Следующие воле Морены

Глава 1

То был погожий день. Грудень редко в этих краях был холодным, солнце все еще грело и не давало земле покрыться инеем от поцелуя Морены. До прихода зимы оставалось пару седмиц. Большинство листьев опало в прошедшем месяце, подарив лесу расписной, шуршащий ковер, но на деревьях все еще иногда встречались бурые и красные исключения. По ночам морозы покрывали воду в кадках тонким слоем льда, но стоило светилу взойти на небосвод, прятались в низинах и оврагах, куда не почти не проникал свет.

Юрена выдохнула облачко пара на свои пальцы, в попытке согреть их. Клюква, которую она собирала, все еще была морозной после ночи и обжигала кожу холодом. Едва ли девушка на самом деле чувствовала холод, но она привыкла вести себя как самый обычный человек, чтобы не привлекать лишнего внимания. Так было проще, потому что люди любили выделять то что отличалось, а Юрена ненавидела испытывать на себе внимание людей, потому что это пробуждало не прошенные воспоминания.

Девушка поднялась на ноги и подхватила корзинку, почти до краев заполненную алой ягодой. Юрена вздрогнула от неожиданности, когда, как гром среди ясного неба, по роще разнеслось карканье. Девушка обернулась и подняла свой взгляд на голую ветвь, где сидела вещая птица. Ворон махнул крыльями и спрыгнул, спланировав прямо на ее плечо и еще раз крикнул, но уже тише. Ворон принес вести о скором знакомстве и Юрена протянула ему пару ягод, в благодарность за предупреждение, которые птица с удовольствием проглотила.

До избы оставалось по меньшей мере с десяток косых сажень, когда Юрена услышала чей-то гневный крик. Голос был девушке незнаком, оттого она не торопилась на помощь нарушителю лесного спокойствия. Выйдя на опушку, где стояло одинокое жилище, она сразу поняла причину непрекращающегося вопля смешанного со страхом и злостью. Дверь в дом была распахнута, и оттуда доносились звуки борьбы. Девушка медленно обошла кусты можжевельника, высаженных вокруг ее избы и направилась к двери. Она без особой охоты проделала последние десять шагов, не желая спасать непрошеного гостя от домового. Ворон, что все время сидел у нее на плече, вспорхнул и приземлился на косую крышу, в местах поросшую мхом, напоследок каркнув.

Юрена подошла к открытой двери и увидела, как незнакомый юноша кружился на месте, размахивая увесистым мечом. Одежда была помята, а светлые волосы взъерошены. Он постоянно ойкал и дергался, на его лице, на щеке и носу, расползлись красные пятна, оттого как сильно домовой щипал его. Юрена была уверена, что и под одеждой со временем проявятся крупные синяки, которые будут долго болеть. Парень крутанулся в сторону двери, пытаясь отогнать духа, и как-то испуганно застыл, при виде разозленной хозяйки дома, но быстро отвлекся когда его еще раз ущипнули. Он вновь махнул мечом, домовой едва успел исчезнуть.

-Ты что творишь? - гневно зашипела Юрена, поставив корзинку на пол, и подошла ближе к незваному гостю. - Мало того что ворвался сюда без спросу так еще и погром учинить решил?

- Не моя вина, что ты натравила на меня этого нечистого духа, ведьма, - в той же манере воскликнул парень и Юрена задохнулась от возмущения. Да как смел этот негодяй доброго дедушку нечистым духом называть? На столе начала греметь глиняная посуда, ставни громко стучать, а огонь в печи выплевывать на пол яркие искры, являя все недовольство домового.

- Убирайся отсюда, - прошипела Юрена и толкнула юношу к выходу. Явно напуганный тем, что происходило в доме, он не собирался сопротивляться и выбежал на улицу сверкая пятками, но далеко не ушел. Юрена захлопнула дверь за ним и подняла корзинку с места где оставила, как только вход в дом закрылся домовой успокоился и перестал шуметь. Она поставила корзину на стол и наполнила деревянную чашку припрятанным молоком.

- Благодарю дедушка, что дом защитил. Угощайся молоком и клюквой свежей, а я пока прогоню супостата со двора, - Юрена оставила угощения и маленький старичок вновь появился перед ее взором. Казалось под бородой он ей улыбнулся и принялся за угощения, она кивнула и направилась к выходу.

Юрена вышла на крыльцо и скрестила руки на груди, хмуро глядя на молодца. Он стоял к ней спиной и нервно постукивал ногой по земле, меч был спрятан за пояс, а руки уперты в бока. Его волосы, цвета спелой пшеницы светились на солнце, крепкие плечи были обтянуты теплой тканью, и заставляли насторожиться, но нервно сжимающиеся ладони выдавали нервозность юноши. Он напоминал девушке, тех кто приходит к ведьме молить о помощи, поэтому она отпустила свое напряжение.

- Кто таков будешь? - юноша вздрогнул и обернулся, пыхтя почти злобно. - Зачем заявился сюда?

- Ты должна мне помочь.

- Нет, не должна, - быстро прервала Юрена и презрительно фыркнула. - Ты ворвался ко мне в избу, оскорбил хозяина дома, устроил погром и у тебя хватает наглости что-то требовать от меня?

- Я слышал, что ты помогаешь людям, ведьма, - уже менее напористо ответил он и девушка поморщилась. Говорить люди любят, не меньше чем презирать тех кто отличается. Удивительно, что жители соседней деревни, чуть ли не в идолы ее возводили.

Ведунья я, ве-ду-нья, - по слогам произнесла Юрена. - Это во-первых, а во-вторых, те кто приходят просить о помощи не ведут себя подобным образом.

Юноша полностью растерял свой пыл и потупил взгляд, явно чувствуя себя виноватым. Юрена собиралась закрыться в доме, она не желала выслушивать его бесполезные оправдания, но остановилась когда в руках у юноши появилась небольшой бурдюк, что раньше висел на его поясе. Юрена сощурила на него свои глаза.

- Что это? - с подозрением спросила она.

- Молоко, - Юрена едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Вопреки людскому убеждению, не все ведьмы любили молоко, особенно она. Единственная причина по которой девушка принимала его как плату за помощь, потому что его любили духи и лесные обитатели.

- Это попытка меня задобрить?

- Возможно совсем чуточку, - он коротко улыбнулся на ее подозрения. — Хотя бы выслушай мою просьбу ведьма и я...

- Ве-ду-нья, - повторила Юрена и выхватила бурдюк. Она открыла его и принюхалась. Никакого постороннего запаха девушка не почувствовала и удовлетворенно выдохнула. Был в деревне один смельчак, что решил в молоко ей подмешать дурманящих трав. Его на прошлых зеленых святках водяница утащила, и все же после того случая Юрена всегда подарки проверяла.

- Да верно, ведунья, - не совсем уверенно произнес он, не понимая разницы между этими понятиями.

- Я тебя слушаю, - Юрена спрятала бурдюк за спиной, словно юноша мог отобрать принесенный ей подарок, если откажется помогать, и с большей заинтересованностью взглянула на юношу.

- Помоги мне отыскать Кощея.

С крыши раздался хриплый крик ворона, что наконец вывел Юрену из ступора. Она еще раз более внимательно осмотрела юношу напротив, пока тот с неприязнью косился на птицу. Зеленые, словно травы под летним солнцем, глаза не бегали по сторонам, выглядели вполне осознанными и показались отчего-то смутно знакомыми. Юрена сощурилась.

- С юродивыми дел не веду, - она поспешила скрыться в избе, но ее хватили за руку. Девушка зашипела словно ошпарилась и быстро вывернулась из хватки. Она оскалилась на юношу, но тут же замерла, стоило ей увидеть мольбу и бескрайнюю печаль в глазах напротив. Люди охваченные безумием не смотрят так. В его глазах отчаяние было таким сильным, что подталкивало пойти на верную гибель.

- Я не выжил из ума, Кощей забрал самое дорогое моему сердцу и я обязан это вернуть, - на грани слышимости прошептал он, и что-то сжалось в груди молодой ведуньи в ответ на мольбу в его голосе.

- С чего бы мне тебе помогать? - твердо спросила она. Как бы Юрена не была уверена, что каждый человек заслуживает помощи, ей не хотелось во второй раз идти на смерть. - Одного молока мало будет, чтобы убедить меня рисковать жизнью.

Девушка сошла с крыльца, желая отойти как можно дальше от юноши, что принесет ей одни проблемы. Она хотела уйти, пока он не придумал что-нибудь еще. Юрена всегда помогала людям, но к ней всегда приходили что-бы вылечить недуг или снять сглаз, да защиту поставить, то о чем просил незнакомец было слишком для девушки, что только пол года назад переняла статус взрослой ведуньи.

- Я слышал ты ищешь серп Мары, - крикнул юноша ей вслед, и Юрена застыла на месте, словно ноги приросли к матери-земле. Она никак не ожидала, что человек осмелится упомянуть сокровище, что она уже потеряла надежду найти. Юрена встряхнула головой. Это было не важно, этот человек не мог знать где находится реликвия богини.

- Не произноси слов, вес которых не осознаешь, - ледяным тоном произнесла ведунья, медленно обернувшись к незнакомцу.

- Я знаю где можно отыскать то, что ты ищешь, - юноша спрыгнул с крыльца и подошел к Юрене, на этот раз оставляя ей больше пространства. - Помоги мне добраться до Кощея, и я поведаю тебе, где находиться серп.

- С чего я должна тебе верить?

- Это твой единственный шанс, верно?

- Да будет тебе известно, Кощеем величают самого Чернобога, то что он забрал воротить не возможно. Оставь эту идею, - попыталась убедить его Юрена, если малец и правда знал что-то о серпе это не повод без раздумий бросаться на плаху. Девушка не хотела иметь с этим дело, она надеялась что все уже осталось в прошлом.

- Мне все равно кем он является, я верну то, что он отнял. Помоги мне с этим и получишь свой серп, - уверенно сказал юноша и Юрена была готова себя проклясть за глупую веру, что проросла в ее душе. Как бы то ни было, но он был прав, другого шанса найти символ богини может и не выпасть. Тем более близилась зима, ежели Юрена успеет отыскать серп до наступления весны, то выполнит обещание данное Морене.

- Хорошо, - в конце концов ответила она, все еще не уверенная в правильности своего решения. Ведунья сомневалась, что ей действительно следовало ввязываться в это. - Не советую пытаться обмануть меня лжебогатырь.

- Я и не думал, - с ощутимой заминкой произнес он, что не придало веса его словам. Это была ложь, которую девушка простила ему, потому что она не имело значения.

- Как звать тебя?

- Меня называют Владислав, - произнес юноша, на что Юрена нахмурилась. Видать тот был не совсем дурак, раз понимал силу имени и что может ведьма со знанием имени сделать.

- Я сказала не врать мне, - ее тон заледенел, а глаза похожие на волчьи вспыхнули ведьминым огнем. - Назови мне имя данное матушкой чужеземец.

- Откуда ты... - неуверенно начала он.

- Я ведунья, ведаю обо всем, что мне следует знать.

- Дастин, такое имя дали мне на родине, - тихо ответил юноша, будто опасаясь, чтобы никто не подслушал, хотя кроме ворона никто их услышать и не мог.

- Меня звать Юрена, мать мне богиня Морена, отец мне бог Велес, что дарует знания. Я помогу тебе Дастин дойти до обители Чернобога, но в сражении с ним справляться тебе самому.

- О большем и не прошу, - он облегченно вздохнул и лицо его преисполнилось благодарности, от которой сводило зубы.

- Не спеши расслабляться, - холодно заметила Юрена. - Не думаешь же ты, что одним словом отделаешься? Поклянись, что по исходу пути я получу серп Морены, да знай клятву данную ведьме нарушить нельзя, а то сгинет твоя душа в небытие, - при словах о смерти юноша заметно напрягся, но не долго он думал, видать и правда что-то очень дорогое Чернобог забрал.

- Я клянусь, что помогу тебе Юрена отыскать серп Морены, ежели поможешь отыскать Кощея, коего кличут бессмертным.

- Воротишься сюда через три дня на восходе солнца, тогда и отправимся в путь, - удовлетворенно кивнув, Юрена обошла юношу и направилась в дом. Казалось Дастин хотел о чем-то возразить, вероятно хотел отправиться раньше, но по итогу ни слова не сказал. Когда Юрена обернулась на него он просто смиренно кивнул и покинул территорию огороженную можжевельником, символом богини зимы.

Юрена накинула плащ без меха, суму с травами повесила через плечо и мешок с вещами перекинула на спину. Она глубоко вдохнула родной запах сырости и хвои, что всегда витал в доме и подумала о том, как же все измениться, когда она вернется. Хоть домовой и будет присматривать за хозяйством, она уверена что по возвращении ее встретит запах пыли и застоявшегося воздуха, а стены будут промерзлыми из-за суровых морозов. Юрена в последний раз оглядела родную обитель, изба в одну комнату с печью, одним столом с двумя стульями да парой сундуков по углам. Это был первый раз, когда она покидала дом после смерти бабушки, что воспитывала и обучала ее. Раньше Ягиня всегда была рядом и оставлять дом пустым было по крайней мере непривычным.

- Ты смотри, водяницы утащат, домой не возвращайся, - хрипло рассмеялась сгорбленная старуха. Юрена прекратила собирать суму и грозно взглянула на бабушку. Та сидела у окна и возилась с веретеном, ясными глазами стреляя в воспитанницу свою.

- Ежели я с простыми утопленницами не справлюсь, то от стыда воротиться сюда не смогу. Не переживай бабушка, это ведь далеко не первое мое путешествие, - серьезно сказала девчушка, а потом нахально ухмыльнулась, - Ты от меня так просто не избавишься.

- И то верно, - весело ответила старуха. - Видать не надо было так хорошо обучать тебя, может и проблем было бы от тебя меньше.

- Да какие от меня проблемы? - притворно удивилась Юрена прикрывая рот ладонью.

- А ты вспомни, кто чуть избу мне не спалил?

- Да было то один раз, - Юрена надула губки и вернулась к сбору сумы.

- А тот раз, когда мне пришлось тебя из реки доставать, - хохотнула старуха погружаясь в воспоминания.

- Ладно я поняла, - пробурчала Юрена, но вопреки тону на губах у нее растянулась теплая улыбка. - Но зато благодаря тебе я стала одной из самых сильных ведуний.

- Самой сильной, - поправила бабушка и встала. Ее костяная нога стукнулась об пол, и она поковыляла к воспитаннице. - Как и лучшей чародейкой. Многих я ведьм знаю, да сильнее тебя не встречала, - старуха стиснула девушку в объятиях.

- Ты сильнее меня, - уточнила Юрена и вдохнула родной запах полыни и лаванды.

- Ну ты сравнила, - громко расхохоталась Ягиня. - Мне уж третья сотня лет идет, а тебе второй десяток не стукнул.

Раздался громкий стук в дверь, и Юрена вздрогнула от неожиданности, резко выныривая из воспоминаний. На ее губах все еще играла печальная улыбка и ведунья встряхнула головой, отгоняя ненужные мысли.

- Иду, - крикнула она гостю за дверью и поправила суму на плече. Юрена подошла к печи и заглянула за нее.

- Дедушка, благодарю что за домом присмотришь, - Юрена улыбнулась домовому и напоследок кивнув вышла из дома.

Она заперла дверь и обернулась на Дастина. Тот переминался с ноги на ногу и едва не подпрыгивал от нетерпения. В его глазах плескалась такая светлая надежда, что как ни пытался он не мог ее спрятать от зоркого взгляда ведуньи. Юрена тяжело вздохнула, слишком уж светлым был паренек для богатыря и наивным до жути. По нему было видно, он пойдет куда бы Юрена не сказала, хотя сам кричал о том что она ведьма злая. Она могла бы завести его в лесную чащу, да оставить дикому зверью на корм. Юрена конечно так поступать не собиралась, но откуда это было знать Дастину, он ведь даже слова с нее не взял.

- Ну что, в путь? - он солнечно улыбнулся ей и Юрена невольно залюбовалась его улыбкой, когда по тело скользнуло странное наваждение. Встряхнув головой она кивнула и направилась за дом, под недоуменный взгляд Дастина. Он потянул свою лошадь за поводья вслед за Юреной.

Ведунья обошла избу и направилась к стойлу, где стоял один единственный конь. При виде хозяйки он радостно заржал и мотнул головой, Юрена ему тепло улыбнулась и подошла ближе. Она скинула мешок со спины и принялась крепить седло на жеребца.

- Вот это громадина, - удивленно вздохнул Дастин. Юрена выглянула из-за бока своего скакуна и посмотрела на спутника. Тот с разинутым ртом разглядывал коня Юрены, на что она коротко усмехнулась и вновь спряталась за конем, затягивая ремни на седле. Тяжеловоз, черный как вороново крыло, с белым пятном на морде и белой гривой, весело заржал, точно смеялся над удивлением парня. Подрасти еще чуть-чуть и огромный конь в холке стал бы выше чем сама Юрена.

- Его зовут Гром, а не громадина, хотя ты был близок, - усмехнулась Юрена, закрепив сумы на спине скакуна. Она схватилась обеими руками за седло и подтянулась, сразу же перекинув ногу. Юрена пригнулась, чтобы не удариться головой о выступающую балку и вывела Грома из стойла, подводя ближе к Дастину. Юноша немного испуганно попятился, когда Гром решил его обнюхать и поскорее взобрался на свою лошадь. Он снизу в верх оглядел Юрену.

- Кажется за время пути у меня разовьется комплекс маленького роста — пробурчал юноша. В седле он был на две, если не больше, головы ниже самой Юрены. Она не смогла сдержать короткого удивленного смешка, не каждый осмеливался шутить перед ведьмой, но Дастин кажется чувствовал себя вполне свободно.

- Я все еще на пол головы ниже тебя, как только мы спешимся, твое достоинство вернется, - как будто сочувственно произнесла Юрена и ударив пятками бока погнала коня в сторону севера.

Несколько лет она не ездила верхом, потому мчалась во весь опор, с наслаждением чувствуя как холодный ветер щиплет щеки. Из под копыт летела грязь и мокрые листья и Гром громко ржал, разделяя радость своей хозяйки, ему не терпелось вновь отправиться в затяжное путешествие. Всегда когда Юрена путешествовала Гром был ее единственным спутником, видно частые раньше приключения были ему по душе больше чем короткие прогулки по лесу. Она засмеялась и раскинула руки в стороны, точно птица наконец расправившая крылья, глаза устремились в серое небо и высоко-высоко Юрена увидела кружащего ворона. В ушах свистел ветер, играя какую-то забытую песню, а дыхание прерывало от магии бушующей в венах. Хотелось спустить ее с пальцев, отдать до последней капли природе и раствориться в этих ощущениях. Но она не могла.

Юрена резко опустила руки, точно освободилась от наваждения и со спокойным лицом обернулась на Дастина. Он скакал чуть позади с удивлением взирая на ведунью. Девушка цокнула языком, ей не стоило забываться и показывать эту сторону своему спутнику, было бы лучше если бы Дастин и дальше считал ее злобной и опасной ведьмой. Так было бы безопаснее.

Она немного сбавила ход коня, чтобы Дастин смог ее нагнать.

- Мы отправимся к реке Тине, что у выхода из этого леса. К вечеру доберемся и заночуем там. От туда на северо-восток и до волчьих хребтов, - сказала Юрена, когда лошади поравнялись. Она немного помолчала и добавила, чувствуя что нужно это прояснить. - Мы будем петлять меж городов, с юга, по заброшенным полям, обойдем Светгород и с севера Чудоград.

- Подожди, - Дастин удивленно посмотрел на Юрену, а потом нахмурился. - До волчьих хребтов добираться больше трех недель. Если мы будем тратить время на объезд городов то потеряем еще одну точно.

- Да, я знаю, - спокойно ответила Юрена.

- Почему? - злобно воскликнул юноша. - Нам нужно найти Кощея как можно скорее!

- Потому что я ненавижу людей, - нахмурилась ведунья и остановила Грома, тот недовольно заржал и забил копытом. Он хотел и дальше ощущать ветер и свободу и явно был против внезапной остановки. - Если хочешь чтобы мы шли через города то тебе стоит назвать очень вескую причину, почему твое сокровище не может подождать лишнюю неделю у Чернобога.

- Потому что лишнюю неделю моя сестра может не пережить! - оскалился Дастин, после напряженной заминки. Он словно с отвращением смотрел на собственные ладони, которые мелко подрагивали, не осмеливаясь взглянуть на девушку.

- Почему сразу не сказал, что он твою сестру похитил? - голос Юрены внезапно сел и она нервно сглотнула. Она думала что Чернобог золото аль драгоценность какую у него украл, ведь всем известно как Кощей богатства любит и не прочь их приумножить. Похищать чужих невест он тоже горазд, но странно, почему не жених отправился на поиски девушки.

- Потому что это не твое дело, - Дастин отвернулся и повел лошадь вперед.

- Раз уж я тебе помогаю, то это мое дело, - грубо заметила Юрена. Ее раздражало, то что Дастин злился на нее, ведь она того не заслужила. Сам такой важной детали не сказал, теперь еще и кричит на нее.

- Я пообещал тебе плату, ты должна просто помочь, а не задавать вопросы.

- Что-то я не припомню что мы договаривались о сроках.

- Я не думал что на это уйдет столько времени, - хмуро ответил Дастин, но уже более спокойно и Юрену напрягло, что он словно потух. Несколько минут назад он радостно светился, а сейчас в нем точно жизнь угасла. Это было неправильно, и ведунья проклинала себя за внезапный порыв благородности.

- Можем на прямую пройти через Светгород, сохраним два дня пути, но в Чудоград нога моя не ступит, - тихо сказала Юрена, хмурясь на саму себя. Она в полной мере представляла насколько отвратительными последствиями обернется эта идея, но ничего не могла с собой поделать. Сколько бы раз Ягиня не говорила, что привычка помогать другим в ущерб себе рано или поздно сведет ее в могилу, Юрена просто не могла поступать по-другому. Не после всей той боли, что принесла стольким людям. - Это все что я могу предложить.

- Нет какого-нибудь более короткого пути? - с крохотной надеждой спросил Дастин.

- Вообще вход в обитель Чернобога находиться на южном побережье материка, - голова Дастина резко вскинулась и он хмуро посмотрел на Юрену, но она прервала его прежде чем он успел накричать на нее, - На прямую от сюда на лошадях по меньшей мере три месяца уйдет. В Волчих хребтах есть трещина, она сразу к Чернобогу нас приведет.

- Что за трещина? - недоверчиво спросил Дастин и Юрена ненадолго замолчала, вспоминая нужное слово.

- Кажется у вас за океаном это называется телепротацией, - ответила Юрена.

- Телепортация, - исправил Дастин и уже восхищенно взглянул на ведунью.

- Да точно. Так что давай не будем терять времени на болтовню, - Дастин кивнул и они дальше погнали лошадей. Юрена быстро погрузилась в свои мысли, не обращая внимания на окружение. Ее сердце сжималось от тревоги. Меньше недели пройдет, а им придется войти в город, от чего уже сейчас ведунью пробирала неприятная дрожь, но Юрена не собиралась отступаться. Ей наконец-то выпал шанс отыскать серп и отплатить Морене за подаренную жизнь, поэтому ведунья тоже хотела разобраться с этим поскорее.

Глава 2

Девочка еле перебирала ногами, переступая сугробы, что были ей по колено. Холодно больше не было, наоборот все тело горело, а глаза слипались, но девочка продолжала идти, лишь бы убраться от того страшного места. Когда светило склонилось к горизонту боль из рук, ног, да из всего тела пропала и девочка была благодарна за это, хотя понимала что не чувствуя рук и ног она скоро умрет. Заходя в этот лес она была к этому готова, но все же надеялась что так сможет сбежать от кошмара что мучил ее с детства.

Она в очередной раз подняла босую ногу из сугроба, что стала почти такой же белой как снег, только с синим оттенком, девочке сложно было разобрать, от старых синяков она так выглядит или мороз уже начал питаться ее телом. Она махнула головой и утопила стопу в новом сугробе. Девочка больше не могла идти. Сознание помутнело и девочка упала ничком в снег, что уже не обжигал ледяные щеки. Тонкая сорочка сразу промокла и неприятно прилипла к телу, но едва ли девочка обратила на это внимание. Темно-русые волосы уродливыми обрубками упали на лицо и девочка сделала вдох, облизав губы она не удивилась металлическому привкусу, губы первым делом покрылись глубокими болезненными трещинами. Она сделала еще один вдох. Ей нужно было идти, она сбегала не для того чтобы сгинуть в глуши леса, но сил двигаться не было.

Взгляд голубых глаз, что был подернут дымкой, поднялся к небу, такому пронзительно голубому. К краю горизонта оно становилось кроваво-красным и предвещало морозы еще сильнее чем были. Зимний лес был прекрасен, он утонул в тишине глубокого сна и только редкие порывы ветра слышались его дыханием. Может быть и не плохо умереть в таком удивительном и умиротворенным месте — подумала девочка. Она сглотнула и сухое горло ободрало болью, девочке не хотелось умирать. Глаза против воли медленно закрылись. Она просто. Немного. Отдохнет...

С губ сорвался дрожащий вдох. Девочка снова шла, в этот раз бесцельно. Она не знала куда идет, вокруг больше не было зимнего леса. Больше не было ничего. Ее окружала только непроглядная тьма. Воздух больше не обжигал и даже казалось что она почувствовала тепло. Она помахала головой, в попытке отогнать наваждение, и двинулась дальше.

Девочка не знала сколько времени прошло, может день или два, иногда казалось что она идет целую вечность, пока не услышала шум воды и мерзкий запах. Она тут же поморщилась, прикрыв нос рукавом своей белой тонкой сорочки, и пошла дальше, но замерла когда под голой ногой что-то хрустнуло и не понравился девочке этот звук, уж больно знакомым он ей был. Она медленно глянула под ноги и задохнулась увидав груду человеческих костей, девочка хотела попятиться но ее остановил голос.

- Не бойся дитя, - девочка глянула вперед. Черный туман рассеялся и перед ее взором предстала прекрасная женщина, она стояла перед мостом, что перекинулся через черную реку. Руки девочки плетями упали вдоль тела. Так она все таки умерла. - Подойди.

- Здравствуй, меня звать Мор, - тихо сказала девочка, приблизившись к богине. И не могла сдержать восхищенного вздоха, кожа богини была белой точно снег, а волосы черными как безлунная ночь. Ее глаза безцветными бусинами взирали на маленькую девочку, выбивая дух.

- Меня зовут Морена, - тепло произнесла богиня, хотя лицо выглядело немного отстраненным, словно она пыталась скрыть настоящие эмоции.

- Я знаю, - ответила девочка, после повисшего молчания. - Ты богиня зимы и хранительница мира Нави. - она глянула за спину богини, на мост, и нервно сжала ладони в замок. - Это будет больно? - шепотом спросила она.

- Ты собираешься перейти через Смородину? - на этот раз губы богини легонько растянулись в улыбке, едва заметной. Богиня наклонилась к девочке и их лица оказались на одном уровне, она положила ладонь на щеку девочки и та чуть не вздрогнула от пронзившего ее холода.

- Я не хочу оставаться здесь, - девочка оглянулась на тьму за спиной . - А обратно я вернуться не могу, - богиня улыбнулась тепло, так как матери улыбаются своим детям.

- Только я решаю, когда душе пора отправиться в мои земли, - она отвела руку и золотые браслеты тихо звякнули. - Если бы я позволила, ты бы хотела вернуться?

- Да, - не задумываясь ответила Мор и богиня взглянула на нее с интересом.

- Почему? Я знаю что тебе пришлось испытать, а ведь ты просто дитя, но даже с теми ужасами, что тебя заставили пережить, ты хочешь жить вместе с людьми.

- Рано или поздно моя душа вернется в мир Яви, нет смысла сбегать от него сейчас, - девочка ненадолго замолчала. - И я не хочу забывать. Да, многие люди плохие, - она вскинула голову, впиваясь уверенным взглядом в лицо богини. - Но есть и хорошие, я не хочу терять воспоминания о своих близких. Я хочу помнить братца Беремира и старушку Милу, хочу когда-нибудь спасти их также как они спасли меня. Хочу помочь всем хорошим людям, потому что все иногда нуждаются в помощи и нужен кто-то кто протянет руку в трудный момент - заключила Мор, тяжело дыша. Богиня тепло рассмеялась.

- До чего благая цель, но за все надо платить. Ты не сможешь вернуться той же какой была, - девочка без промедления кивнула. - Я позволю тебе вернуться, если окажешь мне одну услугу.

- Что угодно богиня.

- Дело в том, что меня лишили серпа, которым я нити судьбы обрезаю. Если его не вернуть, баланс тьмы и света нарушиться и все детище Рода сгинет в хаосе. Я чувствую на тебе благословение брата моего Велеса, сильная ты Мор, уверена справишься с моей просьбой.

- Обещаю, я сделаю все что в моих силах, но... - девочка немного замялась, от грубости вопроса, но просто не могла его не задать. - Почему вы сами не можете отыскать его?

- Мне нельзя в мир живых, - ничуть не оскорбившись ответила богиня.

- Я верну его вам, чего бы мне это не стоило.

- Хорошо, - улыбнулась и кивнула богиня. - У тебя есть десять лет, если не сможешь сыскать серп до конца десятой зимы то сгинет твой мир. Как в мир Яви воротишься, отправляйся к подруге моей Яге. Она тебя всему обучит и поможет, - богиня наклонилась чуть ближе и оставила на лбу девочки, обжигающе морозный поцелуй. - Сегодня слабая девочка Мор умерла, сегодня сильнейшая чародейка вернулась к жизни. Сегодня родилась ты заново и отныне имя тебе Юрена, смелая и мужественная, что преодолеет все препятствия на пути и исполнит обещание данное мне, богине зимы Морене.

Серебряный полумесяц на лбу богини сверкнул и мир вокруг пошатнулся и закружился в разноцветной круговерти. Все тело пронзило жгучей болью и Юрена начала падать во тьму.

Она медленно открыла глаза. Вокруг было тепло и мороз больше не беспокоил тело, а еще было очень мягко. Маленькая Юрена повернула голову и громко испуганно закричала. Она тут же вскочила на ноги и отбежала от огромного медведя, в чьем меху только что грелась. Огромный зверь лениво зевнул и шатаясь поднялся на лапы, сознание Юрены подсказывало ей бежать, как можно скорее и как можно дальше, да и тело вроде бы готово было сорваться на бег но Юрена не двигалась. Что-то было не так. Она взглянула под ноги, босые лодыжки лизала сочная трава, а над головой задорно пели трели птицы.

Юрена непонимающе озиралась по сторонам. Несколько минут назад она страдала от пронизывающего мороза, что медленно уничтожал ее тело, а сейчас вокруг благоухала весна. Маленькая Юрена встряхнула головой и вновь огляделась, не веря своим глазам. Может морок кто наслал? Медведь издал какой-то странный звук, похожий на тихий рык, но аккуратный чтобы девочку не спугнуть, но то что услышала Юрена чуть снова не заставило ее кричать. Она с разинутым ртом смотрела на зверя и думала, а не послышалось ли ей, но медведь снова заговорил. Именно заговорил.

- Т-ты отведешь меня к Яге? - задушено спросила девочка и медведь снова зарычал, подтверждая слова Юрены. Он медленно развернулся и побрел только по ему известному пути и Юрена торопливо засеменила за ним, все еще не до конца осознавая реальность происходящего.

Через несколько минут они вышли к реке и Юрена кинулась к ней, дабы напиться воды. Может мороз и перестал ее волновать, но жажда и голод никуда не делись. Наконец-то смочив горло Юрена взглянула в отражение и замерла, из воды на нее глядела не другая девочка, но с точно таким же лицом. Вместо русых волос, что ей уродливо обкорнали, вились изящные черные локоны, прям как у богини Морены, а заместо голубых, словно льдинки глаз, на нее смотрели две капли золота, глаза совсем как у волка, совсем как у настоящей ведьмы.

Глава 3

Юрена распахнула глаза и увидела ясное звездное небо. Она глубоко вдохнула и прикрыла глаза рукавом. Давно же она не видела этот сон, как второй год жизни с Ягиней пошел, так она и перестала во снах это воспоминание видеть, для девочки тринадцати лет от роду, это было слишком сильным потрясением и ей не редко приходилось пить настои от бессонницы, лишь бы прошлое во снах не являлось.

В костре треснула ветка и Юрена перевела взгляд на почти потухший огонь. Они как и планировали остановились у реки Тины, несмотря на возражения ее спутника.

- Я слыхал что тут нечисть какая-то водиться и тиной воду портит, от того река так и называется, - вновь попытался Дастин убедить Юрену отойти от воды поглубже в лес.

- Верно, да только давно тут водяниц уже нет, - вздохнула Юрена.

- Кого? - недоуменно спросил Дастин, и Юрена заметила как его плечи приподнялись в напряжении.

- Девушки утоплинницы, они в нечисть после смерти обращаются и людей топят, - пояснила она, снимая мешок со спины Грома.

- Русалки что ли? - поморщился юноша, а Юрена ненадолго задумалась, вспоминая кого именно так называют за океаном и потом кивнула.

- Почти. У ваших хвосты как у рыбы, наши просто девицы голые, и песни не поют, но по сути почти тоже самое.

- У наших, -задумчиво повторил Дастин. - Откуда ты знаешь как они на моей родине называются?

- Я долго путешествовала по вашему континенту, - ответила Юрена и пожала плечами, как будто нет в том ничего особенного. - Искала где может быть серп. Я весь мир объездила, но так его и не нашла, - она пытливо взглянула на Дастина. - Поэтому мне сложно поверить, что ты знаешь где он, но выбора у меня особо нет. Либо ухватиться за тебя, либо и дальше сидеть в избе и ждать гибели.

- Я правда знаю где он, - попытался заверить ее Дастин, но Юрена только отмахнулась от него.

- Сейчас это не важно, я все равно помогу тебе, - она перебирала вещи в мешке, лишь бы занять руки. - Хоть знаешь, хоть нет, а сестру отыскать я тебе помогу.

- С чего вдруг такая перемена? - Дастин с подозрением оглядел Юрену. А не пытается ли ведьма его обмануть? На вид обычная девушка, разве что заместо сарафана брюки, и глаза звериные. Его с детства учили что ведьмы это прокаженные, что с самим дьяволом дела ведут, да только беды несут людям, но на этих землях к ним совсем по другому относились. Если бы люди с деревни не рассказали о делах добрых, что Юрена для них сделала, так он бы возможно так и не решился к ней сунуться.

- Ты ведь и сам говорил, я помогаю людям.

- Ты совсем недавно сказала, что ненавидишь нас.

- Одно другому не мешает, - она ухмыльнулась, но быстро ее лицо сменилось на задумчивое. - Я помогаю хорошим людям. Тебе я не хотела помогать, потому что думала ты за золотом своим охотишься или что-то такое, не думала что ты сестры лишился, - она перевела взгляд на Дастина, когда краем глаза заметила, как тот испуганно вздрогнул. - Если бы сразу сказал что сестру спасти хочешь, мы бы на день два раньше выдвинулись.

- Не думал, что это изменит твое отношение. Знал сказал бы сразу, - Юрена кивнула принимая такой ответ и продолжила копаться в суме, а Дастин взглянул на нее совсем по другому. Когда она на него накричала и выставила из дома, даже выслушать не захотев, он подумал что она дикарка. Живет в лесу, с людом почти не общается, так еще и колдовством занимается, а теперь оказывается ошибался он. Дастин теперь понимал, что сам виноват в ее грубости, не стоило в дом врываться и домового злить.

- За что же тогда ты людей ненавидишь? - спросил он и заметил как Юрена мигом напряглась. Она перевила на него взгляд и нутро у Дастина заледенело от страха, глаза ведьмы горели колдовским огнем и выглядели отнюдь не дружелюбно.

- А вот это тебе знать не обязательно, - прошипела она и достала наконец из сумы короткий нож, что для готовки используют. - Ты сам сказал, все что я должна это отвести тебя к Чернобогу, а не задавать вопросы, вот и ты их не задавай.

- Х-хорошо, - Дастин нервно сглотнул, он словно ощутил магию что жила в ведьме и по его телу пробежали мурашки. Ему не приходилось еще с магией сталкиваться, как и со множеством нечисти, что ходит по этим землям, но он не думал, что один взгляд ведьмы может заставить его колени подгибаться. Когда утром Юрена сорвалась с места и погнала Грома как можно быстрее, Дастин ощущал магию совсем по другому, ведьма словно сияла изнутри и завораживала своей красотой как делают берегини. Юрена раскинувшая руки, была такой свободной и счастливой что не залюбоваться ей было попросту не возможно.

Сейчас же Юрена пугала, так словно из прекрасной девы в миг обратилась в чудовище. Юрена была похожа на вампира из легенд его родины, она будто была готова наброситься на него, если б он посмел отказать, и разорвать глотку без сожаления. Такие фантазии не помогли, когда Юрена приблизилась к нему с ножом в руках. Увидев его испуг, Юрена сначала удивленно вскинула брови, а потом посмотрела более насмешливо.

- Я соберу грибов и ягод на ужин, а ты пойди собери хвороста для костра, - при упоминании еды, живот Дастина согласно забурчал и юноша почувствовал как его щеки теплеют. Они целый день ничего не ели, но Юрена не торопилась, словно и вовсе была не голодна, зато ее ухмылка стала шире, полностью прогоняя из сердца Дастина страх.

- Только смотри, веток не ломать, на мышей, змей не наступать, птиц не пугать, - приказала Юрена перед уходом и дождалась от Дастина кивка. - Мы же не хотим лешего разозлить, - пояснила она, встретившись с непонимающим взглядом Дастина. Он еще раз кивнул и отправился в другую сторону.

Дастин бросил хворост перед поваленным деревом, на котором сидела Юрена, и с удивлением оглядел ее улов. На обрезке тонкой ткани лежала приличная кучка уже вымытых грибов и горстка малины. Девушка спрыгнула с бревна и подхватила несколько веток.

- Смотришь так будто никогда грибов не видел, - между делом бросила Юрена.

- Видел конечно, но не думал что ты так много соберешь, времени нет ничего прошло.

- Просто надо знать где искать, да и сезон едва ли закончился, - сказала ведьма и убрала руки, оглядывая шалашик из веток. Некоторые из них были сырыми, в осеннем лесу было трудно найти сухие, особенно рядом с водой, но Юрену это словно не волновало. Дастин потянулся за пазуху, достать огниво и так и замер наблюдая как у девушки между пальцев заплясала искра. Ведьма что-то тихо шепнула, и она начала быстро разгораться, уже через секунду на ее ладони трепетал огонек размером с куриное яйцо. Юрена подвела вторую ладонь к огню и пару раз махнула вокруг него, тот сразу же распался на три огонька поменьше и повис около сырых веток. Ведьма шепнула что-то еще и вода в ветках зашипела, быстро испаряясь, уже через пару мгновений разгорелся нормальный костер, а Юрена отряхнула руки, точно провернула пыльную работенку.

- Вау, - не удержался Дастин. Это невероятно.

Юрена вскинула на него откровенно удивленный взгляд и Дастину показалось, что ее уши немного покраснели, но он решил что это просто игра света от костра.

- Ничего такого, - девушка отвела взгляд.

- И все же, если бы не ты мне бы пришлось бог знает сколько времени возиться с тем чтобы поджечь сухие ветки, не говоря уже о сырых, - Дастин плюхнулся перед огнем и вытянул руки, отогревая замерзшие пальцы. Тут он вспомнил о том как была одета Юрена, ему с мехом было не то чтобы тепло, ведьма же вовсе сидела без плаща в одной подпоясанной рубахе да брюках.

- Тебе не холодно? - вдруг спросил Дастин, Юрена вновь замерла и он уже испугался, что опять лишнего спросил, но вот ведьма тряхнула головой и спокойно взглянула на Дастина.

- С некоторых пор я не очень чувствительна к холоду, можешь считать это моей привилегией как ведуньи, - Дастин не сдержал облегченного вздоха.

- Я уж подумал, что ты меня в козла превратишь, - Юрена вновь посмотрела на него удивленно и неожиданно рассмеялась.

- Так вот чего ты такой испуганный был, - она сделала пару вздохов чтобы успокоиться. - Не бойся, ни ведьмы, ни ведуньи такого не умеют, так только колдуны делают.

- В чем вообще разница? - не понимающе спросил Дастин, на его взгляд все эти слова означали одно и тоже.

- Ведьмы и ведуньи, ведают, владеют знаниями. Мы знаем как использовать природу и ее дары, ее чары и магию, а колдуны подчиняют и используют свою внутреннюю магию. Ведьмы просят природу, просят магию, колдуны подчиняют своей власти. - пояснила Юрена и принялась насаживать грибы, на более менее ровные веточки.

- А ведьмы и ведуньи? - Юрена вопросительно посмотрела на Дастина и он уточнил. - Ну при встрече ты сказала что ведунья, а не ведьма.

- Аа, - протянула Юрена, и передала одну ветку Дастину. - Ну смотри, в народе считается, что ведьмы все свои силы от беса получают, потому что без дара рождены, и они часто пакости всякие творят, а ведуньи те кто по рождению имеют связь с миром, и не чинят бед людям. - Юрена поднесла свои грибы к огню и обхватила колени свободной рукой. - В наших кругах ведьма, это ведающая мать, отсюда и название. Это противная сгорбленная старуха, ведьмы характером неприятные, но просто так зла не творят.

Дастин кивнул и повторил ее движение, теперь понятно почему она злилась когда он ее ведьмой называл, любой красавице неприятно будет если ее со старухой сравнить, а Юрена еще какая красавица. Кожа чистая и белая, коса до пояса сияет даже в темноте ночи и формы у нее что надо, жила б она на родине Дастина, давно бы чей-то женой стала.

- А ведьмы и ведуньи замуж выходят? - не смог удержаться от вопроса Дастин, надеясь что это никак не заденет девушку. Юрена громко и насмешливо фыркнула.

- Я таких не встречала. Если найдется бедолага, что согласиться с ведьмой жизнь провести, то пожалуйста, да только ведьмин характер никто вытерпеть не может. Ведьма, что меня воспитала, рассказывала что был у нее один ухажер из той деревни, где ты обо мне прознал. Клялся в вечной любви, - Юрена приложила руку на сердце и посмотрела на Дастина так, словно рассказывала о самой величайшей истории любви, и вздыхала так мечтательно, но потом не сдержалась и хохотнула. - Да только умчался, сверкая пятками, как только бабушка обмолвилась, мол попытаешься указывать мне так в моей же печи и сгинешь.

- Сурово, - пробормотал Дастин и ойкнув, начал быстро махать своей палкой, потому что заслушавшись Юрену, он не заметил как один из его грибов загорелся. Та весело рассмеялась глядя на такую картину и Дастин вновь не мог отвести от нее взгляд, наблюдая как ведунья снова сияла точно драгоценный камень на солнце.

- А у тебя был такой ухажер? - внезапно даже для себя спросил Дастин и Юрена покачала головой.

- Неа, меня даже бабушка еле терпела, деревенские мальчишки ко мне вообще не совались, - она решила умолчать о том, который напоить ее хотел, да и то ведь не ухажер был, а свинья какая-то. - Слушай, я стараюсь избегать любых тем связанных с моим прошлым.

- Это я уже понял, - без обидок ответил Дастин и коротко улыбнулся.

- Да... можешь спрашивать что угодно, если это со мной не связано, я отвечу и так же не буду задавать вопросов о тебе и твоей семье.

- Такое меня устроит, - Дастину хотелось узнать больше о Юрене, им все-таки не одну неделю вместе путешествовать, но он закопал свое любопытство поглубже. Может быть потом, если Юрена позволит, он спросит, но пока что его устраивало, что они не лезут друг другу в душу пытаясь выведать секреты.

Юрена обвела взглядом вокруг, Дастина нигде не было видно, она не придала этому особого значения, может нужду пошел справить. Ведунья встала и потянулась, с наслаждением разминая затекшие мышцы. Край неба уже начал светлеть, потому она не стала подбрасывать в костер хвороста, оставив его догорать. Лошадь Дастина была рядом с Громом, а значит он скоро вернется.

Юрена направилась к реке где умылась и выпила воды. Теперь из отражения на нее уже смотрела взрослая, не напуганная девочка. Она улыбнулась самой себе и оглядела течение реки, вспоминая как именно отсюда пропали водяницы.

Глава 4

Юрене было пятнадцать лет отроду. Она по пояс стояла в воде и руками высекала брызги, пытаясь почувствовать потоки водяной стихи как магии, но кроме теплой воды она ничего не чувствовала. Все вокруг утопало в зелени, влагой реки спасаясь от летней жары, впитывая ее магию. В спокойном течении реки у берегов, колыхались камыши и рогоз. Ветра не было от слова совсем, потому духота кружила голову, не давая сосредоточиться на поставленной задаче. В тех же камышах громко квакали лягушки и иногда Юрене казалось, что они посмеивались над ее безрезультатными мучениями, хотя скорее всего обсуждали кто поймал стрекозу больше. Иногда то тут, то там булькали рыбы, ловя водомерок с поверхности, раздражая и отвлекая ведунью. Не редко над ухом пищали комары, хотя казалось бы при таком пекле они должны прятаться в траве да помалкивать.

Голову припекало полуденное солнце и все о чем могла думать Юрена, это о том чтобы окунуться с головой в спасительную влагу и напиться воды. Горло неприятно саднило когда она сглатывала, потому что с рассвета она ни капли в рот не взяла. Девочка опасливо оглянулась на берег, в тени деревьев сидела бабушка Ягиня и в руках держала пяльцы с иголкой. Она все время там сидела, бдительно смотря за процессом обучения своей ученицы, да только сейчас вроде задремала. Юрена более смело, но все также аккуратно обернулась на бабушку, та склонила голову к груди и едва ли не выпускала пяльцы из рук. Молодая ведунья радостно улыбнулась и зачерпнула в руки побольше воды, но сделав только пару быстрых глотков заплевалась. У воды был вкус тины, хотя река была почти хрустально чистой.

- Я тебе говорила воду не пить! - крикнула с берега Ягиня. - Ты так водную стихию никогда не почувствуешь.

- Я не виновата, что ничего не выходит, - крикнула в ответ Юрена и полностью повернулась к берегу. - Я пытаюсь ее почувствовать, но то что ты меня пытаешь ни капли не помогает! - Юрена ударила кулаками по воде и через сиг удивленно глянула на свои ладони. Она подняла руки к лицу, чтобы лучше разглядеть воду, что словно варежки окутала пальцы.

- Получилось! - воскликнула она и радостно запрыгала вокруг своей оси, не прекращая задорно смеяться, пока не запуталась в собственных ногах и не плюхнулась в воду. Юрена оттолкнулась от дна и собиралась всплыть, когда кто-то схватил ее за руки и потащил от берега. Она начала брыкаться, в попытке сбросить с себя хватку, но руки, что были холоднее воды не отпускали и тянули все глубже и глубже. Девочка начала задыхаться, но ничего не могла сделать. Ее слушались только земля и воздух, но и то и другое под водой она использовать не могла. Паника заглатывала ведунью точно болото, с каждым движением затягивая все глубже. Она распахнула глаза и в помутневшей воде прямо перед ней мелькнуло бледное женское лицо. Водяница звонко засмеялась, так же как мгновения назад смеялась сама девочка, она приблизилась к лицу молодой ведуньи и положила ледяные руки на ее щеки. Юрена закричала от жгучей боли и последний воздух покинул ее легкие, поднимаясь на поверхность большими пузырями. Девочка как могла удерживала себя от вздоха, но тело кричало о том что задыхается и требовало хотя бы глоток воздуха. Юрена замотала головой и задергалась пуще прежнего, руки и ноги переставали слушаться и она оскалилась на саму себя. Морена не для того ее к жизни вернула, чтобы ее глупые утопленницы на тот свет утащили. Почему эта нечисть не лезла к ней, когда она просто стояла? Почему решили утопить, когда у нее наконец-то получилось уловить связь со стихией воды? Эти мысли крутились у Юрены подобно водовороту, разжигая внутри испепеляющий гнев, что грел кровь. Стало нестерпимо жарко, было такое ощущение, что по венам растекся расплавленный металл и ведунья услышала оглушающий крик и хватка с рук пропала. Она хотела тут же выплыть, но тело не слушалось, а в глазах стремительно темнело. Тело перестало слушаться и вместо воздуха легкие наполнила вода. Юрена уже думала что не справилась и вот-вот вновь окажется на Калиновом мосте, но в тот же миг в спину ударил поток воды и ее вытолкнуло на берег.

Девочка сделала долгожданный вздох, но воздух тут же покинул ее тело, вместе с собой выгоняя воду. Из-за кашля что драл горло, невозможно было глотнуть новой порции воздуха, а в глазах все еще витали темные мушки. Юрена постоянно слышала какое-то шипение и вот ее спины коснулась холодная рука, она вздрогнула, но в следующую же секунду грудь сжалась в нестерпимой боли и последняя вода покинула тело ведуньи вместе с содержимым желудка. Юрена наконец-то сделала спокойный вдох, несмотря на то что горло будто кошки подрали, и села на колени.

- Вот дурында, - раздался над головой знакомый старушечий голос. - Сказала же не отвлекаться.

Юрена хотела бы что-то съязвить, но сил препираться с Ягиней у нее не было, тем более ее прервал высокий, режущий уши, крик. Она обернулась к реке, на противоположный берег с криками выскакивали водяницы, изуродованные красными пятнами на бледной коже и волдырями. Юрена с замиранием сердца наблюдала как со дна реки поднимаются огромные пузыри, лопаясь выпуская на поверхность пар. Река буквально кипела, точно кастрюлька воды на костре, и вместе с травой в ней варились водяницы. Они стояли по другом берегу и злобно шипели на Юрену, сразу же теряя свое обаяние.

- Ну ка, прекращай это, - назидательно сказала Ягиня.

- Я?! - воскликнула Юрена и ее глаза заметались между бабушкой и рекой. В какой-то момент душу Юрены сковал ледяной страх, вода в реке мигом успокоилась, а вот молодая ведунья теперь будто сама отказалась от воздуха. Она не могла сделать и вздоха, а голову все наполняли картины прошлого. Воспоминания о том как она в прошлый раз потеряла контроль над своим огнем, о том как на груди Беремира появился уродливый шрам, что тянулся к шее. Юрена усиленно затрясла головой, она не хотела погружаться в прошлое, но оно затягивало подобно водовороту, заставляя ведунью вновь задыхаться.

На макушку легла ладонь Ягини и Юрена всеми силами ухватилась за это ощущение, дабы остаться в реальности. Бабушка шептала успокаивающие заговоры, и дыхание постепенно вернулось к Юрене. Ведунья корила себя за такую реакцию, две весны минуло, с того момента как она сбежала, ей давно пора позабыть жизнь Мор, ведь та слабая девочка умерла, но это было слишком сложно. Мор и была Юреной, это один человек, но и вместе они существовать не могут, Мор мешала Юрене идти дальше, а Юрена не могла отпустить Мор, оттого обе стояли на месте.

- Эй, - Мор подняла на Ягиню глаза и только поняла, что их застилали слезы. - Ты не сделала ничего плохого, всего лишь спасала свою жизнь, - она погладила ведунью по голове.

- Я-я, - заикаясь начала Мор и перевела глаза на реку, на поверхности которой вверх брюхом лежало огромное количество рыбы, и этот вид не помог сдержать слез. Они градом покатились по щекам. - Я убила их, навредила...

- Дурында, - Ягиня щелкнула пальцем ей по лбу. - Ты избавила реку от нечисти что отравляла ее магию, а рыбешки рано или поздно все равно бы сгинули в пастях водяниц. Ты сильная и тебе нужно научиться контролировать свою силу, а не прятать ее в погреб. Да и кому какое дело сколько неразумных мальков сварилось, тебе сама Морена жизнь даровала, и не важно сколько нужно заплатить за нее. Запомни Юрена, если кто-то попытается отобрать у тебя жизнь данную Богиней, то ты смело имеешь право оборвать их существование раньше срока, никто не смеет покушаться на поцелованную Марой.

Ягиня была права и Юрена это понимала. Если она умрет, то кто тогда найдет серп? И Ягиня, и Морена говорили, что она самая сильная чародейка за последние три сотни лет, если она не справиться с просьбой богини, то никто не справиться.

Юрена с силой утерла слезы и пару раз ударила себя по щекам, приводя мысли в порядок. Ягиня права. Не дело это слезами обливаться, сейчас она все равно уже ничего не исправит, но если не научиться силы контролировать, то пострадает еще кто-то. Юрена поднялась на слегка дрожащие ноги и пошла к воде. Все по порядку, сначала закончит с водной стихией, потом уже огонь усмирит.

Глава 5

Со стороны их остановки послышалось ржание лошадей, причем очень неспокойное. Юрена нахмурилась и отряхнув руки от воды пошла обратно. Дастин стоял около своей кобылицы и пытался ее успокоить, но получалось у него это плохо.

- Что случилось? - спросила Юрена и Дастин испуганно на нее обернулся, явно не услышав как она подошла. Он уже хотел ответить, но его опередил ворон, что сидел на нижней ветке и то, что он поведал сильно не понравилось Юрене.

- Что ты сделал?! - злобно прошипела Юрена и быстро оглядела землю около костра. Там валялось две тушки молодых перепелок, обе с поломанными крыльями и несколькими ранами от стрел.

- Анчутка меня забери, - задушено прошептала Юрена и кинулась к седлу, как можно скорее накидывая его на Грома.

- Что такое? - непонимающе спросил Дастин, Юрена кинула в него острый взгляд.

- Быстро собирайся, а иначе я сама тебя придушу троедурок, - прорычала она и быстро затянула ремни седла. Гром нервно переминался с ноги на ногу и и издавал недовольные звуки. Юрена бросилась к костру и проведя над ним рукой, быстро затушила последние угли. Она схватила с земли плащ, суму с травами и накинула на плечи, пальцы слегка подрагивали от волнения. Вот и чего этому дураку на месте не сиделось?!

Из глубины леса раздался оглушающий рык, похожий на медвежий, но Юрена знала, что им не повезет отделаться простым медведем.

- Быстрее, - подгоняла она Дастина, что копошился с креплением мешка на седле своей кобылы. Ведунья схватила свой мешок и почувствовала как задрожала земля от чьих-то тяжелых шагов. Совсем рядом затрещали деревья и кобыла Дастина встала на дыбы, она испуганно заржала, ударила его копытом в грудь и умчалась вместе со всеми его вещами, только меч да плащ остался.

Гром отбивал землю копытом и громко ржал. Юрена цыкнула на него и бросилась к Дастину, который кашлял и хватался за грудь. Ведунья схватила его под руки, но поднять такую махину у нее не получилось, потому она его пнула, на что Дастин недовольно застонал.

- Поднимайся, - шипела Юрена. - Если сейчас же не окажешься на спине Грома, я оставлю тебя здесь.

Вновь раздался оглушающий рев, Дастин тут же подскочил на ноги, морщась от боли. Юрена с разбега запрыгнула в седло и протянула руку своему непутевому спутнику. Как только Дастин оказался позади Юрены и ухватился за нее покрепче, Гром рванул к реке.

- Что вообще произошло? - громко спросил Дастин, пытаясь перекричать свистящий ветер.

- Я же сказала не злить лешего! - крикнула Юрена и резко дернула Грома за поводья, уводя его вдоль берега.

- Ты не говорила, что нельзя охотиться, - попытался защититься Дастин.

- А сам додуматься не мог?! - Юрена обернулась на него и оскалилась, она хотела еще что-то сказать, но прямо у них за спиной раздался рев. Деушка глянула через плечо Дастина. За ними гнался огромный зверь — медведь, чтораза в два больше обычного, да в то же время и не медведь вовсе. Вместо шерсти у него мох был, когти каменные, а на меху из травы пожелтевшей, то тут, то там мухоморы расли.

- Что за чудовище? - испуганно воскликнул Дастин. Леший зарычал и все деревья в лесу содрогнулись от его гнева. Юрена отвернулась и ударила поводьями, Гром помчался во весь опор и ведунья из последних сил держалась за него, бедра болели от усилий, но она даже на секунду не задумывалась о том что может загнать своего скакуна до смерти.

Дастин до боли сжимал ее бока, боясь свалиться, и что-то громко шептал, что Юрена распознала как молитву своему богу. Она могла бы сказать что на этой земле его бог не властен, но все внимание было на реке. Вот-вот должно было начаться мелководье. Совсем чуть-чуть. Есть. Ведунья дернула поводья и конь ушел в резкий поворот, копыта заскользили по размокшей земле берега и они вместе чуть не перевернулись, но Гром смог удержать равновесие. Он с брызгами ворвался в воду и они еле смогли уйти от столкновения, леший промчался дальше по берегу, если бы они не успели выровняться, то уже были бы подмяты под тушей хранителя леса.

Леший быстро понял что от него скрылись в реке и помчался вслед. Вода была Грому по колено, но больше мешала грязь налипшая на копыта.

- Давай, давай малыш, - шептала на ухо коню Юрена гладя одной рукой его шею. Хватка на боках девушки усилилась и она обернулась на Дастина, он не сводил взгляда с огромного зверя, что было совсем близко. Протяни он свою лапу, смог бы сбить их с Грома. Действовать надо было быстро. Юрена перекинула через себя поводья и высвободилась из хватки Дастина, он что-то закричал. Она схватилась одной рукой схватилась за гриву Грома, а второй за плечо Дастина и встала сапогами на седло.

Дастин не переставал что-то вопить. Юрена отпустила гриву и повела рукой, точно рисуя волну. Вода в реке стала немного быстрее, на волнах стали появляться белые гребни. Леший взревел и встав на задние лапы, завел переднюю прямо над их головами. Юрена вскинула свободную руку вверх и поток воды ударил медведю точно в морду. Леший потерял равновесие и рухнул навзничь, злобно ревя. Юрена обернулась и быстро уселась назад в седло, она свела две ладони вместе и глубоко вздохнула. Нельзя терять времени, пока леший не встал. Она резко развела руки и вода перед конем отступила, открывая тропинку. Гром пошел быстрее, все еще утопая в илистом дне, но этого хватило чтобы успеть добраться до берега. Юрена облегченно вздохнула и посмотрела на реку.

Леший был с противоположной стороны и отряхивал свою шерсть. Они покинули его лес, а значит Дастин и Юрена больше не его забота. Ведунья облегченно вздохнула и упала на шею Грома, зашептав слова благодарности. За время их странствий он не раз спасал ее от бед и девушка предпочла бы и дальше путешествовать с ним одним, а не брать с собой одну большую неприятность от которой сейчас так и веяло желанием извиниться. Юрена хлопнула Грома по шее и повела на северо-восток, к стенам Светгорода.

- Эм..

- Нет, - грубо прервала она Дастина. - Даже не вздумай разговаривать со мной ближайшее время. Я сейчас очень зла, и если ты продолжишь меня бесить, то я наведу на тебя порчу.

- Ведуньи же не творят зла людям, - неуверенно ответил Дастин.

- Ты станешь первым, если не заткнешься, - прошипела Юрена. Спутник не ответил ей, но она почувствовала как он кивнул.

- Держись крепче, - тихо сказала Юрена и ударила пятками Грома, что бы тот ускорился до рыси.

Юрена отказывалась признавать, что ощущение теплых ладоней на ее боках, заставило внутри что-то перевернуться. Она тряхнула головой, отогнав мысли о широкой груди Дастина, к которой невольно прижималась спиной, и тем более о дыхании на ее шее, что оставляло после себя отвратительные мурашки. Прикосновения никогда не были чем-то приятным и незначительным, поэтому одна только мысль о том, что ее кто-то касался, пускай это и было вынуждено заставляла внутренности скручиваться в комок нервов. Чужие руки казались обжигающе горячими, а дыхание липким.

Теперь у Юрены появилась еще одна веская причина остановиться в Светгороде. Они просто обязаны одолжить там лошадь для Дастина, иначе ведунье будет слишком сложно концентрироваться на цели их пути, и она просто забудет, что должна отыскать серп Морены, теряясь в собственных воспоминаниях. Верно говорила Ягиня, от мужиков одни проблемы, не стоит их даже близко подпускать.

Глава 6

Целую пятницу Юрена ему и слова не сказала. Все ходила хмурая да по рукам его била, ежели он помочь чем ей хотел. Юрена теперь Дастина вообще из поля зрения не выпускала, боясь что натворит опять чего-нибудь. Делала все сама и бросала в него злые взгляды. Оно и понятно.

После того как они от лешего сбежали Юрена выглядела совсем плохо, ходила вся зеленая, под глазами темные круги залегли и спала любую свободную минуту. Даже когда Грома по полю вела то и дело кемарила, пока Дастин ее не окликал. Видать правду говорят, что ведьмы за силу свою платить должны, наверное не просто было целую реку своей воле подчинить. Дастин тогда жуть как за Юрену перепугался, думал вот-вот у нее нога соскользнет с седла и она в воду свалиться, никак он не ожидал что она такое громадное чудовище опрокинуть сможет, так еще и оставаться спокойной, точно каждый день так делает. Дастин, что в своей жизни ничего страшнее пикси и боггла не видел чуть дух не испустил, а ведунья и глазом не повела. Вот Дастин и думал, а если бы отказалась она ему помочь, смог бы он сам хотя бы из леса выйти? Что-то ему подсказывало, что он бы в пасти лешего и сгинул.

На третий день Юрене кажется полегчало, тон лица выровнялся и хмуриться она меньше стала. Даже без упреков делилась своим вяленым мясом, что в мешке прятала, а потом на седьмой день с ней опять произошло что-то.

- Точно все в порядке? - в который раз поинтересовался Дастин, глядя как Юрена уже третью склянку наполняет отваром из ромашки и еще каких-то трав название которых, он не знал.

- Да, - резко ответила ведунья, не отвлекаясь от своего занятия.

- Так и не скажешь, - возразил Дастин, выглядела Юрена слишком уж дерганой. Движения резкие и неаккуратные, в последний раз когда она костер разводила самой себе чуть лицо не опалила, потому что огонек в руках вдруг слушаться ее отказался.

- Напоминаю, - Юрена закупорила склянку и отложила ее в сторону, наконец-то поднимая хмурый взгляд на своего спутника. - Я ненавижу людей, а уже сегодня мы войдем в один из самых населенных городов Славных Земель — это во-первых. Во-вторых, по вине какого-то дурака ты потерял лошадь со всеми вещами, а значит и платить в городе мне придется за нас обоих, и сильно повезет если моих сбережений хватит. А в остальном все нормально, так что прекрати уже спрашивать.

- Я же уже извинился, - устало протянул Дастин, скрещивая руки на груди.

- Ага, аж семь раз, да только сути дела это не меняет.

- Как только мы освободим мою сестру, я верну тебе потраченные деньги, - примирительно ответил он, с явной заминкой, которую к его счастью ведунья просто отпустила.

- Разумеется вернешь, я тебя так просто не отпущу, - Юрена собрала мешочки с травами и склянки обратно в суму и перекинула ее через плечо. - Не сможешь долг уплатить рабом своим сделаю, - зловеще проговорила Юрена и ее глаза вспыхнули ведьмовским огнем. Дастин невольно сглотнул и отвел взгляд. Он думал не стоит спорить с ведуньей, особенно когда знаешь, что она способна легким движением руки превратить человека в истлевший уголек.

Юрена движением руки подозвала Дастина поближе и он подошел, точно прирученная собака. Такое сравнение заставило его скривиться, но вид подозрительной баночки в руках ведуньи настораживал больше.

- Ближе подойди, - сказала Юрена и закатила глаза, когда Дастин остановился от нее в паре шагов. Она сама сократила расстояние и встала так близко, что Дастин мог почувствовать горький аромат полыни и шалфея, что исходил от нее.

- Рубаху снимай, - спокойно произнесла Юрена, а Дастин аж поперхнулся от неожиданности.

- Что? - как-то придушенно спросил он и почувствовал как щеки начали теплеть, когда губы Юрены медленно растянулись в поддразнивающей ухмылке.

- Прекращай вести себя как малец, что женщины не знал, - лицо Дастина едва ли не обожгло жаром и Юрена весело рассмеялась, не отрывая насмешливого взгляда. - Неужели так и есть?

- Хватит надо мной смеяться, - пробурчал Дастин, завороженно вслушиваясь в звонкий смех.

- Дурак, тебя же твоя кобыла копытом ударила, вот я и хотела посмотреть, - ухмыльнулась Юрена, уперев свободную руку в бок. Дастин глупо уставился на нее, понимая наконец что мысли его шальные совсем не туда завели.

- От чего раньше не помогла? Уже седмица прошла, - пробурчал он, пытаясь скрыть смущение.

- Потому что заслужил, - фыркнула Юрена, но вздохнув продолжила. - Думала само заживет, да вижу, что ты все еще морщишься когда грудь тревожишь. Ну так что, позволишь взглянуть? - из ее тона пропала насмешливость, и это на удивление помогло успокоиться самому Дастину. Он кивнул и аккуратно стянул рубаху, ведунья была права, двигаться иногда все еще было больно, хотя обычно на нем все как на собаке заживало.

Стоять в пустой степи, без рубахи было зябко. По телу Дастина тут же побежали мурашки, хоть для близкой зимы и было очень тепло, ветер что гулял вокруг сдувал любое тепло. Новая волна мурашек пробежала, когда Юрена коснулась его груди своей ледяной рукой. К своему удивлению Дастин заметил что от нее всегда веяло холодом, точно и не была она живым человеком, если бы от нее еще и землей пахло Дастин бы задумался о том что она живой мертвец, о которых ему матушка рассказывала.

Пальцы Юрены аккуратно блуждали по краю синего пятна, что в местах уже начало желтеть, и Дастин старался смотреть куда угодно, только не на свою спутницу. Грудь прострелило острой болью и он зашипел, Юрена тут же ослабила давление и взглянула Дастину в лицо.

- Сильно болит? - серьезно спросила она.

- Терпеть можно, - сквозь зубы ответил Дастин.

- Сделай глубокий вдох, - он сделал как просили, но боль заставила с кашлем быстро выпустить набранный воздух.

- Везучий ты, - Юрена надавила чуть ниже и проследила за выражением лица Дастина, он просто покачал головой, молча говоря что такой же боли нет.

- И почему же?

- Потому что я у тебя есть, - она прощупала всю посиневшую часть, но больше очагов не было, тогда Юрена открыла баночку что держала в руках.

- И потому что перелома нет, похоже просто трещина, - Юрена зачерпнула пальцами массу и размазала ее по болезненному месту.

- Из чего это? - поморщился Дастин, услышав как смердит мазь, которую наносила Юрена.

- Ты не хочешь этого знать, - усмехнулась она и положила ладонь на его грудь. - Это будет больно.

Дастин даже рта открыть не успел, как сознание помутнилось от резкой боли. Ладонь Юрены раскалилась за секунду и начала обжигать, вырывая из него крик, что эхом расходился по полю. Колени сами подогнулись и юноша рухнул бы, не подставь ведунья плечо. Рукой что не была на груди, она начала поглаживать по волосам и говорить, что скоро все закончиться. Дастин не мог осмыслить ее слова, ловя перед глазами белых мушек, всколыхнувшихся от вспышки боли. Не осознавая Дастин впился пальцами в плечи Юрены и был почти уверен что она зашипела.

Прекратилось все так же резко как и началось. Боль просто исчезла, выбивая из Дастина удивленный вздох. Он резко отстранился от Юрены и оглядел свою грудь, ни мази, ни синяка не было. Дастин попытался набрать полную грудь воздуха и на этот раз не было резкой боли, точно и не было никогда раны.

- Как ты это сделала? - ошарашенно спросил Дастин. Юрена по доброму усмехнулась, точно глядела на ребенка, впервые увидевшего радугу, и подняла с земли его упавшую рубаху.

- Магия - ответила Юрена и бросила в Дастина его вещь. - Раз теперь ты знаешь как больно исцеляться, я надеюсь ты больше не будешь создавать проблемы.

- Неужели это всегда происходит так? - Дастин натянул рубаху.

- Да. За все нужно платить, боль это плата за мгновенное исцеление, - назидательным тоном ответила Юрена и коротко усмехнулась, но тут же помрачнела. Она глянула на серое с просветами небо и к ней вновь вернулась нервозность.

- Мы должны ехать если хотим успеть до темноты, - Дастин согласно кивнул и быстро собравшись они отправились

Глава 7

Чем ближе они были к стене города, тем более дерганной становилась Юрена. Все ее тело было напряженно, точно она была готова в любой сиг сорваться и умчаться как можно дальше от города. Дастин уже начал жалеть, что заставил ее идти через Светгород, но мысли о сестре не давали жалости разрастись. У него просто не было другого варианта, если он не хочет терять время.

Как только они оказались в черте города, Юрена натянула на голову капюшон плаща и как можно аккуратнее повела Грома, меж толпы людей. Как пояснила Юрена все эти люди приехали в город света праздновать приближающуюся Каляду и день Карачуна, и Дастин понимал почему они выбирали именно этот город. На крыше каждого дома сияли фигуры из разноцветного стекла и отражали солнечные лучи, бросая на каменные дома разноцветные пятна. Весь город выглядел так, будто на него опрокинули множество краски разных цветов, создавая восхитительный хаус света. Пока они искали постоялый двор, Юрена рассказала что фигуры на крышах не простые, при солнце они просто отражают лучи, но ночью, когда восходит луна, они впитывают ее свет и начинают сиять точно подражают небесному светилу, оттого и светло в городе и днем, и ночью.

Постоялый двор украшала фигура желтого лебедя, что в закатном солнце становился ярко оранжевым. Дастин спрыгнул с Грома и не смог оторвать глаз от идеальных граней лебедя, ему стало интересно увидеть мастера что смог сделать что-то столь великолепное. От созерцания ловушки для солнечных лучей Дастина отвлек звук откупоривания склянки. Юрена залпом опрокинула в себя отвар из ромашки и поморщившись быстро убрала склянку в суму.

- Ты точно в порядке? - спросил Дастин, заметив как трясутся ее руки.

- Клянусь, спросишь это ее раз и ночью я задушу тебя подушкой, - злобно прошипела Юрена и спешилась. Дастин мог бы бросить что-то язвительное в ответ, но девушка выглядела как загнанный зверек, напуганный и готовый броситься на любого кто посмеет протянуть руку.

- Я схожу, спрошу есть ли свободные комнаты, - сказал Дастин и готов был уйти, но Юрена схватила его за рукав.

- Не смей оставлять меня здесь одну, - тихо то ли попросила, то ли приказала ведунья. - Я пойду с тобой.

- Ладно, - Дастин неуверенно пожал плечами и они направились внутрь.

Стоило им зайти, Юрена тут же сжалась, пытаясь казаться меньше, и прижалась к Дастину как можно ближе. Все помещение было набито пьяницами, что громко смеялись и веселились. Юрену явно напрягала такая обстановка и Дастин не понимал почему ему это не нравиться. Он аккуратно высвободил свой рукав из крепкой хватки ведуньи и поймал перепуганный взгляд из под капюшона. При виде такой Юрены все нутро у него сжалось и Дастин не мог сказать почему. Возможно потому что она напомнила ему сестру, которая так же цеплялась за него когда была маленькой. Он осторожно опустил руку на плечи Юрены и прижал к себе. Девушка сразу напряглась, но это казалось немного успокоило ее страх, и Дастин смог облегченно вздохнуть.

- Здравствуйте, - обратился Дастин к мужику за стойкой, которого принял за хозяина. Тот сам был уже немного захмелевшим, а русая борода и усы были влажными от пролитого спиртного. - Есть свободные комнаты?

Мужик перевел на них стеклянный взгляд и икнул, он изучающе оглядел их и усмехнулся.

- Комната есть, а вот денег та у вас хватит? - Дастин немного нахмурился, не убирая с лица дружелюбной улыбки. Он понимал что после недели пути, они выглядели и пахли мягко говоря не очень, но ведь мужики, что позади него вусмерть упивались были еще хуже.

По стойке звякнули монеты. На дереве крутились две серебряные монеты и Дастин с округлыми глазами посмотрел на Юрену. Может о нечисти он и мало знал, но в ценах разбирался хорошо. Отдавать два серебряника за комнату? Да это же безумие! Но схватить монеты Дастин не успел, ловкие руки мужика опередили его всего на сантиг, и тот уже счастливо ухмылялся.

- Этого хватит, - добродушно ответил он, радостно оглядывая Юрену.

- Это за комнату и заботу о коне, что стоит у входа, - как-то отстранено ответила она и мужик надул губы.

- Не так дела не делаются красавица, за коня доплатить надобно, - Дастин мог поклясться что в шуме трактира он услышал как у Юрены скрипнули зубы.

- Комната и конь, и тогда я подумаю о том чтобы завтра выкупить у тебя еще одного коня для моего спутника, - она кивнула в сторону Дастина и тот едва ли не поперхнулся. Да не может такого быть, что Юрена ему скакуна купит, или же решила и правда его в долги загнать?

- Почем мне знать что не обманешь? - мужик задумчиво оглядывал Юрену, а Дастин от шока и слова вымолвить не мог. Он чувствовал, как у Юрены подрагивают плечи от напряжения, но она говорила четко и уверено, да так что любой поверит, что она готова коня купить.

- Ладно, - как можно непринужденнее пожала плечами Юрена. - Отдавай мои монеты, раз мы здесь гости не желанные, найдем того кому деньги лишними не будут, - она протянула руку ожидая когда мужик вернет деньги, а тот аж растерялся от такой перемены. Он почти умоляюще взглянул на Дастина и тот не смог сдержать усмешки.

- Ну что ты? - сладко спросил он у Юрены. - Сейчас час поздний, искать другое место не время. - он перевел взгляд на мужика. - Может если бы на пять медяков он цену сбросил, мы могли бы остаться?

- Пять медяков? Никакой совести уважаемый, - воспротивился мужик.

- Уф, кажется стоит рассказать твоим клиентам, что ты им мед водой с центрального колодца разбавляешь, - как бы невзначай бросила Юрена, Дастин было думал что это очередной блеф, да передумал увидев как мужик сразу подобрался.

- Чего тебе надо девка? - грубо спросил он и хмыкнув Юрена приподняла капюшон, так чтобы мужик мог видеть ее глаза - голубые, словно летнее небо, с крапинками серебристых облаков, и ухмылку хищную.

- Комната, стойло для коня и один серебряник обратно, - мужик не решался долго, может обдумывал как бы вышвырнуть их отсюда, да так чтобы Юрена рта раскрыть не успела.

- Верхний этаж, последняя комната слева, - все же пробурчал мужик и протянул серебряную монету, скривившись так, точно от сердца отрывал.

- С вами приятно иметь дело, - попыталась очаровательно улыбнуться девушка, но получилось криво, и как можно скорее бросилась наверх, оставив Дастина, который едва поспевал за ней.

Юрена точно тайфун ворвалась в комнату и оставила юношу в проходе. Один сиг ушел у нее чтобы добраться до корыта, что стояло у кровати, специально для перебравших посетителей. Ведунью тотчас вывернуло в него и по комнате разнесся кислый запах. Дастин отойдя от шока, подбежал к ней и с беспокойством оглядел. Девушка была бледнее чем обычно, все тело била дрожь и она постоянно трясла головой, как делала когда пыталась избавиться от неприятных мыслей.

- Юрена, - твердо произнес Дастин, но она даже не обратила на него внимания. Ее взгляд был устремлен в пустоту, а грудь резко вздымалась, точно Юрена задыхалась. Она что-то шептала себе под нос, что Дастин не мог разобрать и обнимала себя руками то и дело подавляя рвотные позывы.

- Юрена, - чуть громче попытался Дастин, но ведунья словно вообще находилась не в этом месте. Ее паника начала понемногу заражать и самого Дастина, перед глазами всплыла картина как похожие приступы случались у его сестры. Он зажмурил глаза и глубоко вздохнул, не хватало еще самому утонуть в панике. Дастин вспомнил как помогал своей сестре, еще когда они жили с матерью. Он медленно приблизился, пытаясь взять Юрену за руку, но как только она заметила его ладони, тут же вообще перестала дышать. Ее глаза распахнулись в ужасе, а тело перестало дрожать, словно притворилось мертвым, и это напугало Дастина. Его сестре всегда помогали прикосновения, но Юрена смотрела на его руки так словно они были лезвием на плахе, что в любой момент лишит ее жизни. Это было странно. Верно. Юрена наверняка не просто так ненавидит людей.

Дастин медленно убрал руки, стараясь не делать резких движений, чтобы ненароком не напугать ее еще больше. Только когда он поднялся на ноги и ушел в дальний угол комнаты, Юрена сделала дрожащий вдох. Ее пальцы до побеления сжались на плечах, а глаза беспорядочно забегали по комнате. Дастин еще раз попытался позвать ее, но девушка не ответила, только покачала головой и он вздохнул немного спокойнее. Она так уже делала когда не хотела с ним говорить, а значит хотя бы услышала. Дрожащими руками она начала копошиться в своей суме с травами. Движения были дергаными и склянки внутри беспорядочно звенели. Юрена всхлипнула и Дастин в шоке оторвал взгляд от ее рук и перевел на лицо. По подбородку текла тонкая струйка крови, от того как сильно она прикусила уголок губы, а глаза были на мокром месте. Казалось ведунья может разрыдаться только оттого, что не может найти что-то среди своих зелий. Наконец-то она смогла отыскать последнюю склянку отвара из ромашки, и опрокинула, почти половину расплескав от неконтролируемой дрожи рук. Она откинула склянку и скинула с себя плащ и суму. Юрена уперлась спиной о кровать и запустила пальцы в волосы, сжав их до боли. Ее голова покоилась между коленей, пока она пыталась выровнять дыхание.

- Как же я ненавижу людей, - спустя добрых полчаса тихо прохрипела Юрена и ноги у Дастина подкосились от облегчения. - Только попробуй спросить в порядке ли я, - прошипела она, когда Дастин открыл рот.

- Я не собирался, и так видно что ты ни черта не в порядке, - он медленно подошел к Юрене, наступая достаточно громко чтобы она знала где он находится. Дастин сел неподалеку от ведуньи, так же облокачиваясь на кровать, но давая ей достаточно пространства, и оглядел комнату, что им досталась. Одна кровать в углу и шкаф, больше ничего.

- За такую комнату брать целый серебряник это обдираловка, - пробурчал юноша, пытаясь отвлечь Юрену и она тихо хохотнула.

- Он позаботиться о Громе, обычно за уходом за такой огромной лошадью у меня требовали три серебряных монеты, потому что он жрет как медведь.

- Три?! - воскликнул Дастин. - Откуда у тебя вообще есть деньги содержать его?

- Обдираю деревенских, - она повернула голову к спутнику и устало ухмыльнулась. - Если человек может заплатить за мою помощь, то я требую платы.

- Тогда не удивительно, что Гром такой огромный, - Юрена рассмеялась.

- Ага.

- Ты же не собираешься на самом деле покупать лошадь у этого мошенника?

- Собираюсь, - спокойно ответила Юрена под удивленный взгляд Дастина.

- Я не смогу расплатиться с тобой за целую лошадь, - тихо пробормотал он.

- И не нужно. Я делаю это только ради своего удобства, - Юрена отвела взгляд, - должен будешь мне только один серебряник.

- Щедрость твоей души растет с каждым днем, - широко улыбнулся Дастин, несмотря на то как сильно ему не нравилась причина такого решения, и Юрена ударила его по плечу.

- Не обольщайся, это за то что пытался помочь, - на грани слышимости прошептала она, отворачиваясь. Дастин услышал не озвученное спасибо, и губы сами растянулись в теплой улыбке.

- Юрена.

- Что?

- Если такое снова...

- Этого не повториться, - перебила его ведунья. Дастин заметил как ее плечи напряглись, но ничего по этому поводу не сказал. Ему ли не знать что такие приступы контролировать нельзя.

- Что мне делать, когда у тебя снова случиться приступ? - спросил он, твердо намереваясь получить ответ.

- Держаться как можно дальше, - прошептала она и Дастин нахмурился.

- Юрена.

- Нет, - она обернулась к нему и уверенно взглянула в глаза. - Я понимаю, что ты дурак и хочешь помочь по доброте душевной, и отказываюсь от твоей помощи не потому что боюсь показаться слабой или что-то такое, а потому что это правда опасно.

Юрена провела рукой по волосам, пару прядей выпало из косы, придавая прическе беспорядка, и тяжело вздохнула. Она словно решала стоит ли пояснять свои слова, но видя нахмуренные брови и обеспокоенный взгляд Дастина решилась.

- В таком состоянии я себя не контролирую, - сказала она, смотря в пол, явно говоря через силу. - Если бы ты не отошел, я бы могла навредить тебе.

- Нет, - твердо сказала она, услышав как Дастин набирает воздуха чтобы что-то сказать. - Ты не понимаешь. Я знаю о чем говорю, потому что такое уже случалось, - она ненадолго замолчала. - Давно. Будто в прошлой жизни. Я тогда сильно испугалась и весь мир вокруг начал кружиться, так что я не могла ничего разобрать. Самый близкий мне человек попытался помочь, но я не поняла этого и бросила в него огнем... У него остались уродливые шрамы только потому что я не справилась сама, поэтому если подобное повториться держись от меня подальше.

- Не буду, - твердо заявил Дастин и в этот раз с ледяным спокойствием встретил горящий взгляд ведуньи. - Моя сестра страдала похожим недугом, поэтому я знаю, что справиться с таким самостоятельно очень сложно. Лучше скажи как я могу тебе помочь.

- Нет, - на этот раз была очередь Дастина прерывать Юрену. - Мне плевать, если у меня появиться пару новых шрамов, лишь бы ты больше не выглядела так словно ты смерть свою увидела.

Юрена коротко улыбнулась такому сравнению. А ведь когда она с Мореной встретилась, такого не было, неужто ее собственная кончина пугала ее меньше воспоминаний о жестокости отца? Она медленно тряхнула головой, не стоило сейчас об этом думать. Юрена неуверенно поднялась на ноги и задумчиво посмотрела на Дастина сверху вниз, прежде чем запустить руку в его пшеничные волосы.

- Вот так, - сказала она на удивленный взгляд своего спутника. - Бабушка всегда так делала и это помогало успокоиться. Не уверена что это сработает в случае с тобой, потому что она вкладывала в прикосновение магию, но я хотя бы смогу зацепиться за это ощущение. - Юрена опустила руку и отвела взгляд, прежде чем тише добавить. - И не прикасайся ко мне нигде кроме волос. Если я не буду отзываться на Юрену можешь назвать меня дурочкой или, - она нервно сглотнула и только сейчас заметила, что во рту был металлический привкус крови. - Мор.

Дастин не ответил. Юрена повернулась к нему и встретилась с твердым взглядом, он кивнул и молча поднялся на ноги. В комнате повисло неуютная тишина, прерываемая криками пьяных людей с нижнего этажа и иногда даже пробивалась игра на гуслях. Дастин переступил с ноги на ногу и сцепил руки в замок за спиной, только чтобы ведунья не заметила, что они немного подрагивают.

- Мы с сестрой сбежали от нашей матери когда мне было шестнадцать, а ей десять. - неуверенно начал Дастин, и Юрена медленно перевела на него взгляд полный замешательства. Она не думала, что Дастин решит что-то ей рассказать, но ему казалось это честным рассказать хоть что-то в ответ, раз уж Юрена доверилась ему, так еще и помогает вернуть сестру. Он просто был обязан поделиться, даже если это была не совсем правда. - После смерти отца она начала много пить и не брезгала избивать нас, - задушено прошептал Дастин. Юрена хотела перебить его, сказать что он не обязан был делиться с ней этим, но почему то не могла. Она чувствовала, если откроет сейчас рот, это только бессмысленно ранит Дастина, поэтому она решила просто принять его откровение с благодарностью. Юрена могла представить чувство, когда на честность отвечают игнорированием.

- Каждую ночь моя сестра просыпалась от кошмаров, а каждый день встречал ее новым приступом. Мать обычно не била при мне Эли, но в один раз, когда я вернулся домой, увидел как она пьяная бьет ее ножкой от стола. Эли даже не двигалась, - у юноши хрустнули пальцы в кулаках, и он почувствовал как ногти впиваются в ладонь. Он сделал вдох чтобы продолжить, Дастин даже не понимал что рассказал уже почти все. Просто начав говорить об этом он не мог остановиться, воспоминания того дня заполонили голову и у него скрипнули зубы от гнева, что он питал к собственной матери. Юноша вдохнул еще раз и почувствовал то, чего в тот день не было. Запах горькой полыни и шалфея, а еще холод. Дастин пару раз моргнул, возвращаясь в реальность.

- Прекрати, - прошептала ему на ухо Юрена. - Этого хватит, - и сильнее сжала пальцы на затылке. Дастин неуверенно сжал Юрену в объятьях, боясь что она может оттолкнуть его, но этого не произошло и он облегчено уронил голову ей на плечо. Юрена напряженно застыла и дышала через раз, но не отталкивала юношу, понимая что ничем другим помочь не могла. Она не по наслышке знала, как многие нуждаются в поддержке, в такие моменты, даже если пытаются казаться спокойными.

- Спасибо, - надломленно прошептал он и будто почувствовал как Юрена улыбнулась, хотя ее губы едва дернулись. Она только промычала в ответ, Дастин улыбнулся, уверенный что ведунья чувствует его улыбку на своем плече.

- Чур я сплю на кровати, - внезапно заявила Юрена и Дастин нахмурился от резкой смены темы. Он отстранился и его руки скользнули Юрене на талию, которые юноша поспешил убрать, когда ведунья вздрогнула.

- Почему это? Кровать большая, вместе поместимся.

- У тебя совесть есть? - Юрена по птичьи склонила голову, изображая сильнейшее непонимание, и скрестила руки на груди, пытаясь скрыть их подрагивание от напряжения. - Я значит за комнату заплатила, так еще и постель с тобой делить должна.

- Я же сказал, что верну, - притворно захныкал Дастин, понимая что сон на полу не легко скажется на теле, которому еще ближайшие недели предстоит провести в седле.

- Тогда возвращай сейчас, либо спи на полу.

- Ты единственная в этой комнате у кого нет совести, - наиграно хмурясь ответил он. - Я ведь не беру с тебя плату за свою обаятельную компанию.

Юрена казалось на секунду застыла, а потом громко расхохоталась.

- Обаятельный? Ты? - не прекращая смеяться спросила Юрена и в этот раз Дастин нахмурился по настоящему. - Да ты одна сплошная проблема.

- Вот как, - отстранено произнес Дастин, вырвав из ведуньи еще один смешок.

- Дурак ты, - прошептала она и ухмыльнулась, запрыгивая на кровать. - Уверен, что готов разделить постель с незамужней девушкой?

- Я спать, - заявила Юрена, когда от вспыхнувшего смущением Дастина не последовало ответа, и с головой скрылась под тяжелым одеялом, оставляя юношу со своими мыслями, ясно понимая что после такого он вместе с ней на кровать не ляжет.

- Самая настоящая ведьма, - прошипел Дастин и принялся расстилать свой плащ на полу.

- Я все слышу, - раздалось из под одеяла.

- Тогда объясни что это только, что было, - в ответ была ожидаемая тишина. - Так я и думал, - фыркнул Дастин и улегся на пол, а следом одеяло зашевелилось. Юрена оперлась на локоть и заискивающе улыбнулась.

- Мне объяснить тебе как происходит соитие между мужчиной и женщиной? - Дастин поперхнулся и девушка гаденько улыбнулась, наблюдая за этим.

-Да ну тебя, - прохрипел Дастин и отвернулся, под звонкий смех ведуньи, но еще долго не мог уснуть, проклиная ведьмовские чары, что заставляли сердце скакать галопом, а желудок переворачиваться.

Глава 8

Юрена резко распахнула глаза и тут же зажмурилась, от луча солнца ударившего прямо в глаза. Она потерла лицо и глубоко вздохнула. Давно ей не снились кошмары о жизни Мор. Вероятно так подействовало посещение города. Хорошо, что Дастин согласился обойти Чудоград стороной, иначе простым приступом дело точно не обошлось бы.

Ведунья посмотрела на своего спутника и быстро стыдливо отвела взгляд. Помедлила и вернула его обратно. Дастин спал без рубахи, которую по видимому ночью бросил рядом с кроватью. Даже не смотря на то что в помещении не было камина, их комната похоже была прямо над кухней, потому было довольно тепло. Юрена обвела взглядом голую грудь спутника, невольно вспоминая жар его тела под пальцами, когда она ощупывала его рану. Крепкие мышцы и широкие плечи, симпатичная мордашка и легкий характер, все что нужно чтобы собралась целая толпа девушек желающих затащить его на сеновал и Юрена впервые за свою жизнь пожалела, что не могла оказаться в их числе. После смерти и возвращения, Юрена перестала испытывать какое-либо влечение. При виде мужского тела в низу живота не затягивался тугой узел желания, а ведунья первый раз задумалась об этом только сейчас, десять лет спустя. Ей было любопытно, если бы она могла захотеть мужского тела, был бы Дастин тем кто разжег в ней огонь страсти? Что-то подсказывало что да, иначе бы она и дальше не задумывалась об этом, верно?

Юрена перекатилась на живот и теперь правая рука свободно свисала с кровати. Интересно, если бы Дастин узнал об особенностях ее тела стал бы смотреть на нее по-другому? Он бы все так же краснел, даже зная что Юрена просто его дразнит? Она аккуратно подняла руку и медленно провела ладонью по шелковистым, вьющимся на концах волосах, не желая разбудить. Красавец. Настоящий заморский принц, особенно с этими изумрудами вместо глаз. Рука тут же замерла. Кажется она все таки его разбудила.

- Доброе утро, - тихо сказала Юрена, сверкнув обезоруживающей улыбкой. Дастин хмурился, пытаясь придать лицу суровый вид, но легкий румянец на скулах предательски выдавал его мысли, и Юрена не удержалась от ухмылки.

- По-моему ты слишком много себе позволяешь, наедине со свободным мужчиной, - Дастин оттолкнул ее руку, но ничего больше не предпринял.

- Ты мне ничего не сделаешь.

- Похоже ты вообще меня как мужчину не воспринимаешь, - Дастин сел и натянул рубаху, лишая Юрену прекрасного вида, на что она досадливо цокнула.

- А с чего бы? Ты слишком пуглив чтобы прикоснуться ко мне, могу поспорить что ты даже никогда за девками в бане не подглядывал, - подтрунивала ведунья, точно зная как на его родине относятся к подобной открытости.

- Я права, - издевательски протянула она, видя как заалели уши парнишки. - Да и я могу за себя постоять.

- Хватит, - резко сказал Дастин и поднялся на ноги. - Я уже понял, что ты девка искушенная в таких делах, но это не значит что ты можешь подтрунивать надо мной.

Юрена удивленно взглянула ему в глаза, неужели Дастин подумал, что она уже не раз была с мужчиной? Если так задуматься, то вела она себя как будто так и есть, но ведь это только потому что она не предавала этому никакого значения. Ведунья ничего не ответила на его заявление, она не стала переубеждать Дастина в его суждениях. Если бы она созналась, то подшучивать над ним стало бы не так весело.

- Я ненавижу людей, - как бы напоминая, сказала Юрена, даже не смотря на спутника. Ей не понравилось, что Дастин принял ее незаинтересованность за богатый опыт с мужчинами, хотя казалось бы увидев вчера ее реакцию, должен был понять что это не так.

Дастин не ответил, но Юрена услышала хлопнувшую дверь. Видать права была Ягиня, говоря что мужчина с задетой гордостью, хуже капризного ребенка. Ведунья осталась в комнате одна и задумалась, а не перегнула ли палку. Им еще две полных недели ехать по полям, разделяющих Светгород и Чудоград, будет не очень приятно, если все это время между ними останется такое гнетущее ощущение. Юрена извиниться позже, сначала они выберутся из города, желательно так чтобы ее не накрыл еще один приступ.Девушка уранила голову на подушку и застонала. А ведь она почти забыла что за пределами комнаты так много людей. Интересно, Дастин все равно ей поможет, даже несмотря на то что сердиться? Конечно поможет. Он слишком добрый.

Юрене даже не пришлось извиняться, как Дастин заговорил с ней. Уже десять долей он без остановки возмущался, на счет стоимости своего коня и проклинал мужика с постоялого двора, всем на чем только свет стоит. Он не прекращал это дело с момента как они покинули стены двора и Юрена не думала его останавливать. Слушать болтовню Дастина было легко и откровенно говоря это хорошо помогало отвлечься от небольшого количества людей, что не спали в такую рань. Ведунья не была уверенна, но казалось юноша делает это специально, постоянно проверяя ее состояние, за что в глубине души она была благодарна. Так что лучше она послушает его возмущения, тем более что была с ним согласна. Тридцать серебряных за такого доходягу это слишком, но зато Сахарок был очень милым, хотя Дастин назвал его крысой переростком, за что обиженный конь укусил его за задницу. Из-за этого Дастин тоже возмущался.

Сахарок преодолевал путь на последнем издыхании, сильно задерживая их. Даже рысью он едва ли поспевал за Громом из-за чего было решено продать его в ближайшей же деревне. Вернуть уплаченных денег не вышло, Юрена едва ли получила за Сахарка половину того что заплатила, и ей вновь пришлось делить седло с Дастином, но ведунья больше не ощущала такого дискомфорта. Казалось после Светгорода юноша старался прикасаться к ней как можно меньше. Когда Гром шел пешком Дастин вовсе не трогал Юрену и старался отклониться как можно дальше, без боязни упасть.

Ведунья никогда не любила перемен, но именно эта была хорошей. То как Дастин беспокоился о ее спокойствии, успокаивало даже больше чем само отсутствие прикосновений. Единственным человеком, прикосновения которого Юрена могла спокойно принимать была Ягиня, потому что ее действия никогда не были с целью причинить воспитаннице боль. Дастин казался таким же добрым как и наставница ведуньи, разве что менее язвительным, поэтому Юрена не удивилась, когда в голову проникли мысли о том, что ее спутник мог бы стать вторым человеком, который не пробуждал бы в ней страх и старые воспоминания.

Для продажи сахарка пришлось сделать небольшую петлю и они потеряли полтора дня пути. Мчаться по глухим полям, для Грома было только в радость, копыта не подворачивались на каждом третьем камне как это было в лесу и не спотыкались об корни, ведь их попросту не было. Его скорость позволяла нагнать упущенное время, но Юрена видела как это гложит Дастина, ведь это же время они могли потратить на дорогу.

Гром снова заржал недовольно и головой повел, точно не хотел идти дальше. Юрена успокаивающе провела ладонью по мощной шее и шепотом пообещала угощение, ежели конь успеет до рассвета подвести к развилке, прям перед Чудоградом. Ведунья и сама понимала недовольство скакуна. Они с утра не останавливались и усталость точно волнами накатывала, но Дастин согласился, что всю ночь в пути провести, поможет нагнать то время, что они потратят обходя столицу стороной.

Дастин тихо сопел у Юрены на плече, отсыпался пока не настала его очередь вести Грома. От его объятий было слишком жарко, но Юрена не смела отстраняться, не хватало чтобы этот дурак еще и с Грома свалился, сломает ведь что-нибудь. Она поглубже втянула холодный воздух, ночью при каждом выдохе появлялось облачко пара, но несмотря что путники постоянно двигались на север, днем не было морозов. Сила Морены за десять лет практически полностью иссякла, времени отыскать серп оставалось совсем мало. Это была уже третья зима без белого покрывала на полях и даже не ведающие люди забеспокоились, а не случилось ли чего с почитаемой богиней зимы. В последние годы из-за того что Морена не могла без серпа полностью связь с жизнью разорвать дюже много нечисти развелось, наемников стало больше, но и те не справлялись. Если Юрена не успеет отыскать артефакт богини, то их земли поглотит хаос, и ведунья надеялась что дальше эта зараза не распространиться, надеялась что чужеземные боги смогут свои владения уберечь, тогда и людям со Славных земель будет куда бежать.

Дастин дернулся и поднял голову.

- Моя очередь еще не закончилась, тебе стоит поспать пока есть время, - прошептала Юрена.

- Что-то не так, - голос Дастина был все еще хриплым после сна и Юрена почувствовала как он напрягся.

- О чем ты?

- Тебе не кажется что за нами кто-то наблюдает? - настороженно спросил он и все внутри у Юрены заледенело от этих слов.

- Я ничего не чувствую, - сказала Юрена и прислушалась. - Дастин ни в коем случае не оглядывайся.

- Это опять нечисть какая?

- Не уверенна, но будем надеяться, что я ошибаюсь, - прошептала Юрена и повела Грома чуть быстрее. В кромешной тьме поля ни зги видно не было, а сил огнем путь осветить у ведуньи уже не осталось. Лучше остатки силы приберечь, ежели чудище какое объявиться.

Как ни старалась Юрена ничего почувствовать не могла, кроме напряжения что от спутника исходило. Теперь и в поведении Грома Юрена настороженность улавливала. Не могла ее догадка правдивой быть. Ырки зимой по полям не шастают, да и в деревне ни словом о заложенном мертвеце не обмолвились. Юрена надеялась, что то полевой решил проверить, кто его владения зимой беспокоит.

Дастин вновь вздрогнул и Юрена почувствовала как он начал оборачиваться. Ведунья бросила поводья и развернулась к спутнику, не позволяя тому за спину глянуть. Юрена зажмурилась, да только уже поняла что не успела. Краем глаза она увидала фигуру крепкую посреди поля.

- Вот чубась.

Глава 9

Юрена схватила поводья и ударила Грома пятками, он встал на дыбы и помчался вперед. Трех сажней не минуло, а прямо перед ними появился тот же человек, кого она увидала. Крепкий мужик раскинул руки в стороны и преградил путь. Гром заржал и попятился. Юрена разожгла в ладони пламя и бросила руку к небу. Огонь вмиг вырос и вспышка осветила все вокруг. Из-за спины послышалось гневное шипение Ырки. Юрена развернула Грома, чтобы не спиной к бесу стоять.

Существо с белой кожей взирало на них двумя красными огоньками во впадинах для глаз. Ырка раскрыло рот, что был черной бездной со множеством клыков. Юрена бросила в него вспышку огня. Чудовище отскочило и растворилось во тьме.

- Чур меня, чур, - повторяла Юрена, надеясь что боги ее услышат. Дастин обнажил меч и заозирался по сторонам.

- Чувствуешь где оно? - спросила ведунья, из последних сил поддерживая огонек на ладони.

- Такое ощущение что везде, - прошипел Дастин и вздрогнул. Справа что-то мелькнуло, и он ударил там мечом.

- Аккуратнее, - прошипела Юрена. - Если Укрута ранишь Ырка только сильнее взбесится.

- И как их разобрать?

- Держись крепче, не знаю как долго смогу еще поддерживать огонь, - Гром заржал и помчался по полю, постоянно сбиваясь чтобы обежать Укрута. Теперь уже и Юрена слышала Ырку, оно звало голосом что девушка уже слышала в прошлой жизни. Братец Беремир аккуратно звал ее из темноты, прося потушить огонь и ведунья кое-как сопротивлялась. Не стоило встречаться глазами с Ыркой.

В поле постоянно мелькал силуэт Беремира, такого как она помнила. Тощий и высокий парнишка, с озорной ухмылкой, предлагал поиграть, совсем как в детстве. Юрена тряхнула головой. Это всего лишь наваждение.

Огонек на ладони мигнул и появился снова, но в тот миг из тьмы перед Громом появился Укрут. Огромный конь не успел остановиться и налетел прямо на мужика. Юрена вскрикнула и вместе с Дастином перелетела через голову Грома.

Боль белой вспышкой застелила глаза и Юрена быстро заморгала, видя только тьму. Огонь полностью погас. Ведунья попыталась вскочить, но острая боль прострелила ногу и Юрена вновь повалилась на землю, глотая холодный воздух. От боли кружилась голова, а мысли путались. Юрена еще раз поднялась, опираясь на левую ногу, и встряхнула головой. Она должна разжечь огонь и отпугнуть Ырку, но магия более не слушалась. Юрена не могла сосредоточиться достаточно чтобы что-то предпринять.

Гром заржал и забил копытами в стороне, а в следующий сантиг Юрена услышала крик Дастина. Все вокруг замерло.

- Дастин, - крикнула она, но ответа не последовало. У Юрены затряслись руки, а дыхание сбилось. Нет. Дастин не мог так просто умереть. Верно?

Юрена услышала заглушенное мычание и хромая отправилась на звук, который отдалялся. Укрут утаскивал Дастина подальше от нее. Ведунья остановилась и оперлась руками о колени. Ей нужно было собраться. Без магии она все равно ничем не поможет. Быстрее. Юрена возьми себя в руки! Ногти впились в ладони. Девушка прокусила губу, рот наполнился металлическим вкусом. Соберись. Думай быстрее.

- Тело мертвеца имеет много ограничений, - всплыли в голове слова Ягини. - Но свои границы устанавливаешь только ты сама.

Юрена вытолкнула из груди как можно больше воздуха и задержала дыхание. Она пыталась отстранить сознание от мира. Старалась не слушать как Дастина утаскивают все дальше и как он сопротивляется. Ну почему когда надо она не может погрузиться в воспоминания?! Воздуха начало не хватать, но ведунья не делала вдохов, твердо приказав себе забыть о воздухе. Давай же! На руках стали ощущаться чужие ледяные руки, точно это проходило сейчас. Девушка вспомнила звонкий смех водяниц. Она избавиться от нечисти. Даже если для этого придется спалить все поле.

Юрена распахнула глаза. В венах кипела кровь, а вокруг разгорался пожар. Она выпрямилась и наконец-то сделала вздох, давая огню внутри разгореться еще сильнее. Ладони покраснели и руки вспыхнули пурпурным пламенем. Девушка закружилась на месте, игнорируя боль. Быстрее. Быстрее. Огонь мощной волной скатился с ее пальцев и быстро побежал по остывшей земле, покрытой редкой пожелтевшей травой. Вдалеке послышался крик и рычание Ырки. Ведунья часто дышала, огонь выжигал воздух из легких, а где-то еще глубже разрывалась на части сама ее суть, теряя свои частицы. Юрена направила волну огня в сторону крика и побежала вслед за ней. Она скривилась чувствуя запах жженой плоти. Ырка покрытое ярко алым пламенем валялось по земле, дергаясь в агонии. Ведунья приблизилась к лысому существу и сжала тонкие пальцы на его шее.

- Я, поцелованная Мореной помогу тебе упокоиться, - гневно прошипела Юрена, не обращая внимания как когти нечисти разрывали плоть на ее руках. Она направила весь свой гнев, что растекался по венам, в ладони и Ырка вспыхнуло ослепительно ярко. Юрена с садистским наслаждением смотрела как тело нечисти обращается в хрупкий уголь и рассыпается у нее на глазах.

Юрена удовлетворенно оглядела горстку пепла у себя под ногами, она даже не понимала что улыбается, точно безумная. Все о чем сейчас думала ведунья, это как же приятно было ощущать, мощь растекающуюся по жилам. И почему она раньше так не делала?

Со стороны раздался крик. Юрена не могла увидеть кто кричит за стеной огня, потому приблизилась, даже не ощущая жара. Она прошла сквозь пламя с интересом наблюдая как какой-то мужик корчился, пытаясь сбить с рукавов своей рубахи огонь. Это было забавно. До того забавно что девушка несдержанно рассмеялась. Мужик в ужасе взглянул на нее и закричал.

- Ведьма! Чур меня, чур, - он испуганно попятился и свалился на задницу, запутавшись в своих же ногах. Он даже не обращал внимание, что рубашка продолжала тлеть. Юрена вновь рассмеялась и неосознанно поднесла руку к лицу. Оу, так вот чего мужичек так испугался? Она подула на ладонь, огонь потух, точно затушили свечу, и вновь оглядела круг, не тронутый пламенем. С другой стороны стоял парнишка. Светлые волосы были цвета спелой ржи в свете огня, а глаза сияли двумя драгоценными камнями, и в них не было страха. Юрена дернула бровью, это было интересно. Почему этот малец не дрожал от страха, как тот мужик, что валялся в предобморочном состоянии? Ведунья медленно моргнула. Точно. Дастин. Кажется так его звали.

- Думаю нам пора, - едва сдерживая смех сказала Юрена и не оборачиваясь ушла сквозь стену огня, так и не увидев как Дастин нахмурился в замешательстве. Зачем бы ей следить за этим глупцом, когда вокруг расцветает такой восхитительный хаус?

Юрена глубоко вздохнула запах горящей травы и блаженно улыбнулась. Все вокруг сияло в алых, оранжевых и желтых оттенках. К черному небу вздымались снопы искр и терялись среди тусклых звезд, что неравномерным слоем покрывали небосвод. Это было прекрасно. Восхитительно. Великолепно. Девушка развела руки и закружилась весело смеясь. За всю свою жизнь она не видела ничего лучше. Ничего лучше тела заложенного мертвеца, что буквально рассыпалось в ее пальцах, хотя она не прилагала никаких усилий. Чтож, возможно стоило продлить мучения той твари. Интересно какие бы звуки изливались из ее пасти если бы сначала она прожгла ее конечности?

- Ты в порядке? - хриплый голос Дастина вырвал Юрену из фантазий и она нахмурилась. Ну зачем было прерывать такой момент? Ведунья опустила взгляд с неба на Дастина и рассмеялась.

- Лучше я себя еще не чувствовала, а вот ты явно не в порядке, - рубаха Дастина пропиталась кровью, она сочилась из ран на груди и скорее всего была еще одна рана на шее, так как юноша зажимал ее ладонью. Юрена перестала смеяться и нахмурилась. Все таки стоило Ырку мучить подольше. Намного дольше. Ведунья быстро приблизилась и убрала ладонь, что прикрывала укус на шее. Дастин немного напрягся и настороженно посмотрел на свою спутницу. Что-то с ней было не так.

Пока Юрена оглядывала рану ее лицо было совершенно пустым, хотя сиг назад она громко смеялась и эта перемена явно не предвещала ничего хорошего. Дастин убедился в этом, когда ударился головой о землю. Юрена без особых усилий повалила его и уселась сверху, крепко прижимая как обожженной поверхности.

- Что ты... - звук который издал Дастин больше всего был похож на вспхлип. Юрена еще раз провела обжигающе горячим языком по его шее, ловя очередную каплю крови. Это прикосновение ощущалось невероятно болезненно, словно чужой язык оставлял на его теле клеймо. Он попытался скинуть ее с себя, но девушка не сдвинулась даже на миллиметр, словно вдруг стала весить столько же сколько Гром. Все нутро Дастина завопило от страха, потому что совсем недавно напавшее на них существо делало так же, прежде чем впиться своими зубами ему в глотку. Юрена словно по запаху уловила одолевший его страх и хохотнула, посылая по телу юноши мурашки.

- Юрена прекрати, - попытался он и в ответ услышал совсем не человеческое рычание.

- Ты прав, - в итоге прошептала она на ухо. - Этого должно быть достаточно.

Юрена быстро поднялась с него, напоследок мазнув губами по его щеке. Дастин все никак не мог отдышаться. Он сел, но приближаться к своей спутнице не спешил. Перед ним словно стоял совсем другой человек, не та Юрена, что подшучивала над его неопытностью и была ходячим бестиарием. Та что он видел сейчас перед собой распускала вокруг себя безумие и навевала страх. Поняв что спутник за ней не следует, Юрена обернулась и по птичьи склонила голову.

- Ты не идешь потому что тебе больно? Или потому что ты меня боишься? - на последних словах глаза Юрены блеснули озорством и Дастин нахмурился пуще прежнего.

- Что происходит?

- За все надо платить, - сказала ведьма, словно это давало ответ на все вопросы, хотя это было не так. Это не объясняло ничего из той чертовщины, что происходила вокруг. Дастин шатаясь поднялся на ноги. Бог знает что творилось в голове этой ведьмы, но в конечном итоге у него была цель. Без Юрены он в любом случае не сможет вернуть Эли, ему нужно просто дождаться пока она придет в себя. Да так будет лучше.

Поле прорезал резкий свист. Дастин поднял затуманенный взгляд на Юрену. Она медленно отняла пальцы от губ и стала ждать, пока на ее зов не откликнулся Гром. Вороной конь хромая приблизился к хозяйке и боднул ее в плечо. Юрена вновь рассмеялась почти нормально, и обернулась на Дастина, а потом весь мир покачнулся. Он устало прикрыл глаза и окружающий его мир утонул в необходимости организма отдохнуть.

Глава 10

Мальчик повалился на траву, пытаясь отдышаться. Солнце нещадно пекло, от чего казалось что по возвращении домой он обнаружит на руках и лице ожоги. Тень от огромного клена спасала от прямых лучей, но едва ли помогала скрыться от жары. Ладонью мальчишка стер пот со лба и счастливо улыбнулся, ощущая легкое жжение в мышцах после тренировки.

- Хватит прохлаждаться, - кто-то легонько пнул его по ногам. - Если устал, то лучше пошли в дом, а не то солнце в голову ударит.

Мальчик приоткрыл один глаз. Над ним возвышался крупный мужчина, на его лице сияла широкая, белозубая улыбка, которую не могла скрыть даже аккуратная светлая борода.

- А ты как обычно даже не запыхался, отец, - ответил мальчик и рывком поднялся с зеленого ковра. Он поднял отброшенный меч и провернув в руке, убрал в ножны.

- Когда-нибудь и у тебя так получиться, - мужчина обнял его за плечи и они направились в сторону поместья.

За высокими резными дверьми поместья витал аромат сладких булочек и пряных специй. Коридоры наполняла суета готовящегося праздника, одни служанки носились туда-сюда с тарелками и подносами, другие уже в который раз протирали пыль по настоянию матери. Все поместье сияло, готовое встречать немногочисленных гостей. Каждый канделябр и жирандоль блестел на рассеянных солнечных лучах, а темно-зеленые стены кажется стали на несколько тонов светлее.

Дастин скинул с плеч руку отца и помчался в бальную залу, по пути чуть не сбив служанку, вывернувшую из-за угла. На возмущение женщины, он громко извинился и сверкнув широченной улыбкой побежал дальше. На входе в залу он пропустил двух молодых девушек с пустыми подносами и прошел в огромное помещение. У стен стояли столы со множеством яств, около которых кружили служанки, сервируя их. Из центра залы всеми командовала мать мальчика, статная женщина, с прямой осанкой и грозным взглядом. За ее руку держалась совсем маленькая девочка, в платье как у настоящих принцесс из сказок, что им читала нянюшка. Она с интересом следила за матерью и светилась от радости, сгорая от нетерпения перед празднеством пятого дня рождения.

- Матушка! - воскликнул мальчик и помчался к женщине, сразу же стискивая ее в дюже крепких объятиях для десятилетнего мальчонки.

- Дастин, радость моя, - вся серьезность тут же спала с лица и женщина в ответ прижала сына к груди. Она отстранилась и с напущенной строгостью оглядела мальчика. - Сколько я тебе раз говорила не носиться по дому сломя голову. Какой пример ты подаешь сестре?

Дастин ответил ей улыбкой и легко выскользнул из кольца рук матери, переводя взгляд на сестру.

- Братишка! - воскликнула рыжеволосая девочка и потянулась к мальчику. Дастин тут же подхватил ее на руки и закружил.

- Эли! - они вместе громко рассмеялись, под наигранно тяжелый вздох матери.

- Готова к празднику принцесса?

- Готова! - воскликнула девочка и выбросила кулак вверх показывая свою решимость, попутно сверкнув улыбкой с двумя пробелами по середине. Мать почти испуганно ахнула.

- Милая моя, - она притворно схватилась за сердце. - Что это такое? Принцессы не используют такие жесты.

- Да ладно тебе, сегодня праздник. Пускай Эли веселиться как хочет, - глава семейства обнял жену со спины и попытался отвлечь, пока дети радостно смеялись. Их мать тут же растаяла и словно признавая свое поражение вернулась к указаниям служанкам.

- А тебе бы стоило искупаться и переодеться перед праздником, - сказал отец мальчику и тот сразу же поставил сестренку на пол, осматривая, не замарал ли нежно розовое платьице.

- Я скоро вернусь, - пообещал он девочке и умчался готовиться.

Праздник был в самом разгаре, пришло больше гостей чем ожидалось, но это ни в коем случае не сделало его хуже. Что напрягало Дастина, так это костюм в котором казалось было труднее дышать. По зале разливалась приятная мелодия, заставляя гостей покачиваться в такт своим волнам и расслабляться, ведя непринужденные беседы. Дастина весьма утомляла эта часть всех празднеств, и он не смог сдержать зевка, пытаясь прикрыть его кулаком, но уходить не спешил. Он просто любовался как Эли веселиться болтая о чем-то с детьми пришедших гостей, еще его веселило как те реагировали на жесты девочки. Дастин не хотел хвастаться, но именно он научил ее, как можно заткнуть человека одним движением руки, за что уже в третий раз ловил хмурый взгляд матери, но не мог заставить себя чувствовать за это вину. Дастин так же в тайне учил Эли обороняться, так что ели она ударит какого-нибудь мальчишку, ему придется взять вину на себя.

Наконец-то заиграла музыка для танцев и Дастин, как можно аккуратнее, не то чтобы у него это хорошо получалось, пробрался к имениннице. Эли сразу же засмеялась увидев брата в костюме, а не привычно измазанной рубашке с мечем на перевес. Дастин учтиво поклонился и протянул девочке руку.

- О ваше высочество, великолепная принцесса Элиссон из рода огненных принцесс, окажите ли вы мне честь станцевать с вами первый танец на столь прекрасном вечере? - на слова брата Эли просто расхохоталась, совсем не так как подобает леди, и Дастин ощутил прожигающий взгляд матери на своем затылке, пытаясь подавить улыбку.

- Разумеется, мой верноподданный рыцарь Дастин из рода достойных хранителей великой меня, - конечно у Элиссон никогда не было титула принцессы, и многие гости осуждали их семью за потакание ее фантазиям, но для своей семьи Эли всегда была единственной и неповторимой принцессой. Ее рождение далось матери очень тяжело и самой Эли после рождения прогнозировали смерть, ведь она была очень слабым ребенком, но вот она жива и здорова. Врачи называли это настоящим чудом, именно им Эли и была для своей семьи, а потому какая разница что об этом думали другие?

Дастин под руку повел сестру в центр залы. Он поставил маленькие ножки сестры на свои ботинки и закружил ее в быстром танце. Эли радостно посмеивалась и будто светилась изнутри. В свете свечей рыжие волосы девочки, сияли буйным огнем, а глаза того же цвета что и у брата напоминали молодую траву в закатных лучах солнца. Эли была такой счастливой, Дастин бы все отдал, лишь бы она улыбалась так всегда. Лишь бы это воспоминание не померкло и не затерялось на задворках памяти.

Дастину недавно исполнилось пятнадцать. Он сидел под раскидистым кленом, хватаясь за грудь. Почти облысевшая крона дерева не спасала от холодного ливня, но Дастин не собирался идти домой. Он не хотел возвращаться в это хмурое место, в котором с недавнего времени начал задыхаться. Дастин прикусил губу. Как хорошо что дождь в своих каплях скрывал соленые слезы, жаль не помогал восстановить дыхание и заглушить всхлипы. Рано или поздно ему придется вернуться в дом, снова оттащить Эли от больного отца и уложить спать. Снова перенести мать в ее комнату, морщась от запаха спиртного. Ему придется занять место главы семьи, Дастин понимал что надежды на то что отец выкарабкается нет, но почему тогда грудь все еще сжимало от боли и страха, стоило мальчику подумать о возвращении домой.

Дастин запустил руки в волосы и до боли сжал. Он сделал глубокий вздох, настолько ровный, насколько это возможно, поднял с земли отцовский тяжелый меч и встал сам. Перед смертью не надышишься, ему уже пора возвращаться.

Дом встретил его мраком и оглушающей тишиной. Никакого прежнего блеска, никакой суеты, никаких людей. Дастин поставил ножны у двери и собирался подняться в свою комнату, когда услышал шум из бальной залы. Он нахмурился и тихо направился на подозрительные звуки, пока не услышал рыдания. Дастин сорвался с места и вбежал в залу. Его мать сидела посреди осколков хрусталя и захлебывалась слезами. Это поразило мальчика слишком сильно, ведь его мать не плачет. Никогда не плакала, даже когда отец слег она не проронила ни слезинки и пыталась не показывать своего горя, но сейчас она сидела на полу и просто кричала, срывая голос и рыдала словно ей причиняли физическую боль. Опомнился Дастин только когда увидел в руках матери нож. Он едва успел остановить ее, прежде чем мать полоснула себя по запястью. Женщина испуганно взглянула на сына, что в ответ смотрел на нее с таким же ужасом.

- Что... - попытался Дастин, но его голос внезапно сел и он не смог сказать что-то еще. Мать всхлипнула и положила ладони израненные осколками, на его щеки. Она смотрела на него с такой печалью, какой мальчик раньше никогда не видел, и медленно качала головой словно пытаясь что-то отрицать. Она снова не сдерживаясь зарыдала, стиснула его в крепких объятиях, и он почувствовал легкий шлейф алкоголя.

- Дастин. Мальчик мой, - через всхлипы произнесла она и погладила его по светлым волосам, пачкая их своей кровью. - Твой отец...

Больше она не смогла ничего сказать, но этого и не требавалось. Весь воздух разом покинул легкие мальчика и он замотал головой, совсем как мать. Голова закружилась а глаза заволокло слезами. Дастин до боли стиснул зубы и всхлипнул. Нет. Пожалуйста. Почему отец?

Дастин медленно освободился из ловушки материнских рук. О боже. Эли.

- Мам, где Эли? - Дастин попытался достучаться до матери, но та не могла услышать его разрываясь в рыданиях. Мальчик покачал головой и умчался искать сестру, прихватив с собой нож, лишь бы мать ничего с собой не сделала. Бежа по коридорам он с силой тер глаза, из которых не переставали течь горькие слезы и которые уже не прятал дождь. Ему нужно успокоиться, найти Эли. Боже, бедная девочка.

Дастин взбежал по лестнице на второй этаж и издалека услышал крики. Комната отца. Мальчик побежал туда, спотыкаясь в сумраке коридора. Перед дверью стоял врач, который сразу отступил увидев его. Дастин ворвался в комнату и прикусил губу, пытаясь не зарыдать в голос. Эли обнимала тело отца за шею и громко кричала.

- Папочка, проснись, - она рыдала и трясла отца, будто и правда могла его разбудить. - Пожалуйста! Это не смешная шутка, проснись.

- Эли, - позвал ее Дастин и начал аккуратно подходить, стараясь не смотреть на мертвенно бледное лицо отца и остекленевшие глаза. Знал если посмотрит, то сам зайдется в истерике. Тогда он точно не сможет успокоить Эли.

- Умоляю тебя проснись, я буду хорошей девочкой. Правда-правда! - Эли затрясла отца за плечи, а по ее щекам градом котились слезы, падая на лицо мертвого отца. - Я больше не буду ругаться с мальчиками, буду послушной. Я смогу найти себе хорошего мужа и он будет тебе помогать. Папа!

Девочка упала лицом на бездвижную грудь отца и завыла, точно раненное животное. Дастин отвернулся и сделал дрожащий вздох, пытаясь как-то подавить слезы и отвлечься он до боли сжал кулаки.

- Эли, - снова попытался он, подходя и кладя руку на дрожащее плечо девочки, она скинула его ладонь и злобно уставилась на брата.

- Нет! Хватит говорить это, доктор ошибся! Папа жив, он просто спит! Он просто... - девочка закричала хватаясь за грудь и бросилась брату на грудь. Дастин крепко сжал ее в объятьях, точно пытался удержать самого себе от падения в бездну отчаяния. Он подхватил Эли на руки и отошел от кровати отца. Девочка тут же забрыкалась, сквозь всхлипы зовя отца.

- Я знаю Эли, знаю, - Дастин успокаивающе гладил сестру по волосам, хотя у самого дрожали губы а дыхание никак не хотело приходить в норму. Несмотря на протесты и крики девочки он вышел из комнаты и скатился по стене на пол. Он шептал сестренке слова успокоения, гладил по спине и целовал в макушку, лишь бы не позволить себе мысли о смерти отца. Он осознает это потом. Сейчас нужно было успокоить Эли, но она не прекращала плакать. Дастин даже поймал себя на том что начал злиться на сестру, но отогнал от себя такие мысли. Эли не виновата, в том что она ребенок. Не виновата в том что мать внизу напивается, а не пытается успокоить дочь. Не виновата в болезненной печали по отцу.

- Все будет хорошо принцесса, - хрипло прошептал Дастин, поднимаясь на ноги. Слова давались с трудом из-за боли, от вставшего в горле кома, но мальчик не позволял себе молчать. Он чувствовал что больше не может сдержать слез, вот-вот и сам зайдется в истерике. Вдруг кто-то положил руку ему на плече и Дастин вздрогнул, прижав сестру еще плотнее.

На него с печалью на глубине глаз смотрела нянюшка. Она аккуратно забрала девочку из хватки брата, и только сейчас Дастин заметил что та уснула, хотя с глаз все еще не высохли слезы. Няня провела ладонью по его щеке и Дастин почувствовал засохшую кровь матери на своей коже, наверное не стоило являть перед Эли в таком виде.

- Не сдерживайся дорогой, - тихо сказала пожилая женщина. - Мертвых оплакать надобно.

И Дастин наконец-то отпустил себя. Он упал на колени и завыл, пока старушка уносила его сестру. Дастин не знал сколько времени прошло, но он рыдал и рыдал, а вместе с ним проливали слезы и небеса. Он так и сидел в коридоре, слушая как дождь отбивал по окнам поминальную песню, пока не провалился в сон.

Глава 11

Дастин хромая плелся в свою комнату. Он устал. Сколько еще это будет продолжаться? Почему мать не может просто оставить их в покое? После смерти отца, любовь матери изменилась, а сама она словно медленно сходила с ума. С каждым месяцем она пила все больше, побоев тоже становилось больше. Зачем она вообще калечит его и Эли, если как только трезвеет начинает слезно молить о прощении и клясться что подобное не повториться, а потом напивается и забывает о своих обещаниях? Дастин хотел что бы это все прекратилось, но ничего для этого не делал. Он просто не мог себя заставить. Он любил свою мать, и закрывал глаза на ее всплески беспочвенного гнева. Дастин всегда думал что его мать очень сильная женщина, которая с гордо поднятой головой принимает все трудности, но смерть отца окончатильно сломила ее, и позволила увидеть Дастину свою мать настоящей. Без отца, она была просто пустой оболочкой с утерянной навсегда частью души. Отец был для нее внутренним стержнем, что всегда помогал держаться так словно все преграды были не более чем пушинки на дороге их жизни. Никто ведь даже предположить не мог что горе потери разобьет эту счастливую семью. Дастин пытался собрать осколки воедино, но центр картины без отца оставался пустым. Пока мать напивалась вусмерть, он старался как мог, следил за домом и работал у отцовского друга, присматривал за Эли и пытался стать главой семьи. Дастин всегда брал пример со своего отца, но что теперь, когда примера нет? Юноша пытался, правда пытался стать тем стержнем что удерживал мать от падения, старался быть для Эли хорошим защитником. Разве это не слишком? Ему еще не исполнилось шестнадцати, неужели он и правда способен выдержать все что навалилось? Конечно способен. Ведь у него нету другого выбора.

- Братик, - протянула Эли, как только Дастин открыл дверь в свою комнату. Она сидела на кровати, обнимая одну из своих игрушек.

- Привет принцесса, - он натянул на лицо улыбку и подбежал к Эли, подхватывая ее на руки и кружа. Дастин был уверен что полностью скрыл боль с лица, но девочка все равно обеспокоенно нахмурилась.

- Почему мамочка это делает? - Эли аккуратно приложила ладонь к щеке брата. Чтож, наверное Дастину стоило вспомнить о покрасневшем следе от пощечины. Он осторожно отстранил руку сестры от лица и печально улыбнулся.

- Не знаю милая. Наверное она все еще грустит, что папа нас оставил, - девочка закусила губу и взглянула на потолок. Эли сильная и умная девочка, почти год прошел со смерти отца и она давно перестала плакать, при упоминании о нем.

- Но мы же не виноваты, - хмуро заметила малышка и Дастину нечего было ответить, ведь она права.

- Скоро она смириться и все наладиться. Все будет так же как раньше.

- Нет. Не будет, - девочка обняла его за шею и печально вдохнула. Даже она понимала, что ничего уже не исправить, но Дастин просто цеплялся за эту надежду, больше ему цепляться было не за что.

Это повторялось, словно Дастин оказался в кошмаре. За окнами поместья вновь лил дождь, он с тренировки, а в больной зале шум. Дастин тяжело вздохнул и быстро направился на звук. Это больше не повториться, отец уже давно был похоронен, Дастин больше не увидит бьющуюся в истерике Эли, и ему не нужно будет спасать мать от греха.

Дастин стремительно приближался к зале. Из нее не доносилось криков или плача, только звук глухих ударов, что были через чур знакомы. Дастин вбежал в помещение и не останавливаясь сбил мать с ног. Он не обратил внимания на ее гневный и невнятный крик. Все на чем он сконцентрировался на бездвижном теле своей маленькой сестры, и это было хуже кошмара. Дастин не мог сделать ни вздоха. Он аккуратно перевернул девочку на спину и прислонился ухом к ее груди. Одинокая слеза облегчения сорвалась с его ресниц. Слава Богу жива! Дастин легонько похлопал ее по щекам и позвал по имени, но девочка не очнулась и сердце в его груди стало пропускать удары.

Все вокруг кружилось, смешиваясь в одно темное пятно. Дастин несся по коридорам поместья уже по привычному маршруту. По коридору, на право, левая дверь и тропинка к домику прислуги. Темная дверь, ударившись о которую Дастин едва не вывихнул плече, узкий проход и последняя дверь справа. Он ворвался в комнату лекаря еле успевая ловить ртом воздух, лишь бы не потерять сознание. Увидев повиснувшее тело девочки, доктор тут же вскочил из-за стола и приложил пальцы к ее шее. Шли секунды, минуты, возможно часы а от старика не было и слова. Дастин с трудом сглотнул нервный комок в горле и показалось что вот-вот он ощутит вкус крови, так разодроло его это действие. Мысли метались с ошеломительной скоростью, никогда еще столько ужасных картин не мелькало в голове мальчишки. Но все будет хорошо. Он ведь успел. Успел спасти хотя бы сестру. Ее еще можно вылечи...

Рука лекаря медленно опустилась и безвольным кнутом повисла вдоль его тела. Глаз старик не поднимал, ему не хватило смелости посметреть на Дастина. Он просто медленно покачал головой и отошел.

- Нет, - прохрипел Дастин. - Нет, нет, нет..

- Мне очень жаль парень, - тихо ответил лекарь и Дастин упал на колени прижимая к себе остывающее тело девочки. Он прижимался губами к маленькому лбу, в надежде вновь ощутить тепло. Дастин впервые рыдал перед ней. Кричал срывая голос, даже не обращая внимания как на его крик сбежались служанки, по чьим лицам тоже лились слезы.

Он. Не. Успел. Руки дрожали и сжимали тело с такой силой, что будь Эли жива потом бы появились синяки. Хотя и те вряд ли бы было видно после побоев матери. Не успел. Не спас. Заставил терпеть все эти ужасы, только потому что надеялся что мать образумится. Это он виноват. Он виноват в смерти Эли. Если бы он только забрал ее, он бы все еще мог видеть ее солнечную улыбку. Слышать ее озорной смех. Да даже если бы она возненавидела его до глубины души. Только бы была жива.

Почему? Почему именно Эли? Неужели мать не могла выбрать его. Почему Эли не двигалась? Почему больше не дышала. Он ведь успел. Она дышала. У нее билось сердце. Не успел. Когда именно она перестала быть живой? Как только он выбежал из бальной залы? Или не хватило жалких секунд и она ушла от него прямо перед дверью лекаря? Но неужели ничего нельзя сделать? Хоть что-нибудь. Что угодно.

- Эли, - шептал он в потускневшие волосы девочки, что давно перестали напоминать яркий огонь. - Эли помнишь ты говорила чтобы папа проснулся? Что это не смешная шутка?

Дастин всхлипнул и воздух резанул легкие.

- Умоляю. Очнись. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Проснись принцесса.

Она не проснулась. Эли больше никогда не открывала глаза. Ее сердце больше не билось. Она больше не была тем огоньком, что грел Дастина своим теплом и помогал держаться в этом отвратительном холодном мире. Она больше не светилась. Не смеялась. Единственный и последний раз, когда ее волосы полыхнули отблесками пламени, это когда старая нянюшка проводила обряд со своей родины, чтобы упокоить душу бедного дитя.

Их мать даже не пришла на похороны своей дочери. Дастин только тогда осознал как же он ее ненавидел. За все что она сделала и не сделала. За то что бросила их после смерти отца. За то что ни разу ни успокоила Эли после кошмара. За то что она жалела только себя, не слыша по ночам как Эли захлебывается в слезах по отцу, не видя как Дастин выплескивает свою боль убивая тело на тренировках. За то что убила ее. Их маленькую принцессу.

Наверное оно и к лучшему, что мать не пришла. Иначе следующую Дастин похоронил бы именно ее.

Дастину казалось, что нянюшка спасла его из зыбучих песков, что поглотили его после смерти сестры, забрав на свою родину. Он даже не помнил как устроился в ветхом домике на окраине столицы, и как прошло путешествие. Юноша пропадал в гулкой тишине пустой головы, не замечая как дни пролетают мимо, а тело истощается все сильнее. Если бы не няня, он бы давно умер от голода, и наконец-то воссоединился бы с Эли на том свете. В самые плохие дни он действительно задумывался о том, чтобы отправиться вслед за сестрой, и единственное что его удерживало от греха, это нежелание уподобиться матери. Так что Дастин старался вовсе не думать, дожидаясь естественной смерти, и не в силах ответить на беспокойство пожилой женщины, что вытащила его из опустевшего дома.

Нянюшка делала все возможное, чтобы мальчику, о котором она заботилась стало лучше, но так и не смогла его отвлечь от мыслей о сестре. Женщина тяжело вздохнула наблюдая за юношей, что продолжал просто смотреть на плошку давно остывшего супа, даже не окунув в него ложку, когда входная дверь с грохотом распахнулась. Дастин на это даже не моргнул.

На пороге запыхавшийся и растрепанный стоял мальчишка. Он глянул на женщину, пытаясь отдышаться, а потом перевел взгляд на Дастина и ухмыльнулся.

-Я его забираю, - заявил мальчик и схватил его за руку.

-Нет, - строго наказала женщина. - Беремир, он еще не поел.

Мальчик глянул на стол, без раздумий схватил плошку и залпом выпил содержимое, совершенно не обращая внимания на возмущения женщины. Судно громко стукнулось об поверхность стола.

-Я съел за него, - ухмыльнулся Беремир и утянул Дастина на улицу, сбегая от нотаций злобной старухи.

-Ты кто? - хрипло спросил юноша, морщась от сухости в горле, но не придавая много внимания тому, что незнакомец утаскивал его в непонятном направлении.

-Беремир меня звать, - хмыкнул тот. - Слышал старуха приютила еще одного беспризорника, а нам позарез как не хватает игроков.

Спросить Дастин не успел. Беремир окликнул группу мальчишек и побежал к ним. Все завертелось быстрее чем Дастин успевал осознать, его втянули в какую-то игру про лошадок, заставили кусать веревку и тащить, то что мальчики назвали «повозкой», за место в которой все успели передраться. Юноша с ужасом наблюдал за тем как ребята валялись в пыли и дрались чуть ли не до крови, а потом начинали заливисто громко смеяться, когда одерживали победу. Ровно до тех пор, как победителю не решались бросить вызов другие. Дастин смотрел как Беремир раз за разом, точно скользкий гад ускользал от кулаков и толкая потерявших равновесие мальчишек, завоевал звание «кучера», о котором пожалел, когда «повозка» перевернулась. Он с досадой потирал копчик, но тем не менее смеялся громче всех «лошадей», даже не замечая кровь на содранных локтях.

Они веселились до самого заката, пытаясь наиграться вдоволь, будто следующего восхода солнца не будет. Дастин один раз даже смог побыть на мечте кучера, ничуть не жалея из-за ноющей от удара поясницы, потому что это было подобно глотку свежего воздуха, после душного гроба. Он не прекращая восхищался прожитым днем, а Беремир слушал его с самодовольной улыбкой, пока провожал до дома няни. Увидев перепачканных в пыли и подранной одежде мальчиков она обеспокоенно охнула, уже было начав читать нотации, но внезапно замерла и заплакала. Заплакала от облегчения, потому что в первые после смерти Эли увидела на губах Дастина улыбку, о которой он сам даже не подозревал. Юноша и сам не заметил, когда начал улыбаться, но чувствовал себя наконец-то проснувшимся от затянувшегося сна. Те забавы, что показал ему Беремир были новы и столь непохожи на скучные балы и светские беседы, что Дастин невольно увлекся слишком сильно.

-Я же говорил, что справлюсь, - самодовольно заключил Беремир, закидывая руки за голову. Нянюшка утерла слезы и благодарно кивнула ему, когда Дастин понял, чья именно идея, вытащить его на игру со сверстниками.

Это стало только началом дружбы с рыжим взбалмошным мальчишкой, что любил воровать яблоки и отлынивать от работы.

На стол, перед глазами Дастина, брякнула деревянная плошка наполненная какой-то похлебкой. Он медленно поднял глаза на юношу перед ним и встретил серьезный нахмуренный взгляд. Высокий и тонкий парень скрестил руки на груди, явно намереваясь выиграть их игру в гляделки, даже не обращая внимания на темно рыжие волосы что так и лезли в глаза, а Дастин... А Дастин и не хотел выигрывать, он просто отвернулся.

- Тебе нужно поесть, со вчерашнего обеда маковой росинки в рот не брал, - хмуро заметил тот, усаживаясь на скамью перед Дастином. - Я понимаю что ты грустишь, но уже пять лет прошло. Пора бы смериться.

- Скажи мне это, когда сам перестанешь оплакивать смерть своей подружки, Беремир.

Дастин все таки схватился за ложку, но все так же не заинтересованно водил ей по дну тарелки. В такие плохие дни как годовщина смерти Эли или отца, ему все еще было сложно, хоть друг детства и помогал, оставаясь всегда рядом, после кончины нянюшки.

- Не сравнивай нас, - скривился Беремир и оперся одним локтем на стол. - Я не виню себя в ее гибели, при этом никак не связанный с ней, в отличие от тебя, - парень наклонился вперед и серьезно посмотрел в глаза Дастина. - Мор сама предпочла смерть такой жизни. А ты терзаешь свою душу, почем зря.

Да вот только не зря ведь это было. Совсем чуть-чуть осталось и придется ему условия Чернобога выполнить. Дастин провел рукой по волосам, пытаясь отогнать мысли. Не за чем об этом сейчас думать, до отправления оставалось еще пару месяцев, и за это время он надеялся отдохнуть.

- Такой жизни, - хмыкнул он повторив слова названного брата. - Нет ничего более священного чем жизнь.

- О, она тоже так считала, - уголок губ Беремира дрогнул в улыбке.

- Тогда бы она не хотела умереть, - возразил Дастин и наконец принялся за еду, чувствуя как желудок принялся разъедать сам себя.

- Мор и не хотела этого, просто чужие жизни она поставила выше своей, - Беремир неосознанно почесал шрам от ожога на своей шее, хотя тот даже не чесался.

- Я тебя не понимаю.

- Я же рассказывал тебе что у нее дар особый был, - Дастин кивнул. - А то что она была дочкой царя нашего?

Дастин подавился и закашлился.

- Думаешь я поверю что ты мог с царевной дружбу водить?

- А так и было, - улыбнулся он на реакцию друга, но улыбка его почти сразу же погасла. - Ты же знаешь чем наш князь славиться?

- Жестокостью, - Дастин нахмурился пытаясь понять к чему ведет Беремир. - Слыхал раньше он на площади недовольных и людей сжигал, да потом случилось что-то и он перестал, теперь только плетью сечет.

Беремир кивнул и тяжело вздохнул, будто смелости набираясь.

- Почти верно. Только не сам он людей сжигал, а свою дочь заставлял.

- Что? - нахмурился сильнее Дастин. Слыхал он конечно, что в Славных Землях магия сильна как нигде больше, да чтобы маленькая девочка человека сжечь могла.

- Мор была очень добрым ребенком на самом деле, но отец ее так запугал что она не могла противиться его слову. Уж не знаю как он ее наказывал, Мор никогда не рассказывала, - он сменил позу и скрестил руки на столе, уводя взгляд за окно. - Дело в том, что она никогда не хотела отнимать чужие жизни. Мор всегда считала, что сама не достойна жизни, если она оплачивается чужими, поэтому наверное и предпочла свою смерть. Она утверждала что если это не прекратиться, ее отец рано или поздно совсем с ума сойдет и повелит город полностью дотла сжечь, а она и воспротивиться не сможет. Вероятно именно поэтому я не слишком удивился, когда объявили о том что прервала свою жизнь.

- Раз она такую силу имела, могла просто остановить своего отца, - сквозь зубы прошипел Дастин. Дура эта Мор. Такую силу имела, могла ведь стольких людей спасти. Что толку что она умерла, царь то все равно людей на право и налево казнит. Она должна была хоть что-то сделать. И почему-то Дастин даже не придал значения, что тогда ей было всего тринадцать лет, хотя прекрасно об этом знал. Беремир нахмурился и злобно взглянул на Дастина.

- Чего же ты тогда свою мать не остановил? - прошипел он и Дастин застыл, не в силах поверить, что Беремир и правда сказал такое. Все словно заледенело в жилах, а перед глазами замелькали воспоминания.

- Прекращай жалеть себя Дастин. Мор была всего лишь слабой девчонкой, царь со своей дружиной легко бы убил ее, да и запугал он ее так что она шарахалась от любого человека так же как от огня, а ты мог остановить свою мать, но не сделал этого. Сказать почему? Потому что она не смотря на свои ошибки оставалась твоей матерью и единственным родителем. За свою сестру, которая была с тобой много лет, которая была частью твоей семьи ты бы отдал жизнь даже не задумываясь, а Мор отдала жизнь за людей которых не знала, которые ее до глубины души ненавидели, потому что знали что могут умереть от ее рук. На ее месте ты бы...

- Я не на ее месте, - прошипел Дастин.

- И тебе очень повезло что это так, - Беремир поднялся на ноги. - Мертвые не возвращаются Дастин, тебе стоит это просто принять и жить дальше.

- В вашей истории уже были случаи что люди вернулись к жизни, - тихо воспротивился он.

- Только вот возвращались совсем не они. Если бы и был способ вернуть твою сестру, вернулась бы она совсем другой.

- Это не важно.

Это не важно, повторял себе Дастин, ведя лошадь к избушке посреди леса. Все что нужно, это чтобы Эли была жива. Дастин исправит эту ошибку чего бы ему это не стоило и тогда его не волновало что ценой жизни его сестры была душа одной невероятной ведуньи.

Глава 12

Дастин медленно приоткрыл глаза вглядываясь в больно знакомый потолок. Думать о чем-то было невероятно сложно, мысли тянулись как патока, пытаясь прорваться сквозь влияние долгого сна. Сколько же часов он так пролежал, а может дней? Дастин нахмурился и проморгался. Разве когда он терял сознание они с Юреной не были в поле? Тогда откуда взялся потолок? Он повернул голову на бок и дыхание замерло. На стуле рядом с кроватью, откинувшись на спинку, дремал Беремир. Не тот мальчишка с которым он рос, а взрослый парень которого он оставил несколько месяцев назад, отправившись на поиски Юрены.

Дастин аккуратно сел на кровати, не в силах поверить своим глазам. Наверное это еще одно странное видение, наверное он все так же валяется в голой степи истекая кровью. Верно, иначе и быть не может, он просто не мог очнуться в сердце Чудограда, Юрена бы даже не приблизилась к нему. Да и самой Юрены не было видно.

Беремир клюнул носом и резко поднял голову, разлепляя веки. Серые глаза смешно расширились, а потом парень нахмурился.

- Ну и дурак же ты, - пробурчал он и провел рукой, убирая ржавые волосы с лица. Дастин с подозрением нахмурился. Совсем как настоящий, даже и не скажешь что это магия той зубастой твари.

- Хватит так смотреть, - хмуро сказал парень, но в его голосе скользнула нотка беспокойства. - Ты же помнишь меня, верно?

- Я тебя не знаю глупый мираж, - хмыкнул Дастин и отвернулся, будучи полностью уверенным в своей правоте, пока не получил очень даже ощутимый подзатыльник. Дастин схватился за голову и испуганно взглянул на Беремира. Видения определенно не могут приносить боль.

- Честное слово, как ты вообще до своих лет дожил?

- Удача и природное обаяние, - отшутился Дастин и еще раз оглядел комнату. Если так подумать в его воспоминаниях все было немного по-другому. Койка Беремира у противоположной стены никогда не была так идеально заправлена, стол всегда был захламлен какими-то бумажками, а не склянками и корыто с водой определенно не должно было находиться около его кровати. Старыми остались только деревянные стены, дверь в соседнюю комнату и крохотное оконце у него над постелью.

- А тебе все шутки шутить, если забыл то напомню. Ты чуть не помер, оболтус! - воскликнул Беремир.

- Ну не помер же, - попытался улыбнуться Дастин. Иллюзия бы точно не стала на него кричать, неужто и правда Беремир? Тогда куда подевалась ведунья? - А где Юрена?

- Кто? - нахмурился парень и как-то обеспокоенно посмотрел на него.

- Та девушка с которой я путешествовал.

- Аа, - протянул Беремир и на удивление Дастина скривился. - Та противная девчонка, что тебя притащила. Понятия не имею где ее носит.

Противная? Юрена то? Дастин конечно понимал, что она была с дерзким и своевольным характером, наверное как и все ведьмы, но противной ее назвать было сложно. Скорее наоборот, ведунья была обаятельной. Или может его принес сюда кто-то другой? Юрена бы не стала тащиться ради него в город, полный людей, которых она чисто физически переносить не может. Верно, так и есть, но где же она тогда?

- Это точно она? Ведунья, черные длинные волосы и глаза желтые, точно у волка, как взглянет так думаешь в самую душу смотрит, - Дастин широко распахнул глаза и вплотную приблизился к лицу Беремира, едва не свалившись с кровати. Тот скривился и отпихнул названного брата от себя.

- Точно она.

- Она не противная, - возразил Дастин, чувствуя какое-то детское желание заступиться за свою спутницу. Может она и любила подшучивать над ним, но он ей жизнью обязан, причем спасла она его не в первый раз. Беремир изучающе прищурился на него.

- Да ты никак головой повредился, когда эта девка тебя со своего огромного коня на землю скинула, - Дастин хотел было возразить, но подозрительная боль в спине и голове заставила попридержать свое возмущение.

- То есть как скинула?

- Как есть так и скинула. Я из дому выхожу и вижу, как она твою тушу, точно мешок на землю сбросила. Ты так грохнулся, чудом не сломал ничего. Так эта еще смотрит на меня сверху вниз как будто в лепеху коровью наступила и говорит, - Беремир выпрямил осанку и сделал жест, будто за спину косу откинул, довольно хорошо изображая Юрену. - Дескать пригляди за ним, да смотри помрет раньше чем я вернусь, сам его на тот свет провожать будешь. И ускакала больше не сказав ничего, а я глядь, ты весь в крови лежишь и дух испускаешь.

- Она уехала? - плечи Дастина опустились сами по себе и что-то внутри неприятно потянуло, будто невод на душу его накинули и начали тянуть, только не на берег, а наоборот на дно. Он сглотнул и пересохшее горло словно разодрало, точно он репейник проглотил, но особого значения этому предано не было. Неужели и правда, он так много проблем ей принес что она решила просто сбежать? - Почему?

- Сказал же не знаю, - недовольно поджал губы Беремир и отвел глаза, взгляд стал отрешенным, точно он вспоминал что-то. - Вроде как крикнула потом, передать тебе что сама все сделает, пока ты не мешаешься, а когда вернется уже рассчитаетесь.

- Что? - испуганно прошептал Дастин, округлившимися глазами смотря брата. Сама все сделает? Не могла же Юрена к Кощею отправиться? Это ведь она при первой встрече сказала, что на самоубийство не пойдет. Боже, что же Дастин наделал.

Он подскочил с кровати, едва не путаясь в одеяле, и тут же пошатнулся теряя в глазах четкость. Беремир успел схватить его, прежде чем он свалился ничком на пол, и уже был готов завести тираду о том какой Дастин дурак, но вдох так и замер на его губах, когда он увидел какая паника накрывает его брата.

- В чем дело? - аккуратно поинтересовался Беремир. Дастин с силой вцепился в его плечи и посмотрел на него с таким чистым раскаянием и испугом, что Беремир и сам забыл, что тот только не давно валялся при смерти.

Дастин всеми силами цеплялся за ощущение тепла от Беремира и за его голос, но страх, ледяными пальцами впившийся в его шею, мешал сделать вдох и успокоиться. Сердце стремительно металось по телу, оно то выскакивало из груди, кроша ребра, то ускользало в пятки, то вновь стремилось вверх, подкатывая к горлу, застревая там неприятным комом. Беспокойство и бескрайнее чувство вины не разменивались, на волны, они затопили его сразу, точно Дастина закинули в глубокий колодец и тут же закрыли, не давая выбраться. Мысли стремительно путались в огромный клубок, который было бы проще выкинуть чем распутать, одна тянула следующую, а та еще десять. Ясно было видно в этой каше только пугающие картины. Дастин ужасающе четко мог представить, что увидит если попытается спасти Юрену. Он даже мог слышать слабеющий с каждой секундой голос ведуньи. Угасающий, потому что он опять не успеет. Так же как не успел спасти маленькую Эли.

- ...стин. Дастин! - наконец прорвалось сквозь муть перепуганного сознания. Дастин встряхнул головой и не чувствуя пальцев отцепился от брата, тут же обхватывая себя руками. Грудь жгло, воздуха не хватало, глаза щипало от подступающих слез, а рот наполнял привкус металла от прокусанной губы. Что-то было в этом до боли знакомое и Дастин еще раз тряхнул головой, совсем как обычно делает Юрена.

- Я совершил огромную ошибку, - смог прохрипеть он и сделал дрожащий вдох, наконец-то наполняя легкие необходимым воздухом. Беремир непонимающе на него уставился, разрываясь между беспокойством и раздражением. Он все же выбрал раздражение, когда Дастин на не держащих ногах поплелся к выходу.

- Может объяснишь, куда ты собрался, только очнувшись? - прошипел Беремир и встал перед дверью, перекрывая проход. Дастин пару раз глубоко вдохнул и выпрямился, уверенно смотря на хмурого парня. Он просто не мог допустить, чтобы Юрена пострадала от его жалкого эгоизма.

- Мне нужно догнать Юрену, потому что она отправилась к Чернобогу спасать мою сестру.

- Твоя сестра уже давно мертва, - скептично произнес Беремир и оглядел его с головы до ног, явно сомневаясь в ясности его рассудка.

- Вот именно, но она думает, что Эли в плену у Кощея, потому что я ей соврал. Чернобог обещал вернуть Эли, если я приведу к нему Юрену, но я просто не могу обменять их жизни, - тихо сказал Дастин, видя как лицо Беремира обретает оттенок гнева и ужаса. Он уже и сам понял, какую глупость совершил, потому и хотел отправиться вслед за ведуньей как можно скорее. Внезапно лицо Беремира стало грустным и отчаянным. Сердце Дастина замерло, точно вовсе остановилось, потому что он слишком хорошо помнил такой взгляд. Так же на него смотрел семейный врач прежде чем сказать, что он опоздал.

- Дастин, боюсь поздно уже спасать ее.

- Почему? - хрипло спросил он борясь с накатывающим отчаянием.

- Ты уж вторую неделю у меня валяешься, - Беремир едва успел подхватить Дастина, когда тот безвольно на пол начал оседать.

Почему? Боже почему? Он ведь был готов на что угодно, лишь бы иметь хотя бы шанс спасти Юрену. Он бы сорвался в погоню, несмотря на свое состояние. Он приготовился принять обжигающую ненависть со стороны Юрены, когда вскрылась бы правда, и разочарование в ее невозможных глазах. Почему Бог даже не дал ему шанс попытаться? Дастин ведь все это время с места сдвинуться не мог, а как открыл глаза оказалось, что он уже опоздал. Снова опоздал. Снова предпочел просто наблюдать, вместо того чтобы побороть свой эгоизм и жалость к себе, чтобы не причинять страданий другим. Он снова выбрал себя, и теперь Юрена мчится на верную смерть, если уже не умерла, и он даже не сможет ее догнать.

Как тогда, с Эли, он ничего не сделал, хотя прекрасно понимал к чему приведут его действия. Если бы он остановил мать, или увел Эли из того дома, ничего бы не случилось. Она была бы рядом с ним, а он бы не обрек Юрену на неминуемую гибель. Если бы он только перестал быть таким эгоистом. Если бы. Если бы. Если бы!

Зачем она вообще уехала? Почему Юрена решила дальше отправиться одной? А если?.. Дастин истерично хохотнул. Если что? Если Юрена на самом деле над ним не подшучивала, а выражала симпатию? Серьезно? Такая невероятная девушка решила отправиться в логово Кощея, рискуя своей жизнью, только потому что влюбилась в такого как он? Это же смешно. Но от смеха легче не становится. Даже сквозь болезненный хохот было слышно как сердце трещит, а судьба смеется у него над головой, заставляя страдать еще больше. Он виноват в смерти уже двух близких людей, но все равно надеется что есть шанс что Юрена заметила его?

Юрена была права, он действительно идиот.

Глава 13

Гром тяжело фырчал ступая по глубоким сугробам. С его ноздрей срывались клубы пара, почти мгновенно оседая на морде инеем. Как бы сильно за последние лета Морена не ослабела, в волчьих хребтах ее сила пела вовсю мощь посылая по склонам вьюги. Чем выше поднимались Юрена и Гром тем сильнее свистел ветер и тем реже появлялись пушистые ели. С каждым шагом казалось вокруг становилось все холоднее и ведунья невольно вспоминала прикосновение богини, что обжигало так же сильно как острые снежинки, впивающиеся в щеки. Горный пейзаж вызывал ощущение ностальгии, хоть в день смерти спящая природа окружающая девочку отличалась от нынешней. Мор помнила кроваво красный закат и чистое небо, Юрена видела темно серые облака и нарастающую метель. Мор ступала по ровному покрывалу снега, Юрена боялась что Гром вот-вот свалится от усталости.

Ведунья отпустила поводья и пару раз сжала и разжала пальцы. Может мертвое тело особо и не ощущало холода, но кровь в венах застывала быстро, сильно сковывая движения. Посиневшие пальцы едва ли поддавались, но Юрена не решалась тратить магию на то чтобы согреться. Много сил уходило только на то чтобы Гром не окоченел. Хорошо, что она оставила Дастина в Чудограде, после нападения Ырки он бы не пережил переход через хребет.

Юрена натянула капюшон плаща сильнее и перекинула суму с травами на грудь. Долго рыться не пришлось, она могла бы и с закрытыми глазами отыскать нужную бутылочку. Пальцы укололо тепло и ведунья выудила из сумы стеклянную склянку, в которой теплился кусок пера жар-птицы. От него исходил слабый свет, но тепло было достаточно сильным чтобы остывшие конечности Юрены вернули чувствительность, а с губ начало срываться теплое дыхание. Кровь по венам потекла быстрее, перестав напоминать субстанцию из жабий слизи, а вместе с ней и магия стала отзываться легче. Юрена коротко улыбнулась и провела теплыми пальцами по взмыленной шее Грома.

- Совсем как в старые добрые, да? - перекрикивая ветер сказала Юрена своему коню и вспомнила, как они путешествовали по горам родного континента Дастина. От того что там всем заведовал один бог, природа была слабее и зимы едва ли отличались от здешних, когда Морена ослабла. В заморских горах была зеленая трава и редкие цветы, даже на самых вершинах не часто встречался снег.

Гром недовольно фыркнул, разделяя мысли хозяйки. По горам во владениях Морены они еще не проходили, и конь был недоволен тем что не мог разогнаться даже до скорости больной собаки, но кажется он был доволен что они снова путешествовали только вдвоем. Юрене тоже было приятно вспомнить давние путешествия, но теперь казалось что чего-то не хватает. Не хватало теплой груди за спиной и крепкой хватки на боках. Под серым небом не хватало запаха солнца и глупых комментариев, которые Дастин то и дело бурчал ей на ухо, пока она рассказывала о лесной нечисти. Не хватало непривычного спокойствия которое родилось после Светгорода, от его присутствия рядом. Ей не хватало Дастина, и Юрена корила себя за это. Он не был особенным, такой же глупый парнишка как и другие. Но кажется он был единственным. Единственный, кому Юрена доверила знать свое старое имя и видеть слабости. Единственный, кому она улыбалась искренне. Единственный, чью улыбку она хотела видеть снова и снова. Единственный, кто сказал, что ее магия невероятная, а не пугающая. Единственный, кто смог заставить ее сердце биться чаще. Единственный человек ради, которого Юрена решилась пожертвовать осколком своей души.

По горам прошелся оглушительный рев, такой сильный что земля задрожала. Гром тряхнул головой и попятился. Юрена схватила поводья и ударила, заставляя идти коня вперед. Она хмуро осмотрелась по сторонам, пытаясь увидеть существо издавшее рев. Среди редких елей никто не проглядывался, заснеженный склон был пуст, но начинающаяся метель мешала разглядеть что-то достаточно далеко чтобы быть уверенной. Духи невидимые в горах не водятся, а значит рано или поздно покажется. Юрена запустила свободную руку в суму, убирая перо, и перекинула ее на спину, чтобы не мешалась. Воздух снова прорезал рев и с соседнего склона сошел снег. А вот это уже поопаснее будет.

Юрена вгляделась, пытаясь увидеть в сошедшем снегу существо, но признаков жизни в куче не было. Земля с грохотом дрогнула и склон пошатнуло словно тонкую осину на ветру. Юрена со всей силы вцепилась в Грома и вскинула взгляд к вершине.

Морена пощади ее душу.

На самом хребте, восседало огромное существо. Выглядывающие из под снега камни крошились под его огромными когтями, каждый из которых был размером с Юрену. Черная чешуя покрывала все тело змея, не переливаясь, а будто поглощая весь ничтожный свет от зимнего солнца. Морда напоминала птичий клюв, вздернутый к небу, а крылья отбрасывали солнечные лучи так же, как стеклянные фигуры в Светгороде, разбрызгивая по белоснежному склону зеленые и синие пятна. Хвост делился надвое и на каждом конце была змеиная голова. Вдоль лап шли панцирные наросты, а глаза сверкали золотом. Чудовище разинуло пасть, представляя взору несколько рядов зубов, по клыкам стекала зеленая жидкость, обращаясь на морозе в ядовитое дыхание. С новым ревом земля вновь задрожала, но снег не сошел.

Это. Мать. Его. Аспид!

Чудовище взмыло в небо и крутанув резкую петлю, спикировало в сторону Юрены. У ведуньи перехватило дыхание, Гром испуганно заржал. Она встряхнула головой отгоняя от тело цепенящее ощущение страха и нахмурилась. Когда пожертвовала осколком души, она думала, что чувства больше не будут ее беспокоить, но тело реагировало так будто она все еще боялась. Крылатый змей быстро приближался. Юрена вскинула руки и зашептала молитву Сварогу, чтобы тот даровал ей силу своего огня. На пальцах затанцевали искры. До Аспида было пол версты и с рук ведуньи сорвалась волна пламени. Чудовище взревело и взметнулось вверх, чешуя на шее зашипела и покрылась волдырями. Юрена злобно ухмыльнулась, наверное это было очень больно.

Она ударила Грома по бокам и тот быстрее стал перебирать копытами снег, но этого было мало. Юрена внимательно следила за огромным змеем в небе, насколько это позволяла пелена снега. Им нужно было добраться до вершины быстрее чем Аспид вернется. Внезапно для себя Юрена ухмыльнулась, когда зверь начал снижаться в их сторону, явно полыхая гневом, а не ее пламенем.

- Ну здравствуй, трусливый братец! - крикнула она змею и ее руки покрыл алый огонь, такой же как тогда на поле. Аспид испуганно крутанулся в воздухе, по касательной облетая Юрену. Чтож, он всегда сильно боялся огня, ведь это единственное, что может его погубить.

Чудовище уселось на хребет, с которого сошел снег, и обиженно взревел. Юрена нахмурилась. Сам Аспид то к ней приблизиться побоится, но вот если из-за его крика сойдет лавина по ее склону, то никакая магия не убережет. Она бросила взгляд на вершину, осталось совсем немного. Юрена склонилась к шее Грома и зашептала заговор. Конь дернул ушами и заржал, но стал более резво пробираться через сугробы. Юрена вернула внимание к Аспиду. Нужно было придумать что-то чтобы тот заткнулся. Ведунья аккуратно осмотрелась, стараясь надолго не прерывать гляделки со змеем.

Вдруг, с верхушки одной из редких елей раздался крик ворона. Вести про Дастина принес. Юрена быстро отыскала взглядом птицу и в ее голове созрел план. Ничего, потом спросит что там с Дастином. Она взмахом руки подозвала ворона к себе и начала копаться в суме с травами. Осталось надеяться что трав хватит. Юрена вытащила небольшой мешочек с сон-травой и склянку с пером жар-птицы, да только что выбрать? Она не была настолько глупа, чтобы полагать что Чернобог не прознает о ее проникновении в его замок, а значит у нее должно остаться что-то что помогло бы сбежать ей и Эли. Если она на аспиде сон-траву использует, то сможет пару раз от Чернобога отбиться, да только она не сразу подействует. Аспид и лавину пустить успеет. А ведь сон-трава на Кощея может и вовсе не подействовать. Ладно. Была не была.

Юрена бросила в воздух мешочек и ворон его сразу же подхватил. Ведунья тихо свистнула и кивнула в сторону Аспида. Теперь пора бежать, остальное сделает ворон.

Гром все быстрее взбирался по склону, пока Юрена внимательно следила как ворон кружится над змеем. В сравнении с чудовищем, птица казалась маленькой точкой, точно мушка кружащая над павшим зверем. Пожалуйста. Все что нужно — это закинуть мешочек в змеиную пасть, что должно быть не сложно ведь Аспид ее не закрывал. Он шипел по змеиному, ворон кричал гневно и маневрировал, пытаясь в зубастом рту не сгинуть. Вот! Почти!

Губы Юрены скривились. Сгинул. Ворон просто исчез в пасти чудовища, даже не успев пикнуть. Аспид заметал головой и взревел, глядя в пасмурное небо. Юрену замутило, она прижала ладонь ко рту и мысленно начала проклинать свою реакцию.

- Быстрее Гром. Быстрее, - шипела ведунья, конь отвечал лишь раздраженными вздохами. Времени не осталось, еще один рев и лавина точно сойдет. Чуть-чуть осталось! Еще. Немного!

Аспид заревел что есть мочи, и снег начал соскальзывать огромными пластами. Огромная волна неслась сметая все на своем пути. Новый снег, деревья и скалы терялись в этом смертоносном движении замерзшей воды. Ледяные корки хрустели точно кости, вплетаясь в волну острыми осколками, точно кинжалы несли смерть.

Юрена с замиранием сердца наблюдала как толщи снега мчаться по склону и глотала ртом воздух, пытаясь унять адреналин взбушевавшийся в крови. Они успели. Гром топтался на самой вершине, вместе с хозяйкой наблюдая за хаусом стекавшим к подножью склона. Они едва успели. Юрена истерически хохотнула и глубоко вздохнула, пытаясь вернуть сердце, бьющееся в горле, на место.

Аспид вновь напомнил о себе, взметнувшись в небо.

- Черт, - Юрена крепко схватила поводья одной рукой и натянула. - Держись Гром, будем скатываться.

Конь недовольно заржал, но Юрена не приняла во внимание его возмущение. Она вскинула свободную руку по направлению противоположного склона и снег начала покрывать ледяная корка, создавая подобие ледяной горки на которой любят веселиться дети. Юрена ударила коня пятками в бока и он ступил копытами на лед, сразу же соскальзывая вниз. Гром испуганно заржал и они помчались вниз почти с той же скоростью с какой сходила лавина. Прямо над их головами промчался Аспид, едва не хватая их своими когтями. Юрена не позволила себе обратить на это внимание. Она тратила все силы на создание безопасной ледяной дорожки, но не могла не отвлечься на грохот и болезненный рев. Аспид врезался в крутой склон и попытался зацепиться когтями, но сон-трава уже начала действовать и зверь сорвался вниз. Он кубарем катился по склону, пока воздух прорезал его болезненный крик и хруст костей. Юрена поморщилась, пытаясь скрыть картинку всплывшую в памяти. Когда в самом низу его тело пронзили десятки острых скал и оно забилось в предсмертных конвульсиях, она не смогла удержать желудок и перегнулась через коня, опустошая внутренности. Память злая штука.

Юрена утерла рот рукавом и присвистнула самой себе. Не думала она что у нее получится убить Аспида только снотворным, хотя если подумать он сам себя убил, да и пока тело осталось Чернобог его легко оживить сможет. Юрена тряхнула головой и вновь сосредоточилась на спуске, в ней не утихала уверенность что Гром не простит ее за такой внезапный аттракцион.

А вот и трещина. У самого основания склона землю разрезала огромная пропасть, в которую не проникал свет. Трещина, ведущая во тьму соединяющая мир Яви и Нави. Юрена остановила Грома у самого края и спешилась. Впадина выглядела так, словно до самых краев была наполнена черной водой, но когда Юрена опустила руку, ничего не почувствовала, даже воздух не стал холоднее. Юрена повела Грома к ближайшей ели и привязала. До конца пути осталось совсем немного. Гром нервно фыркнул и толкнул Юрену головой.

- Не волнуйся я скоро вернусь, - она по привычке чмокнула коня в белое пятно на носу и подошла к самому краю пропасти. Она какое-то время стояла не решаясь, в какой-то момент даже показалось что тьма решила взглянуть на нее в ответ и по спине пробежались мурашки. Юрена встряхнула головой и сжала руки в кулаки. Один шаг и она окажется на месте. Юрена сделала этот шаг и провалилась в бездонную тьму.

Чтож, замок Чернобога выглядел не так как она себе представляла. Юрене почему-то всегда думалось что он будет из человеческих костей, совсем как берег Смородины, а ворота бы украшали черепа неудачливых богатырей, что не смогли спасти своих похищенных невест. На самом же деле он выглядел беднее чем дворец отца Мор. Два этажа и одна единственная башня из черного камня, все это освещали синие загробные огни, что как-то портило нагнетающую и пугающую атмосферу. Вероятно и сам Чернобог окажется не таким как рассказывают легенды. Юрена скривила губы. Он точно будет не таким как рассказывают люди, Ягиня всегда говорила что вопреки людскому представлению тот невероятный красавец, что может соперничать с Ярилом, и характер у него хуже ведьмовского, настоящий черт проклятый. Может быть, если бы не его красота то Морена и вовсе не связала бы себя с ним узами священного брака.

Юрена поправила суму и пару раз вздохнула успокаивая пульс. Она была уверена что Чернобог уже знает о ее присутствии в его царстве, а значит чтобы пробраться незаметно в сам замок нужно его отвлечь. Как учил Беремир, сконцентрировать внимание на плече, пока ты роешься в карманах. Юрена присела скрываясь за черным камнем и порылась в своей суме. Никаких свободных ниток не нашлось, пришлось с мешочка снимать. Она взяла колючую веревочку в ладони и сомкнула руки в замок, пред глазами представляя Чернобога и зашептала.

Куда ветер траву клонит

первый узелок

Туда и лист ее смотрит

второй

Так бы и ты, Кощей, Чернобог

третий

Делал то что мне нужно

четвертый

Увидал ведунью молодую

пятый

В замок твой входящую

шестой

Да искать ее отправился.

Последний узелок.

Внезапно перед взором Юрены вспыхнули глаза, точно синий огонь на стенах замка. Черт, заморочить голову богу не вышло. Ведунья убрала веревочку в суму и скинула с головы капюшон, чтобы лучше окрестность видно было. Ничего не произошло. Молния не сверкнула в черном небе, огонь не колыхнулся, ветер не появился. Кощей вообще никак не отреагировал на ее попытку околдовать его и это напрягало еще сильнее.

Тогда попробуем по-другому. Юрена скинула с плеч плащ, бросила его у камня и начала читать оморочку для отвода глаз. Было бы лучше если бы она слова и мысли прямо в голову Чернобога транслировала, но видно того не было оттого и действовала как могла. Юрена почувствовала как с каждым словом магия все плотнее окутывает ее тело. Лишь бы на этот раз магия сработала, Ягиня вон самого Велеса заколдовать смогла, чем она спрашивается хуже.

Юрена обежала каменные выступы и направилась к стене башни. Не просто же так богатыри жен своих спасшие, говорят что Кощей похищенных красавиц именно там держит. Энергии Чернобога она больше не чувствовала, а значит тот за ней не следит, главное самой к его энергии не тянуться, тогда он и не узнает что она вовсе не за его смертью пришла, хотя признаться честно соблазн был велик. Юрена оглядела кладку из крупных черных камней, стена была полностью сухой. Повезло, соскользнуть будет сложнее. Ведунья перекинула суму на спину и уцепилась пальцами за первую впадину. От адреналина холодные ладони вспотели, но хвала Богам не слишком скользили. Юрена подтянулась на руках и уперлась нагой на выступающий камень. Потом опять и опять, стараясь не обращать внимания на растущую высоту. Юрена сейчас была как никогда благодарна обязанностям лесной ведуньи, если бы ей не приходилось каждый день лазить по деревьям или скалам, только чтобы помогать застрявшим животным, она бы не за что не смогла провернуть такое.

Юрена тяжело дышала, а руки уже начинали трястись. Наверное это было плохой идеей ползти по стене башни, окна у которой есть только под самой крышей. Стоило пробраться на второй этаж, а там уже искать лестницу в башню. Юрена оглянулась вниз и сразу пожалела, она и подумать не могла, что боится высоты, пока желудок не сделал кульбит. По крайней мере пока она снаружи то в относительной безопасности, Кощей ни за что не покинет своей обители, только ради нее, которая по воле своей глупой симпатии идет прямо к нему в руки. Чертов Дастин.

Она наконец-то добралась до конца. Когда она уже ухватилась рукой за подоконник, камень под ногой раскрошился и она соскользнула. Не удержав вскрика, Юрена повисла над головокружительной высотой и всеми силами боролась со слабеющими пальцами. Влажные ладони скользили по деревянной доске и едва ли не горели от напряжения. Юрена старалась упереться ногой, но камни то и дело крошились, не давая надежной опоры. Юрена злобно вскрикнула и попыталась подтянуться. Даже без осколка души, даже с телом приближенном к нечисти, это было сложнее чем должно было быть. Возможно ли вообще умереть уже мертвому человеку, на границе мира живых и мертвых? Почему-то Юрена не горела желанием проверить это.

К черту все. Сейчас она была сильнее чем когда-либо. Она должна была с легкостью подтянуться, должна была не испытывать страха перед высотой. Ее мизерная часть души, которая осталась поддерживать подобие жизни не так работает! Ни по каким правилам Юрена не могла сейчас чувствовать, так какого черта? Эмоции это удел людей, слабых, смертных, беззащитных. Юрена не была такой, она была высшей нечистью, сильнейшей из существующих. Эмоции делают ее слабой, делают ближе к людям и это до дрожи выводило ее из себя.

Юрена глубоко вдохнула и задержала дыхание. Губы непроизвольно кривились в злобной усмешке. Она ощущала как сердце билось все медленнее, а ощущения тела притупились. Юрена все глубже загоняла остатки человеческих эмоций, так же как учила ее Ягиня. Раньше эмоции представлялись бурлящим котлом, который было сложно спрятать, но уже давно они стали засушенными цветами в деревянном коробке, который она закапывала глубоко в дебрях своего внутреннего леса. Когда коробочка была похоронена, Юрена распахнула глаза и взглянула на подоконник. Руки задрожали от напряжения, но она забралась внутрь. Это было почти легко.

Юрена несколько мгновений стояла, упершись руками в колени, пытаясь подавить дрожь от растекавшегося по конечностям холода. Она подняла голову и огляделась, сдунув с глаз локон, выпавший из косы. Весь этаж был одной огромной комнатой, утопающей во мраке. Здесь не было таких же огней как снаружи... Здесь ничего не было в принципе. Юрена скривилась, поняв что ошиблась выбрав башню своей целью. Она выпрямилась и оглядела пол. В самом дальнем углу был деревянный люк, к которому ведунья аккуратно направилась. Что-то изменилось. Было слишком тихо. Она встала перед люком и оглянулась на пройденный путь. Юрена не издала не звука, пока шла. Догадка сама всплыла в ее голове, это не было резким открытием, будто мысль пронзила ее как стрела, нет, это было больше похоже водяницу медленно выходящую из воды. Юрена опустила взгляд на свои руки и поняла, что права. Ее руки всегда были тонкими, но теперь пальцы стали костлявыми и почти белыми, а ногти потемнели. А еще пропали шрамы, что оставила Ырка. Она положила ладонь на грудь. Девушка больше не дышала, сердце все еще билось мучительно медленно, будто из последних сил. Теперь ее точно можно назвать нечистью.

Она медленно покачала головой и наклонилась над дверью в полу, на сиг зависнув в движении. Теперь не было никакого желания спасать эту Эли и не хотелось увидеть солнечную улыбку Дастина. Юрена просто не видела смысла в этом, желания нет, так зачем ей это делать? Правильно. Не за чем.

Юрена потянула железную ручку и открылся проход на винтовую лестницу без перил. Она начала медленно спускаться, все еще не видя смысла в происходящем. Она просто делала. Возможно свою роль сыграла память, память о том какие эмоции в ней пробуждал солнечный мальчик. Юрена медленно моргнула. Было очень пусто, не только в башне, но и внутри. В груди словно разверзлась такая же трещина, в которую она спрыгнула, но ей было все равно. Она не могла сказать нравится ей это или нет, ведь ни того ни другого не было. Наверное это не плохо, ведь до этого ей не нравилось чувствовать как люди.

Юрена спрыгнула с последних четырех ступенек и это было все еще слишком тихо даже, для нечисти. Вся башня состояла только из лестницы и верхнего этажа, поэтому Юрена отправилась дальше. Единственная дверь выходила в коридор основной части замка, его голые каменные стены освещали синие факелы, а пол застилал кроваво красный ковер, который в слабом освещении казался больше грязно коричневым. Юрена даже допустила мысль что ошиблась замком, слишком бедным он выглядел для Кощея, который над златом своим чахнет.

Юрена шла. Шла. И шла. Ничего. Ни окон, ни дверей. Она резко остановилась. Теперь понятно почему Чернобог ничего не сделал, когда она пробралась в его замок, а она еще думала, почему лестница кажется такой длинной. Юрена повернулась к стене и пошла прямо в нее, картина сменилась и вот она опять идет ровно в середине бесконечного коридора. Она развернулась назад и едва не врезалась в дверь ведущую в башню, будто она вовсе не двигалась с места. Юрена аккуратно толкнула дверь, по коже пробежали мурашки, и перед ней открылся проход вниз. Она вновь резко развернулась, но за спиной больше не было коридора, была все та же дверь. Крепко уперевшись ногами, она повернула голову. Со всех четырех сторон была деревянная дверь, они одновременно распахнулись и все вели вниз. Юрена подошла к двери перед ней и ухватилась за ее раму. Кощей сильно ошибается если думает, что она будет следовать его правилам в этой игре. Она подтянулась и ухватилась за камень. Потолок, что до этого был прямо над головой начал подниматься, а Юрена все взбиралась по стене. Внезапно тяжесть сместилась и ведунья поняла, что она уже лежит на стене а не ползет по ней. Она встала. Это был коридор, не такой голый как раньше, на стенах появились уродливые картины, а у стен стояли горшки с засохшими цветами. Ведунья огляделась, со всех сторон был бесконечный коридор, никаких дверей. Она почти хмыкнула, Кощей видимо не хотел менять правила игры ради нее, жаль что ей действительно было все равно. Юрена прыгнула на месте, потом еще и еще, пока ковер не стал покрываться трещинами, а потом она начала падать. Падать в кромешной тьме, а может просто висеть, или плыть. Она не была уверена, ведь вокруг не было ничего. Что-то изменилось и Юрена разожгла пламя. Поддаваясь инстинктам она высвободила огонь и услышала как кто-то недовольно запричитал. Не только руки Юрены покрывало пламя, все ее тело было окутано жаром, создавая оберегающий кокон. Из голубого огня.

Юрена зажмурилась, когда в глаза брызнул свет. Он не был ярким, но после непроглядной тьмы это было более чем неприятно. За ее спиной кто-то хмыкнул, достаточно близко чтобы понять, что ее хотели напугать. Юрена открыла глаза и огляделась, она была посреди огромного зала, в конце которого стоял трон из золота и серебра. Все пространство освещали повисшие в воздухе голубые огни, стены были богато украшены лепниной а кое-где висели огромные гобелены, с изображением Морены и самого Кощея.

- Давно не виделись, - сказал глубокий голос. Юрена не обернулась, не вздрогнула и не покрылась мурашками, хотя это было бы довольно логично. Она чувствовала всем своим существом как в звуке этого голоса искриться сила божественного хауса, как энергия трещит в воздухе.

- Я с тобой ни разу не встречалась, - спокойно сказала Юрена, не сводя взгляда с трона. Пространство пронзил злобный смешок и на возвышении из тьмы появился Кощей. Черные волосы, что спадали на плечи, были украшены массивной золотой короной, черная одежда, что не прикрывала грудь, была богато усыпана драгоценными камнями и серебряными нитями. Костлявые пальцы украшало множество перстней, а белоснежная кожа сияла брильянтом в свете нечистого огня. Теперь Юрена была уверена, что перед ней был тот самый Чернобог, о котором рассказывала Ягиня.

- Это ты так думаешь, но я часто наблюдал за тобой, - его красивое лицопронзила острая ухмылка, а васильковые глаза блеснули озорством.

- Это отвратительно.

- Отвратительно, то что ты все еще не выполнила свое обещание, данное моей супруге, ведь ты все еще не нашла серп. Верно? - его лицо перестало выражать какие-либо эмоции кроме тщательно скрываемого гнева.

- Я в процессе.

- И ты пришла сюда. Зачем?

- Чтобы вернуть Эли, - отстранено сказала Юрена и ее заполнило неприятное предчувствие.

- Что? - без малейшего удивления спросил он.

- Я встретилась с человеком, который знает где серп. Мы заключили сделку, я помогу ему спасти сестру из твоих гнусных лап, а он отведет меня к серпу, - Кощей нахмурился на секунду, а потом расхохотался, что было не свойственно для богов, но воздух вокруг задрожал, отвечая на его силу.

- Он тебе не сказал верно? - сквозь смех спросил он и его глаза засияли сильнее - Что за чушь? Сказал, что знает где серп, а ты просто и поверила?

- Рада что тебе понравилось представление, - безразлично сказала Юрена и медленно моргнула. - Просто верни его сестру, а дальше я уже сама разберусь.

- Его сестра уже лет шесть мертва.

- Хватит врать, он сказал...

- Он сказал, - прервал ее Кощей с хищной улыбкой. - Этот малец заключил со мной сделку, я оживлю его сестру если он отдаст за нее твою душу.

- Что? - Юрена едва заметно нахмурилась.

- Сама ты бы меня не подпустила, но я должен был напомнить, что из-за тебя моя супруга может умереть.

- Это не я заперла Морену в мире Нави, отрезав от энергии Прави и убивая ее.

- Она сама предпочла это, когда влюбилась в человека и отдала свой серп.

Ведунья сжала кулаки, так что побелели костяшки. С этим она не могла поспорить, они оба знали что Морена навлекла это на себя нарушив правила, ноэто не повод винить в этом Юрену. На какое-то время повисла тишина, прерываемая разве что треском молний, что они метали друг в друга глазами.

- Я здесь, - наконец сказала Юрена. - Но ведь ты не можешь вернуть Дастину сестру, они веруют не в тебя.

- Могу, девчонку хоронили по нашим обычаям, потому ее душа ко мне и попала.

- Тогда отдай ее мне, я отведу ее к брату и продолжу искать серп.

- Не пойдет.

- Его часть сделки выполнена, ведь я здесь. Ты уже напомнил мне о важности серпа, ты должен отдать Эли.

- Только времени у тебя уже почти не осталось. Морена сможет прожить еще пару десятилетий, если не будет удерживать твою душу в мире живых.

- Так вот в чем дело, хочешь убить меня и обеспечить себе время.

- Так и есть, обмен девчонки шел на твою душу, а не присутствие, - Кощей поднялся с трона и камни на его одежде звякнули. Воздух наполнился темной энергией, и стал похож на слизь. Если бы Юрене все еще нужно было дышать, она бы могла задохнуться.

- С тем что осталось от моей души она и года не протянет, - в доказательство своих слов Юрена вытянула руки вперед, демонстрируя руки давно умершего человека. Воздух резко вернулся в обычное состояние, а Кощей удивленно уставился на Юрену, прежде чем его лицо перекосило от гнева, и это выглядело... Не по настоящему. Словно Кощей уже знал об этом, но продолжал следовать намеченному сценарию. Если бы только Юрена не утратила осколки души, это точно взволновало бы ее сильнее, но сейчас ей это было не важно.

- Ты утратила почти все осколки своей души?! - воскликнул он и угрожающе начал приближаться к ведунье. - Как такое произошло?

Юрена не ответила, она только опустила руки и сильнее выпустила пламя. Конечно оно не могло навредить божеству, но Кощей все же не стал подходить слишком близко. Его пылающие злостью голубые глаза впились в ее лицо и она почувствовала, как будто кто-то начал копаться у нее в мозгах. Ведунья нахмурилась и попыталась закрыться от Чернобога, но было уже поздно.

- Ты променяла дар моей супруги на жизнь, какого-то человеческого мальчишки?

- Тебя это не касается какое-то неверное недоразумение, которое мне жалко называть мужем моей почитаемой богини, - выплюнула Юрена и не без удовольствия разглядела мелькнувший шок на лице Кощея. - Это моя жизнь, и как ты уже понял, я играю только по своим правилам. У тебя нет другого выбора, кроме как отдать мне Эли и отпустить дальше искать серп.

- Паршивая неблагодарная девка.

- Я благодарна! Но только богине, что спасла меня, а не тебе, который боится испустить дух вслед за своей супругой потому что вас связывают узы. Ты просто трусливое, завистливое ничтожество, которое утешается любовью человеческих девушек, потому что не смог покорить сердце богини.

- Убирайся отсюда, - стены задрожали и с потолка посыпались крупинки камня, по телу Юрены пробежали мурашки, вынуждающие подчиниться приказу бога, что властвовал над нечистью, но ведунья только сжала до хруста зубы и шагнула в сторону бога.

- Это я и пытаюсь сделать, но только когда отдашь мне Эли.

- Да пожалуйста, - слишком просто согласился он и щелкнул пальцами. Перед Юреной появилось облако тумана, а когда тот рассеялся, перед ней уже стояла маленькая девочка. Светлые волосы, что едва отливали рыжиной, и глаза, такие же яркие как у брата. Хрупкое тело маленькой девочки, было укрыто тонким белым платьицем. Девочка внимательно вглядывалась в Юрену, будто что-то искала.

- И запомни, отныне тебе запрещен вход в мое царство, - прогремел Кощей. - Даже после смерти я не приму твою душу, так что не советую умирать.

- Мне все равно, - спокойно ответила Юрена и протянула руку девочке, не обращая внимания на скрытый намек и предупреждение в божественных словах. Эли не выглядела напуганной или непонимающей, она спокойно ухватилась за костлявую руку и крепко сжала ее. Кощей гневно выдохнул и вновь щелкнул пальцами.

Юрена прикрыла глаза свободной рукой и проморгалась. Вокруг было слишком ярко. Ведунья услышала счастливое ржание Грома и аккуратно открыла глаза. Они с Эли стояли на склоне усеянного снегом, прямо перед трещиной, только теперь Юрена не видела пропасти, вместо нее был бурный горный ручей. Девочка все еще крепко сжимала ее руку в своей маленькой ладошке и что-то высматривала в ведунье. Босые ноги девочки по щиколотку утопали в снегу, но ее это видимо не беспокоило, так же как Юрену не беспокоил ветер, хотя она так и осталась без плаща.

Ведунья подхватила девочку на руки и отнесла к Грому, аккуратно усаживая ту в седло. Юрена на секунду замерла, отвязывая коня от ели. До конца пути осталось совсем немного, ей нужно просто отвести Эли к брату. И серьезно поговорить с Дастином.

Глава 14

Эли молчала все время, пока они пробирались через волчьи хребты. Девочка не жаловалась, не хныкала и будто вообще не реагировала на происходящее вокруг. Юрена помнила как много времени у нее ушло на то чтобы свыкнуться с мыслью, что она действительно вернулась к жизни, поэтому поведение девочки для нее было не понятным, но она ничего с этим не делала. Ведунья только следила чтобы она не свалилась с Грома, когда тот сигал по скалам точно горный козел.

Эли крепко держалась за нее, и Юрена могла чувствовать, как она дышит и как бьется ее сердце. Это немного успокаивало ведунью, кажется она не хотела видеть Дастина сломленным, из-за того что его сестра вернулась нечистью. На самом деле размышлять об этом было немного забавно. Юрена знала что Дастин буквально хотел ее смерти, но при этом, даже с последними крохами своей души, она беспокоилась о нем. Было в этом что-то ей несвойственное, но Юрена перестала придавать этому какую-то окраску, просто все шло как есть.

Два дня они с Эли спускались по горам и Юрена решила наконец-то сделать остановку, когда поняла что Гром уже заходится слюной от усталости. Она мысленно сделала себе замечание, может она и перестала испытывать усталость, но ведьмовской конь все таки живой зверь.

- Не перестану этому удивляться, - раздался хриплый голос, когда Юрена развела костер. Она подняла взгляд на девочку и увидела, как та завороженно следит за небольшим огоньком на ее ладони. Это были первые слова, которые девочка сказала ей и это ввело ведунью в некое замешательство.

- Чему? - ее голос тоже немного хрипел от долгого молчания и она прокашлялась.

- Магии, - просто ответила девочка, и даже не подняла глаз. Юрена потушила огонь в ладони.

- Ты голодна?

Девочка просто покачала головой. Юрена ей не поверила, может быть они и были похожи в плане потребностей обычных людей, но Эли дышала и выглядела больше похожей на живую, а значит и за два дня должна была проголодаться. Ведунья поднялась на ноги, она собиралась уйти поискать чего-то съестного, но остановилась, увидев как Эли в ужасе застыла. Юрена проследила за ее взглядом и увидела как из слегка припорошенных снегом кустов за ними следит девушка. Ее колени выгибались в неправильную сторону, а на пальцах были звериные когти. Вместо человеческого лица на ней была лисья морда. Она пустыми, но мудрыми черными глазами-бусинками смотрела на них, постукивая когтями по коре сосны.

- Что это? - испуганно прошептала девочка, боясь даже шелохнуться.

- Ты боишься? - спросила у нее Юрена, она была уверенна в ответе, но просто хотела отвлечь девочку от следящего существа. Эли не оторвала взгляда от лисий морды, только нервно сглотнула. Юрена приняла это за ответ и просто кивнула. Ведунья полностью обернулась к существу и медленно поклонилась. Существо никак не отреагировало. Тогда Юрена аккуратно подошла к своей суме и порылась в ней, вытаскивая небольшой мешочек. Внимательно следя за существом, ведунья развязала его и высыпала на ладонь пару ягод клюквы. За время путешествия свежие плоды поморщились и подсохли, но черные глаза все равно блеснули и существо подошло ближе. Эли испуганно всхлипнула, но существо просто осторожно выудило мешочек из рук ведуньи и кивнуло, тут же исчезнув.

- Что? Куда оно делось?

- Ушла, - спокойно ответила Юрена и обернулась на девочку.

- Что это такое?

- Не бойся, это просто Лешачха.

- Что?

- Лесная кикимора, она жена лешего и следит за порядком в лесу, - Юрена села перед огнем и оглядела голый лес. - Здешний хранитель наверное уже в спячку впал, вот она и пришла проверить, не творим ли мы бед.

- Они всегда так делают? - прошептала девочка и быстро переместилась Юрене под бок.

- Так? - Юрена задумалась. - На самом деле обычно они не показываются и остаются незримыми, но видимо она почуяла меня как нечисть. Нечисть они в лес не пускают.

- Тогда почему нас пропустили?

Юрена внимательно оглядела девочку. Голос Эли оставался ровным и уверенным, но она не переставала ковырять ногти, то и дело потянув их ко рту. Кажется незнакомое существо и правда сильно напугало ее.

- Когда я вернулась к жизни, - начала Юрена и девочка удивленно вскинула на нее взгляд. - Леший, что оберегает этот лес помог мне найти дорогу, наверное его жена запомнила меня и поняла, что я не причиню вреда. Думаю и клюква в качестве дара ей понравилась, все таки в этом лесу она не растет.

- Ты вернувшаяся к жизни?

Юрена просто кивнула, не понимая удивления девочки.

- Почему ты не рассказала об этом Дастину?

- А должна была?

- Конечно! - Эли вскочила на ноги. Она пораженно смотрела на Юрену, а ведунья лишь немного нахмурилась.

- Откуда тебе это известно? - девочка сразу же сдулась и отвела взгляд. Она молчала переминаясь с ноги на ногу и все сильнее ковыряла пальцы, задевая заусенцы. В какой-то момент она тяжело вздохнула и перевела печальный взгляд на Юрену.

- Когда я умерла, моя душа не могла упокоиться, потому что я застряла между владениями двух богов и в итоге, так и осталась в мире живых. Я... - она замолчала и поджала губы, было видно что ей тяжело давались эти слова, но Юрена не спешила упрощать ей задачу.

- Я приглядывала за Дастином, все это время. Делала все возможное, чтобы уберечь его.

- Плохо ты его бережешь, скажу я тебе, - сказала Юрена. В ее словах не было ехидства, или злобы. Просто факт, и Эли это поняла, потому не разозлилась.

- Сложно сделать что-то когда ты мертва.

- Ты говоришь это не тому человеку, - Юрена указала на свое лицо, и девочка скривилась, признавая ее правоту. Повисло молчание, на удивление оно не казалось неуютным, или по крайней мере так казалось ведунье. Эли села обратно и уставилась на огонь. Это было удивительно комфортно, просто вот так сидеть. Совсем как это было с Дастином. Юрена еще раз оглядела девочку, она была копией своего брата и в тоже время его противоположностью. У Эли были такие же ярко-зеленые глаза, возможно чуточку светлее, лицо было совершенно таким же, разве что чуть более округлым, в силу детской пухлости. Эли была уменьшенной, женской версией Дастина, возможно поэтому Юрене было с ней комфортно. Даже не смотря на то что глаза Эли не светились жизнью, а на ее губах не расцветала глупая улыбка, и она не болтала постоянно какие-то глупости.

- Ты любишь его? - внезапно спросила девочка и Юрена встретилась с ней глазами.

- Что?

- Моего брата.

- Нет, - ответила Юрена и это не было ложью. Ни раньше, ни тем более сейчас она не рассматривала Дастина в таком плане. Он был просто ее спутником, и их пути совсем скоро разойдутся, поэтому ведунья даже не допускала такой мысли. Было слишком наивно думать о чем-то таком, особенно после того что рассказал Чернобог, особенно для кого-то вроде Юрены.

- Ты врешь, - уверенно заявила девочка.

- Не вру. Что тебе от меня нужно? - спросила ведунья явно чувствуя, что этот разговор ведет к просьбе, которую она не захочет выполнять.

- Ты хороший человек, - сказала девочка, отводя взгляд и думая как подойти к цели этого разговора.

- Нет. Я очень плохой человек, который пытается быть хорошим.

- Я наблюдала и за тобой тоже, ты хорошая.

- К чему это все?

- Я бы хотела, чтобы у Дастина был такой человек как ты.

- У него будешь ты. Как по мне достаточно, - просто сказала Юрена, но девочка отрицательно помотала головой.

- Меня он никогда близко не подпускал.

- Он собирался убить меня, чтобы ты вернулась.

- Потому что ему грустно, больно. Ему очень плохо, - Эли замолчала и тяжело вздохнула прежде чем продолжить. - Он всегда был сильным передо мной, тогда я думала что он невероятный, но когда умерла и наблюдала за ним поняла, что это не совсем так. Он пытался быть сильным чтобы я не унывала, а оказалось что сам он плакал каждую ночь, очень тихо, так чтобы я не слышала, а потом улыбался как ни в чем не бывало.

- Однажды я тоже попыталась быть сильной, - Эли рассмеялась, но в этом смехе была только печаль и отчаяние. - А теперь он винит себя в моей смерти. Юрена замерла, внимательно оглядев девочку.

- Что случилось?

- Поссорилась с мамой. После смерти папы она часто ругалась на нас с братом и не редко винила Дастина в этом. Я просто решила сказать ей, что это не правильно обвинять брата в том, что папа заболел. Это ведь папа заставлял его тренироваться на улице в грозу и снег, а не наоборот, - Эли прикусила губу и обхватила колени, уронив на них голову. Голос стал более приглушенным, но все еще оставался ровным. - Маме это не понравилось.

Девочка всхлипнула и ее плечи начали трястись. Она пыталась глотать слезы и всхлипы, только чтобы Юрена не услышала, хотя понимала что у нее это не получалось. Ведунья погладила ее по волосам и девочка подняла голову. Юрена растянула губы в маленькой улыбке и притянула ее в объятия. Эли сразу крепко прижалась к ее груди и громко зарыдала. Она выла, точно побитый зверь и постоянно вздрагивала.

- Это было так больно - провыла она.

- Знаю, - просто ответила Юрена, не прекращая гладить ее по голове.

- Она все не прекращала, - она вновь надрывно всхлипнула. - Я уже даже ничего не видела, но чувствовала. Я продолжала чувствовать боль дальше, снова и снова!

- Знаю.

- Я слышала как пришел Дастин. Слышала как он просил продержаться еще чуть-чуть. Вот-вот и помогут! А я даже глаз открыть не могла!

- Знаю, - Эли не прекращала выть и захлебываться в слезах, а Юрена просто покачивала ее в своих руках, прижимая к себе так что еще немного и затрещат ребра.

- А потом я видела как он понял что я мертва. Я впервые увидела как он рыдает над моим телом, хотя не видела как он плакал над папой. Я всегда думала что он не плачет, что слишком сильный... А я... Моя смерть... Она полностью сломила его. Если бы я послушала его и просто потерпела... Если бы не сказала матери тех слов...

Это не твоя вина — хотела сказать Юрена, но знала что девочка ее сейчас не услышит, а потому молча продолжала баюкать и успокаивать ее в своих объятиях.

Юрена не знала сколько времени прошло, наверное много. Когда тоже самое происходило с ней, она не могла успокоиться до рассвета.

- Почему так больно? - прошептала Эли ей в грудь и повернула голову, утирая уже и так засыхающие слезы о рубашку ведуньи. - Такое ощущение что внутри что-то разрывается. Грудь болит. Больно, очень. Это ведь не печаль, это на самом деле, будто ножом изнутри режут.

Юрена наконец-то разомкнула свои руки и за плечи отодвинула от себя девочку. Она выглядела по-другому. Волосы девочки стали подобно пламени, а глаза покрасневшие от слез обрели блеск жизни и стали совершенной копией не ограненных изумрудов.

-Запомни этот момент, - твердо сказала Юрена. - Только сейчас ты на самом деле вновь стала живой. Вернувшиеся души, это просто нечисть, что влачит свое бесцельное существование, вплоть до того момента пока не осознают что были мертвы. Юрена ткнула пальцем в грудь девочки. - Это болит твоя душа. Мертвые души едва ли могут признать свою смерть, но ты это сделала. Душа не может выдержать такое и разбивается. Теперь каждый осколок тесно связан с дарованной тебе жизнью, потеряешь осколок, потеряешь часть своей жизни. Сейчас у тебя есть все осколки, так что поздравляю, ты официально вернулась к жизни.

Эли последний раз всхлипнула и глубоко вздохнула. Поняв, что именно только что сказала Юрена, она кивнула, а потом нахмурилась.

- Ты сделала это специально, - тихо сказала девочка и пригвоздила Юрену взглядом. - Специально спросила о том что произошло.

Юрена лишь пожала плечами и отвела взгляд.

- Я просто сделала то же самое что давным давно сделали для меня.

Ведунья просто повторила действия Ягини, ничего невероятного. Она махнула головой и принялась снимать свои сапоги. Эли непонимающе уставилась на нее, когда она поставила обувь перед девочкой.

- Ты больше не нечисть, ты обычный человек, - Юрена оглядела ее с ног до головы. - И ты мерзнешь.

- А как же ты?

- Я уже не человек. Утратила слишком много осколков, - просто пожала плечами Юрена и проследила чтобы девочка нырнула в теплые сапоги. Конечно этого было недостаточно, чтобы согреть человеческое тело в зимнем лесу, но плаща у ведуньи не осталось.

- Скоро ты поймешь что умираешь с голоду, поэтому я пойду найду что-нибудь поесть, - сказала она и у девочки тут же забурчал живот. Лицо Эли залилось краской и Юрена невольно вспомнила как такой же очаровательный румянец растекался по лицу Дастина. Интересно будет ли он рад что они с Эли вернулись, или он и правда боится ведьм достаточно сильно, чтобы желать Юрене смерти? Раньше он казался ей слишком добрым для такого, но похоже она его знала хуже чем думала.

- Ты в порядке?

- Пятый, - почти недовольно произнесла Юрена.

- Что пятый? - удивилась за ее спиной Эли.

- Ты спрашиваешь это пятый раз.

- Потому что ты не отвечаешь.

- Я сказала, что в порядке.

- Но ты явно не в порядке, - пробурчала Эли.

Как же Юрена ошибалась, думая что девочка не болтает постоянно глупости совсем как брат. Как пробудилась, так и не затыкалась. Эли оказалась намного сильнее похожей на Дастина, чем Юрена могла ожидать, и это было слишком привычно. Даже беспокойство у них проявлялось одинаково.

- Эли, что ты хочешь чтобы я сказала?

- Что ты боишься входить в город, потому что там много людей.

- И не надейся.

- Я была рядом все ваше с Дастином путешествие, я знаю что ты боишься.

- Ты меня не знаешь.

- Ну так расскажи мне.

Юрена резко повернула голову и хмуро глянула через плечо на девочку. Чем ближе они были к Чудограду, тем больше она болтала и тем сильнее уставала ведунья. Когда уже начали виднеться ворота, она не прекращая пыталась выведать у Юрены причину, почему она так боится, а ведь она не боялась. Юрена действительно не испытывала страха, но по телу то и дело пробегались мурашки, а пальцы начинали отбивать по поводьям неровный ритм, и приходилось каждый раз одергивать себя, чтобы не утонуть в воспоминаниях.

- После смерти папы, мама заставляла меня заниматься бюджетом и ругала Дастина, за то что он взял на себя эту обязанность, - вновь перевела тему Эли, она будто надеялась что в ответ на ее откровения откроется и Юрена, но ведунья все никак не сдавалась, даже не комментируя.

- Бред, - наконец сквозь зубы прошипела она, ей уже надоело это.

- Вот поэтому я хочу чтобы ты была рядом с Дастином, - тихо сказала девочка, с ноткой безысходного недовольства, на что ведунья только вопросительно промычала.

- Ты понимаешь, - пояснила Эли. - У тебя была похожая ситуация? Поэтому ты умерла?

- У меня было хуже, - притворно просто ответила Юрена и поспешила увести от себя тему. - Ему тогда было шестнадцать?

- Да.

- Совсем еще ребенок. Он бы все равно ничего не мог изменить, ему не нужно винить себя в произошедшем, - и плевать что в свои шестнадцать, Юрена в одиночку путешествовала по Славным Землям.

- Но он у нас дурак.

- Это точно.

- Что у тебя произошло? - аккуратно спросила Эли. - Ты конечно можешь не отвечать если...

- Моя мать умерла рожая меня, - начала Юрена и девочка сразу притихла, удивленная тем что она и правда начала рассказывать, но девушка чувствовала, что обязана рассказать, а ответ на историю самой девочки. Ведунья силой вогнала воздух в легкие, чтобы вернуть видимость жизни, но это не помогло успокоить сердце, которое билось слишком быстро для мертвеца. - Сколько себя помню отец всегда винил меня в том что я убила ее, потому и дал мне имя Мор. Как болезнь несущая только смерть и страдания, но это не мешало ему использовать меня. По линии матери я по его словам седьмая дочь, я была рождена ведьмой, с особо сильным даром и отец активно использовал его.

- Как? - спросила Эли после затянувшегося молчания.

- Ты слишком мала чтобы слушать эту историю.

- Мне уже давно не десять лет, - надулась девочка, но Юрена не спешила рассказывать эту историю. Это оказалось тяжело даже без всех недостающих осколков души. Что же было попробуй она рассказать это с целой душой?

- Мой отец богат на подчиненных, и он любил очень жестоко наказывать своих людей. Я с рождения могла управлять огнем, а потому он заставлял меня жечь других людей. Я ненавидела это делать, но была либо они либо я. Как ты понимаешь в пять лет, ребенок не особо задумывается над этим выбором, - Юрена старалась говорить быстро, будто если она выплюнет эти слова они не причинят боли и беспокойства. Это не помогло.

- Это ужасно.

- Так и есть. Люди, те кто оставался в живых, пытались силой отучить меня причинять другим боль, но они никогда не причиняли боль, сильнее чем я испытывала от рук отца, потому и я не останавливалась. В какой-то момент я поняла что не так уж и против причинять им боль, тогда я осознала что отец таки смог превратить меня в монстра, только потому что я была слишком слаба чтобы противостоять ему. Я решилась сбежать когда отец прознал о моей дружбе с Беремиром и о его воровстве. Он хотел заставить меня выжечь на его теле клеймо вора, но я не могла даже подумать о таком, когда у Беремира уже был один шрам от меня.

- Беремир?

- Да.

- Друг Дастина.

- Да.

- Так вот почему ты не хотела посещать Чудоград. Там живет твой отец, - Юрена поморщилась на это заявление, но кивнула.

- А я думала ты просто противная ведьма.

- Ты не далека от истины.

- Пожалуйста, не бросай Дастина противная ведьма, - хохотнула девочка и все напряжение от разговора испарилось словно утренний туман под лучами солнца.

- Бегу и спотыкаюсь, он мне еще серп должен.

- Пока хватит и этого, - улыбнулась девочка и прижалась к спине Юрены, пока Гром все ближе подводил их воротам ее родного города.

Глава 15

Эли крепко цеплялась за руку Юрены и пыталась не выдавать своего волнения, но это плохо выходило. Как только ведунья спустила девочку с Грома, та не переставала ковырять ногти, а ее дыхание то и дело невольно останавливалось. Они стояли перед дверью дома Беремира, Эли все не решалась постучать и войти, а Юрена ее не торопила. Ведунья удивительно легко могла понять что чувствует девочка, потому решила что лучше будет не давить, да и реакцию Дастина они угадать не могли. Дом стоял на окраине города, потому в узком проулке и лишних наблюдателей не было.

- Что мне сказать ему? - внезапно спросила девочка, на грани слышимости. Юрена опустила на нее взгляд и серьезно задумалась, после чего сокрушенно покачала головой.

- Не знаю. После своей смерти я не встречалась ни с кем знакомым, кроме Беремира, и тот не узнал меня. С состоянием своей души, я буду просто отвратительным советником в таких делах, так что думаю тебе лучше просто говорить от души.

- Что если он не захочет меня видеть?

- Почему это?

- Я ведь теперь не человек.

- Человек, - твердо возразила Юрена и наклонилась, так чтобы их лица были на одном уровне. - Пока твоя душа полная, ты не нечисть. Сейчас ты ближе всего к ведьме.

- Я не ведьма, - скептично возразила девочка и фыркнула.

- Все возрожденные обладают даром. Если захочешь я тебя научу.

Девочка удивленно глазела на ведунью почти вызвав у той улыбку. Эли, что всегда мечтала быть принцессой никогда не задумывалась о том чтобы стать ведьмой, страшной сгорбленной старухой, но увидев магию своими глаза она просто не могла не найти эту идею заманчивой. Ее глаза сразу же загорелись интересом и восхищением. Она уже хотела радостно закивать, как в доме раздался грохот. Юрена резко выпрямилась и толкнула девочку себе за спину, готовясь защищаться.

- Отвали, - раздалось из-за двери.

- Успокойся, - прошипел второй голос, послышался звук борьбы. - Она уже сгинула, не за чем тебе и себя губить.

- Да пошел ты! Может быть я еще успею ее догнать и все объяснить, - опять возня и стук, будто что-то разбилось. Юрена озадаченно нахмурилась, а Эли вцепилась в ее рубашку сзади. - Да отпусти ты! Юрена не должна погибнуть по моей вине.

Послышался стук, будто кто-то упал, а потом дверь на улицу резко распахнулась. Юрена еле успела отскочить, чтобы ее не задело. В дверях лохматый и осунувшийся стоял Дастин, в руках была небольшая перевязь и меч. Он удивленно и с ноткой страха уставился на Юрену, мгновением позже в глазах мелькнуло осознание и несдержанная радость. Девушка этих эмоций не разделяла. Ведунья резко втянула воздух и отвесила Дастину звучную пощечину. Заостренные ногти оставили на его щеке глубокие бороздки, из которых тут же побежали капельки крови. Время будто ненадолго застыло. Юрена удивленно смотрела на свою ладонь, она явно не ожидала, что подобное произойдет, но тело задвигалось раньше чем она успела подумать. Она тяжело дышала пытаясь собрать мысли и унять разгорающийся внутри гнев и обиду. Обиду? Кажется она впервые в жизни испытала такую детскую эмоцию. Юрене это не нравилось. Дастин прижимал ладонь к раненой щеке и совершенно глупо улыбался, облегчение увидеть Юрену живой было слишком сильным, чтобы он мог обратить внимание на саднящую рану. За его спиной застыл побледневший Беремир, что смотрел на Юрену как на призрака. За спиной Юрены затаила дыхание девочка, шокировано переводя глаза с ведуньи на брата.

- Живая, - прошептал Дастин и его улыбка стала еще шире. Ведунья невольно вспомнила их первую встречу, когда она пообещала помочь, Дастин улыбался так же, искренне, с надеждой и осознанным отчаянием.

- Нет, - просто возразила Юрена и сделала последний вдох, вновь останавливая дыхание и чувства, которых не должно было быть вообще. - Не была живой и не буду.

Дастин бросил непонимающий взгляд, но уже через мгновение заключил ведунью в медвежьих объятиях, аккуратных и едва ощутимых, чтобы Юрена если что могла выбраться. Она этого не сделала, напротив, руки сами сжали его в ответ, а в нос ударил привычный запах солнца и чего-то сладкого. Ведунья явственно чувствовала как коробочка с осколком души, которую она глубоко закопала, копошиться где-то там, внутри пробуждая обиду, облегчение и непривычное тепло. Этого не должно было быть, поэтому Юрена осторожно отстранилась, не встретив сопротивления и оглянулась себе за спину. Эли поймав ее взгляд нервно сглотнула и медленно вышла вставая перед братом.

Беремир в шоке уронил челюсть, переводя взгляд с Эли на своего друга. Дастин никак не реагировал, даже не выглядел удивленным. Эли криво от волнения улыбнулась и в поиске поддержки взглянула на Юрену. Ведунья лишь покачала головой и скрестила руки на груди. Вот Дастин резко втянул носом воздух. Юрена перевела на него взгляд. Глаза юноши закатились и он грузно свалился навзничь. Эли испуганно вскрикнула и подскочила к брату, тряся того за плечи. Юрена не сдерживаясь прыснула со смеха, тут же получив хмурый взгляд от девочки.

- Сделай что-нибудь, - твердо прошептала девочка, но Юрена уловила в ее голосе едва ли не мольбу. Ведунья все еще с улыбкой кивнула и они вместе с Беремиром, не отошедшем от шока, оттащили юношу в спальню. По велению Юрены, в комнате осталась только она и Дастин.

Ведунья ухмылялась сама себе, пока вливала в юношу магию, приводя того в чувства. Она представляла разные реакции, но и предположить не могла что Дастин от шока упадет в обморок. Хмыкнув себе под нос, ведунья последний раз провела по светлым волосам и стала наблюдать как Дастин начинает просыпаться.

Его ресницы дрогнули и он застонав схватился за голову. Побочный эффект от магии никого не радует. Он пару раз моргнул и огляделся, тут же цепляясь взглядом за Юрену. Дастин осторожно сел на кровати и они оказались друг к другу достаточно близко, чтобы ведунья могла ощущать его дыхание.

- Мне приснился ужасный сон, - сказал и поморщился.

- И почему же ужасный?

- Думал что ты умерла, потому что я... Юрена на самом деле, - начал он. В глазах Дастина блеснула боль и страх, а потом Юрена просто закрыла ему рот ладонью.

- Не нужно. Эли мне все объяснила, - ответила она на вопросительный взгляд и тут же поспешила успокоить. - Я не злюсь. Все в порядке.

- Обычно когда ты это говоришь все не в порядке, - аккуратно сказал Дастин, отнимая ее ладонь от своих губ. Он нервно сглотнул, в замешательстве оглядывая Юрену. - Как?

Юрена прикусила губу, но так и не решилась как ответить. Объяснить все, значит рассказать и о себе, а значит снова довериться этому человеку. Юрена не была уверена, что готова к такому. Злость и обида больше не плескались на глубине ее разбитой души, только тоска и облегчение. Дастин собирался отправиться за ней. Он не хотел чтобы она умерла. Решил все-таки рассказать ей свои истинные намерения. Сейчас он был с ней, а не с Эли, хотя Юрена замечала как он бросал взгляды на дверь и боролся с желанием увидеть сестру.

Ведунья покачала головой, почти так же как делала раньше. Возможно это была плохая идея. Доверять Дастину, который с самого начала ее обманывал, явно было решение продиктованное эмоциями, которых между прочим быть не должно. Ужасная идея. Не сказать что у Юрены была хорошая жизнь, чтобы принимать хорошие решения.

Юрена перехватила руку Дастина и поднесла ее к своей груди, прикладывая прямо над сердцем. Юноша непонимающе следил за ее движениями, прошло какое-то время прежде чем он нахмурился, поняв что Юрена не дышит, хотя сердце под пальцами билось размеренно четко.

- Эли нельзя назвать полностью живой, она возрожденная. Так же как и я, - Дастин не скрывал удивления, но прерывать не спешил. - Я выменяла ее жизнь у Кощея.

- Но он хотел тебя убить.

- Хотел, - спокойно подтвердила Юрена и Дастин еще больше напрягся, забегав по ней взглядом, явно ища какие-нибудь раны. - У него была цель, раньше моя смерть могла помочь ее достичь.

- Что изменилось?

- У вас был уговор - Эли, в обмен на мою душу, но свою душу я уже обменяла на твою жизнь.

- Что это значит? - Дастин серьезно смотрел в глаза Юрены и выглядел почти спокойным, но сжатые до побеления костяшек кулаки его выдавали. Ведунья накрыла его руку своей и он немного расслабился. Юрена переплела их пальцы и сжала.

- У тела мертвецов есть определенные ограничения в плане магии, потому что основная ее часть идет на скрепление осколков души. Чем меньше осколков тем меньше магии требуется. Тогда на поле я пожертвовала несколькими осколками, чтобы иметь больше сил. Те крохи что у меня остались уже не помогли бы Кощею, поэтому ему пришлось меня отпустить.

- Ты отдала за меня свою душу, - тихо произнес Дастин, опустив взгляд. Таким печальным Юрена его еще не видела и где-то глубоко, что-то защемило.

- Дастин прекрати, - строго сказала ведунья и юноша поднял на нее затравленный взгляд. - Это не имеет значения. Я бы не задумываясь сделала это снова.

- Но...

- Мне все равно, ясно?

Дастин оглянул ее с подозрением, холодный и отстраненный тон был не свойствен девушке. Она должна была кричать на него или шипеть проклятья, не разговаривать вовсе или грозиться наслать на него порчу. Он поджал губы, перед ним сидела не та ведунья с которой он начинал путешествие, эта была совершенно пустой и все по его вине. Если бы он не был таким слабым, ей бы не пришлось его спасать, не пришлось бы терять себя. Удивительно четко Дастин понимал, что даже если Юрена его простила, сам себя он никогда не простит.

- Можно тебя поцеловать? - раздался внезапно вопрос и Дастин удивленно вскинул голову. Юрена спокойно, будто совсем незаинтересованно смотрела на него и он почти смог убедить себя что ему послышалось, но Юрена повторила вопрос. Дастин нервно сглотнул и дерганно кивнул. Глаза ведуньи блеснули и она наклонилась к губам юноши. У Дастина сбилось дыхание и он прикрыл глаза, из-под прикрытых век смотря на девушку напротив. Он почувствовал как Юрена делает вдох, а потом раздался шепот.

- Обойдешься, - ведунья резко отстранилась и встала с кровати. Дастин распахнул глаза, Юрена выглядела совершенно бесстрастно, но в глазах плясали искры озорства, совсем как когда она дразнила его. Дастин почувствовал как его щеки начинают гореть, а по лицу Юрены скользнула тень издевательской улыбки.

- Считай это местью за твою ложь, - она намного наклонилась, заглядывая в его злые глаза и щелкнула по лбу. - И прекращай себя корить за это.

- Ты ужасна, - вяло возмутился парень потирая ушибленное место.

- Это я знаю, скажи что-нибудь новенькое, - Юрена большим и указательным пальцем схватила его подбородок, задирая вверх, прежде чем коротко прижаться к губам поцелуем. Она отстранилась и на мгновение застыла, чувствуя как сердце срывается с ритма и стремительно ускоряет свой ход. Губы жгло от ощущения призрачного прикосновения, а живот скрутила непонятная эмоция, которую Юрена не ожидала. Мимолетный поцелуй не должен был всколыхнуть ничтожные остатки души, так почему такое ощущение, будто она девчонка, дорвавшаяся до объекта своего воздыхания? Почему она чувствует себя так, словно пол жизни ожидала этого момента? Юрена дернула головой и хрипло прошептала, - Представь, какая я буду ужасная, когда позову твою сестру, - в надежде поскорее сбежать.

- Погоди, - испуганно воскликнул Дастин и осторожно ухватил ее за руку, прежде чем Юрена успела уйти. Волнение от встречи с сестрой явно вытеснило любые другие мысли, - Я не знаю что ей сказать.

- Я слишком ужасна чтобы давать советы, - непринужденно пожала плечами Юрена, внутренне улыбаясь, тому как похожи брат с сестрой. Она высвободила руку и оставив насупившегося Дастина, вышла в общую комнату. Эли тут же подскочила с лавки, подбегая к ведунье. Юрена ничего не сказала, только кивнула девочке на дверь. Сильно волнуясь за состояние брата, она не обратила внимание на собственные шалящие нервы и тут же скрылась за дверью. Сразу же послышался тихий, но бурный разговор, на что Юрена не могла не улыбнуться, хоть и понимала что улыбка всего реакция мышечной памяти, и та исчезла когда Беремир схватил ее за руку и потащил в дальний угол комнаты.

- Кто она такая? - прошипел он, оглядываясь на дверь спальни.

- Эли, сестра Дастина, - выдохнула ведунья, понимая к чему ведет этот разговор.

- Хватит ерничать, - он встряхнул ее за плече и Юрена просто выдернула руку, - Его сестра уже давно мертва.

- Так и есть.

- Вот я и спрашиваю кто это.

- Это она и есть братец.

- Не называй меня так, - Беремир посуровел еще больше, а Юрена скосила взгляд на его шею. Под длинными волосами плохо, но проглядывались очертания уродливого шрама, что узором огненных языков спускается под рубаху. Заметив направление ее взгляда Беремир плотнее запахнул воротник и перекинул волосы, скрывая розовую кожу.

- Болит? - спросила Юрена.

- Тебе то какое дело?

- В прошлый раз ты сказал что это ерунда, и что шрамы красят мужчину, - Беремир напрягся и кажется разозлился еще больше, у Юрены непроизвольно сжались кулаки, а когти прорезали истончившуюся кожу, правда боли, на которую ведунья надеялась отвлечься, это не принесло.

- Не смей лезть ко мне в голову ведьма.

- Я не лезла.

- Хватит врать, - прошипел он и грозно навис над Юреной. Это было более чем неприятно, ведунья предполагала что старый друг ей рад не будет, но она думала что хотя бы поверит.

- Беремир, я...

- Тебе стоит убраться отсюда, пока беду на нас не навлекла. Если кто-то из здешних прознает что мы связались с ведьмой, нас всех на виселицу поведут. И отродье это забери, понимаю гневаешься на этого дурака, но месть ему тебе ничего не принесет.

- Беремир.

- Слушай, если стража прознает они ведь и тебя на площади сожгут. В Чудограде ненавидят ведьм.

- Беремир, - еще раз повторила Юрена и схватив его за шиворот притянула к себе, заглядывая в глаза. Юноша даже не напрягся, но ведунья ощутила давление лезвия на животе. Она не стала опускать взгляда, знала что короткий нож Беремир всегда в рукаве носил, и была к этому готова. - Я правда очень многим тебе обязана и никогда не забуду твоей доброты, но это не значит что я позволю тебе указывать мне. Я уже давно не та девочка которой была десять лет назад, Мор умерла той зимой. Я Юрена, сильнейшая чародейка из ныне живущих и самая мудрая ведунья, та кто больше не подчиняется чужой воле, так что я сама решу когда мне стоит уйти.

Беремир не переставал хмуриться, но в его глаза явно забрались сомнения. Продолжи Юрена уверять, что она та самая Мор он бы и глазом не повел, но ведь она сказала что та девочка мертва.

- Что у вас происходит? - воскликнули Дастин и Эли, что под ручку вышли из комнаты. Юрена не спешила ослаблять хватки, Беремир не опускал ножа.

- Как много ты о ней знаешь? - спросил он у Дастина, кивнув в сторону ведуньи.

- Не то что бы много, - замявшись ответил он и переступил с ноги на ногу, поглядывая то на спутницу, то на друга.

- Спроси у него имя, - подсказала Беремиру Юрена.

- Как ее зовут, - просто спросил он у Дастина.

- Юрена, - полувопросительно произнес он.

- И что? - фыркнул Беремир, уже радуясь своей победе.

- Дастин, помнишь нашу остановку в Светгороде, - Юрена оторвала взгляд от Беремира и встретилась с изумрудами.

- Мор, - неуверенно сказал Дастин и Эли пораженно ахнула. Юрена не поняла ее удивления, ведь девочке уже было известно об их связи с Беремиром, ведунья сама ей рассказала, да и по ее словам она была там с ними. Нож резко исчез и Юрена перевела взгляд на старого друга. Он все еще не верил, бегая глазами по ее лицу, явно не узнавая ту девочку, что знал когда-то. Юрена отпустила его воротник и провела рукой у себя над лицом, точно снимая маску. Морок, что скрывал истинную внешность девушки начал развеиваться, заклинание, что навела на нее Морена ослабело и открыло ее суть. Черные как смоль волосы посветлели и стали русыми волнами, а желтые глаза сменились на отражения неба в гладком озере. Беремир замер, его дыхание тоже застыло, как и у остальных в комнате.

- Я обещаю не доставлять проблем как это было раньше, так что больше не кричи на меня, - сказала Юрена и провела рукой обратно, возвращая морок на место. Беремир насупился и скрестил руки на груди.

- Жива, - отчеканил он и сменившийся тон заставил ведунью напрячься.

- Относительно.

- И ни одной весточки, - Юрена хотела что-то ответить, но не нашла слов для оправдания. После побега, она и не задумывалась о том, чтобы связаться с Беремиром, погруженная в обучение ворожбе и поиску серпа.

- Прости, - извинилась она, опустив взгляд. Едва ли Юрена испытывала вину за это, она любыми способами старалась стереть воспоминания о Мор и не сильно бы расстроилась никогда больше не видясь с Беремиром, но почему-то только сейчас осознала, что первые пару лет правда скучала по своему единственному другу, но прошло слишком много времени, чтобы сожалеть о чем-то.

- Точно дурочка, - Беремир притянул ее к себе и крепко сжал, это не было похоже на объятия Дастина. Ее старый друг как и в детстве стискивал так, что ребра едва не хрустели, и не давал шанса вырваться. Юрена сморщилась и попыталась аккуратно отцепить его от себя, учитывая теперешние возможности тела это было бы не сложно, но не ранить при этом друга было труднее.

- Спасибо, что выжила, - услышала шепот Юрена и сердце сбилось с хода. Беремир звучал так, будто все это время ждал ее и надеялся, что вот-вот она снова объявится у него на пороге с просьбой обучить новой игре или рассказать очередную легенду. Звучал так, словно ни на один день не забывал ее и это было слишком для ведуньи. Она словно вернулась домой, нашла ту частичку, которой ей так не хватало, когда она осталась совершенно одна в пустой избе после смерти Ягини. Взгляд затуманился и она часто заморгала, щеки начала покрывать влага и Юрена с удивлением поняла что плачет. В горле появился ком, а дыхание начало сбиваться всхлипами. Грудь давило, пронзала колющая боль и что-то резало внутренности. Юрена испугалась этого и вновь удивилась. Она нервно глотала воздух, пытаясь успокоить взбесившийся пульс, но ничего не выходило. По телу прокатывались разряды молний и кровь начала кипеть. Юрена в ужасе оттолкнула Беремира. Он с беспокойством и непониманием смотрел на нее, а она ничего не могла объяснить. Она задыхалась. Горела. Тонула.

Сердце пронзила раскаленная спица боли и ноги подкосились. Кажется она закричала, но Юрена не была уверена, потому что ничего не слышала. Ведунья сидела на коленях хватаясь за ноющую грудь. Перед взглядом появились знакомые ладони. Юрена подняла перепуганный взгляд на Дастина, сидящего перед ней на коленях. Его рот двигался, но она не слышала ничего кроме хрипа в своих легких. Юрена не могла дышать, горло сдавило, не пропуская воздух, а огонь выжигал оставшийся. Снова волна боли и Юрена раскрыла рот в безмолвном крике, она не знала точно, но врядли можно кричать когда в легких ничего нет. Лицо Дастина оставалось спокойным, хотя Беремир и Эли выглядели по настоящему напуганными. Дастин снова что-то заговорил, Юрена попыталась сказать что не слышит, но вырвался лишь хрип. Дастин протянул к ней руку и ведунья едва успела отшатнуться. Руки вспыхнули синим пламенем, это был не ее огонь. Магия никогда не причиняла ей вреда, только если она сама того не хотела. Понимание этого вдавило Юрену в пучину паники. Наконец зрение затуманилось. Юрена встряхнула головой и почувствовала тошноту. То что происходило не было похоже ни на что о чем она знла, Ягиня о подобном не рассказывала. Юрена взвыла. Да что происходит?!

Пламя изменило свой цвет и стало насыщено лиловым. Юрена прикусила язык, пытаясь оставаться в сознании. Рот наполнила жидкость, но ведунья не почувствовала вкуса. По подбородку стекла алая капля, тут же испаряясь на раскаленной коже. Юрена ясно уловила что начала проваливаться куда-то, когда Дастин рванул к ней и сжал в объятиях. В них было так спокойно. Ведунья с отвращением подумала о том какие ожоги она оставит на его коже, прежде чем сознание окончательно ускользнуло во тьму.

Глава 16

В кромешной тьме едва ли проглядывались ладони, ног не было видно вовсе. Звук быстрых шагов повисал в воздухе, так и не достигая ушей. Юрена тяжело дыша, шла просто вперед, грозно сжимая кулаки. Боли здесь не было, не было вообще ничего, кроме оглушающего стука сердца. Ведунья уверенно двигалась вперед, зная что в конце пути будут какие никакие ответы. Ступни утопали, будто она шла по песку, пока под босыми ногами не раздался характерный хруст. В нос сразу ударил отвратительно-сладкий запах гнили и ушей достиг звук тихого течения воды. Юрена не остановилась на берегу, она шла дальше. Над головой пронесся громогласный рев и проход к Калиновому мосту перекрыл огромный трехглавый змей. Он угрожающе зарычал, пуская в лицо девушки струю дыма, но та проигнорировала его. Хранитель моста щелкнул зубастой пастью прямо перед ней, едва целиком не проглотив Юрену. Она ушла в сторону, пытаясь обойти змея с боку, но его огромная туша закрывала все пространство на подступах к мосту.

- Спокойнее Горыныч, - раздался за спиной голос и Юрена обернулась, она согнулась в почтительном поклоне перед богиней. За десять лет вид Морены будто обеднел, волосы больше не украшал серебряный месяц, а на руках не звенели браслеты, украшенная дорогими нитями одежда пропала, сменившись какими-то лохмотьями, а под глазами залегли совсем не подобающие божеству тени. Богиня зимы выглядела как обычный человек на грани смерти, если такое сравнение вообще позволительно.

- Приветствую, Морена.

- Здравствуй малышка Юрена, - девушка выпрямилась и ровно взглянула на богиню.

- Вы можете объяснить что произошло? - богиня болезненно улыбнулась.

- Сращивать душу всегда больнее чем вынести ее раскол, - сказала она так, словно это должно было все объяснить.

- Я вас не понимаю.

- После возвращения каждый осколок души связывается с определенным аспектом жизни, - богиня медленно, будто борясь с болью подошла ближе к Юрене. - Если собрать все осколки вместе как сложную головоломку, можно вновь срастить их в единую душу.

- Это не возможно, обычному человеку такое не под силу.

- А кто сказал что ты обычная? - богиня мягко ухмыльнулась и легонько провела рукой по волосам ведуньи. - Я не была уверена, что у тебя получится, но ты справилась.

- Со всем уважением богиня, но я утратила почти все осколки и никак не могла собрать их вместе.

- Или наоборот приняла их все, - Юрена вопросительно взглянула в черные глаза. - Только теряя что-то мы понимаем настоящую ценность этого.

- Не думаю что я ценю утраченные осколки, мне и без них не плохо.

- А ты все ерничаешь, - богиня нежно улыбнулась.

- Допустим. Тогда почему этого не случилось раньше, когда я отправилась к вашему супругу? - на этом слове она поморщилась.

- Потому что ты приняла не все свои осколки, - Юрена вновь ответила непонимающим взглядом.

- Ты ненавидела ту часть себя, что называла Мор.

Она хотела возразить. Юрена хотела огрызнуться, и сказать что эта слабачка в прошлом, умерла давным давно, но что-то не позволило. Ведунья прикрыла рот и все в голове встало на места. Сначала ситуация в Светгороде, потом откровение с Эли и наконец разговор с Беремиром. Юрена все еще ненавидела, то какой Мор была слабой, ничтожной, злой и безумной, относилась так словно это был другой человек. Теперь Юрена словно наконец-то смогла признать что прошлое не изменить, его нужно просто принять. Она вспомнила Дастина, она сама говорила ему просто принять то что произошло, хоть и знала что просто это не будет.

- Ты стала очень сильной Мор, - сказала богиня, удивительно мягким тоном. Юрена не знала, сказалось так ее истощение или то, что она с детства приглядывала за ней, но что-то родное в этом голосе не позволило ответить чем-то кроме легкой улыбки. Раз сама богиня признала ее силу, значит она действительно смогла оставить слабую Мор и стать сильной собой.

- Сращение души. Что это значит?

- Что ты больше не мертвая, новая жизнь, новая звезда.

- Я смогла оживить свое тело и душу до первоначального вида? - с сомнением спросила Юрена и богиня кивнула. Ведунья возразила. - Ягиня не смогла сделать подобного, потому и находилась на границе твоих владений последние три сотни лет, почему я смогла?

- Дело в твоей матери.

- Моя мать даже не была ведьмой, - воспротивилась девушка и ей показалось, что богиня едва смогла сдержать улыбку.

- Когда узнаешь у кого мой серп, кое-что сложится.

- Я не понимаю, - хмуро сказала Юрена, понимая что больше ответов не получит.

- Тебе пора, живым не стоит так долго оказываться по эту сторону моста, - богиня легко подтолкнула девушку в спину и только сейчас Юрена поняла что находилась со стороны мертвых. Чтож это объясняло более густую тьму, чем в ее прошлый визит.

- Двигайся ящерица, - крикнула Юрена Горынычу и тот обиженно фыркнул, оставляя на одежде девушки горстки пепла от которого сильно пахло серой. Ведунья грозно глянула в каждую пару глаз и громко рявкнув что-то ругательное по мнению дракона, все таки перешла через мост. За спиной раздался смех богини, что напомнил девушке звон колокольчика.

Юрена медленно возвращалась в сознание, словно выплывала из глубокой воды. Сначала она ощутила тепло и запах пыли, потом услышала звук шагов. Ведунья аккуратно приоткрыла один глаз, перед кроватью вперед-назад ходил Дастин кусая ноготь на большом пальце. Юрена не сдержавшись фыркнула и тут же закрыла глаза, притворяясь будто все еще не очнулась, но дергающая губы улыбка выдавала ее. Шаги затихли, а потом кровать рядом с девушкой прогнулась.

- Предлагаю прекратить это соревнование в догонялках со смертью, - прошелестел Дастин, убирая со лба девушки мокрую тряпицу.

- Если это значит, что ты больше не будешь обо мне так заботиться, то я против, - не открывая глаз, почти на полном серьезе произнесла ведунья, и чувствуя как от сухости скребет горло.

- Если ты хотела чтобы я о тебе заботился, нужно было просто сказать, - недовольно заметил Дастин и Юрена посмотрела на него в притворном возмущении поднимая брови.

- У меня все еще есть гордость.

- Ты невероятна, - хохотнул он, заставляя ведунью задержать взгляд на его солнечной улыбке чуть дольше необходимого.

- Я думала я ужасная, - фыркнула девушка, отводя взгляд.

- Ты будешь это припоминать постоянно?

- Пока это заставляет твои щеки покрываться румянцем, - честно ответила Юрена и ухмыльнулась. Дастин притворно нахмурился, а потом задумчиво осмотрел девушку, задерживаясь на глазах.

- Ты в порядке, - не вопрос, утверждение, в которое судя по тону Дастин не особо то верил.

- Лучше чем когда-либо, - ответила Юрена, но юноша покачал головой.

- Я не о том, - он ненадолго замолчал, будто считая следующие слова глупостью, и не решаясь их произнести. - Ты кажешься прежней.

Юрена открыто улыбнулась понимая, что именно подразумевает Дастин под этими словами.

- Я же говорила, чтобы ты об этом не переживал.

- Даже не хочу знать как это получилось, все эти ведьмовские штуки слишком сложны для моего понимания. У меня есть только очаровательное лицо, и никакого пытливого ума.

- Точнее не скажешь, - ухмыльнулась девушка и наконец-то села в кровати, - Как ты?

- Я?

- Видишь здесь кого-то еще? - Юрена в притворном удивлении оглянулась, а потом перевела взгляд на руки Дастина и нахмурилась. Закатанные по локоть рукава рубахи открывали вид на израненные предплечья. Ожог выглядел лучше чем предполагала Юрена, но было ясно что все равно останутся шрамы. Огненные цветы четко отпечатались на крепких руках, уродуя нежную кожу. Предплечья были распухшими и покрасневшими, но характерных волдырей не было, за что Юрена была благодарна, но это точно не уменьшало боль.

- Говорила же не лезть, - тихо и печально сказала ведунья, желая отвести взгляд, но она не позволила себе этого сделать. Дастин вздрогнул и потянулся к еще не образовавшимся шрамам, Юрена была уверена что он с отвращением прикроет их но его пальцы лишь нежно скользнули по чувствительной коже и на его губах появилась улыбка.

- Мне нравится.

- Дурак что ли? - нахмурилась Юрена.

- Это я уже слышал, скажи что-нибудь новенькое, - ухмыльнулся он и Юрена злобно на него сощурилась. Да как посмел этот мальчишка ее фразы, против нее же использовать.

- Зачем полез?

- Потому что тебе было страшно.

Юрена со щелчком захлопнула рот, едва не прикусив язык. Она не ожидала такого ответа и тем более не ожидала разлившуюся внутри волну тепла, почти жгучего. Перед глазами ясно всплыла картина, как коробочка с засушенными цветами, которую она закопала глубоко на дне себя, вдруг насквозь проросла совсем живыми побегами и начала цвести.

- Тебе стоит больше думать о себе, - хмуро заметила Юрена и отвернулась, пытаясь побороть внезапно накатившее смущение.

- Как и тебе.

Повисло молчание, ведунья хмурым взглядом сверлила Дастина, он отвечал ей расслабленной улыбкой. Это было... Юрена не знала как описать то что происходило, это просто было. Вглядываясь в глаза, что напоминали ей сейчас молодые почки на деревьях, она испытывала только спокойствие, будто спустя годы скитаний она наконец-то вернулась домой. Юрена и не подозревала что так соскучилась по этим глазам за две ничтожные недели расставания. Ее губы тронула ответная улыбка и взгляд Дастина упал на них. Ведунья отчетливо слышала как его дыхание слегка сбилось и это вызвало на ее лице язвительную ухмылку.

Не дожидаясь пока Дастин задаст вопрос Юрена сама придвинулась ближе и накрыла его губы поцелуем, мысленно отмечая, что в прошлый раз они казались намного горячее. Возможно потому что раньше она сама была холодная как мертвец. Ведунья запустила руку в шелковистые волосы и чуть углубила поцелуй, тут же ощущая теплую ладонь на пояснице и между лопаток. Это было странно и в новинку. Никогда поцелуи с деревенскими мальчишками не заставляли сердце скакать галопом, а внутренности скручиваться в подобие клубка и нервов. Сейчас все эмоции будто обострились. Чужие губы ощущались кипяточными и Юрена была не против, чтобы они клеймом отпечатались на ее собственных. По сравнению с ней, Дастин действовал неуверенно и неумело, что ничуть не огорчало девушку. Она была рада отвлечься от мыслей. В чувствах Юрена ничего не смыслила, но реакции тела были для нее совершенны понятны, ведь чтобы лечить его, нужно знать как оно работает, поэтому сбитое дыхание и бешеное сердцебиение Дастина очень радовали ее.

Юрена скорее почувствовала чем услышала как кто-то приблизился к двери, и быстро отстранилась от Дастина. Тот выглядел растрепанным и совершенно очаровательно ошарашенным, на лице проступал лихорадочный румянец, а губы слегка опухли и покраснели. Ведунья хотела навсегда отпечатать эту картину на внутренней стороне своего черепа, только бы в любой момент видеть перед глазами этого солнечного мальчика. Юрена абсолютно довольная своей работой, напоследок еще раз чмокнула его и тогда дверь в комнату открылась. Вошедшая Эли так и встала в проходе поглядывая то на брата, то на Юрену. Очень быстро ее взгляд приобрел подозревающий оттенок и она обратилась к ведунье.

- Надеюсь ты не бросишь его у алтаря.

- Уверяю тебя, - Юрена положила руку на сердце и прикрыла глаза. - Я брошу его раньше.

Дастину такие слова явно не понравились, и он возмущенно вздохнул, но поддерживая шутку изобразил печальные всхлипы и схватился за грудь, будто они и правда причинили ему физическую боль. Юрена и Эли дружно рассмеялись, но как только смех стих в комнате повисла напряженная атмосфера. Девочка ковыряла ногти и переминалась с ноги на ногу, уперев взгляд себе под ноги.

- В чем дело? - осторожно спросила ведунья, пытаясь унять, внезапно появившееся, плохое предчувствие.

- Юрена я должна уточнить, - неуверенно начала девочка и ненадолго замолчала. Она бросила взгляд на Дастина, но тот тоже выглядел ничего не понимающим, потому скривившись девочка вновь взглянула на ведунью. - Когда ты рассказывала о своей смерти, - она опять запнулась. - Ты не упомянула, но ведь твой отец здешний царь, верно?

- Да,- неохотно подтвердила девушка и посмотрела на вмиг напрягшегося Дастина, тот удивленно смотрел на свою сестру и едва заметно покачал головой, будто сам не хотел признавать понятное что-то только им двоим.

- Думаю мы знаем у кого находится серп, который ты ищешь, - тихо начала Эли и поежилась, с примесью жалости глядя на ведунью. - Но тебе это не понравиться.

- Плевать у кого он, - твердо заявила Юрена и поднялась с кровати. - Главное что теперь я смогу его найти.

- Он у твоего отца, - прошептала Эли. Мир замер. Потом пошатнулся. Если бы Дастин ее не подхватил, Юрена бы повалилась на пол.

Глава 17

Холодно. Дрожь сотрясала тело, а зубы едва ли не крошились от непрекращающегося стука. Пальцы на ногах и руках уже давно занемели, поэтому обхватывать себя не было никакого смысла, но девочка все равно сжималась в маленький комочек в самом углу камеры. Где-то недалеко вновь пробежала крыса, тихо цокая коготками по каменному полу, и девочку передернуло от отвращения. Искусанные в кровь губы болели и уже не оставляли на языке металлический привкус, они только царапали его, после того как пересохли от недостатка воды.

Раздалось далекое лязганье связки ключей и девочка приоткрыла глаза. Тьму темницы разгонял свет единственной свечи, с другой стороны коридора, но едва ли этого хватало чтобы свободно ориентироваться в пространстве. Щелкнул замок и по проходу между камерами разнесся звук шагов. Шли двое, один — начальник стражи, второй - … Отец. Мор отодвинулась от стены и села более прямо. Больно. Девочка встала на четвереньки, а потом поднялась на ноги, с трудом разгибаясь. Больно. Она встала перед решеткой и пару раз моргнула, стараясь придать глазам, более ясный взгляд. По ощущениям это вышло довольно хорошо и Мор иронично улыбнулась. Ноги дрожали от слабости, но она не позволяла себе присесть. Отец разозлиться если она встретит его не подобающе.

Шаги затихли прямо перед ее решеткой. Огонь принесенного факела осветил ноги в царских сапогах, более дешевых солдатских, с металлическими носками и ее босые, покрытые уже пожелтевшими синяками. Она не смела поднимать головы без дозволения, но внутри все так и подмывало плюнуть, на эти расшитые золотыми нитями красные сапоги. В какой-то степени Мор была благодарна, что во рту не было достаточно слюны, чтобы сделать это, иначе бы она точно совершила большую ошибку.

- Одумалась дрянная девка? - раздался глубокий голос, отражаясь от стен. Мор промолчала.

- Отвечай, - более грозно. Девочка подняла голову и отстранено взглянула на пришедших людей. Отец выглядел как всегда прекрасно, красный расшитый драгоценностями камзол и зализанные под корону, которую он не снимал кажется даже во сне, русые волосы, чистая кожа и злые, острые словно осколки льдин, глаза. Мужик рядом с ним выглядел отвратительным пьянчушкой, небритым, лохматым и плохо пахнущим, хотя в темнице где и так воняло мочой и блевотиной это выделялось не так сильно.

- Не буду, - твердо, несмотря на хрипотцу в голосе, ответила девочка. Царь изменился в лице и ударил по решетке, разделяющей их, та лязгнула и девочка испуганно вздрогнула, она правда не думала, что сможет пережить последнее наказание еще раз. В темнице сложно было отмерять время, но ей почему-то казалось, что после прошлой встречи с отцом она не могла сдвинуться с места по меньшей мере две недели. Было больно не то что двигаться, просто существовать, но и подчиниться в этот раз она не могла.

- Кажется ты не усвоила последний урок, похоже придется его повторить, - царь кивнул мужику на решетку и тот принялся перебирать ключи. Дыхание девочки сбилось и она не думая метнулась к единственному что ограждало ее от отца. Маленькие ладошки скользнули к замку и по пальцам тут же разгулялось пламя, она едва не получила удар прямо по костяшкам, но успела отпрянуть. Огонь не успел сильно навредить замку, но он оплавился достаточно сильно чтобы девочка поняла — открыть его не возможно. Царь дергал решетку, злобно шипя, Мор пыталась отдышаться и успокоить сумасшедшее от страха сердцебиение. Бежать было некуда, но девочка не могла не порадоваться тому что отец не может к ней приблизиться.

- Открывай давай! - рыкнул царь и мужик испуганно засуетился.

- Никак не могу царь батюшка, темницу на совесть делали, сам не справлюсь.

- Так позови кого-нибудь! - прозвучал приказ и мужика как не бывало, последние крохи радости тут же покинули девочку. Если она ничего не сделает, то отец доберется до нее и в этот раз точно не оставит в живых.

- Больше ты ничего не сделаешь крысеныш, - со злобной ухмылкой спросил он у девочки, и Мор оскалилась, совсем как загнанный в угол, отбросив какой-либо страх перед отцом на самое дно своего существа.

- Приятно знать, что ты сам признаешь себя разносчиком чумы.

- Я убью того мальчишку у тебя на глазах, чтобы ты навсегда забыла о том чтобы перечить мне.

- Сначала тебе придется узнать правда ли он существует, или я с одиночества, так любезно предоставленного тобой, придумала себе друга.

- Желать своей смерти, ради выдуманного друга, ты не настолько глупа Мор, - злобно оскалился царь и вновь ударил по решетке.

- Ну не знаю, у меня отец довольно слаб умом, может я пошла в него, - зарычала Мор и плюнув на дрожь в ногах, шагнула ближе к отцу, распаляя в руках пламя. Следующие слова царя резали по ушам, но Мор отвечала не менее крепкими ругательствами, которые успела позаимствовать у Беремира. Гнев, что копился многие годы срывался с языка ядовитыми фразами, от которых и самой Мор становилось тошно. Они то по очереди обвиняли друг друга в смерти матери девочки, то цеплялись за личные характеристики. Царь стал ужасным отцом, по воле которого девочку пускали по рукам недовольных ее магией, которые измывались над ее телом как только хотели, Мор стала неблагодарной дочерью, причиной смерти царицы и прокаженной ведьмой, чудовищем, что сама то и дело наслаждалась тем как плавится кожа провинившихся подчиненных, под ее пальцами.

- Ты сдохнешь как только дверь этой камеры откроется, - шипел царь, задыхаясь от ярости, которую в нем вызывала наглая девчонка.

- Я сама могу сказать свои слова, - злобно ухмыльнулась девочка и положила руки на прутья. Огонь полыхнул ярче и просочился сквозь решетку, ярким ковром стелясь по каменному полу, словно загорелось пролитое масло. Пламя быстро достигло подола одежд царя, но Мор не увидела ожидаемого страха, он даже не вздрогнул, будто и вовсе не обратив внимания, напротив он ступил ближе. Мор отшатнулась от раскалившегося металла и нервно сглотнула, смотря как ее огонь не причиняет отцу совсем никакого вреда, даже одежда не закоптилась. Он приложил ладонь к решетке и девочка пораженно ахнула, когда не услышала характерного шипения и сладковатого запаха горящей плоти. Раскаленный до бела металл стремительно остывал под пальцами царя, но не оставлял после себя ожогов или вообще каких либо ран.

- На меня твои маленькие фокусы не действуют доченька, - Мор вздрогнула при наиграно ласковом обращении. - Может теперь ты передумаешь?

- Я не буду ставить клеймо своему единственному другу, - уже не так уверенно ответила она, с силой сжимая кулаки.

- Тогда передай привет всем кого отправила на тот свет, когда сама окажешься в Нави, - ухмыльнулся он и отодвинулся.

Царь оглянулся на приближающихся людей. Мужик что был с отцом Мор привел с собой еще двух крепких молодцов, что сами по себе напоминали огромных медведей. Они все разом навалились на решетку и та жалобно заскрипела, камень, в который она была врезана начал крошиться, осыпаясь крупными кусками. В этот момент внутри Мор что-то оборвалось и стало трудно дышать. Перед глазами пролетали картины того, как отец наказывал ее раньше, но сейчас девочка была уверена что не выживет, если последняя преграда рухнет под тушами бугаев из стражи. Она вскинула руку, но вопреки ожиданиям огонь не сорвался с пальцев, Мор задыхаясь в тошнотворном чувстве, наблюдала как последние языки пламени тают на ладонях. Магия ускользала все дальше от ее власти и с каждым сигом делала девочку все более беззащитной.

- Давай, давай, - тихо молила Мор, пытаясь взять огонь под контроль и заставить его вновь разгореться. Это не помогало. Сварог не хотел делиться с ней своим пламенем и тепло начало утекать из Мор, как вода из дырявого ведра. Руки становились все холоднее, теряя последние крохи магии, внутренности затапливал лёд, а тело опять сотрясала дрожь.

Решетка противно заскрипела, затрещала и пару прутьев поддались сильным мужским рукам, отгибаясь в сторону. Мор почувствовала как по щекам стекли холодные капли, а ноги перестали держать. Она упала на колени и обхватила себя руками, пытаясь взять контроль хотя бы над собственным телом. Мор не плакала и не всхлипывала, знала что этим ничего не исправить, а удовольствия отцу она точно доставлять не хотела. Истресканые губы смягчились от влаги выступивших капелек крови, но металлический привкус подтолкнул тошноту к горлу. Обкусанные ногти впились в тонкие плечи и Мор всеми оставшимися силами вцепилась в сознанием в боль, в гнев, в обиду и горечь. Только не в страх.

- Ты сильная и умная Мор, тебе просто самой нужно в это поверить, - говорил Беремир с широченной улыбкой. Она грустно улыбнулась и попыталась сглотнуть ком, вставший поперек горла. Мор не верила. Знала что Беремир ошибся в ней. Знала что как и раньше, огонь покинет ее в самый важный момент и отец снова доберется до нее, но зачем она тогда вообще пыталась отпугнуть отца магией? Она встряхнула головой. Мор слабачка, которая никогда не смела перечить отцу. Тогда кто она сейчас?

- Пожалуйста, - прошептала она в свои ладони и закрыла глаза, слыша как решетка отогнулась сильнее. Последние секунды. - Умоляю помоги спастись. Я больше не хочу причинять магией боль.

Все замерло. Казалось что у Мор остановилось сердце, когда лед достиг его, а в следующий миг все ярко вспыхнуло. Мужики закричали и девочка открыла глаза. Вся камера полнилась синим пламенем, таким горячим что камни под Мор начали оплавляться. Стражники испуганно смотрели на нее и читали молитвы, пока один из них пытался потушить свою рубаху полностью объятую огнем. Она с трудом вздохнула и всхлипнула, от облегчения хотелось разрыдаться, но Мор не осмелилась оставаться в углу, откуда ее рано или поздно вытащат. Она поднялась на дрожащие ноги и твердо взглянула на отца. Тот отчего-то разделял страх мужиков, или это было удивление, Мор не стала разбирать. Она шагнула к решетке и огонь последовал за ней. Камень под ее босыми ногами зашипел, треснул и раскалился до красна, а за ним следующий. Металл начал плавиться и стекать еще до того как девочка приблизилась к нему в плотную, пока все словно завороженные за ней наблюдали, она прошла сквозь решетку, оставляя за собой лужицы жидкого железа. Лицо царя тут же поменялось, он дернулся к Мор, явно не опасаясь синего пламени и тогда девочка побежала. Повернуться спиной к отцу было страшно, но она приказала себе не оборачиваться.

Оставляя после себя следы из раскаленного камня Мор мчалась по коридору темницы, потом вверх по лестнице и дальше по коридору самого дворца. Она не слышала шагов отца, но знала что он бежит за ней, чувствовала его прожигающий взгляд. Девочка слышала только треск остывающего огня, который подстегивал ее бежать все быстрее. Легкие жгло, огонь выжигал воздух, мешая дышать, но она не обращала внимая. Есть только коридор, пару поворотов, выход к конюшням и тайный проход, через который она сбегала к Беремиру. Только бы успеть добраться. Тело лишенное свободы движений, все еще болевшее от последнего наказания, отказывалось помочь преодолеть это расстояние. Девочка, всю жизнь проведшая в одной комнате с каждым сантигом все быстрее теряла силы. Мышцы горели от непривычных нагрузок, но Мор бежала. Бежала не обращая внимание ни на что кроме пути, который нужно пройти.

Мчась по коридорам девочка наталкивалась на служанок. Женщин, что с детства были рядом, но никогда не помогали. Они с жалостью смотрели на Мор и не мешали убегать, не смотря на то что царь кажется приказывал остановить ее. Каждая из них жалели девочку, что с рождения жила без матери, росла в жестокости, достаточно сильно чтобы хотеть помочь. Но все они ненавидели ее как ведьму истязавшую их мужей, чтобы не делать этого. Поэтому они просто смотрели, но уже за это Мор была благодарна.

Ноги запутались и девочка полетела вниз, локти больно ударились о пол и ковровая дорожка начала тлеть. Не успела Мор ничего понять как кто-то споткнулся через нее и тоже повалился. Девочка кое-как успела откатиться и встретилась с острым взглядом своего отца, что валялся рядом. Осознание того что не упав он схватил бы ее заставило желудок скрутиться в новом тошнотворном порыве и Мор вновь сорвалась с места. Едва уйдя от хватающих рук она выскочила на улицу. Обернувшись, увидела стремительно приближающегося отца, который пытался выпутаться из мешающего камзола. Мор не решилась больше медлить. Конюшня показалась из-за угла и девочка скрылась за тяжелыми дверьми. Животные обеспокоенно ржали, пока Мор начала копаться в сене, в самом дальнем углу. Руки дрожали и отказывались слушаться, но она успела очистить скрытый люк и потянуть за чугунную ручку.

Мор вскрикнула когда кто-то схватил ее за волосы и дернул. Она вцепилась в державшую руку и царапнула, послышалось шипение отца. Огонь потухал под его руками, но девочка не собиралась сдаваться. Под возмущение лошадей, она билась и вырывалась, игнорируя усиливающуюся боль и тошноту. Она огляделась в попытке отыскать что-то что может помочь и тогда блеснула надежда. На пеньке, совсем рядом, лежал оставленный конюхом ножичек, которым он вычищал грязь из под копыт коней. Девочка дернулась и не смотря на крепкую хватку в волосах, наклонилась достаточно сильно чтобы схватить лезвие. Секунда. Она быстро двинулась и рука пропала с ее головы. Мор мгновенно обернулась, держа ножик так как учил Беремир. Царь с отвращением откинул грязные волосы, что остались меж его пальцев и грозно взглянул на девочку. У Мор был только один выход — бежать. Она слишком слаба чтобы сражаться с взрослым мужчиной, поэтому она нырнула в открытый люк и как можно быстрее поползла по тайному туннелю. Мор не обратила внимания на содранные коленки, пока ползла на четвереньках. Так ее догонят. Девочка знала что она слаба, но это не делало ее глупой. Либо все, либо ничего. Мор приложила руки к одной из опор. Вода пропитавшая дерево зашипела, испаряясь, и балка задымилась. Люк вновь открылся и девочка встретилась глазами с отцом. Туннель заполнил дым, дерево треснуло, запылало и почти мгновенно с хрустом сломалось. Потолок издал непонятный звук, Мор поняла что не очень хороший, по выражению царского лица. Верх прохода начал осыпаться и девочка быстро-быстро устремилась к противоположному выходу. За спиной раздался грохот и воздух в туннеле сдвинулся. Мор оглянулась, проход завалило. Теперь она была в безопасности. Относительной.

Ее не искали, вот что поняла Мор выйдя из прохода за пределами царского двора. Чудоград жил своей жизнью, где-то суматошной, где-то сонной, но никто словно и не знал о том что царевна сбежала от отца. Мор ухмыльнулась. Царь не хотел бы чтобы его подданные узнали о том как он на самом деле относился к своей дочери, а значит и заявлять о ее побеге не станет, но она все равно привлекала много ненужного внимания. Ребенок, один, в одной только сорочке посреди суровой зимы гуляет по городу.

Мор свернула в подворотни. Огонь на руках уже погас, но все еще теплился внутри не давая замерзнуть. Босые ноги обжигал мягкий снег, но она продолжала идти. Дальше, дальше, до самого бедного района столицы. Туда где живет один шебутной воришка, который сможет ей помочь.

В окнах не горел свет, но Мор все равно постучала и вскоре услышала за дверью копошение. Хмурость с лица Беремира спала сразу, стоило ему увидеть на пороге девочку в одной нижней рубашке. Он схватил ее за руку и молча потащил к печи, Мор протянула руки к огню и тот в ответ потянулся к ней.

- Что произошло? - спросил парнишка, всеми силами пытаясь казаться спокойным, но девочка отчетливо видела его волнение.

- Помоги мне выбраться из города, - прошептала она, проигнорировав вопрос.

- Хорошо. Одежду у соседки возьмем, а завтра найду с каким купцом уйти сможешь, - начал рассуждать он и Мор улыбнулась. Беремир никогда не требовал от нее ответов, потому не знал кто ее отец, но знал что ситуация с ним обстояла не хорошая. Мор мало рассказывала о себе, но Беремир представлял что именно происходило в ее семье, и несмотря на это всегда был готов помочь.

- Нет. Мне нужно уйти прямо сейчас.

- С дуба рухнула? Подожди хотя б пока одежду раздобуду, - возмутился он и Мор вновь улыбнулась. Беремир всегда относился к ней как к младшей сестре, не удевительно что он против ее ухода, но чем дольше она здесь пробудет, тем больше риск...

- Магия поможет не умереть, но я должна уйти как можно скорее, - легко соврала Мор. Она явственно чувствовала, что истратила все силы, магия больше не поможет, а значит она не может еще раз встретиться с отцом. Точно не переживет.

- Это правда так необходимо? - грустно спросил Беремир и девочка не найдя в себе силы встретиться с ним глазами, только кивнула. Он сгреб ее в крепкие объятия и Мор почувствовала как холод улицы полностью уходит из ее тела.

- Я помогу тебе, дурочка.

Глава 18

- Нет, - отрезала Юрена и с силой провела руками по лицу.

- Мне твоего отца обокрасть раз плюнуть, - настаивал на своем Беремир.

- Я ни за что не позволю тебе к нему приблизиться, понятно? - прошипела ведунья и встретилась хмурым взглядом с другом. Этот спор шел уже долго, но Беремир все не унимался. Давно уже знает, что ее отец — царь, а все равно в пекло лезет. Дастин и Эли просто сидели с ними за столом и наблюдали эту перебранку, не решаясь вмешиваться.

- Я тоже тебя к нему не отпущу, но ты сказала что вернуть серп это вопрос жизни и смерти, так что нам нужно действовать.

- Это не значит что я позволю тебе умереть, после всех принесенных мной проблем.

- Я уже сказал что никаких проблем от тебя нет и не было. Согласна ты или нет, но я все равно помогу тебе.

- Твоя смерть ничем мне не поможет, а если царь узнает, что ты тот самый друг из-за которого я решилась ослушаться его и сбежать, то тебе точно не сносить головы.

- Пускай сначала поймает меня.

- В следующий раз перед тем как называть Дастина дураком, подумай о том что сам такой же.

- То есть я еще и дурак, что помочь хочу.

- Совсем недавно ты собирался меня прирезать, и было бы лучше оставайся все так, но ты решил лезть в непосильное тебе дело. Если так подумать то ты и правда дурак.

- Давайте успокоимся...

- Не лезь, - рявкнули одновременно на Дастина Юрена и Беремир.

- Сомневаюсь что царь просто оставляет серп в покоях, если постоянно его с собой не носит, значит держит в сокровищнице, оттуда выкрасть его не возможно. Полезешь туда и тебя сразу схватит стража и тогда придется напрямую противостоять моему отцу и если моя догадка верна, то мы не сможем ему как либо навредить.

- Может магия его и не берет, но от кинжала он точно умрет.

- Повторяю. Возможно что серп дарит ему божественное бессмертие, потому я ничего и не могу ему сделать.

- Значит нужно забрать серп так, чтобы не столкнуться с царем, - подала голос Эли и все молча посмотрели на нее.

- Да, но это не возможно, - медленно покачала головой Юрена и потерла пальцами виски, все это вызывало у нее раздражающую мигрень.

- Тогда нужно чтобы что-то отвлекло его достаточно сильно, чтобы он забыл о своем сокровище, - рассуждала девочка.

- Возможно это и сработало бы, но что может... - Юрена замолчала встретившись глазами с Эли. Ведунья довольно легко поняла что именно имела ввиду девочка и догадка заставила желудок сделать кульбит. Что могло бы взволновать сильнее отца, как не вернувшаяся через десять лет дочь. Несмотря на накатывающую тошноту, в голове начал выстраиваться план и будь Юрена откровенна, она бы ни за что на свете не назвала бы его хорошим.

- Предлагаешь отпустить его? - обратилась к девочке Юрена, кивнув в сторону Беремира.

- Их, - поправила Эли, кивнув в сторону своего брата.

- Нет, - отрезала ведунья. - Плохой план.

- Твой страх, что Дастин и Беремир пострадают не делает план плохим, -твердо возразила Эли, пока юноши непонимающе переглядывались.

- Он и так слишком ненадежный. Царь может просто не отреагировать.

- Тогда сделай так чтобы ему пришлось.

- Предлагаешь спалить пару домов у площади и поднять шумиху в городе? - в шутку спросила Юрена, но Эли уверенно кивнула и ведунья нахмурилась.

- Я не хочу чтобы невинные люди пострадали.

- Тебе и не нужно им вредить. Просто разыграем пышное представление, где злобная ведьма хочет убить на главной площади маленькую беззащитную девочку.

- С ума сошла? - воскликнула Юрена, поняв куда клонит девочка. - Я не втяну в это еще и тебя.

- Не то чтобы у тебя был выбор Мор, - Эли скрестила руки на груди. - Это хороший план. С самым большим шансом на успех, так что мы должны рискнуть.

- Нет, не должны. Я справлюсь с этим сама, - злобно прошипела Юрена, не лучшим образом реагируя на старое имя. - В отличие от всех вас, меня можно назвать бессмертной, так что я сама проберусь в сокровищницу.

- Тебе не нужно справляться самой, - вмешался Дастин и уверенно встретился с острым взглядом ведуньи. - Мы все хотим помочь Юрена.

- Твоя сестра предлагает план при котором может умереть, не только она, но и вы. Я не соглашусь на такое, а ты готов вновь потерять Эли?

- Нет. Поэтому мы не умрем, - спокойно заверил Дастин, его сестра и Беремир согласно закивали.

- Ты не можешь этого знать, - прошипела ведунья, но уже менее гневно. Она не хотела ссориться с ним, не после всего что произошло, но не волноваться просто не могла. Ей было проще рискнуть своей жизнью, проще встретиться с давним кошмаром лицом к лицу, проще умереть, чем подвергать их опасности. Одна только мысль что отец заставит их испытать одно из давно пережитых ею наказаний заставляла легкие покрываться льдом, а сердце биться то в пятках, то подскакивать к горлу.

- Я, именуемый Дастином, клянусь тебе ведунья Юрена, мать которой богиня Морена, отец которой бог Велес, что следуя прошлой своей клятве, помогу тебе вернуть серп зимней богини и остаться после живым и здоровым, - ровно отчеканил Дастин и воздух вокруг дрогнул от сгущения магии. Юрена почти испуганно смотрела на своего спутника и не могла поверить в услышанное. Волоски на руках встали дыбом и пробежали мурашки, когда Юрена почувствовала как магия забирается под кожу, в ожидании принятии клятвы. Ведунья пугающе четко ощущала как магия стремиться по венам к сердцу и оплетает его цепями, связывая ее с Дастином, до тех пор пока клятва не будет исполнена. Она просто не могла поверить что он действительно собирается связать себя магической клятвой, но слова будто сами сорвались с губ.

- Я принимаю твою клятву чужеземец, - и тогда цепи вокруг сердца сомкнулись. Юрене показалось что она увидела красную нить соединившую ее с Дастином, крепко натянувшуюся. Теперь Он либо исполнит клятву, либо умрет, и ведунья всей душой наделась что разорвет нить первое.

- Тогда решено, - хлопнула в ладоши Эли и широко улыбнулась. Юрена не разделяла ее хорошего настроения и смотрела только на Дастина. Она пыталась запомнить каждую его деталь, ведь в клятве не было и слова сказано о ее собственной жизни и она не знала к чему приведет это безумие.

- Если этот вопрос можно было решить так просто я бы сразу поклялся, - с наигранным недовольством пробурчал Беремир.

- У тебя бы не получилось, это все благодаря их особой связи, - ухмыльнулась девочка.

- Эли! - воскликнул Дастин и насупился в притворной обиде. Все рассмеялись и у Юрены словно от души отлегло, угнетающая атмосфера развеялась и дышать стало легче, словно они просто ужинали, как это было в обычных семьях. Юрена сжала губы и отвела взгляд к потолку, не хватало еще на виду у всех расплакаться. Семья... стоило только такой мысли промелькнуть и ведунья не смогла от нее отделаться. Теперь она понимала почему они так рвались ей помочь, и хоть это было странно называть их семьей Юрена чувствовала что так и есть. Если бы она поменялась с кем-то из них местами, поступила бы точно так же. У Юрены никогда не было настоящей семьи, мать в какой-то степени заменила Ягиня, но не более. Может быть ведунья никогда и не умела выражать свою любовь, но она точно знала что значит идти на все ради близких, поэтому она поклялась самой себе. Поклялась, что не допустит чтобы кто-то из них пострадал, да пусть боги услышат ее клятву.

За окнами шумела сильная гроза. Капли непрекращающейся дробью стучали по стеклу и крыше, скрывая тихие шаги девочки. Босые ноги осторожно ступали по колючему ковру, который едва ли справлялся с холодом камня. Девочка на ощупь шла по темному коридору, боясь убрать руки со стены и упасть. Небо на улице на сиг просветлело и подарило немного света дорожке, а потом раздался страшный грохот, будто облака разом упали на землю и разрушили своими громадными тушами пару домов. Мор испуганно вздрогнула и поежилась, но когда остался только шум ливня она продолжила идти. Мягкие ладошки скользили по шершавому камню, девочка пыталась отвлечься от мыслей о том, что может прятаться в темноте и сильнее прижимала к себе мягкую игрушку в виде зайчика, подаренную нянечкой. Сердечко бешено билось в груди, но она не позволяла себе остановиться. Девочка следовала за невероятно красивой песней, пытаясь отвлечься от страха, но пустой темный коридор было все на чем она могла концентрироваться. За окном снова сверкнула молния, в этот раз чуть дальше, но гром все равно был слишком громким и девочка испуганно всхлипнула, пытаясь вжаться в стену. Колени тряслись от страха и плохо держали, но оставаться в непроглядной тьме девочка боялась еще сильнее. Почему-то именно в этот момент ей вспомнилось, как нянечка пугала ее Бабаем. Вот сейчас он выпрыгнет на нее из темноты страшный старик, сунет в мешок и утащит, а потом и вовсе съест. Мор зажмурилась и быстро завертела головой, будто могла отогнать таким образом не только мысли но и самого Бабая. Дальше она решила идти с закрытыми глазами, все равно ничего не видит, но быстро передумала, когда сквозь дождь и загадочное пение пробилось шуршание. Девочка широко распахнула глаза и воровато огляделась. Никого не было, но ноги отказались идти дальше. Она медленно осела на холодный пол, притянула к себе колени, пряча лицо в брюшке зайчика, и заплакала. Мор боялась издавать хоть звук, лишь бы Бабай не нашел, но всхлипы то и дело разносились эхом по пустому коридору. Зачем она вообще пошла? Нужно было послушать нянечку и остаться в кровати, а теперь ее съедят и папа снова будет грустить.

Что-то коснулось ее плеча и девочка испуганно закричала. Рот тут же закрыла широкая ладонь. Бабай попытался поднять ее, но Мор забрыкалась, боясь открыть глаза. Вот она пнула нечисть ногой, раздалось болезненное мычание и девочка распахнула глаза. За окном сверкнула молния и осветила злое лицо ее отца, который держался за ушибленный подбородок и девочка громко зарыдала от облегчения. Все-таки не Бабай, ее не посадят в мешок и не съедят.

-Тихо, - строго наказал отец и Мор прижала руки ко рту, но все не могла перестать всхлипывать. Слезы текли по щекам, почти так же быстро как и капли по стеклу, а горло сдавливало от попытки остановить рыдания. Плечи сотряс новый всхлип и девочка заплакала сильнее. Папа снова будет ей недоволен. Но она не могла остановиться. Вокруг все еще было темно и страшно, а папа был таким тихим, что она правда подумала будто ей все это показалось. Раздался раздраженный вздох, а потом на макушку девочки легла теплая рука. Мор глубоко вздохнула, протерла щеки уже намокшими рукавами сорочки и положила ладони на колени, со всей серьезностью взглянув на отца. Сквозь туман слез и темноту она пыталась разглядеть его лицо, но у нее это не выходило. Грудь сжалась в новом всхлипе и Мор поджала дрожащие губы. Раздался еще один тяжелый вздох, а потом ее подхватили на руки и куда-то понесли. Девочка всеми конечностями оплела отца, пытаясь прижаться как можно ближе, лишь бы согреться после холодного коридора и чтобы запомнить это мгновение получше, потому что это был первый раз когда отец прикоснулся к дочери. На глаза снова навернулись слезы, но Мор лишь улыбнулась и задрала голову, чтобы больше не заплакать.

Открылась дверь и отец занес девочку в свои покои, хотя раньше никогда не позволял приближаться к ним. Мор принялась осматриваться, пытаясь запомнить как можно больше деталей. На стенах висели картины в золотых рамах, в углу стоял распахнутый настежь шкаф, а посередине комнаты стояла огромная кровать, на которую ее и усадили. Девочка медленно осматривала картины, на них были пейзажи, такие яркие, что у девочки невольно перехватывало дыхание. А потом ее привлекла большая клетка, которую она по началу не заметила, потому что та пряталась за дверью. За золотыми прутьями сидела огромная прекрасная птица. Девочка спрыгнула с кровати, не обращая внимания на отца, завороженная красотой животного и подбежала к клетке. В свете свечи перья казались девочке рассветным небом, еще темным, но не черным. Мор никогда не слышала, чтобы у птиц мог быть почти фиолетовый окрас. Глаза бусины, смешно расположенные на голове смотрели так же внимательно и заинтересованно как и ее собственные. Девочка осторожно протянула руку и услышала сзади какое-то резкое движение, но отвлеклась, когда птица, своим большим закрученным клювом ткнулась в ее ладонь. Красавица чирикнула женским голосом и Мор широко заулыбалась. Она обернулась к отцу и увидела, что он был почти напуган. Девочка уже собиралась отдернуть руку, но он вдруг улыбнулся и его ноги будто подкошенные подогнулись. Мор подбежала к отцу, но застыла не успев ничего спросить. Он плакал. Не всхлипывал, но по его щекам текли слезы, несмотря на широкую улыбку, с которой он еще никогда не смотрела на дочь. Девочка ошарашенно смотрела на отца, утиравшего следы своей печали, не понимая что ей следует делать и делать ли вообще.

-Хвала богам, что ты хоть чем-то похожа на мать, - тихо промолвил он и сердце девочки больно кольнуло. Ей почему-то захотелось извиниться, на коленях молить о прощении, за то что не похожа на маму, за то что по ее вине от царицы не осталось ничего, за то что из-за нее мама умерла, но язык не слушался словно что-то не позволяло ей заговорить. Мор так и не смогла вымолвить ни слова, тогда отец притянул ее в объятия пахнущие теплом очага икакими-то пряностями. Пятый день рождения был лучшим в ее жизни и единственным, который она провела с отцом. На каждый следующих праздник он позволял ей слушать волшебное пение прекрасной птицы, но никогда не виделся с ней.

В груди поселилось какое-то противное и тяжелое чувство, оно мешало дышать и до боли сдавливало сердце. Юрена до боли впивалась пальцами в волосы и пыталась восстановить внезапно сбившееся дыхание. Нос неприятно защипало и глаза заволокло слезами, ведунья с силой прикусила губу и с сделала пару глубоких вздохов, но это едва ли помогло отогнать приближающуюся панику. Сердце все сильнее сбивалось с ритма и ускорялось, а во рту пересохло. Кровать рядом с Юреной прогнулась и она вздрогнула, переводя взгляд на Дастина. Ведунья нахмурилась и потерла глаза, отворачиваясь.

- Выглядишь... - Дастин замялся, придирчиво осматривая наряд девушки.

- Неподходяще? - подсказала Юрена и он кивнул. Ведунья осмотрела платье, которое смог раздобыть Беремир.

- На сцене нужно выглядеть красиво, чтобы зачаровать зрителя.

- Ты и в брюках красивая, - пожал плечами Дастин.

- Как Эли? - попыталась перевести тему Юрена, лишь бы ее спутник не спрашивал в порядке ли она.

- Она готова, но кажется немного волнуется.

- Было бы странно, если бы она этого не делала.

- Ты тоже волнуешься? - склонив голову на бок спросил Дастин и Юрена невольно залюбовалась упавшими на лоб локонами, возможно в попытке отстраниться от собственных мыслей.

- Больше чем кажется, - прошептала ведунья и повинуясь странному желанию аккуратно отодвинула прядь светлых волос за ухо. За время их путешествия волосы Дастина немного отросли и на концах стали виться сильнее. Много же времени они провели вместе.

Ее спутник осторожно взял ладони ведуньи и поднес к губам, только тогда она заметила что они немного дрожат. Дастин оставил на костяшках легкий поцелуй и заглянул ей в глаза.

- Все будет хорошо, - тихо сказал он. - Никто не пострадает.

- Раз ты так говоришь... - закатила глаза Юрена.

- Тебя ведь тревожит, что-то еще, - это был не вопрос, но Юрена все равно кивнула. В горле тут же появился неприятный комок, но попытки его сглотнуть ничего не дали.

- Отец ничего не рассказывал мне о матери, - начала ведунья и голос дрогнул, но не смотря на это она продолжила. - Я даже не знала как ее зовут, но теперь когда я узнала кто она, это просто не укладывается в голове.

- Морена начала ослабевать после того как лишилась серпа, - вновь заговорила Юрена, когда Дастин ничего не сказал. Он просто внимательно слушал, давая ей выговориться. - Лишилась — это не подходящее слово. Она влюбилась в человека и вопреки правилам богов, решилась разделить с ним жизнь. Боги в Прави прознали о ее поступке и в наказание на веки вечные решили заточить ее в мире мертвых, прознав об этом она стала прощаться с возлюбленным и как прощальные подарок оставила ему свой серп. Она верила что он сможет выдержать его силу и не станет идти у нее на поводу, думала что тот светлый человек которого она полюбила, сможет нести свой свет другим, с помощью ее божественной силы. Морена ошиблась.

- Когда мне рассказывали эту историю, не упомянули что после себя богиня оставила кое-что еще. Это был ребенок, девочка...

Дыхание Дастина замерло, но он постарался не выдать своего удивления. Он крепче сжал ладони ведуньи и с горечью заметил намечающиеся в ее глазах слезы.

- Я удивилась, когда смогла вернуть осколки своей души. Морена сказала, что это получилось благодаря моей матери. Она не сказала что сама ей является, сказала только что я сама все пойму когда узнаю у кого находится серп, но я не понимаю почему...

- Как думаешь, Дастин, стала бы богиня выбирать в спутники жизни ужасного человека? - он не успел ответить, как Юрена отрицательно покачала головой. - До того как у меня проявились способности к магии, мне рассказали, что до потери жены мой отец был совсем другим человеком. Он был хорошим правителем, которого люди уважали и любили, не был жестоким, был добрым и справедливым. Такого человека выбрала богиня, а потом, когда она ушла из нашего мира, что-то в нем изменилось...

- Наверное я могу это понять, - на грани слышимости произнес Дастин. Юрена заглянула ему в глаза, но юноша будто перестал ее замечать, погрузившись в свои мысли. - Когда отец был еще жив, у нас была замечательная семья. Никто не ругался, на лицах всегда сияли улыбки и был слышен смех, - на его губах расцвела печально мечтательная улыбка, которая почти сразу потухла, под тяжестью последующих воспоминаний. - После смерти отца все изменилось, мир будто стал серым и кажется именно это сломало мою мать. Я часто об этом думал, но если бы отца не сгубила болезнь, то мы с Эли все еще жили бы как в сказке. Мама очень любила отца, в тот день кажется она сама умерла вместе с ним. Это не повод их оправдывать, но возможно твой отец тоже сломался, когда потерял жену, все-таки они ведь просто люди.

Дастин взглянул на Юрену, наконец замечая что по ее щекам скатываются крупные капли слез, которые девушка уже не пытается спрятать.

- Ты ненавидишь свою мать? - хрипло спросила она и юноша кивнул. - Но и любишь тоже? - и снова кивок, Дастин не думал, что сможет произнести ответ.

- На моем месте ты бы попытался поговорить с ним? - еще тише спросила ведунья.

- Да, - уверенно сказал он. - Не знаю всех подробностей твоей ситуации, но раз ты задумалась об этом значит готова поговорить с ним и это может стать шансом все исправить.

- Я не собираюсь его прощать, - скривилась Юрена, опираясь плечом на Дастина, будто могла так получить необходимую поддержку.

- Как и я свою мать, - кивнул он. - Но это не значит, что мы и дальше обязаны нести этот груз. Я бы хотел поговорить со своей матерью, не знаю жива она еще или нет, но я бы предпочел разрешить все вопросы с ней. Так просто будет проще жить.

- Оказывается иногда ты можешь быть умным, - усмехнулась Юрена и прикрыла глаза. - Я не знаю, решусь ли поговорить с ним, возможно он просто решит избавиться от меня раньше.

- С этим я тебе помогу, буду держать его, пока ты все не выскажешь, - Дастин аккуратно положил руку на плечи ведуньи, боясь что это не то что ей нужно, но девушка прижалась сильнее и уткнулась лбом в его плечо.

- Не нужно, - глухо сказала она. - Я уже не та слабая девочка, так что не позволю себя убить. Будет лучше если ты поможешь Беремиру своровать серп, пока я буду забалтывать отца.

- Договорились, но если понадобиться помощь, то обязательно позови меня.

- Спасибо тебе, - искренне сказала ведунья и обвила своего спутника руками, глубоко вдыхая аромат солнца и чего-то сладкого, с наслаждением чувствуя как неприятная тяжесть улетучивается из груди, наконец-то давая возможность свободно дышать.

- Это меньшее, что я могу сделать, за то что ты вернула мне Эли. И я все еще не понимаю почему ты не злишься на меня.

- Потому что я поступила бы точно также, - уверенно заявила Юрена, отмечая на лице Дастина легкое удивление. - Если бы Беремир умер от рук моего отца, только из-за того что мне было одиноко и я решила подружиться с ним, я бы без раздумий отдала жизнь незнакомого мне человека за него. Я не говорю, что ты поступил правильно, но я понимаю.

- Ты должна реагировать не так, - скривился Дастин и Юрена рассмеялась.

- Я сама решу что должна, а что нет.

- А если бы это был не Беремир? - прошептал он и осторожно приблизился к лицу ведуньи.

- Я не позволю, - сказала Юрена и подняв руку, разгладила большим пальцем складку между нахмуренных в непонимании светлых бровей. - Я не допущу чтобы ты умер, так что мне не придется тебя возвращать. Также как и Эли.

- Из твоих уст это звучит довольно угрожающе, - ухмыльнулся Дастин.

- Потому что так и есть, - Юрена провела кончиками пальцев по слегка порозовевшей щеке и запустила руку в золотистые волосы. - Если кто-то посмеет угрожать тебе, я не посмотрю на свое обещание больше не причинять вреда людям и он сгинет в страшных муках, куда более страшных чем сгореть заживо.

- Кажется такие речи должен произносить мужчина, - прошептал Дастин у самых губ Юрены.

- Я уже сказала, я сама решу что должна делать, - сказала ведунья, и их губы слились в поцелуе. Юрене правда показалось что поцелуй пахнет дурманом, ведь он оказывал на нее такой же эффект. Дыхание сбивалось, а голова кружилась и ведунья была уверенна, что станет зависима от этих мягких губ. Не то чтобы она была против. Дастин перестал так теряться в поцелуе как в первый раз, от этого внутри разливался жар. Уверенные касания теплых ладоней будто завязывали тугой узел и уже сама Юрена начала теряться. Пропадать в ощущении разгорающегося пожара, ощущении губ на шее, в звуке прерывистого дыхания и нервного сглатывания.

- Извиняться не буду, - ехидно заявил Беремир вваливаясь в комнату. - Нам уже давно пора идти.

- Я тебя ненавижу, - сквозь прерывистое дыхание прошипела Юрена, когда отстранилась от шеи Дастина.

- Как-нибудь переживу, - хохотнул Беремир и поспешил смыться. Ведунья хмуро глядя на дверь поправила смятое платье и выровняв дыхание посмотрела на своего спутника. Дастин выглядел развратно, покрасневший, с распухшими губами, с парой отметин под челюстью, и также разозленный на прервавшего их общего друга. Оба понимали, что Беремир был прав, но остыть сразу не выходило. Они обменялись еще парой прерывистых поцелуев, прежде чем Дастин пригладил лохматые волосы и они вышли к Беремиру и Эли. Те осмотрели их ехидно улыбаясь, но увидев хмурый вид Юрены тут же попытались принять серьезный вид.

- Ну что, все готовы? - спросил Беремир, чем заслужил колючие взгляды от них обоих, и спрятал смешок за кашлем.

- Выходим, - кивнула Юрена. - Покажем им лучшее представление в их жизни.

И они отправились на ограбление царского замка.

Глава 19

Беремир расслабленно шел по району бояр, ведя за собой более нервного Дастина. Пройти внутренние стены города и попасть на территорию усеянную летними клетями чиновников было просто, они обошлись только косыми взглядами от стражников. Насколько знал Беремир, местная знать часто берет бедную молодежь к себе для выполнения грязной работы, вычистить отхожее место или прочистить дымоход например, потому и вопросов к ним не было. Что-то ему подсказывало, что они обязательно появятся, если Дастин не перестанет так дергаться. Конечно он старался как мог, но ходит так, будто из бревна сделан, да и шарахается от каждого громкого звука. Беремир уже пытался успокоить своего друга хоть как-то, но видимо доводы о том что план хороший и справиться с ним плевое дело, не особо-то успокоили его. Он даже не мог понять за кого Дастин беспокоится сильнее, за них самих или за сестру с Мор, которые ушли в другую сторону. Было бы логичнее, если бы Дастин беспокоился что поймают его самого, но то что происходит между ним и Мор заставляет Беремира сомневаться в этом.

Они уже приближались к стенам окружающим замок, когда Беремир резко остановился и схватив перепуганного Дастина за руку, потащил в ближайший проулок.

- Что такое? - едва ли не запинаясь от волнения спросил Дастин, нервно оглядываясь по сторонам, что совсем не вызывало подозрений. Ни капельки.

- Успокойся, - прошипел Беремир. - Если продолжишь в том же духе нас точно схватят.

- Я не могу просто взять и успокоиться, не каждый день знаешь ли граблю царя, - шепотом прокричал он и выдернул руку из хватки своего друга. Беремир оглядел его с головы до ног и поморщился, то как выглядел Дастин, заставляло его сомневаться в успешности этого плана. Блондин был почти болезненно бледным, часто дышал, сильно потел, не смотря на завывающий ветер, и до побеления костяшек сжимал кулаки.

- Тогда оставайся здесь, у меня будет больше шансов если я пойду один.

- Ни в коем случае, - тут же возразил он и разжал руки. Дастин упрямо взглянул ему в глаза и пару раз шумно втянул воздух. - Я пообещал Юрене, что прослежу чтобы тебя не убили, а значит не отойду от тебя ни на шаг.

- Ты одна сплошная неприятность Дастин, если ты продолжишь так дергаться то нас тут же кинут в темницу.

- Эта часть входит в запасной план так что ничего страшного.

- Я бы предпочел обойтись без этого.

- Это уже как повезет.

- Какой же ты проблемный, - тяжело вздохнул Беремир и направился к главным воротам. Дастин шустро засеменил следом, но уже был меньше похож на испуганного зайчонка.

Подходя к открытым вратам Беремир деланно зевнул в кулак. Стражник ударил его в плечо, да так что он отлетел назад, прямо в руки Дастина. Беремир вскинул голову, сдунув с лица прядь волос, он с ярким удивлением посмотрел на мужика в доспехах, тот хмурился, а за ним насупил брови и он сам.

- Куда собрался челядь? - прохрипел стражник и хрюкнув носом сплюнул слизь ему под ноги. Беремир тут же выпрямился и угрожающе направился к нему, откидывая в стороны слабо удерживающие его руки товарища.

- Да сколько можно, ты опять всю память пропил!? Я уже месяц в помощниках у конюха числюсь, а ты все запомнить не можешь.

- Да хватит зали...

- Это тебе хватит заливать, - перебив крикнул на него Беремир и грубо толкнул его в грудь. - От тебя как жена ушла ты так и не просыхаешь! Каждый чертов раз ты напиваешься вусмерть, а меня потом из-за тебя выпороть грозятся!

- Ну... - начал мужик и почесал подбородок, уже более внимательно оглядывая разозленного юношу, будто в попытке припомнить, когда видел его раньше. Беремир кривил губы и словно боролся с желанием начистить мужику морду, а тот хоть убей вспомнить не мог, да только взбешенный мальчишка выглядел довольно убедительно, и конюх вроде болел недавиче, может помощника за гроши и взяли, а то негоже царю на неухоженных скакунах ездить.

- Ладно иди уже, - поспешил сказать мужик, когда заметил что Беремир уже рот открыл дальше кричать на него, но тут же перекрыл проход рукой и обратился к Дастину. - А ты кто такой будешь?

- Это шутка такая? - Беремир сразу встал перед блондином, закрывая его побледневшее лицо. - Ты же знаешь что он немой.

- А точно... - тихо сказал мужик, будто и правда вспомнил Дастина, хотя никого из них ни разу в жизни не видел. Беремир схватил застывшего друга за запястье и потащил внутрь, пока стражнику не вздумалось задать больше вопросов. Наплести очередную ерунду ему не сложно, но вот не запутаться в этой лжи самому уже сложнее, хотя Беремир сильно сомневался что в таком состоянии этот пьяница заметил бы не состыковки в его словах.

Он отпустил Дастина и оглянувшись только один, раз повел его ко входу для прислуги, по крайней мере туда где он должен быть по словам Мор.

- Невероятно, - прошептал Дастин. - Я до последнего не верил что вариант в котором ты решил ориентироваться по ходу дела сработает. Откуда ты вообще знаешь то что сказал?

- Просто повезло, - тем же тоном ответил Беремир и нырнул за угол, когда услышал отдаленные голоса. - Этот мужик постоянно лежит бухой на наших улицах, а пока напивается язык вообще за зубами не держит. В нашем районе уже каждая собака знает о том какой он бедный-несчастный и какая тварь его жена, которая предпочла опозорить свое имя, тому чтобы быть с таким ничтожеством.

- А про конюха?

- Да от балды ляпнул, говорю же — повезло.

Больше они не разговаривали. Когда голоса из-за угла стихли, Беремир продолжил путь и вошел в дверь. Та вела на кухню, на которой хлопотали две кухарки, женщины не обратили на них никакого внимания, но Беремир не упустил что у каждой руки были покрыты неприятными синяками. Они даже не подняли глаз и выглядели так будто мыслями находились в другом месте. Как и говорила Мор, никто внутри замка не препятствовал им. Все служанки, которые попадались им на пути не отрывали глаз от пола или невозмутимо продолжали заниматься своими делами, привыкшие что работа стоит на первом месте. Не выполнишь то что поручили будешь наказана, и никого здесь не волнуют причины, так или иначе придется принять наказание.

Беремир аккуратно, но уверенно шел по коридорам, останавливаясь каждый раз, когда слышал какой-либо мужской голос, потому что в отличие от слуг, которыми были только девушки, стражники точно заинтересовались бы ими. Двое оборванцев среди окружающей роскоши были бы куда некстати. Они с Дастином никак не вписывались в убранство из золотых подсвечников, красной ковровой дорожки и хрустальных люстр. Пару раз прячась за случайными дверьми, Беремир не был особо удивлен когда увидел ковры из медвежьих шкур и расшитые серебром гобелены. Его больше удивила та угнетающая атмосфера, давящая даже не на плечи, а на саму душу, такую удушающую что еще чуть-чуть и у него закружилась бы голова. С какой-то стороны это место казалось вовсе необитаемым, если кто и попадался то это было больше похоже на встречу с призраком прежней жизни, и теперь Беремир понимал почему Мор предпочла пойти навстречу смерти, только бы не существовать здесь.

Они наконец-то добрались до каменной винтовой лестницы, что круто уходила вниз и вела к катакомбам, среди которых терялась сокровищница. Глухие шаги в тишине отражались от стен и гулким эхом неслись дальше по коридорам, как бы Беремир не старался, ступать тише не выходило и с каждым шагом казалось, что шуршание камня под его подошвами становилось все громче и громче, неизбежно привлекая внимание. В какой-то момент шаги стали оглушать и Беремир уже не мог услышать ничего кроме них. Каждый шаг был ошибкой, приближающей их к неизбежной встрече со стражей, но остановиться он не мог, ноги сами ступали вперед, спуская его все ниже и ниже, ближе к свету факелов, что виднелись в конце пути. Это было похоже на транс, Беремир не мог думать ни о чем кроме серпа и того какую силу он бы мог с ним заполучить. Только окажись атрибут богини в его руках, он смог бы избавить Славные Земли от гнета деспотичного князя и освободить Мор от его влияния, освободить от прошлого. Он мог бы...

Его резко схватили за плечо и потянули назад. Перед глазами в свете огня блеснула сталь и раздался характерный звон от удара мечей. Дастин толкнул Беремира себе за спину и не теряя времени обрушил на стражника новую череду ударов. Металл то и дело скрежетал по стенам узкого прохода, оставляя после себя неглубокие борозды и расплескивая яркие искры в разные стороны. Дастин медленно пятился назад, не успевая блокировать все выпады противника. Массивный и длинный меч был больше помехой, чем оружием против стражника с коротким лезвием в руках.

Сталь полоснула по плечу, рубаха Дастина с треском разорвалась и быстро пропиталась кровью, обретая грязно коричневый оттенок. Воздух наполнился характерной металлической ноткой и Беремир наконец-то пришел в себя. Он скривился, коря себя за ошибку, и выхватив потаенный кинжал нырнул Дастину под руку. Едва уйдя от мелькнувших мечей, он сделал короткий удар в бедро и провернул. От стен отразился пронзительный крик стражника, Беремир выдернул кинжал и пнул схватившегося за бедро мужика в грудь. Тот замахал руками, толе пытаясь ухватиться за стену, толе просто удержать равновесие, но все таки рухнул и покатился по ступеням с громким криком и пробивающимся хрустом костей.

Беремир оглянулся на Дастина, тот уже оборвал рукав и перетягивал им раненное плечо, кривясь от боли. Беремир не видел когда, но видимо стражник успел ударить Дастина по лицу, потому что его губа была разбита.

- Кажется совсем здоровым вернуться к Юрене не выйдет, - хмыкнул Дастин, слизывая с губ капельку крови.

- Молись, чтобы она сама не убила тебя за нарушение клятвы, - покачал головой Беремир и они оба улыбнулись, торопясь перешагнуть через бездыханное тело и добраться до сокровищницы.

Вид мертвого мужика не возымел на Беремира особого влияния, он ненавидел этот гадюшник и до того как узнал, что Мор жила именно здесь, что уж говорить теперь, когда он понимал что каждый человек в замке не заслуживал своей жизни. Дастин же кажется не был готов встретиться со смертью человека от его рук и его начало ощутимо трясти, но он молча следовал за Беремиром, хотя едва контролировал дыхание. Для человека, которому смерть причиняла глубокую боль и печаль, было сложно просто смириться с мыслью, что он сам оборвал чью-то жизнь, хотя тем кто это сделал на самом деле был Беремир. Он не знал как можно было поддержать Дастина, сам он всегда относился к смерти проще, в месте где каждую неделю из казни человека устраивали настоящее шоу, не сложно стать более равнодушным к чужим смертям, поэтому он просто ожидал что Дастин смириться. Сейчас все равно не было времени на разговоры и утешающие обнимашки, на крики стражника абсолютно точно слетятся другие.

Они петляли по коридорам, которые разветвлялись все чаще. Было такое ощущение, будто они бродят по лабиринту. Время шло, а коридоры не менялись. Беремир не понимал в чем дело, он был точно уверен что идет так как сказала Мор. Конечно возможно что за десять лет многое изменилось, но не настолько чтобы Беремир не знал как вернуться обратно. Что-то вокруг было не так и они с Дастином это четко ощущали.

А потом раздался звук взрыва.

Глава 20

Эли ползла по узкому тоннелю прямо за Юреной, с отвращением дергаясь, когда натыкалась на паутину. Ведунья вела их по проходу, через который когда-то сама сбегала. Она тихо ворчала впереди на то что половину пути его пришлось прокладывать заново, потому что его завалили и Эли была невероятно рада тому, что Юрена могла колдовать, иначе бы им пришлось играть в кротов, грязных, слепых и противных. Эли не понравилась бы такая игра, принцессы вообще не должны пачкать свои платья в каких-то земляных норах, но она не могла отрицать, что это было определенно более захватывающим чем сидение в башне и ожидание принца на белом коне. Хотя от принца Эли бы не отказалась. Это было странно на самом деле, когда ей было десять она думала об этом не так явно, мечты о принце всегда были только детскими фантазиями, но когда она вернулась к жизни они стали будто более материальными. Эли помахала рукой над головой, будто могла так развеять мысли об одном рыжем воришке, который стал неожиданно привлекательным, когда ее повзрослевшее сознание вернулось в тело десятилетки.

Юрена неожиданно остановилась и потерянная в мыслях Эли, чуть не вписалась в ее задницу. От ведуньи послышалось явно не радостное бормотание и она развернулась, насколько это возможно в ограниченном пространстве.

- Что случилось? - спросила Эли, когда Юрена так ничего и не сказала, продолжая смотреть в землю.

- Твой брат идиот, вот что случилось, - прошипела ведунья и снова замолчала, а Эли внезапно стало не хватать воздуха. - Меняем план. Мы идем спасать Дастина и Беремира.

- Да что стряслось, - воскликнула Эли, хватая Юрену за руку, пока та не успела обернуться. Она должна была убедиться, что Дастин жив.

- Не знаю, - недовольно пробурчала она и выдернула руку. - Я не могу за ним следить, но клятва реагирует, значит он уже ранен.

- Как же...

- Соберись, - строго сказала ведунья и дала девочке щелбан, за что заработала хмурый взгляд, но это помогло Эли немного успокоиться. Если бы с Дастином случилось что-то серьезное, то Юрена не была бы так спокойна.

- Он серьезно ранен?

- Не думаю, - девушка обернулась и поползла дальше. - Но клятва не успокаивается, будто с Дастином происходит что-то постоянно.

- Это же не потому, что он истекает кровью там или что-то еще?

- Слушай, - Юрена резко остановилась и повернулась к Эли, лицо ее выглядело отнюдь не по доброму. - Я понимаю, ты волнуешься и хочешь поговорить, чтобы немного успокоиться, но меня это отвлекает. Магия земли и так отнимает много сил, если ты продолжишь болтать, то мы не закончим этот тоннель ни-ког-да.

- Х-хорошо, - ошарашенно ответила девочка и замолчала. Юрена отвернулась и Эли надулась. Не ее вина, что она волнуется за брата, так чего это ведунья на нее кричит. Ей что, сложно просто ответить на пару вопросов? Действительно, Юрена просто вредная ведьма, и что только Дастин в ней нашел? Ну да она красивая, может быть даже умная, но разве мало других таких девушек? Он ведь встречал тех кто будет намного добрее чем эта полумертвая...

- Быстрее, - прошипела откуда-то сверху Юрена и Эли только сейчас поняла, что ведунья уже выбралась из люка и протягивает ей руку. Девочка уцепилась и Юрена буквально вытянула ее на поверхность. Сильная, совсем не женственная и ладони у нее грубые, Дастин достоин большего, принцессы например. На этой мысли Эли запнулась, ведь Юрена и есть принцесса.

Эли резко потянули за руку.

- Еще раз остановишься и я брошу тебя здесь на милость стражи, - прошипела Юрена и девочка поморщилась. Эта ведьма совсем не тянула на принцессу. Тем не менее, она подчинилась и побежала следом.

Девушка уверенно бежала по коридорам, игнорируя то, как испуганно от нее шарахались служанки. Эли едва за ней поспевала, но не думала жаловаться, потому что как только они вошли в замок, в ней поселилось отвратительное предчувствие, которое только усилилось, когда Юрена заторопилась еще сильнее. Что-то девочке подсказывало, что с Дастином происходит нечто плохое, но Юрена внезапно остановилась прямо перед лестницей вниз, где должны были быть их друзья. Эли пыталась отдышаться оперевшись руками на колени, когда по коридорам разнеслась восхитительная песня. Женский голос был чистый словно горный ручей и вливался в уши ровным потоком, словно гипнотизируя. Эли посмотрела на застывшую Юрену, та смотрела на потолок, словно через него могла разглядеть что-то на верхних этажах и выглядела то ли напуганной, то ли разгневанной. Девочка уже хотела спросить все ли в порядке, как ведунья схватила ее за плечи.

- Слушай меня внимательно, - борясь с удушьем протараторила Юрена. - Спускайся вниз и найди Дастина с Беремиром. Если там будет стража, то беги, если увидишь, какое-то странное существо то срежь прядь волос и брось в него.

- Что?! - воскликнула Эли и попыталась отстраниться.

- Ты меня слышишь? - ведунья встряхнула ее за плечи. - Мне нужно кое-что проверить, поэтому ты должна...

- Собираешься бросить меня тут одну?!

- Ты говорила, что хочешь помочь, - прошипела Юрена.

- Но я ведь ребенок! Я одна не справлюсь.

Откуда-то издалека, сквозь пение послышался топот и грохот доспехов. Юрена вздрогнула и ее дыхание стало резким и поверхностным, только сейчас Эли заметила как страшно ведунье было здесь находиться, а ведь она об этом даже не задумывалась. Когда предлагала план, ей казалось это забавным приключением, как в книжках которые она читала раньше. Теперь же она поняла, что для Юрены это тоже самое, окажись сама Эли перед своей матерью, но ведунья не смотря на дрожь в руках и бешеное сердцебиение смотрела на нее уверенно и твердо, так будто одна могла поднять целый мир.

- Что нужно сделать? - прохрипела Эли, не до конца понимая почему это делает. Юрена повторила свои слова и девочка кивнула, пытаясь запомнить каждое слово. Она зажмурилась, пытаясь успокоить дыхание, а Юрена почему-то ее все не отпускала. Внезапно на щеку девочки легла теплая ладонь и она встретилась с уверенным взглядом ведуньи.

- С тобой, твоим братом и Беремиром все будет хорошо, обещаю тебе, - прошептала Юрена и у Эли не хватило смелости сомневаться в ее словах. Она все еще чувствовала, что ведунья дрожит, но почему-то она казалась девочке всесильной. Юрена была как рыцарь из сказок, который неизменно приходит на помощь принцессе. Эли была уверена, что окажись она в опасности эта девушка придет чтобы спасти ее, поэтому она снова кивнула и высвободившись из ее рук поспешила в подземелье. Девочка пыталась не обращать внимания на крики солдат и треск льда раздающийся у нее за спиной.

Эли быстро сбежала по лестнице и внизу споткнулась о что-то большое. Она оглянулась и закрыла рот ладонями, чтобы не вскрикнуть от ужаса и отвращения. Прямо перед ней лежал мужик в луже крови вперемешку со собственной мочой и судя по запаху дерьмом, его шея сгибалась под неправильным углом, как и руки. Эли поспешила отвернуться и сглотнула кислую слюну. Она встряхнула головой, как это делает Юрена и оглядела проход. От лестницы шла развилка и Эли свернула направо, как наказывала ведунья. Теперь она старалась смотреть под ноги и всей душой надеялась, что больше не наткнется на человеческий труп. Картинка с мертвым мужиком заставила скривиться и проглотить новый рвотный порыв.

Эли свернула еще раз и почти сразу вышла к нужным дверям. Стараясь ни о чем не думать, она потянула за ручку и заглянула в образовавшуюся щель. Охнув она вбежала внутрь. Дастин без сознания лежал рядом с Беремиром. Эли упала перед братом на колени и приложила ухо к его груди и едва не разрыдалась от облегчения. Слава Богу живой. Тоже самое она проделала с Беремиром и огляделась. Сокровищница была небольшой. На полу стояли огромные сундуки с золотыми деталями и различным орнаментом, на полках стояли маленькие, больше похожие на шкатулки для драгоценностей. Света здесь не было, только тот что лился через открытые двери. Этого хватало чтобы разглядеть силуэты предметов, но Эли не видела то о чем говорила Юрена.

Она потрясла брата за плечи, но ни это ни пощечины, не помогли его разбудить. Эли сжала дрожащую ладонь и попыталась успокоить дыхание. Когда Юрена объясняла что делать все было просто и понятно, но что делать теперь? Эли не могла разглядеть духа о котором говорила ведунья, она ничего не слышала и не чувствовала, кроме страха. Может быть ведьма ошиблась и нет здесь никакого непонятного существа? Тогда что стало с Дастином? Дыхание надорвалось и девочка всхлипнула, тут же притихнув, боясь что привлекла внимание духа, но все оставалось тихо.

Эли попыталась медленно и глубоко вздохнуть, ровно втянуть воздух не получилось, но это помогло немного восстановить дыхание. Она осторожно вытянула из пальцев Беремира кинжал и взялась за основание своего хвоста. Руки дрожали, сердце не собиралось замедляться, несмотря на то что Эли пыталась дышать спокойно. Она зажмурилась и почувствовала как лезвие натянуло волосы, легкое движение и ее рыжие локоны остались в левой руке. Пальцы ослабли и кинжал выпал, звонко ударившись о каменный пол. Эли воровато оглянулась, но дух все еще не появился, и девочка скривилась. Она поднялась на дрожащие ноги и приблизилась к ближайшему сундуку, до боли сжимая обрезанный хвост. Стоило ей только потянуть крышку как посреди комнаты из черного дыма выскочил огромный лохматый пес. Он злобно залаял и бросился к Эли. Она испуганно попятилась, но споткнулась через Дастина и вскрикнула. Пес щелкнул пастью прямо у нее перед лицом и Эли свернулась в комок, одной рукой прикрывая голову, а второй протягивая свои волосы. Зря она послушала эту ведьму. Теперь этот дух сожрет ее вместе с братом, и она снова будет плутать по миру как бесформенное приведение. По щекам покатились слезы и девочка всхлипнула, но тут ее руки коснулось что-то холодное и влажное. Она испугано вскинула голову и увидела как пес еще раз лизнул ее пальцы. Эли скривилась от отвращения и медленно разжала пальцы, боясь при этом сделать хоть вдох. Пес на удивление осторожно сжал в пасти ее волосы и отошел в дальний угол сокровищницы. Эли шумно вздохнула, пытаясь успокоить панику. Тело резко бросило в дрожь и стало невыносимо жарко. Девочка не понимала почему, ведь теперь она была в безопасности, так почему? Эли схватилась за груди и болезненно скривилась, сердце при каждом вздохе болело и это пугало еще сильнее.

- Эли. - раздался рядом родной голос и ее сжали в объятиях. Она тут же прижалась к Дастину и глубоко вздохнула. Брат успокаивающе гладил ее по спине, пока что-то обсуждал с Беремиром, а Эли пыталась взять себя в руки. Очень медленно дыхание начало приходить в норму. Девочка последний раз глубоко вздохнула, вытерла о рубаху Дастина мокрые ладони и щеки и отстранилась.

- Что случилось? - тут же спросил Беремир. Эли сглотнула и кивнула в сторону пса.

- Юрена сказала, что скорее всего вас околдовал Кладовик, за то что пытались украсть серп.

- То есть, если мы не уйдем, то он опять так сделает? - нахмурился он, но Эли покачала головой.

- Теперь он разрешает его забрать, - девочка потерла глаза и поджала губы. - Юрена сказала что-то про жизненную энергию и равноценный обмен, но я не поняла.

- Тогда давайте найдем его и уберемся отсюда, - недовольно прошипел Беремир и поднялся на ноги.

- Он там, - Эли указала на одну из шкатулок отделанную серебром и красными камнями. - Я чувствую.

Беремир взглянул на нее скептическим взглядом, но все равно потянулся к сундучку. Перед тем как снять его с полки он опасливо оглянулся на Кладовика, но когда тот не отреагировал, прижал сокровище к груди. Он заглянул внутрь и кивнул, протянув сундучок Эли, чтобы она подтвердила.

- Это он. Теперь давайте поскорее уберемся от сюда, - девочка поднялась на ноги и отряхнула платье, пытаясь скрыть дрожащие ноги.

- А где Юрена? - обеспокоенно спросил Дастин.

- Не знаю, - буркнула Эли и вышла из темного помещения, в более менее освещенный коридор. - Она сказала, что ей нужно что-то проверить, а мы должны любой ценой вынести серп.

- Уходите, а я пойду за Юреной, - сказал он поправляя на бедре меч.

- Нет, - строго бросила Эли и обернулась. - Она запретила тебе идти.

- А если с ней что-то случилось?

- Мор уже выбралась отсюда один раз, - Беремир потянул его дальше к выходу. - Сейчас она намного сильнее чем раньше, она вернется в целости и сохранности. Если попрешься к ней, только помешаешь.

- Юрена принц, а принцев никто не спасает, - серьезно кивнула Эли и побежала вверх по лестнице, не обращая внимание на реакцию парней. Ведунья справиться. Нужно было взять с нее обещание, что она тоже будет в порядке. Эли против воли усмехнулась, вспомнив, как Юрена утверждает, что она в порядке, даже если это не так. Девочка кивнула своим мыслям. Ведьма справиться, она не принцесса которую нужно вызволять из лап дракона, она сама страшнее любой ящерицы. Эли хохотнула, вспомнив с каким видом Юрена оскорбляла бога, и покачала головой.

Она уже потянулась толкнуть дверь, как Беремир оттолкнул ее себе за спину и сам выглянул наружу. Эли нахмурилась, но ничего не сказала. Беремир кивнул и они все вышли в светлый коридор. Слева коридор был перекрыт огромной стеной изо льда, которой раньше определенно не было. От стены по полу стелился туман, а за ней можно было разглядеть стражников, ноги которых были скованы льдом. Беремир одобрительно присвистнул и повел их в другую сторону. Не зная дороги Эли и Дастин следовали за другом, постоянно прислушиваясь к окружающим звукам, но все было тихо и Эли задумалась о том, что случилось с той женщиной, что пела раньше. Она перестала петь из-за суматохи или это Юрена что-то сделала?

Они свернули на право и едва не врезались в толпу стражи. Беремир грязно ругнулся и схватив Эли за руку побежал в обратную сторону. Дастин не отставал, как и стража. Грохот доспехов становился все громче и только стук собственного сердца перекрывал его. Эли не поспевала за Беремиром и то и дело спотыкалась. Воздуха не хватало и она начала задыхаться. Горло и легкие горели, а в какой-то момент начал болеть бок, словно его протыкали огромной иголкой изнутри. Стражники что-то кричали им, но Эли не могла слышать их. В какой-то момент Дастин подхватил ее на руки и она оказалась лицом к своим преследователям, что заставило дыхание внезапно застыть. У всех стражей были черные глаза, полные звериного голода. Сердце набатом стучало в ушах, а по спине бежали мурашки. Дышать Эли начала, только потому, что испуганно всхлипнула, когда поняла, что их окружили. Они как-то оказались в подобии внутреннего двора и со всех сторон отрезаны от выходов. Стражи стояли в тени навесов, но не торопились выходить под холодные лучи зимнего солнца.

- Полагаю вы взяли то, что вам не принадлежит, - раздался голос и Эли резко обернулась. Дастин сильнее прижал ее к себе. Перед ними стоял молодой мужчина. Светлые волосы и ярко голубые глаза. Никто не сомневался, что перед ними стоял царь. Юрена выглядела точно так же как он, когда показывала свое настоящее лицо.

- Вам он тоже не принадлежит, - прорычал Дастин и Эли испуганно обернулась к нему. Он впервые выглядел таким злым, после ее смерти и это заставило сжаться что-то внутри. Царь поднял одну бровь, явно не впечатленный дерзостью парня.

- Верните, то что взяли, и сможете спокойно уйти.

- Так мы тебе и поверили, - прорычал Беремир и сплюнул ему под ноги. Царь скривился, сначала в отвращении, а потом в гневе. Он просто сделал небольшой кивок, и вся стража, что собралась ринулась на них. Эли испуганно вскрикнула. Дастин обнажил меч и поставил ее между собой и Беремиром. Девочка испуганно цеплялась за штанину брата, а второй крепко держала впихнутую Беремиром шкатулку. Она случайно встретилась взглядом с царем и почувствовала себя мышкой перед огромной серой змеей, со сверкающими глазами, которая вот-вот ее сожрет. Люди не могли так смотреть и девочка всем своим существом ощущала, что перед ней стоит не человек, а нечисть, что гораздо сильнее лесной кикиморы. Раздался чей-то крик и Эли вздрогнула. Беремир вскрыл горло одному из стражей и тот мгновенно свалился на землю, а в следующий сантиг Эли поняла что сама кричит от ужаса. Она хотела закрыть уши руками, лишь бы не слышать ничего, но одной рукой этого не получалось. Люди кричали, а на землю лилось все больше крови.

- Не надо, - прохрипела Эли, но ее никто не услышал. Юрена не хотела, чтобы кто-то умирал. Почему? Где она? Не могла же ведунья их бросить? Эли неотрывно следя за Дастином, боясь что со следующим движением она снова его потеряет. Неужели... Неужели Юрена решила так отомстить Дастину? Это все была ловушка, чтобы убить ее брата?

- Нет, - взмолилась Эли и зарыдала. Она хотела чтобы все это прекратилось, только бы Дастин не пострадал. Это она во всем виновата. Это из-за нее брат обманул ведунью и заработал ее гнев. Эли просто хотела чтобы это все остановилось. Прекратилось. Застыло.

- Прекратите! - что есть мочи закричала девочка и звуки вокруг правда стихли. Она удивленно подняла голову. Все вокруг замерли, перепугано глядя на нее, тогда Эли почувствовала холод и головокружение. Взгляд упал на землю и... Она была покрыта инеем. Неровный белый круг окружал ее и Дастина с Беремиром, и словно отпугивал стражу.

- Чего встали?! - гневно закричал царь и стража вновь рванула в атаку, когда послышался звон стекла. Эли вскинула голову и только успела увидеть, как Юрена спрыгнула с балкона третьего этажа.

Глава 21

Юрена повела рукой параллельно земле и вытянула ее в сторону стражи. Красную ковровую дорожку покрыла ледяная корка, которая переросла в крупные пласты, сковавшие ноги стражников. Эли уже убежала за Дастином, скрывшись в темноте, поэтому ведунья не тратила времени. Она провела ладонью по шершавей стене, вытягивая воду из промерзшего камня, и вскинула ее к потолку, создавая стену. Она вышла тоньше чем надеялась ведунья, но на большее влаги не хватило. Юрена недовольно цокнула и побежала дальше по коридору, следуя прекрасной песне, которая выворачивала душу изнутри. Восхитительная и бесконечно печальная, она растекалась по телу и рождала страшные догадки. Ведунья просто не могла поверить, что столько времени не замечала этого. Пытаясь забыть старую жизнь, она никогда не обсуждала, то что ей пришлось пройти с Ягиней. Старуха всегда говорила ей отречься от прошлого, построить себя заново, такой какой она хотела быть. Если бы Юрена хоть раз поговорила о жизни Мор с Ягиней, все встало бы на свои места намного раньше. Она бы уже давно вернула серп и не позволила бы Морене умирать.

Ведунья с грохотом распахнула двери в покои отца. Песня тут же прекратилась, оборвавшись на полуслове. Теперь Юрена отчетливо это видела. Птица не может петь человеческим голосом, зато это может делать Сирин. Она подошла к клетке и встряхнула ее, заставив птицу недовольно закричать.

- Что ты творишь? - она била крыльями воздух и пыталась уцепиться лапами за голое дно. Юрена отпустила прутья и наклонилась так, чтобы их лица были на одном уровне. В отличие от искаженного в притворном гневе лица птицы, ведунья мило улыбалась, что не предвещало птице ничего хорошего.

- Ты же птица вещая, значит знаешь что я у тебя спрошу, верно?

- Ничего не знаю, - возмутилась пташка и сложила крылья на груди, отвернувшись и вздернув нос. Юрена ударила клетку, так что та чуть не перевернулась и Сирин недовольно зачирикала.

- Шутки со мной шутить вздумала? Я уже не та девчонка, на ведьм твоя песня не действует так что можешь не надеяться, - сквозь зубы прошипела она и разожгла на ладони огонек, чуть больше ее кулака. - Если не хочешь оказаться зажаренной к ужину, советую все мне рассказать.

Сирин нервно сглотнула и забилась в противоположный угол клетки, невинно взмахнув ресницами на человеческом лице. Вещая птица выглядела напуганной и ущербной взаперти. В памяти Юрены она была намного прекраснее, сейчас же птица была более облезшей, а ее лицо было осунувшемся и болезненно бледным.

- Это мой отец тебя поймал? - более спокойно спросила ведунья и Сирин быстро замотала головой.

- Уж прости девчушка, ничего сказать тебе не могу. Правду тебе говорю! Уж дочку богини обманывать не стала бы! - поспешила заверить птица, когда Юрена поднесла руку с огнем к клетке. Она сжала кулак и пламя погасло, еще раз присмотревшись к Сирин.

- Тебя кто-то подарил моему отцу? - птица промолчала, но это уже было ответом, поэтому ведунья кивнула.

- Ты околдовывала его? - и снова молчание. - Из-за тебя отец поддался магии серпа и так жестоко со мной обращался?

Сирин поджала губы и спрятала глаза, не находя смелости взглянуть на Юрену. Что-то в груди ведуньи оборвалось. Птица не сказала нет, но и да она сказать не могла. Морена не стала бы выбирать мужчину способного убить собственное дитя, поэтому она выбрала ее отца. Светлого человека, который полюбил ее всей душой, который был достаточно упрямым и сильным духом, чтобы противостоять мороку серпа. Юрена ударила по клетке и та с грохотом свалилась со столика. Если бы не эта чертова птица... Юрена встряхнула головой и крепко сжала кулаки, чувствуя как ногти глубоко впиваются в кожу. Она обошла столик и присела на корточки перед опрокинутой клеткой. Птица пронзительно испуганно закричала.

- Заткнись, - прошипела она, но пташка не успокоилась, тогда по прутьям пришелся еще один удар. Вдали, сквозь вопль Сирин, она расслышала множество быстрых шагов и скривилась. Времени поболтать не осталось. Юрена просунула руку между прутьев и схватила птицу за горло, не так чтобы задушить, но довольно крепко. Та испуганно притихла и посмотрела на ведунью круглыми как блюдца глазами.

- Есть шанс освободить моего отца от твоих чар? - спросила она, не отрывая взгляда от двери, в которую с минуты на минуту должны ворваться люди отца.

-Не получиться, - грустно промолвила Сирин и Юрена перевела на нее глаза, но птица мялась со страхом оглядывая девушку. Что-то печальное пересилило и она тяжело вздохнула. - Моя песня не действует на мертвецов.

-Что? - резко вскинулась ведунья сильнее напугав Сирин. Приближающийся топот не дал времени осмыслить эти слова и Юрене пришлось убрать руку с хрупкой шеи шеи.

-Держись, - шепнула девушка, когда через открытую дверь показался первый стражник. Не дав времени на раздумья она бросила клетку прямо в стеклянные двери балкона. Раздался звон и крик птицы, а следом вниз уже спрыгнула и сама Юрена. Время будто замедлилось и в тоже время ускорилось. Как только ноги оторвались от парапета балкона она увидела внизу кучу народа. Человек сорок стражи окружили ее друзей, а прямо перед ними стоял ее отец. Дастин был ранен, Беремир весь в крови, Эли в слезах посреди инея. Сердце сорвалось и Юрена успела насчитать три удара, прежде чем ее ноги коснулись земли. Поток воздуха помог смягчить падение, но он все равно неприятно отозвался в коленях и суставах. Юрена упала перед Эли и схватила ее за щеки. Девочка плакала, но не была ранена. Ведунья глубоко вздохнула и сжала ее в объятиях. Все вокруг затихло. Она слышала только как в ушах бьется сердце, а девочка хрипло всхлипывает.

Кто-то сдвинулся с места и Юрена услышала как по двору разнеслось ее собственное рычание. Если бы она прямо сейчас не обнимала перепуганную Эли, точно не смогла бы сдержать рвущийся наружу огонь. Давно она не ощущала, как стихия рвется наружу, и это заставило всплыть в памяти отнюдь неприятные картины.

- Юрена... - тихо позвал Дастин и она перевела на него взгляд, тут же отвлекаясь на окровавленную руку и расцветающий на челюсти синяк. Услышала как от напряжения скрипнули зубы, но она не оторвалась от девочки.

- Ты... - раздался сзади ошарашенный голос отца и Юрена попыталась не вздрогнуть, когда по спине пробежались неприятные мурашки, оставившие после себя липкие ощущения. Она подняла Эли на ноги и обернулась к отцу.

Он совсем не изменился. За десять лет разлуки на его лице не появилось ни одной новой морщинки, к волосам не притронулась седина. Он выглядел едва ли старше собственной дочери, и Юрена не сомневалась что так сказалось воздействие серпа.

Кулаки сжались от напряжения и ведунья бросила взгляд на клетку, с птицей, что валялась без сознания, прокручивая в голове ее слова. Сирин не было смысла врать, но Юрена терялась в своих ощущениях. Перед ней точно стоял тот человек, которого она помнила, но при этом все ведьмовское чутье чуть ли не вопило о том, что перед ней был кто-то намного могущественнее обычного мужчины.

- Почему ты так выглядишь? - оскалился он и шагнул ближе. Дастин тут же материализовался рядом и выставил меч. Стража отреагировала мгновенно, но остановилась, когда Юрена разожгла в ладонях пламя и шагнула навстречу отцу.

- Почему бы мне не быть похожей на мать? - бросила она, и увидела как усмешка на лице царя сменяется удивлением. Он остановился и с открытым ртом уставился на Юрену.

- Все-таки не сдохла, - попытался ухмыльнуться царь, но губы тут же скривились и горло дрогнуло, когда он нервно сглотнул. Дастин рядом оскалился, а Юрена ничего не смогла ответить. Перед глазами стоял ее пятый день рождения, когда отец еще не изменился. Когда он был человеком. Первый раз когда она увидела проклятую птицу. Когда они были похожи на настоящую семью.

Юрена встряхнула головой и поджала губы.

- От кого ты получил Сирин?

- Думаешь, что можешь задавать мне вопросы чертовка? - разозлился он и Юрена уже знала что произойдет, но при этом остановила она не отца, а своих друзей. Эли испуганно вскрикнула, когда ее ноги оплели лозы, Беремир ругнулся, а в следующую секунду раздалась звонкая пощечина, которая заставила Юрену отшатнуться. Щеку зажгло и ведунья грустно усмехнулась вспомнив давно забытую боль. Она снова позволила себя ударить.

Чего она не ожидала так это, что кто-то дернет ее сзади, чуть не придушив. Потеряв равновесие она ударилась спиной в чью-то грудь, а в следующий сиг ее схватили поперек талии.

- Еще раз к ней прикоснешься и я вырву твои поганые руки, - прорычал Дастин и поднял меч прямо перед Юреной. Она удивленно посмотрела на своего спутника.

- Да! - грозно топнула Эли. - Не смей трогать Юрену, а то... А то...

- А то одни прекрасным утром тебя найдут с перерезанным горлом, - прошипел Беремир.

…

Царь резко рассмеялся. Юрена сама едва подавляла улыбку. Как бы грозно они не звучали, против сорока стражников и бессмертного это выглядело жалко, но ведунья просто не могла скрыть радости, которую вызвали эти слова.

- Неужели ты и правда нашла друзей? - отсмеявшись спросил и подошел так, чтобы кончик меча упирался ему в грудь. Его лицо пересекала безумная ухмылка, совсем как в их последнюю встречу, но Юрена больше не боялась. Она была не в холодной темнице, а в теплых объятиях, под лучами яркого зимнего солнца, которое пробивалось сквозь пелену облаков. Она была не одна и была сильна.

- Да. Рада, что тебя это беспокоит, - мило улыбнулась Юрена и легким движением опустила руку Дастина.

- Мне нет дела...

- А еще я виделась с мамой, - перебила его ведунья состроила печальное выражение лица. Сейчас ей не было дела до их разногласий, главное забрать серп. - Она умирает.

Юрена внимательно следила за реакцией царя и не увидела изменений. Он не застыл. Его брови не нахмурились в недоумении, а усмешка не растаяла как снег по весне. Тому, кто стоял перед ними было плевать на состояние Морены и это было достаточным доказательством словам Сирин. Может Юрена и плохо знала своего отца, но она была непоколебимо уверенна в его бескрайней любви к ее матери. Это был не тот человек, которого выбрала богиня.

-Ты кто такой? - прошипела Юрена и в этот раз усмешка сползла с его лица, пока все вокруг замерли в ожидании. Казалось человеку, что выдавал себя за отца не понравилось, что его раскрыли и этот всплеск эмоций выдал его еще больше. Юрена так и застыла цепляясь за тепло Дастина, чтобы не потеряться в воспоминаниях из детства, когда почувствовала ту подавляющую ауру, так похожую на божественную. Это было именно то, что так пугало ее в детстве. Картинка перед глазами начала расплываться и закручиваться в цветастый водоворот, когда ведунья ощутила на плечах ледяные объятия и невнятно шепчущий голос матери.

Черные волосы колыхал редкий ветер, пока девушка с наслаждением втягивала морозный воздух. Под пальцами рассыпался рыхлый снег, а рядом шумела не замерзшая речка, в которой иногда сталкивались куски льда. Покрытые заледеневшими каплями, лозы ивы, под которой сидела девушка, сталкивались и легким звоном создавали свою неповторимую мелодию, которую могли услышать далеко не все. Над головой перекрикивались птицы, оставшиеся в Славных Землях несмотря на суровые морозы, и весело перепрыгивали с ветки на ветку, чтобы согреться. Солнце едва ли делилось теплом, но продолжало висеть высоко в небе, посылая ослепительно яркие лучи. Лес был тихим местом, несмотря на то что в нем периодически завывал ветер, а снег часто хрустел под лапами крупных животных.

- Наконец-то я тебя нашел, - пропыхтел Ярослав и ухватился за ствол ивы, но со следующим же шагом застрял в сугробе и повалился лицом в снег. Он быстро вскочил отряхиваясь от снега и трясясь от холода. Девушка звонко рассмеялась, и ее смех скоро подхватил сам Ярослав. Он как мог стряхнул комья снега с одежды и уселся рядом с девушкой, не сводя с нее теплого взгляда.

- Ты уверена, что не опасно так долго находиться на таком морозе? - стуча зубами спросил он и девушка перевела на него вопросительный взгляд. Щеки юноши раскраснелись, волосы впитав влагу стали похожи на сосульки, а с губ срывались густые клубы пара.

- Неужели так холодно? Я и не заметила, - улыбнувшись, честно призналась Морена. В отличие от человека напротив она почти не ощущала холода. Ей казалось, что при таком морозце едва застынет вода в лужах, но продрогший возлюбленный указывал на то, что она ошиблась.

- Я постараюсь больше так не делать, - заверила она, но судя по тяжелому вздоху Ярослава он не сильно в это поверил.

- Тебе не обязательно ограничивать себя, я просто волнуюсь за нашего ребенка, - мягко улыбнулся юноша и положил руку на округлый живот своей возлюбленной. Богиня широко улыбнулась и аккуратно опустила голову на теплое плечо.

- Я все еще не могу в это поверить, - прошептала она и накрыла руку юноши своей ледяной ладонью. - Богиня смерти, подарит кому-то жизнь.

- Звучит как сказка, - выдохнул Ярослав в ее макушку. - Уверен, ты будешь замечательной матерью.

- А ты замечательным отцом, - хохотнула девушка. - Будешь учить его сражаться на мечах.

- Не, - надул губы юноша. - Это будет девочка, которой я буду заплетать косички.

- Не царское это дело, - прыснула Морена, заглядывая в небесные глаза.

- Это не важно, мне все равно не могут это запретить, ведь я царь, - он деловито вздернул нос и рассмеялся. - Надеюсь она будет похожа на тебя, такой писаной красавицей вырастит.

- Не менее прекрасной она будет и с твоей внешностью, - улыбнулась смущенная богиня и провела рукой по светлым волосам.

- Ты права. Какой бы не была, она будет великолепна, ведь она наша дочь.

- А если родиться сын?

- Тогда мне жаль наших девок, потому что он точно будет завидным женихом.

Богиня снова звонко рассмеялась, на манер колокольчиков и упала в объятия своего любимого мужчины. Сколько циклов круголетия она прожила, но никогда не думала, что полюбит обычного человеческого юношу. Младенец в сравнении с ней, смог открыть ей мир совсем с другой стороны. Раньше она не понимала, почему люди бояться ее или почему льют слезы, когда она забирает их близких, если пришло время. Теперь же она удивлялась, почему несмотря на это, многие люди ее почитают, ставят идолы и молятся. Ярослав открыл для нее любовь и тепло души, он стал ее солнцем, которое она никогда не видела оставаясь в Нави. Он стал для нее тем, кем не смог стать ее супруг. Он подарил ей возможность дать жизнь человеку и познать, что значит быть матерью. Этот мужчина, с улыбкой, ослепительной подобно солнцу над их головами, стал для нее всем.

Морена тяжело дышала, задыхаясь от боли. Сознание затуманивалось все сильнее, а судороги сводили с ума. Руки уже немели, но она не могла расцепить пальцы и отпустить простынь перекинутую через потолочную балку. Пот стекал по лицу и спине, он был холодным не смотря на то, что баня была растоплена подобно Пеклу. Рядом что-то бормотала поветуха, но богиня ее не слышала, ей хотелось только огрызнуться, чтобы старуха замолчала наконец. Она что-то там шептала и снова впихнула Морене в рот прядь ее собственных волос. Ее снова вырвало, но это не помогло. Было ощущение, что у нее ломаются кости, а тело собирается разорваться изнутри. Она попыталась медленно наполнить грудь воздухом, но тело пронзила новая схватка и Морена бросила все силы на то чтобы не закричать. Она чувствовала как старуха положила руку ей на поясницу и начала растирать. Боль не отступала. Богиня уткнулась лицом в руку и застонала, пытаясь восстановить дыхание. На языке плясал кислый привкус рвоты. Послышалось шипение и Морену обдало горячим паром, который только затруднил дыхание. Поветуха вновь начала читать заговоры. Тело снова сковало потугой и богиня напряглась, немного подтягиваясь на руках. Боль немного ослабла и по щекам стекли первые слезы. Взгляд упал на окно бани и она поняла, что день подходил к концу. Она целый день провела в этих муках. Поветуха поднесла под нос богини, что-то отвратительно пахнущее и ее снова вырвало, а потом она будто провалилась.

Морена терялась в боли, и возможно теряла сознание, но она четко уловила момент когда по бане разлетелся детский крик и плач. Руки тут же ослабли и богиня повалилась на пол, едва не ударившись головой о стену. Все тело трясло и ее все еще догоняли послеродовые схватки, поэтому она пыталась сохранять дыхание ровным, но это плохо выходило. На миг она снова куда-то провалилась, но открыла глаза услышав поветуху.

- Дочка, госпожа, - старуха уже держала ребеночка на руках и улыбалась, а комочек, завернутый в белоснежное покрывало недовольно кричал и дергался. И тогда Морена зарыдала, подстать своему ребенку. Она приподнялась и оперевшись спиной на стену, протянула руки. Поветуха печально на нее взглянула, но ребенка отстранила.

- Отдай сейчас же мое дитя, - прорычала богиня. Ей было все равно на обычаи и приметы, никакая нечисть не посмела бы прицепиться к ее дочери. Все что волновало Морену, это что она не успеет увидеть лицо своего ребенка. Поветуха не знала о сущности богини, но спорить не посмела, разве что нахмурилась.

Она быстро утерла с лица слезы и взяла сверток так аккуратно как только могла. Ребенок тут же успокоился и осоловелыми глазками взглянул на богиню, и та просто не смогла сдержать слез. Она дрожащими пальцами провела по уже вымытым волосам своей девочки и широко улыбнулась.

- На отца похожа, - сквозь слезы рассмеялась богиня и девочка внезапно подхватила ее хохот. Морена непроизвольно задержала дыхание. Она никогда не видела столь прекрасного существа. Эта беззубая улыбка и ясные блестящие глаза стали для богини самым великим счастьем, которое она не была готова терять, но ничего не могла сделать и это разрывало ее душу. Богиня ломалась глядя на свое дитя, с каждым сигом все сильнее ощущая связавшую их нить. Ей стоило отвернуться и избежать самой страшной боли, но не могла отвести глаз и стереть с губ улыбки. Она прижалась лбом к маленькой головке и глубоко вздохнула. Девочка пахла теплом, она пахла домом.

- Моя величайшая любовь, - прошептала богиня и оставила на лбу легкий поцелуй, своими потресканными губами.

Дверь в баню с грохотом распахнулась и по полу заскользил зимний морозный воздух. На пороге застыл Ярослав. Взъерошенный и напуганный. Он бросил единственный взгляд в сторону поветухи, та кивнула тяжело вздохнув и юноша тут же бросился к своей возлюбленной. Он упал рядом с ней на колени и обеспокоенно оглядел Морену, испугавшись ее слез.

- У нас прекрасная дочь, - улыбнулась богиня и Ярослав застыл. Он быстро перевел глаза на сверток в ее руках и по его лицу побежали слезы. Его огромная рука легла на голову младенца и глаза встретились с внимательными бусинками девочки. Она зажмурилась и ее лицо растянулось в улыбке. Ярослав надломленно захихикал и поцеловал дочь в лоб. Он смотрел на ребенка с такой нежностью, что у Морены сжалось сердце. Картина за которой она наблюдала была для нее чудом, о котором она даже не мечтала. Две частички ее души были рядом с ней и это было прекрасно. Она была в сказке, которую обычно боги создают для достойных людей.

Морена мягко передала ребенка своему возлюбленному, несмотря на ошарашенное лицо и уронила голову ему на плечо. Девочка жмурила глаза и причмокивала, протягивая маленькую ладошку к отцу. Ярослав тихо рассмеялся, когда дочка сильно уцепилась за его палец. Все было так хорошо.

Девочка внезапно закричала, точно чего-то испугалась, а в следующий сантиг Морена почувствовала это. Раскаленная спица боли пронзила ее сердце, но у нее уже не было сил кричать. Она из последних сил вцепилась в ткань на груди и спрятала сбитое дыхание в плече возлюбленного. Морена знала, что наказание ее догонит, но это все равно разбило ее. Сквозь туман пробился истеричный крик ее дочери и Морена попыталась протянуть руку, чтобы ее успокоить, но только скользнула пальцем по краю свертка и свалилась на колени Ярослава. Она едва ли могла что-то разглядеть, но явно ощущала как душу сковывают цепи Нави и тянут, тянут, тянут. Ее перевернули на спину и она смогла различить напуганные голубые глаза.

- Морена! - будто из-под воды услышала богиня и почувствовала, как на лицо упали чужие слезы. Она с хрипом втянула воздух и натянула вымученную улыбку.

- Позаботься о нашей малышке, - из последних сил прошептала она и ее сознание растаяло. Она не слышала душераздирающих криков, не слышала как частички ее души молили ее вернуться, не слышала как Ярослав и девочка разбиваются от боли, едва вкусив счастья. Все что было вокруг Морены это тишина, темнота и мир мертвых, что на веки стал ее темницей.

- Это не честно, - в притворном возмущении восклицает Ярослав и скрещивает руки на груди.

- Все честно, - довольно заявляет Мор и упирает руки в бока. Она выглядела лет на шесть-семь и одета была во что-то на подобии солдата. Брюки и рубаха, что совсем не подходили для девочки украшал еще и игрушечный меч на бедре. Поверх светлой косы была натянута офицерская шапка. Она гордо возвышалась над отцом, который сидел на полу, и множеством деревянных солдатиков. Игрушечные войска были расставлены на пожелтевшей карте Славных Земель.

Мужчина надул щеки и хмуро посмотрел на девочку, тыча пальцем в карту.

- Люди не умеют летать, твои войска не могли пройти через открытые поля юга и не встретиться с моими солдатами.

- Мои воины все могут, - ухмыльнулась девочка и опустившись на колени она взяла горстку солдатиков и переместила их за спины отцовских войск.

- Эта игра не так работает, - с наигранной обидой отвечает Ярослав, а девочка с высунутым языком выставляет своих солдатиков по кругу, беря отца в кольцо.

- Я не виновата, что ты до этого не додумался, - невинно пожимает плечами девочка и секунду выжидающе смотрит отцу в глаза. Он грозно набирает в грудь воздух и в следующий миг бросается на девочку. Она с хохотом вскакивает и успевает запрыгнуть на кровать и перекатиться на другую сторону. Теперь их разделяло препятствие, которое отец не спешил преодолевать. Девочка обернулась и язвительно усмехнувшись скорчила ему рожицу. Она скосила глаза и высунула язык. Этой заминки хватило, чтобы отец запрыгнул на кровать и успел ухватить дочку за ворот рубашки. Она вскрикнула и расхохоталась, когда на нее напали с щекоткой. Девочка пищала и пиналась, стараясь отогнать отца, но он не прекращал щекотать ее. Это привело к тому, что девочка начала задыхаться от смеха и икать. Когда над ней наконец-то сжалились, отец повалился на кровать рядом с ней и не скрывая широкой улыбки рассмеялся.

- Твоя мать тоже всегда хитрила в этой игре, - тихо сказал Ярослав и с улыбкой взглянул на девочку. Она один раз икнула и села, не сводя глаз с отца. - Вы обе лисицы не умеющие проигрывать.

Девочка сощурилась на него. Ее маленькие ручки сжались и в лицо Ярослава прилетела подушка. Он стянул ее с лица и удивленно посмотрел в хмурые глаза дочери.

- Мы с мамой слишком умны для твоих глупых игр, а ты, - она ткнула ему в грудь. - Единственный кто не умеет проигрывать.

Ему в лицо прилетела вторая подушка. На этот раз Ярослав не убрал ее с лица, но из-под нее послышался приглушенный смех.

- Не зря ты частичка Морены.

Девочка не ответила. Она скрестила ноги и медленно стянула подушку с лица отца, а когда он ее повалил комната вновь утонула в хохоте и просьбах прекратить щекотать.

- Этого не было, - надломленно прошипела Юрена и вздрогнула от звука своего голоса, но никто на нее не обернулся. Она хмуро наблюдала за забавой, пока ее плеча не коснулись. Ведунья снова вздрогнула и резко обернулась, тут же застыв. Перед ней стояла Морена, такой как она видела ее в последний раз. Болезненной и измученной.

- Когда-то это было, - мягко сказала она и улыбнувшись встала рядом с Юреной, наблюдая за картиной.

- У меня никогда не было с отцом хороших отношений. Он не мог меня видеть, ведь я даже не была на вас похожа. Отец назвал меня болезнью, потому что я забрала вас у него, - отстранено произнесла ведунья с непонятной завистью слушая искренний смех. Богиня удивленно обернулась к ней и склонила голову на бок.

- Это не правда. Он назвал тебя так, потому что ты часть меня, - ее растрескавшиеся губы растянулись в легкой улыбке и у Юрены защемило сердце. В носу защипало и она со всей силой вцепилась в ткань платья.

- Мор — это сокращение от вашего имени? - внезапно севшим голосом просипела ведунья и в ответ получила нежную улыбку и кивок. Юрена бросила взгляд на обнимающихся отца и дочь.

- Я этого не помню.

- Но это было, я всегда приглядывала за тобой и видела это, - лицо богини внезапно ожесточилось, а тон стал холоднее.

- Вы знали, что на самом деле я жила не с отцом? - Морена кивнула и ее челюсть напряглась. - Почему вы мне не сказали?

- Ты бы не поверила, - просто сказала богиня и повернулась к ведунье. - Но теперь ты это знаешь.

- Тогда где мой настоящий отец? - прохрипела Юрена и оглянулась на счастливую Мор, что веселилась со своим настоящим родителем. Богиня вздрогнула и в глазах мелькнула боль. Ее губы сжались в плотную линию, а руки сцепились в замок, но ведунья все равно заметила как они подрагивали.

- Они избавились от него, когда подумали что ты мертва.

- Десять лет назад? Но ведь этот человек появился намного раньше. Кто он вообще такой? Зачем ему все это?

- Я уже понесла наказание за принятые решения, но они считают что этого мало.

- Я не понимаю. Кто они? О чем вы вообще говорите?

- Они пытаются избавиться от всех последствий моих выборов. Прости дорогая, но я не могу сказать тебе большего, - устало вдохнула Морена и неожиданно перевела тему. - Ты же знаешь, что Ягиня не могла покидать свою избу?

Мысли Юрены, метающиеся по кругу в миг остановились, будто Морена сковала их льдом. Сковала... Юрена только что прочувствовала на себе, как работали оковы Морены, в которые ее заковали другие боги. До того как Мор умерла, ее мать не могла связаться с ней, потому что ее дочь никак не была связана с миром Нави. С миром мертвых была связана только Ягиня. Ведьма, которая помогла Мор исцелиться и стать другим человеком, которая спасла ее от боли, которая обучила ее всему что знала сама, которая согласилась заменить ее мать.

Дышать почему-то стало легче и Юрене это не понравилось. Она этого не понимала. Ведунья никогда не разбиралась в чувствах и надеялась, что у нее никогда не будет сматываться внутри клубок непонятных эмоций, который ей рано или поздно придется распутывать. Почему ей стало легче от мысли, что Морена не просто так не вмешивалась? Почему ненависть к отцу из всепоглощающего пожара превратилась в огонь свечи? Откуда появилось желание понять родителей? Почему захотелось вновь стать девочкой, которая громко смеется с отцом? Куда это пропало?

- Кто этот человек? - Юрена с остервенением вцепилась в разгорающийся гнев. Ладони сжались в кулаки, а зубы скрипнули. Слыша радостный смех, разносящийся по комнате она поразительно четко могла представить, что было бы не сломайся все это. Ведунья почти видела как Морена уводила ее в лес и обучала магии, а отец учил грамоте и как защищаться от надоедливых ухажеров. Как они вместе ели и смеялись, как ездили в гости к Ягине, как веселились на балах. Если бы кто-то не сломал все это... Если бы не этот кто-то, Мор никогда бы не познала такой боли, не убивала бы людей. Она была бы счастлива.

- Не могу сказать, - сквозь зубы прошипела Морена и на сиг ее лицо исказилось от гнева, но она быстро вернула видимость спокойствия.

- Ясно... - Юрена особо и не надеялась, что-то узнать. Да и это было не важно, чтобы не случилось она заставит его заплатить. За все надо платить. Даже если этот человек уже мертв, она не оставит его душу и в Нави, отыщет вернет и заставит страдать, так же как страдала она сама, так же как страдал ее отец.

- Как мне вернуть вам серп? - спросила Юрена оглядев свои руки.

- Никак, - ведунья вскинула голову и Морена усмехнулась ее реакции. - В тебе моя кровь, так что ты сможешь его использовать. Он поможет тебе в нужный момент, а вот мне нет.

- Что это значит? - нахмурилась Юрена. - Я столько времени и сил убила на то, чтобы его отыскать.

- Он нужен не мне. Поймешь, как только он окажется у тебя в руках.

- Вы снова говорите загадками, - прошипела ведунья и раздраженно взъерошила собственные волосы.

- Это потому что ты такая же умная как я, и я уверена, что ты все осмыслишь, - Морена широко улыбнулась и положила ледяные ладони на щеки дочери. - Я горжусь, что ты прошла такой тяжелый путь, собрала себя по кусочкам, но осталась хорошим человеком.

- Я так горжусь, что я твоя мать, - прошептала Морена и уткнулась лбом в лоб Юрены, не прекращая широко улыбаться. - И так сожалею из-за того что тебе пришлось пережить из-за меня. Я так. Тебя. Люблю.

Я так тебя люблю.

Слова снова и снова прокручивались в голове Юрены, а она все не могла поверить в услышанное. Это был первый раз. Ей впервые сказали эти слова. И Юрена сломалась. Она чувствовала, что по щекам потекли слезы, несмотря на то что она упорно пыталась их остановить. Она никогда не слышала слов любви и то что первой их произнесла ее мать казалось невероятно правильным. Ее грудь снова разрывалась от множество чувств, там были гнев, обида, печаль, детская радость и что-то безумно теплое и большое. В горле опять застрял колючий ком, который мешал дышать без всхлипов. Ведунья попыталась отстраниться, она не хотела показывать свою слабость. Ей не нужны были эти слова, она всю свою жизнь прожила без них и это было нормально, но ей так отчаянно хотелось чтобы мама повторила их снова. Чтобы снова сказала, что она ее дочь и гордиться ей, несмотря на все, что она сделала. Чтобы не отказывалась от своей любви. Чтобы это оказалось правдой.

Морена не позволила ей отстраниться. Она с широкой улыбкой прижала Юрену к своей груди и та с радостью утонула в ледяных объятиях. Крепких, с запахом можжевельника и серы. Юрена прыснула при мысли, что такой запах появился из-за Горыныча. И ей хотелось остаться в окружении этих рук навсегда. Хотелось, чтобы у нее снова была мама, которая может утешить одним прикосновением. Она хотела чтобы этот холод одиночества в их душах растаял и они снова стали семьей, чтобы мама больше не испытывала такой боли от их разлуки.

- У меня есть одна просьба, - прошептала Морена в макушку ведуньи. - Вспомни своего настоящего отца.

Это было меньшее, что Юрена могла сделать и слушая как по комнате разносится ее собственный радостный смех, она не собиралась отказываться. Теперь она знала, что нужно икать в лабиринте памяти.

Глава 22

Снег скрипел под маленькими ботиночками, несмотря на то как аккуратно девочка старалась пробираться через лес. Она медленно ступала по тонкой корке льда, с недовольством отмечая его громкий хруст, и все плотнее комкала в ручках снежок. Следя за всеми тенями и звуками она приближалась к маминому месту у реки, надеясь отыскать отца там и застать врасплох.

Яркое солнце слепило глаза, отчего девочка забавно щурилась, пряча щеки в мягкий воротник. Ветра почти не было, но мороз все равно щипал лицо заставляя кожу краснеть. Мор усмехнулась, вспоминая что отец ненавидит холод, но все равно принял ее вызов. Над головой кто-то чирикнул и девочка вскинула голову. Птичка с желтым брюшком сидела на нижней ветке и внимательно оглядывала лесную гостью. Мор перекинула снежок в одну руку, а второй потянулась за пазуху, поежившись от холода пальцев, и достала кусочек пряника. Отец всегда учил ее, что идя в лес нужно брать гостинцы для его жителей, поэтому девочка встала на носочки и едва дотянувшись оставила угощение на ветке. Птичка благодарно чирикнула, Мор приняла это за хороший знак и пошла дальше.

Недалеко послышался шум реки и Мор замедлила шаг. Она определенно видела человеческую тень за деревом. Вода хорошо скрывала звук шагов, но девочка все равно ступала медленно, стараясь не издавать ни звука. Она учла ветер и положение солнца. Отец точно не мог видеть ее тень или что-нибудь услышать. Вот осталась пара шагов. Мор делает рывок к иве и замахивается... За деревом никого не оказалось. Девочка не понимающе оглядывается. Она была уверена, что заметила здесь отца. Неужто духи шутят? Над головой раздалось шуршание и позвякивание льда. Мор только и успевает задрать голову, как ей за воротник бросают комок снега. Девочка вскрикивает, и прыгает на месте, пытаясь вытряхнуть снег из под одежды, но это не помогает и у нее на спине остается мокрая дорожка, от которой сразу становится зябко. Она хмурится, а отец только задорно смеется, как мальчишка, свисая вверх ногами с ветки дерева.

Мор подхватывает с земли свой упавший снежок и бросает прямо отцу в лицо, пока тот жмурится от смеха. От удивления он расцепляет ноги и плашмя падает в снег. Девочка считает это личной победой.

Мор недовольно цыкает и скрещивает руки на груди, когда заморские гости нелестно отзываются о ее неподобающем девушке костюмом и увлечении лошадьми. Ее так и подмывает сказать о своих магических способностях, только чтобы увидеть страх и гнев на их широких лицах, но она бросает взгляд на отца. Он выглядит слишком уставшим и также недовольным поведением гостей, но смотрит на нее почти с мольбой и девочка решает сжалиться. Отец говорил, что важно поддерживать с ними хорошие отношения, хотя девочке кажется это глупостью. Но она слишком любит своего отца, поэтому натягивает широкую улыбку и говорит что прислушается к совету гостей, а потом идет переодеваться. Пышное платье иноземцы приняли намного лучше и тут же стали сыпать комплиментами. Кто-то из них заикнулся о браке с его сыном и отец девочки тут же поменялся в лице. Брови свелись на переносице, а глаза начали бросать молнии, хотя на губах все еще была пришита учтивая улыбка. Он спешно перевел тему, а когда все отвлеклись на общую беседу, шепнул Мор, чтобы та вновь надела брюки. Ему никогда не нравилась идея отдавать дочь так рано замуж, но девочка только усмехнулась и продолжила болтать с гостями, стараясь показаться образцовой леди, которой ее хотели видеть гости. После того вечера отец начал обучать ее сражаться на мечах.

Девочка хрустела сочным яблоком и махала ногами, пока отец ворчал у нее над головой. Служанка, что стояла рядом умиротворенно улыбалась, наблюдая за этой картиной и смущенно краснела, когда отец обращал на нее внимание. Мор это не нравилось, но она особо не переживала по этому поводу. Девочка не сомневалась, отец никогда не променял бы ее маму, на кого-то вроде нее. Поэтому девочка отвернулась, смачно хрустнув яблоком, за что заслужила натянутые волосы. Не сильно, даже без боли, но она все равно подчинилась и посмотрела прямо. Когда от фрукта остался один огрызок девочка устало вздохнула и спросила отца, долго ли еще ждать. В ответ она услышала неразборчивое ворчание и ее наконец-то отпустили. Мор шустро соскочила с ящика с инвентарем и подбежала к служанке. Та приподняла зеркало и девочка придирчиво осмотрела работу, не сумев скрыть маленькой улыбки. Ее волосы короной укладывались вокруг головы и Мор просто не могла не заметить прогресса. Впервые когда отец пытался заплести ей косу, то только запутал волосы в кошмарные колтуны, которые служанкам пришлось распутывать целых пол дня. Теперь сложная прическа выглядела аккуратно, хотя до умений служанок отцу далеко. Мор удовлетворенно кивнула и послала отцу гордую улыбку, на которую он ответил измученным вздохом.

Девочка закатила на это глаза и подбежала к стойке с оружием. Она взяла свой деревянный меч и дождалась пока отец сделает тоже самое. Они начали занятие и в скором времени девочка уже валялась на земле, измученная и задыхающаяся от нагрузки. Отец тоже тяжело дышал, хоть и стоял на ногах. Мор наконец-то смогла нанести ему пару ударов, поэтому не обращала внимания на их положение, а счастливо воспринимала это за победу.

Мор еще раз раздраженно вздохнула и пнула ногу отца. Тот поморщился, но внимания не обратил. Недовольство дочери он уже вдоволь наслушался по дороге в особняк. Девочка не понимала зачем они едут на это празднование. Люди устраивавшие его, не были важными и поддерживать с ними хорошие отношения не было никакого смысла, но Мор все равно заставили надеть тяжелое, броское и совершенно неудобное платье, которое должны носить местные девушки. Наверное это раздражало ее больше всего. Платье не переплюнула даже унылая музыка и девочки прячущие свое хихиканье за веерами. Местные мальчишки пытались это сделать, но Мор не понимала половину слов из тех что они говорили, поэтому ничего не вышло. Даже наоборот, ведь они поднимали ей настроение, когда в слезах убегали жаловаться своим родителям. После этого возмущенные дамы и господа приходили жаловаться отцу на ее поведение, но Мор ни о чем не жалела, ведь тот заслужил это.

Даже несмотря на это отец кажется продолжал веселиться, девочке это не нравилось. По ее убеждению он должен был страдать не меньше чем она, нося то, что местные называют туфли на каблуке. Мор действительно молилась, чтобы эта вещь никогда не пришла в Славные Земли. Поэтому девочка решила действовать наверняка. Она нацепила на лицо отработанную улыбку и принялась искать подходящего кандидата для выполнения своего плана. Ей на глаза удачно попался юноша, что совсем недавно танцевал с именинницей в тошнотворно розовом платье. Вдали от сестры он выглядел не таким улыбчивым, будто ему тоже надоел этот вечер.

Когда Мор приблизилась мальчишка, что разговаривал с ее целью скривился и попытался спешно удалиться. Кажется это был тот самый которого Мор схватила за грудки и угрожала, чтобы тот больше не приближался, хотя может и тот что болтал так много что девочка запихнула ему в рот целую булку, лишь бы он замолчал. Мальчик непонимающе смотрел вслед убегающему другу, а потом обернулся к девочке. Она с удивлением поняла что была немного выше, если бы не каблуки они были одного роста. В Славных Землях Мор никогда не встречала таких низких мальчиков, и она сомневалась что это из-за того что он младше года на два-три. А потом она загляделась на его глаза, волшебно зеленого цвета, точно изумруды. Мор встряхнула головой и натянуто улыбнулась, увидев в этих глазах скрытую неприязнь. Видимо его друг уже успел пожаловаться на нее. Девочка пригласила его на танец, несмотря на то что от музыки вяли уши и сами танцы выглядели глупыми. Мальчик ей не ответил, только удивленно смотрел какое-то время. Раздался тяжелый вздох и на его лица расплылась учтивая улыбка, от которой девочка скривилась. Улыбка тут же пропала и мальчик язвительно фыркнул, это Мор понравилось больше. Она сказала, что понимает его недовольство и объяснила свой план. Кажется мальчик был удивлен. Мор рассмеялась, он действительно думал что она пала жертвой его чар и поэтому решила вдруг потанцевать. Мальчик что-то обижено буркнул. Мор ухмыльнулась, перекинула косу на спину и сказала, что он слишком маленький, чтобы она обратила на него внимание. Мальчик тут же вспыхнул, что показалось девочке довольно очаровательным. Танцевать впрочем он отказался. Мор тяжело вздохнула и сказала что понимает страх мальчика. Предложение потанцевать сразу же было принято, и девочка ухмыльнулась. Она умела добиваться своего.

В скором времени уже смущалась сама Мор, пока мальчик подтрунивал над ее неумением танцевать. Девочка велела ему замолчать, но здесь ее как царевну не воспринимали, а потому и мальчик не послушал. Все продолжал что-то болтать, а Мор приходилось улыбаться, чтобы отцу насолить. Не успели они дотанцевать как отец выхватил ее из рук мальчика. Того впрочем это не расстроило, даже наоборот. Мальчик ухмыльнулся и бросил взгляд на Мор, прежде чем сказать чтобы они не удивлялись, когда он придет свататься. Девочка почувствовала как лицо обдало жаром и поспешила скрыться за спиной отца, чтобы скрыть смущение. Мор не понимала, почему так реагирует, ведь это было далеко не первое предложение о свадьбе, но что-то было в этом малахитовом взгляде, что заставляло сердце биться быстрее. Отцу видимо нахальный мальчик совсем не понравился, поэтому они спешно покинули празднество. Мор все не могла отделаться от мыслей о зеленых глазах и запахе солнца в золотых волосах. Возможно в мыслях мелькали еще и милые веснушки, но девочка упорно отказывалась признаваться в этом даже себе.

К Мор в очередной раз пришли свататься. Она не хотела принимать свое разочарование, ведь это снова был не солнечный мальчик с чужой земли. Мор задумчиво ковырялась в еде, подперев голову рукой, даже не пытаясь слушать о том что говорили взрослые о ее замужестве. Она бы все равно не приняла предложения. Ей уже исполнилось тринадцать, поэтому отец перестал противиться и стал раздумывать над тем чтобы найти ей хорошего жениха. Было пятнадцать принятых кандидатов. Ни один из них не прошел проверки самой Мор. Почему-то она была уверенна, что солнечный мальчик справился бы. Когда они танцевали Мор заметила, что он довольно сильный, но отец запретил упоминать нахального мальчика. Потенциальный жених сделал какой-то комплимент, который Мор прослушала. В ответ она молча закатила глаза. Кажется юноша похвалил ее брюки. С чем только не были готовы мириться мужчины лишь бы заполучить царевну и половину ее земель в придачу.

Мор молча встала из-за стола и пошла на улицу. Раз уж мальчик так хочет ее в жены, пускай докажет что достоин. Он не доказал и потерял меч после семи ударов. Продержался дольше предыдущих, но когда увидел магию сразу же сбежал. Больше отец не общался с этой семьей, а Мор так и осталась блудницей.

Зима перестала быть такой холодной, но в лесу все равно были глубокие сугробы. Мор шла, недовольно пиная снег и иногда останавливаясь, чтобы отогреть замерзших животных. Когда от нее ускакал очередной заяц, она тяжело вздохнула, упираясь головой в согнутые колени. Ее снова выгнали с совета бояр, будто те не понимали, что рано или поздно она станет царицей. Все они считали что вся власть перейдет к ее мужу, а Мор только и должна что наследников рожать. Девочке это не нравилось. Она была образованнее половины знати и точно сильнее всех их сыновей, несмотря на то что многие прослыли богатырями. Мор была той, кто сможет защитить их границы, расширить влияние, сможет сделать Славные Земли еще лучше, но она все еще была женщиной. Ей придется много работать, чтобы доказать, что она ничуть не хуже мужчин, чтобы ее приняли также как и мать. Пока Морена была царицей, с ней никто не смел спорить и все ее признавали. Мор хотела стать такой же, но это было сложно. По крайней мере ее любит народ.

Мор встряхнула головой и встала. Если она хочет чего-то добиться, нужно идти и работать, а не прятаться обиженно в лесу. Мор кивнула этой мысли, но уходить не спешила. Вокруг будто что-то изменилось. Было слишком тихо. Буквально мгновение назад она слышала чириканье птиц и хруст снега под лапами животных, но теперь стих даже ветер. Лес в один момент словно омертвел. Голые деревья протянули свои корявые пальцы, будто пытались ухватить ее за волосы. Мор вздрогнула от этой картинки, ветки все еще не двигались. Девочка опасливо огляделась и нахмурилась. Вокруг не было не души, но ее не отпускало ощущение будто за ней наблюдают. Это отличалось от того, как на нее смотрят лесные духи. От этого прожигающего взгляда шевелились волоски на затылке, мурашки бежали по спине и рукам, а в животе затягивался узел тревоги, заставляющий сердце подскакивать к горлу.

Девочка решила убраться из леса поскорее. Она не имела привычки брать в лес меч, а в магии была слишком слаба, чтобы сражаться с нежитью какой. Мор шла быстро, но тихо, надеясь услышать, если кто-то к ней приблизится. Она ничего не слышала. Ни дыхания, ни шагов, но когда ощутила кого-то прямо за спиной было уже поздно. Ее схватили за горло и прежде чем Мор успела отреагировать влили какую-то густую кислую жидкость в рот. Она попыталась выплюнуть, но ей заткнули рот и нос. Воздуха стало не хватать и ей пришлось сглотнуть. Горло обожгло, будто она выпила расплавленный металл. Сознание затуманилось и ноги подкосились. Паниковать времени не было. Мор прикусила язык и со всей силой ударила нападавшего затылком. Послышался болезненный стон и девочка пользуясь моментом ударила локтем. Руки держащие ее пропали и Мор быстро обернулась. Она сжала кулак и направила его в живот высокой фигуры, но удар прошел насквозь, будто она била туман. Сверкнули золотые глаза и фигура в черном плаще растворилась в воздухе. Мор не успела удивиться. Ноги не удержали, тело онемело и девочка рухнула в снег. Глаза закрылись и она потерялась в дымке.

Тогда Мор впервые встретилась с матерью. Тогда получила имя Юрена. Тогда, она не виделась с отцом. Не просила Беремира помочь сбежать. Мор вообще ни разу не виделась с ним.

Глава 23

Юрена пару раз моргнула, пытаясь согнать туман слез с глаз и шмыгнула носом. Мир потихоньку приобретал ясность и ведунья вновь смогла разглядеть лицо «отца» напротив. Голубые глаза закатились и царь впал в беспамятство, грузно повалившись на землю. Юрена смогла уловить быстро улетевший аромат можжевельника и холод, от магии Морены. Мужики из стражи заволновались, но приближаться к ведьме не осмеливались.

- Что ты сделала с царем баба нечистая? - вышел вперед седовласый мужичок и у Юрены свело зубы. Уж его морду она бы не забыла. Может мужик и постарел за десять лет, но менее грозным командир стражи не стал, и его вид все также вызывал у ведуньи мурашки. Ей это не нравилось, но она ничего не могла с этим сделать, по крайней мере сейчас.

- Дастин, - позвала Юрена, когда ее спутник освободился от лоз и собирался броситься к мужику. Он бросил на нее короткий взгляд. Перекраивать план на ходу — это плохая идея, но у нее особо не было выбора. Дастин осторожно приблизился к ней, в тот же миг все стражники двинулись на них. Эли вскрикнула и подбежала к Юрене. Беремир перехватил ножи, но ведунья не дала ему ринуться в бой. Она схватила его за воротник и дернула на себя. Времени думать не было, Юрена действовала так как учила Ягиня. Сначала выиграть время. Ведунья ударила ногой в землю, по которой тут же прошла дрожь. Она вскинула руки и промерзлая грязь потянулась за ними. В считанные мгновения свет солнца скрылся за толстой стеной из камней и земли.

Юрена слышала как рядом часто дышит Эли, пытаясь побороть панику. Беремир копошился рядом, Дастин тяжело дышал, но казалось все были в порядке.

- Второй шаг остудить голову, - пробормотала под нос Юрена, наставление Ягини. Она глубоко втянула носом воздух и задержала, прислушиваясь как успокаивается беспокойное сердце. Выдохнула ртом и сжала кулаки. Магия под действием эмоций перестает слушаться. Это может стать опасным. Юрена сглотнула и разжала ладонь, разжигая на ней небольшой огонек, достаточно сильный чтобы осветить их грязевой кокон. Все с ожиданием смотрели на нее. Эли до побеления пальцев сжимала ларец с серпом, и пыхтела. Больше она не выглядела напуганной, совсем наоборот, Эли была зла, так сильно что раскраснелась. Внезапно Юрена поняла, что девочка стала выше и потеряла детскую пухлость. Рукава сарафана стали ей коротки, а глаза стали острыми. Эли потеряла осколок души и настоящий возраст души повлиял на тело. Сейчас девочка до боли напоминала Юрене ее саму, когда ей было тринадцать. Дастин осматривал ведунью с беспокойством, на которое она сама не могла найти время. Потрепанный и уставший, раненный. Но все равно переживал, за нее больше чем за себя. Беремир выглядел крайне недовольным. О нем Юрена подумает позже.

Ведунья глубоко вздохнула прикрывая глаза. За возведенной стеной было слышно как стража пытается ее разломать, а командир кричал на бесполезных подчиненных. Юрена не была уверена, сколько времени понадобиться, чтобы до них добрались, но точно знала, что сражаться было плохой идеей. Им нужно было бежать. Юрена судорожно пыталась вспомнить как устроено подземелье дворца, уже складывая в голове план побега. Ведунья открыла глаза и еще раз топнула, чувствуя как земля отзывается на ее призыв. Она затряслась и от сапога девушки расползлись широкие трещины. Беремир только и успел ругнуться, как земля под ними обвалилась и все они полетели вниз. Эли встревоженно вскрикнула, но крик быстро прервался и они встретились с полом темницы. Ребра ведуньи заныли, а из легких вышибло воздух. Она закашлялась, несмотря на царапающую горло пыль, и попыталась подняться. Голова внезапно закружилась, и силы резко покинули тело. Юрена повалилась на гору земли и втянула воздух через зубы, не обращая внимания на накатившую усталость. Она огляделась. Эли брезгливо отряхивала платье, запихнув ларец под подмышку. Дастин пытался отмахнуться от взметнувшейся в воздух пыли и аккуратно выбраться из горы камней.

Юрену кто-то дернул вверх и поднял на ноги. Она вывернулась из хватки и хмуро оглядела Беремира, что придирчиво оглядывал ее на наличие травм. Юрена отмахнулась от него. Юноша ей ничего не сказал. Ведунья огляделась и по памяти повела остальных в дальний тупик темницы. Коридоры были тихими и темными, кажется стражники все еще пытались пробиться сквозь земляную стену. Это позволило девушке вздохнуть почти с облегчением. Все вокруг было до ужаса неправильным, но она не могла понять, что именно не так. Ведунье всерьез казалось, что ее мозги перемешали и превратили в кашу с комочками. В воспоминаниях, что только что увидела она ни разу не спускалась в темницы, максимум только спускалась по лестнице, так почему она так уверено вела своих друзей к нужному тупику? В воспоминаниях где «отец» измывался над ней, она почти все время провела в темнице. Ни то, ни другое теперь не выглядело как правда и Юрена серьезно задумалась о том что сходит с ума. Морена поделилась своими воспоминаниями, сказала что Ярослав всегда был хорошим отцом. Она бы не стала врать, но тогда что насчет Беремира? Он знал Мор, но ее память утверждает обратное.

- Юрена! - ведунья вздрогнула и оглянулась на нахмуренную Эли. Девочка шла рядом с ней и кажется уже несколько раз звала ее.

- Что? - голос показался ей хриплым и ведунья откашлялась, продолжая идти.

- Я спросила, что мы делаем дальше. План кажется изменился, - она кивнула назад, где в потолке осталась огромна дыра. - И теперь на нас охотится стража. Что мы будем делать?

- Для начала я выведу нас из города, а потом вернемся в лес и попросим помощи у лешачхи, - Эли скривилась и передернула плечами. Ей явно не понравилось это существо, но выбор у них был не большой.

Мысли путались, а воспоминания перекрывали друг друга, она не была уверена, можно ли доверять этому человеку. Беремир правда ее друг, или он связан с тем, кто морочил им голову? Она хотела верить в первое, но он продолжал что-то бормотать и это как тупой нож пилило нервы.

-Замолчи, - прошипела Юрена и резко обернулась, прекрасно понимая, что терять сейчас время на разговоры было опасно, но и оставить все как есть не могла. Раньше чем успела подумать, она схватила Беремира за грудки, и была уверена что занесла руку для удара, но тут же остановилась, увидев удивленное лицо друга, и отшатнулась. Ягиня научила ее не обращать внимания на глупых людишек, Юрена не стала бы бить кого-то только за неосторожно брошенные слова. Так бы поступила другая Мор, которая задирала мальчишек, постоянно отстаивала свое место царевны и право жить по своим правилам. Мор, которой она всегда себя считала, забилась бы в угол и рыдала от страха, считая чужие слова правдой. Юрена не могла так поступить. Ведунья должна была отвести друзей в безопасное место и следовать своему пути невзирая на чужое мнение. Но почему же ей так хотелось огрызнуться, защитить отца перед Беремиром и доказать, что тот не прав? Почему ей хотелось спрятаться в темном закутке и молить, чтобы ей простили все ошибки? Почему хотелось вернуться к страже и голыми руками вырвать из них ответы, в которых она так нуждалась?

- Юрена... - кто-то мягко ее позвал и руку обхватила теплая ладонь. Первым побуждением было отшатнуться, но тело отказалось. Чужое тепло успокаивало бешено колотящееся сердце, этого Юрена принять не могла. Прикосновения всегда были для нее чем-то плохим. Это было слишком.

Ведунья осторожно высвободила руку и встретилась со светящимся малахитом глаз напротив. Дыхание замерло, только сейчас Юрена поняла, что от накатывающей паники легкие не успевали напитаться воздухом. Поверхностные вздохи заставляли голову кружиться. Ведунья тяжело сглотнула и обернулась, пропуская мимо ушей чужие разговоры. Сейчас было не время и не место, чтобы разбираться со своими проблемами. Она должна вывести отсюда друзей.

Юрена дошла до нужного тупика. За спиной перешептывались Эли и Дастин, но ведунья не позволяла себе обратить на это внимание. Она старалась вообще отделаться от всех мыслей, поэтому и встряхивала головой всю дорогу. Желательно еще успокоить дрожь в руках.

Не думая ни о чем кроме магии, Юрена сжала ладонь в кулак и со всей силы ударила по каменной кладке. Рука сразу отозвалась пульсирующей болью, а костяшки наоборот онемели. Камень не поддался. Юрена встряхнула рукой, сгоняя ощущение боли и повторила движение. На стене остались красные следы, а с пальцев потекли капли крови. Кажется кто-то пытался ее остановить, но ведунья отмахнулась. Она слышала как в дальнем коридоре темницы раздавались торопливые шаги и не могла позволить себе медлить. Сердце подскочило к горлу, оглушая звуком ударов о кости. Стук. Стук. Стук. Ведунья глубоко вздохнула, заглушая испуганный крик сердца и сжала кулак крепче. Мор до истерики хотелось сбежать от надвигающегося наказания. Юрена хотела спасти от него друзей. Другая Мор до скрипа сжимала зубы и с рвением дракона цеплялась за свою свободу.

Девушка резко выдохнула и со следующим ударом стена покрылась трещинами. Камни захрустели и с грохотом обвалились. Не тратя ни сантига на размышеления Юрена запихнула в открывшийся проход Эли. У них не оставалось времени, на звук скоро сбежится стража. Юрена толкнула Дастина, Беремир поспешил следом.

- Бежим, - сказала ведунья в нос и почувствовала как к подбородку скользнула капелька крови. Она упрямо утерла нос рукавом. - У меня не хватит сил чтобы поднять камни и перекрыть проход.

Юрена схватила застывшую на месте Эли за руку и сорвалась с места. Голоса стражи приближались и это подгоняло лучше всего. У Мор ноги подкашивались от страха, но Юрена упрямо заставляла тело двигаться. Что угодно лучше чем застыть от страха. Это знала другая Мор и Юрена. Другая Мор безошибочно сворачивала в нужную сторону, скалясь когда слышала голоса стражников. Она была готова вернуться и встретиться с ними лицом к лицу, но оставить своих людей не могла. Другая злилась, как только посмела стража пойти против царевны, ей хотелось напомнить людям об их месте. Она не сделала этого, потому что ее люди были ранеными и уставшими, а вернуться значить подвергнуть их опасности. Другая Мор не могла так поступить. Последний поворот.

Мор застыла на месте и почти до боли сжала челюсти. Прямо перед выходом, лениво опираясь на стену у люка, стоял человек в длинном черном балахоне. Из под капюшона блеснули золотые глаза и Юрена поежилась под этим взглядом. Мор испуганно застыла. Другая Мор медлить не стала. Она точно помнила этого человека и воспоминание возродило на языке кислый вкус отравы. Мор оттолкнула Эли за спину и не глядя выхватила из ножен Дастина меч. Человек растворился во тьме. Мор непонимающе нахмурилась. Юрена почувствовала гнилостный запах черной магии прямо перед собой, другая Мор нанесла удар. Тьма вновь сгустилась и по мечу скользнуло черное мутное щупальце. Человек открыл рот, чтобы что-то сказать, но между их лицами сверкнула сталь и его бровь поднялась выражая подобие интереса. Нож Беремира почти на половину вошел в стену. Мор оскалилась, но взгляда от противника не отвела.

- Кажется ты должна быть мертва, - с явно наигранным недовольством сказал человек. Несмотря на слова, он кажется был вовсе не удивлен увидев ее живой, а даже рад, что появилась возможность и дальше измываться над ней. Вот только она уже не была маленькой беззащитной девочкой. Черное щупальце стекло к руке девушки и Юрена цепляясь за гнев свой и другой Мор, разожгла жгучее пламя. Тьма зашипела, точно вода на раскаленной сковороде и отпрянула.

- Хорошо, что тебе только кажется, - прошипела Мор и со всей силы наступила ему на ногу. Рядом материализовался Беремир и успел полоснуть человека по щеке, прежде чем тот снова растворился. Гнев был заразной вещью. Огонь на руках Юрены разогрелся сильнее и стал почти малиновым, когда она дернула Эли на себя, едва успев увести ее от острого, как осколок зеркала, щупальца тьмы. Девочка испуганно вскрикнула, Дастин появился из ниоткуда и со всей силы ударил человеку в балахоне под ребра, выбивая дух. Он снова исчез и по проходу эхом пронесся хохот, что раздавался будто отовсюду. Одной рукой Мор прижимала Эли к себе, стараясь контролировать огонь, второй держала наготове меч. Беремир прижимался к ней спиной, готовый пустить в ход ножи.

- Ты ведь не думаешь, что вы сможете меня одолеть, без чьей-либо помощи, маленькая ведьма? - раздался шепот прямо над ухом Мор и все внутри нее вдруг затихло. Соскочившее с ритма сердце внезапно вернуло ровный ход, а воздух начал глубоко питать легкие. Руки покинула дрожь, а меч стал чем-то другим. Она чувствовала как ее плечи обвивают ледяные объятия, а в голове вновь раздался голос ее матери.

Он поможет тебе в нужный момент.

Он нужен не мне.

Я так тебя люблю.

- Почему же без помощи, - хмыкнула Юрена и быстрым движением откинула крышку ларца. И... Ее мать была права. Она сразу поняла, что не так с серпом, но сейчас и этого было достаточно. Время замедлилось, или все вокруг произошло слишком быстро. Юрена потянулась к серпу, но ее запястье тут же обвила тьма и раздалось чудовищное рычание. Нить, сковавшую ее, обрезал нож Беремира, Дастин тоже был рядом, но она уже не видела, как друзья охраняют ее от щупалец. Раздался резкий вскрик и Юрена коснулась рукояти серпа. Весь проход залил яркий белоснежный свет. Тело будто пронзила молния и оно онемело, у Юрены хрустнули зубы и подкосились ноги, но от падения ее уберегла Эли. В носу зажгло от резкого запаха мороза и хвои с можжевельником. Руки закололо, будто она окунула их в снег, покрытый ледяной коркой. Свет медленно померк и Юрена увидела что ее руки от ладоней и до локтей покрывают светящиеся узоры молний. Все завороженно застыли, но ведунья не осмеливалась медлить. Сердце, легкие, желудок — все внутренности разрывались от количества силы, что вливал в нее серп. Казалось еще один миг контакта и ее вывернет изнутри, разорвет и от нее останутся только ошметки.

Стоило только подумать и вся энергия серпа покинула ее тело, пронзая незнакомца. Все произошло в мгновение ока. Человек собирался исчезнуть, но магия достигла его раньше и он так и застыл повиснув частичками в воздухе, изображая ледяной туман. Все стены покрылись толстой коркой льда, с потолка свисали устрашающие сосульки, которые нехорошо трещали. Это все, что успела увидеть Юрена, прежде чем потеряла связь с сознанием.

Глава 24

- Юрена! - перепугано воскликнула Эли, когда у ведуньи подкосились ноги и она повалилась на девочку. Беремир быстро обернулся и подхватил Юрену, удерживая ее за локти. Она бессознательно повисла на его руках, пока Эли пыталась ее растормошить. Дастин настороженно оглянулся на проход, понимая что чувство опасности не ушло. Сосульки что висели у них над головами трескались и пара из них упала, вдребезги разбившись о землю. Но сильнее его взволновало, что ледяные частицы в которые превратился маг, начали таять и сливаться в черный туман, а в глубине прохода послышались крики стражников.

-Уходим. Быстрее! - крикнул Дастин и подхватил на руки Эли, у которой дрожали колени. Не теряя времени Беремир схватил Юрену. Толкнув люк, они вышли на пустую улицу, что была по-соседству с городской стеной. Беремир понесся в сторону ворот и Дастин было ринулся за ним, но Эли дернула его за рукав и указала в другую сторону.

-Нам туда. Юрена не просто так повела нас именно сюда. Я знаю куда идти, просто доверьтесь мне.

Беремир сомневался. Дастин этого не делал, он уверенно последовал в указанном направлении, пока Эли вглядывалась в каждый кирпичик. Он услышал как его друг больше обеспокоенно чем недовольно шипит за спиной, при этом идя следом. Эли резко оглянулась на Юрену. Дастин оглянулся на люк, что скрывался в земле среди груды мусора. Никаких звуков слышно не было, но чувство что время утекает как песок сквозь пальцы было ощутимым почти физически, а его сестра все так же продолжала молчать.

- Ты можешь громко свистнуть? - спросила она у Беремира, резко обернувшись. Он непонимающе скривился, явно собираясь возразить, но оглянулся на люк и выдохнул сквозь зубы. Перекинув Юрену на плечо их друг вложил в рот два пальца и воздух прорезал пронзительный свист. Беремир настороженно огляделся, проверяя не привлек ли лишнее внимание. Эли молча обернулась к стене.

- Нам нужно уходить, - нетерпеливо бросил Беремир и уже собрался развернуться, как из-за их спин послышался топот копыт и ржание. Дастин не успел обернуться, как рядом с ними появился Гром, нетерпеливая отбивая ногой землю. Эли что-то выдохнула и конь встряхнул головой. Он боднул носом щеку девочки и прошел прямо сквозь стену. Сестра Дастина поманив их рукой за конем ведуньи. Беремир с Дастином недоверчиво переглянулись, но быстро зашли в скрытый проход.

Земля на секунду ушла из под ног, а голова закружилась. Дастин почувствовал как желудок подскочил к горлу, а пальцы слегка закололо. Земля вернулась и снова появился свет. Ноги подкосились и не удержав равновесия Дастин повалился на желтую заледеневшую траву. Он пару раз моргнул и огляделся. На ногах остался только Гром, Беремир сидел на траве рядом и прижимал руку ко рту, пытаясь подавить тошноту. Юрена все еще лежала так же без сознания. Ведунья во сне хмурилась, ее пальцы, покрытые тонкими свежими шрамами подрагивали, дыхание стало хриплым и поверхностным, а потом Юрена вовсе перестала дышать.

- Эй! - громко крикнула Эли, напугав от неожиданности Дастина и Беремира. - Нам нужна помощь!

Эли поежилась и огляделась, но ничего вокруг не изменилось. Кажется она еще что-то говорила, но Дастин ее уже не слышал. Он перевернул Юрена на спину и приложил руку к груди, надеясь почувствовать сердцебиение, как в прошлый раз, но не вышло. Дастин нервно сглотнул, но внезапно пересохшее горло только неприятно оцарапало накатывающее волнение. Он прислонился ухом к груди ведуньи и облегченно вздохнул, когда услышал тихий стук сердца. Рядом присел Беремир и вопросительно оглядел Дастина, но ответа услышать не успел, как раздался резкий вскрик Эли.

Они резко вскочили с места. Прямо перед девочкой стояло непонятное существо. Тело полностью покрытое рыжей шерстью возвышалось над Эли, нос на лисьей морде подрагивал принюхиваясь, а когтистые лапы потянулись к волосам девочки. Дастин в два шага оказался рядом и поднял меч.

- Нет! - резко крикнула Эли и повисла на его руке. Она быстро, почти испуганно обернулась к существу и склонила голову. - Прости его пожалуйста. Юрена сказала, что ты можешь помочь нам. Мы пришли сюда за помощью, а не чтобы чинить бед.

Черные глаза блеснули, опасно прищуриваясь на Дастина. Эли еще раз дернула его руку и он опустил меч. Существо издало звук, похожий на фырканье и протянуло покрытые шерстью пальцы к девочке. Она поежилась и поджала губы.

- Сейчас мне нечего тебе предложить, - осторожно сказала Эли зорко следя, за изменениями в существе. - Если я пообещаю принести тебе что-нибудь позже?

Существо прищурилось и склонило голову на бок, будто раздумывая предложение, если вообще понимало слова. Потом резко обернулось и уставившись в пустоту зарычало. Эли отшатнулась, а шерсть на загривке существа встала дыбом. Гром испуганно заржал, как было в первую ночь их путешествия и забил копытами землю. Существо быстро посмотрела на Эли и не скрывая оскала схватила ее за запястье. Эли резко побелела и обернулась к Дастину.

- Бери Юрену и за ней, быстрее, - как-то задушено прошептала девочка и бегом умчалась с существом. Дастин не стал медлить. Он подхватил ведунью на руки, забросил на спину Грома и вскочил следом. Беремир недовольно застонав забрался ему за спину. Конь недовольно мотнул головой и быстро поскакал между деревьев.

Дастина снова затапливало волнение и чувство будто он загнанный в угол кролик. Юрена в его руках нахмурилась еще сильнее, будто тоже ощущала приближающуюся опасность и дергала головой. Впереди показалась полянка, посреди которой стоял старый колодец. Весь поросший мхом и с прогнившим срубом. На него опирался тот же человек, что напал на них в проходе.

Существо прятало себе за спину Эли и утробно рычало на незваного гостя. Он сидел на краю колодца и спокойно покачивал ногами, пока все настороженно его оглядывали. Человек спрыгнул с насиженного места и его взгляд метнулся к Юрене.

- Ну что за дура, - недовольно прошипел он и упер руку в бок, обращая взгляд на остальных. - У меня есть предложение, вы отдаете мне эту девчонку, а я оставляю вам ваши жалкие жизни.

- Жалкий тут только ты, - выплюнула Эли, чем заслужила взгляд от которого внутренности сковывает страхом и заставляет ежиться, но девочка упрямо расправила плечи и сделала шаг из-за спины мохнатого существа. Такая смелость кажется позабавила человека в балахоне и только поэтому он еще не убил нахальную девчонку.

- Мило, - бросил он. - Вы так рьяно заступаетесь за нее, а ведьмочка ведь даже не вспомнит вас когда проснется.

- Это еще почему? - прошипел Беремир, осторожно спрыгнув с Грома и приближаясь к Эли.

- Потому что она откажется от вас, чтобы быть с любимым папочкой, в фантазии, что я ей подарил? - Беремир нахмурился и бросил взгляд на царя.

- Зачем она тебе? - почти спокойно спросила Эли.

- Я не тот кто посвящает посторонних в свои планы, - сладко протянул он и сделал шаг в перед. Существо рядом с Эли оскалилось и зарычало громче, но напасть не решилось. Все здесь понимали, что человек перед ними слишком силен, чтобы бездумно бросаться в бой. Кажется это сильно льстило ему, потому что Дастин почти физически ощущал его самодовольство, на которое Гром недовольно фырчал.

- Тогда я не боюсь тебя огорчить, сказав что Юрену ты не получишь, - прошипела Эли и бросилась прямо на человека. Он насмешливо хмыкнул и растворился в воздухе, чтобы девочка не смогла его достать, но это кажется и не было ее целью. Эли промчалась сквозь туман и скинула ларец с серпом прямо в колодец. Она сама успела только перекинуть ногу, как человек схватил ее сзади за воротник и откинул назад. Эли вскрикнула и проехала по земле, упершись в ноги Беремира, что сразу закрыл ее за собой. Человек на них не обращал внимания, он вглядывался в глубину колодца. Его пальцы резко сжались на срубе и дерево разлетелось в щепки. Тяжелое, удушающие чувство страха нахлынуло так внезапно, что дыхание сбилось. Сознание и тело в один голос кричали о том что нужно срочно бежать. От страха крутило живот и накатывала тошнота. Это ощущение было намного сильнее чем несколько минут назад, будто резко прорвало платину, а Дастин мог только наблюдать, как на него мчатся тонны воды, сметающие все на своем пути. Человек в балахоне даже ничего не сделал, но теперь каждый понимал насколько на самом деле велика разница между их силами. Даже странное лесное существо перестало рычать, а испуганно припало к земле на четвереньки, готовое умчаться в гущу леса. Напряжение было таким ощутимым, что его можно было протыкать иголками, в надежде что оно лопнет. Человек чересчур медленно оборачивается к Эли. Беремир под его взглядом заметно вздрагивает, но крепче сжимает нож, прикрывая девочку. А Эли внезапно смеется.

- Неприятно, когда портят твои планы, да? - отсмеявшись бросает она, с вызовом гладя прямо в глаза человека. - Возможно я открою тебе секрет, но Юрена слишком упрямая, чтобы следовать правилам твоей игры. Она та девушка, что не побоялась назвать Чернобога ничтожеством, бегающим за человеческими девушками, потому что ее мать отвергла его, - Эли снова рассмеялась, будто ее вообще не волновала сложившаяся ситуация. Она прямо села на земле скрестив ноги и прикрыв рот ладонью изобразила удивление сквозь которое просачивалась явная издевка. В этот момент Эли стала точной копией Юрены, когда та подшучивала над Дастином, вот только человек, которого она злила действительно мог ее убить. - Ох, а представь что она скажет, когда узнает насколько жалкий человек пытался ее убить.

Похоже это стало последней каплей. Человек резко взмахнул рукой и Эли отбросило к краю поляны, она сильно ударилась о дерево и повалилась на землю. Человек в то же мгновение оказался прямо перед ней и поднял схватив за горло. Дастин не думая спрыгнул с Грома и бросился к ним. Он не мог еще раз потерять сестру, но не успел сделать и двух шагов, как его откинуло невидимой волной обратно. Ноги не удержали и его с силой прокатывает по земле. Дастин явно ощутил резкий удар по голове и едва не вскрикнул. Он поднял голову, которая сразу же закружилась, и успел увидеть как Эли пинает человека в живот. Он на это никак не реагирует, а лицо девочки краснеет. Из горла вырываются задушенные хрипы, а по щекам стекают одинокие слезы, которые кажется приносят человеку удовольствие.

- Глупая девочка, а я ведь собирался вас отпустить, - он недовольно цыкает, но этот звук прерывается, когда нож Беремира вонзается ему под ребра. Человек морщится и шипит, будто это доставляет ему только дискомфорт. Он вскидывает свободную руку и острый осколок тьмы срывается с пальцев. Беремир едва успевает отклониться, так что тьма пронзает не его сердце, а врывается в плоть выше. Он с непонятным звуком вскрикивает от резкой боли, а человек недовольно морщится. Дастин пользуется этим моментом, чтобы подобраться поближе, но его вновь отбрасывает. Затылок больно ударяется о дерево и он чувствует, как прикушенный язык покрывается металлическим вкусом. Сознание мутнеет, а перед глазами все на секунду расплывается. Дастин встряхивает головой и морщится от боли, сконцентрироваться не выходит. Он хватается рукой за голову и чувствует под пальцами что-то влажное, а перед глазами все окрашивается в красный. Но не смотря на затуманенное сознание Дастин пугающе четко слышит задушенный вскрик и отвратительный хруст костей.

Глава 25

Маленькая Мор удивленно оглянулась не понимая где оказалась. Раньше она никогда не была в этом месте. Поле вокруг покрывала высокие ростки пшеницы, которые почти доставали ей до плеч. Они блестели золотым покрывалом всюду, куда бы не посмотрела девочка. То тут, то там раздавалось копошение птиц, трели которых переплетались в замысловатую мелодию. Теплый воздух приятно обдумал лицо, взлохмачивая волосы, и пах спелой пшеницей вперемешку с цветами, что скрывались где-то вдалеке. Это было... прекрасно. Настолько, что у девочки перехватывало дух. Пронзительно голубое небо словно окутывало ее своей безмятежностью и спокойствием. Мор шла вперед, раздвигая колосья перед собой, и даже не задумывалась о том куда и как попала. Она просто отдалась окружающему спокойствию, которое казалось ничто не может нарушить.

Мор не заметила, как заросли пшеницы резко остановились, а перед ней будто из ниоткуда выросла старенькая избушка, крышу которой укрывали ветви огромного золотого дуба. Несмотря на то, что вокруг было лето, края его листьев были ярко-желтыми, а прожилки оставались зелеными. Дерево было просто невероятных размеров, даже задрав голову к небу, Мор не смогла разглядеть его верхушки. Казалось дуб тянулся высоко-высоко, чтобы где-то там наверху вылавливать облака. Наверное он ему было грустно, ведь небо было чистым как хрусталь. Мор было бы печально на его месте. Дуб наверное так долго рос, чтобы достать до облаков, но их не было.

Кто-то рядом мягко рассмеялся. Мор резко опустила голову и встретилась глазами с высоким старичком. Он опирался на длинную палку, а его взгляд был таким же теплым как летнее солнце. Девочка даже не услышала как открылась дверь избушки и из нее кто-то вышел. Она просто смотрела на старичка, не зная что сказать, и стоит ли вообще что-то говорить.

- А мы тебя уже заждались внученька, - так светло улыбнулся старичок, что Мор не смогла не улыбнуться в ответ. Она впервые видела этого человека, но почему-то на душе стало так светло, когда они встретились. Он еще раз улыбнулся и кивнув в знак приглашения, прошел в дом. Девочка вошла следом и резко застыла на месте.

Всю маленькую избушку сотрясали крики, которые так не подходили спокойствию, что царило снаружи. За столом сидели две красивые девушки, что лицом походили друг на друга как две капли воды, но отличались цветом глаз и волос. Брюнетка с золотыми глазами угрожающе рычала, точно зверь лесной, а русая, с небом, которое девочка только что видела, вместо глаз, шипела как кошка. На старичка и Мор они не обратили внимания, так и продолжая о чем-то спорить. В основном они только перекидывались оскорблениями.

- Ты трусиха, только и умеешь, что убегать, - фраза брошенная голубоглазой стала последней каплей. Брюнетка не встала, но вскинула руку полную огня. Другая девушка в ответ потянулась к ее горлу. Мор только и успела, что испугаться, но ничего страшного не произошло. Старичок стукнул своей палкой по полу и девушки тут же отстранились друг от друга, наконец-то обращая на них внимание. С особым удивлением они почему-то уставились именно на Мор, и почти поморщились, тут же отворачиваясь.

- Не пристало тебе с собой же ссориться, - сказал старик и устало покачал головой.

- Мы не один человек, - в один голос воскликнули девушки, подрываясь с места. Они посмотрели друг на друга и злобно скривились, усаживаясь обратно на свои лавки. Старичок ничего не ответил, но Мор разглядела под его бородой намек на улыбку. Он легонько подтолкнул ее к столу и девушки выжидающе, будто хищники стали следить за ней. Почему-то девочке показалось, что каждая из девушек, хотела бы сидеть вместе с ней, но при этом и была против. Мор не решилась сделать выбор и притянув табурет села во главе стола. Голубоглазая фыркнула почти весело, брюнетка просто громко вздохнула. Старичок щелкнул пальцами и на столе появилось три чаши, с разными напитками. Мор с наслаждением пригубила узвар, в котором плавала мелкая земляника. Брюнетка оттолкнула молоко, а голубоглазая залпом выпила мёду, даже не поморщившись. Это всех будто бы немного успокоило.

- Продолжишь так себя вести, не много времени пройдет, как с ума сойдешь, - тяжело выдохнул старичок, присаживаясь напротив Мор. Девочка оглянулась, не понимая к кому именно он обращался. Девушки понимали, что ко всем и им это явно не нравилось.

- Не нужна мне эта лживая... - снова в один голос начали девушки, но замолкли и досадливо поморщились. Мор с интересом оглядела их. Наверное этот разговор шел уже какое-то время, поэтому девочка ничего не понимала.

- Ты одно целое. Попробуешь отринуть часть себя и в самом деле разобьешься, - чаши снова наполнились напитками. Старичок все также добродушно улыбался, но перебить себя не позволил. - Ты ведь уже приняла маленькую себя.

Он повернулся к Мор, а та так и застыла с чашей у губ, ловя взгляды девушек, которые почему-то выглядели печально. Нет. Так выглядела только брюнетка, а голубоглазая наоборот будто бы была чем-то недовольна.

- Будто у меня был выбор, - буркнула она под хмурый взгляд брюнетки.

- Сейчас у тебя его тоже нет, - просто сказал старичок.

- Я не собираюсь признавать, что все пережитое мной это просто чья-то ложь, - спокойно сказала черноволосая, явно уставшая от этого разговора.

- Это никогда и не было ложью. Ты правда пережила все те избиения, прочувствовала на себе чужой гнев и свою собственную боль, но других это не касается. Тебя заставили пережить все это в одиночку, - сморщенная ладонь старика легла на руку брюнетки. Было видно, что девушка борется с собой, чтобы не отдернуть руки.

- Это все равно ложь, - ядовито фыркнула голубоглазая. - Мой отец никогда не бил меня и уж тем более не ненавидел.

- Да. Только оказалось, что у меня вовсе не было отца, - оскалилась девушка и из глубины ее груди раздалось точно волчье рычание. Человек никак не мог издавать таких звуков. Мор поежилась от этого звука, но что-то внутри завороженно застыло, не позволяя оторвать взгляд. Между девушками с новой силой разгоралась прежняя злость и они снова были готовы вот-вот перегрызть друг другу глотки. Почему-то Мор казалось, что это должно разозлить старичка, но он продолжал улыбаться. Правда глаза его недобро блеснули прежде чем он заговорил.

- Раз уж ты не хочешь принимать себя так, придется сделать так чтобы ты захотела это сделать.

Раздался хлопок и девушки исчезли.

Юрена уже набрала в грудь воздух, чтобы возразить, но слова так и не сорвались с губ. Тело резко обдало волной боли, будто ее плашмя бросили в воду. Она не могла дышать. Сердце быстро сбилось с ритма, сильно обгоняя его. Ее окружала ледяная вода и темнота. Невольно перед глазами всплыла картина, как ее на дно утаскивали водяницы. Юрена стиснула зубы и быстро задвигалась, пытаясь всплыть как можно скорее. Справа от нее мелькнула тень, но ведунья не позволила себе замедлиться. Воздух быстро заканчивался, а ледяная вода делала движения все медленнее и медленнее. Руки и ноги отказывались слушаться. Вода становилась все светлее. Юрена уже видела поверхность. Грудь жгло. Воздуха не осталось. Тело требовало сделать новый вздох. Последний рывок. Изо рта пузырями вырывается непроизвольный выдох. Они быстро поднимаются и растягиваются под толщей льда. Юрена рукой коснулась замерзшей поверхности и ее оглушительной волной накрыла паника. Сердце в ушах забилось еще быстрее и еще громче. Ведунья ударила рукой по льду, пытаясь разжечь пламя, но магия не отозвалась. Воздуха не осталось. Грудь сдавливали спазмы. Резкий вскрик и легкие заполнила холодная вода. Легкие разрывалась от сдерживаемого кашля. Юрена опустила голову. Из тьмы глубины ее схватило огромное щупальце, которое почти до хруста сжалось на ее ноге.

Главное не поддаваться панике — убеждала себя Юрена, но сознание усердно сосредотачивалось только на чудовище, что тащило ее вниз. Она видела только огромные кровавые глаза и полную зубов пасть, что с каждым мигом становилась все ближе. Тварь расплывалась перед глазами, сознание ускользало все дальше, но кровь от страха кипела и не давала провалиться в небытие. Легкие горели от попавшей в них воды, будто собирались полностью наполниться ею. Магия не отзывалась. Юрена ничего не могла сделать, а пасть становилась все ближе. Серая чешуйчатая морда резко приблизилась и зубы клацнули у самой лодыжки Юрены.

Другая Мор уже набрала в грудь воздух, чтобы возразить, но слова так и не сорвались с губ. Тело резко прошибло болью, словно ее швырнули об землю. Мор приподнялась на локтях и попыталась сплюнуть, но во рту было сухо. И был песок. Она нахмурилась и огляделась. Вокруг был только песок. Жгучим покрывалом он укрывал землю и слепил глаза. Со спины обжигало солнце. Мор попыталась сглотнуть, но горло сухо царапнуло. Дышать было невозможно. Воздух был слишком сухой, каждый вдох будто изнутри выжигал легкие. Попытка подняться ничего не дала. Тело было слишком слабым и не могло двигаться, а от жары вовсе кружилась голова. Раздалось шуршание песка и странное громкое шипение прямо над головой Мор. Думать она не собиралась. Девушка перекатилась, так быстро как только возможно, и в тот же момент в песок рядом с ней впились клыки гигантской змеи. Красные глаза блеснули и змея приготовилась для новой атаки. Мор оскалилась и попыталась подняться, но вновь повалилась на разгоряченный песок. Серое чешуйчатое тело извернулось и Мор чудом не попала под удар хвоста. Чудовище зашипело и показался черный гладкий язык, что почти лизнул ноги девушки. Это было опасно. Сознание кричало о том, что нужно подняться и сражаться, но сил не было даже на то чтобы глубоко дышать. Удивлению места не было, Мор пыталась цепляться за гнев, на глупого старика, который ее сюда отправил. Хотя бы для того, чтобы скрыть под ним ужас расцветший при виде этой гадины. Двигаться она не могла, тело не слушалось, но ведь она могла колдовать. Мор ошиблась. Как бы сильно в венах не кипела магия, слушаться она не собиралась. Она наоборот будто прожигала тело изнутри и отказывалась помогать.

Змея повела головой и в следующий сиг ее пасть сомкнулась поперек Мор. Огромные клыка вспороли песок и соединились под спиной девушки. Еще немного усилий и чудовище перекусило бы ее пополам. Она должна была бороться, должна... Здесь и сейчас не место страху, но под рукой не было меча, а конечности отказывались слушаться. Мор впервые в жизни почувствовала себя слабой.

Если бы на месте Юрены оказалась Мор, она бы с легкостью вырвалась из этих щупалец и разбила лед. Ведунья никогда не была сильной физически. Без магии она была беспомощной. Вот-вот чудовище из глубины щелкнет пастью еще раз и от Юрены не останется даже костей. Эти бесчисленные ряды огромных зубов разорвут ее в клочья. Она ничего не могла сделать, кроме как сгинуть в глотке чудовища, надеясь что это будет не слишком больно. Другая Мор ни за что не сдалась бы так просто. Она бы билась до последнего вздоха, до последнего стука сердца. Юрена поморщилась. Мор не попала бы в такую ситуацию. Она бы сразу пробила лед, не стала бы даже оглядываться на чудовище, а просто сделала то, что считала необходимым.

Если бы на месте Мор оказалась Юрена, она бы знала как поступить с той магией, что бушует под кожей. Мор не умела, не знала, не владела магией так же как ведунья. Ее никто не обучал. Она могла только бесполезно колотить по огромным серым чешуйкам ослабевшими руками, в надежде дотянуться до глаз и ошарашить чудище. Мор чувствовала как утекала энергия, как магия выжигает все ее силы, и могла только сдаться. Мор усмехнулась. Юрена никогда бы не оказалась на ее месте. Ведунья слишком умная и слишком недоверчивая к окружению, чтобы подпустить к себе такое чудовище.

- Будь она на моем месте... - одновременно подумали они и обе услышали чужие мысли, просто потому что старик был прав. Два разных варианта судьбы, но тем не менее один человек. Юрена позабывшая свое прошлое. Мор никогда не знавшая жизни вне дворца.

Юрена скрипнула зубами и оскалилась. Она согнулась и ногтями вцепилась в щупальце. Чудовище совсем никак не отреагировало, но ногу сжало сильнее и Юрена услышала давно знакомый хруст. Раздаться крику боли не позволила вода, тут же поглотив звук. Белые вспышки заплясали в глазах, но резкая боль будто заставила проснуться ото сна.

Да чтобы Юрена просто так умерла? Этот старик сильно ошибается если думает, что такие фокусы заставят ее принять фальшивую Мор. Ошибается если думает, что она будет следовать правилам его игры. Юрена не следовала правилам Чернобога, так почему что-то должно поменяться сейчас? Она столько лет прожила с Ягиней, самой упрямой среди всех ведьм, и он думает, что сможет переиграть ее? Лишил ее магии и решил, что она сдастся? Да черта с два.

Юрена подтянулась руками и вцепилась зубами в мякоть щупальца. Чудовище пронзительно взвизгнуло, сотрясая воду, и отпустило ногу ведуньи. Покрепче сжав зубы, терпя боль, девушка ринулась к поверхности. Плевать она хотела на воздух. Мертвым он не нужен. Юрена сбежала от зверств отца и замерзла на смерть, ее спасла мать и даровала второй шанс. Это была правда ее жизни и плевать, что говорят другие. Она лучше знает, что пережила и доказательства ее жизни есть.

Мор никогда не знала Беремира. Юрена с ним знакома — это правда. Мор не училась магии — Юрена сильнейшая чародейка своего поколения. Мор не сбегала из дома — Юрена начала новую жизнь. Мор изучала политику — Юрена ничего о ней не знает. Мор любил отец — Юрену он избивал и собирался убить ее друзей. Мор убил маг — Юрену убил мороз.

Ей плевать кто такая другая Мор на самом деле, ведь Юрена знает что это она настоящая. Ее жизнь настоящая. Смерть настоящая. Ее друзья, Ягиня, любовь настоящие. В своей правде только Юрена определяет границы своих сил. Только она может владеть своей магией. Никто не может ее отнять.

Юрена уперлась обеими руками в лед. Это была ее стихия, которую она получила от матери. Зима, лед, смерть. Все в ее власти. Это ее части, а не какая-то внезапно появившаяся девчонка. Юрена едина с магией, а не фальшивой версией себя. Ведунья вдохнула, до краев наполняя легкие водой, полностью сливаясь с окружающей стихией. Чудовище злобно взревело где-то совсем близко, и Юрена почувствовала как ее сломанной лодыжки коснулось скользкое щупальце. Ведунья ударила по нему здоровой ногой, позволяя холоду льда с поверхности протекать через ее тело. Юрена посмотрела вниз, наблюдая как под злобный визг чудовище покрывается пластами льда и взрывается миллионом ледяных осколков.

Лед под ее руками треснул. Юрена толкнула пластины и провалилась вместе с толщей воды на землю.

Действительно. Мор с отвращением скривилась. С каких это пор она сдается? Она не сделала этого ни когда бояре на совете объявили ее непригодным наследником, ни когда мальчишки ставили себя выше нее, ни когда ей бросали вызовы на дуэли. Мор не сдавалась. Она боролась, вгрызалась в победу зубами, а если и проигрывала, то пробовала снова и снова, пока не выигрывала. Уступить какому-то тупому чудовищу, у которого и мозгов наверное нет? Ну уж нет.

Раз уж в ней кипит столько магии, то почему не дать ей волю? Контролировать свои силы она никогда не могла, и часто ранила сама себя, но какая разница? Она скорее сдохнет сама, чем отдаст победу и признает свою слабость. Мор ни когда не была слабой.

Она глубоко вздохнула и горячий воздух в миг раздул пламя, что до этого бушевало под кожей. Это было больно, но Мор даже не поморщилась. Казалось ее тело шипит и плавиться от собственного огня, но змею явно было больнее. Она тут же разомкнула пасть и зашипела, извиваясь как уж на сковородке. Мор лежала в песке и злобно ухмылялась, наблюдая как мучается чудовище, только вот это длилось недолго. Огонь не зацепился за змею. Чудовище оказалось умнее чем изначально подумала девушка. Ее больше не пытались сожрать, но змея кажется собиралась раздавить ее своим хвостом. Чешуя никак не реагировала на огонь, это могло стать тем, что убьет Мор.

- Черт бы тебя подрал! - выкрикнула девушка, надеясь, что старик услышит ее проклятье. Тело не слушалось, вокруг не было ничего что можно было бы использовать, солнце пекло, свет слепил, огонь плавил кости. Все складывалось против нее.

Мор перекатилась, рядом с ней снова ударил хвост, раскидывая песок в стороны. Он волной накрыл ее с головой, почти полностью скрывая от красных глаз. Мор приподнялась на локтях, чувствуя как по спине стекает пот, а поднятая пыль еще сильнее царапает горло. Руки болели, точно она несколько часов не выпускала из них меч. Каждая мышца ныла и требовала отдыха, чтобы девушка просто легла и не двигалась. Даже пальцы сгибались с трудом. Мор открыла глаза и гневно запричитала, огонь перестал покрывать ее тело и она услышала как над головой раздалось шипение. Девушка не успела обернуться. Свет резко исчез и Мор услышала гнилостное зловоние, прежде чем почувствовать как скатывается по пищеводу змеи. Воздуха не было, была только густая слизь, что быстро впитывалась в одежду и щипала кожу. Сердце перепуганной пташкой забилось в груди, намереваясь проломить ребра. Сознание застилала паника, от осознания, что Мор ничего не может сделать. Был бы у нее хотя бы нож, она бы вспорола брюхо этой гадины изнутри и выбралась, но ничего у нее не было. Даже магия иссякла и Мор не знала, что могла бы сделать в такой ситуации. Она не могла вдохнуть, боясь впустить в легкие едкую слизь. Сознание концентрировалось исключительно на страхе, который сковывал тело не хуже нахлынувшего бессилия. В глубине Мор очень боялась умереть, но и проигрывать Юрене она не хотела. Прознать что ее жизнь сплошная ложь или с гордостью раствориться в желудке огромной твари? Ответ был до отвратительного прост.

Тьма развеялась так же резко как сомкнулась вокруг Мор, и она почувствовала что снова может дышать. Долгожданный вдох надорвался и Мор закашлялась. Тело все еще покрывала зловонная смесь и миллионами мелких иголок впивалась в кожу. Лицо горело от этой слизи и Мор не решалась открыть глаза, как на нее обрушился поток воды. Боль от ожогов и жидкости из змеи словно испарились и Мор все еще щурясь посмотрела на человека, что рядом задыхался точно так же как она. Юрена вся бледная, мокрая и трясущаяся лежала на траве и пыталась отдышаться. С носа и рта текло, а когда она кашляла вода брызгами разлеталась в стороны. Правую ногу от лодыжки до колена покрывали кровоподтеки и она неестественно сгибалась прямо по середине. Ведунья лишь слегка сдвинулась и Мор услышала приглушенный болезненный стон, который тут же прервал надрывной кашель. Казалось еще мгновение и легкие Юрены покинут ее тело и окажутся перед ней на траве. Это было довольное жалкое зрелище. Мор не знала, что старик заставил ее пережить, но было очевидно, что ведунья тоже не справилась и теперь они вынуждены смириться с правдой.

Но Юрена кажется была другого мнения. Когда Мор протянула к ней руку ведунья оскалилась так, словно была готова откусить ей пальцы и быстро отползла к ближайшему дереву, стараясь не тревожить сломанную ногу.

- Не смей ко мне прикасаться, - прошипела она, бегло осматривая землю в поисках чего-то. Мор на это только закатила глаза.

- Я понимаю что ты упрямая, но раз уж не справилась... - Мор резко захлопнула рот, когда в нее прилетел мелкий камушек. Она удивленно взглянула на Юрену, но та не обратила внимая и потянулась к более менее прямой ветке, что валялась рядом. Мор почему-то это безразличие разозлило.

- Ты... - она не успела договорить, как Юрена не глядя бросила в нее щепку от коры и попала прямо в лоб. Мор как ужаленная подскочила с места. Может она и признала что нуждается в ведунье, но это не значит, что Юрена имеет право так себя вести. Она уже собиралась сказать об этом, но замерла, когда ведунья с хрустом выпрямила свою ногу едва поморщившись, хотя дыхание ее точно на миг сбилось. Юрена приложила к ней найденную палку и провела рукой над землей, будто вытягивала из нее что-то и в след за ее пальцами потянулся тонкий росток. Она ловко оборвала его у корня и крепко примотала им ветку к ноге.

- Что ты делаешь? - голос Мор внезапно сел и она смогла только шептать, наконец-то зарабатывая невпечатленный взгляд от ведуньи.

- Фиксирую ногу. Ведьмы не могут лечить сами себя, так что либо так, либо останусь без ноги, - слишком спокойно для такой ситуации проговорила Юрена и поднялась, опираясь на дерево. Она придирчиво оглядывала лес, в котором они оказались, будто вовсе не придавала значения что ее нога синеет и явно сильно болит, а Мор не могла об этом не думать. Это казалось ей неправильным, сама она никогда ничего не ломала, но понимала, что человек не может просто так игнорировать свою боль.

Вопреки всему Юрена это делала. Она оттолкнулась от дерева и попрыгала куда-то. Мор тут же подобралась и подбежала к ней, преграждая путь.

- Куда это ты собралась? Разве мы не должны работать вместе если хотим, чтобы нас выпустил этот старик?

- Я справлюсь и без тебя, - фыркнула Юрена, скрещивая руки на груди. - Повторяю в последний раз, мне не нужна лживая версия моей жизни.

- А я повторяю, что моя жизнь это правда, а тебе заморочили голову, - воскликнула Мор, чувствуя как теряет терпение. На Юрену это не произвело никакого впечатления, она просто склонила голову на бок и приподняла одну бровь. Почему-то сейчас она была намного спокойнее чем в избушке и это напрягало. Юрена устало вздохнула и помотала головой.

- Знаешь, что самое печальное в этой ситуации? То что я действительно хочу принять тебя, но не могу, потому что знаю что это все лож. Мой «отец» избивал меня, я дружила с Беремиром. Я умерла в лесу от холода. Меня вернула к жизни Морена и отправила к своей подруге. Воспитала и обучила меня Ягиня. Дастина я впервые встретила несколько месяцев назад. Это правда. А ты моя фантазия о идеальной жизни, которая могла бы быть, если бы моего отца не подменили, - не давая вставить слово проговорила Юрена. Она оглядела Мор с долей тоски и отвращения к своей собственной слабости. Ей правда в какой-то мере хотелось бы, чтобы другая Мор оказалась правдой, но в тоже время она корила себя за такую фантазию. Юрена действительно дорожила всеми моментами своей жизни, полными боли, слез или радостных улыбок. Она была благодарна «отцу», за то что он стал причиной ее побега, за то что выковал ее характер в острый несгибаемый меч. Была благодарна, что имеет свою свободу, потому что во дворце она бы точно задохнулась. В здравом уме она бы ни за что не променяла бы свою боль, свои эмоции, свою скорбь, свою любовь и силы на счастливую жизнь с отцом. Ей до глубины души не нравилась Мор, которую она видела перед собой. Да она была счастлива, ее любил отец, она упертая, верная себе, гордая, но все же она не была Юреной. Мор напоминала ведунье Сирин. Могущественная, красивая птица, но все в той же золотой клетке, следующая чьей-то указке. Юрена пускай и была простым воробьем, но она была свободной и по своему счастливой. У нее была семья, которая ради нее готова на все, у нее был Дастин. Спутник ее жизни. И у нее была мать, которая шла вопреки запретам других богов, лишь бы оберегать ее. Юрена любила настоящую себя, поэтому Мор виделась ей оскорблением.

- У меня есть редкие воспоминания, которые я разделила со своим настоящим отцом, и кто-то намеренно пытается использовать их и свести меня с ума, только поэтому ты появилась, - продолжила Юрена, не обращая внимания на замешательство Мор. - Но дело в том, что ты мне не нужна. Я уже приняла себя как Мор, которой была в детстве, а ты просто помеха, посланная чтобы я усомнилась в выбранном мной пути. Боюсь тебя огорчить, - приторно улыбнулась Юрена и в следующий сиг ее руки сжались на горле Мор. - Ведьмы не сомневаются в себе, этому тоже меня научила Яга.

Пальцы сжались крепче и Юрена почувствовала как плоть фальшивки просачивается сквозь них как густая каша, а из горла вырываются задушенные хрипы. Мор цеплялась в ее руки, Юрена вспомнила такие же тщетные попытки спастись Ырки, она даже пнула ее по больной ноге. Ведунья зашипела от боли, но не отпустила. Наоборот сжала сильнее, но другая Мор была сильнее и ей удалось оттолкнуть Юрену. Не удержавшись на сломанной ноге она повалилась на землю, но успела перекатиться, прежде чем ее фальшивая копия пронзила ее, появившимся из черного дыма, мечом. Мор скалилась на нее острыми клыками, с обугленной шеей, с которой стекала оплавившаяся кожа. Юрена вскинула руку и корень ближайшего дерева вырвался из земли, но копия ведуньи быстро его обрубила. Она двигалась слишком быстро, и Юрена не успевала колдовать, чтобы хоть как-то ее задеть. Меч разрезал лозы, пока ведунья пыталась отползти подальше. Ногу пронзало острой болью, стоило ее потревожить хоть немного и это мешало концентрироваться на магии, пока Мор менялась. Глаза утратили небесный блеск и обожженная плоть густым медом стекала к земле, пока тело все сильнее теряло свою форму, полностью превращаясь в сгусток слизи. Мор кричала точно от боли, все сильнее растекаясь по яркой траве в лужу, но продолжала махать мечом наперевес. Юрена выставила руки вперед, но лед испарялся раньше, чем успевал достигнуть жижи, корни деревьев сгорали, а огонь тух как об воду. В мгновение ведунья увидела, как лезвие блеснуло на солнце, а в следующий сиг полоснуло ее по рукам. Мор издала какой-то булькающий звук и меч упал, а фальшивка растеклась лужей сладко воняющую гнилью. Смердящую черной магией.

- Ты справилась быстрее, чем я думал, - раздался скрипучий голос старика. Юрена оглянулась и оказалась в ветхой избушке. Маленькая Мор все так же сидела за столом, дергая под ним ногами и сюрпая своим ягодным напитком. Старик сидел рядом, с неприятной улыбкой оглядывая Юрену. Она тяжело сглотнула и не постеснялась потратить время, на то чтобы выравнять дыхание. В носу все еще стоял сладковатый запах, вызывающий тошноту, а перед глазами не исчезал вид ее собственного умирающего лица.

- Неужели нельзя было просто объяснить мне, что не так с той Мор? Обязательно было пытаться меня убить? - сквозь зубы прошипела она. Не от злости, просто она была не уверена, что желудок собирается остаться на положенном ему месте. Юрене даже не нужен был ответ, просто старалась как-то отвлечься.

- Убить? - старик невинно улыбнулся, но кажется ей серьезно не понравился ее вопрос, словно он надеялся на другой исход. В этот раз ведунья собиралась высказаться, но бросила взгляд на свою правую ногу и поняла, что говорить не о чем. Руки тоже были целы. Она была в порядке, словно Юрена вообще не покидала избу. - Тебе стоит поторопиться внученька, если хочешь успеть спасти своих друзей.

- Что это значит? - резко вскинула голову ведунья. Старик молчал. Сиг. Второй. Юрена резко встала, едва не опрокинув лавку и быстро подхватила маленькую Мор на руку, вылетая из избы. Ощущение, что происходит что-то очень-очень плохое резко осело камнем на дне желудка, разъедая внутренности. Она мчалась сквозь колосья пшеницы, чувствуя как магия Прави расступается перед ней, а сознание мутнеет перед переходом.

- Дедушка сказал помнить, о том кто я есть, - прошептала ей на ухо Мор и они вместе провалились в разрыв между мирами.

Глава 26

Эли последний раз дернулась и ее руки безвольно повисли вдоль тела. Глаза остекленели, с уголка губ стекла слюна, а на лицо человека прорезала отвратительная ухмылка, от вида которой подташнивало и трясло. Он не выпустил тела Эли, наоборот притянул ближе и с ядовитым наслаждением облизнул собственные губы, высматривая, как в глазах девочки блекнут отражения облаков. Он выглядел как ребенок, заполучивший долгожданную игрушку, до отвратительного довольный, но радость испарилась, когда по лицу девочки растеклась зеркальная ухмылка и ее тело рассыпалось в ничто. Человек в недоумении нахмурился, явно недовольный нарушением планов и пошатнулся, когда в его спину ударил сильный поток ветра. Он резко обернулся и столкнулся оскалом с ведуньей. Рядом с девушкой стояло подобие Эли, с тем же лицом, но телом состоящим из черной жижи, которое помахало расплывающейся ладонью и обворожительно улыбнулось.

- Дастин, - позвала ведунья и будто вывела юношу из ступора. Бледное лицо тут же исказила гримаса ярости, пальцы с хрустом сжались вокруг рукояти меча и он на непослушных ногах, не понимая, что делает, рванул к магу. Юрена не успела его остановить, даже сдвинуться не смогла, тело охватило резкой усталостью и пробило дрожью.

- Кривда! - крикнула ведунья, надеясь, что Дастин не успеет пострадать еще сильнее. Существо с лицом девочки бросилось в сторону мага. Кривда оплела его подобием рук и ног, полностью лишая возможности двигаться. Всего одно мгновение и Дастин бы обезглавил его, но маг исчез. Растворился в воздухе вместе с Кривдой, так нигде и не появившись.

- Дастин, - снова позвала Юрена, пока юноша озирался по сторонам, вот-вот готовый сорваться. Ведунья впервые видела его в таком состоянии. Он не отвечал и дышал слишком часто, чтобы воздух успевал напитать легкие. Дастин не выглядел таким напуганным, даже когда их пытался разодрать леший.

Юрена пару раз хлопнула Грома по боку и опираясь на него приблизилась к спутнику. Юноша вовсе не обратил на нее внимания, он продолжал озираться до побеления костяшек сжимая меч. Ведунья больше не пыталась его позвать, она схватила его за челюсть и заставила посмотреть на себя, давая время, чтобы взгляд Дастина остановился на ней. Зеленые глаза все еще подрагивали, желая оглянуться, но Юрена не позволяла дернуться.

- Ты меня слышишь? - ровным тоном спросила ведунья. Юноша рвано, но глубоко вдохнул, прежде чем кивнуть. - С Эли все в порядке. Я обещала, что она не пострадает, значит так и будет. Та кого ты видел - не Эли.

Внятно ответить Дастин не смог, его словно настигло новой волной паники, в которой он отчаянно пытался не утонуть. Юрена не знала, что с этим делать. Она не разбиралась в чувствах людей и уж тем более не умела их успокаивать, но и времени она дать не могла. Не известно насколько Кривда сможет задержать этого мага.

- Идем, - как можно мягче произнесла ведунья и потянула Дастина к колодцу, всем своим существом надеясь, что в таком состоянии юноша не вспомнит о Беремире. Судьба очевидно не была к ней благосклонна, потому что в следующий же миг Дастин со всхлипом втянул воздух и его затрясло. Юрена потянула его за руку, он не поддался, но из хватки не вырывался. Ведунья не могла найти в себе силы и не хотела терять время, но взгляд все равно метнулся в сторону и застыл на красной луже под Беремиром. Осколок тьмы рассеялся и он теперь лежал лицом на земле. С губ с кашлем разлетались капли крови, по подбородку текли ее ручейки, а грудь почти не двигалась в дыхании.

Дастин не смог ничего вымолвить, как и Юрена, но она видела как юноша ломался. Он и сам почти не дышал, когда с едкой надеждой обернулся на нее, но ведунья лишь покачала головой. Она не могла вылечить их друга, не в том состоянии, в котором была.

- Уходите... - прохрипел Беремир и его настиг новый кашель. Это больнее любой плети ударило по внутренностям и Юрена поджала губы, не в силах сдвинуться с места. Глупая, глупая ведьма. Она должна увести Дастина, спасти хотя бы его, но вопреки верещанию голоса разума, подошла к Беремиру. Юрена перевернула его на спину, вырвав хриплый болезненный стон. Рубаха на груди полностью пропиталась кровью, а лицо стало белое как затянутое облаками небо. Затуманенными глазами Беремир следил за подругой, почти не разбирая происходящее вокруг, но резкая боль в груди, словно в свежую рану залезли разгоряченной кочергой, быстро и четко просочилось сквозь туман сознания. Перед глазами залетали белые мушки, точно снег замельтешил, а потом растаял во тьме.

- Дастин помоги, - так громко как смогла, прохрипела Юрена, глядя на окровавленные руки, что било крупной дрожью. Тело не слушалось и сил оставаться в сознание едва ли хватало, а из Беремира все также утекала жизнь. Он кричал от боли, но Юрена так и не смогла излечить рану на груди, теряя последние силы на бессмысленную попытку. Ведунья тряхнула головой, зубы противно скрипнули, а ногти впились в мякоть ладоней, выдавливая из оставшихся полумесяцев собственную кровь.

- Подними его и скинь в колодец, - не обращая внимания на взгляд Дастина, Юрена опираясь на взволнованного Грома подошла и села на обломанный сруб. - Эли там, - кивнула ведунья в глубину колодца, чувствуя что на объяснения сил не хватит. Сознание снова ускользало в туман, а тело отказывалось слушаться. Юрена была уверена, что состояние ее только ухудшится, поэтому не собиралась терять времени, просто надеялась, что Дастин сделает так как было сказано. Когда глаза застелила пелена тьмы, она почувствовала, что соскальзывает с прогнившего дерева. Она даже не услышала звука как над головой сомкнулась вода, а в следующий миг ее тело ударилось о каменный пол. Юрена оказалась права. Стало намного хуже. Легкие сковало мучительной болью, словно ее придавило обвалившейся скалой. Сердце сорвалось и каждый удар отдавался во всем теле невыносимым жаром, словно по венам вместо крови пустили расплавленное стекло, которое застывало и осколками впивалась в мышцы, намереваясь разорвать их изнутри. Втянуть воздух было невозможно, но кажется она кричала, потому что это было в сотню раз больнее чем все что ей приходилось испытывать раньше. Все что она чувствовала это только боль, боль, боль, что то белыми, то красными вспышками всплывала перед глазами. Тело то горело, то заледеневало, будто она снова оказалась в той толще воды наедине с чешуйчатой тварью. Эта боль не шла ни в какое сравнение с расколом души и с ее исцелением. Казалось она была направлена только на то чтобы полностью уничтожить ее. Растереть душу в порошок, а за ней раздробить кости, перемолоть тело в фарш и сжечь, оставляя только пепел, который бесследно развеется по ветру.

- Вот дурында, - раздался над головой знакомый голос, только менее хриплый, и боль резко притупилась. Она не ушла полностью, но Юрена смогла вдохнуть и сморгнуть с глаз туман. От боли по щекам текли непроизвольные слезы, а пальцы, которые судорожно пытались вцепиться в камень, все еще покалывало. Тело горело, хотя Юрена чувствовала как по спине стекает холодный пот.

- Молчи старая, - прохрипела она, не имея сил на удивление, за что получила щелбан по лбу. Юрена словно вынырнула из-под воды и наконец-то смогла мутно услышать мир вокруг. Эли что-то говорила, Дастин задыхался в панике.

- Беремир, - кое-как пробормотала ведунья.

- Он будет в порядке, - ответила Яга и снова провела рукой, по волосам воспитанницы.

- Мы здесь в безопасности? - прохрипела ведунья, пытаясь избавиться от размытости в глазах, что никак не хотела уходить.

- Уж сюда он точно не сунется, - почти гневно прошипел Кощей. - Кажется я велел тебе не появляться в моем царстве.

- Уж прости, выбора особо не было, - огрызнулась Юрена, чувствуя как пульсирует голова и магия прожигает дыры изнутри, будто пытаясь наказать, за то что позволила Беремиру пострадать.

- Почему ты возмущаешься, мы же принесли тебе, то что ты просил! - недовольно воскликнула Эли, но под конец фраза прервалась всхлипом. Юрена перевела на нее мутный взгляд. Девочка в мире Нави выглядела на свой возраст и упрямо глядела на бога, несмотря на то что в глазах стояли не пролитые слезы, пока она сжимала безвольную руку Беремира. Кощей не ответил девочке, и ведунье казалось, что она понимала причину.

- Она знала об этом, - тихо сказала Юрена и попыталась сесть, но Ягиня дернула ее обратно на свои колени и щелкнула по лбу. Веднья поморщилась, но попыток встать больше не предпринимала. - Морена знала о том, что на серпе стоит крадник, и у кого он находится.

- Ну разумеется знала, - тяжело вздохнула Яга, в успокаивающем жесте поглаживая ее волосы. - Мор поэтому тебя и послала его искать.

- Что нам теперь делать? - Юрена не надеялась на ответ на свой настоящий вопрос.

- Ничего, - прошипел Кощей и прошел к своему трону. - Раз моя супруга не хочет, чтобы мы ей помогли, значит мы ничего не сделаем, - и это снова были заготовленные слова. Как в их первую встречу, он шел по придуманному кем-то сценарию, в котором сама Юрена должна была спасать свою мать.

- Оставишь ее умирать? - подыграла она. На слова ведуньи он сморщился и Юрена не думала, что сможет когда-нибудь увидеть на его лице печаль и сожаление. Ей было плевать на его эмоции, она слишком устала, чтобы с этим разбираться.

- Но ведь если Морена умрет, то Славные Земли погрязнут во тьме и хаусе, - насупилась Эли, переводя грозный взгляд с Яги на Кощея. Они смотрели только на Юрену, и лучше бы ведунья не понимала почему. В зале повисло напряженная тишина, которую никто не спешил прервать, будто любое слово могло поставить точку в решении ситуации. Яга и Кощей давали Юрене сделать этот выбор самостоятельно, но лучше бы его не было вовсе. Ведунья знала какое решение будет верным, но она не хотела его принимать, понимая какую цену ей придется заплатить. Это было чертовски не честно.

- Мне нужно побыть одной, - разбито хохотнула она и подорвалась раньше, чем Ягиня успела ее остановить. Юрена вылетела из тронного зала как ошпаренная, стараясь сбежать раньше чем боль вернется в полной мере, проклиная себя за это решение. Столько раз она клялась, что больше никогда не будет убегать, что гордо примет все повороты судьбы, как настоящая ведьма. К чему они были, если она снова пытается остаться в стороне? Юрена знала, что нужно сделать, но почему это решение стало так сложно принять? Дастин, Беремир и Эли не должны были стать причиной ее сомнений. Она была готова умереть еще в тот день, когда пообещала Морене вернуть серп любой ценой, но теперь покидать людей, что стали ей близки... Это плохо. Юрена не должна была сомневаться. На кону стояла не просто ее жизнь, а жизнь всех людей Славных Земель. Она не должна даже раздумывать над этим, ясное дело ее собственное счастье не стоит столь дорого как чужая жизнь...

Юрена будто из под воды расслышала свой собственный хохот, что был страшно близок к истерике. Почему? Почему все сложилось именно так? Почему именно она? Почему должна пожертвовать всем, чего так упорно добивалась именно она? Юрена только-только переняла статус взрослой ведуньи, только наладила спокойную жизнь в лесу. Только отпустила ненависть к отцу. Только встретила Дастина и понадеялась, что он сможет стать спутником ее жизни. Почему кто-то другой не может распрощаться со своим счастьем вместо нее?

Я хочу помнить братца Беремира, хочу когда-нибудь спасти его также как он спас меня. Хочу помочь всем хорошим людям, - слова глупого наивного ребенка, что несмотря на жестокость все еще верил в добро и самопожертвование. Если бы тогда Мор знала, что мир на самом деле прогнившее сборище лицемерия и циничности, который рано или поздно все равно утонет в своей порочности, ни за что не задумалась бы о том, чтобы спасать его, но кажется теперь у нее просто не было выбора. Либо оставить мир живых и занять место матери, либо сбежать и позволить хаосу поглотить весь континент. Будто Юрена и правда могла выбрать второй вариант...

Дыхание резко прервалось. Только сейчас ведунья осознала, что произошло. Она не спасла его. Юрена обещала, что Беремир не пострадает, но снова не сдержала слова. Она видела как он лежал, истекал кровью, и едва не оставила его умирать. Еще больнее било осознание, что внутри не находилось места для сожаления об этом или хоть капли печали. Ее внутри сжигала только всепоглощающая ненависть. На мага, за то, что чуть не убил Беремира, на себя, что не сдержала обещания, на проделки судьбы, что привели к такому исходу. Внутри разгоралась жажда крови, Юрена не просто хотела, она почти видела как на живую сдирает кожу с того мага, за то что решил напасть на ее семью. Руки чесались от желания отомстить, но Юрена не могла найти в себе отголоски того, что испытывала, когда умирала Ягиня. Ведунья не переживала за Беремира, хотя тот находился на волоске от смерти, ведь им повезло, что Ягиня появилась вовремя. Не было грусти, не было тоски, не было слез. Зато был огонь, в котором она была уготовить весь этот мир, если это заставит мага страдать достаточно сильно. Десять лет разлуки действительно сыграли свою роль. Беремир чуть не умер, но вместо волнения Юрена чувствовала лишь жажду мести, в которую так отчаянно цеплялась, лишь бы не потонуть в скребущей душу вине.

Боль медленно нарастала, наступая будто волны, то отходя, то возвращаясь с новой силой, постепенно накрывая с головой. Новоявленные шрамы сначала чесались, а потом вовсе начали жечь, раскаляясь до бела. Совсем как когда она держала серп. Юрена опустила взгляд на руки и пару раз сжала и разжала пальцы, поражаясь мощи, что перетекла в нее из серпа уже давно истощенного крадником. Насколько же на самом деле была могущественна Морена, и на сколько силен тот человек, что словно упырь высасывал из нее магию на протяжении как минимум десяти лет? Юрена попыталась сделать успокаивающий вдох, но он прервался от резкой боли, что пронзила позвоночник. В носу жгло от запаха хвои, а кровь снова закипала. Ноги переставали слушаться и Юрена уже предвидела столкновение с полом.

- Ты опять пытаешься справиться со всем одна, - тихо, без упрека, просто как факт произнес Дастин, спасая ее от падения.

- А ты снова пытаешься всем помочь, - в той же манере ответила ведунья, слыша свой голос как будто издалека. Она не обернулась, не взглянула на юношу, просто смотрела в пол, пытаясь отвлечься от мыслей рассматривая узор ковровой дорожки. Дастин молчал и что-то в этом молчании было ему не свойственное, раньше он казался Юрене неунывающим, наивным и до глупости отчаянным в желании защитить свою сестру. В этом было что-то тяжелое, что мешало свободно дышать, давя на грудь каменной плитой. Это была новая сторона, которая открылась ей.

- Ты в порядке? - спросила ведунья, отчетливо вспоминая каким разбитым выглядел Дастин, когда подумал что Эли снова умерла. Она на самом деле не до конца понимала для кого в первую очередь спрашивала это. Для того чтобы поддержать Дастина, или чтобы самой поскорее отвлечься от пугающих мыслей, будто если она отложит их на потом, они станут менее пугающими. Юрена на самом деле надеялась, что делает это ради себя, потому что ей не следовало привязываться еще сильнее. Не перед тем, как навсегда оборвать все связи.

- Нет, - тихо выдал Дастин и Юрена быстро перевела на него взгляд, замечая позади Эли. Ведунья не ожидала честного ответа, потому что сама всегда врала на этот вопрос, но то с какой легкостью он поделился своей слабостью с ней, заставило сердце болезненно сжаться. - Я увидел как мою сестру убили, - девочка вздрогнула, но головы не подняла. - Опять. А я ничего не смог сделать. Опять. Такое чувство, будто мое бессилие всегда все портит. Будто без меня все было бы куда лучше, - он растянул губы в улыбке, даже не пытаясь скрыть сколько на самом деле под ней печали. Может Дастин и улыбался, но Юрена видела в его глазах, что он тоже был готов вот-вот разбиться и это было больно видеть. Почти так же больно, как когда ее душа разлеталась на осколки.

- Тебе я тоже помочь не могу, - как-то обреченно выдохнул Дастин и с его лица пропала печаль, словно его опять ничего не волновало. Будто все вокруг, было не более чем досадными обстоятельствами и Юрене это не понравилось. Она знала, что пытался сделать Дастин, потому что сама поступала так же. Живя с Ягиней, она часто прятала эмоции, притворяясь что все хорошо, в тайне надеясь, что рано или поздно так и будет.

- Ты и не обязан мне помогать, - улыбка Дастина дрогнула, а маска едва треснула и Юрена поняла, что подобрала не совсем удачные слова.

- Я бы хотел, но не думаю, что смогу убить того человека, чтобы уберечь тебя.

Юрена мгновение другое не отвечала, а потом пару раз моргнула и ошарашенно посмотрела на Дастина. Не понимая реакции девушки он неловко почесал затылок, пытаясь сохранить ровную улыбку, а Юрена едва смогла найти потерянное дыхание. Так просто, даже не подозревая, Дастин...

- Возможно ты уже спас меня, - не веря прошептала ведунья. Такой простой ответ... Не будь рядом с ней Дастина, задумалась бы она вообще над таким вариантом? Нет, она бы просто не сомневаясь, заняла место Морены. Юрена даже не стала бы думать, а есть ли у нее возможность выбрать что-то другое. Если бы не Дастин, она бы отказалась от той свободы за которую совсем недавно так отчаянно боролась с другой Мор, потому что... Разве это сработает? Морена умирает, потому что теряет энергию, но если маг выкачивающий ее умрет, истощение не прекратиться.

- Я не совсем понимаю, - неуверенно сказал Дастин и Юрена не сдерживаясь рассмеялась над тем как причудливо сложилась судьба. В этом смехе явно не было чего-то хорошего.

- Я даже не задумывалась над таким вариантом, - фыркнула Юрена на свою ограниченность мышления. - Если честно, я думала, что единственный шанс уберечь равновесие сил это навсегда остаться в мире мертвых, но похоже ты только что спас меня от ошибки всей моей жизни.

Дастин не разделял пресловутой радости ведуньи, при ее словах он наоборот сильнее нахмурился, понимая, что она говорит совершенно серьезно. Он на самом деле никогда бы не подумал, что Юрена пошла бы на такой шаг. Та, кто ненавидит людей всей душой, которая перенесла столько страданий из-за них, все равно собиралась пожертвовать собой чтобы спасти тех, кто даже спасибо за это не скажет. Теперь он понимал, что те слова Беремира не были шуткой или преувеличением. В груди тяжело потянуло. Мор, девочка которой было всего тринадцать лет отроду, действительно предпочла чужие жизни своей. Дастин не мог этого понять. На ее месте он никогда бы не смог просто принять все это. Беремир был прав, ему действительно повезло, что он не был на месте ведуньи. И все же как такая с виду хрупкая девушка, могла поступать как герои из легенд, которые были готовы идти на любые жертвы ради других? Почему она вообще должна была знать каково это? Отец всегда его учил, что женщины слабые и хрупкие существа, которых нужно защищать, какими бы сильными они не казались. Учил, что настоящий мужчина обязан стать щитом, стеной и мечом, который будет использовать женщина. Чтобы он сказал повстречавшись с Юреной? Восхитился бы так же как сам Дастин, или посчитал что она поступает неподобающе?

- Ты и правда невероятна, - все еще отстраненно сказал Дастин, понимая, что ведунья не прислушается к его нравоучениям, которые ей были вовсе ненужны. Юрена понимала, что он хотел сказать, но никак не ответила, задумчиво пялясь в одну точку.

- Так... Какой у нас план? - прервала тишину Эли. Ведунья встряхнула головой, отгоняя мысли, которые снова ушли в воспоминание о Беремире, и крепко сжала кулаки, сосредотачиваясь на текущей цели. Юрена обернулась к девочке, что опухшими и покрасневшими глазами, уверенно смотрела на нее и будто разделяла, все то пекло, что томилось внутри ведуньи.

- Я убью человека, что посмел причинить вред моей семье. Не важно чего мне это будет стоить, я раскрошу каждую косточку в теле этой мрази и заставлю страдать так долго как только он сможет продержится.

Дастин и Эли решительно кивнули, цепляясь за скудные проростки злости, чтобы хоть ненадолго избавиться от удушающей печали, которая вцепилась в них как пиявка, что медленно но верно высасывает жизненную энергию. Юрена ненавидела себя за то, что позволила подобному паразиту прицепиться к ее семье, но ничего не обещала. Она просто не могла дать еще одно обещание, которое ей может быть не под силу исполнить, но Юрена была твердо настроена на то чтобы жизнь положить, но отомстить той твари, что осмелилась выползти против нее. Ведунья не будет обещать.

Глава 27

Юрена распахнула тяжелые двери, возвращаясь в зал, и прервала шумную ссору Ягини и Кощея. Они тут же замолчали и взглянули на ведунью. Чернобог глядел с неприязнью, бабушка, гордо вздернув нос, умело скрывала эмоции, хотя годы совместной жизни помогли Юрене разглядеть в ее глазах печаль и усталость, которые быстро исчезли, стоило ей хорошенько оглядеть свою воспитанницу, сменяясь легким удивлением и самодовольством. Ее руки легко скользили по груди Беремира, что во сне кривился, хмурился и надрывно дышал, страдая от боли даже без сознания.

- Ты сможешь снять с серпа крадник? - спросила Юрена и старуха с наигранной обидой фыркнула, четко давая понять как именно относится к такому вопросу. Кощей устало вздохнул, почесал лоб и прикрыл от раздражения глаза. Громогласный смех Яги эхом разнесся по залу, привлекая всеобщее внимание, и вырвал из Чернобога раздраженное рычание. Юрена с прищуром оглядела старших, чувствуя в этом смехе что-то неладное. Редко ее наставница так открыто смеялась, разве что когда доказывала свою правоту.

- А я говорила, - отсмеявшись сверкнула острой улыбкой бабушка Кощею. - Уж моя то ученица не сбежит хвост поджав.

- Ты не можешь просто отпустить ее, - прошипел он, не обращая внимания на Юрену, говоря как по бумажке. - Она должна следовать своей судьбе, а не рисковать всем ставя на кон жизнь.

- Всякая ведьма сама решает, что должна делать, а что нет, - в один голос выдали Яга и ее воспитанница.

- Не моя вина, что ты трус, - устало сказала Юрена и приблизилась к своей наставнице, пока Кощей прожигал их гневным взглядом. Он старался показаться разозленным, но ведунья видела насколько же напуганным на самом деле он был. Руки тряслись, глаза бегали из стороны в сторону, а магия беспорядочно растекалась в разные стороны, заставляя его выглядеть по истине жалко. - Не хочешь сражаться дело твое, но вот меня ты остановить не можешь.

- В ее жилах течет кровь богов, кто ж сможет ее одолеть, - поддержала ее Ягиня и кивнула на собственные слова.

- Например другое божество, - прошипел Кощей, заметно выходя из себя. Старая в ответ лишь фыркнула, а вот друзья ведуньи настороженно затихли, прислушиваясь к новой информации.

- Так вот кто он, - задумчиво произнесла Юрена и увела взгляд к высокому потолку. Это проясняло некоторые моменты. Теперь было ясно как этот маг смог поставить крадник на Морену, и отпали вопросы о том как ему удалось так просто повлиять на ее собственное сознание. Юрена глубоко вздохнула, пытаясь подавить раздражение. Это сильно осложняло ситуацию. Ведунья надеялась, что кровь богини поможет ей победить, ведь это уравнивало шансы, учитывая как много энергии этот маг украл у Морены. Теперь ситуация была хуже. Божество, которое больше десяти лет вытягивало и питалось энергией другого бога было намного сильнее какой-то полукровки, но отступаться от этой идеи Юрена не собиралась.

- Ты слабая и глупая девчонка, - Кощей угрожающе приблизился.

- Уверен так и есть, - Юрена вздрогнула и быстро оглянулась на старика, который помог ей разобраться с другой Мор. Он появился из ниоткуда и все также тепло улыбался ей, хотя ведунья заметила острый, предупреждающий взгляд в Чернобога, который тут же пристыженно опустил голову и отступил. Ягиня весело фыркнула и сосредоточилась на Беремире, дав возможность воспитаннице разобраться самой. Старичок медленно подошел к Юрене, громко стуча своим посохом по полу. - Много ли ума надо, чтобы вступать в заранее проигранный бой?

Ведунья опасно сощурилась и расправила плечи, задрав подбородок. Краем глаза она заметила, как оскалился Кощей, но всего поднятая рука старика смогла остудить его.

- Спросите это у того, кто проиграет.

- Я и спрашиваю.

- Это Макошь так сказала? - фыркнула Юрена, скрещивая руки на груди. Чернобог снова дернулся в ее сторону, но старик рассмеялся и тот удивленно застыл на месте. Зоркие глаза прищурились от широкой улыбки, собирая вокруг себя морщинки и засветились неподдельным весельем, что выглядело неестественно.

- Прости, - отсмеявшись произнес он. - Думал не узнала ты меня.

- Позор тому, кто не узнает отца Рода, - строго заявила ведунья. - Но то кто вы не поменяет моего отношения. Так это Макошь вам сказала, что я проиграю? Потому что если это так, значит придется утянуть эту погань вместе с собой.

Старик не ответил, лишь загадочно улыбнулся. Напряженное молчание затягивалось, но Юрена не отводила глаза, с нескрываемым раздражением, смотря на старика.

- Из-за тебя погибнет множество людей, - первым сдался Род. - Я не могу позволить тебе так рисковать. Ты останешься здесь и примешь статус богини зимы и смерти, чтобы уберечь наши любимые земли.

В этот момент что-то резко изменилось. Похожее Дастин испытывал когда разозлился человек, пытавшийся убить Эли. Это ощущение, удушающие своим давлением, словно его силой пытаются опустить на колени, действовало не только на него. Кощей широко раскрытыми от удивления и испуга глазами, следил за малейшим движением ведуньи. Женщина, что колдовала над Беремиром опасно ухмылялась, наблюдая за сценой из-за спины Юрены. Старик, взявшийся непонятно откуда, больше мягко не улыбался. Губы были поджаты, а внимательные глаза старались не упускать никаких деталей. Юрена же не делала ничего, любой отголосок эмоций исчез и она расслабленно стояла перед стариком, но она внушала страх, не шедший ни в какое сравнение с тем, что Дастин испытывал раньше. В первый же день их путешествия, он столкнулся со злостью ведуньи, но сейчас все было во сто крат хуже. В ее глазах читалось намерение убивать, она будто была готова вырвать хребет старика голыми руками, из-за чего ее пальцы подрагивали на собственных локтях.

- Я играю только по своим правилам, - пробирающим до костей голосом заявила она и воздух будто вернулся в изначальное состояние. Дышать стало легче, и только сейчас Дастин понял, что до этого едва ли мог вздохнуть. - А еще я не забываю кто я.

- И кто же ты? - добродушным тоном спросил старик.

- Я та кем захочу быть, - просто ответила Юрена и Кощей за ними испуганно застыл, а взгляд старика стал острым, потому что он явно желал услышать другой ответ. Род недовольно поджал губы и исчез неожиданно как и появился. Ведунья нахмурилась, свысока смотря на опустевшее место, пропуская мимо ушей причитания Чернобога, что готов был плеваться ядом, лишь бы больше не иметь дел с нахалкой, но сделать ничего словно не мог. Ей было все равно на болтовню труса, что только и мог, что прятаться в своих темных землях и поручать всю работу другим. Ничтожество, которое смеет называть себя богом хауса и тьмы, что пытался разрушит порядок, созданный отцом, но не сумевший уберечь супругу, не имел права высказывать ей притензии о дерзости. Юрена получила то подтверждение которое искала.

- Дастин, - позвала ведунья и обернулась к юноше. За его руку цеплялась Эли, и оба завороженно наблюдали за ведуньей. - Ты можешь потренироваться со мной на мечах?

Дастин пару раз удивленно моргнул, но тем не менее решительно кивнул, надеясь, что сможет помочь хоть в этом. Кощей за спиной ведуньи что-то зашипел, но его перебила Ягиня.

- С мальчонкой я разберусь. Иди и делай что считаешь нужным, - Юрена кивнула и вместе с друзьями вышла за стены дворца.

Глава 28

На удар пальцы отозвались болью и резко ослабли, выпуская меч. Он со звоном ударился о землю и немного проехался поднимая мелкие клубы пыли. Юрена не удержав равновесие упала, болезненно ударившись копчиком. Застонав от досады девушка откинулась на спину и раскинула руки в стороны, устремляя взгляд в черное подобие неба, пока со стороны раздавались глухие смешки. Ведунья резко повернула голову на звук, злобно сощурилась и Эли тут же стихла, хлопая глазками и изображая самый невинный вид. Девочка вернулась к своему занятию, сжимая и разжимая ладони, она заставляла над ними плясать маленькую снежинку. Дастин, наблюдая за этой картиной, посмеивался над ними обеими. Юрена досадливо цокнула и поднялась на ноги, не обращая внимания на то, что дыхание еще не успело восстановиться.

- Хватит, - раздалось у нее из-за спины, когда поднимала меч. - Юрена тебе стоит отдохнуть, мы уже не один час тренируемся, а мышцам нужно время восстановиться.

- После смерти отдохну, сейчас у меня времени нет, - проворчала ведунья, хоть и понимала, что Дастин прав. От волос до кончиков пальцев у нее болело все и требовало отдыха, но она уперто продолжала истязать свое тело, отгоняя мысли о том, что дрожащие от напряжения пальцы это не хорошо. Пускай мышцы болели, одежда была мокрой от пота Юрена не собиралась останавливаться, не тогда когда смерть дышала ей в затылок, уже протягивая свои костлявые пальцы к ее шее.

Юрена покрепче стиснула меч, и с трудом разгибаясь вернулась на место перед Дастином, который казалось едва устал. Он недовольно нахмурился, но оружие поднял, понимая, что переубедить ведунью не выйдет. Ему не нравилось, сколько времени Юрена уделяет фехтованию. Она сбегала из комнаты по ночам и тренировалась самостоятельно, пропуская мимо ушей все нравоучения Дастина. Каждую свободную минуту хватала меч и отрабатывала точность ударов, хоть в этом и не было никакого смысла. Единственная причина по которой Юрена почти всегда проигрывала Дастину в том, что у нее слабое тело. Ведунья обращалась с мечом так, будто с младенчества не выпускала его из рук, будто он был продолжением ее руки, но при этом испытывала к нему невероятное отвращение. Как только у нее что-то получалось, девушка кривилась так, словно меч обращался в склизкую змею, готовую отравить в любую секунду, или ее желудок грозился вот-вот вывернуться наизнанку. Дастин не спрашивал причину, а Юрена не спешила делиться, поэтому они снова и снова сталкивали мечи, даже когда руки уже отказывались держать оружие.

Дастин наблюдал, как Юрена глубоко вдыхает, выравнивая дыхание, и кивает. Всего мгновение уходит у нее, чтобы приблизиться и нанести первый удар. Железо со звоном столкнулось и вибрацией отдало в руки, отчего Юрена снова чуть не потеряла меч. Она крепко, почти до боли, стиснула зубы и оттолкнула чужое лезвие, тут же направляя оружие в живот Дастина. Юноша едва успел увернуться, ударив по мечу Юрены и направив его в землю. Секунда, и он ударяет кулаком прямо в челюсть девушки. Не успев увести меч от давления Юрена пропускает удар и болезненно шипит, теряя на мгновение в глазах четкость. Она едва не падает пятясь, и скорее чувствует чем видит, как Дастин заносит руку для следующего удара в живот. Юрена резко втягивает носом воздух и зажмуривает глаза. Перед глазами вспыхивает яркая картинка из детства и ведунья чувствует как тело произвольно двигается, подчиняясь мышечной памяти. Кулак Дастина, едва задевая рубаху, скользит мимо Юрены и в следующий сиг девушка чувствует как от напряжения стонут мышцы, но все равно резко вскидывает меч, что тот почти упирается в горло ее спутника. Дастин быстро увеличивает дистанцию и недовольно хмурится, замечая что у Юрены закрыты глаза, но на призыв открыть их девушка морщится и снова нападает. Юноша едва успевает заблокировать удар, чтобы не получить рассеченную грудь, а Юрена меняет наклон меча из-за чего его собственное лезвие соскальзывает вниз. Дастин не успел моргнуть, как чужой меч прижался к его шее, распространяя своим холодком по телу мурашки.

Ведунья открывает глаза и резко выдыхает с отвращением смотря на свое лезвие, прижимающиеся к вене на шее своего спутника. Она кривится и отстраняется, передергивая плечами.

- Да что с тобой не так? - фырчит Эли со своего места, привлекая внимание ведуньи. - Всякий раз как побеждаешь Дастина у тебя такое лицо, будто на тебя помои вылили.

- Лучше б это были помои, - под нос бурчит Юрена и оглядывает свои трясущиеся руки, снова приобретая вид, будто она находиться где-то далеко-далеко, где люди разговаривают на непонятном языке и требуют от нее выполнения непосильных задач. Ведунья тяжело вздыхает и с силой трет голову, портя колоски из волос снова хмурясь. - Такой вопрос. Вы хорошо помните пятый день рождения Эли?

Девочка отрывается от снежинки на ладони и удивленно вскидывает голову с подозрением оглядывая ведунью, потом переглядывается с Дастином и пожимает плечами.

- Я вроде хорошо помню, а что? - Юрена на Дастина не смотрит. Она садиться на землю, не поднимая глаз, будто уже знала, что услышит что-то ошарашивающие и снова глубоко и измученно вздыхает.

-Там же было много гостей, заморские наверное тоже... Там был кто-то вроде чужеземной принцессы? - Дастин хмурится пытаясь вспомнить о чем говорит ведунья, но на ум не приходило что-то такое. Он вообще старался не контактировать с гостями, поэтому запомнил только что ничего необычного не происходило.

- Была! - восклицает Эли и подскакивает сверкая широкой улыбкой. - В тот день ко мне приставал один противный мальчик. Он только и делал, что болтал о том, как я должна себя вести. Сказал что я слишком громко разговариваю для леди, а когда я сказала что в день рождения могу делать что хочу, посоветовал усмирить свой характер, а еще обозвал меня неотесанной обезьяной. Я тогда жутко расстроилась и почти расплакалась, но из толпы к нам вышла высокая девочка в таком замечательном платье! - Эли мечтательно вздохнула и ее улыбка стала еще более довольной, а потом она сделала самое высокомерное выражение лица, какое Дастин у нее когда-либо видел. - Она сказала, - слишком много болтаешь. А потом она схватила со стола булку и целиком запихала ему в рот! Тот подавился, расплакался и убежал. Я ничего спросить не успела, но девочка указала пальцем туда где скрылся мальчик и сказала, что так должны поступать принцессы если не хотят, чтобы всякие насекомые думали что могут им указывать. Я тогда была так поражена, что даже слова сказать не смогла, а ее будто и след простыл.

Эли часто дышала, после сбивчивой тирады, не скрывая своего восхищения, пока Дастин хмурился. Юноша не понимал как мог пропустить что-то такое, ведь если бы кто-то обижал ее сестру он должен был знать, но вышло так, что кто-то чуть не испортил ей день рождения. Юрена рядом с ним застонала и с хлопком уронила голову себе на руки, вызывая у Эли нахмуренные брови.

- Ты сама спросила, что опять не нравится? - прошипела девочка, но Юрена не обратила на нее внимания, не поднимая головы.

- Это случайно не та, что угрожала Элиоту? - спросил Дастин. Эли удивленно моргнула, и пожала плечами, когда Юрена снова издала какой-то очень недовольный звук.

- Девочка лет тринадцати, в синем платье, чуть выше Дастина, пришла с отцом, - Юрена наконец-то убрала руки от лица и почти умоляюще посмотрела на своего спутника. - Ты танцевал с ней, потому что она хотела позлить отца, а потом бросил фразу о свадьбе.

Это совершенно не звучало как вопрос, но ведунья выглядела так будто ждала ответа, поэтому немного погодя Дастин кивнул. Странно, что раньше он этого не вспомнил, но когда Юрена сказала, воспоминание четко предстало в голове и заставило юношу нахмуриться. Он внимательно оглядел ведунью, что брезгливо поджимала губы на его ответ и была еще напряженнее чем во время тренировки.

- А ты откуда знаешь? - спросила Эли и Юрена внезапно оскалилась.

- Не твое дело, - почти прорычала ведунья, но с места не сдвинулась, вновь упираясь взглядом в землю. Девочка обиженно фыркнула и скрестила руки, но послушно ушла, когда Дастин кивнул ей в сторону дверей замка.

Юноша подошел к Юрене и опустился перед ней, повторяя ее позу. Он молча следил за задумчивым выражением лица ведуньи, не задавая вопросов, просто ожидая, если она решит поделиться своими переживаниями. Но Юрена не хотела этого делать, она как и раньше пыталась, просто засунуть их куда-нибудь поглубже и забыть, надеясь что рано или поздно они перестанут вызывать столько неприятных эмоций.

- У нее были красивые голубые глаза, - тихо начал Дастин, но в окружающей тишине мира Нави его голос показался оглушающе громким. Юрена ничего не сказала, только сильнее сжала кулаки, вдавливая ногти в ладони. - Эта противная девчонка чуть не порвала пиджак моего друга, а потом как ни в чем ни бывало подошла и попросила с ней станцевать. Я попытался быть вежливым, но ей кажется это не понравилось. Она тогда так скривилась, будто проглотила что-то кислое, а еще она совершенно не умела танцевать. Наверное это была единственная милая ее черта, - Юрена вскинула голову и послала Дастину хмурый взгляд, но он лишь ухмыльнулся. - Она смотрела также, но все равно смущенно краснела, будто ей и правда было дело до танцев.

- Наверное ей нравилось быть лучшей во всем, а когда какой-то мелкий мальчишка, посмел насмехаться над ее навыками, ей это очень не понравилось, - фыркнула Юрена, недовольно поджимая губы. - Ты сказал ей, что придешь свататься. Почему не сдержал слово?

- Потому что мне тогда было десять лет, - Дастин тихо засмеялся, сохраняя на губах мягкую улыбку. - Когда стал достаточно взрослым отец заболел, а потом у меня не было времени задумываться о свадьбе.

- Она наверное ждала, - вздохнула Юрена, отводя взгляд.

- Наверное, - согласился Дастин и состроил сочувствующие выражение лица. - Жаль, что нам не суждено быть вместе, ведь я влюбился в одну противную, но до страшного очаровательную ведунью.

- Я... - Юрена замолчала, поняв что Дастин назвал ее правильно и настороженно перевела на него взгляд, встречаясь с двумя осколками малахита, которые были теплыми, будто весь день впитывали солнечный свет и это казалось слишком. Почему-то в этом взгляде Юрена находила больше чувств чем в только что услышанных словах и не могла удержать биение сердце в пределах спокойного ритма. В горле неожиданно пересохло и ведунье пришлось тяжело сглотнуть, чувствуя как по шее и ушам расползаются красные пятна от накатившего внезапно смущения. Юрене хотелось уйти, сбежать, но она не осмеливалась даже отвести взгляда и могла только хмуриться, в ответ получая нежную улыбку от которой перехватывало дух.

- И правда солнечный мальчик, - надрывно прошептала Юрена, не в силах дать правильный ответ на признание Дастина. Он кажется в этом и не нуждался, с самого начала понимая как отреагирует ведунья.

- Что не так, Юрена? - тихо спрашивает юноша, протягивая руки к девушке достаточно медленно, чтобы она успела его остановить если захочет, но этого не произошло. Дастин мягко надавил на чужие пальцы, заставляя разомкнуть кулаки. Юрена спокойно поддалась с неприязнью смотря на оставленные ногтями отметины.

- Мои воспоминания начали путаться и теперь я не знаю какое мое прошлое настоящее. До встречи с тобой, я думала, что отец меня часто избивал и этому есть доказательства, у меня остались шрамы с детства. Но после возвращения во дворец у меня появились другие воспоминания. Будто я была любимой дочерью, отец учил меня сражению на мечах и водил с собой на приемы, на одном из которых Мор пересеклась с тобой. Сначала я могла отделить настоящие от поддельных, но теперь они все кажутся реальными, а я не могу в них поверить. Я не понимаю почему, но все еще надеялась, что вы эти опровергните эти воспоминания, хоть и знаю, что они правдивы. Может я просто схожу с ума? - печально хохотнула Юрена, следя за тем как Дастин медленно оглаживает ее ладони. Какое-то время висело молчание, которое казалось легкой передышкой нежели напряженной тишиной.

- Если такая ты безумна, то я не против, чтобы ты не выздоравливала? - наконец вымолвил юноша встречаясь взглядом с ведуньей, и она не смогла подавить короткой улыбки.

- Ты сказала, что никогда раньше не держала меч в руках, значит Мор была в этом хороша? - Юрена просто кивнула.

- Я не Мор, по крайней мере не та, что гордо встречает препятствия, готовая вгрызаться зубами в свои цели. Сама мысль о том что такая Мор когда-то существовала, обесценивает все страдания что я пережила, наверное поэтому я не хочу даже прикасаться к этой штуке, - скривилась Юрена, бросая взгляд на лежащий рядом меч. Дастин этими словами на секунду был действительно удивлен, потому что именно ведунья тратила все время на эту штуку, но он быстро понял свою ошибку. Юрена была той, кто постоянно жертвует собой ради других, в этом не должно было быть ничего удивительного, но каждый раз убеждаясь в настойчивости ведуньи, Дастин чувствует словно перед ним кто-то недосягаемый. Кто-то кого никогда не сможет понять такой ничтожный человек как он, но почему-то ему все равно кажется, что понимает. Какой бы решительной и смелой не казалась Юрена, она все еще была обычным человеком. Ведунья много чего боялась, особенно смерти, но стиснув зубы шла вперед и наверное в этом была самая удивительная ее черта. Юрена не следует правилам, устоям, чужим словам, она уперто продирается сквозь тернистый путь, который выбрала сама. Она спотыкается и падает, теряется но все равно идет не останавливаясь ни на секунду, будто не желая чтобы ее кто-то догнал. Даже если этот кто-то она сама и ее прошлое.

- Тебе не нужно этого делать, - наконец произносит Дастин и подносит руку ведуньи к лицу, оставляя на ее запястье легкий щекочущий поцелуй. - Может я и не колдун, но я достаточно хорош, чтобы стать твоим мечом, поэтому позволь мне помочь тебе.

- Хорошо, - легко произносит Юрена, явную для них обоих ложь. И Дастин принимает это с непринужденным кивком, зная что не дождется от девушки правдивого согласия. Они оба понимали, что Дастин не должен участвовать в этом. В отличает от ведуньи он обычный человек - не колдун, не нежить, не полубог, но это не мешало ему хотеть этого. Юноша хотел быть рядом, быть необходимой поддержкой, но понимал, что станет только обузой.

- Дастин, - мягко зовет Юрена и легонько прикасается к его щеке кончиками пальцев. - Я справлюсь с этим, но я хочу чтобы вы были в безопасности. Помоги мне с этим, позаботься об Эли и Беремире пока все не решиться.

- Надеюсь он не успеет очнуться, потому что удержать кого-то вроде Беремира очень сложно, - вздыхает Дастин, зная что приложит все усилия, чтобы не подвести свою... Кого? Он хмурится и на мгновение теряется в мыслях, понимая что они не обсуждали это с Юреной.

- А если бы... - Дастин запинается и тяжело сглатывая пытается еще раз. - Если бы я все-таки пришел свататься к той девушке, она бы согласилась?

- Нет, - резко отвечает Юрена и хмурится, но вместо того чтобы отстраниться от нахального юноши, притягивает его ближе. - Та девушка давно мертва. А я после таких слов за тебя замуж точно не пойду.

Дастин вздрагивает, будто ему отвесили тяжелую пощечину, понимая какую глупость сморозил и собирается уже оправдываться, как Юрена начинает заливисто смеяться, полностью лишая его способности связно мыслить.

- Какой же ты все-таки дурак, - сквозь смех выдавливает ведунья и глубоко вздыхает пытаясь восстановить дыхание, а потом улыбается так широко и довольно, точно кот наевшийся сливок, так как раньше ни разу не улыбалась. - У ведьм не признают мужей, у нас есть более глубокое определение, для того с кем мы хотим связать свою жизнь. Мы называем их спутники жизни, те кто согласен всегда идти рядом по жизненному пути не зависимо от того насколько сложен он будет. Я довольно проблемная и противная ведунья, которая не любит иметь дело с лишними эмоциями, поэтому спрошу прямо. Дастин ты готов пережить все невзгоды жизни вместе со мной?

- Да, - не задумываясь ответил юноша, все еще пытаясь поверить в правдивость этих слов, и сказочная улыбка на лице ведньи ничуть в этом не помогала.

- Тогда мне придется обязательно убить то ничтожное божество и вернуться к тебе.

Так сказала Юрена, но кровь с бульканьем вырывающаяся из горла мешала дышать, а разодранная грудь предвещала смерть, пока черное подобие неба следило за ней в ответ, с безразличным наслаждением ожидая очередной смерти.

Глава 29

Волос Юрены осторожно коснулась чужая рука, мягко призывая проснуться, но девушка не спешила открывать глаза. Впервые за долгое время на душе было невероятно спокойно, напоминая о глади воды после разрушительного шторма, и хотелось продлить это ощущение на сколько возможно. Над головой задорно перекликались птицы, прячась в громко шуршащей, при легком дуновении ветра, листве. Ладони щекотала мягкая трава, сквозь веки пробивались лучи яркого солнца, которое совсем не питало кожу своим теплом. Юрена почувствовала легкое дуновение на своем лице и едва заметное прикосновение холодной снежинки, что тут же растаяла и одинокой каплей стекла с щеки. Ведунья медленно приоткрыла глаза, тут же встречаясь с черными глазами напротив, от трепетного взгляда которых защемляло сердце. Губы богини дрогнули в маленькой улыбке, а морозные пальцы начали более уверенно перебирать волосы и массировать кожу головы. Это казалось таким спокойным и правильным, когда Морена выглядела обычной матерью, до невыносимого дорожащей своим дитя, что Юрене хотелось вновь прикрыть глаза и провалиться в нежную негу сна. Если бы не пробившаяся печаль на лице богини, ведунья бы так и поступила.

- В чем дело? - тихо спросила Юрена, кривясь от хриплости собственного голоса. Холодная рука вновь провела по волосам, убирая тонкие пряди со лба девушки.

- Тебе нужно проснуться, - ровным, почти строгим, тоном сказала богиня, заставляя ведунью напрячься. Девушка полностью раскрыла глаза, быстро села, покидая колени матери, и огляделась. Они словно оказались на маленьком островке света среди кромешной тьмы. Круг из сочной травы резко обрывался, уходя в черную жидкость, на поверхности которой медленно раздувались пузыри, а потом лопались с булькающим звуком, выпуская в воздух серый дым, который застилал все вокруг. В центре островка возвышался мощный дуб, ветви которого выходили далеко за круг, но его яркие листья пачкались во тьме, которая липла как роса и скатывалась обратно в гладь черных вод.

- Что происходит? - голос все еще хрипел, и Юрене показалось что причина не в том, что до этого она спала. Морена тоже огляделась, задерживая взгляд на кроне дерева.

- Безымянный тебя похитил, - ведунья замерла и обернулась к богине, с поднятой в недоверии бровью. Девушка точно помнила как легла спать рядом со всеми в выделенной Кощеем комнате. Ее не могли похитить пока Дастин и Эли прижимались к ней с обеих сторон, а Беремир спал на кровати рядом, все еще не очнувшийся после мимолетной встречи с собственной смертью. - Ты все еще спишь, так же как и твои друзья, - пояснила Морена.

- Почему он сразу меня не убил? - Юрена настороженно следила за тем как темная жижа медленно поднималась, затапливая остаток света.

- Он считает, что ему все можно, - прорычала богиня, но быстро вернула показное спокойствие, хотя ведунья все равно чувствовала усилившийся холодок, что скользил по ногам, заставляя бежать мурашки. - В тебе течет моя кровь и сила, которую он хочет присвоить себе, а заодно избавиться от единственной угрозы. Поэтому сейчас он пытается вытащить тебя из Нави и добраться до подготовленного алтаря.

Юрена скривилась и чертыхнулась себе под нос, вызвав у Морены легкую ухмылку. Рядом с ними лопнул особенно большой пузырь и забрызгал траву неприглядными кляксами, что начали стремительно растекаться.

- Почему светлые боги не помогут вам разобраться, с ним? - задала Юрена вопрос, который мучил ее с первой встречи с Родом. Он прародитель мира и явно мог справиться с кем-то вроде Безымянного, так почему он позволял умирать Морене, что приходилась ему родной внучкой?

Богиня не ответила, лишь тепло улыбнулась, хотя в ее глазах колыхнулась сталь и этого было достаточно чтобы все осознать.

- Так это и есть они. Боги считают это вашим наказанием и думают, что я как последствие вашей ошибки должна спасти вас.

- Не совсем так, - звонко рассмеялась Морена. Она чуть ли не захлебывалась от смеха, высмеивая своих братьев и сестер. - Все они были уверенны, что ты умрешь еще до совершеннолетия. Когда это не сбылось, решили, что Безымянный убьет тебя при первой же встрече, потом что ты выберешь остаться в созданной им фантазии. Они каждый раз с уверенностью говорили, что ты вот-вот умрешь, но каждый раз ошибались.

- Почему они так жаждут моей смерти?

- Потому что нет ничего страшнее для матери, чем потерять свое дитя.

- Перебьются, - выплюнула Юрена и Морена снова рассмеялась, хитро улыбнувшись.

- Извини дорогая, но сегодня ты должна умереть. Так предсказала Макошь, - спокойно произнесла богиня и наклонилась ближе, перейдя на шепот. - Но и в первый раз она думала, что ты погибнешь раз и навсегда. Тогда моя сестрица не смогла скрыть от Рода правды, но теперь он ввязался сам в это дело и даже не усомниться в своих стараниях. Он слишком большой гордец, чтобы представить что ты выживешь.

- Как же я должна умереть в мире Нави, так чтобы моя душа не развеялась? - спросила Юрена, но богиня не ответила, лишь улыбнулась, полностью уверенная в дочери. Ведунья не разделяла ее настроя, потому что повторная смерть в Нави, предвещала либо пекло либо полное исчезновение души и не то не другое не было второй жизнью.

- И как мне проснуться? - вздохнула девушка.

- Ты должна сама это понять, - пожала плечами Морена, но прежде чем Юрена успела что-то сказать, посмотрела на крону, сквозь которую пробивались редкие лучи света и растворилась в тумане. Легкое подрагивание листьев то и дело перекрывало некоторые из просветов, но ведунья четко разглядела отсутствие тьмы над головой.

Подняться на ноги оказалось едва не посильной задачей, потому что тело отказывалось слушаться, будто после усердных тренировок мышцы прекратили работать вовсе. Чем дольше тянула Юрена, тем выше поднималась черная вода и тем сильнее слабело тело, будто желало раствориться в кромешной тьме, возникшей из-за воздействия безымянного. Тяжело оперевшись на ствол дерева девушка потянулась к нижней ветке, едва цепляясь за нее пальцами. Ноги не слушались, на прыжок ведунья не осмеливалась понимая, что при падении точно угодит в воду. Сама эта мысль заставляла внутренности скручиваться в нервозности, но Юрена дернула головой, отгоняя подкрадывающийся страх, и вонзила пальцы в кору ветки. Ногти болезненно изогнулись и из горла вырвалось шипение, но хватку девушка не ослабила. Морена сказала, что она спит, так почему боль чувствовалась так отчетливо? Волосы огладил легкий порыв ветра, принесший с собой знакомый запах гнилой плоти, он же тронул листья, создав больше просветов. Юрена уперлась босой ногой в ствол дуба и оттолкнувшись, перекинула вторую руку через ветку, как раз в тот момент, когда трава исчезла в густой черноте. Ведунья подтянулась и закинула ногу на узкую опору, едва не соскользнув вниз. Сердце испуганно замерло, когда тьма резко приблизилась и рука не успела уцепиться за следующую ветку. Юрене пришлось вцепиться в кору ствола обламывая ногти, чтобы не упасть, и это было больно. Кончики пальцев пульсировали и горели. Ведунья всегда ненавидела боль, но именно сейчас она была ей благодарна, потому что она словно отрезвляла тонувший во тьме разум. Юрена выровнялась и перебралась на ветку повыше, все еще чувствуя жар от подступающей жидкости. Она кусала язык и щеки, не обращая внимания на металлический привкус крови во рту, концентрируясь только на том, что это помогало вернуть контроль над телом. Мышцы все еще заставляли дрожать и то и дело терять равновесие, но чем ближе была верхушка дуба, там проще было подниматься, пока ствол все быстрее утопал в кипящей черноте. С каждой новой ветвью свет над головой становился все ярче, а запах сладкий запах гнили все отчетливее. Казалось Юрена даже могла расслышать какие-то звуки, кроме лопающихся внизу пузырей. Осталось совсем чуть-чуть, только руку протянуть и она сможет проснуться, но ведунья осознала что почему-то медлит. Она не понимала почему, и это ее злило. Она ведь уже все для себя решила, нужно сделать последний шаг и встретиться с безымянным лицом к лицу, заставить его заплатить за совершенные ошибки и спасти Славные земли, но дрожащая рука ни как не хотела подниматься, чтобы дотянуться до света. Юрена словно находилась под поверхностью воды и все что оставалось это вынырнуть из сна. Так почему?

- Ты боишься... - по змеиному, но с явным удовольствием в голосе прошептали на ухо ведуньи. Резко обернувшись, Юрена едва не оступилась на тонкой ветке и встретилась с тем, что раньше она называла другой Мор. Ее тело больше не напоминало человеческое, просто сгусток стекающей тьмы с грубым подобием ее собственного лица. Отвратительное существо подтянулось на ветке и неестественно изогнулось, состроив жалостливое выражение лица. - Бе-едная девочка. Тебе страшно и ты не хочешь идти на верную смерть. Я понима-аю. Ты можешь остаться со мной. Стать той кем всегда хотела быть. Ты будешь любимаа, - протянуло нечто раскидывая подтекшие щупальца в стороны, будто призывало к объятиям.

Это было отвратительно и Юрена не сдерживаясь скривилась, испытывая такое же отвращение к себе. Она не думала отрицать правоту этой жижи, потому что сама прекрасно понимала, что колебания вызывает только ее страх. Она действительно боится просыпаться, потому что не готова. Ей едва удается удержать меч, магия после контакта с серпом слушается из рук вон плохо, а тело то и дело отказывалось слушаться. Ввязываться в битву сейчас настоящее самоубийство, но искать другой вариант Юрена не собиралась. Как бы сильно страх не подгонял сердце, она не собиралась идти на попятную. Ведунья не обязана была это делать, могла просто остаться в той яркой и счастливой иллюзии, что предлагала другая Мор, но она не хотела. Юрена хотела чтобы безымянный сполна заплатил за то, что Беремир оказался при смерти, за то что пытался хотел убить Эли, за то что Дастин оказался на грани, за то что он лишил ее счастливых воспоминаний и любящего отца. Раз уж безымянный совершил ошибку и вернул ей некоторые из воспоминаний, она с радостью этим воспользуется. Не забывай, кто ты есть. Она та, кто будет вгрызаться в победу как другая Мор, кто будет сжигать препятствия как Юрена, кто вернется к своей семье и подарит свою любовь как эмоциональная девочка Мор.

- Я уже любима, - с издевкой хмыкает ведунья и протягивает руку вверх. Стоило пальцу коснуться поверхности она разбилась, со звуком трещащего льда, а потом Юрена упала.

Громогласный, но слишком высокий, чтобы быть устрашающим рык был первым что услышала девушка вернувшись в сознание. Она резко раскрыла глаза, не спеша шевелиться, и увидела как на землю с грохотом упала голова Горыныча. Две других взревели, одна гневно, другая надрывно, носом толкая

потерянную голову, что невидящем взглядом уперлась прямо в Юрену. Девушка почувствовала как новая волна страха сковала тело, а к горлу подступила тошнота, но сильнее всего в мыслях мелькало одно. Вина. Это ее вина, если бы она не мешкала Горыныч не потерял бы голову. А потом отвращение к безымянному и самой себе, такое едкое, что кислинкой оседало в основании языка. На вкус напоминало ту отраву, которой ее убили. Гнев. Он обжег ее резко, но не внезапно, оставляя в сердце распаляющийся огонек, пока Юрена наблюдала за попытками безымянного добраться до следующей головы змея.

Безымянный стоял спиной к ведунья и видимо не заметил ее пробуждения. Девушка незаметно осмотрелась. Они все еще были со стороны мертвых, но в тело впивались неровности берега из костей, а прямо под ухом журчала Смородина. Бесшумно Юрена приподнялась на локтях, чувствуя тоже сопротивление тела, что и во сне, которое совсем не хотело отступать и это злило еще больше. Ведунья всеми силами старалась сохранять мысли холодными, но ей хотелось просто броситься на безымянного и растерзать его. Хотелось расцарапать ему лицо и выдавить глаза, записывая крики на подкорку, хотелось содрать кожу аккуратными лоскутами и выжечь наказание на свежих ранах, но подавляющая аура и удушающий страх заставляли медлить. Воздух был слишком густой чтобы дышать от чужой силы и Юрена чувствовала инстинктивное желание подчиниться божеству, пусть и забытому, даже если у нее под кожей бурлила магия ничем не уступающая его. Она отвечала на эмоции ведуньи и жгла изнутри, желая исполнить задумки девушки, но это было глупо опрометчиво и опасно. Юрена понимала, что стоит сначала вернуть магию под контроль и использовать то, что безымянный не ожидает нападения.

Не обращая внимания на жар и рык Горыныча, на звуки борьбы и собственный страх, Юрена подползла ближе к воде, понимая насколько глупым было решение, только когда опустила левую руку в Смородину. Она едва сдержала вскрик, когда кожу словно кипятком ошпарило, но прикусив язык продолжала держать руку в воде, чувствуя как потоки магии становятся более плавными. Недавно появившиеся шрамы снова приобрели слабое свечение, еще больше напоминая молнии, а магия стала похожа на бурный поток реки. Сильный, но контролируемый, не сжигающий ее саму изнутри. Только подтянув руку к себе Юрена поняла, что стоило продолжать вслушиваться в звуки битвы, потому что сейчас их не было. Ведунья не успела дернуться, как в предплечье вонзилось лезвие давно заржавевшего меча, вырывая уз девушки болезненный вскрик.

- И что это ты делаешь? - с наигранным интересом и нежностью произнес безымянный, с презрительной ухмылкой возвышаясь над Юреной. Ведунье пришлось задрать голову, чтобы встретиться с его грязно-черными глазами, но отвечать она ему не собиралась. Любое движение вызывало скольжение меча в руке и новую боль, подняться Юрена не могла, но черта с два она позволит ему и дальше ухмыляться. Страх внезапно куда-то исчез, а вместе с ним будто пропал и инстинкт самосохранения, поэтому Юрена дернулась и вцепилась зубами в его левую ногу, с силой смыкая челюсть. Безымянный взревел, а ведунья почувствовала как рот наполняется жидкостью ни капли не похожей на кровь, как с хрустом разрывается ткань и сырое мясо под зубами. Жгучая боль пронзила предплечье, когда из него выдернули меч, Юрена сильнее сцепила челюсть и дернула головой с отвращением выплевывая кусок оторванного мяса. Безымянный замахивается на нее мечем, но ведунья оказывается быстрее и вместе со взмахом раненной руки, вода из реки встает перед ней, застывая в ледяной щит. Юрена успевает только вдохнуть, как стена рассыпается осколками, а из них в нее цепляются две руки. Безымянный повалил ее на горку костей и едва не до хруста сжал горло. Юрена задыхалась, толе от паники, толе от чужой хватки, пока божество с садистским наслаждением наблюдала за ее попытками оторвать его руки от горла. Ведунья не могла дышать и паника быстро затапливала сознание, требуя сделать вдох как можно быстрее, но воздуха не было. Она впивалась ногтями в чужие руки и лицо, но это не помогало. Тело быстро слабело, голова кружилась, а магия испуганно металась внутри, не в силах чем-либо помочь. Страх тушил любую ее искру и заставлял мысли беспорядочно путаться. Юрена снова задыхалась, снова боялась, ей снова было холодно и снова перед ней было чудовище. С серой кожей вместо чешуи, с черными глазами вместо красных, но с такими же щупальцами и опасностью. Юрена оскалилась и вцепилась в плечи безымянного, вспоминая противного старика, что чуть не убил ее. Она не умерла в тот раз, а значит и в этот причин нет, поэтому Юрена дернула головой растапливая ледяной страх жгучим гневом. Всего одна искра и ладони ведуньи вспыхнули малиновым огнем. Божество взвыло и попыталось отстраниться, но девушка крепче впивалась ногтями в плечи, наблюдая как тело оплавляется и стекает черной жижей, совсем как у другой Мор. Юрена пнула Безымянного в грудь и хрипло начала хватать воздух ртом, то и дело срываясь на кашель. Тело не хотело слушаться, мышцы болели от тренировок, но адреналин хорошо подстегивал действовать и ведунья как можно скорее поднялась на ноги. Горло опухло и дышать было сложно, но она глотала спасительный воздух, не сводя глаз с божества. Безымянный яростно шипел ругательства, пока ладонями растягивал стекшую плоть по изначальным местам. Она тут же принимала серый цвет и избавляла его от всех ожогов. Но только от них. Безымянный шипел и рычал что-то на не человеческом и Юрена не сдержала издевательской ухмылки, которая вызвала только больше злости со стороны божества. Именно таким ведунья хотела его видеть — потерянным и удивленным.

Безымянный резко подскочил и вздернул руку в сторону Юрены. В следующее мгновение, раскидывая в стороны кости, из земли вырвались крепкие шипы тьмы. Ведунья отразила движение и тьма встретилась с выросшими скалами, рассыпаясь осколками стекла. Поднятая пыль скрыла божество из виду, Юрена бросилась к мечу окрашенному ее кровью и едва пальцы сомкнулись на рукояти, как она почувствовала лизнувшую лодыжку тьму. Земля ушла из под ног, быстро сталкиваясь со всем телом девушки снова, когда ее отбросили. Юрена зашипела от саднящей боли, что посылала содранная кожа на ногах и руках, но быстро махнула мечом, обрубая щупальце тьмы. Удар откликнулся вибрацией в суставах, разжигая боль в раненном предплечье еще сильнее, но ведунья освободилась, наблюдая как тьма осыпается крупинками песка. Глупая догадка промелькнула в пустой голове девушки, как Юрене прошлось перекатываться по земле, уходя от новых шипов. Ведунья вскочила на ноги, едва не падая, и усмехнулась, несмотря на горящую в ноге боль. В наваждении Рода боль была сильнее, а морское чудовище вызывало больший страх, чем разгневанный ничтожный бог, что не задумываясь нападал, быстро теряя силы.

Безымянный рычал и скалился, но Юрена видела как по его виску стекает пот, а дыхание сбилось от усталости. Он снова вскинул руку, но в этот раз ведунья не отбивалась. Подстегнутая азартом сражения она просто отпустила магию, давая ей свободно выплескиваться наружу, заставляя шрамы светиться еще ярче. Тьма хлестнула ее, но ведунья перехватила щупальце раненной рукой и она рассыпалась песчаной пылью в ладони. Божество удивленно замер, с презрением осматривая то, что осталось от его магии. Юрена не сдерживая торжествующей ухмылки, закрыла глаза и ринулась вперед, полагаясь только на ощущения. Тело двигалось быстрее чем девушка успевала осознавать, но быстро растущие из земли шипы с треском разбивались о ее меч. Она не открывала глаз, пока лезвие не столкнулось с чужой плотью. Безымянный в ладонях удерживал ее оружие, не обращая внимание на стекающую по локтям кровь, и скалился.

- Уж в мире моей матери, твои силы против меня ничтожны, - хмыкнула Юрена и едва увернулась от кулака нацелившегося в нос. Она растянула губы широкой ухмылке и каблуком сапога наступила на ногу безымянного, с удовлетворением услышав характерный хруст костей. Ее собственная лодыжка отозвалась вспышкой раскаленной боли, но это стоило яростного и болезненного вскрика божества.

- Один раз я тебя уже убил, - прошипел безымянный, отталкиваясь от Юрены.

- Пришло время за это заплатить, - перебила ведунья, прежде чем он пустился в громкие речи, и замахнулась мечом, быстрым движением рассекая грудь. Балахон божества треснул, и быстрыми струйками из раны побежала черная кровь, собираясь под ногами в лужу. Кости, на которые попадала жижа начинали шипеть и испаряться на глазах, а лезвие меча окрашенное в ней истончилось и опало, подобно листу пергамента. Юрена ругнулась себе под нос и отбросила оружие, чувствуя как кислота чужой крови во рту и горле начинает раскаляться, прожигая внутренности. Ведунья начала задыхаться, грудь сотрясал кашель, а срывающаяся с губ жидкость приобрела оттенок ее собственной крови. Руки перепачканные черным, начало щипать, будто сотни иголок впивались в кожу одновременно, а желудок выворачивать наизнанку. Безымянному это нравилось, он упивался тем как Юрена сотрясается в раздирающем грудь кашле, с пониманием, что допустила ошибку, что просто подарила свою смерть.

Божество выпустило язык, смачивая нездоровую улыбку потемневшей слюной и двинулось к Юрене. Девушка попыталась отступить, прикрывая рот ладонями, по которым стекала кровь, но из-за сломанной лодыжки оступилась и повалилась на землю, ударяясь спиной о неровную поверхность костяного берега. Она постаралась вздохнуть, но полный рот крови заставил захлебнуться и закашлять еще сильнее. Юрена не успела перевернуться, как безымянный прижал ее тело к земле, усевшись на грудь. Она не успела протянуть руку, не успела использовать магию и сделать хоть что-то, как в грудь с отвратительным хрустом и затмевающей зрение волной боли вонзились голые руки, и раздвинули ребра. Кричать не выходило, Юрена утопала в боли, сознание стремительно гасло, но даже так она будто могла ощущать как чужие пальцы смыкались вокруг ее сердца, намереваясь раздавить его.

Смерть в мире Нави... Неужели это и правда конец?

Глава 30

Дастин устало потер глаза, отгоняя остатки сна и оглядел комнату. Он пытался понять, что вызвало неприятное ощущение сродни плохому предчувствию, но все было привычно. Эли рядом с ним сладко сопела, пуская на подушку слюни, пока ее волосы представляли из себя пышное гнездо. Беремир неподвижно лежал на кровати, но грудь его умеренно поднималась и опускалась в спокойном дыхании. Юрены как обычно рядом не оказалось, ее одеяло было скомкано и небрежно отброшено в угол, а из-за двери в комнату просачивался тонкий луч бледно света от голубого огня свечей. Но все же что-то не давало Дастину успокоиться и уснуть. В голове зарождалась неприятная мигрень, а дыхание сбивалось, будто юноша только очнулся от кошмара, которого он не помнил.

Дастин поправил одеяло сестры и тихо покинул комнату, прихватив с собой меч. Темные коридоры не помогали развеяться, а только сильнее будоражили неприятные мысли. Шаги эхом раздавались в ушах, под стать ритму сердца, и словно отсчитывали секунды до катастрофы. Что-то в окружении ощущалось совершенно не правильным, но Дастин никак не мог понять что именно. Тени будто стали гуще и произвольно дергались, словно не связанные со светом от свечей. Казалось, стоило отвернуться и пространство начинало меняться, но стоило юноше вновь оглянуться и все возвращалось на свои места. Похожее ощущение он испытывал только перед встречей с Ыркой, и это не помогало успокоиться. Оно пузырилось под кожей, вызывая фантомный зуд и всплески нервозности, потом стихало медленно перетекая по телу и снова начинало бурлить с новой силой.

Дастин чуть ли не выбежал на улицу, где обычно тренировался с Юреной, боясь не застать ведунью за ночными тренировками, как происходило обычно, но девушка все же стояла там неподвижно и глядела куда-то за черные скалы и тьму.

- Юрена? - негромко позвал Дастин и напряженно замер, когда девушка обернулась, потому что это была не ведунья. По ее лицу, так похожему на Юрену, расплылась теплая улыбка, но в черных глазах плескался холод, что оставлял после себя мурашки на спине и руках. Юноша крепче сжал меч и нахмурился, понимая что неприятное предчувствие только усилилось, но девушка не спешила нападать. Наоборот. Она снова обернулась заглядывая в тьму.

- Меня зовут Морена, - разрезал тишину мягкий голос, что медом влился в уши и заставил Дастина ненадолго потеряться. Что-то вокруг все равно было не так, и юноша не спешил верить незнакомке, учитывая что она внезапно оказалась там где должна была быть Юрена.

- Моя дочь сейчас сражается за свою семью, - ответила девушка на не заданный вопрос и интонация, которой выделили последнее слово, показалась пугающей. От нее расплывался холод, словно это было невысказанное предупреждение. Морена указала рукой куда-то во тьму, после чего с широкой улыбкой повернулась к Дастину. - Все идет по плану.

- Разве вы не должны ей помочь? - пробурчал юноша пытаясь разглядеть хоть что-то, пока сердце начало разрываться от беспокойства. Перед глазами всплывали самые неприятные картины, в которых Юрена с каждой секундой страдала все больше и больше, пока не прощалась с жизнью.

- В этом нет необходимости, ведь у нее есть ты, - мягкий голос выдернул его из пучины мыслей, пока Морена внимательно его разглядывала. Черные глаза придавали взгляду тяжесть схожую с наковальней, что с каждой секундой давила все сильнее.

- Я ничем не могу ей помочь, - прошипел Дастин, в полной мере, даже кончиками пальцев ощущая свою беспомощность. Даже попытайся он помочь, только мешался бы под ногами.

- Ошибаешься, - довольно протянула Морена и, оказавжись прямо перед ним, схватила юношу за щеки, чтобы оставить на лбу обжигающий холодом поцелуй. - Ты станешь тем, кто подарит бессмертие ее душе.

Дастин услышал громкие быстрые шаги и недовольные замечания матери задолго до того, как дверь в его спальню с грохотом распахнулась и Эли запрыгнула на него, придавив всем весом к кровати. Юноша недовольно прохрипел что-то невнятное и подтянул одеяло к лицу, пока сестра пыталась его раздавить. Сонное сознание не воспринимало болтовню девушки и уж тем более не собиралось расшифровывать, но Дастин четко разобрал приближающийся строгий тон матери.

- Элиссон! Тебе уже пятнадцать, как юная леди ты не можешь просто врываться в комнату к одинокому мужчине, - раздалось из коридора, вместе с приглушенным стуком каблуков.

- Не моя вина, что брат еще не нашел себе жену, - крикнула в ответ девочка, но все же спрыгнула с кровати, прежде чем мать зашла в комнату. Женщина хмуро оглядела их, со строгостью взглянув на сына, который не удосужился подняться, не имевшего и грамма желания идти на очередной бал, ради поиска невесты.

- Так, - отрезала женщина и указала пальцем на дочь. - Быстро к Мэри, она поможет тебе собраться, а ты, - палец направился на сверток одеяла. - Поднимайся и иди завтракать, сегодня ты должен пригласить на танец как минимум семь девушек, поэтому тебе потребуется много сил.

- Ну маам, - простонал Дастин и выглянул из своего укрытия, но женщина не позволила ему продолжить. Она просто цыкнула на него и быстро удалилась из комнаты, оставив юношу наедине с противно ухмыляющейся сестрой.

- Надеюсь сегодня ты не будешь привередой, - сладко протянула она и едва увернулась от полетевшей в лицо подушки. Эли громко, гадко рассмеялась и сбежала с поля боя, направившись к личной служанке, чтобы подготовиться, пока Дастин собирал все имеющиеся силы, чтобы все-таки подняться с кровати и повторно пройти круги ада под названием бал, знакомство с людьми и удушающий костюм.

Годы шли, но мероприятия все никак не менялись. Та же музыка, те же танцы, те же порядки, та же напускная вежливость и то же лицемерие. Все вокруг оставалось все таким же неприятным, как и раньше, разве что теперь Дастин мог отвлекаться на алкоголь, и не бояться что кто-то заставит его танцевать, пока мать с отцом общаются с богатыми купцами, а Эли уже в третий раз кружится со своим женихом, с искрящейся улыбкой на лице.

- Приветствую, - Дастин едва не поперхнулся, когда над ухом неожиданно раздался чужой голос. Он обернулся и столкнулся взглядом с ухмыляющимся Элиотом, тут же испуская тяжелый вздох. - Чего скучаешь?

Юноша не ответил, просто вопросительно вздернул одну бровь. Его друг нахмурился, но быстро нацепил на лицо учтивую улыбку и сдвинулся в сторону, открывая Дастину вид на девушку, что смущенно переминалась на месте, пряча лицо за веером.

- Познакомься, эту обворожительную леди зовут... - дальше Дастин не слушал. Пока его друг распинался и пытался поддерживать беседу, он только кивал когда надо с вежливой, уже будто приклеенной улыбкой на лице. Девушка была милой, даже симпатичной и из хорошей семьи, но Дастина просто воротило от нее, и он не понимал почему. Идеальные манеры, скромность, красота, она была восхитительна, одна из самых желанных девушек на этом вечере, но что-то все равно было не так. Или наоборот, все было слишком так. Она была точно такой же как и остальные, возможно поэтому Дастин не смог запомнить имени, ведь оно бы просто потерялось среди лиц таких же обыкновенных девушек.

- Да что с тобой не так? - прошипел Элиот под ухом. Дастин моргнул и понял, что беседа давно прекратилась, а девушка смущенная и расстроенная поспешила удалиться. - В этом городе уже не осталось девушек, собираешься и дальше холостяком быть? Чем тебе Эмили не угодила?

Эмили. Так вот как ее зовут... Разве прошлую звали не так же?

- Хотел бы я знать что со мной не так... - пробурчал Дастин и откинулся головой на колону.

- Ну вот что должна сделать девушка, чтобы ты на нее хотя бы взглянул? - что сделать? Дастин серьезно задумался, пытаясь понять собственное замешательство.

- Пригласить меня на танец, - глухо признался он, стараясь ухватиться за назойливую мысль, что кружила на задворках сознания, но ускользала каждый раз, стоило ее заметить. Элиот рядом задохнулся от его слов и бегло огляделся.

- Ни одна девушка в здравом уме так не поступит, - прошипел он.

- Тогда надеть брюки, - просто сказал Дастин, за что получил подзатыльник и хмурый взгляд от друга.

- Мог просто сказать, что не хочешь ни с кем знакомиться, и обойтись без этих шуток, - Дастин был с ним согласен, вот только его слова не были шуткой. Он и сам понимал, что на такое никто не пойдет. Опозорить себя и свою семью, только чтобы какой-то мужчина обратил на тебя внимание было бы верхом глупости, но почему-то Дастин не сомневался в своих словах. Внутри что-то было готово радостно верещать, только случись такое, будто только такой поступок может выделить ту самую. Но так же Дастин знал о чем мечтает каждая из присутствующих девушек. Они как и Эли хотели встретить принца на белом коне, который спасет от любых бед, будет холить и лелеять. Хотели того кто будет относить к ним, как к любимым охотничьим собакам. Все они словно искали хозяина, который будет их кормить, любить и изредка выводить из дома, чтобы похвастаться перед другими, такими же обладателями редкой породы, под названием женщина. Это отвратительно. Дастин всегда кривился, стоило задуматься об этом, но видел происходящее вокруг только так. Та же самая Эмили, теперь как болонка радостно вертела хвостом, потому что один толстосум пригласил ее на танец. Даже его сестра напоминала ему восторженного щенка, стоило ей встретиться с женихом... Если бы этот мальчишка не относился к Эли как к сокровищу, Дастин возможно четвертовал бы его на дуэли. Единственная женщина, что не вызывала в нем презрения, это была его собственная мать. Она тоже жила по правилам, но она не напоминала выдрессированную собаку, потому что высший свет был ее средой. Волей или не волей мать Дастина возвышалась над всеми вокруг, представляя собой идеальный пример, того как должна себя вести женщина, но при этом никто не смел смотреть на нее с пренебрежением. Она была той, кого уважают, несмотря на все предрассудки по отношению к женщинам, и Дастин не сомневался, что будь ее воля, она бы стерла их в порошок и вознеслась над мужчинами и сама стала хозяйкой своей жизни. Возможно Дастин просто искал девушку, которая была бы похожа на его мать.

Он не делился этими мыслями, понимал что в этом не было смысла. Рано или поздно родители все равно подберут ему невесту из хорошей семьи, пока Дастин все еще в брачном возрасте и он не будет сопротивляться, потому что лучше он так или иначе не найдет кандидатки лучше, а если встретит и приведет девушку в брюках, мать выгонит их обоих. Поэтому он просто ждал пока это произойдет, пытаясь не обращать внимание на затапливающие его чувство разочарования каждый раз как поднималась тема его женитьбы, ведь это то что он был обязан сделать как сын. Дастин не должен заставлять родителей беспокоиться о его будущем и просто найти уже жену, но эти мысли всегда быстро перекрывал далекий, но настойчивый шепот, говорящий, что только он может решать что и кому должен. Всякий раз это не давало покоя и мешало спокойно относиться к кандидаткам в супруги.

Очередная девушка даже не пыталась обратить на него внимание, просто болтала о последних слухах и модных бутиках. Кажется он и раньше с ней виделся. Эма? Милли? Точно, ее вроде звали Эмили. Ярко-зеленое платье выглядело на ней вульгарно, и хорошо сливалось с зеленью сада, так что Дастин почти ее не замечал. Возможно если бы она молчала, он смог бы представить что гуляет один. Ему бы этого хотелось, потому что слушать эту девушку было сложно, она постоянно перепрыгивала с темы на тему, словно не могла достаточно долго думать о чем-то одном. Эмали то и дело сбивалась, используя термины, которые были явно ни к месту, пытаясь показаться умнее чем она есть, чем феерично себя позорила, но Дастин на это лишь вежливо улыбался и хвалил за обширный словарный запас. Слушать Моли было неприятно, как и многих других людей, которых ему приходилось терпеть, но в каждую такую беседу все сильнее хотелось поговорить с кем-то кто может часами рассказывать о чем-то одном, к чему пытает особую страсть. Хотелось поговорить с кем-то умным или просто помолчать. С кем-то...

Дастин незаметно закатил глаза на болтовню Милы и отвел взгляд в другую сторону сада, туда где располагался низкий фонтан, около которого стояла черноволосая девушка. По крайней мере так ему показалось, потому что стоило моргнуть как она исчезла, оставив после себе сбившееся, по непонятной причине, с ритма сердце юноши и оглушающую пустоту, которая разрасталась и требовала чтобы ее заполнили хоть чем-то. Поэтому Дастин попытался сконцентрироваться на словах Мол, но это не помогло, а только вызвало головную боль.

Дастина почему-то не отпускали воспоминания о призраке той девушки из сада, которую даже в мыслях назвать незнакомкой не находилось решимости.

- Может это суккуб? - предположила Эли и перевернула очередную страницу далеко не первой просматриваемой книги. Она продолжала посмеиваться над братом, называя сошедшим с ума от одиночества, но все равно помогала искать информацию, узнав, что Дастин уже третью ночь не спал выискивая что-то что помогло бы разобраться, или просто избавиться от навязчивых мыслей.

- Они являются ночью и во снах, - отрицательно покачал головой и с тяжелым вздохом принялся за следующую книгу. Он и сам прекрасно понимал, что помешался, но было что-то странное во всем этом. По ощущениям казалось, что девушка давно была ему знакома, а он словно слепец упускает что-то крупное как гора в этой ситуации. Так бывает, когда забываешь о чем-то важном, чего никак нельзя было забыть и всеми силами пытаешься вспомнить, но мозг отказывается идти у тебя на поводу и приходиться ехидно смеется в сторонке, наблюдая за безрезультатными потугами возродить хотя бы частичку желаемых воспоминаний.

- Раз у фонтана, то может русалка?

- Тогда скорее водяница, - не задумываясь пробубнил Дастин и резко замер, понимая что внезапно всплывшая мысль оборвалась так же резко как и появилась, словно кто-то нарочно обрубил ее. Он вскинул голову встречаясь взглядом с сестрой, лицо которой вновь потеряло все эмоции и пару секунд напоминало фарфоровую куклу. Совершенно фальшивую и ненастоящую. Эли была такой всего один раз, когда Дастин впервые упомянул загадочную девушку. Но вот она моргнула, и брови удивленно поднялись, придавая маске человеческих эмоций. Это напрягало. Элиссон казалась какой-то неправильной, но было неясно, что именно было не так. С каждым таким разом, она просто все меньше казалась его сестрой и все больше очень хорошей фальшивкой.

- Что это такое? - Эли пару раз моргнула, выражая едва сдерживаемый интерес.

- Не знаю... - не совсем честно ответил Дастин. Мысль оборвалась раньше, чем он смог понять что-либо, но в нем просто была уверенность, что русалки и водяницы это разные существа. Дастин не знал в чем разница, поэтому просто пожал плечами. - Но это точно не та девушка.

- Ну тогда не знаю, - заканючила Эли и откинула книгу из рук на кровать. - А еще я устала и хочу есть.

Это не было предложением. Сестра просто утащила его на кухню, заставив оставить копошение в чернильных буквах и строках, хотя бы на время трапезы. Дастину ничего не оставалось, кроме как согласиться, уже нутром понимая, что нужной информации не найдет. Он несколько раз проштудировал библиотеку, но ему ни разу не попадалась на глаза книга о чем-то связанным с так называемыми водяницами, с которыми он уверен как-то связана та девушка. Почему-то создавалось такое ощущение, что нужные книги просто исчезли с полок, растаяв на солнце, но проверить еще раз и убедиться в этом ему помешала Эли. После того как всплыла водяница, сестра начала постоянно мешаться. Она перестала помогать, зато стала вваливаться в библиотеку и комнату, поднимая шум и умоляя Дастина уделить ей внимание, словно резко вернулась в детство. Если видела в руках брата книгу тут же выхватывала ее и сбегала, носилась по всему поместью, а потом выслушивала причитания матери о недостойном поведении, но все также продолжала, поэтому Дастин перестал пытаться. С ходом дней мысли о девушке становились все более блеклыми, заменяясь радостью быть рядом с семьей. Он старался уделять больше времени тренировкам с отцом и чаепитиям с матерью, чтобы отстраниться от воспоминаний о призраке. Все наконец-то возвращалось на свои места и непонятная тревога стала спадать. Пока не пришло время очередной встречи с Эмой.

Дастин едва смог сдержаться, чтобы не показать всего своего отвращения к этой девушке. С прошлого их разговора она будто стала еще хуже и раздражала еще сильнее. У Дастина чесались руки, чтобы просто зажать ей рот ладонь, только б та замолчала и перестала расхваливать своего портного. Он все это время не мог отделаться от мысли, что с девушкой призраком поговорить было бы приятнее, но к внезапно всколыхнувшемуся разочарованию, ее не оказалось у фонтана, когда Мила вела его по прежнему маршруту. Это тоже показалось неправильным, словно призрак и правда была обязана там появиться.

Дастин до дрожи в кончиках пальцев хотел с ней увидеться, испытывая невероятную тоску, невольно приравнивая себя к псу брошенному своим хозяином. Это было глупо, ведь он даже ни разу не видел лица этой девушки, но не мог отделаться от этих мыслей, словно той доли секунды хватило, чтобы она успела накинуть на него ошейник и посадить на цепь, конец которой крепко держала в руках. Натяжение этой цепи ощущалось почти физически, поэтому Дастин не был удивлен, когда обнаружил себя сидящем на бортике фонтана, глупо следящего за звездами, потому что кроме него там никого не было, но по крайней мере тяжесть в груди улеглась, пока легкий ночной ветерок перебирал его волосы, а нос щекотал терпкий аромат полыни и шалфея, который никогда не рос в саду. Это было странно, но запах казался знакомым и удивительно успокаивающим. За него хотелось цепляться всеми частичками сознания, потому что он пробуждал забытые ощущения холода чужого тела на собственной коже, которые кто-то насильно отстранял.

Дастин закрыл глаза и уронил голову на грудь, испытывая фантомное ощущение чужих пальцев на разгоряченной коже. Оно то ускользало вместе с ароматом трав, то молнией пронзало тело, заставляя все больше воспоминаний колыхаться где-то на глубине сознания.

- Мой солнечный мальчик, - тихо раздалось над ухом и Дастин быстро огляделся, никого не находя. Тело сотрясала крупная дрожь, а сердце грохотало в ушах, быстрее разгоняя кровь и посылая ее к щекам, что покрывались лихорадочным румянцем. Какое-то непонятное ощущение кляксами раскрывалось внутри, путая мысли и пряча всплывающие воспоминания.

- Дастин! - крикнула Эли, заставив брата вздрогнуть от неожиданности. Девочка бежала к нему с широкой улыбкой, пока за ней чуть медленней двигались родители. Они встали прямо перед Дастином, и ощущение чего-то чужеродного под кожей ослабло.

- Мы подумываем устроить вечер чтения. Присоединишься? - улыбнулся коренастый мужчина, обнимая жену за плечи.

- Конечно присоединиться, пошли, - Эли схватила его за руку и потащила в сторону особняка, но Дастин застыл как только встал и повинуясь чему-то на уровне инстинктов или интуиции обернулся на тропинку, уходящую за пределы поместья. По гравийной дорожке медленно, но уверенно удалялась черноволосая девушка. Дастин пару раз моргнул, но она так и не исчезла.

- Идем мальчик мой, - улыбнулась его мать, отвлекая от призрака на секунду. - проведем время всей семьей, как раньше.

- Нет, мне нужно...

- Ты что собираешься променять семью на нее?! - перебила Дастина Эли и дернула его за руку, заставив нахмуриться в непонимании.

- Оставишь нас, чтобы быть с этой ведьмой? - прошипела мать.

- В чем дело? Я только поговорю и вернусь.

- Нет, - отрезал отец и его руки сжались в кулаки. - Если пойдешь за ней, то не сможешь вернуться.

Дастин снова оглянулся на девушку и сердце испуганно пропустило удар, увидев что та почти покинула территорию поместья.

- Ты собираешься в очередной раз совершить ошибку и вновь разрушить нашу семью? - зарычала женщина и Дастин всем телом прочувствовал собственное напряжение. Услышать эти слова было больно и в груди неприятно отозвалось на них, но он уже знал какой выбор сделает, потому что его семья стоит здесь. Стоит в прошлом, в то время как Юрена удаляется, уверенно идя к своему будущему по дороге жизни.

- Она ведунья, - с мягкой улыбкой поправил Дастин и сорвался с места, догоняя свою спутницу, не замечая как мир вокруг исчезает по тьме, пока не остается только Юрена впереди.

Дастин не окликал ее, но девушка все равно остановилась, будто ощутив его приближение. Юноша поравнялся с ней и ведунья одарила его одной из самых мягких своих улыбок, которую показывала только ему. Она протянула руку и Дастин уверенно переплел с ней свои пальцы, все еще ощущая дрожь.

- Не думала, что ты и правда выберешь меня вместо семьи, - с благоговением прошептала девушка.

- Я ведь обещал, что дальше мы будем идти рука об руку через все невзгоды жизни, - хрипло прошептал Дастин, не обращая внимания на скатившиеся по щекам одинокие слезы. Он не жалел о своем выборе и был уверен, что это не измениться, ведь Юрена ошибалась. Его выбором была семья, просто сейчас в ней была она сама, Эли и Беремир. Он не сомневался, в решении отказаться от того счастья, что дарила ему прошлая семья, ведь это все было фальшивым. Вот что было не так в той идиллии, она была ненастоящая, насквозь пропитанная ложью и строилась только на фантазиях, которые нельзя было воплотить в жизнь. Прошлого не вернуть и совершенные ошибки не отменить, их можно только принять и попытаться исправить. Как бы сильно вина за разрушенную семью не разъедала Дастина изнутри, оставляя на душе глубокие шрамы он наконец-то смог понять, что не в его силах было что-то изменить и сейчас у него было лишь одно единственное желание — избавиться от вины и жить дальше вместе со своей спутницей.

- Так какой у нас план? - спросил Дастин утерев слезы и широко улыбнувшись. Юрена послала ему холодную усмешку и крепче сжала его ладонь. Теперь она нашла свой правильный ответ.

- Умереть.

Глава 31

Морена задыхаясь мчалась к Калинову мосту, не обращая внимания на то как ослабевшее тело отказывалось передвигаться. Черный песок под ногами холодом обжигал ступни, а редкие мелкие камни терзали кожу, оставляя после себя небольшие порезы, но богиня не обращала на это никакого внимания. Все мысли метались только вокруг дочери и ее возлюбленного, чьи жизни рассыпались в мироздании с каждым сигом все больше. Под ногами захрустел костяной берег. Ветра в Нави не было, но кожу все равно неприятно стягивало, а до обоняния доносился стойкий запах крови, который не перебивало даже зловоние Смородины. Железо мешалось со сладкой вонью гнили, и подтягивало желудок к горлу, вызывая тошноту. Морена бежала вдоль реки и жадно глотала воздух, чувствуя как ноги подкашиваются.

Первым богиня увидела обезглавленное тело Горыныча, что своей тушей перекрывало ей дорогу. Из обрубленных шей медленно сочилась горячая густая кровь, которая лавой проливалась на человеческие кости и превращала в черные угольки, пока головы трескались и рассыпались пеплом. Но не это сейчас волновало Морену. Она обежала безжизненного дракона и ноги, словно резко утопли в болоте, когда перед глазами предстало разодранное тело ее дочери, а рядом с ним мертвого Дастина с изрубленной мечом грудью. Богиня закричала, но сама того не услышала, и бросилась к дочери, падая перед ней на колени. Она лихорадочно разглядывала лицо Юрены, надеясь хоть на мгновение уловить в блеклых глазах дыхание жизни, но там не было даже отблесков света. По щекам богини побежали слезы, что быстро обратились осколками льдинок и разбились о землю. Впервые за свою бессмертную жизнь Морена рыдала, как ребенок, скулила, от раздирающей сердце боли, подобно израненному животному и захлебывалась в собственном горе.

- Тебя предупреждали дочь моя, - раздался над ее головой старческий голос, но богиня не отозвалась. Она продолжала мягко поглаживать холодные щеки дочери, только сильнее размазывая кровь, что уже не капала с уголков губ, пуская по собственным безостановочные слезы. - Ты нарушила запрет и связалась с человеком. Надеюсь такого наказания достаточно, чтобы ты укротила свой нрав и не нарушала правил.

- Ты сгубил мое дитя, только потому что я поддалась искушению любви? - прохрипела Морена, сквозь ком сдавивший горло, не в силах испытывать гнев. Только не когда ребенок, все еще покоился в ее руках.

- Ты породила существо, которое никогда не должно было существовать, - грозно заявил Род и стукнул посохом, тоном заставив безымянного за своей спиной испуганно сжаться. - Мне стоило давно разобраться с этим отродьем, но отец хорошо ее скрывал, как и Яга позже.

- Моим наказанием стало уже то, что вы заперли меня в Нави, так почему? - она не смогла закончить, голос обломился и Морена едва подавила всхлип рвущийся из горла.

- Этой девчонкой не вышло бы управлять так же как и тобой. Этому миру достаточно того, что Чернобог сеет вокруг хаос. Нам не нужны лишние проблемы, - глаза старика с отвращением скользнули по пустому лицу ведуньи, и выжидающе посмотрели на Морену. Губы богини невольно сжались в бледную нить, а по лицу скользнуло разочарование, но она не осмеливалась сказать что-то против.

- Я все поняла, - на грани слышимости прохрипела девушка и склонила голову, не в силах заглянуть в мертвые глаза дочери.

- Не стоит так расстраиваться, - ядовито усмехнулся безымянный. - Макошь изначально предвещала ей смерть, но должен признать девчонка сражалась упорно. Вы должны были быть готовы...

Продолжить он не смог. Посох Рода ударился о неприглядный череп на земле и грохот от удара эхом пронесся по всему миру Нави, а следом безымянный рассыпался в черный песок, даже не успев осознать собственной смерти. Морена даже не порадовалась этому, ей не было дела до дальнейшей судьбы очередной пешки прародителя мира, ее волновало только остановившееся сердце существа, которому сама смогла даровать жизнь.

- Я верю, что впредь ты будешь благоразумной и не заставишь меня вновь вмешиваться в дела своих детей, - спокойно произнес Род и растворился в легкой дымке, оставив Морену наедине с пустотой. Доли текли мимо богини не поддаваясь счету, но со стороны внезапно послышался шорох.

- Не думал, что вы такая хорошая актриса, - Дастин сел и с неприязнью оглядел собственную грудь, говоря шепотом, словно боялся что их могут подслушать. Морена повернулась к юноше и послала ему довольную ухмылку, что была так похожа на выражение Юрены. Слезы давно исчезли с ее лица, а печаль испарилась из ее вида почти мгновенно.

- Приятно это слышать, - мягко ответила богиня и отвлеклась на болезненный стон Юрены. Девушка часто моргала, пытаясь спасти подсохшие глаза и хваталась за все еще раскрытую грудь. Ведунья не дышла и говорить не могла, из-за разодранных легкий, сердце по-прежнему стояло на месте. Дастин быстро приблизился и осторожно подхватил ее на руки, стараясь не тревожить рану еще больше. Морена молча поднялась, краем глаза заметив как из обрубков шеи Горыныча начали отрастать новые головы, и последовала за юношей к замку своего супруга.

Юрена устало держала голову на плече Дастина, даже не пытаясь помочь себе самостоятельно. Тело было слишком повреждено, поэтому она ждала, когда ей займется Ягиня, а пока просто впитывала успокаивающий запах солнца и сладостей, благодаря судьбу за встречу со своим спутником. Ведунья была слишком уставшей, чтобы разговаривать, но она точно слышала как Эли встретила их встревоженными криками, а потом тело прошибло волной едкого тепла, когда Дастин передал ее на попечение старой ведьмы. Юрена не могла открыть слипающихся глаз, но ярко ощущала все происходящее вокруг. Вот Эли ругает Дастина за безрассудство, на что тот только тихо посмеивается, обещая впредь больше так не делать, а за ней повторяет только очнувшийся Беремир. Вот ее мать мягко поглаживает ее волосы, а Ягиня колдует над ранами, посылая по телу вспышки молний. Вот в стороне стоит Кощей, что с явным неодобрением смотрел на происходящее, но который не мог отвести взгляда от счастливой и благодарной улыбки своей супруги, что впервые обратила на него внимание, и он понимает, что сделал верный выбор, решив помочь ей, а не отцу. И это было так знакомо и спокойно, что ведунья не заметила как провалилась в сон, погруженная в теплую семейную атмосферу, что витала вокруг. Все вокруг наконец-то стало спокойно. Юрене больше не нужно было гоняться за сокровищами богов, спасать мир и собственную жизнь, поэтому она собиралась просто отдохнуть.

Проснулась ведунья, окруженная все тем же родным ароматом и теплом, которого никогда не было в мире Нави. Юрена медленно открыла глаза и на мгновение зависла, всматриваясь в до боли знакомый потолок из потрескавшихся досок, обугленных после того раза, как будучи ученицей Ягини чуть не сожгла избу. Она поднялась на локтях, без какой-либо боли в теле и огляделась. Ведунья была дома. Под потолком избушки висели пучки сушенных трав, из маленького окошка внутрь проникал яркий белый свет, печь под девушкой была теплой и в ней тихо потрескивал огонь. Стол был пуст, а сундуки распахнуты, представляя внутри ворохи перевернутой одежды. Юрена нахмурилась и села, еще раз оглядывая помещение, пытаясь понять, что за ведение ее посетило, а главное почему.

На улице послышались скрипучие шаги и ведунья невольно напряглась, приготовившись колдовать и обороняться, но этого не потребовалось. Дверь быстро, но тихо распахнулась и внутрь вошел покрытый снегом Дастин. Войдя юноша быстро стряхнул с волос крупицы снега и замер, встретившись взглядом с Юреной. Спустя мгновение замешательства его губы растянулись в широкой улыбке и он быстро приблизился к ведунье.

- Ты наконец-то очнулась, - просто сказал Дастин, а девушка еще раз подозрительно оглянулась. - Кощей переместил нас сюда через лесной колодец, как только ведьма тебя подлатала, видимо боялся медлить. Прошла уже пара дней, а Эли и Беремир сейчас отправились в деревню, чтобы купить что-нибудь на еду, - ответил он на все не заданные вопросы Юрены.

- Все в порядке? - прохрипела она и кривилась от сухости в горле. Дастин мягко улыбнулся и поспешил поднести девушке стакан воды.

- Морена сказала, что теперь все боги думают, что ты мертва. Так что больше тебя никто не будет пытаться убить, и ты можешь жить спокойно.

- Хорошо, - просто сказала ведунья, осушила воду, с дрожью ощущая растекающееся по телу спокойствие, и нахмурилась. - Не понимаю, почему она сразу не могла рассказать, мне весь свой план?

- Я у нее это спросил, - весело фыркнул Дастин. - Богиня сказала, что в таком случае, ты бы поступала по-другому и Макошь не смогла бы изъяснять твою судьбу размыто, а значит и Род и безымянный смогли бы убить тебя по настоящему.

- Хорошо, что мы с матерью играем только по своим правилам. Не знаю, что случилось бы, не будь она такой своенравной.

- Тогда бы ты так и не родилась, а я бы до самой смерти был одиноким волком, - тяжело вздохнул Дастин наигранно печалясь.

- Но вышло так, что я предпочла тебя своим мечтам. Тоже самое сделал и ты, а теперь наши души связаны и пока не умрем оба, не сможем найти смерть по одиночке, - мягко улыбнулась Юрена, скрывая торжествующую ухмылку, и притянула юношу для быстрого поцелуя. - Кажется теперь ты не сможешь быть один, даже если захочешь.

- Если мое одиночество будет включать тебя, то я только рад, - выдохнул Дастин и запечатал слова тягучим поцелуем, от которого по телу ведуньи побежали взбудораженные мурашки, и сбилось дыхание. Только сейчас она смогла почувствовать что все наконец-то оказалось на своих местах.

Еще несколько месяцев назад мир не казался таким правильным и Юрену пожирало чувство, что-то то вокруг было не так. Эта избушка казалась ей чуждой, как только Ягиня отправилась в Нави, а одиночество тоскливо давило на сердце, даже если сама ведунья этого не осознавала, даже если общество людей было для нее страшнее кошмара о прошлом. Теперь же ведунья не ощущала холода, почти всегда пустовавшего жилища, вместо него было тепло и уют, которого прежде не было. Теперь Юрена страшилась одиночества и желала навсегда быть привязанной к людям, что назвала семьей. Она наконец-то смогла принять свое прошлое и вернуть старого друга. Теперь у нее есть ученица, что станет преемницей ее дара. Отныне у нее есть спутник жизни, что не покинет ее и после смерти.

Это все, о чем простая ведунья когда-либо могла мечтать, и все в чем она нуждалась, и Юрена готова снова сразиться с богами, но она никогда не позволит отнять у нее хоть часть этого.