СЛЕПАЯ ВОДА

Глава 1. Посол с далекой планеты

…. В нескольких метрах от пола парило нечто, напоминающее облако. Точнее, «облако» было первой ассоциацией, которая пришла в голову Олесе, едва вошедшей в конференц-зал. Нормальные облака не делают судорожных движений, не издают пронзительных свистящих звуков, не переливаются безумными яркими цветами и, самое главное, у них не бывает огромных глаз, постоянно меняющих цвет.

Облако метнулось из стороны в сторону и вновь засвистело. Губернатор Виктор Васильевич Немировский, сидевший, как всегда, во главе стола, растерянно снял очки и беспомощно взглянул на сидевшего возле него капитана Махрушина.

«Петр Иванович, а нельзя ли…гм, переводчика?»

«Тут такое дело, Виктор Васильевич,» развел руками Махрушин, «Когда этерианский посол был уже на подлете к нашей планете, его звездолет подвергся нападению. Неизвестный боевой корабль буквально изрешетил всю обшивку. Внутри начался пожар – обгорело всё. Ну, господину послу – ничего, он же путешествует в газообразном виде. А вот человек-переводчик, погиб».

Немировский обхватил лысую голову руками и шумно вздохнул. Дело пахло дипломатическим скандалом. Вот уж чего совсем не хватало губернатору Леты, маленькой, полупустынной планеты на окраине галактики!

В единственный космический порт планеты Лета раз в несколько лет пребывал служебный корабль инспектора с планеты Адонис. Инспектор дежурно проверял положение дел в Летиссе – столице и по совместительству единственном полноценном городе планеты. Всю остальную территорию планеты занимали первозданные горы и леса.

Представители человеческой цивилизации, которым на бумаге принадлежала Лета, не очень баловали ее своими визитами. Да и с чего бы? Маленький, полусонный город не мог похвастаться ничем, кроме множества фонтанов и искусственных водоемов, вода в которых была чистой настолько, что увидеть дно можно было даже в сумерках. Прозрачность городской воды могла стать притчей во языцех, представляй планета хоть какой-нибудь интерес для космических путешественников.

И вот, внезапно на Лету пожаловал посол с планеты Этера, чьи жители славились своими техническими и изобретательными навыками и наравне с людьми считались одной из самых разумных рас во вселенной. Если после случившегося, госпожа посол решит пожаловаться в межгалактический трибунал, отставка – это самое безобидное, что будет грозить Немировскому. В Трибунале-то найдутся переводчики с этерианского.

Между тем, Олеся уже справилась с первоначальным шоком и, всячески демонстрируя спокойствие и невозмутимость, прошествовала к губернатору.

По пути Олеся заметила Шуру Лаптеву, как всегда сидевшую в углу и готовую стенографировать переговоры. Только в этот раз стенографировать было пока нечего. Бедная Шура растерянно взирала сквозь толстые стекла очков на свистящего и меняющего цвет посла. Олеся усмехнулась. Этерианский посол мог приводить в замешательство Шуру, губернатора и капитана, но только не ее. Ей было 22 года, она с отличием закончила Адонисский университет. Во время своего пребывания там она успела повидать разных инопланетян.

«Вот распечатанные документы, которые ты просил, папа», шепнула Олеся, протягивая Немировскому пачку бумаг.

«Сколько раз можно тебе повторять?» сердито прошипел губернатор, «Когда я при исполнении, ты называешь меня Виктор Васильевич!»

«Так никто не слышит…»

«Цыц! Садись и не мешай».

Олеся шумно вздохнула. Иногда отец бывал просто невыносим. Какой смысл был включать ее в Совет, если он даже слова ее давать не собирается?

«Вообще-то, Виктор Васильевич», громко и подчеркнуто вежливо сказала Олеся, «Мы можем попросить господина посла принять человеческий облик. Этерианцы это умеют».

Губернатор и капитан смерили выскочку снисходительными взорами. Но ухмылки сползли с их губ, когда «облако» внезапно преобразилось. Оно сжалось и уплотнилась. Через мгновение перед притихшими людьми стоял человек.

Это была смуглая женщина крепкого телосложения. Кучерявые волосы были убраны в две аккуратные косы. Тяжелый властный подбородок подчеркивал ее суровый взгляд. На ней было длинное одеяние из легкой, будто воздушной материи.

«Благодарить вас за совет, молодой человек!» сказала женщина, обращаясь к Олесе, «Мне стоить сделать это раньше».

«Вы…понимаете на человеческом?» неверяще спросил Немировский.

«Конечно…Чуть-чуть…. Моя учиться в Адонисском университете…очень давно».

«Правда?» просияла Олеся, «А ведь я тоже…»

«Олеся….Викторовна. Сядьте, пожалуйста», строго проговорил губернатор, «Если госпожа посол захочет переговорить с вами, она сделает это сама».

Олеся улыбнулась и с видом, полным достоинства, опустилась в кресло. Пусть папа недоволен, но он не сможет не признать, что без образованной дочки ему пришлось бы труднее. Шура Лаптева подмигнула подруге из-за спины Виктора Васильевича.

«Что же», произнес Немировский, с любезным выражением глядя на посла, «Мы рады вас приветствовать, госпожа…Шумодан?..»

«Да! Мой имя на человеческий! По эстериански звучит, как…», Шумодан издала звук, напоминающий нечто среднее между шипением и посвистыванием, «Но вы называйте Шумодан. Так ко мне обращались все люди».

«Великолепно!» не меняя любезного тона, продолжал Немировский, «Если меня правильно информировали, вы здесь по делу некого инженера Фишера, находящегося в межгалактическом розыске?»

Реакция Шумодан была неожиданной. Ее человеческое лицо налилось краской, затем на несколько мгновений она вновь вернулась в свое этерианское обличие и в буквальном смысле метнула несколько молний. Одна из них угодила прямиком в бюст адонисского президента, стоявшего на самом видном и почетном месте. Его осколки полетели во все стороны. Часть из них угодила в декоративный миниатюрный водопад, который мерно журчал по одной из стен конференц-зала. Нос и ухо разбитой статуи лишь немного потревожили механическое течение прозрачных струй.

Когда все участники заседания выбрались из-под стола, Шумодан, снова приняв человеческий облик, тяжело дышала.

«Сердечно просить прощения! Дело очень серьезный. У Этеры большой трагедий. На трон короля скоро-скоро взойдет генерал Ошшим…»

«Военный на троне?» переспросил Махрушин, «Это разве плохо?»

«Конечно, плохо, Петр Иванович!» уверенно сказала Олеся, отряхивая с юбки гипсовую пыль, «Генерал Ошшим известен своей ненавистью к людскому роду. Ненавидит настолько, что не разу за всю свою жизнь не принял человеческого облика. Генерал считает нас подлыми захватчиками. Дескать, много тысяч лет назад мы потеряли Землю и начали, подобно паразитам, завоевывать весь космос и подчинять инопланетные расы».

«Да-да, народ Этеры очень дорожить связями с людьми. Мы производить много технологий вместе с людьми. Наша дорогая король всегда говорил, что люди – наши друзья...»

Посол достала носовой платок и со свистом высморкалась.

«И вот теперь наша король мёртв!» трагично провозгласила Шумодан.

«Наш король», машинально поправил губернатор.

«Да-да. И четыре наследника наша король мертвы. Трагедий! Для людей! Для нас! Одна надежда – наш любимый принцесс… Но из-за негодяй инженер Фишер она не сможет стать наш любимый королев!»

Шура прилежно вела протокол переговоров. Посол Шумодан очень плохо говорила на человеческом языке. Однако постепенно картина прояснялась.

На протяжении многих веков человеческие и этерианские инженеры сотрудничали. Поэтому люди не были редкими гостями на Этере. Совсем недавно ныне покойный король Амеш принял у себя очередную группу ученых с Адониса. Среди них был многообещающий молодой инженер Фишер. Именно он был создателем секретного проекта нового оружия – «Нергал-3», сделанного по личному заказу высшего военного руководства планеты Этера. Поэтому Фишер очень тесно общался с представителями королевской семьи. Точнее с самым младшим членом семьи.

«Любимый принцесс» Ная была тихой и скромной по сравнению со своими старшими братьями. Пока они растрачивали казну на закупки военных аппаратов и обмундирования, принцесса Ная проводила время в тиши библиотек или в рабочем грохоте инженерных лабораторий. Так они и познакомились с Фишером. Знакомство оказалось даже чересчур близким. Когда про это проведал король, он пришел в бешенство. Человеческая сторона также не преминула обвинить Фишера в нарушении профессиональной этики. Новоиспеченной парочке не оставалось ничего, кроме как тайно бежать с Этеры.

Король Амеш бросил все силы на поиски беглянки и инженера, для которого в этерианской долине Ядовитых гейзеров уже был подготовлен промозглый карцер. Однако поисковые операции вскоре прекратились. Всему виной – преждевременная смерть короля от рук старшего наследника. Впрочем, и тот недолго наслаждался властью - был убит вторым своим братом. После чего во время мирных переговоров двое оставшихся наследников отравили друг друга. Этим воспользовался генерал Ошшим, который, имея большую власть и влияние, объявил себя блюстителем трона. Разумеется, он метил гораздо выше. Но одно обстоятельство мешало ему стать королем. Беглая принцесса по-прежнему оставалась следующей в очереди на трон. Ее возвращение заставило бы Ошшима отказаться от амбициозных планов, поэтому Учредительное собрание, исполняющее временные обязанности по управлению планетой Этера, тайно отправило Шумодан на поиски принцессы Наи.

«Наш тайный расследований показал, что наш любимый принцесс прячется на Лете», завершила свой рассказ посол.

«Госпожа посол, на нашей планете всего один населенный пункт», сказал капитан, «Все жители на учете, о появлении новых сразу становится известно. Вы уверены, что принцесса Ная и инженер Фишер скрываются именно на Лете?»

«Абсолютно!» с жаром ответила Шумодан, «У нашей разведки точнейший данный!»

«Но… Это может означать только одно», губернатор побледнел.

Виктор Васильевич беспокоился недаром. Если принцессы и ее ухажера не было в Летиссе, это означало, что они прячутся на Неизведанных землях. Люди предпочитали не соваться в те места, и их опасения вызывали не только непредсказуемые природные явления, суровая погода и лесистая местность. Будучи необитаемыми, эти земли стали удобным перевалочным пунктом для инопланетных контрабандистов, нелегальных мигрантов и прочих маргинальных личностей.

«Ничего страшного, Виктор Васильевич!» бодро сказал Махрушин, «Отправим на поиски несколько вооруженных отрядов, они все эти Неизведанные земли с инопланетной нечистью вмиг перероют!»

При слове «инопланетная нечисть» Олеся бросила на Махрушина осуждающий взгляд и явно собиралась что-то сказать. Но ее опередила Шумодан.

«Нет! Никакого шума! Пока наш любимый принцесс прячется, где никто не знает – это плохо. Но если Ошшим узнает, где принцесс прячется – это хуже. Генералу выгоден смерть последний наследник».

«Судя по инциденту в верхних слоях атмосферы Леты, он уже знает, что вы ищете принцессу на нашей планете, госпожа посол», покачал головой губернатор.

«Но Ошшим всё равно не знает, где именно прячется Ная», возразила Олеся, «Что если нам как-нибудь отвлечь его внимание? Петр Иванович, пусть военные патрулируют город, сделаем вид, что ищем ее в Летиссе, а мы тем временем отправимся на Неизведанные земли…»

«Отличный идей!» радостно воскликнула посол.

Губернатор не разделял ее ликования.

«Погоди, Олеся…Викторовна, что значит мы?»

«Значит, небольшая экспедиция, включая Петра Ивановича, госпожу Шумодан, Шуру и меня», невозмутимо ответила девушка.

Губернатор вскочил с места, напрочь позабыв о деловом этикете.

«Да ты с ума сошла! Это опасно. Кто знает, что на уме у инопланетян-нелегалов!»

Теперь уже Олеся вскочила с места. На ее щеках пылал румянец. В этот миг она ощущала себя защитницей всех несправедливо угнетенных инопланетян.

«Нелегалов, значит? Между прочим, у них тоже есть цивилизации. Да, они не такие древние, как человеческая. Но это люди много веков назад вторглись на их планеты, не наоборот! Они стали нелегалами не просто так. Если бы мы хотя бы попытались найти с ними общий язык…»

«…окунуться с ними в одно болото», не сдержался от ехидного замечания Махрушин.

«Петр Иванович, как вы можете?» с искренним негодованием воскликнула Олеся, «Здесь же госпожа Шумодан…»

«Олеся, госпожа Шумодан с Этеры», сказал губернатор, «Что общими между высокоразвитыми этерианцами и всякими космическими контрабандистами?»

В этот момент между разъяренными отцом и дочерью возникло облако. Оно перевело нетерпеливый взгляд фиолетовых глаз с девушки на мужчину и вновь превратилось в человека.

«Мы, народ Этеры, не вмешиваться в ваш человеческий проблем. Мы хотеть только вернуть наш принцесс. Какова решений по поводу экспедиции?»

Виктор Васильевич судорожно выдохнул. Все молчали, ожидая его губернаторского решения. Искусственный водопад невозмутимо журчал, хотелось верить в успокоительную силу его течения, хотя, на самом деле, этому механизму, имитировавшему природу, не было никакого дела до происходящим вокруг него треволнений. Можно было до бесконечности проклинать тот день, когда он, Виктор Васильевич, отправил Олесю учиться на Адонис, но, к сожалению, она снова была права. Тайная экспедиция оставалась единственным шансом уладить все проблемы и обойтись без дипломатического скандала.

Глава 2. Неизведанные земли

Чтобы не вызвать подозрений, было принято решение отправиться в путь прямо от старой ботанической станции, расположенной на самой окраине Летисса. В непосредственной близости от нее раскинулся старый инопланетный блошиный рынок. Власти города из века в век смотрели на него сквозь пальцы, потому что он пользовался популярностью у горожан. Рынок славился экзотичным видом товаров и продавцов. Многие летянские школьники, в том числе Олеся, несмотря на суровые увещевания родителей, частенько сбегали со школьных уроков, чтобы накупить травяных сладостей у шестируких мохнатых галаварцев или поглазеть на то, как старый адварк развлекает публику дрессированными гигантскими тараканами.

Госпожа посол тоже решила заглянуть на диковинный рынок. Туда частенько захаживали нелегалы с Неизведанных земель, и Шумодан понадеялась разузнать что-то о принцессе Ная. К назначенному часу этерианка и сопровождающие ее люди не вернулись. Обеспокоенный капитан Махрушин лично отправился на поиски.

Через полчаса блужданий среди пестрых ларьков и бегства от особо назойливых торговцев капитан и Олеся, наконец, отыскали Шумодан. Она, Шура Лаптева и еще двое сопровождающих стояли возле старинного помпезного фонтана в плотном окружении нескольких женщин в цветастых платьях. Среди них особенно выделялась полная дама, чей высокий рост, несмотря на некоторую сутулость, сразу привлекал внимание.

«…Дорогие мои научные сотрудники, поверьте, тетушка Мишо не посоветует дурного!» гордо вещала дама басистым голосом, «Сколько лет я наведываюсь в Неизведанные земли за полезными травами…»

При этих ее словах одна из торговок с готовностью сунула под нос Шумодан корзину с сушеными растениями.

«…Вот, например, прогипнозник кроваво-красноватый – в малых дозах универсальное противоядие, в больших – может стереть память. Или…»

Шумодан принялась судорожно чихать. Торговки беззаботно расхохотались.

«Спасибо большое», подчеркнуто вежливо сказала Шура, «Но противоядия нам не нужны».

«Ах? Что же это за экспедиция, раз противоядия не нужны? Напрасно! Ну тогда как вам вот это?»

Тетушка Мишо достала из увесистой сумки прозрачную банку с темным порошком.

«На Неизведанных землях много опасных животных, от которых нужно уметь защититься. Это – звуковик. Тысячу лет назад люди с его помощью одержали победу над этерианцами. Этот народ не могло взять ни одно оружие, но аромат этого безобидного, казалось бы, растения, очень плохо сказывается на чувствительном обонянии этерианцев».

Самодовольную речь торговки прервал суровый оклик Махрушина:

«Все это, конечно, очень познавательно. Но гораздо интереснее будет, если вы покажете вашу лицензию».

Едва завидев капитана, женщины поспешно скрылись среди рыночной толпы. Тетушка Мишо, которой сделать то же самое помешали солидные габариты, неловко улыбнулась. Она торопливо принялась пихать банку обратно в сумку и случайно уронила ее. Банка разбилась прямо возле ног Шумодан. Люди поморщились от отвратительного запаха, инопланетяне из соседних ларьков поспешили зажать носы, хоботы и другие органы обоняния. Сама торговка зашаталась и, поскользнувшись, рухнула прямиком в замусоренную воду фонтана. Огромная волна, поднятая грузным телом, обдала упавшую в обморок Шумодан. Прозрачная безликая вода в фонтане быстро окрасилась во все цвета растительных микстур и порошков…

***

Пассажирский аэробус неспешно продвигался над лесисто-болотистой местностью. Внешне он ничем не отличался от простого транспорта, на котором ученые время от времени наведывались в Неизведанные земли за образцами какого-нибудь редкого вида растений. Люди, находящиеся внутри аэробуса, тоже, на первый взгляд, ничем не отличались от членов рядовой научной экспедиции. Одетые в теплые рабочие комбинезоны с небольшими рюкзаками, они мирно расположились на широких сидениях в салоне. Из всей этой компании разительно выделялась разве что коренастая смуглая женщина, цвет лица которой менялся от мертвенно-белого до зеленоватого.

«О человеческий облик!» простонала Шумодан, «Почему не смею вернуть этерианский?»

«Ни в коем случае!» строго сказал Махрушин, «Не-человек сразу будет бросаться в глаза! Нам нельзя привлекать внимание».

Строгость капитана имела под собой множество веских причины, одной из которых был утренний инцидент, вполне способный пагубно обернуться для всей экспедиции. Не ровен час, и злополучная торговка могла случайно выведать то, что ей знать вовсе не полагалось.

«Боги, что за жизнь у этот человек, чтобы продавать такое!» простонала Шумодан, судорожно глотая из стакана, который ей поднесла Шура, «Запах этих растений просто душить».

«Не переживайте, госпожа посол», хмуро отозвался капитан, «Когда мы отыщем принцессу, я возьму это дело под личный контроль. Эти нелегалы уже обнаглели. Мало того, что им великодушно разрешают торговать, они без разрешения шныряют по Неизведанным землям, незаконно рвут растения и растаскивают заброшенные здания на запчасти».

«Ох, не стоит так!» замахала руками посол, «Всё моя вина, не их».

«Не от хорошей жизни они торгуют этими пахучими растениями», вмешалась Олеся, «Для многих из них рынок – единственный источник заработка».

Махрушин весело подмигнул Шуре и прошептал: «Ничего больше они не умеют».

Госпожа Шумодан укоризненно покачала головой. Капитан сделал вид, что не заметил. Олеся вздохнула и сложила руки на груди. Иногда приходилось смиряться с тем, что некоторые люди навешивают ярлыки на других и делят мир на черное и белое, не подозревая о существовании полутонов. Хорошо, хотя бы госпожа Шумодан думает совсем иначе.

Аэробус летел не слишком высоко над землей. В некоторых местах он продвигался вплотную к горам. Суровая природа и никаких признаков разумной жизни. Шура настроила бинокль и принялась разглядывать пейзаж внизу. Аэробус летел вдоль петляющего русла реки. Девушка разглядывала его с интересом, ведь настоящие природные потоки можно было увидеть только на Неизведанных землях, в Летиссе люди довольствовались только искусственными бассейнами и фонтанами. Секретарю было любопытно посмотреть, что же творилось в толщах природных вод Леты. Но сколько она не настраивала бинокль, проку это приносило мало – вода в реке была мутной и непроглядной, хоть глаз выколи. Да и туман вскоре заслонил вид.

«Понять не могу», желая сменить тему, сказала Шумодан, «Такие огромный земли. Неужели здесь вообще никто не жить?»

«За много столетий разумной жизни на Лете так и не обнаружили», пожала плечами Олеся.

«К тому же, здесь очень небезопасно», добавил Махрушин, «Лет сто назад тогдашний губернатор предпринял попытку построить на Неизведанных землях всякие предприятия, заводы, гидроэлектростанции. Водоемов-то здесь достаточно. Да вот беда – всё время происходили какие-то стихийные бедствия. То реки выходили из берегов и затапливали заводы, то на гидроэлектростанциях случались коллапсы. Люди погибали. Пришлось свернуть этот проект».

«Ужас! Так необитаемый и опасный», Шумодан с тоской посмотрела на пейзаж за окном, «Бедный принцесс Ная! Я надеяться, что негодный человек Фишер не слишком жесток с принцесс».

«Гм, госпожа Шумодан, разве принцесса сбежала с ним не по доброй воле?» удивилась Олеся.

«Понимаете, Олеся», посол достала платок и промокнула им пот со лба, «Я знать принцесс Ная еще ребенок. Она очень эмоциональный, трепетный и доверчивый. Пытается быть боевой и властный, но на самом деле… Помню, однажды наследник, самый младший из трех, втянуть наш любимый принцесс в авантюра. Вместе взять денег из казна на строительство высокотехнологический госпиталь… У принцесс был проект, а у наследник был один очень романтический увлечений. Этот увлечений должен был стать главный врач. Получил в свои руки все деньги на строительство. И сбежал! Наш король быть взбешенным. Наказание – неделя в холодный камер, один маленький окно – на Бездонный Бездна. Наш любимый принцесс взять вся вина на себя. А младший наследник пойти утешаться на бал-карнавал на другом полушарии планеты…».

На этом месте госпожа Шумодан осеклась и прикрыла глаза. Но не потому что она опять почувствовала приступ тошноты. Просто эти воспоминания доставляли ей искреннюю горесть. Взяв себя в руки, посол продолжила:

«Инженер Фишер может создать очень хороший о себе впечатление. Вначале. Потом видно – он груб, неотёсан и требовать от других подчиняться только себе. Сами посудить, Олеся, он заставляет наш любимый принцесс – хрупкое созданий! - жить в такой глуши».

С любопытством слушая разговор Олеси и Шудоман, Шура снова посмотрела в бинокль. Внизу по-прежнему петляла речка. Шура нахмурилась и, достав планшет, с которым она никогда не расставалась, принялась сверять карту местности. Судя по ней, они уже давным-давно должны были миновать петляющую речку, русло которой в какой-то момент сворачивало совсем в другую сторону от намеченного людьми маршрута. Неужели оборудование дало сбой, и они так отклонились от курса? В самом деле, не сама же речка вдруг решила последовать за аэробусом! Обязательно нужно сказать капитану. Неожиданно секретарю показалось, что в плотном тумане, который стелился вокруг гор, что-то мелькнуло. Не успела Шура сообщить об этом Махрушину, как весь аэробус сотрясло. Потом он медленно, но уверенно покосился. Несколько человек повалилось на пол. Шура вцепилась в кресло и беспомощно завизжала. Шумодан ухватилась за Олесю. Олеся нервно оглянулась на окно. По склонам гор опускался густой непроглядный туман. Аэробус упал и перевернулся. Свет внутри него погас.

…Некоторое время спустя пассажиры стояли на пустынной местности возле поверженного аэробуса. Его двигатель был неисправен. На корпусе виднелась свежая брешь от лазерного выстрела.

Посол ужасно нервничала.

«Когда мы смочь продолжить путь?»

«Надеюсь, скоро, госпожа посол», заверил ее капитан, «Похоже, кто-то из нелегалов решил, что мы тоже летим разворовывать заброшенные заводы, вот и устроил диверсию».

«Зачем нелегалам устраивать против нас диверсию?» возразила Олеся, «Мы же с ними не воюем».

«Довольно дурацких вопросов, Олеся Викторовна! Двигатель не мог испортиться сам по себе. Ты…вы против здравого смысла?»

«Нет, я против огульных обвинений», с независимым видом сказала дочь губернатора, «Откуда у них такие технологии, чтобы вывести из строя сверхсовременный двигатель?»

«Его необходим быстро чинить!» властно потребовала Шумодан, не дав капитану ответить, «Каждый секунд - ценен».

Олеся посмотрела на холмы, которые она увидела перед падением аэробуса. Туман исчез. Шумодан и Махрушин разговаривали и словно забыли про Олесю. Ей не оставалось ничего, кроме как тихонько фыркнуть и отправиться на поиски Шуры.

Губернаторского секретаря не было видно поблизости. Все были слишком заняты ремонтом аэробуса. Олеся забеспокоилась. Вокруг рос тысячелетний лес, где было множество болот и опасных водоемов.

Олеся обогнула место аварии и с облегчением убедилась, что ее опасения были напрасны. Шура, целая и невредимая, стояла на берегу маленькой быстрой речонки. В руках у нее был планшет с антенной. С ним секретарь не расставалась никогда.

«Шура, ты чего? Нельзя отходить от аэробуса слишком далеко».

Когда Олеся взглянула через плечо подруги, то обнаружила, что на экране планшета появляются и меняются изображения.

«Я пытаюсь определить, есть ли поблизости, кроме нас, еще кто-то живой и разумный», объяснила Шура, «Я вдруг заметила, что, чем ближе я подхожу к реке, тем сильнее сигнал. Но…это же абсурд какой-то».

С этими словами Шура зашла на железный мостик через речку – печальное напоминание о крупномасштабной кампании по строительству заводов на Неизведанных землях. За сто лет мостик, когда-то серебристо-блестящий, стал коричнево-рыжим. Очевидно, ржавчина оказалась настолько сильной, что вода, протекавшая под ним, тоже становилась оранжевой. Если бы подруги не были так увлечены показателями на планшете, они бы обратили внимание на то, как причудливо речная вода меняла цвет – непроницаемая, почти черная, достигнув моста, она внезапно меняла цвет. На ней появлялись завихрения с пузырями, которые лопались точно волдыри от ожогов.

«Вот это да!» присвистнула Олеся, глядя на экран планшета, «Надо срочно рассказать всем…»

Внезапно прямо над Олесиной головой пролетел лазерный луч. Со стороны аварийного аэробуса раздались звуки стрельбы. Аэробус окружали вооруженные неизвестные, полностью одетые в черное, даже лиц было не разглядеть за черными балаклавами.

Прежде чем подруги смогли предположить, кто такие нападавшие и откуда взялись, один из них заметил девушек. Обратившись в серый дым, он стремительно полетел в их сторону. Ему наперерез бросилось разноцветное облако. Через мгновение Шумодан и неизвестный ожесточенно дрались. Олеся рванулась на помощь послу, но в тот же миг Шура издала истошный крик. Вокруг нее поднялся серо-черный дым, внутри которого материализовалось несколько пар рук, потянувшихся к шее секретаря. Олеся выхватила из походной сумки маленькую банку и высыпала всё содержимое в обступивший Шуру туман. Раздался вой. Руки исчезли. Олеся схватила Шуру за руку и помчалась с ней по мосту.

Едва ноги беглецов успели коснуться другого берега, мост издал протяжный скрип и под вспышки лазеров погрузился в реку. Олеся оглянулась. Над рекой возникли три полупрозрачные фигуры и устремились вдогонку. Девушкам пришлось без раздумий углубиться в лесную чащу.

***

Как назло, бежать приходилось в гору. Кругом росли высокие кряжистые деревья, чьи корни торчали из земли повсюду. Почва была сырой и рыхлой, как будто недавно прошел дождь, от которого она не успела высохнуть. Ноги беглецов постоянно скользили по грязи и с гадким хлюпаньем проваливались в глубокие коричневые лужи. Ботинок Шуры застрял в мутной воде, и девушка неуклюже растянулась на мокрой земле. В ту же секунду над Шурой навис парообразный преследователь, чья полупрозрачная рука потянулась к худенькой шее жертвы. Вскрикнув, Шура метнулась в сторону. Ее рука угодила в другую лужу и крепко там завязла, отнимая у девушки последние скудные способности к сопротивлению.

Олеся торопливо отыскала в сумке вторую баночку. Резким движением она метнула звуковик в этерианца. Бесформенным облаком тело припало к земле и растворилось.

«С-спасибо…», промямлила Шура, «Откуда у тебя это?»

«Купила у тетушки Мишо», усмехнулась Олеся, «Пока вы приводили Шумодан в чувство, я подумала, что нам может пригодиться оружие против этерианцев. Между прочим, она сделала мне скидку, потому что я помогла выловить часть ее товаров из фонтана».

Олесе пришлось потратить некоторое время на высвобождение Шуриной руки – жижа на дне лужи сильно ее засосала. А в радостный момент, когда руку, наконец, удалось вызволить, обеих подруг, словно в издевку, щедро обрызгала холодная коричневая водица из лужи.

Поднявшись, девушки опасливо оглянулись. Они не увидели остальных преследователей. Должно быть, те сами заблудились в гуще девственного леса.

«Олеся, думаешь, это были приспешники генерала Ошшима?»

«Ну, учитывая, что они уже обстреляли корабль Шумодан… Знаешь, скорее всего, генерал Ошшим уже давно тайком рыщет по Неизведанным землям Леты…», размышляя вслух, Олеся нахмурилась и решительно добавила, «В любом случае, надо идти. Если останемся торчать здесь, мы рискуем снова попасться».

«Но куда нам идти?» в отчаянии спросила Шура.

Ее подруга промолчала, потому что не знала, что отвечать. Первое правило заблудившегося – не плутать, чтобы тебя могли найти. Другой вопрос, что первыми отыскать их могли вовсе не те, кто мог бы оказать им помощь. Не было иного выбора, кроме как двигаться дальше.

Лужи под ногами похлюпывали, издавая звуки, похожие на язвительные смешки, временами с листьев падали тяжелые холодные капли. Через час путницам начало казаться, что леденящая влага, которой был насквозь пропитан лесной воздух, проникла не только сквозь их одежду, но и сквозь кожу. По странному совпадению капли чаще попадали именно на их лица, уподобляясь пальцам слепого, который пытается ощупать лицо своего зрячего собеседника.

Постепенно среди листвы замаячило нечто, похожее произведение человеческих рук. Присмотревшись путницы поняли, что им не показалось. Среди деревьев просматривалось старинное здание. Оно было едва заметно из-за деревьев, растущих плотной стеной вокруг него. Ступеньки, ведущие ко входу, потрескались от проросшего сквозь них кустарника.

И хотя здание не выглядело слишком уютным, насквозь промокшие девушки обрадовались даже такой возможности спрятаться от осточертевшей лесной влаги.

Внутри царили сумерки. Слабенький свет пробивался из разбитых окон сверху. Кругом валялась покореженная арматура. Судя по всему, когда-то это был завод.

«Ты уверена, что спрятаться здесь – хорошая идея?» негромко спросила Шура.

«Это построили люди», отозвалась Олеся, взглядом охватывая помещение, «Религия ортодоксальных этерианцев, к которым принадлежит генерал Ошшим, призывает презирать всё человеческое и держаться от него подальше».

«Похоже, эта религия делает исключение для оружия и тех, кто его изобретает», буркнула секретарь.

Некоторое время они просто сидели и переводили дух. Потом Шура достала свой планшет. Во время потасовки она каким-то чудом успела запрятать его в мини-рюкзачок.

«Олеся!» воскликнула она.

В ответ Олеся сделала строгое лицо и приложила палец к губам.

«Олеся, смотри», уже тише сказала Шура.

На экране планшета вновь обозначилось, что поблизости находится кто-то разумный.

Девушки переглянулись. Оставленный более ста лет назад завод выглядел заброшенным и мертвым. Никаких признаков присутствия здесь разумных существ.

Внезапно над их головами что-то щелкнуло. Они вскочили. Дочь губернатора направила карманный фонарик на потолок. Лучик света устремился вверх и растворился, не достигнув высокого потолка. Шорох повторился где-то в стороне. Шура судорожно сглотнула и попыталась схватить Олесю за руку. Но той рядом не оказалось.

Стараясь быть бесшумной, Олеся стала медленно продвигаться по помещению. Ее сапог со звучным всплеском погрузился в воду. Олеся посветила фонариком. Слабый свет скользнул по водной поверхности. Бассейн на заводе?

Присмотревшись Олеся увидела, что у «бассейна» не видно дна. Скорее всего, на этом месте находилась лестница или подъемник, ведущий на нижние этажи, ныне затопленные. В первые моменты водная толща была абсолютно темной. Вода, заполонившая некогда шумные помещения, хранила их нынешний могильный покой. Олесе вспомнились истории про рабочих и инженеров, погибших сто лет назад во время неудачного освоения Неизведанных земель. Тел многих из них так и не нашли. Могут ли они до сих пор оставаться под толщей этой черной, непроглядной воды?.. Едва к Олесе в голову пришла эта мысль, в водной глубине что-то блеснуло. Девушка снова посвятила фонарем. Из глубины к поверхности приближалась тень с человеческими очертаниями…

Шура беспокойно наблюдала за Олесиными поисками. Внезапно руку секретаря что-то пощекотало. Она вздрогнула. Но это оказался паучок, ростом достигавший ей до пояса. У него было маленькое круглое тельце на шестерых тонюсеньких ножках. Восемь пар глаз внимательно взирали на Шуру. Вид паучка ничуть не напугал девушку, как раз наоборот - в школе она любила занятия с насекомыми в «живом уголке».

«У-ти, какой ты хорошенький!» улыбнулась Шура, пощекотав ему брюшко, «Ты откуда?»

Она ласково погладила существо по спинке. Паучок не сопротивлялся и даже потянулся к новой знакомой. Шура заметила, что вокруг головогруди паучка было что-то, похожее на ошейник. Это действительно оказался ошейник. Крепкий, украшенный красивыми бусинами. Прежде чем она успела поразмыслить, кому вдруг вздумалось надевать ошейник на членистоногого, паучок вновь ткнулся головой о ее запястье. Но не в поисках ласки. Часы, еще секунду назад, плотно сжимавшие запястье своей владелицы, исчезли. А милый членистоногий уже семенил наутек.

«А ну назад, бессовестный воришка!»

И тут над сводами старинного завода раздался шум. Шура обернулась и увидела, как двое неведомых существ нападают на Олесю. Издали их можно было принять за людей, если бы люди ходили на четвереньках и у них были серые пупырчатые тела и широкие рты с высунутыми наружу длинными извивающимися языками.

Они выпрыгнули из мутной воды с такой скоростью и так неожиданно, что дочь губернатора потеряла равновесие, как будто ее сбила гигантская волна. Схватив жертву за волосы, один из монстров принялся затаскивать ее в воду. Идеальный способ утопить человека.

Шура замерла. Надо было что-то делать, но что? Кто-то подкрался к ней сзади. Шура взвизгнула. Но крепкая рука властно закрыла ей рот.

«Молчи! И стой тут тихо. Я разберусь».

В ту же секунду человек невысокого роста очутился возле нападавших и их жертвы. Удар длинного жезла, и чудище, топившее Олесю, погрузилось в воду, оставляя на ее поверхности оранжевые разводы. Дочь губернатора, высунув голову, принялась судорожно глотать воздух. Второй монстр раскинул перепончатые лапы и, встав на задние ноги, направился к нежданному противнику. Невысокий человек не растерялся и ловко размахнулся своим жезлом. Вдруг из кончика жезла ударил разряд тока. Монстр издал громкий, почти человеческий вопль. Все древнее здание завода сотряслось. Отовсюду, из всей щелей и проходов вылезали страшные существа с длинными языками. Все они с сумасшедшей прытью устремились к обидчику. Пару мгновений человек колебался и, наконец, словно решившись, поднял вверх руку в красной перчатке. Дальше произошло нечто странное. Красная перчатка вспыхнула белым светом, который моментально озарил всё помещение. Тела атакующих чудовищ скукожились и свалились на пол. Одни обратились в оранжевые лужицы, другие – остались лежать неподвижно.

Кашляя, Олеся выбралась из «бассейна». Спаситель ухватил ее за плечи и рывком поставил на ноги. Его лицо было полностью скрыто забралом шлема, если не считать пары карих глаз, внимательно оглядывавших губернаторскую дочь. В наставшей тишине было слышно, как на запястье красной перчатки негромко пищит датчик.

«Олеся! Олеся! Ты как?!»

Голос Шуры срывался на визг, когда она подбежала к подруге. Олеся еще не опомнилась от случившегося и лишь переводила шокированный взгляд с Шуры на своего спасителя. Он между тем ловким движением сложил боевой жезл несколько раз пополам и аккуратно убрал его в карман. Перчатка на его руке перестала сверкать и, не будь они свидетельницами того, что случилось несколько мгновений назад, решили бы, что это самая обыкновенная рабочая перчатка. Затем незнакомец мягко обратился к Олесе:

«Да, здорово смучи тебя потрепали. Надо быть осторожнее. Поранит тебя такая зверюга своим длинным язычком – без противоядия превратишься в недееспособный овощ».

Голос из-за забрала звучал глухо. Слышался странный акцент. Незнакомец снял шлем. Черные кудрявые волосы рассыпались по плечам и частично закрыли смуглое лицо. Это оказалась девушка.

Глава 3. Хозяйка паука

«Кто вы?» промямлила Шура, неловко обнимая дрожащую от холода Олесю.

«Тот же самый вопрос могу задать я», невозмутимо ответила девушка, взглядом изучая незадачливую парочку, «С какой вдруг стати двум девчонкам лезть на заброшенный завод в Неизведанных землях?»

И Шура, и Олеся все еще находились в состоянии шока. Заметив это, незнакомка, видимо, прониклась сочувствием.

«В любом случае это не лучшее место для милой беседы. За мной, девчонки».

Властным жестом она приказала им следовать за собой.

Как только они вышли наружу, их спасительница первым делом направилась к зарослям кустарника, где оказалась спрятана тачка, нагруженная металлическими запчастями. Осмотревшись по сторонам, кучерявая девушка поднесла к губам два пальца и громко свистнула. В ответ на это из соседних зарослей выскочил уже знакомый Шуре паук в ошейнике.

«Эй, этот паук только что меня ограбил!» с искренним негодованием воскликнула Шура.

Паук деловито засеменил мимо обворованного им секретаря. Его хозяйка недоуменно вздернула бровь. Ее полные губы растянулись в задорной улыбке, и она рассмеялась.

«Чего смешного?» недовольно буркнула Шура, «Мне эти часы папа на день рождения подарил".

«У, Иштар!» девушка погрозила пауку пальцем, «Заниматься грабежом очень нехорошо! Не к лицу порядочным паучихам. Отдай!»

Паучиха по имени Иштар покорно выплюнула на ладонь хозяйки злополучные часы. Небрежно стряхнув с них паучью слюну, та протянула их законной владелице.

«Не дуйся!» весело посоветовала Шуре хозяйка паучихи, «Эти пауки падкие до всего металлического. К тому же, если она подошла к тебе настолько близко, значит, ты ей понравилась. У меня она тоже при первом знакомстве стянула портсигар».

«А потом вернула?» поинтересовалась Олеся.

«Да. Только не мне, а моему молодому человеку», беззаботно пожала плечами девушка, «А он мне – не вернул. Правильно сделал – я, наконец, смогла бросить курить».

Между тем, Иштар оплела тачку паутиной и привычным движением поволокла вперед. Судя по всему, она делала это не в первый раз. Паучиха повезла тележку по направлению к замшелому камню, который торчал из небольшого водоема с мутной водицей.

«Знаете», продолжала их новая знакомая, «Я тут прикинула и решила, что нечего вам здесь бродить. А то, чего доброго, станете ужином еще для какого-нибудь представителя местной фауны. Лучше полетели со мной, а там подумаем, как дальше».

Шура открыла рот, чтобы что-то возразить, но Олеся поспешно толкнула ее в бок. Их новая знакомая не смотрела на них в этот момент. Она отвернулась и, вынув из кармана какое-то устройство с дисплеем, набрала на нем комбинацию из нескольких кнопок. Внезапно замшелый камень дернулся и издал механический звук. Это оказался замаскированный болотоход – транспортное средство, внешне напоминающего паука на длинных ногах. Выйдя из воды, он опустился к самой земле, его грузовое отделение раскрылось. Именно туда Иштар поволокла тачку с металлическими деталями.

«Ого!» вырвалось у Олеси, «Таких уже лет сто пятьдесят как не производят».

«Я нашла его на древней свалке и восстановила», объяснила незнакомка, открывая дверь в салон болотохода, «Кое-что усовершенствовала, а в остальном это – идеальный транспорт, чтобы быстро перемещаться по местным болотам».

В просторном салоне подруги примостились на заднем сидении, а смуглая девушка устроилась в кресле водителя.

«Меня, кстати, Марика зовут», представилась она.

«Я – Шура», отозвалась секретарь, «А это Олеся».

«Олеся….», повторила Марика, поворачивая зеркало заднего видения так, чтобы видеть бледное лицо губернаторской дочки, «Нехорошо ты так плюхнулась в эту воду, там же всякие древние микробы… Что вас вообще занесло в эти земли?»

«Мы участники экспедиции…», начала Шура, но осеклась, потому что Олеся довольно больно пнула ее ногой по лодыжке.

«Мы – студенты с Адониса», выпалила Олеся, «Прилетели на Лету изучать местные флору и фауну».

«Вот как?» удивленно переспросила Марика, в то время как Шура потирала лодыжку и обиженно взирала на Олесю, «Тогда вам крупно повезло, что вы встретили меня…», внезапно ее голос повеселел, «Хех, адонисские люди порой такие чудные! Неужели ваши тамошние профессора не понимают, что отправлять двух человеческих девчонок прямиком в зубы летянским чудовищам – не лучшая идея?».

Шура почувствовала, как что-то крупное и волосатое потерлось об ее ушибленную лодыжку. Это была Иштар, выползшая из-под сидения. Затем, ловко вспрыгнув на него, паучиха как ни в чем не бывало устроилась между двумя пассажирками. Болотоход мерно двигался вперед, унося девушек все дальше от места крушения аэробуса. Осознав это, Шура опять открыла рот и вновь получила пинок от Олеси.

«С ума сошла, что ли?» раздраженно прошептала Шура, «Какая еще фауна? Почему не сказать правду? А вдруг Марика – это та, которую мы ищем?»

«Шур, ты глупая совсем или претворяешься?!» закатив глаза, тоже шепотом сказала Олеся, «Если это не принцесса Ная, то и незачем нам раскрываться. А если она, то сама посуди, они с этим инженером не просто так скрываются…»

«Чего вы там шушукаетесь? Больше двух – говорят вслух!»

«Да тут Шура просто переживает, что ничего у нас с экспедицией не выйдет», отозвалась Олеся, «Вон, смучи только что чуть не съели».

Из окошка было видно, что болотистая местность закончилась, и их транспорт шел вдоль обрыва, за пределами которого начинались скалы.

«Ну, по поводу смучей можете сейчас успокоиться», сказала Марика, «Они не вездесущи, водятся только на болотах и в заброшенных местах. Как говорит мой парень, они, как падальщики, сбегаются к умершей воде».

«Умершей?» переспросила Шура.

«Да, он у меня любит красивые слова», при воспоминании о возлюбленном Марика мечтательно улыбнулась, «На самом деле, смучей привлекают местности с застойной водой – болота, например. Или, вот, этот завод. Люди построили его в этом месте из-за озера, откуда можно было качать воду для производства. Но дело не пошло, озеро стало превращаться в болото, находиться здесь стало опасно. Еще и среди рабочих поползли слухи, что смучи – это души утонувших людей… Бред, конечно, но долго завод не продержался».

Перед внутренним взором Олеси вновь предстали пупырчатые тела монстров. После столкновения с ними, истории про души утопленников не показались ей такой уж суеверной ерундой. Впрочем, эти мысли она благоразумно решила оставить при себе, а вслух сказала:

«Наверное, Марика, вы здесь очень давно живете, если знаете такие детали».

«Нет, Олеся, я живу здесь не так, чтобы очень давно», добродушно возразила Марика, «Я родилась и выросла совсем на другой планете».

«А почему решили жить здесь…вдали от людей?» осторожно поинтересовалась Олеся.

«Понимаешь», Марика явно подбирала слова, «Я и мой парень… инженеры-конструкторы. А здесь очень тихо и спокойно. Никто не мешает работать».

В этот момент панель управления болотохода замигала. Из старого динамика раздался громкий и неприятный голос:

«Марика! Марика! Ты где?!»

«А, привет!» приветливо поздоровалась Марика с невидимым собеседником, «Я тут собирала запчасти на древнем заводе…»

«Сейчас же возвращайся!» голос звучал раздраженно, его обладатель был явно не в духе.

«Да, буду где-то через час».

«Что?! Сию минуту!!!»

«Но…»

«Сию минуту!!!»

Голос замолчал. Похоже, невидимый злюка сам оборвал связь.

Олеся и Шура растерянно притихли. Марика смущенно покосилась на своих пассажирок. Судя по всему, она чувствовала неловкость от того, что им пришлось услышать это. Предупреждая неудобные вопросы, Марика первая прервала молчание:

«Я надеюсь, вы пристегнулись? Если нет, сделайте это немедленно. Сейчас мы немного попрыгаем».

С этими словами она развернула болотоход прямо к обрыву.

«Марика, вы же не собираетесь?...» не на шутку испугалась Шура.

«Собираюсь, Шура. Это самый короткий путь».

Марика дернула какой-то рычаг, и транспорт полетел вниз. Там, далеко внизу шумела бурная горная река. Болотоход на всей скорости несся прямо к ней. Пассажирок вдавило в сидение с такой силой, что они не могли дышать. Бурные воды были совсем близко, лобовое стекло обдало брызгами, которые, казалось, нарочно взметнулись вверх, чтобы приблизить момент столкновения. И вдруг водительница болотохода дернула штурвал, и старинный транспорт, сделав мертвую петлю, быстро полетел прямо над рекой.

«Ю-ху!»

Возглас Марики звучал радостно и беззаботно. Подобные виражи она проделывала явно не раз. Впереди замаячили две скалы. Пилот развернул свой транспорт на сто восемьдесят градусов и ловко проскочил между ними. Почувствовав прилив адреналина, Олеся восторженно завизжала. Услышав это, Марика захохотала. Ей было приятно ощущать присутствие человека, которому экстремальный полет тоже был по душе.

Шура вжалась в сидение и прижала к себе Иштар.

«Р-разве болотоходы так могли?» пискнула она, судорожно припоминая школьные уроки по истории техники.

«Нет. Но я же говорила, что усовершенствовала его», отозвалась Марика и повернула штурвал, входя в очередной вираж. Через мгновение они пролетал сквозь водопад, который совершенно неожиданно появился из-за скалы. Темные непроглядные водные потоки обступили летучий болотоход со всех сторон, напоминая собой огромную длань, чей незрячий обладатель захотел потрогать незнакомый предмет. Но вот они уже оставили скалы позади.

Вскоре болотоход достиг древней плотины, вдоль которой располагалась старинная гидроэлектростанция. Видно было, что в своё время ее строили с размахом. Издали она выглядела как бетонный дворец с портиками, между колонн которых проглядывались фонтаны. Виднелись водосбросы – конструкции, напоминавшие огромные водосточные желоба. Только вода по ним не текла.

Болотоход мягко опустился на площадку, обнесенную перилами, за которыми виднелись желоба водосбросов. Олеся первая выпрыгнула наружу и с восхищением осмотрела прекрасный пейзаж, открывающийся с гидроэлектростанции. Два покатых берега, один из которых был скалистый, а другой – поросший лесом. Вдали в тумане виднелись высокие скалы. Единственным неприятным моментом был холодный ветер. А одежда Олеси высохла еще не полностью. Девушка перевела взгляд на водосбросы и поняла, почему они не работали. Своими верхними концами они упирались в ворота, встроенные прямо в тело плотины. Кажется, такие ворота назывались затворы. Они были плотно закрыты.

Тем временем, Марика, помогала выбраться позеленевшей Шуре.

«Что ж, девчонки! Это река Дильбат. Так ее окрестили жившие здесь некогда люди. Добро пожаловать на ГЭС, мое временное пристанище. Чувствуйте себя как дома».

У Олеси была куча вопросов. Но прежде чем она успела выбрать, с какого начать, воздух сотряс раздраженный голос:

«Марика, ты опять поздно!»

По площадке навстречу им направлялся очень бледный молодой человек. Его брови были грозно сдвинуты, а руки сжаты в кулаки.

Глава 4. Заброшенная ГЭС

Первое мгновение Марика выглядела растеряно. Затем заискивающе улыбнулась молодому человеку.

«Энли, ну ты не сердись! Я же по делу. Знаешь, на заброшенном заводе столько всего полезного…»

«Марика, ни слова больше!» рявкнул Энли, «Твоя безответственность уже переходит все границы!»

«Энли…», пролепетала Марика.

Молодой человек подошел вплотную к ней. Будучи выше на целую голову, он буквально навис над девушкой. Ветер путал его светлые, немного длинноватые волосы. Несмотря на бледную кожу и впалые щеки, Энли был крепким с виду. Его даже можно было бы назвать привлекательным, если бы не живот, оттягивающий белоснежную рубашку.

«Почему ты позволяешь себе уходить из дома так надолго? К твоему сведению, у людей так не принято, чтобы женщина пренебрегала волей мужа!...»

Болотоход стоял таким образом, что Энли не видел незваных гостей. А вот они - видели его прекрасно, и Олеся не могла сказать, что зрелище ей нравилось. Властный, командирский тон, которым молодой человек разговаривал с девушкой, раздражал. Кроме того, почему Энли называл себя мужем, если для самой Марики он был просто ее парнем? Дочка губернатора сочла своим долгом вмешаться.

«Простите!»

Энли молниеносно повернул голову на звук постороннего голоса. На его бледном лице проступил гневный румянец.

«Простите, мы…», стараясь говорить невозмутимо и дипломатично, начала Олеся.

«МАРИКА!» вскрикнул Энли, толком не удостоив пришелицу взглядом, «Ты что, привела посторонних?! Кто тебе позволил?!»

«Энли», мягко сказала Марика, «Я всё объясню. Им была нужна помощь…»

«Марика спасла нам жизнь», поддержала ее Олеся.

«Мы же с тобой договорились, что чужакам не место на нашей ГЭС!...» теперь голос Энли звучал раздраженнее прежнего. Он поднял кулаки и угрожающе посмотрел на Марику. К Олесиному ужасу та даже не пыталась защититься.

Шура никак не участвовала в происходящем. Она даже не слышала агрессивного голоса за своей спиной. Ее лицо сохраняло зеленоватый оттенок. Неровной походкой Шура подошла к перилам и перегнулась через них. Она громко закашляла, а потом ее тело содрогнулось.

Энли резко замолк. Несмотря на шум работающего двигателя болотохода, он всё услышал…

Когда ее желудок был окончательно опустошен, Шура страдальчески уставилась на Дильбат. Вид речной воды показался ей отвратительным, похожим на какой-то серый расплавленный металл, сквозь который нельзя было ничего разглядеть. Точно такого же цвета было тело этерианца, который час назад едва не убил ее. А ведь еще сегодня утром любящая мама кормила ее горячим завтраком. Сейчас они с Олесей неведомо где, неведомо с кем, далеко от людей.

Шура судорожно заморгала, и слезы забрызгали линзы ее очков. Крепкие сильные руки плавно легли на ее плечи. Она неуклюже обернулась.

«Ну, спокойно», ласково произнес Энли, протягивая Шуре бумажный платок, «Со всяким случается, не переживай. Не надо плакать перед этой водой. Она, конечно, не увидит. Но эмоции почует. Не стоить ее тревожить».

«Да…я…», шмыгнула Шура, протирая очки платком.

«Марика так лихачит на своем болотоходе, что даже я не всегда рискую с ней кататься», продолжал успокаивать ее Энли.

«А…А вы кто?»

«Давай сейчас отойдем подальше от перил, хорошо?»

Сказав это, он мягко, но властно отвел Шуру подальше. В эту секунду затвор наверху открылся и по водосбросу мощным потоком устремилась вода. Сильная водная струя плеснула через перила и едва не сбила очки с носа Шуры. Девушка едва успела подхватить их.

«Утром и днем, ровно в пять затвор на плотине открывается, и воды Дильбат проходят через турбины ГЭС», пояснил Энли, протягивая Шуре сразу несколько бумажных платков, чтобы она могла протереть очки, «Своеобразная река, с характером».

«С характером?» удивилась секретарь, поправляя очки.

«Я бы сказал, да. Посуди сама, от большинства человеческих построек за сто лет ничего не осталось. А эта ГЭС стоит себе спокойно, как будто, сама река не против».

Романтический бред про реку плохо сочетался с его недавним агрессивным поведением. Олеся заметила, как во время речи Энли Марика с тоской посмотрела на остальные водосбросы, по которым вода так и не потекла.

А Шура после всего пережитого была очень рада видеть перед собой приятного молодого человека, ободряюще улыбающегося ей.

«Зови меня Энли», представился он, «Я… ну, можно сказать, работаю инженером на этой ГЭС. А Марика мне помогает. Здесь тебе нечего бояться».

«Не знаю», неуверенно пробормотала Шура, «Это всё-таки Неизведанные земли. На нас уже нападали смучи…»

Слова девушки, казалось, шокировали Энли.

«Кошмар какой! Вам крупно повезло, что вы встретили Марику. У двух хрупких девушек нет никаких шансов против этих существ».

«Хрупких?» шепотом переспросила Олеся, вспоминая часы, проведенный в спортзале, «Ну-ну…»

«Это я и пыталась тебе сказать, Энли», заметила Марика, «Я не могла бросить девчонок совсем одних. Надеюсь, ты больше не сердишься?»

Последнее она произнесла с мягкой укоризной, показывая своему «мужу», что ему не стоило так себя вести. Он, впрочем, не обратил на это никакого внимания. Его раздражение прошло без следа. Напротив, он стал необычайно вежлив и обходителен.

***

Внутри ГЭС действительно сохранилась очень хорошо. Все оборудование работало исправно, включая автоматические двери. Правда, стекла в машинном отделении на нижнем этаже разбились вдребезги, но виной этому могли быть летающие существа, которые в ночное время сновали над рекой. Что касается прочих помещений – некоторые из них Энли и Марика успели переоборудовать на свой вкус. Так случилось с кухней, большую часть стены которой занимал аквариум, свет от которого заливал всю кухню. Иштар беззаботно ползала по вертикальной поверхности и дразнила плавающих внутри существ.

Механизм, похожий на стрекозу, подлетел к Шуре, неся у себя на спине два стакана с чем-то дымящимся.

«Этот пунш прекрасно согревает», сказал Энли и с гордостью добавил, «Сделано по моему семейному рецепту».

Шура немного отпила из стакана. У красной пузыристой жидкости был приятный кисло-сладкий привкус. Олеся в свою очередь понюхала содержимое своего стакана. Запах ей не понравился, напомнил какое-то знакомое лекарство, название и предназначение которого дочке губернатора пока не удавалось вспомнить.

Весь вид Энли излучал радушие и доброжелательность. К ужину он переоделся в плотный вязаный свитер, который неплохо скрывал полноту своего обладателя.

«Значит, нелегальные инопланетяне напали на вашу экспедицию и сломали ваш аэробус?» уточнил Энли в продолжение застольного разговора.

Шура утвердительно кивнула. Олеся небрежно пожала плечами.

«Точно мы не знаем, кто это был. Всегда действует презумпция невиновности».

«А что, есть другие подозреваемые?» поинтересовалась Марика.

«Олеся считает…» начала Шура, но пинок под столом заставил ее стихнуть.

«На самом деле, эти нелегалы, действительно, не такие уж плохие ребята», заметила Марика, «Помню, не так давно, еще до того, как поселиться на этой ГЭС, мы с Энли жили по соседству с ними. Они очень помогли мне с поиском одной очень важной детали для болотохода».

«Ах, Марика, о чем ты?» перебил Энли, «Следует быть поосторожнее с ними. Эти твои помощнички устроили производство прямо на берегу реки и сбрасывали туда всякую гадость».

Сказав это, инженер поджал губы и высокомерно воззрился на свою помощницу.

«Энли, брось!» добродушно отозвалась Марика, «У них не было злых намерений. А то, что произошло после этого, не их вина».

«Я бы так не сказал. Мы едва ноги унесли!»

«А что там произошло?» с любопытством спросила Шура.

«Долгая история», ответила Марика, «В общих чертах – дело было так. Мы с Энли в очередной раз меняли укрыти…»

Марика осеклась, потому что Энли поглядел на нее очень сурово. Девушка откашлялась и виновато опустила глаза. А инженер перехватил инициативу.

«В смысле Марика хотела сказать, что мы искали новое место для нашей работы. Нашли один заброшенный дом, который подошел идеально. Тоже с рекой неподалеку. Но не как на Дильбат. Она была уже и с очень мощным течением. На рассвете ее вода сверкала», при воспоминании о реке голос Энли стал мягким, задумчивым, «К сожалению, не всем дано ценить прекрасное… Группа нелегалов, которых Марика величает “неплохими ребятами”, стали выливать в ее воды всякие отходы. Вам бы понравилось бы, если бы кто-то пришел к вам в гости и начал бы отравлять вас? Вот и реке не понравилось. Однажды посреди ночи она вышла из своих берегов и затопила всё вокруг. В том числе наш дом… Правильно, ведь у воды нет глаз. Она не могла видеть, кто именно позволил себе варварски с ней обращаться».

«Энли, это был несчастный случай», возразила Марика.

Несмотря на более чем мягкий тон девушки, ее слова здорово рассердили инженера. Он будто вспомнил подзабытую обиду. Уперев руки о стол, он приподнялся:

«Вот как?! Несчастный случай! Если бы эти дикари вели себя поуважительнее с местной природой, возможно, ничего бы не было. И ты была хороша, Марика! Ходила к ним, советы давала…»

«Энли», испуганная Марика попыталась успокоить Энли, взяв его за руку, «Умоляю, не надо нервничать».

Но всё тщетно. Нездоровый румянец выступил на щеках Энли.

«И я тоже хорош! Позволял тебе уходить…»

«Энли, успокойся!»

«И в ту злополучную ночь ты помчалась на их завод. Они не стоили того, чтобы спасать их!...»

Олеся больше не могла этого терпеть. Еще немного и инженер, чего доброго, ударит помощницу.

«Вообще-то», громко начала дочка губернатора, «В разливах рек нет ничего экстраординарного. На Лете это происходит всё время. Природа – вещь очень непредсказуемая. Поэтому люди бросили Неизведанные земли. А вот нелегалы часто гибнут из-за катаклизмов».

Ее голос заставил Энли вспомнить, что они с Марикой не одни на этой кухне. Он мгновенно замолчал и посмотрел Олесе в глаза. Она выдержала его взгляд.

«Вы спасали их, Марика?» спросила Шура.

«Ну-у», протянула та, небрежно откидывая кучерявые пряди со лба, «Они тоже были ребята не промах. Впрочем, я с моим болотоходом действительно немного им подсобила. Особенно, когда они от наводнения забрались на крышу».

«Вы настоящий герой, Марика!» с искренним восхищением воскликнула Олеся.

Марика отмахнулась. Впрочем, похоже, была польщена. Ее возлюбленный, судя по всему, не баловал ее подобными комплиментами.

Между тем, Энли все-таки взял себя в руки. Восхищение обеих девушек храбрым поступком Марики заставило его несколько изменить собственный тон.

«Это святая правда», негромко сказал он, «Герой – и еще какой. Вот только иногда очень безрассудный».

Услышав это, Марика повернулась к нему. Ее глаза загорелись любовью и нежностью.

«В любом случае – утро вечера мудренее», заметила она, «Олеся, Шура, сейчас вам надо отдохнуть. Я покажу вам комнату, где вы переночуете».

***

Комната была вся заставлена шкафами и тумбочками, на которых беспорядочно стояли и лежали книги, старые подшивки от журналов и запчасти от неведомых механизмов. Очевидно, Марика и Энли использовали ее как импровизированную мастерскую.

Зато здесь находились два старых дивана, где девушкам предстояло провести ночь. Удобно расположившись на одном из них, Шура работала с планшетом. Олеся рассматривала книги на полках. Некоторые из них были на неизвестных ей языках. В основном - по технике и механике. Но было несколько томов с советами по семейной психологии, выпущенные лет тысячу назад. Целый шкаф занимали толстые сочинения по медицине и физиологии. Дочка губернатора полистала одно из них. Уголки двух страниц были загнуты. На одной была схема внутреннего строения человека, на другой – картинка, изображающего плод в утробе матери.

Мысли Олеси прервал Шурин возглас:

«Ага!»

«Что, Шура, сеть ловит?»

«Как сказать…. Сигнал очень слабый. Я отправила сообщение, но его получат не раньше завтрашнего вечера».

«Да. Плохо», пробормотала Олеся.

«Почему, Олеся?» с искренним недоумением Шура оторвалась от созерцания экрана и уставилась на подругу, «Думаешь, с нами за это время может случиться что-то плохое?»

«Не с нами».

Олеся со стуком поставила книгу обратно.

«Ты видела, как этот инженер обращается с Марикой?»

Шура пожала плечами. Удивляясь такой непроницательности, Олеся зашагала по комнате.

«Не успели мы прилететь, он тут же набросился на нее с претензиями, как будто она ему прислуга….»

«Правда? Я этого не слышала….», честно призналась Шура.

«А почему он называет ее “женой”? Она сама сказала, что он просто ее парень».

«Ну мало ли…»

«И она дико боится прогневить его», остановившись возле старого облезлого секретера, Олеся бесцельно открывала и закрывала ящички на нем, «Мне это не нравится».

«Эм…Ну… Олесь, а что, если…Марика просто очень любит его? Вот поэтому и не перечит. Просто, чтобы не расстроить его….»

Олеся грустно покачала головой.

«Когда тебе не позволено не согласиться, это не любовь…»

Она слишком резко открыла ящичек. Он вылетел из ниши. Что-то маленькое металлическое покатилось по полу. Вскочив с дивана, Шура подняла предмет. Это оказалась брошь. На ней было вырезано существо с челюстями, как у паука, и крыльями бабочки. По краям она была украшена маленькими светящимися бусинами.

«Олеся», прошептала Шура, «Какая красивая брошка…»

Частично бусины скрывали надпись. Прочесть можно только: «…ль Ная из царской дина…». Впитав тепло Шуриной ладони, украшение засияло и зависло в воздухе.

«Это вещь принцессы Наи», тоже шепотом заключила Олеся.

Подруги переглянулись. Последние сомнения в том, что они отыскали наследную принцессу Этеры, растаяли. Точнее – принцесса сама нашла их.

Они аккуратно положили украшение назад. Через некоторое время они услышали, как, охладившись, он со звоном упал на дно ящичка…

Спустя примерно час Олеся всё еще ворочалась не в силах заснуть. Шура мирно сопела. Варево по семейному рецепту инженера Фишера на нее прекрасно подействовало.

Олеся встала и снова подошла к секретеру. В этот момент она услышала звуки голосов из-за двери. Она прислушалась, но их обладатели находились не так уж и близко от комнаты девушек. Олеся осторожно вышла из комнаты. В образовавшуюся дверную щель проскользнула Иштар. Ловко перебирая лапками, паучиха забралась на одеяло к мирно спящей Шуре. Не просыпаясь, секретарша обняла пушистое тельце.

Их с Шурой комната располагалось на верхнем уровне ГЭС. Совсем рядом размещалась подсобка, где Марика хранила инструменты, в том числе – запасные боевые жезлы. Дальше, вниз вела круговая лестница. Там располагался пункт управления ГЭС, где днем они с Шурой видели лабораторный стол и раскладушку. Марика объяснила, что здесь оборудован импровизированный медпункт. Еще оттуда с помощью старых мониторов можно было наблюдать, что происходит в других помещениях ГЭС.

Именно в пункте управления сейчас находились инженер и его помощница. Встав совсем рядом с лестничными перилами можно было подслушать их, не опасаясь быть замеченной.

«Энли, как ты мог?! Как можно было за два дня израсходовать весь наш запас корня болотистой мятницы?!»

Марика говорила непривычно раздраженно, даже с некоторым надрывом. Речь явно шла о чем-то важном, напрямую зависевшим от этого лекарственного растения.

«Дай-ка вспомнить….» инженер разговаривал, напротив, демонстративно спокойно, «Гм. Последнее я потратил на отвар для наших гостей, чтобы они получше уснули… Еще я сделал ароматизатор для ванной комнаты…»

«Лекарственное растение – для ароматизатора?!»

«Именно! А чем еще прикажешь его заполнять? В ванной стоял такой ужасный запах, а исправлять проблему с вентиляцией никто не хотел».

«Энли, я же…»

«…И позавчера весь день сливал дождь, я сидел в четырех стенах и пил капучино с печеньем. Ты прекрасно знаешь, Марика, что я не могу без капучино и печенья, особенно когда идет дождь…»

«Да сколько же капучино можно выпить за один день?!»

«Достаточно. Тем более, ты в тот день пропадала неведомо где».

«Ты прекрасно знаешь, что я ремонтировала вентиляционную систему. Ты, между прочим, сам только что жаловался, что ее, дескать, никто не чинит. Тьфу, если бы ты так не упирался, я бы увеличила мощность добычи электроэнергии. Этой – едва хватает. Да и печеньицем я бы на твоем месте не увлекалась».

Стоило Марике произнести это, вся напускная невозмутимость Энли исчезла. Его голос зазвенел от злости:

«Ты смеешь упрекать меня, Марика?! Да как ты?!....»

«Энли…» слышно было, что девушка не на шутку перепугалась.

«Эта женщина еще и попрекает меня! И это после всего того, на что я пошел ради нее! Энергии ей, видите ли, мало! Прямо как тем нелегальным инопланетянам…»

Раздался звон разбиваемого стекла. Затем стало тихо. Нехорошие подозрения закрались к Олесе. Пока дочка губернатора раздумывала, стоит ли ей вмешиваться или нет, молчание прервал робкий голос Марики:

«Пожалуйста, не надо так переживать. Ты девушек разбудишь».

Энли ответил не сразу. Похоже, боролся с захлестнувшей его злобой.

«Ты сама виновата. Устроила скандал из-за этого корня. Завтра наберем нового».

Корень болотистой мятницы… Это его запах исходил от отвара. Олеся вспомнила, для чего он предназначался. Много лет назад ее мама регулярно пила лекарство на его основе.

«Но я просто…»

«И я никогда не позволю увеличивать мощность, Марика. Никогда. Пусть всё остается, как есть».

«Конечно, конечно, родной».

Очень осторожно, чтобы ненароком не издать ненужных звуков, Олеся перегнулась через перила. Марика стояла, опустив голову, и дрожала. В руках она что-то судорожно мяла.

«Энли, я подумала, может, есть смысл перебраться поближе к людям?»

«Мы уже говорили об этом, Марика. Не для того мы бежали с Этеры и скрывались всё это время. Я и запрятаться в эту глушь решил, чтобы никто не мог нас отыскать. Даже местные нелегальные мигранты не в курсе, что мы прячемся на ГЭС».

«Рано или поздно нам всё равно придется искать новое место», жалобно возразила Марика, «Но дело не в этом. Многое изменилось с тех пор, как мы сбежали с Этеры… Мне очень страшно за всех нас, Энли».

Энли усмехнулся и ласково провел рукой по волосам Марики. Затем нежно обнял ее за талию. Девушка доверчиво прильнула к нему. В руке она сжимала насквозь окровавленный платок.

«Не стоит бояться, любимая. Доверься мне. Я знаю, что делаю. Я позабочусь о нас всех. Девушки ничего не узнают» …

…. Посреди ночи Шура проснулась. Виной всему Олеся, чересчур звучно хлопнувшая дверью, а потом с каким-то остервенением пнувшая подушку на отведенном ей диване. Шура рассеянно погладила пушистую спинку Иштар и вновь задремала. Из открытого окна ей послышались голоса, осторожные и мягкие. Они перешептывались на незнакомом языке, вздыхали и напевали. Их звук убаюкивал. Когда она уже погружалась в глубины сна, ей показалось, что среди них она слышит голос инженера Энли. На следующее утро Шура поняла, что ей всё приснилось – окно выходило прямо на Дильбат.

Глава 5. Прямиком в паучьи сети

Выспавшаяся Шура чувствовала себя великолепно. Ее смятения и страха как ни бывало. За завтраком она с любопытством разглядывала диковинных тварей в аквариуме.

«Шура, сейчас Иштар съест весь твой завтрак», весело окликнул ее Энли, отгоняя паучиху от Шуриной тарелки.

«Какие у вас тут интересные существа в аквариуме!» с восторгом сказала девушка, «Я даже названий их всех не знаю, хотя по зоологии у меня всегда была пятерка».

«Поверь, здесь много диковин, о которых ты не прочтешь ни в одной книге», согласился инженер и взял печенье, «Может быть, сегодня ты их увидишь».

«В смысле?» спросила Марика, неохотно отвлекаясь от еды, «Сегодня нам некогда гулять. Нужно собрать еще корня мятницы».

К завтраку она спустилась позже всех. У нее был осунувшийся вид. Ковыряя ложкой в тарелке, Олеся искоса поглядывала на принцессу.

«Не вижу никаких препятствий, чтобы не совместить приятное с полезным», отмахнулся Энли, «Девушки приехали изучать флору и фауну. Почему бы не помочь им?»

Инженер вальяжно откинулся в кресле. Внезапно его внимание привлекло поведение дочки губернатора.

«А ты чего не ешь, Олеся? Я пересолил? Вот, попробуй печенье».

Он услужливо подвинул ей тарелку с печеньем, которую он сам уже наполовину опустошил.

«Да нет, спасибо, всё хорошо. А печенье я не ем».

Олеся ощущала неприятное покалывание в горле. У нее начинался насморк. Изо всех сил она старалась игнорировать симптомы, ведь день предстоял важный. Главное, продолжать разыгрывать из себя студенток-биологов и стараться не показывать Фишеру неприязнь к нему, хотя удавалось это не очень хорошо. Теперь она прекрасно понимала госпожу Шумодан, которая при упоминании одной лишь фамилии инженера пришла в ярость.

Шура с готовностью схватила печенье.

«Ух ты! Да оно у вас просто классное!» с восторгом похвалила она, «Вы сами его печете, Энли?»

«Конечно», подтвердила Марика, «Оно у него потрясающее».

Тонкие губы Энли растянулись в самодовольной улыбке.

«…если бы он еще не съедал это печенье сам, вообще было бы здорово», язвительно добавила Марика.

Олеся хихикнула. На мгновение в водянисто-голубых глазах инженера промелькнул гнев. Но затем он сделал над собой усилие и выдавил смешок.

«На самом деле, оно получается гораздо лучше с корнем болотной мятницы, за которым мы сегодня отправимся. Нужно будет собрать провизию в дорогу», с этими словами он встал из-за стола.

«Ну тогда и я пойду, подготовлю болотоход», сказала Марика, поднимаясь из-за стола.

«Зачем нам болотоход?» сухо поинтересовался Энли.

«Как?» Марика удивленно развела руками, «На болотоходе быстрее. И безопаснее…»

«И вреднее! Не так уж далеко до болот, а пешком ходить полезно», нравоучительно заметил Энли, «К тому же, девушки не узнают местную флору через окна болотохода».

Когда он удалился, Олеся с трудом сдерживала негодование. Это не ускользнуло от Марики. Но она нашла совсем иное объяснение настроению «студентки».

«Ничего, Олеся! Болотоход двинется вслед за нами на дистанционном управлении. Если мы устанем, сможем вернуться на нем. Против этого Энли не станет возражать».

***

Для Леты небо, затянутое черно-серыми облаками, было абсолютной нормой. Из-за скудного света звезды Варис даже днем было необходимо освещение. Вот и сейчас, шествуя под плотным навесом густой листвы, путники освещали лесной сумрак фонариками. Впереди, в светло-коричневой кожаной куртке, бойко шагал Энли. Временами он останавливался и принимался с воодушевлением рассказывать про какое-нибудь растение, встречающееся на их пути. Спустя час такой прогулки, Шура уже отличала прогипнозник обыкновенный от кралистника-перевертыша и даже знала, что ежи-летяги, которых на Лету много лет назад завезли люди, никогда не приблизятся к зарослям трипустника, ведь там водятся плотоядные стрыглы.

Олеся слушала эти рассказы вполуха и наблюдала за идущей позади всех Марикой. Когда они только покинули ГЭС, помощница инженера долго водила их непонятными путанными тропками, мимо похожих друг на друга ручьев. Шура и Олеся окончательно запутались. Заметив это, Энли высокомерно заявил, что его помощница любит усложнять и, что он, дескать, знает более короткую дорогу к болотам. Марика безропотно подчинилась желанию возлюбленного самому идти во главе. Сейчас она держала наготове свой боевой жезл и настороженно оглядывалась по сторонам. Среди крон деревьев время от времени мелькал болотоход, движущийся за ними на дистанционном управлении.

Выгадав момент, когда ни Марика, ни Энли не смотрели в их сторону, Шура шепнула на ухо подруге:

«Олесь, мы же, вроде, уже вычислили принцессу Наю. Почему не сказать правду сейчас? А то мне, честно говоря, неловко перед Энли…»

«И чего это тебе перед ним неловко?» сухо поинтересовалась Олеся.

«Ну… Он как-то так по-доброму с нами. Вон, отказался лететь на болотоходе, чтобы нас с местной флорой и фауной познакомить. А мы ему врем».

Дочка губернатора едва справилась с желанием сказать что-то очень резкое. Шуру нельзя было назвать дурочкой, но порой достаточно было слащавой улыбки и хрустящего печенья, чтобы заручиться ее симпатией. Тем более, отношение Олеси к инженеру Энли ухудшилось после происшествия, свидетельницей которого она стала минувшей ночью.

«Послушай, Шура, не спеши доверяться этому типу. Сегодня ночью я кое-что подслушала…»

Вдруг совсем рядом раздался оглушительный взрыв. В следующий момент все вокруг озарил красно-желтый свет. Перепуганные девушки рухнули на землю и заслонили головы руками. Откуда-то с древесных листьев вниз обрушился целый ушат воды, сохранившийся, видимо, со времен последнего дождя. Однако Марика и Энли остались невозмутимы. Иштар, до этого неторопливо семенившая рядом с Шурой, резко оживилась и скрылась среди кустарников.

«Испугались?» беззаботно спросила Марика, «Напрасно. Это плоды ракетницы. Когда ягоды падают на твердую поверхность, они взлетают вверх и взрываются, как сигнальные ракеты».

Приподнявшись обе подруги непонимающе вглядывались в чащу. Шум стих, словно ничего никогда не тревожило лесной сумрак. Лишь капли дрожали на кончиках хвойных веток.

Тем временем, Марика удлинила жезл и срезала им кусты, росшие на пути в чащу.

«А куда побежала Иштар?» пролепетала Шура.

«Пауки обожают сок этих ягод», пояснил Энли, протягивая Шуре руку, «Нам лучше последовать за ней. Кусты ракетницы обычно растут возле болот».

После того, как он помог подняться Шуре, инженер поспешил к Олесе. Но та вскочила как ошпаренная и деловито устремилась за Марикой. По пути она наступила в огромную лужу, которая противно хлюпнула.

В лесной полутьме ягоды ракетницы таинственно посверкивали всеми цветами радуги. Кусты, на которых росли ягоды, были огромными, как деревья. На вершине одного из них, обвив лапками блестящую оранжевую гроздь, восседала Иштар.

Марика прошла дальше, едва взглянув на кусты. Энли остановился возле одного из них и сорвал разноцветную гроздь. Затем, держа ее на вытянутой ладони, показал девушкам.

Шура восхищенно ахнула. Гроздь сверкала и переливалась, словно была сделана из драгоценных камней.

«В высушенном виде они тоже сверкают», сказал Энли, «Можно взять с собой и что-нибудь смастерить».

«А вы умеете?» удивилась Шура, «Обычно мужчины с этим не очень…»

«Что у тебя, Шура, за предрассудки такие?» укоризненно отозвался Энли, «Я иную девочку поучить этому могу».

«Ой, правда? Меня научите?»

Олеся слушала этот разговор с чувством большого раздражения. Сдерживать подлинные чувства становилось всё сложнее. Голос Марики прозвучал для нее, как всплеск спасательного круга о водную поверхность:

«Чего вы там прилипли к этим кустам? Идите сюда, я кое-что нашла».

За зарослями кустов ракетницы расстилалось огромное пространство, занятое болотом. Местами из мутной воды выглядывали кочки или даже небольшие островки. Марика пальцем показывала на один из них. Со всех сторон его окружала высокая фиолетовая трава.

«Болотистая мятница», со знанием произнесла Марика, «Ждите здесь. Я сейчас вернусь".

Энли даже не подумал возразить на это. Хотя до островка было не так уж и близко. Чтобы достичь его, требовалось преодолеть приличное расстояние, состоящее из мутной воды, частично заросшую плотным слоем ряски. При первом взгляде можно было легко ошибиться, приняв водную гладь за поверхность гигантской туши какого-то мёртвого чудища, уж больно ряска напоминала чешую. Временами из болотной гущи всплывали ярко-красные пузыри, внутри которых как будто трепыхалось что-то живое. Некоторое время пузырь поблескивал, и на него огромными роями садились мерзкого вида насекомые, и тогда пузырь внезапно лопался на множество алых капель - вокруг расстилался черный дым. Когда он развеивался, на поверхности оставались дрейфовать безжизненные трупики насекомых.

«”Адских пузырей” в этот раз многовато», деловито заметила Марика. Она уже нашла брод и начала продвигаться по направлению к островку. Взяв жезл за кончик, она резким движением ткнула им в набухающий пузырь. На миг помощницу инженера скрыл из виду черный дым.

«Всё нормально», спокойно пояснил Энли, в то время как сквозь дымовую пелену вновь стали различимы очертания ее силуэта, «Эти хищники опасны только для насекомых».

«Пузыри – это животные?» удивилась Шура.

«Не совсем животные. Видишь ли, они – часть болота. Живой воды в нем не осталось и ему нужны живые существа для пропитания».

Энли вновь говорил о воде как о чем-то живом, от этого становилось не по себе. Шура почувствовала непреодолимое желание вернуться назад в лесную полутьму к таинственно посверкивающим кустам ракетницы.

«Постойте, Марика, я с вами!»

Олеся подняла с земли длинную палку и принялась ощупывать брод. Энли властно схватил девушку за предплечье.

«Олеся, не надо, это может быть небезопасно. Марика вполне справится».

Выражение его лица было жестким. Марика благодушно кивнула.

«Всё нормально, Олеся. Мне это не впервой».

Видно было, что она искренне хочет сделать всё так, как желал ее парень. Принцесса с риском для жизни будет собирать лекарственное растение, которое ее возлюбленный, скорее всего, опять потратит на выпечку и ароматизатор… Как хорошо, что Олесины жизнь и счастье никак не зависели от эмоциональных перепадов самовлюбленного инженера.

«Это действительно небезопасно. Поэтому нам надо идти вместе, Марика. Тем более, я сюда затем и приехала, чтобы флору изучать».

Марика и Энли переглянулись. Первая пожала плечами, второй тяжело вдохнул и выдохнул. Затем снова схватил Олесю за предплечье.

«Марике потребуется помощь! Я не буду прохлаждаться на бережке, пока она рискует», огрызнулась на него Олеся.

«Упрямая какая! Ладно, надень хотя бы это».

Энли стянул с себя кожаную куртку и протянул Олесе. Она остановилась в нерешительности.

«Одевай и, пожалуйста, без бравады», велел он, «У Марики - тоже куртка, а ты с коротким рукавом, и с утра говоришь в нос».

Его тон был настолько властным, что дочка губернатора, не споря натянула куртку и даже нахлобучила капюшон. Лучше не нарываться. К тому же, инженер, сам того не желая, предоставлял ей отличную возможность поговорить с Марикой наедине.

Марика старательно прощупывала дно жезлом. Непослушные пряди волос то и дело спадали на ее смуглое лицо, по которому катились капельки пота. Наглые насекомые то и дело норовили укусить ее то в лицо, то в шею, однако помощница инженера отмахивалась только от самых назойливых. Правильно, если бы она, как Олеся, пыталась прихлопнуть каждого кровососа, их продвижение к заветному островку замедлилось бы вдвое.

Тут Марика подняла взгляд на Олесю.

«Ты, девушка, не на меня смотри, а себе под ноги. Как бы на «адский пузырь» не наступить!»

Олеся ойкнула. Совсем рядом с ней взорвался красный пузырь. Одна из брызнувших капель едва не угодила ей в глаз.

Пока две девушки пробирались к мятнице болотистой, Энли и Шура смотрели им вслед. Инженер шумно вздохнул. Шура покосилась на него. Он приложил платок к носу.

«Энли, вы в порядке?»

Он кивнул и, аккуратно сложив платок, сунул его в карман брюк. К слову, сидели они на нем не очень хорошо – виной этому живот, типичный для любителя печенья.

Очевидно, Энли был не по нраву Шурин обеспокоенный взгляд. Поэтому он демонстративно принялся вертеть головой в разные стороны:

«Эгей, а куда это запропастилась Иштар? Может, поищем ее, а, Шура?»

От нее не последовало никаких возражений, и они вместе вернулись к кустам ракетницы. После «адских пузырей» и хищного болота взгляд и сердце отдыхали в лесной тишине. Всё вокруг казалось таким миролюбивым и безопасным.

Завидев хозяина, радостная Иштар с готовностью засеменила к нему.

«Я смотрю, ты тут развлекалась», усмехнулся Энли, имея в виду огромную красивую паутину, висевшую между двух кустов.

Затем он достал прихваченный с собой игровой диск, и они с Шурой по очереди принялись кидать его паучихе. В какой-то момент игры девушка случайно запустила диск в древесную крону. Пока Иштар ползала за ним, Шура вновь залюбовалась кустами ракетницы.

«Энли, а вы это серьёзно говорили, что научите меня?»

«Разумеется, Шура! Можно хоть сейчас начать…»

Энли потянулся к карманам. Вдруг он хлопнул себя по лбу.

«Ягоды же остались в карманах куртки. Шура, извини, я сейчас соберу новые».

«Да не надо! Я сама нарву».

«Осторожно смотри. Неаккуратное движение, и они взорвутся прямо у тебя в руках. Бери за ветку…»

После того, как Шура сорвала приглянувшуюся ей гроздь, Энли спросил:

«Что конкретно ты хочешь смастерить?»

«Было бы здорово - ожерелье», предложила Шура

«Будь только готова, что сразу не получится. Мне в свое время пришлось постараться. Зато потом сделал брошь для Марики».

«Ого!» воскликнула Шура, «Так вот что за украшение мы вчера нашли!»

Энли нахмурился.

«Минуту. Ты о чём?»

С бесхитростным видом Шура стояла напротив него. В руке она держала гроздь.

«Вы только ничего не подумайте, Энли. Это вышло случайно».

«Вы видели брошь?»

«Да».

Краска пропала с лица Энли. Шура растерялась. Тут она догадалась, что так напугало инженера. Что ж, рано или поздно пришлось бы раскрыть карты.

«Мы знаем, кто вы такие. Я и Олеся – никакие не студенты-биологи. Нашу экспедицию организовал сам губернатор Немировский для того, чтобы отыскать вас».

Водянисто-голубые глаза Энли сузились. Иштар всё не возвращалась. Они были совсем одни.

«Хочешь сказать, вы шпионили за нами?»

С этими словами инженер приблизился к девушке. Она попятилась.

«Поймите правильно», пролепетала Шура, «Вам нечего бояться. Нам нужна только Марика. Ну, в смысле…»

«Хотите забрать Марику?! Я вам не позволю, никто не посмеет отнять ее у меня!»

Его злобный голос эхом пронесся под лесными верхушками. От неожиданности Шура выронила гроздь. Энли с силой оттолкнул девушку. Это заставило ее буквально отлететь в сторону. Раздался взрыв. Когда его отзвуки стихли, Шура обнаружила, что она запуталась в сетях Иштар. Энли, отряхивая с себя мокрые травинки, поднялся с земли.

«Энли», дрожащим голос позвала Шура, «Всё не так. Мы не шпионили».

Инженер молчал и что-то высматривал у себя под ногами. Наконец, он поднял большой длинный сук и только после этого обратил свой мрачный взор на Шуру. Иштар, держа в челюстях диск, стояла возле его ног.

«Иштар, ко мне!» с надрывом скомандовала Шура.

Паучиха дернулась, но Энли остановил ее властным жестом.

«Иштар! К болотоходу!».

Паучиха выплюнула диск и покорно засеменила прочь.

«Боги, как же я устал от постоянной слежки! Почему бы вам всем просто не оставить нас в покое?»

Энли оглянулся вокруг и взял сук так, словно готовился с минуты на минуту отразить нападение.

«Да что вы такое говорите?» Шура не могла поверить в происходящее, «Откуда здесь возьмутся те, кто будет за вами следить?»

«Кто знает? Вы же с Олесей откуда-то взялись».

«Энли, прекратите, умоляю! Марика очень нужна на Этере… После того, как вся королевская семья погибла, генерал Ошшим присвоил себе всю власть… Да выслушайте же!»

При этих ее словах Энли добела сжал сук, послушался звук ломающегося дерева. Шура нервно сглотнула.

Глава 6. Не тревожь умершую воду

Тем временем Олеся и Марика продолжали продвигаться вглубь болота. По настоятельному требованию помощницы инженера, Олеся ступала очень медленно и избегала любых резких движений, которые, действительно, могли навлечь на путниц опасность. Иногда вблизи от них лопались «адские пузыри» и пространство заполонял черный дым. В Олесиных мыслях всё еще звучали слова Энли о хищном болоте. Ей вспомнились, как из иссиня-черной воды на заброшенном заводе выпрыгнул смуч. Водоемы на Неизведанных землях будто исполняли роль пристанищ для разнообразных животных-убийц. Как можно здесь жить, особенно, если ты принцесса, привыкшая к заботе и вниманию? будешь ли жалеть о прежней жизни? Дочка губернатора украдкой посмотрела на спутницу. Та хранила сосредоточенное молчание. Самое время ее разговорить.

«Интересно», протянула Олеся, «Как вы думаете, здесь водятся смучи?»

«Вполне возможно. В подобных местах от них спасу нет. Но ты не волнуйся, мы не беззащитны».

Марика продемонстрировала руку в плотной перчатке. Тогда, на заводе, благодаря этой перчатке, помощница инженера справилась с целым полчищем смучей.

«Здоровская у вас перчатка!» похвалила Олеся, «Мощное оружие, должно быть?»

«Мощности можно переключать. Смотри», Марика подвигала большим пальцем перчатки, вокруг него было колесико с зазубринами, «На самом деле, это изобретение еще дорабатывать и дорабатывать».

Марика заговорила очень воодушевленно. Судя по всему, испытывала гордость, типичную для изобретателя. Но разве не Энли был создателем этого оружия? Возможно, госпожа Шумодан слегка преувеличила достижения инженера?

«А может сейчас стрельнуть куда-нибудь? Ну, в целях профилактики?»

«Ни в коем случае! Самый лучший способ защититься от смучей – не провоцировать их. Я, конечно, не специалист по летянской фауне, но могу точно сказать, они очень чувствительны к любым движениям на поверхности воды. А уж стрельба точно их раззадорит».

«Тогда на заброшенном заводе, я бы не сказала, что вы стреляли по ним», заметила Олеся, «А их как будто расплющило».

«Как сказать? Понимаешь… Если объяснять на пальцах, каждый предмет, в том числе тело разумного существа, состоит из мелких частиц. “Нерга…”, в смысле, перчатка заставляет эти частицы очень плотно сомкнуться. Очень плотно. Когда…если у противника парообразное тело – убить его не так-то просто. Это оружие как бы уплотнит его тело, сделает более уязвимым. Например, людские тела – гораздо более хрупкие. От слабого удара этого оружия, их парализует. От сильного – жертва умрёт, потому что ее тело буквально станет каменным».

«Значит, вот чем занималась группа человеческих инженеров, которые прилетели с Адониса на Этеру год назад?» Этот вопрос буквально слетел с Олесиных губ.

«Да, совершенно верно», рассеянно отозвалась Марика, «У генерала Ошшима уже было всё готово для очередных испытаний, но мы с Энли бежали и…»

Она вздрогнула всем телом и обернулась к Олесе. Настолько резко, что та начала терять равновесие. От падения ее удержала Марика, схватившая ее за воротник куртки.

«Откуда тебе известно про инженеров с Адониса?» прошипела принцесса, «Информация об этом засекречена. Я лично присутствовала на подписании документа о неразглашении».

Олеся нервно сглотнула, но отступать было некуда.

«Марика… Принцесса Ная, Ваше Высочество, нам надо серьезно поговорить».

Брови Марики поползли вверх от удивления. Ее рот открывался и закрывался, потому что она не находила, что сказать. Смятение спутницы придало Олесе уверенности.

«Мы сказали вам неправду про себя, да. Но, поверьте, не из злого умысла. Просто нам нужно было удостовериться, что это действительно вы».

«Так, значит… удостоверились?» Марика довольно грубо отпустила Олесин воротник, «Чего вы хотите?»

«Если коротко, то король планеты Этера умер, его три наследника – тоже. Генерал Ошшим узурпирует трон. Вы должны вернуться, чтобы не допустить этого».

Марика молчала. Олеся немного удивилась, что известие о смерти отца и братьев, казалось, совсем не расстроило наследницу. С другой стороны, все монаршие особы очень хорошо умеют скрывать свои истинные чувства.

Вокруг них клубился черный дым. Должно быть, взорвалось сразу несколько «адских пузырей».

«”Король умер, да здравствует король”, стало быть?» обращаясь непонятно к кому, проговорила Марика и добавила что-то на незнакомом языке.

Мутная водная поверхность пошла рябью – как будто по телу мертвого монстра пробежали мурашки. Черная парообразная субстанция мерно расстилалась над болотной гладью, слишком плотно соприкасаясь с ней. По воде начали расходиться частые круги.

Принцесса погрузилась в состояние сосредоточенной задумчивости. Дочка губернатора ждала. Марика украдкой посмотрела назад, в направлении, где они оставили Шуру и Энли. После этого она вытащила из карманов пару резиновых перчаток и, натягивая их, шагнула на островок с мятницей болотистой.

Олеся слегка растерялась.

«Что вы делаете?»

«Мятницу болотистую нельзя собирать голыми руками. Хочешь помочь, тоже надевай перчатки и тяни за стебли».

Олеся растерялась еще больше.

«Стойте. А как же?..»

Марика смерила ее таким тяжелым взглядом, что девушка остановилась на полуслове.

«Слушай сюда, юный вершитель галактической политики. Пусть этот мерзавец генерал Ошшим делает, что хочет. Мне всё равно».

Черная пелена продолжала распространяться над болотом и вокруг островка с мятницей болотистой. Смутные силуэты замаячили под толщей воды, однако девушки были слишком заняты спором, чтобы это заметить.

«Сегодня вечером я отвезу тебя и твою подругу в Летисс. Не в самый город - высажу где-нибудь на окраине, вы легко найдете дорогу. И мы распрощаемся раз и навсегда. Даже не пытайтесь возвращаться с подкреплением и разыскивать нас. На ГЭС вы нас больше не найдете».

«Но, Ваше Высочество…» беспомощно пролепетала Олеся.

«Никакое я тебе не “Ваше Высочество”! Я – Марика, помощница инженера. Я пришла в эту топь, чтобы собрать мятницы, а не чтобы рассуждать о судьбах далекой планеты. Мне нет дела до нее. Зато там, на берегу, меня ждет тот, кто действительно мне важен….»

«И которому нет абсолютно никакого дела до вас!»

Олеся почти выкрикнула эти слова. Возмущение и негодование душили ее. Она топнула ногой.

Марика, уже успев ухватить один особенно толстый стебель, приостановила своё занятие. Она сжала свои полные губы так сильно, что они побелели.

«А ну-ка повтори, что ты сказала», тихо сказала она.

«Вы прекрасно меня слышали!» не унималась Олеся, «Может, я, конечно, и молода для межгалактической политики, но я отлично знаю, для чего нужна мятница болотистая. А он преспокойно посылает вас одну-одинешеньку рвать ее на болото. Да еще лицемерно рассуждает про выпечку…»

Марика бросила рвать мятницу. Она медленно, но решительно покрутила жезлом, делая его достаточно длинным для боя.

Олеся представляла, насколько неадекватными могут быть женщины, одержимые объектом своего обожания. Однако реакция спутницы раздразнила дочку губернатора еще больше.

«Нет вам дела до родной планеты, говорите? А может, дело в Энли Фишере? Боитесь вызвать его неудовольствие? Правильно, он не хочет быть арестованным за похищение королевской особы, вот и не пускает вас туда, где есть люди. Он просто пользуется вами!»

«Неправда», сказала Марика, «Ты ничего не понимаешь».

«Он заставляет вас рисковать собственным здоровьем! Неужели какой-то мужчина для вас дороже, чем ребё….»

Марика схватила Олесю за края капюшона и нагнула так, чтобы их лица оказались на одном уровне.

«Во-первых, это не тебе судить, милая моя. А во-вторых, ты не скажешь ему ничего ни про Этеру, ни про королевскую семью с генералом Ошшимом. Нечего расстраивать его, поняла?».

Громкий чудовищный рёв огласил болота на много километров вокруг.

Но не успела Олеся прийти в себя, Марика громогласно скомандовала:

«Олеся, спиною к спине!»

Марика с размаху ударила жезлом. Олеся лишь краем глаза успела увидеть серое склизкое тело, которое от соприкосновения с жезлом покрылось электрическими разрядами и отлетело в сторону. После громкого хлюпанья от погружения тяжелого предмета в топь, послышалось хищное шипение. Прытко перепрыгивая с одной болотной кочки на другую, девушек окружали смучи.

«Проклятье!» прошипела Марика, «Должно быть, мы слишком громко ругались и разбудили их. Олеся, бей прямо по языку!»

В этот момент один смуч прыгнул прямо на Олесю. Она размахнулась. Но прежде чем она ударила, чудовище обвило палку языком и резко выхватило ее из рук девушки.

Издав боевой клич, Марика дала смучу по голове, и он распластался на островке без признаков жизни.

«Не размахивайся слишком высоко! Так ему легче обезоружить тебя».

Смучи не думали отступать. Олеся и Марика встали спиной к спине.

«Марика, используйте “Нергал-3”!» посоветовала Олеся.

Что-то зашуршало в зарослях болотницы. Совсем близко. Не успели девушки опомниться, оттуда выскочило двое здоровенных смучей. Увидев скрюченную серую длань, стремительно приближающуюся к ее лицу, Олеся не смогла подавить вопль. Внезапно между жертвами и нападавшими встала сутулая фигура в цветастом одеянии. Крепкая мускулистая рука поймала смуча на лету и быстрым движением свернула ему шею. Со вторым смучем вышло сложнее. Огромному человеку пришлось всем своим немалым весом придавить чудовище. Пока они со смучем барахтались в грязной воде, остальные смучи не преставали атаковать. Это заставило девушек отвлечься от попыток разглядеть своего нежданного спасителя. Смучей становилось слишком много, и они явно твёрдо намеревались отведать плоти и крови незваных гостей. Неожиданно небольшой предмет пролетел по воздуху и упал в толпу смучей. Раздался взрыв. Нескольких монстров уничтожило на месте. Там, где они только что находились, судорожно булькала болотная вода. Их собратья с минуту стояли как вкопанные. Затем помчались прочь.

«Хе, старая добрая взрывчатка никогда не подведет!» бодро пробасил знакомый голос.

Тетушка Мишо перекинула через плечо котомку, в которой у нее лежали портативные мини-взрывчатки. Позади торговки, наполовину утопленный в болотной жиже, с перекошенной гримасой на мертвой морде валялся задушенный смуч.

Марика приняла боевую позу и смерила тетушку Мишо воинственным взором.

«Марика, успокойтесь! Это тетушка Мишо», мягко остановила Олеся принцессу.

«Хочешь сказать, она с тобой заодно?» грубо поинтересовалась Марика, не думаю опускать жезл.

«Заодно?» недоуменно захлопала глазами торговка, «Да я здесь просто травы собираю».

«Травы? Поэтому вы кидаетесь в смучей взрывчаткой?»

«Так точно. А как еще прикажете избавляться от этих монстров? Они тут всю мятницу болотистую погрызли».

Сказав это, тетушка Мишо сделала шаг навстречу Марике. Но девушка грозно сдвинула брови и направила жезл острием к лицу торговки.

«Стойте, где стоите!»

«Ну, вообще-то она спасла нас», укоризненно заметила Олеся.

«Чего?» казалось, эти слова здорово разозлили Марику, «Если смучи выбрались из укрытий, им обязательно нужно всадить свой яд в кого-нибудь. Вы или убиваете их всех или заставляете искать других, более беззащитных жертв».

«Тут есть кто-то еще?» удивилась тетушка Мишо.

Но Марика уже не слушала ее. Ее смуглая кожа посерела. Опрометью она кинулась туда, откуда они с Олесей пришли.

К ее ужасу, когда она достигла места, где они расстались с Энли и Шурой, там никого не оказалось. Только следы от перепончатых дланей смучей. Держа наготове «Нергал-3», Марика нырнула под сень деревьев.

Через короткое время Марика услышала позади себя чье-то прерывное дыхание. Это оказалась спешившая за ней Олеся.

«Марика, я….», задыхаясь позвала она.

Принцесса немного замедлила шаг и напряженно оглядывалась, видимо, рассчитывая найти следы своего возлюбленного.

«Не преследуй меня. Возвращайся к своей знакомой».

«Ни за что! У меня тоже подруга в беде, между прочим!»

Марика смерила девушку суровым взглядом, собираясь сказать нечто жесткое. Коричневый язык смуча молниеносно обвился вокруг ноги принцессы. Она потеряла равновесие. Олеся не помнила, как очутилась возле поверженной Марики. Удар палкой по длинному грязному языку. Склизкие, тягучие слюни полетели во все стороны. С придавленным шипением смуч угрожающе привстал на корточки. Но в решающий момент чудовище получило огромным суком по голове. И без взрывчатки тетушка Мишо прекрасно справлялась с трудностями.

«Спасибо!» с облегчением выдохнула Олеся, «Вы молодец, тетушка Мишо».

«Ты тоже неплоха», похвалила торговка, «А вот Марике не повезло».

Все тело принцессы тряслось, ее глаза бессмысленно взирали на Олесю. Не похоже было, чтобы она соображала.

«Это действие яда смуча», со знанием дела сказала тетушка Мишо, «Необходимо противоядие. Но сначала нужно отвести ее подальше, а то вдруг здесь еще есть смучи».

Держа сук наготове, женщина пошла вперед. Олеся заставила Марику опереться о свое плечо и двинулась следом. Они вышли на поляну с кустами ракетницы.

«Олеся!» раздался надрывный крик.

«Шура!»

Осторожно опустив принцессу на траву, дочка губернатора бросилась высвобождать подругу из паутинного плена. Торговка остановилась на месте и смерила Шуру озадаченным взглядом, точно пытаясь понять, зачем глупая девчонка полезла в такую огромную и заметную паучью сеть.

Паутина была твердой и липкой, и совсем не желала отпускать свою жертву. Олеся едва сама не прилипла. Наблюдая за ее бесплодными стараниями, тетушка Мишо снисходительно усмехнулась. Она подошла поближе и, схватив Шуру за шиворот, одним движением мускулистой руки вырвала ее из злополучных пут.

«Шура, что случилось?» вытирая пот со лба, поинтересовалась Олеся.

И тут в нескольких метрах от них в землю врезался луч от «Нергала-3». Энли стоял на коленях возле тела Марики. Он неотрывно смотрел на трех женщин. На его руке была одета красная перчатка.

Глава 7. Лекарство от памяти

Энли выстрелил еще раз. Луч ударил в землю совсем рядом с Олесей. Мишо ухватила девушку за плечи и оттащила подальше от почерневшего участка земли, испытавшего на себе мощь «Нергала».

«Энли», неуверенно позвала Шура.

Не опуская перчатки, чтобы при необходимости воспользоваться ей вновь, Энли нагнулся над Марикой и поднял ее на ноги. Глаза принцессы словно остекленели. Из-за яда смуча несчастная потеряла всякую способность к восприятию реальности. Поддерживавший ее Энли выглядел еще бледней обычного и напоминал привидение.

«Поднимите руки и не приближайтесь к нам», холодно приказал он.

«А то - что?» Олеся воинственно сжала кулаки.

Мишо покорно подняла руки вверх. При виде перчатки на ее обветренном лице появилось странное выражение.

«Энли, умоляю!» вновь вмешалась Шура, «Мы не сделаем ничего плохого ни вам ни Марике».

«Неужели?» белые губы инженера искривила горькая усмешка, «Между прочим, ты уже соврала, когда сказала, что с вами никого больше нет», он кивнул на Мишо, «Может, вы просто претворяетесь такими глупыми? С чего мне верить, что Марика не лишиться своей свободы из-за вас?»

Кровь подступила к щекам Олеси.

«По-моему, единственный, кто лишает ее свободы, это вы, господин Фишер!» крикнула дочка губернатора.

«Это решать не тебе», сказал Фишер и перевел погрустневший взгляд на Шуру, «А ты…эх…а ведь ты мне поначалу даже понравилась».

Инженер Фишер, крепко прижимая к себе Марику, попятился в сторону лесной чащи.

«Счастливо оставаться! Надеюсь, нам с Марикой не скоро придется о вас вспомнить. Уж я-то об этом позабочусь».

С этими словами он исчез среди свисающих папоротников. Через мгновение они услышали шум взлетающего болотохода. Затем - тишина. Дневной свет медленно, но необратимо покидал природу. Энли оставил своих новоиспеченных недругов в сумраке наступающей ночи.

«Ох, как же так?!» Шура с трудом сдерживала слезы, «Как Энли мог так поступить? Он казался таким приятным…»

«Ну конечно, приятным он тебе казался! Как может быть «приятным» мужчина, который всё время третирует беременную девушку?!»

Обхватив голову руками, Олеся в бессилии осела прямо на землю. На лицах Шуры и тетушки Мишо читалось полной недоумение.

«Марика – беременна? С чего ты взяла, Олеся?»

«Это было нетрудно понять», потирая лоб, буркнула дочка губернатора, «Настойку из корня мятницы болотистой принимают именно в этих случаях. Особенно, когда бывают осложнения. Моя мама пила ее, когда ждала младшего брата».

«Значит, бедная девушка в опасности!» воскликнула Мишо, ее голос звенел от праведного гнева, «Так, стало быть, это вы отправили сигнал о помощи».

«Вы поймали мой сигнал?» ахнула Шура.

«Конечно. Я и мои помощники срочно направились в эти места, но ничего не нашли. Решили, чья-то глупая шутка… В любом случае, взаимовыручка – важна. Я помогу спасти девушку».

«Это очень храбро с вашей стороны», вздохнула Олеся, «Только вот, как нам теперь найти ГЭС? Когда мы шли сюда, Марика нарочно путала дорогу».

«Погоди», сказала Шура и, засучив рукав, продемонстрировала свои часы.

«Ну и что?» пожала плечами Олеся.

«Это многофункциональные часы», с гордостью заметила Шура, «Я их использую, когда у планшета заканчивается заряд».

Олеся и Мишо продолжали выжидательно смотреть на секретаршу.

«Да чего же непонятного?» нетерпеливо нахмурилась Шура, «Часы и мой планшет соединены. Я часто забываю часы там, где потом не помню. И с помощью планшета нахожу их».

Внезапно Олеся начала понимать, к чему клонит Шура.

«Погоди… Это же означает, что мы так же можем….»

«…найти место, где остался планшет, то есть ГЭС», самодовольно заключила Шура.

…Некоторое время спустя тетя Мишо привела девушек к папоротниковым зарослям, где она замаскировала своё транспортное средство - старомодный летучий челнок, юркий и незаметный.

Когда вся компания сидела возле панели управления, Олеся повернулась к хозяйке транспорта:

«Тетя Мишо, вы уверены? Энли не на шутку разозлился. Там может быть опасно».

«О, ты недооцениваешь тетушку Мишо, девочка!» хохотнула торговка, хлопая собеседницу по плечу, «В свое время я неплохо повоевала на настоящей войне. Была первой в своем отряде. Неплохо подросла в чине, хотя начинала с простого солдата. Эх, порой так скучаю по тому времени!»

***

К тому времени, как челнок достиг цели, настала глубокая ночь. С высоты полета ГЭС выглядела темной и заброшенной. Не веря, что это древнее строение может быть еще обитаемым, тетушка Мишо несколько раз уточнила у девушек, действительно ли они прибыли по адресу. Лишь достаточно приблизившись, торговка не без удивления заметила работающие фонтанчики.

Челнок приземлился бесшумно. Первая в объятия прохладного речного воздуха прыгнула Олеся. Шура последовала за ней. Мишо не без труда вытолкала своё огромное тело из челнока. С собой она прихватила увесистую дубину.

«Ну?» спросила торговка у девушек, «Куда?»

Олеся задумчиво потерла нос. На месте Энли, куда бы она поволокла ничего не соображающую Марику? Попыталась бы вернуть ее в сознание? Но, кто знает, возможно после всего услышанного за прошедший день принцесса всё-таки изменит своё мнение и решит вернуться на Этеру? Вряд ли это устроит Энли. «Надеюсь, нам с Марикой не скоро придется о вас вспомнить. Уж я-то об этом позабочусь!» сказал он им напоследок. Да, велика вероятность, что он захочет подстраховать себя. Например, заставит возлюбленную забыть обо всем с помощью наркотических веществ... На ум Олесе пришла одна догадка. И ей очень хотелось оказаться неправой. Но, если она права, и Энли сейчас действительно в медпункте, им лучше поспешить, если они хотят спасти принцессу Наю. Проблема в том, что ее самопровозглашенный муж может увидеть незваных гостей по видеокамерам, развешанным по ГЭС.

Олеся поглядела на торговку. У дочки губернатора появилась идея.

«Тетя Мишо», сказала она, «Мы с Шурой сейчас побежим в медпункт, остановим Фишера. А вы возьмите на себя камеры наблюдения. Знаете, как?»

«Знаю, девочка», добродушно улыбнулась Мишо, поигрывая дубиной…

***

…В медпункте горел яркий свет. Посередине, на кресле полулежала Марика. Ее правый рукав был закатан. Ничего не выражающие глаза беспомощно таращились в потолок. Она не могла никак отреагировать на двух девушек, появившихся на верхнем этаже. Энли был слишком занят, наполняя шприц препаратом. Он даже не смотрел в сторону экранов. На одном из них мелькнуло нечто огромное и темное (должно быть, Мишо уже принялась за работу), и с экрана пропало изображение.

Олеся присмотрелась к открытой бутылке, стоявшей на лабораторном столике. Красная жидкость. Это была сыворотка прогипнозника.

«Слушай», зашептал Олеся на ухо подруге, «Отвлеки его. А я освобожу Марику».

Прежде чем Шура уточнила, каким именно образом ей следовало отвлекать инженера, Олеся юркнула в одну из дверей за ее спиной.

Нервно сглотнув, Шура вновь посмотрела вниз. Фишер деловито постукивал костяшками пальцев по наполненному шприцу. Секретарша понимала, что не может подвести подругу во второй раз. Она набрала в легкие побольше воздуха.

«Энли!»

Фишер резко поднял голову. При виде секретарши он едва не выронил шприц, настолько не ожидал увидеть ее опять.

«Как?! Что ты тут?...»

«Энли, послушайте», выставив вперед обе пустые ладони, Шура стала спускаться по лестнице, «Только послушайте. Скажите, зачем вам это всё?»

«Понятия не имею, о чем ты», сквозь зубы процедил он, выставив вперед шприц, наподобие шпаги.

«Подумайте сами, разве то, что вы сейчас вытворяете, будет способствовать любви между вами и Марикой?»

«Она любит меня, можешь не сомневаться. А я люблю ее», говоря это, инженер тяжело дышал, как будто после долгого бега.

«Ой ли? Вы же контролируете каждый ее шаг. Злитесь, когда она делает что-то не по-вашему».

Фишер смерил Шуру взором, полным царственного высокомерия.

«Так это принято у людей. Муж должен верховодить женой. Это его святой долг. А долг жены – слушаться».

Во время разговора он, не опуская шприц, приближался к девушке. Но она не ощутила страха. Его слова заставили Шуру почувствовать настоящее негодование. Столько пещерной уверенности сквозило в них.

«Вовсе нет!» воскликнула она, «Вы с вашим пониманием долга припозднились лет эдак на две тысячи! Возможно, на какой-нибудь господом забытой планете всё и так, но только не у людей! Вы воспользовались тем, что Марика – не человек, и заморочили ей голову! Любовь – это забота, умение слушать…»

«Вот как?» Фишер выдавил нервный смешок, «Если я правильно тебя понял, ты считаешь, что Марика…»

«…способность поддержать друг друга во что бы то ни стало!» пылко продолжала Шура, «Но самое главное – это уважение!»

Энли коротко вскрикнул, его рука дернулась, и пальцы разжались. На лету игла шприца оцарапала Шуре щеку. А сам Энли неподвижно растянулся на полу. Позади него стояла Олеся с запасным жезлом Марики наготове.

«Неплохая речь Шура», похвалила она подругу, «Я сама бы не сказала лучше».

«Т-ты что…убила его?» осипшим голосом выдавила Шура, неловко нагибаясь над телом инженера.

«Да не волнуйся ты так, жив этот подлюга. Я просто вырубила его. Как раз долежится до приезда военных и полиции».

Олеся с триумфом посмотрела на упавший шприц. В поле ее зрения попало мусорное ведро. И тут довольство исчезло с Олесиного лица. Она выронила жезл и бросилась к Марике. На сгибе локтя принцессы красовалась испачканная сывороткой прогипнозника марлевая повязка. Олесины зрачки расширились от ужаса.

«Шура! Шура! Мы опоздали!»

Шура растерянно глядела на шприц. Его содержимое было желтым, а не красным как у сыворотки прогипнозника. Еще один шприц, использованный, валялся в мусорном ведре.

«Шура, быстрее! Помоги мне ее поднять! Марику как можно скорее надо показать врачу».

Вдвоем они выволокли совсем обессилевшую принцессу наружу. Погода портилась. Все вокруг заполонил очень плотный туман, который тут же проник вовнутрь помещения, стоило им распахнуть дверь.

Они были уже на подходе к болотоходу. Марика оступилась. Ее рука соскользнула с Олесиного плеча. Бережно перехватив беднягу, дочка губернатора взглядом скользнула по натруженной ладони принцессы. Мучительная мысль обожгла ее мозг. Как она могла забыть?

Они аккуратно усадили Марику на заднее сидение. И тут произошло то, чего Шура совершенно не ожидала. Олеся указала ей на штурвал.

«Олеся, с ума сошла? Я ни за что…»

«Шура, поведешь ты. Я останусь здесь».

Видя ужас и непонимание в глазах подруги, Олеся сказала:

«Перчатка, которую Марика использовала против смучей, это и есть “Нергал-3”. Сейчас он у Энли. Нельзя попустить, чтобы такое оружие осталось полностью в его распоряжении. Я должна вернуться».

«Я подожду».

«Нет. Каждая минута дорога. Чего доброго, мерзавец Фишер придет в себя. Поспеши, Шура. И возвращайся с подмогой».

И прежде чем Шура успела возразить, дочка губернатора захлопнула дверь в салон. Двигатель автоматически включился. Через минуту Олеся глядела вслед удаляющемуся болотоходу. Затем она вернулась в помещение. Теперь почти повсюду в коридоре клубился туман. Когда ей приходилось пробегать сквозь него, она ощущала неприятный жар. Почему-то этот туман замедлял ее движения, как будто он состоял не из воздуха, а из какой-то сухой жижи.

Олеся вернулась в медпункт. Тело Энли исчезло. То же произошло с красной перчаткой и жезлом. Девушка посмотрела на мониторы. Большинство из них не работало. Олеся всерьез забеспокоилась за тетушку Мишо. Как бы Фишер не решил испробовать «Нергал-3» на ней.

На полу по-прежнему валялся шприц. Олеся положила его в карман кожаной куртки. Лучше такое оружие, чем вообще никакого.

На пути, ведущем в машинное отделение, девушку ждал неприятный сюрприз в виде плотно сгустившегося черного тумана. Поэтому она решила пойти в обход через кухню. Вбежав туда, Олеся едва не споткнулась об Иштар.

Погладив паучиху, Олеся ласково проговорила:

«Я спешу, Иштар. Но не бойся, я заберу тебя».

«Значит, Иштар ты тоже у меня заберешь?»

Олеся подпрыгнула так, как будто ее ударило разрядом тока. За столом сидел Энли. К затылку он прикладывал завернутый в тряпку кусок льда.

Олеся помчалась к двери, но та автоматически захлопнулась. Девушка оказалась один на один с негодяем.

Глава 8. Час расплаты для инженера Фишера

Энли лениво следил за тщетными Олесиными попытками вырваться из ловушки. Он даже не двигался с места, подобно хищнику, решившему напоследок поиграться с пойманной добычей.

Встав посреди комнаты, дочка губернатора смерила инженера грозным взглядом – он не должен был уличить ее в страхе. Мокрыми от пота руками она достала шприц.

«Думаешь, защититься от меня вот этим?» пренебрежительно поинтересовался он, «Набросишься и воткнешь шприц в шею? Ха-ха! Не испугаешь!..», помедлив, он продолжил чуть более меланхоличным голосом, «Моя сестра тоже частенько грозила мне всякими колющими и режущими предметами. Но я ее не виню. Она просто ревновала ко мне нашу матушку. А ее любовь было трудно заслужить. Требуя от нас беспрекословного послушания, матушка хотела, чтобы мы росли дерзкими и боевыми. Все мои сестры выросли такими. А я…», губы Энли подернулись, словно он хотел улыбнуться; но он не улыбнулся, «Я перестал искать матушкиной любви. Решил, с меня довольно, и оставил ее. Она очень огорчилась, пыталась вернуть меня любой ценой», он печально вздохнул, «Долгое время после этого я испытывал облегчение и ни о чем не жалел. А сегодня я вдруг понял матушку, ее жесткость, радикализм по отношению ко мне. Так она выражала свою любовь. Готова была убить ради меня. Сегодня я едва не убил вас из-за Марики».

«Вы жалкий слабак», тихо произнесла Олеся.

Энли никак не среагировал на дерзость. Отняв лед от затылка, он наморщил лоб в задумчивости.

«Олеся. Олеся…», он не обращался к девушке, просто повторял ее имя, «Вспомнил. Когда мы с Марикой выбрали Лету своим убежищем, я изучил всю информацию о влиятельных людях этой планеты. Ты была среди них. Немировская Олеся Викторовна, родное дитя местного губернатора. Единственная, кто получил образование на планете Адонис. Ты – умная девочка, не так ли?»

Вопрос прозвучал обыденно и непринужденно. С тем же успехом они могли беседовать в уютном кафе или на лавочке в парке. Олеся напряженно замерла в ожидании подвоха.

«Это ты надоумила свою подругу Шуру на столь пламенную речь, чтобы отвлечь меня?»

«Шура сказала то, что думала», огрызнулась Олеся, «Не вам решать, что ей можно думать, а что – нет».

«Правда?» как ни в чем ни бывало продолжал Энли, «Тогда скажи мне, Олеся Викторовна. Почему ты решаешь за Марику? Ты же не знаешь ни ее ни меня».

Судя по всему, это и был тот самый подвох. Недвусмысленное выражение лица инженера на это намекало. Повисла тишина. На мгновение Олесе почудилось, что она слышит грузные шаги тетушки Мишо. Энли не знает о ее присутствии на ГЭС, поэтому не торопится разделываться с неприятельницей. Лучше что-то отвечать, тянуть время.

«Ошибаетесь! Порой не нужно знать мелкие детали, чтобы сделать верный вывод», уверенно сказала дочка губернатора, «Там, где живут люди, есть универсальные правила и нормы… Вы с ней так обращались… Она больше бы этого не вынесла. Рано или поздно она бы сама вас бросила».

Энли вздрогнул всем телом. Кровь прилила к его лицу.

«Неправда!» рявкнул он.

«Если бы больше думали о ней, а не о себе, вы бы так не говорили! Я просто помогла свершиться тому, что бы и так случилось», сердце девушки бешено билось в груди, «А вам было наплевать на нее и на ребенка!»

«И на ребенка мне, по-твоему, тоже наплевать?»

Дикий взгляд Энли пронзал ее насквозь. Сделав два быстрых шага, он очутился с ней нос к носу.

«Да! Не вы же его носите».

Олеся перевела дыхание. Вблизи она заметила, что цвет его глаз какой-то странный. В глубине радужной оболочки появлялись и исчезали мелкие искорки.

И тут произошло то, чего Олеся совсем не ожидала. Энли засмеялся. Олеся стушевалась. В приключенческих фильмахона часто видела, как злодей обсмеивает героя, попавшего в западню. Но этот смех не звучал зловеще, скорее снисходительно и даже немножко добродушно.

Инженер махнул рукой и повернулся к девушке спиной.

«Эй, чего смешного?!»

Энли встал лицом к аквариуму и провел пальцем по стеклу. Не будучи до конца уверенной в том, что делает, Олеся приблизилась к нему. Он обернулся на звук ее шагов. Внутри аквариума горело несколько лампочек, свет которых окрашивал воду в мутный зеленый цвет. Лицо Энли поэтому казалось зеленым, а кровь, обильно стекавшая по его губам и подбородку, черной. Дочка губернатора охнула. Видя ее реакцию, Энли поднес руку к носу. Кровь испачкала ему все пальцы. Инженер зашатался и упал бы, если бы Олеся не поддержала его. Она помогла ему усесться на стул. Его тело задрожало. Руками он обхватил живот.

«Что с вами, Энли?» Олеся беспомощно озиралась по сторонам. Вместо того, чтобы быть нападающим, Энли внезапно превратился в жертву, которой она должна была оказать первую помощь. И понятия не имела, как.

«У тебя был шприц», прохрипел Энли, «Дай сюда».

Что, если он претворяется? и она помедлила.

«Дай сюда, я приказываю! Там мое лекарство. Пропустил время приёма».

Когда шприц оказался у него в руках, он недовольно осмотрел иглу, провел по ней пальцами и брезгливо стряхнул с них прилипшие пылинки. Затем Энли покосился на перепуганную Олесю. Он вздохнул с видом человека, который принял плохое, но единственно возможное решение. И снял иглу со шприца.

Энли дернулся всем телом, весь засверкал, а затем…превратился в золотистый пар. Шприц буквально повис в газообразной гуще. Его содержимое медленно вытекло и, как в условиях отсутствия гравитации, зазмеилось тоненькой струйкой среди пара.

Через мгновение Энли снова сидел на стуле, держа в руках уже пустой шприц. Носовым платком он промокнул кровь и сердито покосился на перепачканную рубашку.

Олеся не верила своим глазам.

«Погодите, вы…этерианец?»

Едва последние слова слетели с ее губ, одну из дверей выбила неведомая сила. Кухню наполнил черный туман.

***

Болотоход летел на всей скорости. Шура едва успевала поворачивать штурвал, чтобы не врезаться в какую-нибудь скалу или дерево. Внезапно она поймала себя на мысли, что управлять ей нравится гораздо больше, чем трястись пассажиром на заднем сидении. Преодолев достаточное расстояние, Шура решила, что опасность позади и сбавила скорость. Она поставила на автопилот и, вынув планшет, принялась настраивать связь. Махрушин, Шумодан и остальные не могли быть слишком далеко. Рано или поздно она сможет выйти с ними на связь.

Тень проплыла мимо бокового окна болотохода. Нечто зашуршало об наружную обшивку. В следующее мгновение кто-то очень мощный сотряс весь болотоход.

«Посторонись!»

Отпихнув Шуру и ухватившись за штурвал, Марика перегнулась через сидение пилота и включила максимальную скорость. Болотоход рванулся. Чьи-то когти заскреблись по крыше болотохода. Марика с силой ударила по кнопке на панели управления. Вспышка света, за которой последовал дикий нечеловеческий вопль. С утроенной скоростью болотоход полетел дальше.

Откинувшись на заднем сидении помощница инженера вытерла пот со лба.

«Уф, никогда не снижай скорость, когда летишь над водой! Этим тварям только и подавай металлическую игрушечку, чтобы отнести своим детенышам. Сто лет назад из-за них людей погибло больше, чем во время наводнений».

Шура уставилась на Марику и не находила слов.

«М-марика, вы…в порядке?»

«Ну как сказать? Башка раскалывается от этого проклятого смуча».

«Энли вколол вам прогипнозник…»

«Правильно сделал! Только это и помогает от смучева яда. Ах, голова! Мог бы и побольше дозу мне дать, Энли!.. Энли?... Где он?»

Прежде чем Шура собралась с мыслями, яркий свет ослепил их обеих. Болотоход вновь неподвижно завис. Вот только на этот раз дело было не в неведомом чудище.

«Именем губернатора планеты Лета! Вы задержаны!» послышался искаженный радиосвязью голос генерала Махрушина, «Снижайтесь и выходите из транспорта с высоко поднятыми руками».

Лицо Марики исказил дикий ужас. Одним огромным прыжком она плюхнулась на сидение пилота, оттолкнув Шуру на соседнее сидение с такой силой, что та едва не впечаталась во внутреннюю обшивку болотохода.

Болотоход зашел в крутом вираже. На короткое мгновение Шура повисла кверху ногами, цепляясь за сидение.

«Марика!» срывая голос, крикнула она, «Принцесса Ная! Не надо убегать! Это друзья, они помогут!»

«Какая я тебе принцесса?! Не болтай под руку!»

Прорычав это, Марика напряженно уставилась в лобовое стекло. И тут весь салон болотохода заполнил звон. Ужасный непереносимый звон. Таким полиция и военные обычно оглушают особо опасных преступников. Заткнув уши, Шура застонала. В глазах потемнело, больше она ничего не помнила…

Глава 9. Жертвы во имя великой планеты

Шура пришла в себя, ощутив запах нашатыря. Болотоход стоял на твердой почве, открытый настежь. Человек в форме военного медика держал смоченный платок у ее носа.

Подле болотохода, подняв руки, замерла Марика. Яркий искусственный свет бил ей прямо в лицо.

«Ваши имя и фамилия? По какому праву вы держали заложника?» раздался грозный голос Петра Ивановича.

Шура неловко пошевелилась. Врач удержал ее.

«Вам больше нечего бояться, Александра».

«Нет. Я хотела… Я не заложница, я…»

Собрав последние силы, она выпрыгнула из болотохода, чтобы быть рядом с Марикой. Генерал Махрушин никогда не видел принцессу в лицо. Нужно всё ему объяснить.

«По какому праву вы применили против меня глушитель?» не менее грозно отвечала Марика.

«Отвечайте коротко и по существу…»

Махрушина заглушил другой голос, полный праведного гнева.

«НЕГОДЯЙ! ВОТ МЫ И ВСТРЕТИТЬСЯ!»

Огромное облако, переливающееся всеми цветами радуги, налетело на Марику и с силой повалило ее на землю. Шумодан, приняв человеческий облик, воинственно нависла над поверженной противницей.

«Госпожа Шумодан!» недовольно окликнул госпожу посла Махрушин, «Прекратите расправу».

Шура подбежала к Марике, готовая помочь. Секретарша категорически не понимала, что нашло на Шумодан. Накануне госпожа посол так распиналась об искренней верности своему «любимому принцесс».

Однако принцесса в подмоге явно не нуждалась. Без особого труда она вырвалась из хватки посла, поднялась и расправила плечи.

«Я - расправу?» возмущенно переспросила этерианка и ткнула пальцем в Марику, «Это – государственный преступник! Вы обязанный задержать его!»

«Ваши имя и фамилия?» с напором повторил Махрушин, обращаясь к Марике.

Марика откинула волосы со лба и взглянула на Шумодан и человеческих военных. На лице ее не было страха.

«Что ж… Видимо, от судьбы не уйдешь… Послушай, Шумодан, ты не злись, я тебе всё…»

«Отвечайте на вопрос!»

Марика вытянулась в полный рост и с расстановкой произнесла.

«Я – Марика Фишер, инженер».

***

… Чёрный туман растекся по углам кухни. Посреди помещения, в туманном окружении величественно возвышалась фигура тетушки Мишо.

«О!» радостно пробасила она, «А я-то ищу вас повсюду. Думаю, неужели этот мерзавец сбежал? В любом случае, спасибо тебе, Олеся».

Она перехватила дубину поудобнее. Олеся замахала руками, встав между ней и Энли.

«Мишо, не надо! Мы ошиблись. Это не человек».

Мишо вздернула бровь. Казалось, слова девушки не произвели на нее впечатления. Черный туман образовал полукруг за спиной торговки. В ее внешности наступила странная перемена. Она больше не сутулилась. Во всей фигуре внезапно начала просматриваться настоящая военная выправка.

Энли властно оттеснил Олесю так, чтобы она оказалась за его спиной.

«Вы же тоже не человек», нахмурился он, обращаясь к тетушке Мишо, «Кто вы?»

Говорил он медленно и с расстановкой. Черный туман менял форму. Вытягивался ввысь. Внутри него просматривались очертания человеческих фигур.

Вдруг Мишо завела руку с дубиной за спину и отвесила почтительный поклон. Олесе бросилась в глаза красная перчатка на правой руке торговки.

«Неужели Вы не узнали меня, Ваше Высочество принцесс Энлиль Ная?»

«Что?!» вырвалось у Олеси.

«Или как правильно? Гм, по-человечески корректнее говорить «принц», верно? Как видите, я владею этим языком лучше, чем изменница Шумодан».

«Принц?!» выдохнула дочка губернатора, «Я ничего не понимаю...»

Следующие слова застряли у нее в горле. Черный туман превратился в отряд вооруженных крепких женщин.

«Всё еще не узнаете?....» прищурилась Мишо.

Свет кухонной лампочки замигал.

«…Верного слугу великой Этеры – генерала Ошшима?»

Всё вокруг затряслось. На месте, где минуту назад стояла «тетушка Мишо», бушевал самый настоящий ураган в форме воронки. У него было два кроваво-красных глаза. Постепенно ураган сжался и вновь превратился в огромную женщину.

«Генерал Ошшим?» пролепетала Олеся, «Выходит, вы – женщина?»

«Выходит, да», небрежно пожала плечами генерал, «Я узнала про это только, когда впервые приняла человеческий облик. Это лишний раз убедило меня в том, насколько люди убогие создания. Делить самих себя на непонятных мужчин и женщин. Абсурд! В этерианском языке даже слов таких нет».

«Любопытно», произнес Энли, «Что же заставило вас изменить своим принципам и принять облик `убогого` существа?»

Олесю поразила невозмутимость этерианского принца. Создавалось впечатление, что он нарочно затягивает разговор с генералом.

«Я на многое готова ради родины», серьезно сказала этерианка, в то время как ее солдаты взяли принца и дочку губернатора на прицел, «Сейчас она нуждается в крепкой руке, которая, наконец, положит конец унизительному низкопоклонничеству перед людьми. Трон не должен достаться предателю, вступившему в преступную связь с человечишкой».

«Вы считаете, что обманщица на троне – то, чего заслуживает Этера?» возмутилась Олеся, «Вы врали нам всё это время».

«О да, ты оказала мне огромную услуга, девочка», усмехнулась Ошшим, среди солдат послышались смешки, «Без тебя я бы еще долго рыскала по этой, богами позабытой планетёнке в поисках принца Энлиля и инженера Фишер. Жаль, тебе тоже придется умереть».

По знаку генерала солдат нацелился прямо в голову девушки.

«Иштар!» внезапно заорал Энли.

С потолка упала огромная сверкающая сеть. Липкая и путанная, она посеяла сумятицу в рядах верных генералу этерианок. Сама генерал громко выругалась на родном языке.

Олеся почувствовала, как все ее тело оплетает блестящий пар золотистого цвета. В ушах ее раздался голос принца:

«Только не делай резких движений. Я вынесу тебя отсюда».

Нечеловеческая сила подняла тело Олеси над полом и молниеносно понесла прочь.

«Сетка не задержит их надолго», прошелестел голос Энли, «Стоит поторопиться».

Когда они очутились наружи, их встретил прохладный ночной воздух и плеск реки. Черного тумана не было. Должно быть, все приспешницы генерала остались внутри станции. Беглецы пронеслись вперед и оказались за бетонной загородкой, возле которой работал декоративный фонтан. Золотистый туман вокруг Олеси резко развеялся, и девушка упала на бетонный пол. Принц в человеческом обличье стоял рядом, на коленях. Судорожно дыша, он опять держался за живот. Кровь из носа стекала по его шее и впитывалась в рубашку.

«Энли, вы как, совсем плохо?»

Олеся в ужасе взирала на принца. Она не знала, что пугает ее больше – его внезапная болезнь или опасение того, что генерал вот-вот догонит их.

«Нет…не так уж и плохо», нарочито бодро отозвался Энли, платком промокая кровь, «Просто чем больше срок, тем труднее мне долго оставаться в этерианском обличье».

«Какой срок?» удивилась Олеся.

В свете тусклого фонаря она внимательно посмотрела на этерианца. Его фигура, бледность, пристрастие к мятнице болотистой, капризное поведение. Тут дочку губернатора осенило. Но догадка эта звучала слишком безумно и невероятно.

«Вы…» начала она и запнулась, «Но вы же мужчина?!...»

«В человеческом понимании – да. Ну и что?» недоумение принца было искренним, «Дитя должен рожать тот, кто физически и морально более приспособлен к этому. На Этере всё обстоит так. А это необычное дитя – наполовину человек, наполовину этерианец. Марика просто не справилась бы. Я гораздо крепче и выносливее, чем она».

Придерживая живот рукой, Энли с гордым видом поднялся. Яркий луч прорезал стену. Принц едва успел отшатнуться. Луч ударил в фонтан, и струи воды резко замерли, сузились и затвердели. Через мгновение от них осталась лишь пыль.

«Отличная реакция, Ваше Высочество!»

Сквозь разрезанную лучом стену отлично виднелась приближающаяся фигура генерала. Она вытянула вперед руку, одетую в красную перчатку.

«Напрасно Вы украли “Нергал-3” у своего народа. Почему бы нам не испытать его прямо здесь и сейчас…на Вас?»

Еще один луч пронзил бетонный пол прямо возле ботинок Энли. Неизвестно, действительно ли Ошшим промахнулась или нарочно забавлялась беспомощностью наследника этерианского трона.

По-видимому, опасность заставила слабеющего принца собрать остаток сил. Приняв этерианское обличье, он вновь подхватил Олесю и понёс ее дальше. Массивность генерала не позволяла ей тотчас догнать жертв. Впрочем, похоже, она не очень торопилась и наслаждалась моментом, чувствуя себя хозяйкой положения. Беглецам было некуда бежать. Кругом рыскали солдаты генерала Ошшима.

В конце концов они достигли места, где Марика посадила болотоход в тот раз, когда Олеся и Шура впервые оказались на ГЭС. Бетонный пол обрывался. Дальше – водосбросы, утопающие в сумерках.

На этот раз ноги Олеси плавно опустились на пол. Позади раздался охрипший голос Энли:

«Смотри внимательно, Олеся, перелезай через перила, только аккуратно. Там, где заканчиваются водосбросы, есть узкий участок, по которому можно пройти до берега. Я хотел донести тебя сам, но…..»

Голос оборвался. Олеся повернулась к принцу. Размазывая кровь по лицу, он со стоном опустился на пол. Присев возле него на корточки, дочка губернатора потянула было к нему руки, но так и не дотронулась. Она попросту не знала, что ей сделать и как ему помочь. Можно было только гадать, сколько раз Марике приходилось наблюдать подобное и мучиться от собственной беспомощности.

«Олеся, давай беги», строго прохрипел Энли, «Генерал скоро будет здесь».

У Олеся мелькнула ужасная мысль, что генералу вовсе не потребуется самой убивать Энли. Он и его нерожденный малыш и так на волосок от гибели. А Этера окажется под властью военного диктатора, который пойдет войной на человеческий род.

«Всё будет хорошо, Энли», заверила Олеся принца, «Отдохните, а потом сами убежите своим секретным путем».

«Как?!... Ты смеешь мне перечить?!»

«Да, смею», сказала она холодно и твердо, «Не бойтесь, я выиграю для вас время».

Дочка губернатора решительно побежала назад.

«Нет, Олеся, стой…» Но девушка была уже достаточно далеко и не слышала его слабый голос.

Глава 10. Наперегонки с судьбой

Притаившись за колонной, Олеся подождала появления огромного силуэта генерала. Затем она запустила руку в карман кожаной куртки и, взяв пригоршню ягод ракетницы, прицелилась.

«Эгей, тетушка Мишо!»

Как только этерианка обернулась, Олеся швырнула ягоды прямо ей в глаза. Точно праздничные фейерверки, засияли разноцветные вспышки. Всю ГЭС огласил лютый вопль, отдавшийся эхом за много километров вокруг. Пользуясь моментом, девушка бросилась наутек. Генерал яростно стерла с лица кровь, смешанную с ягодным соком, и, вновь обратившись в черный ураган, стремительно двинулась вдогонку за Олесей.

Девушка петляла между колонн. Надо было отвести генерала подальше от Энли и побыстрее, пока на крик предводительницы не набежал черный туман.

Пару раз луч “Нергала” проносился в нескольких сантиметрах от Олесиной головы. Благо, после взрыва ягод генерал плохо видела. На всякий случай, девушка захватила еще одну пригоршню ягод и сжимала ее в кулаке.

Гул наверху заставил Олесю задрать голову. Она увидела вершину плотины, услышала, как там шумит вода. Шум не был равномерным, то тихий, то слишком громкий, словно чье-то прерывистое дыхание. Хотя, возможно, Олесе всего лишь показалось, ведь ей самой было сейчас непросто дышать после стремительного бега и нарастающего чувства страха. Внезапно вдалеке мелькнули огни летательных аппаратов. Кто это, новые отряды этерианцев, спешащие на подмогу к своему генералу, или люди?.. Луч угодил ей прямо в шею. Девушка слабо вскрикнула и попыталась схватиться за рану. Однако от шеи по всему телу практически мгновенно распространился холод. Мышцы и другие мягкие ткани затвердели.

Над распластавшимся на полу окостеневшим телом Олеси склонилась генерал Ошшим. Один ее глаз опух до синевы и был закрыт. Она ехидно помахала девушке боевой перчаткой.

«Смело, девочка. Но глупо. На что ты рассчитывала?... А? Ты что-то говоришь?»

Наклонившись к еле бормочущей дочке губернатора, Ошшим смогла расслышать:

«Вам…это…не сойдет…Убьете меня…или принца…межгалакти…ческий трибунал…»

«Детка!» рассмеялась этерианка, «Что ты городишь? Репутация генерала Ошшима останется чистой как слеза. Верная подданная лишь пыталась спасти своего любимого принца».

Олеся беспомощно захрипела. Генерал, не раз присутствовавшая на допросах с пытками, неплохо разбиралась в том, что означает тот или иной нечленораздельный хрип – боль, страх, гнев или, как сейчас, беспомощное недоумение. Поэтому она пояснила:

«Скажи, кто видел, как я преследую вас и пытаюсь убить? По твоей же просьбе я разбила все камеры».

Генерал удобно устроилась на Олесиной ноге. Кости внутри хрустнули. Дочка губернатора готова была издать крик боли, но не смогла. Ее горло и язык тоже окостенели.

«Осталась только одна камера. В одном-единственном помещении. На ней отчетливо видно, как ты бьешь беззащитного Энлиля Наю по голове».

Генерал Ошшим нагнулась совсем близко, мощной дланью опершись о плечо жертвы. Кости вновь болезненно захрустели.

«Это ты убила его. Твоя глупая подруга подтвердит, что ты испытывала к нему далеко не теплые чувства. А я примчалась на подмогу к нашему любимому принцу, но, увы, было слишком поздно», этерианка нарочито наигранно изобразила печаль, «Первое, что я сделаю в день своего воцарения – объявлю всепланетный траур. Спасибо тебе, Олеся Немировская! Более великолепного предлога для начала войны и не придумать. С помощью “Нергала” я быстро покончу с предателями, а затем – уничтожу расу убогих… А теперь, прощай».

Генерал Ошшим поднесла длань в красной перчатке к самому лицу Олеси. Остекленевшие глаза девушки видели, как ткань оружия угрожающе искрится.

«Ошшим, оставь ее! Тебе нужен я».

Рука в перчатке зависла в воздухе. Через секунду по ней с размаху ударил боевой жезл.

Вскочив с неожиданной для нее прытью, Ошшим выстрелила туда, где мгновение назад находился Энли.

«Немного нечестно называть людей убогими и пользоваться их изобретениями», усмехнулся Энли, материализуясь рядом, «Марика не закончила работу над “Нергалом” – вот вы и остались с экспериментальной моделью».

«Мои инженеры доработали бы “Нергал”», прорычала Ошшим, «Если бы Вы и проклятая человечка не уничтожили все чертежи. Ничего, Ваше Высочество, я верну то, что принадлежит Этере по праву».

Оба этерианца приняли свой парообразный облик. Черный ураган устремился в погоню за золотистым облаком.

С трудом перенося саднящую боль в местах переломов, дочка губернатора осталась лежать. Она видела, как вверху вновь мелькнули огни заходивших на посадку летательных аппаратов. В застывшем кулаке девушка сжимала горсть ягод.

***

…Черный туман атаковал человеческих военных, стоило им только ступить на поверхность ГЭС. Очевидно, не одна Олеся заметила приближение летянских кораблей. Марика одним ударом отправила в нокаут нападавшую на нее этерианку.

«Хорошая у вас реакция», пробормотал Махрушин.

«Когда мы с Энли бежали из заполоненного охраной королевского дворца, дела обстояли еще хуже», заметила инженер, «Было, где попрактиковаться в ударе».

Внезапно на Марику надвинулся темный туман. Почувствовав мощный удар тока, девушка рухнула вниз. В этот момент разноцветное облако налетело на темное. После ослепительной вспышки этерианская воительница неподвижно лежала у ног госпожи Шумодан.

«Хвастайся, Фишер, но не сильно!» проворчала посол, «Если бы не ты, всего бы этого не быть. Ты – по-прежнему преступник. Если с принцесс Ная что-то случится…»

«Ничего не случится, Шумодан, мы найдём его!» с сердцем воскликнула Марика.

«Знать бы, где их искать», оглядываясь, сказал Махрушин.

***

Никто из них не предполагал, что в это самое время на другом конце ГЭС возле водосбросов разворачивались совсем другие события.

Принц планеты Этера, более не в силах оставаться облаком, в человеческом обличье пятился к перилам. Его преследовательница уже предвкушала победу, как вдруг, собрав последние силы, наследник вскочил на каменные перила и спрыгнул вниз. Генерал Ошшим плавно спланировала следом за ним. Слабо цепляясь за край водосброса, принц трясся мелкой дрожью. Его колени и рубашка были перепачканы в грязи и крови. Слыша приближение врага, он вытянул вперед руку с боевым жезлом.

«О боги!» с деланным ужасом проговорила генерал Ошшим, «Как же жалок конец славной династии Ная! Последний их представитель погибает из-за того, что решил спасти человека. Скажите, Ваше Высочество, почему вы не попытались сбежать? Зачем было рисковать во имя безмозглой человечки? Ведь это она виновна в вашем нынешнем убогом состоянии».

В последних словах генерала сквозило искреннее любопытство. Энли поднял голову и взглянул в глаза своей будущей убийце. Она стояла чуть выше по водосбросу, отчего казалась больше. Утренний свет постепенно освещал старинную ГЭС. По древней этерианской легенде именно в это время суток на землю Этеры опускалась добрая богиня, бескорыстная защитница больных существ и маленьких детей. Однако принц не испытывал иллюзий. Он был слишком далек от родины и тех, кто мог бы его защитить. Набрав в легкие побольше воздуха, Энли проговорил:

«Трусливо бежать и обвинять юную девушку во всех своих бедах – не в правилах короля Этеры, генерал Ошшим….»

***

…Олеся с огромным трудом разжала кулак. Ягоды покатились по полу. Несколько из них взорвалось. Этот звук не мог не остаться неуслышанным….

***

«…Я лучше погибну, но ни я, ни мои дети не будут жить в мире, где Вы станете этерианской королевой и развяжете кровавую войны».

Генерал Ошшим надменно улыбнулась.

«Слова – достойные героических сказаний, Ваше Высочество».

Она подошла вплотную к жертве. Неожиданно принц сделал выпад боевым жезлом, угодив преступнице прямо по коленке. Резкая боль лишь раздразнила этерианку. Один взмах мускулистой длани опрокинул навзничь обескровленное тело Энли. Ставший бесполезным, боевой жезл катился вниз по колее водосброса…

***

…Целая группа военных склонилась над Олесей. Врач осматривал ее переломанное плечо.

«Олеся!» в исступлении закричала Марика, «Где Энли?!»

Язык еще не слышался дочку губернатора. Он едва смогла кивнуть в сторону водосброса.

«Т-там…генерал Ошшим…»

***

…Тяжелый сапог генерала давил на грудь Энли. Будущая королева собиралась использовать “Нергал-3” на полную мощность.

«Я исполню Ваше пожелание, Ваше Высочество», ехидно пообещала она, «Когда я стану правителем Этеры, Вы уже не будете жить».

Светлело. Вода в Дильбате причудливо переливалась, иногда она вздымалась, словно живое существо. Над ней жужжали насекомые с пестрыми крыльями. День обещал быть чудесным.

«Пять», неожиданно сказал принц.

Генерал немного опешила и воззрилась на жертву. Уж не тронулся ли он умом?

«Не поняла Вас?»

«Ровно пять утра», чуть слышно прошептал Энли.

«Ну и что?» нахмурилась Ошшим.

Ответом ей был шум позади. Затвор на плотине широко распахнулся. Огромная масса воды покатилась по водосбросу.

С опозданием в долю секунды окрестности огласил вопль Марики:

«ЭНЛИ!!!»

Вода, величаво сверкая в утреннем свете, с глухим шумом катилась по водосбросу, не оставляя и следа от этерианцев, еще мгновение назад стоявших на ее пути.

Глава 11. У воды нет глаз...

Махрушин едва успел схватить Марику, которая уже почти прыгнула в убийственные воды.

«Пустите сию минуту! Там Энли!» исступленно заорала инженер.

«Фишер, не валяйте дурака! Вы погибнете!»

Вырвавшись из хватки капитана, Марика помчалась в сторону машинного отделения.

Турбины бесстрастно вращались. Марика повернула рубильник на стене. Клацанье механизмов смолкло. Но прошло уже достаточно времени, чтобы огромные лопасти пропустили сквозь себя жидкость. Использованная вода мерно стекала вниз по течению.

Не стало слышно шума генератора, турбины остановились. Две вещи нарушали тишину – журчание воды и звуки продолжающейся битвы наверху. Преимущество оказалось на стороне людей. Этерианки, оставшиеся без предводительницы, неумолимо сдавали свои позиции.

Утренний свет активно пробивался сквозь разбитое стекло огромных окон, выходящих на реку. Марика стояла вплотную возле одного из них и смотрела на воду.

К ее ногам прильнула Иштар. Пристав на задние лапки, пушистым тельцем паучиха потерлась о ногу хозяйки. Машинально опустив руку, Марика пальцами ощутила высушенные ягоды ракетницы на ошейнике питомца. Ей вспомнилось, как она подтрунивала над Энли, который потратил несколько вечеров на изготовление этого ошейника.

Позади себя девушка услышала шаги и голоса. Капитан Махрушин осматривал помещение на предмет наличия в нем засады. Шура подошла к Марике.

Лицо инженера напоминало лик статуи. Ни один мускул, ни одна морщинка не двигались. Но это не было спокойствие. Скорее, наоборот. В душе инженера Фишер произошел катастрофический коллапс, парализовавший все внешние проявления чувств и сжегший несколько лет ее будущей жизни. Марика резко стала выглядеть гораздо старше.

«Энли сделал это нарочно», прошептала Марика, обращаясь в пустоту, «Выгадал время, когда откроется затвор, и заманил генерала в ловушку».

Шура следила за стекающей водой. Она облизала пересохшие губы и почувствовала соленый привкус. Это были ее слезы. Ей вспомнилась их первая встреча с Энли и его слова: «Не надо плакать перед этой водой. Она, конечно, не увидит. Но эмоции почует. Не стоить ее тревожить». Но разве можно потревожить воду? Разве почувствовала что-то вода, когда захлестнула и поглотила навек отважного этерианского принца?

Вода падала вниз. На ее поверхности образовался утренний золотистый туман. Подул прохладный ветерок и начал накрапывать мелкий дождик. Брызги от него достигли машинного зала.

Марика продолжала невидящим взором наблюдать за водой снаружи. Золотистый туман медленно поднимался.

Марику обдало брызгами. Внезапно она поняла, что это был не дождик. Брызги поднимались от самой реки, как будто она стремилась закинуть часть своих вод в машинный зал. Золотистый туман просочился сквозь разбитое окно и расстелился на полу. На глазах инженера туман принял форму человеческого тела. Энли лежал лицом вниз, с раскинутыми руками.

Бросившись на колени, Марика рывком перевернула обмякшее тело. Глаза Энли были закрыты. С волос обильно сливалась вода.

«Ты меня слышишь, Энли?!»

Марика приложила ухо к его груди. Однако прислушаться ей помешали звуки шагов подбежавшего Махрушина. Шура принялась громко объяснять капитану произошедшее.

Вдруг Марика ощутила, как кто-то поцеловал ее в затылок. Теперь глаза принца были широко раскрыты. Но он был очень слаб. Марика помогла ему принять сидячую позу.

«Энли, я боялась, что…Но как?»

Марика ласковым движением опустила голову возлюбленного к себе на плечо.

«Вода сдавила всё мое тело. Я никак не мог вырваться из ее течения», чуть слышно отозвался принц, «А потом она сказала, что Ошшим останется, а я могу идти…»

«В смысле? Кто это сказал?»

«Вода… Даже не так. Не было слов. У нее своя речь. Наверное, человеческое ухо не смогло бы это услышать… Ты мне не веришь?»

Марика молчала и во все глаза глядела на Энли. Потом она осторожно провела пальцами по его волосам, словно убеждаясь, что он ей не мерещился.

«Верю, милый. Теперь поверю во что-угодно».

Шура недоуменно оглянулась на реку. Ей вспомнились многочисленные истории из эпохи неудачного покорения Неизведанных территорий, когда мощные водные потоки сметали все человеческие постройки и топили людей средь ясного дня. Вспомнила она и утверждения об отсутствии на Лете аборигенного населения. Действительно ли Лета была необитаема? Могли ли местные реки и быть теми самыми разумными созданиями? Значит ли это, что этерианский принц понял то, что для многих поколений людей так и осталось тайной?...

Командирский голос Махрушина загремел под сводами машинного отделения. Помещение быстро заполнялось людьми. Вскоре шум человеческих голосов перекрыл шелест реки. Брызги больше не долетели до разбитых окон.

Эпилог

Со времени той памятной ночи никто больше не видел генерала Ошшима. Дильбат продолжала как ни в чем ни бывало гнать свои воды вперед. Мог ли властолюбивый генерал действительно застрять в плену ее вод? Погиб ли он? Стило ли опасаться его возвращения и мести?

Разумеется, ни Виктор Васильевич Немировский, ни капитан Махрушин не поверили рассказам про «разумную» воду. Повсюду, даже в верхних атмосферных слоях планеты была усилена охрана. На всякий случай, вызвали подкрепление с Адониса.

Последнее было необязательно. После того, как госпожа посол сообщила на Этеру о том, что «любимый принцесс» найден, на Лету прибыла целая этерианская флотилия. Никогда еще улицы обычно сонного Летисса не заполоняло такое количество разноцветных парообразных существ. Люди, поначалу с настороженностью отнесшиеся к экзотическим гостям, вскоре оценили и красоту этих эфирных созданий, и их способность переносить тяжелые предметы по воздуху. На протяжении всех этих дней увидеть человека, как будто самостоятельно парящего над землей, стало обычным делом на улицах Летисса.

У людей и этерианцев было время для укрепления дружбы, ведь принц после невеселых событий на ГЭС не мог тотчас отправиться на родину. Целую неделю он провел в элитном отделении летянского госпиталя, пока не стало окончательно ясно, что ни ему, ни ребенку ничего не угрожает. Губернатор, как и госпожа Шумодан, относился к тем избранным, кому позволили навещать наследника. Позднее Немировский хвалился, что за это время он успел подписать с будущим королем несколько «эпохальных» и «взаимовыгодных» соглашения о дружбе и сотрудничестве между Летой и Этерой.

Всё это время Марика неотрывно находилась возле кровати возлюбленного. С нее были сняты все обвинения, но она старательно избегала любых расспросов о «Нергале-3» и возможности его восстановления. Много времени спустя Махрушин однажды вспомнил, что будто, когда он в очередной раз начал этот разговор, инженер усмехнулась и сказала: «Если генерал Ошшим и сделала что-то полезное для своего отечества, то это было уничтожение “Нергала”. Чем дольше он остается на дне Дильбата, тем лучше для всех разумных существ».

Шура Лаптева, невзирая на протесты семьи, взяла Иштар к себе домой, исправно кормила и выгуливала. Возня с новым питомцем доставляла ей несказанное удовольствие. Конечно, девушке очень хотелось повидаться с Энли и Марикой. Но это ей удалось только в последний день пребывания этерианского наследника на Лете.

Будущего короля выписали буквально накануне его путешествия на родину. Это событие не могло остаться незамеченным со стороны прессы, которая всё это время, несмотря на охрану, буквально штурмовала госпиталь. После долгих месяцев скитаний и отшельничества принц оказался в центре внимания корреспондентов с разных планет. Перекинуться парой слов с Энли и Марикой в такой ситуации было просто невозможно, даже если ты секретарь или родная дочь губернатора. Отделаться от толпы корреспондентов удалось только в космопорту.

Когда до отлета межгалактического лайнера оставалось совсем чуть-чуть, Виктор Васильевич обратился к этерианским гостям:

«Я надеюсь, пресса не очень утомила Вас, Ваше Высочество. Ну Вы же понимаете, историческое событие, они такое не могут упустить».

«Вам не о чем беспокоиться, господин губернатор», заверил его этерианский наследник, «Напротив, я от своего имени и всего народа планеты Этеры выражаю вам сердечную благодарность. Отныне вы и жители этой планеты – желанные гости на Этере».

Между тем рабочие, трудившиеся под присмотром военных и лично капитана Махрушина, уже подгоняли трап. У друзей оставалось совсем немного времени, чтобы попрощаться.

Пока губернатор переговаривался с Энлилем и Шумодан, Марика обнялась с Шурой и пожала руку Олесе.

«Ну что ж, Шура, Олеся, бывайте! Надеюсь, скоро увидимся».

«А сами вы хотите возвращаться на Этеру?» спросила Шура.

«Знаешь, до недавнего времени я думала, что ноги моей там больше не будет. Но раз Энли теперь король… Он же не может бросить свой народ. А я никогда не брошу его».

«Тем более, вы – королева», подмигнула ей секретарь губернатора.

«Точно», кивнула Марика и покосилась на госпожу посла, которая в этот момент обменивалась любезностями с Немировским, «Только не напоминай об этом в присутствии Шумодан, а то она еще с этим не смирилась».

Шура засмеялась. Олеся тоже улыбнулась. Улыбка, правда, вышла натянутой.

«Я хотела попросить тебя, Шура», сказала Марика и подманила к себе паучиху, «Не могла бы ты приютить у себя Иштар?»

«Я думала, вы возьмете ее с собой», удивилась Шура, ласково погладив паучиху по спинке.

«Мы с Энли поговорили и решили, что ей будет лучше остаться здесь, в родных пенатах», грустно покачала головой инженер.

«Тем более, вы с ней прекрасно поладили», добавил подошедший к ним Энли.

Шура присела на корточки возле Иштар и протянула ей руку. Не заставляя себя ждать, паучиха положила свою лапку на ладонь девушки.

Олеся внимательно наблюдала за этим и продолжала хранить молчание.

«Олеся, скажи, ты как?»

Дочка губернатора подняла голову и посмотрела на принца. Почувствовав некоторую неловкость ситуации, он наклонился так, чтобы смотреть в глаза девушки, сидевшей в инвалидном кресле.

После событий на ГЭС Олесе пришлось нелегко – переломы были довольно тяжелые, да и ее «знакомство» с “Нергалом-3” не прошло бесследно. Сегодня был первый день, когда она покинула территорию больницы, да и то – временно.

«Что врачи говорят?» Энли заботливо погладил ее по тыльной стороне ладони.

«Да, они мало что говорят… Вроде, еще месяц терапии. А потом отправят меня домой на реабилитацию».

Всё это Олеся проговорила себе под нос, избегая смотреть принцу в глаза. Что-то болезненно тяжелое сжималось в ее груди каждый раз, когда она смотрела на него или его невесту.

«Тогда, всё будет в порядке», бодро сказала Марика, «Не расстраивайся».

«Да я не расстраиваюсь», ответила Олеся и обхватила плечи руками, как будто ей было холодно.

Энли и Марика переглянулись.

«Олеся», мягко проговорил принц, «Ты знаешь, почему ты сейчас здесь присутствуешь?»

«Конечно… Ваше Высочество, конечно, знаю. Папа…Виктор Васильевич потребовал, чтобы я тоже…»

«Ничего подобного!» громко перебила ее Шура, «Губернатор-то как раз до последнего сопротивлялся. Я еще вчера вечером слышала, как он по аудиофону твердит какому-то дядьке, что привозить тебя в космопорт – плохая идея».

«Этот дядька – я», снисходительно пояснил Энли.

«Ой», смутилась Шура.

Олеся встрепенулась.

«Вы? Но почему?»

«Потому что было бы невежливо с моей стороны не попрощаться с другом».

Девушка не верила своим ушам.

«Ваше Высочество…»

«Энли. Меня зовут Энли».

«Энли…Разве я вам друг?»

Марика закатила глаза, прежде чем пояснить:

«Конечно, а разве нет? Ты спасла меня от смуча, отвлекала на себя генерала Ошшима, когда она пришла покончить с Энли…»

«Это же всё из-за меня!» с жаром возразила Олеся, «Из-за меня вы, Энли, попали в лапы к генералу и чуть не погибли!»

Говоря это, она так сильно нагнулась в коляске, что едва не свалилась. Благо, Марика вовремя пришла на подмогу.

Олеся спрятала лицо в ладонях.

«Мне так неудобно. Простите меня, Энли. И вы, Марика. Я же ничего не поняла. Ни в чем не разобралась. Всегда ругалась на тех, кто навешивает ярлыки, и сама же эти ярлыки навесила».

«Послушай, Олеся», твердо сказал будущий король, отнимая ей ладони от лица, «Не страшно сделать ошибку. Главное – уметь ее осознать».

«А потом-то что?» спросила Олеся.

«Двигаться дальше. Иначе – никак».

Они помолчали. Немного совладав с эмоциями, Олеся, наконец, решилась посмотреть Энли в глаза, серьезные и спокойные. Принц вынул из кармана маленький сверток, перевязанный лентой, и вложил в Олесину ладонь. Затем осторожно, чтобы не задеть перебинтованное плечо девушки, обнял ее.

«Ваше Высочество!» позвала Шумодан, стоя возле готового трапа.

Для Марики и Энли, двух бывших беглецов, неумолимо наступало время очередного путешествия. Дорога предстояла неблизкая.

«Энли», серьезно проговорила Марика, «Еще не поздно всё отложить».

«Это почему?» с изумлением поинтересовался принц.

«Вдруг перелет окажется тяжелым для тебя и малыша? Например, сейчас корабль взлетит, а это – перегрузка, как никак…» видя, как глаза возлюбленного засверкали негодованием, девушка поспешно добавила, «Разве что тебе прилечь на всё это время…»

Принц гневно сжал губы и принял воинственный вид, точь-в-точь как тогда, когда Марика привезла девушек на ГЭС.

«Марика, это переходит всякие границы! Я полагаю, ты не забыла, что я – мужчина в семье. А в человеческих семьях всегда мужчина принимает решения. Если я отправляюсь на Этеру, ты не смеешь мне указывать и, тем паче, сомневаться в правильности моих решений. Никакой перелет не страшен повелителю планеты Этера», он с гордостью посмотрел на звездолет и немного побледнел, «Тем более, мой народ ждет меня», будущий король приосанился, хотя его бледность не исчезла, «И ты, Марика, должна подчиняться».

Олеся и Шура опасливо переглянулись. Однако Марику ничуть не смутила пафосная тирада будущего отца ее ребёнка. Невзирая на обращенный на нее суровый взгляд, инженер Фишер ласково улыбнулась и взяла его за руки.

«Разумеется, мой почтенный супруг, я и не думала сомневаться в мудрости твоих решений. Но ты же не откажешь слабой женщине в том, чтобы крепко обнять тебя во время взлета?»

И поцеловала его в самые губы. Выражение лица будущего короля смягчилось. Он прижал девушку к себе, стремясь продлить поцелуй. Наблюдавшая за этим Шумодан сделал недовольную гримасу и шепотом что-то проворчала…

…Некоторое время спустя, глядя вслед улетающему кораблю, Шура задумчиво произнесла:

«Красивая парочка, правда, Олеся?»

«Да», согласилась дочка губернатора, «Хорошо, что они нашли друг друга в такой огромной Вселенной».

«Как ты думаешь, на кого будет похож их ребенок?» продолжала Шура.

«Без понятия. Хотя интересно было бы взглянуть на него», улыбнулась Олеся.

«Ага. Но для этого надо лететь на Этеру… Кстати, Олеся, а что тебе дал Энли?»

Олеся развернула сверток. Внутри оказались ожерелье и брошь из высушенных ягод ракетницы. И короткая записка: «До встречи на Этере, Олеся и Шура. Энли и Марика, ваши друзья навек».

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Вот и подошла к концу эта история. Мне будет очень интересно прочесть ваши мнения в комментариях. Так что you’re welcome! ;)

Особую благодарность хочу выразить замечательному художнику Mersops, который нарисовал оригинальную обложку к этому произведению. Его страничка в Instagram - https://www.instagram.com/mersops.nvk.keys/