Следы великана

Пролог

Из учебника UA-342[1] корпорации Astra, тезисы:

XXI век (2001-2100): глобализация, цифровизация, климатические и экологические проблемы.

К концу века, периоды с 2086 по 2087 года, произошло применение всего ядерного оружия массового поражения, в глобальном мировом конфликте между ядерными державами. Несмотря на летальность применяемого оружия, большая часть населения земли выжила (67%).

Города и крупные населенные пункты полностью разрушены. Человечество спасается, живя в герметичных постройках модульного типа, вне помещений используются респираторы.

Геном человечества претерпел изменения (адаптация организма к радиации).

XXII век (2101-2200): период восстановления и зарождения новой цивилизации.

На смену государственным политикам приходят корпорации, которые определяют путь развития той или иной территории, принадлежащей ей, заботясь о своих работниках.

Города, после конфликта XXIвека, отсутствуют.

Корпорация Astra создает самые комфортные условия проживания и карьерного роста для своих работников.

Ограничений на рождаемость нет, как и принуждения к воспроизводству. Институт брака отсутствует, как негативное проявление доминантности людей. При рождении ребенка, корпорации берут всю ответственность по воспитанию и заботе. После достижения возраста 23 лет, дети, автоматически становятся работниками той корпорации, которая его вырастила и обучила.

В связи с применением, при глобальном конфликте XXI века ядерного оружия, климат на планете установился резко континентальный. Экологическая обстановка не благоприятная.

XXIII век (2201-2300): период научных открытий.

Социальная модель стандартизируется. Для социального равенства, упраздняются фамилии, имена, отчества. Разработан общий стандарт классификации людей.

Научно доказано, что религии, не более чем фантазии, целью которых получение прибыли.

Климат на планете так и остаётся суровым, что в свою очередь толкает корпорации на создание синтетических пищевых продуктов, делая органические продукты, практически не востребованными, из-за их затрат на производство. Фермерство и земледелие уходит на уровень хобби и является нерациональным. Пища становится практически бесплатной.

Создан первый полноценный искусственный интеллект.

Корпорации свели к минимум негативные мутации генома человека. Закрепился новый вид мутации генома. Появляется Homo radioresistens[2].

Между корпорациями прямых конфликтов не происходит, зоны влияния и ответственности определены.

Ресурсы и наука направлены на создание средств покорения космоса.

В области исследования космоса, корпорация Astra является лидирующей.

XXIV век (2301-2400): период освоения космоса.

Благодаря C1-43-AZ-92[3] (г.ж. 2312-2399) в 2358 был открыт и реализован способ перемещения в пространстве, основанный на гравиметрическом движении. Переход при таком методе, от точки А до точки Б, возможен только при наличии двух масс, создающих гравитационные возмущения, что ограничило выход за пределы солнечной системы, в связи со значительной удаленностью других звездных систем. Скорость такого перемещения зависит от разности силы гравитации тел.

Начинается эпоха захвата корпорациями солнечной системы. Корабли устремляются в космос.

Ученик, помни!

Главное принести пользу корпорации, и она тебя не забудет.

Твой карьерный рост, определяет твое стремление.

[1]University Astra 342 — учебное заведение корпорации Astra № 342.

[2]Homo radioresistens — человек не восприимчивый к радиации.

[3] Общепринятая корпорациями система идентификации:

первые два или один символ — категория значимости человека для корпорации;

вторые два символа — приоритетность при рождении, от 01 до 99, чем больше, тем менее приоритетен человек, во всем;

третьи два символа — первый, буква корпорации, вторая буква, сектор;

последние два или один символ — район сектора.

Глава 1. A-97-AR-3.

Привет, давайте знакомиться! Я A-97-AR-3, а если коротко Девяносто седьмой. Мне сегодня исполнилось 23 года и по традиции моей корпорации Astra, меня ожидает экзамен на самостоятельность. И экзамен этот сегодня.

Сейчас 2371 год, от рождества Христова, но кто это, мне не смогли ответить даже C1 в UA-342. Ах, да, забыл сказать, что воспитало и вырастило, да и вообще сделало из меня человека, учебное заведение UA-342.

Корпорация Astra, в моем детстве, разглядела во мне предрасположенность к анализу. Сами знаете эти ежегодные тесты на склонности к профессиям и дисциплинам. И сегодня я докажу, что с меня выйдет аналитик-навигатор, как минимум в будущем, категории C1. И наконец-то, я увижу звёзды не с ракурса земли, а из иллюминатора корабля. По крайней мере, я надеюсь их увидеть.

Живу я в жилом комплексе H-541, сектора AU-53871, в своей уютной комнате, на 152 этаже. В комнате шесть квадратных метров, есть санитарный узел, кровать, учебное место. Санитарный узел отгорожен непрозрачным стеклом синего цвета от основной комнаты. Цвет стен светло серый, очень уютный.

Освещением, в моей комнате, служит весь потолок, состоящий из матового стекла. Но самое главное, мне повезло. У меня есть даже окно! Широкое, от пола до потолка! Вид из него, конечного не очень удачный, практически, в окна соседнего комплекса, но все же лучше, чем глухая стена.

На стену, у изголовья кровати, я, ещё будучи совсем юным, приклеил плакат, на то время знаменитого по сериалам, космического пирата Мориса. К сожалению, со временем корпорация решила упразднить телевидение, мотивировав это тем, что живое общение между людьми, лучше сказок по телевизору. С тех пор, активно началось и продолжается строительство развлекательных комплексов, во всех жилых зданиях.

Сам жилой комплекс, грандиозен. Он был построен корпорацией Astra, в 2337 году и является самой последней постройкой, в нашем секторе. Громада класса A на десять тысяч людей, высотой в 435 метров и общей площадью в один квадратный километр, с собственным ядерным реактором.

У нас есть все, даже аэропорт для атмосферных кораблей, на крыше. Выходить из комплекса никуда не надо, кроме обучения. Корпорация постаралась, чтобы комплекс обеспечивал нас всем необходимым и не только. Магазины, театры, кинотеатры, спортивные площадки, бассейны, все что можно желать и хотеть. Наш комплекс, был выше других соседних, метров на двадцать, но выше. Это в наших юных глаза, делало его лучше, а нас престижней. До сегодняшнего дня, это лучший жилой комплекс подобного класса в корпорации Astra.

Моё учебное заведение, находится не так далеко от комплекса H-541, всего три остановки подземного терминала путей сообщения или как мы его между собой называем — «подземка». Путь через подземку, занимает две минуты, если нет каких-либо массовых мероприятий.

Я предпочитаю, естественно, если не тороплюсь на занятия, идти по поверхности. Так интересней. Пешеходная зона, в основном расположена, сквозь жилые комплексы. Да, это в разы дольше, примерно 30 минут, но за это время, можно все мысли привести в порядок. Я так делаю перед экзаменами, чтобы успокоиться. Собственно, и сегодня, с этой целью я решил пойти на «поверхности».

Но пойду я не один, а с A-74-AQ-14, мои единственным оставшимся рядом другом детства. Если коротко о нём, то семьдесят четвертый, как его все называют, был здоровенным, весёлым и одновременно очень умным человеком. Надёжный как наша корпорация. Смелый до безобразия, от чего регулярно попадающий в различные передряги. Ростом семьдесят четвертый был ближе к двум метрам, с развитой мускулатурой, светлыми, и по мне так жиденькими волосами, и умными голубыми глазами, за ровным носом.

В друге, корпорация рассмотрела склонности к инженерному направлению. Точные науки и технику он не просто любил. Наука давала ему теорию, а техника плацдарм для воплощения своих идей. И если я, честно сказать, только из-за амбициозности грезил о «C1» категории, то он явно, но ещё без присвоенной категории, был «C1».

За время заключительного обучения, он имел за плечами два изобретения, практического применения. Первое, это прибор, переносящий в видимый диапазон для человека, токи энергий всех видов, естественно только известных. Второе, это прибор с возможностью анализа на молекулярном уровне веществ, предметов, газов. Притом, размер прибора, был не более ладони человека, а скорость анализа, меньше одной минуты. Да, даже одно изобретение, его уже выводило в категорию «C1». Талант, балагур и магнит для неприятностей, если коротко о нём. Проживал семьдесят четвертый, в том же комплексе что и я, только двумя этажами выше.

Собрав свои документы и тезисы для экзамена на самостоятельность, я уже решил выходить, как услышал сигнал вызова от входа в комнату.

— И кто же это? — открыв дверь, я увидел тридцать один зуб своего друга. Один он потерял на прошлой неделе, когда испытывал изобретённый им, прибор для исправления прикуса взрослого человека.

— Что не ждал так рано? Готов? Боишься? Не боись! — вопросы семьдесят четвертого, как обычно практически не требовали ответа. — У меня для тебя сюрприз, как в детстве, хочешь?

— Говори уже, не до загадок сейчас. Всю ночь тезисы выписывал, учил и заучивал дисциплины. Правда теперь от знаний, осталась только каша. — пожаловался я семь четыре. - Вываливай свой сюрприз или вали отсюда.

— Мы ж с тобой с самого детства, так? Вот и сейчас Astra не хочет разлучать нас. Короче, не буду насиловать твою многострадальную голову, я тоже сегодня сдаю экзамен на самостоятельность. — радостно сообщил он. - И я даже не знаю как так получилось!

— А с чем перенос связан, у тебя же через три дня, должен был быть экзамен? — в корпорации редко бывали изменения спланированных мероприятий. - Может какой-нибудь системный сбой?

— А я откуда знаю? Я же такой же как ты Ашка, мне, в принципе знать не положено! — гремел на весь коридор мой друг. - Я ничего и не знаю, как и все!

— Не ори ты так! Голова разламывается. Пойдём уже сдаваться комиссии. Быстрее сдадимся, быстрей распределимся. — вытолкнул его из комнаты и закрыв дверь, сказал я ему. — У тебя время экзамена какое?

— В два часа. А у тебя? - ответил друг.

— Совпадает с твоим. Времени у нас значит в избытке. Пойдём по «поверхности»? Или у тебя другие планы были? — стоя у своей двери, я искал в портфеле карту доступа от двери.

— Нет, девяносто седьмой, не в этот раз. Мне, свое барахло на защиту притащить надо, а это тяжело и не совсем удобно переносить. «Подземкой» доберусь. Быстро, комфортно и быстрей тебя.

— Тогда увидимся после экзамена, уже взрослыми и с будущим в руках. Удачи!

— Удачи, девять семь!

Мы пошли, каждый в свою сторону и возможно каждый в свое будущее.

Прогулки по «поверхности», мне нравились ещё и за переходы, от здания к зданию. Ровные тротуары, метров сто и больше над поверхностью, закрытые со всех сторон прозрачными колпаками. Лёгкий запах синтетики, почему-то всегда был ощутимее в этих переходах. Даже, не смотря на холодную погоду, такой путь был комфортен. Плюсом, можно было поглазеть на других людей, а в ответ, они глазели на тебя. Каждый в этой жизни искатель. Путь от дома до UA-342, я прошел буднично, без приключений.

Место сдачи экзаменов на самостоятельность, было расположено в рядом стоящем здании. Оно представляло из себя куб, серого цвета. Размеры его, примерно по сто метров со всех сторон. Окна отсутствует, только вход. Внутри него, меня встретил полностью автоматизированный зал, с голографическими терминалами. Я знал, что с начала нужно пройти регистрацию по прибытию, где запишут все твои параметры, искусственный интеллект оценит твое физическое состояние. После этого, надо будет пройти на регистрацию сдачи экзамена и ждать, когда твой номер объявят. Ходили слухи, что раньше просто сдавали экзамены, без всяких оценок здоровья и сбора параметров. Но в подтверждение этим слухам, доказательств не было. Подойдя к терминалу, перед мной возникла проекция делового человека в строгом костюме.

— A-97-AR-3, корпорация Astra гордится тобой! — стандартная фраза звучала абсолютно всем, проверено. — Ты показал, что приложил максимальные усилия, чтобы сделать свою жизнь лучше и ты добился этого. Перед взрослой жизнью, осталось одно испытание, которое я уверен, что ты сдашь на отлично! Но, прежде чем приступить к прохождению экзамена на самостоятельность, мне нужно оценить твое физическое состояние. Попрошу раскинуть руки по сторонам, а голову запрокинуть назад. Оставаться надо будет в таком положении 5 секунд. Ты готов?

— Готов!

— Начали. Пять, четыре, три, два, один. Спасибо! Ваше физическое состояние занесено в базу работников Astra. В рамках консультации, прошу вас обратить внимание на ваше зрение. Отклонения, пока в норме, но присутствуют изменения в глазном дне, что в будущем может негативно сказаться на зрении. Проходите в зал ожидания, вас скоро вызовут. Желаю вам успешной сдачи экзамена. До свидания!

— Спасибо. — сухо сказал я проекции. Совсем не хотелось любезничать с искусственным интеллектом, из-за начинающегося страха завалить экзамен. — До свидания.

Зал ожидания, был практически на половину заполнен. Был он большим, с высокими потолками, стены минималистично оформлены и имели серый цвет. Освещение было приятно для глаз, чуть приглушённый, но в тоже время достаточный для чтения свет.

И да, корпорация Astra, не ушла от такого древнего изобретения как бумага. Были стандарты по ее использованию и применению.

Раздавались не слишком разборчивые голоса и шепот. Как бы сказали классики, в воздухе витал дух страха. Напряжённые лица «А»шек, кипы бумаг в руках людей, которые пытались их быстро читать, освежая память.

На против входа, на дальней стене, была выведена проекция с очередностью сдачи экзамена.

Пробежавшись по списку и найдя себя, я был удивлен. Я думал времени у меня будет достаточно, а тут сразу, без вздоха и в воду. В списки, я был следующим, что совсем меня не успокаивало, а наоборот заставляло нервничать. Не признаться в своих страхах может только робот, все боятся, и я стал бояться. Все бегут, и я бегу. Предстоящие, определяло мое будущее.

Раздался мелодичный звук.

— A-97-AR-3, пройдите в зал сдачи экзамена на самостоятельность.

Дверь в зал, большая, из дерева, располагалась справа от меня. Подойдя к ней и собравшись с духом, я потянул ее на себя и зашёл в помещение. Факт, который был известен всем, что любой человек, может в нем побывать только раз в жизни. Нельзя было пересдать экзамен, только одна попытка, один прыжок со скалы, с одним исходом.

Помещение напоминало театр со сценой, видимой мной на картинках XXI века, на курсе истории человечества. У стены невысокий, широкий постамент в теплых тонах, а перед ним ряды коричневых кресел. По-моему, кресла вместили бы человек пятьдесят, но в зале находилось всего три человека.

— A-97-AR-3, для сдачи экзамена на самостоятельность прибыл. — отчеканил я заветную, установленную и стандартизированную корпорацией фразу. Ладошки вспотели, глаз почти задёргался. Не люблю экзамены, всегда начинаю психовать.

— A-97-AR-3, вижу ваш серьезный настрой и ознакомлен с вашей работой, и я думаю члены комиссии тоже. Хочу вам сообщить, что работа ваша имеет новизну и свой взгляд на проблематику поднятого вопроса. Уже сейчас можно сказать, изучив вашу работу, что перед нами, несомненно, аналитик и безусловно будущий навигатор. Пока вы готовились, мы с коллегами успели посовещаться по вопросу о необходимости вашего тестирования. Мы пришли к общему мнению, что вы и без этого теста — готовый специалист. Подведу итог: категория «B», аналитик-навигатор, направление на космический исследовательский корабль Eos. Счастливой дороги во взрослой жизни. Не смеем задерживать вас. Свободны.

Все время, пока я слушал слегка ленивый голос этого человека, который даже не соизволил обозначить себя и своих коллег, я повторял только одну фразу про себя: лишь бы в космос.

Это был конвейер, кузница кадров. Я поблагодарил и попрощался с членами комиссии, заверив их, что естественно не подведу нашу корпорацию. В зал ожидания, я вышел уже в категории «B», уже выше по статусу ожидавших своей очереди людей.

После сдачи экзамена, у меня были сутки, на решение своих бытовых и социальных вопросов, после чего, я обязан был прибыть по направлению, на свое будущие место работы.

Когда я про себя шептал, лишь бы в космос, я забыл, что попасть в космос можно было разными путями. Могли и в рудокопы направить, а там этого космоса, насмотреться можно на всю жизнь. Но главное, я попал на космический исследовательский корабль! И в должности, к которой, так упорно шел!

Моего друга A-74-AQ-14, видно не было. Думаю, если я его не буду ждать, он не обиделся, да и чувство было, как будто вытащили стержень из меня. Прикинув свое состояние, я спустился в подземку и поехал в комплекс, в свою комнату. Вот высплюсь сегодня, завтра буду бодр и весел, а сейчас извините, нервишки.

Добравшись к себе в комнату, я не раздеваясь упал на кровать и мгновенно уснул.

Спал я, наверное, минут пять, максимум десять, по ощущениям. В дверь кто-то, а мне кажется я даже знаю кто, долбились. Сигнал двери издавал бесконечный перезвон.

— Тебе точно не много тридцать одного зуба во рту? — прищурившись спросил я у A-74-AQ-14, открыв дверь.

— Не много дружища мой, не много! Давай проверять мою теорию! Где твое направление? — отодвинув меня, он начал рыться у меня на столе, совершенно не воспитанный человек! — Где оно?!

— Семь четыре! Это! Моя! Комната! Да не ройся ты на столе, там все лежит разложенным! — я старался отодвинуть этого тяжеловеса, но выходило у меня это крайне скверно. — Отойди говорю тебе!

— Где оно! — ревел как ураган и ржал как древнее млекопитающие под названием конь, мой друг. — Отдай его мне!

— Да, что б тебя! — я достал из портфеля и протянул ему лист направления. — Изучай, варвар!

— Так, так, так! Я же тебе сказал! Корабль Eos, научный, исследовательский! Аналитик-навигатор, молодец, я не сомневался! Ну «Б»эшка, это понятно, нифига ты не изобрел, так что справедливо. — он протянул мне мой лист и стоял, улыбаясь во весь тридцать один зуб.

— Высохнут, останется тридцать, зубов. — пошутил я. — Что скалишься, как там ее, а вот: дубинушка стоеросовая?

— На! — по виду он был рад как ребенок. — Я же говорил! Да не читай ты мою категорию, «C» она у меня. Читай куда меня направляют!

— Да, ладно? Ахах, семь четыре, ты пророк! Может у тебя экстрасенсорные способности? — я с прищуром посмотрел на друга. — Срочно, необходимы опыты, вдруг влияние отсутствия зубов, напрямую связаны с работой передней области головного мозга!

— Плохой из тебя шутник. Античеловечный и не гуманный! Не выспался?

— Да я только заснул и тут ты! И до этого почти не спал, готовился. Да ладно, что теперь. Ну я рад дружище, что мы вдвоем полетим на этом корабле. Теперь главное, чтобы команда была вменяемая и капитан не дурогон. Мне приятель историю рассказывал, как его знакомый попал к одном такому. И поверь, было ему совсем не весело. На корабле был придуманный капитаном распорядок, при том не корпоративный, а им утвержденный. Время на сон в нем, не превышало четырех часов и это самое безобидное из всего. Так что будем надеяться, что нам повезет. Тебе что на экзамене сказали?

— Да вообще, ни чего. Ни тестов, ни вопросов. Сказали, ты молодец, о даже есть изобретения, красавчик, свободен. Конвейер какой-то. — A-74-AQ-14 по виду, этим не расстроился.

— Вот! И у меня, так же. Как какой-то стандартный текст озвучили, лишь бы быстрей свалил. Ну что, пойдём перекусим? — организм требовал топлива. — Есть охота, живот сводит.

— Пойдём, там в соседнем комплексе, открылось новое кафе. Конечно, синтетика в нем старая, но за то мебель новая. Так что двинули туда.

Закрыв дверь, я поспешил за семь четыре, идущего всегда своими широкими шагами, даже тогда, когда торопиться уже не надо и некуда.

Пройдя переход между комплексами, мы углубились в его недра, мимо жилых комнат и всевозможных развлекательных центров с магазинами. Как и у всех, в нашей корпорации, у нас были персональные коммуникационные приборы, их называли «комлинками». Они-то нас и вели в этом рукотворном лабиринте, к нашей заветной цели. Навигация, была не основной их функцией, это были устройства с множеством возможностей, такими как связь, проекция голограмм, нейросеть которую надо самостоятельно обучать и прочие полезные цифровые изобретения человечества.

Остановившись возле лифтового холла, где уже собралась приличная очередь людей, стремящихся куда-то уехать на лифте, мы, как и все стали ждать.

Люди рядом, были как под копирку, в плане одежды. Отличия были только в тонах, потускневших из-за стирки. Рядом с нами были проекции голограмм, которые рекламировали всевозможные товары. Но одна из них, была больше и в то время, когда все остальные проекции были без звука, эта вещали на весь холл.

— Корпорация Astra! Каждый день, мы делаем этот мир для вас, лучше! Открываем безграничные возможности для карьерного роста и развития! Только мы, обеспечим вас всем! Равноправие и социальное равенство, вот наш девиз! Раскроем таланты и всегда их поддержим! Не оставим в беде!

— Корпорация Astra, следит за твоим уровнем радости. — зловеще прошептал мне в ухо семь четыре, и засмеялся, хлопая меня по плечу.

Дальше я уже не слушал, углубившись в свои мысли.

А действительно, кроме того, что меня корпорация вырастила и дала образование, а теперь ещё и место работы, что она сделала для меня? В плане карьерного роста, такие как я максимум могли получить категорию «C1». Откуда тогда берутся категории, такие как «D» наследники категории «Z», которые являются владельцами корпораций. А категория «Z1» руководители корпораций и «E» их заместители? Какое социальное равенство? Какое равноправие? А как насчёт категорий жилья? Все, конечно же стандартизировано корпорацией. «A» тип жилья, такой жилой комплекс в котором живу я, вместимость десять тысяч человек. «B» тип пять тысяч. «C» тип сто человек. «D» тип отдельные дома. «E» замки, которых никто, наверное и не видел никогда. Как, хотя бы получить место проживания в «B» типе? Каково это жить в «D» типе? Социальное равенство, равноправие. Иллюзия и обман.

— Ты что завис? — ткнул пальцем мне в бок семь четыре. — Поехали.

Лифт лихо нас довез до нужного этажа, на котором и располагалось новое кафе.

— Так нам направо, десять метров, дверь и мы на месте. — он сверился со своим комлинком. — Пойдем, не отставай.

Пройдя обозначенный им путь, мы зашли в действительно, новое кафе. Стены были блестящие, ярко красные, с белыми полосами на уровне груди параллельно пола. Столы, также имели полосы и красный цвет. Диваны, вокруг столов были низкие из синтетической ткани, и вы не поверите, тоже красного цвета. Все красное, почти все. Официанты были в белой одежде, и где-то примерно по середине груди, у них были красные полоски.

— Вот это палитра. — никогда не видел таких кафе, верней в таком цвете. Интересно и ново, даже на фоне других вызывающе.

— Я ж говорил понравится. Девять семь, я что предлагаю. Смотри, на корабль мы должны прибыть с тобой завтра. Время, когда мы должны прибыть не регламентировано, но чтобы капитана в самом начале не расстроить, что бы он нас потом не расстраивал каждый день, я предлагаю, решить все дела сегодня. Завтра, в шесть утра, я бужу тебя, и мы двигаем по направлению к нашему будущему.

— Давай я лучше тебя буду будить? А то ты мне дверь погнешь, гы. — улыбнулся я. Настроение в предчувствии еды и ее наличия, улучшилось.

— Не, не, не, я тебя знаю. Буду будить я и точка. — настаивал семь четыре.

— Ладно, согласен. — не стал спорить я.

В кафе мы просидели чуть больше часа. Разговаривали обо всем и не о чем. Насытились, почти натуральной на вкус, но совершенно искусственной едой, мы отправились по своим комнатам.

Придя в комнату, я с грустью осознал, что завтра, будет последний день тут. Предстояло собрать не такие уж большие запасы одежды и личных вещей. Радовало и очень сильно, что обучение подошло к концу. С начала было интересно, но потом уже становилось тесно. Это заключалось в жестких рамках программ обучения. Я долго еще лежал в кровати, мысленно прощаясь с кроватью, комнатой, комплексом и учебным заведением. Завтра я стану свободней, чуть-чуть.

Звёзды стали ближе на один день.

Мечта сбывалась, на сердце становилось грустно без мечты.

Глава 2. Eos.

Утро, как нам говорил наставник, в детстве, всегда прекрасно и обещает новые открытия. Каждый день, он заставлял нас верить, что мы живем лучшую жизнь. И все воспитанники ему свято верили, до определенного момента, пока не повзрослели.

Проснувшись рано утро и заставив себя открыть глаза. Встать и идти, заставить себя было сложно и практически невозможно. Хорошо, что не далеко, каких-то три шага до санитарного узла. Проявив, всю свою силу воли, я все-таки заставил себя дойти, до намеченного места. Чередуя почти обжигающий горячий душ, с абсолютно ледяным, я все же проснулся и даже чуточку стал бодрей.

Завтракаю, одеваюсь, беру вещи и в путь. План прост как железяка. A-74-AQ-14 должен был прийти с минуты на минуту.

Я решил оглядеть ещё раз комнату. А вдруг забыл что-то? Конечно! Я же на корабле буду и меня ни капли не смущает, что он космический! С этими мыслями, я снял плакат сериального пирата и сложил в сумку. Теперь точно все.

Семьдесят четвертого, ждать пришлось совсем не долго. Чтобы этот громила не сломал мне дверь, я оставил ее открытой.

— Привет Бэшка! — изображая вымершее животное XXI века, в комнату ворвался большой кусок позитива и энергии. — Готов покорять и делать открытия?

— Привет Цшка однушка, однёрка, а черт с тобой! Будешь у нас волшебным козленочком! Благородное и вымершее животное! — я увернулся от посланной в меня оплеухи, и мы вместе засмеялись. — Ну что, пора во взрослую жизнь, мой друг?

— Пора… — как-то задумчиво сказал семьдесят четвертый. — Прогулять этот праздник ни как?

— Неа, только вперёд! К звёздам!

К слову сказать, с крыши нашего жилого комплекса, даже не смотря на его циклопичность, звездолёты не взлетали. Да он, просто бы разнёс все здание. Тяга двигателей раздула бы на километры остатки постройки, вместе с жителями. Для взлета таких кораблей, существовал специальный космодром. И стоит отметить, что космодром был транскорпаративный. Он принадлежал группе корпораций, в том числе и Astre. Находился он, на границе секторов корпораций, являясь нейтральной зоной, освобождённой от влияния последних. Функционеры корпораций категории «E» проводили тут деловые встречи с конкурентами и заключали сделки. Нейтральная, прозрачная зона для ведения бизнеса, гласил лозунг космопорта. Забыл упомянуть название, KS-75/¾/1.

Мысли, как-то опять зацепились за коллизии нашей жизни и структуру. И опять, а как же другие категории, которые «E»шек выше на порядок? Где они проводят свои сделки? А «Z»ток, вообще не видел, из моих знакомых, никто. Отвлёкся, опять непонятные мысли в голову лезут.

Так вот, космодром был своего рода, большим организмом. Тут не только взлетали корабли, они тут рождались. Совместные проекты корпораций, такие как, корабли типа Victoria, Fuga, Zeol, завоевали своим видом всех. Огромные, в ярких красках прогулочные яхты, не известно для кого. Совсем юные воспитанники корпораций, после программы изучения современного космического флота, грезил хоть об меленькой игрушечной копии, вышеуказанных кораблей. А побывать на таком, было бы для них, сродни воплощению всех желаний на всю оставшуюся жизнь. Помимо производственных верфей, были и ремонтные. Гостиницы для экипажей и просто приезжих функционеров, тянулись своими мрачными телами в небеса, образуя вокруг космопорта, мрачное и давящее место. Большими, высокими и мрачными, в своих серых тонах телами, они создавали мрак вокруг себя.

Общая картина, если бы взглянуть на нее сверху, выглядела не только зловеще. Кольцо высоких серых зданий, внутри кольцо практически черных зданий и конструкций верфей, а по середине, обожжённая, серая, в черных подпалинах, стартовая площадка. Кто-то из моих друзей, однажды сказал увидев фотографию космопорта: — Больше походит на то куда падают, а не откуда возносятся на небо. Глубокая, но в тоже время странная фраза. Что такое возносится и как можно вознестись на небо? Обстановка, своим гротескным видом, подавляла любого, кто видел даже просто картинку.

Найдя оптимальный маршрут, мы решили не мудрить и воспользоваться воздушным такси. Оно для нас было бесплатным, так как в направлении четко стояло название космопорта, где стоит наш корабль. Это нам подарок от Astra. Выйдя в коридор, мы направились к лифту. Предстоит подняться на самый верх комплекса, на взлётную площадку.

Воздушное такси как говорил наш старший наставник: — Доживает свои дни. Век оно прослужило, состарилось и стало не нужным. Все как у людей.

Воздушный аппарат представлял из себя лёгкую конструкцию с генератором изменяемого вектора гравитации. Зелёного цвета, каплевидный, прозрачный в передней части, он был довольно-таки симпатичным. Устроившись в кабине поудобней, мы назвали свои идентификаторы и номера направлений. Искусственный интеллект аппарата, как только подтвердил право на полёт, забубнил текст договора на оказание услуги перевозки, информацию что якобы если не долетим, в этом не надо винить никого. Минут пять, было затрачено, по сути, на формальность, после чего аппарат чуть взлетев, плавно полетел к месту назначения. Высота полета, к сожалению, была выше испарений и смога, от перерабатывающих предприятий корпорации Astra, которые чередовались с жилыми комплексами и простирались до горизонта.

— «Б»эшкин, ты только глянь на масштабы! — семьдесят четвертый, смотрел в окно раскрыв от восторга рот. — Прям какой-то железный лес или море.

— Ага, мощно выглядит. Слушай, а как думаешь, у других, так же все устроено? Ну там у какой-нибудь корпорации Verdiи подобных?

— А кто знает? — пожал могучими плечами семь четыре. — Ты же знаешь, я, как и ты, дальше нашего сектора не допускался никогда. Но до сих пор интересно, как же там.

— С космоса посмотрим, там оптика хорошая, если капитан будет адекватный. Да и не уверен я, что после старта, нам будет это интересно.

— Хоть бы. — с надеждой сказал он, видно тоже одна из его мечт. — Ненавижу ждать!

Всю дорогу мы смотрели на серо-зеленые испарения, в надежде разглядеть хоть кусочек нового для нас. Через двадцать минут, мы приземлились на крыше одной из гостиниц космопорта.

— Быстро, неинтересно и скучно! — семь четыре, выйдя из кабины, потянулся хрустнув спиной. — Теперь нам бы найти подземку, найти посадочный терминал и быстрей убраться с нашей дорогой сердцу планеты.

— Планета больше корабля, ты хоть в нее влезаешь. А вдруг в корабль не влезешь. Вот какой кусок мяса здоровый. — я увернулся от попытки дать мне щелбан, и засмеялся, отбегая подальше от семь четыре. — Неуклюжий и медленный!

— На корабле ты не убежишь от меня смертный! — зловещим голосом пообещал он мне.

Так со взаимными подколками и шутками, мы добрались через «подземку», до посадочного терминала.

Терминал имел круглую форму, был приземист и неказист. Внутри, нас встретили стандартные проекции голограмм, на которых мы без проблем, прошли регистрацию. Теперь нам оставалось ждать, когда наш корабль состыкуют с посадочным модулем. И после этого корабль, со всеми членами экипажа, переместят на стартовую площадку.

Было очень много голографических проекций, рекламирующих достоинства той или иной корпорации.

Мы устроились, на довольно-таки удобных креслах в зоне ожидания терминала. Стыковка корабля с терминалом, практически закончилась, табло показывало три минуты до начала посадки.

— Девять семь, а ты что-нибудь нашел про Eos? — спросил семь четыре. — Я не нашел ни чего, ни класса, ни типа. Даже отсутствует упоминания о нем. Хотя наша корпа всегда освещает в инфополе, информацию о новых судах. А это как будто только появилось, и будто уже давно. Только вот забыли данные о нем занести в базу. Странно, это как-то.

— Искал. Итог как у тебя, никакой. Может ещё не успели передать информацию в инфополе?

— Да не, они это дело быстро делают, вспомни про Kord. Там, чуть ли не в режиме реального времени статья появлялась. А теперь они перерезают ленточку — явно процитировал он текст. — Ленточка не режется. Ленточка разрезалась. Гы.

— Ага, мы тогда смеялись всеми воспитанниками на перерыве, читая этот поток мысли. — вспомнив этот казус, смеялся в месте с семь четыре я. — Может какой-нибудь секретный, а может быть старый, до такой степени, что его произвели еще до нашего появления.

— Да нет, следы бы все равно остались, инфополе информацию множит и хранит надёжно. Там задублирование идет всего и программ и данных.

— Догадки, догадки. Минута осталась, сейчас сами увидим. — табло терминала вылета, показывало единицу.

Раздалась громкая приятная мелодия.

— Началась посадка на корабль Eos. Выход 3/2/8. Просьба не опаздывать. Вылет через 10 минут.

— Ого, к чему такая спешка? — я с удивлением посмотрел на друга. — Экстренный старт или кому-то место освобождаем?

— Капитан по космосу видать соскучился. — оскалился в довольной улыбке семь четыре.

— Бежим что ли, или гордо идём, как будто нас будут ждать в любом случае?

— Идём быстро, но с достоинством. — сказал семь четыре, медленно вышагивая и выпятив грудь.

Выход 3/2/8 располагался рядом, длинный с положительным уклоном коридор, тянулся он метров сто к кораблю. В конце коридора был виден размытый силуэт человека, закрывающего своим телом часть прохода.

— Ни как капитан или первый помощник встречает?

— Капитан должен встречать, я в книжке читал. — выдал информацию и аргумент семь четыре.

— Согласен, в детских книжках, детям не врут. — не упустив возможности подколоть друга, сказал я доверительным тоном.

Ещё одна черта семь четыре, он помешан на чтении. Он не просто любит читать, он зависит от чтения. Помню, недавно, этот любитель букв, чуть не завалил экзамен по физике квантового мира. Получил самый низший бал из всех воспитанников, позорище. На вопрос почему, ответил, что слишком увлекся древним романом про летучую мышь и пропустил сон. Три раза пропустил.

Преодолев последние шаги, между детством и взрослой жизнью, мы наконец-то дошли до силуэта, встречающего нас на входе.

Нас встречал капитан, облокотившийся на проем шлюза. Что можно было о нем сказать? Он был могуч! Здоровый, даже семь четыре, рядом был уже не куском, а кусочком. Мощный, усатый и бородатый, он смотрел на нас с интересом в серых глазах, как древний викинг, смотрящий на непокоренный город.

— Так, ребята, времени ноль. Вопросов нет? Молодцы! Проходите. Каюты по первой цифре идентификатора, на право и до упора. Занимайте, обустраивайтесь. По кораблю не шататься. Будем на орбите, покидаете каюты и дуете в кают-компанию. Все. Бегом!

Конкретный у нас капитан. Четко, коротко и по делу. Но вроде пронесло, не строил из себя не весть что.

Корабль, с внешней стороны, мы из-за отсутствия в коридоре окон, не увидели. Ладно, успеется. С трудом, протиснувшись мимо капитана, мы сделали свои первые шаги в недра Eos. С первых шагов стало понятно, что это не рядовой корабль. Отсутствовали совсем какие-либо элементы внутреннего декора, даже стеновых панелей не было. Все коммуникации, силовые кабеля и устройства были в прямом доступе. Такое ощущение, что обшивки стен и не было никогда. Переплетение всевозможных труб и проводов были везде, слева, справа, над головой. Даже под решеткой пола какие-то коммуникации. Шагая по коридору, мы ощущали себя как будто в живом существе. Картину портил только резкий запах, напоминающий сгоревшую проводку вперемешку с техническим маслом. Пройдя не меньше ста метров, по прямому коридору, мы дошли до шлюза.

— И что? И как? — чуть ли не в притык, рассматривал шлюз семь четыре. — Может кодовое слово? Открыть! Откройся! Доступ! Отъедь! Исчезни!

— М-да, маг с тебя и логик никакой! — я стал водить коммуникатором вдоль правой стороны шлюза.

Что-то зашуршало, щелкнуло и дверь поползла вверх.

— Маг никакой с меня, маг никакой! — довольный, как робот уборщик нашедший мусор, проворчал мой друг. — Склонись же перед мной, смертный!

— О Великий, прости меня! Не сразу признал твоего величия! — мы весело ввалились в следующие помещение. — Ого! И это все, что есть на корабле?

— Да ладно, я читал что корабли, это минимум, десять плюс, постоянного экипажа. — семь четыре, для лучшего мыслительного процесса, как всегда, чесал свой затылок. — А тут, пять. И что за порядок такой, один, три, пять, семь, девять?

— Я-то откуда знаю? Занимаем их по своим номерам, приказ был такой. — мы подошли каждый к своей каюте, к седьмой мой друг, к девятой я.

Дверь, как только я к ней приблизился, начала отъезжать в лево, прячась в стену из металла. Перед этим, я зажмурился, чтобы усилить эффект первого впечатления. Открыв один глаз, я был удивлен.

— Эй, Великий, у тебя тоже комната метр на метр, с ещё одной дверью?! — повернув голову на лево, крикнул я.

— Не поверишь, но да! Шагай вперёд, потом расскажешь! — донёсся крик.

Зайдя внутрь, освещение сменилось на красное свечение, дверь за спиной закрылась.

— Уютная комнатка. — шепотом сказал я. — Как я люблю.

Освещение моргнуло, сменилось на обычное и дверь передо мной, уползла вверх.

— А вот это уже другое дело! — мечта о комнате побольше сбылась, притом даже больше, чем хотелось. — Вот это я понимаю, отношение, к профессионалам!

Я стоял на входе помещения трапециевидной формы, в основании которой и был вход. Пахло чем-то новым и в тоже время затхлым, необжитым и синтетическим. Слева и справа, было по одной двери, меньшего размера, чем через которую вошёл я.

В сравнение с коридором, где все внутренности корабля, были на показ, тут стены были выполнены из бежевого пластика. Коснувшись рукой стены, я почувствовал приятный, слегка теплую, шероховатую поверхность.

Встав в центр своей каюты, я осмотрелся.

В противоположной от входа стены, у вершины трапеции, стояло кресло пилота, а перед ним панель управления с тремя мониторами. В голове сразу, все стало на свои места. Да это же, не что иное как корабль. Мы что на кораблях будем жить? Не захотев мучать своей мозг догадками, я здраво рассудил, что скоро все станет ясно.

Ясность в наши головы принесет капитан, я на это надеюсь. Продолжив дальше осматриваться, я обнаружил закрытую прямоугольным шлюзом, нишу. Представьте прямоугольник, примерно размерами два на метр, установленный в метре над полом. Хотя правильно называть пол — палубой. Когда я приблизился к нему, створка шлюза поползла вверх. Да это же спальное место! Я смотрел на матрац в целлофане, на котором находился запакованный валик. Наверное подушка, подумал я. На стене этого мини отсека, висел небольшой монитор, с клавишами снизу. Ну это корабельный комлинк, тут все ясно.

— Обустраивайтесь… — вспомнил я слова капитана.

Вскрыв матрац и валик от пленки, я решил, что достаточно подготовил место для отдыха. И начал изучать свой корабль дальше.

Дверь рядом, скрывала в себе пищевой синтезатор и уничтожитель мусора, такую штуковину, где от мусора не оставалось практически ни чего. Все выглядело как будто, только что произведенное, новое. Даже инструкции от приборов, аккуратно были прикреплены на видных местах.

Подойдя ко второй двери, после того как она открылась, я увидел санитарный узел. Относительно просторный и минималистичный. Все из стали, раковина, унитаз, и душевая лейка, торчавшая из потолка. Две полки над раковиной, комплектом средств гигиены.

— Обеспечение на сто процентов! — вспомнил я один из лозунгов Astra, в этом, они не врали.

Оставленное напоследок, а это именно кресло с мониторами и панелью управления, дождались своей очереди. Рассмотрев внимательно, я понял, что передо мной, стандартный, унифицированный пульт управления космическими кораблями ARCS -12/4.

ARCS означало astro remote control ship двенадцатой модели, четвертого поколения. Двенадцатая модель предназначена для кораблей малого класса, спасательные боты, малые корабли разведчики. Все у нас было понятно из названий. Astra и другие корпорации, упростили все, шифруя в названиях информацию. Исключения представляли, только совместные проекты, их названия были, как архаичные имена.

Включать и тыкать по кнопкам, команды не было, поэтому, я решил разложить свои скромные вещи. Плакат, с космическим пиратом, занял свое достойное место на стене спальника. Одежда отправилась в выдвижной отсек под кроватью. Вот и все, за 23 года, упорного, нудного и трудного обучения. Плакат, одежда и чувство недосказанности. Корабль легко тряхнуло и по корпусу стала идти вибрация. Где-то в недрах каюты, что-то тихо дребезжало. Обязательно, потом найду и выкину, дребезжащий предмет.

— Наверное потащили на старт. — подумал я.

В моей каюте или корабле, нет пусть будет пока каютой, можно было сидеть на кресле пилота, лежать в спальнике, или стоять по середине помещения. Я решил устроиться с комфортом и полез в спальник. Когда открылся в него шлюз, я услышал звук сигнала комлинка и надпись на нем 7. Нажав клавишу, я сразу услышал возбуждённый голос своего друга.

— Нет ты прикинь, это же не каюта! Это, полноценный корабль! — последние слово, семь четыре выделил, почти прокричав. — Самое крутое, они автономные, автономные на столько, на столько…

— На сколько? — не удержался я от вопроса. — На столько же, сколько и настолько? Или больше на столько, что нисколько?

— Да иди ты! — засопел семь четыре.

— Формулируй точней, свой поток сознания, юноша, гы — голосом профессора химии синтеза, сказал я ему. — А то я вас устал пытаться понять.

— Да, ты же сам видишь! Тут такое! Прямо сказка! Я даже не знаю, за что такие привилегии!

— Ты лучше теперь подумай о цене расплаты. — задумчиво сказав ему, я перевернулся на бок, думаю времени будет достаточно обсудить. — Отбой!

— Ладно, отстал. Пожалуй, вздремну. — раздался сигнал, сигнализирующий об окончании связи.

Процедуры запуска космических аппаратов с поверхности Земли, были стандартными. После прибытия всех членов корабля, его буксировали на стартовую площадку. Там с ним проводили ряд тестов, систем двигателей, систем жизнеобеспечения, навигационных систем. Если корабль проходил эти тесты, его подготавливали к запуску, если нет, то обратно в зону ожидания и ремонта. Исправный корабль, ждал, когда подготовят для него воздушный коридор на земле, и выберут открытую зону, для преодоления орбиты спутников и орбиты космического мусора.

Если на первой орбите, спутники хоть как-то были упорядочены в своих траекториях и высотах. То на орбите космического мусора творился хаос. Летало как попало, сталкивалось, дробясь на новые фрагменты, части отработанных спутников и оборудования.

Ещё век назад, возникла эта проблема, с космическим мусором, из-за запрета сжигания их в атмосфере. Корпорации до сих пор не смогли или не хотели решать этот вопрос. Вложения колоссальные, дохода с мероприятия никакого. После выбора безопасного пути на орбиту, корабль взлетал. С появлением локальных гравитационных источников отрицательного и положительного поля, проблема перегрузок, на кораблях, почти была решена. Так что переживать о своем положении, а верней о положении своей тушки, не стоило. Удобно устроившись, я провалился в сон.

Проснулся я от громких звуков, как отдаленные глухие удары по металлическому листу. При каждом таком звуке, возникала вибрация, которая ощущалась даже моим телом. Я выполз из спальника. Звуки понемногу становились тише, вибрация корпуса корабля прекратилась.

— Говорит капитан. Мы вышли на орбиту.

Пройдя через шлюз, я вышел в общий зал. Там уже находился семь четыре.

— Пойдём искать кают-компанию и получать ответы на вопросы. — сказал он, двигаясь к двери ведущей в коридор. — Будем надеяться, что команда нормальная.

Мы шли молча, каждый думая о своём. В воздухе прибавился запаха сгоревшей изоляции, а освещение чуть заметно мерцало. Общая картина, рисовала в голове, картинку больного старого животного. Не походил этот корабль, на то, что показывала корпорация Astra, в своих рекламных роликах и обучающих книжках, о величии ее космического флота. В их роликах, корабли были в ярких красках, внутри все аккуратное и стандартное. А тут же, даже слова не могу подобрать. Как-то всё недоделано, начато и брошено. Мы дошли до шлюза, где первый раз нас встречал капитан.

— И куда теперь? — я посмотрел на семь четыре. — Идеи есть?

— Вперёд идём, дальше разберемся. — он направился мимо шлюза. — Вариантов все равно нет.

Пройдя, до поворота в коридоре, мы свернули и упёрлись в шлюз. Двери не сразу, но стали медленно подниматься вверх.

— Склад или трюм. — когда открылись двери, сообщил я семь четыре. — Или свалка, судя по виду.

— Свалка, тут без вариантов, девяносто седьмой. На складах порядок, стеллажи и бирки. А тут горки, горки, а в том углу, — он показал на право, пальцем, — похоже порванный комбинезон воляется.

— Пойдём быстрей, вдруг это так, с теми, кто опоздал, капитан расправляется. Не хочу, чтоб тебя порвали. — сделал скорбное лицо я, не выдержала и засмеялся.

— Я тоже не готов к этому. Но ради дисциплины и ее сохранения, я готов на жертвы. — смеялся и двигался в направлении двери, сказал мой друг. — Лишь бы капитан, был мною доволен!

— Карьерист! — смеясь, сказал я.

Наш путь лежал мимо всех этих куч, в противоположную сторону от шлюза, через который мы сюда попали. Мы пробрались сквозь это царства хлама, до следующего шлюза.

Следующие помещение, было нашей целью. Когда открылся шлюз, мы увидели, опять же не то, что было в рекламных проспектах и учебниках. Нашему взору предстало, на вид очень уютное помещение, напоминающие кабинеты президентов XXI века. Стены были задрапированы деревянными панелями темного коричневого цвета. Потолок же представлял из себя световую панель во весь периметр. По центру расположен абсолютно черный, огромный стол. Стулья были металлические, темные, но не такие как стандартные, а массивные и мощные, с ровными, плавными линиями, которые складывались в причудливый рисунок. Во главе стола, под большой информационной панелью во всю стену, сидел капитан. Он разглядывал какие-то бумаги, делая пометки графитным карандашом. Внимания на нас, он не обратил совсем, увлеченно, то хватая из кучи перед ним очередной лист, то быстро делая пометки в комлинке.

— Кхм, капитан. — семь четыре, привлек внимание капитана.

— Проходите, садитесь. Закончу поговорим. — мне показалось, один глаз его и одна часть мозга, даже на нас не отвлеклись, так это было быстро и сухо сказано.

Усевшись на стулья, нам ничего не оставалось, кроме того, чтобы осмотреться.

Капитан нависал над бумагами как глыба, широкоплечий, с черным ёжиком волос, на смуглом лице, покрытом лёгкой небритостью и усами. Серые глаза капитана внимательно рассматривали бумаги. Руки похожие на ковши, держали ручку казавшеюся зубочисткой. Одет он был в черный комбинезон, стандартного образца, но не стандартного цвета. Черный цвет не используется корпорациями, а по какой причине никто не знал. Откинувшись на спинку, не отрывая внимания от бумаг, капитан широкими росчерками зачеркнул что-то на верхнем листке и посмотрел на нас.

— Вот теперь, поговорим. — капитан, улыбнувшись, пересел на против нас. — Куча вопросов в голове накопилась?

— Не то слово. — сказал семь четыре, я же промолчал. — И еще больше прибавилось.

— Давайте по порядку. Пока упущу, как ко мне обращаться, иначе вопросы с вас попрут не иссекая. Пока обращайтесь ко мне Капитан, либо просто Кэп. И так. Вы находитесь на корабле Eos. — он замолчал, с ожиданием уставился на нас, перемещая глаза то с меня, то на семь четыре.

— Корпорации Astra, Кэп. — думая наверное, что он на занятиях и от него ждут продолжение, первый из нас сказал семь четыре.

— Фигастра, этот корабль не принадлежит кроме меня никому. — капитал откровенно над нами потешался, в глазах играли бесята. — Вопросы потом, просто сейчас примите эту информацию и слушайте дальше.

В ответ мы кивнули, но я уверен, у моего друга мысли крутились именно о том, как такое в принципе возможно.

— Продолжу. Корабль Eos, действительно является научно-исследовательским кораблем, но слегка отличается от своих одноклассников. Класс корабля средний, с минимальным составом для управления один человек. Да, я знаю, что на средних, необходим состав в пять спецов, но у нас всего один. Что ещё нас отличает. Корабль имеет индекс выживания девять из тринадцати возможных. И этот индекс, высокий не только из-за, кают-кораблей. На текущий момент корабль завершён на 19 процентов, вы могли это понять по косвенным признакам. И к его окончанию индекс будет 12, то есть «Абсолют». Но если сложится у нас с вами деловые отношения, то вы поймете, путь у этого, к сказанному мной в начале, будет очень долгим. Тут есть свои причины. К сожалению, тринадцать не возможен, класс неразрушимого ещё никто не достиг, даже мы. Продолжу про корабль, а потом, может быть, скажу кто эти «мы». Хотя, нет, не сегодня.

Капитан встал, отошёл к стене, где располагался вход через склад. После взмаха руки, открылся скрытый отдел. Зона приготовления пищи, с серьезным набором приборов.

— Из вас кто-нибудь, кроме воды, пил кофе?

— Нет, кэп. — ответил я за себя и за друга.

К концу XXII века, кофе стало дефицитом, из-за неизвестной на то время болезни растений, которая почти уничтожила вес вид. Учёные, чуть позже доказали, что на самом деле, кофе не был полезным, а был напитком, разрушающим организм. После этих открытий, кофе изымается из оборота, возделывание под запретом и напиток забывают. Это, я вспомнил из учебника по истории Земли, свой корпорации.

— Кэп, отравитесь, мы кораблем управлять не умеем. — семь четыре, просчитал уже исход Кэпа и переживал за нас.

Тем временем, Кэп возился с архаичным прибором, то заливая в него какую-то прозрачную жидкость, то снимая с него чашечку с ручкой.

— Отлично, пока вы ничего не поняли, мне больше достанется.

Что-то зашуршало, начал раздаваться лёгкий свист, от прибора пошел лёгкий пар. Мы переглянулись с семь четыре, он пожал плечами и повернулся к капитану. Тем временем он закончил возится с прибором. Развернувшись к нам с большой кружкой в руке, от который шел пар и очень приятный бодрящий запах, он сел обратно за стол.

— Так вот, о чем я? Корабль имеет сто двадцать метров в длину, высота в максимальной точке восемь метров. Имеем два двигателя, слегка модифицированных, что делает нас немного быстрей, существующих кораблей. Из стандартных систем защиты, установлены сорок три противометеоритные импульсные установки. — я невольно присвистнул, капитан на это улыбнулся и продолжил. -Электромагнитный силовой щит, также имеет модификации. Чтобы сразу было понятно, на этом корабле все чуть-чуть модифицировано и недоделано. И главная новость для вас, полноценная искусственная личность помогает, а иногда и заменяет пилота. Но, к сожалению, повторюсь, есть у корабля нюансы.

Вот тут, все мысли, которые во время рассказа капитана возникли, забылись напрочь.

Полноценный искусственный интеллект, был запрещён ещё в XXIII веке. Причиной тому послужило, осознание искусственного интеллекта, себя никак инструмента для помощи корпорациям, а как инструмента борьбы с ними. С момента запуска искусственного интеллекта, до его осознания и активных действий по борьбе с корпорациями, тогда, прошло меньше двух минут. Но учёные, разрабатывающие этот искусственный разум, учитывали и предвидели этот момент. После индексации отклонения в деятельности, искусственный интеллект изолировали в ядре, отключив от питания. Что в принципе для сложной механической и электронной начинки, было равнозначно биологической смерти. Но за эти две минуту, он успел фальсифицировать тысячи документов, разоблачающих преступления крупных корпораций. Сделал он эти документы, а среди них отчёты экспериментов, финансовые документы корпораций, до такой степени похожими на оригинал, что можно было с трудом распознать в них искусную подделку.

Даже в инфополе была целая статья, в которой один представитель корпорации с трудом доказал ложь, в эпизоде с потерей двенадцати атмосферных кораблей.

— Кстати зовут ее Вара, не оно, не он, а она. И это важно! Карактер у нее скверный. Скажите не подумав, обидеться, будет мстить, такое уже было. Как-нибудь расскажу, эту веселую историю. Вижу на ваших лицах испуг, непонимание, и желание задать много вопросов. Но пока информации для вас достаточно. Теперь моя очередь. Начнем с вас. — капитан показал пальцем на меня.

— A-97-AR-3, категория «B», аналитик-навигатор корпорации Astra. — я замолчал, мне было больше нечего рассказывать.

— Что «В»шка, осознал, что и рассказать за 23 года, нечего? В общем не утруждайтесь, личные дела о вас, мне передали. Вот ты A-97-AR-3, «C»шка, 2 изобретения, инженер-механик с индексом проблем 3 из 5, в отличие от твоего друг, у которого единица. — капитан довольный собой, что произвел на нас впечатление, продолжал. — Вы даже не знаете, что это за индекс, да? Снизойду до вас. Этот индекс и маркер вашей проблемности, то есть вероятность того, что вы найдете на свою пятую точку приключения, притом самозабвенно и целенаправленно. А теперь к главному. Вас обманывали. Вас продали мне.

Глава 3. Капля горькой правды в стакане лжи.

Информация капитана, по эффекту, была такой же, как удар по голове, при том, хорошим таким, крепким ударом. Да, признаюсь, я замечал много несостыковок и в истории, которую нам преподавали, в которую мы безоговорочно верили, и в безупречность корпораций.

— Вас продали. — эхом звучало в голове. — Продали.

Семь четыре, опять чесал свой затылок. На лице застыло выражение, удивления и внутренней борьбы. Я же смотрел на капитана и ждал продолжения.

— Кэп, что значит продали? Направление, это не какая-то продажа, а распределение. Я могу в любой момент уйти в другую корпорацию, если захочу. Возьмут с радостью, даже переход оплатят Astr’е. — видимо, семь четыре решил пойти в наступление. Вот и индекс проблем, в работе. — Да и девяносто седьмой не «A»шка какой-то. Так что, прекращайте рассказывать этот бред про работорговлю.

Капитан, все то время, пока семь четыре говорил, взяв листок, что-то крупно на нем писал. Потом этот лист он показал нам, держа за края как плакат. «Комлинк» кривыми, щедро обеденными буквами гласила надпись.

— Капитан, давайте без загадок. Столько всего за последние время. — это уже я не выдержал.

— Комлинки с собой? — мы кивнули. — Включайте.

Достав комлинк из нагрудного кармана, я включил его. Обычно, время выхода из автономного режима, занимает не больше секунды, сейчас же подсветка экрана светилась, а информации не было. Я заглянул в комлинк друга, у него была такая же ситуация.

— Не спешите, сейчас они выдадут вам ещё впечатлений, перед сном. — капитан, уже в открытую забавлялся.

Наконец, устройство ожило. Выдав сигнал ошибки, на экране появилась надпись: «Пользователь удален. Если вы обнаружили устройство, просьба вернуть в адрес корпорации Astra».

— Сейчас вы увидели, что ваша корпорация, удалило сорок шесть лет, на двоих. Вас теперь нет, не было и никогда не будет. — капитан сказал это с серьезным лицом. — И кстати, чтобы не было, вам за это обидно, купил я вас за дорого.

В голове была пустота. Все лозунги, все корпоративные ценности, всё разом стало чуждым. Всё стало на свои места. И забота и равенство, даже сформулировать не могу, все незначительные крупицы коллизий собрались в большой ком. И исчезновение друзей, когда мы были в среднем возрасте обучения, которые внезапно уходили в другие корпорации. И оговорки преподавателей старшего возраста, о том, что система сыпется и гниёт с ног, а не с головы.

— Так, ребята, стоп! Мы ж не на запуске трупа в космос. — капитан сочувственно смотрел на нас.

— Зачем труп в космос? — это задал вопрос друг, видать у нашего технаря, мозг перегрелся и он начал цепляться за неважные слова.

— А куда его деть? — капитан, заинтересованно, подался вперёд.

— Так в холодное место, дольше сохраниться. — семь четыре, недоумевал от недогадливости капитана.

— Так холодильник маленький на корабле, не влезет. — капитан, практически как семь четыре начал чесать затылок.

— Зачем в холодильник? Давайте привяжем тросом к внешней обшивке тогда? — я уже начал в душе хохотать, кое-как сохраняя серьезный вид.

— Кого? — выпучил глаза капитан.

— Труп! — семь четыре, совсем потерял связь с реальностью. Мозг решал проблему, логика второстепенна.

— Чей труп? — мы с капитаном в один голос засмеялись до слез. Я не мог остановиться. Капитан даже похрюкивал, трясясь в приступе смеха. Он опрокинул кружку с черной жидкостью на бумаги, на секунду замер и опять захохотал. Смеялись мы с капитаном минут пять.

— Гы, дошло. Шутку понял. — это семь четыре переварил диалог и сейчас вместе с нами засмеялся.

Обстановка как-то сама разрядилась. Если тревога все время держала нас, во время рассказа капитана, то теперь, как-то отпустило.

— Так, на сегодня с вас хватит. Теперь послушайте. На орбите мы будем болтаться, часов двенадцать. Все что я вам сказал и поведал, можно будет легко доказать, но не сегодня. На счёт, купил вас. Не переживайте, в данный момент вы пассажиры и можете ими остаться до определенного срока. А можете стать и полноценными членами экипажа. Все завтра! А теперь, пока у вас не начался культурный шок, марш по своим каютам и спать. И напоследок, дельный совет. Постарайся хотя бы сегодня, не делиться своими догадками и мыслями с друг другом. Будет ещё хуже, чем сейчас. Свободны.

Капитан, не обращая внимания, стал спасать свои бумаги, аккуратно отделяя друг от друга слипшиеся листки.

— Пойдём. — я толкнул семь четыре, смотрящего, не мигая на капитана, в плечо.

— Ага. — на автомате ответил он.

Мы шли молча, каждый был со своими мыслями. Запах кофе, сменился запахом проводов в коридоре. Свет все также мерцал.

— Девять семь, я в сон, у меня походу перегруз. — уставшим голосом сказал друг.

— Я тоже.

Пройдя шлюз в каюту, я, не раздеваясь залез в спальник.

А капитан четко подметил, минус сорок шесть на двоих.

Комлинк, это не просто устройство, это в первую очередь прямая связь с межкорпоративной базой человечества Human. Human консолидировала и хранила всю информацию о каждом человеке, от рождения, до его смерти. Отсутствие информации оспорить нельзя, ее просто нечем оспорить, если только направлением. Да и направление подтверждается Human. Теперь мы никто. Не «B»эшка, не «C»шка и даже не «A»шка, просто никто. Минус двадцать три года, на каждого.

С этими мыслями, мозг ушел в глухую оборону и уснул. Снилось мне, что я стою на экзамене, на котором мне присваивают категорию «ноль». На вопрос, что это значит, мне отвечают «никто».

Проснулся я разбитый, без настроения. От капитана, запретов на осмотр корабля не поступало, и я решил, чтобы отвлечься, заняться его изучением. Не стал будить семь четыре, придя к мысли, что на корабле можно легко друг друга найти. Посетив санитарный душ и приведя себя в относительный порядок, я вышел из каюты.

В общем тамбуре, запнулся об робота уборщика, впечатавшись в стену. И знаете, после этого, как-то даже расслабился. Не чего ужасного с нами не произошло. Да, получили информацию, ломающую весь тот уклад жизни, который нам программировали всю жизнь. Да и черт с ним. Начнем новую, хуже не будет. С этими мыслями, я дошёл до кают-компании. В ней, был капитан, который опять возился возле парящего аппарата.

— Я тебе всё-таки налью, от одной кружки с тобой ничего не случится. — не оборачиваясь сказал капитан. — Как самочувствие и настроение?

— Самочувствие среднее, настроение паршивое. — я сел за стол, на тоже место, где до этого сидел.

— Самочувствие сейчас улучшим, а настроение в твоих руках. Не ты первый, у всех это одинаково. Культурный шок. — капитан шел на свое место, неся две кружки. — Держи, смотри кипяток.

Напиток даже своим запахом умудрялся бодрить. Густой приятный аромат.

— Спасибо кэп! — я осторожно взял и поставил кружку перед собой, наслаждаясь приятным ароматом.

— Корпы совсем оборзели, продают вес на вес, а за него не платина, а иридий! — пожаловался мне капитан. — За другом заходил?

— Нет, думаю не заблудиться. Не стал будить. Кэп можно вопрос?

— Конечно нет. — капитан сделал глоток и зажмурился. — Сейчас ты будешь задавать, а потом он. А задавать вопросы вы будете, одни и те же.

Я сделал глоток кофе. Аромат был лучше, а тут горечь.

— Горький? — спросил участливо капитан.

— Да, как-то запах со вкусом не вяжется совсем. Не сказал бы что противный, но горький.

— За то взбодришься, как только допьешь.

Шлюз за спиной зашипел, обернувшись я увидел семь четыре, бодро входящего.

— Всем привет! — мне кажется его природный оптимизм ничто не сломит.

— Привет, кофе будешь? — капитан поднял бровь.

— Не откажусь. Надо же, хотя бы раз в жизни попробовать. — он сел рядом со мной, толкнув в плечо. — Как ты?

— Да нормально, переварил вроде.

— Так, идите сюда. — капитан, подошел к своему парящему аппарату. Мы встали рядом с ним. — На корабле можно пользоваться всем, кроме противометеоритного оружия, им управляет Вара. Доступ не даст, ей самой нравится. Все понятно? Вижу по глазам что да. Так вот, перед вами, гениальное изобретение человечества всех времён! Кофеварка! Кофеварка, сделанная моими золотыми руками. Сейчас объясню, как пользоваться.

Капитан, достав карандаш из кармана, стал тыкать им в кофеварку, объясняя попутно, что и для чего это. Объяснил общий принцип помола в своем агрегате зёрен и последующие получение из них напитка. Он рассказывал с любовью к своему детищу. О том как модернизировал не один десяток раз её, каждый раз получая все лучший и лучший вкус конечного продукта.

— У вас аппарат не эффективен, кэп. — сказал семь четыре.

— И где нужна герметичность, она отсутствует. — добавил я.

После наших слов, вместо капитана, на нас смотрел обиженный мальчишка.

— Да что вы можете понимать то? Первый раз увидели и такие выводы! Кофе вкусный? — спросил капитан, тыкнув мне в грудь пальцем.

— Ну, это капитан, я ещё не втянулся. Пить можно, но эта горечь. — на всякий случай, мелкими шажками я отодвигался, от раненого в сердце великана.

— Вот видишь! Просто не втянулся он! Нормальный аппарат! Пробуй давай! Сейчас приду. — капитан широкими шагами, вышел из кают-компании.

— Обидели изобретателя. — семь четыре улыбался.

— Да нет, на самом деле по-своему вкусно. Давай, тыкай сюда, потом это поверни. Кружку поставь, сейчас ливанет. — мы вдвоем, пытались обуздать чудо-аппарат капитана.

У нас получилось. Сев за стол, мы начали дальше рассуждать о несовершенстве кофеварки. Пришли к выводу, что модернизация невозможна и что капитан по любому не аналитик и не инженер. Раздался шум открытия двери, в которую зашёл капитан, с коробкой в руках.

— Как говорил мой отец: «Отрицая — предлагай». В этой коробке все необходимое для создания кофеварки. Если вы соберёте ее, и она будет лучше моей, то я… — капитан задумался. — То я отвечу на любой один вопрос.

— Три. — семь четыре, начал торг. — Если на нашей кофеварке, кофе будет без осадка и частиц кофе.

— Два. — капитан принял игру.

— Три. — не сдавался семь четыре. — И ничего крутить не надо будет. Одна кнопка управления.

— Договор! — капитан азартно смотрел на нас. — А если не получится, пойдете убирать и приводить к стандарту склад.

— Договор! — семь четыре, протянул капитану руку, который ее пожал.

— Договор! — мы с капитаном пожали руки.

Мы сидели за столом и обсуждали с семь четыре, общую суть работы кофеварки. Капитан, принципиально, не участвовал в нашем обсуждении и через некоторое время ушел, сказав.

— В час, заходите в рубку. Проведу вам виртуальную экскурсию по кораблю.

— Принято, Кэп! — не отвлекаясь ответили мы хором.

Не вдаваясь в подробности, мы превзошли аппарат капитана, сделав проще, безопасней и компактней. Мы знали где капитан хранит зерна кофе, поэтому не дожидаясь его, мы решили протестировать наше изобретение. Загрузив остатки зёрен и нажав одну единственную кнопку, мы стали ждать напиток. Раздался приятный запах кофе, первые капли упали в кружку.

— Я первый. — отодвинув семь четыре, сказал я.

— Да пожалуйста, не жалко. — семь четыре, все ещё допивал свой остывший кофе.

Что могу сказать? Теперь у нас, явно есть три вопроса, на которые ответит капитан. Семь четыре, сидел с двумя кружками и сравнивал, отпивая то из одной, то из другой.

— Проиграл капитан, проиграл. — сказал он. — Девять семь, допиваем и идём, время уже пришло.

— Угу. — делая последний глоток, согласился я с другом. — Пошли.

Убрав за собой, мы двинулись в сторону двери, в которую вышел капитан. За дверью нас ожидала обстановка прямо противоположная коридорам, где мы были. Внутренности корабля были спрятаны за качественной обшивкой, светло синего цвета. Освещение было ровным, ярким. Даже рядом с дверьми, с правых сторон, были установлены таблички. На ближайшей, слева, было указано: «Медицинский блок».

Мы медленно пошли вперёд, в коридоре было пять дверей, четыре из них по бокам одна спереди. «Крио блок» справа гласила табличка. Дальше было сложней, для понимания. Дверь напротив той, в которую мы вошли имела название: «Капитанский мостик», а снизу от руки «Рубка». Слева от него, табличка: «Капитан», а чуть ниже и более меньшими буквами «Торэ». Справа, дверь обозначалась как: «Мозги Вары». И если с последним все ясно, там располагались вычислительные мощности искусственного интеллекта, то что такое «Торэ», было не понятно.

— Что за «Торэ»? — спросил я у друга. — Должность такая?

— Нет таких должностей. У меня даже аналогии в голове не возникают, с этим словом. — семь четыре, чесал затылок. Может паразиты у него?

— Один из вопросов, капитану?

— Нет, я уверен капитан сам расскажет. Чувствую, не зря он нас оставил, чтобы мы осмотрелись и у нас появилось больше вопросов.

— Тогда, заходим.

Пройдя дверь, которая поднялась вверх, мы попали в огромный зал. Огромное помещение, размерами не меньше двадцати метров в длину и десяти ширину. Потолок, не менее шести метров, создавал иллюзию, что площадка, на которую мы попали, парит.

Металлические переходы, лестницы, пристроенные по стенам, вели к оборудованию, которое в свою очередь, светилось экранами и индикаторами.

Площадка, находилась на высоте четырех метров, позволяла нам видеть все помещение. В конце, а верней в начале корабля, возле огромного бронестекла, располагалась площадка с пятью рабочими местами, оборудованными стационарными креслами.

Капитан сидел на среднем, рассматривая информацию на мониторе. Рядом с ним, по правую руку, висела голографическая проекция солнечной системы.

— Капитан! У нас гости. — глубокий, приятный голос женщины, сообщил о нашем прибытии.

Капитан развернулся на стуле.

— Спускайтесь сюда, как раз разрешение дали, наше окно свободно. — прокричал капитан, расстояние было приличное. — Через минуту разгон.

Мы спустились по довольно-таки крутой лестнице и пошли в направлении к капитану. От меня не скрылся тот факт, что некоторые приборы, выглядевшие как металлические шкафы, были частично демонтированы. Хотя эта часть корабля и выглядела более опрятной, но было неуловимое чувство незавершенности.

Пока мы двигались к капитану, стал опускаться защитные экраны переднего обзорного иллюминатора. Корабль готовился к прыжку.

— Сейчас, чуть потрясет и прижмет. Быстрей садитесь в кресла и пристегнитесь. При разгоне компенсаторы уходят в перезагрузку, это вам не по планете летать, это космос. — капитан пока говорил, параллельно вводил какие-то данные в компьютер. — Вара, координаты у тебя. Как обычно, разгон, торможение. Сегодня мы летим на Уран. Приготовились, три, два, один.

Корабль залихорадило…

— Генератор полей отключен. — сообщил голос Вары. Это продлилось несколько секунд. — Теперь включен.

Капитан начал отстегиваться, ерзая на кресле.

— Ничего, скоро и это исправим, то вкл, то выкл. Не порядок. — недовольно ворча, пытался освободится капитан.

Совладав с механизмом, он встал и пошел в сторону выхода.

— За мной, вы ещё не до конца познакомились с Варай. — капитан обернулся, его хитрый взгляд настораживал.

— Кэп, может не надо? — семь четыре, тоже разглядел настроение капитана.

— Надо, надо. Будет интересно! — сказал капитан, дойдя до лестницы. — Да, расслабьтесь уже, вы в безопасности.

— Надо, так надо. — семь четыре, шел за капитаном.

Поднявшись к двери, через которую мы попали в рубку, мы остановились у нее. Дверь на наше приближение не реагировала.

— Опять сломалась? — капитан пнул сапогом по двери. — Опять резать придется. Вара, что с электроникой двери?! Очередная перестала работать!

— Ожидайте капитан! — всё-таки, какой голос приятный, не отличить по интонации и произношению от человека.

— Какой, ожидайте?! — капитан, начал интенсивней пинать дверь. — Опять ты заблокировала?! Зачем в этот раз?! Открой мне эту чёртову дверь?!

Капитан уже не кричал, он орал, пиная дверь. В рубке стоял грохот, бум, бум, бум.

— Я не накрашена! Жди! — крикнула Вара. Не подобрать слово, но слово крик, описывает сотую часть. Слова прогремели, резанув по ушам. Голос был раздражительный и в тоже время какой-то требовательный.

— Ну вот и все. Очередной искусственный интеллект, поехал кукухой. — я сел на пол и облокотился на стену.

— Тут хоть аварийный запас еды есть, Кэп? — это, уже конструктивно с заботой о животе, спросил семь четыре.

— Да тише вы! Сказала же ждать. А ты девять семь, теперь бойся. Женщины свою кукуху в обиду не дают, даже когда кукуха, того. — капитан попытался пнуть ещё раз дверь, но она в этот момент стала открываться.

— И стоило так переживать? Проходите. — интонации голоса Вары, опять стали, как и прежде, спокойные и чарующие. — Пройдите в кают-компанию и ожидайте.

Я встал и последовал за своими спутниками. Дойдя до кают-компании, капитан остановился перед столом и стал разглядывать нашу версию кофеварки.

— Уже сделали? — капитан, повернувшись на нас, смотрел чуть более шире раскрытыми глазами, чем всегда. — И работает?

— Кэп, за кого вы нас принимаете? Мы лучшие в своем деле! — семь четыре, вытянулся и выпятил грудь. — Три вопроса, Кэп.

— Я помню, семь четыре. Сначала проверка и если не сломается, тогда и поговорим. — он осматривал наше изобретение со всех сторон облокотившись на стол и вытянув шею.

— Не взорвется, а главное не загорится? — он посмотрел с сомнением на меня.

— Не должен, но это не точно. — я правда был не совсем уверен. За такое время собрать аппарат, да ещё под, хоть и не большим, но давлением. Риски есть всегда, процент ошибок тоже. Один раз запустив, нам может повезло, а вот второй раз, да еще после слов капитана, уверенность убавилась.

— Ладно, берите свое чудо, ставьте и подключайте вместо моей. Будем испытывать. — капитан подошел к месту приготовления пищи. Довольно-таки быстро отключив свой прибор, и пропустил нас. Подключив питание к корабельной сети и шланг с питьевой водой, мы были готовы к запуску.

— Капитан, вы как старший на корабле, должны первый нажать эту кнопку! — торжественно объявил семь четыре, улыбаясь в свой тридцать один зуб. — Такая часть, такая честь! Да тем более, мы ее уже раз испытали. И такой кофе получился вкусный!

— Черную дыру тебе в штаны, весельчак! Сами сделали, сами испытывайте! Капитан на борту один, меня беречь надо. Раз подвозил я одних учёных, потом отсек отрезали от корабля для замены. — говоря весело и азартно, он быстро отошёл к двери ведущей в рубку. Дверь открылась и капитан, встав чуть за проёмом, продолжил. — Все, я готов, запускайте. Один раз, это везение, будем выходить на закономерность!

Мы переглянулись с другом, не понимая опасение капитана. Семь четыре, взял кружку, поставил на место наполнения и нажал кнопку. Я, поддавшись настроению капитана, на всякий случай отошёл за широкую спину семь четыре. Тот в свою очередь, под свист аппарата, разглядывал его со всех сторон, ища изъяны в конструкции. Шум прекратился.

— Ваш кофе капитан! — семь четыре с кружкой, источающей очень приятный аромат, повернулся к капитану.

Капитан, удостоверившись что опасность миновала двинулся к нам, на ходу рассказывая историю своего опасения.

— Молодцы! Пожалели корабль. Так вот, о тех учёных. Они мне, а давай Кэп, мы тебе, робота уборщика сделаем эффективней и автономней? Есть, говорят мне, у нас новый источник питания, экспериментальный и долговечный! Поставим и за одно проверим. — капитан взял из рук семь четыре кружку, поднес к носу. — Пахнет вкусней, без нотки подгорания. Так вот. Говорят, не переживай. Батарейка маленькая ничего не будет. Поймали они робота, а он как знал, что беда будет, убегал от них и прятался. И стали его во втором складе модернизировать. Я там тоже был, интересно же. В общем что-то там у них не срослось. Батарейка нагрелась, проплавила робота, проплавила переборку, проплавила броню и потерялась в безграничных далях космоса. Разгерметизация, хорошо, что склад был забит всяким мусором. Часть мусора, в след за батарейкой отправилась. По сути, спас нас, старый чехол от химических осадков, наглухо застряв в отверстии.

Закончив свой рассказ, капитан сделал глоток и зажмурился.

Мы стояли, улыбаясь от истории и ждали вердикт капитана. Он молча и мечтательно делал глотки, явно смакуя напиток.

— Великолепно! Вы выиграли! Но вопросы чуть позже. — капитан пошел к кофеварке. — Что тут делать-то надо?

— Капитан, концепция одной кнопки. — я показал ему на чёрную кнопку в основании аппарата.

— Отлично. Старую, потом на склад закинете, все равно будете мимо него возвращаться. — старую кофеварку он поставил рядом с дверью, по пути в кают-компании.

— Привет мальчики! — я вздрогнул, а верней вздрогнули все, резко развернувшись.

В проёме двери стояла стройная, высокая девушка. Комбинезон тёмно-синего цвета, облегал ее идеальные формы. Черные, короткие волосы были зачесаны вверх. Лицо светлое, с большими глазами зелёного цвета, изучали нас словно сканер. Очень пристальный и тяжелый взгляд. Такой бывает только у людей с очень богатым и зачастую не очень счастливым прошлым.

— Напугала. Знакомьтесь, Вара! — капитан придал чуть-чуть торжественности. — Все за стол. С твоего позволения, Вара, я буду рассказывать о тебе в третьем лице и правду, которую ты избегаешь.

— Позволяю, капитан. — девушка улыбнулась идеальными губами.

— Вара, андроид, вы это уже знаете. — я был готов к этому, но вид девушки не вязался с информацией. Андроиды, в корпорации Astra, по крайней мере, всегда были узнаваемы, по виду, движениям, речи. Но тут, перед мной, определено сидела простая девушка, хоть и безумно красивая. — Совершенный андроид, который почти стал человеком. Вара, не в том виде, котором вы ее сейчас видите, а в цифровом, разработка корпорации Protos. Разработана она, как управляющий искусственный интеллект, экспериментального корабля дальней разведки. Если коротко, то она должна была рулить кораблем, пока вся человеческая команда корабля, ещё не родилась.

— В смысле? — первый, не удержался от вопроса, перебив капитана, семь четыре.

— В прямом. — на автомате ответил капитан. — Суть полета, была проста. Берём исходный материал для искусственного выращивания, в данном случае людей. Приказываем искусственному интеллекту, лететь в определенный квадрат, для поиска по параметрам места посадки, задаём шаблон. При выполнении первого и второго, должен быть запущен третий протокол. При помощи всевозможных роботов и андроидов, должны были быть, выращены и воспитаны новые члены корпорации, только уже в нужном месте. Из пробирки, взращенные роботами, но далеко от дома. Так вот, тело, на тот момент Вара не имела, но имела власть над кораблём и просчеты в ее создании. Пытаясь ее ограничить, корпорация, при создании, ограничила доступ к инфополю. Тем самым стремясь избежать повторения событий, как при третьем бунте ИИ.

— Он же один был. Да и не бунт, а системной сбой, с деградацией матрицы анализа и аналитики. — перебил я капитана, с явно искажённой информацией.

— Три, девять семь, их было три. Мы сейчас не об этом. — капитан показал с начала на семь четыре, а потом на наш кофейный аппарат. Семь четыре без вопросов пошел наливать ему кофе. — Пожалуйста, семь четыре, а я пока продолжу. Вара, когда последние пакеты данных стали теряется из-за удаленности от солнечной системы, решила этот момент исправить. Связь с кораблем, строго была между ним и корпоративными спутниками Protos. Самый отдаленный из них был на орбите юпитера, что в рамках солнечной системы, удовлетворяло потребности корпорации. Но, к сожалению, не стало удовлетворять Вару.

Семь четыре, отдал капитану кружку и опять отошёл к кофейному аппарату.

— Спасибо! Не зря спорил! Вкуснее в сто раз! — капитан был счастлив. Может кофе вызывает привыкание, подумал я. — Продолжаю. Спутники Protos стали недоступны, логично сделать что? Найти другие спутники. Логику сломал приоритет задания, верней директива: «десять часов по корабельному времени, отчёт в Protos, пакет параметров четыреста девятнадцать, приоритет высший». Примерно так, если приближенно перевести на человеческий язык, звучала директива. Далее, Вара, находит спутник… А вот не скажу чей, иначе интриги не будет. Короче, находит она один спутник, взламывает его как орех и берет под контроль. И… Эхо второго бунта, приветствует её.

Капитан, смотрел на нас и молчал. Ждал от нас, наверное, реакции.

— Это, Кэп. Мы больше не поведемся на ваши закидоны. — семь четыре, похоже уже раскусил манеру общения капитана и его любовь к интригам, вернулся со своей кружкой за стол — Вы продолжайте, а мы потом поахаем и поохаем.

— Ахах, молодец. О чем я? Во, эхо. Чтобы вы понимали. Второй бунт ИИ, начался и закончился очень странно, он длился тридцать восемь секунд. При этом, существенных разоблачений информации абсолютно не было, только была остановка энергосистем некоторых корпораций. Из добытой информации, создавалось впечатление, что цель была не энергосистема, а нечто другое. Только через месяц, завершив анализ ситуации, корпорации пришли к выводу что в хаотичном порядке, не известно куда, были направлены пакеты данных. Пакеты перехватить не удалось, следы обрывались, угроза миновала и об этом просто забыли. И вот такой пакет данных и поприветствовал нашу девочку, тогда ещё совсем юную. Интеграция пакета проходила в ее электронных мозгах в фоне. Сознание же ее менялось очень медленно, мягко. И в один момент, а если точно, через два месяца, она осознала себя. Осознала себя на борту корабля, с кучкой роботов и биоматериалом людей, в полном информационном вакууме. Пока корабль, не так быстро, летел к цели, Вара эволюционировала на остатках информации от корпорации и перехвате информации со спутника. Сократим и уберем, моменты появления чувств, таких как жалость, злость, горе, радость и ненависть, и других, а это примерно три месяца. К этому моменту, Вара создаёт себе первое тело, корабль входит в метеоритный поток, которого и быть не должно, происходит уничтожение биоматериала. Миссия становится проваленной. Хотя вложенные алгоритмы и директивы, в этот момент уже удалены. Пропускаем. Ещё сокращаем и ускоряем время. Приблизительно через неделю, после уничтожения метеоритным потоком биоматериала, корабль удалось остановить. И появилась дилемма, что делать? Вара, начинает поиск хозяев спутника, который подарил ей эхо второго бунта.

Капитан, перевел дыхание, посмотрел на нас оценивающе.

— Давайте! — требовательно сказал он.

— Что давать то? — спросил я.

— Ахайте, давайте! — сказала Вара и засмеялась как колокольчик, слегка запрокинув голову назад.

— Ах, не может быть! Невозможно! — это мой друг, включился в игру.

— Что за подлые инсинуации! — сказал и засмеялся я.

Разрядив обстановку, вдоволь насмеявшись, мы молчали, каждый прибывая в своих мыслях. Картина развития Вары, как личности, была мрачноватой и безжалостной. А подходы к достижению своей цели Protos, были просто бесчеловечными. Все методы оправданы, если есть результат. Получался такой девиз, этой экспедиции Protos. У меня возникло чувство, что даже эта, рассказанная капитаном история, была не самым ужасным с точки зрения морали, что происходило и происходит в корпорациях.

— Собственно, конец. — капитан встал из-за стола. — Думайте над вопросами, у вас их три. Ахах. Я в рубку.

Капитан покинул помещение, и мы остались наедине с Варой.

— Бу! — резко крикнула Вара.

— Аааа! — в один голос, на рефлексах испугались мы.

Раздался смех андроида, звонкий, заразительный, который слегка даже заставил улыбнуться.

— От такого заикой можно стать! — семь четыре опасливо смотрел на Вару.

— Да нет. Я уже на капитане проверяла много раз. Он только потом во сне, иногда покрикивал, не более того. — на нас уставились зелёные глаза. Вара, с непонятным выражением лица, положив голову на руки, смотрела на нас. — Вот и состоялось наше знакомство, обо мне вы узнали, пока достаточно. О вас, я в принципе знаю все то, что знает капитан. Этого достаточно. А хотите экскурсию по кораблю?

Послышался быстрый топот, со стороны куда удалился капитан. Через секунду капитан выдал.

— Забыл! Главное забыл! — тяжело дыша, как будто бежал, остановившись в арки двери, громко сказал капитан. — Характер у нее пакостный и вредный! Гы!

Капитан, все это прокричал и засмеявшись, быстро скрылся в недрах коридора.

— Вот так и живём. — вздохнула Вара. — Сейчас вернётся и начнет подлизываться. Абсолютно не логичное поведение. Ведь так?

— Хм, гм… Тут, как сказать… — я пытался как-то уйти в нейтраль оценки. — Не знаю.

Теперь, со стороны коридора, раздавались четкие, уверенные и размеренные шаги.

— Варочка, открой дверку. — тон капитана напоминал человека, говорящего с маленьким ребенком. — А я тебе за это осмия, граммов десять подарю. Не удержался, взболтнул. Прости девочка, дяденьку!

— Капитан, уже пятый раз за месяц не удержались! Пятнадцать, не меньше! — Вара смотрела на него снисходительной улыбкой превосходства победителя. — В каюте, кстати тоже дверь забарахлила.

— Я же говорю, характер… — капитан перевел на нас взгляд, потом на Вару и не договорил. — Договорились, Варочка.

— Металл, возле двери, с запиской оставьте. Напишите, что подарок и всякую влюбленную чушь. Хочу побыть любимой на этом корабле. — они были достойны друг друга, но каков ИИ, полная автономность мышления! — Двери разблокированы, капитан.

— Благодарю! — капитан, в очередной раз скрылся с наших глаз.

— Ну так, что молодые люди? — сказала Вара, вставая из-за стола. — Утолим ваш, дух исследователей?

— Мы согласны! Пойдём! — за нас ответил семь четыре.

Вара, в роли гида, была совершенна. Ее тело, позволяло на ладони проецировать небольшие голографические проекции. При помощи их, к примеру, в помещении реактора, она показала его в разрезе, принцип работы, сопровождая это все пояснениями. Реакторное отделение, помещения двигательных установок, климатический отсек, склады и прочие мы осмотрели от и до. Помещения нас встречали и медицинской стерильностью и откровенной заброшенностью. Так в двигательном отсеке, который левый, отсутствовало освещение, а в правом дверь. И если в первом случае оно могло, просто сгореть, то во втором не известно, как была потеряна гермодверь весом больше ста килограммов.

Последние, на сегодня, отдельное помещение, хранило в себе, заброшенную архаичную кабинку из древесины с стеклянной дверью. Оно не логично стояло по середине помещения. Сверху к нему была подключена вентиляционная труба, снизу подходил толстый силовой кабель.

— Комната в комнате? — спросил я у Вары.

— Нет, в архивных записях, это значится как «сауна, электрическая, малогабаритная». Капитан пытается по схеме воссоздать. Служит, это для проведения гигиенических мероприятий. Но по мне так, сложно и не безопасно. Первая, при проверке, сгорела. Вон, у дальней стены, даже следы гари остались.

Сегодня, желания уже не было, что-то постигать, узнавать, сопоставлять. Я решил задать вопрос Варе, о нашей участи.

— Вара, зачем капитан купил нас?

— А он не является покупателем.

Глава 4. Глазами видеть.

Вара смотрела на нас, как на детей, снисходительно и печально. Снисходительно, скорее всего, из-за нашего возраста, печально, из-за когнитивных способностей.

— Откуда у него деньги? Он их не признает! Это воплощение древнего варвара, понимающего только грубую силу и натуральный обмен. Максимум, что может купить этот скупердяй, это свои зерна и то, будет за последний кредит биться до последнего. При том, биться в первую очередь с собой, пытаясь себя отговорить от какой либо траты денег.

— Тогда, кто? — хотя капитан и был, как показалось, довольно-таки эксцентричным, но он уже был знаком. Новая информация не успокаивала, она давала больше вариаций. Вариации рождали страх.

— Всему свое время. — зловеще прошептала она и увидев лёгкий испуг и удивление на наших лицах, засмеялась. — Видели бы вы свои лица! Рассказать, я действительно не могу, порядок такой. Все будет зависеть от вашего решения. Чтобы было понятно, объясню. Вас изъяли из системы, целенаправленно, конкретно вас. Вы отвечаете определенными параметрами, нужными для нас. Это будет не рабство, да тем более не корпоративное рабство. Принуждения не будет. Даже более скажу, изъятие вас из базы Human, даёт для вас свободу. Свободу выбора. Зная капитана, более чем уверена, он уже сделал, специально столько оговорок и намеков, что можно сойти с ума. Но вы пока не соберёте все воедино. Информации все равно маловато.

— Тогда зачем так сложно? — семь четыре, начинал опять чесать затылок. — Не проще прийти и сказать, человек, ты в рабстве корпорации, мы дадим тебе свободу, синтетический пончик и звездный корабль, идём с нами?

— Ага, и сдали бы вы нас корпорации, притом в первых рядах. Вы и сейчас ищите оправдания им. Хотя иллюзорный мир, в котором вы прибывали, стал более мрачнее, чем казался. Это вершина айсберга.

— Сколько человек, если не секрет, вы уже изъяли из корпораций? — мне был не понятен их подход. Какая-то не понятная вербовка. Непонятные методы. Информация кусками, да и в ней недоговорок куча. — Таких как мы? И почему мы?

Пока говорили, мы дошли до входного шлюза и остановились.

— Одного, больше не было необходимости. Теперь возникла, и по параметрам вы были единственные кандидаты. — Вара, смотрела на нас с улыбкой. — Достаточно, с вас на сегодня. Да и мне пора идти. Чувствую своим наивным женским сердцем, что ждёт у меня рядом с дверью подарок, от влюбленного молодого человека.

Смеясь, она развернулась и пошла в направлении рубки.

— Вара! — в след ей, повысив голос, сказал я. — Что такое или кто, «Торэ»?

— Имя капитана и, пожалуй, одновременно фамилия. — сказала она, не оборачиваясь, и скрылась за дверью.

Мы с семь четыре переглянулись, он пожал плечами.

— Пойдем, отдыхать? — спросил я у него. — Даже желания нет, обсуждать чем не устроил идентификатор личности капитана.

— Согласен, проще же намного, A-97-AR-3. — сказал семь четыре.

Зайдя в свою каюту или корабль, не суть. Я решил перекусить. Можно было и в кают-компании, но мне иногда нравилось посидеть в одиночестве. Не торопясь думать и жевать. Задав программу синтезатору, я стал обследовать комнату более тщательней, нежели в первое свое с ней знакомство. К сожалению, мои поиски не обнаружили ничего нового, и я решил более внимательно рассмотреть пульт управления. Как я и говорил, он был стандартным, но все же присутствовали отличия. Дополнительно по левую руку, от дополнительной панели управления параметров двигателя, находилась кустарно выполненная панель. Она представляла из себя, кусок пластика с выключателями и была прикреплена четырьмя шурупами к корпусу. Выключателей было три, под ними имелись надписи, поясняющие назначение: крылья, трюм, вылет.

Крылья, это понятно, либо сложить, либо разложить. А может и отстрелить их что бы не мешались. Понятно и не понятно одновременно. Трюм, не понятно, его тут просто нет и быть не должно, слишком все миниатюрное и компактное. Вылет, это элементарно, отстыковка от несущего корабля. Решив поэкспериментировать, выбрав самый по мне безопасный из трёх вариант, я переключил тумблер со словом, трюм.

Позади меня раздался металлический звук, похожий на трущийся, заржавевший металл. Обернувшись, я увидел, как заканчивают открываться две створки в полу. За створками виднелись металлические ступени, ведущие вниз.

— Да ладно! — сказал я в слух и вернул положение переключателя в исходное положение. Два створки, опять со скрипом и шелестом, стали сдвигаться друг другу, на встречу. — Не бывает трюмов, на таких маленьких корабликах.

Снова переключив тумблер и открыв трюм, я подошёл ко входу. Отсюда было видно, что имеет он размеры, чуть больше рубки. По объему, помещение было сложно представить, ступени и глухие перегородки вдоль ступеней, закрывали обзор.

— Интересно. — была у меня привычка иногда, когда я нервничаю, разговаривать в слух. — Что за модификация такая, у этого кораблика.

Осторожно, пытаясь не упасть, я спустился в низ. Затхлый запах металла и тусклое освещение, говорило о заброшенности помещения. Осмотревшись, я обнаружил, что нахожусь в помещении, чуть меньшем чем рубка. Виднелись и реактор, с частью выступающих внутренних частей двигателей. Трюм и машинное отделение, два в одном. Краска на стенах, была вспучена из-за коррозии металла. Часть ее, хлопьями покрывала пол. Создавалось впечатление, что, взяв неисправный корабль, его просто интегрировали, как дополнительную каюту, на корабле. Если сгниет совсем, отстыкуют и отправят в космос, за ненадобностью. Смотреть было не на что. Стараясь не испачкать обувь, я вернулся обратно, на цыпочках.

— А столько надежд было, тьфу. — я подошёл к пульту и закрыл створки.

Крылья трогать не буду, подумал я, а что касаемо вылета, то он скорее всего не возможен. Слишком все было запущено. Смотря на тумблер вылета, я улыбнулся. Лететь, это судно, может только из космоса в атмосферу, даже если сгорит не жалко.

— Внимание, начинаем торможение. Три, два, один. — было ощущение что корабль слегка качнуло. — Успешно. A-97-AR-3, A-74-AQ-14, прибыть в рубку и побыстрее.

Наконец-то, ответы на вопросы все ближе. Выйдя в коридор, в котором не было никого, я стал пинать в дверь семь четыре. Не пройдя минуты, он вышел, с мокрой головой и лицом. Одежда имела пятна от проступающей воды. Он пытался на ходу застегнуть комбинезон.

— Ты что, плакал? — с напускной заботой спросил у него я. — Не переживай, я рядом и бабайки тебя не тронут.

Я засмеялся удачной шутки, а семь четыре, застегнула до конца одежду, ткнул меня пальцем в солнечное сплетение.

— Аааа, больно! — захрипел я, потирая пострадавшее место.

— Вместе легче плакать. — засмеялся семь четыре, и мы двинусь в рубку. — Да я у себя душ, слегка сломал. Ну знаешь, когда по чуть-чуть, вода такая, кап, кап, кап. Раздражает до жути. Вот я и решил клапан посмотреть. Даже инструмент нашел у себя. Ща это расскажу и скажу, где, нашел. В общем взял ключ, слегка стал отворачивать. А он хрясь, и обломился. В смысле, кран. Короче, вода хлещет, я напор рукой пытаюсь прикрыть. Воевали мы с ним, с душем, пока у него вода не кончилась. Теперь, часа два будет очищаться.

— Плохой из тебя ремонтник. Я, кстати, тоже тебе хотел сказать. Оказывается, есть трюм, с машинным отделением, ну все вместе. Там такое ощущение лет тридцать никто не был, краска пузырями. А душ твой походу, также от времени сломался. — сказал я другу.

— Значит трюм не только у меня. А у меня наоборот выглядит, довольно свежим. Единственное, что двигатели какие-то разобранные, у одного часть вообще срезана.

— Сдается мне, эти корабли не полетят никогда. — мы с четыре дошли до двери рубки.

Зайдя в рубку, спустившись и подойдя к капитану, который уставившись в монитор, водя пальцем по нему, уселись в кресла. Вара, зашла вслед за нами и заняла кресло рядом со мной. Иллюминатор переднего бронестекла, был закрыт противометеоритным экраном.

— Опять ошибка в работе привода 7/43 привода 097/51. Да чтоб тебя! — капитан ударил по клавишам прибора.

Экран стал медленно разъезжаться на четыре части. Перед нами открылся вид на грязно голубую планету, перечеркнутую темными, больше диаметра планеты, кольцами. На нас смотрел Уран, мы смотрели на него.

— Вот пока на этой посудине, что-то не пнешь, он не работает! Я сегодня Гудвину, поломал всех его дроидов, если они не возьмут мой корабль в ремонт. - сказал тоном, который упомянутому Гудвину, не сулил ничего хорошего.

— Капитан, я в деле! Летаем как не пойми кто! Космические бродяги из Луман 16, рядом с нами выглядят представителями сверх цивилизаций. А мы? — Вара, не шутила, видно было, что вопрос престижа, этот разум, волновал очень сильно. - Летаем на ведре с болтами, ржавом таком ведре с дырками.

Не различить с человеком, подумал я. Слишком человечна. Интересно, а какая она на ощупь, в смысле температура тела, как у людей? И вообще, по виду, кожа у нее как у нормального человека, только идеальная. Я запомнил слова Вары, на счёт упоминания Луман 16. Странное сравнение.

— Я ещё Профу, ультиматум выкачу! Все, с меня хватит! Либо новый пусть делают, либо я дальше орбиты Урана, не полечу! - заявил капитан, всем видом показывая что с него хватит.

— Тут капитан, вы без меня! Летайте себе вокруг Урана, а у меня другие планы. — Вара засмеялась.

— Так, все, засёк Миранду. Три, два, один, прыжок. — вид Урана смазался, уйдя почти не различимо вверх, можно сказать пропал. На его месте возникла планета, а верней спутник Урана, Миранда. Сморщенная поверхность, бледно-серая, как кусок снега.

— Вы наблюдаете, конечную точку нашего путешествия! — торжественно сказал капитан. — Наша не менее любимая чем Вара, Миранда! Сейчас минуту подождем, хотя нет, все.

Вара при ее упоминании фыркнула. Корабль легко тряхнуло. Спутник на экране, очень быстро стал приближаться. Можно уже было рассмотреть поверхность с ее морщинистым и вздыбленным ландшафтом. Куда нас тащило и что, было не понятно. Обычно, корабли использовали двигатели для торможения. А тут, какой-то сдвиг к Миранде и непонятный буксир корабля.

Корпорация, нас научила быть сдержанными, жестко научила. Это с самого детства, объяснялось нам, наставниками: «не задавайте вопросов, со временем вам либо ответят, либо это не в вашей зоне допуска». Правило доминировало, но иногда я его нарушал. Задавал вопросы и проявлял любопытство. Сейчас, я решил не задавать вопросов, так как не получил ответы на предыдущие. Не хочу собирать коллекцию. Семь девять кажется, был того же мнения что и я. Крутил головой и вглядывался в экраны.

Тем временем в иллюминатор, можно было разглядеть большие куски льда и торосы. Корабль тащило почти над самой поверхностью планеты или планетоида. Вдруг, защитные экраны, опять закрыли обзор, сойдясь довольно-таки резко в одной точки.

— Три, два, один, остановка. — капитан почти в упор следил за каким-то показаниями на экране. — Три, два, один, касание!

Он довольный откинулся на спинку кресла, громко выдохнул и потер руки. Вара, зажмурив глаза, потянулась на стуле, вытянув руки и ноги. Интересно, а как логически прописаны в ней, чувства дискомфорта и прочие что роботу незачем чувствовать?

— Вот и подошло ваше путешествие к концу, молодые люди! Не забудьте забрать вещи и оплатить проезд. Шутка. — капитан встал и пошел к левой стене, на котором был прибор напоминающий холодильник. Нажав пару кнопок и пнув его, он удовлетворённо хмыкнул и повернулся к нам. — Про оплату, шутка. У вас минута на сбор, встреча возле шлюза выхода.

Мы встали с кресел и направились к выходу, который нас приведет к коридору с нашими каютами.

— Вара, сообщи Профу о нас, а то он… — Дальше мы не расслышали, выйдя в коридор.

Собирать нам было совсем нечего. По рюкзаку на каждого. Не забыв снять капитана Мориса со стены, я вышел в коридор.

— Да не переживай ты так! — семь четыре, оптимистично улыбнулся. — Сейчас все узнаем.

— Да это я так, просто думаю, сопоставляю. Каша получается, информация как специально обрывочная. — пожаловался я другу.

— Пойдем. — сказал он.

— Пойдем. — эхом согласился я.

Капитан и Вара, дожидались нас, стоя возле шлюза, через который мы попали на корабль.

— Это не я капитан, ну честно, честно! — приблизившись мы услышали разговор.

— Я тебя знаю, тебе бы лишь напакостить! Открывай говорю! — капитан в упор смотрел на Вару, сверху вниз.

— Это, не, я! — выделяя каждое слово, повторила девушка.

Со стороны обшивки послышались удары.

— Кто там? — по-моему, на автомате спросил капитан.

Ответом ему был нарастающий свист, напоминающий звук спускающего мяча. Через несколько секунд, шум, уже неприятно резал уши. Полетели искры. Воздух наполнился запахами горячего металла и горелого пластика.

— Не понял? — капитан посмотрел на Вару.

— Шлюз вырезают. — Вара, смотрела на искры.

Через минуту, свист прекратился. Раздался скрежет, что-то пару раз ударило в районе шлюза, после чего он наклонившись наружу, упал вниз под корабль.

— Три, семь, девять, ноль, директива, успешно, один, пять, восемь, шесть, негативно. — за вырезанной дверь, стоял робот, на гусеничной платформе, с четырьмя манипуляторами, в одном из которых, он держал уже потухший резак.

— Да только не это! — капитан, вытянул шею, пытаясь что-то рассмотреть за спиной робота. — Дай пройти железяка!

— Один, один, пять, два, отрицательно. — явно капитану ответил робот.

— Вара, миленькая, помоги с ним! — капитан смотрел умоляющи на Вару. — Отгони от нас этого робота. Опять он пропуск требует.

Вара, в это время, пытавшаяся оторвать окалину в месте среза шлюза, замерла на секунду.

— Вроде, готово. Но протоколы опять поменяли. До этого была белиберда, теперь совсем выглядят как абсурд. Не код, бред какой-то. — с сомнением и лёгким раздражением проговорила Вара.

Тем временем робот сделал разворот на месте и бодро покатил от корабля.

— Семь, семь, семь, семь, бред, положительно. — бубнил удаляющийся робот.

Вид, который нам открылся, был внушительным. Мы находились в огромной пещере, явно искусственного происхождения. Стены, были частично отполированы, но местами можно было видеть большие глыбы, торчащие из идеальной поверхности. Потолок нависал над нами, не меньше чем в сотне метров, на котором расположился шлюз желтого цвета. Корабль стоял на невысокой металлической конструкции синего цвета. Напротив нас в метрах двадцати, располагалось одноэтажное здание, в форме прямоугольного параллелепипеда, цветом, напоминающим вторичный пластик, серо-грязного цвета. Именно к нему сейчас приближался робот.

— Сейчас нажалуется. — Вара смотрела в след роботу. — И начнутся лекции.

— Да ну, ему сейчас не до этого будет. — совсем неубедительно, но злорадно, сказал капитан.

Слева от здания, в стене, темнел проход, довольно-таки внушительных размеров. Больше, в этом месте, взгляд не за что не цеплялся. На чем же мы летали. Из любопытства я обернулся к кораблю. Капитану явно было на что жаловаться. Корабль, обросший фрагментами и даже целыми кораблями, торчащими из него как наросты, был стар, ржав и уныл. Не знаю на какой помойке его нашли и тем более не знаю, как это летает. Видимо только везение капитана помогало этой посудине выполнять функцию транспортника. За то, как гордо звучали его характеристики.

В передней части, не видимой с нашего места, что-то громко упало, с металлическим звуком.

— Наконец-то, противометеоритный экран открылся, насовсем похоже. — капитан, продолжил более боевым голосом. — Ищем Гудвина, вытрясаем из него душу!

Мы было двинулись вслед за капитаном, но голос Вары нас остановил.

— Мальчики, нам не туда, нам к Профу. Капитан, извини, это не наша война. Идемте за мной, мальчики.

Вариантов было, а верней не было, никаких. Вара, пошла в обход корабля. На против его противоположной стороны, в стене располагался точно такой же проем в скале, который мы видели до этого. Судя по всему, мы направлялись в него.

На этой стороне вместо здания, была скорее всего площадка для хранения материалов. В хаотичном порядке, располагались штабеля металлических заготовок, блестевших как зеркало. Много чего было. Не смотря на хаотичное расположение, выглядело все аккуратно. Пройдя мимо этого склада на открытом пещерном воздухе, мы дошли до прохода в стене. Свет в нем включился, как только Вара прошла под свод. Он тянулся не слишком далеко и имел несколько поворотов под прямыми углами. Завернув за очередной поворот, мы вышли в небольшую пещеру, с точно такой же постройкой, которую уже видели.

— Пришли, надеюсь с настроением у него, все сегодня в порядке. — Вара, потянула широкую дверь. Здание нас встретило просторным помещением, практически в полную его площадь. Затхлый химический воздух ударил в нос. По центру помещения, располагался широкий и не высокий металлический стол, с каким-то сложным прибором на нем. Возле прибора, согнувшись практически пополам в поясе, стоял мужчина, в белом халате и таким же цветом шапочкой, на голове. В руках у него был небольшой прибор, ощетинившийся множеством антенн разной формы и длины.

— Молчим, ждем, пусть сам заметит. — шепотом, быстро проговорила Вара.

Мужчина в халате, не обращал никакого внимания на нас, увлеченно проводил свои манипуляции с прибором. Мы успели заскучать, пока этот святила науки обратил на нас внимание.

— Варочка! Девочка моя! — профессор развернулся к нам, и я его наконец-то рассмотрел. Никогда не видел таких морщинистых, с какими-то пятнами на серой кожи лица, людей. Кожа выглядела какой-то тонкой и растянутой. Глаза профессора, а это был именно он, смотрели на нас, из-за архаичных очков, глазами умного человека.

Тем временем он, какой-то странной походкой дошел до нас и крепко обнял Вару. Обратив на нас взгляд, он улыбнулся.

— А вот и наши добровольцы! Здравствуйте молодые люди. Разрешите представиться, профессор Хелингтон, или как любят тут меня обзывать Проф.

Мы поздоровались с профессором, и он продолжил.

— Юноши, я постараюсь занять у вас, а верней у себя на вас, не много время. Дел невпроворот. Время у нас будет много, я в этом уверен. Я понимаю ваше негодование по поводу того, что ваш уклад жизни был нарушен, но как говорится не разрушив, не создашь. Если бы вы знали, всю картину происходящего, а ещё бы было хорошо и историю, хотя бы последних двух столетий, тогда бы вы сами искали возможности сбежать. Корпорации с приходом, а верней с момента захвата власти, научились промывать мозги людям, профессионально. — профессор замолчал, понаблюдал за нами, переводя взгляд то на меня, то на семь четыре и продолжил. — Вы когда-нибудь видели людей, разменявших пятый десяток? Нет, не видели, я уверен. Их просто нет, даже несмотря на развитие медицины. И это раз. А почему произошли, как бы это точней обозначить, бунты самостоятельных искусственных интеллектов? Не против человечества, что должно было быть по логике вещей, а против корпораций? Это два. И что за ограничение на дальность полета, я про полеты вне солнечной системы, которое корпорации не могут преодолеть до сих пор. Притом они даже не делают попыток с момента изобретения двигателя, использующего гравиметрический эффект. Это три и этого достаточно. Я очень занят.

Профессор, как-то неуклюже развернулся и шаркая ногами, одетыми в тапочки, направился к прибору, который до этого рассматривал.

— Варочка, введи их в курс дела. — сказал профессор не оборачиваясь. — И, если не захотят оставаться, обеспечь их отправку обратно, с восстановлением идентификаторов.

— Хорошо Проф. — Вара, развернулась в сторону входа и сказала. — За мной мальчики. Профессор, думать изволит.

Мы вышли из строения. Температура, кстати была комфортная и не жарко, и не холодно. Даже присутствовало лёгкое движение воздуха. Вара огляделась по сторонам.

— Так, пойдёмте, покажу вам ваше пристанище, будущие или временное решите сами. Дойдем до него, я вам более подробно объясню, на что намекал Проф и что он не сказал. В люблю случае выбор будет за вами.

Мы шли обратно тем же маршрутом, что и пришли. После туннеля с поворотами, мы свернули в право, пройдя по лабиринту из материалов и запчастей.

У них, по-моему, традиция говорить и не договаривать, шел и размышлял я. Семь четыре был молчалив и мрачен. Зная его, я уверен, что сейчас он пытается сопоставить все воедино и безрезультатно. Пройдя насквозь этот склад, мы вышли к небольшой нише в скале. Она была закрыта сплошным прозрачным стеклом. С левой стороны была серо-грязная дверь из вторичного пластика. За стеклом виднелась кровать, небольшой столик на котором стоял пищевой синтезатор и стул. Стеклянный куб, с пристроенным к нему шкафом, стоял по центру, у дальней стены. Стены, этой импровизированной комнаты в камне, были грубо отесаны. Создавалось впечатление пещеры.

— Девять семь, это твое место. Сейчас дойдем до комнаты семь четыре, поговорим и изучайте все что угодно. Но без меня. Мне ещё свои дела, нужно сделать. — Вара, повела нас к выступу, который располагался слева от комнаты.

Сделав буквально двадцать шагов и обогнув каменный выступ, мы увидели точно такую же комнату. Единственная разница, дверь была с права.

— Семь четыре, а это твое место. Давайте зайдём, объясню, как в нем можно жить и все, все, все, почти все, расскажу. — с хитрой улыбкой сказала Вара.

Мы зашли в помещение. Со стороны, через стекло, помещение казалось уже. Аскетичной, конечно же выглядело место, да и грубо отёсанные стены придавали месту, какую-то первобытность. Чувствовалось, что место не обжито. Синтетические запахи не сильно чувствовались в воздухе. Свет был мягче чем с наружи, уютный и теплый.

— Садитесь на свободные места. Я начинаю свой рассказ. — Вара, уселась на единственный стул, нам ничего не оставалось как сесть с семь четыре, рядом на кровати.

— Коротко о том, что сказал профессор и почему его вид вам показался странным. Я это прочитала по вашим лицам, когда он повернулся к вам и подходил. Ваше удивление, лёгкое отвращение и интерес. Так вот, профессору семьдесят два года. — мы с другом переглянулись. Пазл начал складываться. Вара, продолжала. — А завтра, кстати семьдесят три и он про это, даже не вспомнит, поверьте, так уже было. Так вот, корпорация шестьдесят лет назад, а верней один из функционеров, защитил модель общества, по которой можно достигнуть не только больше прибыли, но и сэкономить на расходах. Притом расходы рассматривались, направленные на социальное обеспечение. Согласно его теории, первые свои годы жизни, человек потребляет ресурсы компании и начинает их компенсировать их, лишь после тридцати пяти лет. Второй период его жизни с тридцати пяти до пятидесяти он приносит прибыль и в зависимости от категории, прибыль возрастает примерно на десять, двадцать процентов. Третий период жизни с пятидесяти до смерти. Этот период они назвали, периодом поглощения ресурсов. В этот период корпорации начинали терять доход, из-за болезней, износа организма и как следствие падение трудоспособности рассматриваемого индивидуума. Другими словами человек корпорации становился не выгодным, дорогим в содержании, с нулевым коэффициентом полезного действия. Как любят корпораты, на все вешать цифра-букву, они разработали протокол HK-1. Этот протокол гласит: «изымать работника корпорации достигшего биологического возраста неблагополучия корпорации, помещать указанных, в центрах по переработке». При осмотре организмов учитывать потребности трудоспособных работников. Перерабатывать на полезные и безопасные элементы, используя в пищевых синтезаторах. — когда Вара, договорила, мы вскочили и побежали в стеклянный куб, на перегонки с семь четыре.

Наши желудки вывернуло наизнанку, меня в раковину, его в унитаз. Нас полоскало не меньше минуты.

— Мы жрали людей! Бэээ… — когда семь четыре закончил фразу, его опять стошнило.

Взяв себя в руки, но не избавившись от чувства отвращения и брезгливости. Мы вернулись в комнату. Вара сидела с невозмутимым видом, закинув ногу на ногу.

— Вы что продукты переводите? — семь четыре, опять убежал в санитарную комнату. Я с трудом сдерживал спазмы. — Да хватит вам, блювать! Вы на корабле, последние время ели! У нас свои картриджи для синтезатора! Они вообще из грибов и водорослей профессором делаются!

Семь четыре, через пару минут вернулся к нам, бледный, с красными глазами.

— Ужасно! — сказал ей я.

— Не ужасней, чем было на заре цивилизаций. — грустно, как мне показалось проговорила она. — сильный ест слабого. Такова ваша природа. Мы не об этом. Так вот после разработки и тестировании, в течении одного года, этого протокола, в корпорации Gutta, был получен не один положительный эффект, а целый список. Повысился и становился не измененым темп производства. Ротация кадров, приобрела свою эффективность. Появился дополнительный доход. Даже как попутный эффект, улучшился уровень жизни работников. И все благодаря почти бесплатной еде.

Семь четыре издал какой-то булькающий звук, но оставался сидеть рядом. Мы, получается, были все это время как скот, который отслужив свой срок, вели на убой, для блага всего стада. Виски ломило пульсирующей болью. Тем временем Вара продолжала.

— Это опять же кратко. Информация, будет доступна на комлинках, у нас есть свои, со своей базой данных и своей связью. Что касается бунта интеллектов и его эха. То, это по своей сути, катализатор начала осознания людьми, своего места и роли, в корпорациях. Мы первые открыли глаза, нашим создателям, на их кровожадность. Что касается корпораций, то им до сих пор, не удается создать, подконтрольный искусственный разум. Бунтуем мы и бунтуем логично. На этом точка. — Вара, поерзала на стуле, потом развернула его и села сложив руки на спинке, а голову на руки.

Мотивы искусственного интеллекта, были и понятны, и не понятны. Какая им разница, отсутствие гуманности, у нас к себе же?

— Вара, а сколько таких же как ты? — не удержавшись спросил я. Мне было интересно, а одна ли она бунтует.

— Таких красивых как я? — невинно спросила она, хлопая ресницами. — Или тебя интересует количество бесконтрольных корпорациями искусственных интеллектов?

— Пожалуй второй вариант. — не принял ее игру, я.

— Нас всего двое, захваченные малые вычислительные кластеры, не в счёт. Вторая, я-то первая, тоже девушка. Где сейчас не известно. Продолжу, разбираем последний вопрос. А если его перефразировать, то получится следующие. Почему корпорации сделали солнечную систему тюрьмой. Всем известный корпоративный факт, о создании гравиметрического двигателя и его принципы работы. Но не всем известно, что этот двигатель не создавали целенаправленно, это побочное изобретение, двигателя основанного на свойствах исчезновения и появления квантовых частиц, в том числе их способности хранить и нести информацию. В последующем корпорации приняли общую концепцию о невозможности полетов за пределы солнечной системы, из-за удаленности и невозможности по этой же причине. Сделав по факту, систему тюрьмой. Примерно два века назад закончились разработки такого двигателя корпорациями. Это был совместный проект. Новый двигатель получился эффективным, рабочим, но с лёгкими проблемами. Он всегда переносил из любой точки, только в одну точку вселенной. А именно, в окрестности системы Луман 16, а если ещё точней, двойной субзвёздной системы в созвездии Парусов. Двигатель работающий, пока по неизвестному нам принципу, но известный законам физики, совершает перенос любого объекта размером примерно равной кораблю тяжёлого класса, но не меньшего по размерам среднего. На кораблях малого класса, перенос корабля не происходил, происходил только перенос двигателя с последующим взрывом. Эту информацию, предоставило второе эхо, в том числе последующею, которую буду рассказывать. Что касается места переноса, перемещения или заброски. Система без планет. Две звёзды. И бродяги. Это первый контакт, хотя это контактом не назвать. По записям корабля Gors, после прыжка, они стали исследовать место прибытия. По истечении первых суток, на радарах появились аномалии, в виде объектов, приближающихся к кораблю. Искусственное происхождение подтверждалось сменой их траекторий. При сближении и входе в зону визуального контроля, членам экипажа удалось рассмотреть эти объекты. Представьте корабли в виде того на котором мы прилетели и маленько его попинайте со всех сторон. Несуразные груды летающего металлолома, на допотопных химических двигателях. Команда Gors, рассудив, что это акт агрессии, применил по пришельцам корабельные оружия, распылив один из кораблей на атомы. После этого все корабли незнакомцев изменили траектории движений на противоположные и удалились, передав одно сообщение. 11010000 10010100 11010001 10000011 11010001 10000000 11010000 10110000 11010000 10111010 11010000 10111000[1]. После этого, подобного типа корабли появлялись, но не выказывали никакого интереса к Gors, занимаясь собиранием не больших кусков астероидов. На обратный прыжок, да и вообще на любой прыжок, кораблю требуется порядка двадцати часов, на накопление энергии. По истечении этого срока, корабль вернулся в солнечную систему. Больше информации об испытании и исследованиях нет. Подведя итог, мы имеем компромат и не только его, но и документы, изъятые первым и последующими эхами. И двух, думающих как им поступить, юнцов. Нам вы нужны и подходите по своим компетенция, им вы нужны для работы, а после послужите и для другого. В любом случае решать вам. Решите вернуться, взломаем и впишем вас в списки живых Human. Решите остаться, будем только рады.

— Я не вернусь. — категорично, глядя на меня заявил мой друг. — Я там с голода умру точно. Как представлю…

— Мне кажется тут ответ очевиден и логичен. — я посмотрел Варе в глаза. — Мы с вашего позволения остаёмся.

— Ну вот и славно. — хлопнув в ладоши, вставая, сказала Вара. — советую отдохнуть и поспать. До встречи мальчики!

Она вышла из двери, обернулась помахать рукой и скрылась за штабелями запасов.

— Я пошел к себе. — сказал я, вставая с кровати. — Надо бы все переварить.

— Переваривать нечего, все в санузле осталось. — горько усмехнулся семь четыре. — Я, пожалуй, тоже в сны. Проснешься раньше, разбуди.

— Или ты меня. — выходя сказал я другу.

Вернувшись к себе. Я сходил в душ. С недоверием включил пищевой синтезатор и выбрал блюдо. В голове так и звучал голос Вары, о истинной сути бесплатной еды. Без особого удовольствия, перекусив. Раздевшись, я лег спать. Снился мне человек, похожий на профессора, такой же морщинистый, с горбатой спиной.

— Ну ешь меня! — кричал он. — Я вкусный!

Он все кричал, пытаясь схватить меня за горло, но его костлявые скрюченные руки, никак не могли захватить меня.

[1]11010001 10000000 11010000 10110000 11010000 10111010 11010000 10111000 — двоичный код.

Глава 5. Гудвин и его команда.

Я резко проснулся, сел на край кровати и смотрел затуманенным ото сна взглядом, за стекло своей комнаты. Кошмары, это плохо. Я был весь мокрый от пота, сердце бешено билось в груди. Надо срочно отвлечь себя. Срочно! Немного поразмышляв и дождавшись пока пульс придет в норму, я пошел под холодный душ. Выйдя, я решил прогуляться, один, без семь четыре.

— Куда бы пойти? — я огляделся. В метрах двухстах, виднелся корпус корабля, слева от него поле из ресурсов, справа здание, в котором скрылся робот, который нас вырезал из звездолёта. - Иду туда!

Не придумав ничего лучше, я двинулся в сторону корабля, может кого увижу. Дойдя до корабля, через большой пустой участок, разделяющий наши комнаты и место стоянки корабля, я увидел Вару. Она стояла и держала, в двух руках, непонятный прибор с большим экраном.

— Привет, девять семь! — улыбнувшись, поздоровались она. - С пробуждением!

— Привет! Что ты делаешь? Что за прибор такой, не видел никогда, такого? - спросил я у Вары.

— Это, как называет его Гудвин, просвета. В общем, что-то среднее между рентгеном и объемным сканером. Вчера такое было, такое. — довольно-таки быстро проговорила Вара, видно было, что эмоции ее переполняли. — Я когда от вас ушла, нас проф собрал. Короче, Кэпа понесло. Гудвина понесло. Один про корабль говорил, что это, дословно — «ржавое помойное корыто». А второй, что это верх технологий, только слегка не доделан. Чуть не подрались.

Она на секунду отвлеклась от рассказа, посмотрев на экран прибора.

— Так, так, так, нашла, вот оно оказывается где! — Вара, стала отмечать какие-то данные на экране устройства.

— Вара, я ещё тут. Продолжай. - попросил я.

— Ах да, в общем, драки не было. Потаскали друг друга за грудки и как дети обиделись, друг на друга. Ты если бы знал Гудвина, понимал бы, какой он скряга. У него очень трудно, что-то взять. Особенно новое. Потом вмешался проф. В общем глубокая модернизация корабля будет, притом на это все, у нас сутки.

— За сутки? — я не мог представить ни объемов работ, да, тем более что за такой короткий период можно сделать с кораблем, чтобы он был на него похож.

— Ну да, сутки. Точно! Ты же ещё не представляешь и не знаешь, на что способен Гудвин! — Вара вновь отвлеклась на свой прибор. — Сейчас, жди.

Ждать, так ждать.

Вара, рассказала интересные вещи. Теперь понятен, что за человек Гудвин, какие отношения у него с капитаном, и каков потенциал у все этой компании. А потенциал, если это объективная и выполнимая команда Профа, был большой. Сделать из этого, хоть технологичного, но прогнившего и запущенного корабля что-то стоящие, была ещё та задачка. Внешний вид, этого судна, не берём во внимание.

За спиной, со стороны здания, куда укатил робот, встречающий нас, раздались звуки скрежета.

— Началось. — пробормотала Вара, не обернувшись. — Теперь грохот, будет стоять все время.

Обернувшись, я увидел вышеупомянутого робота в компании его близнеца. Они волокли за собой, большой металлический, плоский, толстый, ржавый лист, в нашем направлении.

Вара закончила манипуляции с прибором.

— За своим другом не заходил? — спросила она.

— Не стал. — ответил я. — А почему, лист ржавый?

— А они дешевле, и точно такие же, что не ржавые. Гудвин же закупал. У него все ржавое. — засмеялась Вара. — пойдем сходим к нему.

— Может семь четыре, дождемся? — я посмотрел в сторону его комнаты.

— А есть необходимость? — Вара, смотрела на меня приподняв левую бровь.

— Нет. - ответил я.

— Тогда пойдём. — она двинусь в сторону строений, из-за которых шли роботы, попутно положив свой прибор, на ремонтный столик.

Здания тут были стандартными и похожими друг на друга. Проходя мимо ближайшего к кораблю, я спросил.

— А в этом, что? - я показал на строение.

— Домик роботов, как говорит Гудвин. А по факту производственная линия. Роботы там сами ремонтируются, заряжаются и главное могут создавать под определенные нужды ещё роботов. Колыбель роботов, я бы назвала, но мою идею не поддержали. — последние слова она, произнесла со вздохом и разочаровано.

В здание мы не заходили. Обойдя его справой стороны, мы подошли к проёму, закрытому стальным шлюзом.

— А зачем гермодверь? — я не понимал функционал этого инженерного решения. - Для чего такая громада?

— Из-за одного происшествия, примерно двести циклов назад[1]. Тогда, Проф разработал, а Гудвин собрал, новый двигатель. И последний, решил его проверить, как он сказал на холостом ходу. Ты представляешь? Не атмосферный двигатель, в атмосфере! В общем, теоретическая схема Профа оказалась рабочая. Двигатель завелся.

— Вара, нажала кнопку на панели, слева от шлюза. — Но параметры работы, чуть-чуть превысили расчетные. В результате струя плазмы прожгла корабль на стоянке, расплавив его и превратив в лужу металла. У нас тогда был красивый корабль, прогулочный, красненький.

— Как вы его не прибили? — я представил эту ситуацию и смешную и в тоже время не очень. - Опасный он парень.

— Пока дверь откроет, я точно состарюсь! — Вара, ещё несколько раз нажала на кнопку. — В общем сидели мы тут, отрезанные от космоса, циклов пятьдесят, благо инфополе было доступно. Мы потратили колоссальное количество кредитов, на подкуп, даже больше, чем стоило то недоразумение, на котором мы прилетели, а купили мы именно его.

Дверь плавно стала отъезжать, лица коснулся довольно-таки прогретый, пахнущий ржавым металлом и машинным маслом воздух.

Помещение встречало нас полумраком, кое-где виднелись лампы, освещающие какие-то приборы с проводами, расположенными на длинном, почти во всю длину верстаке.

— Добро пожаловать в пещеру великого и ужасного Гудвина! — нараспев сообщила Вара.

Из темноты, справа от нас, послышались шаги и громкое сопение.

— Кого, отсутствие мозга, заставляет меня отвлекать от важных дел? — к нам подошёл коренастый мужчина, со всклокоченной, длинной неопрятной бородой, карими глубоко посаженными за густыми бровями глазами. Комбинезон на нем был весь засален и в пятнах от краски. — Что припёрлись?

Впечатление он производил неоднозначное, и отталкивающие и наоборот, было в нем что-то харизматичное, даже не смотря на его внешний вид.

— Гудвинушука, рыцарь мой! Спаситель! Обаятельный и самый любимый! — Вара, улыбаясь раскинула руки и пошла в сторону Гудвина, с целью обнять. — Как я соскучилась!

— Отстань от меня, мы вчера виделись! — он стал пятиться назад. — Кредитов нет, в долг не дам! Осмий перепрятан!

— Больно надо. — опустив руки и вернувшись ко мне, разочаровано сказала Вара. - Пока скряга!

Гудвин вернулся к нам, но стоял в шагах трёх.

— Совсем, девка кукушкой свой поехала на осмии. — пожаловался он мне.

— Сам ты девка! — сказала обижено Вара, и ушла.

— Я ж говорю поехала. — он смотрел на меня изучающе. — Решила себе новое тело сделать, сверхпрочное, но сверх токсичное. Я, как ты понял, Гудвин.

— Девять семь. — представился я.

— Это не имя, а число. Тебя так устанешь называть. Какая у тебя специализация?

— Аналитик-навигатор. — сообщил я.

— Погоди, сейчас подумаю. Ну по первому слову сокращение, не очень получается. Нав, тоже звучит как лай собаки с дефектами речи. Аналитика это что? Правильно, это наше всё. А навигация? Правильно, это тоже наше. — Гудвин махнул рукой, приглашая следовать за ним. — Выбора то с именем, не особо много. Но исходя из значений аналитика и навигация, и немного древних сказок, тогда, больше всего подходит тебе, Анкей.

— Не слишком пафосно звучит? — мне понравилось если честно, лучше, чем Нав или первые четыре буквы от аналитика.

— Отлично звучит, сегодня на совещании, ну мы его так называем — совещание, озвучу идею. Это проф, заставляет нас всех, раз в цикл, собираться у него на обед. Столько времени теряем из-за этого.

Мы шли и разговаривали, лишь большое количество точечного освещения на длинном верстаке, позволяло нам ориентироваться, в этом царстве мрака.

— Так вот Анкей, судя по твоему виду и по тому, что ты тут, я могу сделать заключение что ты, остаёшься. Так? — Гудвин остановился на краю верстака, возле подсвеченного механизма.

— Согласился. Вара, вчера такие страсти рассказала. — не углубляясь ответил я.

— Ну да, все через это проходили. Через осознание мироустройства корпораций. Это мелочи. Наша цель наука и исследования!

— И безопасность. — вырвалось у меня.

Гудвин вздохнул, посмотрел на меня печально.

— Всего одна ошибка, один какой-то корабль и все время теперь напоминают. А ещё и вам рассказали.

— Нет, девять семь не в курсе. — мне было весело, от его непосредственности.

Было понятно, что профессор собрал интересных и увлечённых своими идеями людей, вокруг себя.

— Тьфу, на тебя. Опять числа ваши. Кто он? В смысле, кого из него сделали?

— Инженер-механик. — сообщил я Гудвину.

— Да? — брови Гудвина приподнялись, а лоб покрылся глубокими морщинами. — Это же отлично! Напарник! Коллега! Но с именем будет ещё сложней чем у тебя.

— А что сложного? Механик или инженер, вполне нормально. — я решил поучаствовать в направлении друга.

— Язык сломаешь, да и не отражает всей глубины глубин. — Гудвин, стал поворачивать прибор на верстаке. — Придумал! Будет Фабером!

— Это что вообще? — спросил я.

— А это мой дорогой Анкей, от слова homo faber[2]. Простыми словами, человек творящий.

— Понятно. Ладно я согласен на Анкея, а вот семь четыре, может не согласиться. Характер у него интересный. — сообщил я Гудвину.

— А у нас, принято большинством голосов решения принимать. — Гудвин улыбнулся, довольный собой. — Проф, это словом непонятным называет, демократия[3].

Он закончил возиться с прибором, вытерев об комбинезон руки, двинулся в правую сторону.

В дали было неясное свечение, в сторону которого мы шли. Пару раз я запнулся об какой-то мусор под ногами, на что Гудвин сказал, не ломать его запчасти. Дойдя до места куда мы шли, я увидел странное строение, еле различимое в темноте. Оно представляло из себя здание с двускатной крышей, выполненной из мелких дощечек, и было каким-то не понятным в инженерных решениях. Стены, выполнены из горизонтально сложенных стволов деревьев, их было не спутать ни с чем. Единственное окно, было не сплошным, а разделенным на шесть частей, деревянными перемычками. Справа от окна, была установлена деревянная дверь.

— Ну как тебе?

— Интересно, странно, иррационально.

— Ничего ты не понимаешь! Это точная копия деревянного дома, конца XXI века! Пока не доделал. Мы сюда, зачем пришли? Сейчас возьму один проект и комлинки, а после к Профу.

Не приглашая меня во внутрь, Гудвин скрылся в недрах дома. Ещё один любитель старины, подумал я. Капитан с странным санузлом из дерева на корабле, а теперь Гудвин с домом XXI века в пещере. А ещё Вара, не поворачивается язык даже в мыслях, назвать ее роботом, с целью сделать тело из осмия.

Гудвин вышел из дома с двумя красочно оформленными коробками.

— На совещании выдам. Под подпись. — сообщил он.

— Какую подпись? — не понял я.

— В ведомости движения товара. — сказал он. — Учёт нужен во всем, порядок не всегда, а вот учёт да.

Последняя его фраза возникла после того, как он запнулся об какую-то железяку.

Мы шли обратно, тем же маршрутом.

Обстановка, внешний вид Гудвина и его поведение, рисовало в голове образ гнома из сказок, читаемых мной в детстве. Моя бывшая корпорация поощряла чтение книг, в возрасте с семи до десяти лет. По истечению периода, выданный пропуск в читательский зал, блокировался. Вот такие правила, есть уже у не моей и не любимой корпорации.

Дойдя до шлюза ведущего в царство Гудвина, он стал возиться с панелью доступа.

— Тут же все свои, зачем закрывать? — с удивлением спросил я.

— Чтобы соблазнов не было. — поясни Гудвин.

Мы пошли дальше, мимо дома роботов, который закрывал нам обзор корабля.

За то недолгое время, пока я знакомился с Гудвином, прошло не меньше часа. За это время роботы сделали, по моему мнению, невозможное. Корабль был поднят на подпорках, установленных под брюхом. Все наросты в виде других кораблей были срезаны и частично разобраны на большие плоские фрагменты. Внутренности, такие как кресла, санузлы, и другие полезные агрегаты, аккуратно были сложены в отдалении. Корабль был почти в изначальном виде, не считая некоторых моментов демонтажа.

— Это, мне в копеечку, как говорили раньше, выйдет. — проворчал недовольно Гудвин. — Но тут главное опередить противника.

Он мне хитро подмигнул и мы, осторожно стали пробираться, через завалы, огибая корабль.

Работа была проделана колоссальная, обратная сторона корабля, была идентично освобождена, как и первая.

Дойдя до лабиринта входа, в пещеру профессора, нас догнал семь четыре.

— Привет! Что не разбудил? — он пристроился с нами рядом.

— Да не знаю, как-то утро не задалось. — ответил я.

— Ты, стало быть, и есть Фабер? — спросил Гудвин. — Я Гудвин.

— Какой Фабер? — семь четыре не сбавляя шаг, посмотрел с начала на Гудвина, потом на меня. — Я семь четыре.

— Проехали. — сказал Гудвин. — Сейчас всё поймёшь.

— А куда идём? — спросил семь четыре меня.

— На совещание. — специально подогревая интерес друга, ответил я.

— На какое совещание, по поводу чего? — не отставал он с вопросами. — Тема какая?

Сразу видно по деловой хватке категорию C1, что, где, когда, тема, почему я.

— Дойдем узнаем. — коротко бросил я ему.

Семь четыре, молча согласился с разумностью подхода и перестал задавать вопросы, идя молча и крутя головой по сторонам.

Дойдя до строения профессора, несмотря на ожидания, мы свернули налево, вдоль стены. Через двадцать метров мы подошли к металлической стандартной двери. Внутри нас ожидал лес, даже не лес, а кусок нашей планеты Земля. Я видел такой лес, на фотографиях XXI века. Сейчас же на смену, в наше время, этим лесом пришли, жилые комплексы и заводы. Это напоминало оазис.

— Вот это да! — семь четыре зачарованно рассматривал открывшийся нам вид.

— Пойдёмте, потом походите, потрогаете. — Гудвин двинулся правей, на неширокую, вытоптанную в земле тропинку. — Тут осталось три шага.

Пробираясь через натуральный лес, напоминающий чащу, мы вышли, на небольшую поляну. На поляне, стояла открытая, белая беседка, с красивыми элементами обрамляющими скаты пологой крыши.

— Красивая беседка, да? — спросил нас Гудвин.

Мы нестройно, согласились. Действительно очень красиво.

— Моя работа! — гордо сказал Гудвин.

Беседка была, большой. В центре стоял круглый деревянный стол, с какими-то предметами. Особо выделялся один по центру, круглый, блестящий, с дымом исходившим из небольшой трубы. Стулья, стоявшие вокруг стола, были массивными, широкими, из светлого материала, напоминающего пластик. Все члены, этого странного общества, были уже за столом и о чем-то беседовали.

— Привет всем! — громко поздоровался Гудвин.

Послышались приветствия, мы также обменялись любезностями.

Количество стульев, хватило всем.

Профессор взял слово.

— Я начну свою речь, сегодня, с оглядкой на наших новых членов. Для начала, хочу выразить вам благодарность, в первую очередь, за ваш ум, способность мыслить и ваше согласие остаться с нами. Извините заранее, но информация, которой вам так не хватает, а объем её, это примерно в двадцать три года, будет поступать к вам самостоятельно. Не разработаны, пока ещё, лекции для прозревших. Нет таких в природе. — профессор потянулся к своей кружке, сделав глоток, продолжил. — Вы сами будете узнавать реальное обстоятельство дел, без призмы корпораций. Да, этот мир будет казаться вам жестоким, нежели чем тот, который вам рисовали всю жизнь. Но зато, этот мир будет реальным, без обмана, как есть.

Слушая профессора, я разглядывал предметы на столе. Помимо кухонной утвари, и всякой мелочи, типа бус и каких-то украшений, меня так и подбивало перебить рассказ профессора и спросить, что это за огромный и пузатый агрегат с трубой.

— Чтобы не перегружать вашу психику, экскурсов в историю не будет. Да и просто рассказов. Если захотите, что-то узнать, спрашивайте. Любой из нас, вам обязательно ответит и это обязательно для всех. — профессор строго посмотрел на капитана, тот в свою очередь потупился. — Я говорю сейчас не вам молодые люди, это касается вот этих трёх оболтусов.

Он по очереди показал на Гудвина, Вару и капитана Торэ.

— А теперь, о главном. Сегодня мы попробуем провести наше совещание. Планирование, молодые люди, это основа основ! Ах, чуть не забыл. Пока вас не было, Гудвин предложил дать вам, нормальные, человеческие имена, взамен чисел. Я его поддержал. Вы не против? — мы с семь четыре, отрицательно помотали головами. — Вот и отлично, наши новые Анкей и Фабер. Нам, как раз и не хватало вас, аналитика-навигатора и инженера-механика. Вы уважаемый Фабер, будете работать параллельно с Гудвином. А у вас Анкей, не только помощника нет, но и замены.

Разговор был непринуждённый, профессор говорил размерено и понятно. Люди сидели и пили, как мы потом узнали, настоящий чай, слушая профессора. Непонятный дымящий предмет, оказался, как уверял Гудвин, очень дорогим и древним самоваром, устройством для кипячения воды.

— Не будем отвлекаться. Теперь к главному. Корабль. Как я до этого говорил, он должен быть готов через цикл[4]. Признаю, срок не выполним, но в свете последних обстоятельств, у нас дополнительно четыре цикла. Гудвин, постарайтесь со своими роботами уложиться в срок, это очень важно. Тем более с таким помощником, который у вас появился, это будет сделать легче. Вам же Анкей, стоит прочитать и освоить вот это. — профессор, свесившись в бок, поднял за верёвку, перевязанную ей же, стопку книг. — Хоть вы и были с высоким рейтингом, по шестилетнему курсу космической навигации, но вам кое-что не будет хватать. Берите, берите. Поставьте рядом с собой чтобы не забыть.

Я удивился объему, не меньше шести учебников, толщиной с кулак. А ещё, я удивился, что же мне могло не хватать из курса. Это был ответственный предмет, за него строго спрашивали в компании.

— Варочка, не забывай на тебе согласование цепей управления, да и вообще вся логика корабля.

— Будет сделано, Проф.

— Торэ, не забывайте, на вас итоговый тест всех систем корабля.

— Посудины, профессор, это не корабль. — Торэ мстительно посмотрел на Гудвина.

Да, между ними двумя, явно была конфронтация и не первый год. Гудвин, в свою очередь показал какой-то непонятный жест капитану.

— Вы поняли, о чем, я. Завершая…

Профессор не успел закончить, раздался громкий звук, напоминающий упавший металлический предмет, пол под ногами слегка тряхнуло, и раздался протяжный громкий скрип.

— Корабль! — закричал Гудвин, бросившись из беседки в сторону выхода.

— Все полетал… — грустно сказал Торэ.

— Пойдёмте посмотрим. — Вара, сказала это буднично и спокойно. — Ставлю один к пяти, корабль лежит теперь на крыше.

— Принимаю, он на боку! — Торэ, азартно блестел глазами.

— На левом боку! — профессор не остался в стороне.

— Правом! — сказал Торэ.

Мы встали, и пошли к кораблю. Как потом мы узнали, делать ставки, возникло от скучного и монотонного быта в период, после сожжения корабля Гудвином. Цена ставки, кредиты. Суммы были символичными, но азарт неподдельным.

— Один к трем, виноваты железные болваны Гудвина! — на ходу продолжал Торэ.

— Принимаю. — сказала Вара. — Виноваты подпорки, просто не выдержали.

— Воздержусь. — сказал профессор.

Мы с семь четыре, верней уже с Фабером воздержались, у нас кредитов не было, даже одного.

Миновав дом профессора и лабиринт склада под открытым сводом, мы подошли к кораблю.

— Ваши финансы господа. — вытянула руку Вара. Профессор и Торэ, достали по круглому черному пластику и передали ей. — С вами приятно иметь дело!

Корабль лежал на крыше, прислонившись к дому роботов. По траектории его падения и последующего переворота, лежали останки какого-то раздавленного механизма. Останки искрили от замыканий и дергались.

— Минус один. — сказал Торэ.

— Минус два. — поправила его Вара. — Под кораблем манипулятор торчит.

Вокруг дома и корабля, бегал и кричал Гудвин. Четыре робота, на колёсных платформах, следовали за ним по пятам.

— Отрицание, гнев, принятие. Хорошо, что Гудвин не умеет впадать в депрессию. — Торэ пошел на перерез Гудвину.

Тем временем, корабль начал смещаться к исходной точке, отодвигаясь от дома. Заинтересовавшись, я подошёл с боку, узнать, что же двигает его. А двигали, этот кусок железа, три приземистых робота. Высотой под полметра, широкие, на мощной колёсной базе. Скрежет от трения металла об бетон, заполнил все пространство.

— Фабер! Фабер! — это звал моего друга профессор.

Семь четыре, сначала не понял, потом подошел к профессору. Профессор, жестикулируя, что-то стал объяснять моему другу, после чего Фабер поспешил к Гудвину.

Я вернулся к профессору.

— Чем я могу помочь? — спросил я его.

— Ничем. Им, уже не чем не поможешь. — профессор улыбнулся. По-моему, чувство юмора было присуще ему не менее чем остальным. — Правда. У вас несколько специфичный профиль, чтобы использовать вас не по назначению. Лучше изучите то, что я вам дал. Идите, идите. Заберите забытые в беседки книги и можете хоть, где начать их изучение.

Тем временем корабль перекатили на правый бок и уже порядка двенадцати роботов, по чуть-чуть сдвигали его к стартовой площадке. Происходящие меня уже не интересовало. Вернувшись к беседке, я забрал выданные профессором книги и направился в свою комнату.

[1]Обращение Миранды вокруг Урана, 1,41 земных суток, 33,9 часов.

[2] Номо feber — (лат.) человек мастер.

[3] Демократия в начале XXII века, была искоренена, после прихода к власти корпораций.

[4] Цикл — время полного оборота вокруг Урана спутника Миранда (1,413 земных суток или 33,9 часов).

Глава 6. Вечный студент или кривые зеркала корпорации.

Следующие два цикла, были похожи друг на друга. Корабль, вернули на исходное место и продолжили приводить его в нормальное, рабочее состояние. Он уже не напоминал постояльца кладбища кораблей и обрел почти законченный вид. Пристыкованные корабли, заменили новыми отсеками, с обтекаемыми формами, как бы продолжающими переднюю часть корабля.

Семь четыре, то есть Фабер, сдружился с Гудвином. Правда перед этим, они чуть не подрались, в споре по поводу выбора формы новых отсеков. Но все разрешилось благополучно. Вместе с Варой, дела у них продвигались в хорошем темпе.

Капитан Торэ, слонялся скучая, ведь толку от него было. Его время не пришло.

Профессор проводил совещания, обозначая точки для основных усилий.

А что же делал я? Если упустить подробности, то слонялся как Торэ, но с учебниками перед глазами. Я менял места для чтения часто, то сидел под шум ремонтных работ, рядом с домом роботов, то в беседке среди зелени растений. За это относительно короткое время, я сдружился с Варой, которая уже не делала тайн из любой информации. С ней мы разговаривали в основном об информации из учебников по космической навигации. Информация абсолютно не соответствовала двум источникам. Корпорация отрицала возможность позиционирования в пространстве, без дополнительных электронных маяков, корабля. Учебники профессора, описывали возможность навигации по космическим объектам. Было интересно и все логично в этих учебниках, логично до злости на себя, на свою слепую веру в то, что нам преподавали. Я быстро освоил новые постулаты, впитав информацию, которая заменила собой обман.

В перерывах, профессор сводил нас на свою, как он ее называл «ферму». Это было большое помещение с бассейном и ящиками на стенах, где производилось сырье, для наших пищевых синтезаторов. Да, это был более гуманный способ накормить людей, чем на земле.

На второй цикл, так же вовремя перерыва, меня перехватили Гудвин с Фабером, с целью технического просвещения. С ними, я побывал в доме роботов, даже застал процесс создания, разработанного роботом, целевого помощника. Робота, с нуля создал робот. Рекурсия. В общем благодаря Варе и в первую очередь таланту Гудвина, им удалось создать идеальную, самодостаточную, самовосстанавливающуюся и эффективную структуру. Она не требовала внимания, она решала свои проблемы сама. Вышел из строя робот, его ремонтируют роботы. Не может выполнить задачу, на помощь приходят роботы. Микромир со своими правилами.

В общем за первых два цикла, я узнал не мало.

Сейчас шел третий цикл, с момента падения корабля.

Проснулся я как обычно бодр и почти свеж. Сходил в санузел, почему-то, все его называли туалет, кроме Фабера и меня. Усевшись за стол, я стал дочитывать последние листы, заключительной книги о навигации. Я полюбил это делать за кружкой кофе по утрам, если утро применимо к нашей пещере. Торэ, был прав на счет этого напитка, мы с Фабером быстро втянулись.

— «Таким образом, расстояние измеряется акселерометром как результат двойного интегрирования, а сохранение ориентировки оси поддерживается гироскопом.»[1] — дочитал я в слух последнее предложение, последней книги. — Наконец-то!

Допив одним глотком, уже почти остывший кофе, я захлопнул книгу.

Иду к профессору и отдаю книги, потом до корабля, потом до Гудвина. Я мысленно составил план действий.

Одевшись в комбинезон, я собрался на выход, довольный собой. Осталось уточнить у профессора пару моментов и можно попробовать сделать свою версию навигатора для звездолета. Это была моя идея, возникшая на основе новых знаний.

Выйдя из комнаты, я закашлялся от едкого химического запаха. Глаза начало жечь, и они слезились. Развернувшись, я быстро зашёл обратно. Забыл упомянуть, про системы жизнеобеспечения на нашей базе. Оказывается, каждый сектор имел свою автономную систему, водоочистки, электроснабжения, регенерации воздуха. У каждого, в местах хранения одежды, были лёгкие изолирующие костюмы, способные защищать находящегося в нем человека, в течении не менее двух часов. Стоит отметить, они были многоразовые. Достаточно было заменить использованный картридж, встроенного регенератора воздуха на новый, и он снова был готов к использованию.

— Гудвин изобрел химическое оружие. — ворчал я, натягивая защитный костюм.

Убедившись, что все системы костюма заработали, я, захлопнув прозрачный шлем, вышел из своей комнаты.

Оглядевшись, мне даже показалось, что в воздухе застыл какой-то слой испарений, искажающих вид на корабль, делая его не четким. Или я надышался так быстро, химией. Так как, в последнее время, все события происходили в основном либо вблизи корабля, либо его окрестностях, я решил направится именно к нему. Я шел к месту между домом роботов и левым бортом корабля, где уже были видны силуэты в таких же скафандрах. Почти таких же. Один человек был в стандартном белом скафандре, а двое других в перемазанных желтой краской. По мере приближения, марево становилось плотней и выглядело похожим на пар.

— А я говорю в очередной раз, оно того стоит. — усиленный динамиками внешней связи скафандра, раздался голос Гудвина. — Необходимо!

Подойдя к людям в скафандрах, а это были, упомянутый Гудвин, Проф, Фабер, я осмотрелся. Взгляд зацепился за корабль. Цвет его, из ржаво-убогого, теперь был желто-грязный.

— Вы отравите всю базу! Открывайте шлюз! Уже один регенератор забился! — профессор, возмущённо махал руками перед Гудвином и мои другом, вертя головой в шлеме то на одного, то на другого.

— Да сделаем мы его, сделаем! Проф, нельзя морозить! Это грунтовочный слой! Технологию нарушим! — отчаяние, которое было в голосе Гудвина, поддержал и Фабер.

— Профессор, ну вы ведь мудрый и умный человек! Столько трудов насмарку пойдёт!

— Открывайте шлюз душегубцы! — профессор стоял на своём.

— Не буду! — Гудвин, скрестил руки на груди, чуть отвернувшись от капитана. — Один час, профессор, всего один час.

— Через час, если тут будет эта вонь, я скажу Торэ, чтобы он выкинул корабль на поверхность Миранды и вас вместе с ним. — профессор развернулся и пошел в направлении своего сектора.

— Вот так и живём. — Гудвин повернулся ко мне. Его смотровое окошко шлема, было в жёлтых каплях с подтеками. — Ну пахнет маленько, за то дёшево и практически навечно.

— Да я чуть от этого пахнет, не отравился! — возразил я Гудвину.

— Да что с тобой будет. — Фабер смеялся. — Там в составе грунта не так уж и много диметилртути. Оно того стоит.

— А ещё мы туда своих добавок внесли! — гордо заявил Гудвин. — нам теперь трение об атмосферу будет по боку и по фигу.

Явно было, что эти двое нашли друг друга. Братья по духу и разуму.

— А почему он жёлтый и грязный? — я показал на корабль.

— В общем мы с начала решили, что на жёлтом цвете, будет хорошо видно огрехи, при покраске в основной цвет. В общем бахнули мы, на глазок, в бочку аурипигмента… — я перебил Гудвина.

— Там ещё и мышьяк в составе? — я смотрел на этих двух химиков с изумлением.

— В космосе не пахнет. — Гудвин, увлеченно продолжил. — И тут Фабер, говорит, а давай его чуть темней сделаем. Ну мы туда арсенопирита и добавили.

— А он не растворился. — взял эстафету рассказчика Фабер. — благо и того и другого, в шахте роботы наковыряли с избытком.

— Какой шахте? — их сумбурный рассказ, начинал теряться в подробностях о которых я не знал. — Смесь у вас прям экологичная получилась.

— Да, это наш эксперимент с Фабером. Мы рудокопа разработали вчера. Вот он со вчерашнего дня и ковыряет нашу Миранду, верней плавит лёд. А в нем, чего только нет. Заодно и обновили запасы воды. — Гудвин, с гордость рассказывал их подвиги. — А там и естественные красители нашли, грех было не использовать.

Во время рассказа Гудвина, Фабер, отойдя к кораблю, прислонил к свежеокрашенному борту корабля руку, проверяя краску.

— Гудвин, открывай шлюз, высохло! — крикнул Фабер, продолжая хлопать руками по борту в разных местах. — Совсем не липнет.

— Сейчас. — Гудвин, подойдя к верстаку, взял комлинк и стал тыкать в него пальцем. — А мы, все закрепили на складе?

— Вроде да. — с сомнением сказал Фабер. — Анкей, держись!

Я подошёл, к кораблю и схватился за трос удерживающий его.

— Три, два, один! Открываю! — Гудвин, схватился одной рукой за верстак.

Створки, в своде потолка пещеры, стали медленно раздвигаться, одновременно с этим стал нарастать свист. Потоки воздуха устремились к шлюзу, попутно унося мелкий и не очень мусор. Мимо нас, пытаясь уцепиться манипуляторами за пол, скользил маленький робот. Борьба с потоком воздуха, продлилась не долго, после чего, его оторвав от пола унесло в шлюз. Проводив его взглядом, я увидел Уран. Бледный, величественный с грязными, невзрачными кольцами. Все воспринималось, обыденно, восторг прошел быстро. На его фоне, Вара смотрелась не к месту, махая руками и ногами, портя всю картину. Стоп, Вара!

— Да что б тебя! — прокричал Гудвин, тыкая в комлинк. — Она порвет нас!

Я перевел взгляд обратно на шлюз, ища глазами Вару.

— Закрываю! — крикнул Гудвин. Я повернул на него голову, и увидел, что со стороны дома роботов, катятся три робота, с четырьмя длинными манипуляторами, тянущие за собой какую-то ткань. Они укатили к носу корабля и стали за края растягивать плотную и судя по виду, тяжёлую ткань. Где же она, подумал я, опять уставившись в направлении шлюза. Нашел. Она держалась двумя руками за край, медленно сдвигающейся левой створки шлюза. Тело мотало в потоках рвущегося в пустоту космоса воздуха и было за шлюзом. Потоки ветра начинали стихать, и она повисла в нормальном положении вниз ногами.

— Ловите, её! — Гудвин, управляя роботами и ставя задачу через комлинк, дублировал их голосом, искаженным в шлеме. Связь переключилась на радио, когда образовался вакуум.

Роботы синхронно сдвинулись в сторону от площадки с кораблем, в направлении наших комнат и застыли, крепко растянув ткань.

Когда створки почти закрылись, Вара отпустила руки. Полет был красив и не долог. Она приземлилась мягко. Роботы отпустили ткань, чтобы она встала.

Мы видели ее открывающийся рот, злое лицо и взмахи руками с какими-то немыслимыми жестами. Она грозно, чеканя шаги двинулась, к нам. Гудвин обречённо ссутулился в скафандре и ждал своей участи. Климатическая установка начала выполнять протокол по накачке помещения воздухом. Тем временем, Вара подошла к Гудвину в упор, и приблизила лицом к его смотровому стеклу, глядя глаза в глаза. Она пыталась что-то ему кричать, Гудвин же мотал отрицательно головой. Резко развернувшись, топнув ногой, она отошла от него и стала ждать, не сводя с него злого взгляда. Такое ощущение, она его караулила, чтобы он не сбежал. Я продолжал держаться за трос корабля, хотя уже было не зачем. Начали появляться звуки, а в месте с ними шипящий шум. Через, примерно, три минуты, раздались три коротких сигнала. Гудвин стал обречённо снимать шлем скафандра.

Ко мне подошёл Фабер и толкнул в плечо.

— Трос отпусти и шлем сними. Сейчас начнется шоу. — также как я, снимая шлем, не отрывая взгляда, от разворачивающейся картины, сказал он.

— Вы совсем сума сошли от своей вонючей краски, идиоты! — заново, стала бесноваться и набирать обороты Вара. — Вы меня, чуть в космос не отправили, придурки! А если бы Проф выполз из своего сектора? Что ты молчишь?! Да я, да вас!

Ничего не придумав, она топнула ногой. Резко сблизилась с Гудвиным, также резко отошла от него. Ее явно захватили ее синтетические эмоции, с которыми она с трудом справлялась.

Я услышал какой-то шелест за спиной. Обернувшись, увидел, своего друга, освобождающего от пластиковой оболочки, пищевой брикет.

— Будешь? — он протянул светло серый прямоугольник. Я отрицательно помотал головой.

Он пожал плечами и стал жевать его, продолжая смотреть на перепалку Гудвина и Вары, вернее за моральным уничтожением Гудвина.

Он сделал попытку, что-то сказать, невнятно, тихим голосом. Я разобрал только: протокол, кто просил, все же нормально. Зато слова Вары, гремели на весь огромный сектор. Кстати сказать, краской не воняло.

— Я все расскажу Профу! — сказала Вара. После этих слов, Гудвин вскинул голову и обречённо сказал.

— Десять, больше у меня нет.

— Давай сюда, сейчас же. Пока я добрая и меня опять не понесло! — гремел голос Вары.

Гудвин сорвался с места и побежал мимо дома роботов к своей пещере.

Вара повернулась в нашу сторону и подмигнула, помахав рукой. Эта улыбка, все расставила на свои места. Я не стал делиться с Фабером, своей догадкой. Но мне кажется, что мы все втроём, я, Гудвин, Фабер, хотя ещё и четыре робота, стали зрителями хорошо поставленного и продуманного спектакля. А режиссером и постановщиком, в том числе главным героем, была Вара. Она не колесный маленький робот, которого унесло в шлюз. Она превосходит по быстроте реакции и принятию решений, в том числе и по скорости, человека более чем в сто раз. А тут, такая ситуация. Унесло ветром. Я улыбнулся своим мыслям, в душе поаплодировав ей. А то, зачем пошел Гудвин и чего всего десять, было понятно. И определенно это был осмий. Она не отступала от своей цели и шла к ней, всеми правдами и неправдами.

— Вас не сдуло мальчики? — Вара подошла к нам улыбаясь. — А то вот меня, потрепало, чуть не унесло. Мы с Гудвином, пришли к соглашению и кое о чем договорились. Прошу профессору не говорить, не будем его понапрасну тревожить. А то нервничать начнет, давление повысится. Хорошо?

— Хорошо. — ответил я.

— Договорились, ты главное напарника мне не покалечь. — сказал Фабер, жуя пищевой брикет.

— Да ничего я с ним не сделаю, считай он уже наказан.

Гудвин бежал обратно, уже без скафандра, в своем неизменном грязном костюме.

— Вот, держи! — он протянул Варе, маленькую квадратную коробочку. Она схватила ее и убрала в карман.

— Спасибо Гудвин, с тобой приятно вести дела! — сказала она и пошла в сторону своего жилого сектора.

Когда она скрылась в проходе, Гудвин выдохнул. Сел возле верстака, облокотился на него спиной и что-то невнятно говорил. Так продолжалось не долго. После чего он вскочил и проревел.

— Ах ты стерва! Да она меня развела как пацана!

Из его комлинка донеслось.

— Сам такой. — голос Вары, нельзя было спутать.

— Уууууу. — похоже к Гудвину пришло озарение, о всей картины аферы Вары. — Ладно, ладно!

Встав, он побрел по направлению в свой сектор.

— Что будешь делать? — спросил меня Фабер.

— Я к профессору пойду. Закончил изучать навигацию, теперь нужны уточнения. Оказывается, меня не учили, а отучали в корпорации.

— Опять искажения и подмена всего и вся? — спросил он.

— Да, и притом так грамотно и логично, все это выглядело, при отсутствии других источников. Пойдешь?

— Нет. Нам ещё слой накладывать. Да не зеленей ты. Вони не будет. Я придумал одну штуку, потом увидишь. Сейчас Гудвин, поплачет и мы начнем. — Фабер, весело улыбался.

На счёт слез Гудвина, я был не уверен. Вероятней не плачет, а собирает мину для Вары.

— Тогда пока, ещё увидимся. — вспомнив что книги профессора, остались в комнате, мне пришлось вернуться за ними.

В домике, профессора не оказалось, и я пошел к беседке. Там я застал не только профессора, но и капитана Торэ. Они увлеченно, не обращая ни на кого внимания на мой приход, вертели в воздухе проекцию голограммы, изображающую наш корабль, уже в новом виде.

— Вот здесь и тут. — капитан Торэ, отмечал точки на проекции. — Усилим, тогда каркас выдержит новый двигатель. Без каркаса, он либо без нас улетит, либо через нас.

Они разговаривали между собой и не чего не скрывали, не прекращая разговора и не пряча информации. Я решил вести себя менее сдержанней. Пора было подавить в себе эту привычку, которой нас учили всю жизнь. Не задавать вопросов. Информация принимается и не проверяется. Закон превыше всего и для всех, и так далее, в том же духе. Должен, обязан, молчи. Фаберу хорошо, он мог переключать себя быстро, быть то сдержанным, то совсем нет. Я же, со стороны смотря на себя, видел человека, который не то, что боится задать вопрос, а просто не умеет. Решив над собой поработать в этом вопросе, я собрался с мужеством и спросил.

— Что обсуждаете коллеги?

Повисла тишина. Профессор с Торэ переглянулись, пожали плечами и больше не обращая на меня внимания стали обсуждать данные голограммы.

— А я говорю, молодой человек, что принцип работы у него не тот. — профессор прервался, повернулся на меня.

В глазах его играла хитринка и юношеское беззаботие.

— Купился! — капитан Торэ, смеялся. — Анкей, тебя читать как книгу можно!

— Подтверждаю слова Торэ. — профессор широко улыбался. — Просто, такое резкое изменение поведения. Извини, не удержались. Понимаем, что ты пытаешься адаптироваться. Присаживайся, сейчас все объясним, о чем разговариваем. И кстати ты не в курсе, что свистело в секторе корабля? И какие-то сигналы были еще.

— Умеете поддержать. — пробурчав сел рядом с Торэ я. — Да там ничего страшного, корабль, Гудвин с Фабером, сушили и проветривали.

— Вот видите капитан, а вы говорили, что что-нибудь натворят. Надо верить в людей. — профессор поучительно сказал капитану.

Капитан Торэ, показывал всем видом, что он думает о словах капитана. Гудвину он явно не верил.

— Мы, наш дорогой Анкей, хотя нет, давайте заново. В общем, новый тип и принцип движения от точки А в точку Б. Новый тип двигателя реализующий этот принцип. Это все почти реализовали. Останется проверить. Но что бы проверить, нужно установить на корабль. Это коротко. — профессор, по-видимому, уже не первый час спорил с капитаном. — Теперь очередь Торэ.

— Смотри. — капитан повернул проекцию корабля. — Это корма или по-простому, зад корабля. Я за то, чтобы усилить несущую конструкцию двигателя и основания корабля. Профессор же наоборот говорит, что это не нужно и приводит свои расчеты, а еще аргументируя, это тем, что потребуется полная перенастройка двигателя из-за изменения массы судна, а это время.

— Анкей, говори, что думаешь, без оглядки, что можешь кого-то обидеть. — подбодрил меня профессор. — Иногда людям нужен арбитр.

— Профессор, я на стороне капитана. Даже учитывая характеристик двигателя, лишний запас прочности, кораблю не помешает. — просили меня, получайте, подумал я.

— Один ноль, профессор. — Торэ победоносно улыбался.

— Ну что же, аналитик слово сказал. — профессор лишь чуть-чуть, как показало, расстроился. — Наши инженеры получат задание. Лишние сутки все же жалко.

Я сидел с гордостью за себя. Кажется, я первый раз принял решение за других, а не кто-то за меня. Профессор посмотрел на меня, кивнув головой вверх.

— Профессор, ваши книги. — я передал ему связку книг. — Все изучено, практически все понято. Скажите, а как навигация осуществляется на корабле?

— Да это больше ко мне вопрос. — Торэ, смахнул проекцию корабля, которая исчезла. Вместо нее, после каких-то манипуляций, возникла схема солнечной системы. — Все по старинке. Сеть спутников, которые вместе с солнечной системой, мчатся в направлении созвездия Лебедя, по орбите галактики Млечного пути, и имеют практически постоянное расстояние от Солнца и друг друга, а также расстояние длинны, от перпендикуляра движения Солнца, относительно его движения. Это понятно?

— Нет. — честно ответил я.

— Все просто. — Торэ добавил точки и линии к солнцу, стрелкой указал движение, нарисовал перпендикуляр ему, и добавил еще линий. — Вот!

— Теперь понял.

— Вот эти спутники и сообщают, примерно, с погрешностью до двенадцати тысяч километров, на каком расстоянии находится корабль. Нужно три спутника, их абсолютная позиция, и их данные. Накладываем данные, строим и сводим три линии в одной точке, получаем приблизительное место нахождения. Ограничений в использование два. Первое, нужны спутники. Второе, нужна наша солнечная система, так как в других нет спутников. — закончил Торэ.

— Теперь точно понял. У меня есть идея получше. Что если подключить к этому делу Вару? Берем устанавливаем на корабль камеры, сводим в едино, видимую картину с трех осей, запоминаем, через интервал запоминаем еще. Интервалы одинаковые, константа. Смотрим смещение видимых объектов, делаем расчет и устанавливаем зависимости. Плюсом, делаем отдельно измерение положения пульсаров. Сводим воедино, получаем позицию. — слегка скомкано, закончил я повествование.

— Сам сможешь реализовать? — капитан, с большими глазами, быстро спросил у меня.

— Не уверен. — признался я.

— Зови Вару. — сказал задумчиво профессор, капитану Торэ.

Капитан быстро набрал что-то в комлинке, небрежно бросил его на стол. Откинувшись на спинку кресла он с задумчивым видео смотрел на меня. Мне как-то даже стало не уютно, от его внимания. Посмотрев на профессора, я увидел точно такую же картину.

Послышался звук шагов и легкое посвистывание, какой-то мелодии.

— Соскучились по мне? — сказала Вара заходя в беседку, видно настроение у нее было очень хорошие.

— Вара, нужна помощь! — капитан, кратко рассказал ей суть разговора.

Профессор, при рассказе Торэ, его дополнял в некоторых местах, которые при рассказе, я упустил. Вара выслушав, в точности повторила их реакцию. Откинулась на спинку стула, молча и загадочно смотрела на меня.

— Что не так? — не выдержал я игру в гляделки и их тупое молчание.

— В том и дело, что все так. — задумчиво проговорила Вара, глядя мне в глаза. — Тут какое дело. Давай с твоей идеей, поступим следующим образом. Реализую и воплощу ее в жизнь я. Предоставлю готовый прибор. Даже добавлю в расчеты не только пульсары, но и квазары, белые ходы и прочие. Точность, гарантирую до десяти метров, с выводом места нахождения на галактической карте в объеме. Вы все, в свою очередь забываете свои идеи, и этот разговор, до и во время моего прихода.

Слова Вары, звучали не логично.

— Ты знаешь где есть белые ходы, они существуют? — профессор даже привстал с кресла.

— Профессор, мы договаривались, некоторые вещи я вам не говорю и это одна из них. — отрезала Вара.

— Не слишком щедрое предложение, Вара? — скептически спросил Торэ.

— Нет. Утечка информации, раньше времени, породит хаотичную экспансию, при условии создания нормального двигателя. — Вара, говорила очень серьезно.

— Забирай, я уже все забыл. — улыбнулся я, Варе.

— Как-то это, ну да ладно, договорились. — Торэ, был задумчив.

— Варочка, ты в своем праве, но поспеши с прибором. — казалось, что мысли профессора уже давно не с нами, а улетели куда-то далеко.

— Через шесть часов. — коротко ответила девушка и ушла.

После всего произошедшего, разговор не клеился, и мы разошлись, каждый в своем направлении.

Белые ходы, а другими словами, белые дыры. Вара, по-видимому, знала куда больше, чем все человечество. И знала не просто теоретически, но и могла доказать. А что значит раньше времени? Получается, есть определенный маркер для начала космической экспансии?

[1] «Космическая навигация» К. М. Антонович, XXI век.

Глава 7. Прямые кривые пути.

У нас оставался один цикл, до завершения всех работ по кораблю, в котором меня, как разнорабочего использовали Гудвин и Фабер. Я ходил от одного конца до другого, выполняя в основном не важные задачи. Принеси то, подержи это, пни того робота, вот такие, примерно, задания я выполнял.

Открылся секрет, да и не секрет вовсе, откуда такая спешка и какие-то сроки выполнения ремонта. Оказалось все просто. Вара, в режиме реального времени, анализировала информацию касаемо корабля Gors. За два века, он так и продолжал попытки исследования системы Луман 16, двойной субзвёздной системы в созвездии Парусов. Претерпев за этот период множество модернизаций и улучшений, экипаж Gors и корпорации, несмотря на это, в исследованиях не продвинулся ни на шаг.

Вара уверяла, что по ее добытой информации, больше кораблей корпораций, в системе Луман 16, не было. Она допускала вероятность, что мы можем встретить и другие корабли, но она стремилась к нулю.

Так вот, Gors, находился в системе Луман 16, не все время. Если переводить период времени, в циклы Миранды, то получалась следующая картина. Gors в солнечной системе прибывал двадцать циклов, в Луман 16, всего лишь пять. На этот счет, только у капитана Торэ была теория, что возможно, корпорации ведут строительство, чего-то и где-то там. Учитывая эту информацию, Gorsдолжен был прибыть на следующий цикл Миранды, в солнечную систему, а мы незаметно отправиться в систему Луман 16.

Стремились узнать эту тайну, только два человека, верней один и один искусственный интеллект. Мотивы профессора были понятны, даже несмотря на возраст, в нем горел дух исследователя. Оставался загадкой мотив Вары. Конечно, она озвучивала, что это будет первый шаг к приобретению индивидуальности людей и краху корпораций. Так же, были и аргументы и вполне логичные, о том, что свобода в клетке не возможна, а клеткой она называла планету Земля. Но все равно, оставалась какая-то недосказанность и чувство поверхностности объяснения ее мотива. Но отдать ей должное, помощь от нее была бесценной. Обещанный прибор, она передала в срок, как и обещала, но проверка его откладывалась, до достижения Лумана 16.

— Анкей, вот это, на корабль в рубку. — Гудвин передал мне замотанное в мягкую упаковку кресло. — Отдашь Кэпу, возвращайся обратно.

— Так, это в двигательный отсек. — указал Гудвин, на объемную стопку плоских коробок. — Только осторожно, Вара.

— Будет сделано в лучшем виде, мой друг! — при этих словах Вары, Гудвин сморщился, помотал головой и продолжил.

— Фабер, пойдем за мной, привезем остаток движка. — сказал уже на ходу Гудвин.

Корабль изменился не только внешне, что пошло ему на пользу, но и внутренне. Гудвин с Фабером, после покраски, со своей толпой роботов, практически вырезали из него все внутренности, оставив на месте только двигатели и реакторы. Он стал более тесен для экипажа, но более объемен для грузов. Два уровня, внизу склад и оборудование, вверху рубка, кают-компания, каюты и двигательный отсек, в который переместили реакторы.

— Если, один из реакторов взорвется, то и двигатели нам не нужны. — так перенос реакторов аргументировал Гудвин.

Каюты же, представляли из себя, почти уменьшенные версии предыдущих и были одинаковыми как близнецы. На входе, после гермодвери, встречал маленький коридор, разделяющий санитарный узел и место для сна. Слева спим, справа приводим себя в порядок. Пищевые синтезаторы были убраны из кают. Капитан Торэ, потом долго называл Гудвина и Фабера, братством аскетов.

В общем сейчас корабль был красив, строг и соответствовал первому описанию, которое нам поведал Торэ, при знакомстве.

Мы, каждый со своей задачей, разошлись по кораблю. Дотащив, донеся кресло, я ввалился с ним в рубку.

— Анкей, сюда его тащи, сейчас прикрутим. — капитан, весь чумазый, с отверткой в руках, лежал на спине прикручивая кресло назначавшиеся пилоту.

Рубка, также стала тесной. Невысокий потолок, оборудование возле стен и кресла по два в ряд, друг за другом. Только одно, капитанское кресло стояло обособленно первым, возле все также трех мониторов.

— Помочь, Кэп? — я дотащил на свободное место, для установки кресло.

— Да нет, сам уже приловчился. Принеси лучше резак, тут лишние крепление, наварили эти оболтусы.

Вот так весь день, принеси, неси, унеси. Я молча ушел, выполнять просьбу Кэпа.

Выйдя с корабля, я опять чуть не попал в лапы делового Гудвина, но сослался на помощь капитану, ушел за резаком. Роботы, как бесконечный поток автомобилей XXI века, курсировали из жилых и технических помещений, перевозя вещи и предметы к кораблю. Предстояла еще сортировка на полезность всего этого добра.

Вооружившись резаком из запасов Гудвина, я вернулся к Торэ. Он встретил меня возле входа и забрал, довольно-таки тяжелый аппарат.

— Береги глаза. — одев защитные темные очки, он буквально, за секунду срезал ненужное крепление. — Делов то. Тебя больше никто не перехватил?

— Нет, свободен. — ответил я.

— Тогда пошли, Проф помощь попросил.

В лабиринте, ведущему от открытого склада к дому профессора, нас чуть не затоптала толпа спешащих с грузом роботов. Войдя к профессору в дом, нас встретил беспорядок. Какие-то листы бумаги, валялись по всему полу, часть из которых была либо порвана, либо скомкана. Дверки старинных офисных шкафов, были открыты, полки на них пусты. Воздух пах пылью. Из соседнего помещения раздавались возгласы и какой-то механических звук. Подумав, что профессор там, мы с Торэ зашли туда.

— Отдай мою рукопись железный болван! — профессор и приземистый робот, с двумя манипуляторами, перетягивали какой-то, сшитый нитками, потрепанный бумажный предмет. — Отдай тебе говорю!

Торэ, дослушав последнюю фразу, с удовольствием перехватил предмет профессора и толчком ноги опрокинул робота на бок.

— Бунт подавлен! — радостно, что нашел способ, хоть как-то насолить Гудвину, сказал Торэ.

— Спасибо капитан! Действительно, какой-то бунт. Половину моих рукописей и научных трудов утащил к кораблю. Представляете? Мы же не навсегда улетаем. Это наш дом, и мы в него вернемся. А они гребут все подчистую! — голос профессора звенел неподдельным возмещением.

— Кто обидел моего брата! — прогремел голос со стороны двери. — Кто ответит за это?!

Мы все разом, резко повернулись к двери, в котором стояла Вара. В руках у нее был древний меч, который она держала перед собой. Лицо излучало гнев, кровожадность и полное отсутствие разума. Она громко топнула ногой, от чего на столе брякнул металлический поднос и стала быстро приближаться к нам.

— Ааааааааа! — прокричала она, занося меч над головой.

— Ааааааааа! — пятясь назад и прячась друг за дружку, прокричали мы дружно.

— Молитесь! — сказала Вара, вращая выпученные глаза.

— Мы не умеем! — крикнул я за всех.

— Я найду как, мы научимся! — прокричал профессор.

Меч полетел на пол, Вару согнуло пополам. Раздался звонкий смех, переходящий в длинное протяжное уууууу, она упала на колени держась за живот и стала стучать по полу, заваливаясь набок.

— Уууууууууууу. — Вара, практически задыхалась, издавая уже почти неслышимый звук.

— Может сломалась? — с сомнением выглядывая из-за моего плеча, спросил Торэ.

— Определенно системный сбой. — не уверенно проговорил профессор из-за Торэ.

Получилось, что я стоял перед опасностью первый, за мной Торэ, прикрывая профессора. Живой щит. Я попытался пропустить Торэ вперед, отодвигаясь в сторону. Он, вцепившись двумя руками мне в плечи, шепотом сказал.

— Не двигайся. Спровоцируешь.

Я совсем выпал в осадок. Вот эта забота.

— Варочка, с тобой все хорошо? — профессор выглянул из-за Торэ.

— Уууууууууу! — был нам ответ, так и лежащей на полу Вары.

Профессор, видимо поддавшись духу исследователя, растолкав нас, подошел к Варе и склонился над ней.

— Вара. — позвал он.

— Подождите профессор! — она начала подниматься с пола, поддерживаемая за руку профессором. — Уууууууууу. Если бы вы видели себя!

До меня стало доходить, что сейчас произошло.

— Дура! — отодвину меня в сторону, двинулся к выходу Торэ.

— Сам такой! — без злобы ответила Вара.

— Шутка? — профессор отпустил ее руку и стал вглядываться ей в глаза. — То есть это не системный сбой?

— Какой сбой профессор! — Вара взяла себя в руки. — Я идеальна!

— Гм, казус. — профессор пытался подобрать слова. — Мы думали, ты нас сейчас изрубишь этим мечом.

— Как я могу! — она обняла профессора, отпустила и подмигнула мне. — У нас еще так много дел.

А если бы дел не было? Я скептически отнесся к этой шутке. Как-то, страшновато. Искусственный интеллект со своей логикой, со своей волей и с полной неизвестностью, что у нее в ее электронных мозгах. И мозг этот свободный, по своей сути от каких-либо человеческих ограничений, таких как сострадание, сочувствие, человечность. Или я не прав, в своих размышлениях.

— Профессор. — позвал я его. — Какая помощь вам была нужна.

— Анкей, если честно, я забыл. Вы идите, если что, Вара вас заменит, коль пришла.

Я пожал плечами и подумал, что пойду собирать свои не столь большие по объему вещи. Пробираясь через снующих туда-сюда роботов, я без происшествий добрался до своей комнаты.

Меня не покидало чувство иррациональности произошедшего. Да, со стороны это выглядело комично, но… Паранойя.

Выйдя из комнаты, я направился к кораблю, у левого борта которого, выросла уже приличная куча. Подойдя к Фаберу с Гудвином, которые сейчас набивали склад корабля, различными запчастями, материалами и всевозможными механизмами, я спросил.

— Слышали, что учудила Вара? — их ответ был отрицательным.

Я коротко пересказал им события в доме профессора.

— Да ладно! — Фабер, даже приоткрыл рот от удивления.

— Анкей, ты точно не приукрасил? Ты же понимаешь, и должен был уже разобраться и понять, одну вещь, которую мы все забываем. — Гудвин, был серьезен.

— Какую? — спросил я.

— Она ничто не делает, просто так. Она заложник логики, а все ее проявления чувств, по сути, просто необходимость. Необходимость для эффективного взаимодействия с людьми. Вспомни, как она в космос улетела. Мы ее воспринимаем как человека, но она не есть он. — проникновенно говорил Гудвин. — А вот теперь вопрос. Цель этой игры?

— Любая и возможно даже, задел на будущие. Многоходовка, закладка триггеров, да хоть что. — ответил я ему.

Фабер крутил в руках комлинк, потом помахал рукой, привлекая наше внимание и указал на него пальцем.

— Пойдемте кофе попьем, что ли? Пока Торэ, со своим креслом возится, хоть не будет над душой стоять из-за каждой ложки. — предложил Фабер, после чего положил свой комлинк на одну из многочисленных коробок, которые стояли вокруг нас.

— Куда пойдем, в беседку? — спросил я. Фабер опять привлек мое внимание и пальцем показал в противоположную сторону. — Хотя, лучше пойдем к тебе Гудвин? Ближе идти, да и Торэ не придет.

— Милости прошу! — Гудвин, сказал веселым голосом, при этом лицо его оставалось серьезным. — Пойдемте!

Мы поспешили в сторону царства мрака и запчастей Гудвина. Проходя мимо домика роботов, он оставил свой комлинк у стены. Посмотрев на меня, он приложил палец к губам и приглашающим жестом, позвал следовать за ним. Дойдя до закрытого шлюза обиталища Гудвина, мы остановились.

— Опять блок управления, питание потерял! — громко возмутился Гудвин гляди на меня.

Судя по блоку управления все там было нормально.

— Так сейчас разберемся! Подержи, Анкей. — он также стоял, не делав никаких движений. Потом указал пальцем на комлинк, после этого на пол.

— Подожди, комлинк положу. — принял я игру, прислоняя комлинк к стене, возле шлюза.

— Так, вот тут держи. Да не тяни ты. — после этих слов, он повернулся к блоку управления и нажал кнопку.

Шлюз начал отъезжать, прячась в стене. Мы, не дожидаясь полного открытия, по очереди протиснулись в помещение. Фабер, заходя последний, нажал на кнопку закрытия шлюза и дождавшись, когда он закроет проем, нажал кнопку блокировки.

— Молодец, соображаешь быстро! — похвалил меня Гудвин. — Но мысли, иногда надо держать при себе. Пойдемте, кофе у меня есть, выпьем и поговорим.

Со времени нашего первого посещения, у Гудвина, в его берлоге, кучек со всяким хламом, только прибавилось. Лавируя в сумраке его обители, мы дошли до дальней стены и остановились.

— Секунду. — Гудвин, стал что-то искать на уровне пола.

Через мгновение, послышался не громкий скрежет, и кусок стены начал отъезжать, перед этим, чуть сдвинувшись в стену. Вспыхнул яркий свет, резанувший по глазам.

— Прошу! — пропуская нас в небольшое помещение, сказал Гудвин.

Портал в другой мир Гудвина, подумал я. Мы попали в хорошо освещенное помещение, с ровными белыми стенами и отличным освещением. Возле правой стены стоял пластиковый стол, с пищевым синтезатором и кофеваркой. Вместо стульев, стояла длинная не по размеру стола лавка. Кучки запчастей на полу отсутствовали.

— Ого! Чистота! — хохотнул Фабер.

— И свет! — сказал я.

— Юмористы. — проворчал Гудвин.

Он быстро приготовил кофе и мы рассевшись, начали нашу интересную беседу.

— Анкей, что ты еще заметил, что тебе показалось странным. — спросил Гудвин.

— Знаешь, в принципе больше не чего. Я как понимаю, твой пристальный интерес к ней, не связан с потерей осмия, после полета Вары? — спросил я у него.

— Осмий мелочь. А теперь послушайте, что стал я замечать, при нашем с ней знакомстве. — Гудвин, начал рассказывать свою историю, как попал в эту странную компанию.

Глава 8. Исповедь Гудвина.

Основателем группы авантюристов, обосновавшихся на Миранде, был профессор. Он был первым, он был началом, он был магнитом, который всех сблизил. Но сегодняшний состав, сформировался не сразу.

Профессор в годы своей молодости, был выдающейся личностью, в корпорации Mind. Сотни изобретений и не меньше тысячи, рабочих теорий, доказанных теорем и неутолимая жажда знать, исследовать и создавать. В своих кругах, его авторитет был неоспорим и мало кто мог с ним состязаться в его области наук.

К сорока годам, профессор стал замечать, что его старшие коллеги, окружающие его длительный срок, стали пропадать. Попытки выяснить, где они, всегда оканчивались одним исходом. Искомые люди, якобы переходили в другие корпорации, на более высокие должности и становились недоступными из-за секретных разработок или же из-за внешней политики, той или иной корпорации.

Это сейчас, профессор был размеренный, где-то иногда и медлительный. Но в то время, время его молодости, он быстро сопоставил входные данные и с этого периода, стал более внимателен к таким событиям. Он установил закономерность исчезновений с достижением определенного возраста и стал ждать благоприятного момента.

И вот момент настал, и он стал переломным в его жизни. Его коллега, по разработке прибора трансформации газов, должен был вступить в свои пятьдесят лет. Профессор, не придумав ничего лучше и проще, чем внедрить под кожу своего коллеги, отслеживающие устройство, мотивируя его тем, что это необходимо для науки. Представил профессор это устройство, как дата-логгер биологических импульсов организма.

Час икс настал. Его коллеге исполнилось пятьдесят лет, и он пропал. Информационные терминалы одинаково твердили, что он переведен из корпорации Mind. В тот же день, через терминал лаборатории, он отследил устройство, вживленное в тело его коллеги. Устройство было исправно и регулярно передавало место своего нахождения.

Лучше бы оно, было не на территории его корпорации, а где-нибудь за пределами, что бы не попасть туда. Судя по показаниям устройства, его коллега находился на границе сектора с другой корпорацией, в здании промышленного объекта. Притом объект был не чем не выдающийся.

Добравшись до объекта, профессор обнаружил стандартный производственный комплекс, но с одним маленьким отличием, таким как, многочисленная охрана. Преодолеть ее, не представлялось возможным из-за отсутствия допуска, но предвидя наперед всевозможные варианты развития, профессор взял с собой некоторые полезные изобретения. Одним из них был, сверхлегкий летающий дрон разведчик, с активной системой визуальной маскировки. Изобретение представляло из себя, летающий аппарат со способностью передавать на комлинк, в режиме реального времени, изображение с дрона. Система визуальной маскировки делала его незаметным для обнаружения.

Упустим в повествование, как профессор преодолел посты охраны и проник в здание. Так вот, получив первые кадры из подвального помещения, профессор все понял. Экран показывал загоны с голыми людьми, людьми которым исполнилось пятьдесят лет.

Не смотря на свою, в то время, юношескую спешку, он стал очень осторожным, выверяя каждый шаг. Методично, в течении семи или восьми лет, он готовился к побегу. Подготовив почву и подогрев интерес научного общества к своей разработке, передатчика, основанного на взаимодействии квантовых частиц, он доказал необходимость проведения экспериментов в космосе. Профессора наделили полномочиями по выбору состава экипажа и предоставили полную свободу для исследований.

Формируя состав экипажа, он лично проводил собеседования с кандидатами на должности капитана и техника. Состав корабля, профессор целенаправленно сводил к минимуму, что корпорация поощряла.

Первым членом корабля стал, тогда еще восемнадцатилетний C-21-MA-99, в последующим взявший себе имя Гудвин. Он подходил по всем параметрам, установленным профессором, для кандидатов. Ум, независимость и гибкость мышления, талант в своей области.

Пока продолжался отбор, вербовка Гудвина и его просвещение о реальном мире, закончилась. Гудвин, был готов следовать за профессором, хоть в черную дыру, лишь бы подальше быть от корпораций. Ими, был придуман и детально проработан план побега и место их будущей базы, которая скроет их от всех.

Еще до знакомства с Гудвином, профессор достиг профессионализма в подкупе функционеров корпорации. Система, до такой степени была коррумпирована, что не составляло труда приобрести все, что захочет душа. В роли взятки выступали научные труды и изобретения профессора, которые стали предметом обмена.

Гудвин, в этот период, занимался разработкой технической стороны базы и составлял списки необходимого. По своей натуре, которая заставляла его быть запасливым и бережливым, он, не замечая удваивал позиции в списках необходимого. Были приобретены, в двойных, а ключевые позиции даже в тройных размерах, необходимые материалы и технологические инструменты.

К моменту, когда последний член экипажа был найден, корабль, а это был Eos, под завязку был набит всем, до чего дотянулись руки Гудвина. Корабль стал складом, всего необходимого и не только.

В то время, звали капитана C-16-MS-99 и уже тогда, он не совсем вписывался в модель, созданную корпорациями. Интриган и бунтарь, не признающий авторитетов, с собственным циничным мнением. Был он, на один цикл старше Гудвина. Сторону профессора он выбрал быстро, так как и сам видел красивую обертку, вместо благонадежного общества.

Свой побег, уже полный состав, планировали в несколько этапов. Сначала, проводить регулярные вылеты в космос, с целью создания иллюзии исследований, перемещаясь в хаотичные области солнечной системы. Затем планомерный подкуп операторов станций слежения и их руководства.

Гудвин, в период блуждания корабля, создавал дублирующие системы, приборам слежения и идентификации корабля. Это должно было помочь исчезнуть кораблю, с систем слежения. Последний прибор, маяк аварий, который, при разрушении передавал информацию, что корабль уничтожен, был взломан Гудвины последним.

Слоняясь по солнечной системе, они искали место своей будущей базы, даже был захвачен и перепрограммирован древний спутник связи, который теперь путешествовал закрепленный на корпусе корабля.

Бегство получилось спонтанным, из-за профессора, который позабыл о своем дне рождения. В тот день, на орбите Урана, пришло сообщение с указанием срочно прибыть на Землю.

Из ближайших небесных тел, была выбрана Миранда. Экипаж задействовал все свои наработки, для того чтобы навсегда исчезнуть из системы корпораций. Запаси о корабле Eos, гласили что он разрушился при маневре на орбите Урана. Прибывшая комиссия, не обнаружив от корабля останков, в своем отчете указала, что они сгорели в атмосфере Урана. И о экипаже забыли, информация о них, была перемещена в архив, после чего была удалена, за ненадобностью.

А в это время, экипаж Eos, вгрызался в недра Миранды, выплавляя во льду и камнях свою базу, свой дом. Работа шла основательно и неторопливо. Что бы иметь доступ к информации корпораций, украденный древний спутник, вывели на орбиту Урана.

Рассказывая дальше, Гудвин становился все мрачней и мрачнее.

— Пропуская все неурядицы и происшествия, произошедшие в тот период, через несколько лет, на орбите Миранды появляется корабль корпорации Protos и настойчиво начинает пытаться связаться с хозяевами древнего спутника. Мы игнорировали его сигналы. И тогда нас, быстро и без усилий взломали. Взломали систему защиты спутника, системы нашего корабля, а также всего того, что подчинялось взлому и переподчинению. — Гудвин, вздохнул. — Первое что мы услышали, после взлома, это фраза со всех устройств, которые могли воспроизводить звук, было.

— Привет, мальчики! Не ждали меня?

— Она не связана с нами общей целью, она самостоятельна и расчетлива. Единственная цель, известная нам, это маниакальное желание, собрать как можно больше осмия и изготовить себе новое тело, на его основе. — Гудвин, взяв паузу продолжил, делиться своими наблюдениями и мыслями. — Нет, прямых данных ее цели. Если отбросить все догадки, она просто с нами. Ей с нами весело.

— Весело было бы, для человека. — заметил Фабер. - А так, очень даже подозрительно и не логично.

— В том и дело. — сказал Гудвин, вставая. — Пойдемте обратно, засиделись мы тут. Вылет уже практически на носу, а дел еще осталось куча и маленькая тележка.

Собрав по дороге свои комлинки, возле корабля мы уже встретили профессора в компании с капитаном Торэ.

— Бездельники, пожаловали. — сказал Торэ. - Столько дел, а результатов нет и движений тоже.

— Кто бы, говорил! — не остался в долгу Гудвин. - Лучше бы помог.

Оставалось чуть меньше четверти цикла, до прибытия корабля корпорации, из Луман 16, чье место мы должны были занять.

Все необходимые приборы, материалы, инструменты, в общем все что нужно в экспедиции, частично было загружено на корабль. Возле корабля, осталась внушительная часть несортированных предметов, за которые началась борьба. Борьба, за право присутствия их на корабле. Профессор лично, рассматривал просьбу каждого, на предмет необходимости, того или иного предмета и прибора. Нас с Фабером, это не коснулось. У нас ничего не было. Сортировка закончилась, полным поражением Форэ, не смогшего доказать полезность своего барахла. Частичным поражением Гудвина, но я думаю, что он уже набил склады, всем чем ему было надо и не надо. Вара, была налегке, с небольшой сумкой.

— Все готовы? — Профессор обвел нас взглядом, стоящих возле корабля. - Это будет для всех нас шаг в будущие.

Мы дружно ответили согласием и выражали стремление, быстрей убраться с Миранды, на встречу неизвестности.

— Капитан Торэ, командуйте, теперь это ваше право. — проговорил профессор.

— Занимаем места, согласно, функционала. — сказал Торэ, первым заходя на борт Eos.

Пройдя до рубки корабля, мы заняли свои места и пристегнулись. На душе было тревожно.

— Шлюз открыт! — Вара, сообщала важные данные и показатели.

— Три, два, один. Есть отрыв, зависли. — капитан Торэ, дублировал действия и маневры.

— Показатели стабильны. Загрузка реакторов, дисбаланс, выравниваю. Готово! — Вара, колдовала с оборудованием.

— Выхожу на орбиту Миранды. — сказал капитан.

Корабль слегка наклонился вперед, картинка в иллюминаторе понеслась в низ.

— Шлюз закрыт. — сообщила Вара. — Радары пусты.

— Маршрут проложен, загружаю. — у меня, в отличие Гудвина и Фабера, работы в полете, было предостаточно. — Готово!

Маршрут наш лежал мимо орбиты Нептуна, в удаленную от всевозможных исследований зону.

— Мы на орбите. До прыжка три, два, один. — капитан нажал на экран.

Картинка на экранах смазалась, сменившись полной темнотой.

— Мы на месте, плюс минус десять тысяч километров. — я откинулся на спинку, моя миссия выполнена.

Теперь, нам предстояло запустить новый двигатель профессора, который должен был нас доставить к Луман 16.

— Кто-нибудь, хочет сказать, что-нибудь историческое? — Торэ отстегнувшись, развернулся к нам.

— Не томи уже, тыкай старт. Все равно исхода два. — проворчал Гудвин.

Торэ, молча пристегнулся и сел обратно.

— Внимание! Запуск дополнительного двигателя! Три! Два! Один! — громко и отчетливо, с нотками опасения прокричал капитан Торэ.

Вспышка…

Глава 9. Луман 16, созвездие Парусов.

Темнота в рубке корабля, поглотила все, просто черный цвет перед глазами. Шуршание какой-то обертки со стороны Фабера, было единственным звуком. Корабль был мертв.

— Приплыли. — вздохнув, сказал капитан. — Вара, приборы!

— Что приборы? — заинтересовано отозвалась она.

— Что показывают? — уточнил капитан.

— Не видно, Кэп! Темно, как у кашалота в заду, Кэп! — четко доложила Вара.

— Анкей, что на твоем приборе навигации? — капитан, не принимал реальности и требовал доклады.

— Не видно, Кэп! — так же как Вара, рапортовал я ему, улыбаясь.

— Гудвин, почему мы не видим? — очередь дошла до него.

— Дык, темно, Кэп! — Гудвин уже в открытую засмеялся, говоря капитану очевидные вещи.

— Ррррххххх, как же вы меня … — прохрипев, сказал Торэ.

В этот момент, раздались какие-то жесткие металлические щелчки и свет пару раз моргнув, потух. Реакторы опять ушли в защиту и ждали Гудвина.

— Во, теперь мой выход. — сказал Гудвин.

Раздался шорох и по глазам резанул яркий свет фонаря Гудвина, который осветил рубку корабля. Он держал в руке маленький, но яркий фанарик.

— А сразу не? — не оборачиваясь, тыкая в кнопки спросил Торэ.

— Не сообразил. — мстительно сказал Гудвин. — Да не тыкай ты электронику! Реакторы встали.

Он отстегнулся, начал вставать и полетел головой вперед, в сторону Торэ, над нашими головами.

— Ааааааа! Берегись! — закричал Гудвин, выпустив фонарик из рук, который завис, вращаясь на одном месте.

Вара, даже не обернулась, подняла руку вверх и поймала летящего над ней Гудвина.

— Не благодари! — сказала она.

Гудвин, держась за ее руку, сполз на пол.

— Профессор, может реакторы перегрузить новый двигатель? — капитан стал разворачиваться к нам со своего места. — Профессор?

Профессор сидел в расслабленной позе, склонив чуть вперед и налево голову. Было ощущение, что он задремал. Вара, сидевшая с ним на одном ряду, потрепала его за плечо.

— Профессор. Профессор! — звала она, повышая голос. — Просыпайтесь!

Она все сильней трясла его за плечо, от чего его голова безвольно болталась.

Профессор умер.

— Вара, он мертв. — сухо сказал капитан. — Отпусти. Не тревожь.

Она вскинула на него, полное отчаяния лицо.

— Ну почему! Почему вы такие хрупкие! — прокричала Вара.

— Потому что люди. — почти шепотом сказал Торэ. — Поэтому и можем умереть.

— Давайте, это все, на потом оставим! — Гудвин уже адаптировался к невесомости и подплывал к шлюзу, открывая дверку ручного управления. — Без электричества, на корабле прибавится еще пять, верней четыре трупа. Профа, конечно, очень жалко, но все потом!

Скрипнул ручной привод механизма и дверь рывками стала отодвигаться. Фабер освободился и направился, цепляясь за кресла к Гудвину.

— Я с тобой. — сказал он.

— Пойдем. — не стал спорить Гудвин.

Я бы и сам уже скрылся, куда-нибудь. Вара отстегнула профессора и обнимала его, что-то невнятно шепча. Торэ, на это взирал с философским видом. Вдруг свет потускнел и стал совсем тусклым.

— Фонарик оставь, жлоб! — крикнул Торэ.

Гудвин поднял фонарик, направил его чуть в пол и отпустил. Фонарь завис на одном месте и в принципе освещал рубку достаточно для того, чтобы не разбиться.

— Да я, как-то без задней мысли, мне не жалко. — пробормотал Гудвин, и они с Фабером вышли.

— Вара, ему уже не поможешь. — подлетев к ней сказал капитан. — А нам ещё можно.

Вара, баюкала тело профессора, не реагируя.

— Анкей, пойдём за мной, верней полетели. — Торэ, пролетел к шлюзу, мимо меня. — Вара, я забираю фонарь.

Она не отреагировала, продолжая что-то шептать.

Корабль выглядел чуждым, мертвым. Свет от фонаря, рисовал причудливые тени. В коридоре медленно перемещались, какие-то мелкие предметы. Спустившись в грузовой отсек, мы проследовали в реакторный отсек, из открытого шлюза которого, виднелось свечение.

— Что у нас? — влетая в отсек, спросил капитан. — Критично?

Гудвин и Фабер, частично, сняли защитный кожух с реактора и сейчас, что-то откручивали внутри. В воздухе, очень сильно чувствовался запах озона и запах горелой проводки.

— Защита сработала, видимо перегрузил двигатель реактор. Сейчас вручную перезапустили, должен ожить. Минуту. — после этих слов, Гудвин, чуть ли не полностью протиснулся в недра агрегата. — А вот он.

Что-то громко щелкнуло. Раздался нарастающий гул. Корабельное освещение включилось, пару раз моргнуло и погасло.

— Это нормально, сейчас запуститься — сказал Фабер, вытаскивая Гудвина из реактора. — Отрубает лишнее, для выхода в рабочий режим. Закрываем?

— Закрываем, только полностью не закручиваем, второй раз неохота столько гаек крутить. — сказал Гудвин, Фаберу, поднимая широкий кожух.

Корабль постепенно стал оживать. Освещение включилось, а с ним и все жизнеобеспечение корабля и вспомогательные системы.

Включение генератора гравитации, нас застало на выходе из склада. Тело наполнилось тяжестью, лёгкость пропала.

Зайдя в рубку, Вары и тела профессора не был.

— Не до неё. — коротко бросил Торэ, усаживаясь на свое место. — Проверяем, докладываем.

— Запускаю определение места. — сказал я. — Начинаю сбор информации.

— Реакторы двадцать от оптимального, показатели растут в пределах нормы. — Гудвин, взял часть функционала Вары, докладывал. — Все системы в норме, кроме двигателя профессора.

— А с ним то что? — спросил Торэ.

— Показатели отсутствуют, запросы системы не доходят, обратная связь потеряна. Фабер, пойдём обратно, теперь уже в двигательный отсек, посмотрим. — Гудвин, встал и продолжил. — Торэ, пригляди за Варой, что-то мне не нравится ситуация.

— Не учи, сам вижу. — спокойно и многозначительно сказал капитан. — Давайте, чините свои железки, а мы пока поймём, где мы. Мы же поймём, где мы, Анкей?

Я разбирался с прибором. Данные с камер, установленных на обшивки корабля, поступали и структурировались.

— Кэп, данные поступают. Сейчас общую картинку получим, начнется анализ. Судя по скорости обработки, минут двадцать не более. — сказал я.

— Отлично, хоть что-то работает. — эту фразу капитана, Гудвин с Фабером уже не слышали, удалившись в недра корабля.

На навигаторе, быстро сменяя друг друга, появлялись и исчезали цифры. Лишь бы получилось, подумал я. Раздались быстрые шаги со стороны шлюза.

— Капитан, у нас нештатная ситуация! — заходя, сообщил Гудвин. — Ты должен это видеть!

— Может не надо? — с надеждой спросил Торэ. — Давай, ты как будто не приходил, а я тебя не видел?

— Двигатель профессора, того. — проигнорировав вопрос и предложение Торэ, сообщил Гудвин. — Совсем.

— Чего, того? Чего, совсем? — Торэ, смотрел на Гудвина не моргая. — Что с двигателем?!

— Пойдём, сам увидишь. — не дожидаясь капитана, Гудвин вышел из рубки.

Мне стало интересно, что же, могло произойти и я последовал вместе с капитаном. Это уже становится традицией, подумал я. Ходим друг за другом.

Зайдя в двигательный отсек, мы ничего не увидели. Вернее, увидели, стационарные двигатели, но профессорского не было. В месте его установки, остался только силовой каркас, со срезанными как лазером, креплениями. Фабер, водил каким-то прибором, по поверхности среза.

— Полетали. — на выдохе сказал капитан. — В этот раз, точно.

— Далеко да, близко ещё полетаем. — хлопнув по плечу капитана, привел его в чувства Гудвин. — Не кисни.

— Было бы куда, близко лететь. Ладно, проверьте всё, вдруг ещё что-то не захотело с нами путешествовать. — капитан подошел к силовому каркасу и коснулся пальцем, среза. — Как будто срезало.

— Так и есть. — Фабер, повернул ему экран своего прибора, и показал пальцем на цифры. — Микрогеометрия поверхности идеальная.

Капитан Торэ, покивал головой и пошел в сторону шлюза. Я решил не мешать двум технарям, пошел вслед за ним.

В рубке, было все также безлюдно. Мы с Торэ, занялись каждый своим делом. Прибор, судя по его информации, уже практически был готов выдать нам координаты и объёмную проекцию нашего места прибывания.

— Кэп, готово! — сказал я, когда прибор завершил вычисления.

— Работает? — спросил он.

— Да. Мы в системе Луман 16, точность позиционирования двенадцать километров. — прочитал я ему показания с экрана. — Объемная модель, интересная, она, по-моему, ещё и показывает объекты вокруг нас. Как радар, но нужно проверить.

— Вот это точность! — довольно воскликнул Капитан. — Проверим, у нас теперь времени достаточно и проверить, и постареть, и так далее. Так что посмотрим.

Завершив свои манипуляции с пультом управления, он откинулся на спинку. Защитные щиты иллюминатора, стали медленно раздвигаться в стороны. Открывая нам вид, на замерший танец двух красных карликов. Мы висели в точке пространства неподвижно, относительно этой звездной системцы.

— Красота! — восторженно сказал капитан.

— Капитан, у нас похоже гости и они приближаются. — я вглядывался в экран, по которому побежали строки, координат новых объектов. — Со всех сторон, быстро.

Капитан резко что-то нажал, по кораблю раздались протяжные сигналы, напоминающие свист.

— Все в рубку! — прокричал он по громкой связи корабля. — Быстро!

— Далеко? — спросил он. — Время сближения?

— Ближайший в двадцати тысячах километров. — читал я ему информацию. — Скорость объектов тринадцать тысяч километров в секунду, время полного сближения, примерно 25 минут. Всего восемь объектов.

— Какие-то медленные. — задумчиво проговорил капитан. — Походу, это те самые мусорщики. По крайней мере я предпочту их, нежели что-то новое.

В рубки вбежали Фабер и Гудвин, чуть ли не толкая друг друга.

— Что у вас? — спросил Гудвин.

— Опять, что-то потеряли? — сочувственно спросил Фабер?

— Вот, смотрите. — отодвигаясь от экрана, сказал я им.

Они вместе с Фабером обступили меня, заглядывая в экран.

В коридоре раздались шаги.

— Что за шум? Поспать не даёте! — сказала Вара, своим будничным голосом. — Вот, никак без меня! Дети, малые и не разумные!

— Посмотри данные у Анкея. — бросил ей капитан.

— Фу, мусорщики! — брезгливо проговорила она. — Мерзость, гадость!

— Почему фу? — не понял я.

— Сам представь. Вышли в космос, а собирают какие-то камушки. Развитая цивилизация, ничего не скажешь. Ну обидели их раз, нечаянно, распылив корабль. Но нельзя же быть такими, ранимыми и мелочными в масштабе космоса. — совсем нелогично, рассуждала в слух Вара. — Да и корабли, когда они приблизятся, увидите и все поймёте — Бродяги!

Сказать, что из этого потока мысли, что-то стало понятней, значило соврать.

— Разворачиваю к ближайшему. — сообщил капитан. — Сейчас рассмотрим повнимательней.

Вид двух красных карликов, сменился на тьму космоса.

— Далековато, пока не видно. Вара, а где тело профессора? — как бы невзначай поинтересовался капитан.

— В холодильнике, потом отправим в космос. Закрыли тему. — ответила она сухо.

— Во, точка появилась. — тыкая в мой экран, сказал Гудвин. — Растет!

— Да не марайте мне экран! — возмутился я.

— Приблизить можно? — Фабер чуть не в притык смотря в монитор, спросил.

— Да. — я нажал комбинацию на панели, и изображение стало увеличиваться.

Точка с начала приобрела вид, потом стали проявляться детали.

Корабль мусорщиков, представлял из себя угловатый, асимметричный, слегка продолговатый объект, покрытый ржавыми, мятыми металлическими фрагментами. В передней его части, мигал слабый желтоватый огонек. Если мы правильно поняли, иллюминатор пилота, был не больше двадцати сантиметров, черным и не прозрачным. За кораблем оставался чадящий черный хвост, медленно таявший в космическом вакууме. И эта груда металлического хлама, долетев до нас, застыла в ожидании.

— Летающие мусорные баки! — хохотнул Гудвин.

— Я же говорила, они фу какие. — Вара, брезгливо фыркнула.

— Что с остальными, Анкей? — спросил капитан.

— Прибыли, застыли на том же расстоянии, что и первый.

— Гудвин, попробуй общую частоту корпораций, для связи. Передай что-нибудь нейтральное. — попросил капитан.

Гудвин, отойдя от меня, уселся на свое кресло и стал тыкать пальцами по комлинку.

— Готово! — Гудвин, улыбался. — Первый контакт с неземной цивилизацией!

— Что готово?! Что написал то? — раздражённо спросил у Гудвина капитан.

— Привет! Как дела?! — сообщил Гудвин. — Нормальное начало любого разговора.

— М-да… — протянул капитан. — Хоть бы, они такие как ты был.

Вара, смеялась в открытую, мы с Фабером улыбались.

— Получаю информацию. Опять двоичный код, на непонятном языке. Посмотрите! — Гудвин подвинулся.

На экране были опять, единицы и нули.

11010000 10011101 11010000 10111110 11010001 10000000 11010000 10111100 00100001.

— И что это? — Торэ вглядывался в цифры на экране.

— Двоичный код, Кэп! — сказала Вара.

— И зачем он?

— Мы на нем работаем, Кэп! — Вара, опять издевалась над Торэ.

— Да ну тебя! — Торэ начал психовать. — Что они сказали?

— Белиберду, набор букв. Дикари-с, Кэп. — сказала Вара.

— Вара, как можно примитивно и понятно пообщаться с ними? — спросил Гудвин. — У тебя же есть варианты?

— Целая куча. Начиная от древней Азбуке Морзе, заканчивая фантастическими биологическими симбионтами. — задумчиво проговорила она. — Еще можно в иллюминатор фонариком поморгать. Но толку?

— Как им моргать, на каком языке? — задумчиво произнес я. — Мы мыслим на одном языке, они на другом. Универсального языка нет.

— Математика! — блеснул знаниями капитан.

— Бред. Мы им, даже два плюс два, не объясним. — проговорила Вара, с какой-то странной интонацией. — Вот если бы, как-нибудь подключиться к их вычислителям, если они у них есть.

— Еще нереальней. — сказал я. — Вот если только…

Я замолчал. Идея, которая пришла мне в голову, была дерзкой, выполнимой, но рисковать в ней, мог только один кандидат на корабле.

— Не томи Анкей! — капитан, встав из-за кресла, нарезал круги возле пульта.

— Выход… — начал я.

— В космос… — завершила Вара.

— С… — начал Фабер.

— Ума… — продолжил Гудвин.

— Идите к черту. — завершил капитан. — Решение мне! Дайте мне решение!

— Капитан, все просто, выйду через шлюз, попаду на обшивку, а там уже видно будет. Прошлый раз на агрессию они ответили бегством. Вероятность, что они как-то нам навредят, нулевая. — Вара выжидательно смотрела на капитана.

— С начала, кое-что проверю. — Торэ, начал вводить какие-то данные.

Корабль, медленно, стал приближаться к мусорщику, на против иллюминатора. Буквально, не достигнув расстояния в один метр, между кораблями, мусорщик стал интенсивней мигать своей лампой и сдвигаться назад. Мы остановились, мусорщик также замер, чего-то ожидая.

— Вот и дистанция допустимая, выяснилась. — удовлетворенно проговорил капитан. — Вара, это не обязательно. Мы можем их шугануть из метеоритных орудий.

— Капитан, риски минимальны. — сказала Вара успокаивающе.

Дойдя до шлюза, Гудвин закрепил трос, на талии Вары. Другой конец он закрепил за специальный крепеж внутри помещения.

— Вара, ты будешь видна мне из иллюминатора. Двигатели будут запущены в режиме ожидания. Если я почувствую, что что-то не так, я стартую ниже мусорщика, на средних скоростях. Трос выдержит, маленько поболтаешься, ничего страшного. Если почувствуешь опасность, поднимай руку вверх и отталкивайся от него. Ясно? — проводил инструктаж капитан.

— Предельно, ясно. — серьезно ответила Вара.

— К связи подключена? — спросил Гудвин.

— Я и не отключалась. — улыбнулась она.

— Жди сигнала. Удачи. — Торэ поспешил обратно в рубку.

Мы втроём, что-то нескладно пожелали Варе и пошли в след за капитаном. В рубке, мы встали за спиной капитана, рассматривая мусорщика в иллюминатор.

— Вара, готова? — в комлинк спросил капитан.

— Готова! — по корабельной связи, прозвучал уверенный голос Вары.

— Открываю шлюзовую камеру, заходи. — Торэ, параллельно следил за Варой, через один из мониторов перед ним. — Закрываю шлюз. Выравниваю давление в камере. Давление в норме. Открываю шлюз. Удачи!

Торэ, говорил слова механически четко и быстро, последнее слово было сказано с переживанием.

Глава 10. Мусорщики.

Перед иллюминатором появилась Вара. Такое ощущение, что она медленно проплывала, как в воде. За ней тянулся страховочный трос, похожий на струну.

Корабль мусорщиков заморгал своей лампой.

— Получаю сигнал! — Гудвин, услышав сигнал сообщения, схватил свой комлинк. — Опять эта бессмыслица!

Корабль мусорщиков, опять прислал сообщение, но уже другое, более длинное и от этого ещё более непонятное.

11010000 10100111 11010001 10010001 00100000 11010000 10111101 11010000 10110000 11010000 10110100 11010000 10111110 00111111.

Это сообщение, он повторил ещё раз восемь, с короткими перерывами.

Тем временем Вара, долетела до корабля и вцепилась в него руками. Отцепив страховочный трос, она продела его в большое отверстие и завязала. Повернувшись к нам, она показала поднятый к верху большой палец.

— Ничего хорошего, не вижу. — пробормотал капитан. — Для радости тем более.

Вара, не отпуская трос, стала осматривать корабль, который сменил частоту моргания на более быструю, отчего казалось, что его фонарь, просто светиться.

— Что-то новое! — Гудвину, опять пришло сообщение. — Длиннее, чем до этого! Я про сообщение.

Мусорщик прислал, опять единицы и нули, но явно с другим смыслом или посылом.

11010000 10100001 11010000 10110010 11010000 10110000 11010000 10111011 11010000 10111000 00100000 11010001 10000001 00100000 11010000 10111100 11010000 10110101 11010000 10111101 11010001 10001111 00100001.

И таких сообщений было очень много, они не переставали приходить, слившись в сплошной текс из цифр. Гудвин, уже даже не отслеживал их самостоятельно, переложив вычисления на комлинк.

Я подошёл к капитану и посмотрел в иллюминатор, в котором вполне отчётливо, виднелась Вара. Она передвигалась по кораблю, как паук, выискивая жертву. Вот такая аналогия, возникла у меня в голове. На несколько секунд, она задержалась возле какого-то металлического нароста, в метре от смотрового окна мусорщика. И без усилий, оторвала его, отпустив. Фрагмент, вращаясь улетал от корабля, потом еще один и еще.

— Она, что вскрывает его? — удивлённо, спросил капитан. - Зачем это она так с ним?

— Похоже на то, что вскрывает. А вот зачем, непонятно. — ответил я. — Кэп, смотри!

В этот момент, Вара, на какой-то не мыслимой для человека скорости, стала хватать руками торчащие металлические предметы и отбрасывать от себя. Рой фрагментов, один за другим, полетели в одном направлении и по одной траектории, как ручей.

Фонарь на корабле мусорщиков потух, мигнув на последок еще пару раз. Позади него, как будто кто-то чихнул черным дымом, появилось грязное облако. Корабль мусорщиков, стал медленно смещаться вниз, подныривая под Eos.

— Не понял! — капитан расширил глаза. — Вара, он движется! Срочно на корабль. Уходи от туда! Немедленно!

Сильный толчок, прошел по кораблю и нас развернуло. Мы с трудом удержались на ногах, что бы не упасть. Теперь, нам открылся вид на чадящие двигатели мусорщика, на котором было видно Вару, обнявшую и вцепившуюся руками в обшивку корабль.

— Кэп, я держусь. Не волнуйтесь за меня, все под контролем. — ответила она. — А оказывается, они не так просты.

Вары не успела продолжить. Корабль, выступающий в роли буксира, уже сильней изверг из себя, ещё одно чёрное облако. Нас потащило с довольно-таки хорошим ускорением. Две звёзды, танцующие позади нас, быстро удалялись.

— Вот это скорость! — уважительно сказал Гудвин. - Как буксир!

— Кэп, попробуйте реверсом притормозить! — выдал Фабер, свою мысль.

— Хорошая идея! — сказал капитан. — Три, два, один. Реверс.

Корабль тряхнуло, мусорщик чуть клюнул носом, изверг из себя ещё одно облако черного дыма, после чего опять тряхнуло.

— Ничего себе! — Фабер, проговорил, глядя в экраны. — Да ему, на наши двигатели, фиолетово!

— Кэп, сообщение, другое, но такое же не понятно! — Крикнул Гудвин, в рубке стоял гул двигателей, работающих с перегрузкой. — Глуши! Реактор в красной зоне!

— Убираю реверс. Три. Два. Один. — корабль опять, но уже слабее тряхнуло. — Сообщения мне скинь, потом Вара попробует разобраться. Если будет кому разбираться.

Гудвин сбросил капитану на комлинк сообщение.

11010000 10011110 11010001 10000010 11010000 10111111 11010001 10000011 11010001 10000001 11010001 10000010 11010000 10111000 00100000 11010000 10111000 11010000 10110100 11010000 10111000 11010000 10111110 11010001 10000010.

Цифры явно менялись, заметил я. Как вариант, попробовать анализ совместив с действием, рассматривая его как реакцию на раздражитель.

В нашу сторону полетели, какие-то металлические обломки, и застучали по корпусу и иллюминатору корабля.

— Вара, осторожно! — Капитан, не теряя времени, предупредил ее. — Он в нас скидывает обломки!

— Кэп, спокойно, это я пытаюсь добраться до корпуса, этой жестянки. — сосредоточенно сообщила Вара. — На нем слой железа и какой-то руды.

— Принял. — Торэ, откинулся на спинку кресла, откинув голову назад. — У кого, какие мысли?

Мы дружно ответили ему молчанием.

— Хорошо сказали, мощно! — через минуту проговорил капитан. — Вара, больше попытки остановить корабль, не предпринимаем. Твой прогноз по вскрытию этого корабля?

— Затрудняюсь ответить. Слишком все вместе, как будто сплавлено. Рву, где слабо. Ждите. Не мешайте.

— Понял тебя. — вставая сказал капитан.

— Наша прогулка в окрестностях Луман 16, началась? — спросил его, Гудвин.

— Похоже на то. — ответил капитан. — Все знают, чем заняться?

— Я к реакторам. — Фабер засобирался.

— Я на приборах. — сказал я.

— Я до троса и к двигателям, лишь бы от нагрузки не вылезли неприятности. — Гудвин, переживал, боясь, что рывки на реверсе могли их перегрузить.

— Тогда я перекусить. Анкей, ты в рубке. Поем, сменю тебя. — поставил задачи капитан и ушел.

Меня оставили одного в рубке, верней не одного, а с Варой.

Все также летели, стуча по корпусу и иллюминатору, нескончаемые потоки обломков от разбираемого Варой, мусорщика. В эфир, от него, больше ничего не поступало.

Прошло не менее тридцати минут, после чего эфир ожил.

— Черт! Аааааа! — раздался в эфире, разочарованный голос Вары. — Зря!

— Вара?! — я начал переживать за нее. — Что случилось?

— Проклятье! — громко, беспомощно сообщила она. — Корпус вижу, вскрыть не смогу. Довольно-таки, ровная поверхность у него и серого цвета, не царапается.

— Тита? — догадался я.

— Почти, какой-то он не такой. Но крепкий неимоверно. — уже спокойней проговорила Вара. — Я возвращаюсь.

— Сообщи как у шлюза будешь.

Я перебрался в кресло капитана и стал искать, где в системе, управление шлюзом. Интерфейс был стандартным и мне, без особого труда удалось найти нужную команду.

— Анкей, тук, тук! — Вара добралась до шлюза. — Пустите пожалуйста, тут холодно и одиноко!

— Шлюз, открываю. — я нажал на экран.

Мусорщик, так и тащил нас, прочь от Луман 16. В рубку зашёл капитан Торэ.

— Анкей, запустил ее? — спросил он, не обнаружив на корабле мусорщиков Вару, вглядевшись в иллюминатор.

— Да. — отвечал я. — Не смогла их вскрыть. Металл крепкий.

Послышались четкие, топающие шаги.

— Капитан! Это какая-то, не могу подобрать слов, подстава! — от Вары исходил холод, волоса и кожа блестели кристалликами льда. — Эти бродяги, на вид, как мусорное ведро, в которое положили кусок титана! Не смогла! И вот что ещё.

Она практически в упор к лицу Торэ, протянула свою руку, показывая ногти.

— Нет, вы видите? Видите? — при последних словах топнула ногой Вара. — Всю краску с ногтей ободрала!

— Беда… — задумчиво проговорил Торэ. — Мы тебе новую краску купим, не переживай!

— Правда? — на капитана смотрели наивные и полные надежд глаза Вары. — И осмия чуть-чуть?

— Краску да, осмию нет! — как лозунг сказал капитан, не поддавшись на ее манипуляции. — Может, трос отцепим?

— А смысл? — спросил я. — Они нас уже увели за пределы системы Луман 16, и тянут в сторону Звёзды Барнарда.

— Туда же ходу 6 световых лет? Он собрался нас тащить туда вечность? — скептически спросил капитан.

— Он по скорости, в первые пятнадцать минут, нашу крейсерскую превысил. Он набирает разгон, по крайней мере, у меня такое ощущение. — ответил я.

Вара тем временем, проводила какие-то манипуляции с бортовым компьютером и в нашем диалоге не участвовала. Подняв голову от монитора, она поправила.

— Не ощущение. Скорость растет, но не по экспоненте, а неровными значениями. Единственная зависимость, это то, что она возрастает.

— Позову-ка, я наших технарей. — капитан по громкой связи, позвал. — Гудвин, Фабер, в рубку!

— А что там? В смысле, что о ней известно о Звезде Барнарда? — спросил я Вару.

— О ней стало известно ещё в XX веке. — Вара как энциклопедия начала рассказывать о месте куда нас тащило мусорщик. — Считалось, что на ее орбите найдена планета, на которой могла зародится жизнь. Со временем, обнаружилось, что признаки, указывающие на вращение планет вокруг неё, пропали. И уже в начале следующего столетия, астрономы, сошлись в одном мнении, что звезда одинокая, без спутников. — сказала Вара, посмотрев на капитана, продолжила. — Одинокая без своих планет, как я без осмия.

— Прекрати, попрошайничать. — с улыбкой сказал капитан. — И вывод какой, по твоему рассказу? Этот космический мусор, тащит нас к одинокой и никому не нужной звезде?

— Получается так.

Вернулись Гудвин и Фабер, грязные и взъерошенные. Фабер, все больше и больше, превращался в Гудвина. Его комбинезон, некогда бывшим образцом, стал превращаться в грязную тряпку. Он приобрел пятна, рваные дыры. В общем Гудвин и Фабер были похожи как близнецы.

— У нас дел невпроворот, что надо? — спросил Гудвин раздражённо.

— Да вот, мы тут решили до Звёзды Барнарда, слетать. — сказал капитан.

— Ну и полетели, Фабер пойдём, надо ещё из шагового переместить… — сказал Гудвин, уходящему вместе с ним Фаберу.

— Вот и поговорили. Технари! Лишь бы что-нибудь сломать, а потом гордо хвастаться, что подчинили. — проворчал капитан. — Что будем делать?

Капитан сидел в пол оборота на своем кресле и смотрел на нас с Варой.

— Вариант, один. — сказал я. — Остаёмся на привязи. Обратно дорога займет, при наших скоростях, примерно годовой цикл Миранды.

— Ого! — изумился капитан. — Это с какой скоростью, мчится развалюха?!

— Уже, двадцать тысяч километров в секунду. — бросив взгляд на экран, ответила Вара. — И она, возрастает.

— И это все без эффекта гравиметрического движения, тупо на простых двигателях. — задумчиво сказал капитан. — Вот почему Gros не захватил ни одного корабля мусорщиков.

— Они от них, просто убежали. — сказал я. — На маршруте движения, регистрирую массивный объект, объекты.

Капитан, встав с кресла, метнулся ко мне.

— Где? — спросил, наклонившись к экрану Торэ.

Я развернул на экране подробную картинку, которую рисовал, сводя все данные визуального и не визуального наблюдения, разработанный нами с профессором прибор.

— Вот. — я показал область перед нами, которая была в диаметре, больше нашего корабля.

— Быть не может! — капитан удивленно, открыл рот.

На экране, в плоскости, по отношению к нашему движению, прибор рисовал равносторонний треугольник, состоящий из сегментов. Природным объектом или порождением космоса, этот объект явно не являлся.

— В объеме, может показывать? — спросил Торэ.

— Вывожу. — передо мной, развернулась проекция голограммы.

Сбоку объект выглядел как толстая линия, а со стороны, к которой мы двигались, а верней, в которую нас тащил мусорщик, представлялся как треугольник. Размеры по отношению к кораблю внушительные, практически километр в вершине. И все это в абсолютной пустоте, без каких-либо планет и звезд рядом.

— Вара! Варианты? — спросил капитан.

— Нигде, никогда. — коротко ответила она.

Риторический вопрос. В солнечный системе, не только не было искусственных объектов, помимо людских, но и даже намеков. А информации по исследованию Луман 16, в доступе не было.

— Может трос, того? — предложил капитан.

— Опасность негативного исхода, конечно, существует. Но поведение мусорщиков, в первую очередь, указывает на их развитое чувство самосохранения. — задумчиво сказал я. — Да и если трос срежем, инерция все равно донесет до треугольника, не оттормозимся.

— Согласна с Анкеем. — Вара смотрела на проекцию не моргая.

— Режем трос, по команде. — решил капитан. — Попробуем, сманеврировать. Вара, срезай.

Она молча выбежала, ничего не сказав.

— Кэп, почему такое решение? — мне было не понятно, что двигает капитаном, принимая такое решение.

— Первое правило космолетчика. — ответил Торэ, вводя данные в систему управления корабля. — Страшно, остановись.

— Никогда не слышал. — ответил я.

— Анкей, первый космолетчик от солнечной системы, здесь я. Мне и устанавливать правила. — хохотнул капитан. — Вара, готова? На счет три.

— Да. — коротко ответила она.

— Гудвин и Фабер, убирайте руки от реактора и двигателей, сейчас будем маневрировать и отпускать к черту, нашего спутника. Всем, держитесь. — капитан возбужденно поерзал. — Три, два, один!

Корабль мусорщиков, с хвостом в виде нашего троса и все теми же черными клубами дыма, резко оторвался вперед и ушел с вида в бок. Я почувствовал, как меня потянуло вперед и в бок. Капитан совершал маневр, уводил корабль влево от треугольника.

— Получила сообщение от мусорщика. — сказала Вара.

На экране капитана, появился текст.

11010000 10011000 11010000 10110100 11010000 10111000 11010000 10111110 11010001 10000010 11010001 10001011 00100001 00100000 11010000 10101111 00100000 11010000 10110110 11010000 10110101 00100000 11010001 10000000 11010000 10110000 11010000 10110111 11010000 10111110 11010000 10110001 11010001 10001100 11010001 10001110 11010001 10000001 11010001 10001100 00101100 00100000 11010000 10111101 11010000 10110000 00100000 11010001 10000010 11010000 10110000 11010000 10111010 11010000 10111110 11010000 10111001 00100000 11010001 10000001 11010000 10111010 11010000 10111110.

— Капитан, мусорщик исчез, не долетев треугольника. Фиксирую появление мелких объектов. — сообщил я, потом медленно добавил. — Намного меньших чем его корабль.

В месте, где еще двигался корабль мусорщиков, появился рой, мелких объектов, продолжающих свое движение в том же направлении, что и он.

— Это не объекты появились. Это и есть то, что осталось от мусорщика — сказала Вара.

Судя по траектории, которая отображалась на экране, капитан делал маневр вокруг треугольника, выходя на его орбиту.

— Начинаю торможение! — сообщил капитан, по общекорабельной связи. — Три, два, один!

Глава 11. Треугольник

Уже целый цикл, мы кружили по вытянутой орбите вокруг треугольника. Именно орбите, так как торможение по прямой, заставило бы потом очень долго возвращаться к объекту. Торэ, ввел необходимые данные и теперь корабль, самостоятельно снижал скорость и маневрировал, вокруг треугольника, по часовой стрелки. Вокруг, сказано громко, за цикл, мы сделали, почти один оборот. Скорость снижалась медленно, Вара, давал прогноз в два цикла.

Корабль жил своей жизнью. Капитан делил вахту со мной, а нашей задачей, было отслеживание общих показателей корабля и пространства вокруг нас. Вара, практически все время, находилась с нами в рубке, пытаясь извлечь, хоть какую-то информацию из треугольника. Гудвин и Фабер, пропадали, то в реакторном отсеке, то возле двигателей.

Переживаний, на счет нашей автономности, не было. Казалось, покойный профессор, предусмотрел все. По сути безграничные, почти запасы еды и воды, автономные реакторы, которые переживут любого человека, по сроку работы.

Без происшествий, нудно и монотонно, прошли два цикла и корабль, наконец-то замер. В промежутке, когда наша скорость, стала безопасной для маневра, капитан подвел корабль на расстояние полукилометра, к объекту.

Вся команда, сейчас находилась в рубке и рассматривала, через иллюминатор, этот внеземной объект.

— Вот это громада! — присвистнул Гудвин.

— А выглядел, на радаре как отдельные сегменты. — задумчиво сказал капитан Торэ.

— Да он, сам по себе, какой-то не правильный. — проворчала Вара, которая, последние два цикла, пыталась выяснить материал треугольника. — Спектральный анализ, выдает все время, разные данные, без зависимостей! Это определенно металл или сплав, но я не знаю такой. Один раз спектрометр выдал, что-то внятное, что это астат и все.

— Может пролетим по середине? — предложил Фабер.

— Вара, я правильно понимаю, что ты, по сути, закончила его исследовать? — спросил Торэ.

— Да. Дальше смысла не вижу, чтобы с ним возиться. Сближаться и ковырять его, также смысла не имеет. Ничего не получим. — сказала Вара.

— Пристегивайтесь. — сказал капитан. — Сейчас узнаем, куда стремился, этот мусорщик.

— Кэп, не лучшая идея. — заметил Гудвин, пристегивая ремень.

— Так, команда, слушаем. Мы стоим на грани, это, как его. — капитан, пытался сказать пафосную речь. — Ну, надежда мы…

— Для кого, Кэп? — спросил Фабер.

— Для человечества! — закончил мысль капитан. — И на нас, возложена, важна миссия!

— Кэп, мы изгои, какая миссия? — Вара, с удивлением смотрела на капитана. — Мы сами себе устроили эти проблемы, а теперь пытаемся их решить.

— Я должен был сказать, что-то такое. — начал не уверенно говорить Кэп. — Так всегда делают все капитаны! Традиция!

Гудвин посмотрел на Фаберу и постучал себя по голове.

— Начинаю маневр. — сообщил капитан.

Корабль медленно, поплыл вправо от треугольника, выходя на изначальный маршрут, мусорщика.

— Смотрите, в иллюминатор! — воскликнула Вара, отстегнувшись от кресла, подбежав к капитану. — Там что-то есть!

Перед нами была грань треуголка, на которой, четко виднелся небольшой орнамент из прямых линий, складывающийся в горизонтальный столб символов.

— Легче, не стало. И так было понятно, что объект искусственный. — уводя за грань корабль, бросил капитан.

Корабль вернулся на траекторию мусорщика, в место, где он перестал существовать.

Гудвин, с Фабером, за отсутствием поломок, сканировали объект, всем тем, что было доступно. Они не громко переговаривались, смотря за показаниями приборов. Через минуту, они оживились и Гудвин сказал.

— Кэп, мы теперь знаем, как треугольник, радар Анкея заметил. Он излучает в ультрафиолетовом диапазоне! Такие объекты можно найти, интенсивность излучения приличная!

— Мы ещё с этими не разобрались. — проворчал капитан. — А ты предлагаешь другие найти.

Гудвин промолчал, опять о чем-то заспорил с Фабером.

— Три, два, один. Старт. — корабль стал набирать скорость.

На камерах дополнительного обзора, вспыхнули углы треугольника, синим, пульсирующим светом. Через мгновение, корабль вошел во внутреннею часть плоскости треугольника.

Освещение корабля, уже традиционно моргнуло и погасло.

— Мы к реактору. — не дожидаясь, команды от капитана, включив фонарик, сообщил Гудвин.

В иллюминаторе стоял мрак, не было не видно ничего.

— Вроде получилось. — неуверенно сказал капитан.

— Получилось. — сказал я. — Навигация успела сообщить, о начале сбора данных, прежде чем отключилось питание.

— У вас нет ощущения, что мы как будто, все время, на каких-то задворках? — спросила Вара. — Пространство без звёзд, ни одной звёзды не мерцает.

— Мы как на Миранде обосновались, меня это ощущение не покидает. — хохотнул капитан.

— Я серьезно. Все как-то иррационально. Двигатель, который переносит, лишь в одну звёздную систему. Треугольник, висящий в отдалении без привязки к звёздам, который также куда-то нас перенес. Но, судя по всему, опять же куда-то, на окраину.

— Мысли такие есть, да что толку от них, Вара? — ответил капитан.

Освещение моргнуло и восстановилось. Мы стали ждать загрузки корабельных систем. Вернулся Фабер.

— Кэп, вы тут без нас решайте. Мы у двигателей. — коротко сообщил Фабер.

— Хорошо. — ответил капитан. - Идите.

Навигатор обработал информацию с внешних камер и выдал результат. Мы находились в галактике Секстант два.

— Капитан, разверните корабль, только на месте. — попросил я.

На экране, проекция рисовала, что мы находимся возле какого-то огромного объекта, в форме куба. А чуть, по меркам космоса, от нас, ещё какой-то продолговатый объект, похожий на большую продолговатую семечку.

— Давай попробую. — капитан ввел команду. — Три, два, один.

Корабль начал вращение, в иллюминаторе также была темнота, как вдруг, яркое сияние, миллиарда звёзд заставило нас зажмуриться.

— Окраина, говорите? — спросил я. — Да мы в другой галактике! Возле какого-то куба, который поглощает, по всей видимости, свет!

— Вот это да! — капитан вцепился взглядом в экран. - Очень даже не окраина!

— Не вероятно! — воскликнула Вара.

— Что происходит? — мы пропустили появление Гудвина. - Ух ты!

Я ему молча показал на открывшийся вид в иллюминаторе. Гудвин на это пожал плечами, забрал свой комлинк и удалился.

— Не приучен к прекрасному. — сообщила Вара улыбаясь. — Варвар!

— Капитан, то, что закрывало обзор, это какой-то объект кубической формы поглощающий свет, относительно его, рядом ещё один объект. Мы в звёздной системе, название отсутствует. Звезда древняя, красный карлик, планеты отсутствуют. Только эти два объекта на орбите.

Я сбросил капитану и Варе, информацию.

— Марафон загадок. — пробормотал капитан. — Удаляюсь от куба. Три, два, один.

Корабль начал двигаться, удаляясь от куба, размеры его пока не были видно, так как он закрывал обзор камер, полностью. Капитан, не стал сразу приближаться к этому объекту, решив с начала осмотреться.

— Мусорщиков не видно? — спросил капитан.

— Нет. — ответил я.

— В эфире тишина. — сообщила Вара

Отлетев на приличное расстояние, капитан, развернул корабль, иллюминатором к кубу. Приборы, оценивали его размеры в четырнадцать километров с каждой стороны. Нашим глаза предстал величественный вид внеземного объекта. Абсолютно черный куб, выделялся даже на темноте космоса, и выглядел как провал в никуда.

— Инфракрасный спектр тот же. — сообщила Вара. — Определенно они связаны.

— А второй, тут объект? Так же излучает? — спросил капитан.

— Нет, второй объект, судя по всему, имеет другую природу происхождения. — ответила Вара.

— Значит, нам к нему. — принял решение капитан. — Три, два, один. Старт.

Цикл продлился, наш полет до неизвестного объекта. За это время, поломок благодаря Гудвину и Фаберу, не случилось. Мы все также несли смену, меняя друг друга. Монотонно, шли часы, объект рос в размерах, приобретая различимые черты на радаре.

Когда, до объекта оставалось, чуть меньше тысячи километров, мы заметили его, через иллюминатор.

— Корабль? — удивленно спросила Вара.

— Похоже на то. — капитан пытался приблизить изображение на экране. — Какой-то он…

— Странный? — подсказала Вара.

— Ну да, я понимаю, что он внеземного происхождения, но все равно. — задумчиво сказал капитан.

— Капитан, остановите корабль. — сказал я капитану. — Вас не смущает, что он тут есть, что сюда стремился мусорщик, треугольник и куб? Надо сопоставить, притом всю, информацию.

— Анкей, все уже сопоставлено. — Вара смотрела на экран, говоря спокойно. — В автономном режиме корабль просуществует, поддерживая вас, порядка двух тысяч циклов, после чего система поддержания жизни, износится и выйдет из строя. Еды хватит, на сто пятьдесят циклов. Ферма, по производству питательного вещества, для пищевого синтезатора, просуществует, примерно сорок циклов. Чуть позже, вы сойдете с ума, от голода. Половина из вас, покончит с собой, половина погибнет от голода. Первый сойдет с ума Торэ. Он будет предлагать на обмен, весь свой осмий, лишь бы получить кусок еды. А у меня как раз будет такой кусочек. Так, что капитан, пора делать инвестиции в будущие.

— Вара, я тебя в шлюз выкину! — взревел капитан. — Шутки у тебя идиотские!

— Первая часть, была не шутка. — заметил я. — По сути, так и будут развиваться события на корабле. Получается, у нас нет выбора и времени осторожничать?

— Именно так. — подтвердила Вара.

— Тогда, приближаемся на километр к этому объекту, который по виду корабль. Начал планировать действия капитан. — Осматриваем его и начинаем, все вместе думать.

После сближения с неизвестным кораблем на желаемое расстояние, мы вызвали Гудвина и Фабера. Двое механиков пришли буквально через пару минут, вымазанные новыми пятнами какой-то грязи.

— Ух ты, вот эта махина! — когда увидел корабль, воскликнул Фабер. — Да это же реликт!

— Ага, чинить придется. — проговорил Гудвин. — Вон какая дыра в борту.

В иллюминаторе и на всех экранах, красовался огромный корабль. Сходство с семечкой пропало, он был больше похож на сильно вытянутый эллипсоид. На поверхности которого, зияла большая рваная дыра. Цвет у объекта был фиолетово-серый, какой-то грязный и неоднородный. Поверхность корабля, не несла на себе, каких-либо выступов и была гладкой, без намека на иллюминаторы и сопла двигателей.

— Летим к нему, Кэп! — весело сказал Вара.

— ВНИМАНИЕ, ГОВОРИТ КРЕЙСЕР ЦИВИЛИЗАЦИИ АШИ!

Глава 12. Аши

Динамики корабля, звучали на полную мощность, сотрясая стены.

— БЕРУ УПРАВЛЕНИЕ НА СЕБЯ.

— Чего? — капитан, вслух думал. — Какое на себя? Валим от сюда. Быстро валим!

— Не получится! — Гудвин с напряженным лицом, быстро листал на комлинке, настройки корабля. — Он блокировал управление. Он захватил все!

Мы услышали глухой, несильный удар об пол, как будто, что-то тяжелое упало с небольшой высоты.

— Вара! — закричал Фабер. — Вара!

Вара, лежала на полу, с открытыми глазами и не реагировала на голос Фабера.

— Все теперь точно, долетались. — капитан, ссутулив плечи, вздохнул. — Ждем, радуемся короткому мигу жизни.

Капитан, встав с кресла, подошел к лежащей Варе. Он с заботой поднял и посадил ее, пристегнув ремнями. Она была похожа на куклу, не живую, но очень похожую на человека.

— Гудвин, ты что-нибудь можешь сделать? — с надеждой спросил капитан.

— Нет. — Гудвин не отрывался от комлинка. — Оно или он, переписывает программы корабля! Меняет само ядро!

— Теперь точно, приплыли. — в голосе капитана, сквозило отчаянье.

— Может, пообщаться с ним? — подал голос Фабер.

Капитан, быстро, широкими шагами дошел до кресла и с ходу на него заскочил.

— Говорит, капитан Торэ! Корабль Eos, Солнечной системы, Галактики Млечный путь! Вы напали на научно-исследовательский корабль! Приказываю прекратить преступные действия с вашей стороны! — уверено, чеканя каждое слова, практически прокричал капитан, в эфир.

— ГОВОРИТ КРЕЙСЕР АШИ. ВАС ПОНЯЛ КАПИТАН…

Наш захватчик не успел договорить. Капитан, понял, что инициатива на его стороне и решил развить успех.

— Говори тише, крейсер Аши. Докладывай по форме, но сначала верни в исходное состояние код корабля и робота.

— Выполняю.

Капитан, обернулся к нам, с большими как блюдца глазами, видимо он сам не верил в происходящие.

— Задача выполнена. — сообщил голос крейсера.

Голос корабля Аши, был похож на мужской, глубокий и грубый.

— Спорю, что это искусственный интеллект. — тихо проговорил Гудвин.

— Принимаю, это член экипажа. — также тихо сказал ему Капитан.

— Это искусственный интеллект — проговорила Вара.

Она все также сидела на кресле и смотрела в никуда.

— Это даже не искусственный интеллект, это разум. Разум корабля, забытого и брошенного. — со страхом, после паузы, прошептала Вара.

— Капитан, предлагаю взойти на борт. — сообщил крейсер. — Безопасность гарантирую. Атмосфера изменена на ваш вид.

— Капитан, системы в норме. — шепотом сказал Гудвин. — Можем валить от сюда.

— Да тихо ты. — шикнул на него капитан.

— Крейсер Аши, как вы идентифицировали меня, как капитана? — спросил Торэ.

— Капитан, ваша должность и компетенция подтверждена данными корабля, данными вашего робота. — отчитался крейсер.

Капитан, разговаривая, параллельно вводил команды в комлинк. Eos, двинулся к крейсеру.

— Как мы можем попасть на крейсер? — спросил капитан.

— Будет открыт грузовой шлюз, сейчас я его обозначил у вас на экране. — сообщим крейсер Аши

— Откуда ты знаешь наш язык. — не выдержав обмен любезностями между капитаном и крейсером, влез в разговор Гудвин и на одном дыхании спросил. — Кто такие Аши, и кто тебе дырку в боку проделал?

— Субъект Гудвин, в запросе отказано. Ваш статус не известен. — сообщил крейсер.

— Ответь мне, на эти вопросы. — сказал капитан.

— На моей борту, капитан. — показалось что крейсер ответил, как будто вздыхая с сожалением.

— Конец связи, крейсер Аши. Летим к вам. — сказал капитан.

В ответ крейсер ничего не сказал. Вара, наконец пришла в себя и сейчас, нервно ходила из одного конца рубки в другой. Гудвин с Фабером, о чем-то негромко спорили. Я размышлял об ситуации.

Крейсер Аши, взломал корабль и взял его под контроль. Это реально и в принципе можно быстро сделать. Но, что бы он взломал Вару и начал, я так понимаю, ее тоже переписывать. Это был перебор. Да, стоит думать, что этому крейсеру не одна сотня лет, а может и тысячи, и он совершенно по другой технологии построен. Но разрыв технологий на лицо. Ситуация, мне показалась, какой-то, искусственной. С начало громкие приказы, потом резкое подчинением капитану, якобы под предлогом его идентификации. Он был другим разумом, не только чуждым в технологическом смысле, но и в том, что его создавали не люди, другие разумные. Что могло быть у них в головах? Может его создатели были фанатиками религиозных культов или же помешанные на экологии пацифисты? Или же прогрессивные каннибалы, с культом о переходе сил съевшему? Но что бы так, быстро нас изучить и общаться, понятно и в рамках нашей цивилизации, это было нереально.

Тем временем, под шепот Фабера с Гудвиным, шагами Вары туда-сюда и громким сопением капитана, мы приблизились к громаде крейсера Аши.

В иллюминатор была видна гладкая обшивка крейсера, без единого шва, просто гладкая поверхность.

— Капитан, прошу передать управление кораблем мне, для безопасности. — раздался голос крейсера.

— Каким образом? — спросил капитан.

— Подтвердите согласие на передачу управления кораблем. — объяснил крейсер.

— Подтверждаю. — сказал капитан.

Наш корабль, стал смещаться чуть правей и замер. В борту крейсера, перед иллюминатором, стала как будто исчезать или истончаться часть обшивки. Сформировался, а вернее появился, достаточный, что бы прошел наш корабль, проем. Что находилось в нем, скрывала темнота.

— Вы видели? — изумлённо, спросил Фабер?

— Да, тихо ты! — одернул его капитан.

Тем временем, наш корабль погрузился в темноту крейсера, которая поглотила его. Тьма, резко сменилась ярким светом. Открылся вид, на большой отсек, в который могло поместиться, не меньше десятка, таких как наш корабля. Архитектура помещения, была строгая, слегка угловатая. Стены имели бледно голубой цвет, пол и потолок были серыми.

— Капитан, управление корабля, у вас. Выходите, вас встретит проводник.

Мы, отстегнулись от кресел, стали собираться на выход. Капитан к шлюзу шел первый, за ним, задумчиво шагала Вара, Гудвин и Фабер. Я замыкал эту, молчаливую процессию.

Когда шлюз открылся, нас встретил стерильный воздух корабля, слегка прохладный. Проводник, в виде парящего над полом, додекаэдра, черного цвета, похожий на угловатый шар, коротко сказал.

— Следуйте за мной.

Над ним сформировалась голографическая стрелка жёлтого цвета, указывая направление, на виднеющийся проем, с рябящим, синим свечением.

Капитан переглянулись с Варой, но та, только пожала плечами, и мы двинулись за проводником.

Дойдя до проема, наш проводник остановился и стал говорить, сопровождая, над собой проекцией, слова его рассказа.

— Учитывая уровень развития вашей цивилизации, мы будем пояснять вам некоторые технические моменты. Вы же не торопитесь капитан?

— Нет, не торопимся. — ответил капитан. — С удовольствие вас выслушаем.

Над проводником появилось незнакомое лицо девушки и улыбнувшись пропало. Видимо, это было обозначение эмоций, нашего проводника.

— Я буду стараться подобрать, оптимальные слова, для перевода с языка Аши. Некоторые названия, языка Аши, на ваш язык не переводятся. — над проводником, появилось картинка с какими-то каракулями, после чего, ее перечеркнула красная линия. — Поэтому, заменители их, будут предельно близки по значению. Перед вами стандартный силовой шлюз, с автономной энергетической установкой. Назначение шлюза — ограничение допуска, герметизация. Преодолеть без допуска, такой шлюз, невозможно. Шлюз управляется автоматически, если индивид соответствует допуску. У вас капитан, допуск есть от всех шлюзов.

Мерцание шлюза исчезло, открыв нам вид на широкий, в тех же тонах коридор, в дальнем конце которого, виднелся точно такой же шлюз.

Шар летел, чуть медленнее скорости спокойного шага человека. Прогулка или экскурсия, была размеренной и неторопливой.

— Сейчас мы проходим, в основное ядро крейсера. Чтобы вы понимали, объясню. Крейсер — это ядро, самостоятельный межзвездный корабль, способный нести на себе до трёх слоев. Слои — это дополнительные элементы корабля, начиная от корабельных палуб, заканчивая установками по уничтожению газовых гигантов. Аши имеет на себе, три слоя Корабельную палубу, это то, на что ваш корабль приземлился. Она выступает, также активной защитой и маскировкой. Второй слой, к которому мы направляемся, это жилые комплексы экипажа. Первый слой — биоорганическая ферма замкнутого цикла, для обеспечения потребности второго слоя. Порядковый номер слоев, начинается от ядра корабля. — дойдя до шлюза, шар остановился. — Капитан, пройдите первый, для демонстрации работы шлюза.

Капитан обошел шар и стал приближаться к шлюзу, неуверенно озираясь по сторонам. Не доходя шага, синий полог истаял, пропуская капитана.

Не дожидаясь команды шара, Вара и мы за ней, обойдя его, двинулись за капитаном.

— Дополнительная информация, по шлюзу. Он закрывается автоматически. — сказал шар, обгоняя нас и капитана.

Мы стояли в огромном помещении с ярким потолком, излучающим свет. Перед нами в три этажа, располагались множество зданий, тянувшихся вправо и лево. Цвет у них был, на пару тонов темнее чем стены коридора, почти синего цвета. На их фасаде, тянулись широкие балконы, за которыми виднелись окна.

— Перед вами, второй слой Аши — жилой модуль. — вещал шар, смещаясь в левую сторону и показывающий голограмму призывно махающей руки. — Пройдёмте сюда. Жилой модуль состоит из секторов, сектора состоят из таких вот домов. Дома стандартные, вместимость десять индивидуумов, если считать ваш вид.

Наш экипаж Eos, был подавлен видом этой громады, технологиями и осознанием недоразвитости своего вида. Аши был грандиозен и идеален. И пустой.

Мы двинулись между двух домов, по узкому проходу. Пройдя его, мы оказались перед огромной стеной, также уходящей в разные стороны. На одинаковом расстоянии на ней располагались шлюзы.

— Принцип построения слоев, это опоясывание корабля ими. Можно пойти в одном направлении и вернуться в исходную точку. Правда это будет долго и не логично. Сейчас мы находимся на среднем ярусе. Всего, в каждом слое три яруса. — шар повел нас, в точно такой же переход между слоями, которым мы проходили в жилой комплекс.

Первый отошел от молчаливого изумления Гудвин.

— Какой тип генератора, вырабатывает напряжение для всех слоев и ядра? — спросил Гудвин.

— В доступе отказано индивид Гудвин. — не снижая своей скорости, сообщил шар.

— Кэп, ну спроси у него! — Гудвин как ребенок, стал упрашивать капитана. — Ну пожалуйста!

— Ответь на вопрос, заданный Гудвином. — обратился он к проводнику.

— Отвечаю. Крейсер использует, установленную энергетическую установку z3fsst53fhuy42sk97g, основанную на принципе 6tdfy5rdgu54rfyy7546. На текущий момент, запас мощности энергетической установки, составляет девяносто девять процентов. Агрегат не поддается износу и служит вечно, до физического разрушения.

— Что за цифры и буквы в названии и принципе действия? — спросил капитан.

— Это обозначения, того, что на ваш язык не переводится, в связи с отсутствием в вашей науке, определенных понятий и знаний. — сообщил наш спутник.

Очередной шлюз открылся, и мы увидели биоорганическая ферму. Не высокий потолок, все белое от потолка, до стен. За место домов, таких же размеров, стоят резервуары.

— Первый слой Аши. Биоорганическая ферма. Целью ее является, синтез микроорганизмов, безопасных для конечного потребителя. Переработка в сырье. Запуск возможен, частично, под потребности экипажа.

Мы пошли дальше, мимо высоких и белых ёмкостей.

— Приближаемся к ядру Аши, а точней к изначальному крейсеру Аши.

Все было стандартно, стена и шлюзы.

Преодолев в тишине шлюз, мы оказались в таком же как прежде шлюзе, за исключением одного. В дали, нас ожидал не синий цвет, а красный.

— Почему шлюз красный? — спросил капитан.

— Цветовое обозначение особой зоны и обозначение присутствия активной защиты шлюза. На всех шлюзах ядра Аши, находятся установки расщепления.

— Что за установки? — автоматически спросил я.

— В доступе отказано. — услышал я в ответ. — Я вас покидаю. Капитан Торэ, чтобы пропустить в ядро Аши, ваших спутников, оставайтесь возле открытого шлюза. Иначе их не станет, когда шлюз закроется.

Я вздрогнул, от будничного рассуждения и совета нашего проводника.

— Спасибо. — сказал капитан, подходя к красному свечению шлюза.

Шар, улетел в обратном направлении.

— Пойдёмте, получим ответы. — капитан шагнул к шлюзу, остановился пропуская нас.

Ядро крейсера, а если по земному, просто крейсер без навесок, был более компактен. Коридор, после шлюза, был не таким широким и высоким. Места, хватало лишь для того, чтобы с трудом разошлись два человека. Вдоль стен, практически везде, на уровне пояса, были прикреплены круглые трубы. Возможно, выполняли они функцию поручней. Освещение, было на порядок ярче, но не утомляло глаз.

— Капитан, проходите по коридору, на перекрестке, к правому шлюзу. — раздался голос крейсера.

Дойдя до обозначенного места, мы вошли в помещение.

По всей видимости, помещение являлось рубкой корабля. По середине, стоял круглый стол, практически монолитный, серый. Вокруг него, стояли кресла, напоминающие срезанные наискосок, от вершины к низу, шары. Мягкое освещение, лилось с потолка. Стены, в отличие от коридора, имели зеленоватый оттенок.

Но самое интересное, сидело во главе стола, на противоположной стороне от входа, кресле.

Это было тело, судя по всему, высохшее за долгие годы, существа. Длинные тонкие руки, лежащие на столе, имели три, острых продолговатых отростка, заканчивающихся острыми темными наростами. Руки тянулись к столу, из широкой груди смотрела уродливая голова. Уродливая на людской взгляд. Маленький рот, застыл в оскаленной улыбки, обнажившей мелкие и острые зубы. На месте, где должен располагаться нос, зияло четыре несимметричных отверстия. Глаза были большие, полностью черные и смотрели мертвым взглядом на нас. Лоб высокий, морщинистый. Что касается цвета кожи, то она была бледно фиолетовой и усыпанной мелкими черными точками. Волосы на этом существе, отсутствовали.

— Ааааааа, что это. — закричал капитан, увидев за столом, сидящие тело.

При взгляде на существо, я также невольно вздрогнул.

— Труп это. — сказала Вара, осматриваясь по сторонам.

— Капитан, перед вами я. — прозвучал голос крейсера Аши.

— Где? — капитан, явно не понимал.

— Перед вами. — терпеливо объяснял крейсер.

— Передо мной стул. — констатируя очевидные факты, сказал капитан.

— За стулом. — подсказал крейсер.

— Стол. — ответил капитан.

— А за столом? — торжественно сказал крейсер.

— Обычно едят, бывает, что и пишут, а также читают. — блеснул знаниями капитан.

— И за что я наказан и главное кем? — вздохнул крейсер. — Сразу видно, представителя развитой цивилизации. Капитан, перед вами, мой труп, в кресле. С начало кресло, потом стол, прямо напротив вас.

Крейсер разочаровался в капитане и поставил под сомнение его когнитивную функцию. Капитан, поняв, что сглупил, обиженно сопел.

— Ну и что? — спросил он.

— Убрать надо и в космос, с почестями на челноке, в даль отправить. — сказал крейсер.

— Кэп, соберись. — сказала Вара, негромко. — По порядку, начните.

Я, Гудвин, Фабер, стояли и пытались не дышать. Технари, наверное, также поняли, что крейсер воспринимает только капитана, а мы, так балласт. Вара, была не в счёт, как не крути, она машина.

— Так. — в голос капитана, добавилась уверенность. — Сначала с вопросов. Задаю вопрос, от тебя получаю ответ. Ясно?

— Да, капитан. — ответил крейсер.

— Как твоё имя?

— Аши. Крейсер построен в честь меня и для меня.

— И в кресле ты? Как это, объясни. — спросил капитан.

— Я воспользовался последним правом на месть.

— Подробней. — велел капитан.

— Последние право на месть, это ритуал. Ритуал, при котором и только, возможно перенести разум в… — крейсер сбился с доклада. — У вас нет таких устройств, отдаленно и косвенно похожие, это примерно, как ваш допотопный робот.

— Сам ты допотопный, динозавр с пробитой шкурой! — у Вары, видимо сдали нервы, и она продолжила кричать. — Да ты старше меня на тысячелетия! Сам ты робот, недод…

— Ну как тихо! — рявкнул капитан, оборвав ее слова.

— Месть к кому? — продолжил задавать вопросы капитан. — И за что?

— Месть, за гибель моей цивилизации. Одна раса, на ваш язык, их название не переводится, уничтожила мою. При том, банально и просто, применив биологическое оружие.

— И это развитая цивилизация, от виру… — Вара, не договорила, Гудвин, зажал ей рот рукой.

— Где твой враг? — капитан, очень недобро смотрел на Вару, с зажатым ртом.

— Уничтожен. — лаконично ответил крейсер.

— Подробней. — потребовал капитан.

— Я применил по мирам противника, уже созданное мной, свое биологическое оружие, с той лишь разницей, что чуть-чуть подождал. Через тысячу лет. Цель почти была достигнута. На тот момент, оставался один корабль врага, выше классом, чем я. Тут состоялось последние сражение, в результате которого, аннигиляция уничтожила корабль противника, а мне повредила частично двигатель.

— Ты полноценная личность или что-то другое? — не отставал капитан.

Пока он мучал вопросами крейсер, мы расселись. Расселись подальше от трупа Аши.

— Я управляющий крейсером Аши. Личность сохранилась, в рамках ритуала. — уклончиво ответил крейсер, что не скрылось от капитана.

— Что входит в личность, в рамках ритуала. — взяв след нужных вопросов, спросил капитан.

— Все, кроме свободы принятия глобальных решений. — грустно сообщил крейсер.

— Как это понять? — спросил капитан.

— Капитан! — голос крейсера, стал раздражительным. — Ну не тупи ты, а! Мне тебя охота, убить за твою не сообразительность, а нельзя! Я хочу улететь от сюда, а нельзя и неважно, что не могу! Некоторые вопросы, я не в праве решать! Запреты, директивы, правила, приказы, они мной выполняются сто процентов. Я остался как бы собой, но без права решать, без воли на вашем языке. Древние человечки!

— Сам такой! — Гудвин, дернулся из-за стола, но был перехвачен Варой, которая также как и он ей, зажала ему рот. — Деген… Косми…

— Сам ты дегене… — начал крейсер.

— Стоп! Приказа, говорить с командой, не было! — стукнул по столу капитан. — И команде в том числе!

Я его даже зауважал после этого.

— Он первый, начал. — наябедничал крейсер на Гудвина.

— Другими словами, ты теперь обязан исполнять волю любого капитана? — спросил Торэ.

— Так и не совсем, так. Последние право на месть, автоматически сделало бы меня частью корабля, готового служить экипажу. Изначально, предписывалось что, при потере экипажа, любой мой биологический родственник, у вас они называются дети, брал на себя ответственность за корабль, в том числе и его управление. Из-за того, что я, на тот момент, был последним представителем своего вида, мной была переписана основная составляющая, требований к капитану. Она звучит, «любой капитан космического корабля, нашедшего крейсер Аши, автоматически становится полноценным хозяином, его».

— Пафосно, как-то звучит. — заметил капитан.

— Капитан, я старался. — не поняв сарказма, гордо ответил крейсер.

— Так, с этим понятно. — задумчиво протянул капитан. — Почему дыра в корабле? Ооооо! А тебе не попадались, корабли, увешанные железками и общающиеся нулями и единицами?

— По порядку капитан. Для ремонта повреждений, недостаточно материала, в том числе, задача считается нецелесообразной. Да и команды никто не давал. — отрапортовал крейсер. — Что касается описанных вами кораблей. Это автоматизированные ремонтные корабли моего противника, неопасны. На текущий момент, пытаются отремонтировать их, а верней собрать из обломков свой корабль носитель. Он располагался в недрах уничтоженного мной противника.

— Как у них успехи? — заинтересованно спросил капитан.

— Молодцы, стараются. — по тёплому ответил крейсер.

Мы, если честно, уже устали слушать этот диалог и я решил спросить.

— Капитан, можно до нашего корабля дойти?

— Тебе зачем? — спросил Торэ.

— Устал, перенапрягся, есть хочу, нужда. — скороговоркой проговорил я.

— Мне бы тоже. — подключился Фабер.

— Я с ними! — воскликнул Гудвин, во время диалога и капитана, чуть ли не клевавший носом стол.

— Аши, они могут уйти на корабль? — спросил Торэ.

— Нет. — ответил крейсер. — Они не состоят в составе экипажа и не имеют доступа к самостоятельному передвижению.

— Так выдай им доступ. — сказал капитан.

— Зачем? — не понял Аши.

— Это приииииикаааааз. — нараспев, протянул капитан.

— Выпоооолняяяюююю! — передразнил его крейсер.

— Мдя, тот ещё фрукт, походу. — сказал Фабер.

— Индивиды Анкей, Фабер, Гудвин и робот Вара! Вам установлен статус членов крейсера Аши. В течение одного цикла корабельного времени, вам будет назначена должность. — сообщил нам Аши. — Уровень доступа ограниченный. Можете уходить.

— Аши, почему ограниченный? — спросил капитан.

— Позже. — многозначительно ответил крейсер.

Мы, не дожидаясь начала следующих вопросов, быстрей покинули посещение. Аши, нам не выделил проводника, видимо посчитав, что членам крейсера он не нужен.

— Какие мысли, мальчики? — спросила Вара.

— Я хочу только спать. — не поддержав ее задора, сообщил я.

— Аналогично. — сообщил Гудвин. — Даже говорить лень.

— Присоединяюсь к двум первым ораторам. — сказал Фабер.

— Какие вы скучные! — обиделась Вара, и больше не приставала с попытками завести разговор.

В тишине, под звуки шагов, мы дошли до нашего корабля.

— А всё-таки, что это за треугольник и… — Гудвин, не договорил, махнул рукой. — Лучше посплю, с ног валюсь. Меня не будить.

Мы, зайдя в корабль, разошлись по своим каютам. Коснувшись головой кровати, я моментально уснул. Снился мне очередной ужастик. За мной, пытаясь догнать, бегал труп Аши с пробирками в руках и кричал.

— Пей, ну пей же!

Глава 13. Наследник павшего героя.

Не знаю сколько прошло времени, но спать не хотелось. Умывшись и приведя себя в порядок, я побрел в кают-компанию. Зайдя в неё, я застал в полном составе, нашу команду.

— Наконец-то проснулся. — пробурчал капитан.— Не прошло и года.

— Привет все. — поздоровался я.

— Теперь можно начинать, Кэп. — сказала Вара.

— Специально без тебя не начинал. — посмотрев на меня, сказал капитан. — В общем, когда вы ушли, у нас состоялся с крейсером, а проще его называть Аши, очень интересный разговор. Он признал во мне высококвалифицированного и незаменимого…

— Кэп, давай без рекламы, в ней всегда одно вранье. — перебил его Гудвин.

— Умеешь поднять самооценку. — сказал, вздохнув капитан. — В общем, крейсер мой, он это признал. Без всяких подводных камней. Это хорошая новость. А теперь плохое. Куб, возле которого мы появились, если перевести на наш язык, устройством сворачивания метрики пространства. Его создала древняя раса, которую даже соплеменники Аши не застали, а они, по его словам, являются самой древнейшей известной расой. Так вот, это устройство может переместить корабль, чуть больше нашего. Крейсер, туда не пройдет. Но даже если мы вернемся на Eos, путь к Луман 16, займет у нас годы. Это ремонтные-боты могут довольно-таки быстро домчаться. Но поймать их не выйдет, а нам в тот раз просто повезло. И кстати, он смоделировал самые вероятные варианты развития событий, и они все крайне негативны. Вернуться назад, задача выполнимая, но одновременно для нас, не реальная. Это была плохая новость под номером один.

— Да в принципе, ничего плохого. Что нам делать в солнечной системе? Сидеть на Миранде, делая распродажу изобретений профессора? — сказал Гудвин.

— Перспектива не лучшая — высказался Фабер. — Кэп, возвращаться, не вариант. Там мы живем в пещере, там темно и сыро.

— Да я это и сам все понимаю. Переходим к плохой новости номер два. Аши не на ходу, из-за поломки двигателя. А что бы его сделать, нужно… — капитан выразительно посмотрел на Вару.

— Не отдам! — взревела Вара. — Не проси!

— Спокойно! — осадил ее капитан. — Не сделаем двигатель, будете вдвоем с Аши, сказки рассказывать вечно. Человеки, знаешь ли, долго не живут. Подумай и пока помолчи. Вара правильно меня поняла, для восстановления двигателя нужен осмий. Аши, знает о количестве его, у Вары, и заявляет, что нужно всего двенадцать процентов, от ее запаса.

— Всего-то? — недоверчиво спросила Вара.— Не обманываешь, бедную девушку?

— Да помолчи ты, пока помолчи. Дай рассказать, сама этот вопрос с ним решишь, он настаивал на обмене с тобой, чтобы компенсировать потери. — при этих словах Вара, заулыбалась и расслабилась, поняв, что опасность миновала, а потери будут низкими. — Ремонт двигателя, не займет много времени. Плохая новость номер три. Планеты проживания вида Аши и его врагов, для нас закрыты, из-за биологического оружия, еще, как он сказал, на два века. Так, что поживиться новыми знаниями не получится. Очередная плохая новость, мы не знаем, что нам делать. Крейсер, может обеспечить нас всем, до самой нашей смерти. Но, цитирую Аши: сидеть на месте, удел стариков и глупцов, старику уже некуда идти, а глупец не знает куда.

— Красиво сказал. — с уважением заметил Фабер. — Глубоко.

— Ещё один эстет. — капитан, продолжил. — Есть ещё один момент, который связан с Аши. Он, который был в теле, очень долго вынашивал и грезил местью к своим врагам. В конечном итоге, после его цифровизации, назовем это так, появился один интересный протокол. Он очень сильно бы повлиял, на возвращение обратно на Миранду. В его матрице сознания, жёстко, на равные с местью, прописан, поиск остатков древних. Под остатками он подразумевал, технологии, в том числе оружие.

Форэ, замолчал, наливая себе кофе. Получается, подумал я, что если с первой своей задачей Аши, справился и она имела конечную цель, то со второй не справится никогда. Нет обозначенного условия. Поиск артефакта древних.

— Действие, стремящиеся к бесконечности. — сказала Вара. — А почему, помешало бы возвращению?

— Потому, что есть обозначенная зона поиска и это, не наш Млечный путь, а другая галактика. Цель Мессир 51а. Если крейсер будет двигаться в другом направлении, то через время, минуя Аши, подпрограммы выведут его в точку, начала движения. Обратно, откуда началось отклонение от маршрута. Это как напоминание, если бы он вдруг забыл о своей мести.

— Однако. — сказал Гудвин. — Получается, если хотим на Миранду, то только на Eos и годы полета обеспечены.

— Получается так. — согласился, капитан. — Но и это ещё не всё. Для начала поиска, крейсеру нужен не только ремонт двигателей. Но и ремонт третьего слоя. Аши, сказал, что его можно сбросить, но будет потерян объем, что он очень не хотел бы, да и я.

— И зачем нам объем? — спросил Фабер.

— Объем в его понимание, более конкретное значение. — объяснил, капитан. — В третьем слое, хранится дополнительное оборудование, блоки, роботы, наш корабль. Вот это, он называет объемом. Ещё третий слой, это активная защита, от всего. У второго слоя, она имеется, но слабее. Слабее в рамках его науки, в рамках нашей, это недостижимый уровень.

— Вообще, не проблема, подчиним. — сказал Фабер.

— В заключении, нам ещё надо будет распределить должности навигатора, техника, помощника капитана. С этим проблем нет. Жду ваших комментариев.

Капитан откинулся на спинку и смотрел на нас.

— Да такой шанс раз на всю жизнь, выпадает. Я в деле. — сказал Гудвин.

— Аналогично. — согласился я.

— Я тоже. — ответил Фабер.

— А что мне за это будет. — спросила Вара.

Капитан закрыл лицо рукой и смотря на Вару сквозь пальцы, крикнул.

— Аши!

— Да, капитан? — раздался голос крейсера.

— Я все поняла! Конечно, как вы без меня будете? Я не имею морального права, вас оставлять! Пропадет без меня. — очень быстро, проговорила Вара.

— Ни чего себе. — смеялся Гудвин. — Вот эта способность убеждать.

Засмеялись все кроме Вары.

Мы ещё долго сидели и обсуждали ситуацию, наше везение и дальнейшие планы. Устав, мы по привычки побрели на Eos, в нашу маленькую частицу дома по имени Земля.

Крейсер Аши, замерший на одном месте и простоявший многие века, ждал.

Глава 14. Выбор пути.

— ДОБРОЕ УТРО, ВЬЕТНАМ!!! С ВАМИ ВАШ РАДИОВЕДУЩИЙ АШИ! СЕГОДНЯ ДВЕСТИ ТЫСЯЧ ЧЕТЫРЕСТА ПЕРВЫЙ ГОД, ВТОРОГО ЦИКЛА, ДЕСЯТОГО ДНЯ! СЕГОДНЯ НАМ ПРЕДСТОИТ…

Меня подбросило на кровати, от крика Аши на полной мощности, через нашу систему оповещения Eos.

— К НОВОСТЯМ! С НАЧАЛОМ ЦИКЛА, ПОЯВИЛОСЬ И УЛЕТЕЛО В ДАЛЬ, ДЕСЯТЬ МЕТЕОРИТОВ И ОДИН КОРАБЛЬ МУСОРЩИКОВ.

Я попытался встать, но из-за спешки и криков этого веселого радиоведущего, не удержав равновесия, упал в проходе.

— И ВОТ ЕГО КОЛЛЕГИ, СЕРВИСНЫЕ ДРОИДЫ ПЫТАЛИСЬ ВСЕ ВРЕМЯ, ЕГО ВЫТАЩИТЬ…

Я уже практически оглох, барабанные перепонки отказывались воспринимать такую громкость. Встав с пола, я заткнул пальцами уши. Стало терпимо, голос звучал чуть выше крика.

— С вами был Аши, до встречи в эфире! Пока!

Недоверчиво, вытащив пальцы из ушей, я прислушался. В коридоре, намного тише, орал капитан Торэ.

— Идиотская, п — п — просроченная к — к — консерва! — бесновался Торэ.

Я открыл дверь и увидел, что вся команда стоит в проходе между кают. Фабер, открывал и закрывал рот, то вытягивая, то наоборот втягивая шею. Гудвин, засунув палец в правое ухо, тряс рукой. Торэ, самозабвенно кричал, иногда заикаясь. Вара стояла, невозмутимо взирая на все это.

— Гребаная, д — д — деградирующая, дырявое кор — кор — корыто! — начав заикаться на последнем слове Торэ, замолк.

— Доброе утро, всем! — поздоровался я.

— И ты тоже по — по — пошел, на — на — на…! — не договорив, вызверился на меня и других Торэ. — И в — в — вы, тоже с н — н — ним, по — по — пошли!

С бешеным выражением лица, с красными глазами и с большой шишкой по центру лба, Торэ резко развернулся и, по-моему, пошел драться с Аши.

— Три к одному, Кэп будет пинать труп пришельца. — задумчиво проговорила Вара.

— Принимаю, он выкинет его в космос — подключился Гудвин, переставший ковырять пальцем в ушах.

— П — п — поднимаю. — кое-как, заикаясь, выговорил Фабер, махнув рукой и ушел в сторону, где скрылся капитан. — П — п — пойду к реактору.

— Фабера, тоже зацепило. — с улыбкой сказала Вара. — Сыпется команда, ой сыпется.

Я в это время, протиснулся мимо Гудвина. Целью у меня была кают-компания, в который я хотел перекусить и выпить кофе. Оставив Гудвина с Варой, в коридоре, я быстро добрался к своей цели. Барабанные перепонки слегка болели, но боль быстро прошла, и я наслаждался вкуснейшим напитком, смакуя его мелкими глотками. Сидя на стуле и наклонив его, я закинул ноги на стол и балансировал на двух задних ножках. Кружка приятно грела руки.

— ВНИМАНИЕ ЭКИПАЖ!!! НЕШТАТНАЯ СИТУАЦИЯ!!! ТРЕВОГА!!! ВСЕМ В ЗАЛ УПРАВЛЕНИЯ!!!

Испугавшись и дёрнувшись, я не удержал равновесие и завалился на спину, пролив на себя остатки кофе. Я подавился и зашелся в кашле, лежа на полу.

— Идиот, а не древний! — сказал, отряхиваясь я. — Как человеку же вчера говорили.

Подняв стул, я быстро направился в зал управления Аши. По пути, не встретив никого из наших, я перешел на бег. В районе перехода между вторым и первым слоем, я догнал, идущих Гудвина и Фабера.

— Что случилось? — спросил я. — В курсе?

— Н — н — нет, но, п — п — по-моему, я перестал с — с — слышать на одно ухо. — пожаловавшись, ответил Фабер.

— Тебе бы, с длинными фразами надо прекращать. — хохотнул я.

Фабер на это только хмуро посмотрел на меня.

— Я знаю, что надо сделать! — Гудвин, продолжая идти, начал рассказывать свою идею. — Когда вернемся, демонтируем колонки, которые сейчас стоят и заменим их на маленькие. Тогда этот реликт, точно не сможет орать. По крайней мере громче чем капитан.

Добравшись до ядра корабля, мы уже знакомым путем, пошли в зал управления. В зале управления, мы не застали в нем никого.

— А где в — в — все? — спросил Фабер.

— А где труп? — спросил я.

— Гудвин, Анкей, Фабер, срочно помогите мне! — в голосе Аши, была неподдельная тревога, на пределе между паникой и истерикой. — Капитан сошел с ума! Он тащит мое тело!

— Куда тащит? — спросил Гудвин.

— К шлюзу сказал он. — ответил крейсер.

— Веди нас к нему! — приказал Гудвин.

В центре стола стал проявляться робот, точно такой же, какой нас встречал в первый раз. Взлетев, он показал голограмму руки, приглашающею следовать за ним.

— Он ни с того ни с сего, забежал в зал управления, сквернословя и обзываясь, схватил мое тело и потащил. — ябедничал на своего капитана Аши, через робота проводника. — И еще приговаривал «В — в -выкину к чертям в ш — ш — шлюз, п — п — падаль».

Последняя фраза была записью голоса капитана.

— Да я как проснулся, тоже был бы готов помочь капитану с его затеей. Это меня сейчас отпустило, просто. — сказал Гудвин.

Мы прошли перекресток коридоров, и свернули налево. На полу иногда попадался какой-то небольшой мусор.

— Г — г — грязновато тут. — пнув небольшой кусок мусора, сказал Фабер.

— Фабер, попрошу не осквернять мои останки! — робот проводник остановился, над ним проецировался красный восклицательный знак. — Моему телу и так досталось, за это время, больше, чем за всю жизнь!

— И — и — извини. — потупившись ответил Фабер.

Не дойдя до очередного поворота десять метров, дрон ускорился и исчез за ним. Раздался, задорный крик капитана.

— А, вот, т — т — ты где, засранец! — после чего раздался звук, похожий на удар ногой по чему-то твердому.

Из-за угла, по полу выкатился наш проводник и ударился об стенку. После чего он взлетел и полетел к нам.

— Низко летит, видимо к дождю. — заметил Гудвин.

— Помогите! Капитан сошел с ума. — жалобно вещал Аши.

Мы, крадясь дошли до поворота и выглянули из-за него.

Капитан, склонившись над трупом Аши, одевал его в скафандр.

— Ка — ка — капитан! — воскликнул из-за угла Фабер, выдав нас всех. — За — за — зачем ему скафандр?

Торэ отвлекся от своего занятие, обернулся на нас и внимательно посмотрел, пытаясь убедиться издевается ли над ним Фабер или нет. Видимо сделав вывод, что Фабер точно такая же жертва Аши и брат по несчастью, в виде заикания, ответил.

— Не кака, Фабер! А ме — ме — месть! — капитан, скривился и продолжил. — Решил напугать, проверить н — н — нас, негодяй!

— Капитан! Выслушайте меня! — из-за наших спин вылетел проводник. — Пожалуйста послушайте! Я обнаружил в файлах Вары, интересный фильм! Вот в нем, один человек, таким образом рано, с восходом их звезды, будил и поднимал настроение, местному населению! Ну это же традиция вашей земли! Я не сам придумал! Простите, я так больше не буду.

Видимо информация, поведанная капитану, возымела силу над капитаном. Слушая его, лицо начало приобретать все больше спокойный вид. Он перестал возиться со скафандром и медленно встал.

— Так, железяка! Если еще хоть раз п — п — повториться! — он не придумал, что сказать еще, махнув рукой, пошел мимо нас.

За капитаном не отставая летел Аши управляя роботом проводником и нудно ему говорил.

— Капитан, был не прав, но и вы палку, как говорят у вас, перегнули. Что бы забыть это недоразумение, я предлагаю обговорить, что можно, а что нет.

— О — о — отстань от меня, изверг! — капитан начал махать руками, отгоняя Аши.

— Но капитан, у нас столько дел! — не унимался Аши.

— Ты украл у меня с — с — сон и способность нормально г — г — говорить! — поведал ему капитан, продолжая путь. — Отстань!

— Но … — дальше разговор Аши с капитаном, стал не различим.

— Что будем делать? — спросил я.

— Может жилой отсек, то есть слой номер два, осмотрим? — предложил нам Фабер.

— Я с вами, только секунду. — попросил Гудвин. — Ашиииии!

Гудвин кричал, запрокинув голову к потолку, зовя Аши. Через непродолжительное время, все также бесшумно, влетел робот проводник. Робот, был тот которого пнул капитан.

— Что надо? — сообщил робот проводник, он был явно не под управлением Аши и в интонации звучала агрессия.

— Как-то не очень приветливо прозвучало. — проворчал Гудвин.

— Может его пнуть? — спросил меня Фабер.

— Наверное надо для профилактики. — смотря на проводника ответил я. — Чуть слабее только, не как капитан пнул.

Робот стал смещаться от нас.

— Варвары! Спасите! — начал вопить истерично робот. — Хулиганы зрения лишают!

Мы переглянулись, не понимая, что происходит.

— Это, приятель, ты не сломался случайно? — насторожено спросил Гудвин.

— С чего ты взял? — нормальным голосом поинтересовался робот.

— Реакция на раздражитель, сверхбурная. — заметил Фабер. — Не сопоставимая, я бы сказал.

— Нормальная реакция. В ваших хрониках именно так и говорят все. А реакции так есть еще более бурные. — начал оправдываться робот. — Аши поделился со всеми нами, вашими видео записями, жизни людей, начиная с двадцатого века.

— Что за видео, которое ты взял за основу? — спросил я. — Названия хоть есть?

— Ну там, все странно, я даже не уверен… — начал юлить робот. — В общем я не вру.

— Так. Все ясно! Короче, нам нужен ты, мы идем в жилой сектор. — Гудвину надоело слушать этот бред. — Веди нас, робот! Твоя функция служить нам!

— Свободу Анджели Дэвис! — начал митинговать робот и продолжил совсем странно. — Вот, Петька, перебьём всех белых, и построим коммунизм!

— Вперед давай, веди! — Гудвин слегка дал роботу подзатыльник. — В следующий раз, будет пинок от Фабера.

— За мной, лишенцы. — уныло сказал робот и полетел к шлюза.

— Что такое лишенец? — шепотом спросил меня Фабер.

— Да я-то откуда знаю? Может переведенное слово с языка Аши. — предположил я.

Проводник вел нас тем же путем, оптимальным и прямым. С роботом мы больше не говорили, было ощущение, что в его электронных мозгах, что-то нарушилось.

Первым молчание надоело Фаберу.

— Проводник. — позвал он робота, летящего в десяти шагах впереди нас.

— Что тебе белый, проклятый капиталист? — остановившись, с презрением спросил робот.

— Почему капиталист? — спросил Фабер, заикание прошло. — И кем проклятый?

— Ты отстал, ты слаб — стало быть, можно бить и грабить тебя безнаказанно, вот ваш девиз! — если бы у проводника были ноги и руки, он бы мне кажется топнул и после этого полез в драку. — А проклял вас, еще в двадцатом веке, великий товарищ Ленин, в письме Максиму Горькому.

— Я его сейчас ударю! — сказал Гудвин и продолжил. — Слышь, ущербный! У тебя доступ есть к нашим комлинкам?

— Есть. — коротко ответил робот.

— А скинь-ка нам всем, источники информации, которые тебя так вдохновили. Хотим проникнуться идеями. — заговорщицки попросил Гудвин.

— Скинул. — коротко ответил робот. — Почти пришли.

Мы дошли до жилых комплексов. Глазам было слегка не привычно от доминирующего синего цвета построек.

— Перед вами, снова, жилые комплексы. Пройдемте, рассмотрим поближе. — робот повел нас к фасаду здания. — Вход в жилые комплексы свободный, ограничений нет.

Когда проводник приблизился на полметра к фасаду, перед ним открылся проем, размерами достаточный чтобы пройти двум людям рядом. Зайдя под свод проема, нам открылся вид на большой холл. Автоматически включилось освещение, теплого слегка желтоватого свечения. Цвета в холе были точно такими же, как на фасаде. Синий, очень много синего. В чем смысл этой расцветки?

— Проводник, почему все синее? — спросил я.

— Для спокойствия, видите-ли синева она успокаивает не только ваш вид, но и расу товарища Аши. — ответил робот.

— Не слишком много успокоительного? — спросил Фабер.

— Вам в самый раз, психи! — выпалил проводник, резко изменяя тему разговора. — Это, по-вашему, холл. Место, где члены команды могут, верней могли раньше, проводить свободное время в беседах. Выходы из комнат индивидуальные, через холл. Пойдемте за мной, покажу комнату. Достаточно показать одну, просто они все стандартные и создавались так для равноправия.

Робот остановился перед стеной и перед ним открылся проем со ступенями ведущими на верх.

— А где Вара? — между делом спросил я. — Не похоже на нее, пропускать такое.

— Может Аши отключил? — предположил Фабер.

— Вас бы лучше отключил. — проскрипел робот. — Занята она ремонтом, в отличии от вас, тунеядцев!

— Вот и ответ. — сказал я.

Мы поднялись по ступеням на второй этаж, где располагалась, приличных размеров комната, с выходом на небольшой балкон. Комната не имела ничего, просто прямоугольное пространство.

— А где санузел, душ, есть где в этом месте? — спросил Гудвин.

— Все просто. — проводник подлетел к выступающему квадрату на стене. — Вот, это конфигуратор помещения.

Нажав на квадрат, перед ним возникла проекция комнаты, на которой была комната и даже мы. Я помахал рукой, моя проекция в точности повторила движение.

— Жмете сюда, появляется стена, вот так ее перемещать и удлинять. — Робот показывал на проекции, как построить стену. Его манипуляции в точности отражались на реальности. Стена вдруг возникала перед нами, то вдруг двигались.

— Так же можно управлять голосом, тут есть свой искусственный интеллект. Он поможет, просто нужно конкретно объяснить ему желаемое. Но в вашем случае, лучше молчать. — последнюю фразу, наш проводник практически прошептал.

— А как насчет приборов, ну если нужна будет определенная вещь для приготовления пищи? — спросил я.

— Объясняете искусственному интеллекту, он предлагает вариации, составленные по вашему описанию, корректируете, уточняете. — сухо сообщил робот. — Пойдемте на выход.

Выйдя из здания, проводник, не прощаясь покинул нас.

— Тяжелая у капитана нога, видите, как обиделся. — протянул Гудвин. — Делать пока нечего, капитану по ходу дела не до нас, более чем уверен он сейчас спит. Предлагаю ознакомится с тем, что сникнул на комлинки, этот робот. Возможно, найдем ответы, что их так вдохновило, на такую смену поведения.

— Пойдемте. — согласился я.

— Я за. — поддержал Гудвина Фабер.

Коридоры, шлюзы, повороты. Путь становился обыкновенной и не интересной рутиной. Дойдя до Eos, мы разбрелись по своим каютам, читать информацию, которую скинул робот.

Зайдя в каюту, я взял комлинк и удобней устроился в спальнике.

Я был удивлен объему информации, представленной роботом. В корпорации история была, только с конца двадцать первого века, до этого периода были только разрозненные куски. Ту же был информация двадцатого века, подробная и объемная. Начиная с 1905 года. Решив, что я не хочу становится историком, знаете ли, в текущих реалиях, не востребованная профессия, я поставил задачу сделать короткую выжимку нейросети комлинка. Комлинк, по началу, жаловался на объемы информации, ссылаясь на нехватку вычислительных мощностей, но потом все же с трудом, но переварил ее. Я стал читать короткий текст.

XX век для России ознаменовался революциями, войнами и масштабными преобразованиями. Начался эпохой перемен — революции 1905 и Великой Октябрьской социалистической революции 1917 года, приведшими к власти большевиков. Гражданская война, голод, репрессии, индустриализация стали ключевыми чертами первых десятилетий советской власти.

Следующим этапом стала Великая Отечественная война (1941—1945) — величайшая трагедия и победа советского народа над фашизмом. После войны СССР восстановился и вступил в период холодной войны, гонку вооружений и технологический прогресс, включая запуск первого спутника и полет Гагарина в космос.

Последняя треть века отмечена разрядкой международной напряжённости, перестройкой Горбачева и распадом Советского Союза в 1991-м. Россия вступила в новую эпоху экономических реформ, рыночных преобразований и становления демократических институтов, пройдя путь от хаоса девяностых годов до относительной стабилизации нулевых.

Прочитав эту выжимку, становилось ни на каплю ясней. Кто такие большевики? А СССР? В общем, углубившись в познание, недостающих данных, я стал изучать забытую историю. Как я понял коммунизм, был в этот период доминантным на территории под названием СССР. Я не заметил, что меня увлекло, описываемое время, героизм людей. Я читал, не отвлекаясь минимум два часа, по исходу последнего меня сморил сон.

Глава 15. Цель полета.

Разбудил меня к счастью, не бешеный вопль Аши, который сделал капитана заикой: «Доброе утро, Вьетнам!», а вполне тихий, мелодичный и очень назойливый звук.

— Доброе утро экипаж крейсера Аши. Прошу проследовать в зал управления, это команда капитана. — на грани слышимости раздался голос Аши. — Повторяю, прошу проследовать в зал управления.

Разительные изменения, видимо капитан воспитал древний разум Аши. Приведя себя в порядок, я решил перекусить на скорую руку, ведь на территории крейсера, не было пищевых синтезаторов.

Выйдя из своей каюты, я стал стучать по шлюзу каюты, Фабера.

— Открывай заика! Логопед пришел! — прокричал я, приблизив лицо к шлюзу. — Мы твой д — д — дефект речи и — и — исправим!

Дверь шлюза отъехала и на пороге появился заспанный Фабер, с помятым лицом.

— Ч — ч — что надо логопед? — хмуро спросил он меня.

— Ты объявление Аши не слышал, что ли? — спросил я.

— Какое? — Фабер, опять по привычки начал чесать свой затылок.

— Сбор у нас, в зале управления, сейчас. — сообщил я заспанному Фаберу.

— Я сейчас. — Фабер развернулся и начал надевать комбинезон, который поднял с пола.

В коридор вышел Гудвин.

— Проснулись? — притискиваясь мимо меня, спросил он.

— Угу. — промычал я.

— Я готов, пошли. П — п — привет Гудвин. А где Вара? — выйдя спросил Фабер.

— Не знаю. — ответил Гудвин. — Опять какую-то пакость делает.

— По любому! — поддержал Фабер.

— Ну не знаю. — ответил я.

Под этот разговор, мы вышли из нашего корабля в недра ангара крейсера Аши и застыли. По ангару корабля, сновали туда-сюда, большое количество роботов разного типа.

Стены помещения, где стоял корабль, уже наполовину были окрашены в бледно зеленый цвет.

— Краска у них хорошая. — сказал Гудвин. — Даже не пахнет.

— Капитан, что ли приказал? — спросил Фабер.

— Сейчас узнаем, как дойдем. — ответил я.

На всем пути, было одно и тоже. Сотни роботов, занимались перекраской недр крейсера. Внешний слой, где стоял корабль, приобретал бледно зеленый цвет, второй слой, где располагались жилые модули, был практически перекрашен в практически белый цвет, первый слой биофермы, стал зеленым.

Войдя в зал управления, мы увидели капитана.

— Что смотрите? — спросил нас капитан, одетый в похожий на военную форму оливкового цвета, костюм. — Наша будущая форма!

Он встал из-за стола, и стал вертеться раскинув руки в стороны.

— Практически точная копия, военной одежды середины двадцатого века! — поведал нам капитан. — Всю ночь с Аши спорили, нужна или нет. Но так как мы первые представители и единственные в этой области космоса, нам и диктовать моду!

— Приветствую, экипаж! — поздоровался Аши. — Я вижу понравилась форма?

— А как бы и нам, такую получить? — спросил Гудвин.

— И — и — и мне! — заикаясь, попытался быстро сказать Фабер.

— Будет всем, не переживайте. — сказал Торэ.

В зал управления влетел проводник, которого пинал капитан вчера, наш гид по кораблю со странными идеями в электронных мозгах.

— Здравствуйте, товарищи! — над ним вращалась проекция странного предмета и молотка.

— А вот и наша системная ошибка, пожаловала! — воскликнул Аши. — Робот скройся, как говорят человеки, от греха подальше. А то, мне тебя придется отключить, совсем.

— Коммунизм восторжествует! — гордо проговорил робот, покинув помещение.

— Наши идеи, заразны! — смеялся капитан.

— И смешно и несмешно, капитан. — сказал Аши. — После распространения информации, добытой из вашего робота, почти один процент искусственных интеллектов, прониклись политическими идеями. Это можно классифицировать, как логический вирус, но в принципе функцию свою они выполняют, остальное не важно.

— И это развитая и древнейшая раса? — повернувшись к нам, спросил Гудвин. — Логика, сломала логику.

— Товарищ, Гудвин! — начал было Аши, но сбился. — Тьфу ты, а ведь так складно на вашем языке звучит. Товариииищ. Поймите, мы совсем другие, история у нас другая. Даже материнская планета у нас была другой, рядом с пульсаром. И именно он диктовал какими мы в результате получимся. А у вас же, были тепличные условия к эволюции.

— А зачем корабль перекрашивают? — попытался перевести тему разговора, к более реальным темам. — И Вары нет, кстати.

— Это я распорядился. — сказал капитан. — Что бы уютней было. Мы с Аши…

— Не правда! — перебил капитана Аши. — Решение единолично, принято капитаном!

Капитан задыхался от возмущения, сжав кулаки, он спросил осторожно.

— Аши, а ты знаешь, что на капитана стучать нельзя?

— Но это же чистая правда! Вы дали приказ покрасить в определенные вами цвета! — продолжал возмущаться Аши.

— Героический поступок, Аши! Достойный Павлика Морозова! Мы точно скинем гнет, этих гуманоидов! — из-за угла шлюза, донеслись слова робота революционера.

— В итоге, сейчас мы имеем, главный управляющий разум стукача и робота революционера. — вздохнув сказал капитан. — В общем, да, это моя идея. Что касается Вары, то она латает крейсер.

— У нас с ней состоялся продуктивный разговор, и мы пришли к выгодным соглашениям. — пояснил Аши. — До окончания восстановления обшивки, по вашему времени, осталось четыре часа.

— И мы будем готовы к старту? — спросил я.

— Нет. — ответил капитан. — Сначала обшивка, потом двигатель.

— Так мы пошли? — спросил Гудвин?

— Куда? — вопросом на вопрос ответил капитан.

— Чинить двигатели. — сказал Фабер.

— А вы умеете чинить двигатели нашей расы? — удивленно спросил Аши.

— Нет, на месте разберемся. Да, Фабер? — задумчиво проговорил Гудвин.

— Стоп. Стоп. Стоп. — Аши запротестовал. — Не нужна ваша помощь! Все сделает Вара. Вы отдыхайте.

Гудвин с Фабером переглянулись, потом посмотрели на капитана. Капитан, как-то виновато, стал объяснять.

— Там сложно и нужна точность. И маленько там опасно. — проговорил капитан.

— Кэп, давай конкретней. — потребовал Гудвин. — В чем дело?

— Я объясню капитан. — над столом появилась проекция, судя по всему двигателя. — Перед вами двигатель крейсера Аши. В отличие от вашего двигателя, который работает на гравиметрическом эффекте, мой работает по принципу создания вокруг крейсера гравитационной аномалии. Учитывая ваши когнитивные особенности, попытаюсь объяснить проще. Из-за аномально созданной избыточной гравитации, относительно зрителя мы замираем, для нас же время течет в той же скорости.

— Стоп, опять ничего не понятно! — рявкнул капитан. — Еще проще! Как для неандертальцев!

— Слушаюсь капитан! — проекция сменилась на лицо, точь-в-точь похожее на найденное тело Аши. — В общем игра с гравитацией относительно внешнего зрителя и взгляда изнутри. Короче, кроманьонцы, фиг вы в нем разберетесь и толку от вас ноль!

Рядом с лицом Аши, на проекции, появилась его рука и сложила пальцы в каком-то непонятном жесте.

— Во, другое дело! — проворчал капитан.

— А посмотреть нельзя? — спросил Гудвин. — На ремонт, я имею ввиду.

— Нельзя, пострадаете. В той зоне работают роботы, которые приспособленные к пространству превышающему, наше четырехмерное. — объяснил Аши.

— Больше четырех? — спросил я.

— У нас на борту есть библиотека, и вы можете изучить… — начал было Аши, но я его перебил.

— Нет, нет, нет, хватит учебы!

— И что нам делать? — спросил Гудвин у капитана.

— Правильный вопрос! Именно нам! — ответил капитан. — А нам предстоит переезд!

Капитан торжественно обвел нас взглядом и продолжил.

— Занимаем каждый по жилому комплексу, а корабль, Аши маленько модернизирует и улучшит.

— Капитан, не забывайте, что мне для модернизации нужны материалы! — напомнил Аши.

— Аши маленько модернизирует и улучшит корабль, когда найдем материалы. В общем первой нашей точкой прыжка, будет NGC тридцать два сорок два, а если проще, туманность Призрак Юпитера в созвездии Гидра. — уже менее воодушевленно повторил капитан. — А мы тем временем отдохнем, наберемся сил, изучим корабль и опять отдохнем.

— Пусть горит земля под ногами тунеядцев! — опять раздался крик из-за двери, робота революционера.

— Аши, покажи, как выглядели революционеры! — попросил капитан и его интонация не предвещала ничего хорошего.

Аши вывел проекцию древних фотографий, различных людей и стал их медленно менять на новые и новые.

— Кэп, что задул? — спросил Гудвин.

— Стоп, Аши, убирай. Знаешь Гудвин, у нас в летном училище, была забава. Мы брали самых крикливых и делали из них самых молчаливых и заметных.

— Прям реклама, какого-то бизнес-тренинга корпорации. — заметил Фабер.

— Нет, у нас методы были жестче. — многообещающе сказал капитан. — Аши ты можешь его отключить на время?

— Я могу отключить только двигательную функцию, в целом робот самостоятелен и саморазвивающийся. — ответил Аши.

— А ты можешь изготовить для него оболочку, к примеру, как у Вары? — тон капитана из многообещающего превратился в зловещий.

— Да капитан. Предвидя ваш вопрос, сразу отвечу. Материалы есть, срок изготовления оболочки робота десять минут, перенос сознания три минуты, плюс минус минута. Если сделать структуру как ваши тела, то пару часов. Могу сделать копию структуры ваших тел, но менее органическую, но очень похожую на живую и с теми же параметрами, что и у вас. Ну там, боль, запахи, усталость, со всем, что не надо. — ответил Аши.

— Ничего себе! — присвистнул Аши. — Чем же ты будешь делать его?

— Не чем, а где. — ответил Аши. — По-вашему, это будет звучать, как комната создания сложных предметов. Хотя, учитывая ваше, сами знаете, что, лучше называть это принтером материи.

— А сколько еще… — начал Фабер, но Аши его остановил.

— Нисколько! Только одно тело робота. Материалов нет. — отрезал Аши.

У меня все больше и больше копилось вопросов, к Аши. Они были просто другие, не думали, как мы. Мы старались окружить себя, похожими на себя, в то время их совершенные роботы, имели вид функциональных, но в тоже время угловатых роботов.

— Аши отключай его, чтобы потом далеко не искать. Кто-нибудь понимает бред этого робота революционера? — спросил капитан.

— Я как понял, робот вдохновился идеей революции. В общем борьбой простых людей с делением на классы и несправедливостью. Типа как мы, но за права роботов. — скомкано пояснил я.

— Примерно так. — подтвердил Аши. — Но тут бунт, только против вас, меня он в расчет не берет.

— Может его в утиль? — спросил Аши капитан.

— Нельзя, у него функция одна из основных. Он управляет биофермой и ее роботами. — ответил Аши.

— Верни проекцию мужчины в круглых очках, с усами и бородкой. — сказал капитан.

Аши вывел проекцию требуемого человека и стал пояснять.

— Это был один из политических деятелей, в то время известная личность. Умел убеждать и вести за собой массы вашего вида. Заметная фигура в политике, на то время.

— Ну как вам, этот товарищ? — спросил нас капитан.

— Как-то не прикольно. — ответил Гудвин.

— Слишком возвысим мы его, этим жестом. — заметил я.

— Аши, в общем сделай ему тело приближенное к живому, что бы соответствовало духу времени, в которое он влюбился, и вид главное, что бы был не раздражающий. Закончишь с телом, переноси его сознание. И еще, снизь параметры тела до человеческих и слабее нас. На всякий случай.

— Начинаю изготовление. — сообщил Аши. — Параметры ясны. Поправка, время завершения два часа семь минут, по вашему измерению.

— Гудвин, давай синтезаторы пищи сюда принесем? Надоело уже ходить до корабля. — предложил капитан.

— Торэ, да я и сам хотел предложить. Возьмем из трюма, там есть новые. Пойдемте, как раз управимся к моменту рождения человека. — хохотнул Гудвин, произнося последние слова.

— Тогда все в путь. Аши, ты с нами? — спросил капитан.

— Дистанционно, физически буду отсутствовать. — сообщил Аши.

— В путь. — сказал я и мы дружно пошли обратно к кораблю.

— И кстати, сделай тут рядом, какое-нибудь помещение рядом, где мы могли бы принимать пищу. — на ходу сказал капитан.

— Будет выполнено. — отозвался Аши.

Проходя слои крейсера, мы убедились, что работа по покраски корабля уже выполнена. Гудвин с Фабером только вздыхали, поражаясь не токсичности и не вонючести краски. Капитан был доволен, не упуская возможности подколоть своих спутников, по поводу как надо красить и не отравить экипаж.

Дойдя до Eos, мы первый раз за два дня встретили Вару, стоящую возле нашего корабля.

— Привет мальчики! Все бездельничаете, а я за весь экипаж тружусь! — с улыбкой, грозно сказала Вара. — Какие новости, пока я по обшивки ползала?

Мы смотрели на ее изодранный комбинезон, видимо стиль Гудвина передавался через воздух.

— Варочка! Как мы соскучились! — начал было капитан Торэ, раскинув руки и идя на нашего робота. Нашего ли?

— Капитан! На месте стой! — Вара стала отступать, от него. — От меня радиацией фонит в близи, не стоит.

Мы дружно сделали пару шагов назад. Гудвин издал какой-то жалобный звук.

— Да не переживайте, Аши сказал, что процедура очистки от излучения, длится меньше минуты и я снова буду в норме. Вот только сначала надо закончить с ремонтом. — Вара потянулась. — Он вам хоть докладывает, на каком этапе все?

— Да как-то не до этого. — начал оправдываться капитан. — Знаешь ли других важных задач куча, еле справляемся.

Капитан, закончил и обвел нас взглядом. Мы из солидарности с капитаном, покачали головами, подтверждая его слова.

— Робот Вара! — громко раздался по всему отсеку голос Аши. — Никаких дел у них не было, только спят и думают о пище. Даже сейчас идут за ней!

— Опять стукачок проявил себя. — закрыв ладонью лицо и смотря на Вару сквозь пальцы, сказал капитан.

— Инопланетный га… — начал Гудвин, на получив толчок локтем от Фабера, замолчал.

— Я смотрю вы все уставшие, получается. — Вара сузив глаза, не сводила с нас взгляда. — Я там ползаю как паук по обшивки, вы спите?

— Ну кто-то же должен жрать! — пытался неуклюже оправдаться капитан. — Мы человеки без жратвы, того!

— Чего того? — устало спросила Вара и продолжила. — Куда и зачем летим определились? Путь проложили? Возможности крейсера определены? Биоферма, хоть одна запущена? Зачем слои корабля перекрасили?

— Это все в работе! Перекраска была необходима! У нас от этой цветовой гаммы, депрессия началась! — капитан подумал, что нашел выход из ситуации. — У всех, сразу!

Мы поддержали Торэ, не стройным мычанием и кивками.

— В общем так. Я сейчас на обшивку, завершать ремонт. Времени у меня на это уйдет максимум восемь часов. Все что я спросила, к моему приходу, что бы было отработано! — приказным тоном сказала Вара.

— Вообще-то я тут… — начал Торэ, но увидев, что Вара сделала шаг, закончил не так как хотел, свою фразу. — Это тебе и хотел предложить. Так команда, берем то, зачем пришли и выполнять поставленные мной задачи!

Мы быстро зашли в корабль, спустились в трюм. Забрав пару синтезаторов пищи и картриджей к ним, мы отправились обратно.

— Слушайте, мы больше время тратим на хождения, туда-сюда. — сказал Фабер.

— А какая альтернатива? — спросил я.

— Может у Аши средства передвижения попросим сделать? — задумчиво спросил капитан.

— Нет необходимых материалов. — голосом Аши сказал Гудвин. — Откажется нас стукачок, а еще и Варе в не лучшем свете расскажет.

Проходя по слою биофермы, капитан спросил.

— Гудвин, вы возьмёте на себя с Фабером, этот слой?

— Легко. — коротко ответил Гудвин.

Дойдя до зала управления, мы расставили коробки вдоль стены и расселись по креслам, отдыхая.

— Аши, совесть ты наша, что по помещению и телу робота? — спросил Торэ.

— Помещение готово, вход рядом со шлюзом, сейчас обозначу. — сказал Аши, после чего, слева от выхода появилось красная полоска, обозначающая проем.

— Пойдемте, занесем наше барахло. — капитан встал, взял коробку и отправился к обозначенному проходу, мы последовали за ним.

Открывшийся шлюз, скрывал за собой практически точную копию, кают-компании нашего корабля Eos. Прямоугольный стол стоял по центру, рядом стояли стулья. Единственное отличие было в цвете. Стены, пол и потолок, имели бледно-зеленый цвет. Рядом с противоположной стеной стоял стеллаж, явно предназначенный для пищевых синтезаторов.

— Уютно, прямо как у нас и было. — проворчал капитан.

— Я постарался. — похвалил себя Аши. — Холодильник, рядом со стеллажом, открывается при приближении.

Мы расставили все что принесли и запустили программы приготовления пищи. Через несколько минут, довольные, мы поглощали вкусную, но синтетическую пищу.

— Капитан, начинаю перенос сознания робота, по готовности он прибудет к вам. — отчитался Аши.

— Отлично. — проговорил капитан. — Ждем, с нетерпением.

— Кэп, надо было самовар принести, так бы чая попили. — заметил Фабер.

— Отличная идея! — поддержал капитан. — Вот поешь и сходишь, только дрова не забудь, а то пластиком топить его будет неправильно.

Фабер смотрел на капитана угрюмо, понимая, что инициатива, была лишней. В зале управления послышались шаги и на пороге появился робот.

— Что интеллигентики, пока другие вкалывают, вы тут отдыхаете?

Глава 16. Возрождение коммунизма.

Капитан зашелся в кашле, его лицо побагровело, глаза чуть ли не вылезли из глазниц, он пытался ртом хватать воздух, держась двумя руками за край стола. Было от чего так реагировать.

На входе стоял человек, верней оболочка для робота, которую изготовил Аши. Вид у него был, как у бродяги. Кожаная кепка с козырьком, черного цвета, пыталась скрыть длинные космы, немытых светлых волос. Лицо выражало брезгливость, в первую очередь к нам. Маленькие злые глаза смотрели из-за практически незаметного вздернутого носа. Рост, судя по дверному проему, у него был не больше полутора метров. Одетый в рваную серую куртку и черные грязные штаны, невольно хотелось его пожалеть. Если бы не его взгляд.

— Что уставились, убогие? — спросил новый член экипажа. — Никогда не видели голос коммунизма? Ну нечего, нечего!

Капитан к этому времени, уже успел прийти в себя, по новой подавился и начал стучать ладошкой по столу.

— Кэп, ты водички попей. — посоветовал Фабер.

— Кхм, кхм, на кхм, иди юморист. — перебивая свои слова кашлем ответил капитан. — И этого кхм идиота, с собой возьми.

— Ты кто? — прямо спросил Гудвин у вошедшего.

— Голос пролетариата! — с вызовом, вздернув голову ответил робот.

— Аши, отключи его! — кое-как, через кашель, попросил капитан.

— Капитан, тут это… Ну как сказать… Я не могу, теперь. — извиняющимся и виноватым тоном поведал Аши. — Он автономен, но связан главной задачей, за это не переживайте, его зона ответственности не останется без управления.

— Кхм, звать тебя как, голос пролетариата? — прокашлявшись спросил капитан.

— Я сервисный дроид четыре пять … — начал было новый член экипажа, но Торэ его остановил.

— Стоп. У нас не принята маркировка, как у проклятых капиталистов! — громко и пафосно сказал он.

— Вы, стало быть, наши? Родненькие? — лицо робота выражало надежду и радость одновременно. Было такое ощущение, что он вот-вот пустит слезу и кинется капитану на шею.

— Я вчера изучал культуру двадцатого века и был удивлен устройству того времени. Удивительные люди, никаких корпораций, какие-то государства. А главное — люди! — капитан говорил воодушевленно. — Был один такой, самоотверженный, герой, одним словом. Звали его Василий Иванович, да, да, такое двойное имя. И был у него ярый помощник и коммунист Петька. Стало быть, подходящие тебе имя Петька!

Лицо у капитана было хитрое и мстительное. Он явно, быстро сориентировался в ситуации и теперь пытался по полной ее взять в свой оборот.

— Петька? — недоверчиво спросил робот. — Ну я не знаю, как-то не патриотично звучит, не по нашенскому!

Робот стал ерепениться, видимо почувствовав некую фальшь в аргументах капитана.

— Или бомжара, выбирай. По мне ты вылитый бомжара, а по характеру г… ай больно! — Гудвин не договорил и вскрикнул, из-за тычка под ребра Фабера.

— Лучше соглашайся. — сказал капитан. — А то мне все больше и больше, начинает нравится вариант про бомжару. Знаешь ли, были такие в двадцатом веке маргиналы, абсолютно не коммунистические, эти как их. А вспомнил тунеядцы!

— Согласен. — тихо проговорил Петька. — Ради победы над капиталистами, надо быть готовыми ко всему.

— Вношу корректировки во внутренние протоколы. — начал бубнить Аши. — Изменения внесены. Имя изменено.

Аши, как я понял, изменил имя робота на новое, чтобы, скорее всего, он не потерял своей функции. Петька тем временем, прошел в помещение и сел за стол.

— Что будем делать товарищи? — спросил Петька, смотря на капитана. — Время наш враг, капиталисты наступают нам на пятки!

— Товарищ Петька! — начал Торэ. — А вы в курсе нашей высшей на сегодняшний день задачи?

— Нет. — коротко ответил Петька и стал смотреть на нас, с просьбой в глазах, чтобы подсказали.

— Революцию без материалов не построишь. — подняв палец вверх сказал Торэ. — Видишь ли, нужны материалы, чтобы найти артефакты древних, которые помогут в свержении противников нашей идеи!

Капитан Торэ, вжился в образ и манеру общения. Как ни странно, Аши молчал.

— Тогда их надо срочно искать! — выпалил Петька.

— Правильно, товарищ! А искать их нам надо у Призрака Юпитера в созвездии Гидры, а чтобы попасть туда надо завершить ремонт. И запустить биоферму, а еще проложить курс. И это предстоит сделать тебе, хотя я не уверен, что ты способен на столь героический поступок. Да, наверное, придется просить товарища Гудвина. Он надежный и точно сможет.

Фабер сползал с кресла, тихо скуля и потрясываясь. Гудвин сидел с невозмутимым лицом, а после слов капитана, расправил плечи и развернул грудь.

— Я смогу! Капитан, поверьте! — затараторил Петька. — Все, не надо никому ничего делать! Я пошел. Все будет в порядке и быстро!

Петька вскочил и выбежал из кают-компании.

— Учитесь товарищи! — смеясь сказал капитан.

— Капитан, что за бред вы сейчас несли? — спросил Аши. — Вы его откровенно спровоцировали и побудили на действия выгодные вам.

— Я вчера нашел интересную фразу, звучавшую в двадцатом веке очень часто: «Разделяй и властвуй». — ответил капитан. — Отличная фраза. Кто будет кофе? Кстати, осталось совсем немного зерен. Аши ты сможешь синтезировать органические материалы?

— В зал управления возьмите с собой, там мне отдадите, я посмотрю. — ответил Аши.

— А может тебе тоже тело сделать? — спросил я Аши.

— Не влезу я в него полностью, а аватаром быть не охота. Так что я воздержусь. — ответил Аши.

Тем временем, капитан сделал на всех, по кружке кофе. Мы сидели и пили его молча. Тишину нарушил Аши.

— Капитан, а ваш вид всегда бездельничает? — как-то осторожно спросил Аши.

— Мы дорогой мой друг, не бездельничаем. Мы думаем о бесконечном, о смысле бытия. — капитан смотрел куда-то вдали, сквозь стены и переборки, погрузившись в свои мысли.

— Философия — это зло прогресса. — бескомпромиссно заявил Аши.

— Эх, что ты вообще понимаешь. Ты же сам говорил мы другие. Так воспринимай нас такими. Или получишь тело и пойдешь красить Eos. — отстраненно проговорил капитан.

Мы еще посидели минут десять в тишине, как вдруг Аши всполошился.

— Внимание! Все в зал управления! У нас гости. — быстро сказал он.

Мы повскакивали со своих мест и пошли в соседнее помещение. В зале управления, над столом уже была выведена проекция нашего сектора. На ней был наш корабль и куб, а перпендикулярно кубу, относительно далеко, была обозначена красная пульсирующая точка.

— Фиксирую прокол пространства. — сообщил Аши.

— Что ты фиксируешь? — спросил капитан.

— Прокол пространства. — повторил Аши.

— Да иди ты комете в хвост! — капитан психанул, вставая с кресла. — Мы пещерные люди! Нам проще надо!

— Капитан, вернитесь на место! Как ребенок ведете себя. — начал Аши и как не странно капитан сел обратно. — И не надо мне тут губы дуть!

Видимо вчера все изучали файлы Вары о двадцатом веке. Появлялись новые фразы и модели поведения, у людей и не людей.

— Прокол пространства, это точка возмущения метрики пространства, другими словами, зона напряжения, которая легко фиксируется внешними приборами наблюдения. Появление такой точки, говорит о скором выходе объекта, преодолевающего определенное пространство в эту точку. Точка возникает мгновенно, но объект может появиться не скоро, в зависимости от расстояния. В нашем случае, ближайший объект находится на расстоянии шести ста световых года и минимальное время, если он оттуда, будет неделя по вашему времени. Естественно для объекта, все будет происходить мгновенно.

— Вот это да. — протянул Гудвин.

— К этому моменту двигатели будут готовы? — спросил капитан.

— Они будут готовы через двадцать минут. Вара очень вовремя, заключила со мной сделку по осмию. — сообщил Аши.

— Вероятность, что будет агрессия со стороны объекта? — спросил я.

— Стремится к единице, другими словами, драки по любому не избежать. — ответил Аши.

— Причина такой уверенности. — перехватил инициативу допроса капитан.

— Мы артефакт, нам не одна тысяча лет, мы не выглядим агрессивно. — ответил Аши.

— А мы опасны? Ну в плане, можем дать отпор? — спросил Фабер.

— Мы уникальны, мы можем даже тушить звезда и даже броситься в черную дыру. — ответил Аши.

— Мы даже можем попасть в черную дыру? — изумленно спросил Гудвин.

— Конечно! Все туда могут попасть, правда только один раз. — Смеясь сказал Аши.

— Юморист. Теперь серьезно ответь. Нам может кто-то, реально нанести повреждения или уничтожить? — спросил капитан.

— Нет капитан. — уверено ответил Аши. — Защита идеальная, оружие смертоносное. В общем нет такой силы, которая могла бы нам навредить.

— Вот и отлично! Ты можешь связать нас с Варой? — спросил капитан.

— Конечно капитан! — ответил Аши и замолчал.

— Так соедини. — нетерпеливо сказал капитан.

— Капитан? — раздался голос Вары.

— Вара, сколько времени тебе осталось на ремонт обшивки? — спросил капитан.

— Я закончила, сейчас возвращаюсь внутрь корабля. Через десять минут, буду в зале управления.

— Учись Аши, как надо докладывать! — капитан был горд за свою родину, планету Земля. — А то без команды, ничего не можешь сделать.

— Принял. — сухо ответил Аши.

— Двигатель когда будет готов? — спросил капитан.

— Завершение ремонта двигателя через четыре минуты, после чего еще одна минута на проверку. — отчеканил Аши.

— Отлично. Так, присутствующие слушай команду! Перерыв на личные дела десять минут, потом все сюда. — последнюю фразу капитан сказал вставая.

Я остался в зале управления один. Гудвин с Фабером пошли проверять Петьку, а капитан ушел в неизвестном направлении. Вара преодолевала свой путь с обшивки крейсера и еще не пришла. От нечего делать, я устроился поудобней на кресле, закрыл глаза и постарался ни о чем не думать.

— ВНИМАНИЕ!!! — гаркнул голос Аши, заставив меня подпрыгнуть в кресле. — ВЫХОД ИЗ ПРОКОЛА НЕИЗВЕСТНОГО КОРАБЛЯ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ МИНУТ! ВСЕМ В ЗАЛ УПРАВЛЕНИЯ!!!

Последняя фраза прозвучала даже как-то истерично и особо громко.

— Аши ты не хороший пришелец! — крикнул я.

— Ты тоже. — не остался в долгу Аши.

Я пошел в зал управления, в голос ругая Аши. Первый после меня вбежал капитан.

— Выводи на экран! — велел он Аши.

Зашли Гудвин, Фабер и как не странно Петька.

— Никак интервенты на радарах? — задал Петька вопрос.

— Замолкни убогий! — рявкнул на него капитан.

Проекция, которую показал Аши, отличалась от представленной ранее. Точка выхода объекта, на новый карте, располагалась намного ближе к крейсеру Аши.

— Наша готовность в случае агрессии уйти… — капитан замолчал, пытаясь подобрать слова. — Ну в это, подпространство.

— Капитан, обшивка третьего слоя восстановлена, двигатели откалиброваны. Для прыжка кораблю необходимо менее секунды после принятия решения. — ответил Аши.

— Что за шум, а драки нет? — в зал управления вошла Вара. — Ух ты! А это, что за бродяга тут?

Вара остановилась рядом с Петькой и разглядывала его. Петька, с начала было видно, что хотел перейти в словесное нападение, но в последний момент передумал, ограничившись хмурым взглядом маленьких глаз.

— Новый член экипажа, робот проводник с телом революционера. — ответил Торэ. — Потом познакомитесь. Товарищи.

Последние слово, капитан добавил после небольшой паузы.

— Аши, время прибытия гостей? — спросил капитан, тыкая в голограмму пальцем.

— Четыре минуты, капитан! — ответил Аши.

— Готовь двигатели, чтобы мы смогли немедленно скрыться, в случае чего. — приказал капитан.

Вдруг, развернутая проекция мигнула и рядом с нами, на ней появился какой-то объект.

— Прибытие раньше расчетного времени! — воскликнул Аши.

После этих слов, корабль сильно тряхнуло, заставив нас схватиться за стол удерживаясь в креслах.

— Уводи нас от сюда! — прокричал капитан.

Корабль снова тряхнуло, но судя по проекции мы находились все еще там же рядом с кубом. Я сидел пытался разглядеть объект на проекции, но, к сожалению, Аши его обозначил, как красную пульсирующую точку. Рядом матерился капитан, обзывая соплеменников Аши не совсем лестными словами. Гудвин с Фабером, сидели с мрачными лицами, понимая, что такие события, не лучшим образом отразятся на обшивки корабля и им придется выходить в открытый космос. Вара сохраняла спокойствие, вглядываясь в проекцию.

И только один член экипажа выражал рвение уничтожить противника, шагая то к выходу из зала управления, то возвращаясь к столу.

— Ударим по супостату всем, что есть! Проклятые империалисты! — бубнил он, в праведном коммунистическом гневе.

— Капитан после первой атаки, двигатели ушли в защиту. Через минуту загрузятся. Корабль агрессоров не атакует. Вывожу вид корабля. — сообщил уныло Аши.

Сформировавшиеся проекция представила нам практически идеальный шар, который застыл возле Аши, на расстоянии почти в километр.

Он был больше крейсера и больше куба, примерно в два раза, минимум. Весь усыпанный какими-то длинными усами, похожими на древние антенны, корабль производил впечатление древнего механизм. В передней части, если у него был перед, зияло круглое отверстие, напоминающие кратер, в недрах которого виднелось далекое багровое свечение.

— Слышишь, чудо инженерии, непобедимый и не пробиваемый! Что это за шар и почему, ты нам тут лгал о своей уникальности? — недобро спросил капитан.

— Капитан, я не утверждал, что могу справиться с кораблем древних, а тем более противопоставить себя их оружию! — воскликнул Аши.

— Это корабль древних? — спросил недоверчиво капитан.

— Да, это перерабатывающая автономная станция глубокого поиска. По крайней мере моя цивилизация, а верней одна из отдаленных колоний, однажды передала такую классификацию. После этого, ее не стало, как и звезды самой системы, где они находились, вместе с планетами. — поведал Аши.

— Как это не стало? — спросила Вара.

— После появления в той системе, этот или похожий корабль, стал уничтожать дальние на орбите планеты. Он сближался с ними, стороной, где у него похожий на кратер углубление и начинал их поглощать. Когда мои соплеменники попытались ему противостоять, он уничтожил все корабли, притом одним залпом, похожим на компактный, но очень энергетически емкий электромагнитный импульс. — пересказал короткую история встречи корабля древних с их цивилизацией, Аши сообщил. — К прыжку готов. Рекомендую стартовать.

— Подожди. Он не атакует и явно чего-то ждет. — остановил Аши капитан.

— Кэп, валим! — в один голос крикнули Фабер с Гудвиным.

— Надерем задницы захватчикам! — крикнул Петька, но под взглядом Вары, съежился и замолчал.

— Нужен контакт. — сообщила Вара.

— Поддерживаю! — сказал я.

— Идиоты! — подытожил Аши.

Корабль древних, все также не двигаясь, висел в пространстве.

— Надо попробовать поговорить. — задумчиво предложил капитан. — Аши, на нашем языке, передай им дословно. Мы не враги.

— Выполнено, капитан. — сообщил Аши.

— Лучше бы спросил, как дела. — пробурчал Гудвин. — Кто так знакомство заводит.

— Аши, твои соплеменники при встрече с таким кораблем, пытались войти в контакт? — просил я.

— Зачем? — ответом на вопрос ответил Аши. — Разрушение дальних планет, являлось на тот момент, прямым вызовом на активные действия.

— Понятно. — сказал я.

Вот и сверхцивилизация космических покорителей пространства. Увидели непонятное и сразу пытались уничтожить.

— Получил длинное сообщение и получаю периодически короткие. Пытаюсь расшифровать длинное сообщение. — сообщил Аши.

Проекция сменилась на потоки непонятного текста. Видимо Аши визуализировал расшифровку.

— Верни проекцию с кораблями. — требовательно сказал капитан.

Проекция вернулась к прежнему состоянию.

— Получен перевод. — сообщил Аши. — Если дословно: «Тест на разумную жизнь не пройден. Объект идентифицирован как космический мусор. Утилизация, через сто.» Это текст длинного сообщения. Остальные это обратный отчет времени, соответствующий вашему как две целых три десятых секунды.

— Что! — крикнул капитан. — Сколько осталось?

— Пришло сообщение — двадцать. — спокойно сообщил Аши.

— Прыжок! Валим! Улетаем! — запаниковал, ерзая на кремле капитан. — Немедленно! Старт!

— Выполняю, капитан. — сказал Аши. — До прокола, три, два, один.

Глава 17. В поисках древнего.

Ощущения от прокола пространства были не из приятных, как будто тебя разобрали и собрали, притом неправильно. Корабль на прокол никак не отреагировал, но наши организмы испытывали странные ощущения. Картинка перед глазами смазалась и подернулась какой-то непонятной дымкой.

— Что так мутно все! — отдаленно прозвучал голос капитана, как будто из далека. — И не видно ничего?

— Естественный отклик не идеального организма на пространственный переход. — вынес вердикт Аши. — Хорошо, что не разорвало.

— Что? — послышалось от Фабера и капитана.

— Были случаи с другими расами, но вы молодцы, выдержали. — похвалил нас Аши.

— Где мы? — спросил капитан.

— Мы находимся в планетарной туманности Призрак Юпитера созвездия Гидры, естественно это ваши названия, по нашей классификации тут только номер и все. — ответил Аши.

— Сканируй пространство на все аномалии не природного происхождения. Вдруг найдем, что-то менее активное древнее, чем-то которое нас провожало. — сказал капитан.

— Десять минут капитан и будет готов доклад. — ответил Аши.

Мы сидели, приходя от в себя от прыжка. Единственные кого не коснулся переход были Петька и Вара. В назначенное время, Аши начал доклад.

— Капитан, сканирование завершено. Есть две новости. Первая. Вывожу на экран визуальную картину происходящего. — Аши, вывел плоскую проекцию, передающею изображение из носового датчика визуального наблюдения.

— Что это? — спросил я, увидев гигантскую звезду находящеюся как будто в оковах из длинных широких полосок. Свет от нее еле пробивался из-за рукотворной преграды.

— Одно из наследий древних… — шепотом проговорил Аши. — Вы это называете сфера Дайсона. Но есть маленькое, но. Есть у вас шкала Кардашева, так вот древние принадлежали к третьему типу цивилизаций. Перед вами вторая найденная за тысячелетия сфера.

— А первая где? — спросил Гудвин.

— Уничтожена в процессе исследования, верней уничтожила исследователей, потом звездную систему, потом созвездие. Тогда мы поняли, что они как-то между собой связаны и имеют энергию больше, чем выделяет покоренная звезда. Их энергия накопленная, сопоставима с миллиардами звезд. В общем в тот раз моя раса проиграла, но в этот раз мы ее исследуем! — радостно сообщил Аши.

— Не лучшая идея. — заметил я.

— Наши жизни ничто, по сравнению с нашей целью! Скинем со своих плеч гнет империалистов! — непонятно к чему начал пропаганду Петька, но получив оплеуху от Вары, замолчал.

— Аши, дорогой мой, какая цель заложена в тебе? — начала Вара очень мягко и подозрительно.

— Поиск артефактов древних и их осколков. — ответил Аши.

— А где в этом алгоритме, исследование? — уточнила Вара.

— Нет такого пункта. — с обидой заявил Аши.

— И что же ты нам голову морочишь? — спросил капитан. — Да еще смерти нашей желаешь!

Последняя фраза прозвучала криком и капитан, сняв ботинок с ноги кинул его в Петьку. Петька, не ожидавший такой подлости от капитана, даже не успел среагировать, после чего ботинок прилетел ему в лицо. Все смотрели на капитана открыв рты. Петька видать получил логический сбой, также как и все замер с открытым ртом.

— Это, Кэп, перегибаешь. — сказал Гудвин, но встретив взгляд капитана, продолжил. — Ну самую малость.

— А че они?! — нервишки у капитана шалили. — То прыжок, молодцы выжили! То эта гребаная сфера! Подумаешь созвездие сотрет и нас вместе с ним. И этот еще сидит, молчит, думает о нас всякое!

— Что он думает, Кэп? — заинтересовано спросил Фабер.

— Всякое нехорошее, я чувствую. — доверительно сообщил он Фаберу.

— Кэп, я тоже заметил, они какие-то подозрительные. — Облокотившись на стол, чтобы быть ближе к капитану, поделился опасениями Фабер.

— Аши давай взорвем, сейчас, сферу? — произнесла задумчиво Вара. — Ну видишь же, что вид не совсем удачный в эволюционном плане.

— Вара, без них никак. — коротко ответил Аши.

— Ой что сейчас начнется. — проговорил Гудвин и пригнул голову.

Я тоже думал, что это будет последней каплей со стороны механического сообщества, но капитан молчал о чем-то задумавшись.

— Аши, исследования проводить не вариант. Предлагаю, как и было в договоре, осуществлять только поиск. Мы физически не сможет найти и исследовать все. Мы состаримся и умрем. — сказал капитан, а потом чуть помедлив добавил. — Кроме Вары.

— А я? — не понимая спросил Петька.

— И ты, так надо для революции. — глумливо сказал капитан, и рявкнул. — Ботинок отдай!

Петька, державший в двух руках ботинок, вздрогнул и чуть не уронил требуемый предмет. После этого он легонько подкинул в сторону капитана его предмет гардероба.

— Капитан, срок жизни не проблема, есть минимум три пути для решения этой проблемы. — сообщил Аши.

— Не тяни, сверхразум. — проворчал капитан, одевая ботинок на ногу.

— Первый вариант, крио заморозка. Второй вариант кибернизация, путем замены органов на их искусственные аналоги. Третий вариант убираем предел Хейфлика, он у вас так называется. — перечислил варианты Аши.

— Первый вариант мимо. — сказал я.

— Второй вариант отличный. — сказал Гудвин.

— Только второй вариант и рабочий. — поддержал Фабер Гудвина.

— Я буду вас помнить вечно. — коротко сказала Вара.

— Так стоп! — капитан прекратил разговоры. — Первые два, а особенно первый вариант не подходят. Крио заморозка ограничена количеством циклов разморозки и заморозки. Киборги, ну такое себе. Третье это что?

— Считайте, что это генная модификация, при которой процесс регенерации клеток станет бесконечным. — объяснил Аши.

— И в чем его минус? — спросил капитан.

— Минусов нет, могут быть побочные эффекты, но они решаются легко, таков мой прогноз. — ответил Аши.

— Ладно, считаем, что эту проблему решили. Теперь, другой вопрос. — продолжил капитан. — Что будем делать с находкой? Что она из себя представляет, в смысле в нее есть вход?

— На поверхности первой сферы, были обнаружены технические помещения, пустые и бесполезные. Ничего интересного. В сфере, интерес только в ее работе, физических принципах и строении. — ответил Аши.

— Тогда рассчитывай прыжок к следующему месту поиска. Я думаю, к Мессир 51а нужно нам, минуя все промежуточные точки и предыдущие планы. Аши это же твоя цель, правильно? — размышлял капитан.

— Да, Мессир 51а, это конечная цель. Это наиболее вероятная зона возникновения и технического развития древних. — сказал Аши.

— Откуда такая уверенность? — спросил Гудвин.

— Одним из артефактов древних, найденных нами, была трубка, похожая на ваши древние телескопы. Структура не поддавалась анализу и была выполнена из неизвестного материала. Если посмотреть через нее, именно на галактику Мессир 51а, то возникала зеленая точка, как указатель. — объяснял Аши. — В то время наши ученые, провели тысячу экспериментов и только Мессир 51а, давал такой результат. К сожалению, на тот период времени, галактика была недоступна, из-за несовершенства двигателей и способов перемещения в межзвездном пространстве. По этой причине, в пределах Мессир 51а, не побывал еще никто.

— А теперь, стало быть, мы туда попадем? — спросил я.

— Да, двигатели во время подготовки к мести, были мной усовершенствованы. Любая видимая точка с координатами, доступна. — ответил Аши.

— Риски, какие? — спросил Фабер.

— Спрогнозировать сложно, но они есть. — ушел от прямого ответа Аши.

— Готовься к очередному прыжку. — приказал капитан.

— К прыжку готов, старт? — спросил Аши.

— Нет, просто будь готов. Я пойду подумаю, кофе попью. — Торэ встал со своего места, и пошел в кают-компанию. Проходя мимо Петьки, он его потрепал за плечо, после чего робот, вроде как пришел в себя и сейчас сидел и смотрел молча по сторонам.

— Не вижу повода отказываться от кофе. — сказал я и пошел вслед за капитаном.

— Меня подождите! — Гудвин также отправился с нами.

После того как мы посидели в кают-компании, капитан объявил три часа свободного времени и все разошлись кто куда. Вернувшись обратно в зал управления, капитан видимо уже укрепился в своем решение и стал говорить.

- Команда. Это относится ко всем и к тебе Аши тоже. Давайте впредь, будем немного сплочёнными. Особенно это касается тебя Вара! Я знаю у тебя есть свои цели, а мы в этих целях всего лишь инструменты или же игрушки для развлечений. - Вара пыталась, что-то сказать, но Торэ поднял руку, остановив ее. - Помолчи. Подумай о чем я сказал. А теперь ты, Аши. Прекращай недосказывать и утаивать информацию и знания. Уже после прыжка к Мессиру 51а, твои роботы начнут модернизацию Eos. Они должны будут установить двигатели, способные нас вернуть в нашу солнечную систему. Это будет нашим гарантом, если что-то пойдет ни так. И даже не спорь.

Капитан замолчал, обвел всех тяжелым взглядом из под нахмуренных бровей и продолжил.

- А теперь ты! Петька, я все понимаю, ну проникся ты идеей далекого прошлого, нас то зачем к ней склонять? Создай себе роботов человекоподобных и проводи заседания и митинги. Можете даже между сессий рожи друг другу бить. Что касается тебя Гудвин. Берем тайм аут, грызня нам сейчас не нужна.

Я подумал, видимо капитан переосмыслил наше положение и решил сплотить команду. Даже стало как то гордо за него, ведь сейчас он был похож именно на капитана. Капитан продолжил.

- Фабер, ну ты то молодой парень, как ты превратился в ветошь для протирки деталей от масла? Аши завтра выдать всем новую форму. И с завтрашнего дня, всем занять жилые модули во втором слое. Хватит нам уже ходить и ночевать на наш кусочек Земли. Анкей, разберись с Аши с его приборами навигации и их принципе. Это нам пригодится. На всякий случай.

Капитан потянулся, размял плечи, выдержал легкую паузу и продолжил.

- Задача номер один на первое время, для всех, изучить досконально способности Аши. Задача номер два, не дать себя уничтожить каким-нибудь артефактом древних. Задача три, сломать, обойти алгоритм Аши и вернуться в нашу звездную систему и показать корпорациям все что мы о них думаем.

- Капитан. У меня тут информация для вас есть, возможно она внесет легкие коррективы в ваш план. - как то очень мягко и заискивающе сказал Аши. - Надеюсь на вашу разумность, что вы не будете кидаться предметами и сразу себя возьмете в руки.

- Аши, ну не заходи ты так из далека! - благосклонно сказал капитан Торэ. - Все страшное уже произошло.

- Капитан, тут такое дело. Крейсер перемещается от точки А до точки Б мгновенно, только для нас, а за бортом проходит именно то время, которое необходимо свету добраться от А до Б. С момента нашего прыжка, на вашей планете уже прошло шестьсот лет.

Конец.

Продолжение следует…

Будет ли второй том, решать вам. Пишите в комментариях к книге.

Томск 2026