Слой Первый. Книга 2

Глава 1

Этим утром я проснулся не один. Это было странное ощущение, давно забытое и похороненное под грузом одиночества. На моем плече лежала приятная тяжесть, а нос щекотали светлые волосы — Лиза всё ещё спала, мило посапывая во сне.

В окно светило яркое солнце, день давно перевалил за полдень. Комната, где мы находились, была небольшой, но уютной. Видно, что Лиза жила здесь долго и сумела создать свой маленький, обжитый мир. Её убежище во время войны.

Внешняя часть форта хоть и выглядела примитивной — просто большая стена, но внутри он был вполне жилым, а большая часть построек была сделана из дерева, а не из камня.

Как я оказался здесь? Наверное, всё дело в радости от того, что мы отбились от гоблинов и почти все мои знакомые и друзья из Прешбурга выжили. Это переплелось с той симпатией, которая возникла, между нами, ещё при первой встрече.

Как бы я ни пытался держать дистанцию, как бы эмоции и разум не кричали, что на Первом Слое нельзя ни к кому привязываться, — я уже проиграл. Мар, Рик, Себия, Рокет… И теперь ещё Лиза. Я невольно провёл рукой по её светлым волосам, которые щекотали мне лицо.

Все они стали мне близкими за это короткое время. Тарух вообще пожертвовал собой, чтобы у меня был шанс выжить… А Прешбург стал моим домом.

Но это никак не отменяет того, что мне нужно наверх. Меня тянет туда, всё выше и выше. Как и то, что мне нужно наконец понять, кто я такой. Я не чувствую себя Врагом, хотя эти странные видения навевают порой странные мысли, в которых больше грусти чем чего-то другого…

У меня нет жажды убийств, бесконтрольной ненависти к окружающим или желания уничтожить всё, к чему я прикасаюсь. А ведь именно таким был Враг, если верить описаниям, которые дошли до Первого Слоя и как мне о нем пересказали мои друзья. Хотя люди и любят преувеличить.

Мне кажется злость и ненависть без цели — это слишком глупо. Но вот объяснений действий Врага я так и не получил, и скорее всего тут не получу, и очевидно, всё это звучит как преувеличение, гиперболизация личности поверженного противника. Даже самый отъявленный злодей не может быть настолько уродлив душой, чтобы ненавидеть всё сущее. Что-то он должен испытывать помимо ненависти.

Да и тот труп в горах… Если это был я, то как я могу быть Врагом? Или это был Враг, который когда-то давно погиб в горах, но так и не смог вернуться за своими ресурсами? Но тогда что за Орден Падших? И эти револьверы… У Рика я забрал второй — абсолютную копию, до мельчайшей царапины.

Простой эксперимент заставил меня усомниться в собственном здравомыслии: небольшая царапина, оставленная на одном револьвере, тут же отразилась на другом. С этим тоже предстояло разобраться — и желательно так, чтобы не вляпаться в неприятности. А если револьверов больше? И они одинаково меняются? То я получается подал весть о том, что револьверы из рук мертвецов, теперь снова в деле. Это прям было страшновато. И я, рассматривая оружие иногда ожидал появления там или надписи или знака. Но пока тишина.

Я лежал, наслаждаясь спокойствием. Время еще было, но где-то глубоко внутри ощущение подсказывало, что его совсем мало. И пока есть возможность, нужно увеличить свои шансы на выживание, а для этого — повысить эффективность своего тела.

Даже Арн, прокачанный до невероятных на Первом Слое показателей, погиб в бою с гоблинами. Теперь неизвестно, вернётся он или нет. В прошлый раз ему понадобилось пять дней, а теперь его закинет ещё дальше, и никто не знает, сможет ли он выбраться.

Я открыл интерфейс и убедился в том, что мне хватает боливаров для повышения на следующий уровень:

Имя: неизвестно (Грис)

Слой: Первый

УровеньДуши: 1 (2123/10000)

Осколки душ: 2123

Эффективность тела: 16 из 100

Распределение эффективности:

Выносливость: 4.8 (30%)

Реакция: 3.2 (20%)

Скорость: 3.2 (20%)

Сила: 2.4 (15%)

Гибкость: 1.6 (10%)

Координация: 0.8 (5%)

Уровень интерфейса: 1

Ресурсы:

Элементы пазла: 71

Боливары: 11356

Часть Зеркальной Шкуры Охотника: 1/12

Часть Амулета Темного Шестилапа 1/12

Часть Теневой Маски 9/12

Способности:

Чувство пути — вы точно знаете, как добраться до места, где вы уже были и чувствуете себя в безопасности. Легко находите дружественные цели или цели, которые разрешили вам поиск. Однако способности, блокирующие поиск, могут нейтрализовать действие Чувства пути или внести в него помехи. Иногда Чувство пути может помочь выстроить короткий маршрут для достижения цели, но будьте осторожны — некоторые маршруты могут привести к смерти.

Генерация боезапаса — используя внешние ресурсы, такие как металл, дерево, минералы и другие материалы, вы можете генерировать боеприпасы с определёнными характеристиками, которые наследуются от свойств использованных материалов. Траты материала сопоставимы с весом боеприпаса 1 к 1. Ограничение: не более 100 штук в час. Привязка: револьвер Ордена Падших.

Жаль, что нельзя подняться сразу на пару уровней, но стоимость там была бы просто нереальной для Первого Слоя — 19200. Сколько Тварей пришлось бы убить для сбора такого количества боливаров, я даже представить не мог. Да и осколки душ такими темпами можно набрать как побочный результат и перейти на Второй Слой, где явно найдётся больше возможностей добыть боливары для прокачки.

Итак, погнали. Слабость накатила неожиданно быстро, и я отключился.

Когда я проснулся во второй раз, Лизы уже не было рядом. Это вызвало лёгкое беспокойство, но я быстро взял себя в руки. Использовав небольшой умывальник прямо в комнате, чтобы освежиться, я оделся и вышел.

Отдыхать, конечно, хорошо, но нужно было встретиться с мэром — я обещал ему разговор. Да и самому хотелось узнать, что мэру известно обо всём, что творится здесь.

Главное, чтобы он не связал весь этот хаос с моим появлением. Хотя… даже Мар уже задал мне тот самый главный вопрос. И я не уверен, что его устроил мой ответ. Но, по крайней мере, я всё ещё жив, и это уже можно считать положительным результатом.

Коридоры форта были пустыми, и до самого выхода во внутренний двор мне не встретился ни один человек. Но стоило выйти, как я понял, что чуть не пропустил что-то важное. Во дворе было полно народа — все столпились возле небольшого постамента, который пока оставался пустым.

— Грис! — воскликнул Мар, высовываясь из толпы. — А где Рик? Он ведь пошёл за тобой и Себией.

— Не дошёл, — пожал я плечами, протягивая руку другу. — Я сам догадался выйти во двор.

— Засранец, поди залез под юбку и забыл свои дела.

Мар крепко пожал мне руку и кивнул в сторону постамента, продолжая и поясняя что происходит:

— Мэр сейчас расскажет о дальнейших планах. А потом я договорился о приёме. Нужно обсудить твою проблему и всю эту херню…

— Спасибо, — кивнул я.

— Вот ты где! — воскликнул Рик, выныривая из ближайшего проёма и слегка стукнув меня в плечо. — Твоя комната была пуста, и, кажется, туда никто даже не заходил. Где ты был?

Следом вышла румяная Себия. Я ни на что не намекая, указал глазом на нее, от чего Рик смутился как маленький, а потом сделал страшные глаза. Всё понятно. Парочка снова помирилась. Рассказывать, что я ночую у Лизы я не стал, пусть это будет маленькой тайной для тех, у кого нет глаз.

— Пораньше ушел, так что не страшно.

В этот момент толпа как раз зашумела — на постамент поднялся мэр и внимательно оглядел людей, словно давая им время успокоиться. Пару минут он молчал, позволяя толпе выплеснуть эмоции, а затем поднял руку, и наступила тишина.

— Приветствую всех жителей Прешбурга! — громко произнёс Биорк, и его голос эхом разнёсся среди каменных стен. Краем глаза я заметил, как Рик скривил лицо и пробормотал что-то себе под нос, явно матерное. — Совсем недавно завершилась война, длившаяся долгие четыре года.

— Мы выстояли. Мы выдержали всё, что Враг бросил против нас. Мы доказали, что можем защитить себя и наш дом. Но мир оказался недолгим. Новый враг, орда гоблинов, пришёл на нашу землю. Это не дикари, это опасный, организованный противник, готовый уничтожить нас.

Толпа зашумела, но Биорк поднял руку, призывая к тишине.

— Мы потеряли нашего сильнейшего бойца, Арна. Он отдал свою жизнь, защищая нас. Его подвиг не будет забыт. Конечно, есть шанс, что он вернется… Но теперь мы должны взять на себя ответственность за Прешбург. Горыч, как опытный командир, снова возглавит ополчение. Каждый, кто готов сражаться, может присоединиться. Каждый из вас может внести свой вклад в нашу победу.

Его голос стал твёрже, и он окинул толпу хмурым взглядом.

— К сожалению, война выбила почти всех бойцов, способных противостоять нынешней угрозе, и у нас просто не хватает людей, чтобы действовать по старой схеме. Поэтому все трофеи, добытые на поле боя, вы можете использовать для собственного усиления. Главное — сражайтесь и побеждайте!

Толпа зашумела, явно обрадованная тем, что больше не придётся сдавать трофеи каждый раз. Судя по тому, как удалось прокачать Арна, эта схема была вполне рабочей: выделяли бойцов первого плана и вкладывали всё в их усиление. Но для этого требовалось больше людей. Сейчас же просто некому было сражаться, и каждый хоть немного прокачанный боец был на вес золота.

— Мы выжили тогда, мы выживем и сейчас. Прешбург не сломить. Вместе мы сила, и вместе мы победим!

Его слова вызвали волну одобрения — толпа ответила возгласами, криками и аплодисментами. Мэр спустился с постамента и скрылся в одном из проёмов.

— Сколько пафоса, — усмехнулся Мар. — Но на то он и мэр, смотри как люди воодушевились.

Я вгляделся в толпу и несмотря на то, что напряжение всё ещё витало в воздухе, заметил улыбки и уверенные лица людей. У мэра был явный талант лидера и харизма, которая так важна для управления даже таким маленьким обществом.

Из толпы вышла Лиза. Увидев меня, она быстро подошла, обняла и коротко поцеловала в губы.

— Извини, что не разбудила, ты так крепко спал, — сказала она, прижимаясь ко мне.

— Ничего страшного, — улыбнулся я, обнимая её крепче.

Я кинул взгляд на Рика, и на его лице крупным текстом было написано: «Я так и знал». Он растянул улыбку ещё шире и поднял вверх два больших пальца. На что я лишь хмыкнул.

— Позже увидимся? — спросила Лиза. — Сейчас мне надо немного посплетничать с Карой.

— Да, конечно. Мне как раз надо посплетничать с мэром, — улыбнулся я.

К нам подошла девушка, стройная и грациозная, с мягкими, почти кошачьими движениями. Её длинные волосы цвета вороньего крыла спадали на плечи, подчёркивая фарфоровую гладкость кожи. Глаза, ярко голубые и чуть раскосые, словно светились изнутри, добавляя её взгляду загадочности, и немного безумия.

На лице играла лёгкая насмешливая улыбка, а простая, но элегантная одежда — тёмный кожаный плащ и удобные сапоги — подчёркивала её утончённый образ.

— А вот и она, — кивнула Лиза на девушку.

— Мамаша Кара? — Мар выпучил глаза, явно не веря тому, что видит.

— Ой, Мар, не надо смущать бедную старую женщину, — рассмеялась Кара звонким, мелодичным смехом, который, казалось, заполнил весь двор. — Ты меня в таком виде еще не видел, это да, я считай всю войну прошла уже взрослой, а вообще вот такая я была, когда первый раз попала в Прешбург. Нравится?

И девушка, смеясь крутанулась показывая себя. От чего вечный ворчун просто проглотил язык, и судя по глазам был окончательно потерян для мужского сообщества.

Девушки убежали, а мы остались стоять в небольшом шоке от произошедшего. Конечно, я догадывался, что Мамаша Кара когда-то была молода и красива. Но увидеть такой разительный контраст оказалось по-настоящему удивительным.

— Ладно, идём, — сказал я, выводя Мара из ступора лёгким ударом в плечо. Он всё ещё провожал Кару взглядом, не в силах оторваться.

— Не, ну ты видел… — только и смог выдавить он.

До кабинета мэра мы дошли быстро и молча. Сам кабинет находился недалеко, на одном из нижних этажей, видимо, чтобы в случае чего можно было оперативно добраться до двора и выйти на стены. Мэр оставался мэром, но во время войны он сражался наравне со всеми и не гнушался лично пострелять Тварей.

— Входите!

Биорк встретил нас, стоя возле своего стола и задумчиво изучая какие-то записи. Явно делал вид, что занят чем-то важным, как будто набивая себе цену. Нужно же поддерживать репутацию и создавать образ серьёзного человека.

— Мар, Грис, — кивнул мэр, указывая на стулья перед собой, а затем сел в такой же напротив нас. — Давайте обсудим вопросы, которые накопились за время вашего отсутствия.

Он ненадолго замолчал, скользнув взглядом по каким-то записям на столе, а затем продолжил:

— В артели теперь нет лидера, а вариантов у нас немного. Я подумываю о тебе, Мар. Но с этим разберёмся общим голосованием, думаю, сегодня вечером. Артель не должна простаивать без руководства. А теперь к вашим вопросам.

Мар толкнул меня локтем, подавая знак, и я начал свой рассказ. Конечно, я не стал упоминать видения, которые могли быть связаны с Врагом или гоблинами, но в остальном рассказал всё. Я чувствовал, что должен быть честен с этими людьми, хотя некоторые моменты всё же придержал — жить мне всё-таки хотелось. Например, я умолчал о том, как Чувство Пути протянуло свою нить сквозь множество Слоёв, точное количество которых я так и не смог определить — отключился раньше, чем успел понять.

Биорк хмуро слушал, и понять, о чём он думает, было совершенно невозможно. По крайней мере, он не тянулся к кобуре, висевшей у него на поясе, — и на том спасибо.

Рассказ занял около пятнадцати минут, и меня никто не перебивал, внимательно слушая и вникая в каждое слово.

— Хм, — мэр откинулся на спинку стула и задумчиво почесал подбородок. — Я такого не встречал ни разу, хотя живу здесь уже очень долго. И даже не слышал о подобном.

— Труп в горах пролежал явно очень долго, хотя и сохранился неплохо, — заметил Мар. — А тот город… как минимум полвека прошло, судя по данным из записей в шаре.

— Который спереть вы даже не смогли, да? — мэр нахмурился, пожевывая губы словно что-то придумывая. — Взять кучу слитков ума хватило, а самое ценное что только есть в поселениях первого слоя нет. Ну вы и жулики ребята. Сейчас я вас немного огорчу. Такой шар стоит минимум сто пятьдесят тысяч боливаров, если толкнуть его торговцам на второй. А? Внушает?

Мы, переглянувшись с товарищем, даже рты открыли одинаково. Мля. А ведь весил он меньше килограмма. Ну вот. Теперь желание попасть в тот город увеличилось на сто пятьдесят тысяч. Судя по лицу Мара, думал он о том же.

— Так, чего, мы за неделю туда сгоняем и принесем, а? Там так-то много чего ценного есть, выделишь нам Шама, нагребем добра, озолотимся.

— Я тебе озолочусь! — топнул ногой Биорк. — Когда решим проблему с гоблинами, сам с вами туда пойду, а пока сидите на жопах ровно, куда скажу, туда и пойдете. Разбойники, вашу мать. Слушайте теперь внимательно и мотайте на ус.

Мы внимательно уставились на мэра, который, казалось, не спешил делиться информацией. Он встал, прошёлся по кабинету, налил себе воды и сделал несколько глотков. Только после этого, прочистив горло, заговорил:

— Через три дня состоится Торг. Главным у торговцев сейчас Байрен — он представляет Церковь Спящего. Вот к нему тебе и нужно, Грис.

— Церковь? — удивлённо спросил Мар. — Они-то что тут забыли?

— А их тут и нет, — спокойно ответил Биорк. — Они отправили своего представителя, который, кажется, сам не слишком рад своей должности. Но Церковь явно знает больше нас. Их структура пронизывает десятки Слоёв и тянется на самый верх. Возможно, у них есть опыт или информация по подобным возрождениям.

— Тогда остается только подождать, — сказал Мар.

— Да, можете пока помочь со сбором трофеев, если заняться нечем, — сказал мэр. — Там, как минимум, остались несколько пушек и боеприпасы к ним. Было бы неплохо установить их на стены. Отто мог бы попробовать наделать к ним нормальных ядер, а порох у гоблинов, кажется остался.

— Трофеи я люблю, — потёр руки Мар с довольной улыбкой.

— Да, насчёт трофеев с поля боя, — вдруг добавил мэр, внимательно глядя на меня. Я невольно напрягся, вспомнив, что уже почти все боливары потратил. — Раньше я бы попросил для начала сдать их в казну. Но не в этот раз. Как ты слышал, всё, что заработано, принадлежит тебе и только тебе…, но слишком переусердствовать не надо. Хорошо?

Я заметил, как на лице мэра мелькает множество эмоций. Это решение явно далось ему нелегко. Он понимал, сколько гоблинов я положил, и, вероятно, догадывался, какими богатствами по меркам Первого Слоя я сейчас обладаю.

А я, как бы хорошо ни относился к мэру, городу и его жителям, сразу решил: делиться своими трофеями не собираюсь. Я их заслужил, и быть альтруистом — это точно не про меня.

Возможно, это прозвучит эгоистично, и кто-то меня осудит. Да, я готов рисковать жизнью ради жителей города и его благополучия. Но трофеи… Извольте, это совсем другое дело.

— На этом все, — сказал мэр и мы поняли, что аудиенция закончена.

Мы вышли из кабинета мэра, переваривая прошедший разговор. Никто не спешил делиться мыслями, поэтому во двор форта выбрались молча. Мар поднял взгляд к небу, затем достал карманные часы и мельком на них глянул.

— Ну что, выпить пива конечно никогда не поздно, но лучше делать это не праздно, а после тяжелого трудового дня, думаю пары часов потрудиться нам хватит. Готов заняться сбором трофеев? Не. Ты, конечно, можешь геройски валяться на кровати, а мне пара боливаров явно не помешает. — с ехидной улыбкой спросил он, поправляя кобуру на ремне.

— Да в деле я, чего нет. С приятными людьми хорошо во всем, — кивая довольному Мару мы двинулись к остаткам ворот. Их подорвали почти в конце осады, когда штурмовики гоблинов откатывались назад и пытались сделать это как раз через ворота. Трупы отсюда уже убрали. Как и большие камни.

На поле боя копошилось множество народа, как людей, так и нанятых за алкоголь фералов, в основном занятых переноской трупов гоблинов и фералов. Их сваливали в огромные кучи, к огромному оврагу в километре отсюда, готовя к сожжению. Это был единственный разумный способ избавиться от такого количества тел.

Фералы, кстати, разбили лагерь неподалёку от форта, но за трофеями не лезли — своё они получили ещё во время битвы. Трупы сородичей они не трогали, пышных погребений не устраивали, забрав оружие, словно мертвецы для них просто не существовали.

Помогали, а точнее работали фералы только за награду. Дикие … существа. Мне была интересна их история. Но ни с одним фералом я так и не смог познакомиться.

У них не было интерфейса, как у людей, их разум был более примитивен. Однако у фералов, как ни странно, тоже существовала собственная система прокачки. Она была гораздо проще нашей, но, похоже, работала: после сражения с гоблинами их выжившие бойцы значительно усилились. Это рассказал Мар. Правда, потери на поле боя у них были просто колоссальными.

Работа предстояла грязная, и, по сути, мы превратились в обычных грузчиков: это бери, туда неси, здесь складывай. Ну хоть трупы таскать не надо было. Уже через час на лице Мара явно читалось недовольство происходящим. Какие могут быть нормальные трофеи с гоблинов, у которых даже ружья выглядят так, будто их собрали из мусора.

Кстати, при близком осмотре оружие оказалось странным. Оно не было выковано или отлито в форме. Создавалось ощущение, что его напечатали на 3D-принтере. Примитивное качество и грубая обработка только усиливали это впечатление. Странное использование столь сложной технологии производства для создания подобного примитива.

— Слушай, а монстров вы тут тоже толпами валили, и так же утаскивали кости в овраг?

— Ну… хочешь, сходи да посмотри, там просто огромные груды костей. Форт они всего пять раз осаждали, так обычно просто стаями бродили вокруг, не давая охотиться и уничтожая посевы. О! Неплохой нож!

— Не, не хочу.

Совместными усилиями мы справились с задачей за несколько часов. Оттащили пушки, убрали всё что могло пригодиться, раскладывая по кучам внутри форта. Когда всё было закончено, а гигантские костры в овраге запылали так, что видно их было издалека, Мар, отряхиваясь от пыли, предложил:

— Ну что, время рвануть в бар и как следует нажраться?

Сразу после битвы на это не было ни времени, ни сил. Касим залечил мне щеку, причем вполне себе сносно, оставив только грубый шрам, который практически не был виден под щетиной. Потом была еще куча дел. А сейчас идея казалась весьма заманчивой.

— Для начала неплохо бы умыться, а потом уже в бар, — сказал я, указывая на свою заляпанную одежду.

— Тогда сначала в баню, — кивнул Мар, явно довольный планом.

Баня в форте была простой и функциональной. Ничего лишнего: предбанник с парой скамей, деревянный стол, на котором стоял кувшин с водой, и крючки для одежды. В углу — большая бочка с холодной водой, рядом ещё одна для горячей, подогреваемой печью.

В самой парилке стояла массивная каменная печь. На её вершине лежали камни, готовые в любой момент окутать парилку густым жаром. Скамьи были расположены ярусами: чем выше, тем горячее.

Дерево, которым обшили стены, слегка потемнело от времени и влаги, но всё ещё приятно пахло смолой. Горная вода поступала по жёлобу прямо в бочку, а использованная уходила в сток, чтобы не застаиваться в помещении.

Просто, надёжно и больше ничего не нужно. Эта баня была скорее утилитарной, чем местом для отдыха, но после тяжелой работы даже такое место казалось чуть ли не роскошью.

Я уже бывал здесь сразу после битвы, смывая с себя многодневную грязь и кровь, которые так и не удалось отмыть в условиях похода холодной водой и пообещал себе захаживать сюда почаще. Рядом за соседней дверью находилась прачечная, где за небольшую плату можно было сдать одежду и на следующий день забрать её чистой.

Но второго комплекта одежды у меня не было — он остался в Прешбурге, так что пришлось купить мешковатую временную одежду прямо на месте. Мар сделал то же самое, и, особо не заморачиваясь своим внешним видом, мы в таком виде направились в бар.

Время уже было вечернее, и большинство тех, кто не находился на дежурствах или не выполнял обязательные работы, собрались здесь. Народ решил немного расслабиться, пока была такая возможность, ведь в ближайшее время атаки гоблинов не ожидалось.

Нас встретил радостный гомон десятков голосов. Помещение бара оказалось достаточно просторным, поэтому тесноты не ощущалось. Лиза тут же привлекла мой взгляд — она быстро порхала по залу, разнося заказы. Когда её глаза встретились с моими, они засияли, а губы растянулись в тёплой улыбке.

— Грис, Мар! — радостный крик раздался из глубины бара, и к нам выскочил Рокет, а следом за ним Крис.

Их не было видно на разборе трофеев, а после самой битвы времени поговорить с ними так и не нашлось. Хотя, когда мы заходили в форт, я мельком заметил их лица среди толпы. Именно тогда последняя слабая надежда на то, что Тарух всё-таки сможет вернуться, окончательно угасла. Я мысленно ещё раз попрощался с другом, поблагодарив его за всё.

Я был рад видеть ребят и крепко обнял каждого из них. Затем мы сели за стол, и вечер плавно перетёк в небольшую попойку. Мы с Маром делились тем, что пережили в этом путешествии: рассказывали о Тарухе и его жертве, о Разломе и Тварях, обитающих в нём, и о том, как мы выпутались из бесконечного лабиринта пещер, который был готов убить нас.

Мы вспоминали, как выбрались в неизвестном месте и наткнулись на заброшенный город с брошенной казной. А затем как сражались с Королем Неба, упустив момент с нахождением «моего» трупа.

Ребята тоже поделились своей историей. Рокет, добравшись до Прешбурга, обнаружил, что город уже эвакуирован, и отправился в форт. Там его ждал возродившийся Крис, успевший добраться раньше.

В какой-то момент к нашему столу присоединились Себия, Кара, а позже и Лиза, которая, сменившись с другой официанткой, наконец смогла расслабиться и провести с нами время.

Ночевал я снова не в своей комнате.

Глава 2

Время летело незаметно, затерянное среди работы, общения, секса. Я отдыхал душой и телом и решил считать это своим заслуженным отпуском за прошедшие приключения. Но при этом, маленький червячок тревоги внутри грыз, понемногу, но постоянно и засыпал я с не самым хорошим предчувствием.

Моя пятая точка отчётливо ощущала приближение неприятностей, но дергаться я не стал, решил положиться на судьбу и пока просто плыть по течению. Всё равно я привязан к этому месту и этим людям, пока не соберу достаточно осколков душ для подъёма наверх. Да и куда мне идти одному? В какую степь? Первое же племя фералов меня просто прирежет просто так, на всякий случай, и скажут, что так и было.

Говорят Прешбург — периферия, а основные большие города и цивилизация находятся дальше, ближе к центру. Но дойти туда в одиночку не вариант, слишком далеко и опасно. Прешбург не торговал с центром и вообще не контактировал. Народ что тут появлялся, периодически собирался в группы и уходил туда, но весточки о том, что они дошли не было. Да и всем откровенно было плевать, что там есть и как там живут.

Мысль о предстоящей встрече с представителем Церкви Спящего, вообще жгла кипятком, не давая покоя. А вдруг он каким-то образом определит, что я — Враг? Тогда мне точно конец. Как доказать, что это не так, я пока не знал. Никаких проблесков воспоминаний из прошлой жизни или еще чего, связанного с прошедшей войной не было.

Но всё же я надеялся, что даже если исход встречи будет неблагоприятным, у меня получится оправдаться. Моя внутренняя уверенность на две трети была крепка в том, что я не тот, кто нужен церкви. Главное — чтобы меня не грохнули на месте каким-нибудь жёстким ритуалом, который лишит возможности возродиться в Колыбели.

Риск такого исхода был, но я решил, что он оправдан.

Наконец, на третий день мы собрались во дворе форта, и я впервые увидел, как происходит вызов с других Слоёв. Биорк пафосно вышел в центр и поставил прямо на землю небольшой кубический стеклянный артефакт, прозрачный и светящийся голубоватым светом. Затем он отошёл в сторону и произнёс несколько слов на неизвестном языке.

Слова звучали странно, словно это была магия… и магия действительно произошла. Куб вытянулся вверх и в стороны, образуя арку портала. Она засияла ослепительно ярким светом, от которого пришлось прикрыть глаза. Затем сияние стабилизировалось, превращаясь в поверхность, похожую на водную гладь, по которой изредка пробегала легкая рябь.

Через пару минут ожидания из портала вышел человек, а за ним ещё несколько. Это были явно не торговцы. Их одежда сразу бросалась в глаза: длинные, тёмные плащи из плотной ткани с капюшонами, скрывающими часть лица. На груди у каждого был вышит символ — желтое кольцо, совершенно простая, но чёткая эмблема.

Под плащами виднелись лёгкие, но явно прочные доспехи, сделанные из материала, напоминающего пластик. На поясах висели короткие мечи с изогнутыми рукоятями, а у некоторых можно было заметить небольшие артефакты, закреплённые на ремнях.

Вся их экипировка была функциональной, лишённой излишеств, словно созданной для того, чтобы защищать, преследовать и наказывать. Но и пафосной, куда без этого. Огнестрела я, кстати, не заметил, даже револьверы они не носили, во всяком случае на виду, что там под плащами можно только догадываться.

— А вот это уже церковники, — шепнул мне Мар на ухо, подхватывая под локоть.

Меня бросило в озноб. Я посмотрел на него, но он лишь мигнул, мол, всё под контролем, так надо.

Я тяжело вздохнул, стараясь подавить внутреннее напряжение.

— Да не парься ты, всё нормально будет. — Мар усмехнулся. — Этих кликуш тут все не любят.

Кажется, проверка будет куда более тщательной, чем я ожидал. Вокруг портала прогуливалось как минимум десяток горожан, с оружием, и при этом делающих вид, что они идут по своим делам. Даже вопрос возник. Это они меня так охраняют, или принимают гостей?

Я быстро осмотрелся по сторонам в поисках хоть какой-то возможности улизнуть. Да, это было бы открытым признанием: «Я Враг». Но риск неутешительных для меня результатов общения с этими «весёлыми» ребятами, больше похожими на инквизиторов, совсем не устраивал.

И почему я не слушал свою жопу, когда она отчаянно кричала мне о приближающихся проблемах?

Церковники, пятеро человек, подошли к мэру и, сбросив свои капюшоны, обнажили выбритые наголо головы. Они начали тихо о чём-то беседовать, их лица оставались бесстрастными, словно высеченными из камня. Я был слишком далеко, чтобы расслышать разговор, но напряжение внутри продолжало нарастать, пока я безуспешно искал возможные пути к отступлению.

Замедлить время и попробовать сбежать? Идея, на первый взгляд, неплохая, но куда я успею убежать за десять секунд? Да и неизвестно, какие способности есть у этих церковников. Если у них даже физические артефакты на поясе, то кто знает, что напихано в их интерфейсах?

Сука, ну как так-то…

Один из инквизиторов повернулся ко мне и пристально уставился. Его взгляд был тяжёлым, пронизывающим, словно он видел меня насквозь. Он не отворачивался, продолжая слушать мэра, но явно сосредоточив внимание на мне.

Ну всё, теперь мне точно кабзда.

Я постарался успокоиться и перестать паниковать. Возможно, чуть позже появится шанс скрыться от них. Главное сейчас — не показывать им свой страх.

Тот самый инквизитор, который не отводил от меня взгляда, неожиданно двинулся в мою сторону. Его рука скользнула к поясу, где висел меч. Странный выбор оружия, особенно если учесть, что они минимум со Второго Слоя. Больше ничего на поясе не было. Я ожидал увидеть у него хотя бы спрятанный револьвер, а тут… только меч.

— Грис, я младший Страж Спящего Арабор, — представился он. Я заметил, что у него, помимо волос, отсутствовали даже брови, а на лице не было ни намёка на щетину. — Спасибо, что дождались нас. Вы должны пройти за мной, боятся не стоит. — добавил он спокойно, но твёрдо.

Я бросил взгляд на его руку, лежавшую на мече, и со вздохом кивнул. Выглядел он так, что спорить с ним казалось плохой идеей.

Страж кивнул, жестом предлагая мне идти вперёд, а сам двинулся чуть позади, внимательно следя за каждым моим шагом. Когда мы приблизились к остальной группе Стражей, те, не обращая на меня особого внимания, последовали за Биорком.

Но путь наш лежал совсем не в сторону кабинета мэра. Вместо этого мы направились в подвальную часть форта, где располагались склады и другие технические помещения.

Я обернулся, бросив взгляд за спину. Там остались стоять Мар, Крис и Рокет. Мар кивнул мне, поднимая большой палец, словно пытаясь подбодрить. Я лишь невесело усмехнулся в ответ, прекрасно понимая, что, если что-то пойдёт не так, он вряд ли сможет мне помочь. Да и не факт, что захочет помогать в таком случае…

Молчаливой процессией мы спустились в подвальное помещение форта, которое было рассчитано под склад, но сейчас пустовало. Тут было прохладно и можно было даже хранить какие-нибудь припасы. Свет падал из небольших окошек почти под потолком и в помещении было достаточно светло.

— Грис, — обратился ко мне мэр. — Я не сказал тебе сразу, но надеюсь ты меня поймешь. Сейчас Стражи проведут ритуал проверки, который расскажет нам кто ты такой на самом деле.

Он виновато опустил глаза, и я первый раз увидел его смущенным. На самом деле, на его месте я поступил бы так же, даже не раздумывая. Если есть хоть малейшее подозрение что я Враг, нужно это подозрение минимум развеять. Это мне Враг не сделал ничего плохого. А эти люди годами против его слуг воевали и теряли друзей.

— Я понимаю, Биорк, — кивнул я. — И я готов.

Но готов я конечно же не был. Меня снова начал колотить озноб, то ли от холода, то ли от страха узнать о себе правду. Нет, смерти я не боялся. Я боялся оказаться Врагом и оказаться врагом для всех людей, которые стали мне друзьями тут, в Прешбурге.

— Приступим, — сказал один из стражей и меня завели в центр помещения.

Затем все пять церковников достали из маленьких футляров… мел? И начали рисовать вокруг меня множество узоров, которые объединились в один большой круг, в центре которого стоял я. Мой мозг забуксовал, пытаясь понять, что происходит. А происходила явно магия, которой эти церковники обладали.

Нет, я слышал, что есть Слои, которые живут по абсолютно другим законам. Там правит магия и именно там можно обрести магические способности за счет интерфейса. Но что-то слишком много магии на сегодня… сначала портал, теперь ритуал этот. Я как-то более склонен к технологическим мирам, во всяком случае душ и джакузи предпочтительнее мытья в деревянной бадье, это точно. Хотя баня вне конкуренции. Так, это нервное.

Тем временем Стражи встали за пределами круга, образовывая пятиконечную звезду и начали что-то бубнить себе под нос. Я же сосредоточился на ощущениях и на самом круге, который начал светиться белым холодным светом.

Минут пять ничего не происходило, но потом я заметил, как нагрелся мой амулет, который я снял со «своего» трупа в горах. Но я даже не дернулся, застыв как истукан и не шевелясь. Нельзя привлекать к себе внимание, а особенно к амулету — это я понял сразу.

Амулет нагревался все сильнее и уже начал обжигать кожу. В какой-то момент я даже почувствовал запах паленого мяса, но тут все прекратилось. Круг засветился ярче, почти слепя, а потом погас.

— Мы закончили, — громко сказал Арабор, не знаю как, но я смог его выделить среди остальных, хотя церковники были практически идентичные.

— Чистая душа, — сказал другой Страж и подошел ко мне, заглядывая в глаза. — Грис, в вас нет ничего от Врага. Но ваша душа необычная и с этим стоит разобраться. Зайдите ко мне в покои сегодня вечером, нам нужно многое обсудить.

Я кивнул, пытаясь сохранять спокойствие и не стучать зубами.

— Я могу идти?

Страж кивнул, а я на негнущихся ногах пошел к выходу по пути проверяя амулет, который теперь был холодным как лед. Какого хера сейчас произошло? Амулет защитил меня от проверки? Мозг взорвался от количества предположений, но ни одно из них я не мог считать верным.

Кто, мать их, такие эти Падшие и почему за две недели я нашел уже два их трупа? С этим нужно было разобраться и это было в приоритете. Падшие что, были за Врага?

Я вышел на свет и увидел стоящих неподалеку Мара, Рика и Лизу, которые напряженно что-то обсуждали, но тут же замолчали, увидев меня.

— Что там было? — спросил Рик, когда я подошел к ним.

— Мне провели проверку, не являюсь ли я Врагом, — сказал я и широко улыбнулся. Меня немного отпустило напряжение и теперь хотелось просто напиться в хорошей компании. Но нельзя — вечером «аудиенция» со Стражем.

— Судя по твоей роже и тому что ты вышел из этого подвала, результат отрицательный? — спросил Мар, внимательно меня рассматривая.

— Ага, — кивнул я и тут же получил горячие объятия от Лизы.

— Я знал, — улыбнулся Мар и протянул мне руку, которую я крепко пожал. — В бар?

— Какой бар? — возмутилась девушка. — Еще половина десятого утра.

— Такое дело надо отметить! Подозрения сняты и наш новичок чист аки агнец перед Творцом, выпить и немедля! — воскликнул Рик и выжидательно уставился на меня.

— Нет, в бар без меня, — я покачал головой. — Вечером встреча с одним из Стражей, нужно быть в трезвом уме. Пойду отдохну, перенервничал что-то.

Лиза порывалась пойти со мной, но я сказал, что мне нужно побыть одному. Надеюсь, она не сильно обиделась, но мне действительно нужно было обдумать происходящее и делать это было лучше в одиночестве.

Первый раз за всё время в форте я находился в своей комнате. Лёжа на койке, я рассматривал странный амулет и знак, выгравированный на нём. Этот символ казался мне неуловимо знакомым, словно что-то из глубин памяти пыталось вырваться на поверхность. На краю сознания вертелись обрывочные образы, но они были слишком расплывчаты, чтобы уловить хоть что-то конкретное.

— Я что, Падший? — спросил я у потолка, но ответа конечно же не получил.

Это просто череда каких-то невообразимых совпадений, которые просто невозможно объяснить. Или я невероятно везучий человек или же мне кто-то помогает. Почему-то в везение я не верил, а вот в помощь извне вполне. Но кто обладает такой силой, чтобы влиять на события таким образом?

На месте амулета остался ожог, который уже затянулся и было ощущение, что ему минимум несколько дней, а посреди ожога явно читался символ, изображенный на амулете. Не помню, чтобы раны у меня затягивались так быстро. Я положил неожиданно прохладный амулет на место ожога и уставился в потолок. Голова была пустой, и я не заметил, как уснул.

Разбудил меня стук в дверь. Я сорвался с кровати и быстро накинул рубашку, прикрывая амулет и ожог… Которого, к слову, уже не было видно вообще, только едва заметный бледный символ. Помотал головой отбрасывая лишние мысли и открыл дверь, за которой стоял один из горожан, имя которого я не вспомнил.

— Тебя вызывает главный Страж, — сказал он. — Я провожу.

Я собрался за пару минут, и мы двинулись по коридорам форта. Страж расположился в самой дальней и самой высокой комнате, откуда открывался отличный вид на горы. Меня неожиданно посетила странная мысль, которой я даже не задавался с самого начала: а кто вообще построил внутреннюю часть форта? Если стену, как рассказывал Мар, точно строили люди, то эти внутренние помещения, скрытые за примитивной на вид стеной, тянули на результат невероятного труда — десятки лет работы.

Но додумать я не успел.

Страж стоял спиной ко мне и смотрел в окно, будто даже не обратив внимания, что я зашел. Дверь в его комнату была распахнута, и я просто молча зашел, краем глаза заметив, как мой сопровождающий моментально слинял. Ссыкло.

Пару минут царила тишина, нарушаемая только моим громким дыханием — все-таки пришлось подниматься по лестнице и дыхание немного сбилось. А может это от волнения?

— Меня зовут Рубор, — сказал наконец Страж и повернулся ко мне. — Я старший Страж Церкви Спящего Третьего Слоя. Тебе что-то говорит название нашей Церкви?

— Я слышал о вас, — кивнул я, не отводя взгляд от внимательных глаз Стража. — Но слышал уже после того, как вышел из Колыбели.

— Да, я знаю, что у тебя нет воспоминаний о твоей прошлой жизни, — сказал Рубор. — Присаживайся.

Он указал на пару стульев посреди комнаты и сам присел в один из них. Я сел напротив и уставился на Стража в ожидании. Интересно, зачем он меня позвал?

— У Церкви есть одна единственная цель, — сказал Рубор. — Догадываешься какая?

— Сохранить сон Творца?

— Именно, — удовлетворенно кивнул церковник. — Сон Творца это и есть наш мир, все миры, в которых мы существуем в нашей реальности. Но несколько лет назад возник тот, кто захотел уничтожить эту стабильность и разрушить столь хрупкий Сон. Мы остановили его.

Страж замолчал, ожидая реакции, но я и так вкратце знал историю окончания войны. Как собрались много людей невероятной силы, среди которых был глава Церкви Спящих и множество других сильных личностей и как они уничтожили врага. При этом стерев полностью Слой, на котором проходило это эпическое сражение. Вместе с собой.

Какими способностями обладали те люди, которые поднялись до таких невообразимых высот, я даже представить себе не мог. Если на Первом Слое был Арн — невероятно быстрый, сильный и практически неубиваемый… Практически. То, что тогда было там? Армагеддон?

— Но не уничтожили, — прервал молчания Страж, не дождавшись от меня реакции.

— Это точно? — спросил я.

— Множество свидетельств показывает, что да, Враг жив и находится неизвестно где. Но теперь мы гораздо ближе к ответу на этот вопрос — гоблины, самые близкие слуги Врага оказались здесь не случайно. Они пришли на призыв своего хозяина и теперь мечутся по Первому Слою в его поисках. Нам нельзя дать им найти его.

— Вы знаете сколько их тут? — хмыкнул я. — Это огромное войско. На Первом Слое нет столько людей, чтобы мы могли выставить хотя бы сопоставимое количество человек.

— Ты не прав, люди есть, — покачал лысой головой Страж. — Им уже сообщили. Но их нужно объединить. Собрать всех вместе и повести в решающий бой, как бы пафосно это не звучало. Церковь именно для этого здесь. Жаль, порталы пропускают не более пяти человек за один призыв… Но, это уже не твои заботы. Мы здесь для того, чтобы обсудить тебя.

Я кивнул, собираясь с мыслями. Первый Слой огромен и если тут реально есть люди в таком количестве, чтобы противостоять орде гоблинов, то это люди из центра. Значит оттуда можно ждать целую армию?

— Твоя душа чистая, — продолжил Рубор. — Как белый лист, который никогда раньше не испытывал боли перерождения. И это странно. Я переговорил с мэром, и он рассказал о твоем походе и том, что ты пережил там. Меня интересуют твои способности. Можешь прочитать мне их описание?

Я удивленно взглянул на Стража, но все же прочитал описание обеих способностей.

— Удивительно, — задумался тот. — Чувство Пути… за восемнадцать элементов?

— Да, — кивнул я. — Способность оказалась очень полезной, но не то, чтобы сильно. Там есть куча ограничений.

— Это не важно, — не согласился Рубор. — Ограничения можно снять. Но сама способность имеет неплохой потенциал и такая стоимость удивительна. Да еще и на Первом Слое.

— То есть способности можно прокачивать?

— Не все, и не тут, на Первом Слое нет мест силы и это слишком дорого. Но это не тот вопрос, который можно от тебя ожидать. Подумай еще раз.

— Хм, — задумался я. — Слишком маленькая цена? Да это Чувство Пути нас чуть в могилу не завело. Мне казалось, что это и есть проблема способности — она то помогает, то нет.

— Потенциал способности — это не то, что она даёт тебе сейчас, а то, что может дать в будущем, — ответил Страж. — Способности, схожие с твоей по механике действия, начинаются с третьего ранга.

— Ранга? — удивился я, впервые столкнувшись с таким понятием.

— Любая способность, полученная за любое количество элементов пазла, всегда начинается с первого ранга. Это основа, — спокойно пояснил Страж. — Дальше ты можешь поднимать ранги, раскрывая все грани способностей. С каждым новым рангом появляются новые возможности. Скажи, сколько в описании твоей способности заложено функций?

Посчитать было несложно. Возможность добраться до места, где уже бывал и чувствуешь себя в безопасности. Поиск дружественных целей. Возможность выстроить короткий маршрут для достижения цели.

Последний, третий пункт вызывал у меня больше всего вопросов. Его формулировка была слишком размытой. Цели ведь могут быть совершенно разными и не всегда связанными с дорогой.

— Три, — ответил я, всё ещё пытаясь понять, как это может быть связано с рангами.

— Способность первого ранга не может иметь больше одной функции. Сравни со второй своей способностью. Там ведь только генерация боеприпасов и ничего более, хоть эта способность и стоила дороже. Это первый ранг, — сказал Страж и внимательно уставился на меня, ожидая реакции.

— Ого. Чувство Пути на третьем ранге?

— Да, именно так, — кивнул Рубор, явно довольный, хотя это абсолютно не отражалось на его каменном лице. — Первый Слой удивителен и постоянно подкидывает всё новые и новые загадки. Творец чаще всего экспериментирует именно здесь… Ты везучий парень, Грис. Продолжай таким оставаться и веди себя хорошо, и я буду рад видеть тебя на Слоях выше. Иди, я узнал всё, что хотел.

Но тут моё любопытство взяло верх.

— А могу и я пару вопросов задать? Тут никто толком не рассказывает ни о войне, ни о противнике. Почему Враг даже имени не имеет, и зачем он хотел разбудить Творца? Да и вообще, как я понял, он уже дошёл до него, когда его убили, ведь целый Слой уничтожили. А как тогда переходить на другой Слой, если его нет, и что вообще значит «Слой уничтожен»?

Рубор поднял руку, останавливая мой поток вопросов.

— А он не представился, когда начал без разбора убивать, а потом спросить не было возможности. Его слуги предпочитали умирать, но не выдавать информацию о своем хозяине. На другие вопросы, которых у тебя так много, я отвечу тебе, когда ты поднимешься выше. Тут отвечать не имеет смысла. Если ты останешься на Первом Слое, ответы тебе не нужны. Но если дойдёшь до Второго, я с удовольствием всё объясню.

Он немного помедлил, словно размышляя, и добавил:

— Про Слои, пожалуй, отвечу. Это не тайна. Уничтоженный Слой — это тот, где больше не осталось разумных. Диких существ и монстров там по-прежнему полно. Но проблема Врага в том, что он мог усиливаться только за счёт смертей людей. Монстры, Разломы и твари из Изнанки, будучи его слугами, ему не подходили.

После разговора с церковником я вышел из его комнаты, ещё глубже погружённый в свои мысли. Всё это принимало довольно интересный поворот, но куда он меня приведёт?

Позже, уже в баре, сидя с друзьями после трудного рабочего дня, одна мысль неожиданно закралась мне в голову. Церковники явно не собираются возвращаться обратно. Наоборот, казалось, они планируют немного тут задержаться и даже попутешествовать.

Этот факт, а также то, что меня, скорее всего, одного в форте не оставят, говорил о многом. Да, проверку я прошёл, но Церковь мне всё равно не доверяет. И этот их интерес к новичкам… Может, дело вовсе не во Враге, а в чём-то другом?

Интерлюдия I

- Что вы думаете о новичке? - спросил Рубор мэра, откинувшись в кресле.

- А что я могу думать? – пожал плечами мэр, немного нервно стуча пальцами по столу. – Он рисковал жизнью, чтобы защитить нас от осады. Никаких отрицательных моментов за ним не замечено. Хороший парень, перспективный боец.

- Не было ничего странного в его поведении?

- Отсутствие памяти, это единственная странность, - Биорк встал и прошелся по кабинету, собираясь с мыслями. – Ну и излишняя активность. Обычно новичкам нужно больше времени, чтобы освоиться. Грис же как только пришел, уже через день отправился на вылазку с артелью. Это странность?

- Нет, в этом нет ничего такого, - сказал Страж. – Все люди индивидуальны. Но Грис не похож на всех. Его душа… она новая, понимаете?

- Я не разбираюсь в сортах душ, - скривился мэр, но тут же опомнился, вспоминая с кем разговаривает. – Прошу прощения. Я действительно в этом некомпетентен.

На бесстрастном лице Стража не промелькнуло ни одной эмоции и, кажется, он совсем не обратил внимания на оплошность мэра.

- Эта душа, которая родилась первый раз, - разъяснил он. – Такие души можно встретить на Слоях выше, где уже есть возможность продолжать свой род. Но все новички, которые приходят на Первый Слой – они приходят откуда-то. Они перерождаются волей Творца, чтобы жить здесь и беречь его Сон.

- То есть он родился здесь? И сразу взрослым? Интересное дело.

- С этим нам и предстоит разобраться, - кивнул Страж. – А еще его способности… Вы в курсе про Чувство Пути, которое он получил за смешные восемнадцать элементов пазла?

- Да, он рассказывал, - кивнул мэр и с интересом уставился на Рубора. – Эта способность мне тоже показалась достаточно… необычной.

- Всё верно, потому что она не должна стоить так мало. Вы же в курсе про ранги способностей? – Рубор дождался кивка мэра и продолжил: - У его способности сразу третий ранг. Лично я с таким раньше не сталкивался. Ходили разговоры, но больше слухи. Нужно проверять.

- Третий? – удивился Биорк. – Но это же стоит баснословных денег! Да и как он умудрился увеличить ранг на Первом Слое?

- У меня нет ответа на этот вопрос. – покачал лысой головой Страж. – Но эта способность имеет невероятный потенциал в развитии. Что-то подобное уже встречалось нам, и эта способность называлась — Путь к Победе. Знаете, кто был тем единственным, кто обладал этой способностью?

Мэр отрицательно покачал головой.

— Глава нашей Церкви — Первосвященник Спящего Алинор.

Биорк закашлялся, согнувшись в кресле. Он минуту не мог прийти в себя, пока, наконец, не дотянулся до графина и не выпил целый стакан воды.

— Будете? — спросил он Стража, слегка успокоившись.

— Да, не откажусь, — кивнул Рубор, бесстрастно наблюдая за реакцией мэра.

Мэр налил два стакана воды и один из них протянул Стражу. Пару минут они молчали. Биорк обдумывал слова Стража, а сам Страж просто пил воду маленькими глотками.

- Я не понимаю, что это значит. – наконец сказал мэр. – При чем тут Грис и Первосвященник?

- Я тоже не понимаю, - пожал плечами Рубор и это была практически единственная эмоция, которую он показал за все время нахождения здесь. – Я отправлю запрос выше, нужно поднять архивы и посмотреть случалось ли такое раньше. Но на это требуется время, и я хотел бы держать Гриса возле себя, чтобы он неожиданно не пропал и не натворил дел.

- Но… Он же еще не готов перейти на Третий Слой, - удивился мэр.

- Ему и не нужно, - качнул головой Страж. – У нас есть миссия на Первом. И для этой миссии нам нужна ваша поддержка – команда сопровождения. В этой команде должен быть новичок.

Мэр внимательно посмотрел на Стража, пытаясь понять как монстрам с Третьего Слоя могут помочь бойцы с Первого. Это просто несопоставимые силы. Один Страж стоит троих таких как Арн. Если не больше. Кто их знает, как готовят пятерки своих бойцов в монастырях высоких слоев.

- Мы ограничены в возможностях, - Страж заметил эмоции мэра. – Если в физическом плане наши возможности превосходят ваших людей, то в боевом мы ограничены Законами Первого Слоя и не сможем использовать весь наш арсенал.

- Да, обычно к нам не приходят с верхних Слоев, чтобы воевать, своими силами справляемся - заметил мэр немного ехидно. – Посвятите меня в детали миссии?

- В общих чертах, - кивнул Страж. – Соседний город перестал отвечать на запросы, а мы в первую очередь должны были попасть туда. Нам нужно сопровождение и защита. Стражи не будут вступать в бой без крайней необходимости.

Мэр поморщился, эти лысые церковники и пальцем не пошевелят, пока его люди будут гибнуть. Они вступят в бой только тогда, когда опасность коснётся их самих. Хотя и пацифистами их не назовешь, когда им надо они буду сражаться до конца.

У мэра при этом были свои причины не любить церковников, но выхода не было. Его город, его детище, должен выжить. И если надо, то он готов заключить союз хоть с самим Врагом, чтобы тот отстал от его людей и дал возможность Прешбургу остаться самим собой. Городом на периферии.

- Хорошо, я выделю бойцов, но многие будут против. Завтра соберу общее собрание. — кивнул нехотя мэр. — Когда выдвигаетесь?

- Завтра с рассветом, либо как будет готов отряд сопровождения. — ответил Страж. — Нужно спешить.

Он встал, направляясь к выходу, но, уже оказавшись у двери, обернулся и добавил:

- Ещё момент. Форт нужно покинуть. Гоблины знают, где вы находитесь, и скоро узнают, что вы уничтожили их отряд, посланный вырезать всех здесь. Они такого не прощают.

Сказав это, он вышел, оставив мэра в полной тишине. Биорк лишь устало откинулся в кресле, воздел глаза к потолку и тяжело вздохнул, пытаясь понять, куда деть людей и что делать дальше. Нужно срочно посовещаться с Горычем и Шамом, кое-что обстряпать придется. Без боя отдавать своих людей мэр не собирался.

- Гоблины… не самая большая проблема. Их хотя бы перестрелять можно. А вот с вашими налогами и кредитами, черти лысые, можно и по миру пойти.

Оставлять всё так как есть, Биорк точно не собирался. Придется кое-что вспомнить и кое-кому передать весточку. Не только он не любил церковь, были и другие.

Серые города, которые не контактировали со слоями выше и точили зубы как на церковь, так и на большие богатые города центра. Никто не отменял их силу. Выжив в войне, в которой все разумные были союзниками, серые оставались самими собой. Практически бандами Первого слоя. И у Биорка было что им предложить. Пусть он этого не хотел. Но сейчас деваться было некуда. Сейчас на кону жизнь Прешбурга, а город значил для него слишком многое. Слишком.

Глава 3

— Да хер там плавал, я людей не отпущу! И если ты мэр, то будь добр, смотри за своей территорией и не лезь вместе с этими лысыми туда, куда не надо! — Шам орал, брызгая слюной на Биорка, который снова выступал перед горожанами. — И Горыч меня в этом поддержит, ведь так?

— Еще как поддержу. — Горыч, стоявший неподалеку, был так же максимально недоволен. Но вперед особо не лез, поддерживая шамана из толпы.

При этом Шам выступал как главный в их оппозиционной паре, беря на эмоции. Кроме того, парень зачем-то недавно сбрил свой хвост под ноль, и сейчас блестел как яйцо сам, свежие порезы на голове только добавляли колорита. Нафига он это сделал было непонятно, но обращение к лысым церковникам, такого же лысого, забавляло. А еще он, судя по глазам, был немного не в себе.

- К гадалке не ходи, грибов обожрался и полез в бой. - подтвердил мою догадку стоящий рядом похмельный, но довольный Мар.

Выглядело это всё - раннее собрание, возникший спор, недовольство горожан, мягко говоря, не очень. С точки зрения субординации, мэр был явно выше должности шамана, да и старше.

Не знаю, какие у них отношения, но странно, что Биорк позволяет с собой так обращаться. И всё это прилюдно.

А во дворе форта, между тем, понемногу собрались все жители Прешбурга. Я окинул народ взглядом, действительно, людей осталось очень мало. это уже не городок, так, поселение.

Тем временем конфликт на самодельной трибуне набирал обороты.

— Шам, не тебе решать, мой друг, — спокойно ответил мэр.

— А кому ещё, если у тебя от слов этих пустобрехов глаза замылились, Биорк?! — взорвался шаман. — Топать с ними, отправлять последних бойцов, когда у нас тут и разлом новый открыт, и в городе яйца созрели, да и следить надо, вдруг новички полезут. — Он постучал себе по голове. — Там у тебя что? Лесть или угроза? Чем тебя купили? Те, кто погиб вдали от колыбели не возвращаются. Вспомни Таруха и многих других.

Шам сделал шаг вперёд, он был на голову ниже мэра, но давил так, что казалось, наоборот.

— Нахер Врага! Его убили же, разве нет? Сами же трепались об этом на каждом углу: церковь то, церковь сё. А в итоге? Обосрались, да? И теперь нашей помощи просите? Да среди нас погибших трое из пяти, а вы опять воевать зовёте. Нахуй! Я не отпущу людей!

Толпа во дворе замерла. Шаман прямо на бунт идет, и кажется большая часть его поддержит

Люди ждали реакции мэра на слова шамана и, кажется, от этой реакции зависело будут ли ему дальше верить или нет. Я, кстати, так и не понял, должность мэра — это выборная должность, или как это вообще работает. Надо будет спросить у Мара. Побагровевший от таких слов, мэр не успел ответить, но сдерживаясь он потянулся к кобуре на поясе, чем еще больше накалил обстановку.

— Успокойся, шаман. Никто никого не покупал, послушайте нас! — неожиданно вмешался церковник, жестом остановив уже готового ответить мэра. — Вы знаете, кто мы. Да, вы нас не любите. Но именно мы вместе остановили Врага и не дали погибнуть всему сущему! Все мы, вместе!

Он обвёл толпу строгим взглядом и продолжил:

— И не смотрите на меня так. Это правда. Вы — люди прекрасного Прешбурга — сражались вместе с нами, останавливая тварей, готовых вырезать каждого человека на этом Слое. И именно наш союз принёс ту кровавую, но заслуженную победу.

Церковник сделал паузу, будто собираясь с мыслями, и его голос стал жёстче и проникновеннее:

— Я скорблю вместе с вами о каждом, кто не дожил до этого дня. Но так надо. Именно тут. И именно сейчас. Пока Враг не обрёл новую силу, пока мы точно знаем, что он является одним из нескольких новичков, появившихся за последний месяц. Мы можем окончательно остановить эту тварь! Неужели вы хотите повторения войны? Сколько вас было в начале, и сколько осталось сейчас?! Выживете ли вы в будущей бойне, когда на слоях выше погибли сотни тысяч и миллионы людей! Подумайте!

Народ вокруг тоже молчать не стал. Шаман и его мнение побеждало практически однозначно. Никто пафоса церковника не оценил, можно сказать, что он зря тут надрывался. Все вполне активно обсуждали новое предложение мэра и Церкви.

И оно никому не нравилось. Церковники собирались взять всех подготовленных бойцов и повести их к городу, что находился в неделе пути отсюда, чтобы проверить там очередного новичка — такого же, как я. Тот факт, что в ту же сторону движется многотысячная толпа гоблинов, их, похоже, совершенно не смущал.

— А если гоблины вернутся? Кто будет с ними сражаться? Кто?

— Лысые крыс… хк.! — а этот голос я знаю, и Мар сейчас заслуженно от Рика получил под ребро.

— Ты отсюда свалишь быстрее, чем блохастый себе жопу почешет, оставив нас одних! — выкрикнул кто-то из толпы. — Не давая нам нормального оружия! А то, что приносят твои торгаши, стоит баснословных денег, вынуждая нас и наших людей рисковать жизнями в разломах и Колыбели, добывая для вас там, наверху, ингредиенты и прочую лабуду!

Народ активно загудел, поддерживая эти слова — последние Торги действительно оставили всех в ярости. Цены на оружие были запредельными. Любое, даже самое примитивное ружьё, стоило в десятки раз дороже, чем до войны. На Слоях выше боливары добывались проще и в больших количествах, а тут, на Первом, каждая монета доставалась тяжким трудом и кровью. А иногда и смертями. И никто не торопился помочь людям, наоборот, отсюда выкачивали ингредиенты по максимуму. Это даже такому новичку как я было непонятно и совершенно несправедливо.

Страж внимательно оглядел возмущённую толпу, давая людям выговориться. Наконец, приняв решение, он снова заговорил:

— Церковь Спящего обязуется обеспечить цены на последующих Торгах такими же, как до войны. Взамен за это мы потребуем выделить нам стрелков, которые будут сопровождать нас до цели и защищать.

— И сколько воинов вам надо? — спросил Шам, уже немного успокоившись. Он успел тихо перекинуться парой слов с Горычем, и они что-то надумали.

— Нам нужны все, — отрезал Страж.

— Так не пойдёт, — покачал головой Горыч, вышедший из толпы и ставший рядом с шаманом, он явно намереваясь торговаться за каждого человека. — У нас есть обязательства, договорённости. Война их отодвинула, но новый договор был заключён, и мы обязаны ему следовать. Да даже ваша же Церковь требует от нас ингредиенты. А кто их будет добывать? Я один? Или шаман один? В разломы ходят пятерками а то и больше.

На лице Стража впервые за всё время мелькнули эмоции — явное недовольство. Торговаться он, судя по всему, не любил, но ему нужны были люди для сопровождения. Да и идти впятером, малым отрядом было, мягко говоря, не лучшей идеей.

— Мы понимаем ваши обязательства, — холодно ответил Страж, чуть напрягая голос. — Но речь идёт о спасении вашего же народа. Если не остановить Врага сейчас, пока он слаб, никакие договорённости не будут иметь значения.

— Там десятки тысяч гоблинов, — заметил Горыч. — Можно собрать отряд, который будет заточен под скрытность и разведку. А рисковать всеми людьми, кто способен держать оружие, это не только безрассудно, но и чревато. Как мы сможем отбиться от Кошмаров, если они вдруг появятся? Да и вы сами говорите, что Враг здесь. Что, если Твари снова полезут? Кто будет оборонять форт? Кто будет защищать мирных?

Толпа зашумела, поддерживая слова главного воина города. Вопросы, которые он озвучил, явно витали в умах многих. Биорк бросил быстрый взгляд на Стража, словно ожидая его ответа, но тот лишь продолжал стоять с каменным выражением лица, давая понять, что решение всё равно придётся принимать здесь и сейчас.

— Сколько будет в этом отряде? — сдался Страж, и даже его лицо слегка скривилось. Не привык лысый идти на уступки — это было видно.

— Думаю, десяти человек будет достаточно, — наконец вмешался мэр, и я заметил на его лице тень довольства. — Больше выставить нельзя, иначе оборона города окончательно ослабнет. У нас мало оружия, а серьёзного, способного решить вопрос такой осады, как была недавно, ещё меньше. Опять же Торг еще не скоро, но своих лучше предупредить заранее, не так ли?

Когда Биорк встретился со мной взглядом, он быстро подмигнул одним глазом, а на его лице мелькнула короткая улыбка, тут же сменившаяся строгим и недовольным выражением.

Так это всё спектакль? Вот заразы такие, а я ведь поверил! А Шам-то… актёр от бога. Какие эмоции, какой накал. Просто браво! Хотя он просто обдолбанный и ему пофиг. Сказали как надо говорить, вот он и орал. Всё равно молодец.

Судя по всему, мэр не мог просто взять и отказать церковникам в их требованиях. Но когда все жители города выразили своё возмущение, а недовольство возглавил один из самых ценных людей Прешбурга, церковникам ничего не оставалось, кроме как пойти на уступки.

— Шам, мы позже обсудим с тобой твоё поведение и нарушение субординации, — строго сказал мэр. — Отряд будет сформирован из лучших бойцов и к завтрашнему дню будет готов к выходу.

Страж снова оглядел толпу, его взгляд скользнул по людям, но, остановившись на мне, он спокойно, но твёрдо произнёс:

— Новичок идёт с нами. И это не обсуждается.

Я вздохнул. Кто бы сомневался, мои вчерашнее предположения подтвердились — Рубор явно не собирался отпускать меня далеко от себя. Правда, непонятно с какой целью, но это мы выясним по ходу. Главное — не снимать амулет. А то вдруг я начну «фонить» как Враг, и церковники сразу поймут, что их ритуал проверки дал сбой.

Честно говоря, я и сам бы напросился в этот поход. Несколько дней, которые я тут проработал, занимаясь уборкой, ремонтом стен и прочей хренью показали, что в мирные я точно не запишусь. Не сейчас. Можно сказать, что я уже устал сидеть без дела.

Да и если там действительно окажется новичок, как я, мне хотелось бы задать ему пару вопросов. Вдруг он такой же как я? Может, он знает то, чего не знаю я, или хотя бы подтвердит, что все эти странности не просто плод моего воображения.

Но такой ультиматум от Стража напрягал. Не люблю, когда мне не оставляют выбора.

— Не боись, я тоже пойду, — Мар толкнул меня в плечо и улыбнулся. — У меня сейчас лучший набор способностей для таких целей. Тишина, скрытность. Да я же прям этот, киндза! Которые в халатах, по крышам ползают!

— Ниндзя, балда, — улыбнулся я, поправляя его.

— Тем более, я так и сказал! Во! Тут и Отто рядом. — Мар схватил кузнеца за рукав и, шурясь как дурак, принялся его трясти. — Отто-сын, Отто-сын, наделай мне сюрикенов! Срочно! Буду делать «кия»!

— Хуя, Мар, отцепись, пока в ухо не треснул. Некогда мне, — огрызнулся Отто, развернулся и, не обращая внимания на Мара, пошёл прочь.

— Да что вы все меня бить собираетесь, а?! Злодеи! И всем некогда! — взвыл Мар, махнув руками. — Нет, Отто-сын, я от тебя не отстану!

И действительно, не дожидаясь ответа, Мар рванул за кузнецом, который уже успел немного отойти, и принялся его упрашивать дальше.

И ведь уговорит. Он, когда надо, даже мёртвого достанет.

Я проводил его задумчивым взглядом, недоумевая, что с ним случилось. Никогда он не вёл себя как ребёнок, больше напоминая ворчливого саркастичного старика с достаточно молодой внешностью. Этот контраст наталкивал на размышления… Таким он стал после встречи с Карой. Хм, влюбился, что ли?

— Надо еще Каре заказать черный костюм, — сказал Рик, тоже наблюдая за Маром. — И будет реально ниндзя… Хорошо, что в ковбои не подался, кожи то нет.

Но Мар быстро вернулся и выглядел заметно расстроенным — видимо, Отто отшил его с его бестолковым заказом. У кузнеца и так хватало работы: переплавка «мусорных» ружей, добытых у гоблинов, и попытки сделать из этого металла ядра для пушек занимали всё его время.

— Не судьба, — тяжело вздохнул Мар. — Сказал займется только через пару недель, не раньше.

— Ну, ничего страшного, — похлопал его по плечу Рик. — Как раз вернетесь из соседнего города.

— Ты с нами не пойдешь? — уточнил я у Рика.

— Не, Грис, куда уж, я и как стрелок не очень и Себию тут одну не оставлю.

— Это потому, что ты под юбку залез. И вылазить не хочешь, — язва был тут как тут.

— Всё так, — грустно ответил Рик. — Иногда так лучше. Так что топайте, а я вас тут прикрою.

— Эх, такой боец пропадает, — махнул рукой Мар, а потом повернулся ко мне. — Давай вот только ты нюней не будешь, а? Без вот этих сюсю-мусю.

С языка чуть не сорвалась подколка насчёт Кары и его поведения последние три дня, но я героически сдержался.

— Нужны они мне больно, — фыркнул я в ответ, но в сердце было тепло. — Не до этого пока. Как говорят, не до жиру, быть бы живу.

— Не знаю кто так говорит, но звучит так себе, а жирным чего, жить теперь нельзя совсем?

— Мар!

— Ладно увял, — заржал тот, как конь. — Пошли, нужно еще в артель заскочить, собраться в дорогу. Надеюсь, лысые не услышали, как я их обзывал.

— Еще как слышали.

— Ну и хрен с ними, я ж кинза! То есть ниндзя!

К нам подошла Себия, и Мар моментально успокоился, перестав дурить. Её серьёзный взгляд подействовал на него, как холодный душ.

— Грис, — обратилась Себия. — Есть разговор. Без лишних ушей.

Она взяла меня под локоть и потянула в сторону подвала, где проводился ритуал моей проверки.

Мар, как обычно, попытался увязаться следом, но Себия махнула на него рукой, давая понять, чтобы не вмешивался.

Он понял намёк и отстал, оставив нас наедине.

— Что-то серьёзное? — спросил я, когда мы оказались в сумраке и тишине подвала.

— Ты мне нравишься, — сказала Себия, и хотя её слова могли звучать двусмысленно, я сразу понял, что это не про романтические чувства. — Ты хорошо показал себя с самого начала и помог отбиться от гоблинов. И я чувствую благодарность к тебе.

— Да не стоит… — начал я, но она прервала меня, подняв руку.

— Я хочу тебя предупредить, — продолжила Себия, её взгляд был предельно серьёзным. — Церковникам нельзя верить. Какими бы хорошими они ни казались.

Да мне, если честно, и не хотелось особо доверять этим странным лысым ребятам — они фанатики. А фанатизм, как я знал, никогда ни к чему хорошему не приводит.

Но я ничего не сказал, молча ожидая продолжения.

— Если вдруг так случится, что что-то пойдёт не так, — продолжила Себия, её голос стал тише, почти шёпотом. — Тебе нужно уходить. Не возвращайся в Прешбург, они тебя тут достанут.

— И куда я пойду? — удивился я. — Тут Колыбель, и мне как-то не хочется постоянно находиться на грани окончательной смерти.

— Я говорю про крайний случай, — её взгляд стал ещё серьёзнее. — Большинство Городов повязаны с церковью и выдадут тебя сразу.

Она замолчала на мгновение, затем добавила:

— Но есть варианты…

Так, стоп.

Она что, серьёзно предлагает мне варианты скрываться от церковников?

Для чего?

Я же прошёл проверку, и они не считают меня Врагом.

Видимо, мои мысли отразились на лице, потому что Себия тут же продолжила:

— Церковь Спящего — это не благородные, беззубые служители Творца. Это боевой орден, способный уничтожить практически любого своего противника. Их методы бывают… грязными.

Она сделала паузу, её голос стал жёстче:

— А ты заинтересовал их. Редко объект интереса Церкви проживает долгую и счастливую жизнь, не умирая в муках. Запомни это. Церковь — не друзья. Они не помогают тебе. В любой момент ты можешь стать объектом их очередного ритуала, который вырвет твою душу из тела и сожжёт её в их собственных целях.

— Ты знаешь, почему я интересен Церкви? — спросил я, пытаясь удержать в голосе спокойствие.

— Твоя душа… она отличается от других душ, которые появляются на Первом Слое, — сказала Себия. — С тобой происходят странные и необъяснимые вещи, на которые здесь ни у кого нет объяснения. Они будут изучать тебя. И это не самое лучшее, что может с тобой случиться… Просто предупреждаю.

— Спасибо, Себия, — кивнул я с благодарностью, обдумывая её слова. — Так куда мне податься, если проблемы начнутся?

— Тебе нужно попасть в места, где Церковь не властна, — сказала Себия, её голос звучал настойчиво. — Есть Города, свободные от её влияния. Да, там опасно. Но это — твой шанс.

— И как мне туда дойти? — спросил я, нахмурившись.

— Всегда иди на восток, — сказала она. — Мы недалеко от края Слоя. Ближе к самому краю ты сможешь найти безопасное место. Если что-то случится. Биорк уже отправил весточку в свободные города.

Себия замолчала, давая понять, что разговор окончен.

Она слегка обняла меня, неожиданно тепло и по-дружески, а потом покинула, оставив меня наедине со своими мыслями.

Церковь. Свободные города. Край Слоя.

Чего я ещё не знаю об этом месте?

Я помотал головой, пытаясь отбросить лишние мысли, и вышел из подвала.

Мар уже ждал меня на улице. Увидев меня, он махнул рукой, приглашая идти за ним.

По дороге к базе артельщиков я задал Мару вопрос про города, и его ответы оказались более чем интересными.

Я начал понимать вещи, которые раньше вызывали у меня настоящее недоумение. Например, почему Лиза или Мамаша Кара, которую, честно говоря, уже не стоило так называть, занимались тем, чем занимались, и что это им приносило.

Как оказалось, активные охотники и артельщики в Прешбурге составляли меньшинство.

Большая часть жителей занималась вполне мирной работой. Кто-то охотился, кто-то рыбачил, кто-то разводил небольшие огороды, урожай с которых продавался в «Сиську» или в небольшую столовую при гостинице.

Эта столовая, кстати, кормила почти бесплатно.

Как объяснил Мар, это был указ мэра — обеспечивать базовую еду для всех жителей. Такой подход помогал держать порядок в городе, даже в таких сложных условиях.

Из беседы я выяснил, что организовать город на Слое на самом деле не так уж и сложно. Всё начинается с поиска пустой Колыбели.

Имея минимальное количество элек, можно спокойно получить способность Мэра. Эта способность является градообразующей, превращая обладателя в ключевую фигуру поселения.

Мэр — это, по сути, мирный житель, сосредоточенный на экономике и развитии своего города. Даже если он начинает в одиночку, долго это не продолжается.

Как только появляется мэр, создавая симбиоз с Колыбелью, фактически сразу начинают появляться новички. Для их обеспечения на первые несколько месяцев мэру предоставляется всё необходимое.

Артефакт для Торга — это обязательный атрибут каждого мэра. Он не просто символ власти, но и инструмент для связи с другими слоями и мирами.

Обозначив своё решение создать поселение, мэр получает крупный кредит от церковников или крупных городов с верхних слоёв.

Этот кредит включает: казну — средства на развитие, еду — для первых месяцев, защиту — оружие или артефакты.

Эта поддержка даёт поселению шанс выжить на первых порах, но не бесплатно.

Будущее поселение обязуется платить налоги и поставлять в верхние слои нужные ингредиенты, добываемые с монстров. Эти ресурсы невозможно получить другим способом, кроме как через охоту или Разломы именно Первого Слоя.

Таким образом, города на Слое становятся частью большой системы, где каждый мэр вступает в определённый договор, обеспечивающий выживание его поселения.

И всё начинается с мелочи — с небольшой группы людей, которые постепенно растут числом, обустраиваются, осваивают необходимые специальности для выживания. Эти навыки, как правило, появляются через получение определённых умений.

Тот же говнюк Дор не просто так стал хозяином бара. Это именно его мирная городская специальность. Так же, как Отто стал кузнецом, а Куська, обладая своими уникальными навыками, оказался полезен для города.

— Мамаша Кара, правда, сама решила шить, — добавил Мар с ухмылкой. — Хотя она отличный стрелок. И такая красивая… Ты видел, да?

Вот такая вот ситуёвина. Так и живут города.

Биорк построил Прешбург с нуля, вместе с двумя десятками людей, прибывших с ним из центра. Он практически ничего не брал у церковников — слишком гордый, чтобы быть кому-то обязанным.

И только война заставила его залезть в долги, чтобы обеспечить жизнь своим людям.

Из тех, кто прибыл с ним, остался только Горыч.

За разговором мы быстро добрались до базы артельщиков и начали готовиться к походу.

Сборы заняли совсем немного времени. Хоть до соседнего города предстояло идти целую неделю, решили идти налегке. Припасов взяли по минимуму, полагаясь на охоту по пути.

Способности Мара в этом были незаменимы: даже животные не замечали его, если он подкрадывался с подветренной стороны. Это давало нам уверенность, что без еды мы точно не останемся.

Глава 4

Неделя выдалась утомительной — всё это время я провёл в пути с отрядом Стражей. В сопровождение отправились десять артельщиков, среди которых были Мар, Рокет и Крис.

С второй группой я не особо общался, но ребята там тоже были хорошей спаянной пятеркой. Поэтому мы с ходу разделили задачи и встречались только в редкие ночные посиделки, когда разведка, основной отряд и группа прикрытия собиралась в удобном месте, выставив дежурных.

Конечно, в форте было хорошо — комфортно, уютно, тепло. Но загадки сами себя не разгадают, а труп Врага не приплывёт ко мне по реке, пока я валяюсь в постели с Лизой. Походная жизнь мне нравилась. Даже тот факт, что весь путь мы преодолевали на своих двоих — это было интересно.

Я все время похода проторчал на охоте вместе с Маром, вдвоем мы довольно легко охотились на небольшие стайки косуль или местных толстых зверьков, похожих на кроликов, но с длинными тонкими хвостами. Я учился правильно разделывать добычу, прятать остатки, ходить по следам. Неделя — конечно слишком малый срок, чтобы научиться чему-то серьезно. Но основы охоты друг во мне заложил, хотя сам Мар охоту особо не любил, предпочитая убивать монстров, а не диких животных.

Я изучал окружающий мир, его запахи и звуки, и он мне всё больше и больше нравился. Тут было невероятно красиво. Был бы у меня выбор, я бы точно остался здесь.

Не думаю, что там, на новых Слоях, я увижу что-то подобное. И если это всего лишь сон Творца, то у него явно всё отлично с фантазией.

На этом Слое действительно хотелось жить.

Особенно с учётом того, что сюда попадают молодые и крепкие люди, которые могут прожить здесь долго, в тишине и с простыми заботами, не отягощающими разум. Это мог бы быть настоящий рай, если бы исчезли Разломы и твари.

Ну и, конечно, если бы не орда гоблинов.

Никто мне так и не дал ответа как они тут появились и почему сейчас. Мар и ребята не знали. А Рубор после нашего первого разговора больше ко мне не подходил. Да и вообще, Стражи почти всю неделю держались молчаливо, перекидываясь редкими, короткими фразами.

Главной задачей отряда была охрана, с чем мы успешно справлялись. Это было не сложно. За всю неделю похода не встретили ни одного противника, так что задача оказалась легче лёгкого.

И если мне было не скучно, но про других я такое сказать не мог. Мар, обучая меня, сам при этом невыносимо страдал. Он еще в форте пытался подкатить к обновленной Каре и нехило получил по морде. И кажется не один раз.

Не смотря на здоровенный фингал, сиял он в первый день похода как маяк на море. Но ничего не рассказывал, только зубы скалил на все мои вопросы и подколки.

Его непонятное счастье быстро сошло на нет и вернулся старый добрый Мар. А он тот ещё любитель поныть. За эти дни успел извести всех, включая Стражей. Даже церковники, с их каменными лицами, начинали бросать на него косые взгляды, а что было бы не уходи он со мной на охоту я даже не знаю. Перестреляли бы друг друга на третий день.

За все время похода церковники не проронили и десятка слов, но при этом я видел, что Стражи каким-то образом могут общаться. Они перебрасывались короткими взглядами, будто мысленно обсуждая что-то друг с другом.

Интересно, это артефакт такой или способность? Спрашивать у церковников лично я, конечно, не буду. Ну их нафиг.

Единственное, что вызывало у меня опасения, — это вероятность догнать орду гоблинов, так как мы шли практически по их следу. Обойти их или обогнать возможности не было. Гоблины вышли почти на неделю раньше нас и, скорее всего, уже достигли своей цели.

И чем дальше мы шли, тем меньше я понимал, что мы будем там ловить, я прямо чувствовал, что впереди нас ждёт разрушенный город и горы человеческих трупов. Уж чего, а города гоблины брать умеют, проверено.

За сутки до окончания пути мы изменили построение, вперед вышел один из церковников и Мар, а уже следом мы шли плотной группой не прикрывая тылы.

— Ух. Чует моя тощая задница, скоро постреляем. — Эл, артельщик что влился в нашу группу, проверил ружье. Высокий, худощавый, лет сорока, с тёмно-русыми волосами и серыми, почти бесцветными глазами, он не был особо разговорчив, но по тому, что я узнал, на первом Слое он уже больше пятнадцати лет, и готовился через два-три года к переходу на второй.

По нему было видно, что он сильнее и быстрее нас. Как минимум на один или даже два уровня, а это ж баснословные боливары.

Основным оружием у него было массивное ружьё, которое чуть-чуть не дотягивало до легендарной слонобойки Шама. Но всю дорогу Эл нёс его сам, и ни разу не пожаловался. Видимо, сила была у него приоритетной характеристикой в прокачке, чего вообще не скажешь по его внешнему виду.

Мы были всего в нескольких часах от Города, когда лёгкий ветер донёс до нас запах горелого дерева и чего-то ещё… Конечно же, мы не успели. Теперь оставалось понять, ушли ли гоблины или всё ещё стоят лагерем, методично прокачиваясь, убивая людей, выходящих из Колыбели.

Трудно было даже представить, каково это — оказаться в такой ловушке. Отбиваться от Тварей, зарабатывать осколки душ на возрождение только для того, чтобы при выходе из Колыбели тебя тут же убили эти сраные коротышки. Убили и стали сильнее за счёт твоей смерти. Суки.

Из пятнадцати человек, которых я видел под Городом, из тех, кого гоблины методично убивали, в форт смогли вернуться только трое. Остальные навсегда остались блуждать в Колыбели в виде Тварей. Одно только это вызывало у меня неконтролируемую ненавист к гоблинам.

Их не должно быть здесь. Не зря интерфейс выдал задание на их уничтожение. Они чужды этому миру, этому Слою, да и всей этой реальности.

Мар ушел в разведку один, включив свой скрыт и глушилку, а мы спрятались за ближайшим холмом и не высовывались, ожидая результатов.

Сидели в полной тишине, а Стражи кажется еще и свои артефакты задействовали. Один из них достал с пояса небольшую коробочку, что-то пощелкал на ней и вернул обратно. Никаких эффектов это не принесло, но будем надеяться, что этот лысый знал, что делал.

Мар вернулся через два часа, злой как собака. По его виду сразу было понятно — всё плохо. Глушилку он вырубил на подходе, так что мы прекрасно слышали, как он матерится себе под нос. Неразборчиво, но яростно.

— Рассказывай, — коротко велел Рубор, когда Мар подошёл ближе.

— Гримдол разрушен до основания, всё сгорело, — зло проговорил он и сплюнул на землю. — Орда ушла, и видно, как пошли и куда, дальше на юг. Оставила сотню своих. Они убивают вышедших из Колыбели людей. Не просто убивают, а глумятся. Мрази.

Его кулаки сжались до хруста, а в глазах плескалась такая ненависть, что попадись ему сейчас гоблин — тот не успел бы и пикнуть, как Мар разорвал бы его голыми руками.

Но, конечно, он не сунулся к целой сотне один. Мар был не идиот, да и слишком далеко мы от своей Колыбели, чтобы так рисковать.

— Ясно, — кивнул Страж. — Будем атаковать. Нам важно сохранить как можно больше жизней тех, кто сейчас возрождается. Раз узнать про новичка мы уже ничего не сможем, постараемся помочь тем, кто остался. Мар, идем к колыбели. Будьте внимательны.

Через пару часов мы и сами увидели это душераздирающее зрелище, как только появившегося человека, словно дичь, загоняют и убивают, разделывая тут же на мясо. Тел людей, валяющихся как возле Прешбурга не было. Зато стояли самодельные телеги, на которые тела и таскали. Эти твари еще и людей едят!

И я вдруг понял, зачем мы сюда шли. Зачем я сюда шел. Чтобы такие твари больше тут не жили, их надо убить, во чтобы то не стало.

— Ваша задача — прикрывать, — сказал Рубор, обведя нас взглядом. — Выбивайте стрелков, и тех, кто пытается уйти. Вперёд.

Стражи синхронно достали мечи, выстроились в форме пятиконечной звезды с Рубором впереди и двинулись вперёд. Не церковники, а сатанисты какие-то…

Эл, недоуменно глядя им вслед, пробормотал:

— А я думал, они не будут воевать. Церковники же, пацифисты долбаные. В войну ни одна падла нам не помогла.

Процессию Стражей, которые даже не пытались скрываться, а шли во весь рост, гоблины заметили практически сразу. Они быстро начали выстраивать защитные порядки, прячась за укрытиями и готовясь встретить их шквальным огнём.

Гоблинов было не то, чтобы много, но их явно хватило бы, чтобы положить нас всех.

Эл уже занял позицию. Его ружьё, способное бить на неприлично большие расстояния, делало его идеальным снайпером в нашем отряде.

Когда до укреплений гоблинов оставалось метров триста, раздались первые одиночные выстрелы. Видимо, нервы у кого-то из врагов не выдержали.

И неудивительно: представляю, каково это — стоять в толпе из сотни вооружённых огнестрельным оружием гоблинов и видеть, как прямо на тебя спокойным шагом идут пятеро лысых мужиков с мечами. Жутковатое зрелище как по мне.

Стражи были не так просты — не зря они прибыли аж с Третьего Слоя. Помимо пафоса, в таком построении видимо была необходимость, позволяющая использовать определенные умения. Вот Рубор выставил руку вперёд, и перед ним в метре появилась полупрозрачная плёнка, охватывающая весь отряд.

Интересная способность. Или артефакт? Плёнка не была монолитной и твёрдой: пули проходили сквозь неё, но теряли весь импульс и падали в десятке сантиметров от ног Стража.

Я мельком взглянул в интерфейс, проверяя количество доступных элек и прикидывая возможность прокачать новую способность. Защита мне сейчас ой как пригодилась бы. Не скоро, ой как не скоро я смогу ее получить.

Когда Эл выстрелил из ружья, это стало сигналом к началу. Воздух моментально наполнился звуком стрельбы.

Мы начали движение, рассредоточившись, чтобы не стать лёгкой мишенью для стрелков гоблинов. Я двигался чуть левее основной группы, стараясь удерживать контакт с Маром, который уже занял позицию за остатками старой каменной стены.

— Левый фланг, прикрываем! — выкрикнул он, размахивая рукой, и я понял, что моя задача — держать их внимание на себе, пока остальные займут позиции.

— Смотри справа! — закричал Крис, указывая на группу гоблинов, которая попыталась обойти нас по периметру. Я развернулся и произвёл два быстрых выстрела из револьвера, подавив их попытку.

— Грис, не лезь на рожон! — рявкнул Эл, глядя, как я чуть не попал под обстрел.

— Я бы и рад, но они сами лезут! — ответил я, снова поднимая револьвер.

Стражи, словно единый организм, внезапно сорвались с места и с молниеносной скоростью достигли позиций гоблинов. Там их построение рассыпалось, и каждый начал действовать индивидуально, демонстрируя свои защитные способности. Эти умения не позволяли гоблинам просто расстрелять их, превращая бой в настоящий хаос.

Пока Стражи отвлекали на себя всё внимание врага, мы смогли занять удобные позиции для стрельбы. Карабины заговорили гулко, прорываясь сквозь шум сражения.

Жаль, что мощь и дальность выстрела была у них невелика. В идеале вообще было бы лучше расстрелять врагов метров за триста от себя. Но такое не прокатывало. Порох был плох, стволы быстро забивались и их надо было чистить, револьверы в этом плане были надежнее, хоть и менее дальнобойными. А уж мои, с идеальными просто пулями, позволяли быть настоящим снайпером на близкой дистанции.

Я решил подобраться ещё ближе, чтобы воспользоваться своим умением, которое требовало ближней дистанции. К счастью, в общей суматохе это удалось сделать спокойно. Найдя подходящее место, я прицелился и произвёл несколько точных выстрелов, уничтожая баррикады, за которыми скрывались гоблины.

Разлетевшиеся щепки и обломки вызвали у врагов ещё большую панику, чем прежде.

Вы убили $$%54$5$% (х6)

Получено в награду:

Восемнадцать (18) осколков душ.

Восемнадцать (18) боливаров.

Получен элемент пазла (2)

Все артельщики вели прицельный огонь по высунувшимся гоблинам, но это казалось каплей в море. Стражи уничтожали врагов в промышленных масштабах, двигаясь с бешеной скоростью от одной цели к другой.

Я старался экономить ауристовые патроны — мой запас не был бесконечным. Уничтожив самые массивные укрытия, я переключился на патроны из лома. Они били далеко и точно, позволяя мне с легкостью ликвидировать по одному гоблину за выстрел. Жаль, лом тоже закончился. Зато теперь у меня был приличный запас хороших патронов, часть из которого я взял с собой.

Наблюдая за Стражами, я задавался вопросом, зачем мы вообще им понадобились. Они бы и без нас справились с этой толпой, причём гораздо быстрее. А их мечи… Это вообще отдельная история. Оружие явно было артефактным.

Судя по всему, его действие распространялось на расстояние около двух метров. Один взмах — и голова гоблина отлетала в сторону, даже если он ещё только пытался высунуться из укрытия.

Битва, если это вообще можно так назвать, закончилась быстро. Неожиданно все враги кончились, и наступила тишина.

Рубор махнул рукой, подзывая нас к себе.

— Нужно расставить посты вокруг на случай, если прибудет подкрепление, — сказал он, обращаясь ко всем сразу и сразу тыкнул в меня пальцем. — Грис, пойдёшь со мной.

Мар сразу же начал руководить артельщиками, раздавая указания, а я подошёл к Стражу, всё ещё не понимая, чего он от меня хочет.

— Твоя задача — встречать людей из Колыбели, — произнёс он. — Судя по всему, их там много. Мы готовим ритуал отвязки от Колыбели — нужно увести всех с нами в Прешбург. Шаман справился бы с этим быстрее, но, когда мы его тут увидим, непонятно. Придётся действовать через силу. Ритуал займёт всё наше внимание, и во время его активации мы будем в стазисе, полностью сосредоточившись на поддержке процесса. Твоя задача — направлять людей к нам. Они должны проходить через центр пентаграммы с чётким желанием сменить Колыбель. Об успехе их оповестит интерфейс. Если не получится с первого раза, повторная попытка возможна не раньше, чем через час — иначе смерть.

Он на секунду замолчал, обдумывая что-то, а затем добавил:

— Если возникнут неприятности, твоя первостепенная задача — вытолкнуть меня из пентаграммы. Это разрушит стазис. Людям объясни следующее: Церковь обеспечит им возможность добраться до ближайшего города без амулетов. Здесь они не выживут, так что выбора у них нет.

Все-таки сатанисты… Я кивнул, принимая инструкции, и направился к воротам Города, проходя через залитую кровью землю, усеянную ошмётками плоти и испражнений. Сколько же народу прошло через это место? Сколько раз их здесь убили? Твари.

Из задумчивости меня вывел скрип открывающихся ворот Города. Оттуда осторожно выглянула молодая девушка азиатской внешности. Она была невысокой и хрупкой, с длинными черными волосами, а её одежда напоминала нарядную тогу, которая странно контрастировала с её измождённым видом. Увидев меня, она выбежала наружу и, всхлипывая, бросилась ко мне на шею, разрыдавшись.

— Спасибо! Спасибо!

— Здесь безопасно, гоблинов больше нет, — сказал я, стараясь говорить спокойно, чтобы не напугать её ещё больше. — Но нужно уходить отсюда как можно скорее, возможно, они вернутся. Голодная?

Девушка кивнула и тут же выхватила у меня кусок сыра, что я достал из боковой сумки, жадно закидывая его в рот.

— Скажи, у вас появлялись новички в последнее время? — спросил я, дождавшись, пока она прожуёт и запьёт водой.

— Да, был один, месяц назад пришел, — она снова кивнула. — Странный. Но я не знаю, что с ним. Меня убили раньше, и дальше я просто пыталась выбраться из Колыбели.

— Хорошо, — сказал я, кивая в сторону церковников. — Видишь тех лысых чудиков? Тебе к ним. Нужно отвязать тебя от местной Колыбели.

— А что с городом? И почему тут церковники? Если я отвяжусь, то умру!

— Города нет, всё разрушено полностью. — я говорил правду, не стараясь смягчить. — Твоя задача — пройти через центр пентаграммы и чётко пожелать отвязаться. Поняла? Как сказал мне главный, они сделают так, что все спокойно дойдут до Прешбурга без привязки и амулетов, а там шаман или мэр сделает всё что надо, я не особо разбираюсь, просто хочу помочь. Ты поняла меня?

— Да, поняла, — кивнула она. — Я Диана, — представилась девушка, протягивая мне руку. — А ты?

— Я Грис, — ответил я, пожимая её руку.

— Спасибо тебе ещё раз, Грис, — сказала она с искренней улыбкой. — Если будут раненые, я могу помочь. Я медик.

После этих слов она развернулась и побежала в сторону Стражей.

А я остался ждать остальных, выходящих из Колыбели. И лучше бы они поторопились — тревога в груди била в набат. Неприятности явно были уже совсем близко. И к этому добавлялось неожиданное желание зайти в Колыбель, настолько навязчивое, что я чуть было не сделал шаг внутрь, и только появление еще одного человека, с кровавой раной на лице меня остановило. Желания потом, сейчас нужно помогать.

Глава 5

Дни, что мы провели у ворот Города, ожидая выхода людей из Колыбели, тянулись мучительно долго. За это время через ритуал прошло уже около двух сотен человек, и, возможно, их стало бы ещё больше, но ждать дольше было просто невозможно. Нервное напряжение витало в воздухе, словно тяжёлый груз, а ощущение надвигающейся угрозы становилось почти осязаемым.

Некоторые люди отказывались проходить ритуал. Их было немного, но все они уходили в сторону разрушенного города — возможно просто потому, что им некуда больше было податься. Церковники были непреклонны и даже жестоки: с теми, кто отказывался, не церемонились. Не нравится? Уходи и живи один.

Чтобы не подвергать всех лишнему риску, мы не ждали, пока накопится большая группа. Как только набиралось 15–20 человек, их отправляли в Прешбург. Это было единственно правильное решение: дальше от орды, да и в городе их могли хоть как-то разместить. В каждой группе обязательно были несколько воинов или охотников, чтобы при необходимости защитить остальных. Их вооружали гоблинским оружием — другого просто не было.

Перед отправкой проводили ещё один ритуал. На этот раз его выполнял один из Стражей, охватывая сразу всю группу. Этот ритуал позволял людям дойти до ближайшей зоны Колыбели и уже там принять запрос на привязку к новому месту.

Диана оказалась не просто медиком, но ещё и обладательницей уникальной способности к лечению. Она помогала тем, кто выходил из Колыбели с лёгкими ранениями. Серьёзные травмы в этом месте обычно означали одно — из Колыбели уже не возвращались. Твари, обитавшие внутри, не оставляли шансов на спасение. Но Диана умела справляться с мелкими повреждениями буквально за считаные минуты, залечивая царапины и ссадины прямо на глазах.

Однако её дар имел свою цену. Девушка обладала, мягко говоря, нескромным аппетитом — ела она как несколько взрослых мужчин, но никто не жаловался. Благодаря её способности было вылечено немало людей, и это стоило любых затрат.

Гримдол, несмотря на высокие стены и хорошую защиту, был уничтожен полностью. Как и форт Прешбурга, он был создан для обороны против тварей из разломов, а не цивилизованной силы. А в лапах гоблинов было почти полторы сотен пушек, прекрасно показавших себя при осаде. Город, выстоявший всю войну, и с населением почти в пять сотен человек пал меньше чем за трое суток непрерывных боев.

Всё, что не было приколочено, гоблины вынесли, включая оружие. Тайники и запасы — найдено было все. Стены были разрушены до основания, как и дома, казалось, что некая неведомая сила сравняла его с землей, не оставив и камня выше пояса.

Проблем доставляло еще тем, что руководство города пропало в полном составе, никто не мог сказать, что с ними случилось. Появись тут шаман, процесс пошел бы в разы быстрее и организованнее, да и с мэром города можно было договориться.

Новичка среди выходящих не оказалось. Судя по опросам, никто не знал, находится ли он сейчас в Колыбели или даже не попадал туда. А может, его вообще забрали гоблины? Пленные у них точно были, как минимум десять человек.

Мар, как наиболее прокачанный в скрыте, ушел за ними на целые сутки пути, отмечая, что орда целенаправленно движется на запад от города, порой бросая тяжелораненых и тех, кто передвигаться не может. Он добил как минимум пятерых, принеся не сильно хорошие известия о том, что у гоблинов есть умения, и дают за них теперь очень даже хорошую награду. Допросить из-за незнания языка никого не удалось.

Хотя, если судить по тому, как орда стремительно двинулась дальше, они, скорее всего, своего хозяина так же не нашли. Нам оставалось только гадать о дальнейших действиях противника, который знал куда и зачем он шел. Этот вопрос висел в воздухе, как назойливая муха, не давая покоя. Церковники о городе на западе молчали, не давая никакой информации, а ни местные ни Мар с ребятами не знали, есть ли там люди.

Возле Стражей уже собралось достаточно людей, готовых пройти ритуал, и те готовились к самой опасной части — активации пентаграммы, которая вгоняла их в стазис. Заняв свои места, они одновременно произнесли фразу-активацию и застали, словно каменные изваяния. Я уже видел это раньше, поэтому на этот раз зрелище не вызвало у меня сильных эмоций.

Один за другим, люди проходили через пентаграмму, пополняя ряды тех, кому сегодня предстоит выйти в путь до Прешбурга. Который тоже безопасным не являлся. Так как ни еды, ни воды у них, по сути, не будет с собой. Вся надежда была на первую группу, которая даст Биорку информацию, и тот отправит навстречу помощь, перехватывая следующие группы по дороге к нам.

Наших скудных запасов не хватало. Поэтому пришлось собирать группу охотников из местных и бить всё, что они найдут.

Диана суетилась неподалёку от ворот, помогая очередному выжившему, когда внезапно, прямо посреди толпы, появился мелкий гоблин с двумя огромными тесаками. Он молниеносно принялся рубить людей — кого ранил, кого убил, — и столь же внезапно исчез, чтобы появиться с другой стороны. Это что? Скрытность как у Мара?!

А, нет, это не скрытность. Это, что, сука, телепортация что ли?!

Я рванул к Стражам, находившимся всего в десятке метров, по дороге запуская амулет, но всё равно не успел. Гоблин — тот же или другой, я так и не понял — внезапно появился за спиной одного из Стражей и резким ударом отсёк ему голову. Остальных Стражей качнуло, будто что-то выбило их из равновесия, вырывая из оцепенения ритуала, но они не успели толком ничего сделать. Через секунду ещё один Страж упал, разрубленный почти пополам, а мелкий урод снова растворился в воздухе.

Гоблин перемещался очень быстро, но под ускорением я заметил одну важную деталь: перед его появлением воздух вокруг словно сгущался, предвещая перемещение.

Именно это его и сгубило.

Я уловил сгущение воздуха за очередным Стражем, который уже тянулся к мечу и пытался активировать защитную способность. Не раздумывая, выстрелил прямо в центр аномалии.

Мне не хватило доли секунды, гоблин оказался слишком быстрым и успел ударить тесаком, нанеся страшную рану Стражу, несмотря на защитный барьер. Церковник медленно падал на землю, мельком успел заметить, что это был Рубор, когда пуля ударила точно в голову ублюдка, разнеся её на куски.

Вы убили $$%54$5$%

Получено в награду:

Пятьдесят (50) осколков душ.

Пятьдесят (50) боливаров.

Получен элемент пазла (1)

Сколько?

Времени в замедлении ещё оставалось, и я резко обернулся в сторону толпы. Люди начали осознавать происходящее: раздались крики, кто-то бросился врассыпную, а кто-то застыл на месте от ужаса.

Взгляд зацепил лёгкое искажение воздуха за спинами нескольких разбегающихся человек. Ещё один. Не раздумывая, я выстрелил резонансной пулей, чтобы наверняка. Коротышку разорвало на куски, прямо в момент появления, не дав ему возможность нанести даже один удар. Благо он появился чуть дальше, и резонансная волна никого не задела, только обрызгав кровью толпу.

Вы убили $$%54$5$%

Получено в награду:

Пятьдесят (50) осколков душ.

Пятьдесят (50) боливаров.

Получен элемент пазла (1)

Я быстро огляделся, пытаясь заметить ещё что-то необычное. Если эти твари продолжат появляться таким образом, у нас будут серьёзные проблемы. Но новых телепортирующихся гоблинов не возникло, и я выдохнул, хотя расслабляться всё ещё было рано. Амулет пошел на откат, и я вернулся в обычное время.

Со всех сторон к месту событий начали сбегаться артельщики, привлечённые выстрелами и криками. Но вернулись не все — двое, которые обходили периметр с юга, так и не появились.

— Что, блять, тут случилось?! — закричал Мар, подбегая ко мне. — Живой?

— Гоблины! Диана, нужна помощь! — крикнул я, устремляясь к Рубору, который лежал неподалёку. Девушка тут же сорвалась с места, оставляя легкораненого и понеслась в нашу сторону, не оглядываясь.

Два оставшихся Стража, судя по всему, уже пришли в себя. Они что-то бормотали себе под нос, доставая один артефакт за другим. Но помогать своему командиру никто даже не собирался. Медиков среди них точно нет, как видимо, и лечащих артефактов. «На всё воля Творца», да? Так и кто командовать дальше то будет, если Рубору хана?

— Занять оборону! — заорал Мар. — Враг с юга, все в укрытия! Тех, кто безоружен, отводи назад, за спины!

Мар сразу понял, что отсутствие дозорных с юга не предвещает ничего хорошего. Но было непонятно, почему гоблины до сих пор не напали, отправив вперёд только телепортеров. Это не вязалось ни с логикой, ни с тактикой. А гоблины не выглядели тупыми. Я осмотрел мертвое тело, ожидая увидеть артефакт. Но кажется гоблин такого не имел. Это получается у них тоже способности есть?

Рубор был в ужасном состоянии. Часть его плеча просто отсутствовала, словно её срезали острым клинком. Я бросил взгляд на тесак в руках гоблина и не мог понять, как эта дрянная сталь могла нанести такой урон. Кровь текла ручьями, быстро образуя большую лужу на земле. Он едва дышал, а его лицо стало смертельно бледным.

— Давай, помогай, — сказал я Диане, когда она подбежала.

Она быстро склонилась над раной Стража, положила одну руку на его плечо и закрыла глаза. Рубор вскрикнул от боли, но Диана не обратила на это внимания. Её лицо исказилось напряжением, а дыхание стало частым и тяжёлым. Казалось, она вливает в него всю свою энергию.

— Еды… много… — выдавила она сквозь зубы. Лечение таких ран явно давалось ей с большим трудом.

Я быстро достал из сумки связку свежевяленого мяса и передал её Диане. Она тут же закинула куски в рот, жуя с такой скоростью, будто не ела неделю. Картина её лечения была интересной, но сейчас было не до наблюдений — гоблины могли напасть в любую минуту.

Я быстро огляделся. Спрятаться было практически негде, если не считать баррикад, которые мы соорудили за последние два дня. Их надёжность, мягко говоря, оставляла желать лучшего. Но особо прятаться на поле перед воротами было просто некуда. Как мы перебили гоблинов, так и они перебьют нас тут как куропаток.

Артельщики и те, кто был готов сражаться уже заняли позиции, готовясь отбиваться от возможной атаки с юга. Тем, кому оружия не досталось, находились чуть дальше. Все замерли в напряжённом ожидании атаки.

Стражи закончили свои странные ритуалы и поспешили к нам. Среди них был Арабор, который заговорил первым:

— Мы локализовали место, сработал барьер, — сообщил он, но его слова звучали как полный бред. — У нас есть около тридцати минут на подготовку к атаке. Звезда нарушена, мы не сможем оказать значительной помощи.

Страж, видимо, либо волновался, либо всё ещё был в шоке от произошедшего, потому что его слова казались странными, и я ничего не понял.

— Что это значит? — не сдержавшись, уточнил я.

— Смерть первого из Пятёрки привела к срабатыванию артефакта, который выделил зону радиусом в пятьсот метров и оградил её неприступным барьером, вытолкнув за его пределы все недружественные цели. Так понятнее? — неожиданно ответил второй Страж, которого, кажется, я вообще ни разу не слышал за всё это время. Хотя, кто их, лысых, разберёт.

Интересная штука этот барьер. А есть ли такие постоянные, чтобы поставить его в форте и забыть о проблемах?

— Это артефакт последнего шанса, — спокойно произнёс Рубор, которому, судя по всему, уже стало значительно лучше. Его плечо затянулось тонким слоем розоватой кожи, а на лице вновь появилась привычная холодная маска. Диана же, сидя рядом, поглощала мясо в промышленных масштабах, одновременно сосредоточенно продолжая лечить Стража.

— Хватит, — сказал он, мягко убирая руку девушки со своего плеча. — Спасибо, дитя.

— Дитя, — фыркнула она, закатывая глаза. — Скажете тоже. Мне восемьдесят три.

— Почему тогда ты на первом?

— Потому что я медик, и могу помогать людям тут, не всем хочется рваться наверх, тебе ли не знать, церковник.

Я едва сдержал усмешку, наблюдая за их коротким диалогом. У Дианы явно было что-то общее с Маром в умении добавить сарказма в любую ситуацию. Ну и местные, как и люди из Прешбурга церковников не любили вовсе, хотя я и не понимал за что. Вроде они не лезли со своим уставом вперед всех.

Девушка же тем временем не стала ждать реакции Стража, а отправилась помогать раненым мирным — среди них один из гоблинов тоже успел натворить дел и там требовалась помощь.

Рубор поднялся с земли и отряхнулся. Пару минут они с остальными Стражами молча переглядывались, явно общаясь между собой, но вслух не произнесли ни слова. Выглядело это конечно нелепо, но явно продуктивно. Когда они закончили главный Страж повернулся ко мне.

— Первый Слой уникален, — задумчиво произнёс он. — Таких больше нет. Это как первое дитя Творца — оно лучше, оно интереснее, оно совершеннее… Но и самое непредсказуемое. Кажется, гоблины вернулись к истокам — магии. Первый Слой раскрыл их потенциал, возвращая техническую цивилизацию к своему началу, пробуждая кровь их предков. Враг знал, что делал, когда забрасывал их сюда.

— То есть гоблины теперь маги? — сказать, что я охренел, это ничего не сказать.

— Не все, — покачал головой Страж. — Как и люди, не все гоблины могут стать магами или получить определенные способности. Но их десятки тысяч, и теперь всё становится гораздо сложнее, чем было.

— Да уж, это точно. — согласился я, и спрашивая, что делать дальше. — Как мы будем выбираться из этой жо… ситуации?

— Возьми, — он протянул мне одну из коробочек, висящих на поясе. — Это средство связи. На том конце будут ждать и расскажут, что делать дальше. Сейчас твоя задача — выжить и вернуться в Прешбург, захватив с собой всех мирных. Мы, останемся прикрывать ваш отход. Ты нужен церкви.

— Погодите, — я замотал головой. — Если я должен выжить, то зачем вы взяли меня с собой?

— Нам нужно было провести дополнительные проверки, — сказал Страж.

— И как, успешно?

Он посмотрел на меня с нечитаемым выражением лица. И без того скупой на эмоции, сейчас он выглядел ещё более непроницаемым. Я впал в ступор, пока, наконец, не осознал: я всё ещё могу говорить, а значит, проверка прошла успешно. Кажется, я только что чуть не провалил тест на сообразительность…

Наверное, стоит поблагодарить амулет Падших?

— Нас осталось мало, — сказал Страж. — Но задержать противника мы сможем, будь в этом уверен.

Церковники опять делали всё совершенно не так, как мне рассказывали о них в Прешбурге, где главная мысль была в том, что свои руки они не марают, предпочитая пользоваться чужими. И вот уже второй раз они не оправдывали эту информацию. Мало того, что, не жалея собственных сил, они старались спасти и вытащить как можно больше людей, так и сейчас в по-настоящему критический момент, они оставались, а мы должны были идти дальше.

Да может они и не во всем правы, но уважать их после этого я стал точно. Они действовали жёстко, шли вперёд без сомнений и сейчас так же без сомнений были готовы пожертвовать собой ради спасения выживших.

Что изменилось?

— Хорошо, — кивнул я, прикидывая как поступить дальше. — Постарайтесь задержать их подольше, ваши смерти должны помогать, а не оттягивать гибель других.

— Это очень хорошие слова, Грис. Я был рад знать твое имя, — сказал Страж и потянул мне руку. Не ответить я не мог. — Объясни людям, что происходит и начинайте действовать, мы готовимся к бою.

Церковники замерли, превратившись в статуи, словно показывая, что на этом разговор закончен и я вернулся к своим, чтобы обсудить план отхода.

— Что происходит? — спросил Мар, когда я подошёл к парням, стоящим в ожидании.

— Сработал артефакт. У нас есть примерно двадцать минут передышки, чтобы обдумать дальнейшие действия, — ответил я. — Но, кажется, шансов немного. Стражи останутся прикрывать нас, но у гоблинов есть реально боевые способности. Те двое телепортировались, и, если бы не артефакт Стражей, нас бы уже раскатали тут, как детей. Я только благодаря амулету скорости смог подловить этих мелких ублюдков, слишком уж они быстрые. Рубор говорит, что они меняются и становятся сильнее. Ну, это мы уже замечали.

— Творец даёт нам кучу элек за их убийства, не заметили? Он явно на нашей стороне, —добавил подошедший Эл.

Мар кивнул, соглашаясь с словами. Такое количество элек действительно не выпадало ни за что другое, и гоблины, по сути, предоставляли отличный шанс прокачаться и получить дополнительные способности.

— Но как же было бы хорошо, если бы они ходили по одному… — пробормотал я, больше самому себе, понимая, что такие мысли только из разряда мечтаний.

— И какой у нас план? — спросил Мар, сжав губы. — Стражи, значит, решили тут принести себя в жертву? Это я одобряю. Но у нас шестнадцать гражданских, среди которых, как назло, почти все бабы. Как мы будем их выводить, если противник опять начнёт телепортироваться?

— Сыграем в рулетку, — невесело ухмыльнулся я. — Разделимся на две группы, и кому-то да должно повезти.

— Ты так не шути, Грис, — покачал головой Мар. — Такой вариант меня совсем не устраивает.

— А есть другие предложения? Мы не знаем противника и не знаем, сколько времени их сдержат Стражи. Судя по всему, они не так сильны, когда их меньше пяти. Так хотя бы у одной группы будет шанс спастись.

Мар зло сплюнул на землю, обдумывая мои слова. У него явно не было других вариантов.

— Ты поведёшь первую группу, я поведу вторую, — добил я друга. Он уставился на меня с непониманием, и я пояснил своё решение: — У меня есть неплохие шансы за счёт резонансных пуль и амулета. У тебя тоже — за счёт скрытности и тишины. Так что не стоит складывать все яйца в одну корзину. Моя группа будет прикрывать отход, а твоя уйдёт как можно быстрее к Прешбургу. Ты забираешь всех женщин с собой, оставляя мне максимум бойцов. Рокот и Крис идут с тобой.

— Ты меня совсем добить решил? — воскликнул Мар. — Стражи пусть тут жертвуют собой, похуй на них, но ты-то куда? Гораздо логичнее группу прикрытия вести мне, тебе не кажется?

— Ты глава артели, Мар, не забывай. Или ты готов оставить тут кого-то другого вообще без каких-либо шансов? — удивился я. — Это оптимальный вариант. Ты поведешь беззащитный людей, Мар! А со мной будут парни, готовые воевать и рисковать. Какие могут быть вопросы вообще.

— Я пойду с тобой, — сказал Эл, закидывая ружьё на плечо. — Все равно я тут самый лучший стрелок, успею неплохо их проредить.

— И я с тобой, — добавила Диана, неожиданно появившаяся рядом.

— И ещё, — я снял кобуру с самым первым револьвером Падших, который нашёл в Колыбели, и протянул Мару. Он был заряжен только ауристовыми патронами, что значительно повышало шансы на выживание группы. В сумке у меня оставалось ещё шесть таких патронов, которые я оставил себе. — Я оставлю метку вот здесь, ровно через сутки. Ты оставишь свою, когда доберётесь до форта.

Мар взял пистолет, нахмурившись.

— Что за метки? — спросил он, явно не понимая, о чём я.

— Простая система сигналов. Просто царапни револьвер чем-то твердым. Если я не увижу твою метку через неделю, будем считать, что вы не дошли. А если ты не найдёшь моей, то… — я замолчал, но Мар всё понял.

— Ясно, — коротко бросил он, пряча оружие за пояс. — Справимся.

— Собирай людей, — сказал я Мару, а затем повернулся к Диане: — А ты куда собралась? Пойдёшь во второй группе, и это не обсуждается.

— Я медик, я могу пригодиться, особенно там, где сражаются — возразила она, упрямо глядя мне в глаза.

— Вот и пригодишься, когда девочки натрут ноги, будешь им мозоли лечить, — отрезал я. — Всё, не беси меня.

— А вот и противник, — сказал Эл, задумчиво глядя куда-то в сторону.

Я обернулся и заметил, как к барьеру — тонкой мутной плёнке — подходило всё больше гоблинов. Они осторожно тыкали в него своими тесаками и ружьями, словно проверяя, выдержит ли защита.

— Диана, где ближайший разлом? — спросил я девушку, которая явно была недовольна моим решением.

— В паре километров на север, — ответила она нехотя. — Свежий, ему буквально неделя. Но его не успели зачистить.

Наблюдая за толпой гоблинов, скопившейся за барьером, я понял, что шансов на выживание у нас не так уж и много и нужно использовать любые возможности для спасения. Главная задача сейчас — отвлечь эту толпу от группы Мара, перетянуть всё внимание врага на себя. И сделать ему очень больно.

Среди гоблинов выделялись настоящие гиганты — под два с половиной метра ростом, перетянутые канатами мышц, с длинными клыками и зверскими мордами. Растишки переели что ли?

— Готовимся! — крикнул я, оборачиваясь к людям. — Скоро падет барьер!

***

Стражи дали нам всего лишь двадцать минут, после чего их смели. Оглядываться было не слишком удобно, когда несёшься со всех ног, но я успел заметить главное — они дорого продали свои жизни. Уничтожили больше половины отряда, выбили самых опасных гоблинов, но в итоге просто утонули в их массе.

Я краем глаза следил за боем, пока холмы не скрыли его из виду.

Следующий этап — отвлечение. Отряд Мара, в который я практически пинками отправил сопротивлявшуюся Диану, уже ушёл вперёд, а мы, в составе восьми человек, двигались чуть медленнее практически по их следу.

План был прост: раздразнить гоблинов, убить несколько и рвануть к Разлому. Там либо переждать, либо попытаться выбраться через другой выход, который, надеюсь, не зашвырнёт нас так далеко, как в прошлый раз.

— Всё, тормозим! — крикнул я. — Даем им догнать нас! Готовьте карабины и занимайте позиции!

Не знаю, как так вышло, но командовал этим отрядом я, хотя был среди них самым «молодым». Никто не возражал, слушались беспрекословно.

Я занял позицию, рядом положил заряженный ауристовыми пулями револьвер и дробовик — на случай, если кто-то подойдёт слишком близко. Россыпью высыпал патроны, чтобы они были под рукой.

Местность была холмистой, что с одной стороны играло нам на руку — первый отряд быстро исчез из виду, а мы заняли удобные позиции, противнику придется атаковать нас с низу. Но помимо удобства для обороны местность и одновременно мешала — мы тоже не видели преследователей.

Ну же… Где вы?

Гоблины не заставили себя долго ждать. Они вынырнули из-за холма и, не сбавляя скорости, рванули в нашу сторону.

Были налегке — ни ружей, ни другого огнестрела я у них не заметил. Значит, у нас был шанс выбить хотя бы часть карабинами. Да и Эл со своей винтовкой точно заберёт парочку.

С виду их было не слишком много — около пятидесяти. Но и этого хватало. Главное, чтобы среди них не оказалось телепортёров…

Бахнул карабин Эла, забирая первую бегущую к нам фигурку, мы заранее договорились, что он стрелять будет сам по себе.

Очень скоро враги приблизились на дистанцию выстрела, и я заорал:

— Огонь!

Раздался дружный залп. Пули врезались в толпу, выбивая всего троих. Остальные рассредоточились, не давая нам шанса беспрепятственно бить по толпе и не тратить время на выцеливание одиночных целей.

— Заряжай! Готовься! Огонь!

И еще минус три! Какая неудачная цифра на восемь стволов.

— Еще!

Эл, прекратил стрелять и взяв с собой троих убежал дальше, его задача буде прикрыть оставшуюся группу, не давая ввязаться в свалку вблизи.

Увидев, что парни отбежали достаточно далеко, я отдал команду остальным, оставшись на позиции один.

— Сейчас вам будет веселье, мелочь говнистая. — пробормотал я, рассчитав правильно момент и разрядил три ауристовые пули в атакующих, сваливая как минимум еще десяток уродов и заставляя остальных резко развернуться и укрыться. Боятся, суки! И я сайгаком устремился в даль. До отката артефакта оставалось чуть меньше десяти минут, поэтому приходилось полагаться только на свои возросшие силы.

Угадал момент я четко, что не могло не радовать, быстрая потеря большой группы резко расстроила ряды противника, и нам удалось отойти на полкилометра дальше, стараясь так же быть на виду. Уловка должна сработать! И она сработала, да так, что у меня сердце екнуло, когда я увидел вместо ожидаемых двух десятков противников огромную толпу сотни в три, которые бросились за нами в погоню. За Маром никто не пошел. Отлично!

— Эти твари все за нами! Парни, ходу, ходу!

Эл успел завалить ещё одного врага — здоровенного гоблина, мчавшегося впереди. Мы, словно зайцы, петляя между ям и камней, неслись к Разлому. Оставалось надеяться, что хотя бы план-минимум выполнен.

Но судьба — или, может, сам Творец — решила иначе.

Нас поймали, когда до мерцающего зева Разлома оставалось меньше сотни метров. Первыми погибли стрелки из Гримдола — Гризли и Саян, чьи имена я слышал всего раз. Гоблин, визжащий, как древняя старуха, выскочил прямо перед ними и с ладоней выпустил два огненных шара. Вспышка — и парни превратились в живые факелы, их вопли резанули по нервам.

Страшная смерть. Такой я бы не пожелал никому.

Я не дал им мучиться. Один точный выстрел — и страдания закончились.

Простите…

Карлик больше никого не успел поджечь — Эл, пробегая мимо, размозжил ему голову прикладом карабина. Но тут же нарвался на ещё одного магичащего ублюдка, который разорвал его в клочья непонятным способом.

Тварь не пережила Эла и секунды — ауристовая пуля сотворила с ней то же самое.

— На! Сука, идите сюда, твари!

Перезарядиться я не успевал. Только перехватил обрез и всадил заряд в толпу гоблинов, размахивающих ножами и дубинами — они пытались перехватить нас у самого Разлома.

В разъярённую, визжащую от боли толпу успел прорваться только я. Оглянувшись, я увидел, как последние парни из отряда гибнут в шаге от спасения… И ничем не мог им помочь.

Разрядив остатки барабана, потратив последние две ауристовые пули, я прыгнул в Разлом.

Бой для меня наконец закончился.

Глава 6

Разлом встретил меня звенящей тишиной.

Особенно на контрасте с орущими и визжащими гоблинами за ним. И относительной безопасностью. Во всяком случае в первую минуту никто не хотел меня убить, сожрать или просто спустить шкуру.

Была наивная надежда встретить тут людей из города, что смогли дойти и спрятаться от врагов, но если они тут и есть, то скорее всего пошли дальше по разлому.

Перед глазами развернулся город, совсем не похожий на тот самый Город, из которого я появился, как еще ее называют в Прешбурге — Колыбель.

Здесь здания стояли целыми, но покинутыми, словно люди или существа, жившие здесь, просто ушли многие годы назад, бросив всё. И сейчас я стал свидетелем того, что станет с людской цивилизацией, если она исчезнет, оставив города без надлежащего ухода.

Несмотря на то, что город казался пустым, он вполне себе жил и процветал за счет огромного количества растений. Стены домов поросли лианами, а крыши покрылись мхом и непонятной плесенью. Окна большинства зданий зияли пустыми проёмами, но некоторые всё ещё сохраняли остатки стёкол, мутных и покрытых паутиной трещин. Узкие улочки заросли высокой травой, пробивающейся сквозь трещины в асфальте, и кустарниками, укоренившимися в выбоинах мостовой.

На небе не было видно солнца — его скрывала серая пелена, которая сама по себе служила источником неяркого, мягкого света, заполняющего всё вокруг.

Я сделал пару аккуратных шагов, прислушиваясь к происходящему. Мокрая рубаха, неприятно липла к телу, сковывая движения. Неторопливо перезарядил револьвер, проверил обрез и нож на поясе.

Город казался вымершим, но ощущение тревоги не покидало меня. Стараясь не шуметь, я скрылся в ближайшем здании, остановившись на первом этаже в первой попавшейся квартире — в подвал идти совсем не хотелось. Да и смысла не было — здания целые, а значит тут их никто не бомбит… Все-таки это Разлом, а не Город.

Только когда я остановился, чтобы перевести дух в спокойной обстановке, проверив всё что можно, на меня накатила злость и отчаяние. Так облажаться и потерять первый же отряд, которым командовал… Это надо было умудриться.

— Я же должен был понять, что они устроят тут засаду. Должен!

Кулаки сжались до хруста, и я зарычал, выплёскивая накопившуюся ярость.

Твари. Всех убью.

Еще раз перепроверив запасы, я немного успокоился — сейчас не время для рефлексии.

Гоблинов было слишком много, они не просто так прятались у разлома, они кого-то ждали. И логично что ждали именно нас. А если бы мы повели сюда всю группу? Тогда бы вообще никто не выжил.

Можно придумать сто вариантов развития событий, и все равно провалиться на ровном месте. Это невозможно было предугадать… Единственное, в чём можно себя винить, — это в том, что я выжил, а остальные нет.

Тяжело вздохнув, я отпустил ситуацию. Теперь предстояло решить, что делать дальше — переждать здесь, пока эти ублюдки не уйдут, или идти через Разлом.

Путь показал три маршрута: через выход, в который я зашёл, — самый короткий. Два других были примерно равны по длине, но каждый из них удлинил бы дорогу почти на неделю. Часть пути пришлось бы проделать по Разлому, а затем уже ориентироваться по той местности, куда он меня выбросит.

Только вот совершенно непонятно, чего ожидать от этого Разлома… Будут ли здесь монстры, твари или что-то ещё? Судя по обстановке, этот кусок города вырвали из своего мира уже без местных жителей.

Разлом свежий. Куда же они, интересно, делись?

На улице начинало темнеть, и нужно было решать вопрос с ночлегом — тащиться в темноте по незнакомой местности я не собирался, жить ещё хотелось.

Пройдя по квартире, осматривая её, понял, что здесь жили именно люди. Или, по крайней мере, существа, очень на нас похожие. Размеры мебели и предметов быта подходили мне идеально. А сама обстановка вызывала какое-то странное, до боли знакомое чувство. Я видел такие квартиры, там в другой жизни.

Если бы не гниль, плесень, перемешавшаяся с землёй и проросшей травой, то это была бы вполне комфортная однокомнатная квартирка.

Я глянул на окно, через которое залез.

Чего-то не хватало…

А, вот что. Первый этаж — должны быть решётки. Их не было.

Решил, что пережду здесь ночь, а утром попробую выйти из Разлома. Возможно, к тому моменту гоблины уйдут, и я спокойно отправлюсь в Прешбург. Но сначала…

Я достал револьвер и нож, аккуратно прочертил в нужном месте черточку. Сигнал ушёл. Надеюсь, Мар и остальные успели уйти…

Огляделся. Два окна, одна дверь, которая не закрывается. Если вдруг нападут твари Разлома, я не смогу защитить все проходы одновременно, а перегородить их было нечем — мебель сгнила и рассыпалась в труху, едва я попытался её сдвинуть.

Значит, подвал?

Или всё-таки крыша?

Я ещё раз осмотрел комнату, прикидывая варианты. Крыша — слишком открытое место, если твари Разлома умеют лазать или летать. В подвале можно загнать себя в угол, но его проще оборонять, если там не окажется чего-то хуже, чем снаружи.

Решено. Проверяю подвал.

Аккуратно, стараясь не шуметь, выбрался из окна и подошёл к приоткрытой двери внизу. Света с улицы пока хватало — тусклый, рассеянный, но достаточный, чтобы разглядеть лестницу, ведущую вниз.

Я сжал в одной руке револьвер, во второй — коробок спичек. Первый шаг. Второй.

С каждым метром темнота сгущалась.

Когда я оказался примерно на середине, света стало не хватать, и дальше начиналась полная чернота. Пришлось жечь спички.

Пламя дрожало, освещая первые несколько ступенек — покрытые слоем пыли и грязи, но… целые. Значит, никто не пользовался этим проходом давно.

Огонёк быстро догорел, обжигая пальцы. Я сбросил головёшку на пол, приготовил следующую спичку.

Подвал встретил мертвой тишиной. Запах сырости бил в нос, но что-то ещё мешалось в этом аромате… Гниль? Земля? Металл?

Я осторожно шагнул вниз, зажигая новую спичку. На этот раз свет раскрыл больше деталей.

Пол был не каменным и не земляным. Я медленно наклонился, поднося дрожащий огонёк ближе. Поверхность… Гладкая, как полированный мрамор, но с тонкими, почти живыми прожилками, напоминающими сосуды.

Стены тоже оказались не из кирпича или бетона, как я ожидал. Вместо этого — странная, плотная ткань, словно сросшаяся грубая кожа.

Зато ни звуков, ни движения, ни признаков тварей. Только ощущение, будто за мной наблюдают.

Я медленно выдохнул.

— Ну нахер… — пробормотал, туша огонёк пальцами.

Пожалуй, ночевать тут я не буду.

Пустой и мертвый город все больше и больше нагонял жути, так что мурашки бегали по коже… Уж лучше бы на меня кидались понятные и видимые твари, чем это давление на психику. Неизвестность пугает больше, чем самые страшные монстры.

Ладно, крыша, так крыша.

Не торопясь, я поднялся наверх, внимательно прислушиваясь и осматривая каждую квартиру на лестничной площадке, очень многие были открыты нараспашку, словно их торопились покинуть. Подъезды были полностью пусты. А вот выход на крышу оказался заперт массивным замком, который без сильного шума снять бы не получилось — металл выглядел вполне крепким и ещё не успел сгнить. Пошатав крепеж и оценив его как крепкий, сдался. Не пройти.

— Сука, — прошипел я.

Оставался вариант устроиться где-то на третьем этаже. Если полезут в окна — сбегу по лестнице. Если же в дверь — выпрыгну прямо в кусты, которые росли прямо под окнами. Надеюсь, они не колючие… Проверять не было ни сил, ни смысла — темнота уже сгустилась окончательно.

Нашёл открытую квартиру, дверь в которую можно было закрыть, и разместился внутри так, чтобы оставаться на одинаковом расстоянии от окон и прохода. Револьвер был постоянно в руке — тревога не покидала меня ни на секунду.

Небольшой перекус — и силы окончательно начали покидать меня. Глаза слипались, тело наливалось тяжестью, а сознание медленно уходило в темноту. Я прислонился к холодной стене и отрубился.

Разбудил меня звук выстрелов — где-то недалеко, по ощущениям буквально в соседнем доме.

Я подполз к окну и осторожно выглянул, пытаясь разглядеть, что происходит.

Отсюда обзор был ограничен, но я заметил, что на небе появилось что-то похожее на луну — холодного, мерцающего света, которого хватало, чтобы осветить улицы и дать хоть какое-то представление о происходящем.

А происходил там грёбаный зомби-апокалипсис.

Несколько десятков почти сгнивших, еле двигающихся тварей медленно брели на звук выстрелов. Каждая вспышка освещала улицу, вырывая из темноты их разлагающиеся силуэты.

Стреляли на втором этажа здания, расположенного примерно в трёхстах метрах от моего. Значит, там есть люди. И я даже примерно понимаю, кто — выжившие из Гримдола. Картина сложилась окончательно, гоблины шли за ними и ждали их, поэтому люди пошли дальше по разлому, кстати, не удивлюсь, если, среди них затесался новичок.

В любом случае, им нужна помощь.

Я сорвался с места и выбрался через окно, свесившись на руках — спускаться по лестнице не рискнул, там было темно, и нарваться на тварь было проще простого. Высота небольшая, я приземлился без проблем, сразу пригнулся и двинулся в сторону выстрелов.

Зомби было не так много, и я не понимал, почему при наличии огнестрела их до сих пор не перестреляли. Я зашёл со спины толпы и сделал первый выстрел — пуля вошла в голову ближайшего мертвеца, и тот окончательно превратился в труп.

При ближайшем рассмотрении зомбаки выглядели просто отвратно. Благо, ветер дул в другую сторону, иначе я бы ещё и нюхал их разложившиеся тела.

Вторая пуля пролетела мимо головы цели и врезалась в спину следующего, который даже не отреагировал. Но через секунду ноги у него подкосились, и он завалился лицом вниз, больше не поднимаясь.

Так просто? Даже в голову целиться не надо? А как же… А что как же? Я разве раньше убивал зомби? В одном я был уверен четко, стрелять надо в голову, и именно поэтому озадачился, случившимся.

Мертвецы наконец обратили внимание на меня и начали разворачиваться. Жаль, что резонансных пуль больше нет — плотно сбившуюся группу можно было бы вынести за пару выстрелов. Но сейчас было вообще не до сожалений.

Я продолжил методично отстреливать мертвецов, отходя назад и перезаряжаясь. В общей сложности потратил сорок патронов, но зачистил всю улицу. Новых зомбаков не появилось.

В здании, откуда до сих пор доносились хаотичные выстрелы, скорее всего, ещё оставались мертвецы. Я рванул туда.

— Есть кто живой?! — заорал я, стараясь привлечь внимание как живых, так и мёртвых.

Вместо ответа из подъезда вышел зомби. Я тут же уложил его одним выстрелом.

Раздалось ещё несколько выстрелов, и из окна выглянул человек. Он быстро осмотрелся, затем, не раздумывая, свесился и спрыгнул вниз. Вся его одежда была заляпана чем-то бурым и вонючим.

Он был невысоким, коренастым и гладко выбритым. На голове — короткий ёжик чёрных волос, а светло-карие глаза с изумлением разглядывали валяющиеся вокруг трупы.

— Как ты это сделал? — выдохнул он.

— Так они мрут с одного выстрела? — пожал я плечами. — Ты один?

— С одного выстрела?! — его глаза расширились ещё больше. — Да их на куски разбирать надо, чтобы они перестали пытаться тебя убить!

Я нахмурился. В смысле? Из подъезда вышел очередной зомби, и я кивнул на него.

— Ну-ка, шмальни.

Незнакомец вскинул револьвер и выстрелил, снеся зомбаку кусок черепа, но тот, как ни в чём не бывало, продолжил идти на нас. Интересная картина.

Я глянул на свой револьвер и наконец понял — я же пули из лома зарядил, и у меня их еще как минимум штук девяносто. Кажется, они отлично подходили против нежити. Удобненько.

Вскинув оружие, я особо не целясь выстрелил в зомбака. Пуля попала в плечо, тот сделал пару шагов вперёд… и рухнул, больше не двигаясь.

— Ну, теперь понятно, почему у меня всё так легко шло, — пробормотал я, разглядывая револьвер. — Ты один? Или там еще кто есть?

— Эти мрази вышли на нас ночью, — сказал парень. Он оказался достаточно молодым, лет двадцати, не больше. — Убили всех, пока мы соображали, как от них избавляться. Патронов осталось не густо, пробовали ножами и топором, не слишком удачно. Нет, живых там точно нет, кто попался тот труп, я успел спрятаться в комнате с нормальной щеколдой, думал, что мне уже хана, они одну доску сломали, страшно, уже с жизнью готов прощаться, а тут выстрелы с улицы. Ну я и рванул глянуть, а тут уже трупы трупов лежат! Круто ты всех их разделал!

Из подъезда показалась еще парочка шатающихся мертвецов, которых я тут же уложил двумя выстрелами.

— Я Грис, — представился я, протягивая руку.

— Зейнар, — ответил он, крепко сжимая мою ладонь и заскороговорил с бешенной скоростью. — Можно просто Зейн. Странное имя, но другого у меня нет. Какое-то танцевальное, но может язык такой. Мне сказали, что это означает «я не помню». Правда, я не помню на каком языке. Говорят, тут таких не было еще, не в том плане что я сюда первый попал, другие то люди уже тут были, а в том плане что давно никто не появлялся. А я еще ушибленный, типа не помню, там. Там Боб остался, он мой друг и они его прямо на части разорва…

— Стоп! — я поднял руку показывая, молчи. — Хватит. Я понял.

А вот и новичок… Болтливый новичок, который с ходу выдал кучу информации совершенно незнакомому человеку. Это Диана имела в виду, когда говорила, что он странный? Но настоящая странность была даже не в этом. Он просто стоял и немного криво улыбался, хотя совсем недавно вся его группа была растерзана толпой зомби, которые тут как тут — вывалились из подъезда. Застряли там что ли?

Пять выстрелов — и снова тишина. Снова на улице остались только мы двое. Надо уходить, раз болтун сказал, что там никто не выжил, то и делать там нечего. Хотя… Припасы и патроны должны у них быть. Еды у меня с собой практически нет. С этим надо что-то делать, приключения на голодный желудок мне категорически не нравились.

Приглядевшись к Зейну, я ничего не почувствовал. Я не знал этого человека, не ощущал с ним никакой связи, не испытывал даже слабой симпатии. На другое я рассчитывал, когда думал об этой встрече. Может, он не такой, как я? Нужно воспользоваться его болтливостью и выяснить всё, что нужно, пока мы возвращаемся в Прешбург.

Да и с церковниками нужно связаться — уточнить, что делать дальше.

— Зейн, много вас было в здании? — спросил я.

— Пятеро, — ответил он. — Там был мэр городка, и несколько его приближенных. Мы с Бобом с охоты шли, наткнулись на гоблинов и удрали от них. Поэтому в городе оказались в последний момент, как туда эти крысеныши подошли мелкие. Прикинь у них пушки были как в древние времена, да еще и много, захреначили стены на раз просто. А нас с Западной стены только двое осталось, жуткая была бойня. Потом город пал и часть горожан попыталась сюда прорваться, к разлому, ну и мы вместе с Бобом. Но мы не к разлому рванули, а хотели по реке уйти к бобовой заимке, там отсидеться, не получилось.

— А ты как с ними тут оказался? Почему не получилось?

— Да случайно, — пожал тот плечами. — Ты прикинь, эти мелкие уродцы за мной гонялись целенаправленно, мы даже проскочить не успели, я стою на холме, оборачиваюсь, мама моя! Там вся орда штурм бросила и ко мне бежит. Хотя может и за мэром бежали, те то сразу в разлом двинулись. Прикинь. Прямо как по навигатору шли, не сбиваясь с пути. Ну и мы косыми путями тоже в разлом прыгнули. А тут вот.

А вот это уже интересно.

То есть гоблины чувствуют новичков? Или скорее всего конкретных новичков? Они же слуги Врага, и тут просто другого варианта развития событий быть не может. Если учесть те странные воспоминания в моей голове. Надо аккуратно узнать у Зейна про это.

Я покачал головой, обдумывая мысль. Как всё херово-то. В голове что-то щелкнуло, и я понял, как они нашли нас тогда, на ночевке в пещере. Они знали где я. Они целенаправленно шли за мной. Но что случилось потом?

А потом мы ушли в Разлом. Именно поэтому они встали там лагерем, чтобы дождаться меня. И амулет Падшего… Он защитил меня от проверки Церкви, а потом защитил от поиска гоблинов. Все сошлось.

— Мы чудом прорвались, — продолжил Зейн. — Даже увидели, как мэр с народом в Разлом сигает ну и мы следом. Чего нет-то. Жить то хочется. Там нас уже окружили со всех сторон, деваться некуда. Те, кто мэра гнали, за нами с Бобом теперь пошли. Как-то так. Единственное что повезло, гоблины не пошли в Разлом, так что решение было правильным. Думали мы тут им наваляем, а у нас патронов кот наплакал. И человек мало — всего пять. Мы тут два дня нормально провели, но выходить боялись из разлома. Но и далеко от выхода не отходили, решили переждать. А потом хз чего случилось, но этой ночью на нас вышли зомбаки эти. В спячке были что ли?

Зейн говорил без остановки и, кажется, даже не делал паузы, чтобы вдохнуть воздуха. Или делал это слишком незаметно… Я же внимательно слушал, вникая в каждую деталь и пытаясь понять, что за человек передо мной стоит.

Судя по всему, он не успел обзавестись друзьями в Гримдоле, кроме Боба, так как ни единого вопроса о судьбе жителей он не задал и даже не поинтересовался остались ли выжившие и цело ли само поселение. Либо у него напрочь отсутствует эмпатия… либо ему глубоко плевать на чужие жизни.

Мне, собственно, тоже. Но люди Прешбурга стали мне родными за это время и конкретно на их судьбу мне не плевать.

— Я думаю утром стоит попробовать выйти из Разлома, — прервал я Зейна. — Посмотрим почуют ли тебя гоблины. Если да, то придется выходить в другом месте.

— Да, без проблем, — кивнул тот. — Слушай, а что это за пули у тебя такие крутые? Отсыпешь мне немного? Да и револьвер огонь, красивый. Где взял? Тут один хлам в основном у местных, ничего интересного. Древность. У шамана была крутая винтовка, но его прямо ядром разорвало и у винтовки дуло погнуло, таким уже не пострелять. А в арсенале выдали какую-то хрень, там не то, что попасть, проще им кидать.

— Пули не дам, всё равно не подойдут, — покачал я головой. — А револьвер в Разломе нашёл. Иногда тут попадаются полезные вещи.

Зейн загорелся идеей и чуть ли не подпрыгнул на месте.

— О! Давай обшарим тут всё тогда? — он начал судорожно вертеть головой, будто уже искал что-нибудь интересное. — Ну, днём, конечно же.

Он резко сменил тему:

— Я вообще в Разломы раньше не ходил, сидел в Гримдоле. Только в Город на одну вылазку сгонял — мне сказали, это обязательно, иначе не видать мне интерфейса. Комнату выделили, револьвер купил за боливары. Ну и так, с местными общался.

Он запнулся, вспоминая.

— С Бобом в баре познакомился. Он молчун. Был. Позвал на охоту, считай, первый раз вышел — и такая катавасия…

Зейн усмехнулся, покачав головой.

— Интересный тут у вас мир, конечно. Я не помню, откуда я сам, но вроде такого у меня точно не было.

— Так, помолчи, — я поднял руку, останавливая его поток слов. — Давай найдём укрытие, сядем и нормально всё обсудим.

Я окинул взглядом помещение.

— Да и трупы надо бы прибрать. Не дело оставлять их здесь. Припасы у них, скорее всего, были.

— Да, конечно, пошли, — кивнул Зейн. — У мэра точно было несколько рюкзаков с хавкой и чем-то ценным.

Он ухмыльнулся:

— Раз уж такие тёмные времена настали, стоит разжиться богатством.

— Погоди, нужно найти что-нибудь для костра, — сказал я. — Надо сделать факел или развести большой огонь. В здании темно, не хотелось бы нарваться на зомбаков.

Вокруг росло множество деревьев и кустов, так что соорудить приличный костёр не составило труда.

Когда пламя взвилось в небо, мы каждый взяли по толстой горящей палке — импровизированному факелу — и вошли в здание. Я шёл впереди, держа револьвер наготове, Зейн прикрывал сзади.

Зомби не встретилось — видимо, все они вышли на улицу и там же остались, покинув этот мир окончательно.

Мы поднялись на второй этаж, где и развернулась основная битва. Странно, что зомбаки не стали есть мёртвых — просто убили и пошли дальше. Неправильные зомбаки.

Зейн подошёл к одному из мертвецов и присел на корточки. Только сейчас я заметил на его лице эмоцию, отличавшуюся от всех, что он проявлял раньше. Но это было скорее досада, чем горе от потери друга.

— Забирай всё ценное, — сказал я. — Я на стрёме.

Зейн принялся копаться в сумках, перекладывая вещи в одну. По идее, Боб и остальные должны возродиться в Колыбели. Может, поэтому Зейн особо и не переживает? Правда, ждёт их там совсем не радостный приём — гоблины.

— О, зацени, что нашёл! — воскликнул Зейн и вытащил из одной из сумок шар казны.

Логично. Убегая из осаждённого города, мэр прихватил самое ценное — казну.

И я испытал соблазн. Огромный.

Забрать всё себе, или хотя бы продать сам шар — это баснословные деньги на Первом Слое.

— Знаешь, что это такое? — спросил я, глядя на Зейна.

— Это магическая штука? — он покрутил шар в руках. — Мэр, типа, гадалкой был? Вроде не похож, серьёзный мужик же с виду. Хотя, кто их разберёт. Вон Боб тоже фигнёй страдал — коллекционировал шкурки ящериц. Они цветные такие, яркие. Вся комната ими завалена.

— Это казна, — сказал я и забрал шар у Зейна.

В доступе отказано.

Ну, всё понятно. Поживиться тут нечем.

Ладно, такой шарик я ещё себе раздобуду, тем более точно знаю, где один такой лежит. А вот наживать врагов на ровном месте — точно не лучшая идея.

— Спрячем здесь и оставим пометку для мэра, если он вернётся. Если нет — заберём потом. Понял?

— Почему? — нахмурился Зейн. — Может, там что-то ценное есть. Мы же можем его открыть?

— Доступ сбросится только через лет пятьдесят, — покачал я головой. — А когда мэр вернётся за казной, сразу поймёт, что её забрал ты. Хочешь себе во враги целого мэра? А таскать с собой лишние несколько килограмм не вижу смысла. Им только в зомбаков кидать.

— О, тогда не надо, — Зейн энергично замотал головой. — Он нормальный, помогал мне.

Он задумчиво посмотрел на шар, а потом кивнул:

— Лучше реально спрятать.

Трупы мы вытащили на улицу и сожгли — костёр полыхал огромным пламенем, благо дров хватало. Они вроде не превратились в зомби, но рисковать не стоило. Оставлять за собой потенциальную угрозу — тоже.

— Чего дальше? — спросил Зейн, отряхивая руки.

Неожиданно он передал бразды правления нашему маленькому отряду мне. Хорошо, что не пришлось доказывать своё право командовать. А я и должен был командовать — мне нужно разобраться в Зейне, в себе и вообще во всём. Отдать руль постороннему я не мог.

— Найдём ночлег. Я обустроился неподалёку, — сказал я. — Будем дежурить по очереди. Револьвер у нас всё равно один, а только мои пули могут убивать зомбаков.

Мы вернулись на третий этаж, который уже казался почти родным. Зейн, не задумываясь, завалился спать — с доверием у парня всё в порядке. Он даже не спросил, откуда я и зачем здесь. Странный. Это ещё мягко сказано.

Я открыл интерфейс — во время боя отмахнулся от сообщений, и они просто исчезли, следуя моему желанию. Теперь же надо было разобраться, что мне дали.

Вы убили Ходячего Мертвеца (х47)

Получено в награду:

Сорок семь (47) осколков душ.

Сорок семь (47) боливаров.

После наград с гоблинов это казалось сущей мелочью… Да уж, и как тут раньше прокачивались, когда не было орды? Годами зарабатывали осколки, чтобы подняться выше? Или, может, обменивали их на что-то ценное, медленно, шаг за шагом продвигаясь вперёд?

Можно сказать, мне повезло — благодаря гоблинам я стану сильнее гораздо быстрее. Даже слишком быстро.

Я просидел несколько часов, обдумывая дальнейшие действия. В голове роились десятки вариантов, но все они упирались в одно: если за новичком пойдёт Орда, вести его в Прешбург нельзя ни в коем случае. Это будет конец для города.

Значит, нужно связаться с церковниками и выяснить, что делать дальше. Как минимум, стоило это сделать, чтобы сообщить о гибели пятёрки Рубора. Их никто не вернёт, но оставить это без внимания было бы неправильно.

Я растолкал сонного Зейна и вручил ему пистолет — надеюсь, он не заснёт и не грохнет меня ночью. Спать хотелось неимоверно.

Так и отрубился, не успев додумать мысль.

Глава 7

— Честно говоря, я не хочу выходить. А вдруг они там ждут? — Зейн смотрел на выход из Разлома. Впервые за всё время он был серьёзен. — Да и ты более опытный, может стоит изменить наш план? Я если что подожду, это я умею, пожру там. Тут, конечно, тоже страшно…

Ночь прошла спокойно, зомби больше не нападали. Да и Зейн не сбежал, не ограбил меня, что, конечно, добавляло ему очков в моих глазах. Хотя ненамного, за его треп иногда хотелось его пристрелить. Представляя на своем месте Мара, я успокаивался. Тот бы не хотел, а сразу сделал.

Но сейчас, когда дело касалось его собственной безопасности, он вдруг изменился. Испугался парень, значит не всё так плохо с эмоциями у него.

— Ты сможешь возродиться, — сказал я. — А у меня шансов нет, я не местный.

— Аргумент, — кивнул Зейн. — Дашь свой револьвер?

Он встретился со мной взглядом и тут же махнул рукой:

— А, понял-понял, не дашь. Ну, я пошёл. Но если что, ты знай, что бросил бедного безоружного парня на убой страшным кровожадным монстрам. А если из меня чучело сделают?

— У тебя есть револьвер. Гоблинам он тоже не придется по вкусу.

— Ты всему найдешь оправдание да? Всё, молчу.

— Выхожу за тобой через минуту, — бросил я ему вслед. — Не высовывайся и далеко не отходи.

— Да, босс…

Зейн исчез в подвале здания, где находился выход из Разлома.

Я молча отсчитывал секунды, выжидая. Минуты должно хватить, чтобы осмотреться, заметить гоблинов и, если что, успеть вернуться в Разлом. Или… умереть.

Жаль, что здесь нет никаких средств связи — сейчас их отсутствие ощущалось особенно остро.

Пора.

Обычный мир встретил меня стрекотом насекомых, шелестом травы и ярким солнцем. Только теперь я осознал, насколько разительным был контраст с Разломом — там царила гнетущая тишина, почти не ощущался ветер, а вокруг простиралась бесцветная, давящая серость.

Зейн стоял в десяти метрах от выхода, вглядываясь вдаль. Он был спокоен, оружие на поясе, а значит, гоблинов поблизости не было.

Согласно плану, мы должны были оставаться у Разлома хотя бы сутки, наблюдая за обстановкой. Если гоблины не появятся, значит, теория об их способности отслеживать новичков не подтвердится.

— Красиво тут, конечно, — сказал Зейн, когда я подошёл к нему. — Но вот к чему я никак не могу привыкнуть, так это к природе. Трава, птички, насекомые… Я знаю, что это такое, но кажется, раньше жил в местах, где всего этого просто не было. Зато там было очень высоко.

— Есть хоть какие-то воспоминания? — спросил я, внимательно прислушиваясь, и делая заметку в уме, что хорошо, что не рассказал кто я сам.

— Только странные сны, прикинь, — Зейн пожал плечами. — Я уверен, что это было не со мной, словно смотрю какой-то фильм по визору…

Мои сны тоже были странными. Первый и самый яркий пришёл, когда я потерял сознание, раненый, в подвале дома в Колыбели. Он запомнился не только яркими, почти осязаемыми картинами, но и бурей эмоций — моих и… чужих.

— Что-то конкретное? — я старался скрыть интерес, но голос слегка дрогнул.

— Да, — кивнул Зейн. — Я видел гигантский космический корабль над пустым, разрушенным городом. Я стою и смотрю на него… Долго шёл к этой цели, и теперь кажется, что остался всего один шаг до чего-то важного.

Он замолчал, нахмурившись, словно пытался вспомнить что-то ещё, а потом добавил:

— Сон всегда заканчивается одинаково… Я умираю.

А вот это уже интересно.

Я тоже видел город и корабль, но моя история обрывалась раньше. Смерти не было. Только пустота. Зейн описал всё в точности как было в том сне. Даже более подробно.

— Ты это кому-нибудь рассказывал? — спросил я. Если этот болтун без раздумий делится такими вещами со мной, абсолютным незнакомцем, то, скорее всего, весь Гримдол был в курсе его истории и снов…

— Да, мэр Итан знал, — кивнул Зейн и снова затараторил. — Шаман тоже, да и вообще многие. Боб вот знал. К нам тут торговец заявлялся от церковников, хотел какой-то ритуал со мной провести, но мэр его нахер послал и сказал, что, если им так надо, пусть сами приходят. Он их терпеть не может, там явно что-то личное. Да и весь город тоже. А потом ещё и связь отключил, портал не открывал — мол, пусть ножками прогуляются.

Значит, мэр не поверил торговцу, что Зейн может быть Врагом? Я слишком мало знаю о Первом Слое и том, что тут происходит, совершенно неожиданно, оказывается, что на многие вещи в другом городе смотрят совершенно не так как люди Прешбурга, которые с церковниками общались, пусть и сквозь зубы. Я так и не узнал, чем они насолили, если быть точнее, никто не дал мне толкового объяснения. А тут целый мэр города попер против. А если он союзник Врага, тайный? Могли тут такие быть? Почему бы и нет.

Тогда вражда с церковниками многое объясняет, но это лишь догадки. Настоящая причина может быть совсем другой. Но какова она, если даже возможность возрождения безымянного Врага не впечатлила его настолько, что он предпочёл насолить церковникам, вместо того чтобы прислушаться?

Я вздохнул. Оставалось надеяться, что гоблины всё-таки не чувствуют местоположение новичков, и мы сможем дождаться мэра. Было бы неплохо задать ему пару вопросов…

— Пошли ближе к Разлому, — сказал я. — Будем держаться на пару метров от края, чтобы в случае чего быстро скрыться.

До появления гоблинов мы просидели у входа в Разлом около двух часов, внимательно изучая все возможные пути их подхода.

И они пришли.

— Идут! — крикнул Зейн, указывая в сторону Города. — Чё-то их там многовато…

— Уходим, — скомандовал я, оценивая количество. Гоблинов было не просто много, а даже слишком, против двоих людей. К нам на всех порах спешило как минимум две тысячи гадов. Чуют гиены. Чуют.

Мы прыгнули в Разлом и снова оказались в его сером, безжизненном городе.

Значит, это правда — гоблины знают, где находится новичок, но при этом не чувствуют меня. Я невольно потянулся к амулету на шее, провёл пальцами по холодному металлу.

Кто же вы такие, Падшие? Этот вопрос не давал мне покоя, засев где-то на грани сознания, словно назойливая заноза.

Как я умудрился найти сразу два револьвера? Совпадение? Вряд ли. Это была загадка, и разгадка, похоже, пряталась где-то за пределами того, что я мог понять.

Когда тот труп позволил собрать с себя ресурсы, я решил, что он — это я, но вдруг всё немного по-другому работает, есть что-то такое, что позволяет забирать всё ценное с мертвеца, независимо от того, является он твоей ранней копией или нет? Мар говорил, что категорически нет, Шам подтвердил. Ведь мы и у Таруха могли забрать перед смертью всё. Но Мар это не сделал, даже не попытался. Я чувствовал, что в этом кроется что-то важное, что-то, что может объяснить, как всё здесь устроено…

Но где искать ответ? У меня не было ни малейшего понятия.

Оставался единственный путь — идти наверх. И я повторял себе это снова и снова, каждый раз, когда метался в мыслях, пытаясь разобраться что и почему тут происходит. Кто я?

— Будем выходить с другой стороны, — сказал я Зейну. — Тут есть ещё два выхода примерно на одном расстоянии. В Прешбург идти не вариант. Нужно связаться с церковниками и запросить помощь. Или хотя бы инструкции, что делать дальше…

Пока мы ждали гоблинов, я не рискнул пользоваться артефактом Рубора. Кто знает, сколько внимания он потребует и насколько отвлечёт меня от наблюдения за окрестностями? Рисковать не стоило.

К тому же в Разломе он всё равно не работал, так что ближайший сеанс связи возможен только после выхода в нормальный мир.

Зейн внимательно посмотрел на меня.

— Ты им доверяешь? — Зейн посмотрел на меня с явным сомнением. — Мне всякое рассказывали. Тут где-то есть большие города, и говорят, что церковники защищали их, а Гримдол просто бросили. Мол, выживайте сами. А ещё цены задрали — на оружие, на патроны. Тут их никто не любил.

Он замолчал на секунду, потом добавил:

— Говорят, они людей сжигают, как инквизиция, прикинь? А ещё, что они мутанты. Что у них хвосты есть. И типа, чем главнее церковник, тем больше у него хвостов.

Зейн заметил мой скептический взгляд и торопливо махнул рукой:

— Не, ты так не смотри, я понимаю, что брешут. Но и на пустом месте такие вещи не говорят, особенно если весь город их ненавидит. Значит, за дело. Или я не прав? Они ведь никому не помогали.

— Пятеро из них пожертвовали жизнью, чтобы я и группа гражданских выжили, — кивнул я, озвучивая факт того, что церковники не пожалели себя ради людей. — Думаю, это достаточно веский повод хотя бы попытаться им поверить.

Надеюсь, нам хватит припасов…

До ближайшего выхода было идти немало, и мы двинулись в путь. Передвигаться по мёртвому городу было жутковато, но не так страшно, как если бы я делал это в одиночку. Зейн, хоть и раздражал своей болтовнёй, всё же разбавлял давящую тишину.

Мы шли осторожно, без спешки, стараясь не шуметь. Казалось, путь до выхода займёт больше времени, чем показывала моя способность — видимо, она ориентировалась на прогулочный шаг, а не на осторожное передвижение по потенциально опасной территории.

Неприятности начались буквально через час.

Краем глаза я уловил движение за одним из домов. Не раздумывая, пихнул Зейна в сторону, и мы молча рухнули за бетонную плиту, коих здесь было немало.

Затаились, прислушиваясь.

— Что там? — прошипел Зейн мне на ухо.

Я лишь покачал головой и осторожно выглянул из-за плиты, пытаясь разглядеть хоть что-то.

Некоторое время ничего не происходило, но затем из-за здания, где я заметил движение, вышла… собака.

Ну, как собака.

Когда-то это существо явно было псом, но теперь превратилось в монструозную тварь — бугрящиеся мышцы, выступающие под серой шкурой, и гигантская пасть, из которой капала густая слюна.

Монстр водил носом из стороны в сторону, явно почуяв нас. Оставались считаные секунды, прежде чем он нас обнаружит.

Я рывком спрятался обратно за укрытие, прижался спиной к шершавому бетону, пытаясь хоть немного прийти в себя. В голове бешено крутились мысли, хаотично перебирая варианты. Собаки ведь ходят стаями, да? Эта, на первый взгляд, выглядела вполне живой. Не зомби. Но что, если их здесь больше? Только не стая…

Снова осторожно выглянул — и почувствовал, как внутри всё сжалось. Монстра больше не было.

— Бежим! — заорал я, и, не дожидаясь реакции, рванул за руку замершего Зейна.

Мы сорвались с места в ту же секунду. В последний момент краем глаза я увидел, как что-то тёмное стремительно летит к нам сверху.

Мутант ударился об землю прямо там, где секунду назад сидел Зейн. Треснула потрескавшаяся плитка, в воздух взметнулась пыль.

Зейн резко дёрнулся в сторону, но ноги запутались, и он кубарем покатился по земле. Это спасло ему жизнь — когтистая лапа твари рассекла воздух ровно там, где должна была быть его голова.

Монстра немного занесло при приземлении, и он не сразу смог броситься за Зейном, давая ему шанс отползти подальше.

Я активировал амулет скорости, и наконец мутант замедлился, но он всё ещё двигался слишком быстро. Его внимание было приковано к Зейну — и он явно собирался закончить с ним, даже не принимая меня в расчет, видимо счел такой же легкой добычей. Осталось только доказать, что он не прав.

Вскинул револьвер и выстрелил несколько раз подряд. Пули впивались в тело твари, разрывая плоть, но не останавливая её — значит точно не зомби, а вполне себе живой мутант. Который на попадания даже не отреагировал! Тварь боли совсем не чувствует, что ли?!

Зейн в панике полз назад, спиной вперёд, даже не пытаясь стрелять — у него просто не было такой возможности — его револьвер остался лежать возле укрытия, пока не уперся спиной в стену.

Нужно срочно было что-то сделать!

Перехватываю с пояса обрез и бросаюсь в сторону мутанта, который почти одновременно со мной прыгает на Зейна. Я был чуть быстрее и успел вовремя, надеясь, что выстрел в упор окажется максимально убойным. Да я буквально ствол твари в пасть засунул!

И не ошибся.

Сдвоенный залп разнёс мутанту голову, и тварь, шатнувшись, рухнула на бок.

Вы убили Низшую Гончую

Получено в награду:

Двадцать (20) осколков душ.

Пятнадцать (15) боливаров.

Не теряя времени, я на остатках секунд действия амулета перезарядил обрез и быстро осмотрелся по сторонам. Других монстров не было.

Только тогда я смог облегчённо выдохнуть. Будь их больше, нам бы точно пришла хана.

— Я заляпался, — простонал Зейн, всё ещё сидя в пыли. Он вытирал рукавом лицо, счищая с себя кровь, куски плоти и ошмётки мозга, которыми его забрызгало.

Нервная улыбка сама собой появилась на лице — теперь эстафета по вымазыванию в остатках тварей перешла к Зейну. Мар бы точно одобрил.

Оставалось выяснить, чем этот мутант тут питался и не представляет ли его «пища» угрозу для нас.

Сомневаюсь, что он жрал зомбаков — судя по их состоянию, с момента апокалипсиса прошло немало времени. Они были слишком сгнившими, явно непригодными в пищу даже для такого монстра.

— Спасибо, — сказал Зейн, поднимаясь. — Если бы не ты, он бы меня сожрал. Капец, если так каждый раз в Разломах, то это же жесть какая-то… Нафиг так рисковать? Ты много ходил в Разломы?

— Несколько раз бывал, — хмыкнул я.

Он отряхнулся, всё ещё морщась от липкой крови на одежде, и посмотрел на меня с интересом.

— А как ты так быстро двигался? Это у тебя способность такая?

Я не успел ответить, а он уже продолжил, рассуждая вслух:

— Я бы тоже хотел способность, но за эльками либо в Разлом идти, либо в Город. А в Городе можно окончательно сдохнуть. Тут их просто так не дают и не продают даже… Я думал в артель пойти, но чуть позже. Надо было обвыкнуться, обустроиться… Ну, ты понял.

— Это амулет, — коротко бросил я, не прекращая следить за улицей.

— Ооо, — протянул Зейн, явно впечатлённый. — Так ты комплект собрал? Фига ты везунчик.

Он покосился на меня с явным любопытством.

— Ты вообще долго тут? Лет сто, наверное?

А вот этот вопрос был опасен…

Я не хотел открываться ему, не собирался рассказывать, что я такой же новичок. Но и откровенная ложь могла обернуться против меня, если он меня раскусит.

Нужно было ответить осторожно.

— Нет, гораздо меньше, — хмыкнул я, стараясь сохранить естественность в голосе. — Просто повезло: как-то с одним из артельщиков наткнулись на заброшенный городок. В подвале нашли казну, а там комплект на амулет.

— Блин, ты реально везунчик, — покачал головой Зейн. — У меня вот всего две эльки, а боливаров хватает только на жизнь. О прокачке вообще мечтать не приходится. Это сколько тварей нужно перебить, чтобы хоть один пункт эффективности поднять? Капец… А ещё эти осколки… Как они тут вообще на другие Слои переходят?..

Я посмотрел на него, но ничего не сказал. Парню похоже вообще ничего нормально не объяснили.

Как-то так вышло, что у меня шило в жопе с самого начала. Постоянные опасные ситуации, приключения… И при этом мне ещё и бонусы сыпятся — то клады, то амулеты Падших, то какие-то полезные штуки.

Почему Зейн другой? Почему у него всё иначе?

Наверное, если бы не орда гоблинов, он так бы и сидел в Гримдоле, не зная забот. Многие живут так годами, не рискуя, не стремясь куда-то выше.

— Ладно, двинули, — сказал я. — Внимательно по сторонам. Амулет откатится через час, так что теперь полагаемся только на себя.

— О, а чего так долго… — протянул Зейн, явно расстроенный сроком отката. — Я-то думал, ты имба, а у тебя, оказывается, ограничения будь здоров. Ну, хоть так…

— Всё, помолчи.

По-хорошему, можно было бы скинуть Зейну немного элек, чтобы он получил способность. Вдруг повезёт, и он станет нормальной боевой единицей, а не обузой. Сейчас он, по сути, ничего из себя не представляет…

Но одна только мысль об этом вызвала во мне внутренний протест.

Я знал, что точно не Враг.

Но в Зейне… я не был уверен.

Вкладываться в прокачку возможного Врага? Раздавать собственные ресурсы, рискуя получить обернувшуюся против меня силу? Я был к этому не готов.

Хотя с точки зрения безопасности путешествия в Разломах это выглядело нелогично. Не зря же туда обычно идут большими отрядами.

Дальше мы двигались ещё осторожнее, но больше никого не встретили.

Название монстра явно указывало на его ранг, а значит, у нас был некислый шанс нарваться на такую же «собачку», но рангом выше… К счастью, обошлось.

Город и не думал кончаться, давя на психику своей серостью и тишиной. Он был очень похож на Колыбель, но все же неуловимо отличался своей атмосферой.

Когда начало смеркаться и дальность обзора ухудшилась, решили сделать привал. Даже минимальное снижение видимости в условиях наличия скоростных тварей — это риск.

Так что остановились, затаились и ждали. Если зомбаки действительно выходят только по ночам, долго ждать не придётся.

Воды оставалось несколько полных фляжек, с едой было чуть лучше — вяленого мяса хватало. Мы не прошли и трети пути до выхода из Разлома, а после встречи с «собакой» стали двигаться ещё медленнее. Воду нужно было экономить.

Нашли подходящую квартиру на втором этаже и устроились там. Дверь запиралась изнутри на мощный замок, который, несмотря на возраст, всё ещё держался крепко. Да и сама дверь была массивной — вряд ли её можно было выбить без серьёзных усилий.

А вот окна… Окна отсутствовали — сгнили полностью. Это играло нам на руку и давало возможность быстро выбраться из замкнутого пространства.

Я спал первым, передав дежурство Зейну. Вырубился моментально.

Разбудили меня толчки в плечо и приглушённое, напряжённое шипение прямо на ухо:

— Грис, там целая толпа зомби…

Голос Зейна был полон паники. Я аккуратно приподнялся и, стараясь не шуметь, подполз к оконному проёму.

Картина открылась безрадостная — среди домов туда-сюда бродили сотни разлагающихся трупов. Они двигались хаотично, но создавалось ощущение, что их что-то тревожило. То один, то другой зомбак останавливался возле дома, в котором мы ютились и стоял, сбивая хаотичное движение своих дружков, заодно привлекая внимание к дому. Сука!

А в небе…

В небе что-то ярко светило. Гораздо ярче, чем прошлой ночью. И зомби было гораздо больше.

На такую толпу у меня даже патронов не хватит.

И, как сказал бы Мар, если нас обнаружат — нам пиздец.

Глава 8

Нужно было что-то делать и желательно срочно… Но никаких идей не приходило в голову. Надеяться на то, что нас не обнаружат было совсем не продуктивно. Как-то же они вышли на группу Зейна, значит есть способы обнаружения. Слух, запах, зрение. Да все, что угодно…

Яркое, но при этом холодное светило за окном явно намекало на зависимость количества зомби на улице от интенсивности его свечения.

Теперь передавать эльки Зейну для прокачки точно не вариант — не потащу же я его на собственном горбу в случае, если что-то пойдет не так?

Так, думай, думай, думай…

Зомби двигались достаточно медленно, что сейчас, что вчера ночью… Можно ли попробовать убежать от этой толпы? Но куда? Вдруг тут весь город забит толпами мертвецов и безопасного места просто не существует.

Путь… давай, зараза такая, работай. У меня есть цель, выжить в этом зомби апокалипсисе. Покажи мне куда идти.

Первый раз я обращался к способности именно таким образом и, кажется, она откликнулась… Чувство пути потянуло меня вниз. В подвал? Ну нет, я не хочу в подвал, спасибо, я уже видел, что там есть.

Но способность упрямо показывала вниз, заставляя задуматься. На смерть или всё-таки там есть выход? Мысли метались хаотично, пока я не собрал их в кулак.

Группа мэра не выжила, хотя они прятались как могли, Зейн мне сам об этом рассказывал. Но когда зомбаки повалили в дом, сработал некий триггер. Значит и сейчас они сюда пойдут, пройдет только время. Выпрыгивать некуда. Такой толпе с одним стволом я ничего противопоставить не смогу.

То есть шансы помереть — очень даже высоки. Остается подвал, с ним как с динозаврами, пятьдесят на пятьдесят, или помрем или прорвемся.

Я постучал Зейна по плечу, привлекая внимание. Как смог, жестами объяснил, что нам нужно делать и тот в ужасе округлил глаза — кажется подвалы местные он уже видел.

Но как нам спуститься в этот подвал и не привлечь внимания? Прорваться с боем? Почему зомби не пойдут в подвал?

Я помотал головой, пытаясь разобраться в ощущениях и куче информации от способности… Слишком большой поток, который просто невозможно разобрать. Твою ж мать. То молчишь и работаешь хрен пойми как, то сыпешь мне потоком данных…

— Зайти и выйти. Просто зайти и выйти. — увидев недоуменны взгляд Зейна, я покачал головой. Мысли в слух.

Ладно, погнали. Выбора особо все равно нет. Проверив оружие, снова подергал товарища и аккуратно открыв замок мы вышли из квартиры и не торопясь, как мышки, спустились к подвалу. Железная дверь подъезда была закрыта и вход в подвал находился внутри.

Тут нам можно сказать повезло. Вместо двери, в низ шел черный провал, в котором вообще ничего видно не было.

Возникла мысль: попробовать выбраться на крышу или отбиться прямо в квартире? Но я тут же её отбросил. Наплевав на страх и риск, схватил Зейна за рукав и потащил вниз, аккуратно нащупывая ступеньки и стараясь не шуметь.

Было жуть как страшно. Гораздо страшнее чем, когда мы ходили на прядильщика и у меня был лом в руках.

Там нам Тарух светил. А тут…, а тут мы неожиданно уперлись сначала стволом, а потом и лбами в железную дверь без видимого снаружи замка. Но дверь открывалась вовнутрь и был шанс высадить ее…

— Вот жопа! — голос Зейна выразил всё мое возмущение данной ситуацией.

Да мы тут от страха чуть не обосрались! А тут сплошное железо. Может, стоит переждать тут?

Нет.

Путь говорил, что надо идти дальше. Остановишься — сдохнешь.

Я толкнул дверь плечом со всей силы, надеясь, что она просто откроется. Но не тут-то было.

Со скрипом она приоткрылась, но тут же упёрлась во что-то. Я просунул руку внутрь и нащупал цепь и замок, не дававший двери раскрыться дальше.

Чёрт. Как же не хватает лома… И как теперь это вскрыть? Только стрелять.

Я прикусил губу, от чего заболела зажившая щека. Как это вообще сработает в темноте? А если рикошет?

Глухо щёлкнул барабан револьвера.

— Только не стреляй! Нас же поубивает нахер! — Зейн, похоже, прочитал мои мысли, но остановить уже не успел.

Было поздно.

Я приставил ствол к дужке замка и нажал на курок.

Выстрел грянул так оглушительно, что показалось, будто содрогнулся весь город. Гул покатился эхом по пустым улицам, ударился в стены домов, взлетел вверх по разбитым окнам.

И, разумеется, они услышали.

Где-то наверху раздался топот. Тяжёлый, голодный. Затем сразу несколько ударов, и подъездная дверь с глухим треском рухнула внутрь.

Зомбаки, естественно, не додумались просто открыть её.

Я коротко выдохнул, быстро оценил обстановку. Никто не ранен. Живы. Пока что. Оглохли, но это не страшно.

Рывком дёрнул замок, но он был абсолютно цел… Сука, и на что я надеялся? С чего я вообще взял что пулей можно перебить каленый металл замка?

— Что там?! — Зейн паниковал.

— Не получилось! Зажми уши! — рявкнул я, вскидывая обрез.

Приставил его к замку, натянул цепь, чтобы она не болталась, и выдохнул.

Нажимая на спусковой крючок, я даже зажмурился, готовый к любому дерьму — от рикошета в лоб до взрыва обреза прямо в руках.

Но мне повезло.

Сдвоенный выстрел разорвал цепь… хотя сам замок остался цел.

— Есть! — бросил я, скидывая цепь на пол.

Мы одновременно навалились на заржавевшую дверь. Скрип ржавых петель чувствовался даже сквозь гул в ушах.

Только бы успеть. Дверь поддалась, но слишком медленно. Петли сопротивлялись, ржавчина словно держала её в смертельной хватке.

Сверху донёсся глухой удар. Потом ещё один. Кажется, зомбаки пропустили провал вниз и пошли шарить по квартирам, это хорошо!

Зейн, матерясь сквозь зубы, врезался плечом в створку, я сделал то же самое. Дверь содрогнулась, треснула краска.

Скрип, скрежет… и наконец она пошла!

Где-то наверху затопали. И я почувствовал движение в нашу сторону.

— Быстрее! — рявкнул я, подхватывая Зейна и практически запихивая его внутрь, заскакивая следом.

Мы дернули дверь обратно, и я понял, что не успеваем. Выстрел.

Первое тело скатилось к двери. Выстрел. Выстрел! Тварей было так много, что не попасть я в принципе не мог.

— Стреляй! — заорал я Зейну. — Я перезаряжусь!

— Но они же… — начал он, но тут же понял, что спорить смысла нет.

Раздались выстрелы — пусть и не смертельные, но хоть немного сдерживающие толпу.

Хер там!

В темноте я ничего не успевал и не видел.

Кое как перезарядил обрез и жахнул в проём.

— На, сука!

— Давим!

И мы надавили. Отчаянно, с последними силами, от полной безнадёги.

И дверь наконец захлопнулась, даже ни одна зомбячья рука не успела помешать.

— Спички есть?! Подсвети! Свет нужен! — я лихорадочно обшаривал дверь, пока пальцы не наткнулись на крепления для цепи.

Нашарил её на полу и, не теряя ни секунды, максимально плотно замотал, не оставляя ни малейшего шанса открыть.

В качестве дополнительного запора в ход пошёл один из револьверов — тот, что я забрал с убитых из группы Зейна. Просто зафиксировал его между дверной ручкой и петлёй, словно импровизированный фиксатор.

— Блять… это было нервно…

— Нервно?! Чувак, да я чуть не обосрался от страха! Это просто пиздец, прикинь?! Я… я даже не знаю, что сказать!

— Тихо! — рявкнул я. — Надо осмотреться. Держи свет, я перезаряжусь.

Кое-как, дрожащими пальцами, я перезарядил револьвер и обрез. Ну, теперь хоть просто так не дамся. Зомби почему-то в дверь не долбили, да и вообще почти не шумели, что нервировало ещё больше.

— Чего они не ломятся, а? — пробормотал я, прислушиваясь к мёртвой тишине за дверью. — Тряпка есть? Подожги что-нибудь, нужно подсветить тут всё, а то я вообще не вижу ни черта.

Кое-как мы нашли ненужные тряпки, кусок картона и даже какой-то блокнот у Зейна. Как оказалось, он рисовал в нём — какие-то наброски, каракули, силуэты, которые теперь жалко было жечь, но выбора не было.

Соорудив из этого небольшой костерок, мы наконец получили хоть немного света и возможность осмотреться.

Мы оказались в узком коридоре с закруглённым потолком, по которому тянулись нерабочие лампы и свисающие провода. Справа, на расстоянии нескольких метров, виднелись очертания ещё одной двери, а слева проход упирался в глухую кирпичную стену.

Ну хотя бы мы в безопасности!

Я выдохнул и уселся на пол, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает. Я был мокрый насквозь. Реально прошлись на ниточке. Пот тек по лицу и неприятно скатывался по груди холодными каплями. И ладно я, успевший немного себя прокачать, что чувствовал Зейн я не представлял.

А тот, словно не осознавая того каких усилий нам стоило прорваться и что стояло на кону, спокойно осматриваясь, постарался максимально осветить коридор. Сказали делать, он и делал и слова не возразил.

Он молча показал пальцем на несколько вентиляционных отверстий на потолке и валяющийся прямо тут разломанный деревянный ящик. Возле кирпичной стены валялись еще несколько таких же.

Воздух из вентиляции тянуло с заметным напором, словно система работала не просто за счёт естественной тяги, а словно с каким-то искусственным усилением.

— Это ж натуральное бомбоубежище в зомби-апокалипсисе, прикинь, а? О! Смотри сюда! — вдруг сказал Зейн, отходя к стене и направляя свет на дверь, через которую мы только что вломились.

Я обернулся, поднимая голову и нахмурившись.

Раньше, когда нас подгонял страх и адреналин, мы даже не обратили на это внимание. Но теперь, в тусклом мерцании нашего костерка, это выглядело… нехорошо.

Дверь была вся изрисована красной краской.

Пентаграмма? Нет. Круг с символами. Не просто каракули — линии, руны. В центре изображено вытянутое, угловатое нечто, без лица, с длинными конечностями, искажённое, словно художник не знал, где у него должны быть суставы.

Краска потекла вниз, высыхая на металле, но даже так символ выглядел свежим, будто кто-то оставил его недавно.

— Что за хрень… — прошептал я, прикасаясь пальцами к засохшей краске.

— Может, поэтому зомбаки и не лезут? — прошептал Зейн, но в его голосе чувствовалось напряжение. — Какое же тут всё криповое… Жесть просто. А прикинь тут демонов вызывают? Или уже вызвали… Брр… Долго нам ещё из этого Разлома выбираться?

— Судя по нашей скорости, дня три, не меньше… — ответил я, задержав взгляд на рисунках. — но это если мы будем идти. Если останемся тут сидеть. То никогда.

И тут мне пришла в голову идея.

— Эй, художник, а зарисуй-ка эту картинку в свой блокнот. Вдруг это реально печать от зомби?

Зейн кивнул и молча начал срисовывать изображение, высунув язык. В рюкзаке у него оказалась связка хорошо заточенных карандашей. Хм, любопытный способ заткнуть его…

Я взял горящую палку из костра и отправился дальше исследовать подвал.

Он оказался не таким уж большим, но довольно длинным. Дверь в конце коридора оказалась почти копией той, через которую мы вошли. Но она открывалась в нашу сторону. А еще… А ещё, всего в паре шагов от двери, в груде тряпья и непонятной херни лежал истлевший скелет. Я заметил его случайно, когда блик от огня скользнул по белому черепу. Когда осматривались первый раз вскользь, его просто не заметили.

— Не шевелится? — спросил Зейн, отрываясь от рисования.

— Вроде нет, — сказал я, внимательно рассматривая скелет.

— Прикинь, это обнадёживает! В первый раз за последние дни факт, что мертвецы мертвы меня обнадеживает, прикинь! — сказал Зейн. — Никогда не был рад человеческим костям, но, видимо, придётся пересмотреть свои взгляды.

Он подошел ближе, наклонился к останкам и пробормотал:

— Дядя, ты там лежи не вставая, ладно? А то убьём.

Вдруг его взгляд зацепился за что-то на двери.

— О! Тут ещё какой-то рисунок. Посвети, Грис.

На двери был нарисован еще один рисунок, сильно отличающийся от первого.

— Как я не люблю всю эту херню… — пробормотал я.

Магия, мистика, зомби… Ну вот нахрена мне всё это, а? Ладно ещё собаки-мутанты, но пентаграммы и прочая хтонь? Меня передёрнуло.

— Чего тут изобразили-то? А чего? Доводилось встречать? — Зейн с любопытством уставился на вторую дверь. — Думаю, это тоже надо зарисовать, пригодится. Смотри, тут символы отличаются и фигура другая внутри. Да и выглядит подозрительно. Прикинь, если там вообще портал в ад?

Догадок не было. Открывать эту дверь не хотелось совсем, потому что цепь и замок находились снаружи и был шанс, что эта дверь как раз-таки сдерживает что-то внутри.

— А чувак, то кажется не от голода помер, прикинь? — сказал Зейн, осматривая труп. — Но тебе не кажется странным, что мы видим полностью целый скелет? Как будто вся плоть с него сползла, еще и кости такие белые….

Он потыкал в одежду, которая была на костях. Она была неприлично чиста и выглядела не так, как должна выглядеть одежда на трупе. От останков не воняло, хотя мне почему-то думалось, что смердеть тут должно было сильно, да и вообще в коридоре было максимально свежо, но и не холодно.

Рядом с трупом стояло множество подгнивших коробок, в которых, судя по всему, лежали железные банки с консервами. Много консервов. И хотя я был не сильно голоден, проглотил слюну.

Я ещё раз оглядел запасы, нахмурился.

— Может попробуем? — Зейн тоже заинтересовался найденным добром, поднял одну из банок, крутанул в руках, пытаясь разобрать надписи. — Прикинь, тут кракозябры какие-то, вообще не человеческие. И как я теперь срок годности угадаю? Откроем?

— А если будет вонять, сам сожрёшь? — я фыркнул, не разделяя его энтузиазма. — Не доверяю я местным консервам. Сколько лет они тут лежат?

— А костям доверяешь? — напарник кивнул в сторону темного угла, где в пыли белели идеально чистые останки.

Я невольно поёжился.

— И костям не доверяю. Слишком уж чистые. Если сюда какая-то херня через вентиляцию залезет и начнёт нас жрать, будет очень хреново. Что-то же его убило?

Зейн резко выпрямился, оглянулся на вентиляционные отверстия, как будто только сейчас осознав, что они тут есть. И тут же развил бурную деятельность — в каждую дырку засунул по поломанной палке, чтобы сразу заметить, если что-то начнёт выбираться наружу.

— Если зомбаки не уйдут, то это будет полная жопа. Прикинь станем тут как два скелета. И ты меня сожрешь. Ну или я тебя. А потом все равно помру. Хотя мне кажется ты быстрее стреляешь… вот было дело. Боб учил меня стрелять из карабина. Так я из десяти выстрелов только два раза попал. Прикинь. Хреновый из меня стрелок. Вот ваще не получился. Зато рисую хорошо. Особенно баб. С сиськами. Даже думал бизнес организовать. Сисечные картинки. А чо, по десятку медяков толкать мужикам. Жил бы припеваючи.

— У меня скоро башка лопнет от этого Разлома, и от тебя. — поморщился я, потирая виски. — Погоди, надо понять, что делать дальше. Это ведь не конечная точка…

Я закрыл глаза, пытаясь прислушаться к способности. Теперь она не сыпала бесконтрольным потоком данных, не загоняла меня в ужасное состояние перегруженности.

Оставалась всего одна «нить». Едва ощутимая, но уверенная. И тянулась она…

Прямо к двери. Вот жопа то. И именно эту дверь я меньше всего хотел бы открывать. Не знаю, что там. Но зомби на ее месте не такие уж и страшные мне кажутся. Путь всегда может вести к смерти. Я должен это помнить. И сейчас может быть тот самый момент.

Я выдохнул, разлепил глаза и медленно кивнул в ту сторону.

— Нам туда.

Зейн уставился на меня, как на конченного психа.

— Ты совсем тронулся, да, Грис? — он ткнул пальцем в дверь, испещрённую всё теми же красными символами. — Ты только посмотри на эти каракули! Там по-любасу прячется орда демонов, а у тебя, насколько я вижу, бензопилы нет, прикинь!

Я моргнул, переваривая сказанное. С ума сошел что ли?

— И чем она нам поможет против демонов?

Зейн на секунду завис, а потом махнул рукой:

— А, забей…

Убедившись, что он в норме, не смотря на какие-то картинки, я задумался о дальнейших действиях. Сначала нужно было осмотреть скелет, может, у него есть что-то полезное. Костяшки, конечно, выглядели слишком чистыми, но, возможно, хоть что-то сохранилось. И я очень надеюсь, что за этой дверью нет никакой твари…

— Подними повыше, — сказал я, передавая Зейну свой импровизированный факел.

Свет, дрожа, выхватил из темноты матовые кости. Скелет лежал не хаотично, а так, будто человек просто присел отдохнуть… и умер.

Я присел рядом, сначала откинул тряпьё, скрывающее останки, и сразу же почувствовал запах гари. Будто ткань обожгли, но не полностью. Осторожно коснулся её пальцами — материал оказался жёстким, странным на ощупь, не совсем хлопковым, будто пропитанным чем-то липким. Загадочная смерть смущала. Скорее всего он был местным. То есть, он вместе с куском своего мира оказался тут, и тут помер. А может и там помер, а потом оказался тут.

Неприятно.

Затем обшарил карманы в куртке и штанах — пусто. Неудивительно, но всё же стоило проверить. Когда расстегнул куртку, в отблесках пламени что-то блеснуло.

Свисал амулет на тонкой цепочке — небольшая металлическая коробочка, с тиснением на боковых гранях. Завитки, узоры… совсем незнакомое и ничего не напоминающее. А то мало ли и этот скелет тоже Падший?

Я коснулся крышки. Металл был холодным, даже ледяным.

Надеюсь, мы не умрём…

Сняв амулет, я осторожно открыл крышку. Внутри оказался ключ.

Самый обычный, ничем не примечательный, с тёмной металлической головкой, будто его долго держали в грязных, потных руках. На первый взгляд — ничего особенного. Но я точно знал: он подходит к замку на той самой двери.

Пахло от ключа странно, то ли ржавчиной, то ли чем-то ещё, неуловимо знакомым.

Больше внутри ничего не оказалось, но я всё равно не стал возвращать коробочку на место. Сунул её в сумку, мало ли, вдруг пригодится.

Зейн не вмешивался, но я чувствовал его взгляд, сверливший спину.

— Ну? — наконец не выдержал он, когда я поднялся на ноги. — Открываем? Кстати, как тебе такой вариант. Прикинь если всё было наоборот. То есть он пришел оттуда, и тут застрял, потому что второго ключа не было. А мы теперь в обратную сторону идем. А вдруг там всё нормально и выход есть? Другой мир. Во! Портал в другой мир! Тут такое бывает?

Я не ответил, вместо этого ещё раз обшарил пространство вокруг скелета, осматривая пол, заглядывая под обрывки ткани. Но ничего интересного не нашёл.

Как же он умер?

Я медленно поднял взгляд на дверь.

— Нет. Я не знаю и гадать не буду. Давай попробуем. Все равно нам особо деваться некуда. Шансы что зомбаки уползут утром не так уж и велики.

Ключ идеально вошёл в замок, провернулся плавно, без единого скрипа, будто механизм совсем недавно смазывали.

Но я не спешил толкать створку, прислушиваясь к ощущениям.

А ощущения были… странными.

Не тревожными, не пугающими — спорными.

Как если бы перед тобой стояло два варианта: в одном — что-то важное, в другом — смерть. Всё как я и думал.

Но понять, какой из них нам выпадет, нельзя.

— Либо мы найдём там что-то интересное… — медленно проговорил я.

— Либо умрём? — расстроенно добавил Зейн. — Дашь обрез?

Я отрицательно покачал головой, крепче сжимая рукоять револьвера.

— Стрелять будешь только тогда, когда я тебе скажу. Понял? И никогда иначе. Входим.

Глава 9

— И что, это всё?! — голос Зейна был громким, чуть срывающимся, с оттенком разочарования, словно он не мог поверить в увиденное. — Да я, прикинь, уже был готов ко всему! И к демонам, и к гарему голых баб, а тут… — Он махнул рукой и презрительно сплюнул. — Тьфу на вас!

Действительно, открытая дверь привела нас в полуразрушенное помещение. Половина комнаты оказалась засыпана землёй, а другая была завалена ящиками с консервами и кучей ржавого железа. Никаких сокровищ, никаких тайн, ничего, что стоило бы наших усилий. Хотя…

С потолка свисали лампы, точно такие же как в другом помещении, и они горели. Свет был тусклым, но достаточным, чтобы рассмотреть детали.

— Откуда тут свет вообще? — удивленно спросил Зейн. — Электричество работает что ли?

— Не нужно искать логики в разломах и на Первом Слое тем более… — ухмыльнулся я, уже ничему не удивляясь.

Взгляд зацепился за гору земли у дальней стены. Очертания под слоем грунта намекали, что там что-то есть. Несколько не сильно больших ящиков, если я не ошибаюсь.

Блин… Неужели нам всё-таки повезло?

— Ты лучше не кипишуй, а помоги достать, — бросил я, осторожно раздвигая землю ногой.

— Чего? А, ну давай…

Вдвоём мы быстро откапывали находку, торопливо разгребая грунт руками. Под землёй скрывалось четыре длинных, узких ящика. Деревянные, но крепкие, закрытые странными замками, сразу бросавшимися в глаза. Не стандартные навесные, не защёлки — что-то сложнее.

Я провёл пальцами по одному из них и обменялся взглядом с Зейном.

— Ну, вот теперь точно интересно.

— Это ведь оружие, да? Скажи, что это оружие! — Зейн буквально подался вперёд, глядя на ящики с жадным азартом. — И это должно быть охренительное оружие! Такое, с которым мы пройдём этот сраный разлом, как нож сквозь бабушку!

Я повернул к нему голову.

— Чего?

— Ну, прикинь, я хотел сказать по-другому, но оно вот так вырвалось!

— Зейн! — Я посмотрел на него пристально.

Он замер, виновато кашлянул и поднял руки.

— Всё-всё, молчу.

— Я знаю не больше, чем ты, — сказал я. — Так что прекрати вести себя как ребёнок. Откроем и посмотрим. Тут нет никого, кто бы нам это запретил.

Сокровища. Само это слово будоражило умы тех, кто мечтал о приключениях. Но меня оно уже не особо волновало. Я видел сокровище. Настоящее. И надеялся ещё раз туда наведаться, чтобы забрать всё. Так что сейчас я был настроен куда спокойнее.

Оружие.

Внутри не оказалось ни винтовок, ни пистолетов, ни даже древних ружей. Но мы нашли четыре одинаковых длинных меча. К каждому прилагался комплект доспехов: наплечники, наручи, наколенники. Кроме того, в ящиках лежали странные обручи с тонкой металлической сеткой, явно предназначенные для головы — не то шлемы, не то защитные ободки.

И ещё одна находка.

В одном из ящиков валялась пара странных выпуклых предметов. Я взял их в руки, вертел, осматривал… и лишь спустя несколько долгих секунд понял, что это вообще такое.

— Так это же насисечники! Прикинь! Это какой-то трешовый геройский комплект! — Зейн схватил меч и принялся им махать как дурак, тыкая периодически в землю. Сам при этом облачался в комплект брони. — А мечи какие, охренеть!

На вид оружие было хорошего качества, в масле, и неплохо блестело. Но вот что оно из себя представляло на самом деле… хрен бы его знал. Зато я имел возможность это проверить. Отобрав один «насисечник», я сделал из него несколько патронов и принялся изучать описание.

Патрон из гибропласта. Тип «гидра». — Подстраивается под цель: при попадании в органику распадается на фрагменты, нанося разрывающий урон, а при столкновении с бронёй превращается в единичный бронебойный снаряд.

— Ачешуеть! Это ты сам себе завод по производству патронов? Дайте два! А мне наколдуешь? Прикинь как мы вдвоем начнем тут всех выносить! Да какие там зомбаки, мы и мутантов всех порвем!

— Если бы всё было так просто, — скривился я. — Только один тип патронов к моему револьверу. Больше ничего. Но железо берем все. Судя по всему, оно того стоит. Я не гарантирую что убьет зомби, надо проверить. Но… оно хотя бы необычное.

Мы забрали все оружие и для удобства транспортировки, я по примеру Зейна тоже облачился в некоторые элементы доспехов. Но без фанатизма, чтобы не сильно сковывать движения.

Поковырялись еще немного в земле и нашли только какие-то толстые корни. Очень непонятные и странные на вид.

— Ща на них и проверю как это работает. — Зейн, со всего размаху рубанул по корням.

Клинок не прорубил корень. Вместо этого он сломался пополам, разлетевшись в стороны с глухим лязгом. Корень при этом оказался надрезан наполовину, но не срезан полностью.

Мы уже собирались обсудить, какого хрена только что произошло, но…

Корень зашевелился. Медленно. Судорожно. А затем вырвался из завала огромной когтистой лапой, где каждый коготь был размером с мою руку. Мы замерли. Лапа, несмотря на глубокий разрез, двигалась.

— ВАЛИМ! — рявкнул я, первым приходя в себя.

Мы рванули к выходу, не оглядываясь. Лапа за нами тянулась, царапая стены, разметая землю и ящики. В последний момент мы выскочили в коридор и захлопнули дверь, лихорадочно задвигая засов.

Гулкий удар, с другой стороны, заставил дверь вздрогнуть. Но потом наступило затишье.

Мы тяжело дышали, переглядываясь в напряжённой тишине.

— Ну… — Зейн судорожно сглотнул. — Мне кажется я теперь точно не усну. Значит, пойдём потрошить зомби, да? Прямо утром? Да? Ведь на зомби же пойдём?

Я прислушался к Чувству пути. Мы забрали то, за чем пришли в этот подвал. Хм… значит, эти железки способны убивать зомби?

Оставалось надеяться, что эта непонятная рука не полезет через дверь с таким знаком.

— Будем проводить тестирование, — нервно ответил я, делая новые патроны и закидывая их в барабан.

Как минимум несколько сотен их сделать мне железа хватит. Хоть что-то хорошо, а то я уже подумывал отковыривать железяки тут, или вообще из консервных банок делать пули. Представляю их эффект. Типа эффект насыщения.

— Может подождем? Рука все равно больше не скребется. Тут или знак сработал, или эта была агония твари.

Вот на что я бы не стал надеяться так это на то, что раненая тварь померла. То, что мы успели заметить, явно указывало на здоровую тушу, придавленную многотонным грузом разрушенной части дома. Словно он не успел переместиться в разлом правильно. А… Чего гадать, дверь пока не дерет и то хорошо.

— Прямо сейчас, я не доверяю двери. Если та херня захочет, она вскроет ее как консервную банку. А нам нужно попробовать. Поэтому пошли.

Мы подошли к первой двери, и я начал снимать цепь.

— План такой, — сказал я Зейну. — Открываем дверь, немного, щель для ствола. Если зомбаков под дверью нет, привлекаем внимание, я стреляю. Если зомбак дохнет — супер. Если нет — не очень супер, будем ждать утра и верить, что они свалят. Других патронов у меня осталось слишком мало.

Я указал на дверь.

— Встань так, чтобы мог навалиться на неё всем весом и закрыл в случае чего. Действуй по команде. Всё ясно?

— Да, босс! Огонь план, погнали! — после найденного клада у Зейна, похоже, было слишком много адреналина, и он чуть ли не приплясывал на месте от нетерпения проверить находки в деле. Настроение при этом менялось кардинально, от отчаянной дерзости, до паники и страха.

На его фоне я был почти скалой. Правда, когда эта рука начала шевелиться я думал, что начну визжать как сучка, настолько страшно это было.

Я скинул цепь, вытащил револьвер и аккуратно приоткрыл дверь — так, чтобы проход на улицу был виден.

В небе всё так же холодно светилось что-то непонятное, но зомби поблизости не было.

— Никого не вижу. Они ушли с лестницы. Надо привлечь их внимание, — прошептал я.

— Только предупреди, когда будешь стрелять! Я уши закрою. — взмолился Зейн. — Я с прошлого раза на левое ухо не слышу, прикинь! Давай лучше так…

И, не дожидаясь ответа, высунулся в проём и заорал во всё горло:

— Эй, зомби! Ужин ждёт вас! Мы тут!

Это сработало.

Глухо раздался топот, и вскоре в проходе замелькали силуэты. Зейн, зажав уши прислонился к двери, смотря на меня, готовый в первый же момент закрыть дверь.

Первый пошел, следом еще. И следом толпа.

Я тут же разрядил револьвер в кучу зомбаков, и эффект оказался более чем впечатляющим — их разрывало на куски, они падали и больше не шевелились.

Минус шесть!

Вы убили Ходячего Мертвеца (х6)

Получено в награду:

Шесть (6) осколков душ.

Шесть (6) боливаров.

Работает.

— Закрываем! — крикнул я и навалился на дверь.

Цепь снова вернулась на место, и почти сразу шум за дверью стих, словно прячась за этой пентаграммой, мы становились для зомби совершенно неинтересными.

Странный эффект.

— Работает? — с любопытством спросил Зейн.

— Да, они дохнут, — кивнул я. — Пули разрывают их на куски, и они больше не встают. Гарантированное поражение.

Зейн задумался, а потом скиснул, понимая, что ему придется работать в ближнем бою:

— Значит, и меч будет работать, да? Прикинь, это мне теперь их рубить придется. Надо еще брони на себя натянуть, может насисечники одеть? Сейчас пойдем?

— Но сейчас мы точно никуда не пойдём, пока лапа молчит, сидим тут. — покачал я головой отрицательно. — Надо отдохнуть и… прокачать тебя.

— Прокачать?! — Зейн округлил глаза. — Ты шутишь сейчас?

— Нет, — ответил я твёрдо, окончательно принимая решение.

Как бы мне не хотелось этого делать, но любой шанс выжить в этом Разломе нужно использовать. Я всё-таки поделюсь с Зейном эльками…

Вдруг ему выпадет способность, заточенная под уничтожение зомби? Тогда он и против меня её уже не направит.

Да и чем больше я провожу с ним времени, тем слабее мне кажется теория что он может оказаться Врагом. Слишком он непосредственный, как ребенок. В нем нет жестокости, злобы. Да, отсутствует эмпатия… Но это же не показатель, верно?

— У меня есть запас элек, тебе как раз хватит, — сказал я.

Мы снова развели костерок. Благо, вентиляция тут работала идеально, и приток свежего воздуха был отличный.

— Принимай запрос. — Я отправил ему восемнадцать элек.

Жаба душила.

Но я справился с ней.

Почему не больше? Да потому что.

— Блин, Грис! — Зейн едва не подпрыгнул от восторга. — Я теперь капец твой должник на веки веков! Давно хотел себе способность…

Он загибал пальцы, воодушевлённо перечисляя:

— Фаербол, пространственный карман… или летать, прикинь?! Ааа… почему только одну можно за раз?

— Так, — я поднял руку, останавливая его. — Твоя способность должна помочь нам справиться с ордами зомби и выбраться из Разлома. Понял?

Помешивая угольки, и подкидывая очередную дощечку, я сделал строгую морду.

— Или ты собрался улететь от меня?

— Да не… куда я без тебя-то, — Зейн покачал головой, чуть успокаиваясь. — Я ж даже не знаю, куда лететь…

— Знаешь, что делать? — спросил я и дождался кивка. — Тогда трать эльки и спи, я подежурю.

Зейн отрубился, оставляя меня наконец в тишине.

Я остался сидеть у угасающего костра, обдумывая его прокачку. Нужно было ещё раз убедить себя, что это действительно вынужденная мера, что у нас просто нет другого выхода.

Начнём с минусов.

Во-первых, Зейн вполне может оказаться Врагом, и это придётся проверить через Церковь. До тех пор он должен оставаться в поле зрения, причём живым. Если он умрёт и возродится, я его уже не проконтролирую. Но главное — он не должен попасть к гоблинам.

Мысль что я тоже могу оказаться Врагом я отмел сразу. Будем исходить из элементарного желания жить. Я чувствовал, что во мне нет никакого другого человека, и был цельным человеком. Да без памяти. И как-то связан с непонятным орденом Павших. Почему они, кстати, Павшие? И спросить то не у кого.

Но, возвращаясь к гоблинам.

Что, если они знают, как пробудить Врага?

Во-вторых, если Зейн действительно тот, кого все боятся, то сейчас я буквально создаю себе проблему. Даю ему силу, которой у него, скорее всего, никогда бы не было. Судя по его характеру и безалаберности, он получил бы свою первую способность лет через… никогда.

И это был самый тонкий момент, который заставлял меня сомневаться больше всего.

Но сейчас он — обуза.

Мы застряли в Разломе, где за дверью с пентаграммой нас ждёт куча зомбаков, мутантов и черт знает чего ещё. Смогу ли я пройти через всё это в одиночку? Не уверен.

Конечно, я мог бы просто бросить Зейна и уйти.

Но это противоречило главной цели — не дать гоблинам его захватить.

Если он погибнет и возродится в Колыбели, они найдут его за пару часов. А дальше… Враг. Новая война. Гибель множества людей. Или смерть невиновного человека, которого я бросил.

И вот к этому я точно не готов.

Теперь плюсы.

Во-первых, он не будет обузой.

Сейчас Зейн — просто болтливая тушка, которая просто создаёт лишний шум. Если мы встрянем, мне придётся его защищать, как с тем мутантом. Но если он хотя бы чуть-чуть научится махать оружием, то, возможно, я не сдохну, пока буду спасать его шкуру.

Во-вторых, в бою лучше, когда нас двое.

Я не терминатор. Один револьвер — это, конечно, хорошо, но он не сделает меня бессмертным. Рано или поздно я промахнусь, патроны закончатся, или кто-то со спины воткнёт мне в почку ржавый нож, тоже примеры были. Тогда второй боец пригодится. Даже если этот боец — Зейн.

В-третьих, я буду контролировать его силу.

Если его кто-то должен прокачать — то лучше я, чем случайный торговец, мэр или, хуже того, гоблины. Я хотя бы увижу, во что он превращается. Если он действительно Враг, то мне лучше знать его возможности заранее, а не когда он разнесёт мне голову одной левой.

В-четвёртых, он мне будет обязан.

Не факт, что это будет иметь значение, но люди помнят тех, кто их вытаскивает. Даже если не благодарны — всё равно помнят. Если Зейн не полный идиот, он не кинется в спину человеку, который дал ему шанс выжить.

В-пятых, если он прокачается рядом со мной, то и привяжется ко мне.

Выживание здесь — штука коллективная. Чем сильнее он становится, тем меньше у него причин сваливать, потому что без меня ему просто сожрут лицо в первый же день.

В-шестых, я не знаю, какие у него способности.

Вдруг он не просто болтливый балласт, а реально полезный персонаж? Что, если у него скрытый талант, который нам может пригодиться? Без прокачки я этого не узнаю, а пока я хожу вслепую.

В-седьмых, если он Враг — я узнаю об этом первым.

И тогда у меня будет выбор: либо убрать его, пока он слаб, либо использовать в своих целях. Все-таки я не знаю мотивов того, кто решил уничтожить тут всё. Может он и прав?

Вывод?

Плюсы перевешивали минусы многократно. Не лучший вариант, но единственный рабочий. Придётся рискнуть.

Время за размышлениями пролетело незаметно, и меня отвлекли звуки со стороны спящего Зейна.

— Грис, — позвал он, голосом полным удивления. — Ты тут? Нихрена не вижу.

— Тут, — я чиркнул спичкой и снова разжёг костёр. — Как успехи?

Я затаил дыхание, не зная, чего ожидать от этого чудика. Честно говоря, был готов ко всему. Было бы действительно смешно, если бы ему выпала какая-нибудь хрень… типа способности говорить без остановки даже во сне и под водой. А что, для него подошло бы идеально.

Но по тому, как он вглядывался в интерфейс, я понял, что это нечто совсем другое. Глаза Зейна становились всё шире, лицо постепенно менялось от обычного выражения скепсиса к абсолютному восторгу.

— Это охренеть просто… — он читал описание способности, не отрываясь. — Зацени!

Он подорвался с места, схватил ближайший меч, и тут началось шоу.

Его движения стали плавными, уверенными, как у опытного бойца. Клинок порхал в воздухе с такой скоростью, что лезвие буквально свистело. Создавалось ощущение, что это не оружие в руках, а продолжение его самого — настолько естественными были удары, развороты, блеск стали в свете костра. Казалось, он превратился в настоящего мастера фехтования за какие-то мгновения.

— Это круть просто нереальная! — взахлёб воскликнул Зейн, размахивая мечом так, будто сражался с невидимым противником. Его восторг был настолько заразителен, что я не мог удержаться от улыбки.

— Хм, интересно, — произнёс я, наблюдая за его реакцией. Не самая плохая способность ему выпала. Даже слишком неплохая, как для нашего положения.

Я даже, кажется, знал почему.

Он был слишком восхищён этими мечами с самого начала. Не выпускал один из них из рук, даже когда спать ложился — положил клинок рядом, словно это была его самая ценная вещь.

— Что в описании?

— Называется «Мастер холодного оружия», — затараторил Зейн, едва сдерживая возбуждение. — Я могу обращаться к рефлексам и умениям бывших владельцев любого колюще-режущего оружия и использовать их навыки.

Он замолчал, покрутил меч в руках, словно осознавая смысл своих слов, а потом добавил:

— Странно, конечно…

Зейн положил меч на пол и попытался повторить те же движения без него, будто проверяя, останется ли эффект. Результат был… ну, скажем так, печальным. Он дёргался, как кукла на верёвках, ноги скользили по полу, руки махали в воздухе, словно он пытался отпугнуть назойливую муху.

— А если владелец не умел драться? — расстроенно спросил Зейн, вытирая пот со лба. — Блииин…

Он задумчиво посмотрел на меч, словно осознавая подвох. Эта способность оказалась не такой уж и идеальной, как ему казалось вначале.

— Это мне теперь надо искать клинки мастеров боя?!

— Как минимум, у нас есть ещё два таких, — я пожал плечами, стараясь скрыть усмешку. — Ну-ка, проверь остальные.

Зейн взялся перебирать клинки, поочерёдно проверяя их.

Со стороны разница была незаметна — с каждым мечом он двигался примерно одинаково. Может, чуть иначе, но не на моём уровне было уловить разницу.

Но Зейн её понял.

— Вот этот — лучший, — сказал он, уверенно забирая себе один из мечей.

Его пальцы крепче сжали рукоять, а в голосе появилась уверенность.

— Тут реально мастер им владел. А те… попроще ребята.

А я вздохнул с облегчением…

Ему, как минимум, не выпала какая-нибудь ультимативная способность, способная уничтожить весь Слой. И на том спасибо.

— Ждём рассвета и в путь, — сказал я, устраиваясь поудобнее. — Ты дежуришь. Костёр только затушить не забудь.

Зейн кивнул, но явно ещё не до конца отошёл от происходящего. Он задумчиво крутил меч в руках, лениво проводя пальцем по лезвию, словно проверяя, настоящий ли он. Я уже не обращал на него внимания и просто отрубился.

Впечатлений на сегодня было более чем достаточно.

— Грис.

Лёгкие толчки в плечо вывели меня из сна.

— Грис, тебе не кажется, что мы тут уже долго? Должно быть утро по идее…

Я застонал, протёр лицо ладонями, разминая затёкшую спину. Веки будто налились свинцом, тело отказывалось подчиняться.

— Проверим? — я зевнул, поднимаясь на ноги.

Зейн уже стоял у двери, нервно постукивая пальцем по рукояти оружия.

Мы снова открыли её. Но там, за порогом, всё было так же. Темнота, легкие перешагивания зомби и непонятное свечение в небе.

— Что за хрень… — выдохнул я, чувствуя, как что-то липкое холодком пробегает по спине. — Подождём ещё немного.

Но день так и не настал.