Служу человечеству

Глава 1 Детектив Горан

Лил холодный осенний дождь.

Детектив Горан, проклиная длинный дождевик, остановился под козырьком одного из продуктовых автоматов. Трансляторы на главной площади 10-го квартала Геополиса передавали новости.

«Мы продолжаем освещать планы по освоению околоземного пространства. На сегодняшней совместной пресс-конференции Министерства развития, Совета промышленников и рабочей группы, взаимодействующей с глотами, было объявлено о запуске программы по терраформированию астероидов, выведенных за Пояс. Как нам стало известно, одной из первых одобрение получила миссия по обустройству Фаэтона, планетоида, стратегическое положение которого обуславливает приоритетность миссии. В ходе презентации проекта было объявлено об открытии на Фаэтоне автономного научного центра, а также гражданских сооружений для его сотрудников. Академгородок, как уже окрестили проект, станет первым открытым землянами институтом, осуществляющим научно-исследовательскую работу, а также подготовку специалистов по фундаментальным и прикладным наукам вне родной планеты. В чём значимость этого события и в чём выгода от реализации данного проекта — через несколько минут обсудим с нашими экспертами».

Приложив к сканеру свой бейдж, детектив, наконец, зажал в ладонях горячий стакан. После блока новостей запустили пронзительный рекламный ролик об экологической очистке территорий. И Горан начал тихонько подпевать: «Нелегкий выдался день...».

На углу остановился служебный автомобиль. Агент Ларин просигналил дважды. Детектив невольно поморщился, одним глотком допил кофе и направился к машине. В ближайшие часы ожидалось приземление нового корабля глотов, поэтому к прилёту гостей следовало обеспечить порядок.

Агент поприветствовал начальника и, не вставая с водительского сидения, открыл дверцу:

– Детектив, снимайте свой плащ, а то испортите весь салон.

– Поезжай, – лишь отмахнулся Горан, усевшись как был, и уставился в окно.

После Кризиса Геополис стал одним из крупнейших городов Земли, её столицей. Густонаселенные до Кризиса территории пустовали, население сократилось в тысячи раз. Кризисом называли последние двести лет: бесконечные войны, связанные и не связанные с ними глобальные экологические катастрофы — изменение магнитных колебаний планеты, землетрясения, извержения вулканов, таяние льдов, подъём уровня Мирового океана, повсеместной потепление, а затем похолодание, загрязнения, эпидемии, и, как результат, упадок морали человечества. В конце Кризиса инопланетная раса глотов сообщила о намерении установить контакт с людьми и выслать на Землю своих послов. Правительство Земли, сформированное в последние годы перед выходом из Кризиса, постановило, что установление контакта может послужить дополнительным стимулом к восстановлению морали и духа человечества, и разрешило послам высадиться.

Глоты были гуманоидной расой, как они сами говорили «адамической». С их же слов, перед высадкой они долгое время изучали земную культуру и природу человека.

Они прилетели из какого-то созвездия, находящегося так далеко, что детективу Горану запоминать его название казалось делом не первой важности. И хотя по прилёту глотов восторженное изучение звёздных карт приняло массовый характер, большая часть людей, поначалу скупавших еженедельные их обновления, теперь бы не сказала, как там называлась система глотов и сколько в ней лун.

Глоты прибывали на своих кораблях, зависавших на околоземной орбите. На Земле пришельцев размещали в специальных корпусах при штабе воздушно-космических сил. Эти корпуса были огорожены и тщательно охранялись.

Раз в неделю рабочая группа взаимодействия давала публичный отчет, об информации, полученной от глотов. Речь в первую очередь шла о новых технологиях, истории Солнечной системы и её обитателях, о проектах по освоению космоса.

Машина с детективом остановилась у оцепленной зоны.

Завыла сирена. Из громкоговорителя пошел треск, а затем предупреждение:

«Внимание! Срочно освободить периметр. Космический корабль идет на посадку. Повторяю. Срочно освободить периметр».

Горан выбрался из автомобиля и задрал голову вверх, чтобы рассмотреть спускающийся с орбиты космолёт.

– Ещё один, – детектив постучал правым ботинком о левый, что посреди полевого бездорожья, было более чем бесполезно.

– Босс, у Вас опять портится настроение, – заметил агент Ларин.

– Нам с тобой целый день под кислотным дождем мокнуть, – ответил детектив, – так что давай вместо того, чтоб болтать пройдемся, посмотрим, что там за столпотворение у западного кордона.

Послы глотов высадились на Землю уже около восьми лет назад. Но люди до сих пор собирались смотреть на прилетающие корабли, как смотрели когда-то на проходящие поезда. Приземление собирало как простых зевак, так и всяких идейных граждан. Как и любое событие, установление контакта с глотами вызывало у людей различную реакцию.

Большинство возлагало на встречу с инопланетными гостями надежды на восстановление баланса на планете, кто-то ждал золотого века просвещения, связывая всё возможные положительные подвижки исключительно с пришельцами. По прошествии нескольких лет такие настроения, правда, сменились более умеренными: хоть глоты и оправдывали часть надежд, всё же изменения в жизнь рядовых людей проникали очень медленно.

Были и другие, кто по разным причинам негативно относился к глотам, например, как к захватчикам или просто носителями неизвестной опасности, повсюду находя подтверждения своим гипотезам.

Излюбленным аргументом последних был инцидент в Капаре, городе-спутнике на востоке Геополиса. Однажды, пара глотов вышла из штаба и направилась на ближайшую ферму, устроив там настоящую бойню. Умертвив всех животных и работников, глоты так и не потрудились объяснить причину своего поступка. Стоило бы отметить, что в условиях экологической катастрофы выращивание растений и скота стало привилегированным занятием. Все фермы были правительственными, поскольку имели стратегическое значение. Однако, после разгрома фермы в Капаре Правительство Земли не предприняло никаких мер. Отчасти данное бездействие можно было объяснить тем, что эскалации конфликта никто не хотел.

Справедливости ради стоит сказать, что не всё конфликты провоцировали глоты.

В этом плане особенно отличились жители Саввата, поселения расположенного к северу от столицы Земли. Савват был приграничной зоной, за которой начинаются дикие земли с экологической точки зрения непригодные для проживания людей. В большинстве подобных поселений местные жители заняты как раз облагораживанием прилежащих территорий, их очисткой и обустройством. Для подобных работ годились только крепкие мужчины, которые и составляли костяк подобных поселений. Статистически приграничные зоны отличались двумя общими для всех них характеристиками: повышенным уровнем преступности и суеверий. Если первое объяснялось гендерно-возрастными особенностями, то второе, как правило, списывалось на близость территорий к диким землям, где чего только не встречалось. В такой атмосфере в определенный момент в Саввате начали пропадать люди. То есть «начали» достаточно условно. Поскольку в диких землях несложно пропасть. Рабочие периодически находили останки неизвестно как оказавшихся там людей, да и некоторые из рабочих пропадали: то ли уходили, то ли встречали мутантов, то ли просто терялись и не могли найти дорогу назад. Терялись потому что одной из забав в приграничных поселениях является самостоятельное исследование диких земель. Забава состоит как раз в том, чтобы проявить свою смелость и ловкость. Именно среди любителей этой забавы ходило поверье, что по ночам по диким землям бродят глоты, и никакие мутанты их не трогают. Так что, когда в поселении в течение недели пропало трое рабочих, ночной сторож вместе с собакой и двое школьников, по Саввату поползли слухи о похищении глотами людей. Заказчик работ по экологической очистке, а также по совместительству спонсор Саввата, выделяющий городу рабочие места и обеспечивающий инфраструктуру, промышленная компания «Инджениринг», направила в Савват своего управляющего, чтобы провести с работниками разъяснительную беседу и снизить накал страстей. Однако, как и стоило ожидать, рабочие требовали, чтобы им обеспечили безопасность и провели проверку относительно присутствия глотов в диких землях.

Чтобы развеять предубеждения против глотов управляющий привез в Савват делегацию пришельцев. Но собрание работников переросло сначала в спор с управляющим, а затем, в драку, в результате которой делегация была атакована и убита.

Правительству Земли пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоить гостей и убедить их не принимать никаких самостоятельных мер и не делать скоропалительных выводов.

Зачинщики драки понесли суровое наказание. Общественность осудила варварское поведение савватских рабочих, заклеймив их «средневековыми инквизиторами». Никаких серьезных действий со стороны глотов не последовало, а прежняя жизнь в Саввате продолжилась.

После этих случаев, а также учитывая статус глотов как послов, а в особенности их технологическое превосходство и необходимость каким-то образом регулировать отношения между людьми и глотами, в Вооруженных Силах Человечества (кратко ВСЧ) было создано подразделение Взаимодействия. Состояло оно из двух отделов: отдела по обеспечению мирного сосуществования и отдела по борьбе с преступлениями против пришельцев. Последний в Геополисе возглавлял детектив Горан.

Добравшись до западных ограждений, Горан снова принялся обстукивать ботинки. Тропинку к западной оконечности периметра совсем размыло дождём, и грязь основательно налипла на обувь.

Заметив приближение детектива, охранявший периметр агент положил правую руку, сжатую в кулак на сердце в знак приветствия. В этот самый момент за его спиной из толпы выскочил бородач. В руке он держал топор. Агент всё еще был повёрнут к детективу, года сзади на него обрушился удар. Бородач толкнул осевшего агента на детектива и бросился к кораблю глотов. Детектив Горан подхватил раненого агента и крикнул помощнику: «Ларин, задержи этого отморозка!» Затем он сунул руку в карман и извлёк бейдж: «Это детектив Горан. Врачей и группу захвата к западным воротам!»

Бородач тем временем добежал до корабля и стал со всей силы молотить корпус топором:

– Убирайтесь, исчадия ада!

Не успел он нанести и пары ударов, как его настиг агент Ларин, ловко перехвативший топор и отбросивший его подальше. Бородач был плотного телосложения, поэтому, когда он навалился на агента и стал его душить, выкрикивая «Защищаешь исчадий ада, тварь!», Ларин поскользнулся и оба они повалились в грязь. Бойцы подоспевшей группы захвата с трудом отцепили пучащего глаза бородача, не перестававшего выкрикивать свои угрозу в адрес «исчадий ада».

Детектив Горан передал раненого агента, охранявшего периметр, врачам. Агент был жив. Лежа на носилках он стонал. Детектив смахнул рукой дождевую воду с лица агента и приложил правую руку сжатую в кулак к сердцу.

Этот ритуал был принят во всех подразделениях Вооруженных сил человечества. Он был приветствием, знаком распознавания и клятвой «Служу человечеству!»

Тут же какая-то девица вцепилась Горану в руку.

– Детектив, прикажите Вашим женоненавистникам отпустить меня!

Прежде чем повернуться, Горан закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Эту девицу он хорошо знал, поскольку задерживали её не в первый раз.

– Детектив,эти снова выскочили за ограждение и устроили представление с плакатом «Земной парень мне не нужен — мне пришелец будет мужем!» – возмутился агент, сопровождавший нарушительницу.

– Ладно, можете оставить её здесь, я сам составлю акт, – распорядился Горан.

– Как скажете, – с облегчением ответил агент и удалился.

Детектив повернулся к Анне и укоризненно посмотрел на нее:

– Ну, и что это было? – мужчина указал на огороженный периметр, за который прорвались девушки. – Ты вообще когда-нибудь одумаешься? Ты помнишь: еще одно нарушение и тебя отчислят из Университета?

Девушка стояла молча, потупив глаза в землю. Длинные волосы трепал ветер.

– Как тебя такую вообще туда взяли?! – детектив отвернулся.

– Я встречалась с ректором.

Детектив поднял глаза к небу: «Откуда у современной молодежи эта потребности говорить мерзости?»

Анна обошла детектива с другой стороны:

– Ведь Вы это имели в виду? Что девушка сама по себе ни за что не может поступить в Университет?

– Нет, не это, – возразил Горан. – Я имел в виду, что не понимаю, как человек, занимающийся подобными...глупостями, мог поступить в Университет.

– Поступила как призер Олимпиады по естественным наукам, – Анна отвязала с пояса и надела синий джемпер с изображением двойной красной буквы «Д».

«Тоже мне Джейн Доу», – подумал про себя детектив, а в слух сказал:

– Так почему бы тебе не заняться естественными науками? Что это за плакат «Женись на мне» или как там вы придумали?

– Мы хотим показать, что у нас на планете есть мужчины и есть женщины.

– Какое им дело, – бросил в сердцах Горан, – они же андрогины!

– Не с точки зрения биологии, а в аспектах социальных отношений в обществе, – пояснила девушка, собирая волосы в хвост. – К тому же, если они андрогины, это еще не значит, что они не знают, что такое пол, – казалось первоначальное смущение Анны полностью прошло. – Ваш подход к ним мужской: давайте нам технологии, расскажите, как захватить Луну...А мы хотим посмотреть, что у них есть для всех, и для женщин. Чтобы остаться на Земле им нужно убедить не только мужчин!

– То есть, если он женится на тебе, он тебя убедит? – приподнял кустистую бровь детектив.

– Не буквально, конечно. На протяжении всей истории человечества общество недооценивало и угнетало женщин. Почему? Возможно, андрогины-глоты смогут оценить то, что не цените вы?!

– Да-да-да, – закивал Горан, – думаю, уже достаточно. Я составлю акт о совершении мелкого хулиганства. Акт останется у меня в кабинете. Потому что не хочу портить тебе жизнь и лишать Геополис талантливого социолога, – в конце-концов это не Анна напала на космолёт с топором. – Но взрослый человек должен отвечать за свои поступки. Поэтому, если мы встретимся еще хоть раз, акт получит ход, и можешь не рассчитывать на мою снисходительность. А сейчас возвращайся домой, займись учебой и постарайся найти себе земного парня.

–Детектив... – Анна улыбалась.

– Что ещё? – терпение Горана заканчивалось.

– Вы просто супер! – Анна подняла вверх большой палец правой руки.

– Быстро домой, пока я не передумал! – фыркнул обескураженный Горан.

И она побежала. «Просто супер», – повторила про себя Анна.

«Тоже мне Джейн Доу», – повторил про себя детектив Горан.

Джейн Доу – имя, которое получил ультрамодный образ, голограмма, перешедшая с рекламных экранов в вечерние шоу. По-хорошему, «Джейн Доу» даже именем назвать было нельзя. Так, нарицательное из докризисных практик, которым обозначали неизвестных. Тем не менее, голограмма стала самым узнаваемым лицом. Проблема состояла в том, что её так никто и не опознал. Горану почему-то из-за этого было её особенно жаль.

Голограммы появились после Кризиса как способ опознать неизвестных погибших. Объемные изображения размещали на остановках транспорта, чтобы как можно больше людей могло их увидеть. Позже им добавили еще одну функцию – реклама. Что плохого в том, что «призрак», которого нужно опознать, подсядет к тебе в ожидании транспорта, а заодно порекомендует тебе что-нибудь? К тому же инициатива стала окупаться. В итоге, очень быстро изначальная функция голограмм была вытеснена коммерческой составляющей. Многие из первых голограмм стали популярнее ныне живущих.

На остановке возле Управления ВСЧ прижился Кент. Тоже голограмма. Иногда, возвращаясь ночью домой пешком, Горан беседовал с ним. Кент мог перемещаться из одного экрана в другой. Именно от Кента Горан узнал, как устроен мир голограмм – огромная нейронная сеть. Поведение голограммы полностью обуславливала математическая модель взаимодействия нервных клеток, имевшаяся при жизни у прототипа. У голограмм не было воспоминаний, но записанные нейронные связи обеспечивали идентичность голограммы. Кент не раз намекал Горану, что голограммы загружены не в вакуум, что в сети должно быть много затерянной информации, и, скорее всего даже «пасхальное яйцо».

Пока детектив разбирался с Анной, группа захвата разогнала всех собравшихся. На размокших площадках оставались брошенные вещи и мусор. Люк корабля открылся, когда вокруг уже не было ни души.

После такой триумфальной встречи детектив чувствовал себя отвратительно.

Горан не питал никаких иллюзий относительно работы отдела. Он любил Геополис и еще мальчишкой мечтал стать городским героем. Казалось, возрождавшемуся человечеству нужны новые ориентиры и идеалы. Но вышло, что новые герои — это пришельцы, персонажи-голограммы, всё те же политики и общественные деятели. А он — просто агент ВСЧ, в ежедневной работе которого есть место оскорблениям, боли, жестокости, лицемерию, безразличию, но нет места высокой мечте. Какое-то время детектив злился, пока не надоело. В конечном итоге, быть героем не значит не сходить с экранов телетрансляторов. Задача героя – защищать обычных людей, служить человечеству. Хотел бы детектив Горан хотя бы сам в это поверить.

В ночных новостях, к которым детектив вернулся домой, журналист Ли рассказывал о приземлении:

«Сегодня на космодроме Геополиса приземлился очередной корабль глотов. Как сообщил представитель пришельцев, на нём прибыли технические специалисты, которые будут заниматься проблемой стабилизации магнитных излучений Земли. Несмотря на столь значимую для человечества миссию, при посадке корабля произошло сразу несколько инцидентов: сначала на посадочную площадку выскочил «дровосек», выкрикивающий строки из Апокалипсиса, затем выбежали женщины легкого поведения с предложением интимных услуг для пришельцев, и, что естественно, не обошлось без скандирований планетаристов (как теперь модно называть планетарных националистов) против мигрантов. Между последними началась перепалка, закончившаяся потасовкой. Возникает вопрос о работе департамента Взаимодействия — когда мы почувствуем качественные изменения в ситуации и как долго еще деклассированные элементы нашего общества будут позорить нас перед «старшими братьями»?

Глава 2 Преступление

Детектив Горан взял за правило начинать рабочую неделю с ознакомления со сводками происшествий за выходные. Сводки готовила аналитик отдела Нат. Безусловно её присутствие в отделе было незаменимым. Иногда детектив Горан представлял, как бы они с агентом Лариным справлялись с ежемесячной отчетностью, запросами и чтением всех входящих сообщений, не будь с ними Нат.

Кроме того у аналитика было ещё и дополнительное положительное качество – она увлекалась созданием кондитерских изделий. И конфеты, которые она делала из натуральных продуктов (и никогда из синтетических), уже прочно вошли в рацион отдела. Иногда засидевшегося на работе Горана спасали только они. А Ларин вообще мог постоянно жевать.

– Детектив, Вы смотрели вчерашние новости? Как Вам понравилось высказывание Ли о «старших братьях»? – при появлении Горана в отделе агент Ларин отъехал от своего стола на кресле, приветствуя начальника.

– Кажется, есть кое-что поважнее, – прервала коллегу Нат, оторвавшись от сводок. – У нас мёртвый глот, ребята.

Задорное настроение Ларина сразу пропало. Горан закрыл глаза и сделал глубокий вдох. А Нат продолжила:

– Только что пришло сообщение из разрабатываемых территорий: его нашли в колодце. То ли он сам туда упал, то ли его скинули местные жители — до конца пока не понятно.

Горан и Ларин переглянулись. Их ждал ещё один день в полях.

– Я за машиной в гараж, – сообщил агент, запустил руку в вазочку с конфетами, чтобы взять с собой побольше, и вышел.

Горан ждал Ларина на остановке служебного транспорта. День был ясным. Воздух прозрачным. Думать, о том, что будет дальше не хотелось совсем.

– Осенняя хандра, детектив? – раздался голос из-за спины.

Горан обернулся. Замотанный в длинный шарф и с дымящей чашкой в руках со щита шагнул Кент. Наверняка запустили новую рекламу бионапитков.

– У меня не бывает хандры, – ответил Горан.

– Значит, Вы опять думаете о Джейн Доу? –заключил Кент, и кружка пропала из его рук.

Мужчина не ответил. С голограммами в этом смысле было проще.

– Почему бы Вам не поговорить с ней? Вызовите её под каким-нибудь предлогом в ВСЧ, как вы это умеете...

– Она ничего не помнит о своём прошлом, – Горан сунул руки в карманы пальто.

– Какая разница? Расскажите ей о Вашей работе по её идентификации, пригласите её на какой-нибудь следственный эксперимент...

– Она всего лишь голограмма!

– Она единственная голограмма, история которой Вас занимает, – Кент закинул руки за спину и встал, наконец, перед Гораном. – Перестаньте уже это отрицать.

Кент замолчал, уже зная, что Горан ничего не ответит.

– Детектив, а по моему профайлу нет новостей? – по голограмме пробежала рябь. – Не хотел лишний раз напоминать.

Когда-то Горан попросил Кента проверить, нет ли в нейросети какой-нибудь зацепки, которая может помочь разгадать тайну Джейн Доу. В обмен Кент попросил детектива посмотреть его собственный профайл.

Горан знал, что означала эта просьба. Ни живые ни мертвые голограммы болтались по рекламным щитам, пока их не сменяли другие. Но даже в этом случае, голограммы оставались в каталогах и за счёт нейросети продолжали существовать. Самые настоящие призраки. Самое настоящее подобие вечной жизни. Единственным выходом из нейросети была идентификация. Если кому-то удавалось опознать голограмму или раскрыть тайну её гибели, дело закрывали и голограмму удаляли.

«Но если я раскрою тайну твоей предыдущей жизни, ты потеряешь обе жизни сразу», – предупредил его детектив, – «И обратного пути не будет».

«Так устроен мир», – сказал ему тогда Кент.

Что ж, это был его выбор. Попытка сделать выбор.

– И это у меня осенняя хандра? – покачал головой детектив.

Кент криво усмехнулся.

Раздался шум двигателя, и из подземного гаража показалась служебная машина. Агент Ларин остановился перед Гораном:

– Что, детектив, осенняя хандра?

– Просто отвали, – отмахнулся Горан.

Когда он забрался салон и посмотрел в окошко, Кент уже исчез.

Разрабатываемые земли также называли «дикими». Что вполне соответствовало их содержанию. Дикие земли могли быть пустынными или наоборот заваленными буреломом, они могли фонить от радиации или источать токсичные испарения, в них могли водиться разные твари или никто не жить, но все дикие земли объединяло одно — в них магнитное поле не было стабильным. А это значило, что в них не было цивилизации. Современные технологии давали приборам некоторую устойчивость к магнитным аномалиям, но все знали, что дикие земли были покрепче современных технологий.

Глота нашли на северных разработках, за Савватом. Горану это сразу не понравилось. Было бы смешно думать, что расследование будет простым. Детектив был отлично знаком с делом о нападении на глотов в Саввате. На допросе местные устроили круговую поруку и добиться от них чего-либо не удавалось. Они были враждебно настроены по отношению к ВСЧ, Правительству и глотам. Единственное, что их сдерживало – это угроза прекращения финансирования со стороны Совета промышленников.

– Давай первым делом осмотрим место происшествия, – предложил Горан сидевшему за рулём агенту. – Уверен, вслед за нами уже едут представители глотов, которые сразу же увезут сородича. И сомневаюсь, что его отдадут на обследование нашей лаборатории. Поэтому единственный шанс взглянуть на погибшего – сейчас.

Агент Ларин согласился.

Машина остановилась у выезда из Саввата. Детектив задержался на минуту у КПП и попросил у дежурного списки тех, кто входил и выходил в дикие земли за последние несколько дней. От КПП детектив и агент Ларин направились вдоль по расчищенной полосе в сторону столпотворения. Уже через пару минут ходьбы по разработкам Горану стало казаться, что кожу на лице странно жжёт. Поскорее бы тут закончить.

Первым делом детектив с агентом наведались в сторожку. Там они нашли вызванного на место происшествия патрульного.

– Детектив Горан, департамент Взаимодействия, – поднял Горан свой бейдж, затем указал на Ларина, – агент Ларин из того же департамента. Что у вас тут произошло?

– Сегодня утром сторож нашёл... – патрульному явно раньше не приходилось докладывать о пришельцах.

Оставив патрульного знакомить Ларина с составленным протоколом, Горан просмотрел журнал дежурных. Этой ночью дежурил Стево М. Маду.

Детектив вышел и направился осматривать колодец.

Место было огорожено черно-желтой лентой. Приподняв её, Горан прошел внутрь.

Старая строительная вертикальная шахта. Стены постройки торчали на полметра из земли. Вокруг песок до самого кустарника, следов не видно. Из кустарника выглядывали аномалометры. Горан попытался рассмотреть показания, но аномалометры были ориентированы в сторону восходящего солнца, и детектив не смог ничего разобрать.

«Узнать бы, для чего тут вообще эти колодцы», – Горан достал бейдж и включил подсветку. Бейдж моргнул, но заработал. «Так-то», – подумал про себя Горан, сглотнул и посмотрел вниз.

Колодец был глубиной порядка трех с половиной метров. На дне в неестественной позе полулежал-полусидел глот. Его голова безвольно завалилась вниз.

Он не был связан. По крайней мере Горану сверху не было видно верёвок. Руки погибшего были свободны, ноги тоже. Каких-то видимых повреждений на теле Горан тоже не заметил. Хотя, что можно было заметить при свете лазерного луча с расстояния трех метров на внеземном запаянном в униформу пришельце.

Горан убрал бейдж и присел. На бортике никаких следов: ни крови, ни грязи...Только сонная муха ползала. Горан махнул рукой и насекомое улетело.

«Что же с тобой стряслось?» – мысленно спросил глота детектив. И только тогда заметил,что на него таращатся собравшиеся рабочие. Горан отчетливо слышал, как зеваки обсуждают, заберут ли ВСЧ с собой сторожа, и чувствовал кожей их неприветливые взгляды. Развернувшись прямо перед ними и ничего не сказав, детектив Горан ещё раз бросил взгляд на убогую сторожку и энергично зашагал к машине. Теперь стоило поговорить со сторожем, который уже был доставлен в помещение управляющей компании.

– Детектив Горан, ВСЧ, департамент Взаимодействия, – представился детектив пожилому мужчине, одетому в спецовку.

Стево Маду бочком сидел на гостевом диване в приемной управляющей компании и явно чувствовал себя неуютно. Горан взял стул и поставил напротив. Поскольку мужчина ничего не ответил детективу пришлось уточнить:

– Вы – Стево Маду, ночной сторож, верно?

– Верно, – подтвердил сторож.

– Я знаю, что Вы уже всё рассказали прибывшему патрульному, но я должен задать Вам ещё несколько вопросов о вашем дежурстве

–Задавайте, раз должны, детектив Горан, – вздохнул старик.

Детектив активировал бейдж, чтобы сохранить протокол.

–Расскажите мне, как обычно проходит дежурство? – откинулся на спинку стула детектив.

– Заступая на дежурство, делаем обход, – общение с представителем ВСЧ явно давалось Маду через силу. – Поскольку на наших разработках брать особо нечего, основную часть времени мы проводим возле сторожки. Смотрим по сторонам на всякий случай. С утра — снова обход. Во время утреннего обхода я Вашего пришельца и нашёл.

– Могли бы Вы пояснить, что это за «всякий случай», из-за которого Вы смотрите по сторонам?

– Иногда кто-то ходит по разработкам, так мы всех гоняем, – уклончиво ответил Маду.

– А сегодня ночью Вы ничего не замечали? – посмотрел детектив сторожу прямо в глаза.

Тот взгляда не отвёл, но ответил односложно:

– Ничего.

– Вы точно были все время на месте? Не спали? – уточнил Горан у явно уставшего сторожа.

–Послушайте-ка, детектив, – Стево Маду поменял интонацию, – за всю свою жизнь я не пропустил ни одного дня работы. Поэтому Ваш вопрос я считаю оскорбительным.

– Я понял, – кивнул Горан. – Не хотел Вас обидеть. – А как Вы относитесь к глотам?

Сторож вскинул брови:

– Как бы я к ним не относился, это ничего не доказывает, – сторож весь сжался.

–Разумеется нет. Но Вы не ответили на мой вопрос, – заметил детектив.

В этот момент в приемную ворвался крепко сложенный парень:

– Дед, ты как? – бросился он к сторожу, но заметив Горана приостановился и добавил: – А это ещё кто?

– Детектив Горан, ВСЧ Геополиса.

– Приехали арестовать деда, да? – сжал бледные губы внук.

– Я приехал, чтобы допросить свидетеля, – пояснил Горан. – Пока я не вижу необходимости никого арестовывать, но попрошу Вашего деда оставаться на связи и никуда не уезжать.

– Как будто отсюда можно далеко уехать, – не скрывая раздражения отозвался внук. – Ну, и раз Вы, детектив, уже закончили, так поезжайте-ка обратно в свой Геополис к Вашим глотам.

«В Геополис к Вашим глотам», – повторил за парнем Горан, шагая по коридору здания ВСЧ в сторону своего отдела. С порога он уже отдавал указания сотрудникам:

– Нат, подготовь мне полные материалы об этой разработке. Ларин, с тебя подробный отчет о вчерашней драке. И еще я хочу получить от вас версии.

– Детектив, по служебному каналу Вас ищет некая Анна, – сняла звонок с голографической панели Нат.

– Скажи, что я занят, – Горан потер пальцами покрасневшие глаза и повторил, – хочу от вас версии!

Через полчаса, как только сотрудники успели накидать хоть какие-то заметки, состоялось совещание.

– Итак, по-вашему, как глот попал в колодец? – спросил детектив.

– Вариантов не так много, – начал Ларин, заглянув в блокнот. – Либо он сам туда упал, либо его туда сбросили.

– Давайте сразу проясним первую версию, – детектив одним движением перекинул фото со своего бейджа на общий экран, расположенный посередине стола для совещаний. – Колодец выступает из земли на пятьдесят сантиметров. Это не просто дыра в земле. Он вообще-то торчит и является достаточно приметным в светлое время суток. Я не хочу сказать, что в него невозможно упасть. Особенно в темноте. Но тут возникает другой вопрос: а что вообще делал глот ночью в диких землях?

– Если допустить, что глот действительно что-то там делал, – продолжила мысль Горана Нат, – то, возникает ещё одна версия: а что если он сам туда забрался?

– Зачем? – кинул на коллегу недоуменный взгляд Ларин.

– Например, от кого-то прятался, – неуверенно предположила Нат. – Но мы все время ходим вокруг одного вопроса: что он делал в диких землях?

– Окей, – остановил коллег Горан, – всем нам было бы легче, если бы глот сам туда забрался и тихо помер, но это маловероятно. И в такую теорию едва ли кто-то поверит, по крайней мере до тех пор, пока сами глоты нам это не подтвердят, – Горан закинул ногу на ногу. – Поэтому нам кровь из носа нужно заключение о причине смерти. Нат, – детектив обратился к аналитику, – их или наше заключение. Меня устроит любое, – Горан на секунду замолчал. – И второе: сделай запрос относительно того, с какой целью глот мог находится на разработках. В общем, эта версия на тебе.

Нат кивнула.

– Мы с Лариным займемся версией, которая станет, полагаю, основной и будет состоять в том, что в колодец глота кто-то сбросил, – детектив посмотрел на агента, тот вычеркнул что-то из своего блокнота.

– Если бы мы говорили, не о пришельцах, то можно было бы предположить, что мы имеем дело с похищением, – озвучил свою версию Ларин.

– Странно только, что у нас не просили выкуп. Если это похищение, то мне не очень ясно, с какой целью? – отклонил предположение детектив.

– Скорее всего похитители слишком поздно поняли, что получить выкуп за глота не такое простое дело, и просто избавились от него, – Ларин зажал на своем экране версию пальцем, готовый выкинуть её или оставить.

– Вполне может быть, – согласился Горан. – Проработай эту версию. Хотя, нет, над ней будем работать все вместе параллельно с прочими. От тебя я хочу список всех, кто мог похитить пришельца.

Ларин покосился на детектива.

– Не поименно, – раздраженный непонятливостью сотрудника пояснил детектив, – в общих чертах. Ведь ясно, что не все на это способны?

– Ясно, – потёр лоб Ларин. – А если мы обнаружим, что это наши его или Правительство, будем работать против Правительства?

–Правительство наняло нас, чтобы мы расследовали исчезновение этих глотов, – детектив свернул фото на панели. – Вот когда у тебя будут доказательства того, что это Правительство их похищает...

– Тогда нам крышка, – не дал закончить начальнику Ларин.

– Окей, – вздохнул Горан, – Нат, хочешь что-нибудь добавить?

– Да, – аналитик заглянул в свои заметки. – Глота могли похитить не обязательно, чтобы получить выкуп. Возможно, от него хотели получить какую-то информацию, а потом устранили, и все концы в воду. Или он просто мог встретить агрессивно настроенных граждан, которые хотят... – Нат замялась, не зная, как это лучше сформулировать, – ... освободить Землю от захватчиков.

– Если бы они действительно были захватчиками, то стали бы они останавливать на Земле ядерную войну? – активировался Ларин.

О мнении Ларина относительно глотов в отделе знали. Поэтому старались всячески обходить это деликатный момент. Но в этот раз тема должна была быть затронута неизбежно. И Ларина было уже не остановить.

– Было бы проще дождаться, пока мы сами от себя планету очистим, а потом заселиться...

– А, может, сторож, на разобравшись просто его пристрелил? – сморщила лоб Нат, пытаясь перевести обсуждение в другое русло.

– Тогда мы возвращаемся к первоначальному вопросу: что глот делал на разработках?

– А если он сбежал от своих? – сказал вдруг Ларин. – Мы же не знаем, как у них там отношения между собой. Решив сбежать, куда бы они по-вашему подались? Подальше от наших городов. В заброшенные зоны. Мы же не знаем, что им нравится. Может в лес или в океан, черт их разберет, какая у них может быть среда обитания.

Горан с прискорбием осознавал, что Ларин во многом был прав.

– Нат, проверь сообщения наших информаторов о заброшенных зонах. Было ли что-то необычное.

Под конец рабочего дня Горан заметил, что голова его раскалывается. Детектив знал, что виной всему аномалии. Может быть даже не они сами, а его отношение к ним. Горан ненавидел аномалии, потому что с ними нельзя было справится. Они делали беспомощным и жалким любого даже здорового и сильного взрослого человека. Горан никому не хотел признаваться в недомогании, поэтому принял «проклятые таблетки» и продолжил чтение протокола, привезённого Лариным.

Едва добравшись до дома, детектив повалился на кровать.

Встал он посреди ночи. Умывшись холодной водой, детектив открыл холодильник. На полках сиротливо жались друг к другу несколько тюбиков и контейнеров. Синтетическая еда – дрянь. Горан закрыл дверцу холодильника. Только кофе похож на кофе. Кажется, он даже вызывает привыкание.

Так, вооружившись кружкой синтетического кофе, детектив включил телетранслятор. Он не собирался ничего смотреть, а особенно слушать репортаж Ли о смерти глота, просто включил, чтобы создать какой-то фон. Промелькнула реклама с Джейн Доу. Горан задумался.

Надо же, первый контакт со внеземной цивилизацией состоялся совсем недавно, а люди уже успели пообвыкнуться с мыслью, что во Вселенной они не одни. И вместо обожествления стали винить гостей во всех бедах. Как это «человечно»: винить во всём других! И нельзя сказать, что научные данные, которыми делятся глоты мало волнуют людей. Еженедельный отчёт смотрят все. Но доверия к глотам нет. Напряжение висит в воздухе. Потому что на самом деле мы ничего о них не знаем.

Когда Горана назначили в департамент Взаимодействия, он решил, что будет защищать глотов, потому что Правительству Земли нужны их знания. Знания нужны тем сильнее, чем меньше ясно, собираются ли гости в дальнейшем покинуть нашу планету, и какие у них вообще планы.

Детектив подумал, что нужно будет вернуться к старым случаям. Перепроверить отчеты. Возможно, они что-то упускают.

Глава 3 Следствие

– Детектив, у нас интересные подробности по делу глота, – Горан терпеть не мог, когда Нат приветствовала его подобными восторженными фразами.

Она, конечно, первой узнавала обо всех новостях и с воодушевлением готова была сообщать о них коллегам, но, почему бы не делать это более сдержанно? Особенно, учитывая то обстоятельство,что новости, как правило, были плохими.

Ларин подъехал на кресле к центральному столу.

– Как Вы и просили, я сделала запрос относительно того, почему глот мог оказаться в диких землях. Оказалось, его не видели уже несколько дней, но о пропаже никто не заявлял.

– Интересно почему? – отозвался Ларин. – В любом случае это упрощает нашу работу. Мы больше не будем считать, что глот сам упал. Он пропал несколько дней назад, а появился только вчера, значит его похищали!

– Это ничего не упрощает, Ларин, – не согласился Горан. – Во-первых, он мог упасть в колодец в субботу, а сторож нашел его только в понедельник с утра. А, во-вторых, меня уже давно мучает одна мысль, – признался детектив. – Я подозреваю, что глоты иногда ходят куда-то. Помните такие случаи: глоты появились там-то и там-то и сделали что-то непонятное? Да тот же случай в Капаре: откуда они вообще там взялись? Короче, теперь нас интересует не только причина, но и время смерти.

– Медотчета пока нет, – отрапортовала Нат. – Дам знать, как только появится.

– Список возможных подозреваемых готов? – спросил детектив у Ларина.

– Да, – кивнул тот, перелистывая документы на бейдже и выводя на экран свои наработки. – Потенциально у нас бессчётное количество подозреваемых. Но мотив в первую очередь мог быть у проходивших по старым делам, например, у родственников погибших на ферме в Капаре.

– Я тоже вчера подумал про старые дела, – кивнул Горан. – Поэтому вы начинайте проверку с родственников. Сравните со списками посещения диких земель, которые получены на КПП. А я лично съезжу в Капару и попробую поговорить с задержанными при инциденте в Саввате.

Чтобы добраться до Капары, детектив не стал брать служебную машину. Фракции Геополиса соединяли скоростные магистрали, по которым ходили поезда на воздушных подушках. Горан намеревался воспользоваться именно ими.

В вагоне работал транслятор. Гости в студии обсуждали проект «Сеть».

«Новая инициатива глотов, предложенная на этой неделе, должна помочь стабилизации магнитных полюсов и земной оси. План предусматривает вывод на орбиту спутников, связанных между собой в сеть. Узлы сети, так называемые «магнитные точки», своими варьируемыми импульсами будут корректировать электромагнитное напряжение и удерживать Землю в одном положении».

«Какая-то несусветная жуть», – подумал про себя детектив и занялся изучением фотографий, сделанных в Капаре после нападения глотов.

Самая настоящая жуть была в материалах дела о нападении на ферму. Не то, чтобы Горан не знал подробностей, но каждый раз от них кровь в жилах стыла. Ни одного выжившего. Ни одного свидетеля. Как двое глотов могли это учинить? А самое главное, что за муха их тогда укусила?

Неудивительно, что желающих пойти работать на ферму после нападения не нашлось. В итоге ферму закрыли. Землю собирались перепродать под другие нужды (ведь на очистку было потрачено немало средств), но сделка по какой-то причине так и не состоялась. Постепенно Капара становилась захолустьем, которое люди старались обходить стороной, хотя ещё несколько лет назад она была одной из самых перспективных фракций.

Раньше у многих поездов здесь была конечная, но теперь те, что останавливались, стояли в Капаре лишь минуту, прежде чем продолжить свой путь на юг. Горан поспешно вышел на платформу. Вымощенная когда-то бетонными плитами, а сейчас заросшая дорога уводила вглубь к воротам.

Пломба на опечатанных воротах была нетронута. Детектив аккуратно надломил печать и вошёл.

Когда случился инцидент, Горан занимался экономическими преступлениями, поэтому никогда не приезжал на месте бойни раньше. Вдоль центральной дороги поднимались гряды, которые и теперь всё ещё можно было различить. Ближе к центру торчали металлические остовы оранжерей с остатками стёкол. По другую сторону были загоны для скота. И повсюду маячили пометки ВСЧ с номерами, каждый из которых указывал на очередную жертву. С помощью найденных Нат материалов, Горан уже успел обновить в памяти все детали этого зверского преступления, но тут бы любого оторопь взяла.

Отодвинув в сторону эмоции, детектив сконцентрировался на профессиональной стороне вопроса. Он оценил насколько качественно выполнили работу коллеги. Они вычислили, что убийства произошли не у входа. Первыми жертвами глотов стали люди и животные у построек. Именно там начинались номера, согласно отчёту. Так что могло там произойти?

Детектив дошёл до построек. Он уже и сам подумал о том, какого чёрта сюда припёрся и что хотел найти?

Вольеры животных были…были хорошо устроены. Даже те, что располагались прямо во дворе, имели крышу и стандартное оборудование. Горан взглянул на будку. Скорее всего здесь была сторожевая собака. Отсюда начинались номера.

Рядом квадратный загон. К панели прицеплена распечатка. Горан попытался рассмотреть. За полтора года всё смылось и выгорело. Какие-то детали ветеринарного осмотра. Горан прошёл дальше.

У одного из вольеров детектив наклонился. Что это, ошейник? Да, ошейники могли остаться, все животные чипированы, этого экспертам-патанатомам было достаточно. Горан покрутил ошейник в руках. Кроме штампа Капары на нём стоял другой штамп. Детектив посмотрел вокруг, нет ли поблизости ещё ошейников? Вроде бы заметил ещё один. На этом только штамп Капары. Горан уже целенаправленно искал ошейники. Кое-где на ошейниках кроме штампа Капары стояли и другие названия. Детектив собрал несколько ошейников, положил в пакет и убрал в карман.

За постройками была ещё небольшая хозяйственная часть. А за ней забор, окружная дорога и дикие земли. Полистав список всех животных, которые были найдены на ферме, Горан направился к забору, рядом с которым возвышались аномалометры. Приборы были всё ещё в рабочем состоянии и смотрели на запад. Показания в норме. Горан с облегчением выдохнул и стал возвращаться.

Если бы он не посетил лично это ферму, то продолжил бы мучиться, сомневаясь, не упустили ли коллеги какую-нибудь важную деталь. Теперь он всё видел своими глазами. Возможно, они увидели то, что другие упускают.

Со вторым делом, которое запланировал себе детектив, дела обстояли сложнее. Сеанс связи с заключенным, отбывающим наказание за агрессию против глотов в Саввате, назначили на поздний вечер. Поэтому Горан не торопился возвращаться и позволили себе спокойно пообедать. Времени было как раз достаточно, чтобы просмотреть архив новостей за период появления Кента.

Сложность в раскрытии личности голограмм заключалась в том, что среди них могли быть действительно никому неизвестные люди, пришедшие, например, из другого города. Если у человека не было с собой бейджа и его не удавалось распознать по базе отпечатков пальцев, то ему светила вечная голограммная жизнь. Но Горан верил, что у каждого из тех, кто приходил в Геополис и умирал здесь, была на то своя причина. Возможно, Кента (того, кем при жизни был Кент), привлекло в Геополис какое-то событие.

Горан открыл архив новостей за период появления Кента. Среди заметок фигурировал запрос от глотов на высадку Посольства. Также Горану попались последние упоминания о двух других центрах переживших Кризис: в Антарктиде и Южной Америке. Связь с ними пропала за несколько месяцев до высадки глотов. Восемь прошедших лет не пролили свет на обстоятельства гибели центров. Новость как раз приводила последнее сообщение из Антарктиды и фиксировала нежелание фракции Саввата принимать глотов без согласия других выживших. Далее следовала статья о хакере, который продавал данные сотрудников ВСЧ. В своё время этот хакер доставил детективу много неприятных минут, но в итоге смог сбежать.

Когда Горан появился в Управлении, Нат и Ларин уже ушли. Ожидая сеанса связи с заключенным, Горан перечитывал дело о Саввате. Протокол собрания приводил диалог, предшествующий драке: разговор шёл про опыт (похоже «бесценный»), и когда представители Саввата возразили, глоты ответили: «А что вы сделаете? Отправите свои отряды?»

Протокол выглядел сборником бессвязных реплик. По крайней мере Горану пока не удавалось установить некую связь, которая помогла бы ему понять логику произошедшего. Пока прочитанное казалось малосодержательным.

Бейдж просигналил о том, что сеанс связи с заключенным может быть начат. Горан развернул голографический экран. Напротив сидел худой понурый мужчина.

– Детектив Горан, департамент Взаимодействия ВСЧ, – представился детектив, – хочу задать Вам несколько вопросов…

– Я не буду с Вами разговаривать, – ответил заключенный, встал и постучал в дверь, чтобы его увели.

Сеанс связи был завершён.

Глава 4. Новый конфликт

На следующее утро Горан появился в Управлении с задумчивым выражением на лице.

– Как идёт проверка родственников? – поинтересовался он у коллег.

– Пока никаких зацепок, – ответил Ларин, довольный тем, что можно отвлечься от досье, – а как у Вас прошло?

– С заключенным по делу в Саввате ничего пока не получилось, да и в Капаре...

Горана прервал тревожный сигнал оперкома. На голографической панели запрыгали числа.

– Детектив, это дежурная часть, – сообщила Нат. – У нас новое столкновение между людьми и глотами на окраине. Передаю Вам координаты.

Горан активировал свой бейдж и принял данные.

– Ларин, поедешь со мной, – велел он. – Нат, остаёшься в управлении.

Конфликт разгорался в одной из фракций возле разработок. Покосившиеся столбы аномалометров смотрели на запад. В воздухе стоял запах дыма, приносимый из диких земель.

Возле дома, где всё и происходило, Горан увидел офицера Кони, который опрашивал соседей и выводил людей за оцепление. Офицер Кони из отдела по Обеспечению мирного сосуществования был очень любезным и терпеливым. В общем, люди сразу поделили Департамент Взаимодействия на тех, кто за людей и тех, кто за глотов. Соответственно к Кони они относились как к «хорошему полицейскому».

– Что тут происходит? – спросил коллегу Горан после приветственного жеста.

Кони вкратце пересказал то, что ему удалось выяснить.

Жители фракции говорили, что местные дети играли на стройке, когда мимо проезжал кортеж глотов. Кортеж остановился, и глоты вышли беседовать с детьми. Затем вместе с детьми глоты направились к дому. Говорят, что глоты предлагали родителям забрать детей в свой учебно-воспитательный центр. Ходили слухи, что они уже не первый раз делают такие предложения малообеспеченным семьям. В этот раз соседи решили вмешаться. Семья была неблагополучная, и люди подозревали, что родители могут и отпустить детей с глотами на каких-нибудь выгодных условиях. Поэтому неравнодушные граждане заблокировали дом, чтобы глоты с детьми не смогли выйти.

– Сколько в доме человек? Сколько глотов? – уточнил Горан.

– Двое родителей, двое глотов и трое детей, насколько нам известно, – Кони посмотрел на Горана так, что детектив сразу понял, что дело дрянь.

Скорее всего Кони боялся, что людей там уже не осталось.

– Ладно, – Горан похлопал офицера по плечу. – Раз тут готовится преступление против глотов, то внутрь пойду я, Ларин и ещё трое агентов. А вы смотрите здесь за людьми.

Кони, конечно, больше любили, поэтому его было лучше оставить с людьми.

– Будь готов оказать мне содействие снаружи, – добавил Горан. – И вызовите заранее медиков.

Офицер Кони объявил собравшимся, что агенты ВСЧ разблокируют двери и войдут в дом.

– Детектив Горан, департамент Взаимодействия! – крикнул Горан, едва переступив порог, – я здесь, чтобы разрешить ситуацию. Давайте сохранять спокойствие, и никто не пострадает.

Горан поднял свой «Свист» и пошёл осматривать дом. За ним следовали остальные. Дом оказался достаточно большим: прихожая, спальня, лестница наверх, черный выход во двор. В дальней комнате с закрытыми окнами кто-то был.

Комната оказалась кухней. Загнанные в угол родители тряслись, но боялись даже лишний звук проронить. Глоты держали детей в качестве заложников. К шеям детей глоты приставили контриды. Это оружие, которое глоты привезли с собой. Оно помещалось в ладони и действовало, как лазерная бритва. Опасная штука. Не чета новому малокалиберному «Свисту», который использовали внутренние войска ВСЧ.

– Вот вы где, – сказал им Горан, привыкая к полумраку и радуясь, что чудом все ещё были живы.

Было понятно, что ставни опустили специально, чтобы с улицы не было видно, что происходит в доме.

– Ларин, держите дом под контролем, – обратился детектив к агенту, который появился за спиной.

Сам Горан опустил оружие и посмотрел на глотов.

– Отпустите детей, ВСЧ уже здесь, – обратился он к пришельцам и облокотился о кухонный стол.

– Выведите нас отсюда и доставьте в безопасное место, детектив. До этого дети будут с нами. И родители пусть не приближаются, – ответил один из глотов с тем надменным выражением, с которым они всегда говорили.

– Хорошо, – нехотя согласился Горан. – План такой. Слушайте внимательно все, – детектив подал знак родителям, показывая, что к ним это также относится. – Ларин, ты тоже, – обратился он к агенту.

Кухня, плавно переходящая в гостиную, была очень милой и уютной. И не скажешь, что семья здесь неблагополучная.

– Сейчас я вызову служебную машину во двор к черному ходу. Это машина для глотов, которых будет сопровождать агент Ларин и его помощник. Двое других агентов приготовятся в это же время вывести родителей через главную дверь. Дети останутся в доме со мной. Вы оставите их у дверей черного хода, а я выведу их на улицу через входную дверь. Всё ясно?

Родители закивали. Горан готов был поспорить, что они ничего не поняли, оставалось надеяться на то, что агенты удержат их от непредсказуемых действий.

– Где третий ребенок? – спросил детектив у родителей.

Те только замотали головами, хватаясь друг за друга.

– Он забился в дальний угол под лестницей, когда папа с мамой стали ругаться, – ответил один из детей-заложников.

Лучше бы он этого не делал. Горан уже пожалел, что спросил. Он перевёл взгляд на глотов:

– По плану эвакуации всё понятно? Есть вопросы?

– Вы можете гарантировать нашу безопасность? – смерил детектива взглядом глот.

– Если вы будете в точности действовать по плану, – ответил ему Горан.

Глоты кивнули.

– Агенты ВСЧ, готовы? – крикнул Горан в коридор.

– Готовы, – подтвердил Ларин.

Горан достал бейдж и связался с Кони.

– Подайте машину во двор к черному ходу, – отдал распоряжение детектив и добавил, – прямо сейчас.

На другом конце офицер подтвердил отправку машины.

–Группируемся, – призвал всех Горан, – глоты и Ларин за мной к черному ходу, родители с агентами к двери. Готовность две минуты.

Лестница, под которую забрался третий ребенок находилась в закутке у черного хода. Горан присел рядом и заглянул внутрь:

– Эй! – окликнул он сидевшего у дальней стены ребенка. – Как тебя зовут?

Ребенок молчал.

– Это Миша, он никогда не отвечает, – сообщил за брата старший ребенок, всё ещё удерживаемый глотом.

В этот момент заработал бейдж:

– Машина на месте, – сообщил Кони.

– Ларин, – повернулся Горан, – эй, Ларин, выводите глотов через заднюю дверь, и в то же время родителей через главный ход. Всё, пошли.

Ларин кивнул.

Прикрывая собой глотов и не оборачиваясь, агенты скрылись во дворе. Дети остались с Гораном.

– Ладно, Миша, – вернулся к мальчишке детектив, – тут уже всё кончилось, поэтому можешь вылезать.

– Будешь со мной играть? – спросил Миша.

– Можно, – согласился Горан. – Ну-ка, кто у тебя в руке?

– Это супергерой, он спасает планеты, – мальчик протянул куклу Горану, и детектив смог ухватить ребенка.

За несколько секунд до этого в толпе перед домом собравшиеся заметили перемещение сил ВСЧ.

– Они отгоняют машину к заднему ходу, они выведут через него глотов, – крикнул кто-то, – не дадим им уйти.

Прорвавшись через оцепление, сбив с ног появившихся на пороге испуганных родителей и двоих агентов, которые готовились к выходу, трое парней с поднятыми на лица высокими воротниками ворвались в дом. Чтобы задержать агентов, последний из парней перевернул по дороге трюмо и, раскачав пару раз, толкнул шкаф с инструментами.

Парни уже пробежали мимо Горана к распахнутой двери черного хода, когда шкаф обрушился на лесенку, проломив её своим весом. Горан всё ещё держал Мишу за руку.

Придерживая шкаф, Горан велел старшим детям бежать наружу через входную дверь. Сам он вышел следом, прикрывая их с третьим мальчиком на руках. Детектив посмотрел поверх толпы. Медицинская службы была уже готова.

Люди, окружавшие дом расступились, но дорогу Горану преградил репортёр Ли:

– Детектив Горан, почему Вы организуете работу на месте, а не преследуете ворвавшихся в дом?

– Ли, уберите к чёрту Ваш диктофон! – оттолкнул его Горан и поднял упавшую на землю куклу супергероя, чтобы вернуть напуганному ребенку.

– Кто будет ловить преступников? – крикнул ему Ли.

Похоже отделаться от него было не так просто.

– Прессу к месту не допускать, – распорядился Горан, передавая мальчика врачам.

– Отлично, детектив, – кинул ему в спину журналист, оттесненный за ограждение. – Но попомните мое слово, я буду лично следить за каждым Вашим шагом.

Глава 5. Дикие земли

На следующий день после спасения глотов и детей, возле входа в Управление ВСЧ толпились журналисты.

– Детектив Горан, что всё-таки произошло вчера в доме?

– Будут ли предъявлены обвинения?

– Имеет ли вчерашний случай отношение к гибели глота в диких землях?

– Я надеюсь, что вскоре смогу озвучить свою версию происходящего, – пообещал Горан, пробираясь к двери и давая понять, что общение на сегодня окончено. Для новостей сказанного было вполне достаточно.

На проходной Горана окликнул комендант:

– Детектив, для Вас сообщение, – сотрудник перекинул записку на бейдж Горана.

Мужчина кивнул в знак благодарности, но открывать сообщение на проходной не стал. Он достал бейдж снова, лишь поравнявшись с дверью своего отдела.

– Детектив, Вас ждёт у себя генерал Шеен, – первым делом информировала Горана Нат.

Бейдж в руке детектива включился, раскрывая сообщение:

«Очень нужно встретиться. Анна»

Отметив сообщение как прочитанное, Горан сунул бейдж в карман:

– Если будут спрашивать, я у генерала, – предупредил он.

Детективу не составило труда догадаться, что генерал вызывал его по поводу дела о погибшем глоте. Следовало ожидать либо значимых новостей, либо выговора.

У дверей приёмной генерала уже ожидали офицер Кони из отдела по Обеспечению мирного сосуществования и полковник Сари, курировавший департамент Взаимодействия. Дождавшись Горана, секретарь генерала пригласил всех войти.

– Уважаемые, потрудитесь-ка объяснить, каким образом у нас погиб глот? – начал нахмурившись генерал. – Ваши, полковник, и Ваши, детектив, и Ваши, офицер, действия по обеспечению мирного сожительства людей и глотов можно назвать неудовлетворительными: постоянные конфликты, убийства, раскрываемость дел — ноль. В прессе уже поползли слухи о том, что Правительство Земли не отвечает за гостей...

– Но пока оно точно отвечает за прессу, – не смог удержаться от комментария полковник. – Может, сделать внушение, чтобы глупостей не болтали?

– А Вы так уверены, что это глупости, полковник? – не оценил предложения генерал. – Во фракциях назревает самая настоящая истерия. И об это должны были бы доложить мне Вы! – генерал вздохнул. – Сейчас наша цель — выяснить причину смерти глота, успокоить общественность, а также предотвратить дальнейшие потери. С обеих сторон. Задача ясна?

– Так точно, – отчеканил Сари.

– Тогда выполняйте. Свободны, – отпустил всех генерал. – А Вы, Горан, задержитесь на минуту, у меня к Вам есть еще один вопрос.

Генерал прошелся по кабинету, затем как будто борясь с сомнением, стоит ли вообще что-то говорить, посмотрел на детектива.

– Вы-то хоть, Горан, понимаете что на самом деле происходит? – вопрос мог бы быть риторическим.

– Служу человечеству! – ответил детектив, и, как полагалось по протоколу, приложил левую руку, сжатую в кулак к сердцу.

– Ну, иди... – махнул рукой Шеен.

Вернувшись от Шеена детектив уселся за сводные отчёты о работе отдела за месяц. Чтобы его никто не отвлекал, он удалился в зал для совещаний. И сам не заметил, как засиделся до позднего вечера. Вообще-то он бы и дальше продолжал, если бы ему в голову не пришло одно предположение, которое срочно захотелось проверить.

Детектив вышел из здания Управления ВСЧ. Было уже темно. Ветер уныло выл в переулке. Горан поднял ворот пальто и встал у остановки.

– Что-то вы припозднились, детектив, – раздался голос Кента. – Сразу видно, что дома Вас никто не ждёт.

– Прокатимся до конечной? – предложил ему Горан вместо ответа.

Кент был не прочь составить детективу компанию, всяко уж лучше, чем прозябать одному до утра. Горан запрыгнул в подошедший вагон, а Кент пропал в своём рекламном щите.

Выпустив Горана на последней остановке, вагон отправился в парк.

– Куда мы идём, – поинтересовался Кент у детектива, когда они остались одни.

– Через Савват к диким землям.

– Неблагополучный район, – прокомментировала голограмма.

– Тебе какая разница? – спросил Горан.

– Собственно никакой, – согласился Кент. – Если что-то и может произойти, то с Вами, а не со мной. Так зачем мы идём к диким землям?

– Хочу посмотреть, что там происходит ночью, и проверить одну догадку, – пояснил Горан.

– Детектив, у Вас голова вечно занята работой. Вы вообще о чем-нибудь ещё думаете? – без особой надежды задала вопрос голограмма, перемещаясь по экранам.

Вообще-то Кент теперь был на всех экранах по этой стороне улицы.

– Что? – чуть не споткнулся детектив.

– У вас скучная жизнь, – заявила Кент.

– Странно слышать это от голограммы.

– Ну, конечно, это веский аргумент. Постарайтесь не использовать его при встрече с ДД, хотя при Вашей работе такая встреча маловероятна...

– Не лезь не в своё дело, – не выдержал Горан.

Пару минут они шли молча. Под ногами шуршали опавшие листья. На другой стороне дороги возле закусочной в свете вывески стояла группа мужчин. Они громко разговаривали между собой. Потом один из них указал на Горана, и остальные тоже обернулись. Возможно, они даже что-то крикнули ему. Но Горан был достаточно самоуверенным, чтобы позволить себе ходить, где вздумается, и не оглядываться.

– Я, кстати, кое-что нашёл, – снова заговорил Кент. – В нейросети есть одна странная папка. Она стоит точно также, вместе со всеми, её никто не замечает. Она кажется пустой, но её нельзя взять, и в ней точно что-то есть. В общем, чтобы её взять, нужно обладать самым высоким статусом, которого ни одна голограмма не добьется. Настолько высокий статус можно получить только после идентификации. И я подумал, должно быть её можно открыть в квантовый миг.

– Что это за штука? – Горану было фактически безразлично, расскажет ли Кент про загадочную папку или про «квантовый миг».

– Между идентификацией голограммы и её полным удалением проходит несколько сотых секунды, это и есть так называемый «квантовый миг». Это момент, когда голограмма может открыть любую папку.

– Зачем это всё придумали? – спросил Горан.

– Должны же быть в нейросети какие-то правила. Какие-то секретики, чтобы нам тоже было интересно?

– И вам правда интересно? – уточнил детектив.

Кент выпрыгнул из экрана и зашагал рядом с Гораном:

– Для тех у кого высокий статус ведь сделали «прикосновения», – развёл руками Кент. – Хотите, кстати, попробовать?

– Ты что, сможешь ко мне прикоснуться, физически? – удивился детектив.

– Похоже на то, – Кент достал какую-то перчатку, – давайте руку, потом расскажете, что почувствовали.

– Это не опасно? – с подозрением посмотрел на Кента Горан.

– Бросьте, детектив! Кое-кто этим уже давно пользуется, – Кент не стал уточнять.

Горан протянул руку вперёд в поле голограммы. Кент поднял руку в перчатке, секунду помедлил и пожал руку детектива.

– Высшие силы! – воскликнул Горан, вытаскивая руку обратно и оглядывая её. – Как это работает?

– На поверхности перчатки аккумулируются слабые токи, которые вызывают у Вас в мозгу возбуждения соответствующие прикосновению, которое я задал.

– Это сильно!

– Даже слишком, – отозвался Кент, запрыгивая обратно в рекламный экран. – Я могу вызвать возбуждения в чужом мозгу, не имея собственного.

– Ну, нет, – возразил Горан, – мозг это единственное, что ты как раз имеешь.

– Спорно. К тому же если у меня нет рук, то это было даже не моё рукопожатие...

– Но ты чувствовал мою руку? – спросил Горан.

– Не знаю.

– Как ты можешь не знать, чувствовал или нет?

– Не знаю, – помотал головой Кент. – Может дело во мне, а может так устроен мир.

– Ладно, – было очевидно, что аргумент перестал быть приятным для Кента, и детектив вернулся к предыдущему. – Так ты бы какую папку открыл в квантовый миг: свою или эту загадочную?

– Есть над чем подумать, – ответил Кент.

Вдали показались освещенные ворота КПП. Кент застыл в последнем экране:

– Что ж, детектив, мне дальше нельзя. Приятно было прогуляться. Не задерживайтесь.

– Это уж как получится, – Горан сунул руки в карманы и зашагал вперёд.

На КПП дежурил молодой агент. Поскольку желающих выйти не было, он беседовал с кем-то по ту сторону ворот. Горан постучал в окошко и приложил свой бейдж к сканеру.

– Детектив, куда это Вы собрались на ночь глядя? – спросил его озадаченный агент, моментально вернувшийся и занявший своё место.

– Да пойду прошвырнусь ненадолго, – уклончиво ответил Горан, пытавшийся рассмотреть человека на другой стороне ворот, с которым только что говорил дежурный.

Поскольку интерес оказался взаимным двое фактически столкнулись нос к носу. В человеке детектив узнал внука сторожа Маду. Молодой человек тоже узнал Горана:

– В тёмное время суток сотрудникам ВСЧ лучше не слоняться по Саввату и диким землям, – то ли поддержал дежурного, то ли просто заметил он вслух.

– Спасибо за предупреждение, – Горан прошёл через ворота мимо парня и двинулся вдоль трассы, освещенной редкими мигающими фонарями.

Удивительно, но разработки будто бы расцветали ночью. Осень наполняла темноту за воротами чем-то мистическим: пространство будто шептало, а время старело и гасло в каждом глотке воздуха. Достаточно было поверить этому миражу, чтобы сгинуть здесь без вести. Но Горан был настроен более чем прагматично. Вот уже в свете очередного фонаря показались аномалометры, и детектив поспешил свернуть с дороги. Пробираясь к столбам, на которых были установлены аппараты, он услышал отголосок разговора приближающихся людей. Они шли небольшой группой со стороны диких земель.

«Очень интересно», – Горан хотел посмотреть, куда направляются люди и что будут делать. Кроме этого стоило подумать о стороже: неизвестно, где он в этот момент и станет ли он останавливать людей, если встретит.

Тем временем люди подходили всё ближе и вскоре должны были поравняться с детективом. Поэтому он постарался как можно тише отступить на несколько шагов назад к бурелому, где его присутствие скрыл бы нависший вперед земляной уступ. Углубление было как будто специально создано, чтобы в нём прятаться. Горан посмотрел ещё раз в направлении людей, прежде чем шагнуть в укрытие. Легкое дуновение ветра едва коснулось волос детектива, и на затылок обрушился тяжелый удар. Горан упал и потерял сознание.

Пытаясь сообразить, где он находится, Горан открыл глаза. Резкий свет медицинского светильника ударил прямо в лицо. Боль волной прокатилась по нервным узлам, собираясь где-то на затылке. Горан приподнялся и ощупал голову. Уже наложили повязку.

– Очнулись, детектив? – в двери появился врач. – Как себя чувствуете?

– Спасибо, бывало и лучше, – поморщился детектив.

– Вам сильно повезло: череп не пробили, – заметил медработник, – проверяя реакцию зрачков Горана на свет.

– А чем били? – заинтересованно спросил Горан.

– Может, что-то вроде биты, – пожал плечами медик. – Орудие серьезное, а вот удар не вышел, то ли нападавший плохо замахнулся, то ли просто не умеет бить...

– М-м.., – детектив снова потрогал голову. – А как я сюда попал?

– Вас обнаружил и доставил сюда молодой человек по фамилии Маду, заметивший непонятное движение на разработках. Вовремя обнаружил, кстати, – добавил врач.

– А кровь чья? – Горан осмотрел себя и увидел на свитере в районе груди расползшееся тёмное пятно.

– Да Ваша же. Носовое кровотечение, – устало вздохнул врач.

– Ладно, – Горан поднялся на ноги, – я домой.

– Вообще-то хорошо бы полежать сутки под наблюдением, – заметил медик.

– Давайте в другой раз, – отмахнулся Горан.

– Как знаете, детектив. Если в ближайшие дни почувствуете ухудшение состояния, появится резь в глазах, тошнота – сразу же обращайтесь в больницу, – медработник достал свой бейдж и перекинул Горану отчёт о выписке. – На входе попросите у охраны, чтобы Вам вернули личные вещи и вызвали такси.

Таксист высадил Горана перед домом. Вид у детектива был жутковатый: повязка на голове, испачканный кровью свитер. Горан получше запахнул плащ: вдруг кто-то из соседей не спит. Поднявшись до своего этажа и никого не встретив, детектив уже расслабился, когда заметил в полутьме что-то странное.

Горан вынул свой «Свист».

На лестничной клетке сработал датчик движения, включилась лампа. Под дверью квартиры детектива кто-то сидел.

Прежде чем человек, сидящий под дверью обернулся, Горан успел убрать оружие обратно в кобуру.

– Добрый вечер, детектив! – Анна вынула наушники из ушей и поднялась на ноги.

– Привет, – ответил мужчина, подходя к квартире.

– Что с Вами случилось? – теперь Анна разглядела повязку на голове Горана.

–Поплатился за собственную самонадеянность, – сунул руки в карманы детектив. – А какого чёрта ты здесь делаешь?

– Мне нужно, чтобы Вы меня выслушали, – затараторила Анна, понимая, что у неё всего секунд десять до того, как детектив захлопнет перед ней дверь своей квартиры. – Мои подруги пропали, и мне тоже угрожает опасность.

– Если это какая-то ваша очередная провокация, то мне не до этого, – отодвинув девушку в сторону, Горан открыл дверь.

– Это не провокация! Я клянусь! Могу поклясться могилой...

– Давай только без этого, – прикрыл глаза детектив и сделал шаг внутрь, а затем назад. – Сколько ты уже здесь сидишь?

– Часов с восьми, с тех пор как закрылось ваше Управление, – пожала плечами Анна.

– Ладно, – сжалился детектив, – заходи.

Пока Горан снимал испачканный плащ и окровавленный свитер, Анна осматривалась в гостиной. Неубранный плед на диване, немытая чашка на столике, заваленный непонятными предметами подоконник.

– Похоже, госпожа Горан тут не часто прибирается, – поёжилась Анна.

– Я тут сам себе господин, – детектив взял чашку и отнес на кухню, достал лёд и приложил к затылку. – Если замерзла, делай себе чай и рассказывай уже, что у вас произошло.

– В общем, всё началось с того, что мы подписали договор с «Инджениринг» на участие в проекте по определению биологической совместимости с глотами...

– Да, ладно?! – хохотнул Горан и налил себе воды.

– А можно проявить немного уважения? Мне вообще-то не очень легко всё это рассказывать, – возмутилась Анна.

Про себя Горан отметил, что, вероятно, выделывать всё это было гораздо проще, чем теперь об этом рассказывать, но вняв призыву, решил проявить уважение и продолжил:

– Хорошо, они должны были пойти на этот проект...

– Мы должны были пойти, – перебила его Анна. – Я тоже, – добавила она, на тот случай, если у детектива оставались сомнения по поводу этой поправки. Я решила отказаться в последний момент.

Детектив вскинул брови и движение отозвалось в затылке:

– Позволь спросить, из чистого любопытства, что же тебя остановило?

– Я подумала, – Анна покраснела, чего Горан от неё никак не ожидал, – ну, помните, Вы говорили про земного парня? Так вот, возможно, мне нравится один человек. И даже, если я не уверена насчёт этого человека, насчёт участия в эксперименте я тоже не была уверена. Я подумала, что лучше отказаться.

– А раньше ты думать не пробовала? – новая волна боли прокатилась по голове детектива.

–Пробовала.

– Угу, – Горан кивнул и снова приложил лёд к голове.

– Ну, и мои подруги, они поехали. Мы договорились с ними быть на связи. Но уже на второй день они перестали отвечать. А затем связь вообще пропала, будто бейджи заблокировали. Так не должно быть. Их договор этого не предусматривал. А потом этот «Инжиниринг» стал звонить мне, они искали меня в университете, в общежитии. Я перепугалась.

– Чего?

– Не знаю, – помотала головой Анна. – Что они заберут меня силой? Я пыталась дозвониться до вашего отдела, но Вы всегда были заняты...

– Тебе нужно было обратиться в дежурную часть, на худой конец к офицеру Кони, – отрезал Горан.

– Да, я знаю...Когда они пришли общежитие, я сбежала и пошла к нему. Кони и его подопечные от души надо мной посмеялись. Приняли заявление и отправили домой. Я оставила Вам сообщение на проходной, но Вы не вышли. Поэтому я стала дожидаться Вас под дверью.

– Почему меня?

– Я Вас давно знаю.

– Как мне повезло! – с иронией в голосе заметил детектив. – Но, допустим, с твоими подругами нет связи, а с тобой хотят поговорить представители «Инджениринг,» что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Сделайте официальный запрос в «Инджениринг» по поводу моих подруг и попросите, – тут голос Анны дрогнул, она как можно сильнее вцепилась в чашку с чаем, но это не помогало, из глаз потекли слёзы, – чтобы они оставили меня в покое.

– Перешли мне твой договор с этим «Индженирингом», я почитаю его и зайду к офицеру Кони, хорошо? – заглянул ей в лицо Горан. – И номера подруг перешли.

Анна кивнула, всё также держась за чашку.

– Тебе есть куда сейчас пойти? – всё с тем же участием, которое появилось в его голосе несколько секунд назад спросил детектив.

Анна молча помотала головой.

– Почему-то я так и думал. Я вызову тебе такси, тебя отвезут в ближайший хостел, – детектив снова стал таким, как раньше.

– Можно я посижу хотя бы до утра здесь, на кухне? Я не буду мешать.

– Ладно, – у детектива буквально не было сил препираться, от головной боли его мутило, а глаза от усталости сами закрывались. – Можешь переночевать здесь. Диван ты видела. А ещё, как ты метко заметила, госпожа Горан не придёт стелить тебе кровать, поэтому устроишься там сама, – с этими словами детектив направился в ванную, а затем спать.

Когда утром Горан проснулся, он почувствовал, как волосы шевелятся на голове: на кухне кто-то гремел посудой. Сразу после этого вернулась ноющая боль в затылке. Наскоро переодевшись, Горан заглянул на кухню. Вместо приветствия Анна спросила его:

– Горан, а у тебя имя есть?

– Не припомню, когда это мы перешли на ты, – ответил детектив.

– Я просто подумала...да, не важно. Я сделала кофе, – девушка протянула мужчине горячую чашку.

Горан принял чашку и поставил на стол:

–Собирайся.

– Куда? – не поняла Анна.

– Если я впустил тебя вчера ночью, это на значит, что ты здесь будешь жить.

– Да, конечно, – кивнула девушка и уставилась в пол. – И куда я, по-Вашему, должна пойти?

– Не знаю, – потёр виски Горан. – Поезжай к родственникам, возвращайся в общежитие, придумай что-нибудь ещё. Мне всё равно. Но ты не можешь здесь оставаться!

– Знаете, почему люди не доверяют ВСЧ? – с вызовом спросила Анна. – Потому что, когда им нужна помощь, вы все реагируете именно так! Вам всё равно!

–Что-нибудь ещё? – спокойно спросил детектив.

– Да, детектив! Ещё, чтоб Вы знали, я не поехала в «Инджениринг» из-за Вас.

– Более идиотскую причину придумать сложно, – невозмутимо парировал Горан.

– Я только что сказала, – Анна намеренно говорила теперь медленнее, – что не поехала на этот проект, потому что думала о Вас!

– Тогда у меня для тебя плохие новости: я циничный, жестокосердный тип, вообще не расположенный к подобным разговорам. Через пять минут я выхожу из квартиры и иду в аптеку. Ты выходишь со мной и катишься на все четыре стороны. Лучше всего, к своим дальним родственникам. Это понятно?

– Всё понятно, – Анна закинула в посудомоечный контейнер чашку полную кофе и вышла из кухни.

Кофе растёкся коричневыми разводами по белым отсекам контейнера. Горан закрыл глаза и взялся за голову. Он просидел так, пока не хлопнула входная дверь. Анна ушла.