вокруг себя сгущать, а чтобы так заматереть нужна сотня лет, а может, и несколько, от мотивации зависит. Больше злобы — больше силы. Всё, как всегда.

Это ж как надо было ребёнка достать при жизни, чтобы он призраком стал?

— Опачки, Катюха, — радостно заорал призрак, поймав мой взгляд. — А с чего ты вдруг меня видишь?

Радость мгновенно сменилась подозрительностью, и аура мальчика беспокойно затрепетала, окрашиваясь в чёрный.

Вот нам только спонтанного некровыброса сейчас не хватало для полного счастья.

Аркадий продолжал выискивать что-то одному ему ведомое в бумагах, и перешёл уже на ящики стола, низко склонив голову. Этим я и воспользовалась.

— Расскажу, но потом, — одними губами произнесла я, надеясь, что любопытство в мальчишке ещё не угасло и оно же позволит оттянуть момент выброса, чтобы я смогла его вобрать.

Особой жалости к дяде Катерины я не испытывала, но и преждевременной смерти ему не желала, тем более такой. Нехорошая это смерть, беспокойная.

— Э, нет, подруга, — сложив ручки перед собой, расплылся в злорадной улыбке призрак и переместился ко мне ближе.

А я так надеялась, что удастся мирно решить вопрос.

— Да куда же Захар положил этот конверт?! — хлопнул Савицкий ладонью по столу, и я схватила мальчика за руку.

Первые годы после смерти, призраки ещё помнят, что такое быть живым: дышать, голодать, ощущать ветер на коже. Но с годами воспоминания стираются. То ли сами призраки стараются забыть то, что никогда не смогут почувствовать, то ли информация сама стирается за ненадобностью, но факт есть факт. Призраки напрочь забывают о том, что такое боль и страх. Они верят, что их нельзя повторно убить или причинить им вред.

Вот только они неправы.

Маг смерти — это не толпа зомби, как думают многие некомпетентные одарённые. Магия смерти многогранна, и общение с душами усопших — одна из граней.

Стоит ли удивляться, что не все призраки белые и пушистые? Поэтому мы можем не только видеть, слышать и призывать, но ещё и отпускать их. А ещё привязывать к себе. А это неприятно, и, вероятнее всего, болезненно. Во всяком случае, орут они в этот момент так, словно их раскалёнными углями заживо фаршируют.

Вот и мальчик заорал. Пронзительно, до хрипоты. Ну а что делать? Привязка — самый быстрый способ взять под контроль призрака. Не думаю, что Савицкий спокойно бы стоял и ждал, пока я рунный круг на полу изобразила бы.

— Нашёл! — воодушевлённо воскликнул Аркадий, мальчишка как раз перешёл на жалобные и обиженные стоны.

Медленно заводя руку за спину, продолжала крепко сжимать детское запястье и следила за Аркадием.

— Думала провернуть за моей спиной? — вперился в меня взглядом мужчина, вспомнив, что он тут играет роль рассерженного тирана.

— Больно же, отпусти, коза колченогая! — в ухо взвизгнул призрак.

Ох, сказала бы я, если бы смогла придумать универсальный ответ обоим. Обидно же, у меня шикарнейшие ноги!

Глава 12

— До сих пор не понимаю, о чём идёт речь, — продолжая удерживать вопящего призрака, ответила Савицкому.

Уж если выбирать собеседника, то точно по жизненному признаку.

Вместо ответа мужчина швырнул на край стола пухлый конверт, со сломанной сургучной печатью.

Даже с этого расстояния видела, что на штемпеле значилось имя Екатерины.

— То есть вы ещё и корреспонденцию мою читаете? Что ещё? Может охрана по вашему приказу меня изводит? — задрала подбородок, став едва ли не выше хозяина кабинета.

Лучшая защита — нападение. Особенно когда в ответ ждут только оправданий и нечленораздельный лепет.

И ведь снова угадала, у Аркадия натурально отвалилась челюсть.

— Что? Какая охрана? — сбился с настроя он. — Это мой дом, конечно, я читаю всё, что считаю нужным, — быстро взяв себя в руки и запыхтев ещё сильнее, возмутился мужчина.

— Ну тогда вы в курсе, что я-то с содержимым конверта не ознакомлена, — небрежно кивнула на бумаги и неспешно отправилась к ближайшему креслу.

Можно было и постоять, да и этикет наверняка предписывал, как минимум дождаться разрешения, но привязка грозилась перейти в финальную стадию. А это, знаете ли, иногда имеет сногсшибательный эффект, буквально.

Савицкий мою наглость проигнорировал, и схватив злосчастный конверт, навис надо мною. Вот могла бы, с удовольствием отвернулась. Зрелище снизу было, мягко говоря, не для слабонервных.

Почему он такой толстый? И судя по цвету лица и общей отёчности ещё и нездоровый.

— Отпусти-и-и, — продолжал тем временем выть мальчишка, сбивая меня с мысли.

Ладно, хоть чернота начала уходить из его ауры, и можно было сосредоточиться на живых.

— Скажи ещё, что не понимаешь, откуда пришёл ответ? — сощурился Аркадий, но уже не так уверенно, как несколько мгновений ранее.

— Абсолютно, — вцепившись в брыкающегося мальчугана, подтвердила с чистым сердцем.

Катерина-то может и знала, но я не соврала ни единым словом.

Дядя опять прищурился, и вот тут я почувствовала лёгкое ментальное воздействие. Охренеть, и никто ведь не предупредил, что в опекунах у меня числится мозгоколупатель!

Ну а чего? Они — не самые приятные маги, между прочим. Ладно, сами тайны всякие узнают, так ведь и с удовольствием ими делятся, не забесплатно, конечно, но всё равно неприятно, когда именно в твоих мыслях ковыряются.

Савицкий не наглел и глубоко не влазил, только считал по самым верхам, скорее всего, ограничившись эмоциональным откликом на свои слова. С одной стороны, это он удачно вопрос задал, а вот с другой теперь необходимо постоянно быть начеку. На полноценный щит мне пока сил не хватит, максимум закрыться на пару минут.

Мужчина удивлённо крякнул и втиснул мне в руку документы. Из-за чего бы иначе сыр-бор разводить, не сплетни же там и не прогноз погоды.

Призрак вопить перестал, да и привязка завершилась, поэтому под злобное сопение мальчишки, взяла наконец-то в руки стопку бумаг.

Читать-то я умела, но вот смысл пока улавливала не всегда. Так что часть скорее угадывала, чем понимала.

Определённо у меня в руках был официальный ответ из государственного архива. И без сомнений, Катерину послали далеко и надолго, апеллируя к каким-то нормативным документам и установленным порядкам. Отписка хоть и была составлена высокопарно и излишне витиевато, но имела подпись графа Орлова, руководителя всей этой бюрократической шарашки, так что не придерёшься.

Обидно, зато из ответа легко удалось вычленить, что именно она хотела получить.

А хотела она доступ к материалам по расследованию смерти батюшки. Нормальное желание же, и чего Савицкий изволил так вопить?

— Жаль, — деланно равнодушно собрала бумаги в стопочку и отложила в сторону.

— Жаль? — моментально вспылил Аркадий. — Да как ты посмела за моей спиной такие запросы подавать?

— Вас удивляет желание знать правду? Или, может, вам невыгодно, чтобы я её узнала? — откинувшись на спинку кресла, посмотрела на мужчину в упор.

Я прямой выгоды не видела, у Чернышёвой ничего не было, вот совсем. Титул временный, род тоже, имущество в багажнике, да и то не её собственное. Да она даже в качестве потенциальной невесты не особо котировалась.

Но ведь отчего-то Савицкий устраивал все эти танцы с саблями. Неужто на племянницу не настолько плевать? Так и тут не сходится. Одна угроза вышвырнуть её на верную смерть чего стоит.

— Мы говорили уже об этом, и не раз, — мужчина тяжело плюхнулся в обитое тёмной кожей кресло, и вытер пот со лба. — Нельзя тебе туда лезть. Нельзя. Хочешь по стопам отца пойти?

По стопам не хотела, не любила я бесцельное существование, а быть мёртвой ещё больше, но правду узнать захотелось с утроенной силой. И за Катю отомстить, и виновных наказать, да и устроиться в жизни не мешало бы. Ну и любопытно стало, не без этого.

— Вы же понимаете, что я не отступлюсь, — с нажимом подалась вперёд. — Мне терять нечего.

Призрак с интересом уставился на меня, пристроившись на подлокотник хозяйского кресла, и даже голову о сложенные руки, подпёр.

— Ты ведь не Катя?

Какой проницательный мальчуган мне достался. Не даром сотни лет вокруг живых крутился. Надо бы хоть выяснить, к чему или кому он привязан был, а то вдруг к главе рода. При таком раскладе он мог стать источником информации более полезным, чем Поля, обладающая только общими знаниями.

Кивнула, в надежде, что опекун расценит этот жест за проявление упрямства, и отвела глаза от греха подальше от призрака. Есть у меня слабость, всё время забываю, что другие люди их не видят, вот и попадаю в неловкие ситуации.

— Да не собирался я тебя изгонять, — по-своему понял меня Аркадий. — Но и в дела Чернышёвых тебе лучше не лезть. Не всё можно решить деньгами. Да и куда тебе… — с досадой махнул он рукой.

Интересно девки пляшут. А кто тогда должен лезть в дела Чернышёвых, если не единственная обладательница фамилии?

Что-то сверх озвученного Савицкий сообщать не спешил, погрузившись в очередной раз в изучение содержимого ящиков. В то время как мальчишка активизировался и начал размашисто семафорить руками, недвусмысленно предлагая выдвигаться на выход.

Может и стоило покинуть обитель папок и бумаг, призрак явно горел желанием пообщаться в отличие от опекуна.

— Спасибо, что соблаговолили ознакомить с ответом, — холодно бросила я вставая.

Аркадий оторвался от поисков и уставился на меня поросячьими глазками, чтобы спустя пару мгновений опомниться и кинуть на стол несколько цветных прямоугольников:

— Забери, счета разблокированы, только прошу… — помялся он, покусывая мясистые губы. — Не делай глупостей.

Да без проблем. Никаких глупостей. И насрать, что наши определения не совпадают.

— Благодарю, — чинно склонила голову, подхватила подношение и развернулась, чтобы покинуть Савицкого.

Призрак летел рядом, старательно имитируя походку и гордо задирая нос. При условии, что выглядел он как мифический ангелочек, то выглядело это очень забавно и даже плотная чёрная аура вокруг него не сильно портила впечатление. Подумаешь злой ангел, с кем не бывает.

Уже в дверях опомнилась и вернулась к Савицкому:

— Насчёт охраны я не шутила. Если я вам хоть немного не безразлична, то предлагаю их уволить, — и усмехнувшись, добавила: — А ещё лучше допросить с пристрастием.

— Это бойцы рода Савицких. Я не могу их уволить, — отзеркалил он усмешку и веско добавил: — У меня нет повода не доверять бойцам своего рода.

Значит, бойцы. Солдаты на службе главы рода, и связанные с ним же клятвой. Боец не боец, всё одно — слуга.

Что ж, не я это начала.

— Хорошо, тогда у вас станет на двоих бойцов меньше, — без тени улыбки ответила я и хлопнула-таки дверью под довольное хихиканье призрака.

Возможно, Савицкий не принял мои слова за угрозу, но, откровенно говоря, мне было плевать. Я предупредила? Честно предупредила, а дальше уже не мои заботы. Набрал в бойцы дебилов, поручил им непонятно что, вот пусть сам и разгребает последствия. В конце концов, люди смертны, и хрен докажешь, что это не так. Уж кому знать, как не мне.

Нет, сразу убивать их я не собиралась. Рано мне ещё тащить за собой кровавый шлейф, но и щадить не стану, если нарвутся на очередной залёт. Да и побеседовать не мешало бы. Не люблю намёки.

— Так ты кто? — подлетел к самому лицу мальчик, перегородив дорогу.

— Маг в пальто, — шёпотом отозвалась я, не сбавляя шага.

Зря я рассчитывала на продуктивный разговор, мальчугана переполняло банальное любопытство. А я так надеялась, так ждала.

Ой, да кого я обманываю. Ни на что я не рассчитывала, просто момент, удобный для завершения неудобного разговора, подвернулся.

Призрак испуганно отпрянул, стоило слегка задеть его ногой и обиженно засопел, демонстративно утерев абсолютно сухие глаза.

— Зря стараешься, — бросила я и направилась к лестнице.

Всё равно другого направления не знала, а аппетитные ароматы именно у лестницы разносились сильнее всего. А где запах, там и пища, а жрать хотелось так, что даже живот Савицкого казался вполне пригодным в употребление запасом сала.

— Твоя комната в другой стороне, — буркнул в спину призрак, но я пошла на запах.

Глава 13

Кухню я отыскала без проблем, ориентируясь не только на усиливающийся аромат, но и на звуки. Трудно не распознать стук ножа по разделочной доске, звон поварёшки в кастрюле, или скворчащее мясо на сковородке.

Готовить я не умела, вернее, не любила, а вот наблюдать за чудом превращения горстки разрозненных продуктов во что-то восхитительно вкусное, всегда была не прочь. Успокаивало меня это занятие, особенно когда никто к помощи припахать не пытался. А как заставишь чистить картошку того, на кого и смотреть-то боишься?

Вот и сейчас, я застыла на пороге просторного помещения и с улыбкой наблюдала за двумя тётками, что сноровисто шинковали, помешивали и месили.

Легко догадаться, что перед тобой профессионал, по каждому отточенному движению можно определить не только натренированного воина, но и мастера более мирных профессий. И эти женщины точно были умелыми кулинарами, а ещё обе были одарёнными.

Я сперва не поверила глазам, но вернувшаяся вместе с магией способность к чтению ауры, не врала — обе поварихи обладали магией, причём на уровне Максима, не меньше. Неплохо так живут местные аристократы, если им настоящие маги жрать готовят.

Поля, кстати, пока была самой сильной из всех кого я видела. Единственное что, в академии я народ особо не разглядывала, но вот сам Савицкий и его остальные бойцы Полине уступали. Умений у неё, может, и нет, но вот потенциала — полные источники.

— Так всё же? Где Катя? — не отступал мальчишка, отвлекая от созерцания кулинарного мастерства.

И не ответишь же, тогда точно заметят. Если решат, что я с головой перестала дружить, может быть хуже.

С привязанными сущностями, включая призраков, можно обходиться и мыслеречью, одно плохо — энергия нужна или у одарённого, или у сущности. И пусть у мальчишки энергии было с избытком, но он явно понятия не имел, как связаться со мной менее традиционным способом, вот и орал в ухо.

Научить совсем нетрудно, но для этого придётся говорить, и желательно через рот, энергии в источниках такие крохи, что их даже резервом ещё зазорно называть. Но сперва, надо тело накормить. Еда неплохо помогает с восстановлением сил, да и в физическую норму тело необходимо будет привести. В общем, еда — это не только вкусно, но и полезно.

Скинув с себя флёр ностальгии, сделала шаг вперёд, чтобы тут же приковать к себе внимание. Вот чёрт, видимо, сама Катерина на кухне не бывала. А, ну да, она же элита, она же аристократка, сидела поди голодная и ждала, пока её соизволят обслужить. Фу такой быть. Людей надо уважать, если они этого достойны, чтобы там в метрике ни значилось.

— Добрый вечер, — застенчиво улыбнулась я женщинам.

Хрен его знает, в каких отношениях они с Катей были, лесть — штука такая, лишней не бывает:

— Так вкусно пахнет, что не удержалась и пришла к источнику, — и опять улыбка, но уже заискивающая.

Догадаются или просто офигеют от такого поворота?

— Ой, батюшки, Екатерина Алексеевна, вы ж только приехали, — всплеснула руками повариха, что вымешивала целый чан теста. — Кушать, наверное, хотите? — и, не давая мне опомниться от радости, ловко освободила небольшой столик у входа.

Стол тут стоял неспроста, и явно пользовались им по предназначению, ну то бишь за ним ели. Судя по скромному набору специй, ютившемуся у самой стеночки — это место трапезы местных работников. Мне бы возмутиться, нос задрать, визжать начать, Катерина наверняка именно так и поступила бы, но я-то не она. Да и глупо так себя вести с теми, кто мог принести пользу. Как минимум это не дальновидно.

Женщина проворно метала на стол разнообразные закуски и кудахтала, не замолкая ни на секунду. Диет бывшая хозяйка моего тела, явно не признавала, ну или в женщинах проснулся материнский инстинкт вперемежку с профессиональными амбициями.

Передо мной красовались блюда с различной выпечкой от сладких маленьких булочек до огромных пластов пирогов, исходящих жаром. Тут же появился кувшин с чем-то ягодно-фруктовым и мгновенно запотел в натопленном помещении.

Я чуть не зарычала от предвкушения, когда перед самым носом бухнулась тарелка с похлёбкой, странного фиолетового оттенка.

— Аглая, пироги — это десерт, сначала суп, — вручила мне ложку вторая женщина, молчавшая до этого момента. — Кушайте, госпожа, кушайте. Такого борща в ваших академиях не подают, — с теплотой в голосе напутствовала она.

Это мне было не ведомо, но борщ, как назвала похлёбку повариха, пах так, что живот отчаянно вопил на всю кухню.

— Нате вот ещё, — рядом появилась миска с белым густым соусом и пирамидка из обжаренного хлеба, щедро покрытого маслом.

Ну, приступим.

— Да побольше сметанки кладите, что ж вы так скромничаете, — запричитала Аглая, когда я подцепила немного соуса. — Свежая же сметанка, утром только привезли.

Ну утром так утром, и уже увереннее зачерпнула полную ложку.

Это было восхитительно. Я даже глаза прикрыла, чтобы не видеть глумливое выражение на лице у призрака. Правда, долго его настроение на уровне издёвок не продержится. Он ещё не знает, что при желании и должной мотивации маг смерти может с призраком поделиться собственными ощущениями. Вот его сюрприз ожидает, когда восстановлю чуток сил и доем миску это шедевра.

Да, шедевра. Ни капли не лукавила. Женщины определённо знали толк в кулинарии.

— Ох, аппетит то, какой нагуляли, — умильно причитала сердобольная Аглая, не забывая двигать мне под руку гренки.

И гренки тоже были шедевральными.

— Да куда в тебя столько лезет? — с досадой заканючил мальчик, когда я залпом выпила стакан, доверху заполненный морсом.

Что ж, наваристый борщ, кисло-сладкий морс сделали своё дело, и я отчётливо ощущала в себе крохи магии, которые можно было сберечь на ментальный щит, а можно было обрести верного союзника.

Чтобы отпустить такого матёрого призрака энергии нужна такая прорва, что одной миской не отделаешься, да и котлом тоже. Так что, раз он ко мне привязан на неопределённый срок, то хоть пусть почувствует выгоду от сотрудничества.

Собрав энергию в кучку, подчистую опустошив резерв, я откусила мясной пирог. Сочный до такой степени, что золотистый бульон тонкой струйкой потёк по подбородку. Но кого волнуют такие мелочи?

Мальчик застонал в голос одновременно со следующим куском, в который вонзились мои зубы. На передачу дальнейшей трапезы, к сожалению, энергии мне уже не хватало, но натурально округлившиеся глаза мальчугана подтверждали моё предположение: теперь он мой, вместе со всеми потусторонними потрохами.

— Аглая, ты настоящая кудесница, — не вытерпев, похвалила с набитым ртом, зардевшуюся повариху и поспешно повернулась ко второй женщине: — И вы, конечно, борщ потрясающий. Спасибо вам обеим огромное.

Могла бы, растеклась восторженной лужицей окончательно, но приходилось сдерживаться. Не думаю, что настоящая Екатерина впала бы в натуральный экстаз, отведав местной пищи, как минимум она была уже привычной. Хотя, скорее всего, она со своей спесью, банально не снизошла бы до благодарностей слугам, принимая работу как должное.

Получив в дорожку тарелку с пирогами и бутылку с морсом, покинула царство ножей и кастрюль, под заботливое щебетание женщин. Даже Варвара, и то оттаяла, стоило умять в одно лицо всю предложенную снедь.

— Веди, — шепнула притихшему призраку, как вышла в коридор.

Мальчуган молча рванул в сторону, забывая периодически, что я-то вполне себе материальная и срезать дорогу через стенки не могу. Так что приходилось искать обходные пути.

Хотелось бы верить, что никаких средств слежения в стенах не натыкано, а то я определённо стану звездой вечера у охраны.

Вроде и нестрашно, но быть посмешищем за просто так, мне совсем не хотелось. Ладно бы ещё для дела, или с выгодой какой, но то и дело натыкаться на глухие стены только потому, что мой призрак провожатый впал в шоковое состояние, испробовав пирога Аглаи — это уже перебор.

Вообще, немного удивляли те расстояния, которые я преодолела. Ну не настолько особняк огромный, чтобы блуждать по нему десятки минут. Допускаю, что как в любом старом здании, тем более родовом, тут целый лабиринт, но кругами-то мы тоже не ходили. Вот что-что, а ориентироваться на местности я умела, и в голове рисовался детальный план всех переходов и поворотов.

— Пришли, — завис у самой обычной двери мальчик, когда я почти дозрела, чтобы схватить его за грудки.

А далеко, однако, родственницу отселили. Сами Савицкие занимали весь третий этаж, а мы же все также находились на первом. Некрасиво. Я это ещё припомню, при случае. Может, и без злого умысла, но пристыдить оппонента иногда очень уместно.

Не скрою, дверь толкала со смесью опасения и предвкушения, подспудно ожидая увидеть материальное подтверждение опального положения Катерины в доме Савицких.

Но нет, обычная комната, гораздо более комфортная, чем номер в общежитии. Кровать, стол, телевизор на полстены, куча девчачьих побрякушек, вроде игрушек. Миленько.

Призрак в своём бархатном костюмчике вполне вписывался в местный интерьер. Даже озадаченная мордашка не портила впечатление.

Понадеявшись, что до прослушки Аркадий не опустился, я хлопнулась на кровать и повернулась к мальчику, зависшему в центре комнаты:

— А теперь давай познакомимся. Айрин Манрет, сердра Неотвратимой, маг смерти, душа другого мира.

— Павел Несторович Воронцов, — вяло отозвался призрак, проигнорировав мои титулы.

— В смысле Воронцов?

Глава 14

Удивил меня мальчик, ничего не скажешь. Я-то рассчитывала услышать другую фамилию, накрайняк хотя бы Чернышёва, а тут совсем мимо. Что вообще может делать дальний родственник мажорчика в доме у чужого главы рода?

Собственно, не тушуясь, я и задала этот вопрос Павлику. На Павла Несторовича он точно возрастом не вышел.

— Слежу, — пожал он плечами, словно этого достаточно.

— И за кем?

— За всеми, — очень исчерпывающе ответил мальчик.

Этак мы до утра выяснять будем, за окном-то уже вполне себе ночь наступила. Но на радикальные способы добычи информации из потусторонней сущности, энергии не было, а жаль. Сколько времени бы сэкономили, получи я доступ к памяти призрака. И сама бы многое узнала о жизни в усадьбе, и на заказчиков такой специфической разведки посмотрела.

Но задать наводящие вопросы мне не дал стук в дверь. Ну как стук, в неё для приличия стукнули разок и тут же толкнули.

— Не спишь? — утвердительно спросила Поля, и не спрашивая, прошла внутрь.

Бесцеремонность точно не была её фишкой, поэтому я с интересом разглядывала потерянную девушку и ждала продолжения шоу.

Как-то резко количество растерянных людей и нелюдей вокруг меня стало увеличиваться, не выдать бы себя так раньше времени.

— Ко мне отец заходил, — выбрав себе место и присев в кресло, начала рассказ Полина, старательно не смотря мне в глаза.

Нет, отчего она его так боится? Не самый приятный, конечно, человек, но видала я и похуже. Да чего уж говорить, мой собственный отец продал меня в храм за мешок зерна. Аркадий по сравнению с ним — отец года, не меньше.

— Я никогда не говорила тебе, — осеклась она. — Кате не говорила. В общем, отец — незарегистрированный менталист. Не знаю, знаешь ли ты, кто это такие, — тяжело вздохнула она.

Вот ещё бы я не знала. Судя по всему, мои знания простираются гораздо глубже и дальше, чем у местных. По части магии, конечно. Но уточнять этого я не стала, уж больно интересно стало, к чему она вообще ведёт. Не воздействует же он на неё? Такое не прощают.

— Он всегда знает, кто и что замышляет, и это неимоверно… бесит! — вдруг ударила рукой по подлокотнику кресла, повысив голос. — Он хоть и слабый менталист, но врать ему не получается. Так что, прости, он знает, что ты прошла регистрацию.

Тю, всего-то. Ну, знает и знает, хотя за сюрприз обидно.

Радовало, что сама Поля явно переживала, что информация ускользнула именно из её головы, и это тоже развязывало мне руки.

— Если хочешь, я могу научить тебя закрывать мысли, — негромко высказала я предложение.

Нет, какая же она неопытная. Вот откуда ей знать, что я правду говорю? Она ведь не усомнилась, вот совсем, ни на секунду не задумалась, прежде чем с радостью согласиться.

— И если хочешь, могу обучить основным техникам, — решила добить её окончательно.

Мне нетрудно, ей полезно. Да и сильный союзник куда полезнее, чем рафинированная леди.

Поля учиться хотела, так хотела, что своим энтузиазмом выморозила мне комнату, демонстрируя умения. Умений, кстати, было совсем негусто.

— И все у вас такие подмастерья или где-то обучают более… — пощёлкала я пальцами, стараясь подобрать менее обидное определение: — Более боевые направления?

Савицкую упрашивать не пришлось и она вывалила на меня целый ворох информации, опять несистематизированный, но обильный.

Боевых магов обучали, причём в достаточном количестве. Обучали в закрытых имперских учебных заведениях, с жёсткой дисциплиной и временной клятвой верности. А ещё с последующей отработкой стоимости обучения.

Аристократы не очень охотно шли в военные академии, что не удивительно. Семь лет якшаться с простолюдинами не каждый из них выдержит. Ну и бытовые условия там тоже не шли ни в какое сравнение с привычным комфортом. Всё-таки родовитые одарённые получали обучение внутри самого рода, ну а в гражданских академиях обзаводились полезными связями, изучали общие науки и отрывались перед взрослой жизнью.

Конечно же, не все аристократы имели возможность постичь тайны владения даром внутри рода. Случай Чернышёвой, когда от рода одна бумажка, не такая уж и редкость. Да и просто обедневших родов не счесть. А в случае боевых магов — диплом не такая уж и фикция, ведь к нему прилагались реальные знания и умения.

Не сказать, что навыки отличались разнообразием, но как минимум устанавливать щиты и усиливать тело, умели все выпускники. А ведь это немало, иногда вовремя выставленный щит мог спасти не одну жизнь. До настоящих магов моего мира им далеко, примерно как мне до утончённой певички, но всё не тупое использование одной стихии, годное только на фокусы, демонстрируемые в салонах и дуэлях.

Да и боевой маг — ресурс ценный, его беречь надо, тем более что суммы за обучение ломили такие, что выпускники порой десятилетиями отрабатывали вложенные в них средства. Для многих обучение в закрытой академии было единственным билетом в жизнь, и они с радостью напяливали этот хомут на шею.

Но надо отдать должное, насильно будущую опору власти никто в кабалу не тянул. У них даже выбор был, согласно склонностям мага: Изнанка и сдельная работа или гвардия наверху, но на точный срок. Неплохие, в общем-то, условия. Мне такого выбора никогда не давали.

Полине такая роскошь, как домашнее обучение не светила. Савицкий придерживался мнения, что девушке лишние знания ни к чему, только характер портить. Братишку обучили на совесть, а вот Поле — хрен с маслом. А ей хотелось. Не столько владеть именно боевой магией, а сколько получить то, чего лишили только из-за отсутствия причиндалов.

— Я правильно понимаю, Изнанки ты боишься, но стать полноценным боевым магом с рангом не ниже магистра всё-таки желаешь? — уточнила я на всякий случай.

— Именно, — решительно мотнула гостья головой и преданно уставилась на меня.

— А нахрена?

— Доказать что могу, — старательно сохраняя уверенность, ответила она.

И ведь не врала. Боялась до усрачки, но не врала.

— Кому доказать? — продолжила давить я.

Мне было плевать, даже если внутри светлой головки полные табуны тараканов, но эти тараканы должны быть преданы только мне, и точно понимать, в какую сторону маршировать.

— Себе, — выпалила Поля.

Ну… Молодец девка, может, и выйдет из неё толк.

* * *

Аркадий Владимирович вернулся в кабинет от дочери в растрёпанных чувствах.

Кто бы мог подумать, что у Чернышёвой, спустя столько лет, вдруг откроется дар? Ни он сам, ни многие приглашённые специалисты не рассчитывали на такой исход, давно махнув на девушку рукой. И вдруг такой неожиданный поворот…

Ещё ни разу у совершеннолетних наследников древних родов не просыпались силы. По правде говоря, и наследники с отсутствующей магией для таких родов тоже дело небывалое. Но кто бы мог предположить?

Плеснув себе виски из бутылки, заботливо припрятанной за рядом менее ценных экземпляров, Аркадий задумчиво рухнул в кресло. Не успел пригубить благородного напитка, который берег на особые случаи, как в кармане раздалась трель телефона.

Мельком прочитав сообщение, мужчина зло швырнул аппарат в стену:

— Да как он посмел?!

Племянница Аркадия Владимировича была упёртой и самоуверенной, но в какой-то мере это вызывало уважение. Екатерина — его головная боль, высокомерная и заносчивая. И даже проснувшаяся магия, а вместе с ней и проступившие, откровенно мрачные перспективы, не меняли сути. Катя была своей, родной, а тут такая наглость!

— Захар! — рявкнул в сторону дверного проёма глава рода Савицких.

Из-за приоткрытой двери аккуратно выглянула взлохмаченная голова. Затем, оценив отсутствие угрозы, в кабинет втёк весь помощник целиком.

Вспышки гнева и порча имущества не были характерны для Аркадия Савицкого, поэтому Захар заходил в кабинет с опаской. Не так часто доводилось видеть начальство в столь взвинченном состоянии.

— Вызывали, Аркадий Владимирович? — аккуратно склонил голову молодой человек, застыв у самого входа и стиснув в руках планшет.

— Поднимай Самойлова и Левинского, — хмуро приказал хозяин кабинета сквозь тягостные раздумья.

Захар замялся, не спеша покидать помещение. Он отчаянно боялся уточнять причину вызова главы безопасности и юриста. Но всё же рискнул.

— Ожидаются неприятности? — тактично предположил молодой человек, отступив на самый порог.

Савицкий хоть и не обладал тягой к членовредительству, но рука у него была тяжёлая.

— Ожидаются, Захар, ожидаются, — фыркнул Аркадий и припечатал ладонью столешницу. Да с такой силой, что несколько неаккуратно лежавших листов бумаги плавно спикировали на пол. — Готовимся к войне.

Планшет жалобно заскрипел под натиском побелевших от неосознанного усилия пальцев. Впрочем, скрипом всё и ограничилось. Новая модель была не только дорогой, но и на удивление крепкой.

Захара ждали несколько поистине суматошных часов.

Глава 15

Отправить Полину восвояси было непросто. Да и то, удалось мне это, только тогда, когда воодушевлённая девушка потратила последние запасы энергии на удачный призыв стихии, изобразив на кончике пальца слабенький воздушный вихрь.

Сонную, расслабленную, но неимоверно счастливую кузину пришлось собственноручно выводить из покоев, где её тут же подхватила обеспокоенная горничная, сбившая все ноги в поиске хозяйки.

— Покормить бы её, — тихо заметила я, на что получила только пренебрежительное фырканье.

Нет, всё-таки негостеприимный дом у Савицких, во всяком случае, по отношению ко мне. Одни поварихи отнеслись к сиротинушке, как и подобает добрым тётушкам: накормили, напоили и спать отправили. Возможно, столкнись с ними Катерина ранее, то и на кухне ждал бы облом. Но, слава Неотвратимой, Чернышёва брезговала появляться на территории прислуги. Так что на вкуснейшие пироги и сытный обед, я могла рассчитывать.

Собственно, туда я и направилась. Поля подъела запасённые булочки, а в резерве, как был ноль, так он и сохранялся, ещё и Павлуша выклянчил глоточек морса. И главное, как складно пел:

— Пирог попробовал, а запить не получилось, — почему-то упрекнул меня призрак, а не упрашивал, как полагалось делать благодарному привидению. — Двести лет во рту ни капли. А ты какие-то крохи сил экономишь. На ребёнке, между прочим, экономишь!

В чём-то он был прав. Призрак, он не призрак, а всё ребёнок, пусть и мёртвый. Так что я потратила, собранные по капле, крохи энергии на этот чёртов глоток морса. Можно было, конечно, с их помощью ускорить процесс пробуждения остальных источников, но жалко мне Павлушу стало, если честно.

Так что к наступлению ночи я была опустошённой, уставшей и опять голодной, но хоть Павлик успокоился и плыл за мной с благостной миной. Да и Поля оказалась способной ученицей, что радовало уже меня.

А вот ночная жизнь в усадьбе удивила. Куда это они такими табунами носятся? И ведь не горничные какие-нибудь по коридорам шастали. Бойцы это. И пусть в лицо я никого толком не успела узнать, но и перепутать боевого мага и уборщицу довольно сложно.

С моего отшиба путь до кухни шёл через главную лестницу, у подножия которой образовалось целое собрание. Аркадий во всей своей пузатой стати и двое мужчин посолиднее. В возрасте тоже, но не отягощённые столь выдающимися частями тела. Полные противоположности друг друга. Один крупный, мускулистый, а другой невысокий и сухой.

— Я понял тебя, Саша, — поморщился Аркадий, обратившись к седовласому и некрупному мужчине. — Постараемся потянуть хотя бы с официальным объявлением, но готовиться будем по худшему варианту.

— Аркадий Владимирович, я уже обращал ваше внимание, — попытался вставить свои возражения собеседник, но был прерван.

— Это дело рода! — выразительно произнёс Аркадий, добавив металла в голос. — Видимо, стоит напомнить тебе, что ты приносил этому роду клятву.

Аж скривилась от пафоса, с которым исторгал из себя слова Аркадий, но в тень отступила. Интересно же.

— Аркадий… Владимирович, я всё-таки настоятельно советую пересмотреть приоритеты, — заявил мужчина. — Екатерина не тот актив, чтобы вкладывать в неё такие ресурсы.

Опаньки, всё страньше и страньше.

— Не забывайся, — процедил Савицкий, нависнув над собеседником.

Учёл опыт недавних переговоров со мной и сейчас занял заранее выигрышную позицию, оккупировав ступеньку.

— А ты что скажешь? Тоже предложишь от родной крови отказаться? — развернулся Аркадий ко второму мужчине.

— Никак нет, — лихо отозвался он, смотря прямо на патрона.

Чтобы раздать роли мужикам из этого спектакля, много времени не понадобилось. Кого вызывают, когда на горизонте маячит заварушка? Воинов, да бумажных дел мастеров.

— Вот Саша, — с нескрываемой гордостью улыбнулся Савицкий и повернулся к первому мужчине. — Учись как надо.

Вояка отчётливо хмыкнул, но продолжил стоять прямой, как палка, весело сверкая глазами. Разве что рожи потешные в сторону коллеги строить не начал.

Какие интересные у них между собой отношения. Но это ладно, к делу не относится.

А вот дядечка, что меня в активы записал, мне уже не понравился. Законник, как пить дать. Не люблю их. Изворотливые, расчётливые и себе на уме.

— Юрист рода это, — прокомментировал Павлик, про которого я успела забыть. — Александр Яковлевич Левинский. Прохиндей ещё тот, но надо отдать должное дело своё знает.

Вот на что этот мелкий призрак вообще намекает? Так и сладенького можно лишиться. Вот не буду для него вкусняшки пробовать, быстро вспомнит, кто его кормит. Посидит с месяцок на одной крайне полезной, но безвкусной овсянке на воде и посмотрим, чью сторону в спорах принимать начнёт.

— А второй? — одними губами обозначила я вопрос, ну и нахмурилась для убедительности.

— Самойлов Юрий Николаевич, глава безопасности.

— Много про них знаешь?

Павлик чуть не лопнул от гордости и важно кивнул, взмыв в воздухе почти до самого потолка. А потолки тут высокие, метра четыре, не меньше.

Ну и ладно, повисит на сквозняке, авось сам передумает. Всё равно заставить силой говорить, пока не в состоянии, а просто ребёнка запугивать, как-то недостойно взрослого человека. Проще подкупить.

Но, вариант со сладостями оставлю на потом. Сама бы не прочь попробовать местных десертов.

О чём вот думаю? А всё голод виноват.

Прямо под Павлушей возник молодой человек и чуть не выронил планшет из рук, заметив меня в тени коридора.

— Екатерина Алексеевна, — прочистив горло и явно пряча за этим жестом неловкость, поздоровался он.

Что примечательно, голову он склонил очень даже глубоко, выказывая искреннее уважение.

— Захар, — расщедрился на подсказку призрак. — Секретарь Савицкого.

Я ответила лёгким кивком и продолжила молча стоять, подпирая собой стену.

Вроде верно всё расценила, но молодой человек совсем стушевался, не зная, как реагировать на моё молчание, а возможно присутствие в целом.

— Ночь на дворе, госпожа Чернышёва, — застенчиво начал Захар, искоса поглядывая на мужчин на лестнице. — Не стоит ли отправиться отдыхать?

— Тогда можно пропустить всё веселье, — усмехнулась я, не двигаясь с места.

Мужчина смутился ещё сильнее, но его спас громкий возглас со стороны лестницы:

— Захар, чтоб тебя! Только за смертью и посылать!

Вот тут я не выдержала и прыснула от смеха. Как удивительно точно попал Аркадий.

Несчастный секретарь окончательно поник, явно не так расценив причину моего веселья. Поклонился на прощание, буркнув себе под нос что-то подобающее случаю, и уныло поплёлся в сторону хозяина.

Стоило Захару показаться в поле зрения Савицкого, как все трое резво поскакали по лестнице, на ходу продолжая разговор, но так тихо, что с моего наблюдательного пункта ничего полезного разобрать уже не получалось.

— Павлик, а Павлик, — позвала я мальчика. — Хочешь конфетку?

Звучит-то как. Из меня получился отличный герой детских страшилок.

— Шоколадную? — заинтересовался он, а потом взял и добил мою решимость подкупать мёртвое дитё сладостями. — Не пробовал никогда шоколад.

Нет, ну нормально вообще? Меня же совесть загрызёт.

— Шоколадную, — тем не менее согласилась я.

— Разговор услышать хочешь? — догадался мальчуган.

— Хочу. И разговор, и новости.

— Тогда ещё зефир, — хитро улыбнулся он, и я чуть опять не рассмеялась.

— Если это съедобное, то и на зефир согласна, — выдавила я, старательно напрягая скулы и с трудом, но удерживая серьёзное выражение лица.

— Едят вроде, — задумался он. — Да не, точно едят. Полька лет пять назад целый пакет стащила и весь съела, а потом неделю в прыщах ходила, Аркадий запретил их лечить, в назидание.

И как после такого отзыва не захотеть попробовать? Даже если и обсыплет прыщами, невелика потеря. Нет, вру, конечно, мордашка у меня что надо, но прыщи не шрамы — пройдут.

Павлик, продолжая тихо перечислять, кто, что и когда ел, втянулся в потолок и оставил меня одну. А я отправилась наконец-то на кухню. Мне теперь ещё и обещание выполнять, и конфеты искать, и самое главное, энергию на передачу ощущений восполнять.

Вокруг царил настоящий переполох, но в царстве еды, Варвара и Аглая держали оборону, и суету извне на порог не пустили. Хотя они и сами могли дать фору любому кипишу, стоило только услышать про голодающих в ночи сиротинушек. Комплексы у них какие-то, что ли? Но такая забота была приятна, чего уж тут. Особенно на фоне всеобщего пофигизма и пренебрежения.

А когда я сытая, довольная и разомлевшая в тепле кухни, собралась-таки на выход, суматоха вокруг меня начала набирать обороты по второму кругу:

— Вот ещё, держите, вдруг перекусить захочется, — впихнула мне в руки Аглая приличных размеров контейнер, излучающий слабый магический фон. — Тёпленькое, свеженькое, двое суток храниться будет.

Хорошее изобретение, полезное. Нужно признать, местные артефакторы — настоящие кудесники.

В общем, выходила из кухни нагруженная, как маленький ишак. Огромный контейнер, ещё две коробочки поменьше и термос. И не бросишь же, вкусно.

Эх, мне бы кармашек пространственный, пусть самый маленький. Мечты-мечты.

Глава 16

Дойти до комнаты без приключений мне было не суждено.

А всё почему? А потому что столкнулась я по дороге с очень интересной процессией, волочащей по дорогому паркету металлические ящики. Солидные такие ящики, явно тяжёлые, да и габаритные, меня в такой точно можно упаковать, и ещё место останется.

Я им даже место уступила и почти прошла мимо, когда услышала фразу, после которой ноги сами повернули за ними:

— Димыч, ты бы аккуратнее, ладно пол царапаешь, а если оно рванёт тут, нас точно оштрафуют.

— Ага, если будет что штрафовать, — заржал в ответ боец, что шёл первым и натужно тянул за собой один из ящиков за ручку.

И ведь тащат свои взрывоопасные игрушки через главное здание. Шалунишки какие рисковые.

— Слушай, Димыч, а нам не влетит, что путь сократили? — встревоженно обратился к первому парню боец, что шёл замыкающим и морщился на каждый скрип ящиков об пол.

— Влетит, не влетит, зато не надо всю усадьбу обходить, — философски ответил Дмитрий.

Интересно, а среди бойцов у Савицких есть хоть кто-то нормальный? То озабоченный Максим, то придурковатые Артём с Киром, и эти два товарища тоже им не уступают. Как-то всё это выглядит слишком… раздолбайски.

Шла я за бойцами аккуратно и тихо, при всём желании эта два недалёких и не шибко сильных парня меня не заметили бы. Путь в тень мне пока заказан, но хватало и простого навыка правильного шага. Идти в такт, смотреть, куда ноги ставишь, держаться укромных мест. Банальный навык любого воина.

Контейнеры оставила на повороте перед неприметной лестницей, ведущей вниз. Не бросила, конечно, на самом проходе. В уголочек пристроила, ещё и кадку с цветком подвинула, скрывая свой съестной схрон. Но волнительно было еду выпускать из рук. Мало ли что там новое появится в дополнение к приправам. Не факт, что смогу справиться, или хватит навыков распознать заранее. Обоняние — штука такая, тренировки требует, а тело не готово абсолютно, даже к усилению, не говоря уже о более тонких изменениях.

Парни, тихо матерясь, начали спуск, пару раз ощутимо брякнув ящиками о ступеньки. Вот как тут глаза не закатить? Ну идиоты же.

— Слыш, Димыч, — позвал более нервный боец и, не дождавшись отклика, заговорил трагическим шёпотом. — А как думаешь, война намечается? Может отсидеться получится?

Неотвратимая меня забодай, он ещё и ссыкло.

— Ага, десять раз, — хмыкнул первый.

— Может тогда ногу сломать случайно? — задумчиво глянув на ящики, предложил трусишка.

Так и захотелось помочь ему в таком важном вопросе, но Димыч меня опередил:

— Утух бы ты, Вано, а то сам знаешь, уши есть и у стен.

Какие поразительно правильные мысли иногда посещают такие недалёкие головы.

Когда ящики брякнули в последний раз, внизу вспыхнуло освещение, высвечивая каждый сантиметр лестницы и грозясь демаскировать меня, стоящую в самом начале спуска.

И что вы думаете, они меня заметили? Вообще нет. Они пыхтели, сопели, матерились, обменивались идиотскими фразочками и пёрли свою ношу дальше. Я даже застыла в готовности в любой момент юркнуть обратно в коридор. Но нет, так и простояла с поднятой ногой, тренируя равновесие.

К счастью, долго балансировать на одной ноге не пришлось, и недотёпы скрылись за одной из дверей. Оттуда раздался натуральный злобный рык, поминающий всю родню бедолаг до десятого колена, и я мысленно поаплодировала. Хоть кто-то в этом царстве халатности пытается выполнять свои обязанности.

Металлическая дверь со скрежетом захлопнулась, и я отправилась исследовать подземный уровень. Было у меня подозрение, что даже застукай меня кто, проблем бы не возникло, но тратить время на ненужные препирательства не хотелось. Смысл? Если уж с кем и вести разговоры на повышенных тонах, то с родственником, ну и с главой безопасности не помешало бы побеседовать. Аж руки зачесались намылить холки бойцам и навести порядок.

Сама не знаю, что именно я ожидала увидеть на этом уровне. Сырое подземелье, склеп, тюрьму? Не довелось мне ещё познакомиться с этой стороной земной жизни, поэтому шла я настороженно, но смотрела зорко.

Наткнулась на стрельбище, оборудованное различными мишенями, причём некоторые из них явно имели передвижные механизмы. Да и артефактов было понатыкано в стенах столько, что можно было сымитировать настоящий бой. Неплохо.

Нашла комнату наблюдения, сплошь увешенную экранами. Что за шкафы стояли в углу и мерно гудели, я не знала, но думается, что это хранилище информации. Полина между делом говорила, что видео с камер можно отсмотреть. Вот это самое видео наверняка там и лежало, и судя по тому, что шкафы активно охлаждались, видео было вещью скоропортящейся.

Нашла склад и даже покрутила в руках лёгкие доспехи, лежавшие на стойке. Лёгкие по весу, а вот по прочности вполне могли посоперничать с кольчужными комплектами моего мира. Удобство и функциональность тоже были на стороне земного снаряжения.

А потом я нашла ЕЁ. Оружейку. Большую, между прочим, и разделённую на секции.

Разложенный на металлических столах арсенал я разглядывала с придыханием. Ну, нравятся мне смертоносные игрушки, куда деваться. А выбор оружия был велик. Я уже успела выяснить основные разновидности, так что опознала и небольшие пистолеты, и винтовки, и, кажется, даже пулемётную установку.

В основном оружие было обычным. Для этого мира, конечно, обычным, и рассчитанным максимум на слабенького одарённого, но вот отдельный стенд занимали винтовки с длинными стволами, от которых так и фонило магией. С такого расстояния оценить, на что именно направлены усиления, никак не получалось, но и тратить восстановленные крохи энергии на удовлетворения чистого любопытства я не стала.

Мне ещё с Павликом расплачиваться. С привязанными сущностями вообще надо быть настороже и слов на ветер не бросать, и уж обещания и уговоры выполнять в точности. А то расслабишься на мгновение и фьють, в твоём теле уже развлекается призрак. А фантазии у них такие, что живым и не снилось. В общем, слово надо держать.

Отворачивалась от груды оружия с сожалением, дав обещание себе обязательно познакомиться поближе с каждым экземпляром. Но Павлуша уже не первый раз дёргал за нить нашей образовавшейся связи и настоятельно требовал внимания, притом что сам около меня не появлялся. А сам факт, что он с ровного места освоил вызов, значил, что случилась какая-то херня и, возможно, не только интересная, но и опасная.

Оружейная находилась в самом конце длинного коридора подземного уровня, и по итогу, я со своим любопытством, оказалась заперта. Других дверей рядом не было, сам арсенал загораживала дверь с панелью, считывающий отпечатки пальцев, а назад дорогу перекрывали приближающиеся люди.

Чёткие, резкие команды. Слаженный топот по бетону. И я, застрявшая в тупике.

Не то чтобы я решила впасть в панику, но стало несколько тревожно.

Выбора как такового у меня не было: или иду напролом и встречаюсь с обладателем командного голоса, или же стараюсь сныкаться и переждать. Начать решила со второго, сделать морду кирпичом всегда успею.

Сорвалась с места и бесшумно понеслась по длинному коридору навстречу людям. Десять метров. Двадцать. Лампы, что прятались в нишах стен, вспыхивали, когда я пробегала мимо. Голоса ближе. Оружейка осталась позади.

Сто метров и поворот.

Ближайшее помещение к арсеналу — склад снаряжения, двери в который располагались у самого изгиба. Вот туда я и успела заскочить, когда на стенах появились тени.

— Почему свет горит? — раздалось у самой двери, которую я не стала плотно закрывать.

— Может мышь? — не очень уверенно ответил другой голос.

— Мышь?! В арсенале?! Заживо сгною коменданта! Лично каждый патрон проверять будет!

Ох, как проняло мужчину-то. Немного стало жалко неведомого хозяйственника, порядок-то тут был наведён на уровне. Вещичка к вещичке, всё по ящичкам и полочкам, даже пыли не было.

Но за всем этим рычанием и матюгами я смогла чётко опознать говорившего: глава безопасности Савицких. Закончилось собрание, и он, как настоящий воевода, отправился обходить свои владения? Уж не поэтому ли Павлуша так активно дёргал за нить связи, привлекая внимание?

Хлопнула дверь в оружейке и в коридоре всё стихло.

Без сомнений, вслед за оружием Самойлов решит проверить и остальное снаряжение, и стоит покинуть подземелье, пока они заняты инвентаризацией. Ну или чем там мальчики занимаются заперевшись наедине с обилием средств уничтожения себе подобных. Но уйти с пустыми руками? Взять и уйти без брони? Ага, сейчас, бегу и падаю.

Глава 17

К моему великому сожалению, выбор снаряжения был небольшой. Вернее, пригодного для меня снаряжения. Не рассчитывали снабженцы Савицких на миниатюрных бойцов. Поэтому добыча у меня была скромной.

Первым я наткнулась на целый стеллаж обуви и прихватила с него высокие ботинки на шнуровке. Каким уж чудом на полку занесло обувку мне по размеру неизвестно, но ботинки были в единственном экземпляре. Хорошие ботинки прочные, с рельефной тяжёлой подошвой и усиленными носами. Такими и пинок под зад не грех отвесить и в лужу наступить не страшно.

Потом нашлась кожаная портупея, очень странной конструкции. Не будь на этой сбруе креплений для ножен, без подсказки бы не догадалась, как это чудо вообще на теле крепится.

Последней стала пара маленьких причудливо изогнутых ножей. Никогда не видела, чтобы ножи не имели рукояти с накладками, зато было кольцо на конце рукояти.

Надо признать такая немонолитная конструкция, потерявшая многие характерные для клинков детали, казалась странной, но в то же время ножи были очень лёгкие, отлично лежали в руке, и даже необходимость в обратном хвате не мешала. Уж что, а убивать я умела любым оружием, даже если от него остался один стальной каркас.

А ещё ножи чудесным образом идеально помещались в голенища ботинок, у которых с внутренних сторон были пришиты небольшие петли.

Вообще, интересных вещей на складе было много, некоторые были даже с ценниками, что позволило прикинуть стоимость обмундирования среднего бойца. Сумма выходила не то чтобы запредельной, но неприятно бьющей по пустому карману. А ведь я в таком ширпотребе ходить не стану, привыкла иметь всё лучшее. Это не только статусно, но и практично.

В общем, вопрос денег оказывался не на последнем месте. Жильё, снаряжение, полезные связи и люди. Стандартный, в общем-то, набор. И начинать придётся с абсолютного нуля. У Екатерины, кроме красивых платьев и нет ничего. А тварям насрать, насколько откровенное у тебя декольте или насколько именитый дизайнер пошил твой костюмчик.

Можно было подоить Савицкого, но такой подход претил моей гордости. Вот я ещё только за счёт возрастных пузанчиков не жила. Родственник он там Катерине, не родственник, но мне-то он посторонний человек и тянуть чужие средства — верный путь в содержанки.

Были и другие варианты, не без этого. Но Разломы самый быстрый и что уж тут скрывать, выгодный способ. Это и энергия, престиж, авторитет, много чего можно получить в Разломах, а деньги — приятный бонус.

— Шухер, бойцы идут, — раздался над ухом шёпот Павлика. — Пора валить.

И спрашивается, чего шепчет? Его кроме меня всё равно никто не видит и не слышит.

Но совет дельный, а то я немного расслабилась, перебирая барахло. Есть в этом занятии что-то умиротворяющее, даже если перебираешь воинское обмундирование. Может память тела, а может и женское начало взыграло.

— Иди, я прикрою, — распорядился призрак, и я пошла.

Ну а чего? Мне терять в принципе нечего, да и интересно посмотреть, что он подразумевает под прикрытием. Прёт из него иногда такое, что сильно диссонирует с образом благовоспитанного мальчика, не из него одного, кстати.

За дверью ничего подозрительного не наблюдалось, даже свет не вспыхнул, когда я выскользнула наружу. Что странно.

— Видела? — появился сбоку довольный мальчуган, и мне осталось только цокнуть языком.

Силён, паршивец.

До самой лестницы ни одна лампа так и не загорелась.

Павлуша, правда, несколько потускнел, но его сила внушала. Сколько там ламп было, штук пятьдесят? И он каждую не просто вывел из строя, а временно контролировал, что забирало ещё больше энергии.

На еду мою тоже никто не покусился, и даже стражи около неё не выставил. Что в очередной раз заставило задуматься о компетенции охраны. А если бы бомба? Даже если они и видели, что подарок под фикусом оставила Чернышёва, то откуда такое доверие? Она же тут не только пария, но и имеет вполне себе затянувшийся конфликт с главой рода. Да она даже к этому самому роду-то не принадлежит.

— Конфеты взяла? — стоило вернуться в выделенную мне комнату, как Павлуша сразу набросился с требованиями.

Достала из кармана несколько шоколадных конфет и демонстративно закинула одну в рот, не поделившись вкусом с призраком.

Ох, как он завёлся. Любо-дорого смотреть.

И вот не злая я, ни разу. Просто привязанные сущности очень любят садиться на шею. Не осади я его сейчас, и он начал бы требовать плату за помощь на подземном уровне. А оно мне надо? Нет. Павлуша должен сам желать мне помогать. Тем более что отпустить я его и не могу пока, да и не хочу.

Призрак намёк понял и, состряпав обиженную мордашку, поведал основную сводку. В отличие от Полины, связно и выделяя основные факты.

Савицкие готовились к войне. И вроде уже известный факт, вот только между делом всплыло с кем.

— Сюрпри-и-из, — едко протянул Павлуша. — С Воронцовыми.

— А расскажи мне, друг мой сладкоежка, — медленно разворачивая конфету и нарочно шелестя фантиком, попросила я у мальчика. — Зачем им Катя вообще сдалась? Что Алекс к ней клинья подбивал, что сейчас на другой уровень решили выйти.

— А мне-то откуда знать? — возмутился Павлик.

— А кто из нас Воронцов?

— Допустим, я. Вот только я с ними несколько лет не связан.

Интересный расклад.

Мальчугана даже упрашивать не пришлось, очень уж хотелось ему на жизнь поплакаться, а выходило, что и некому прежде.

Павлик действительно был Воронцовым и даже принадлежал когда-то к интересующему нас роду. Вот только после своей скоропостижной и крайне несправедливой смерти, он был им скорее врагом, чем помощником. И когда его лет двадцать назад призвали, проведя на могиле незамысловатый обряд, то он с радостью согласился, только заслышав слово «месть».

Обманули, конечно, паренька. И слушал невнимательно, да и медиум попался хитрый. Обвели парнишку вокруг пальца и на службу к себе поставили. Следить, докладывать, а в последнее время и диверсии устраивать.

Задания были разные, отсюда такие неожиданные для благородного ребёнка словесные обороты и знания, вот только о Воронцовых он слышал только вскользь. Не подпускали его близко к родственникам.

— И кто у нас медиум?

Надо же знать, кому я невольно дорогу перешла, лишив ценного слуги.

— А я не знаю, — порадовал меня Павлик. — Никак не могу его запомнить. Лицо расплывается, голос меняется постоянно, а если к нему по имени обращаются, то у меня словно слух отказывал.

А ушлый медиум попался. И что неприятно, не полный профан. Грамотно ритуал провёл, зараза.

Ладно, к списку недругов плюсуем пока неопознанного медиума. Хотя сдаётся мне, некромант он полноценный. Но и я не пальцем деланная, чуть окрепну и такую живопись над Павлушей забабахаю, что он мне путеводной звездой служить начнёт.

Вот только времени, возможно, у меня и нет.

Видит Неотвратимая, не хотела я к крайним мерам прибегать. Да только выбора не оставили — нужна энергия, много и быстро.

Но, прежде чем приступать к ритуалу, я съела-таки конфету. Вкусную, кстати. У нас такого не было.

— Ты чего надумала? — занервничал Павлик, когда на лодыжке появилась первая руна и ритуальный круг низко загудел.

Хрень я задумала, вот что. Не признаюсь в этом, конечно, но страшно было до одури.

* * *

Клубы для избранных никогда не спят. Ночью, днём, в любое время суток по первому щелчку уважаемых гостей будет предоставлено всё, что взыскательная душа аристократа возжелает. Алкоголь, стимуляторы, приватные кабинеты, роскошные апартаменты и, конечно же, люди. От девочек на вечер до теневых дельцов любых профессий.

Хочешь разнузданный кутёж с приятелями? Он будет устроен по высшему разряду.

Хочешь найти запрещённый реагент, и не засветиться на чёрном рынке? Нет проблем, оставьте список администратору и угощайтесь коктейлем, пока Вольные Охотники добывают для вас диковинку.

Хочешь поквитаться с обидчиками и не уронить дворянскую честь? Ни слова больше, бретёры и опытные соблазнители уже ждут вас.

Всё ради удовлетворения любых потребностей.

Наталья желала одного — стереть с лица земли одну надоевшую ей выскочку. Нет, девушка не перешла ей дорогу лично, она даже ни разу ей открыто не нахамила. Она всего лишь существовала.

— Вы несколько месяцев не можете разобраться с какой-то пустышкой! — напала с обвинениями девушка, стоило только визави появиться на пороге кабинета.

— Вы сами выставляли условия, — напомнил ей безликий мужчина и неспешно устроился за столом.

Мужчина не боялся обвинений со стороны нанимательницы. Его люди чётко следовали каждому пункту договора, который юная леди так неосмотрительно подписала, скрепив собственной кровью.

— Я хочу поменять условия, — сжав кулаки, решительно воскликнула девушка. — Осталась неделя, она не должна выжить.

— Как скажете, сударыня, — легко согласился её гость и достал несколько листов бумаги. — Если вы готовы понести дополнительные траты, конечно.

Тратиться девушка не хотела, но и выбора у неё не было. Глава рода не спустит ей такую ошибку.

— Давайте сюда ваш договор, — процедила Наталья и достала собственный нож.

Глава 18

Утро не задалось. Да и как может быть по-другому, если очухалась я ближе к вечеру, и под настойчивый грохот.

В дверь стучали, в горле першило, голова раскалывалась. Так себе утро, короче.

— Поля там, — просветил меня Павлуша, когда я с трудом разлепила глаза. — Уже в четвёртый раз приходит.

— Открой ей, — прохрипела я и поползла в сторону бутылки с морсом, что предусмотрительно оставила на столике недалеко от ритуального круга.

— Я думала что-то случилось, — пылко и очень энергично ворвалась в комнату Полина и застыла, сделав пару шагов. — Это что? Это как? Да ладно вещи, с тобой-то что?

А что со мной? Вот на этот вопрос ответа я не знала. Предположить могла, но и только.

Вот так бывает, когда проводишь ритуал на коленке, без должной подготовки.

— Я жива, и это уже хорошо, — смочив горло, ответила я ошарашенной девушке.

— А могла не быть? — удивительно спокойно уточнила она.

— Могла, — согласилась я. — А могла и не только я.

Ну, приукрасила немного, с кем не бывает.

— А с волосами что?

Нет, нет, нет!

— Да твою ж мать! — с досадой стукнула по туалетному столику, когда увидела отражение. — Сутки, мать его, сутки!

Конечно, я знала, что так будет, но почему так рано-то? Одни долбаные сутки с нормальным цветом волос. Разве я много хотела? Я ими даже полюбоваться не успела.

— Ещё и полосатая, — растерянно протянула Полина, подойдя сзади и разделив несколько прядей.

Сегодня полосатая, а завтра вся целиком седая буду. Спасибо, что только на голове.

А знаете, что самое обидное? Что седина — это даже не необходимость, не побочный эффект, и даже выгоды никакой не несёт. Это тупо метка принадлежности. Вот чтоб издали видно было: идёт маг молодой, волосы седые по ветру развеваются, глазюками голубыми сверкает и сразу понятно — маг смерти.

— И глаза тоже, — заметила я, приблизив лицо к зеркалу.

Да, голубые глаза, тоже признак мага смерти. Отчего, почему, зачем? Одна Неотвратимая знает.

И самое неудобное в этой ситуации, что такие изменения легко не скроешь.

— Тоже мне беда, — хмыкнула Полина и достала телефон. — Через пару часов всё будет. Лучше расскажи, что произошло.

Ну я и рассказала. Мне нетрудно, ей полезно.

— Печать возрождения это. Опасная штука, но действенная.

Поля не поняла. Не слышала она ни о рунах, ни о ритуальных кругах, а уж что руны можно на тело нанести и замкнуть на себе внешнюю энергию, образовав печать, и подавно не знала. И это я ей ещё не рассказала, что можно не фломастером нарисовать, а выжечь клеймо или ножом нанести. Моё прежнее тело всё было усыпано грубыми шрамами вперемежку с искусными татуировками.

— Читерство какое-то, — покачала она головой, так и не поверив мне до конца.

Не укладывалось у девушки в голове, что с помощью пары символов, можно не просто повысить регенерацию, а начать впитывать излишки извне. Энергия она ведь повсюду. Что смерти, что жизни, что других стихий. Всё пропитано дармовыми силами.

Не без последствий, но, кажется, эту часть она даже не слушала. Правильно, зачем знать, что можно переусердствовать и выжечь все каналы, или что может случиться спонтанный выброс?

Эти самые последствия, кстати, сейчас ощутимо давили изнутри. Хапнуть-то энергию хапнула, а девать её некуда. Источники крошечные, каналы тоненькие, даже с Павликом не поделишься, у него самого по самую крышечку, того и гляди взорвётся. Да и в Полину не вольёшь, она чужую стихию принимать, пока не умеет.

— Есть тут тренировочный полигон или хотя бы пустырь какой?

— Всё есть, — подтвердила Поля, но радоваться было рано. — Только нам там не будут рады.

Да кто бы сомневался. Мне точно в этой усадьбе нигде не рады. Но мне было просто необходимо не только слить излишки энергии, которые сейчас никак не хотели приживаться в слабом теле, но и тупо выпустить пар. Накопилось как-то.

А всё избыток магии виноват, разум туманит, на необдуманные поступки тянет. Опьянение оно и есть опьянение, чем бы ни было вызвано.

— Ты тоже пойдёшь? — с сомнением глянула на шорты и белую футболку Полины.

— Пойду, тебя иначе там совсем изведут, — горестно вздохнула она, а вот я улыбнулась своей фирменной улыбкой.

Да вот хрен им во все рыла.

Мне хватило шести минут, чтобы собраться. Бедная Полька даже развалиться на кровати не успела, когда я уже завязывала последний шнурок. А я ведь и не спешила, и душ приняла и вещи выбрала, и даже причёску сделала. И всё собственными ручками, между прочим.

— А мне нравится, — оценила я себя в зеркале.

Лосины, спортивный топ и берцы. И это были не все названия, что я узнала.

— Бедные бойцы, — глянув на мой зад, туго обтянутый эластичной тканью, прокомментировала Полина.

И с ней трудно не согласиться. Вид был просто убийственный. Чем бы ни был этот «пушап», но он творил чудеса.

Тренировочная площадка занимала огромную площадь за парком и делилась на несколько секций. Стадион, стрельбище, полоса препятствий и полигон для отработки магических атак. И всё это модернизированное, напичканное всевозможными артефактами и техникой. Были тут и сарайки для хранения инвентаря и раздевалки, но мы явились в полной боевой.

— Полина Аркадьевна, — покачал головой боец, и очень настоятельно пытался заслонить проход в заборе. — Вы же знаете рекомендации.

На меня же он даже не взглянул. Скотина высокомерная.

— Знаю, Данил. Свободен, — равнодушно отмахнулась от него Поля и решительно двинулась вперёд, вынуждая мужчину отступать.

Я даже взглянула на неё по-новому. Сколько сюрпризов скрывается в девчонке.

Полину-то Данил пропустил, а вот мне дорогу загородил уже более решительно, да и усмехнулся гаденько так, с превосходством мелкого человечишки, получив на мгновение видимость власти.

— Тебе запрещено заходить на территорию одарённых, — упиваясь своей секундой триумфа, посмотрел на меня сверху вниз смертник.

— Рука, глаз или яйца? — спокойно предложила на выбор я.

Смысл предложения же очевиден? И чего он на меня вылупился, словно голой жопой на ежа сел.

— Странные у вас шутки, — подозрительно произнёс, внезапно вспомнив о субординации.

Энергия внутри бурлила и требовала выхода, а козёл передо мной нарывался на урок. Почему бы не совместить?

Потоки дармовой силы хлынули по мышцам. Мне не требовалось думать над тем, какие именно группы мышц усилить. Навык, отточенный многолетними тренировками. Навык, сродни дыханию или биению сердца.

— Екатерина Алексе… — договорить он не успел.

Боец дёрнулся, заваливаясь назад. Подумаешь, получил удар в челюсть. Я же маленькая, хиленькая, мне же нельзя к большим дядям. Тьфу.

— Вот ведь, крепкий засранец, — цокнула языком, присев рядом с поверженным мужчиной.

Он, конечно, без сознания, но я ему даже челюсть не сломала. А ведь раньше такого распределения потоков хватало, чтобы череп превращался в одно сплошное месиво.

Вывод? Надо тратить больше сил, не полагаясь на прошлый опыт.

— Извини, мужик, но мне нужнее, — сорвала у него с руки браслет и весело помахала им Полине, дожидающейся меня по ту сторону забора.

Система свой — чужой никаких сюрпризов не подкинула и через мгновение я уже составила компанию кузине.

— У Кати были проблемы с тренировками, — чуть смущённо, но твёрдо начала она.

А я даже не сомневалась какие. Они ей просто не нравились.

— Не знаю как ты вырубила Данила, но предлагаю начать с лёгкой разминки.

Стандартная разминка предполагала комплекс упражнений на растяжку и разогрев мышц, десять кругов по стадиону и прохождение полосы препятствий в комфортном темпе.

Можно было предложить свой вариант, но неожиданная инициативность девушки мне понравилась.

Наклон, прогиб, выход на исходную. Круг бёдрами в одну сторону, круг в другую и наклон. Интересно даже стало, для кого именно эти упражнения предназначались, слишком уж много прогибов и выпячиваний.

Да и зрители, которых собиралось вокруг всё больше, тоже свидетельствовали в пользу развлекательности этого комплекса. И что обидно, не нас, а толпы мужиков.

Единственный плюс во всём этом нарочито медленном и томном мероприятии состоял в том, что я оценила всех бойцов. И вот их уровень совсем не внушал. Ну да, крепкие среднячки, не больше. Что в физическом плане, что в магическом — ничего выдающегося. Если не ошибаюсь в местной классификации максимальный уровень был у Максима, и то мастер. А это, прямо скажем, негусто.

Поля в потенциале посильнее будет.

Я же в этой градации уже шагнула минимум на ступень выше. Пусть и нестабильно, но ведь и не лопнула пока. А значит, что? Значит, временного магистра я уже могу показать.

— Закончили, — выпрямилась Поля и, не обращая внимания на толпу мужиков, откровенно пускающих слюни на наши задницы, рванула к дорожке, опоясывающей стадион. — Бегом, марш!

Ну я и побежала. Не сдерживаясь, не оглядываясь. Просто бежала вперёд, распределяя энергию в каждую клеточку организма. Самый лёгкий и полезный способ сбросить излишки.

Краем глаза отмечала сначала удивлённые, а потом и растерянные лица бойцов. Полину, что встала как вкопанная, когда я обогнала её в четвёртый раз за круг. И что неприятно, Самойлова, появившегося у забора.

А вот у него взгляд был нехороший. Внимательный такой, пронизывающий насквозь. И только спустя несколько секунд я поняла, что это за взгляд. Он считывал ауру.

Скверно. Не смертельно, конечно. Долго прятаться в любом случае не получится, но я предпочитаю не разбрасываться информацией о себе. Мало ли кому, что в голову придёт.

— Хватит на сегодня, — помрачнев и наградив Самойлова таким же тяжёлым взглядом, кивнула Полине и покинула площадку, не оглядываясь и не слушая летящий в спину шёпот.

— А я так смогу? — нагнав меня, прямо спросила Поля, чем вызвала невольную улыбку.

— Это самый минимум, дорогая кузина, — хлопнула её дружески по плечу и подтолкнула заодно.

Как-то она подзависла от таких перспектив.

— Но, так даже не все бойцы могут, — задумалась она и дёрнулась от сигнала телефона. — О, заказ приехал. Теперь моя очередь тебя удивлять.

И она удивила. Краска для волос, линзы для глаз. Я буквально за несколько часов превратилась во вчерашнюю Катю.

Одобрит Неотвратимая такие изменения или нет, но у меня была железная отмазка — все ради конспирации.

Пока Поля возвращала мне прежний облик, я времени даром тоже не теряла. Я училась. Телефон, ноутбук, даже телевизор оказался с выходом в Сеть. Информация буквально лилась со всех сторон.

Не удивительно, что к ночи голова у меня пухла, тело ломило от перестройки, а глаза слипались. Какой бы ты там крутой маг ни был, но спать иногда необходимо, и обморок после установки печати не считается. Что, кстати, обидно.

Как ушла Поля, я не заметила, так же как и не замечала появления еды в комнате ранее, с головой погрузившись в обучение. Уснула я собственно тоже незаметно, зато вот пробуждение пропустить было трудно.

Мне в глотку пытались налить что-то тягучее и приторно-сладкое.

— Да что ты там возишься? — раздался чуть в стороне встревоженный шёпот. — Она же в отрубе, такой порцией газа и слона свалить можно.

— Глотает плохо, — ответил второй голос совсем рядом, и чужие пальцы сомкнулись на горле. — Ща, погодь, попробую протолкнуть.

Я не сопротивлялась и послушно проглотила всю порцию.

Чуть не облизнулась, ничего так, вкусненько.

— Подействовало?

— Да вроде, но ещё дышит, — неуверенно ответили ему над ухом.

Ну что за народ, даже отравить нормально не могут.

Я, конечно, выговаривать им не стала, но перестала контролировать действия яда, отпустив вожжи, и тьма мгновенно поглотила меня.

Глава 19

В просторном кабинете царил полумрак. Уютный, располагающий к доверительным беседам. Но одного освещения не хватало, чтобы убрать напряжённость, царящую в помещении.

— Это твоя забота, Юра! Не надо перекладывать на меня ответственность за свой провал! — рявкнул Аркадий и рывком опрокинул в себя рюмку ядрёной настойки.

— Не отрицаю, — рефлекторно ответил Юрий. — Но позволь узнать, как так получилось, что она до сих пор числится неодарённой? Ты видел запись, это минимум уровень магистра.

Мужчина вскочил со своего места и нервно заметался по помещению, стараясь сопоставить факты.

— Знать бы ещё, — задумался Аркадий и налил себе ещё порцию. — Говорили бы о ком-нибудь другом, сказал бы, что стратегия, но это же Катька… Хотя… Ты знал, что она до Орлова дошла?

— Хочешь сказать, она специально проваливала все испытания? — засомневался Самойлов.

Сам Юрий с девушкой знаком практически не был. Она не входила в сферу его профессиональных интересов. До сего момента не входила.

Капризная, истеричная, недалёкая, неодарённая. А после смерти батюшки, окончательно слетевшая с катушек.

Сколько же там было правды, а сколько актёрской игры и холодного расчёта? Ведь своим поведением девушка окончательно отвернула от себя даже преданных Савицкому слуг. Избавлялась от контроля?

— И не только это. Знаешь, что мне вчера заявила Полина? Нет? А я тебе расскажу, — осушил ещё одну рюмку и резко выдохнув, сменил тон, посмотрев строго на главу безопасности: — Почему не было расследования?

— Расследования чего? Проделок Екатерины? — в замешательстве переспросил Самойлов.

— А там не проделки, Юра, совсем не проделки, — укоризненно покачал головой Савицкий. — Я о половине случаев и не знал. Скажи мне, почему я — глава рода, не знал, что мою племянницу планомерно подставляют?

— О чём ты?! — искренне удивился Юрий.

Савицкий успел набрать полную грудь воздуха, чтобы обрушить на голову пришибленного новостями Самойлова новый список претензий, как воздух прорезал пронзительный вой сирены.

— Разлом, — мрачно оповестил Юрий и сорвался с места, покидая кабинет начальства.

— Конечно, только Разлома и не хватало, — обмяк в кресле Аркадий и, побулькав перчиком внутри мутной бутылки, допил остатки настойки из горла.

* * *

Меня несли, и что особенно удручало и бесило, несли как мешок с картошкой. Во-первых, меня закинули на плечо. Во-вторых, я с этого плеча периодически сползала, и тогда меня подкидывали и возвращали в исходную позицию.

— Надо ускориться, — нервно заметил Артём, маяча где-то впереди. — Жопой чую, неладно что-то.

Кирилл хмыкнул и под предлогом расположения меня в более удобном положении облапал за задницу. У него вообще кровь к мозгу хоть изредка приливает?

Можно было остановить бесчинства, но очень уж хотелось знать, как эти два дебила пропустили информацию, что я больше не пустышка, и к кому меня, собственно, несут. Хотели бы убить, на месте бы прикончили. Во всяком случае попытались бы. Проще горло перерезать, чем извращаться с отравлением. А яды — вещь такая, непредсказуемая, тут добавил, тут просчитался и привет, живой труп.

Убить бы не убили, меня теперь насмерть можно только с согласия Неотвратимой укокошить, но вот тело и сознание повредить могли. Причём изрядно.

Но, нет же. Газ меня вырубил, яд был тоже не особо опасным, всего лишь погружающим в стазис, так что меня точно собирались похитить. И как после этого не ответить на столь любезное приглашение? Заодно и посмотрим, как себя остальные бойцы Савицких покажут.

Артём с Киром тоже бойцы рода, но только на словах. Нет в них ни капли магии, вот совсем, даже источников нет. Это я успела проверить досконально, благо для считывания ауры настоящее зрение и не нужно.

Так вот, этих двух условных бойцов и род Савицких, связали только обычные трудовые соглашения, а вот за их нарушение никакого отката не предусмотрено. Не, понятно, что если боец попадётся на горяченьком, то его и осудить могут, и даже на месте казнить, если он руку на аристократа поднял. Но в магическом плане, никаких последствий.

А ведь клятву можно составить по-разному. Кома, лишение сил, смерть в конце концов. Можно было даже родовое проклятье запихнуть. На что фантазии хватит, то магия крови и выполнит, не зря её запрещают, действительно неприятная и мощная магия, и ведь не стихия даже.

Но неодарённым опасаться нечего, над ними только человеческие законы.

Мы петляли тёмными коридорами и ни с кем не сталкивались. Не думаю, что мужикам хватило бы смекалки выкрутиться, если бы им в лоб задали вопрос о ноше, но они мастерски избегали ненужных встреч. Подготовились, засранцы? Сколько же народу замешано? И кому я нахрен сдалась?

— Давай живее, десять минут до пересменки, — поторопил Артём, и Кир ускорился.

Зря я, наверное, сняла стазис. Висела бы себе бесчувственным кулём на широком плече и бед не знала, но нет, мне же хотелось контроля над ситуацией, а получила только удары под рёбра. Вот как так, Кирилл вроде большой мужик, накачанный, а костлявый до такой степени, что я нутром каждый его шаг чувствую.

Каким именно маршрутом мы двигались, я не знала, в этой части усадьбы мне ещё не доводилось бывать, но мы явно отдалялись от ухоженной её части. И пол грязнее, и плитки с трещинами, да и воздух начал сгущаться, наполняясь тяжёлой затхлой влагой.

Какое интересное всё-таки у Савицких родовое поместье, жалко вот только со слугами полная беда.

Артём сбился с шага, когда у него в кармане глухо завибрировал телефон, а спустя несколько мгновений, выругался, не стесняясь в выражениях.

— Славика уже сменили, — бросил он и остановился.

— И куда теперь? — растерялся Кирилл, очевидно, не привыкший брать на себя хоть какую-то ответственность.

Артём думал. Кирилл машинально поглаживал меня по заду, а я общалась с Павлушей.

Вот уж чего, а энергии на простой вызов и мыслеречь мне сейчас хватало.

— Тишина везде. Никакой паники, никакой суеты, — доложил он, облетев по моей просьбе всю территорию. — Камеры на протяжении всего вашего пути выключены, а больше ничего подозрительного.

И почему я не удивлена? Подумаешь, племянницу главы рода на плечо закинули, дело-то житейское.

— Через старые конюшни пойдём, — вдруг отмер Артём. — А оттуда через забор и на трассу.

Очень хотелось предложить пойти собственными ногами, но я благоразумно сдержалась. Видела я, где эти конюшни располагались, это мне несколько километров вниз башкой болтаться.

— Может Полю разбудить? — участливо поинтересовался призрак, зависнув на уровне моей многострадальной задницы. — Или Юрия надоумить тебя проверить?

Ага-ага, Полину разбудить, панику развести, а мне потом заказчиков похищения искать.

— Проверь лучше, что там за конюшнями и кто нас на трассе ждёт.

— С тебя конфетка, — задорно выпалил он и растворился.

А может, я зря раньше чуралась призраков детей? Одни конфеты на уме. Не сжечь дотла обидчиков, не уничтожить весь род до десятого колена, а конфетку. Конфетку, мать его!

— Как думаешь, что с ней сделают? — неожиданно проявил интерес Кирилл.

— Вряд ли что-то хорошее, — спустя несколько мгновений нехотя отозвался Артём. — Видел же контракт, там баба заказчик, а эта… вон какая…

Переспрашивать, какая именно такая, Кир не стал, согласно похлопав меня по ляжкам, а я задумалась, старательно не замечая его излишний интерес. Кому я, то бишь Катерина могла дорогу-то перейти? Парня у неё не было, договорённостей о браке тоже, кроме не очень приличных, но настойчивых предложений роли любовницы никто к ней не сватался. Какое тогда к чертям женское соперничество. С кем? За кого? Зачем?

Чернышёва была знатной истеричкой, вот только и полной дурой не была, чётко осознавая с кем и как себя можно вести. Успела я почитать её переписки и сопоставить тон, меняющийся от сообщения к сообщению в зависимости от родовитости собеседника. Так что даже банальную ссору и ту можно исключать. Поэтому вопрос дня: не много ли чести, так заморачиваться?

По коже пробежал неприятный ветерок, заставив напрячь безвольное до этого момента тело. Больно уж знакомые ощущения, и сейчас я им была не слишком рада.

Разлом. Без сомнений, рядом открылся Разлом.

Вдалеке завыли сирены. Вспыхнул свет над усадьбой, озарив кроны величественных дубов. Раздались выстрелы и клёкот.

— Шухер, — завопил в ухо Павлик. — Твари.

Вот ведь… твари. Не вовремя как.

Глава 20

— Это сирины, — рядом тоненько завопил Артём, доставая пистолет и впадая в панику.

Кирилл долго не думал. У него вообще с мыслительной деятельностью туго, а вот рефлексы оказались на высоте. Быстро оглянувшись, он подкинул меня поудобнее и побежал напролом в сторону жиденького леса, на ходу прикрикивая и подгоняя напарника.

А удивил, честное слово. И ведь насколько правильный выбор направления. Лес для этих летающих тварей — одна из самых неприятных местностей. Разве что вода им не нравится ещё сильнее.

Сирин я в Сети видела и даже узнала, у нас их звали гарпиями. На редкость пакостные создания, и что плохо для моих похитителей, гарпии разумны. Не на уровне человека, конечно, но и не тупое мясо, вроде зомби. А ещё хуже, причём для всех — они практически невосприимчивы к магическим атакам.

Раньше мне было плевать, я никогда не была чистым боевиком и любила ближний бой. А вот маги, привыкшие швыряться дальними техниками, могли и растеряться, да и не владели они, как правило, холодным оружием на должном уровне. Но у земных бойцов есть огнестрел. И много.

Где-то за лесом раздались выстрелы, а потом и взрыв. Над усадьбой разнёсся низкий рокот и снова череда выстрелов, и если меня не обманывал слух, то с воздуха и в движении. О таком оружии я не читала, но мало ли чего я ещё не знаю.

— Найди Разлом, — отдала приказ Павлику и начала распределение энергии по телу.

Удачно я вложилась, ничего не скажешь. Да и магия очень к месту оказалась. Вчера бы я не поставила на свою победу, а вот сегодня есть все шансы отмахаться и возможно даже отбить этих двух неудачников, особенно если они догадаются, куда целиться. Очень уж у моих похитителей пистолетики несерьёзные, а гарпии прочные твари, и что неприятно, плевать им на небольшие раны.

Мы почти добрались до леса, когда сверху раздалось оглушительное хлопанье крыльев и победные вопли догнавших нас тварей. Кожистые крылья разгоняли воздух и поднимали тучи пыли, мусора и вони. Гнилостный запах самих тел гарпий, терпкий запах пороха и острый, забивающий остальные, запах свежей крови, капающей с когтей.

Павлик взмыл вверх и завис над деревьями, а я решила, что накаталась. Тем более мою коняшку могли сожрать в любой момент.

Гарпии ринулись в атаку.

Четверо. Плохо.

Круг над нами, ещё один и твари по очереди спикировали, сложив крылья.

Спрыгнуть я не успела, Кир сбросил меня на землю, бросив сверху артефакт с силовым щитом, а сам достал пистолет. Я даже растерялась от такой подачки. У него-то артефакта не было, я настолько ценный груз? Но думать было некогда.

Усиливать отдельные группы мышц смысла не было, это не показательно ставить на место зажравшихся ублюдков, это слишком опасный соперник. Тем более далеко не в единственном экземпляре.

В общем, экономить было опасно, поэтому магия давно уже бушевала в каждой клетке тела и только ждала, чтобы превратить меня в одно маленькое, но смертоносное чудовище.

Вскочила я в последний момент, когда гарпия, выбравшая меня целью, уже поджимала лапы и растопыривала когти.

Прыжок, удар кулаком и возмущённый клёкот в ответ. Полет-то я ей сбила, а вот прикончить одним ударом не смогла. Слишком уж крепкая тварюшка.

Над ухом раздался выстрел, и успевшая подняться на лапы, сирин дернулась, получив в грудь пулю. Но, собственно, это её ещё больше разозлило.

Мужики стреляли без промахов, но могли только удержать тварей на расстоянии, не причиняя им особого вреда. Хотелось бы верить, что патронов у них действительно много.

Гарпия, напавшая на меня обиженно клацнула клювом и ринулась вперёд, намереваясь сбить и подмять меня, чтобы в излюбленной манере разорвать на части когтями. Вот только хрен я с ней была согласна. Гарпии — неудобные противники, юркие, быстрые, сильные, летают опять-таки, но они во многом действительно птицы. За что именно они получили такое название, я не знала, с мифическими полуптицами их роднил только способ полётов. Туловище они держали вертикально и тем самым немного отличались от обычных птиц.

От столкновения я увернулась, поднырнув под крыло, и его же схватила. Упор рукой в пернатую спину и рывок другой рукой на себя. Минус крыло. Второе обрывать смысла уже не было.

Тварь орала от боли и обиды, крутясь вокруг оси и стараясь ударить меня целым крылом. Шанса задеть себя острыми, как бритва, перьями я ей не дала. Запрыгнула гарпии на спину, обхватив лёгкое тело ногами, и схватила за голову. Свернуть шею нетрудно, главное помнить, что для гарантии надо совершить полный оборот.

Выстрел. Ещё выстрел.

Над головой раздался хлопок крыльев, обдало мерзким запахом и я дернула убитую тварь за ногу, откатившись в сторону. Главное оружие гарпий — не крылья и даже не стальной клюв. Главное и самое опасное оружие этих тварей — когти. Длинные, толстые, прочные и очень острые.

Палец с хрустом отломился от остальной лапы. Мне не надо было оглядываться, чтобы уточнить месторасположение противника. Чутьё, интуиция и опыт давно избавили меня от такой досадной необходимости.

Хлопок крыльев, боль в плече, куда вонзились когти, рывок — и я оторвалась от земли. Хлопок и я, извернувшись и подтянув её к себе за шею, всадила коготь мёртвой гарпии в глаз. По самую кисть, практически насквозь, пронзая крошечный мозг.

Крик, судорожный взмах крыльев и мы упали обратно. С мозгом у гарпий примерно как у Кирилла, одни инстинкты, зато и парализовать тварь нетрудно, главное — ударить под правильным углом.

Сбоку раздался вопль и одна из гарпий рухнула на землю, переломав мохнатые лапы при падении.

Надо же, один балл в копилку дебилов с пистолетами.

Плечо ощутимо болело, регенерации не было от слова совсем. Но ладно бы просто боль, её можно перетерпеть, её можно даже заблокировать. Плохо было, что пострадала ведущая рука, и даже сжать новый трофейный коготь было нелегко. Не то чтобы невозможно, но очень не хотелось.

Можно было хотя бы остановить кровь, но я не рискнула. Не те раны, не те временные союзники, чтобы проводить эксперименты в боевой обстановке. Так что я переложила временное оружие в левую руку и смотрела, чем кончится дело.

Хотела бы я спасти утырков? Возможно. Я не отказалась бы от обстоятельного разговора. Стану ли я превозмогать и вставать на их защиту с риском для здоровья? Даже не подумаю.

Выстрел. Мимо. Ещё выстрел. Мимо.

Гарпия крутилась юлой, подставляя под пули крылья, и приближалась. Метр. Два.

Артефакт со щитом полетел по дуге, ударив Артёма по макушке ровно в тот момент, когда гарпия вытянула перед собой лапы и нацелилась на плечо мужика.

Бум. Гарпия отлетела в одну сторону, Артём в другую. Выстрел. Крик. Ещё выстрел и у меня лопнуло терпение.

До твари было несколько шагов, не шибко мы тут освоили доступную территорию, ютясь на небольшом пятачке. Очень хотелось верить, что моё вмешательство не выйдет мне боком и пулю в голову не получу. Не умру я, конечно, но такое фиаско на вторые сутки в новом теле — это позор для сердры.

Рывок, боль в раненом плече и шея последней гарпии превратилась в весёлую пружинку. Около колена взвилась выбитая пулей земля, и коготь, что я так и сжимала в левой руке полетел в сторону дезориентированного Артема.

— Ещё раз в меня выстрелишь, и следующий коготь будет торчать у тебя из глотки, — объяснила мужику царапину на скуле.

Не знаю, какие шаблоны у него рвались в последние секунды, но он только послушно кивнул и вытер струйку крови, что текла из небольшой царапинки, оставленной когтем.

— Бегом, если жить хотите, — рявкнула я, заметив десяток точек вдалеке.

Десять — это перебор. Без доспеха, без оружия, с повреждённым плечом мне их не убить. На похитителей надежды и вовсе нет, Артём уже убрал в кобуру бесполезный пистолет. Патроны оказались не бесконечные. А без огнестрела они гарпиям не соперники. Гарпии твари быстрые.

И мы побежали.

Точки приближались и уже обретали вполне узнаваемые очертания. Силуэты гарпий то и дело подсвечивались от выстрелов, что летели им вслед, но точек меньше не становилось. Хреновастенько, что ещё можно сказать.

Лес, я, десять гарпий, два когтя в запасе и два придурка, очумело смотрящих на меня.

— Разлом между вами и усадьбой, почти по центру, — возник Павлуша среди листвы, когда мы забежали в не очень-то и густые заросли. — Ты же не пойдёшь туда?

Вот за кого он меня принимает?

Глава 21

По всей видимости, или фыркала я выразительно, или думала громко, но Павлик ответил на риторический вопрос, который так и не прозвучал:

— За девицу, которая голыми руками оторвала голову сирин. У нас, знаешь ли, они считаются сильными противниками, — язвительно выдал призрак, но, несмотря на напускную расслабленность, даже он зорко вглядывался в приближающиеся силуэты.

— Дальше, — рявкнула я на мужиков, что прошли десять метров и устало попадали у хиленьких деревьев, стоило только чуть отвлечься.

Бойцы нехотя встали и даже не огрызнувшись, поплелись вглубь чистенького леса. Хотя какого леса — рощи. Деревья ухоженные, сушняка нет, но хоть кроны у деревьев вполне себе густые и листвы хватало, чтобы скрыть наше передвижение с неба. Гарпии, конечно, всё равно почуют, но ножками бегать по земле они не любят. И манёвренность теряется, и эффект неожиданности. Да и курица переросток, что цепляется когтями за каждый сук — не так страшно.

Я замыкала наше шествие, не с целью даже контроля или защиты, а тупо не доверяла этим верзилам. Кто знает, что может прийти им голову. Ну и, если честно, сама собиралась воспользоваться ситуацией. Желание безропотно с ними таскаться до рассвета бесследно испарилось.

— Разлом в центре парка, — докладывал тем временем Павлик. — Закрыть не получилось, уровень красный, а Савицким не по статусу иметь Искателя в штате. Подмогу запросили, но сама понимаешь… — скривился он, а я не поняла.

Нет, я успела ознакомиться с порядком действия при возникновении Разломов, да и при других нештатных ситуациях, и сейчас не могла взять в толк, в чём загвоздка. Согласно регламенту, что болтался на первой странице сайта Гильдии Искателей, сюда на всей доступной скорости должна нестись группа экстренного реагирования. Про статус тоже было не очень ясно, Искатели же не редкость, да и что они такого умеют, что недоступно другим боевикам?

Ответов у меня не было, но и для расспросов время и место тоже были неподходящие.

— Усадьба выстоит?

— Должны. Уже окопались напротив выхода, новые сирины почти не прорываются за оцепление. Но по территории ещё много летает, — порадовал меня призрак.

Выстоит и хорошо. У меня пока своих проблем полное лукошко. Вот, например, два нервно оглядывающихся качка, топающих впереди.

Тратить энергию впустую было бы слишком расточительно, поэтому когда мы зашли в лес, я чуть снизила уровень усиления, но и его хватило с лихвой, чтобы приблизиться к собственным похитителям незамеченной. Два удара в основание черепа, капелька магии и два тела, рухнувшие мне под ноги.

— А вот теперь поговорим, мои хорошие, — ласково проворковала я, перетаскав обоих мужиков к ближайшему дереву потолще.

Убить я их не убила. Рано. Но вот обездвижила на славу.

— Позволяю покаяться передо мной во всех грехах, — милостиво разрешила я, быстро обыскивая своих пленников. — Я эти грехи даже отпущу, посмертно, конечно.

Артём гулко сглотнул и недоверчиво покосился на меня, явно прикидывая, где он ошибся в жизни поворотом.

На землю летели артефакты, какие-то электронные приспособления, банковские карты, ну и парочка телефонов. Вот их отложила отдельно. Карманов у меня не было, эти гадёныши меня в одной пижаме вытащили, так что пришлось заимствовать рубашку Кирилла.

Не знаю, что он там себе своим одноклеточным мозгом надумал, но стоило пальчикам пробежаться по ряду пуговичек, как он похабненько улыбнулся, а потом ещё и облизнулся, да так жеманно, что меня на его ногах же и сложило.

— Да, детка, секс — лучшее средство от стресса, — вдруг изрёк он, и я натурально всхлипнула от такой народной мудрости.

— Придурок, — буркнул его напарник, пока я истерично глотала воздух и старалась не заржать в полный голос.

Что у него в голове? Нерв, идущий напрямик в штаны? Ну не бывает так, такие просто не доживают до такого возраста.

Рубашку с него я всё-таки стянула, в которую скинула все трофеи, оставила только телефоны. Вот с телефонами вышла заминка, не хотели они работать, как я только не трясла их, сколько мужскими пальцами по экранам не елозила — ничего не происходило.

— Блокировка по лицу, — подсказал Артём, когда я чуть не оторвала ему полруки, немного вспылив.

А вот всегда говорила: членовредительство — самый продуктивный способ ведения диалога.

Экран вспыхнул, стоило нужной стороной повернуть к Артёму, и я полезла в историю. Вряд ли он подчистил все концы, они в принципе выходили на лёгкую прогулку.

Несколько последних исходящих номеров были не подписаны, так что их я запомнила на всякий случай, а вот в сообщениях было куда интереснее. Например, там была переписка с некой Владой, которой Артём ездил по ушам и обещал завтра же вечером увести её из Екатеринбурга в сторону морей, океанов и беззаботной жизни. Или не ездил, сколько я там стою?

— А Влада у нас кто? — продолжая изучать последние диалоги, поинтересовалась у пленного недопохитителя.

— Прошу, не трогай её, — выпалил боец. — Она вообще не знает, чем я промышляю.

— На вопрос ответь, — с нарастающим раздражением распорядилась я.

Вот почему никто не думает, что мне может быть просто любопытно?

— Сестра моя младшая, — подумав, всё-таки ответил он. — Пожалуйста… не убивай.

Фу-фу-фу, не люблю заискивающие нотки, да и вообще не люблю, когда передо мной пресмыкаются.

— Сдалась она мне, — фыркнула я и продолжила изучение девайса.

Ну что сказать. Меня действительно заказали. Некто Господин Л.

— А как вы вообще оказались на службе у этого Л?

— Дебилы потому что, — мрачно отозвался Артём, а Кир согласно кивнул и даже мои неприкрытые ляжки не осмотрел.

Видать, действительно серьёзная тема, раз аж мои ноги перестали интересовать.

То и дело, вслушиваясь в отдалённую канонаду и низкий рокот, что постоянно менял направление, я решилась на быстренький допрос. Сильно вникать не хотелось, как ни крути, а бойцы себя дискредитировали. Но узнать, с чего вдруг они решили и работодателя, и объект предать, всё-таки интересно.

Хотя ничего принципиально нового и не выяснилось. Артём с Кириллом были действительно бойцами рода, и их действительно пристроили к Кате для вида, закрыв два вопроса одним назначением. И приличия соблюдены для Екатерины, и бойцам место нашлось.

Немудрено, что мужики с девушкой не поладили. Екатерина, помешанная на своей элитарности, моментально выкупила, что это очень сомнительные щедроты с барского плеча, и отрывалась на охране, как могла. Сами мужики, тоже понимали, что и им не награду выдали и отвечали Кате с полной отдачей.

Благо, виделись они редко. По пальцам можно пересчитать сколько раз требовалось официальное сопровождение девушке, а в остальное время она сидела в стенах академии. Но и оттуда не давала о себе забыть, периодически требуя замены личного состава у дяди.

Когда отчаянно нуждающемуся в деньгах Артёму, неожиданно предложили непыльную подработку, он не увидел ничего зазорного в таком предложении, ведь даже формально договор с Савицкими не нарушался. Ему предложили всего лишь отправлять отчёты. Что делает, куда ездит и так далее. Артём на удочку попался, и дальше в дело вступил банальный шантаж и постоянное повышение ставок.

С Кириллом история была схожа, только причина была не в деньгах, а в вовремя подложенной под него аристократке. По уверениям самого мужчины всё было с точностью до наоборот, она его сняла, она же на него и залезла, да только застукали их до начала самого процесса. В общем, со всех сторон ему обломалось, и девушка в итоге не дала, и на крючок поймался.

— И не жалко вам меня? — прищурившись, спросила у подавленных мужиков.

— А чем ты лучше нас? Чем лучше Влады? Только тебе всё мало, а мы, чтобы на колледж набрать, третий год голодаем, — взвился Артём.

Ясно всё с ним, классовая ненависть, память угнетённых предков или что там в нём сейчас взыграло.

— Может, этим? — зажгла огонёк на пальце и позволила пламени плавно очертить всю руку.

Ну да, это вам не записки поджигать, это уже совершенно другой уровень контроля дара. Причём ведь неродового, и они об этом не могут не знать.

Жалко ли мне Артёма и его сестру? Ну не особо. Катя, конечно, не подарок, но оправдывать действия против неё, только её характером — очень однобоко. А Артём — мальчик взрослый, сам решение принял, и за последствия должен быть готовым нести ответственность.

Я даже не размышляла над тем, что сделаю дальше. Смерть — слишком лёгкое наказание, а устраивать им тягостное посмертие слишком хлопотно, да и не заслужили они такой кары.

— Доброй ночи, Юрий Николаевич, — радостно прощебетала я в трубку, как только на вызов ответили. — Понимаю, у вас ночь жаркая, но вы случайно, никого не потеряли?

Глава 22

Ну что сказать, Самойлов охренел, когда понял, что меня действительно профукали.

Естественно, что он не сразу понял кто и зачем звонит, но надо отдать безопаснику должное, соображал он быстро. Пара уточнений у подчинённых, пара наводящих вопросов мне и вот к нам уже отправилась «вертушка» с бойцами.

Что за вертушка я не знала, но рокот, постоянно курсирующий по территории, становился громче, как и возмущённый клёкот, подстреленных гарпий.

Покидать прикрытие листвы я не спешила, но вышла к опушке чуть ближе, чтобы не пропустить явление спасательной группы. Причём из чистой тяги к новому. Хотелось мне посмотреть, что за оружие такое, способное тягаться с гарпиями на их же поле.

Туши похитителей остались все под тем же деревом, как и все находки, что я достала из карманов охраны. Ничего ценного для себя не нашла, номера телефонов запомнила, а остальное меня и не касалось. Пусть Самойлов сам решает участь своих же бойцов, думается мне, что одним штрафом они не отделаются.

Гарпии метались в небе, закрывая своими широкими крыльями редкие облака, и отбрасывали неровные тени на землю. Гарпии орали, заглушая щебет ночных птиц, стрекотание насекомых и шелест листвы. Гарпии умирали, падая безобразными кучами перьев, и приминали влажную траву.

Красивый танец железа и плоти, жизни и смерти.

Стихло как-то резко. Перед опушкой приземлилась вертушка, ломая невысокие кусты, и я смогла наконец-то понять о чём вообще шла речь. На фотографии самолётов я уже полюбовалась, но вот этот агрегат видеть в Сети не доводилось. Большая фиговина. Да какой там, огромная.

Не знаю, что я ожидала увидеть, возможно, что-то похожее на автомобиль, но на траву опустилась зализанная стальная громадина, размером с десяток автомобилей минимум, из которой посыпались бойцы. Хлопали двери, скупо переговаривались вооружённые мужчины, длинные стволы орудий крутились, контролируя воздух. И над всем этим мерно вращались лопасти, закручивая тёплый воздух, пропитанный резким запахом раскалённого металла.

— Екатерина Алексеевна, — почтительно поклонился Самойлов.

Удивил меня этот пожилой вояка. И бойцов остановил, не дав подойди ко мне первыми. И одного из подчинённых жёстко осадил, когда меня окинули совсем уж заинтересованным взглядом, хотя зуб даю, в этом взгляде не было ничего, кроме обычного любопытства. Да и поклоны эти, так и хотелось за всем этим показушным уважением найти подвох.

Так и не решив, как к этой почётной клоунаде относиться, отправила бойцов за бесчувственными телами моих похитителей, а Самойлову протянула трофейные телефоны.

— Желаете выбрать наказание?

— У меня претензий нет, — поспешила избавиться я от такой чести. — Они полностью ваши.

И опять поклон. Вот с какой такой радости? Совесть, что ли, проснулась?

В это время бойцы вынесли из леса матерящихся Кирилла и Артёма, и в меня впились уже совсем пытливые взгляды. Юрий открыл было рот, но я решила за него.

— Ох, простите, — жалобно прошептала я и, прикрыв глаза, качнулась к ближайшему дереву.

Рука, которой я оперлась о ствол, выгодно подчеркнула всю тяжесть моего наигранного положения. И пижамка-то у меня порванная, и кровью вся залитая, да и раны так удачно открылись. Сама себе мысленно поаплодировала, прямо нежная фиалка, а не маг смерти.

Да и Павлуша, парящий надо мной, поддержал мою актёрскую игру. Правда, сдержаться и не засмеяться от его кривляний, направленных на бойцов, было нелегко, но я же суровая жрица Неотвратимой, мне всё по плечу, даже прикинуться девой в беде.

Самойлов резко выдохнул, и вокруг всё закрутилось-завертелось. Моих пленников, не церемонясь, закинули внутрь монструозного летательного аппарата, меня аккуратно подхватили под ручки и бережно повели в ту же сторону. Ещё несколько секунд и ветер усилился, и мы с места взмыли вверх.

Ух. Это было… Впечатляюще.

Никогда в жизни я не летала, не считать же за полёт затяжные прыжки поднятой виверны. Да и так, сколько я там на этом зомби пропрыгала, метров сто? Пыль в глаза пустила, эффектно на поле боя появилась, и на этом мои полёты были закончены. А тут…

Земля, уходящая из-под ног. Лёгкость в теле, что тут же сменилась тяжестью, комом вставшей в желудке. Гул в ушах и восторг.

Жалко, что лететь нам недалеко. Не успели меня унести на приличное расстояние. Всего-то несколько минут и мы, вместе со стальной махиной, плавно опускались на бетонные плиты у главного дома усадьбы.

Жизнь вокруг кипела. Бегали бойцы, то и дело проезжала техника, и всю эту суету поддерживали непрекращающиеся выстрелы и крики со стороны парка. Самого Разлома я не видела, хотя и пыталась найти его с воздуха. Но нет, летели мы низко, да ещё и мимо, специально отклоняясь от опасного участка.

Может, и правы бойцы, конечно, мало ли какая шальная пуля долетит или гарпия-самоубийца в винт бросится. Гарпии они такие, могут и собой пожертвовать. Но я бы предпочла идти закрывать Разлом, чем участвовать в непонятных для меня играх. Не люблю я этого, но кто бы меня пока спрашивал.

Меня передавали из рук в руки, осматривали, расспрашивали и ненавязчиво уводили в сторону особняка. Я не противилась и послушно отвечала, дала осмотреть рану и даже прислонила к ней артефакт, мне пока скрывать нечего. Без регенерации изодранное плечо выглядело ровно так, как ему и положено, то есть не очень радостно.

Полина набросилась на меня перепуганным вихрем, стоило только переступить порог дома. Она ахала, охала, не забыв при этом прихватить тёплый халат, который первым делом на меня накинула.

Аркадий стоял в стороне и хмуро слушал доклад Самойлова. Мне даже стало жалко мужика. Мало ему Разлома как такового, так ещё и с гарпиями, спасибо, что не с вивернами, конечно. Но лучше бы големы какие-нибудь или вообще элементали. Первые просто медленные, а вторые могли и наружу не выйти, не всегда их на подвиги тянет. А тут вечно агрессивные гарпии, жертвы, ещё и племянницу из-под самого носа умыкнули, и ладно бы просто украли, так свои же люди. Вот как ему не посочувствовать?

Вот только я душевного трепета не испытывала. Не за что мне было к нему относиться благосклонно, ни мне, ни моей предшественнице, поэтому я ограничилась кивком в сторону хозяина дома и позволила Полине хлопотать вокруг меня. Ей явно требовалось выплеснуть накопившиеся эмоции. Стресс он такой: и цвет лица портит, и глупости творить обязывает, если выхода не находит. А магам волноваться вообще вредно, особенно молодым и неопытным.

— Катя, нам нужно поговорить, — не дождавшись от меня какой-либо реакции, первым подошёл Савицкий и устремился по уже известному мне маршруту, как только высказал своё пожелание.

Кто бы спорил, поговорить нам действительно не мешало бы.

— Сбегай на кухню, попроси у поварих перекусить чего-нибудь посытнее, — сложив ручки перед собой, попросила я Полю, за что получила благодарный взгляд от Аркадия.

Не ради него старалась, и даже не ради еды, но говорить этого вслух не стала. Девушку надо было занять чем-то простым и понятным, отвлечь и от выстрелов, и от похищения, о котором она, несомненно, была осведомлена. Не за чем ей о плохом думать.

— Спасибо, — неожиданно серьёзно поблагодарил меня Савицкий, когда Поля убежала в сторону кухни.

Я даже растерялась. Что у них тут стряслось такое, пока меня травили? Откуда такие кардинальные перемены? Так и не придумала ничего стоящего, пока шла до кабинета. Мало у меня исходных данных, совсем мало, и то частично несколько противоречивые.

А вот в кабинете нас ждали. Левинский, Захар и бутылка, сиротливо приютившаяся на журнальном столике.

— Во-первых, я должен принести тебе извинения, — с порога начал Аркадий, добив остатки моего сложившегося о нём мнения. — Я проявил халатность, не принимал твои слова всерьёз, доверился не тем людям.

Законник подавился воздухом, а я молча подошла к столику и откупорила бутылку.

— Во-вторых, хотел бы я заверить, что ты можешь положиться на меня и мой род, — быстро продолжил он, пока я крутила в руках ёмкость.

Странный напиток, прозрачный как вода, но пахнет так, что слёзы непроизвольно наворачиваются.

— Понимаю, что ты не готова мне доверять, — продолжал Савицкий, пока я раздумывала пить или не стоит.

— У меня есть причины, — отозвалась я.

— Несомненно, — согласился Аркадий.

Вот мне бы его уверенность. Как бы я ни старалась, но назначить на роль главного злодея Савицкого у меня не получалось. Он, по сути, всё верно сказал, не было вражды между дядей и племянницей. Обиды, непонимание, пренебрежение, недоверие — это было, а вот настоящей вражды я не чувствовала.

Крутанула ещё раз бутылку, полюбовалась на колыхание жидкости внутри и поставила обратно. Решила всё-таки не пить. Даже яд пах приятнее, чем этот алкоголь. Вряд ли на вкус эта жижа окажется амброзией.

— Вы хотите что-то предложить? — первая прервала затянувшуюся паузу, прямо посмотрев на замерших в ожидании мужчин.

Глава 23

Не сказать, что разговор получился лёгким.

Мужчины, чей суммарный возраст был меньше половины моего, видели перед собой двадцатилетнюю девочку и искренне пытались переубедить. Надо отдать должное, они хоть и заблуждались, но по-своему старались действовать в моих интересах, вернее Кати. Но, я-то не она.

По мнению Савицкого, меня стоило запереть в подвале, обвесить защитными артефактами и неспешно вести расследование. И вот эта неспешность раздражала меня больше всего.

Я вполне осознавала, что я для них не только маленький, но и беззащитный ребёнок, ещё и взбалмошный, и они хотят меня уберечь и не наломать дров в процессе. Вот только моей тайне осталось существовать от силы пять дней, а я теряла время на бесполезные уговоры.

— Вы можете хоть запытать своих работников, ничего не изменится, — стояла я на своём. — Самый простой и действенный способ решить вопрос с покушениями — выйти за ворота.

— Это неоправданный риск, — покачал головой Аркадий. — Мы не сможем выделить сопровождение, каждый человек на счету, пока не закроют Разлом.

— А я у вас разве что-то попросила? — недоумённо переспросила я.

— Конечно, одна пойдёшь, — тихо фыркнул адвокат.

Как же он меня достал!

— Вас моё благополучие каким местом касается, господин законник? — ледяным тоном поинтересовалась я. — Напомню, мы друг другу никто. И я предпочту, чтобы так и оставалось.

— Да что ты себе позволяешь?!

Ох, как много я бы хотела себе позволить, но нет, силёнок маловато, да и чёртова опека. Чёртовы законы. Чёртов мир!

Воздух в кабинете загустел, превращаясь в тяжёлый, густой кисель. Лампы замерцали, и половина со звоном разлетелась на мелкие осколки, погрузив комнату в полумрак. По стенам поползли тени, собираясь за моей спиной.

— Кайф! — взвизгнул Павлуша и нырнул в самое средоточие теней.

Ну хоть кому-то по вкусу это представление.

Аура, что сейчас вовсю расползалась по помещению, есть у всех магов. И управлять ей могут все, надо только уметь. Я вот умела.

— Повторяю, господин Левинский, — подпустив в голоса металла, медленно произнесла я. — Вы мне никто.

— Родовой дар, — ошеломлённо прошептал Савицкий. — У тебя проснулся родовой дар.

Опачки.

Чуть не сбилась с контроля от таких новостей. Катя так и не узнала, каким был родовой дар Чернышёвых. Я этой информации тоже не нашла, ошибочно решив, что речь шла о магии крови. А тут вон оно как.

Да и когда на тебя смотрят как на чудо чудное, вместо того, чтобы в панике забиться в угол, это несколько сбивает с толку. А ведь Савицкий по полной прочувствовал давление ауры. А аура у меня тяжёлая, порабощающая. Чего ещё ожидать от мага смерти.

— Я не прошу разрешения, не прошу поддержки, — старательно сохраняя внешнюю невозмутимость, продолжила я. — Я требую невмешательства. Это дело МОЕГО рода.

Голос гремел, вбивая каждое слово прямо в мозг охреневших от такой подачи мужиков. Энергия стремительно заканчивалась, и пришлось зачерпнуть у Павлуши. Мальчик ойкнул, возмутился было, но быстро понял, что лишнего я не брала, наоборот, избавляла от некросилы, что давила на разум и медленно сводила его с ума.

Сказать бы пару ласковых некроманту, что призвал Павлика. Себя, козлина такая, обезопасил, а о нормальном существовании призрака не позаботился. Так не делается. Не хочешь плодить озверелых потусторонних сущностей — проводи ритуалы со всей отдачей.

Стылая, колючая энергия потекла по слабеньким каналам, буквально царапая изнутри. Мерзость.

Еле удержалась, чтобы не передёрнуть плечами и не заскрипеть зубами. Всё-таки энергия мёртвых чужда живым.

Левинский находился на грани обморока, но тщетно продолжал выставлять щиты. Каюсь, на него я давила сильнее всего. Захара вообще старалась обтекать, а Савицкий вроде и не заслужил участи стать овощем. О да, превращать мозги в студень я тоже умею.

— Прекрати, — прохрипел адвокат, утирая кровь под носом.

— Разве так обращаются к баронессе?

Знать бы ещё, как точно ко мне положено обращаться, но, думается мне, Левинский точно в курсе, запамятовал только о положении Чернышёвой. Случайно, конечно, память подводит на старости лет, все дела.

— Ваше Благородие, молю, не убивайте, — на грани слышимости выдавил он, с трудом сохраняя сознание.

А крепкий старичок, ничего не скажешь. Уверенный магистр, не меньше.

— Катя, — позвал Аркадий. — Он не со зла.

Конечно, не со зла, просто гордость у кого-то из всех щелей прёт. Но, адвоката я всё-таки отпустила.

И нет, не из жалости, просто к дверям неслась Поля во главе целой делегации слуг.

Доселе не отсвечивающий Захар, резко вскочил на ноги, подхватил еле живого Александра Яковлевича и шустро потащил его в сторону неприметной двери, скрывающейся за книжными полками.

— Там уборная, — зачем-то заметил Савицкий, вот только не это меня интересовало.

Не чувствовала я магии в Захаре, а тут такие выкрутасы. Пока он уводил шатающегося Левинского, проверила ещё разок и всё равно нет, пусто, неодарённый.

— Аркадий Владимирович, — протянула я, но меня перебили нагруженные подносами слуги.

Вошедшие женщины ничего необычного не заметили, а вот Полина насторожилась, стоило ей только зайти внутрь. Молодец, девочка, чуйка отменная.

— Без сервировки, — отдала распоряжение Поля, быстро оценив ситуацию.

Женщины низко поклонились и незаметно испарились за дверью. И знаете, что странно? Они не боялись хозяев. Вот совсем.

День открытий какой-то. Но одно стало предельно ясно, не стоило мне делать поспешные выводы, ни о родне, ни о потенциальных врагах. И конечно же, не верить тем заметкам, что вела Екатерина.

— Поль, — не дала я девушке открыть рот, — у тебя броня есть?

Ну а чего, маг она или где? Хотя бы какой-то парадный вариант-то должен быть.

— Нет, — сбивчиво начала она. — Есть костюм для тренировок. Не броня, конечно, но хоть какая-то защита.

— Одолжишь?

— Конечно, — покосилась она на отца, но тот только рукой махнул.

— Итак, — полностью убрав давление ауры, подвела итоги, — мне нужен чистый телефон, броня и наличка.

Спасибо Павлуше, подсказал, что оплату с банковских карт легко отследить.

— И нет, Полина, ты со мной не пойдёшь, — перебила девушку, что окольными путями пыталась навязать свою компанию.

Поля скуксилась, но возразить не посмела, не под носом у отца.

Аркадий от одного только намёка багроветь начал. Интересная у них семейка, однако. Может, и представится случай разобраться.

Савицкий явно решил, что я подаю очень плохой пример Поле, поэтому быстренько выдал мне всё требуемое. И видавший виды телефон, и внушительную пачку разноцветных бумажек, и пару защитных артефактов сверху от себя добавил. И даже двух бойцов тут же согласился предоставить. Как-то я должна была же добраться до места похищения.

Не дело это на своё же похищение идти собственными ножками и по доброй воле. Подозрительно.

— Пришлю к тебе Карла, — предупредил меня Аркадий и милостиво отпустил.

Карл так Карл, кем бы он ни был. И прихватив пару тарелок, я направилась к себе. До рассвета оставались пара часов, в которые предстояло основательно подготовиться.

Двери в мою комнату то и дело хлопали, впуская и выпуская посетителей, которых я не особо и ждала. Поля принесла свой костюм. Нервно дёргающийся комендант принёс снаряжение, явно из особой секции и горестно вздыхал, когда меня что-то интересовало. Прижимистый оказался дядька, у такого лишнюю пару обуви за красивые глазки не выпросишь.

Не было только обещанного Карла.

По словам Павлика, Карл был лекарем, причём очень неплохим, с уровнем великого магистра. Но, служил роду Савицких он неофициально, перманентно пребывая в гостях у дальнего родственника.

— А почему не под клятвой? — удивилась я.

А потом удивилась ещё больше. Всегда все решали деньги и власть. Вот всегда. Но не в Российской Империи.

Нет, конечно, неофициальные пути решения находились, вот как с Карлом, но армию в гости не пригласишь. Да и зачем тебе армия, если она на службу роду не поставлена. А поставить могут только дворяне.

Нет титула — нет возможности иметь гвардию. Полноценных бойцов, опытных воинов. Нельзя, только личная охрана.

— А у Савицкого нет титула, — дошло наконец до меня, когда вспомнила уровень одарённости местных бойцов.

Вот значит, в чём была причина такого маниакального желания поженить родителей Катерины, не тщеславие — выживание и защита рода. Не удивлюсь, если и у опекунства ноги растут из той же нужды.

— Позволите, сударыня? — раздался от дверей чарующий голос.

Глава 24

В дверях стоял мужчина лет тридцати. Высокий, красивый, прямо лоснящийся кот, а не мужчина.

Он что-то говорил, призывно улыбался и продвигался внутрь комнаты, где в самом центре, разложив перед собой горы оружия и артефактов, на полу сидела я.

Голос буквально обволакивал, заставляя расплываться в глупой улыбке. Я не сопротивлялась, интересно же, чем это представление закончится.

Раньше меня не особо стремились охмурить, в моём мире знали все, что маги смерти чарам обольщения не подвержены. И пускай в этом убеждении люди ошибались, но зато в другом они правы: воздействия на собственные чувства мы прощали крайне редко.

Секрет такого непринятия был прост: всё на нас действовало, только недолго. Ровно настолько, чтобы осознать, а злоумышленнику успеть начать претворять в жизнь свои коварные замыслы.

Вот и таинственный гость, что, несомненно, был достаточно сильным магом, включил свою ауру обольщения на полную и успел уже добраться до жертвы.

— Что ты, сударыня, на полу сидишь? — промурлыкал он и пальцем подцепил мой подбородок, вынуждая задрать голову.

Какая неоднозначная поза получилась-то. Статный блондинистый мужик, у его ног молоденькая дурочка глупо лыбится. Он ещё и руку вверх потянул, вынуждая меня потянуться за ней. Ну а чего, мне нетрудно подыграть, хоть узнаю, что именно он задумал.

— М-м-м, — простонала я, когда соблазнитель отпустил меня, но так и осталась на коленях, преданно заглядывая в глаза.

А красивые глаза, надо признать. Вот только расчёта в них было гораздо больше, чем заинтересованности, которую он хотел продемонстрировать.

— Хочется большего? — усмехнулся мой загадочный посетитель.

Я согласно закивала, облизнувшись на всякий случай. Не очень себе представляла, как должна выглядеть изнывающая от желания девочка, но мужику мои действия явно пришлись по нраву.

— Оу, — восторженно выдал Павлик, которого пришлось оторвать от слежки за фургоном с похитителями. — Вот Карлуша разошёлся.

Как-то так я и думала. Никого другого в гости я и не ждала.

— И часто он так веселится? — мысленно уточнила у призрака, грациозно переползая по ковру вслед за Карлом.

Этот недолекарь, убедившись в полной своей власти надо мной, небрежно расстегнул пиджак и вольготно развалился в кресле.

— Ну… — замялся Павлик, — обычно самую капельку. Успокоить, отвлечь.

— Даже думать не хочу, какие он мысли бойцам внушает с такой-то аурой, — фыркнула я.

— Давай залечим твоё плечо, — мягко потянул меня к себе Карлуша, когда я доползла до кресла.

Ну давай, раз пришёл.

Длинные пальцы заскользили по руке, оставляя после себя тепло и лёгкое покалывание на заживающей коже. Силён мужик, и лекарь неплохой. Актёр плохой, а лекарь хороший.

— Нравится? — проникновенно шепнул он.

— Очень, — честно ответила ему.

— И мне, — хихикнул Павлик.

Не ржать! Не ржать!

— Ты же понимаешь, как хрупко твоё тело? — продолжая уже просто гладить ключицы, ворковал лекарь. — Такая нежная кожа, м-м-м, ты же не хочешь её испортить?

— Что ты предлагаешь? — с придыханием спросила я.

— Останься здесь, не рискуй собой, — не заставил ждать ответа мужчина. — Твой дядя решит все вопросы, не забивай свою красивую головку глупостями.

Вот даже обидно стало.

— А дядя сказал, что у меня родовой дар проснулся? — не меняя интонации, уточнила я.

Карлуша подвоха не заметил.

— Ты юна и неопытна, позволь все проблемы решать мужчинам, — ласково провёл он рукой по щеке и влил щедрую порцию магии.

Не ржать!

— Мужчины сильные, да-а, — протянула я, поудобнее сев у ног лекаря, даже не думая засыпать. — Но такие самонадеянные…

Карл моргнул. Ещё разок и неуверенно улыбнулся.

— На тебя не действует?

— Не-а, — со смешком ответила я. — Дядя в курсе таких методов?

Даже злиться на него не получалось. Попытайся он воспользоваться ситуацией, был бы другой разговор.

— Нет, конечно, — усмехнулся мужчина. — Как вы себе представляете этот приказ? Сходи к моей племяннице и соблазни её? Делай что хочешь, но чтобы девица осталась под защитой?

Неопределённо пожала плечами вместо ответа. Я, конечно, зареклась уже судить о Савицком предвзято, но мало ли. Хотя стоит признать, такой бы приказ звучал бы крайне недальновидно, особенно в свете только что открытого мною дара.

Кстати, надо бы вызнать, как я здесь официально называюсь. Или, может, маги смерти и здесь были, но кто-то решил стереть с лица земли не только самих магов, но и данные о них? В Сети-то о даре Чернышёвых нет вообще никакой информации.

Странно это всё. И не совсем ясно, что мне делать с таким наследством.

И вместо того, чтобы начать распутывать клубок тайн вокруг Чернышёвых, я тут по полу ползаю.

— Господин Карл, — отстранив от себя руки, которыми мужчина по инерции продолжал меня поглаживать, убрала игривость из речи. — Спасибо за исцеление, но мне пора.

— Екатерина Алексеевна, — пожурил меня лекарь, — Аркадий Владимирович прав, не стоит вам напрасно рисковать жизнью. Вы же понимаете, что вас не на весёлую вечеринку собирались увести?

Ну Катюша, от всей души спасибо. Что же ты такое творила, что тебя за человека разумного не воспринимают? Тоже мне глава рода. Никто не верит в способность Екатерины здраво рассуждать и действовать.

— Я осознаю риски.

Мужчина вздохнул и, не став спорить, достал из воздуха несколько флаконов. В том, что это были зелья, не было никаких сомнений, слишком отчётливо от них фонило магией, но вот само их появление. Артефакт, личный дар, пространственный карман? Как? Хочу-хочу.

— Регенерация, исцеление, энергетик, — перебирал Карл склянки, пока я оценивала его уже с другой, более практической стороны.

И лекарь сильный, и аура интересная, и зельевар, и артефакты у него хорошие. Как он вообще у Савицких оказался? Ещё и без клятвы. Почему такой неординарный экземпляр не пошёл в сильный род?

— У меня выросли крылья? — не отрываясь от баночек, насмешливо спросил мужчина.

— Какие крылья? Что? — растерялась я, вот только воплощённых демонов мне тут не хватало.

— Вы так смотрите, словно видите меня впервые.

Догадливый-то какой.

— Простите, — буркнула я. — А что за браслет?

Карл понимающе хмыкнул, но всё-таки протянул мне украшение.

— Камень Искателей.

В тонком серебряном обруче был действительно закреплён небольшой камень. Гладкий и абсолютно прозрачный.

— Почему Искателей? Разве они не пользуются артефактами?

Про артефакты Искателей я узнала сразу же после того, как услышала про Разломы. Да и покупка гильдейского артефакта была вещью обязательной при регистрации. То ли страховка, то ли первый взнос.

Украшение, что мне передал Карл, явно не походило на многофункциональное устройство, способное не только фиксировать поток энергии, но и передавать сигнал бедствия, отслеживать жизненные показатели носителя, регистрировать прохождение и закрытие Разломов и многое другое.

— Можете считать меня параноиком, но мне было бы спокойнее, если бы вы взяли браслет. Раз уж вы намерены рисковать жизнью, то соломку подложить не помешает.

Знать бы ещё, что этот камень умеет.

Не знаю, что именно отразилось на моём лице, может непонимание, или, возможно, должной радости не появилось, но Карл вдруг скрестил руки на груди и внимательно осмотрел меня с ног до головы.

— Вы не в курсе свойств камня? — полувопросительно заявил он, аж глаза закатив.

Уверена, мог бы себе позволить, ещё бы и по лбу себя стукнул, ну или меня, так вернее.

— Не устраивайте представлений, вы прекрасно поняли, что нет, — на корню задушив раздражение, отложила браслет в сторону.

— Камень Искателей называется так неспроста, — начал было мужчина лекцию менторским тоном, но быстро осёкся под моим скептическим взглядом. — Эти камни добывают в Разломах, и именно они помогают не только принимать энергию Изнанки, но и запечатывать сами Разломы.

Ясно, обычный преобразователь. Костыль, что необходим местным магам, чтобы впитывать в себя чужеродную энергию. Интересно, получится сделать из него накопитель? В теории должно.

Хотя про печать тоже интересно, почему не закрыть, зачем запечатывать вход? Ладно, будет ещё возможность, и проверить, и опробовать.

— Спасибо, — вполне искренне поблагодарила я мужчину. — Не забудьте, выставить счёт роду Чернышёвых.

Можно было обойтись и без последнего замечания, но слишком уж довольно расплылся Карл в улыбке, так и захотелось предать нашему общению нотку официоза. Вот не так прост этот сладкий пирожок, как хочет казаться. И быть хотя бы косвенно в должниках у этого хитрозадого индивидуума не хотелось абсолютно. Ни к чему хорошему такие долги не приводят.

— Как скажете, Екатерина Алексеевна, — скис немного мой гость, и чинно раскланявшись, удалился.

В окно начали пробиваться первые робкие лучики восходящего солнца.

— И нам пора, да Павлуша? Готов повеселиться? — подмигнула я призраку.

Глава 25

У ворот усадьбы меня ждали хмурые бойцы. В одном из них я с удивлением опознала охранника Полины — Максима. А приглядевшись к молодому мужчине, неожиданно осознала, что он близкий родственник Самойлова. Уж не сын ли?

На кой-чёрт мне была нужна эта информация, я не знала, но привыкла не отмахиваться от любых сведений, никогда не знаешь, что вдруг окажется полезным. Явление Максимки народу, как минимум давало пищу для размышления. Недоверие ко мне со стороны Самойлова? Проверка для сынули?

— Фургон вон за тем дубом, — появился Павлик и указал на разлапистое дерево вдалеке.

Хорошо спрятались, умело. Не видно, не слышно и магией не разит.

Но вместо того, чтобы почувствовать вполне разумные опасения, меня охватил азарт.

Ну а чего? Да, я слаба, но опыт не пропьёшь. Я давно уже перестала полагаться на смекалку и хитрость, предпочитая давить грубой силой. Пропал страх, неуверенность в собственных силах. Всё пропало, осталась только скука и долг. А тут такие заманчивые перспективы.

— Госпожа, — неуверенно поклонился Максим. — Мы получили размытые указания…

Ага, конечно. Все вам точно сказали. Пришли, отнесли, сдали, ушли. Какие могут быть сомнения при таких формулировках?

— Нет, все инструкции соблюдаем предельно точно, — отрезала я и обмякла, упав в руки ошарашенному Максиму.

Надо отдать должное, поймать меня он успел и даже перехватил аккуратно, не растревожив арсенал, что я распихала по всему телу. Карманов-то тренировочный костюм не предполагал.

Не, костюм был отличный и по размеру подошёл, но это не броня, вообще ни разу. Так что пришлось довольствоваться малым. Но нормальную броню хотелось ещё сильнее. Ценник на неё, правда, был запредельный, успела уже глянуть каталог. А ведь в каталогах был только массмаркет, как фабричные изделия назвала Полина. Ничего уникального или редкого, и такие цены. Оставалось только поцокать языком с досады.

Пока я прикидывала, кого и где разобрать на запчасти, чтобы обзавестись достойным сердры доспехом, бойцы Савицких доказывали, что они не полные идиоты.

Может они и не понимали причин, по которым им дали такие специфические указания, но выполняли они все в точности. Меня накрыли маскирующей сеткой и украдкой несли вдоль забора под прикрытием редких деревьев.

Вдалеке ещё слышались выстрелы, но паузы между очередями становились все дольше, явно свидетельствуя о том, что гарпии взяли передышку. Хотелось бы сказать, что они выдохлись или кончились, но это было бы обманом. Эти пернатые твари оценили риски, отпор, что им оказали, и сейчас наверняка придумывали новую тактику. Вот уж кого, а их недооценивать не стоило.

— Кто здесь? — из-за дуба раздался настороженный шёпот.

— От Артёма мы, — добавив отчётливый деревенский говор, шепнул в ответ Максим. — У нас там это… твари летают, Тёмыча в караул дёрнули.

За деревом кто-то шуршал и подозрительно пыхтел, так что пришлось напрячься и подтянуть к себе Павлика. Надолго резерва не хватило бы, но на один взгляд глазами призрака — вполне. Да, передача ощущений работает в обе стороны, только Павлушу я забыла об этом предупредить, и он знатно охренел, когда потерял контроль над своим не особо материальным телом.

За деревом прятался юноша, совсем щупленький и маленький, лет двадцати от силы, и судорожно сжимал в руках артефакт искажений. Прикольная игрушка, но кроме внешнего облика поменять она ничего не могла, и аура безошибочно выдавала в нём слабенького, одарённого, может, и подмастерья, но с большей вероятностью новичка.

Ну никто Катю всерьёз не воспринимает, то неодарённые травят, то вот новичков вместо конвоиров присылают. Обидно, однако.

— Слышь, накинуть бы за неудобства, — не выходя из роли, потребовал Максим.

— Артём накинет, — хмыкнул юноша и вышел из-за дерева.

Еле удержалась, чтобы не заржать в голос. Вот ведь… артефакт.

К нам подошёл огромный шкаф, бритоголовый, со шрамом через одну бровь, в кожаной безрукавке, увешенной цепями. Максимка аж дёрнулся от габаритов нашего визави.

— Точно она?

— А я знаю? — очень натурально удивился Максим. — Что в руки пихнули, то и принёс. Чем меньше знаю, тем дольше проживу.

— Не пыли, — оборвал его иллюзорный громила и впихнул в руку охраннику пару смятых купюр. — Считай, вас тут не было.

— Сотка? — возмутился Павлуша. — Представляешь, тебя в сотку оценили!

При условии, что краска для волос обошлась Поле в семьдесят. Ну ладно, даже с учётом доставки, то всё равно обидно. Не ценят меня, ни живую, ни мёртвую.

Максим попробовал впихнуть свёрток со мной в руки великану, но тот проворно отскочил в сторону фургона, ещё и руки за спину убрал. Ну конечно, облик-то большой, а по факту хрен бы он меня удержал.

— Да вроде чистая же, — непринуждённо хмыкнул боец и понёс меня к фургону.

Прикидываясь бездыханной ветошью, боли я не боялась, и когда Максим размахнулся, чтобы зашвырнуть меня поглубже внутрь машины, я даже не напряглась. Подумаешь, шмякнусь об деревяшки, и не такое в жизни было. Но боец удивил, он размашисто хлопнул по полу рукой, при этом второй аккуратно положив свёрток со мной.

— Удачи, госпожа, — без тени иронии шепнул он и повернулся к похитителю. — Ты это, учти, мы с Тёмычем теперь квиты.

В ответ что-то проворчали, раздался хлопок руки об руку, скрип дверей и нутро фургона погрузилось во мрак.

Положил меня Максим неудобно, лицом к стенке. Вот что стоило повернуть немного, но крутить башкой пока было чревато, да и смотреть через Павлика тоже. Везут и везут. Куда-нибудь да привезут.

По выработанной привычке разогнала кровь и начала гонять магию по каналам. Успехи пока были незначительные, прямо скажем совсем. Пока руны не стёрлись, и извне непрерывным потоком в меня лилась дармовая энергия, я была вполне себе магом, пусть и слабеньким, а перекрой краник и всё, привет, пустой резерв. Задержать энергию внутри было тупо негде, источники крошечные, каналы узенькие. Так что и о сильных заклинаниях можно не вспоминать, банально не хватит энергии для каста. Другие руны тоже не нанести, резерв нужен приличный, а то иссушат они меня и сама не замечу, как это произошло. Срам один, а не маг смерти, в общем.

По-хорошему, руны стоило бы закрепить на теле основательно, минимум татуировкой. Но таких спецов под рукой не было, а резать новое тело ножом рука не поднималась. Жалко ведь. И кожа ровненькая, и не соврал Карл, действительно нежная, а тут её ножом, я себе не прощу, если просто так испорчу такую шкурку.

— В город въехали, — доложил мой призрачный разведчик. — В трущобы въезжаем.

Даже не удивительно, не во дворце же меня резать, или что там они со мной решили сделать.

Скорость заметно снизилась, и Павлик докладывал о каждом повороте и каждом здании, что попадались по пути, но мне названия ничего не говорили. Ну станции обслуживания. Ну склады и мастерские. Ну ночлежки и притоны. Не самая плохая компания, чтобы погибнуть.

Фургон остановился внезапно, так что даже Павлик не предупредил. По словам призрака, мы просто съехали на обочину, а вокруг только заборы и загаженные газоны.

Играть в угадайку я не стала, всё равно же не угадаю. Земля преподносит слишком много сюрпризов. Слишком большая пропасть между нашими мирами, чтобы строить предположения, банально не хватает знаний.

— Оу, — взвизгнул Павлуша и фургон, дёрнувшись разок, рухнул вниз.

Как-то резко расхотелось прикидываться беспомощной пленницей. Не люблю я жёсткие приземления, и вообще, я летать не люблю. Вот.

Полёт продлился несколько мгновений. И то, стоило вернуть контроль телу, как разница между падением и быстрым спуском стала ощутима. Мы не просто падали, мы снижались и скорость нашу кто-то или что-то контролировал.

— Вау, — опять очень познавательно выдал Павлик. — А красиво тебя собираются убивать.

Очень оптимистично.

За тонкими стенками моей временной темницы раздавались голоса, какое-то механическое рычание, отдалённо напоминающее рокот вертолёта, но в гости заглянуть никто не спешил. Изощрённая пытка? Мы тебя на убой привезли, а ты теперь мучайся парализованная, гадай, какой вздох станет последним.

О, кстати, про воздух. Пахло тут, прямо скажем, не очень. Но ничего опасного я не чувствовала. Затхлый воздух подземелья, тонкие нотки фекалий и застарелой крови. Стандартный такой набор запахов пыточных подземелий. Только вот наверху-то цивилизованный мир.

— Вы поздно, — раздался из-за стенки скрипучий старческий голос. — Хозяин это так не оставит.

— Да чё мы-то? — возмутился парнишка, что прикидывался громилой. — У Савицких Разлом под носом открылся, там такой кипиш начался, хорошо, что, вообще забрать тело удалось, пока район не оцепили.

— Хозяину плевать на ваши трудности, — повысил голос старик, и голос сорвался на визг.

Прямо фу, словно заржавевшие петли открываются.

— Так чего, в мясорубку её? — заискивающе спросил парнишка, и у меня натурально мурашки пробежали по спине.

Совершенно негуманная смерть.

— Э-э-э не, — проскрипел старик у самых дверей фургона. — У хозяина поменялись планы.

— Атас, Айрин, шухер! — одновременно с ним заорал мне в ухо Павлик.