Следующая ступень

Глава 1

***

В пустом и сером пластобетонном кабинете для допросов, напротив большого зеркала почти во всю стену размером, за железным столом, на привинченном к полу стуле сидел подросток. Он был высок, широк в плечах, светловолос, с резкоочерченным волевым подбородком и яркими голубыми глазами. Классическая “офисная” стрижка с зачесом волос на левый бок открывала высокий лоб и была стильна, ухожена, но слегка щеголевата. Одет он был под стать стрижке: классическая свело-бежевая рубашка, расстегнутая на одну верхнюю пуговицу, брюки в тон, чуть более темный ремень и такие же по цвету чистые, отдраенные ботинки.

Взгляд его был чист и спокоен, руки с идеальным маникюром неподвижно лежали на поверхности стола. Вся поза его излучала расслабленную уверенность и отсутствие сомнений в себе и своей правоте.

Наручников на парне не было. Пикнул зуммер, оповещающий о разблокировке замка входной двери, она отворилась и в помещение вошли трое: два вооруженных человека в черных бронекомбезах, с оружием на поясах и кейсами в руках, в глухих черных защитных шлемах с затемненным бронированным забралом и мужчина в светлом мундире с золотыми эполетами и золочеными погонами, без головного убора, но с боевой абордажной саблей на перевязи под правую руку.

При появлении мужчины в светлом мундире парень вскочил со стула и поклонился.

– Ваше Императорское Высочество! - с легким недоумением пополам с почтением в голосе поприветствовал он его. Тот, едва поморщившись, отмахнулся.

– Садись, – парень не замедлил выполнить полученное распоряжение. Сам мужчина в светлом мундире сел напротив него, на такой же металлический стул, привинченный к полу. Телохранители заняли места соответственно справа и слева в двух шагах за спиной.

– Итак, - начал он, положив принесенную с собой папку на стол справа от себя. – Догадываюсь, что ты меня узнал, но все равно представлюсь - Принц Империи Иван. Следователи СИБ уже допросили всех вас, составили отчеты, рапорта, во всю идет проверка ваших показаний всеми доступными агентурными, техническими и дипломатическими способами. Я хочу поговорить с тобой обо всем случившемся, так сказать, неофициально. На ход дела это никак не повлияет.

– Хорошо, – удивленно сказал парень и чуть пожал плечами. С момента появления принца он подрастерял свою уверенность, так как не понимал, что происходит. А происходило следующее: принц встал со стула, взял у одного из телохранителей черный кейс, открыл его, начал доставать и устанавливать какие-то приборы, в которых парень с еще большим удивлением узнавал средства установки защиты от прослушивания. Тем временем второй телохранитель извлеченным из другого такого же кейса устройством проверял комнату: стены, пол, дверь, углы, предметы мебели, с особой тщательностью проверил одежду и волосы парня.

Закончили свои странные приготовления они минут через десять, после чего первый телохранитель пристегнул правую руку парня к специальной металлической петле на поверхности стола наручниками, и оба черношлемника вышли за дверь. Остались только парень и принц.

– Теперь помещение полностью защищено от прослушивания и “подглядывания”, все, что будет здесь сказано, останется только между нами. То, что ты тут узнаешь - государственная тайна такого уровня, что в случае раскрытия ее кому-либо последует немедленная ликвидация и зачистка. Понятно излагаю? – парень нервно оттянул ставший слишком узким воротник указательным пальцем свободной руки и утвердительно кивнул. – Подписок брать не буду, так как в них нет необходимости, просто запомни: сболтнешь кому - ты труп вместе с тем, кому сболтнул.

– Я понял Вас, Ваше Императорское Высочество, - чуть набычась, сказал парень.

– Иван. Здесь и сейчас просто Иван. “Выканий” и “Высочеств” мне в других местах хватает. Все равно нас никто не слышит и не видит.

– То есть, если Вы сейчас случайно умрете…

– То, даже если я просто подавлюсь воздухом, убийство члена Императорской Семьи однозначно повесят на тебя. И разбираться никто не будет: я вошел сюда живой и здоровый, выйти должен точно таким же, - отмел любые другие предположения и инсинуации принц.

– Ну, вы уж постарайтесь тогда не “подавиться”, - попросил парень. – Да и вообще, сидите по-ровней, поменьше резких движений, следите за дыханием и не нервничайте, мне как-то еще немного пожить охота.

– Юмор? Юмор - это хорошо, - кивнул принц. – Значит самообладания тебе не занимать.

– Дядь Лёня часто говорил, что я наглый, – пожал плечами и улыбнулся парень. Первый шок прошел, и он уже снова был собран, спокоен, расслаблен. Это заставляло слегка нервничать уже принца - слишком быстро. Так владеть собой в столь юном возрасте ненормально. Он вздохнул, достал из все еще открытого кейса рядом с собой планшет и что-то открыл на нем.

– Итак, Новиков Глеб Иванович, две тысячи четыреста тридцать первого года рождения, место рождения: город Припять, планета Чернобыль-1, семнадцать лет, одиннадцатый класс “В” средней общеобразовательной школы номер 19 города Припять, планеты Чернобыль-1. Все верно? - прочитал с экрана принц.

– Так точно, сэр, - потешно козырнул левой рукой Глеб (правая была прикована к столу).

– Не паясничай, - поморщился принц. – Твои друзья в один голос показали, что ты являешься “лидером” их команды. Даже позывной имеешь: “Вождь”. Это правда?

– Правда, - вздохнул Глеб. – Но прошу отметить в протоколе: я был против! И против лидерства и против “Вождя”!

– Вот как? И как же ты хотел назваться сам?

– “Царь”, “Владыка”, ну, на самый край “Новак”, - пожал плечами парень, вальяжно развалившись на стуле. – Но Дядь Лёня, светлая ему память, сказал, что с меня и “Вождя” хватит, мол, до Царя еще не дорос. А ребята, гады такие, поддержали.

– Понятно, – потер переносицу принц. – Ты второй раз упоминаешь “Дядь Лёню”. Кто это?

– Кашин Леонид Васильевич, трудовик наш, – от цепкого взгляда Глеба не укрылось, как вздрогнул от звуков этого имени принц.

***

Глава 2

***

– Я смотрю, вы о нем слышали? – прищурился Глеб. – И он вам очень не нравится.

– Если это тот, о ком я думаю, то не “слышал”, а был лично знаком, – набычился принц, но спохватился и взял себя в руки. – Ладно, “Вождь”, давай по порядку. Как вы вообще оказались на Санта-Луис? Каким чертом вас туда занесло?

– Интересные знакомые у нашего трудовика, - усмехнулся Глеб. - А Санта-Луис… Рядовая поездка нашего класса, - пожал плечами он. – Я уже говорил следователю, что мы часто выезжали всем классом в разные интересные места: Никарагуа, Пакистан, Аляска, Ганалулу, Ривьера-пятая, Ривьера-одиннадцатая, Самали… список длинный.

– То есть, это были всегда планеты за пределами Российской Империи? – уточнил Иван.

– Ну почему же? По просторам нашей родины мы тоже успели походить своими ножками… не самые лучшие, кстати, воспоминания.

– И где же?

– Затрудняюсь сказать, - развел руками Глеб. – Глобальной Сети там не было, радио, телевиденья, газет тоже. Зато был лес. И карта с двумя пометками. Первая: “Вы здесь”. Вторая: “Транспорт тут. Прилетает через пять дней, ждет час. Следующий через полгода”. Как-то было не до праздного любопытства, там ведь шестьдесят пять километров было между двумя точками, а дорог и в проекте не предусмотрено.

– Давно это было? - заинтересовался принц.

– В седьмом классе. Экзамен сдавали по ОБЖ практический.

– Сдали?

– Сдали, - пожал плечами Глеб.

– Проверили уже вашего ОБЖешника, - вздохнул принц, снова глядя в планшет. - Буйно-помешанный шизофреник, никакого отношения к армии или иным силовым структурам не имеющий. Даже срочную службу не служил, так как был признан негодным, - Глеб усмехнулся уголком рта. Принц это заметил и вопросительно посмотрел на собеседника. Затем поднял бровь в удивлении. - То есть вы это знали? Руководство школы не знало, а вы, дети, знали? - Глеб только пожал плечами, и ухмылка стала шире, самодовольней. – Но, если вы знали, что Аарон Евгеньевич не бывший полковник спецназа КДВ, а просто сумасшедший, то почему?..

– А какая разница? - почесал кончик носа Глеб. - Уроки у него интересные, знает он много. Так почему бы и нет?

– Знает он действительно много, - нахмурился Иван. – Даже слишком много… Методик, руководств, пособий, наставлений, боевых уставов и специальных учебников, которые он знает наизусть вплоть до последнего знака препинания нет в открытом доступе. Они все грифованые. И по ним готовят совершенно реальный спецназ космодесантников. Причем не тех тупых штурмовиков, которые головой кирпичи ломают, а диверсантов-профи.

– Значит, мы не прогадали, - пожал плечами Глеб

– Ладно, продолжай, - вздохнул Иван, откладывая планшет. – Рядовая поездка. Пусть. На минутку допустим, что поехать с классом за границу Империи действительно настолько просто и обычно. Что же пошло не так?

– Не так? – задумался парень. – Действительно, что же пошло не так? Наверное то, что Дядь Лёню убили? Достаточное “не так”, как думаете... Иван? - опустил глаза от потолка Глеб. Взгляд его был тяжелым и серьезным, а губы кривились невеселой улыбкой.

***

Четыре недели назад. Санта-Луис.

Экскурсионный автобус на вечерней пустой дороге, идущей вдоль обрывистой береговой линии. С дороги открывается чудесный вид на опускающееся к воде солнце. Обрыв высокий, так что вид открывается действительно сказочный. Утомленные насыщенным днем школьники внутри автобуса притихли придавленные величественностью и легкой нереальностью предзакатного мира.

За рулем парень лет двадцати - двадцати трех на вид (в последние восемь лет, после изобретения “вакцины от старости”, стало трудно определять возраст по внешнешности). Рядом с ним стоит девушка примерно тех же лет, положив ему на плечо руку. Идиллия.

– Внимание! Желтый код! - внезапно разрывает сказочную атмосферу командный голос парня. Школьники мгновенно подбираются, проверяют вещи, что при себе, нащупывают документы. И все это молча, деловито, без суеты.

Автобус начинает замедляться и под конец останавливается.

– Лен, тактика на тебе, оперативное руководство на Вождя. Пойду узнаю в чем дело, - сказал мужчина, поднимаясь с сиденья и направляясь к открывшейся двери.

Он вышел из опустившегося на поверхность трассы автобуса, остановившегося метров за тридцать перед импровизированным “блокпостом” состоящим из трех военных джипов с ротерными лазерными установками на раме в кузовах и одного бронетранспортного флаера, поставленного поперек дороги. Полтора десятка вооруженных людей в форме правительственных войск. Трое из них тут же взяли мужчину на прицелы своих штурмовых лазерных винтовок.

Тот продолжал спокойно идти к ним, подняв над головой пустые руки в миролюбивом жесте. Достиг “блокпоста”, поровнялся с бронефлаером. К нему двинулись двое. Один из них нанес быстрый удар кулаком в живот мужчины, тот согнулся, второй тут же принялся выкручивать водителю автобуса руки, сноровисто снимая со специального крепления на своем ремне наручники.

Первый что-то сказал. Старший отдал команду. Солдаты подняли оружие, наводя его на автобус, в том числе и операторы лазерных установок на джипах.

Заметив все это, водитель автобуса плавно вывернулся из захвата и тем же движением вырубил держащего его солдата, перехватил руку другого, сломал ее и уже атаковал третьего. Начали сверкать вспышки выстрелов.

Из той свалки, что закрутилась на “блокпосту”, девушка в автобусе ухватила глазами условный жест водителя и повернулась к детям.

– Вождь, быстро за руль! Готовность к прорыву. Всем красный код! - сказала она. Точнее отдала команду.

Светловолосый широкоплечий парень, не медля, встал со своего места и пошел к водительскому, где тут же завел движок и начал медленно поднимать машину над поверхностью на рассчетную высоту (примерно метр над дорогой).

Тем временем на “блокпосту” водитель автобуса уже заканчивал раскидывать солдат, вырубая их, словно главный герой боевика про боевые искусства второстепенных помощников главного злодея, то есть быстро и без видимых усилий. Оператор лазерной установки одного из джипов не выдержал, у него сдали нервы, и он открыл огонь из своего роторного лазера сразу длинной очередью, которой тут же разворотил два других джипа и порвал в куски шестерых своих товарищей.

Водитель автобуса запрыгнул в беспечно открытый люк бронефлаера, спасаясь от очереди из роторного лазера. Спустя несколько долгих секунд бронефлаер двинулся и протаранил джип, перевернув его и отбросив. Поднялась пыль.

Названный Вождем, не спеша, двинул автобус вперед. Из облака пыли выплыл вверх захваченный водителем автобуса бронефлаер. Он плавно развернулся в сторону за блокпостом и, чуть наклонившись носом вперед, двинулся вперед.

И тут с двух сторон в него ударили ракеты, а из-за поворота дороги, из-за скалы вылетели еще два бронефлаера и тяжелый штурмовой летающий танк.

Бронефлаер водителя автобуса дернулся от попаданий, загорелся. Тут же в него выстрелил, разнося на куски, главным калибром танк.

– Готовность к удару! Ныряем! - прокричал, быстро оценивший ситуацию, Вождь, бросая автобус с дороги в сторону обрыва.

В то место, где секунду назад стоял автобус, врезалась лазерная очередь из орудия левого бронефлаера, танк начал разворачиваться для атаки.

Автобус, быстро набирая скорость за счет вышедшего на пиковый режим работы движка, о сохранности которого, да и других механизмов, Вождь не заботился, ведь автобус доживал последние секунды, несся к обрыву. Мгновение, второе, третье, и красиво взлетев над краем, клюнул носом вперед, после чего рухнул вниз к воде.

Скорости, набранной во время рывка, хватило, чтобы тяжелая машина перелетела прибрежные камни и упала в открытую воду. Подняв тучу брызг и высокую волну, автобус нырнул в море, быстро погружаясь все ниже и ниже.

Пассажиры внутри без паники, деловито принялись отстегивать ремни безопасности и индивидуальные гравикомпенсаторы безопасности. Дети выбирались из кресел и карабкались к задней двери салона, не мешая друг другу, они быстро размещались по бокам от нее.

Вождь и девушка тоже были в их числе.

– Три, два, один! - дублируя голос жестами (загибая пальцы на левой руке) прокричал он и дернул рычаг аварийного открытия задней двухстворчитой двери, расположенной в торцевой стене салона.

Внутрь тут же хлынула масса воды, быстро начавшей заполнять автобус. Дети без криков и паники ждали, пока она заполнит его полностью, “прокачивая” глубокими вдохами-выдохами легкие, готовясь надолго задержать дыхание. Наконец салон заполнился полностью, давление снаружи и внутри выровнялось, и школьники принялись покидать ставший так скоропостижно подводным автобус.

***

– То есть ты сбросил автобус в море, после чего, дождавшись, пока он окончательно затонет, вы выплыли из него и сумели добраться до берега? Причем все это так, что вас не заметили с воздуха? - уточнил принц.

– Именно, - подтвердил Глеб. – Аорон учил нас подобному в конце девятого класса. Замучились тогда этому шизику зачеты сдавать. До сих пор ума не приложу, где он столько машин разных достал для тренировок. Угнать не мог, сами же говорите: практических навыков у него ноль... Ну, а чтобы прикрыть дальнейший отход, я перемкнул контакты управления движком под панелью так, чтобы он вышел на перегрузку, как Дядь Леня показывал. Так что автобус взорвался через десять минут после падения, как раз, когда мы были уже на берегу, прячась в камнях. Классно булькнуло!

– И ты считаешь это нормальным? - откинулся на спинку стула Иван.

– Что именно? - уточнил Глеб.

– Такие тренировки. Нормально, что детей топят запертыми в машинах, ради какого-то зачета? – если бы Принц курил, то сейчас бы обязательно достал сигарету, но он не курил.

– То, что нас научили выживать в разных экстремальных ситуациях и условиях? Да. Я считаю, что для этого и нужны уроки ОБЖ. А то, что Аорон псих, так у каждого свои недостатки, - улыбнулся Глеб, словно вспомнил что-то смешное.

– Ладно, - снова собрался принц. – Допустим, вы были вполне подготовлены для такого трюка. Леонид, это ведь он был за рулем автобуса, я прав?

– Да. Дядь Леня вел тот автобус до засады, потом руль взял я, - подтвердил Глеб.

– Так вот, когда он вышел к засаде, он был в очках? Это важно. На нем были очки? - напряженно нахмурился Иван, ожидая ответа на свой вопрос.

– Были, – пожал плечами школьник. – Он их вообще снимал только, когда медитировал или купался. Так Дядя Леня - тот о ком вы думали, да? Я ведь не говорил ничего про очки следователям.

– Скажем так, у меня все меньше и меньше сомнений в этом, – вздохнул принц. – Как по-твоему, он мог выжить?

– Хм… - задумался Глеб. – Не знаю такого способа. Засада была грамотная. Бронефлаер взорвался прямо на моих глазах: его буквально разнесло на куски. Прямое попадание главного калибра танка, не шутки.

– Значит, нет, - побарабанил пальцами по столу принц.

– Забавно, вы уверены в обратном, – чуть наклонил голову к левому плечу Глеб. – Выходит, у вас есть информация, которой нет у меня. Его где-то видели?

– Вообще-то вопросы задаю я, – набычился Иван.

– Нет, не видели, – продолжил читать собеседника Глеб. – Эта уверенность родом из вашего личного впечатления о нем. Фактов нет. Но уверенность железная… Что же вы такое о нем знаете?

– Достаточно! - повысил голос принц и даже прихлопнул рукой по поверхности стола. – Что было дальше?

***

Глава 3

***

– Дальше? – Глеб вздохнул и погрустнел, сцепил пальцы в замок и опустил на них взгляд. – Дальше убили нашу классную.

– Как это случилось? – нахмурился принц. Как и любой нормальный мужчина, он очень негативно относился к факту убийства женщин и детей, кто бы они ни были.

– Неприятно, - потер лоб вытянутыми в верх указательными пальцами сцепленных рук школьник. – Военные покрутились над нами где-то с полчаса, полосуя сгущающуюся темноту и воду прожекторами бронефлаеров. Я отправил Гекона и Тихоню наверх, посмотреть-послушать что, да как…

– Гекон и Тихоня? – не понял принц.

– Вася Торопов и Таня Веретянская, они в нашем классе лучшие по части скрытности и разведки. Жаль только цапаются постоянно, но дело есть дело, и работают в паре они отлично, – пояснил Глеб.

– Понятно, - постучал по столу пальцами Иван. – У вас в группе и специализация у каждого своя есть…

– На самом деле у нас две группы по двенадцать человек в каждой. Двадцать четыре: слишком много, не обеспечивает нужной эффективности, – пожал плечами Глеб.

– И кто же лидер во второй группе? – заинтересовался Иван.

– Корень, Гена Терскевич, - ответил школьник, перебирая пальцами цепочку наручников.

– И что узнали Гекон с Тихой?

– Гекон с Тихоней, - поправил принца Глеб. – Многого узнать не удалось, слишком быстро вояки свернулись.

– И все же? - настоял принц.

– Старший звонил кому-то по телефону, докладывал, что “объект” и свидетели уничтожены. Видимо с той стороны спросили о телах, так как старший начал мяться, говорить о глубине и сильном взрыве… На том разговор завершился. Старший ругнулся, сказал что-то вроде: “Говорун не доволен”. После чего быстро добили своих раненых, собрали оружие, побросали тела и неисправную технику в воду. Затем погрузились в бронефлаеры и улетели.

– Говорун? - взвился Иван, словно его током ударило. – Точно Говорун? Ты на сто процентов уверен? - вскочив, принц оперся о стул обеими руками и наклонился к Глебу. Тот прищурился.

– Раньше был процентов на восемьдесят пять. Теперь на сто двадцать. Если ты знаком с Дядь Леней, а “объектом” был скорее всего именно он, и это прозвище тебе о чем-то говорит, то это именно то прозвище. А человек с этим прозвищем как-то связан с прошлым Дядь Лени, – спокойно рассуждал в слух Глеб, внимательно следя за мимикой и моторикой принца. Переход “на ты” тот даже и не заметил, при этом наклонился опасно близко к собеседнику. Глеб не упустил момента: он резко ударил по опорным рукам принца изнутри наружу, сбивая их со стола в стороны. Потеряв опору, Иван полетел лбом к столу. Глеб на обратном движении, не делая остановки, также резко хлопну его по ушам, окончательно сбивая с толку и вызывая легкий шок, после чего плавно скользнул в обход стола и поймал потерявшегося и дезориентированного Ивана в жесткий удушающий захват.

Прошло несколько секунд, и принц обмяк. Школьник мягко и аккуратно усадил потерявшее сознание тело обратно на стул. Он внимательно осмотрел лицо и шею Ивана на наличие случайно оставленных ссадин или других следов, после чего открыл бумажную папочку, которая все это время лежала на столе возле левой руки принца.

На первом же листе содержимого была приколота распечатанная фотография, с которой на парня спокойно и с легкой мечтательной улыбкой смотрел его трудовик. Вот только был он в форменном мундире войск связи со старлейскими погонами, на левой стороне его груди теснились разноцветные орденские планки, чуть выше которых красовались две “Геройских” звезды.

Фотография была прикреплена обычной канцелярской скрепкой. На листе под ней была краткая биографическая справка - скупые строчки с датами, названиями мест, кодовыми обозначениями операций, позывными агентов. Лист завершался датой смерти. Девять лет назад.

За первым листом шли уже другие с более подробными описаниями конкретных дел, обстоятельств, с резолюциями психологов, результатами тестов, фотографиями…

Папка была толстая, читал Глеб пролистывал ее содержимое быстро, словно фотографировал взглядом каждый лист, демонстрируя отсутствующему наблюдателю отличные навыки скорочтения. Причем страницы переворачивал рукой принца, а не своей. Прошло не больше пяти минут, а Глеб уже вернулся на свое место, защелкнул обратно наручник на правом запястье, а левой рукой потянулся и ущепнул за нос принца, который уже начинал постепенно подавать признаки жизни. Больно ущепнул. Тот встрепенулся и отпрянул, рефлекторно схватившись за нос.

– Ауч! Ты охренел?! - в полном непонимании воскликнул Иван.

– С детства мечтал принца за нос оттаскать, – расплылся в чрезвычайно самодовольной улыбке школьник и, звякнув цепью наручников, потянулся почесать свой нос, но длинны цепи не хватило. Пришлось чесать правой. – Так, что такое интересное вы знаете про Дядь Лёню, что потребовалась такая страшная секретность?

– Много чего, – хмуро посмотрел на школьника принц, потерев пострадавший и покрасневший нос, но все же вернулся на свой стул. – Но перед тобой отчитываться не обязан. Так, как погибла ваша классная руководительница?

– Очень просто и буднично, – пожал плечами Глеб. – После ухода военных, мы отплыли на три километра дальше места засады вдоль береговой линии…

– Ночью? Три километра? Морем? Вдоль скалистого берега? Без света? - скептически изогнул бровь принц. Школьник только пожал плечами.

–… там выбрались на берег, пересчитались и совершили марш до города, – не стал ничего пояснять Глеб, считая, что и так все понятно, по прошлым пояснениям. – В сам город входили боевыми двойками, рассыпавшись на участке в шесть километров, договорившись о месте встречи. Обстановка в городе, да и на планете в целом, была сложная: массовые выступления недовольных политикой правительства, миттинги, беспорядки, поджоги, грабежи и погромы… Президент отдал приказ о разгоне демонстраций, применении полицейскими отрядами оружия, подавлении беспорядков, вводе комендантского часа. А мы об этом-то как раз узнать и не успели…

– Вот как? – осторожно щупая распухающий нос (Глеб щипанул как следует, что называется на совесть, чтобы скрыть другие болевые ощущения, непременно возникшие бы из-за того, что нос принца все же успел столкнуться со столом, хоть и не очень сильно) удивился Иван.

– Да, - подтвердил школьник. – Решение входить в город было ошибкой. В небольшое оправдание могу сказать, что именно это решение было не мое, а Елены Васильевны.

– И что было дальше?

– Дальше? – Глеб побарабанил пальцами по столу, копируя жест собеседника. – Классная пошла со слабейшей двойкой Киса-Ирма (Настя Кортнева и Лиза Васина), чтобы усилить ее. И им как раз не повезло нарваться на полицейский разъезд. Девчонкам она дала возможность сбежать, выиграв время нападением, когда их остановили и запахло жареным. А сама…

– А сама?

– Со слов Ирмы, сбил ее с ног палицай в глухом черном шлеме хорошим ударом в подбородок. А после этого достал из кобуры табельный ЛП… Два выстрела в голову. Тело закинули в багажник патрульного флаера и поехали дальше.

– Понятно, – оставив в покое нос, побарабанил пальцами по столу принц. – Это он? - выложил на стол фотографию из желтой бумажной папки Иван.

Глеб внимательно всмотрелся в лицо на ней.

– Дважды Герой? Что за форма такая? Связист что ли? – удивился школьник.

– Контрразведчик, – поморщившись поправил Иван. – Так это он? Это ваш “Дядя Леня”?

– Он, – согласился Глеб. – Странно, для простого контрразведчика он в той стычке показал навыки боя невероятные. Точно контрразведка, а не какой-то спецназ, СИБа там, или КДВ?

– Контрразведка, – ответил слегка задетый недоверием Иван. – Особый Отдел.

– Особый Отдел? – удивился Глеб. Принц замолчал и потянулся за фотографией. – Да ладно, хорош тебе! - перехватил ее раньше школьник. – Все равно ведь сам понакрутил секретности! Колись давай! Может и я чего интересного вспомню на ассоциациях.

– Ладно, - вздохнул Иван, сдаваясь. – Ваш “трудовик” - это тот самый Псих из Меконга…

– Да ладно?!! - эмоционально восхитился Глеб, наклоняясь над столом. – Дядь Леня?! Да ты гонишь!

– В смысле, гонишь? Я там сам был, вместе с ним в этом чертовом лайнере! В соседнем кресле сидел! – начал заводиться, глядя в глаза этого веселого парня, принц. И говорил. Говорил еще. И еще…

Глеб поддакивал, кивал, подзуживал, соглашался, а Иван говорил, словно все тормоза отказали, словно бы и нет такого понятия “тайна”. И не мог остановиться, будто уже не владел собой.

В какой-то момент школьник быстро ткнул принца в лоб пальцем и произнеся короткое: “Спи!”. Тот обмяк, мгновенно погрузившись в гипнотический сон.

– Слушай мой голос. Есть только мой голос и ничего кроме моего голоса. Когда я досчитаю до трех, ты проснешься и не будешь помнить ничего из того, что говорил или делал со времени, как я ущипнул тебя за нос. Для тебя не пройдет и секунды с того момента. Итак, раз… два… три! - Глеб досчитал до трех и снова ущипнул Ивана за нос.

– Ауч! Ты охренел! - в полном непонимании воскликнул Иван.

– С детства мечтал принца за нос оттаскать, – расплылся в чрезвычайно самодовольной улыбке школьник и, звякнув цепью наручников, потянулся почесать свой нос, но длинны цепи не хватило. Пришлось чесать правой.

– Совсем идиот что ли?, – хмуро посмотрел на школьника принц, потерев пострадавший и покрасневший нос, но все же вернулся на свой стул. – Так, как погибла ваша классная руководительница?

– Ну, а че? Прикольно же, да и все равно никто же не видит, – пожал плечами Глеб. – А с классной нашей… После ухода военных, мы отплыли на три километра дальше места засады вдоль береговой линии…

– Ночью? Три километра? Морем? Вдоль скалистого берега? Без света? - скептически изогнул бровь принц. Школьник только пожал плечами.

–… там выбрались на берег, пересчитались и совершили марш до города, – не стал ничего пояснять Глеб, считая, что и так все понятно, по прошлым пояснениям. – В сам город входили боевыми двойками, рассыпавшись на участке в шесть километров, договорившись о месте встречи. Обстановка в городе, да и на планете в целом, была сложная: массовые выступления недовольных политикой правительства, миттинги, беспорядки, поджоги, грабежи и погромы… Президент отдал приказ о разгоне демонстраций, применении полицейскими отрядами оружия, подавлении беспорядков, вводе комендантского часа. А мы об этом-то как раз узнать и не успели…

– Вот как? – осторожно щупая распухающий нос удивился Иван.

– Да, - подтвердил школьник. – Решение входить в город было ошибкой. В небольшое оправдание могу сказать, что именно это решение было не мое, а Елены Васильевны.

– И что было дальше?

– Дальше? – Глеб побарабанил пальцами по столу, копируя жест собеседника. – Классная пошла со слабейшей двойкой Киса-Ирма (Настя Кортнева и Лиза Васина), чтобы усилить ее. И им как раз не повезло нарваться на полицейский разъезд. Девчонкам она дала возможность сбежать, выиграв время нападением, когда их остановили и запахло жареным. А сама…

– А сама?

– Со слов Ирмы, сбил ее с ног палицай в глухом черном шлеме хорошим прямым ударом в подбородок, а после этого достал из кобуры табельный ЛП… Два выстрела в голову. Тело закинули в багажник патрульного флаера и поехали дальше.

– Понятно, – оставив в покое нос, побарабанил пальцами по столу принц. – Это он? Это ваш трудовик? - выложил на стол фотографию из желтой бумажной папки Иван.

– Похож, – кивнул Глеб. – Но Дядь Лёня постарше был немного и прическа другая.

– Какая же? – уточнил принц.

– Волосы почти до лопаток, собранный сзади в хвост, – ответил Глеб.

– А это? – достал из кармана кителя другую фотографию и выложил на стол перед парнем Иван. На ней была изображена серьезная девушка в форме СИБ с погонами старшего лейтенанта и Звездой Героя на левой стороне груди. Других наград не было. – Знаешь ее? – с непонятной надеждой в голосе спросил принц. Точнее надеждой непонятно на что: на “да” или на “нет”.

– Так это классная наша, Гончая Елена Васильевна, - пожал плечами Глеб.

– Сссука! – ударил кулаком в стол Иван, вскочил с места и начал ходить из угла в угол, делая непонятные жесты, рожденные явно эмоциями, а не рассудком.

– Вы поаккуратнее в выражениях, Вашество, – нахмурился Глеб. – А то ведь и по монаршей морде схлопотать можно за оскорбление памяти дорогого нам человека.

– Извини, это я не про нее, – на автомате отозвался Иван, – Это я про Кашима…

– Кашима? Может Кашина? – уточнил Глеб.

– Кашим - позывной у него был в СИБе. Кашин - ненастоящая его фамилия. Настоящая – Жестянкин, – расщедрился на пояснения принц. Походив еще немного туда-обратно, Иван успокоился и вернулся на место. Он сложил руки, поставив локти на стол, и уткнулся в них подбородком.

– Мне дальше рассказывать? – уточнил Глеб.

– Нет, - поморщился принц. – Всю вашу веселую эпопею я уже в отчетах читал. В пересказе смысла не вижу.

– А в чем тогда вообще был смысл нашей встречи, да еще и с такой секретностью?

– В этих двух фотографиях. В том, чтобы ты их опознал или не опознал, поскольку ниодной. НИОДНОЙ фото или видеозаписи с Кашиным и Гончей нет. За все шесть лет в школе, что они проработали. Собственно эти две фотокарточки - единственные изображения этих двоих, что есть у СИБа.

– Круто, – улыбнулся Глеб. – Дядь Лёня в своем репертуаре.

– Ладно, Глеб, эти двое, - кивнул на фотографии принц. – Государственная тайна. Не было у вас таких учителей. Следователи потом объяснят тебе и остальным, кто был вместо них и “как все было на самом деле”. Но именно их не было. Не существует и не существовало таких людей. Понятно?

– Понятно, – вздохнул Глеб. - Чего уж тут непонятного: не было никакого Дядь Лени. А если будем болтать, то и нас “не было”.

– Если увидишь кого-то из них, - достал из другого кармана кителя белую визитку и пустил ее по столу Глебу принц. – Позвони мне. Или ему скажи, чтобы позвонил. Ну, или как он там придумает. Скажи, что я поговорить с ним хочу, – Иван забрал фотографии, папку и встал. Подойдя к двери, постучался в нее. Дверь открылась, и принц ушел.

***

Глава 4

***

Император сидел в кресле в своем личном кабинете и нервно крутил папиросу в пальцах. Рядом на столе лежал открытый потертый, поцарапанный портсигар из нержавеющей стали без рисунка и гравировки, в котором как патроны в пулеметной ленте, покоились еще девять таких же.

Настроение было такое, что закурить хотелось неимоверно. Впереди ждал разговор с сыном. Необходимый разговор. Но курить все равно хотелось.

После короткого стука в дверь, не дождавшись разрешения, зашел принц.

– Он жив, отец! Кашим жив! Этот подонок инсценировал свою смерть! – с порога начал он.

– Да? - аккуратно заправив папиросу обратно в портсигар и изобразив на лице возбужденную заинтересованность, повернул голову к сыну Император. – То есть Кашин Леонид Васильевич, трудовик с Припяти, это действительно погибший и похороненный, как Герой, офицер Особого Отдела Контрразведки Кашим?

– Да, это он. Вождь… тфу, Глеб Новиков, лидер того самого класса, опознал его, – плюхнулся в кресло рядом Иван.

– То есть, тогда Гончая Елена Васильевна, это…

– Да. Это Лена. Ее смерть тоже была инсценировкой, – улыбаясь, ответил принц. – Вот же гад, а? Я девять лет считал его бездушной сволочью… Мертвой бездушной сволочью, а он оказывается и правда ее любил…

– Но ведь все эти дети в один голос твердят, что Леонид Кашин и Елена Гончая были убиты на Санта-Луис? – уточнил Император.

– Это ж Кашим! Ты веришь, что с ним могли справиться какие-то жалкие три десятка человек, три бронефлаера и летающий танк? Не смеши меня. Очередная инсценировка. Как и с Гончей: всего лишь разъезд полиции умудряется уделать лучшую выпускницу академии СИБ, прошедшую Камбоджу и тренированную Кашимом? Бред, - отрезал принц.

– Всякое случается, – пожал плечами Император. – Бывает, и суперпрофи гибнут по глупости, не расчитав своих сил.

– Это не тот случай, – отрезал принц.

– Тогда, что это по-твоему было? Вся эта история?

– Очевидно же! Кашим вырастил и подготовил группу. А вся эта история: выпускной тест для них! Который, они, кстати, с блеском прошли!

– Тест? – удивился Император.

– Ну да, тест. Или экзамен, как ни назови, смысл один: проверка их готовности действовать в экстримальных обстоятельствах самостоятельно, без учителей, без команд. Самостоятельно! Что называется, “бросить в воду”. И ребята “выплыли”!

– Что ж, сынок, ты прав: это очевидно. А теперь объясни, чему ты радуешься? – вся показная расслабленность и веселость мгновенно слетела с лица и с движений Императора. Переход к хмурой серьезности был практически мгновенен. Это заставило принца вздрогнуть.

– Как же?.. Лёня не убивал Лену… – начал отвечать Иван, но сам понял, что ответ этот звучит по-детски. Неубедительно. И несерьезно.

– Зато он убивал других людей, кроме Гонцовой. Полторы тысячи только подтвержденных трупов. А те три с половиной тысячи человек, что умерли при испытаниях сыворотки? И эта тренированная дьявольски эффективная машина смерти гуляет где-то по Империи безконтрольно, и, заметь, не на службе Императора и Империи! Так чему ты радуешься, будущий Бессмертный Император?

– Я… - не нашелся с ответом принц.

– А Гончая… Она, едва только выпустившись из академии, оказалась в состоянии вычислить и просчитать Кашима, чего не смогли ни СИБ, ни СБ СИБ, ни СОИ. И эти два опаснейших человека действуют СОВМЕСТНО на территории ТВОЕЙ будущей Империи уже ДЕВЯТЬ ЛЕТ!!! – Император сделал паузу, чтобы набрать воздух, и чтобы до принца лучше дошел смысл его слов. Тот молча мрачнел. – Допустим, шесть лет они готовили из этих детей высокомобильный, приспособленный для выполнения практически любых задач в любых услових отряд… ничего, кстати, не напоминает?

– Проект “Скунс”...

– Именно, проект “Скунс”. Штатная численность отряда: двенадцать человек. В том классе двадцать четыре… - кивнул Император.

– Вождь сказал, что их класс это две группы по двенадцать человек. Лидер второй группы некий Корень… – шокированно перебил отца принц.

– Вот именно! Одного “Скунса” Черному Солнцу хватило, чтобы организовать дворцовый переворот!

– Он же сорвался…

– Сорвался. И кто его сорвал?! – повысил на полтона голос Император.

– Кашим…

– А сейчас таких “Скунсов” два! И еще не факт, два ли? Про этот класс мы знаем только потому, что они засветились угнав космолет Президента планеты-государства Санта-Луис с самим президентом-заложником на борту, а что такое президентский космолет?

– Космолет, на котором летает президент, – пожал плечами принц, силясь сообразить, что имеет в виду Император.

– Правильно, Президент! Верховный, мать его, Главнокомандующий Вооруженными Силами страны!!!

– Терминал спец. связи и управления… И сам президент, как ключ к нему…

– Начинает до тебя доходить, наконец, да? - позволил себе поддаться эмоциям и постучать костяшками согнутых пальцев по взлохмаченной голове своего отпрыска.

– Начинает, – не стал отстраняться или обижаться принц, поскольку отец был совершенно прав.

– Не думаю, что эти детишки нацеливались именно на терминал, когда захватывали Президента. Скорее всего, космолет был, как и у нас настроен таким образом, что вообще не запустит центральный компьютер, если Президента на борту нет, но сам факт таких возможностей пугает, не правда ли? – уже спокойно добавил Император.

Принц промолчал, задумчиво-пустым взглядом глядя прямо перед собой. – Этот Вождь, Новиков да? Как прошел разговор?

– Наглый. Отлично владеет собой. Хорошо читает собеседника. Неплохо управляет разговором… пытается. Память цепкая до деталей. События описывает кратко, по деловому, но очень четко… Харизматичный, – очнувшись от своих размышлений, ответил Иван.

– Хорошо помнишь ваш разговор? Ничего странным не показалось? – прищурился Император, глядя на все еще красный нос сына. Тот покраснел и отвернулся.

– За нос меня ущипнул, придурок! – буркнул Иван. – Сказал, что с детства мечтал принца за нос оттаскать.

– А уши не болят? – хмыкнул Император. – Может, он тебя и за них оттаскал?

– Нет, не оттаскал, – пробурчал Иван.

– Значит, я оттаскаю, когда ты вот это до конца досмотришь, – хмуро пообещал Император, передавая сыну планшет с запущенной на нем видеозаписью.

Принц в недоумении планшет принял и замер. На экране был он сам вместе с Глебом Новиковым в допросной комнате. Съемка велась сверху и чуть сбоку от стола. Звук был четкий и качественный.

– Шеров? – хмуро набычась, спросил принц.

– Шеров, – не стал отрицать Император.

– И как доверять таким “телохранителям”, которые на тебя же стучат? – не отрываясь от просмотра видео, спросил принц.

– Никак, – спокойно ответил Император. – Император не может доверять никому. Полагаться на исполнителей должен, поскольку не может быть везде и сразу, но доверять не может никому.

– Понятно, - не стал вдаваться в диспут Иван. – И что тут такого, в этой записи? За что уши драть?

– Ты до конца смотри, Буратино, – отрезал Император. – Вопросы потом задашь, если еще желание не отпадет, – дальше сидели молча. Принц смотрел видео, его отец снова открыл портсигар и достал папиросу.

Спустя час, видео закончилось, принц отложил планшет на стол и устало провел рукой по лицу, после чего откинулся на спинку кресла и замер с закрытыми глазами. Император не мешал сыну “обтекать”. Урок был наглядный и даже показательный.

Прошло не меньше пяти минут, прежде чем принц открыл глаза и повернулся к отцу.

– Я даже не знаю, что сказать, – произнес он. – Я читал, что Кашим владел гипнозом, даже как-то видел его боевое применение: страшная штука. Но, что таким техникам он обучит этих детей, я даже не мог представить… Да и это нападение… Я реально ничего не почувствовал и не заподозрил… Видимо большинство жертв Кашима именно так и умирали: моргнул, и уже мертв…

– Действительно, – согласился Император. – Сделали тебя красиво. Но опыта этим детишкам явно нехватает. Слишком грубый план, дурацкие ошибки.

– План? – удивился принц.

– А ты не понял? – изогнул бровь Император.

– Что я должен был понять? – приготовился к новой порции неприятных открытий Иван.

– Сам подумай, с такими возможностями и способностями, что демонстрирует этот Глеб, могли они ТИХО покинуть Санта-Луис?

– Как два пальца… – согласился принц, начавший понимать, куда клонит отец.

– Но они наоборот делают это с максимальным привлечением внимания. Нашего внимания! На самой Санта-Луис вообще считают, что Президент сам сбежал, спасаясь от революционно настроенных масс. Там, кстати, уже новый президент. И правительство тоже. Вопрос: зачем? – продолжил развивать свою мысль Император.

– Чтобы мы взяли их в оборот…

– И явилась бы на допрос какая-нибудь важная шишка, которую можно будет раскрутить на информацию. И такая “шишка” явилась! Аж сам Принц, лично, своей собственной зазвездившейся последние пару лет персоной! – тон Императора стал ворчливым.

– Но, тогда, следующий шаг…

– Можешь не смотреть, я уже проверил перед твоим приходом, – сунул в рот папиросу он и потянулся к изящной серебряной зажигалке. – Базы СИБ вычищены. Не было никакого угона президентского лайнера с Санта-Луис. Президент сам сбежал оттуда и уже просит политического убежища.

– Но люди, следователи, которые с ними работали?.. Неужели никто не заподозрил? – уставился на отца принц.

– Ты же не заподозрил? А их там двадцать четыре человека таких, как этот Глеб. Сам подумай, что для них региональный отдел СИБ, в котором их уже неделю держат. Нет, неверно выразился: не их держат, а они работают с персоналом и базами.

– Но ведь мы же знаем! И в Центральном отделении СИБа знают!

– Кто? Два-три человека от силы. Да и те, прочитав новые рапорта с места событий, решат, что там сперва напутали чего-то, а теперь, наконец, разобрались.

– А мы с тобой?

– А нас с тобой, похоже, специально оставили в курсе дела. Вопрос только: зачем? И это отнюдь не единственный вопрос. И не главный, – всеже запалил кончик папиросы Император, затянулся и медленно с удовольствием выпустил дым.

– Какой же главный?

– Зачем это все устроил Кашим? Девять лет сидел ровно, ни слуху ни духу от него, а тут вдруг “спалился”. Почему сейчас? Чего хочет Кашим?

– А он чего-то хочет? – с некой обреченной надеждой предположил принц. – Может быть он на самом деле только “экзаменовал” свой класс “в поле” и ничего больше?

– Сам-то веришь в то, что говоришь? Вспомни, что он устроил с этой “вакциной от старости”. Вспомни как трясло и лихорадило после этого Мир? До сих пор еще лихорадит и еще несколько десятилетий лихорадить будет. В том и вопрос, что он задумал на этот раз? Воскрешение мертвых? Зомби-апокалипсис? Погружение в Каменный Век?

– Не возьмусь строить предположений. Я так глобально мыслить не умею.

– В одном я уверен: ничего хорошего от экспериментов Кашима ждать не стоит!

***

Глава 5

***

Император сидел на заднем сидении своего представительского флаера, самого простого и незаметного из тех, что имелись на борту малого Императорского космолета.

Император молчал, по внешнему виду его прочесть что-то не представлялось возможным, сказывалась многолетняя привычка “держать лицо” в любых обстоятельствах. Напротив него сидели двое телохранителей в черной броне и глухих затемненных шлемах, вооруженные пистолетами, ножами и еще Бог знает чем из разнообразных спецсредств.

Телохранители… Люди, которым доверяешь свою жизнь, но не можешь доверить свои секреты… Император тяжело вздохнул. Его непроницаемая маска на несколько мгновений дала трещину, но быстро вернулась в исходное состояние. Император… усталый старик. Пусть крепкий и телом, и разумом, пусть видимый возраст его застыл на отметке “слегка за сорок”, благодаря “вакцине” и косметологии, но усталость прожитых лет накапливалась. Она никуда не исчезала… Вакцина от старости. Тот, кто ее изобрел - гений. Тот, кто ее “вколол” человечеству - жестокий мальчишка. Это ведь оказалось очень тяжело - не стареть, перестать бояться естественного завершения жизни, но начать дрожать от одной только мысли о насильственной смерти…

Эта “прививка” слишком глобальна, чтобы все ее последствия успели проявиться всего за девять лет, но кое-что уже выползло. Количество тяжких преступлений возрасло во всем мире. Убийства, грабежи, износилования, похищения, даже космическое пиратство... Резко набрали популярность экстремальные виды спорта и развлечений. Рождаемость упала. Войны, революции, межнациональные конфликты стали вспыхивать от малейшей искры. Количество психозов, депрессий, суицидов выросло на порядок. Создавалось впечатление, что человечество само ищет смерти, что Человек, как мыслящее существо, оказался не готов к бессмертию, оно пугало его до дрожи, противтореча самой смертной сути этого, хоть и высокоинтеллектуального, но все равно все еще животного. Образно: Мир “бился в горячке после укола вакцины”, и когда он оправится теперь, адаптировавшись и став крепче, неизвестно, да и переживет ли вообще? А ведь были еще и социальные проблемы… Точнее только еще назревали, но в скором времени должны были встать во весь рост, и как их решать, совершенно непонятно. Эх, Кашим, жестокий мальчишка, что ж ты наделал...

Император волевым усилием подавил минутный приступ меланхолии. Ему предстояла сложная встреча. Сложная и опасная. Сложная своей непредсказуемостью, а опасная тем, что тот, с кем предстояла встреча, опасен, словно ядовитая змея, от яда которой нет противоядия.

Максимально урезанный кортеж Императора, состоящий всего из восьми флаеров охраны, двух флаеров сопровождения от Транспортной Инспекции города и собственно флаера Императора, остановился перед двухэтажным частным домом. Охрана тут же покинула транспортники и принялась профессионально оцеплять и блокировать ближайший район. Стандартная процедура.

Сам Император, неторопясь, подошел в сопровождении двух своих телохранителей к входной двери и нажал на кнопку звонка. За ней раздались шаги, и женский голос спросил: “Кто там?”

– Эм… а Глеба Новикова я могу увидеть, – немного сбился с настроя Император.

– Глеба? – удивилась женщина, открывая дверь и замирая в недоумении.

– Это ко мне, мам, – появился в зоне видимости высокий широкоплечий школьник. Он чуть приобнял хрупкую женщину в летнем нарядном платьице и компьютерных очках, поцеловал ее в щеку и пошире распахнул дверь. – Здравствуйте, Ваше Императорское Величество. Зайдете? Или мне пройти с вами? Наручники одевать?

– Не поясничай, – чуть поморщился Император. – Впустите? - обратился он к женщине.

– Конечно-конечно, – посторонилась она, пропуская гостя, точнее сначала его телохранителей, попытавшихся пройти вперед. Иператор остановил их жестом.

– Разуйтесь, – приказал он охране. – Не портите ковры хозяйке.

– Не обязательно, - смущенно улыбнулась женщина. – Мы можем во дворе посидеть, у нас беседка очень удобная есть…

– Благодарю, – кивнул Император, соглашаясь, и жестом разрешил телохранителям делать свое дело.

Беседка оказалась небольшой, расчитанной человек на пять-шесть, но вполне уютной. В ее центре стоял круглый шахматный столик, ажурные кованые решетки стенок обвивал виноград, круглая крыша была выполнена из затемненного стеклопластика.

В ней уже сидели две девочки одного с Глебом возраста, которые аккуратно собирали в коробку шахматные фигуры. При подходе гостей они встали и учтиво поклонилась.

– Это Лиза и Марина, - представил девочку Глеб. – Мои однокласницы.

– “Ирма”, аналитик группы Альфа, – уточнила для гостя та, что стояла левее, и поправила на носу компьютерные очки.

– ”Ворожея”, аналитик группы Гамма, - назвала себя та, что стояла правее.

– Присаживайтесь, Ваше Императорское Величество, - отодвинул для гостя один из стульев Глеб. Его мама поспешила в дом.

Император кивнул и занял предложенное место. Школьник обошел столик и уселся напротив. Девочки расположились на лавочке, что шла вдоль стены беседки, оказавшись соответственно за правым и левым плечем парня.

Император молча рассматривал Глеба, пытаясь составить первоначальное впечатление о нем. Тот отвечал тем же. Телохранители заняли позиции за спиной государя и застыли безмолвными изваяниями.

Вернулась мама Глеба со скатертью в руках, которй тут же принялась застилать столик, ее сопровождал парень с большим подносом.

– Гена Терскевич, – представил Новиков. – Еще один мой одноклассник.

– “Корень”, лидер группы Гамма, – счел нужным дать пояснение Гена. Мама Глеба тем временем ловко составляла на стол чашки, блюдца, сахарницу, заварочный чайник, обычный чайник, раскладывала ложечки и наконец опустила пирог.

Гена, дождавшись ответного кивка от императора, отнес поднос обратно в дом, вернулся с еще одним стулом, поставил его правее Глеба и сел на него.

– Угощайтесь, Ваше Величество, - слегка упростил обращение Глеб, разрезая специальным ножом принесенный мамой пирог. – Не удивляйтесь, - с улыбкой кивнул на девушек и Гену он. – Сегодня у нашего Стаса День Рождения. Решили, что удобнее будет отпраздновать у меня, так что весь наш класс здесь.

Император кивнул, подставляя блюдце под поданный ему парнем кусок пирога. Сохранять лицо непроницаемым становилось труднее. Не отпускало ощущение западни.

– Я правильно понимаю, что с принцем вышел прокол? – безо всякого раскаянья или сожаления спросил Глеб. Император кивнул. – Но, раз вы пришли в гости лично, а не попытались прислалать штурмовой отряд на наше устранение, то обиды на нас не держите? Мы просто хотели найти важного для нас человека. Угрозы Империи наши действия не несли.

– Глеб ! Что ты опять натворил?! - возмутилась мама, уперев руки в бока и вперив сердитый взгляд в сына.

– Успокойтесь, Надежда Валентиновна, - мягко остановил женщину жестом Император. – Ничего ужасного, просто оттаскал за нос принца, позволившего себе нелестно отозваться о их покойном трудовике.

– Принца?!! За нос?!! – возмутилась она. – Ты уже вовсе ополоумел со своими играми в “индейцев”! Сколько я тебе говорила: насилием ничего не решишь! Вы простите его пожалуйста, Ваше Императорское Величество, - повернулась она к Императору, сложив руки перед грудью. – Глеб на самом деле хороший мальчик: музыкант, отличник, в этом году в консерваторию поступает… Он ведь не созла. Это все их Аорон Евгеньевич! Сколько я на него руководству школы жаловалась, что он на детей плохо влияет, все без толку, говорят, что у него прекрасные показатели и успеваемость, да и вообще, ветеран, заслуженный человек…

– Я не сержусь, - снова остановил ее жестом Император. – Просто решил проведать столь многообещающего юношу. Так, что за человек? Кого вы пытались найти таким странным способом? - повернулся к школьнику он.

– Васю, – вздохнул Глеб. – Сына Дядь Лени и Елены Васильевны.

***

Глава 6

***

– Я не ослышался? – поставил на стол чашечку, к содержимому которой, к счастью, не успел притронуться Император. – У Кашима есть сын?

– У Кашина, - поправила его Надежда Валентиновна.

– Спасибо, – кивнул ей Император. - Конечно же у Кашина. Так у него есть сын?

– Да, у них с Еленочкой Васильевной очаровательный мальчик, Васенька. Ему восемь лет через три месяца исполнится, - сказала мама Глеба и вдруг спохватилась. – А почему “покойном” трудовике? С Леонидом что-то случилось? Я, честно сказать, до сих пор не успела распросить сына об их последней школьной поездке, и где Глеб умудрился встретить самого принца Ивана?

– Это долгая история, мам, – сказал ей Глеб. – Ты не поможешь девочкам с выпечкой? А то ведь сожгут они все ваши труды, порой мне кажется, что антиталант Дядь Лени в кулинарии заразен…

– Хорошо-хорошо, – помахала рукой женщина. – Секретничайте тут пока, в конце концов это к тебе гость. Но ты мне потом про Леонида обязательно все расскажешь! - после чего скрылась в доме.

– Значит, сын Кашима пропал? – спросил Император, когда Надежда Валентиновна ушла.

– Да, – пожал плечами Глеб. – Обычно Дядь Леня брал его с собой в наши классные поездки, а тут… сказал, что Васек у бабушки. А потом была эта засада. Не могли же мы его после этого бросить. Когда чуть освоились в городе, наш спец по информации Жучок (Ваня Карин) влез в Сеть, начал искать мать Дядь Лени и не нашел. Вообще ничего не нашел ни про Кашина Леонида Васильевича, ни про Гончую Елену Васильевну.

– Ничего? - вздернул бровь Император.

– Не совсем. Там есть их личности, прописанные на этой планете, с образованием, с местом жительства, с местом работы… Но это были насквозь фальшивые личности. Качественные, но фальшивые. А о настоящих даже малейшего намека нет. Мы начали искать, но бесполезно…

– И тогда вы задумали ту провокацию с Президентским космолетом? Грубовато.

– Но ведь сработало? - пожал плечами Глеб.

– Сработало, – согласился Император. – Теперь вы знаете, кто такой ваш трудовик. И как впечатления?

– Ну, мы догадывались, что он имел отношение к спецслужбам, - пожал плечами Гена.

– Ты не рассказал им? Да? - внимательно посмотрел на Глеба Император.

– Принц предупреждал, что это Государственная Тайна, - отвел взгляд Глеб. – Грозился “зачисткой”...

– Не смог, да? – продолжил давить взглядом Император. - Язык не повернулся, да? – Глеб покраснел и встал из-за стола, сунул руки в карманы, повернулся в сторону дома.

– Это вы к таким вещам привычны… – буркнул школьник. Гена с удивлением посмотрел на одноклассника. Как и девочки.

– Вот, – взял у одного из телохранителей кейс Император, открыл его, приложив палец к сканеру и набрав длинный код на маленьком экранчике, достал папку красного цвета, которая была раза в два толще той, которая была у принца. – Это полная информация, которой я обладаю на данный момент по Кашиму.

– Это не та папка, – повернулся Глеб.

– Ну… у меня тоже “язык не повернулся” в свое время показать сыну полный вариант. У него выжимка, – сказал Император.

– И зачем?

– Зачем показываю вам? – уточнил Император. – Вы ЕГО ученики. И вы собрались искать ЕГО. Вы ДОЛЖНЫ знать, с чем имеете дело.

– Вы его боитесь? - тихо спросила Марина.

– Это сложное чувство, девочка, – вздохнул Император. – Я опасаюсь его. Боюсь - того, что он снова может сотворить с нашим миром.

– Снова? – уточнила Лиза.

– Просто, прочтите, – отвел глаза Император. Корень открыл папку первым. Глеб, видимо, подал какой-то знак, поскольку из дома стали выходить еще одноклассники.

Император насчитал двадцать человек, которые поочередно пролистывали красную папку, передавая ее следующему. Все ученики Кашима демонстрировали отменные навыки скорочтения, а вот с самоконтролем у них было не очень: в папке были и фотографии, так что прочитавшие материал, бледнели, зеленели. Кто-то до туалета добежал, кого-то вывернуло прямо в огород. Император молча пил чай.

– А где еще четверо? - осторожно поинтересовался у вновь занявшего свое место Глеба он.

– Обеспечивают безопасность встречи, – пожал плечами Новиков. – “Отдельные члены группы могут расслабиться, но группа в целом должна быть боеспособна всегда. Диверсия всегда происходит в самый неподходящий момент”. Так учил Дядь Леня.

– Я под прицелом? – уточнил Император.

– Естественно, – пожал плечами Вождь. – Но в большей степени ваши люди. Сами вы представляете наименьшую опасность, как боевая единица, простите уж за прямоту.

– Нет, что ты, тактически все верно, – невесело улыбнулся Император.

Как ни быстро читали ребята, а все равно прошло не меньше часа, пока с папкой ознакомились и привели себя после этого в порядок все. Глеб и Император терпеливо ждали.

Наконец ребята были готовы продолжать разговор.

– Вы ведь пришли нас вербовать, верно? – спросила Марина.

– Вы, ребята, - Сила, – сказал Император. – Если не поставить Империи на службу, то хотябы наладить какие-то отношения я обязан.

– Неподконтрольную Силу уничтожают, – заметила Лиза.

– Можно было бы попытаться, но как на это отреагирует ваш учитель? Вы можете просчитать его действия? – уклончиво, но достаточно откровенно, ответил на весьма острый вопрос Император.

– Вы боитесь его? Рассматриваете нас только в приложении к нему? – чуть набычился Вождь.

– Разные весовые категории, ребятки, – улыбнулся тот. – Вы - дети. Ваш учитель – непредсказуемая машина смерти.

– Вы сомневаетесь в наших возможностях? - нахмурился Гена.

– Нет, – пожал плечами Император. – Я восхищаюсь ими. Но, ведя разговор с вами, я не могу не помнить о нем. Пусть вы ему не подчиняетесь, не выполняете его команды, но вы его ученики, и это надо учитывать.

– Но вы все равно собираетесь нас вербовать, – утвердительно сказала Марина.

– Предложить вам работу, - поправил девочку Император.

– Работу? - уточнил Глеб.

– Официальные должности в СИБ. Всем вам или любому, кто решится. Вы же сейчас готовые высококлассные полевые агенты. Пусть и без опыта.

– Только в СИБ? – уточнил Гена.

– В любой Имперской государственной структуре. С пожалованием дворянства, – ответил Император.

– Заманчиво, – сказал Глеб. – Но есть одно “но”.

– Озвучь, - пожал плечами Император.

– Мы не убийцы. И не хотим ими становиться, - ответила Марина.

– Ученики Кашима? – скептически изогнул бровь Император.

– Именно, – твердо ответил Глеб. В этот момент он был действительно Вождь. Вождь своего маленького племени. – Все время обучения Дядь Леня вбивал в нас эту мысль. Он говорил: “убийство - та черта, та граница, что отделяет жизнь человека от жизни Крысиного Короля. Тот, кто однажды перешагнул эту черту, сломал в себе эту границу, стать снова человеком уже не сможет. Он либо пойдет по выбранному Пути дальше, совершенствуясь, становясь опаснее, затачивая свои клыки и когти до абсолютной остроты, становясь Идеальным Хищником, либо всю оставшуюся жизнь бьется в эту черту, пытаясь вернуться назад, страдая и завидуя тем, кто на той стороне. Не совершайте ошибку, не выбирайте простой путь, не убивайте в себе человека”. И читая содержимое вот этой папки, я как никогда ему верю, Александр Андреевич. А вы?

– Я? – тихо спросил Император. – Я эту границу переступил еще будучи принцем. И, поверь, мальчик, многое бы отдал, чтобы переступить ее обратно. Так что да, Глеб, я верю.

– И что будете делать? – спросила Ирма.

– Поеду домой, буду заниматься государственными делами. А вечером запрусь в рабочем кабинете и упьюсь до беспамятства. Потом меня найдет телохранитель, введет в кровь нейтрализатор и коктейль стимуляторов, к утру я снова буду Императором Российской Империи.

– Несомненно, это признание много говорит о вашей личности, добавляя несколько штрихов к психологическому портрету, но вопрос был не об этом, – заметила Марина.

– Предложение действует бессрочно, - пожал плечами Император. – И в эту папочку добавится еще пара листов, - убрал в свой кейс дело Кашима он. – Больше ничего.

– Что ж, – задумчиво проводил глазами папку Глеб. – Про ваше предложение мы запомним. Но кое-что предложить вам можем и мы.

– Что же? – удивился Император. В этот момент оба его телохранителя мягко осели на руки появившихся за их спинами парней.

– На службу мы не пойдем, – сказал Вождь. – Но маленькие лично ваши просьбы готовы иногда обдумать, с соответствующим вознаграждением, естественно. Но наше условие вы знаете.

– Сохранение нас в тайне, в ваших же интересах, Александр Андреевич, – добавила Марина.

– О людях ваших не беспокойтесь. Заночуйте сегодня на Припяти. Утром вернем всех в целости и сохранности, – сказал Корень.

– Такси вас на улице уже ждет, – добавила Лиза.

Император удивился, но Имперской охраны перед домом действительно уже не было, зато стоял флаер такси. И номер в гостинице, в которую привез его таксист уже был снят на имя Васильева Александра Андреевича, бизнесмена с планеты Москва…

***

Глава 7

***

Принц Иван выбрался с заднего сиденья флаера у порога своего загородного дома-резиденции, в котором проживал последние несколько лет вместе с женой, принцессой Анной. Охрана-сопровождения кортежа, убедившись в безопасности площадки и передав охраняемый объект под ответственность охраны резиденции, вернулась в свои флаеры и отбыла.

То, что Анна не встречала мужа было немного необычно, ведь о приближении его кортежа ей должны были сообщить заранее, но чем-то из ряда вон выходящим не являлось - мало ли, чем занята супруга Наследника Престола. Процентов девяносто было за то, что она встречает каких-то гостей. Неофициальных, об официальных Принца предупредили бы заранее.

– Максим Семенович, Принцесса Анна где изволит быть? – решил не мучиться догадками, а просто спросить у ночальника охраны резиденции, вышедшего его встречать, Иван.

– Принимает гостей на лужайке за домом. Погода хорошая, вот и решили на свежем воздухе, – ответил тот.

– Что за гости? – поинтересовался принц, получивший подтверждение своей догадке.

– Старый институтский друг с женой и сыном, – доложил начальник охраны резиденции.

– Вот как? – слегка удивился Иван, прикидывая, кто бы это мог быть, поскольку друзей своей жены знал неплохо. В дом заходить не стал, а прямо двинулся к означенной лужайке.

Задать следующий вопрос не успел, так как уже вывернул из-за угла. Перед ним открылся вид на идиллическую картину: две девушки в светлых летних платьях, белых летних шляпках и молодой мужчина в светлой рубашке, светлых брюках, светлых ботинках сидят на белых “плетеных” креслах вокруг светлого круглого вынесенного из дома столика, стоящего на зеленой травке ровного идеального газона, а рядом восьмилетний мальчуган в светлых шортиках и футболке играет с двумя доберманами.

Мужчина обернулся и приветливо помахал рукой замершему, словно громом пораженному Принцу. А того парализовало ужасом, липкий холодный пот страха выступил у него на лбу: ему приветливо махал рукой и улыбался его оживший ночной кошмар. Ангел Смерти Жестянкин Леонид Васильевич во плоти собственной неповторимой персоной. Воображение услужливо дорисовывало белые колушущиеся крылья за его спиной, кровь на руках, брызги ее на лице, окровавленные клинки в этих руках…

Иван с усилием закрыл глаза, больно, с силой ущипнул себя за руку, чтобы болью прогнать наваждение и сбросить паралич. Помогло. Глубокий вдох, выдох. Принц открыл глаза, приступ ужаса прошел. Перед ним на лужайке сидели его жена и старый… друг? С еще одним другом, однажды спасшие ему жизнь. Причем первый даже и не единожды. Видение ужасного Ангела исчезло, остались друзья.

Иван поднял руку в ответном приветствии и направился к сидящим за столиком. При его приближении все трое поднялись с кресел. Принцесса броаилась к мужу и радостно его обняла, приветственно быстро чмокнув в губы.

– Привет, Вань, – пожал ему руку Леонид. – Слышал, ты поговорить хотел?

– Здравствуй, Лень, – ответил на рукопожатие Иван. – Быстро до тебя слухи доходят.

– Имеющий глаза да увидит, имеющий уши да услышит, – пожал плечами Леонид.

– Смотрю, бодрый ты для мертвеца, – решил сменить тему Принц. – Как и ты, кстати, Лен, – искренне улыбнулся старой боевой подруге он.

Иван подал знак охране, принесли еще одно кресло, все расселись вокруг стола, кроме малыша, который продолжал возиться с собаками.

– А я, между прочим, на твоих похоронах была! И даже плакала, – немного обиженно заметила Анна.

– Ань, ну а как иначе? Как еще такие, как мы с Ленкой свободу обретают? – пожал плечами Леонид.

– В отставку уходят, – уверенно сказала Принцесса.

– Ногами вперед, – закончила за нее предложение Лена. – Полевые агенты всю жизнь под колпаком – слишком много знают и умеют. А уж такие уникумы, как Леня… Сама мысль, что такой человек может существовать без строгого ошейника шипами вовнутрь, заставляет властьимущих вскакивать в холодном поту посреди ночи. Так что в нашу смерть должны были поверить все. И друзья, и враги.

– А сейчас тогда для чего рассекретились? Делать глупости не в твоем характере. Что ты задумал? - спросил Иван.

– Мы так-то и раньше не сильно прятались, – состроил обиженно-невинную мордашку Леонид.

– Ты даже на одном из спекталей наших был вместе с отцом, – улыбнулась Лена. – Через пару месяцев после похорон. “Ромео и Джульетта”, помнишь такой?

– Спектакль? – задумался Иван. – Нам часто посещать подобные мероприятия приходится…

– Ну, не помнишь, значит не помнишь, – притворно вздохнул Леонид. – Стало быть не поразили, до шедевра не дотянули, бывает. Значит, правильно мы с актерской карьерой закончили.

– Эй! Не обижайся только, девять лет ведь уже прошло с той поры, – поднял в защитном жесте руки перед собой Принц.

– То есть, тот самый спектакль, на котором ты затащил в Императорскую ложу наивную провинциальную девочку, которой заморочил голову, ты уже забыл, дорогой? – сладким голосом, но с опасным прищуром, спросила Анна.

– Ах, этот спектакль! – быстро спохватился Иван. – Я его плохо запомнил, ведь в тот вечер смотрел только на тебя, любимая! – и вдруг помрачнел. – Так это ты нас свел, да?

– Нет конечно, как бы я мог это сделать? – рассмеялся Леонид. – Просто собрал на своем премъерном представлении всех своих и жены знакомых. А уж, то, что у вас там что-то закрутилось, так это вы сами, я ж не Бог в конце концов.

– Нет конечно. Всего лишь Ангел, – хмыкнул Иван. – Странно, – задумался он. – Система “маяков” должна была благим матом взвыть на такое скопление связанных с тобой людей в одном месте.

– Вань, ну ты прям как маленький, – развела руками Лена. – Когда знаешь, как работает система, в чем сложность поменять “маяки”?

– То есть вы залезли в базы СИБ… опять, - вздохнул Иван. Леонид виновато пожал плечами.

– И чем же вы эти годы занимались? – поинтересовалась Анна. – Путешествовали?

– Не поверишь, Ань, – вместо гостей ответил Иван. – Эти двое в учителя подались.

– Это правда? – удивилась Анна.

– Правда, – очередной раз с невинной улыбкой пожал плечами Леонид. – И первое и второе.

– То есть, сначала мы путешествовали, а потом подались в учителя, – пояснила Лена.

– И где, если не секрет, путешествовали? – поинтересовался Принц.

– В основном в Японском секторе, – ответила Лена. – Почти три года там прожили. Васенька как раз там родился.

– Три года? – удивилксь Анна. – Что же вы там делали-то?

– Леня воспитателем в детский садик устроился, – хихикнула Лена. – К отцовству готовился, видимо. Ну а я, как порядочная японская женщина, ждала своего мужа дома.

– Что-то с трудом верится, – хмыкнул Иван. – Зная, какие Цветы Жизни ты вырастил на Припяти, что же за монстрики остались в Японском секторе?

– Зря ты так, – сказала Лена. – Леня, всеже патриот… где-то глубоко в душе. “Монстриков” он выращивает исключительно на просторах Российской Империи. Да и охладел он уже к этому занятию, насколько я поняла.

– Ну что, – поднялась со своего кресла Принцесса. – Давайте кушать торт! Отпразднуем встречу! – сказала она и упорхнула в сторону дома. Принц остался со старыми боевыми друзьями один. Атмосфера заметно потяжелела.

– Так чего звал-то, Вань? – притушив улыбку, спросил Леонид. – Ведь не просто так ты Вождю свой личный защищенный номер оставил?

– Помощь мне твоя нужна, – тяжело вздохнул Принц.

– Императором стать решил? – удивленно приподнял бровь Леонид. – Так-то не самая сложная задачка, батю твоего убить. Могу порекомендовать десяток специалистов. Или тебе важно, чтобы именно я это сделал?

– Как тебе в голову-то такое пришло! – возмутился Иван. – Я люблю своего отца. Я не хочу его смерти. Да и на Трон не особо рвусь.

– Хм, как? Просто это самый очевидный и логичный вариант того, зачем тридцатилетнему Принцу Империи искать встречи с официально мертвым специалистом моего профиля и моей квалификации, – поделился своими логическими построениями Леонид.

– Логично, не значит правильно, – сердито ответил Иван.

– Никогда мне этой фразы не понять, – посетовал Леонид.

– Почему? Пусть ты и Убийца, но ты все равно человек, со всеми присущими человеку чувствами и порывами, – сказал Иван. Лена отставила чашку и посмотрела на Принца, как на дебила. Леонид просто пожал плечами, признавая, что каждый может сморозить глупость. – Что такого я сказал? – обиделся на эти переглядывания Иван.

– Ничего особенного, – ответила Лена. – Просто я считала, что ты более информирован. Это мой прокол, не твой.

– И в чем же моя недостаточная информированность? – набычился Иван.

– Я - моральный урод. Не испытываю эмоций, мук совести, сожалений, не чувствую страха, страдаю хронической бессонницей, имею идеальную память, – не стал скрывать Леонид. – Живая машина… практически.

Иван молчал, не зная, что на это сказать, слишком неожиданное было признание, слишком невероятная информация. Как всегда с Леонидом - слишком.

– Ты помощи хотел попросить? – прервал затянувшуюся паузу Леонид. – Если не убийство Императора, то что тогда? С чем не в состоянии справиться СИБ?

– Точно, – спохватился Иван. – Я хотел попросить помощи в одном странном деле. Точнее дело не одно, а несколько эпизодов, в которых погибло в общей сложности пятеро агентов и две штурмовых группы спецназа СИБ.

– Ты меня заинтересовал, – сказал Леонид и достал из кармана сложенные очки, надел их и принялся подергивать пальцами. Лена, глянув на него, достала из сумочки ноутбук, разложила его на столе и опустила руки на голографическую клавиатуру. – Номер дела? Фамилия куратора, сектор, дата события?

– Две недели назад, прямо здесь, в столице, номер дела не помню, курировал двух из пяти агентов “Сокол”... – начал вспоминать известные ему подробности Иван.

– Все, нашел, - остановил его Леонид. Тот удивленно замер на полуслове.

–Вы, что же, вообще от базы СИБ не отключаетесь? – недовольно спросил Иван. Леонид не ответил, он придвинул свое кресло поближе к креслу Лены и теперь вместе с ней внимательно просматривал данные из тактической сети уничтоженных штурмовых групп. На экране одновременно шли пять видеозаписей, аудиозапись переговоров во внутренней сети группы и диагностические данные, посылаемые с боевых костюмов каждого штурмовика.

– Хм… Интересно, – не отрывая взгляд от экрана, проговорил Леонид. – Я так понимаю, пытались захватить группу из пяти неизвестных, двое из которых были в разработке, напоролись на сопротивление, открыли огонь на поражение, убили четверых в первые полминуты боя… Получается, последний неизвестный, получив рану в плечо, умудрился положить тридцать спецназовцев и двух агентов? Интересно…

– Ты бы так смог? – спросил Иван.

– Я не дал бы себя окружить, оставил бы сигналки на подступах, заминировал опорные конструкции этажа и просто сложил бы все здание в случае опасности… Но это лирика. Ты ведь спрашиваешь, могу ли я в прямом лобовом боестолкновении из невыгодной позиции, не имея нормального оружия, положить две слаженных, скоординированных тактической сетью, экипированных в бронекостюмы четвертого класса защиты группы спецназа СИБ? Так ведь? – глянул поверх очков на Принца Леонид. Иван кивнул. – С вероятностью девяносто пять процентов – могу, – Леонид поправил очки и вернул свое внимание компьютеру.

– Как-то странно он двигается, – напряженно всматриваясь в голоэкран, сказала Лена.

– Заметила? Его скорость и сила ему самому непривычны. От падений и травм спасает только скорость реакции, невозможная для человека, – прокоментировал Леонид. – Видишь, он подхватил винтовку, сделал пару выстрелов и разбил ее о голову бойца? Как думаешь, почему?

– Вынужденный переход в ближний бой?

– Нет, – ответил Леонид. – Смотри внимательней, он сам сократил расстояние диким пятиметровым прыжком. Нет, я думаю, система наведения, с электронной стабилизацией точки прицеливания, работала для него слишком медленно. Он целится быстрее, чем электроника компенсирует рывки и отображает точку в прицеле. И он успевает это заметить. Его это взбесило, и вместо того, чтобы отсоединить прицел, он разбил винтовку.

– Похоже на правду, – согласилась с Леонидом Лена.

– Забавно…

– Что тебе кажется забавным? – нахмурился Иван.

– Этот парень полез в рукопашную против людей в бронекостюмах. Ферритовых бронекостюмах четвертого класса защиты. Он бьет кулаком в шлем, будто в уличной драке.

– И?

– Он сломал себе четыре кости в руке этим ударом, Вань. Первым же ударом. При этом не остановился и провел “троечку” в голову. Третий удар он нанес уже сломанной рукой!

– СИБовца это не спасло, – хмуро заметил Принц.

– Это не так важно, – отмахнулся Леонид. – Регенерация этого парня поразительна! Меньше минуты он не пользуется руками, после чего снова (отсутствие мозгов тоже поразительное) лупит в шлем другого СИБовца… Я насчитал восемь попаданий в него из ручного оружия и две контузии от взрыва осколочных гранат. Но парень все равно убежал на своих ногах…

– Мои эксперты насчитали шесть.

– Я видел отчет. Два попадания пришлись практически в те же точки, что и предыдущие, поэтому их не видно. А автоматика не зафиксировала, потому-что боец стрелял на удачу, не целясь, “веером”, – отмахнулся Леонид. – Это несомненно боевой стимулятор. Новый, мощный, не имеющий аналогов. Сам парень посредственный боец: ни техники, ни школы, ни серьезного боевого опыта, но его скорость, сила, реакция, скорость принятия решений, живучесть, на порядок превышает нормальные возможности человека. Даже мои превышает.

– А смог бы ты убить такого? – задал дурацкий, но несомненно интересующий его вопрос Иван.

– Трудно сказать, – потер подбородок Леонид. – Предел прочности и свои слабые места у всех есть, и теперь я их обязательно отыщу. Но вот, если бы я случайно, без подготовки, на такого нарвался, то с вероятностью в девяносто процентов умер бы в первую же минуту боя.

– Я правильно понимаю, что за это дело ты возьмешься? – уточнил Принц.

– Наверное корректнее будет сказать, что я за него уже взялся, – задумчиво ответил Леонид, продолжая внимательно вглядываться в экран ноутбука и что-то набирать на клавишах голографической клавиатуры.

В это время как раз вернулась Принцесса Анна с тортом на подносе. Увидев ноутбук и работающего за ним Леонида, она нахмурилась.

– Дорогой, – строго посмотрела она на Ивана. – Надеюсь, ты не подрядил Леню на убийство Императора? Учти, я с отцеубийцей жить не стану!

– Да вы сговорились что ли?!! – возмутился Принц. – Не собираюсь я убивать его! Я люблю своего папу!

– Лен, он не врет мне? – все еще с подозрением в суровом взоре спросила Принцесса.

– Нет, Ань, – улыбнулась Лена. – Не могу сказать за все время, но сейчас не врет. Мой муж предложил ему пару вариантов, правда… но твой муж с возмущением отказался.

– Леня!! – повернулась к Леониду Анна.

– А что “Леня”? Я Убийца, что вы от меня хотите? Из лучших побуждений же! Помочь хотел. Но на нет и суда нет, – состроил самое невинное свое лицо тот.

– А что же вы тогда сейчас делаете, если это не подготовка к убийству Императора?

– Ань, ну что ты как маленькая! – сказала Лена с невинно-радостной улыбкой. – В целой Империи всегда есть кого убивать!

– Психи, – после некоторого пораженного молчанья резюмировала Принцесса.

– Так мы же и не скрываем, – пожал плечами Леонид. – Вы когда с Ванькой Наследника стране заделаете, а? Девять лет уже народу голову морочите.

– Э… ну… – смутилась Анна. – А куда спешить теперь, когда старость отменили? У нас впереди куча времени еще.

– Куча времени? – удивленно сказал Леонид, даже оторвавшись от компьютера и сняв очки. – Куча времени? Ты действительно так думаешь? – внимательно посмотрел на Принцессу, потом быстрым движением достал откуда-то пистолет, снял с предохранителя и направил точно в лоб Принца. – Сейчас я нажму на спусковой крючок, и через секунду ты станешь вдовой. У вас с ним больше не будет времени. Совсем. И у тебя от него совсем ничего не останется. Все, конец. У вас не будет времени, точнее у вас его уже нет, – сказал Леонид и спустил курок.

Анна в ужасе вскинула руки и прижала их к лицу, глуша рвущийся наружу крик. Принц бледный до зелени тяжело сглотнул, сидя в своем кресле.

Леонид опустил пистолет, вернул в безопасное положение предохранитель, вставил на положенное место аккумулятор, который до этого держал в другой руке, и убрал оружие, причем, куда именно он его убрал, заметить никто из присутствующих не успел.

– Не надо думать, что я единственный, кто может пробраться в резиденцию Сына Императора с оружием и использовать его по назначению. Таких специалистов хватает, – все также спокойно, ровным голосом произнес он. – Нет ни у кого “впереди кучи времени”. Жизнь может оборваться в любой момент: закрыл глаза, чтобы моргнуть, а закрылись они уже навсегда – такое происходит сплошь и рядом. От этого никто не застрахован. Смерть у каждого стоит за левым плечом, и когда именно Она решит похлопать именно тебя по этому плечу, не знает никто. Помни об этом. Старость, как ты говоришь, “отменили”, но с каждой прожитой секундой мы все равно приближаемся к неизбежному. Только и разница, что теперь человек может встретить Леди будучи полным сил, достойно, борясь за жизнь до самого последнего мгновения, а не как раньше, мечтающим о встрече с ней, как об избавлении немощным, слабым, беспомощным и больным полутрупом-стариком.

– Ты для этого разработал Вакцину? – тихо спросил все еще бледный Иван, поглядывая на совершенно спокойно стоящих по краям лужайки охранников, абсолютно никак не отреагировавших на направленный в голову сына Императора пистолет.

– Ратха Сарат разработал Вакцину, – улыбнулся Леонид. – И даже, если бы я был к этому как-то причастен, то это был бы просто глобальный эксперимент над человечеством из серии “а что будет, если...”. Безо всякого философского подтекста.

– Но это же ты - тот самый “не пожелавший назваться друг”?! - продолжил настаивать Иван.

– Вот именно, “не пожелавший назваться”, – сделал улыбку слегка лукавой Леонид. – Стало быть им мог быть кто угодно. Даже более того, Ратха мог вообще выдумать этого друга, просто, чтобы обелить свое имя и снять с себя ответственность за те три тысячи девятьсот пятьдесят три погибших за время испытаний человека.

– Странно, – задумался Иван. – Обычно ты говоришь прямо даже об очень нелицеприятных вещах. Так с чего юлишь именно в этом вопросе? – Леонид ничего не ответил, только пожал плечами.

***

Глава 8

***

– Спасибо, – сказал Иван в “трубку телефона”, набрав на своем аппарате номер Глеба и услышав “на том конце” его голос.

– За что? - удивился школьник.

– Что передал мою просьбу о встрече, – слегка недоуменно уточнил Принц.

– Я не передавал ничего, – насторожился Глеб. – Вам звонил Дядь Леня?

– Не звонил, – растерянно ответил Иван. – Лично пришел. С Гонцовой и “сыном”... Сказал, что потомучто я попросил… Если не ты, то откуда…

– Он лично был на допросе! – воскликнул Глеб. – Точно! Один из ваших телохранителей! Точно! Выходит, и сдал меня вашему отцу он же! Вот ведь зараза… – восхитился школьник своим учителем. – Значит и на Санта-Луис “стрелял” в Елену Васильевну тоже он! Красиво… Как же красиво он нас сделал…

– Не понимаю твоей радости, – передернулся Иван, осознавший, КТО ходил за его левым плечом неизвестно насколько долгое время. Плюс к этому воспоминание о смотрящем точно ему в лоб дуле пистолета были еще очень свежи.

– И не поймете! – рассмеялся Глеб. – Ведь у вас не было настолько потрясающего трудовика, как у нас! Блин, учиться нам еще и учиться до его уровня… – дальше соединение разорвалось, видимо школьник нажал на сброс вызова. Это было неприятно, но на самом деле им было больше не очем говорить.

***

– А ты чего такой довольный сидишь? – заглянув к отцу в кабинет, с порога спросил Иван.

– Есть повод, вот и сижу довольный, – усмехнулся Император. – Сам-то чего смурной такой?

– С Кашимом увиделся, – буркнул Иван, усаживаясь в “свое” кресло отцовского кабинета.

– Это как же? – заинтересовался Император.

– Прихожу домой, а они там с моей женой чаи гоняют, – признался Иван. – Чуть не поседел от неожиданности, когда их там увидел.

– Их?

– Его и Ленку. Эдакий дружески-семейный визит: их семья к моей семье… – пояснил Принц.

– Семейный? – с хитрицой прищурился Император. – Вдвоем?

– То есть, про мальчишку ты знаешь? Успела моя охрана доложить? – нахмурился Иван.

– Нет, никто не докладывал, – отрицательно мотнул головой Император. – Надо, кстати говоря, будет их распечь за такой недогляд. Но то, что у Кашима есть сын, я действительно уже знаю. Какой он, кстати, из себя?

– Я его не очень хорошо рассмотрел, – поморщился Иван. – Пока мы с Леонидом дела обсуждали, мальчишка в стороне с собаками возился…

– С собаками? – заинтересовался Император. – Какими собаками? Разве у тебя дома собаки есть?

– Да нет у меня собак. Это псы, которые охранный периметр сторожат, – отмахнулся Принц.

– То есть мальчик, неполных восьми лет спокойно “возится” со сторожевыми доберманами? – уточнил Император.

– А чего ты от сына Кашима ждал? Чтобы он от балонки за ногой отца прятался, что ли? – пожал плечами Иван. – От осинки не родится апельсинка, как говорится.

– Действительно, чего это я? – хмыкнул Император. – Сталобыть сынок папаше под стать выходит? Так каков он по внешности? На кого похож?

– По внешности больше на мать похож, от отца наверное только глаза. Точнее взгляд: безмятежный, – задумался Иван, прокручивая недавние воспоминания.

– Что ж, на мать значит… - поставил в памяти зарубочку Император. – Ну и как? Согласился он меня грохнуть? – перевел насмешливый взгляд на сына он.

– Да вы сговорились все, да? - возвел очи к потолку Принц. – Не хочу я тебя убивать! И на Трон не рвусь! Мне и в принцах очень даже неплохо!

– Согласился, значит, – хмыкнул Император.

– На самом деле он сам это предложил, а я наотрез отказался, – посерьезнел Принц. – Не знаю, шутил он, издевался, проверял или серьезно говорил, но я отказался.

– Ты учти, более беспалевного варианта у тебя не будет. Кашим - это стопроцентная гарантия выполнения цели. Можешь мне поверить: Президента САК, племянника Императора Поднебесной и Шаха Арсадана он убрал по моему приказу ювелирно. До сих пор все трое считаются погибшими в несчастных случаях. Ни следов, ни подозрений…

– В смысле убил? – вытаращил глаза Иван. – В той папке таких данных не было.

– Естественно, – улыбнулся Император. – ТАКИХ данных нет ни в какой папке. Такие приказы дают исключительно лично, с глазу на глаз, без записи и свидетелей, чтобы не оставалось ВООБЩЕ никаких следов. Запоминай, сынок, пригодится: для некоторых дел не существует срока давности.

– Это надо переварить, – нахохлился Иван. Повисла тишина: Император не мешал сыну думать. Вообще, всю сознательную жизнь последнего, главное чему он пытался его научить - это думать. Судя по последним событиям, получалось пока не очень.

– И как давно он на тебя работал? – спросил Иван, продолжая усиленно морщить лоб.

– На меня? – усмехнулся Император. – Работать? Он был офицером особого отдела контрразведки на службе Империи, ты помнишь?

– Хорошо, как давно он выполнял твои личные просьбы? – поправился Иван.

– Со смерти моего брата, – вернул на лицо серьезность Император. – Ночью, перед днем, когда случился тот “несчастный случай”, ко мне в спальню залез мальчик одиннадцати лет с безмятежным взглядом ангела и лазерным пистолетом в маленькой детской руке. Он рассказал мне интересную сказку про директора СИБ, про Черное Солнце, про военного министра, про моего брата…

– Ночью ДО?.. – сглотнул Иван.

– Знаешь, что он тогда сказал мне? – не стал отвечать на глупый вопрос Император.

– Что? – резко севшим голосом спросил Принц.

– “Можно я их всех убью?”. Сказал детским звенящим голоском, со своим ангельски чистым взглядом, словно конфетку попросил… – отвел взгляд в сторону Император.

– А ты? – все же спросил Иван, хотя ответ в общем-то уже и не требовался.

– А я кивнул, – все тем же странным тоном, что и до этого, проговорил Император, словно в никуда, словно себе самому. – Я просто кивнул. Я думал, что это сон. Вот только не сон это был… Утром взорвался особняк брата, отравился директор СИБ, началось поветрие “самураев”... – повисла давящая тишина. Иван не решался ее нарушить, находясь под впечатлением от свалившейся на него информации. – Знаешь, кто из библейских ангелов самый светоносный? Самый чистый, самый прекрасный, самый-самый?

– Кто? – эхом откликнулся Принц.

– Люцифер, – ответил на свой же вопрос Император. – В ту ночь, Кашим искусил меня… и я кивнул. Кивнул и остался Императором. А ты?

– Я люблю тебя отец, – сказал Иван.

– Я тоже любил своего брата, – пожал плечами Император.

– Я не кивал, отец! – твердо сказал Принц.

– Да? – вздохнул Император. – Значит ты лучше меня… Что интересного рассказал тебе Кашим? – отбросил предыдущую тему, словно ее никогда и не было он, повернувшись лицом к сыну.

– Ну… что они с Леной путешествовали… Три года провели в Японском секторе… Там родился их сын… Леонид там работал в детском садике… – все еще под впечатлением от предыдущей информации практически бездумно перечислял Иван.

– В Японском секторе родился? - заинтересовался Император. – Три года там провел? Это выходит, как раз восемь-девять лет назад, да?

– Ну да, – подтвердил Иван. – А что такое?

– А ты помнишь, что было в Японском секторе девять лет назад? – хмыкнул Император. Иван задумался и вдруг изменился в лице.

– Бакумацу, – тихо произнесли его губы.

***

Глава 9

***

В небольшом, но уютном кафе столичного города Киото одноименной планеты Сектора Ниппон, за столиком, с чашкой чая сидел мужчина в стилизованном под традиционный самурайский наряд костюме. При паре мечей за поясом и с кобурой мощного лазерного пистолета, скрытой подмышкой, под роскошным белым хаори с иероглифом-символом Клана во всю спину.

Вид его не казался нелепым, так как стилизация костюмов под традиционные одеяния в государстве с сильными традиционалистскими течениями в политике и общественной жизни не является чем-то осуждаемым. Даже наоборот: главы серьёзных политических объединений, блоков, партий, корпораций, Кланов старались придерживаться именно такого стиля в одежде. Как и Аристократия в целом… как и представители традиционных полу-криминальных структур, таких как Якудза.

При этом, хоть вид эти одеяния имели несколько архаичный, но в практическом плане были вполне удобны, так как давно уже изготавливались из качественных современных материалов, с применением возможно доступных технологий и технологических решений. В том числе и в плане личной безопасности.

Ткань, если это высокотехнологичное изделие ещё правомочно назвать тканью, обеспечивала «климатический контроль» и… могла выдержать несколько лазерных выстрелов из ручного лазерного оружия. А носимый под одеянием легкий ферритовый бронекомплекс вполне мог справиться и со средней силы плазменным взрывом.

Мечи… Кроме того, что это предметы статусные, в современных реалиях планеты они выполняли и основную свою функцию: весьма эффективного оружия ближнего боя.

Казалось бы, что при наличии дальнобойного лазерного и плазменного оружия ближний бой становится глупостью, но… не всё так просто. В условиях города, а особенно небольших тесных помещений и извилистых коридоров, ближний бой никогда не утратит своей актуальности. Но и кроме того: бронирование сводит на нет эффективность легкого и среднего носимого лазерного оружия. Не тяжелого штурмового, понятное дело, но то используют уже в полноценных войсковых и армейских операциях, так как оно громоздко, требует специальных навыков обращения с ним и запрещено к свободному ношения в городе. Даже для представителей Аристократии.

Тогда как меч, прокованный по лезвию ферритовой полосой, имеющий в рукоятке достаточно мощный элемент питания для активации этой полосы, способен пробивать и резать бронирование вплоть до Тяжёлого Класса, таких как те же военные штурмовых бронескафы планетарного и космического десанта, что автоматически делает такой меч очень серьёзным оружием. Примерно того же уровня, что и десантная абордажная сабля или тесак (теми и вовсе во время абордажей переборки космических кораблей прорубают).

Но всеже, не это главная причина выросшей популярности холодного длинноклинкового оружия в Секторе…

Чуть поодаль от сидящего мужчины в хаори за столиками расселись его телохранители, так же вооруженные мечами и лазерными пистолетами в оперативных кобурах. У них уже одеяния отличались большим разнообразием: были и стилизованные под старину, были и вполне современные деловые костюмы. Сути и степени бронирования это не меняло.

В кафе зашёл юноша европейской внешности, в светлой легкой рубашке, светлых брюках и светлых мокосинах. Юноша огляделся, растерянно улыбаясь: свободных столиков в кафе не было. Относительно свободен был только стол, за которым расположился мужчина в белом хаори и с прической в виде высокого «самурайского» хвоста.

Юноша поколебался ещё какое-то время, но всё же решился, и двинулся к столику мужчины в хаори.

- Здравствуйте, прошу прощения, все столики в кафе заняты, могу я присесть к вам? – на хорошем Японском, практически без акцента, обратился к мужчине в хаори юноша. Ближайшие телохранители мужчины в хаори поспешно начали подниматься со своих мест с явным намереньем выкинуть наглеца. Мужчина вскинул руку в останавливающем жесте, и телохранители замерли. Затем опустились обратно.

- Присаживайтесь, - кивнул мужчина юноше. – Меня зовут Кацура Кин. В этом кафе у меня назначена встреча с моим политическим оппонентом, поэтому все места заняты моими людьми. Простите за неудобство.

- Оу, - чуть смутился юноша. – А я вам не помешаю?

- Мой оппонент задерживается, - безразлично пожал плечами мужчина. – Так что нет, не помешаете, - мужчина в хаори подал знак официантке, и та поспешила принести меню новому посетителю.

- Я в вашей стране совсем недавно, Кацура-сан, - чуть неловко улыбнулся юноша. – И впервые… Так что боюсь допустить какую-нибудь бестактность, после которой на меня бросятся с мечами и порубят в куски…

- Ну что вы, - весело улыбнулся мужчина в хаори. – Сектор Ниппон не настолько дикая страна, как о нас, порой, любят говорить на Западе.

- То есть, вас не бесит и не приводит в ярость то, что я, гайдзин, дышу с вами одним воздухом? И ещё не укорочен на голову… - с серьёзным выражением на лице спросил юноша, отдавая девушке меню.

- Я Кацура Кин, я принадлежу к прогрессивно-либеральному политическому блоку. Мы ратуем за прогресс, открытие границ и взаимовыгодное сотрудничество с другими странами. Так что нет, меня не бесит то, что вы дышите со мной одним воздухом и находитесь на нашей планете, - развеселился Кацура. – Но вот мой оппонент, с которым у нас здесь и назначена встреча, вот он принадлежит к блоку изоляционистов-консерваторов. И ему да, подобное могло бы не прийтись по душе, - как раз в это время вернулась официантка, принесшая заказ юноши: пять разноцветных шариков мороженного в большой вазочке-стакане с маленькой десертной ложечкой на длинной ручке. – Как вы сказали, вас зовут?

- Ой! Простите! – суетливо смутился юноша и протянул мужчине руку для пожатия. – Меня зовут Леонид. Леонид Васильевич Кашин.

Кацура с улыбкой протянутую руку пожал.

- А у вас очень хорошее произношение, Леонид. И очень правильная речь. Говорите практически, как урождённый японец.

- Спасибо, - поблагодарил Леонид за комплимент и зачерпнул мороженное своей ложечкой. – У меня способности к языкам. Они очень легко мне даются.

- Вот как? И сколько языков вы знаете? – удивился мужчина в хаори.

- Дайте подумать, Кацура-сан… Русский, Английский, Японский, Корейский, Идиш, Арабский, Французский, Испанский, Суахили, Латынь… несколько диалектов Китайского, Итальянский, Турецкий…

- Воу! – не выдержал перечисления Кацура. – Это действительно выдающиеся способности. И вы прибыли в Киото на языковую практику?

- Нет, - смущенно улыбнулся юноша. – На самом деле я прилетел в Сектор Ниппон, чтобы найти учителя по фехтованию японским мечом. До меня дошли слухи, что в Киото есть несколько выдающихся мечников… Слишком по-детски, да?

- Ну, почему же, - слегка задумался Кацура. – Я считаю, что это хорошо, когда у человека есть увлечение и ясные цели, которых он готов добиваться. Но, Леонид, а как вы собираетесь проситься в ученики? У вас есть уже какая-то база? Человека с улицы, с полным отсутствием навыков вряд ли какой Мастер решит принять в Ученики.

- Ну… я с раннего детства обучался сабельному бою и немного гимнастике. Возможно это как-то зачтётся за «базу»? – спросил юноша, не переставая работать ложкой.

- Кто знает, - пожал плечами Кацура. – Но всё же кендо и сабельный бой – это несколько разные вещи, нет?

- Ну, как вы изволили выразиться, Кацура-сан, «у меня есть увлечение и ясные цели, которых я готов добиваться», - пожал плечами юноша, поедающий мороженное. Мужчина в хаори рассмеялся и погрозил юноше пальцем.

- Вы интересный молодой человек, Леонид, - заметил он. В этот момент, приоткрылась входная дверь кафешки, и внутрь влетел небольшой, блеснувший полированным металлическим боком цилиндр. В следующую секунду всё помещение заполнил молочно-белый свет, впрочем, тут же пропавший.

- «Вспышка»? – удивлённо спросил Леонид у вскочившего на ноги мужчины в белом хаори. – Вас пытаются убить, Кацура-сан? Здесь сейчас будет та самая, классическая японская схватка на мечах? Да? – Кацура не ответил, он напряжённо смотрел в сторону двери, схватившись за рукоять основного меча, и даже не пытаясь тянуться к пистолету.

«Вспышка»… собственно, это и есть та самая причина, что так сильно вернула популярность холодному клинковому оружию в Секторе Ниппон. Это была уникальная местная разработка – разновидность электромагнитной гранаты, которая имела всего один, но весьма неприятный эффект: уничтожала любую запасённую в аккумуляторах энергию, оставляя их пустыми «до суха», а так же вырубать любые генераторы в области своего действия. А область была большой: тот небольшой цилиндрик, что влетел в кафешку, «обесточил» при своём срабатывании, круг, не меньше двухсот пятидесяти метров в радиусе.

То есть, прямо сейчас всё оружие, вся броня, все средства связи, все гаджеты, и вся электронная и электрическая техника представляли собой бесполезный мусор. А современное оружие всё было очень высокотехнологичным… то есть, без энергии в накопителях не стреляло.

А в двери, тем временем, входили люди. Мужчины с мечами на поясах. Много. Больше, чем находилось до этого в самом кафе. Пятнадцать человек успел насчитать Леонид, против восьми вскочивших на ноги телохранителей Кацуры. Девяти, если считать его самого. И это были только те, кто уже вошёл. В окне было видно, что снаружи осталось ещё не меньше десятка людей.

- Кацура-сан, а их больше, чем вас. Это нормально? – спросил Леонид, после того, как отставил пустую вазочку и облизал ложку. – У вас есть подкрепление и план на такой случай? Вас же страхуют ваши товарищи?

- Нет, - напряжённо ответил Кацура. – Это должна была быть мирная встреча…

- Вот как? – задумался на пару секунд юноша. Потом он повернулся к Кацуре и посмотрел ему прямо в глаза своим чистым и совершенно безмятежным взглядом, с улыбкой католического ангелочка на губах. – То есть, если они все умрут, то вы не расстроитесь?

- Что? – впал в ступор от этого взгляда и этих слов Кацура.

- Можно, я их всех убью, Кацура-сан? – мужчина сглотнул и заторможенно кивнул смотрящему в его глаза Ангелу…

***

Седой длинноволосый мужчина с криком сел в своей кровати, невидящим бешенным взглядом уставясь в темноту перед собой.

- Тихо, тихо, Кин, - нежно обняла мужчину сзади взволнованная женщина. Она поспешно принялась гладить мужчину по голове. А затем прижала его голову к своей груди и продолжила шептать. – Это просто сон, Кин, просто сон… Всё уже в прошлом, всё позади… Ты дома, со мной… Война кончилась, Кин, война кончилась… - мужчина дёрнулся, всхлипнул и горько заплакал, сильнее прижавшись к груди супруги. – Я кивнул ему, Наоко… Я сам ему разрешил… сам… - прорывались странные слова сквозь рыдания мужчины. – Сам… разрешил…

***

Глава 10

***

Кровь была повсюду. Кровь была на всём: на стенах, на окнах, на поломанных и перевёрнутых столах, на стульях, на посуде… на телах и частях тел, на одежде… Единственным чистым пятном выделялся юноша в светлой рубашке и светлых брюках. На его одежде крови не было. А руки он старательно протирал влажными полотенцами из только что вскрытой им пачки. Руки… которыми он здесь всех убил. Руками, подручными предметами, осколками стеклянной посуды, пластиковыми столовыми приборами, острыми обломками мебели…

Кацура, к стыду своему, пропустил тот момент, когда бой «стенка на стенку» перешёл в бой всех против одного. Точнее, одного против всех. Нет, всё же всех против одного: юркая светлая фигурка юноши вызывала такой безотчётный ужас, что даже хозяин кафе и официантка пытались кинуться на него с подобранными где-то на полу мечами… пытались. Там и остались.

Бой весь занял не больше пяти минут, по итогам которых, внутри из живых остались только Леонид и сам Кацура. Причём, Кацура в шоково-заторможенном состоянии.

В себя он пришёл, начав худо-бедно связно мыслить, только уже в машине, сидя на пассажирском сидении рядом с сидящим за рулем Леонидом. Что за машина, как они в неё шли, как садились, Кацура не помнил. Просто кафе, залитое кровью, заваленное телами и кусками тел, смрадно воняющее внутренностями и содержимым пробитых кишечников, в какой-то момент стало чистым и пахнущим освежителем воздуха салоном недорогого спидера.

- Кто ты такой? – немного обретя способность к связному мышлению, хмуро задал вопрос юноше Кацура.

- Молодой человек с увлечением и четкими целями, - улыбнулся юноша.

- Ты издеваешься? – хотел вскричать, но не решился повысить на собеседника голос. – Два десятка бойцов меньше чем за пять минут! Кто ты такой? Кто тебя подослал?

- Убийца я, - легко пожал плечами юноша. – Профессиональный. Зарабатываю этим на жизнь. А в Секторе Ниппон сейчас неспокойно – значит, для меня есть работа. Вот я и прилетел. К вам сейчас много убийц прилетело. И ещё будут прилетать, и прилетать. Со всех концов обитаемого космоса.

- И кто тебя послал ко мне?

- Никто, - пожал плечами он. – Я только сегодня прибыл на планету. Не успел ещё осмотреться и найти себе работодателя. В кафе зашёл случайно. Вообще, не собирался сегодня работать: прикрытие ещё не готово, местные документы не готовы, информаторы в полиции не найдены, даже местное лицо ещё не готово. Оттого и пришлось зачищать вообще всех свидетелей…

- Не всех, - нервно сглотнул Кацура. – Я ещё жив.

- А вы не свидетель. Вы – работодатель, - весело подмигнул Кацуре юноша, на миг отвлекшись от дороги. – Это же вы велели мне всех убить. Я выполнил ваше желание. Я – инструмент. Оружие в руках того, кто меня направляет. Так что, это вы всех убили, Кацура-сан.

От таких слов Кацуру резко замутило. Ему стало нехорошо. Он побледнел, но с собой справился, хоть это и стоило ему огромных усилий.

- И сколько я тебе должен? – взяв себя в руки, задал вопрос Киллеру Кацура.

- Сегодня нисколько, - снова улыбнулся юноша. – Будем считать, что это была «рекламная акция». «Тест-драйв» моих возможностей, раз уж так удачно получилось, и мы встретились. Не придётся теперь морочиться с «рекомендациями» и «поручителями». Но это, если вам, конечно, интересны услуги такого рода, Кацура-сан.

- Леонид…

- Зовите меня Хэй, Кацура-сан. Хэй Химура. Завтра уже у меня будет «местное лицо», и японцу называться европейским именем будет странно.

- «Местное лицо»? – нахмурился Кацура.

- Небольшая пластическая операция. Минимум вмешательства, но фенотип мой станет, как у коренного японца… пусть и с небольшой примесью гайдзинской крови, - мужчина задумался. То, о чем говорил этот «Хэй», было вполне осуществимо на современном уровне медицины и современном оборудовании. И даже было не слишком сложно. Однако, плотно контролировалось государственными структурами. Или не так уж «плотно»? Всегда ведь можно «подобрать ключик»… И похоже, что парень такой «ключик» уже подобрал. Слишком уверенно говорит.

- Знаешь, Хэй-кун… думаю, мне действительно «интересны услуги такого рода», - чуть ли не перешагивая через самого себя, начал говорить Кацура. – Время для нашей страны действительно наступает неспокойное… И, к сожалению, только «чистыми» методами… не получится добиться всеобщего счастья и справедливости…

- Революции в белых перчатках не делают, - пожал плечами Химура. – Поэтому я, и такие, как я, здесь.

- Так ты позволишь мне взять твою силу для построения Нового Мира в Ниппоне?

- А вы хороший работодатель, Кацура-сан? – спросил его юноша обернувшись. – Учтите, мне нужно много работы. Я трудоголик. Один-два мелких заказа меня не устроят.

- Не переживай, работы будет предостаточно, - невесело ухмыльнулся Кацура. – Твои расценки?

- Я возьму вашу душу, Кацура-сан, - сказал Хэй. Потом рассмеялся, глянув на замершего в изумлении Кацуру. – Расслабьтесь! – хлопнул юноша мужчину по плечу. – О цене договоримся, - после хлопка юноши на плече Кацуры остался хоть и едва заметный, но отчетливый след окровавленной ладони. И это при том, что парень очень тщательно оттёр руки влажными полотенцами ещё в кафе.

Кацура зажмурился, потом открыл глаза и снова посмотрел на своё плечо. Никаких следов на нём не было. Показалось.

«Просто показалось», - подумал мужчина.

- А ты шутник, Хэй, - хмыкнул Кацура. Хэй улыбнулся и весело ему подмигнул в ответ.

***

Глава 11

***

В небольшом частном зале для занятий кендо стояли друг напротив друга двое. В руках они держали тренировочные синаи. Облачены были в полный тренировочный защитный доспех в комплекте с сетчатой маской-шлемом. Один из них отдал гортанную команду, и оба они пришли в движение. Короткий, но яростный обмен ударами, новая гортанная команда, и оба делают по шагу назад, расходясь на прежние позиции. От двери слышатся одиночные хлопки. Двое в центре зала повернулись на звук и опустили свои синаи. Затем практически синхронно поклонились высокому мужчине в белом хаори, что только что вошёл в зал и теперь неспешно аплодировал.

- Кацура-сама, - поспешил снять с головы шлем-маску тот, что отдавал ранее команды. Под маской оказался сухощавый японец лет тридцати пяти – сорока на вид, с аккуратными усами и бородкой, с выбритой наголо головой.

- Кацура-сан, - чуть позже него стянул с себя шлем второй. Это оказался ещё совсем юноша, отсилы девятнадцати лет, японец с растрёпанными волосами. В чертах его лица легко угадывались черты Леонида, но всё же это был не гайдзин, а полноценный японец.

- И как вам мой племянник, Ямато-сан? – обратился к старшему мужчина в белом хаори.

- Невероятно талантлив, Кацура-сама, - ещё раз поклонился лысый мужчина вместе с ответом. – Всего за месяц он освоил уже все базовые стойки, удары и перемещения. Мы перешли к спаррингам.

- И как он в спаррингах? – с интересом спросил Кацура.

- Очень опасен. С огромным трудом пока удаётся задавить его техникой и опытом, но, боюсь, что только пока. Он никогда не повторяет одной ошибки дважды. И никогда не попадается на уже виденный трюк. Очень скоро мне будет уже нечему его учить.

- Что ж, - задумчиво протянул Кацура. – И насколько близок этот момент?

- Месяц. Много – два, - с некоторой внутренней борьбой в голосе признал лысый мужчина с бородкой.

- Понятно, - кивнул своим мыслям мужчина в белом хаори. – Я заберу у вас его ненадолго, Ямато-сан.

- Как вам будет угодно, Кацура-сама, - поклонился тот, кого называли Ямато Кацуре. Мужчина в хаори кивнул в ответ и, не делая дополнительных жестов, отошёл от центра зала ближе ко входу. Молодой кендоист последовал за ним.

- Ну что, Хэй, это то чего ты хотел? – когда мужчины отошли на расстояние, достаточное, чтобы их не было слышно, спросил у юноши Кацура.

- Не совсем, Кацура-сан, - пожал плечами Хэй. – Ямато-сан хороший учитель, но…

- «Но…»?

- Он учит спортивному кендо. Не боевому. Он сам никогда и никого не убивал в своей жизни. Его руки не знают, как проламывать клинком кости черепа или разрубать ребра грудной клетки. Спорт – это не то, чему я хочу учиться, но как подготовительный этап, как некая стартовая база, вполне годится.

- Что ж, - задумчиво поджал губы Кацура. – Я наведу справки о Мастерах, которые могли бы подойти твоим критериям.

- Благодарю вас, Кацура-сан, - поклонился юноша. – Для меня есть работа? Кого нужно убить? – Кацура поморщился.

- Работа есть, - признался он.

- Вас что-то беспокоит?

- На тайном совете Глав Кланов нашей партии было принято решение…

- Я слушаю.

- Решение о проведении серии актов… показательных… Работа не должна выглядеть, как несчастный случай.

- Вот как? Показательные казни? Насколько жестоким должно быть убийство? Жертву требуется пытать? – деловито уточнил юноша, которого называли Хэй. Кацуру непроизвольно передёрнуло.

- Твоя непосредственность… Мы ведь уже обсуждали…

- А к чему все эти эвфемизмы? Предпочитаю называть вещи своими именами. Конкретно и ясно. Если надо убить, то убить. Если надо пытать, то пытать. Лишние словесные кружева сути действия не изменят, - пожал плечами юноша.

- Пытать не нужно, - вздохнул Кацура. – У… устранение, - не смог себя пересилить он. – Должно быть простым, но не должно выглядеть несчастным случаем. И рядом с телом должно будет остаться послание с приговором.

- То есть: показательные казни? Чиновников казнить будем? Главы всё же дозрели до начала государственного переворота? Что ж, пожалуй, ситуация действительно благоприятствует. Какие будут пожелания по антуражу? – деловито уточнил Хэй.

- Главы сошлись на максимальной «историчности» действия. Традиционализме… Ты слышал о таком термине, как «хитокири»?

- «Хитокири»? Убийцы с мечами? До Глав всё же дошла похожесть ситуации на эпоху Бакумацу? Что ж, я вас понял, Кацура-сан. Мне нужен будет список приговорённых, время приведения приговора в действие и собственно сами экземпляры приговоров. Вы хотите Шоу – будет вам Шоу, - весело улыбнулся юноша. Кацуру вновь передёрнуло от этой улыбки.

***

Вечером, к воротам дома на одной из улиц Киото, считающейся элитным районом, подъехал картеж из трёх флаеров: один представительский пассажирский и два «джипа» с охраной.

Как только флаеры влетели в ворота и опустились на специальную площадку возле дома, из «джипов» высыпали охранники в броне стилизованной под самурайские одеяния, с мечами за поясом и скорострельными короткоствольными лазерными автоматами на ремнях, перекинутых через плечо.

Охранники грамотно взяли пассажирский флаер в «коробочку», распределив между собой сектора наблюдения. Старший принял доклады по скрытым средствам связи и только тогда открыл дверь клиенту, позволяя ему покинуть флаер и двинуться внутрь дома.

Тут небольшой, отливающий металлом цилиндр, медленно, с неприятным звуком прокатился по бетонной плитке двора и остановился прямо перед старшим охраны.

- Нападение!.. – успел он прокричать перед тем, как молочно-белый свет залил всё вокруг.

К моменту, как свет исчез, двое охранников из восьми уже падали на землю. Неизвестный в черных косоде и хакама, с черной спортивной обувью без логотипов на ногах, в широкополой «соломенной» шляпе на голове и гладкой белой маске без «лица» на лице, зарубил их в два быстрых и точных движения ещё пока «вспышка» работала. В те самые две секунды.

Правда, сделать это он мог исключительно наощупь или по памяти, так как видеть во время «вспышки» не мог никто. И ни один прибор не смог бы продолжать при этом функционировать.

Пока охранники отреагировали на крик старшего и проморгались после вспышки, пока успели сообразить, что лазерное оружие более не эффективно, пока похватали мечи… на ногах остался только старший охраны и сам клиент. Ну, ещё из глубины дома бежали люди. Но они не успевали.

Старший выхватил меч, оттолкнул клиента за машину и шагнул вперёд, нанося удар сверху. «Безликий» по-спортивному плавно подшагнул вперёд, выполнил скользящий блок для отвода клинка противника и… «иппон» в голову. Череп старшего охраны оказался разрублен ровно по центру лба и на глубину до середины носа. Не было размашистых ударов с рассеканием от плеча до таза, но… их и не требовалось. Нанесённой раны было вполне достаточно для быстрого убийства. Заодно и меч не застрял в теле. Не пришлось его выдирать, помогая себе ногой.

- Хм… и в спортивном стиле что-то есть, - чуть качнув головой, сам себе проговорил «безликий». Затем прыгнул вперёд и сделал «иппон» пытавшемуся спрятаться клиенту.

К этому времени подбежали охранники изнутри дома. Распахнулась дверь и в шесть быстрых ударов «безликий» разделался с бестолково выбегающими-вываливающимися по одному людьми.

Затем он достал маленькую пачку влажных салфеток, тщательно протёр свой меч, оказавшийся совсем не похожим на классическую катану, тем более на её современные реплики.

Первым, что бросалось в глаза, был цвет клинка – чёрный, матовый, без блеска, со специальным антибликовым покрытием. Второе – это рукоять. Она была выполнена из специального не скользящего в руках рифлёного полимера, из какого изготавливают рукоятки боевых ножей для спецподразделений. Ещё была чёрная круглая цуба, без какого либо рисунка – чисто утилитарный элемент защиты кисти от скользящего удара противника. Тоже черная матовая без блеска.

Затем «безликий» убрал клинок в ножны, выполненные из того же полимера, что и рукоять. С таким же мелким «клетчатым» рифлением. «Меча-спутника» у «безликого» не было.

Он бросил на грудь трупу клиента специальным образом сложенную бумажку с крупными иероглифами «приговор» на внешней стороне и ушёл.

***

Глава 12

***

«…после недавнего объявления партии Патриотов вне закона, и начавшихся массовых арестов её известных членов, партийные лидеры и Глава поддерживающих Патриотов Кланов заявили о готовности ответить насилием на насилие.

Это заявление прозвучало в минувшую пятницу. Прошло три дня. И вот первые результаты: прошлой ночью в собственном доме был убит начальник регионального отдела МВД по городу Киото Генерал Нобуро Такеши. Вместе с ним были убиты четырнадцать человек его охраны. Все они были зарублены самурайским мечом «катана». Рядом с телом Генерала Нобуро был обнаружен лист с текстом Приговора от оппозиционной партии Патриотов.

Премьер-министр Футжита выразил свои соболезнования семье погибшего и выступил с заявлением по поводу политического убийства Генерала Нобуро. В своём заявлении он призвал Нацию сплотиться в этот тяжёлый для страны момент и не поддаваться на провокации ненавистников Японского Народа. Так же он заявил, что Правительство продолжит следовать выбранным курсом, не смотря ни на что. А убийцы и террористы, называющие себя «Патриотами», будут найдены, пойманы и примерно наказаны…».

«…только накануне утром Премьер-министр Футжита выступил со своим заявлением о непримиримости в борьбе с «убийцами и террористами» и незыблемости и непреклонности политического курса страны.

Этим же вечером Премьер-министр Футжита был убит. Зарублен прямо на своём рабочем месте, в своём личном кабинете в здании Правительства. В этот раз охрана Премьера не пострадала. Убийцу никто не видел, а записи камер системы безопасности оказались уничтожены. Рядом с телом Премьера был обнаружен лист с Приговором от оппозиционной, объявленной вне закона партии «Патриотов». По словам экспертов, рана на теле Премьер-министра была нанесена тем же самым мечом, что и раны Генерала Нобуро и его охраны.

Во временное исполнение обязанностей Премьер-министра вступил его первый заместитель Дзигоро. Прессе он заявил, цитирую: «Никаких переговоров с террористами». Охрана первых лиц государства и государственных чиновников верхнего звена была усилена…»

«…сегодня утром были найдены мертвыми Министр Финансов Азава и Первый заместитель Председателя Счетной Палаты Ватанабе. Оба мужчины были обнаружены в одной постели, в доме Министра Финансов Азавы. Заколоты были одним мечом через спину Азавы, который был сверху, и, если судить по положению тел, а так же следам на телах и постели, заколоты они были прямо в момент полового акта. Рядом с телами были найдены листки с Приговором от оппозиционной партии «Патриотов».

Временный исполняющий обязанности Премьер-Министра господин Дзигоро выступил с заявлением, что Правительство не станет молча закрывать глаза на преступления «Патриотов». В связи с этим было объявлено о досрочном проведении суда над арестованными в результате проведенного накануне масштабного рейда силами Специального Отряда МВД членами оппозиционной партии «Патриотов». Приговоры обещают быть самыми суровыми, вплоть до смертной казни. Напомню, что среди арестованных: двое Глав Кланов, поддерживающих «Патриотическую» партию. Это Глава Клана Ишшин Кацура Кин и Глава Клана Инукай Назиро Кано. Судебное заседание планируется закрытым и назначено на завтрашнее утро…»

«…сегодня на закрытом судебном заседании по делу членов оппозиционной партии «Патриотов», прямо в зале Суда произошло террористическое нападение с применением специальных ЭМИ-боеприпасов «Вспышка». Нападение произошло сразу после оглашения вердикта Суда: смертная казнь через расстрел для Кацуры Кина, Назиро Кано и ещё шести членов партии. Остальные пятнадцать человек были помилованы и приговорены к пожизненному заключению с отбытием наказания в колонии строгого режима.

В результате террористического нападения охрана Зала Суда и вся Судебная Комиссия были убиты. Подсудимым удалось скрыться.

В городе Киото введено Чрезвычайное Положение. К городу стягиваются дополнительные подразделения Национальной Гвардии. В городе вводится комендантский час. Правительство собирается на Экстренное Заседание…»

***

- Тяжелая неделька, Кацура-сан? – весело улыбнулся Хэй, стянувший с головы шляпу и маску, дождавшись момента, когда они с Кацурой останутся в помещении одни. До этого «Безликий» голоса не подавал вовсе, действуя молча, а команды отдавая жестами.

- Издеваешься? – хмуро посмотрел на него Кацура. – Тебя когда-нибудь приговаривали к смертной казни?

- А сами, как думаете, Кацура-сан? – стала улыбка юноши ещё немного шире.

- Оу… - дошло до мужчины без белого хаори со знаком клана. – Извини, как-то не подумал.

- Бывает, Кацура-сан, - беспечно пожал плечами Хэй. – Так вы навели справки по поводу Мастера Меча?

- Навёл, - отвёл взгляд в сторону Кацура. – Вот только результаты неутешительные.

- Да? И в чём же они?

- В том, что Правительство призвало их всех на службу. В принудительном порядке. И из них формируется отдельное подразделение с неограниченными полномочиями… для борьбы с тобой! И такими, как ты. Решение принято, приказ подписан, отряд уже формируется.

- И как же его назвали?

- А ты попробуй догадаться, - слегка желчно усмехнулся Кацура. – Из Истории взяли название. Очень… подходящее.

- Не уж-то «Шин-сен Гуми»? – восхитился Хэй.

- Именно.

- Класс!! – впал в «нирвану» юноша, закатив глаза и предаваясь своим сладким грёзам.

- И что, по-твоему, в этом классного? Мужики точно знают, за какой край меча держаться и имеют право рубить людей по одному подозрению прямо на улице! Не вижу ничего классного! – недовольно рыкнул Кацура, всё же на пару секунд потеряв самообладание.

- Да ладно, Кацура-сан! Разве вы не видите? Это же настоящее Бакумацу! Я – Хитокири на службе у «Патриотов Ишшина», против меня будет действовать отряд Шин-Сен Гуми, а вас ещё и Кацура зовут! – совсем развеселился Хэй.

- А причём тут моё имя?

- Как это причём? Да я только из-за имени к вам и присоединился! Это же прям в точности, как в том аниме по манге Набухиро Вацуки! Классика классики! «Самурай Х» или «Романтические истории Эпохи Мэйдзи»! Там тоже главного плохиша звали Кацура. И на него работал шестнадцатилетний отморозок-Хитокири Химура Кеншин, прозванный Баттосаем за манеру убийства обнажением меча, который порубил туеву хучу народа! И этот Кацура-таки устроил Государственный Переворот, свалив Сёгунат!

- Ты сумасшедший… - тихо проговорил Кацура.

- Да. А до вас это только сейчас дошло? – во все зубы улыбнулся юноша.

- То есть, там, в кафе, это всё-таки была не случайность? Ты специально искал со мной встречи?

- Естественно, - пожал плечами юноша. – Кто в здравом уме вообще поверит в такие случайности? Естественно, я искал вас и нашёл вас. И провёл рекламную акцию, сумел заинтересовать и стать полезным. Я ведь полезный, Кацура-сан? Скажите, скажите, скажите! Я ведь полезный? – начал канючить и даже слегка подпрыгивать на месте Хэй. И от этого, от понимания, что он в одной комнате с совершенно сумасшедшим маньяком-убийцей, от меча которого, лично его, Кацуру никто и ничто не защитит, мужчину передёрнуло и пробил холодный пот.

- Полезный… - беззащитно признал Кацура. – Очень полезный.

- Ну, вот видите, Кацура-сан! Видите, как хорошо, что у вас такое имя! И из-за этого имени я выбрал вас, а не Премьер-министра! Так, когда вы говорите, отряд Шинсенов будет готов?

- Неделя, может две, - стёр платочком со лба выступившую испарину мужчина.

- Прекрасно! – восхитился юноша. – Жду уже не дождусь нашей встречи на тёмных улочках ночного Киото! Надеюсь, они меня порадуют!

- Зачем тебе это?

- Мне? – даже удивился мальчик такому вопросу. – Поиграть с ними, и… поломать. Люблю «солдатики»…. А что бы разозлить их ещё сильнее, и они точно никуда не попрятались, я пожалуй, пошёл, - снова натянул на голову свою белую маску в комплекте с «соломенной» шляпой. – Пойду наведаюсь на внеочередное заседание тех, кто вас приговорил к расстрелу… и приговорю их.

- Их? Приговоришь?

- Да. К смертной казни, - сверкнул весёлым взглядом юноша перед тем, как окончательно водрузил маску на её законное место. – Не скучайте, Кацура-сан! И… можно я их всех убью?

Кацура, глядя на это белое безлицее лицо, словно замороженный или загипнотизированный, медленно кивнул, чуть ли не против воли.

- Спасибо, Кацура сан! – отсалютовал радостный юноша и убежал.

- Ксо… - тихо смог выдавать Кацура, оставшись один.

***

Глава 13

***

«…сегодня в Доме Правительства на Срочном Заседании, посвящённом введению в стране Чрезвычайного Положения в связи с террористической угрозой, на котором присутствовали главы всех Министерств и ведомств с замами, произошла террористическая атака.

В этот раз нападающие не ограничились использованием «Вспышек» и мечей. В этот раз ими был использован боевой отравляющий газ удушающего действия хлор.

По словам экспертов, баллоны с газом были установлены в помещении заранее и контролировались электронной системой запирания. В момент вброса террористом ЭМИ-боеприпаса «Вспышка», электронная система отключилась, и газ пошёл в помещение, чего в общей неразберихе никто не заметил. В это же время в помещение ворвались неизвестные, в традиционных косоде и хакама чёрного цвета, в «соломенных» широкополых шляпах и с масками на лицах. Лишь спустя пять минут боя стало ясно, что это были не маски, а противогазы.

К моменту того, как охрана смогла выбить заблокированные двери, живых внутри не осталось. Ситуация усугубилась тем, что в это же самое время в Доме Правительства возникли несколько сильнейших очагов возгорания, приведших к полноценному пожару пятой категории сложности…»

«…работы на месте трагедии ещё ведутся, количество жертв уточняется, но уже сейчас ясно, что их число превысило триста человек…»

«…в стране введено Чрезвычайное Положение, в крупные города планеты Киото вводятся войска, устанавливаются усиленные патрули, комендантский час и проверка документов на улицах…»

«…сегодня, в одиннадцать часов шестнадцать минут по общегалактическому времени Боевые Космические Корабли Сектора Ниппон пересекли границу Сектора и открыли огонь по транспортным узлам сопредельных государств, а именно Поднебесной Империи и Империи Коре. Одновременно с этим были атакованы и уничтожены все иностранные космические корабли, находившиеся в Секторе. Затем были взорваны все пограничные Транспортные Узлы, через которые было возможно перемещение космического транспорта в Сектор Ниппон. Вот уже несколько часов Сектор находится в полной внутренней и внешней космической блокаде. Главы Государств и Правительств, официальные лица ООН пытаются связаться с Правительством Сектора Ниппон для выяснения причин, обстоятельств произошедшего и для поиска путей выхода из кризиса. Но ситуация осложнена тем, что по данным новостного портала Ньюс-тудей, в Секторе нет Правительства, оно было уничтожено террористической атакой примерно в то же самое время, что и произошёл Инцидент с ВКС Ниппона…»

«…ответственность за совершённую террористическую атаку взяла на себя ультрарадикальная националистическая партия изоляционистского толка «Божественный Ветер». Главы Кланов и политических объединений, входящих в партию «Патриотов» заявили о полной своей непричастности к атаке и об осуждении её. «Подобные действия я лично считаю полностью недопустимыми и чудовищными по своей сути» - заявил Глава Клана Ишшин Кацура Кин, ранее бежавший из под стражи прямо из зала суда…»

«…найден правительственный космический корабль Премьер-министра с временным исполняющим обязанности Премьер-министра Дзигоро на борту. ВрИО Премьера Дзигоро находится в тяжелейшем состоянии после отравления боевыми и специальными психотропными веществами. Как выяснили эксперты, приказы войскам о начале боевых действий поступили с терминала Правительственной Связи именно этого космолёта. Также на борту корабля были найдены тела Министра Обороны и его Первого заместителя с полными комплектами специальных кодов доступа. Следственная комиссия по данному вопросу полагает, что теракт в Доме Правительства и угон Правительственного космолёта – «звенья одной цепи»…»

- Ай-ай-ай, Кацура-сан! – покачал головой Хэй, обнаружившийся за спиной Кацуры в его кабинете. – Как нехорошо врать журналистам.

- Ты!!!.. – вытаращился на него резко обернувшийся Кацура. – Ты что натворил?!!

- То, что вам и сказал, то, что вы мне разрешили: убил их всех, - с улыбкой пожал плечами монстр в теле юноши. Демон, обещавший забрать его душу и сделавший это.

- Но я не это имел в виду!!!! – вскричал-взмолился изрядно набравший за эти дни седины в свой щёгольский самурайский хвост.

- А что можно ещё «иметь в виду» во фразе: «Можно я их всех убью?» - склонил голову на бок Демон.

- Но войска?! Зачем?!!!

- Заблокировать Сектор, - убрал улыбку с лица Хэй. – Чтобы Говорун не смог вывезти свою лабораторию, пока я её не найду.

- Говорун? – не понял Кацура.

- Не важно, - дернул щекой Хэй. – Это вас не касается. Главное: дорога к власти для вас открыта, Кацура-сан. Мы больше с вами не увидимся лично, и не будем иметь никакой связи. Вы должны быть непогрешимы. Но я обеспечу вам «зелёный свет». Можете не бояться и идти к креслу Премьера, конкурентов у вас не будет. Я позабочусь.

- Ты чудовище! – не выдержал и всё же сказал Кацура.

- Не я, а вы, Кацура-сан, - улыбнулся Ангел в человеческом обличии. – Это ведь у вас я спрашивал разрешения, и вы мне разрешили. Помните об этом. Прощайте… - и исчез. Как так получилось, Кацура не понял, просто в какой-то момент в глазах у него помутилось, а потом в кабинете никого, кроме него уже не было.

Ноги Кацуры не выдержали и подогнулись. Он грузно рухнул на диван. Потом встал, подошёл к столу, взял с него вакидзаси, обнажил клинок, приставил его к своему животу… и не смог. Затем в раздражении и злобе отбросил нож и, рухнув обратно на диван, горько заплакал.

Утром его голова была совершенно седой. Белее белого снега…

***

Глава 14

***

- Здравствуйте, Кацура-сан, - встал со стула и пожал руку вошедшему в кафе седоволосому мужчине в стилизованном под традиционное одеяние самураев костюме с двумя статусными мечами за поясом Император Российской Империи.

- Здравствуйте, Александр Андреевич, - приветствовал вошедший Императора. – Удивлён, что вы вот так вот, частным порядком, без свиты, практически без охраны…

- Ну, есть в наличии взрослого дееспособного толкового Наследника свои маленькие преимущества, - улыбнулся Император. – Например, такие вот частные визиты в сопредельные государства. Бессмысленно убивать или брать в заложники.

- Ну, некоторый резон всё же есть, - с весёлым намёком улыбнулся Кацура-сан.

- Есть, - не стал спорить Император. – Но трудозатраты не окупятся возможной выгодой. Да и… кто сказал, что моей охраны не будет достаточно? Бывает, что и один единственный грамотный специалист стоит целой армии, - улыбнулся Император.

- Так уж и целой армии? – усмехнулся Кацура. – К тому же, даже армия - ещё не гарантия выхода с территории агрессивно настроенного государства, чьи ресурсы брошены на перехват. Всё же один человек и государственная машина, - изобразил весы ладонями японец с явным перевесом в сторону «государства».

- А вот я бы, пожалуй, из чистого упрямства, даже поспорил бы с вами, Кацура-сан, - совсем развеселился Император. – Хотя бы, ну я не знаю… на Кейнаутский транзит… или нет, даже на позицию Ниппона в ООН по вопросу контроля за вооружением…

- Может тогда уже сразу на место в очереди МИПРиТа? – рассмеялся Кацура.

- А почему бы тогда, не на всё сразу? – улыбнулся Император.

- А вы азартный человек, оказывается, Александр Андреевич.

- Быть политиком, и не быть азартным? Как вы это себе представляете?

- Что же, пожалуй, ваша ставка смогла меня заинтересовать. Каковы будут условия спора?

- Да никаких, - мягко улыбнулся Император. – К чему нам это? К чему напрасно расходовать людские ресурсы? Просто у меня вот тут, совершенно случайно, в кармане пиджака (поверите ли, нет?) завалялась одна интересная фотография одного нашего общего знакомого… вот, взгляните, Кацура-сан. Узнаёте? – достал из кармана фотокарточку юноши в парадной военной форме с двумя «Золотыми Звездами» на левой стороне груди Император и показал её своему седому собеседнику. Не выпуская фотографии из рук.

Кацура с непониманием и интересом посмотрел на карточку, затем вдруг замер, всмотрелся внимательнее, затем ещё внимательнее. Пробежался глазами по форме и наградам… поднял взгляд на Императора и начал стремительно бледнеть. Дрожащей рукой он попытался стереть выступивший холодный пот со лба. Ноги его перестали держать, и Премьер-министр Ниппона поспешил нащупать рукой спинку стула рядом с собой, а потом опустить на него свой зад.

Девушка из-за соседнего столика услужливо и молча сунула ему стакан с водой в руку, к которому Кацура тут же присосался.

- Вы ведь кивнули ему, Кацура-сан, - убрав в карман карточку и убрав с лица улыбку, сказал Император, внимательно и цепко глядя в глаза бледного седого японца, лязгающего стеклом стакана по своим зубам.

Тот не ответил, но отвёл взгляд, а руки его затряслись сильнее, настолько, что ему пришлось убрать ото рта на две трети опустевший стакан.

- Кто ещё об этом знает? – минут через пять, немного взяв себя в руки, задал вопрос Кацура.

- Мой сын, - пожал плечами Император. – Они с Леней давние приятели. Семьями дружат. Так что бессмысленно пытаться заставить меня «забыть». Да и… не выйдет. Ведь со мной здесь группа, которую готовил ОН лично.

- Группа? – оглянулся по сторонам Кацура и понял, что часть столиков в кафе занята юношами и девушками с европейской внешностью, совершенно не обращающими на них внимания. Тогда, как его собственных телохранителей нигде не было. Пропали. Тихо, бесследно и незаметно. Настолько незаметно, что Кацура только сейчас и понял, что уже какое-то время в этом кафе один. Причём, даже неясно, насколько долгое время.

Поняв это, Примьер-министр нервно рассмеялся. И даже смахнул с глаза выступившую от смеха слезу.

- Забавно, - отсмеявшись, сказал он. – Знаете, Александр, девять лет назад это кафе уже существовало.

- Да? – заинтересованно спросил Император, с удобством устраиваясь на стуле, с которого встал, приветствуя гостя. Хотя, кто ещё тут гость? Одно ясно, что «хозяин положения» точно не Кацура Кин.

- Да. Его прежний хозяин не пережил смуты, творившейся в стране в то время, но само кафе уцелело. Я немного помогал его новому владельцу, чтобы он восстановил здание… Не знаю почему… правду, наверное, говорят, что преступник всегда возвращается на место преступления… Но я частенько сюда захожу…

- Вот как? – поддержал разговор Император.

- Ведь именно в этом кафе я и познакомился… с НИМ. Я сидел на том самом месте, где сейчас сидите вы…

- Ну и как? Запоминающееся вышло знакомство?

- Более чем, - нервно усмехнулся Кацура. – Он заказал себе мороженное… пять шариков. Сказал, что прилетел в Киото, чтобы найти учителя по кендо… Он отлично говорил на японском, словно настоящий японец… я спросил его об этом, и он стал перечислять языки, которыми ещё владеет. Он сказал, что ему вообще легко даются языки… А потом убил двадцать человек осколком разбитой вазочки из-под тех самых шариков мороженного…

- Какие языки он назвал? – мягко спросила девушка, что ранее подавала стакан с водой Кацуре. Когда она успела присоединиться к разговору, не успел заметить и сам Император. Но окорачивать её он не стал. Не стал мешать. Вообще, мягко отошёл от самой беседы, уступив место профессионалу.

Кацура принялся перечислять языки.

- Как точно проходила ваша беседа? Что самое первое он сказал? Как он выглядел? – продолжила задавать наводящие и уточняющие вопросы девочка с косичками и бантиками на голове в лёгком летнем платьице.

Кацура отвечал. Он говорил и говорил. И не мог остановиться. Видимо его прорвало, ведь невозможно держать такое в себе девять лет, не имея возможности никому ничего рассказать. Оно же буквально жжет изнутри… или же дело было в содержимом стакана воды, поданного ей ранее… уже после исчезновения телохранителей Приемьер-Министра Ниппона.

Кацура говорил долго. А девочка задавала и задавала уточняющие вопросы. А мальчик за соседним столом вёл видео- и аудиозапись.

Кацура рассказывал… рассказывал, рассказывал и рассказывал. Он просто не мог остановиться. Ему ещё дважды давали воды, которую он с жадностью умирающего от жажды выпивал до капли.

Только после третьего стакана он смог хоть сколько-то успокоиться, перевести дыхание. К этому моменту уже исчезла и девочка, словно её никогда и не было. Да и мальчик спрятал свою аппаратуру.

А через минуту, как ни в чём не бывало, в кафе вернулись телохранители Кацуры, словно никуда и не уходили.

- Ксо! Александр! Я знал, что политика – дело грязное, а международная политика стократно грязнее… но чтобы так? Посылать своего офицера в чужую страну делать с ней ТАКОЕ? Да как вы спите-то по ночам?! – не выдержал пришедший в себя Кацура, уже забывший и про временное отсутствие телохранителей, и про девочку, но не забывший о форме на фотографии.

- Плохо сплю, Кацура-сан, - вздохнул Император. – Но не по этому поводу. В этом я перед вами, Ниппоном и совестью чист. Девять лет назад, когда Леонид прибыл в Сектор, он уже не был офицером. Он был в отставке. И действовал без приказа… Точнее, без моего приказа… по вашему. Ведь это же вы ему кивнули, вы разрешили. Вы называли ему цели… Он был ВАШИМ орудием. Не моим.

- «В отставке?» - с нескрываемым сарказмом спросил Кацура.

- Посмертно.

- Посмертно?

- Посмертно, - кивнул Император.

- Ксо… - снова ругнулся Кацура.

- Надеюсь, что мы пришли к взаимопониманию, Кацура-сан? – встал со стула Император. В след за ним поднялся и сам Кацура. – Вполне, - вздохнул Примьер-министр.

- Что ж, жду ваших ПРАВИЛЬНЫХ решений по Кейнауту, ООН… и очереди в МИПРиТ, - протянул руку для пожатия Император. Кацура поморщился, посмотрел на протянутую руку, словно на ядовитую змею, но ничего не смог заставить себя сделать и пожал её. Выбора ему острый недобрый взгляд Императора с лёгкой насмешкой, притаившейся в уголках глаз, не оставлял. – Разрешите откланяться, - кивнул он, разорвав рукопожатие. – Сын отпустил меня всего на денёчек, согласившись подменить на Троне. Так что я спешу не упустить ни минутки свободы, - весело улыбнулся Александр Андреевич. – Слишком редкое это удовольствие в нашем положении…

- Понимаю, - бледно улыбнулся шутке Кацура. Он поклонился и покинул кафе первым.

***

- И что скажете? – сидя в кают-компании небольшого частного космического корабля, принадлежащего какой-то фирме, то ли Строительной, то ли Машиностроительной. Александр Андреевич не сильно вникал, где именно ребята взяли транспорт для этого визита. Это были их задачи. Его деньги – их задачи. И они эти задачи решали замечательно: кораблик был неприметным, комфортабельным и достаточно просторным для тринадцати человек.

Да, посовещавшись с Вождём и Корнем, они с Императором приняли решение, что в этот раз для непосредственной работы хватит одной группы «Альфа».

Правда, Александр Андреевич не безосновательно подозревал, что группа «Гамма» следовала отдельно от них, оставаясь на подстраховке группы «Альфа»…

«Альфа» и «Гамма»… как же сильно Императора напрягали эти названия! Как же напрягало отсутствие какой бы то ни было информации по группе «Бета»… На прямой вопрос о ней, ребята только пожимали плечами, безуспешно пряча улыбки. Александра Андреевича это буквально бесило, но поделать что либо с этим, он не мог. От того смирялся и с усилием выкидывал из головы эту проклятую вторую букву Греческого Алфавита.

- Скажу, что Глеб был прав: сначала экскурсия, потом дело! После ТАКОЙ встречи уматывать надо быстро. Не до экскурсий, - подала голос Настя.

- Поэтому я и согласился с Глебом, - улыбнулся Император. – И встреча состоялась только после того, как все погуляли вдоволь по Киото. А, если по делу?

- По делу… Про Кейнаутский транзит я слышал, про вопрос с контролем вооружений тоже, а что такое «очередь в МИПРиТ»? Что вообще такое МИПРиТ? – задал вопрос Глеб.

- Так интересно, что мы получили из-под японцев? – усмехнулся Император. Глеб кивнул.

- Естественно, - ответил он. – Стоила игра «свеч»?

- МИПРит – это Международный Институт Планетарной Разведки и… Терроформинга, - с весёлой усмешкой ответил Император.

- То есть… - расширились глаза у Глеба.

- Именно, - подтвердил Император, что тот понял правильно.

- И чья очередь была следующая?

- Ниппона, - улыбнулся Император.

- И Дядь Лёня…

- Вполне мог знать об этом, когда «проговорился» Ивану о том, что «гостил в Японии», - кивнул Император. – Кашим… всё же на удивление патриотичен… в глубине души. Во вред Империи он ещё ничего никогда не делал.

- Получается, Дядь Лёня подарил России планету вне очереди? – озвучила очевидное Юля.

- Нет, Юль, - сказал Глеб. – Дядь Лёня подарил Императору ручного Премьер-министра Ниппона на блюдечке с голубой каёмочкой. Уверен, что Александр Андреевич ещё не раз и не два сможет что-то поиметь из-под Кацуры. Но планета… и как часто… наступает очередь?

- Примерно раз в десять лет, - ответил Император. – Прошлая была наша. Эта… тоже наша. Следующая по очереди должна быть за САК.

- «Должна быть»? – усмехнулась Настя.

- У нас ещё десять лет впереди, - пожал плечами Император. – Всякое может случиться. Да и Кашим где-то ещё гуляет… Правда, и наглеть уж слишком сильно не стоит. Всё же давать такой повод «обиженным» Игрокам «дружить против нас» не стоит. Можно на серьёзные проблемы нарваться.

- С этим понятно, - закрыл тему Вождь и возражать ему не стали. – Вернёмся к допросу. Кто на что обратил внимание?

- Угон правительственного звездолёта и блокада Сектора. Зачем? – спросила Юля. – Для наведения бардака в Ниппоне хватило бы и теракта в Доме Правительства. Привести Кацуру к власти можно было гораздо проще и тише. Дядь Лёня не маньяк, убийства ради убийств – не его тема.

- Что ещё? – кивнул Глеб, что принял информацию.

- Головы, - задумчиво сказала Настя Кортнева позывной «Киса», «штатный» медик группы. – Кацура говорил, что в течении следующий трёх лет после Теракта, перебили две трети «Шинсенов». И половине из них отрезали головы. Причём, головы потом не нашли…

- Я, кстати, тоже обратила внимание: Кацура несколько раз упоминал «головы», - сказала Нина Локтева позывной «Гюрза», «штатный» снайпер группы. – И, пока был доступ к Сети, покопалась в архивах новостных агентств Киото. Головы пропадали не только у «Шинсенов».

- Да? – заинтересовался Император. - У кого ещё?

- Как и предсказывал Дядь Лёня при первой встрече с Кацурой, в Ниппон тогда слетелось много убийц. Много не японцев. И вот у них, головы через одного пропадали. Я взялась посчитать случаи, и получилось ровно сто. Ровно сто голов было срублено и похищено. Не знаю, как это связано с Дядь Лёней, и связано ли вообще… но моё внимание зацепилось за это.

- Принято, - кивнул «Вождь». – Кто ещё?

- Я нашёл «Бэк Дор» в информационной системе безопасников Киото, - пожал плечами Ваня Карин позывной «Жучок», «штатный» специалист по информации, хакер группы. – Дядь Лёнин «Бэк Дор».

- Уверен?

- Чё ж я «почерк» Дядь Лёни не узнаю? Тем более, что он даже толком следы не прятал.

- Можешь сказать, что именно он искал? – уточнил «Вождь».

- Ну вы меня Богом-то не считайте, - развёл руками «Жучок». – Зато могу точно сказать, что крайний вход в Систему по этому «Бэк Дору» у него был шесть лет назад.

- Шесть лет… - проговорил Глеб. – Сходится с информацией, полученной от Ивана. Три года в Секторе Ниппон. Три года в Киото. Три года в Киото рубили головы… Лиз, а ты что скажешь? – повернулся он к молчавшей до этого Лизе Васиной позывной «Ирма», «штатному» аналитику группы. Собственно, она и вела допрос Кацуры, а Володя Суханов, позывной "Припой", «штатный» инженер группы, вёл видео и аудио фиксацию допроса, благодаря чему был теперь у них на руках полный компромат на Кацуру и возможно полный материал для анализа действий Кашима.

- Я зацепилась за имя, или прозвище, «Говорун», - сказала «Ирма». – На Санта-Луис старший засады его тоже упоминал.

- И Принц Иван на него обратил внимание при допросе, - повернулся с вопросом в глазах Глеб к Императору. Тот потёр подбородок.

- «Говорун» - это позывной последнего члена группы «Скунс», которого так и не нашли, - медленно ответил Александр Андреевич. – Это есть в тех материалах, что я вам давал. В деле о «Черном Солнце».

- То есть, это тот «суперотряд», в котором учился сам Дядь Лёня?

- Можно и так сказать, - ответил Император. – Только я думал до сих пор, что «Говорун» мёртв. Ведь Кашим свёл все «следы» по делу об убийстве Великого Князя и Начальника СИБ на него. Я считал, что тело «Говоруна» давно уже растворено в какой-нибудь кислоте и распылено где-нибудь в космосе, поближе к солнцу… ну, или как ещё тела уничтожают?

- Много есть способов, - ответил Глеб. – Но сейчас это не важно. Значит «Говорун»… - прокрутил запись допроса он до нужного момента. – «Говорун» и «лаборатория»…

- Именно этими двумя словами обосновал Кацуре блокировку Сектора Дядь Лёня, - кивнула «Ирма».

- Итак: три года, отрубленные головы, «лаборатория» и «Говорун», - подвёл итоги «Вождь». – Направления «раскопок» понятны? – спросил он, все присутствующие, включая Императора, кивнули. – Следующий вопрос: оплата.

- Просите, чего хотите, - пожал плечами Император. – Только сами прикидывайте, в моих силах это будет вам дать или нет.

Какое-то время в кают-компании висела тишина.

- Да я не знаю, что нам с вас взять, Ваше Величество, - скривив лицо и взлохматив на затылке волосы, пожал плечами Глеб. Остальные поддержали его кивками.

- Понимаю, - с усмешкой кивнул Император. – С вашей подготовкой вы легко сами возьмёте всё, что захотите. Могу предложить только Дворянство, Земли и деньги. Ну, и ордена, если они вам нужны, конечно.

- «Нет ребята, я не гордый, не заглядывая в даль, так скажу – зачем мне Орден? Я согласен на медаль!» - продекламировал «Вождь».

- Можно и медаль, - пожал плечами Император. – По медальке за «миссию» устроит? Каждому.

- Да пусть будет, - обведя взглядом членов группы, кивнул Глеб.

- С соответствующими наградными. Или лучше «деньги в конверте»? – уточнил Император.

- Наградные, - решил Глеб. – Только никакой огласки и официальных торжественных вручений. Просто вписываете в Госреестр, без подробностей. Родителей, при случае порадуем. Да и с институтами, если что поможет… Кстати! Вашество, нам бы «откос» от армии, всему мужскому коллективу. Только без порчи личного дела болячками или «Белым Билетом».

- Сделаем, - улыбнулся Император.

- Да в принципе-то и всё, - пожал плечами Глеб.

- Ребят, - обратился к ним ко всем Император. – Можно мне в дальнейшем к вам с такими вопросами обращаться?

- Как вам? – повернулся Глеб к своим. – Будем с Императором на «выхода» ходить?

- Без Дядь Лёни скучно, - переглянувшись, пожали плечами близняшки Сонины Карина и Юля, непоседы-силовики «Егоза» и «Газель». – А так всё веселей!

- Согласна, - кивнула Настя «Киса».

- Только, если мы в следующий раз какой-нибудь «Бум» устроим, - заявил Рома Володарский, «штатный» подрывник группы с позывным «Хромой». – А то мне скучно было. Дома взрывать нельзя, в школе взрывать нельзя, нигде взрывать нельзя…

- Устроим «Бум», - улыбнулся Император. – Даже «Бадабум» устроим.

- Тогда я «за»! – расплылся в улыбке Рома. Остальные с улыбками пожали плечами.

- Мы не против, Вашество, - улыбнулся и Глеб. – Без Дядь Лёниных «выходов» нам теперь жить действительно слишком скучно… а самим придумывать себе развлечения… то ещё «развлечение»… в один конец.

- Хорошо, - улыбнулся Император. – Тогда никаких «Вашеств» и титулов. Зовите просто по имени-отчеству. Ну, или «Дядь Саша», если вам так будет привычнее. Связь по прежнему каналу. Как что-то интересное появится, я с Глебом спишусь.

- Договорились, - улыбнулся «Вождь». Император кивнул, и не смог скрыть довольной улыбки, оглаживая свой подбородок. «Кадры решают всё», - крутилась у него в голове крылатая фраза. «Кадры решают всё… спасибо за ребят, Лёня… спасибо за ребят»… Вот только почему-то фантазия тут же нарисовала ему серьёзное личико малолетнего Ангела, такого, как он его помнил с последней встречи. «Не обижай их, Дядь Саша… не обижай…».

«Не обижу», - ответил Император собственной фантазии. «Я умею ценить людей… и быть благодарным».

«Поэтому ты всё ещё жив», - безмятежно улыбнулась Фантазия лицом Ангелочка. А Александр Андреевич зябко передёрнул плечами.

***

Глава 15

***

В рабочем кабинете Императора Российской Империи, за большим дубовым письменным столом сидел Принц Иван Александрович. Сидел, и хмуро перебирал бумаги. Полчаса назад прошло совещание с главами Министерств. Два часа назад прошла деловая встреча с полномочным Послом Османской Империи, утром была рабочая поездка на Корсунский Завод химического машиностроения. Через полчаса будет рабочее совещание отдельно с представителями Министерства Энергетики, Счетной Палаты и Института Энергетического Машиностроения по вопросу внедрения новых генераторов на каком-то новом принципе работы, которые чем-то лучше тех, которые уже работают… А завтра надо уже начинать подготовку к Сессии ООН по вопросу контроля за вооружениями…

Принц Иван обречённо уронил голову на сложенные на бумагах руки и тихонечко позволил себе простонать... Император… Император Александр Андреевич изволил укатить в неизвестном направлении, не уведомив даже СОИ о своём маршруте… неделю назад. Свалил все дела на Принца, сбросил ему Право Подписи и Большую Печать, рабочие графики, текущие документы и планы, и укатил. Велел развлекаться, а ему не звонить.

Гад такой! И они ещё все хотят, чтобы он, Иван «подсидел» своего отца?! Да ну их всех в жопу! Не было и нет у Ивана никакого желания раньше времени взваливать на себя всю эту гору тягомоты, которую называют Короной Российской Империи.

Однако, раньше или позже, а ведь всё равно придётся… если только не пристрелит какой-нибудь «квалифицированный специалист» навроде Кашима, как тот совсем недавно и продемонстрировал на «встрече старых друзей». Вот только помирать Ивану не хотелось ещё больше, чем тащить на себе Империю… Блинский блин, и почему у него нет брата? Старшего брата, на которого можно было бы всё это свалить. А он сам бы с удовольствием пошёл проё… почётно служить куда-нибудь в гвардию. Или какой не менее почётный пост, где на фиг не надо так вкалывать, как на Троне…

Правда, наверное, спроси любого жителя Империи Российской, да и любой другой Империи, коих в обитаемом космосе предостаточно, тяжело ли работать Императором, так он вам в лицо рассмеётся. А потом мечтательно закатит глаза, представляя, уж как бы он-то классно бы справился бы с такой «работой»…

Иван бы с большим удовольствием с любым из них поменялся, хоть на неделю, хоть навсегда… да вот проблема только в том, что Бывший Император, как и Бывший Принц – это мёртвый Император или мертвый Принц. С таких «должностей» выносят только вперёд ногами в результате государственного переворота, и никак иначе.

Даже, если Отречение напишешь – не поможет. Удавят по тихому, стоит только чернилам на подписи высохнуть…

Такие вот грустные мысли владели Наследным Принцем Российской Империи Иваном Александровичем, когда дверь в кабинет открылась, и в помещение вошёл Император. До отвращения бодрый и до зубовного скрежета отдохнувший и довольный, как кот, после мартовского загула.

- Ты где был?! – не сдержался и выдал вслух то, что у него крутилось на уме, Принц Иван.

- Бегал, - ответил старым, как Мир, приколом Император и улыбнулся. Причём, улыбнулся так заразительно, что непроизвольно улыбнулся и Иван.

- «А чего футболка сухая и совсем не пахнет», - произнёс отзыв этого прикола Принц. Кстати, Император действительно был одет не как обычно, в деловой или около деловой костюм, а в лёгкие треники, белые кроссовки и белую футболку с фривольным жёлтым подмигивающим смайликом во всю широкую Императорскую грудь.

- Так это ж другая футболка, дура! – рассмеялся Александр Андреевич Васильев, Император Всеросийский.

- А если серьёзно? – вылез из-за стола и обнял отца сын. Обняли и отстранился.

- Так и я серьёзно: бегал, - ещё шире улыбнулся Император.

- Неделю?

- Веришь, нет, но да! Всю неделю, каждый день не меньше часовой пробежки… в неслабом таком темпе. Загоняла старика молодёжь!

- «Молодёжь»? – вопросительно изогнул бровь Иван. – Матушке-Императрице стоит начинать беспокоиться? Седина в бороду – бес в ребро?

- Доживёшь до моего возраста, поймёшь, что секс – не единственное и далеко не главное, что нужно мужчине, - наставительно поднял палец Александр Андреевич. Правда впечатление портило слишком откровенное веселье, что едва удерживалось, чтобы не начать сыпаться наружу из его глаз.

- Лимон зажуй, - вздохнул Иван. – В принципе, мне не интересно, как и с кем ты там развлекаешься. Может и правда бегаешь, но как ты мог на меня всё сбросить и свалить в неизвестном направлении?!! – прорвалось-таки копимое всю неделю раздражение. – Ты же Император!! А не какой-нибудь сраный директор завода, что свинтил в отпуск, а замам – крутись, как хочешь!

- А чем Император хуже директора завода? – с хитринкой прищурился Император.

- У Императора замов нет!

- Зато у Императора есть Наследник, - легко парировал Александр Андреевич. – Которому сам Бог велел трудиться за постаревшего и теряющего хватку Императора. Вот и трудись! А я пошёл… - и развернулся уходить из кабинета.

- Стой! – с лёгкой паникой, прорвавшейся в голос, воскликнул Иван и, кинувшись вперёд, схватил отца за руку он. – Бать, ну хорош прикалываться-то! – с укором в голосе и с глазами брошенного щенка прогудел почти двухметровый детина – Наследник Престола Всеросийского.

- Ладно, - смилостивился Император и прошёл к своему рабочему столу, в своём рабочем кабинете и сел на своё кресло. – Рассказывай, что успел без меня напортить…

Иван шустренько сходил к стенке за свободным стулом, поставил его к отцовскому столу напротив него и, усевшись, принялся излагать текущие дела, под уточняющие вопросы и комментарии действующего мператора.

Доклад занял около сорока минут.

- Ну, в целом, справился ты вполне не плохо, - сделал вывод Александр Андреевич по его окончании. – Если, конечно, ничего не «забыл» мне добавить.

- Да вроде ничего, - задумавшись на какое-то время, перебирая в памяти события и лица, пожал плечами Наследный Принц.

- Ну, а вот это результат моей «рабочей поездки», - передал сыну небольшой коммуникатор, на котором включил воспроизведение записи допроса Ниппонского Премьер-министра.

Иван, с неподдельным интересом и изумлением принялся смотреть переданную ему запись, периодически пытаясь справиться с накатывающими эмоциями. А эмоций было предостаточно.

- Ты сумасшедший, отец! – выдал он по окончании просмотра. – Это же дипломатический международный скандал!

- Был бы, - улыбнулся Император. – Если бы об этом разговоре кто-то узнал. Но никто не узнает: я не скажу, ты не скажешь, а Кацура тем более будет молчать. При этом у нас положительное решение по Кейнаутскому транзиту, голос Сектора Ниппон на следующей сессии ООН и внеочередная землеподобная терраформированная, пригодная для заселения планета! Ну что, неплохо я «погулял»?

- Нет слов, - развёл руками Иван. – Но как? Понятно, что Кацуру подготовил и окучил Кашим, оставив нам только сбор урожая. Но как ты провернул это НАСТОЛЬКО эффективно? Как умудрился провести ДОПРОС главы государства на его же собственной территории?

- «Кадры решают всё», - пожал плечами Император. – Помнишь, кто сказал?

- Помню, - поморщился Иван. – Но где ты умудрился взять такие «кадры»? Особый Отдел?

- Нет, сынок. Не Особый Отдел. Но, извини, пока я тебе ничего про них больше не скажу. Рано тебе ещё. И опасно.

- Как скажешь, - вздохнул Принц, но настаивать не стал. Как-то после прошедшей недели в лишние тайны и сложности дел Императора его вникать не очень-то и тянуло.

- В общем, привыкай, сынок. Подобные «рабочие поездки» у меня теперь будут регулярными. Так что вникай. Разбирайся. За меня «на хозяйстве» оставаться будешь ты. Заодно присмотрись, как будут выстраиваться блоки и союзы вокруг тебя. Возможны попытки переворота. Всё же передача власти от одного Лидера к другому – это всегда опасный и «травматичный» процесс. А выглядеть это всё будет именно, как перетекание Власти в твои руки. Политики и «игроки» это именно так и воспримут. И, кто знает, что там у них родится в их сумрачных разумах…

- «Выглядеть»? А на самом деле?

- На самом деле… Все смертны. И готовиться к принятию всей полноты Власти тебе всё равно надо. Сейчас я, хотя бы, могу тебе в этом помочь и подстраховать. Особый Отдел я уже «поднял» и озадачил. Твоя задача: держать глаза открытыми…

- А ты в это время будешь развлекаться, распутывая головоломки Кашима? – недовольно вздохнул Иван.

- Именно, - расплылся в довольной улыбке Император.

- Гад, - обречённо констатировал Принц.

***

Глава 16

***

Александр Андреевич сидел в своём кабинете, за своим дубовым письменным столом и задумчиво постукивал ручкой по его поверхности. Постукивал не быстро, а так это, стукнет раз-другой, подождёт, раз, другой, третий, подождёт, раз… Получалась какая-то замысловатая мелодия. Или не получалась? Слишком медленный этот стук был, чтобы мелодию можно было вычленить и оценить. Как и повторяемость комбинаций.

Вообще, это была слабость. Внешнее проявление эмоций, движения, что не контролировались сознанием. Точнее, контролировались, но шли по периферии. Этот стук помогал Императору думать. И в том заключалась слабость: Император должен быть нечитаем. Как профессиональный игрок в покер. А по таким вот движениям, постукиваниям, выражению глаз, опытный психолог может многое прочитать. А на встречи глав государств, тем более таких крупных, как Российская Империя, неопытных психологов в группу анализа и поддержки не берут… На встречах следят за каждым движением. Ритмом дыхания, расширением или сужением зрачков, температурой кожных покровов, потоотделением и рефлекторными мышечными сокращениями. Эти чертовы современные гаджеты, выводящие на мощнейшие компактные компьютеры огромные потоки снимаемых дистанционно данных и параметров, которые в свою очередь, в реальном времени эти данные анализируют и обрабатывают, чтобы вывести точно на интерфейсы дополненной реальности, встроенные в невзрачные с виду очки, готовые схемы и модели… Это заставляло Императора и других первых лиц быть в напряжении. Избавляться от таких вот слабостей, неконтролируемых реакций. Для этой цели имелся целый штат «своих» психологов, психоневрологов, технических специалистов… который работал с Императором. Помогал «ставить» ему правильную речь, осанку, красивые жесты, «уверенный и мудрый» взгляд, убирать слова-паразиты, выявлять и купировать паразитные движения и привычки… в противовес «их» штату таких же профессионалов, что пытались расшифровать и считать то, что оставалось. Вечное противостояние «Непробиваемого Щита» с «Всепробивающим Копьём».

Император понимал необходимость этого. Александр Андреевич Васильев – терпеть это всё не мог.

И вот сейчас, в своём кабинете, за своим письменным столом, в ожидании одного из немногих «своих» людей, из тех, на кого в своей Власти он опирался, поскольку, в случае «проигрыша» Александра Андреевича, они тоже теряют всё: положение, власть, жизнь, он разрешал себе позволить хотя бы это. Хотя бы такую небольшую слабость, как постукивание ручкой по столу при размышлениях, так как жить в постоянном напряжении просто невозможно.

Бесшумно открылась дверь, только совсем не та, «парадная», через которую недавно входил и выходил Принц Иван. А та, что скрывалась за декоративной стенной панелью, имитирующей морёный дуб, на глухой стене. О самом существовании этой двери знали очень немногие. Ещё меньше людей могли ей воспользоваться.

Стенная панель плавно и бесшумно отъехала в сторону. За ней оказалась дюрасталиевая плита, что так же плавно и бесшумно скрылась в самой стене. В открывшемся проходе показался невзрачный человек в деловом костюме, не дорогом и не дешёвом – среднем. И сам весь «средний», незапминающийся.

- Что у тебя, Константин? - бросил в пространство Александр Андреевич, не напрягая голоса. – Входи.

- Ваше Величество, - поклонился он, прижимая к ноге планшет. Пока он кланялся, дверь за ним уже закрылась, и там снова была просто стена.

- Да, Костя, проходи, рассказывай, - обратился к нему Император. Вошедшего звали Константин Николаевич Семечкин. Генерал-майор, начальник СБ СИБ.

- В период проведения Ассамблеи что-то намечается, - сказал тот без лишних предисловий. – Подробностей нет. Агент, которого удалось взять в связи с этим делом, убит в камере изолятора СИБ. Исполнитель не найден.

- Прямо в камере изолятора? – приподнял одну бровь Александр Андреевич.

- Исполнитель – профи, - пожал плечами Константин Николаевич. – И ему помогли.

- Кто?

- Как раз вычисляем. Это дело вскрыло уже третьего «крота».

- Понятно, - снова сделал пяток ударов ручкой по поверхности стола Александр Андреевич. – «Кроты» - это хорошо. Информации нет – это плохо. Успеете нарыть что-то до отлёта на Ассамблею?

- Вероятность этого не высокая, - ответил Константин Николаевич.

- Кто за этим стоит, понятно? – уточнил Император.

- Пока нет, Ваше Величество. Нет понимания, «кому выгодно». Это не САК, хотя один из «кротов» был внедрён их агентурой. И не Османы, хоть на них и падало первое подозрение.

- Кто же тогда? – скорее себе самому задал вопрос Император, вновь начиная постукивать ручкой.

- Аналитики работают, Ваше Величество, - снова поклонился Семечкин. – Разрабатывают и проверяют версии. Основные уже отработаны, и ни одна не подтвердилась.

- Плохо, - проговорил Император. – Очень плохо, когда нет понимания. Где намечается, понятно? Здесь или там?

- Нет, Ваше Величество, - спокойно ответил Семечкин. Одна из черт, за которую ценил его Александр Андреевич, была прямота. Семечкин не юлил, докладывал прямо. Если да, то да, если нет, то нет. Очень многим, даже вроде бы толковым людям такой черты не хватало.

- Что предлагаешь?

- Не лететь на Ассамблею, - ответил Константин Николаевич.

- Невозможно, - ответил Император. – Мы получили «голос» Ниппона. Теперь у нас решительный перевес. Случай упускать нельзя. К следующей Ассамблее Содружество уже опомнится.

- Это политика, Ваше Величество – не моя компетенция, - коротко поклонился Семечкин.

- Понятно, - с чуть большей силой стал ударять по столу ручкой Император. Повисла пауза. И пауза тянулась. Слышно было только постукивание ручки по столу. – Это точно не переворот? – спустя время, задал вопрос Александр Андреевич.

- Не похоже. Да, после вашей недельной поездки «в никуда» дворянство и высшие должностные лица зашевелились, но единой линии у них ещё нет. В основном, склоняются к тому, чтобы примкнуть к Наследнику. Но сторонников идеи «поторопить» Вас, мало. Недостаточно для переворота, - снова повисла тяжёлая тишина. Император думал. Семечкин не прерывал его раздумий.

- А если мне остаться здесь, а Принцу поехать на Ассамблею? – спросил через какое-то время Император.

- Нагрузка на Службу охраны и СИБ удвоится, - чуть подумав, ответил на вопрос Константин Николаевич. - Но… как минимум, один из вас уцелеет. Уверен, что ресурсов для одновременного двойного удара по хорошо защищённым целям, у них нет. Кто бы они ни были.

- А где, по твоему мнению, опасней? Здесь или на Ассамблее?

- Не могу сказать, Ваше Величество, - ответил Семечкин. – Слишком мало данных. Но, если поедет Принц Иван, то это будет воспринято, как подтверждение версии о «передаче власти Наследнику».

- Могут быть сложности? – уточнил Император.

- Нет. С этим нет. Принц получит больше поддержки, но, если он сам не намерен «ускорить» процесс становления Императором, то сложностей не ожидается.

- А он намерен? – поднял на Семечкина глаза хозяин кабинета. – Твоё мнение? Только честно.

- Не знаю, Ваше Величество, - позволил себе вздох Начальник СБ СИБ. – Не похоже на то. Но, чужая голова – потёмки.

- Точно не переворот? – перевёл тему Император.

- Девяносто пять процентов, - ответил Семечкин.

- Значит, решено: летит Иван. Я остаюсь здесь, - принял решение Император.

- Разрешите идти, Ваше Величество? – склонил голову Семечкин.

- Иди, Константин, иди, - кивнул Император. Семечкин скрылся в той же двери, через которую и входил. А Александр Андреевич остался в своём кабинете один. Сидеть за столом, смотреть невидящим взглядом перед собой и постукивать по столу ручкой.

***

Принц Империи Иван Александрович после разговора с отцом был слегка нервным и немного взвинченным. Не сказать, конечно, что сильно, но Император его только что «обрадовал» новостью о том, что на Ассамблею ООН не поедет. Объяснил тем, что ему… в лом. То есть, мотаться куда-то больше чем на неделю, никому ничего не сказав, это ему не «в лом», а посетить давно запланированное и со всеми согласованное событие международного уровня – в лом!

Ерепенился Иван, правда, больше для вида. На самом деле, отца он уважал. И не считал, что тот не прав. В конце концов, ему уже за тридцать. И быть бездельником как-то уже не пристало. Вот Император его к делу и пристраивает. Только, уж как-то очень резко он начал это делать.

Тут в кармане Ивана заиграла мелодия входящего вызова его коммуникатора. И почему-то стандартная, хотя, он лично потратил довольно много времени для сортировки своих контактов и назначения каждой группе своих индивидуальных мелодий.

Иван достал аппарат. На экране отображалась сакраментальная надпись «Номер не определён». На экране коммуникатора Наследника Престола Российской Империи – «Номер не определён», да… Совсем технический отдел «мышей не ловит».

Хотя, была у Ивана мысль о том, кто именно может ему звонить со скрытого номера. Точнее, у кого такой фокус может получиться.

- Привет, Лёнь, - нажал на «приём вызова» и не дожидаясь приветствия начал разговор сам.

- Здравствуй, Вань, - подтвердил его догадку голос Жестянкина. – Я по делу.

- Слушаю, - враз растерял всякую несерьёзность Принц.

- Ты меня, на днях, просил в одном деле покопаться… Оно тебе ещё интересно, или просто СИБу результаты скинуть?

- Интересно, - поспешил ответить Иван.

- Тогда, лети сейчас домой. Запрись в кабинете и открой окно.

- Понял тебя, - ответил Принц, но разговор уже оборвался. Шли классические короткие гудки. Их много раз пытались заменить чем-то другим, вроде мелодий, индивидуальных настроек… но, опытным путём было выяснено, что «короткие гудки» раздражают меньше всего. Вот вместо длинных мелодия хорошо себя показала, но короткие своё законное место продолжали удерживать.

Иван спрятал устройство в карман и спокойно продолжил путь к своему флаеру в окружении охраны из СОИС, без которой давно уже никуда не ходил. Слишком наглядным был пример девятилетней давности, когда из-за своей беспечности он едва не был похищен. Месяц боевых действий на Камбодже так просто не забывается.

Да и водителей/пилотов с тех пор Иван выбирал очень осторожно, лично просматривая их Дела и Послужные Списки. Был у него такой «пунктик», родом всё из того же времени. Как и другой: садясь во флаер, всегда включать и задействовать ВСЕ системы безопасности пассажира. В плоть до совершенно архаичных ремней безопасности, которые по его требованию, в весь транспорт, которым он пользуется, были установлены.

Путь до загородной резиденции много времени не занял, всё же скорости флаеров не сравнить со скоростями древних «автомобилей», да и прямой полёт по воздуху, куда короче петляния по шоссе и автодорогам.

Так что уже через десять минут Иван поднимался к себе в кабинет и запирал изнутри дверь.

Подойдя к окну, он обратил внимание на не горящий индикатор работы датчика системы безопасности на этом окне, но только покачал головой. Та лёгкость, с какой Кашим умудрялся проламывать всю систему охраны Второго Лица государства, удручала его. Как может всего один единственный человек, пусть и обученный дальше нельзя, НАСТОЛЬКО превосходить профессионалов своего дела? Или всё дело в «боевом гипнозе», как для себя называл эту способность Кашима Иван? Но разве не разработаны никакие меры противодействия подобному? Никаких психологических «блокировок», никаких медикаментозных курсов? Никаких специальных тренингов? Ведь не может же существовать Абсолютное Оружие, которому невозможно ничего противопоставить?

Ответов на эти вопросы у Ивана, к его сожалению, не имелось.

За окном в воздухе висел спидер с водителем в защитном гоночном снаряжении и с непрозрачным шлемом на голове. Вот только фигура у водителя была женская.

- Привет, Лен, - решил проявить дедукцию Иван. Водитель кивнул головой и ей же дёрнул, приглашая садиться сзади.

Иван тяжело вздохнул и принялся перелезать через подоконник в «седло» спортивного «скакуна», присланного за ним Кашимом.

Через минуту они уже покидали территорию Загородной Резиденции Принца Импери, словно не было там вообще никакой охраны и никаких систем безопасности, а периметр и воздушное пространство не контролировал никто.

Иван только снова тяжело вздохнул и покачал головой. Всё же эти двое, самим своим существованием и действиями, убивают всякую уверенность в себе и своей безопасности. Интересно даже, сколько людей в обитаемом космосе знают об их существовании? Сколько имеющих Власть «Первых Лиц» плохо спят по ночам, понимая, что они ничем, совершенно ничем не защищены? Или это только привилегия их с отцом – плохо спать по ночам?

Путь был не долгий. Но достаточно динамичный. Не до экстрима, конечно, но понервничать Наследному Принцу Империи пришлось. Особенно учитывая его… трепетное отношение к транспорту.

- Вроде бы гонщиком Лёня был, а не ты? – слезая с «седла» спидера, приземлившегося возле какого-то по виду казённого учреждения, стараясь держать голос спокойным, а руки не дрожащими, спросил Иван.

- За девять лет с ним, чего только не наберёшься, - отозвалась Лена, снявшая с головы шлем и поправляющая теперь причёску. – Пошли внутрь, Вань. Леонид уже ждёт. У него, вроде бы что-то действительно интересное.

- Пошли, - согласился Иван, поворачиваясь к зданию и вчитываясь в табличку. На ней значилось «Муниципальное Бюджетное Учреждение Здравоохранения «Московский городской морг №8»».

***

Глава 17

***

Иван был достаточно психически устойчивым человеком. И психологически закалённым считал себя не безосновательно. Но… Но в морге всё равно было неприятно. Как вообще может быть приятно в морге? Какому извращенцу?

Однако, обучение и психологическая подготовка будущего Наследника Престола включали в себя «поучительные» визиты в морги, крематории и на скотобойни. Ничего нового для себя Иван увидеть здесь не ожидал.

Пока не завернул за следующий поворот коридора и не вошёл в помещение. Картина, открывшаяся ему, из колеи выбивала напрочь. Иван был уверен, что и куда более «закалённый» человек побледнел был.

Нет, никаких морей крови или ошмётков тел на стенах и потолке, как тогда в Камбодже на захваченном космодроме Меконга не было. Достаточно чистое помещение, ряды холодильников в дальней стене. Три железных стола из медицинской нержавейки, на которых лежат тела. Рядом с одним из них стоит Кашим в защитной прозрачной маске и в тяжёлом фартуке. Второе тело накрыто белой простынёй, видны только ноги с привязанным к большому пальцу номерком.

Третье тоже накрыто простынёй. Вот только край простыни откинут, а рядом, встав на стул, чтобы дотянуться, стоит восьмилетний мальчик и что-то увлечённо вырезает из бока трупа…

Иван на несколько секунд впал в ступор от этой картины. Потом побледнел и его, не смотря на всю его подготовку, замутило.

- О, Вань, заходи! – улыбнулся ему Кашим, поднявший голову от трупа. Смотрелась эта улыбка… неприятно, сквозь прозрачное забрало защитной маски, забрызганной чем-то… происхождение чего Иван знать совершенно не хотел. – Я как раз закончил, - принялся снимать маску, перчатки и фартук.

- Здра… вствуй, Лёнь, - смог сколько-то совладать с собой Принц Иван. Леонид закончил разоблачаться, подошёл к раковине в углу и принялся мыть руки. – Лен, забери Ваську, а то он сейчас весь угваздается, он уже до печени добрался! – чуть повысив голос, позвал Кашим не отходя от раковины.

- А ты разве не приглядишь за ним? – раздался голос из коридора.

- Нет, - ответил Кашим. – Мы сейчас с Иваном в кабинет пойдём, я здесь уже закончил.

- Ладно, заберу, - раздался голос из коридора. – Только вымой ему руки, пожалуйста. Я пока пойду спидер получше припаркую.

- Хорошо, - крикнул в ответ Кашим и пошёл к мальчику. – Всё, Вась, достаточно. Пошли мыться.

- Но пап, я ещё печень не исследовал на яды! – повернулся к нему ребёнок.

- Я уже исследовал, - отмахнулся тот. – Ничего нового ты тут не найдёшь.

- Но…

- В следующий раз потренируешься зашивать. Сейчас тебя мама ждёт.

- Ла-а-адно, - протянул мальчик и покорно спрыгнул со стула. Кашим помог ему снять великоватую для него маску, перчатки и… детский фартук для лепки из пластилина. Весёленький такой, с мишками и цветочками. Забрызганный чем-то…

Иван побледнел сильнее, выпрямился, словно кол проглотил и повернулся к выходу.

- Я тебя в коридоре подожду, - сказал он Кашиму и вышел.

В коридоре Иван подошёл к ближайшему окну и принялся жадно вдыхать поступающий с улицы воздух, старательно борясь с дурнотой.

Да уж, успел он за девять лет отвыкнуть от Кашима и его чудовищной непосредственности. Как с ним Лена-то живёт? Она же вроде нормальная… Хотя, как вообще понятие «нормальность» коррелирует с этой парочкой? Точнее семейкой. «Семейка Адамсов!», - не весело пошутил в мыслях Иван. – «Лайт-версия, перевод на Русский».

Вскоре появились в коридоре и Леонид с сыном. Вернулась с улицы и Лена. Она забрала Васю и пошла с ним на улицу. А Кашим с Иваном остались.

Лёня подошёл к ближайшей двери, открыл её и пригласил Ивана заходить. Тот подчинился.

Оказались они в довольно маленьком кабинете, с одним зарешеченным окном, парой письменных столов, с какими-то бумагами на них и компьютерами.

Кашим плюхнулся в кресло за один из столов и включил компьютер. А вдобавок к нему ещё и свой ноутбук прямо на бумаги поставил.

- В общем, Вань, - начал Леонид. – Помнишь, ты мне задачку подкинул с уничтоженными группами Спецназа СИБ и мёртвыми Агентами?

- Помню, - кивнул Принц и пододвинул себе другое кресло, сев рядом с Леонидом так, чтобы видеть экраны ноутбука и компьютера.

- Так вот. Я нашёл этого «попрыгунчика», который сломанными руками шлема бронекостюмов четвёртого класса защиты вместе с шеями сворачивал.

- Нашёл? – искренне удивился Иван.

- Вот он, голубчик, - вывел на экран ноутбука изображение головы и плеч мужчины. Мёртвого мужчины. И очень неаппетитного. Лицо, шея, плечи… мужчина был худ. Очень худ. Словно иссушен. Как в учебниках древнейшей истории показывают фотографии узников Фашистских концлагерей.

- А это точно он?

- Точнее не бывает, - ответил Леонид. – Мне стоило больших усилий проследить его путь от того здания. Его качественно «прикрывали». Сам бы он далеко не ушёл…

- И где… его убили? – уточнил Иван.

- Нет. Зачем? Сам умер, - ответил Леонид. – Через два часа. На большее ресурсов его организма не хватило. «Вычерпал» себя буквально до доннышка.

- И его просто бросили? – удивился Принц. – Ты ведь говорил, что был ещё кто-то, кто его прикрывал.

- Именно. Просто бросили. А к чему сложности? Труп не криминальный – успел переодеться и вымыться. Причина смерти – сердечная недостаточность. Такое случается. Его ни в жизнь бы с тем происшествием не связали. Так что – да, просто бросили. Не стали заморачиваться и оставлять следов больше, чем нужно. Тело ведь, к твоему сведенью, Вань, сейчас не так-то просто без палева утилизировать. Особенно в столичном городе на столичной планете. А вывозить с планеты – тот ещё геморрой. Прибрать следы и замаскировать под естественную смерть – по-своему, даже красивый выход.

- И что ты узнал?

- Во-первых, да, это действительно новый боевой стимулятор. Вот тут, - отсоединил от своего ноутбука компактный твердотельный накопитель Леонид и протянул его Ивану. – Все данные по механизму действия его на организм. Отдашь специалистам, они разберутся. Но в целом: штука мощная, из разряда «последний шанс».

- «Последний шанс»? – удивился Иван.

- Ну да: «оружие последнего шанса» никогда о таком не слышал? Это когда его применение однозначно оканчивается смертью применившего. Оружие, которое помогает забрать побольше врагов с собой на тот свет.

- То есть, этот стимулятор смертелен для применившего?

- Именно. Он принудительно вскрывает все ресурсы организма, разгоняет его до невозможных кондиций… и не останавливается, пока не вычерпает их все. Смерть может наступить от разных причин, но по факту – от исчерпания ресурсов организма.

- Вот как… - проговорил Иван, осмысливая сказанное. – По этим данным, - показал он накопитель. – Возможно создать само вещество?

- Нет, конечно, - ответил Кашим. – Для синтеза вещества этих данных мало.

- Ты здесь вскрытие проводил? – решил уточнить Иван.

- Нет. Отсюда я забрал труп и сюда же его вернул. Для нормального исследования тут недостаточно нужного оборудования, - пожал плечами Кашим.

- Но что тогда…

- Что я в зале делал? – уточнил тот. Иван кивнул. – Сын на биологии сейчас анатомию человека проходит. И что-то она ему трудно даётся. Вот, практическое занятие сегодня было. «Лабораторная работа». Теперь полегче должно пойти. Информация о том, что руками пощупал, всегда же легче воспринимается

- Пожалуй, - с трудом сглотнул ком и отвёл взгляд Принц, попытавшийся представить, как бы себя чувствовал, будь у него в восемь лет такие «лабораторки». Как-то положительных эмоций не возникало по этому поводу.

- Ладно, мы здесь закончили. Пошли на воздух, а то что-то ты совсем подвзбледнул, Вань. Подышать тебе надо.

- Пошли.

***

- А что по самому парню? – уже на улице спросил Иван, с наслаждением вдыхающий прохладный уличный воздух.

- Курьер. Не профи. Его услугами воспользовались раз или два от силы. Потом он спалился. От страха вколол себе стимулятор… дальше ты знаешь. Там, на накопителе достаточно данных, чтобы СИБ «просветила» весь путь парня от роддома до морга, чуть не по минутам.

- Но главное? «Ниточка» к поставщику есть?

- Нет. С этим глухо, - пожал плечами Леонид. – Подчистили за ним качественно. Да и ты обратился ко мне поздно. Ещё бы пара часов, и тело бы уже увезли на кремацию.

- Значит, ничего? – вздохнул Иван.

- Пока ничего, - пожал плечами Леонид.

- Ладно… оставим пока это дело, - вскинулся Иван. – Я, на днях, улетаю на Ассамблею ООН вместо отца.

- Начал Власть к рукам прибирать? – улыбнулся Кашим. – Молодец.

- Да нет же! – вспыхнул Иван, а потом поморщился. – Отец отправляет.

- Хм. Ну, тоже неплохо.

- Лёнь, тут такое дело… - не знал, как начать, от того замялся Иван. – Аня… жена моя… в последние дни очень неспокойно себя ведёт. Очень за меня переживает. Задёргала уже, - вздохнул он.

- Переживает? – приподнял бровь Леонид.

- Ей всё кажется, что что-то должно случиться…

- Интуиция? – предположил Леонид.

- Наверное, - снова вздохнул Иван. – Не знаю, что с этим делать… очень переживает. Она просила… попросить… тебя, если увижу… присмотреть за мной, - снова отвёл глаза и даже покраснел Принц Империи.

- О как? – изобразил на лице удивление Кашим. – Аня просила?

- Да, - окончательно смутился Иван.

- На Ассамблею с тобой полететь? – подумав несколько секунд, предложил Кашим. Иван покраснел сильнее и кивнул.

- Могу я ей сказать об этом? – уточнил он. – Совсем извелась.

- С собой её не возьмёшь? – спросил Кашим.

- Нет, - помотал головой Иван. – Пусть дома посидит. Так уже мне спокойнее будет.

- Отлично! – улыбнулся Кашим. – Полетели на Ассамблею ООН. Не дрейфь, Вань, если что, убьём там всех. Расслабься, - и хлопнул его по плечу.

Иван натужно улыбнулся и бросил взгляд на свою рубашку. На секунду ему показалось, что от руки Леонида остался отпечаток чего-то… из морга. Но нет. Только показалось: рубашка была чистой, как и руки Кашима.

***

Глава 18

***

- Что интересного поведаете? – поинтересовался Александр Андреевич, сидящий в небольшом кафе на окраине столичного города столичной планеты… Хотя, какая может быть окраина у планеты-города? Вся суша на планете застроена одной огромной агломерацией по имени Москва. Но, слава Богу, что не как мифический «Корусант» из древней фантастической саги о Далёкой Далёкой Галактике. Ведь эта агломерация строилась по единому плану. И план этот включал не только небоскрёбы (кстати этажность зданий на планете была законодательно ограничена пятидесятью этажами) и деловые центры, но и спальные районы, детские сады, школы, больницы, поликлиники, дома культуры и спортивные школы, стадионы… всю необходимую для комфортной жизни инфраструктуру. Кроме этого оставались парковые зоны, рекреационные зоны, специальные беговые и велосипедные маршруты, набережные и курортные зоны в подходящих для этого широтах. А ещё был Единый План Озеленения планеты. И попробуй только срубить не то дерево или попытаться застроить не тот квадратный метр! Мигом окоротят. А то и с планеты выпереть могут такого нерадивого и хитровывернутого застройщика. Так что и лесопарки внутри этой агломерации занимали существенную площадь. В конце концов, дышать-то надо! А не будет деревьев – не будет кислорода. Нет, естественно, что к этому времени придуманы и разработаны специальные комплексы по выработке и производству кислорода, в том числе и из углекислого газа, но… это дорого! Требует постоянного внимания, ремонта и обслуживания. К тому же не решает проблему пыли… Куда дешевле и в перспективе проще: произвести расчёт необходимого количества зелёных насаждений на всю площадь поверхности планеты, которые смогут обеспечивать потребность расчётного количества населения планеты к дыханию. Рассчитать, составить Единый План оптимального расположения этих зелёных насаждений на поверхности планеты и согласовать этот Единый План Озеленения с Генеральным Планом Застройки Планеты.

Соответственно, и по Водным Ресурсам подобный План имелся. И с ним тоже согласовывался Генеральный План. Он вообще, много с чем согласовывался. Но в результате, получилось, что получилось: достаточно красивый, комфортный и пригодный для жизни город-планета с населением в двенадцать с половиной миллиардов человек. Город-Планета Москва – столица Российской Империи.

- Не могу сказать, что много, - ответил сидящий напротив Александра Андреевича Глеб Новиков. – Дядь Лёня умеет прятать следы. Но из того, что он прятать не стал… Да, действительно, в одном из детских садов Киото работал в тот период времени некий Химура Хэй. Правда, только первые полгода. Потом уволился. По срокам как раз выходит, что Елене Васильевне рожать срок подходить стал.

- И кем же?

- «Нянечкой» ясельной и младшей группы. Очень похоже, что перед рождением Васи готовился, «стажировку» проходил, - взял со стола блюдечко с чашечкой кофе и поднёс к лицу Глеб.

- Как-то мне не хватает фантазии представить Кашима в таком качестве, - помассировал виски Александр Андреевич.

- Нашли его домашний адрес того периода времени. Ирма, Зайка, Гекон и Грызлик слетали в Ниппон, проверили адрес.

- И как?

- Дом-додзё в традиционном японском стиле, с высоким забором, тяжёлыми воротами, просторным двором, садом камней, ручьём, мостиком и цветными карпами, - ухмыльнулся Глеб. – Аренда стоит целое состояние. Удивительно, как у владельца вопросы не появились, откуда у простого «нянечки» детского сада такие средства.

- Аня говорила, что Кашим имеет склонность к театральщине, - хмыкнул Александр Андреевич.

- Аня? – вопросительно приподнял бровь Глеб.

- Принцесса Анна. Жена Принца Ивана. После исключения из кадетки, Кашим несколько месяцев жил с ней на одной съёмной квартире. Они неплохо общались, - пояснил Александр Андреевич.

- А не он ли свёл её с Принцем? – улыбнулся в чашку Глеб.

- Не исключаю такого варианта, - пожал плечами Александр Андреевич. – Но, даже если и так? Не вижу в этом чего-то плохого. По крайней мере влияние Аня на моего оболтуса оказывает самое положительное.

- Ладно, отставим пока в сторону семейную жизнь Принца. Значит, Дядь Лёня склонен к театральщине? – поставил блюдце и чашечку на стол Глеб.

- Да, - кивнул Александр Андреевич. – Ты знаешь, что он поступал в Новопитерский Государственный Университет, на кафедру Театрального Искусства?

- Нет, - покачал головой Глеб.

- И, что самое интересное, будучи уже официально мёртвым, умудрился поступить, отучиться и закончить его.

- Хм… Узнаю Дядь Лёню, - улыбнулся Глеб. – Любит он всех в неловкое положение ставить. Вот только как? Если учёба занимает положенные пять лет, то, начиная со второго курса, временной отрезок выпадает как раз на те три года, что он провёл в Киото. Ещё и с учётом изоляции Сектора.

- Брал три академических отпуска, - пожал плечами Александр Андреевич.

- Но положен ведь только один?

- И когда это останавливало Кашима?

- Действительно, - задумался Глеб.

- И даже в театре играл. В Московском Большом Театре, здесь, в столице, - пожал плечами Александр Андреевич. – Спектакль получил самые положительные отзывы.

- Значит, театр… - задумался Глеб.

- Это многое объясняет, - заметила Лиза, она же «Ирма», «штатный» аналитик «группы Альфа» - девочка, что сидела с ними за одним столом. До этого – молча.

- Что именно? – заинтересовался Александр Андреевич.

- При тех навыках и возможностях, какими обладает Леонид Васильевич, он способен проворачивать свои дела «бесшумно». Так, что никто никогда и не узнал бы… но нет. Ему нужны зрители. Нужен размах и спецэффекты. Нужен кто-то, кто оценит… Это слабость. Я всё не могла понять этого до упоминания театра.

- Подожди, - нахмурился Глеб. – Но тогда… получается…

- Что в этот раз в «зрители» Леонид Васильевич назначил нас.

- А для того, что бы мы могли оценить…

- Он дал нам те навыки и возможности, которыми мы обладаем.

- Неприятно такое осознавать, - вздохнул Глеб.

- Вы теперь бросите это дело? – уточнил Александр Андреевич.

- Нет, конечно, - вздохнул «Вождь». – Мы уже слишком «вклюнулись» в его «спектакль». Нас же теперь любопытство просто разорвёт, если остановимся!

- А вы, Александр Андреевич? – мягко спросила «Ирма». – Вас ведь он тоже назначил в «зрители». Притом, вы его «спектакль» смотрите куда дольше нас. Вы ведь лично наблюдали «прошлую серию», чуть ли не из первого ряда.

- «Из первого ряда» «прошлую серию» наблюдал мой сын, - вздохнул Император. – Я делал это с «балкона Императорской Ложи».

- И? – не оставила своего вопроса «Ирма».

- Я не могу не «смотреть», - вздохнул Александр Андреевич. – Те «шоу», которые «ставит» Кашим, слишком сильно влияют на Империю. И, если «пропустить сцену», то можно внезапно проснуться в совсем другой стране… или даже галактике…

- Что вы имеете в виду? – подалась чуть вперёд «Ирма», почуяв, что Император готов поделиться какой-то очень важной информацией.

- «Прививка от Старости», - сказал Александр Андреевич. – Помните про такую? Вам же в школе её уже в обязательном порядке делать должны были.

- Помню, - осторожно кивнул Глеб. – А причём тут… СТОП! Не хотите же вы сказать...?!

- Именно. «Пожелавший остаться неизвестным соавтор Ратха Сарата» - это Кашим.

- Да ладно!.. – откинулась на спинку своего стула «Ирма».

- Да ну на хуй! – экспрессивнее и жестче выразил свои эмоции Глеб. – Я так смотрю, в той «второй» «полной» папке по Кашиму и половины нет того, что действительно важно!

- Такие вещи, Глеб, не пишут ни в какие «папки», - со значением посмотрел на юношу Император.

- Так… это всё надо переварить, - помассировал переносицу Глеб.

- Если это правда, Александр Андреевич, - нахмурилась «Ирма», - То и у «этой серии» «Шоу Кашима» должен быть масштаб куда больше, чем мы пока видим. Революция Сектора Ниппон – слишком мелко для Режиссёра, привыкшего работать на ТАКОЙ сцене.

- Именно этого я и боюсь, - вздохнул Александр Андреевич. – А Иван не понимает этого, хоть и знает о «Прививке». Для него Кашим – просто бесшабашный супер-боец и кровавый убийца. Того, что Кашим – Режиссёр, он никак не может понять.

- Насколько я понимаю, - мягко уточнила «Ирма». – Иван Александрович считает Леонида Васильевича своим другом?

- Наивно с его стороны, правда? – невесело улыбнулся Император.

- Не сказала бы, - задумчиво произнесла Лиза «Ирма». – Кашим одинок. Он нуждается в друзьях. В той папке, что вы нам давли, упоминалась некая Александра Сомова. Где она сейчас?

- Окончила Высшее Лётное Училище Новопитера, служит сейчас в звании старшего лейтенанта ВКС… на Припяти, - замер, поражённый догадкой Александр Андреевич. – Черт! Как я мог забыть, что Кашим шарится в информационной системе СИБа, как у себя в кармане! Он же переписал все свои «маяки»!

- Это логичное предположение, - мягко заметила «Ирма». – Леонид Васильевич знает, как работает Система, и умеет её использовать в своих интересах. Логично, что система «маяков», призванная «высветить» его действия либо перемещения, будет нейтрализована им в первую очередь.

- Дядь Лёня не любит, когда его ограничивают, - улыбнулся Глеб.

- Передвижение мебели за кулисами и переодевания актёров не должны видеть зрители, - глубокомысленно произнесла Лиза. – Зритель должен видеть уже подготовленную сцену с расставленными декорациями и актёрами уже на положенных им местах.

- С такой точки зрения, я его действия ещё не рассматривал, - задумался Император. Какое-то время все трое молча пили кофе.

- Глеб, - обратился к «Вождю» Александр Андреевич. – Я хочу попросить вашей помощи. Дело Кашима не касается. Но оно очень важное.

- Слушаю вас, Александр Андреевич.

- Через три дня мой сын вылетает на Ривьеру Вторую, для участия в Ассамблее ООН по вопросу о контроле за вооружениями.

- Мне казалось, что лететь туда должны были вы?

- СБ СИБ полагает возможную диверсию в период проведения Ассамблеи. У них нет данных, где и кто цель. Я принял решение отправить на Ривьеру Ивана.

- И ваша просьба?

- Можете за ним присмотреть? – попросил за сына отец.

- Обеспечение безопасности Цели… - задумался «Вождь». – Незаметное… Задачка интересная.

- На Ривьере Второй мы уже бывали, - задумчиво заметила "Ирма". – Было весело.

- И чем занимались? – спросил Император.

- Организовывали диверсию в одном из отелей, - отмахнулся Глеб. – Ничего сложного.

- Ну так как? Я могу на вас рассчитывать? – спросил Александр Андреевич.

- Пожалуй, - улыбнулся Глеб и передал по Тактической Сети группы. – Мальчики-девочки, готовим купальники! Мы летим на Ривьеру!

***

Глава 19

***

Ривьера Вторая – планета-курорт. Принадлежит Французскому Сектору. Франция… когда-то страна, претендовавшая на лидерство и звание мировой державы. Даже звалась одно время Империей… В современных реалиях эта страна отказалась от всеобщей Гонки, сосредоточившись на другом. На занятии ниши курортов и развлечений. И ей это удалось: десять планет в Секторе. Десять планет-курортов. И каждая имеет какой-то свой колорит. Свою «фишку», свой неповторимый шарм.

Ривьера Первая – планета-казино. Естественно, что не только, есть там и пляжи с золотым песком, и великолепные отели, и клубы с концертными залами, но всё же Ривьера Первая – планета-казино. На ней сосредоточено рекордное количество игорных заведений. Самых разных, на любой вкус и кошелёк. У неё есть конкурент планета Вегас в Содружестве стран Американской Конституции. Но, без конкуренции ведь никуда? Без конкуренции начинается застой и стагнация…

Ривьера Вторая – планета «образцовый курорт». Можно даже сказать, «официальный». Здесь всё чисто, красиво, строго… дорого. Но при этом всё «по высшему разряду»: пляжи, отели, яхты, концертные площадки, Клубы.

На этой планете очень часто устраиваются мероприятия «на высшем уровне», такие, как встречи Первых Лиц государств, Саммиты, Слёты, Международные Трибуналы… теперь вот выездная Ассамблея ООН.

А всё почему? Из-за позиции Твёрдого Нейтралитета, которой придерживается Французский Сектор, который принципиально не входит ни в какие Блоки, ни в какие Альянсы и Содружества. Отказался от членства в Лиге Наций и от голоса в ООН. Вроде бы потери велики… но с другой стороны: Сектор не имеет собственных Вооруженных Сил. Не содержит армады боевых космических кораблей, не имея расходов на них. При этом, на его границы никто не посягает, а безопасность границ гарантируют бесчисленные договоры с окружающими государствами. Сектор не имеет собственной валюты, позволяя хождение внутри себя любым другим. И это удаётся легко, из-за наличия в своём составе планеты-банка Швейцарии.

Да, вроде бы когда-то это гордое имя носила отдельная страна в Европе на старушке Земле, но… как-то так удачно сложилось, что позиция нейтралитета этой страны очень удачно совпала с позицией нейтралитета Сектора. И, после длительных переговоров (а в политике быстро ничего не решается), Швейцария, имевшая в своём активе как раз одну единственную планету, вошла в состав Французского Сектора. Как и планета Монако.

Довольно необычное государственное образование в результате получилось. Но удивительно устойчивое.

И надо сказать, позиция Сектора окупается: миллиарды туристов круглогодично, миллиарды крупных и мелких счетов в банках. Триллионные доходы каждый год. И это при отсутствии тяжелой промышленности и аграрной деятельности. Девяносто процентов продуктов питания и девяносто пять процентов всей техники с электроникой Сектор импортирует из других стран. Но ему на это хватает средств. А зависимость от поставок – кажущаяся, ведь в случае каких-либо вопросов и сложностей в вопросах импорта с одной страной, свои услуги по замещению доли поставок этой страны, предложит другая. Более того, ещё и передерутся между собой за такое право, ведь Французский Сектор – это очень жирный и очень денежный потребитель всего подряд.

Эта выездная Ассамблея ООН должна была проходить в отеле Кристалл. Он по праву считался лучшим и самым известным отелем Ривьеры Второй. По совместительству – самым дорогим.

Но и безопасность гарантировал уровня достаточного для встречи Глав Государств. Это было важно.

Естественно имелись в нём и все условия для проведения самого мероприятия, такие как соответствующих размеров и технического оснащения конференц зал, места для размещения всех делегаций стран-участников и отдельные места для размещения освещающей мероприятие прессы… достаточно удалённые от мест размещения участников мероприятия, что бы не досаждать им своей назойливостью.

Ну и стоянку для личного транспорта участников делегаций, что тоже было немаловажно, так как Первые Лица государств предпочитали свои флаеры привозить с собой, а не доверять предоставленным хозяевами машинам. Всё же подслушивающая и подглядывающая техника в современном мире достигла высот невероятных. Чтобы гарантированно избавиться от ВСЕХ возможно установленных «жучков» во флаере, его надо… переплавить и заново собрать уже на своём заводе. Иначе никак. Нет ни гарантии, ни уверенности.

- «Вождь, Гюрзе на приём. Я на позиции»

- «Гюрза, принял тебя»

- «Вождь, я Драко, на позиции»

- «Корень, Вождю. Твои снайпера готовы?»

- «Готовы, Вождь. Целик и Точка на позициях»

- «Вождь, Гекону. Мы с Тихоней вошли»

- «Отлично, Гекон. Не подеритесь там»

- «Он первый начал!»

- «Тихоня, отставить! Все разборки после дела!»

- «Приняла, Вождь»

- «Гекон! Тебя тоже касается!»

- «Принял»

- «Корень, Вождю на приём»

- «Вождь, я Корень, слушаю»

- «Как вы там?»

- «Ведём Обект»

- «Далеко вы?»

- «Пять малых, у вас будем. Успели просочиться?»

- «Да, ждём»

- «Принял. В пути», - прозвучал голос в направленном «костном» микрофоне, установленном в дужке щегольских очков в серебряной оправе, размещённых на глазах молодого человека в дорогом, но не броском костюме, что сидел на стуле в секторе зала, отведённом под делегацию Республики Канада. На юношу соседи не обращали внимания. Иногда обращались с какими-то вопросами, он что-то отвечал, что их вполне устраивало.

До начала работы Ассамблеи оставалось пятнадцать минут. Не все участники даже ещё успели собраться.

Это был третий день работы Ассамблеи. Пока всё шло спокойно и даже по плану. Ну, если сосредоточиться только на вопросах обеспечения безопасности. Сами же заседания спокойными назвать сложно. Вопрос «О контроле за вооружениями» никогда не был простым. Конкретно эта сессия была посвящена рассмотрению такой части этого вопроса, как «Боевая Химия» и регламентация её применения в конфликтах. В частности, боевые стимуляторы и их использование.

Вопрос был сложный. Ведь у каждой страны имелись сотни наработок в этой области. Более или менее эффективные, но на их разработку были потрачены немалые финансовые средства, научные, технические и людские ресурсы. И от формулировки окончательной Резолюции ООН будет зависеть, окажутся ли эти средства выброшенными в трубу или нет.

Резолюция… вроде бы ерунда. Но не в этом веке. ООН в последнее время набрал серьёзный вес, и не в последнюю очередь за счёт МИПРиТ, ведь за очередью на распределение новых планет следить поставлен был тоже ООН. Это сильно добавляло ему влияния. Очень сильно.

Понятное дело, многим это не нравилось. Но и поделать с этим что-либо пока не представлялось возможным, слишком разрозненны были государства и образования. Не получалось у них собраться в достаточно мощные блоки, чтобы иметь возможность «продавливать» свои решения, плюя на малые образования и станы.

Так что именно в политической части Ассамблеи страсти бушевали не шуточные.

Однако, в плане безопасности всё ещё было тихо. Каждый день две группы выпускников с Припяти провожали и встречали «Объект» к зданию, где проходили собрания, контролировали его состояние в процессе работы Ассамблеи, и провожали обратно к месту проживания.

- «Вождь, и всё-таки мне не нравится, что мы работаем в Кристалле», - вновь ожил микрофон у молодого человека за ухом.

- «Ворожея, ты опять?» - вздохнул он, передав в Тактическую Сеть групп свой голос по установленному на шее скрытому ларингофону.

- «Опять!»

- «Конкретика в чём? Нравится-не-нравится, не аргумент»

- «То, что в прошлый раз, на выезде, мы работали именно в этом отеле. Зачем Дя… Кашиму это надо было?»

- «Ворожея, Хромой - это почти год назад было! Какой бы… Кашим хитромудрый ни был, не мог он на год вперёд планировать!»

- «Хромой, это Вождь. Ты заряды установил?»

- «Так точно, Капитан!» - раздался бодрый и озорной голос Ромы Володарского в эфире.

- «Не паясничай. Ворожея, не засерай эфир. Есть, что по делу, говори. Про пршолый выход мы уже слышали, обсудили и к сведенью приняли»

- «Приняла, Вождь, извини», - отозвалась Марина Князева.

- «Вождь, Корню. Объект прибыл. Выходит из флаера»

- «Всем внимание»

- «Я Гюрза, вижу Объект»

- «Я Драко, наблюдаю»

- «Целик. Наблюдаю»

- «Точка. Наблюдаю»

- «Гюрза. Объект входит в здание. Передаю»

- «Гекон. Я в здании, принимаю Объект. Объект вижу. Веду»

- «Тихоня. Я в лифте. Принимаю Объект. Объект вижу. Объект вошёл в лифт»

- «Я Газель»

- «Я Егоза, видим лифт, готовы принимать Объект»

- «Тихоня. Лифт на этаже. Двери открываются»

- «Егоза. Видим. Принимаем Объект. Ведём»

- «Ирма. Всем! Код Жёлтый!», - молодой человек усилием воли заставил себя не дёрнуться, но глазами нашёл позицию Лизы в зале для конференций.

- «Это Ирма. Всем! Повторяю, код Жёлтый! Кашим в зале!»

- «Где?!» - не смог остаться спокойным и всё же дёрнулся парень.

- «В свите П… Объекта. Группа псих. Поддержки. Серебристый пиджак. Очки в золотой оправе»

- «Принял. Вижу. Он тебя засёк, Ирма. Газель с Егозой тоже спалил»

- «Ты тоже засвечен, Вождь», - раздался в Тактичской Сети новый голос. – «Всем привет, ребятки. Развлекаетесь?»

- «Здрасти, Дядь Лёнь», - раздался в эфире нестройный хор голосов с различными интонациями.

- «Да как так-то?! Я же изолировал Сеть!»

- «Не поднимай волну, Припой. Я ж тебя сам учил»

- «Чёрт! Это было обидно, Дядь Лёнь. Мы с Жучком неделю над этой системой сидели!»

- «И получилось вполне себе красиво: не пеленгуется, датчики не срабатывают. Пять баллов, Припой!»

- «Жучок. Звучит, как издевательство»

- «Вождь, Кашиму. Шли бы вы от сюда, а, ребятки?» - раздался голос «Дядь Лёни» в эфире.

- «Кашим, Вождю. У нас задача. Охрана Объекта»

- «Вождь, Кашиму. Вы решили начать убивать?»

- «Кашим, Вождю. Нет. С чего вдруг?»

- «С того, что здесь скоро жарко будет. Хотите посмотреть на кровавую баню? Или поучаствовать?», - на какое-то время в эфире установилось гнетущее молчание.

- «У нас задача», - прозвучал твёрдый голос Вождя в эфире.

- «Тогда слушай условие задачи: в здании восемь «Торпед». Движутся к залу. Начнут действовать с появлением Председателя на трибуне. У всех Торпед новейшие боевые стимуляторы. После использования два часа их ничего не остановит – живые Терминаторы. Принял?»

- «Принял. Вождь. Циркулярно. Все слышали? Ищем»

- «Вождь, Ирме. Кашим пропал. Не наблюдаю Кашима»

- «Вождь всем. Код красный! Ищем Торпеды. По Торпедам работать сразу по обнаружении! Ирма, ищи Председателя. Дай отсчёт в эфир. Точка «ноль» - Председатель на трибуне»

- «Приняла. Председателя вижу. Примерно две минуты до точки «ноль». Даю отсчёт: 119…»

***

Глава 20

***

- «Егоза. Двоих видим. Работаем»

- «Гюрза. Левый коридор. Двое. Подходят к двери. Работать не могу»

- «Гекон. Принял. Вижу. Работаю»

- «Ирма. Двое. Западный вход. Вошли»

- «Вождь. Ирма, вижу. Работаю. Ищите ещё двоих», - сказал юноша, плавно перетекая из положения сидя на стуле, в положение стоя. И тут же, тоже очень быстро, но очень плавно, так чтобы не привлекать к себе внимания, двинулся к дверям, на перерез входящей паре крепких, хмурых мужчин, каждый из которых уже запустил правую руку в карман пиджака.

Парень, не снижая скорости, скользнул к ним, как-то по-особенному вскидывая вверх и вперёд обе руки, а затем, с усилием и движением вперёд и вниз, но больше вперёд, опустил их на лица двоих мужчин.

Со следующим шагом и выдохом парень продвинулся вперёд, а мужчины кубарем полетели в неуспевшие закрыться двери. Следующим шагом парень сам пересёк порог, а двери закрылись уже за его спиной. Никто в зале даже не успел заметить такого беспорядка.

А вот в коридоре за дверью парень без всякой жалости добил пытающихся подняться на ноги мужиков «футбольными» ударами ноги в голову.

- «Вождь. Двое есть»

- «Гекон. Два минус»

- «Егоза. Два минус»

- «Вождь, Всем. Где ещё двое?! Ищем! Тихоня, конвой двоих у западной двери. Возвращаюсь в зал», - спокойно развернулся и поспешил в покинутое помещение, открывая рукой одну половинку двери, другой рукой поправляя очки на переносице.

- «Тихоня. Есть конвой. Бегу», - прозвучал голос Тани Веретянской в Тактической Сети.

- «Два балла вам, Ребятки!» - прозвучал в эфире голос «Кашима». А «Вождь» и «Ирма» стали свидетелями того, как молодой человек в серебристом пиджаке и золотых очках выдёргивает меч из ножен седого Ниппонца и в два быстрых движения срубает этим мечом головы двоим дюжим охранникам из свиты Принца Ивана. Затем, не глядя на результат, спешит к Ниппонцу и вкладывает ему в руку его же окровавленный меч. Приспускает очки и озорно ему подмигивает, от чего у Ниппонца затряслись руки.

- «Бедный, Кацура», - прозвучал в эфире голос «Ирмы».

- «Да х… с ним! Ты на тела смотри! Жесть!», - настолько не совладал с эмоциями «Вождь», что даже произнёс это в слух. Правда, его прокола никто не заметил, так как в этот момент взгляды и внимание всех присутствующих скрестился на двух обезглавленных телах, что, даже упав на пол, продолжили дёргаться, беспорядочно бить по сторонам руками и ногами, пытаться встать… При этом кровь не хлестала, а едва сочилась. А спустя ещё десяток секунд место среза уже зарубцевалось… шея зарубцевалась! Причём, и на отрубленных головах тоже! Те страшно вращали глазами и щёлкали челюстями. Пытались орать, но без лёгких это у них не получалось.

Выглядело это настолько дико и сюрреалистично, что у охранников не выдержали нервы, и они принялись палить в тела из своих лазерных пистолетов… Только это не помогало от слова «совсем». Да ещё и тела как-то… освоились что ли, но дёргать руками-ногами стали согласованней. Теперь это были не просто дёрганья, а целые рывки, почти что прыжки… Что пугало охранников, чуть ли не до открытия кирпичных заводов, и они стреляли, стреляли, стреляли…

А «Вождь» содрогнулся, представив, что могло произойти в этом зале, не останови эти «Торпеды» их трудовик… Или промедли они сами хоть пару лишних секунд, дав тем бугаям уколоться их супер-отравой. Что может сотворить человек с оружием, которого не останавливают лазерные выстрелы и не убивает отрубленная голова…

- «Незачёт», - выдал в эфир Глеб. И общее молчание подтвердило его высказывание согласием, ведь Тактическая Сеть, развёрнутая через специальные приблуды «Припоя» с «Жучком», и выведенная на очки, которые носили все члены двух групп, позволяла при желании вывести к себе на «экран дополненной реальности» то, что видит другой член группы. Или карту с отметками, целеуказанием, положением других членов группы… Много чего позволяет Тактическая Сеть. В том числе и наводить ракеты, либо автоматические системы ведения огня на цели, «подсвеченные» другими членами группы. Но именно в данный момент все смотрели «трансляцию» с камер «Вождя» и «Ирмы».

- «Так! Собрались!» - первым, как и положено Лидеру, опомнился «Вождь». – «Быстро обыскивайте захваченных Торпед. Найдите стимулятор! Не дайте им возможности его применить! Самих Торпед накачиваем «коктейлем №5» и эвакуируем к месту сбора. Группа Альфа остаётся продолжать охрану Объекта. Группа Гамма эвакуирует Торпед и стимулятор с планеты. На подлёте к точке 1, связаться с Заказчиком и уточнить место доставки груза. Всем задача понятна?»

- «Корень принял. Группу Гамма отсоединяю от общей Тактической Сети»

- «Ирма – да»

- «Гюрза – да»

- «Гекон -да»

- «Тихоня -да»

- «Драко – да»

- «Киса – да»

- «Жучок – да»

- «Припой – да»

- «Хромой – да»

- «Егоза и Газель – да»

***

- Думаете, это Кашим организовал нападение? – спросил Александр Алексеевич у хмурого Глеба Новикова, сидящего напротив него уже в другом кафе Москвы.

- Вряд ли, - поморщился тот. – Дядь Лёня так «грязно» не работает. Пока «Корень» тащил захваченных «Торпед» и образцы стимулятора к вам, я отправил половину группы раскручивать след, пока он «свежий».

- И как?

- Прошли всю цепочку. Там больше тридцати человек задействовано было… Ну, вы должны знать – с ними сейчас в СИБе работают. Слишком много следов. «Грязно».

- А заказчик? Главный кто был в цепочке?

- «Главный» свалил с планеты за день до акции. Связь с координатором операции оборвал и скрылся. «Жучок» сейчас распутывает его «след». Возможно, на что-то выйдет. Но след «холодный», - вздохнул Глеб.

- Но что-то есть? – уточнил Александр Андреевич. – Вы же с ними первые «работали»? А вы «работать» умеете.

- Одно имя. Догадаетесь, какое? – невесело усмехнулся Глеб.

- «Говорун»? – хмуро произнёс Александр Андреевич. Глеб кивнул. – Только имя?

- Нет. Словесное описание ещё: высокий, почти два метра ростом, широкие плечи, атлетическое телосложение, с некоторым избытком мышечной массы. Волосы тёмные, пегие от седины, короткие, глаза карие, глубоко посаженные, тяжёлые надбровные дуги, густые брови, скулы резко-очерченные, челюсть тяжёлая. Взгляд тяжёлый и «нехороший», улыбается часто, но улыбка «злая», больше напоминает «оскал», пальцы крепкие, узловатые, длинные. Кулаки большие, с «набитыми» костяшками.

- Под описание Гворкова подходит. Только седины раньше не было. И взгляд так сильно не выделяли. Вот его личное дело из архивов СИБа, - передал папку Глебу Александр Андреевич. Тот взял, пролистал и вернул обратно.

- Это мы уже из сети вытащили, - пояснил своё действие он. – Нет у вас такой же папочки на него, ка на Кашима? Отдельной?

- Нет. На него нет. Не того полёта птицей он был, что бы отдельную папку на него заводить.

- Четырнадцать лет прошло. За такой срок можно стать «интересней»…

- Если он не мистификация Кашима, конечно, - прервал Глеба Александр Андреевич.

- Что Кашим-то там делал, вообще? – задал вопрос, который его беспокоил, Глеб.

- Иван попросил его… точнее передал просьбу жены, чтобы Кашим присмотрел за ним на Ассамблее. Аню мучали дурные предчувствия, - ответил Александр Андреевич.

- Какая… своевременная интуиция, - потёр подбородок Глеб.

- Совпадение? – вяло предположил Александр Андреевич.

- Слишком много совпадений, - ответил Глеб. – Почему вы не смогли просто отменить своё участие?

- Голос Кацуры необходимо было использовать, - ответил Император быстро, так как и сам об этом уже раздумывал.

- Который обеспечил Кашим своей обмолвкой. А «интуиция» Принцессы Анны так неожиданно прорезалась сразу после того же «семейного» визита к ним семьи Кашима, на котором и были обронены те самые слова, - хмыкнул Глеб. – И как удачно совпало то, что год назад мы уже «работали» на Ривьере Второй, и именно в этом самом отеле, из-за чего досконально изучили его планы, систему охраны и отходные пути ещё тогда, из-за чего «работать» в этот раз мы могли практически сразу, и без дополнительной подготовки. Очень уж «забавные» совпадения. Не говоря уж о том, что Дядь Лёня точно знал число «Торпед» и время их «срабатывания». Про нашу Тактическую Сеть промолчу. Тут он и правда мог её взломать за те два дня, что мы не могли засечь его, а ведь он уже был на планете. Более того, держался где-то рядом с Объек… Иваном. Черт! Чувствую себя нубом, которого взяли Хаи в пати на босса! Просто не успеваю понять, что они творят! Давно нас так носом в… жёлтую лужу не тыкали… Целая операция прямо у нас под носом, а мы ни сном не духом! И если б одна!

- Привыкай, - невесело улыбнулся Александр Андреевич. – С Кашимом всегда так. Вроде бы всё видишь, всё знаешь, твёрдо уверен, что понимаешь, что происходит, а потом что-то выбивает из под ног почву, и ты осознаёшь, что вообще ничего не понимаешь в происходящем. Голова только кругом идёт.

- Вы то ладно, - вздохнул Глеб. – Вам простительно. А нас-то он лично готовил!

- Ну спасибо, парень, - хмыкнул Император. – Приложил, так приложил.

- Извините, Александр Андреевич, не хотел обидеть. Ну, вы меня поняли.

- Понял… - вздохнул Император. – Я другого не понимаю: почему он такой крутой? Откуда он такой вообще взялся? Словно бы и не человек вовсе. Та папка, что ты видел, рассказывает лишь о том, что он сделал, но никак не о том, как он сумел это сделать. И я всё чаще об этом задумываюсь… слишком он… превосходит всех, кого я знаю… даже вас, ребята. Все две группы разом. Как щенков…

- Могли бы и не добавлять, - поморщился и отвёл взгляд Глеб.

- Любезность за любезность, - пожал плечами Император. – Но что думаешь об этой конкретной акции?

- Об этой… Знаете, Александр Андреевич, чем больше думаю, тем больше мне кажется, что это «подражатель». Очень похоже на то, что устроил Кашим в Ниппонском Доме Правительства… если это конечно он устроил…

- Поясни свою мысль, - заинтересовался Император.

- По времени не сходится… И по почерку. Во всех остальных случаях, «Хэй Химура» «работал» чисто, словно медицинский скальпель: ни лишних жертв, ни разрушений. Здесь же… как граната в курятнике: много пуха, много перьев… слишком много выживших свидетелей. И главное: везде Кашим работал лично и «соло», а здесь было НЕСКОЛЬКО исполнителей, которых потом не нашли. Но при этом, в бортовом журнале угнанного правительственного звездолёта сохранилась запись с временем его старта с планеты. И это время… три минуты спустя после начала резни в Правительстве. Он бы физически не успел добраться до взлётной площадке с Премьером на руках.

- Это… занятно, - нахмурился Император. – А в ООН?

- Больше тридцати живых исполнителей, которые обеспечивали доставку и «активацию» Торпед, Александр Андреевич. Плюс само по себе использование смертников.

- Действительно, - постучал пальцами по столу Император. – На почерк Кашима не похоже.

- А сама акция… Кашим предупредил, что там готовилась «кровавая баня». И он не преувеличил. Ни капли не преувеличил. Именно «кровавая баня». Торпеды шли с трёх сторон и практически одновременно, перекрывая все три выхода из зала. У каждой двойки при себе имелась «вспышка» и армейские тесаки. Сами представьте, что бы там было, успей они вколоть себе стимулятор и применить «вспышку», хотя бы одну. Учитывая скорость, силу, живучесть и неуязвимость тех тварей, в каких люди превращаются под его действием. Принц Иван показывал вам запись попытки Спецназа СИБ взять одного такого?

- Это я ему показывал, - хмуро ответил Император.

- Тогда, должны себе представить последствия. Десяток секунд промедления, и вся наша «обученность» стала бы бесполезна. Нас перемололи бы в том зале, как фарш вместе со всеми, кто там был, и ничего бы мы не смогли. Как в Доме Правительства Ниппона, когда им пустили Хлор. Там тоже никакая подготовка не помогла бы. Ирма вообще подозревает, что тому, кто ту бойню организовал, плевать было на Правительство. Они были лишь «сыром в мышеловке»… или, скорее, козой, привязанной в лесу при засаде на волка.

- Капкан на Кашима? – взлетели в верх в изумлении брови Императора, а сам он откинулся спиной на стул. – С приманкой в виде ООН?

- С приманкой в виде Ивана, - поправил его Глеб. – Плевать Кашиму на ООН. А вот Иван… с ним их связывают какие-то отношения, странно похожие на дружбу, - Император нахмурился.

- Но в обоих случаях…

- В обоих случаях Кашим переиграл «охотника», воспользовавшись ситуацией для достижения каких-то своих целей. Тонко и виртуозно. В Ниппоне: украл Премьера из его кабинета, либо на выходе из него, не дожидаясь, пока тот дойдёт до совещательного зала. А шумом и хаосом воспользовался для взлёта и отдачи приказов военным. Блокировал Сектор. И три года прочёсывал Киото. Нашёл, что искал, или нет, мы, к сожалению, не знаем.

- А чего он добился в этот раз?

- Пытаемся понять, но пока не получается. Мало данных. Надо смотреть по последствиям.

- Что ж, я снова понимаю, что ничего не понимаю, - вздохнул Император. – Но с Кашимом для меня это привычное состояние…

- А я не хочу к такому привыкать, - сцепил руки Глеб. – Я хочу научиться разгадывать его ребусы! Когда-нибудь, я сумею оказаться на шаг впереди! Я превзойду его!

- Мечтать не вредно, - ухмыльнулся Император, видя пыл юноши.

- Вредно не мечтать, - ответно пожал плечами Глеб.

***

Глава 21

***

- Результаты? – тихо задал вопрос Император, сидящий за своим столом в своём кабинете, вошедшему на доклад через «парадную» дверь кабинета Начальнику СИБ.

- В результате следственных действий с переданными нам фигурантами, установлено следующее… - начал казённым тоном отвечать Рамиль Фаридович.

- Не топи меня в формулировках и ненужных подробностях. Не на пресс-конференции. Кто заказчик? САК? Османы? Израиль? Поднебесная? Кто?

- Точно установить не удалось, - ответил Начальник СИБ. – Среди фигурантов нет ни одного действующего агента иностранных разведок. В основном, это персонал и работники отеля, которых купили/запугали/заставили шантажом выполнить определённые действия, позволившие доставить исполнителей к месту проведения акции. Людей, что непосредственно занимались организацией акции всего шестеро. И все – наёмники. Двое раньше служили в ЦРУ, но… были уволены после достаточно громких дел. Один раньше был связан с Моссадом. Один… из наших, беглых СИБовцев. Двое остальных со спецслужбами на прямую не связаны. Так что для однозначного установления выгодополучателя данных не достаточно. Деньги шли через Банк «Цюрих», расположенный на Швейцарии. А с них отчёт или справку мы стребовать не можем.

- А руководитель группы? Тот, кто ставил задачи и платил деньги? Что известно о нём? – ровным тоном задал вопрос Император.

- Все задержанные однозначно опознают его, как «Говоруна», то есть, Говоркова Ивана Николаевича, - ответил Рамиль Фаридович, затем поднял к глазам свой планшет. – Фигурировал в деле о «Черном Солнце». Последний выживший из «Скунс»…

- Я помню, кто такой Говорков, - прервал Резнича Император. – Убийцу моего брата я хорошо помню. Его снимки им показывали?

- Да. По словесному описанию, по видеофайлам и снимкам все шестеро опознали «Говоруна», - подтвердил Резнич.

- То есть, он даже позывной не сменил? – чуть приподнял бровь Император.

- Получается, что так, - ответил Рамиль Фаридович.

- Что о нём вообще известно?

- Говорков Иван Николаевич, две тысячи четыреста десятого года рождения. Место рождения город Новопитер планеты Новопитер. Родители: мать - Говоркова Раиса Васильевна, учитель младших классов МОУ СОШ № 283 города Новопитер; отец – Говорков Николай Андреевич, инженер завода Росскосмос, Новопитерского филиала. Погибли в дорожно-транспортном происшествии, когда Ивану было семь. Близких родственников, заявивших бы права на опекунство над ним не нашлось. Попал в детский дом №12 города Новопитера.

- Опять детский дом, - тихо проворчал Император. – Запретить их, что ли? – Рамиль Фаридович прервался, с вопросом посмотрев на Императора. Тот чуть кивнул, давая знак, продолжать.

- В возрасте десяти лет отобран в Академию СИБ города Новопитера. Закончил Академию с отличием. Два года работал полевым агентом СИБ… направление Ликвидация. В две тысячи четыреста тридцать первом году отобран для участия в проекте «Скунс». Предположительно в том же году был завербован террористической организацией «Черное Солнце». В 2432 году организовал и совершил теракт, в результате которого погибли Великий Князь…

- Я помню. Дальше, - кивнул Император.

- После совершения теракта исчез. Розыскные мероприятия результатов не дали.

- То есть, шестнадцать лет о нём ни слуху ни духу, а тут всплывает, да ещё и с тем же позывным? – приподнял бровь Император. – Я не доволен вашей службой.

- Прошу прощения, Ваше Величество, - склонился в поклоне генерал-лейтенант Резнич. – Было начато расследование. И первые результаты уже есть.

- Докладывайте.

- Наёмник по прозвищу «Говорун». Его словесное описание совпадает с описанием Говоркова Ивани Николаевича. Наёмник «Говорун» в период с 2439 по 2440 работал в Азиатских Секторах: Ниппон, Империя Коре, Великий Въетнам. В Российской Империи не появлялся. Известно, что несколько заказов выполнил для ЦРУ. Имел собственный отряд с самоназванием «Скунсы». Был довольно успешен. В 2441 Весь отряд погиб в Киото. Сам «Говорун» тоже считался погибшим. «Всплыл» только в 2447-ом. Снова наёмник. Но уже без отряда.

- Где?

- Санта-Луис, - сказал Резнич и замолчал, видя задумчивость на лице Императора. Тот тоже не спешил что-то говорить. Какое-то время висело молчание. Затем Император оторвал взгляд от стола и поднял его на генерал-лейтенанта.

- «Говоруну» присвоить статус внимания «ноль». Сориентировать на него одного из Ликвидаторов класса «1+». Кто есть свободный?

- Мясник, Лис, Розмарин, - подумав, ответил Резнич.

- Мясника, - тоже что-то прикинув, выбрал Император. – И мне необходима информация. Всё, что только возможно найти по этому Говоруну. Особенно интересует его деятельность в Санта-Луис и Киотский период.

- Понял вас, - поклонился Резнич и сделал несколько пометок в своём планшете.

- Доклад ежедневно. Дело на особом контроле у меня лично. Принца Ивана так же держать в курсе.

- Вас понял, - сделал ещё пометку в своём планшете Резнич.

- Теперь по препарату, образцы которого вам доставили. И накопитель с информацией, что передал Принц Иван. Разобрались?

- Вполне, - кивнул Рамиль Фаридович. – Информация и препарат переданы научному отделу.

- Повторить смогут?

- Пока нет, Ваше Величество. Там какие-то сложности с составом, точнее со способом получения некоторых его составляющих. Мало знать химический состав, надо ещё иметь данные по процессу изготовления. Но работы в этом направлении уже ведутся.

- И что же? Действительно настолько мощная штука?

- Мы испытаний на людях не проводили, но трупы в ООН продолжали дёргаться почти два часа. Если бы Премьер Кацура так вовремя не срубил им головы, то боюсь даже представить, что бы там было. За два часа такой «неуязвимости» можно всё здание отеля «зачистить», не то, что одну комнату.

- Меня интересуют меры противодействия, Рамиль Фаридович, - чуть склонил голову Император, и голос его стал проникновенным. – Представь, что завтра такие «Торпеды», обвешенные оружием и бронёй, как новогодние ёлки, подойдут к парадному входу Дворца. И будет их не две, а десяток. Или два. Что мы сможем им противопоставить? Как остановить или задержать?

- Меры уже разрабатываются, Ваше Величество.

- А конкретно сейчас? Не завтра, не в следующем году, а сейчас? Прямо сейчас?

- Прямо сейчас к дворцу и резиденциям стягивается тяжёлая техника с автоматическими системами наведения и мощными скорострельными лазерами и плазменным оружием. Насколько бы ни была быстрой регенерация этих «Торпед», разорванное в клочья или сожжённое в пепел тело, она не соберёт. И, насколько бы их реакция ни была быстрой, она не быстрее хорошей автоматики.

- Пожалуй, - согласился Император. – Но танки и бронефлаеры в столице… Паника в стране не начнётся?

- Пиар-отдел уже работает над этим, Ваше Величество. Ситуация под контролем.

- Ни черта у вас не под контролем! – позволил рычащим ноткам гнева слегка прорваться в свой голос Император. – Моего сына чуть не зарезали прямо у вас под носом! И ни СИБ, ни СОИС, ни Контрразведка даже не дёрнулись! Проморгали убийц! Да я вас всех разгоню к чертовой матери, дармоедов! Если бы сам не позаботился о привлечении сторонних специалистов, сейчас бы уже к похоронам переодевался!! – Император говорил грозно. Его голос заставлял вжиматься голову генерал-лейтенанта в плечи, хотя на крик или повышение тона Император не переходил. Громкость его речи оставалась прежней, но легче от этого Начальнику Службы Имперской Безопасности не становилось.

- Ваше Величество… - осмелился подать голос Резнич, когда Император замолчал. – Дозволите спросить, что это за «сторонние специалисты»? Всё же СИБ… должен знать…

- Не дозволяю, - отрезал Император. – Это ЛИЧНО мои люди. И только Я знаю, кто они, как их найти и как с ними связаться. И я ЗАПРЕЩАЮ СИБ расследовать их личности. СБ уже получила соответствующее указание, и проследит за выполнением МОЕЙ ВОЛИ. Доступно излагаю?

- Так точно! – вытянулся по стойке «смирно» генерал-лейтенант.

- Поставленные задачи понятны?

- Так точно! Разрешите выполнять?

- Выполняйте, - кивнул Император. Резнич по-военному развернулся на каблуках на месте и строевым шагом, чеканя каждый шаг, вышел. А Император остался сидеть за своим столом. Он устало помассировал виски. Что-то староват он становится для таких ребусов, хотя, вроде бы какая-то картинка начинает складываться. Вот только, хоть сколько-то она действительности соответствует или нет? Кто бы ответил… Да и ребусы эти… Тут своих-то привычных дел столько, что голова пухнет: подумать только – танки на дворцовой площади! Да со времён восстановления Монархии такого не было! Какой же силы теперь политическая волна поднимется… да ещё и на фоне «перетекания Власти» от отца к сыну. Тут теперь дворянство и кормящиеся при Власти шакалы забурлят… только успевай новые блоки и союзы запоминать: кто за кого и против кого дружит. Как бы не дошло до попытки переворота на этой волне… Эх, Кашим-Кашим, заварил ты кашу. Мог ведь всё сделать тихо. Ведь по-любому мог! Но не стал. Демонстративно головы срубил, устроил… Шоу! Режиссёр, хренов!

***

Глава 22

***

- Что ж, - отложил ручку в сторону Император. – Как съездил? – обратился он к Принцу Ивану, который только что вернулся с не закончившейся после «инцидента» Ассамблеи ООН.

- Решение в нашу пользу, - ответил Принц, проходя и усаживаясь в «своё» кресло в отцовском кабинете. – Запрещение боевых стимуляторов по всем тем пунктам, за которые мы ратовали. С максимально возможным перевесом.

- Вот оно как, - проговорил Император, прикидывая что-то про себя. – А Ниппон? Как там Кацура?

- Кацура? – усмехнулся Иван. – Национальный Герой. Его популярность в стране достигла невероятных высот.

- Ещё бы, после того, как мы предоставили ООН запись из Тактической Сети наших погибших СИБовцев. Кацура выглядит просто Суперменом. Как он сам, кстати?

- На камерах выглядит молодцом, - хмыкнул Принц.

- А без камер?

- Руки у него трясутся. И, если бы можно было поседеть повторно, то он бы это сделал. Взгляд у него затравленный. Судя по кругам под глазами, спит очень плохо.

- Не сорвётся он? – нахмурился Император. – Нам из-под него ещё очередь в МИПРиТе получить надо.

- Я думаю, что не сорвётся. Жизнь и Власть он любит. Хотя, конечно, Кашим потоптался у него на нервах качественно. Но нет, не должен. На последней пресс-конференции, когда я официально благодарил его за спасение жизни от покушения, он был уже поживее. Даже руку пожать мне смог, почти не промахнувшись… Вообще, отец, как-то всё удачно сложилось: получается, мы шли на Ассамблею с жесткой позицией по вопросу о боевых стимуляторах не из собственных шкурных интересов, так как довольно сильно отстали по этому направлению от САК и Поднебесной, а с благородными намереньями «остановить безумие», имея материалы по этому новому препарату и «собираясь эти материалы обнародовать», но силы, что стоят за разработкой этого «чудовищного-бесчеловечного оружия» устроили покушение на меня, чтобы не дать обнародовать материалы. Покушение, которое лично и героически остановил наш «союзник» Премьер-Министр Ниппона, «Герой Бакумацу, Истинный Самурай, проложивший путь своей стране мечом»... САК и Поднебесная, с их научными достижениями и позицией противников запрещающей резолюции, стали выглядеть «очень не очень» в свете таким образом поданных фактов. Правда, мы сами выглядим почти «Святыми Мучениками», а «Героем-Подвижником» – Кацура, который «изначально поддерживал нашу позицию по вопросу», и «поддержал её делом». Да ещё и на пресс-конференции Кацура официально заявил об «урегулировании вопроса с Кейнаутским транзитом»… Вообще, сближение России и Ниппона становится каким-то уж очень… Даже не союзники уже, а практически друзья. Ещё пару взаимных жестов доброй воли добавить, и можно вообще «братьями» называться, - Император слушал разглагольствования воодушевлённого сына и хмурился. Нет, тот говорил всё правильно, оценку политической ситуации давал верную… но старательно обходил вниманием одну деталь – Кашима. А ведь эта деталь ключевая. Не «сложилось» всё, а Кашим так «сложил». И это заставляло Императора хмуриться. Не любил он, когда контроль ситуации у кого-то другого, а не у него в руках. Дискомфортное это чувство. А ещё и этот «Говорун»… не отпускало Александра Андреевича ощущение, что все они, со своими армиями, танками, космическими линкорами, Премьерскими Портфелями и Имперскими Престолами, лишь статисты, не более, чем декорации на сцене, где идёт партия Кашима с Говоруном. И кто кого в ней победит, в этой партии… и кто умрёт, и что будет разрушено, записанное в «попутный ущерб», на который щедры, что один, что другой…

А ещё, причём тут этот стимулятор? И пропавшие отрубленные головы в Киото? Как оно всё это связано? Какая-то мысль появилась на краю сознания Императора, он попытался «ухватить её за хвост»…

- Отец, - вырвал его из размышлений голос сына, окончательно спугнув мысль.

- Да? – поднял на него взгляд Императр.

- Почему танки на дворцовой площади? – спросил Принц. – Путч?

- Нет.

- А что тогда? Я не понимаю.

- Это единственное, что смогли придумать наши безопасники против «Торпед», подобных тем, что были на Ассамблее, - со вздохом ответил Император. Ему ещё только предстояло сделать заявление для прессы, которая так же задавалась этим вопросом. Пиар-отдел, естественно, что-то там уже придумывал, разрабатывал и готовил… но что ответить тем, кто не слушает Пиар-отдел? Как объяснять дворянству? Гвардии?

- Танки?! – изумился Иван.

- Танки на земле и бронефлаеры с тяжёлым скорострельным вооружением в воздухе, - ответил Император.

- Но отец? Не слишком ли? Танки! Это же танки!

- Ты слишком сейчас обманываешься лёгкостью, с которой Кашим остановил тех монстров. Он сам – монстр. Забыл Санта-Луис? Забыл состав засады? Остановили они Кашима? – хмурясь всё больше, говорил Император.

- Нет, - задумался и удивился своим собственным мыслям Иван. – Но разве у нас нет ещё людей уровня Кашима? Тот же Особый Отдел Контрразведки? Абордажники Космодесанта? Воскресенский, в конце концов?

- В том-то и вся штука, что я не знаю никого «уровня Кашима», кроме Кашима, - снова взял в руки ручку Император. – И я не могу понять этого. Всё чаще задаюсь вопросом, откуда он такой взялся?

- Как это «откуда»? – удивился Иван. – У тебя же есть его биография: училище контрразведки, СКООН, «Скунс», Особый Отдел, Воскресенский…

- И? Сколько парней ежегодно выпускается из Училища? Сколько человек в списочном составе СКООНа? Сколько их было в «Скунсе»? Сколько учеников было и есть у Воскресенского? Хоть кто-то из них, хоть близко подошёл к «уровню Кашима»? – бросил на стол ручку Император.

- Погоди, - нахмурился уже Иван. – Но у самого Кашима есть ученики…

- И он сделал их всех, как слепых щенков на этом «инциденте»!

- В каком смысле «сделал»? – стал взгляд Ивана прицельно-внимательным. – Они там были?

- Да.

- Но откуда?

- Я попросил. Лично. Попросил присмотреть за тобой.

- То есть, ты прибрал их к рукам?

- Рано пока так говорить. Но мои просьбы они готовы выслушать. И, если им самим это интересно, выполнить.

- То есть, Кацуру ты с ними обрабатывать летал?

- Да, - не стал отрицать Александр Андреевич.

- И на Ривьере Второй они за мной «приглядывали»?

- Обеспечивали безопасность Цели.

- И облажались?

- Да.

- Подробнее, - прорезалась во взгляде и голосе Наследника Императорская твёрдость и требовательность, что царапнуло по душе Императора, с одной стороны гордостью за сына, с другой задетой самостью, ведь Император пока всё ещё он.

- Кашим влез в их Тактическую Сеть и дал наводку на Восемь «Торпед». Они успели перехватить только шесть.

- Но перехватили же? А ты про танки…

- Перехватили ДО инъекции, Иван, - веско сказал Император, передавливая свой Иператорской твёрдостью Наследника. Показывая, кто, пока ещё здесь Папа. – И только шесть из восьми. При том, что без прямой наводки Кашима, они бы не отреагировали до тех пор, пока не стало бы поздно. И их было ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ, а Кашим ОДИН!

- Ну да, Кашим супер-профи. Но всё равно - танки? – опустил плечи Иван.

- Именно, что танки, сынок. Ты получил от Резнича доклад по «Говоруну»?

- По тому наёмнику? Получил, - без особого энтузиазма и интереса отозвался Принц. – Но причём тут он и танки на площади?

- Притом, что Говорун – последний из «Скунсов». У него какая-то история с Кашимом. У него есть этот новый стимулятор. И он считает тебя, сынок, хорошей «наживкой» для Кашима! Целью тех «Торпед» были не ООН, не скандал, даже не ты, а Кашим! Говорун охотится на Кашима! И ты – наживка! Вот поэтому танки. И бронефлаеры. И истребители-Универсалы, что дежурят на авианосцах, вставших «в дрейф» на орбитах над дворцом и резиденциями! Кашим живучий, как таракан, монстр, но ты-то нет!

- Ты не преувеличиваешь, отец? – поморщился Иван.

- Это ты никак не хочешь видеть серьёзность ситуации, - остыл Император и взял в руки свою ручку. – И я не знаю, как до тебя достучаться, что Кашим не твой ручной забавный зверёк, с которым весело, а «плазменная боеголовка несработавшей ракеты», которая непонятно, когда и от чего рванёт, испепеляя всё вокруг на многие километры.

- Ты преувеличиваешь, отец.

- Камбоджи и Киото тебе не достаточно? - вздохнул Импеатор. – Ещё примеры нужны?

- Оставим эту тему, - поморщился Иван. – Скажи лучше, как из-под Кацуры будем планету выковыривать?

- Сам же сказал: жесты доброй воли. Кейнаутский транзит он нам отдал, следующий ход за нами: подарим Ниппону проект Крейсера «Стремительный». В ответ он отдаст планету.

- А зачем им этот проект? – удивился Иван.

- Затем, что нам он не нужен, а дать мы что-то должны, для виду. Очередь в МИПРиТе Кацура нам так и так отдаст, слишком крепко я его за яйца держу, так зачем отдавать что-то нужное? – ухмыльнулся Император. И ухмылка эта была хищной, а взгляд жёстким. И сразу становилось понятно, что Император отнюдь не «добрый плюшевый мишка», а матёрый хищник, который своего не отдаст и не упустит. И слова «справедливость», «честность», «снисхождение к побеждённому», «великодушие»… знакомы ему только из строчек его публичных выступлений, но никак не относятся к нему самому. В политике идеалисты и бессребреники вообще не выживают, не то, что долго. А Александр Андреевич Васильев правил целой Империей уже не один десяток лет.

Мягкий, весёлый, мудрый, беззащитный он только для «Вождя» и других учеников Кашима, которые до сих пор ещё не обратили внимания, что больше половины «красной папки Кашима» заполнено выполнением именно его, Императора, личных приказов. Деталь маленькая, не очевидная, в глаза не бросается, но… насколько она всё меняет.

***

Глава 23

***

- В городе волнения, отец, - сказал Принц Иван, входя в кабинет отца. – Ты своими танками растревожил столько «осиных ульев», что я просто диву даюсь.

- Поволнуются и перестанут, - поморщился Император. – Ликвидатор, которого я отправил за Говоруном, мертв. Его след потерян на Санта-Луис. И в городе, где погиб Ликвидатор, был «инцидент» с новым стимулятором. Несколько сотен погибших.

- Отец, если ты танки не уберёшь, то «инцидент» уже в Москве случиться может. Путчем называться будет, - поморщившись, сказал Иван. – В гвардии волнения. Ко мне уже прямо подходят с «завуалированными предложениями» «подвинуть» тебя «на пенсию»… Отец, все вокруг считают, что ты из ума выжил!

- Посмотрим, кто будет «выжившим из ума», когда дворец придут штурмовать десяток бойцов под этим новым стимулятором. Как его, кстати, назвали?

- У научников какое-то длинное непроизносимое название, хрен запомнишь, в сокращении что-то вроде ЗМБТ с цифрами. Безопасники же просто "зомбятником" величают. Очень подходит, по-моему, - ответил Принц.

- «Зомбятник», - вздохнул Император. – Десяток таких вот «зомби» всю охрану дворца за полчаса разберёт, если убрать танки.

- Что он, этот Говорун, дурак что ли? За каким чёртом ему на Дворец «зомби» посылать? Или твои школьники что-то такое нарыли? – посерьёзнел Иван, остановившись.

- Нет. Мои «школьники», как ты говоришь, сейчас в Киото «роют». Половина. Другая половина на Санта-Луис, - ответил Император. – Вот твой Кашим где? Это вопрос куда интересней.

- Лёня-то? Так с сыном сидит. Сегодня его «очередь», - хохотнул Принц.

- То есть? – нахмурился Император. – Какая ещё «очередь»? Ты хорошо себя чувствуешь?

- Я-то хорошо, - не остался в долгу Иван. – А вот ты что-то выглядишь не очень. Анька сегодня с Леной в театр идут. А Леонид остался с восьмилетним Васькой толи химией заниматься, толи физикой… Вроде у него с какой-то лабораторной или практической работой что-то не очень получается…

- Так! А теперь медленно и раздельно, - потребовал Император. – Когда ты виделся с Кашимом?

- Не виделся я с ним, - вздохнул Иван, который и сам уже был не рад, что завёл речь об этом. – Говорю же: Лена с Аней виделись, пока я на этом дурацком приёме был у Асеевых, где мне делали «завуалированные» но недвусмысленные предложения.

- Когда?

- Утром.

- А в Театр они идут когда?

- Они уже там.

- Московский Большой Театр?

- Ну а какой же ещё? – Император не стал дослушивать, он уже нажимал кнопку селектора, встроенного в его стол. И, не дожидаясь ответа секретаря, произнёс в микрофон. – Резнича ко мне, немедленно!

- Да чего ты так переполошился-то? Что ты ещё придумал? Хочешь моей жене вечер испортить? – нахмурился Иван.

- Если я «всё придумал», то я лично перед ними обеими, и перед актёрской труппой извинюсь! – отозвался хмурый Император. Тут дверь открылась, и вошёл генерал-лейтенант Резнич. В случаях, когда Император вызывал лично и «немедленно», стучать не требовалось. Императора это промедление гневило. Рамиль Фаридович знал об этом, поэтому вошёл сразу. И встал ровно посредине кабинета точно напротив стола Императора.

- Большой Театр. Прямо сейчас. Усиленную оперативную группу с поддержкой спецназа. Но тихо. Насколько возможно, не снижая скорости, скрытно. Понял меня? – кратко, даже тезисно, поставил задачу вошедшему Император.

- Что ищем? – позволил себе уточнить Резнич.

- «Зомби», взрывчатку, - отозвался Император.

- Эвакуацию проводить?

- Н-н-нет, - раздумывая, протянул Император. – По возможности вообще зрителей не тревожить и спектакль не останавливать.

- Разрешите исполнять?

- Ты ещё здесь?

- Отец, по-моему, это уже слишком. Ты с этими своими «теориями заговора» переигрываешь, - недовольно сказал Принц, мимо которого опрометью пробежал на выход Резнич, на бегу достающий свой коммуникатор.

- Да? – глянул на него Александр Андреевич. – Может быть ты и прав… может быть, - уже спокойнее сказал он. – Вот заодно и посмотрим развилась у меня уже паранойя или нет, и ты сынок действительно «в прицеле» у двух маньяков.

У Ивана непроизвольно проскочили холодные мурашки по спине.

- А ты, пока, посидишь здесь, со мной, в кабинете, под защитой дворцовой охраны, танков, бронефлаеров и авианосцев… до получения результатов от Резнича.

- Отец, ты серьёзно? – посмотрел Иван на Александра Андреевича.

- Абсолютно, - уже жёстко закончил Император.

***

Час тянулся долго. И для Ивана и для Александра. Но для Ивана дольше, так как Александр Андреевич был в своём кабинете. Он включил свой ноутбук и занялся какими-то своими делами. А вот Иван, идя сюда, свой коммуникатор взять забыл. И теперь маялся бездельем.

Но вот, опять же, без стука, в дверь кабинета вошёл Резнич.

- Результаты? – потребовал, оторвавший от экрана взгляд Император.

- Театр был заминирован. Боевой отравляющий газ НХ-13. Шестнадцать человек с инъекторами ЗМБТ-11, - доложил Резнич.

- Потери? – нахмурился Император.

- Потерь нет.

- Как такое возможно?

- Баллоны с газом были уже деактивированы, а «зомби»… убиты прямо во флаере-микроавтобусе, в котором прибыли к Театру. Неизвестный просто подошёл, открыл дверь и расстрелял всех, кто был внутри из ЛПС-15. Потом обошёл машину и застрелил водителя, - доложил Резнич.

- Откуда известно?

- Нашли свидетеля. Он видел происшествие из окна дома напротив. Тип оружия установили по нанесённым ранам.

- Опознать убийцу свидетель может?

- Нет. Свидетель запомнил только, что это был мужчина, белый, среднего роста, не толстый. Большего добиться не смогли.

- А ребёнок, лет восьми, там рядом случайно не крутился? – спросил Император.

- Сейчас уточним, - ответил Резнич и тут же поднял планшет, начав что-то на нём набирать, используя кольцо-манипулятор. – Так точно, Ваше Величество, был ребёнок. Мальчик. Он выглядывал из-за двери служебного входа Театра.

- Мальчика опознать свидетель может? – снова обмен сообщениями.

- Нет, - поднял глаза от планшета Резнич. – Внешность ребёнка свидетель не запомнил. Он про него вообще вспомнил только после вашего вопроса.

- Иди, - велел генерал-лейтенанту в штатском Император. Тот повторять не заставил, поклонился и вышел, не забыв прикрыть за собой дверь.

- Вот тебе и «практическая работа по химии», - передразнил сына отец. – Чем тебе БОВ не «химия»? Ну и кто тут теперь мразматик, а кто слепой придурок?

- Отец, но… - попытался что-то сказать Иван, но не подобрал слов, да и Император не дал ему договорить.

- В Киото, в сорок первом, таким же способом был уничтожен весь Кабинет Правительства! – закончил за него Император.

- Но ведь сегодня же ничего не случилось. Кашим сам обо всём позаботился…

- А в следующий раз? Позаботится? Или просто заберёт свою девку и уйдёт? – задал вопрос разгорячённый Александр Андреевич. – Вот поэтому-то и танки! И домашний арест вам с женой! Прищемите свои задницы дома, и не высовывайтесь никуда, пока не разрешу! Понял меня?

- Да отец, - понурился Принц. Но возразить ему было нечего.

***

Глава 24

***

Прошло три дня, с тех пор, как Принц Иван заперся в загородной резиденции и не показывал оттуда носа по приказу отца. Новых «инцидентов» не происходило. Покушений, штурмов, диверсий не было. Зато обстановка во Дворце Императора накалялась с каждым пройденным днём. С каждым часом.

Танки ведь так и стояли на площади, бронефлаеры с тяжёлым ракетным и лазерным вооружением продолжали «висеть» над территорией, действуя на нервы и давя на психику своим низким гулом, что шёл от их генераторов, словно от роя рассерженных пчёл.

Император сидел в своём кресле, за своим дубовым письменным столом и читал присланные ему из Киото документы.

- Здравствуй, Твоё Величество, - раздался в кабинете голос. Император резко поднял голову от монитора и натолкнулся на насмешливый взгляд до боли знакомых глаз на знакомом лице.

- Кашим, - констатировал Император. Он присмотрелся к молодому человеку, что сидел, на подоконнике, дурашливо улыбаясь и покачивая ногами. Подоконники в кабинете Императора были широкие, удобные для сидения: стены же толстенные. Ну и стёкла бронированные, само собой. Естественно, запертые и на сигнализации. Как этот молодой человек проник в кабинет? Дверь же не скрипела, а окно всё ещё закрыто.

Хотя, чему удивляться? Для этого человека кабинет Императора никогда неприступным не был. Молодой человек… Время его… практически не изменило. Если сравнивать с фотографией на надгробии. Но, если сравнивать с тем, каким он был при крайней их личной встрече, то он вырос. И повзрослел, хотя в прошлый раз он так же сидел на подоконнике и болтал ногами. – Пришёл-таки…

- Александр Андреич, там, за дверью, собираются люди, чтобы прийти и «отправить вас на пенсию». Можно я их всех убью? – глазками голодного щеночка посмотрел на Императора молодой человек в свободных серых брюках и светло-бежевой рубашке, болтающий ногами и зажавший в отставленной в сторону руке очки в тонкой золотой оправе.

- Убивай, - равнодушно двинул плечом Император.

- Нет, так не интересно, - поморщился молодой человек. – Слишком равнодушно и самоуверенно. Нет экспрессии, нету чувства…

- Ну уж, как есть, - позволил себе даже тень улыбки Император.

- Надеетесь на Особый Отряд, да? – предположил Кашим. Улыбка на губах Императора проявилась чётче. – На прямую связь с ними с пульта, что вмонтирован в стол, - Император ухмылялся уже откровенно. – На два тайных хода из кабинета? Да? А ещё на систему аварийного блокирования двери кабинета? На то, что дверь задержит бунтовщиков, пока вы уйдёте в тайный ход, либо ведущий за территорию Дворца, либо в специально оборудованный бункер, который без тяжёлого вооружения, которое к нему никак не подгонишь, не вскрыть? Всё верно, Александр Андреевич? – ухмылка Императора лучше всяких слов подтверждала правильность утверждений молодого человека. – Вот только… есть пара слов, которые портят всю картину: Семечкин предал, - и эти два слова действительно подействовали. Ухмылка императора замёрзла. Глаза его забегали, говоря о том, что их обладатель судорожно просчитывает варианты и возможности.

- Не мог он предать, - уже без самодовольства и самоуверенности произнёс Император. – Его же первого убьют после моего падения.

- Старый он стал, - улыбнулся молодой человек. – Домик себе прикупил в Аргентине. Серьёзным счётом обзавёлся в «Цюрихе»… а главное: влюбился. Представляете? Не зря говорят: седина в бороду – бес в ребро. В молодую, красссссивую, - аж зажмурился парень и помотал головой, произнося это слово, - танцовщицу… Такая, понимаешь, страсть… И опостылевшая служба выжившему из ума Императору, который ведь не отпустит. Убьёт скорее, но не отпустит… «Он слишком много знал», - развеселился ещё пуще прежнего молодой человек в бежевой рубашке и с очками в руке.

- А что мешало… здесь? Он же… имел всё: и деньги, и власть, и влияние… он же здесь, в Москве, второй после Бога!

- Что? Ну, как бы сказать-то? – задумался парень. – Ты.

- Я?

- Да, ты, Александр Андреич, - вновь улыбнулся он. Он вообще любил улыбаться. И посмеяться над хорошей шуткой. Только вот шутки его обычно казались совсем не хорошими тем, с кем он шутил.

- Но почему?

- Быть может потому, что ты тоже любишь красивеньких молоденьких и страстных танцовщиц? Когда не видит Матушка-Императрица, естественно.

- Но причём тут… - начал Император, но прервался.

- Вспомнил? – улыбнулся шире и приветливей молодой человек, который любит улыбаться. – Вспомнил, Александр Андреевич. На память ты никогда не жаловался.

- Альгинда?

- Она, голубушка. Она, - покивал улыбчивый. – Как же его корчило и крутило-то, когда он передавал ей цветы с твоей открыткой с приглашением… - Император прижал ладони к лицу и глубоко, со свистом вдохнул. Потом выдохнул. – А тут такой случай удобный! Император САМ танки на Дворцовую Площадь выгнал, дворянство и гвардия бурлят. На Наследника одно за другим «заманчивые» предложения сыплются, а Император даже не чешется! Не наказывает, железной рукой порядок не наводит, а всё за какими-то призраками гоняется. То и дело из Дворца и от СОИ сбегает, все дела на Наследника бросая, словно вьюнош неразумный… а тут ещё радость-то: сына своего, что своими отказами от «предложений помощи» умы смутьянов смущал, батюшка в загородной резиденции запер! Лучше же не придумаешь! Так не соглашается на «предложения», по факту согласится, когда уже на Престол возводить будут… в трауре. Одна беда: Император – Лис старый, тёртый, матёрый. Из своей норы всегда пару выходов на готове держит, да ещё и Особый Отряд этот его… С другой-то стороны: а у кого от всех этих нор ключики? Да и Особый Отряд услать куда-нибудь, к чёрту на куличики, разве долго?

- Ты врёшь.

- Я? – удивился и оскорбился молодой человек, что сидел на подоконнике, держась за его край руками и помахивая ногами. – Я вообще, когда-нибудь вру? Особенно тебе, Александр Андреич! Как же можно-то! А не веришь… так ты проверь! Проверь, Твоё Величество! Долго что ли? Свяжись с кем-нибудь из особого отряда, пока ещё время есть, пока двери ломать не начали… - Император ткнул в специальную хорошо спрятанную кнопку под столешницей… и ничего не случилось. Даже индикатор световой не загорелся, сообщающий о срабатывании системы. Ни-че-го.

Император тут же нажал другую кнопку. Но с тем же результатом. Поднял трубку красивого, под старину оформленного телефона, но услышал в ней лишь короткие гудки. Бросился к потайной двери одной – не открылась, к другой – тоже. И система блокировки «парадной» двери молчала…

Император деревянной походкой вернулся за свой стол и упал в кресло, уткнувшись ртом и носом в сложенные домиком руки, локтями стоящие на столе.

Он поднял глаза на парня, что всё так же продолжал сидеть на подоконнике, помахивая ногами и светло, дружелюбно улыбаясь. В глазах Императора стоял страх.

- Можно я их всех убью? – с прежним выражением маленького мальчика, просящего себе конфетку, на лице спросил Ангел.

Император судорожно закивал.

- Ну вот, теперь верю, - улыбнулся парень. – Сразу бы так…

Спрыгнул с подоконника и ушёл через парадную дверь, не прощаясь.

Следующие сорок минут показались Императору бесконечными. Особенно, когда тишину коридора за дверью прорезали сначала возбуждённые голоса и шаги. Потом в дверь выстрелили из плазменной винтовки, в район замка, нагрев скрытую в двери под обшивкой броню, так что обшивка с внутренней стороны двери начала дымиться и чернеть.

Дальше там послышались крики, какой-то свист, шелест, снова крики… Потом всё стихло. Дверь отворилась и вошёл тот же юноша с окровавленной парадной саблей Императора в руке. Когда он успел снять её со стены? Император не успел заметить.

От избытка чувств он вскочил со своего кресла. А парень, подойдя шагов на пять, махнул в сторону Императора саблей, обдав его брызгами крови. От чего Александр Андреевич вздрогнул и дёрнулся, но отскочить или уйти не посмел. А парень подошёл и положил саблю на стол, рукоятью к хозяину.

Парень подмигнул Императору. Озорно, по-детски… а потом исчез, стоило только Александру Андреевичу моргнуть.

Вот только не исчезла сабля. Не исчезла кровь. Не исчезли тела за дверью. И не исчезла злость. Даже ярость Императора.

Эти твари забыли своё место! Эти твари посмели! Они поплатятся!!! Все они! Ведь Император жив! А они больше нет. И пора наводить порядок.

Александр Андреевич схватил саблю со стола и решительно направился прочь из своего кабинета.

***

Глава 25

***

- Поздравляю, отец, ты вписал своё имя золотыми буквами в Историю! – с порога объявил Принц Иван, вошедший в кабинет отца, с интересом осматривая дверь и следы от попадания заряда плазмы на ней. – Или, всё-таки, красными? – поправился он, найдя пропущенные уборщиками потёки крови на этой двери. – Александр Кровавый! Звучит! Бешенный Медведь страны Варваров. Обезумевший Кровавый Маньяк у Власти. «Лицо Диктатора», - принялся Иван цитировать заголовки иностранной прессы. – О! Этот мне особенно нравится: Палач Свободы! Звучит! Согласись ведь: звучит!

- Чего пришёл? – грубовато отозвался Император, отсылая жестом из кабинета всех лишних людей. – Забыл про Большой Театр? Или, думаешь, про тебя забыли?

- Я думаю, отец, что после того Шоу, что ты тут устроил, - отбросил всякий шутливый тон Принц. – На Престоле тебе уже не сидеть.

- Это мы ещё посмотрим! – набычился Александр Андреевич.

- Да тут смотри-не-смотри, отец, - устало опустился в «своё» кресло Иван. – Сейчас не каменный век. Не получится усидеть на Троне после такого. «Международное сообщество» взбеленится и жизни не даст. Всем похеру, что у каждого из Лидеров руки не меньше твоих в крови, но у них это всё «тихо», без шума... Цивилизованно. А ты – кровавый варвар. Тиран, Палач и вообще нехороший человек, «редиска».

- С Кацурой же как-то смирились, - вяло рыкнул Император, который и сам прекрасно всё это понимал.

- С Кацурой проще – Ниппонцев никогда-то за «цивилизованных людей» Европейцы не держали… эм, точнее вообще за людей. Так что Кацура – экзотика. А ты…

- А я Тиран-Людоед, - оскалился Император.

- Ну, сам же понимаешь всё, - пожал плечами Иван. – Хотя, «пиарщики» говорят, что удержать Власть ты можешь. И даже с нынешним имиджем. Но тут уж «курс» менять будет нельзя: начал рубить, руби дальше. «Закручивай гайки» в Абсолютизм. Думаю, при правильной подаче, народ даже поддержит: они любят Хлеб и Зрелища. С «Хлебом» сейчас в стране всё в порядке, так что, если ты обеспечишь им ещё и Зрелище, то возмущений не будет… наверное. Но с Конституционной Монархией придётся попрощаться. Иначе тебя по этой же Конституции и судить надо: сорок два собственноручных, предумышленных убийства – это не глухая старушка на пешеходном переходе, это уже серьёзно. Это Заявление! А такие Заявления надо оправдывать. Бросать на половине пути нельзя.

- Ты-то сам что мне предлагаешь? С чем пришёл? Чего хочешь? – прищурился Император Александр Кровавый.

- Хочу? – задумался Иван. – Да ничего я не хочу. Тем более принимать Корону. Но ты, своими идиотскими действиями и их фееричным финалом, буквально заставляют меня это делать.

- МОИ действия? – набычился Император. – Мои?!

- Ладно, пап, не заводись, - устало вздохнул Принц. – Я прекрасно знаю, что саблю ты вообще никогда в руках не держал, кроме как на фотосетах. А уж сорок человек, вооружённых и сопротивляющихся, зарубить ты физически не смог бы, в каком ни был бы состоянии аффекта. Кто? Твой Особый Отдел?

- Кашим, - практически выдавил из себя Император. – Меня обложили, как зверя в берлоге. Самый надёжный человек предал. Деваться было некуда. Вообще никаких шансов… И тут… этот… со своим «Можно я их всех убью?»…

- И ты кивнул? – вздохнул Иван.

- А что я должен был, по-твоему делать?!! – взорвался Александр Андреевич, бросая ручку на стол с такой силой, что с неё слетел колпачок и укатился куда-то вниз. Да и сама ручка слетела со стола и упала на ковёр. – Ждать, пока меня убьют?!! Благородно подставить шею под удавку или вену под инъекцию яда?!

- Танки надо было убрать, когда я тебе об этом говорил!! – так же вскочил с кресла Иван, у которого эмоции бушевали ничуть не меньше, чем у отца. – И меня не отсылать за город! Тогда бы вся эта ситуация вообще не сложилась! До Переворота довёл не Кашим, а ты! – какое-то время мужчины стояли, тяжело дыша, буравя друг друга взглядами и сжимая кулаки молча. Потом… первым сдался и сел на своё место старший. – Я доигрался и потерял хватку. А жив остался только благодаря Кашиму… Но что ты теперь предлагаешь?

- Что тут ещё можно предложить, - вздохнул Иван, тоже опускаясь на то место, с которого вскочил в порыве чувств. – Неделя у тебя, чтобы «Железной Рукой» навести порядок. Казнить всех тех, кого ещё не доказнил, доразогнать тех, кого не доразогнал. Полный карт-бланш. Хоть лично головы руби: у тебя это неплохо получается: Министра Финансов-то ты сам зарубил, под камеру. Точно не Кашим.

- Достал он меня, - буркнул Император. – «Нет денег, нет денег…» тьфу! Давно руки чесались.

- И Министра Юстиции.

- Тварь он был! Но убрать никак не получалось его. Вечно выскальзывал…

- И Министра Обороны.

- А нехер!..

- Что «нехер»? – уточнил Иван.

- Просто, нехер! – ответил Александр Кровавый.

- Хм. Резонно, - чуть кивнул, соглашаясь Принц. – И не поспоришь… В общем, неделя тебе на бесчинства, а дальше «Я устал, я ухожу». Такой вот вариант. Пиарщики там остальное «допилят», красиво сделают, что б «комар носа не подточил», но основа такая.

- А потянешь? – с сомнением посмотрел на сына Император. С сомнением и… недовольством. Власть отдавать не хотелось.

- А куда я денусь? – вздохнул Принц. – Да и, если что, у меня всегда под рукой «пугало» есть. Ведь, пока у меня Наследник не вырастет, если со мной что случится, Корона автоматически перейдёт к тебе… в сильные, по локоть окровавленные руки. Так что эту недель Империя должна запомнить! На годы вперёд запомнить.

- Вот ведь блядский Кашим, - ругнулся Император. – Из «Любимца Народа», «Просвещённого Монарха», «Радетеля» и «Сеятеля»… в «Кровавое Пугало» и «Безумного Палача» в один день… Ведь мог же он всё сделать тихо! Знаю, что мог!

- Скажи спасибо, что он вообще решил за тебя вписаться. Мог ведь просто в стороне постоять и понаблюдать, как тебя «на пенсию» отправляют. Всей толпой сразу, - пожал плечами Иван.

- Зачем-то ведь ему это надо было, - в который раз задумался Император. – Что же он в этот раз задумал…

- Вот как раз и будет у тебя время заниматься своими «расследованиями». Хоть до посинения. Через неделю, - веско закончил Наследник Престола. – Когда Корону мне передашь. А сейчас: работай давай! Оправдывай прозвище, Александр Кровавый! Что б мне, через неделю, Империя тихой и «шёлковой» досталась!

- Халявщик, - недовольно проворчал Император.

- Ладно, ты работай, а я поеду в загородную резиденцию, чтобы твои бесчинства со мной не связывали. И «обиженки» жалобами не доставали. Через неделю, призовёшь меня официально. Сделаем всё красиво: приеду Весь В Белом, и спасу от тебя Империю. Буду добр, милостив и милосерден… составь, кстати, списочек, кого мне помиловать можно будет из «несправедливо обиженных» - должники мне пригодятся… особенно обязанные жизнью. Да и для имиджа хорошо…

- Иди уже отсюда! – рыкнул Император. – Достал!

- Иду-иду! – улыбнулся Иван, вставая с кресла. – Всё, меня нет!

- Кашиму привет передавай, - буркнул Император.

- Вместе с недовольством? – уточнил Иван, уже открыв дверь и почти выйдя.

- Не вздумай!!! – врезался в дверь, брошенный рукой Императора планшет.

- Шучу я, шучу, - заглянул обратно, успевший выскочить и прикрыться дверью от броска, Иван. – Чего такой нервный?

- Будешь тут нервным, - пробурчал Александр Андреевич. – Подольше с Кашимом пообщаешься, ещё не таким нервным будешь…

- Это да, - зябко повёл плечами Иван, вспомнив морг. – Ладно, счастливо оставаться, «Дикий Кровавый Варвар»… - и снова скрылся за дверью, в которую опять врезалось что-то тяжёлое. Кажется даже рабочий ноутбук Императора.

***

Глава 26

***

Вечер. Город. Солнце клонится к горизонту, окрашивая небо в яркие розовые-оранжевые цвета. Городская улица погружена в этот цвет, что делает её зыбкой, но при этом слишком резкой, контрастной и от того нереальной.

На улице, между пешеходной зоной и «проезжей частью», проезжей в кавычках, так как уже больше века весь транспорт в обитаемом космосе – летающий, но при этом ему ведь надо где-то садиться и как-то летать, взлетать, от того и выделяются на улицах городов «проезжие зоны», растёт дерево. Большая, старая цветущая сакура.

В нереальном, неверном свете закатного солнца, лепестки её розовых цветов смотрятся как-то по-особенному, усиливая ощущение нереальности и сказочности момента. Почти совсем безветренно, но нет-нет, да оторвётся один-другой лепесточек и, кружась в вязком воздухе спланирует на дорожное покрытие, пополняя собой ковёр таких же, что уже устилает его.

Открывается дверь в ограде особняка в классическом японском стиле. Из дверей выходят люди: сначала пятеро в европейских костюмах, с оружием в руках. Взгляды настороженные, скорострельные короткоствольные лазерные автоматы на готове, предохранители сняты. Среди этих пятерых, европеоидный разрез глаз только у одного. Остальные азиаты, но друг на друга не слишком похожи: всё же вьетнамцы, корейцы и японцы с китайцами достаточно сильно различаются… для привычного глаза. На взгляд непривычного европейца, все они на одно лицо.

Следом за ними выходят двое: японец среднего роста в дорогом европейском деловом костюме и европеец высотой под два метра, широкоплечий, тоже в деловом костюме. Взгляд европейца внимательный, цепкий. Оружия в руках не держит, но под полой пиджака угадывается кобура с пистолетом, а с другой стороны ножны с боевым ножом.

Эти двое выходят, а следом за ними начинают выходить ещё пятеро с оружием.

Как раз к этому моменту с неба опускается дорогой мощный вместительный флаер. Он останавливается на «проезжей части», и боковая его дверь отъезжает в сторону.

Тут, с каменной ограды, в которой как раз и была дверь, спрыгивает человек в черном, стилизованном под традиционный самурайский, костюме с белой сплошной «безликой» маской на лице.

Человек двигается очень быстро и очень точно. Он прыгает выставленным острием меча вперёд, нацелясь его кончиком в спину высокого европейца.

Тот, как-то почувствовав неладное, начинает разворачиваться и тянется за пистолетом, от того меч входит не в спину, а в бок мужчины. В бок, протыкая его насквозь, чуть ниже края рёбер.

Человек в маске не останавливается ни на секунду. Лишь только ноги его касаются земли, как он уже выдёргивает меч из раны… точнее прорубается мечом наружу сквозь тело, так как активированная ферритовая полоска на лезвии катаны позволяет это сделать. Ей всё одно: что металл, что камень, что человеческая плоть – одинаково хорошо режет всё, кроме другого активированного феррита. Но там уже, в чём энергии больше, то и «победит».

Меч человека в маске взрезает живот высокого европейца, орошая кровью японца, впавшего в ступор. Человек в маске, высвобожденным мечом срубает руку с автоматом ближайшего к нему охранника, ныряет за спину другого, закрываясь им от третьего, и рубит… рубит… рубит. Быстро, часто, смертоносно. Удары короткие, чёткие, смертельно точные. Человек постоянно перемещается, совершая при этом минимум движений, шагов, поворотов, уклонений, словно не человек вообще, а машина, компьютерная программа…

Десять секунд, и двенадцать ударов меча. А человек в маске подбегает к флаеру, что пытается взлететь, никого не дожидаясь, и рубит по лобовой части кабины, со стороны водителя. Меч с «ферритовой заточкой» легко проходит металл, пластик и композиты насквозь, по самую рукоять уходя лезвием внутрь машины. И это лезвие достаёт водителя коротким росчерком по гортани. Водитель начинает захлёбываться собственной кровью, бросает управление, хватаясь за рассечённое горло. Флаер, оставшийся без управления начинает заваливаться набок при подъёме, потом вовсе закручивается и врезается в соседнее здание, где и остаётся застрявшим, гудя двигателями, потерявшими от удара поле шумоподавления. Человек в маске подходит, к пытающемуся ползти высокому европейцу с разрубленным животом и вонзает меч сверху вниз, в ползущее тело. В спину, в район сердца и поворачивает меч в ране. Затем вытаскивает его, оглядывает «поле боя», бросает на тело японца, уже затихшего, сложенный листок с «приговором» и, аккуратно обходя растекающиеся лужи крови, перешагивая тела и части тел, местами ещё дёргающиеся в конвульсиях, подходит к обочине. Там достаёт маленькую пачку влажных салфеток и старательно протирает лезвие своего меча.

Высокий европеец с распоротым животом и раной в спине дёргается и снова пытается ползти. Человек в маске смотрит на свой меч, который от крови уже оттёрт, смотрит на ползущего европейца. Чуть склоняет голову к левому плечу, раздумывая. Потом подбирает ближайший автомат, лежащий на асфальте и всаживает из него очередь в «ползуна». В спину, в ноги, в плечи, в голову. Длинную очередь.

Тут вдалеке начинают слышаться полицейские сирены. Человек в маске протирает рукоять автомата салфеткой и бросает его. А сам уходит. Скрывается из поля видимости камеры. Проходит какое-то время, высокий европеец снова дёргается и продолжает ползти.

Он доползает до ближайшего тела и впивается в плоть зубами. Кусает, рвёт, быстро и жадно проглатывает куски, чтобы снова побыстрей откусить ещё.

Дальше запись обрывается.

- Это то, что нам удалось найти в Киото, - сказал Глеб, когда Александр Андреевич закончил просматривать видео и отложил планшет на стол.

- Это ведь Говорун, да? – спросил Император.

- И Кашим, - кивнул Глеб. – Момент гибели отряда «Скунсы». Часть отряда. Весь отряд состоял к тому времени из двадцати трёх человек. Остальные погибли позже. Уже после «Резни в Правительстве».

- Получается: двенадцать? А сколько было убийц в Доме Правительства?

- Девять.

- А ещё трое?

- Скорее всего, оставались в прикрытии, обеспечивали отход группы.

- Резонно, - задумался Император. – Выходит, что «Говорун»… не совсем обычный человек?

- Обычный человек не сможет двигаться с проткнутым сердцем и простреленной головой, - хмыкнул Глеб.

- А что за японец? – перевёл тему Император.

- Правительственный чиновник из Министерства Обороны. Достаточно высокопоставленный. Курировал вопросы новейших военных разработок. В частности, его отдел разработал «Вспышку».

- Что ж, - побарабанил пальцами по столешнице бывший Император. После подписания отречения в пользу сына, у него освободилось удивительно много времени. При этом, остались весьма «длинные руки», ведь ни одна служба, ни один чиновник или царедворец не смели отказать отцу Императора в его маленькой или не очень просьбе. А тем, кто всё же сомневался (всеми силами пытаясь унять дрожь в коленях от страха перед Александром Кровавым), очень быстро приходил звонок с командой «с самого верха». Это же касалось и СИБ с СБ СИБ. – Вот вам и «лаборатория» всплыла.

- Мы тоже об этом подумали, - пожал плечами Глеб.

- Вопрос только один: как уцелела запись? Где вы её вообще взяли?

- Взяли?.. Человек в чёрных косоде и хакама, в белой маске был довольно… знаменит во время «Нового Бакумацу». Его называли Киотским Демоном. Или «Киотским Они», если по местному… Или «Киотским Шинигами». Но чаще всё же на европейский манер: Демоном или Жнецом, всё же взаимопроникновение культур сказывается: христианская и католическая нежить замечательно прижилась на Островах, ещё на старушке Земле… Ладно, это лирическое отступление. Дело не в мифологии и не в прозвищах. Дело в том, что был создан чуть ли не целый специальный отдел в Полиции Киото, который занимался расследованием убийств, им совершённых. Естественно, отдел был под плотным патронажем спецслужб… и, между прочим, имел Чрезвычайные Полномочия. Вот из архивов этого отдела и взято видео. Там ещё много таких: Кацура же говорил, что Химура Хэй действовал «демонстративно». У него не было задачи убивать тайно и чисто. Он был «разящим мечом революции». Хитокири Киотский Они.

- Но разве концовка этого видео не заинтересовала спецслужбы? – удивился Александр Андреевич.

- Естественно заинтересовала. Не могла не заинтересовать. Но Говорун исчез. Буквально растворился после этой стычки. Не смогли его найти. Видимо, «Скунс» был всё же не пустой затеей – научили, как минимум, хорошо прятаться в тылу противника, - отпил из своего стакана зелёный сок фейхоа Глеб.

- И что же у нас получается? – решил подбить промежуточные итоги Александр Андреевич. – Кашим прилетел в Сектор Ниппон… с до сих пор неизвестной целью. Завербовался к Кацуре и принялся устраивать террор. Во время одного из эпизодов террора, сталкивается с Говоруном… не узнать он его не мог – у Кашима практически идеальная память, а Говорун почти не изменился, да и информацию о будущих жертвах Кашим должен был собирать, как минимум об их охране. Результат столкновения на этом видео: половина отряда Говоруна уничтожена, сам он… чудом выжил и подался в бега. Дальше… Говорун устраивает ловушку на Кашима в Доме Правительства. Кашим его переигрывает и похищает ВрИО Премьера с правительственным звездолётом, при помощи которого блокирует Сектор. Пока всё правильно?

- Противоречий с известной нам информацией нет, - обтекаемо согласился Глеб.

- По-прежнему мы не знаем задачу Кашима в Ниппоне, не знаем, что он делал после этой стычки и Блокировки Сектора.

- Ну, кое-что знаем: Кашим выследил и убил всех членов отряда «Скунсы». Кроме, получается, самого Говоруна, - вставил Глеб. – Мы «раскопали» личности всех. И всех их убили в течении пары месяцев после блокировки Сектора. Головы отрубили всем. Забрали, правда всего две.

- Ну, я бы после такого видео, - хмыкнул Александр Андреевич. – Тоже стал «контрольный» наносить. А то, что Кашим эту запись видел, думаю, факт сомнению не подлежащий.

- Я тоже так думаю, - кивнул Глеб. – Кстати, о головах… Рубили их в то время часто. Но похитили ровно сто. И чаще всего, это делал именно Киотский Демон.

- Значит, всё-таки, Кашим… зачем же они ему понадобились-то? – потёр подбородок Александр Алексеевич. – Вроде бы фетишизмом он не страдал… Да и число уж больно круглое. На случайность не похоже.

- Ещё интереснее, что последняя голова пропала шесть лет назад, за три дня до отбытия Кашима из Ниппона. И принадлежала Кураи Ниши, признанному Мастеру Меча, который сохранял нейтралитет и в гражданской войне не участвовал. Мастер Кураи жил в своём доме-додзё один, семьи не имел, находился в почтенном возрасте девяноста двух лет. Был найден мёртвым в своём собственном зале учениками. В белых косоде и хакама, без головы, но с мечом в руках.

- А остальные жертвы? Искали, что их объединяет?

- «Архитип маньяка»? – усмехнулся Глеб. – Естественно. И не только мы. Тот самый отдел продолжал существовать и после блокировки Сектора.

- И что? Какой «Архитип»?

- Бойцы. Самые сильные и умелые. Мастера Меча, Мастера Копья, стрелки из лука, выдающиеся стрелки из более современных видов оружия… и так далее. Долго всё перечислять. В Киото того времени действительно слетелась толпа Профи-Убийц со всего обитаемого космоса. Там у них чуть ли не негласное соревнование было, кто круче.

- И кто оказался круче? – усмехнулся бывший Император.

- Киотский Демон, естественно, - пожал плечами Глеб. – Блокировка Сектора произошла через полгода пребывания Кашима в Ниппоне. Сняли блокировку через три месяца. Всё оставшееся время там шла эта резня. Туда слетались, как мухи на мёд различные «Киллеры-Мастера» и просто психи, жаждущие адреналина. Не завидую я тамошней полиции того времени. Работы у них было немеряно. И пятьдесят девять сильнейших лишились голов.

- Пятьдесят девять? – удивился Александр Андреевич.

- Да. Остальные, это: почти полный состав первого набора Шинсен-гуми, Кураи Ниши и бойцы «Скунсов».

- Наводит на странные мысли такой набор жертв, - подумав, сказал Александр Кровавый.

- На какие же?

- Уж не самоутверждаться ли Кашим в Ниппон ездил?

- Ну… выглядит действительно очень похоже, - хмыкнул Глеб и снова отпил из своего стакана.

***

Глава 27

***

Нагору Тома, парень шестнадцати лет, среднего для японцев роста, кареглазый, черноволосый, как японцу и положено, спортивный, подтянутый и, наверное, даже симпатичный, стоял и разглядывал своё отражение в зеркале.

Отражение ему нравилось. Он озорно подмигнул ему, закинул полотенце на плечо и вышел из ванной.

Небольшая съёмная квартирка с комнатой на «шесть татами», маленькой кухней, туалетом и ванной комнатой обходилась семье Томы не так уж и дорого. Вообще, в прошедшие полтора года недвижимость в Киото сильно подешевела с этими беспорядками, погромами, введением и выведением войск в город и из него, усилением полицейского режима и непрекращающимися убийствами на улицах и в домах чиновников, политиков, клановых… Разгулом так называемых «Хитокири».

Да уж, город Киото не был безопасным местом. С другой же стороны, война войной, а жизнь движется. И в школу ходить надо.

Нет, можно, конечно, и не ходить: бросить, записаться в Народное Ополчение или новобранцем в «Армию» какого-нибудь Клана, как сейчас многие делают. Можно просто примкнуть к какой-нибудь банде, благо выбор есть. Но что потом?

«Ополчения», «Армии»… смута когда-нибудь кончится. И в этом «мясе» отпадёт необходимость. Куда они дальше? Без образования, без профессии? Если только в регулярную армию или в Полицию. Но так ведь и там для «мяса» весёлого будет не много. Банды же… это просто «билет в один конец». Стоит кому-то всё же закрепиться у власти, из тех, кто сейчас туда рвётся, и начнётся наведение порядка, как это называется «железной рукой», с «полевыми судами» и «чрезвычайными полномочиями», когда всю эту бандитскую вольницу просто растопчут военными берцами войсковых операций. С бандами церемониться никто не будет. Никому они не нужны. За них даже Якудза не вступятся, так как нынешние тупые малолетки шлют Кланы Якудза лесом с их правилами и «канонами».

Так что учиться надо, война ведь кончится…

Родители… Нагору Сато и Нагору Акеми, работают в космолётостроении, что-то там по контролю качества или соблюдению стандартов… Тома не вникал. В командировках они частенько. И всё в длительных, по нескольку месяцев минимум.

Зато платят им хорошо. Достаточно, чтобы сыну снимать однокомнатную квартиру совсем недалеко от очень приличной школы. Вот и сейчас: Тома не видел родителей уже месяц и, минимум столько же не увидит. Что ж, Тома давно привык к самостоятельности, так что это его почти не напрягало.

Выйдя из дома, он направился знакомой дорогой к школе, по-пути, мысленно прикидывая, что ему надо будет зайти прикупить в магазине на обратной дороге. Вроде бы только продукты, чистящие-моющие средства ещё не кончились, так что достаточно будет ограничиться продуктовым, и не пилить ещё полквартала до хозяйственного.

Нет, естественно, нынче не каменный век, и всё можно купить с сервисом доставки на дом, благо инфраструктура развита очень неплохо, но… Томе не очень нравилось покупать еду по сети. Как-то куда спокойнее выбирать продукты, когда ты можешь их видеть, потрогать, проверить свежесть и пригодность к готовке. Особенно, когда готовишь сам.

Да и надёжность доставки как-то стала хромать в эти «неспокойные времена». То дрона-доставщика банда собьёт по приколу. То не по приколу, а ради доставляемого им груза. То вовсе: «вспышку» недалеко шарахнут эти психи с мечами, что увлечённо режут друг друга на вечерних и ночных улицах Киото.

«Кстати, про психов», - подумалось Томе, когда пришлось отскакивать в сторону и прижиматься к ограде дома, чтобы пропустить мимо толпу человек в пятнадцать, что шли, гордо выпячивая грудь, расправляя плечи и «крылясь», держа руку на заткнутых за пояса их псевдо-традиционных «самурайских» нарядов, старательно демонстрируя наличие этих железок. Один даже выделился и прикрепил к спине палку с «традиционным» флагом-прапором, на котором были криво намалёваны иероглифы названия Клана. – «Хотя, тут скорее придурки, или даже идиоты», - продолжил свою мысль Тома, глядя в след удаляющимся парням и потирая грудь в том месте, где его специально задел плечом один из них. – «Гордые, храбрые… посмотрел бы я, какие вы храбрые, когда бы на Киотского Жнеца нарвались! Сколько ему потребовалось бы на всю вашу толпу? Десять секунд? Пятнадцать?».

Киотский Жнец… Томе нравилось его именно Жнецом называть, а не «Демоном», на английский манер, или «Они» на японский.

«Они» - рогатые и клыкастые, краснокожие прислужники Ада Дзюбэй. Как-то совсем этот образ не подходил к тому, кого так называли. Ближе было бы «Шинигами», но уж больно этот образ в популярной культуре затаскан. Прямо оскомину набил, можно сказать. «Демон» - как-то тоже не совсем то… А вот Жнец… Он ведь не пугает никого, не искушает. Он просто убивает. Появляется и собирает свою Кровавую Жатву. Просто Жнёт… Да и что, что слово не японское? Раньше Тома частенько с родителями в их командировки мотался. Приходилось ему и в России бывать. Нахватался там всяких словечек и присказок… матерных, правда, в основном, но и остатка хватает, чтобы блеснуть иногда в компании экзотикой.

Да и вообще, языки Томе хорошо давались. Нет, нельзя назвать его полиглотом, но уж такого «скрипа», как у остальных его одноклассников, при их изучении он не испытывал.

Но, в конце концов, Тома же никому не навязывал своё мнение и не толкал в сетевых баталиях скучающих придурков, зависающих в чатах и на форумах, в массы именно свою версию прозвища для самого известного Убийцы Киото.

Тома вздохнул, ещё раз потёр место столкновения с плечом придурка из «Армии Клана» и пошёл дальше в школу.

Полквартала спустя на него из бокового проулка выбежал и накинулся другой школьник.

- Нагору-кун! Где пропадал? – раскрыв объятия, в которые явно собирался заключить Тому, прокричал Чуть полноватый парень на полголовы ниже самого Томы.

- Отвянь, Момотару-кун! – поспешил увернуться от обнимашек Тома. – Сколько раз говорил, что не педик, чтобы обжиматься с парнями!

- А сколько раз я говорил, что не «обжиманье» это, а «дружеские объятия»! Способ выразить и показать тебе свою дружбу! – вскинул кулак перед собой Момотару Дзюбей, одноклассник Томы и его, чего уж тут - друг.

Хотя, сложно сказать, на чём могли сойтись такие разные люди: Момотару – геймер и отаку. Причём, самый классический вариант: полноватый, шумный, немного странный, ещё раз шумный, и ещё раз шумный.

Тома – не отличник, но в верхней половине списка учеников стабильно держится, иногда, даже, в верхней трети или четверти. Спортсмен-кендоист, однако совсем не звезда спорта. Да и не имеет особого стремления к этому. Просто, в своё время родители привели в секцию, вот по сей день и продолжает ходить. По инерции, наверное. Да и так, парень довольно тихий, что по характеру, что по поведению.

Но вот уж как-то сошлись, и уже на протяжении пяти лет общаются, держатся вместе, дружат. Случается и такое. Случаются и более странные вещи в мире.

- Занят был, - пожал плечами Тома. – Ездил к родственникам в пригород. У бабушки был день рождения. Праздновали.

- Да? Ладно, - отозвался Момотару, но создавалось полное впечатление, что он даже и не дослушал. Что ж, впечатление было верным. – Ты не представляешь, на что я наткнулся в Сети! Это бомба! Просто бомба! Круть из крутяков! Вот! – достал он свой коммуникатор и стал активно показывать его экран Томе.

- И что это? – остановил руку приятеля и всмотрелся в экран Тома. – Какое-то приложение… Новая игра?

- Именно! Но ты не поверишь, какая это игра! Знаешь, о чём она?

- Да откуда ж мне знать? – улыбнулся Тома.

- Она про Киото! Про наше «смутное время»! Про убийц, что орудуют в городе! Вот! Смотри! – развернул полный экран своего гаджета Момотару и растянул окно игры на него на весь. Тут же принявшись тыкать на различные элементы интерфейса. – Тут практически полный список есть! И даже рейтинг по крутизне!

- Рейтинг по крутизне? – хмыкнул Тома. – И кто же на верхушке?

- А сам не догадываешься? – рассмеялся Момотару. – Конечно же Токийский Демон! Кто же ещё?

- Ну, так-то действительно, кто ж ещё, - согласился Тома. – Но откуда список? Из Полиции?

- Не знаю, - пожал плечами Момотару. – Но вряд ли. Тут же не имена, а прозвища. Да ещё есть и те, за кем числится ноль убийств. Такие-то точно в Полицейские списки попасть не могли. Да и вообще, я так понимаю, что это не реальный список, а игровой. За каждым пунктом списка стоит игрок, который в игре набирает очки за «убийства» и повышается в Рейтинге. В принципе, смысл стар, как мир, но сама идея! Идея запуска Игры по реально существующему городу, в котором идёт реальная гражданская война, с реальными убийствами на улицах! Да как у создателей на такое смелости-то хватило?!

- Ну, идея действительно интересная, - не мог не согласиться Тома. – А как исполнение? Каков геймплей?

- Вот с геймплеем я пока-что, честно говоря, не разобрался, - признался Момотару.

- Ты, и не разобрался? – удивился Тома. – Ты же геймер-задрот-ветеран, как ты можешь не разобраться?

- Да, понимаешь ли, тут в создании персонажа очень уж заморочено всё.

- Да?

- Именно. Создаётся впечатление, что это вообще не ига, а приложение какое-то. Тут даже счёт создаётся анонимный вроде бы прямо как в «Цюрихе»… Я специально лазил в Сеть, смотрел, так регистрационное окно прям один в один… Тут создаёшь себе аватар, придумываешь прозвище… А вот что потом, я так и не понял пока.

- А что такое? – заинтересовался Тома.

- А дальше открывается электронная карта Киото, и всё. Причём, карта такая себе, не простая совсем! Тут и маршруты патрулирования Полиции, и местонахождение патрульных машин, и даже переговоры по внутренней оперативной сети Полиции. Расположение и угол обзора всех полицейских и муниципальных камер, их мёртвые зоны... Ну и всякая мелочь попроще, вроде загруженности трасс, войсковых кордонов, горячей линии Службы Спасения и всяких других экстренных и коммунальных служб… Да тут даже внутренний план зданий есть! Кру-у-уть! – восхитился Момотару, листая и тыкая открывшуюся карту.

- Да? – Тома заинтересовался тоже. – Прикольно кто-то поработал. Это же надо столько труда потратить, что бы всё так подробно придумать…

- Слушай, Тома, - вдруг слегка поумерил свои восторги Момотару. – А может и не придумал…

- С чего ты взял?

- Да вот же, смотри! Это наша школа! И вот её подробный план… тут все камеры, входы-выходы, все этажи и даже система сигнализации показаны… А сама рисовка… да это же прямо снимки со спутника!.. Видео со спутника… О, смотри, патрульный флаер должен по этой улице мимо нас сейчас пролететь… - мальчишки одновременно обернулись и подняли головы, чтобы увидеть реально пролетевший мимо них патрульный флаер Полиции.

- Кру-у-у-уть!.. – вырвалось у них одновременно. – Скинь и мне тоже эту игрушку! – попросил Тома.

- Да не вопрос, лови установщик. Он, кстати, бесплатный вообще… о, всё, скинул. Остальное само из Сети докачается.

- Спасибо, - кивнул Тома, запуская установку на коммуникаторе, а сам коммуникатор убирая в карман.

- А где ты вообще эту штуку нашёл-то? Уж больно она… «нецензурная», что ли, не знаю, как лучше объяснить, - спросил Тома.

- В Даркнете, естественно, - пожал плечами Момотару. – В открытой Сети-то разве сейчас что найдёшь? Там на каждый чих лицензия идёт, а за лицензию – плати! У! Кровопийцы капиталистические! – погрозил кулаком неизвестно кому парень. – Спасибо Ками, что есть ещё Даркнет и энтузиасты с пиратами! Ещё можно найти что-то путное, не платя за это бешенных бабок!

- Доиграешься ты когда-нибудь со своим Даркнетом. Там же не только «пираты», там же и настоящие преступники сидят!

- Ну и что? Я же оружия и наркотиков с детской порнографией не пытаюсь купить. Чего мне бояться? – беспечно пожал плечами Момотару. В этот момент его коммуникатор пиликнул. – О! Похоже, начинается, наконец, и сама игра! Мне только что бросил вызов какой-то И-го-р Тесак!

- Да? И что теперь?

- Не знаю, - пожал плечами Момотару, активно лазая по приложению. – Вот его положение на карте отобразилось… Всё исчезло… Так, о, вот: положение показывается раз в час… Ему моё, мне его. Прикольно…

- Так, Момотару-кун, глянь на время! Мы в школу опаздываем! Потом поиграешь…

- Да? – вскинул непонимающий взгляд Момотару, потом глянул на время и спохватился. Дальше они уже не шли к воротам школы, а бежали. Ворота ведь закрываются. И их охраняет Полиция усиленная пятёркой Шинсенов из нового набора. Ну, а кто что хотел? «Неспокойные времена» в Киото.

***

Глава 28

***

Школьный день пролетел быстро. Не сказать, что сильно весело, но в общем-то… как обычно. Домой Тома, как и собирался, прошёл через продуктовый, но купил всего в двое больше, чем планировал изначально. Почему? Всё просто: они договорились с Момотару, что тот зайдёт к нему в гости «делать уроки».

Ну, понятно, что это просто отмазка для родителей Момотару. На самом деле парни собирались позалипать в эту новую крутую игрушку, что раскопал Момотару. У Томы всё никак не получалось на переменах разобраться с регистрацией нового игрока. Перемен для этого не хватало. Не на уроках же наглеть и светить своим гаджетом? За это и в Дисциплинарный Комитет на беседу угодить можно, а то и к директору.

Готовить… не сказать, что Тома любил. Просто, когда ты живёшь один, то волей-неволей приходится этим заниматься… или жить на фастфуде, растворимой лапше и чипсах. На второй вариант Тома согласен не был, поэтому готовить худо-бедно научился, но вот именно полюбить это занятие пока что не мог. Он относился к нему спокойно. Еда получалась вкусная, и Томе этого было достаточно. Какими-то особыми изысками или изысканиями не занимался.

Момотару появился как раз к тому моменту, как еда была готова. Но в этом нет ничего удивительного, чай не первый раз они уже так стыкуются.

- Здорова, чувак! Чем это у тебя так вкусно пахнет сегодня? Прямо отсюда чувствую божественный аромат! – поприветствовал друга Момотару, разуваясь на пороге и проходя в квртиру.

- Ничего особенного, - пожал плечами Тома. – Мисо-суп и рис с карри.

- Ксо! Нагору-кун, был бы ты девушкой, я бы на тебе женился!

- Ты не первый раз уже так говоришь, - отозвался Тома. – Но я, спасибо Ками, не девушка. А, если бы и был ей, то ни за что не подпустил бы тебя к себе!

- Ты тоже говоришь это не первый раз, жестокий-жестокий Нагору-кун! – «разнылся» Момотару.

Плотный ужин не затянулся: оба школьника были в достаточной степени голодными, так что подмели свои порции за «чемпионское время».

Момотару собирался было тут же по окончании еды проскользнуть в комнату, но Тома был неумолим: сначала мытьё и уборка посуды с кухней, только потом всё остальное! Момотару попытался было воззвать к жалости и состраданию своего товарища, но результата добиться не смог – Тома достаточно долго жил один, и прекрасно знал, что если не сделать дела сразу, тогда, когда есть вспомогательная пара рук, то позже это всё равно делать придётся, но уже ему одному, не надеясь ни на чью помощь. Так что парень был суров и непреклонен. Даже, можно сказать – брутален, чем вызывал невольную зависть у своего менее волевого друга.

Только, когда закончили убирать за собой кухню, ребята перебрались в комнату, где уже развернули свои гаджеты, удобно устроившись на тёплом полу.

- Так, глянем, что тут у тебя? – проговорил Момотару, заглядывая в развёрнутый экран коммуникатора Томы. – То есть, ты ещё только в самом начале…

- Угу, - отозвался Тома. – А когда мне было вникать? Уроки, клуб, магазин, готовка, - пожал он плечами.

- Ничего, сейчас всё сделаем, я с этим этапом уже разобрался, тут всё просто… - говорил Момотару, быстра двигая рукой с кольцом-манипулятором на пальце, открывая и закрывая какие-то окошки и менюшки. – Заморочено, но просто… Это вот мы открываем счёт в «Цюрихе», это мы регистрируем аппарат в сети каких-то там бла-бла-бла спутников… это мы привязываем аккаунт к номеру… так, теперь сканер отпечатков и сканер лица… сканер сетчатки глаза… хм, всё, теперь можно создавать персонажа…

- А не крутовато? – изумился Тома, проходя все процедуры, - Для обычной игры биометрические параметры?

- Да не парься ты, все эти данные и так в твоём коммуникаторе хранятся. Ты ж их сам при покупке туда забиваешь для блокировки-разблокировки аппарата. Думаешь, нормальная приложуха, если написана не кривыми руками, их оттуда не вытащит? Да ты ж сам ей разрешение на это дашь, не читая подтвердив запрос при установке. Так что не парься: тут хотя бы всё честно и открыто… вот только отсылается в «облако»… хм, ну и ёкай с ним. Давай уже персонаж создавать!

- А что для этого надо?

- Так, сейчас… Тут довольно примитивно: нужна просто аватарка и ник-нейм. Даже странно для такого графона, - почесал в затылке Момотару. – Ну и ладно, может позже будет редактор персонажа, а пока что только учётка… - Момотару взял коммуникатор Томы и быстро сфотограффировал его на встроенную камеру.

- Эй! – возмутился тот.

- Да ладно тебе! Ты ж красавчик, зачем тебе фейковый перс на учётке? – пожал плечами Момотару. Тома собрался было поспорить, но махнул рукой, очень уж не терпелось поиграться с той чудной картой, которую в школе то и дело крутил его товарищ на своём коммуникаторе.

- Всё, осталось только имя придумать… Что, может какой-нибудь «Жесткий Нагибатор»? Или «Железный Кулак»?

- Да иди ты! – почти обиделся Тома. – Не хочу твоих дурацких приколов. Пусть будет что-то простое, что-то обычное…

- Обычное? – вскинулся Момотару. – Точно! Как раз и к аватарке подходить будет, и оригинально… - уже самому себе говорил он, быстро что-то набрав и сохранив. – На.

- Эй! Ты что, уже? Ты уже без моего ведома назвал мою учётку?! – не было предела возмущению Томы. – «Обычный Японский Школьник»?!!! Ты обалдел?!

- Да ладно, тебе подходит, - рассмеялся Момотару.

- Я тебя сейчас стукну, ксо! – замахнулся кулаком на товарища Тома.

- Да поменяй ты имя сам, и все дела! – почти справившись со смехом, отполз в сторону Момотару от разгневанного Томы.

- Да не меняется! – обиженно отозвался Тома. – Всё! Даже функции такой нет. Один раз сохранилось, теперь только перерегистрироваться… Ксо! Тут и перерегистрироваться нельзя: на одни биометрические параметры один аккуаунт!

- Ксо, что, правда что ли? – удивился Момотару и полез в свой гаджет. – Ксо, точно… Ксо, Нагору-кун, прости меня, пожалуйста. Я не знал, что тут нельзя поменять ничего… я просто хотел пошутить.

- Ха-ха, - хмуро произнёс Тома. – Пошутил. Очень смешно.

- Ладно, Нагору-кун, не обижайся. В конце концов, это просто дурацкая игрушка. Ничего же страшного не произошло. Всё равно ведь, ну поиграешь ты в неё недельку, да надоест тебе, как и остальные игры, которые я тебе подкидывал… - Тома тяжело вздохнул.

- Ладно, Ками с тобой, - отозвался он. – ОЯШ так ОЯШ, что там дальше-то? – сел на место и полез в свой коммуникатор Тома. – Сам-то ты как назвался?

- Я? – отозвался Момотару. – «Дзюбэй», как и всегда.

- Да, - вздохнул Тома. – Имечко тебе родители дали, что надо.

- А то ж! – не стал отнекиваться Момотару. Ему его имя тоже нравилось. «Сильное имя для сильного человека!», - как частенько любил говорить он. Правда, при этом на «сильного человека» похож был… с допущениями. С ну очень большими допущениями. Однако, совершенно не унывал по этому поводу. Да и не заморачивался вообще. Хотя, в качалку походить бы ему стоило.

- Что там у тебя с этим Игорем? Который «Тесак»? – перевёл тему Тома.

- «Тесак»… По городу перемещается. Сорок минут назад возле школы нашей крутился. Сейчас, минут через двадцать новое «сканирование» будет, - отозвался Момотару, увлечённо «лазающий» по своему коммуникатору.

- А как тут вообще «перемещаться» по карте-то? – спросил Тома. – Как двигать туда-сюда саму карту, приближать-удалять я понял. Даже более-менее в функционал начинаю «въезжать», но вот как своё местоположение изменить? Что-то у меня никак не получается.

- Да там элементарно, - не отрываясь от своей игрушки, ответил Момотару. – Надо сам телефон переместить. Тогда и точка на карте сместится.

- То есть? – нахмурился Тома. – То есть, вот эта вот штука, использует для работы моё настоящее местоположение? Что-то это всё меньше и меньше на компьютерную игру похоже.

- Так в том и кайф! – сказал с воодушевлением Момотару. – Прикинь, я разобрался, как тут к уличным камерам подключаться! Я теперь за кем угодно в городе подсматреть могу! Вот, смотри: это наша школа, коридор возле нашего класса… вот камера на входе, даже охранники наши проресованы… о! О! Ты глянь, этот гад прямо на угол ссыт! Вот сволочь, а?!

- Круто, - хмыкнул Тома. – Покажи, как ты это делаешь?

- Да вот тут вот, видишь: иконка, выбираешь участок карты, отмечаешь его и жмёшь иконку, тут же подсвечиваются все доступные камеры на этом участке… только большой кусок не выделяй, а то тормозить будет. Грузиться долго – камер-то много. Потом выбираешь любую и просто щёлкаешь на неё. Разворачивается дополнительное окно, и смотришь… - пояснял Момотару, показывая, куда и как нажимать.

- Действительно, просто… вот только, Момотару-кун, это же реальные камеры! Реального Киото, а не придуманный игровой мир! Ты разве не узнал охранника?

- Конечно узнал, - пожал плечами Момотару. – Зассанца такого…

- Вот, смотри, тут камера есть прямо напротив моего дома. Её можно чуть довернуть, чтобы увидеть моё окно. Вот, смотри: я машу рукой. Видишь? – подошёл Тома к окну, отдёрнул занавеску и помахал рукой.

- Ксо! Тома! Я тебя вижу! Кру-у-у-у-уть! Это же чё? Я реально за кем угодно подглядеть могу? Та-а-а-ак! Где тут у нас женские душевые в нашей школе расположены… - загорелся Момотару новой идеей. – Ага… нашёл… так… всего-то две камеры… ну… так-то и они незаконны, но глянем… так, полосочка прокрутки… О!!!! – впал в нирвану Момотару. – Тот извращенец, что их устанавливал, знал толк в своём деле… - протянул он. – Жаль, качество не очень… Сразу видно – кустарщина, самоделка энтузиаста-сталкера, а не работа администрации…

- Эй! Это же аморально! – возмутился Тома. – Подвинься, дай и мне посмотреть…

- На. Но у тебя такая же карта в руках. Сам найти можешь…

- Да что б я такое искал?! – снова возмутился Тома. – Да и ты нашёл уже, двигайся…

- Ладно, - не стал возражать Момотару.

- Воз-му-ти-и-и-и-тельно… - протянул Тома, прилипая взглядом к экрану.

***

Глава 29

***

Пиликнуло оповещение на коммуникаторе Момотару.

- Что это? – спросил Тома.

- Это? «Сканирование» прошло. Сейчас можно глянуть местоположение того «Тесака», - пожал плечами Момотару.

- «Тесака»? – насторожился Тома. – Ну ка глянь!

- Да дался он тебе, тут такие!...

- Глянь! – настоял Тома.

- Ла-а-адно, - неохотно согласился Момотару и свернул окошко с записью камеры из душевой. – Что тут у нас… Хм, Нагору-кун… а «Тесак-то» в паре сотен метров от нас… Всё, закончилось «сканирование».

- Точка осталась?

- Да.

- Давай, быстрее, ищи камеры радом с тем местом! – заторопил Тома, словно забыв, что в руках у него такой же функциональности гаджет, что и у товарища.

- Да ищу, ищу, - уже гораздо серьёзнее отозвался Момотару, в голосе которого даже начало проскакивать беспокойство. Всё же уже слишком много моментов было, которые намекали на совсем не шуточность происходящего. Да и сама тематика «приложухи»… «Киотский Турнир Убийц» звучит довольно зловеще в свете того, что карта показывает совершенно реальный город в реальном времени.

- Вот, эта, эта и эта ближе всего… - быстро «щёлкал» по карте Момотару. – Так… смотрим… не то… не то… стоп! Вот он! – воскликнул Момотару, а у Томы похолодели руки. На найденном видео стоял и смотрел в свой коммуникатор высокий накачанный европеец в осеннем плаще из-под которого выглядывали ноги в тёмных брюках. На голове у него была чёрная шляпа, а в руках, одетых в перчатки, был коммуникатор, в котором мужчина увлечённо «лазил».

- Что-то я не хочу встречаться с этим парнем, - проговорил Момотару и поправил воротник, ставшей вдруг слишком тесной рубашки. – Что делать?! Нагору-кун?! – повернулся он к однокласснику. В глазах его плескалась паника. – Я не хочу! Не хочу умирать!

- Почему: «умирать»? – протормозил Тома.

- Потому что у этого «Тесака» на «счету» уже шесть «фрагов»! Я смотрел в рейтинге! – почти взвизгнул Момотару. – Что делать? Что делать?! Нагору-кун?! – вскочил и начал метаться по комнате он.

- Выбрось телефон и беги, - предложил Тома самый очевидный вариант.

- Ага! А ты видел функциональность «прилажухи»?! Сколько тебе времени понадобится, чтобы, используя её, отыскать меня по камерам проследив путь от выброшенного телефона? Час? Два? – продолжал метаться Момотару. – Мой адрес он уже, по-любому знает… Куда я побегу, Нагору-кун?

- В Полицию! – сказал нервничающий не меньше него Тома. – Отдать им «комм», показать приложуху, объяснить всё! Мы же ничего противозаконного не делали! Полиция обязана нас защитить!

- Полиция… Полиция… Полиция… - начал хмуриться, будто что-то вспоминая, Момотару. Потом быстро достал свой «комм» и что-то на нём начал искать. И очень быстро нашёл. – Нельзя в Полицию!!! – чуть ли не взвыл он. – Смотри! – и ткнул своим коммуникатором прямо в нос отпрянувшему от такого Томе. Тот взял из его руки гаджет и принялся смотреть, что там такое. А там был текст: «Правила Турнира», - гласил заголовок.

Далее шли пункты:

1.Убийство Игрока – 200 000 $

2.Убийство Шинсен Гуми – 1 000 $

3.Убийство Полицейского – 100 $

4.Убийство Военного – 80 $

5.Убийство Гражданского – 50 $

6.Приз Победителю – 100 000 000 $

7.Не потраченные деньги убитого Игрока прибавляются к счёту убившего его Игрока.

8.Игрок, бросивший вызов, и Игрок, которому бросили вызов, видят местоположение друг друга на карте один раз каждый час.

9.В случае попадания Игрока с коммуникатором в Полицию, на этого Игрока получают заказ все Игроки. Его местоположение отмечается для всех постоянно, а не один раз в час, как при дуэли.

10.Награда за убийство Игрока, попавшего в Полицию – 1 000 000 $.

11.Потеря или разрушение коммуникатора не критично. На любой новый купленный коммуникатор автоматически будет выслан дистрибутив приложения.

Тома читал эти строки и не мог поверить в реальность подобного. Слишком уж это всё было… неправильно! Кому и зачем вообще в голову могла прийти мысль, устроить что-то такое?!!

- Помнишь 13-ый Полицейский Участок, Нагору-кун? – тем временем спрашивал Момотару.

- Тринадцатый? – нахмурился Тома, оторвавшись от чтения.

- Неделю назад? По новостям передавали? Помнишь?

- Что-то такое… Стоп! Это тот, который вырезали средь белого дня? Весь, до последнего человека?!! – дошло до Томы, и глаза его полезли из орбит, а всё внутри похолодело от ужаса.

- Помнишь: ни одна партия или банда не взяла на себя ответственность.

- Ты думаешь?..

- Думаю, что туда попал Игрок с коммуникатором. Там была настоящая бойня! – лицо Момотару в этот момент своим выражением практически повторяло лицо Томы: ужас, неверие самому себе, подступающая паника, бледность и лезущие из орбит глаза.

За окном, на улице громко каркнула ворона. Момотару поднял коммуникатор и быстро нашёл камеру домофона на входной двери в подъезд Томы.

Камера показывала пустую лавку, клумбы, дорогу, тротуар, подход к подъезду. Затем в кадре появился тот самый европеец в плаще, придерживающий левую сторону рукой. В правой у него находился коммуникатор, с которым он сверялся.

Подойдя к двери, мужчина остановился, что-то нажал на коммуникаторе, и дверь бесшумно отворилась, даже не издав характерного домофонного писка, напоминающего, что дверь неплохо бы поскорее вернуть на место. Мужчина шагнул в открывшийся проём и аккуратно прикрыл за собой дверь.

***

Глава 30

***

Когда к тебе по лестнице спокойно, уверенно и неотвратимо поднимается Смерть, это страшно. Это очень страшно! Это очень-очень-очень страшно!

А ещё это адреналин. Много. Буквально из ушей бьющий адреналин, заставляющий сердце биться где-то возле горла, давящий на виски. Лихорадочно скачущие мысли и буквально физическая невозможность устоять на месте.

А страх и адреналин очень подстёгивают мозги, занятые только одним: поиском способа выжить.

Момотару метался по комнате, ища возможность и путь для побега. Тома метался по квартире, хватаясь то за кухонные ножи, то за свой дубовый бокен, подаренный ещё дедом на четырнадцатилетие… Вот только, это было всё не то. Тома сам прекрасно понимал, что против физически более крупного и, скорее всего, сильного противника в ближнем бою это всё будет бесполезно. Даже при условии, что Убийца безоружен. Вот только на это «даже» надеяться глупо. Ведь само прозвище «Тесак» непрозрачно намекает, что с голыми руками тот бугай точно не пожалует. И сто процентов, будет у него что-то посерьёзнее дубовой палки или кухонного «режика». Хорошо ещё, если это будет какой-нибудь боевой нож. А если меч? Или пистолет? Или вообще автомат? Да под тем плащом, что тот на себя нацепил «черта лысого» спрятать можно!!

Тома заставил себя остановиться и опереться о спинку стула. Руки дрожали, костяшки выделялись на бледной коже.

«Он старше, он выше, он больше, он тяжелее и сильнее, он лучше вооружён… что ему можно противопоставить? Скорость? Выносливость? Очень сомнительно... Но что тогда? Только мозги… Легко сказать. Но как их применить?», - думал Тома, пока его сердце бешено колотилось в груди. И тут его взгляд остановился на розетке… Электричество. Удивительная штука. Сколько веков прошло, а оно всё ещё используется, всё ещё актуально и своей актуальности терять не намерено. Да, розетки со времён первых своих прародителей претерпели изменения: стали удобнее, красивее, безопаснее, практичнее, но принцип… принцип не изменился. Даже напряжение в сети осталось прежним: двести двадцать всё тех же Вольт, что и триста и четыреста лет назад. Да и способ подключения – проводной своей актуальности не утратил, хоть и был давно открыт беспроводной способ передачи электричества. Но провод, сука, надёжнее!

Понятно, что древние медь и аллюминий давно сменили совсем другие материалы, с лучшей проводимостью, меньшим сопротивлением, более стойкие к износу и нагреванию, но провод он и есть провод.

А электричество есть электричество – источник повышенной опасности. Смертельной опасности!

На Тому буквально снизошло озарение при взгляде на эту розетку. Его на ней буквально переклинило, как Момотару на мысли бежать через окно… с пятого этажа. Угу!

Из успехов у него было само окно, которое он смог-таки открыть настежь, и подоконник, на который ему удалось забраться. Дальше… дальше дело застопорилось, так как геконом, Человеком-Пауком или промышленным альпинистом Момотару не был. Задача спуска по отвесной и гладкой стене как-то совсем не хотела решаться. Но и переключиться на поиск какого-то другого пути школьник уже не мог – его заклинило. Такое случается. Особенно часто такое случается под действием ударных доз адреналина и страха. В моменты их воздействия мозг действительно работает быстро, но… однобоко, или даже "тоннельно". Мозг цепляется за какую-то одну мысль, за одно стремление и уже не может переключиться. Просто не в состоянии этого сделать и продолжает долбиться в развитие именно этой мысли, отбрасывая все остальные.

Переклинило и Тому. Но его переклинило на электричестве. Он схватил удлинитель и принялся кромсать его кухонным ножом, оголяя от изоляции жилы с одной его стороны, оставляя «вилку» рабочей и нетронутой.

Закончив с этим, Тома засунул один контакт под тряпку, которую бросил на пол у порога, другой набросил на рукоятку двери. Воткнул «вилку» в «розетку» и отбежал, любуясь сотворённым. Остался недоволен и побежал в ванную, где поставил наливаться ведро воды. Вернулся в комнату, глянул на дверь. Ему всё равно казалось: мало и ненадёжно! Поэтому он нашёл ещё один удлинитель и, пока набиралась вода в ванной, раскромсал и его. Воткнул в другую розетку, а оголённые контакты кинул просто на тряпку сверху. Потом передумал и один контакт подвесил над тряпкой, на тот же провод, что уже шёл к дверной ручке, но так, чтобы оголённый конец просто болтался в воздухе на уровне где-то немного выше колена.

Посмотрел и снова остался недоволен. Хотел кинуться искать ещё один провод, но тут на лестнице, ведущей к этажу послышались неторопливые, спокойные, но тяжёлые шаги.

От этого звука Тому буквально бросило в пот, а сердце чуть не выпрыгнуло из груди, проломив собой рёбра. Поняв, что поздно уже что-то менять, он бросился в ванную, где схватил почти полностью наполнившееся ведро воды, с которым вернулся в комнату и встал «в засаде», то есть так, что бы его не было видно от двери, но недалеко от неё.

Встал и замер. Оставалось теперь только ждать… Это самое сложное – ждать. Ждать, когда уже поздно, нельзя что-то изменить. Уже всё, что мог сделал, и теперь только дождаться последнего рывка, а он всё никак не наступает…

Шаги. Шаги убийцы казались Томе ужасно медленными. Просто ужасно, УЖАСНО медленными. Ему казалось, что убийца идёт к его двери целую вечность, а сердце стучит со скоростью барабанной дроби перед смертельным номером…

Но вот он шаг, ещё шаг, ещё… и убийца замирает перед дверью. Секунда, другая, третья ничего не происходит. Нервы школьника натягиваются, словно струны на гитаре, которую дали настроить активно-инициативному дилетанту. Нет, как тетива лука у Олимпийского Чемпиона перед выстрелом.

Затем индикатор закрытия/открытия дверного замка мягко тилинькнул, а дверь начала открываться. Медленно-медленно, как в фильме ужасов. Хотя, возможно, что Томе это только казалось медленным, а на самом деле всё было быстро…

Однако, дверь открылась до половины, а убийца сделал шаг в квартиру и наступил на тряпку. Именно в этот момент Тома своими непослушными, трясущимися от перевозбуждения руками, двинул ведро вперёд. Резко двинул и выплеснул всё его содержимое на входящего мужчину, окатив того водой с головы до ног.

Вода попала на тряпку. Входящий мужчина ручку двери не успел отпустить. Цепь замкнулась и ток пошёл.

А вместе с ним побежало и время. Быстро, рывками, вскачь.

Убийца забился в коротких конвульсиях от поражения электрическим током. Тома бросил в него ведро и попал ему в голову, но тот этого почти не заметил. Из руки убийцы выпал здоровенный нож, какие ещё называют «Ножом Боуи». Тома побежал в комнату и подхватил с кровати свой бокен. Убийца упал на пол, всё же отпустив ручку двери и разорвав цепь, но в падении задел второй провод, тот, что висел на уровне колена, и цепь замкнулась снова, продолжив сотрясать его тело конвульсиями.

Тома подскочил к убийце и принялся бить его сверху своим бокеном. Бить изо всех сил, со всей злости, со всего страха что испытал.

Так, что даже переломил крепкую дубовую палку-имитацию японского меча то ли об голову, то ли об руку, то ли обо что-то под плащом убийцы.

Только тогда он перестал бить и отскочил назад, ошалело глядя на продолжающее дёргаться тело, от которого шёл парок… и на обломок бокена в своей руке.

Пиликнул незнакомым звуком его коммуникатор, который он сунул в карман своих домашних штанов, да так и забыл о нём.

Тома сунул руку в карман и достал свой «комм». Оказывается, пиликнуло оповещение от «приложухи». Тома открыл это оповещение. Там его поздравляли с первым убийством Игрока, а на открытый анонимный «Цюрихский» счёт поступила сумма миллион сто тысяч долларов САК.

Тома непонимающе обернулся к Момотару и только успел заметить, как тот сорвался с окна. И услышать его короткий, удаляющийся вскрик. Снова пиликнула «приложуха». На «Цюрихский» счёт поступило ещё двести тысяч долларов…

***

Глава 31

***

Мультфильмы, ранобэ, манга, там везде что-то случается с телами монстров, «пустых», «Игроков», ёкаев, демонов, ангелов, пришельцев… Всегда есть кто-то или что-то, что «подчищает следы» за Главным Героем. Что позволяет ему расслабиться после эпичного превозмогания. Не заморачиваться последствиями…

Дорого бы дал Нагору Тома, чтобы и тут было бы так. Вот только тело убийцы не спешило истаивать, распадаться частицами, исчезать в телепорте, растворяться в свете, проваливаться под землю. Оно так и лежало на пороге его квартиры.

И страх, нет не страх, СТРАХ(!) начинал овладевать школьником. Ведь в Полицию попадать НЕЛЬЗЯ! И как свидетелю тоже! И что делать дальше… совершенно непонятно.

Тут Тома почувствовал что-то странное, неопределённое, словно бы чей-то взгляд, и поднял голову. Поднял и обомлел. Кровь мгновенно отхлынула от его лица, а колени задрожали. Напротив него, за порогом стоял человек в чёрном и с белой «безликой», словно бы фарфоровой маской на лице.

Тома успел подумать только: «Да как же так? Как Финальный Босс мог оказаться в первой главе?!», как голова его начала кружиться, а перед глазами всё поплыло. Последнее, что он увидел, была всё та же белая «безликая» маска. Потом его накрыла темнота.

***

Тома открыл глаза и увидел потолок. Обычный, белый, ничем не выдающийся потолок. Но, почему-то казавшийся незнакомым.

Это было странно, ведь лежал он в кровати, очень похожей на ту, что была в его съёмной квартире. Да и само помещение, в котором были эта кровать и этот потолок, было похоже на его съёмную квартиру… и похоже, и непохоже одновременно. Хотя… это была не единственная странность. И не главная. Вообще, что-то было не так. С окружающим миром, с его телом, с восприятием, с головой, с мыслями.

Почему-то Тома отчётливо понимал, что сухость во рту, слабость, лёгкий тремор, резь в глазах и ноющая, тупая головная боль свидетельствуют о применении к нему препарата с длинным и трудновыговариваемым названием, которое он почему-то знал, предназначенного для введения паци… подопытного в длительный «искусственный сон».

Тома понимал, что у него нет при себе оружия. Даже завалящего ножика, и это, почему-то заставляло его испытывать дискомфорт. Чуть ли не физический дискомфорт. И мысли постоянно скатывались к тому, что надо бы от этого дискомфорта избавиться – раздобыть оружие. Раздобыть и всё время держать при себе. Хотя бы какое-то. Не важно, какое. Но надо. Без оружия плохо. Без оружия он чувствует себя уязвимым, словно бы голым.

Рука поднялась и привычным жестом потянулась на прикроватную тумбочку за очками… Которых там не было. Да и не носил никогда Тома этот «ботанский гаджет». Пробовал пару раз, но эта дурацкая «дополненная реальность» так сильно рассеивала внимание, что Тома врезался в столб, который просто стоял на пути, лбом, потому, что не заметил его. Было больно. Было обидно, когда над ним смеялись из-за этого окружающие. Было жалко потраченных на разбитый гаджет карманных денег. Поэтому, после того случая, очков Тома не носил. От того и «привычными» они для него быть не могли. Но, почему-то, были. Вот только очков на тумбочке ожидаемо не было.

Тома сел на постели и откинул одеяло. Почему-то он был голый, хотя раньше всегда спал в пижаме. А голый, это значит – совсем голый. Даже без нижнего белья.

Тома осмотрел себя и нахмурился: на руках имелись следы-ранки от инъектора, даже, если судить по расположению, от капельницы. И ещё один след в районе шеи, словно бы от укуса насекомого, но откуда-то Тома точно знал, что такие остаётся от специальных миниатюрных дротиков, которыми стреляют из пневматического пистолета или ружья, когда хотят взять Объект живым…

Получается, если судить по этим следам, его «взяли живым», то есть вырубили дротиком, затем ввели препарат, который перевёл его состояние из «наркотической отключки» в состояние «искусственного сна», подключили капельницу… для чего? Хм, зависит от того, сколько его держали в состоянии «искусственного сна». Если дольше нескольких часов, то капельница нужна для «внутривенного питания»… Но, тогда, должен был быть и катетер… Тома опустил руку к паху и поморщился: судя по неприятным остаточным болевым ощущениям, катетер ему ставили.

Получается, его держали в «искусственном сне» долго. Вопрос только: насколько долго? И зачем?

А ещё вопрос: что с его головой? Откуда в ней такие мысли и такие знания? А ещё: почему он, ксо, так спокоен? Его похитили, его накачали наркотиками, с ним непонятно сколько времени непонятно что делали, он проснулся не в своей кровати, не в своей комнате, и при этом спокойно проводит осмотр своего тела, делает логичные заключения и не впадает в панику… Это же ненормально. Это совершенно ненормально! Но почему-то он всё равно спокоен.

Нет, не так. Он испытывает бурю эмоций, в которой смешались и страх, и злость, и растерянность, и ещё только Ками знает, что. Но при этом, словно бы вторым потоком, идут холодные, спокойные мысли.

Это было дико. И странно. Но, пожалуй, было куда лучше безобразной паники, беспомощности и истерики.

Тома встал с кровати и подошёл к шкафу. Открыл его, и понял, что шкаф пуст. Совершенно.

Так же была пуста и вся остальная комната.

Ни одежды, ни личных вещей, ни школьных принадлежностей. Стандартная пустая комната, как была в момент вселения, та, которую снимал Тома. Стандартная однокомнатная квартира, стандартной планировки, со стандартной «социальной отделкой» и стандартным набором бытовой техники в стандартном доме, какие строило и содержало государство для отдачи в наём.

Вроде бы, когда-то давно, сдачей жилья в аренду занимались исключительно частные лица и небольшие фирмы. Но, в какой-то момент, какая-то «светлая» голова в правительстве решила, что этот «кусок пирога» достаточно «сладок», чтобы государство попыталось забрать его себе. Мысль понравилась остальным. Был составлен, рассмотрен и принят проект строительства специальных «социальных» домов для сдачи их в аренду частным лицам. Типовой план, типовой ценник. Автоматическая электронная система учёта и заселения. Просто, удобно. Возможно сделать из любого города парой «щелчков» манипулятора, без бесконечного обзвона объявлений собственников. Выбрал свободную квартиру, оплатил и живи. Даже ключи получать и сдавать не надо – замок открывается с коммуникатора, пока доступ оплачен. Удобно.

Совершенно пустая типовая «однушка». Вот только не та, в которой он жил раньше. Очень похожа… но не та. Даже дом не тот. Соседний. Через улицу от «того», такой же, но не «тот».

Пустая. Голый. Из вещей: один только коммуникатор на тумбочке. Хм. Ну, хотя бы коммуникатор его. Тот самый, который у Томы был. Всё же свою вещь опознать сможет любой владелец, даже, если она типовая. Если не новая, конечно. Новым коммуникатор Томы не был, поэтому несколько приметных царапинок и потёртостей имел.

И «прилажуха» на коммуникаторе была.

Первым делом Тома посмотрел дату и время. Четыре с половиной дня. Четыре с половиной дня он пропустил. Четыре с половиной дня он не помнит. Четыре с половиной дня с ним что-то делали. Вопрос: кто? Ответа на него нет, так как никто не знает, на кого теперь работает Китский Демон. В начале своей карьеры он работал на Патриотов Клана Ишин. Потом, после «инцидента в Доме Правительства» и блокировки Сектора, что-то у них пошло не так, и Ишин публично открестился от дальнейших действий Киотского Демона. После чего, в тот же вечер, Киотский Демон убил троих из шести лидеров Ишина. Ещё два погибли во время стычки Патриотов с Шинсенами - всё же положение «вне закона» после смерти ВрИО Премьера так никто и не отменил.

Это было сделано позднее, когда единоличным Лидером и Главой Патриотов стал Кацура Кин, который пошёл на сделку с Временным Правительством, а ещё немного позднее, даже вошёл в него.

Киотский Демон же… никуда не исчез. И продолжал лить кровь на улицах города, давшего ему имя. Вот только теперь выбор жертв был вовсе непонятен, а ответственность на себя никто не спешил брать… Хотя, если посмотреть эти убийства с точки зрения «Кому выгодно?», то явной выгоды не видно, однако косвенно… они были удобны всё тому же Ишину. Точнее его единоличному Лидеру Кацуре, который стремительно набирал популярность, политический вес и карабкался вверх, к Креслу Премьера. Правда, на его пути к этому Креслу ещё стояло несколько человек, но Тома… нынешний Тома не удивился бы, случись с этими людьми в ближайшее время какие-нибудь неприятности… смертельные. Очень уж картинка складывалась… просто складывалась. Удивительно, как Тома не замечал этого раньше? Странно, вроде бы давно известные факты как-то вдруг аккуратненько находили новое место в Картине Мира, до неузнаваемости меняя её.

Правда, далеко не все действия Киотского Жнеца вели именно к пользе Кацуры. Некоторые никакой пользы ему не приносили. Правда, и вреда, либо убытка не несли тоже.

И это вело Тому к выводу, что Киотский Жрец не совсем Фигура Кацуры... Либо у Томы недостаточно информации по действиям Жнеца и возможной выгоде от них для Кацуры Кина.

На основной вопрос Томы этот вывод даёт крайне неточный ответ: возможно, Кацура Кин.

Следующий вопрос: зачем? И этот вопрос остаётся без ответа полностью – недостаточно данных. Их критически мало.

Тома поймал себя на том, что стоит голый посреди комнаты и рыскает по Сети через коммуникатор, выискивая всю доступную информацию по Киотскому Демону… и не считает это неправильным или абсурдным.

Поймав себя на этом, Тома… всё равно не прервался, пока составил более-менее целостной картины на основе этой информации. И вывод из этой картины для себе сделал следующий: прямо сейчас его убивать или арестовывать не будут. Возможно позже, но не прямо сейчас. А значит, есть время и смысл озаботиться одеждой, а далее всем необходимым для жизни. На какой период, пока не ясно, но, как минимум такие мелочи, как зубная щётка, оружие, боеприпасы, смена белья, обуви и одежды приобрести надо.

Тома открыл «приложуху» и посмотрел свой «Цюрихский» «баланс». Там было один миллион сто тысяч долларов.

Тома нахмурился: число не совпадало с тем, которое он помнил. Не хватало двухсот тысяч.

Открыв историю уведомлений приложения, Тома невольно расплылся в улыбке и облегчённо выдохнул: двести тысяч были переведены обратно Игроку «Дзюбей», так как он выжил.

Это облегчение словно бы пробило плотину и смело то холодное состояние отстранённой эффективности, что владело до этого Томой, приглушая и отодвигая на задний план все его эмоции.

И тут же Томе стало стрёмно от того, что он голый посреди пустой не своей квартиры, куда в любой момент может кто-то вернуться, например, хозяева.

Хотя… Пока ещё был «роботом», как для себя окрестил это состояние Тома, он успел проверить в коммуникаторе: арендатором этой квартиры является он сам, точнее его родители, которые исправно платят арендную плату уже два с половиной года… Как такое возможно, Тома не понимал, однако история платежей была перед ним на коммуникаторе. И на том же коммуникаторе был «ключ» от двери квартиры. А дверь была заперта, и никто чужой войти в неё без разрешения Томы не мог… теоретически. Как это работает на практике, Тома помнил прекрасно.

Так что вывод «робота» о том, что время у Томы есть, в принципе, сам Тома разделял. И его это слегка успокоило.

Затем он вспомнил, для чего вообще лез в приложение, и решил доделать начатое дело.

Деньги. Деньги из «Цюриха» через это приложение удивительно легко и быстро переводились на личный счёт Томы, с которого он обычно расплачивался в магазинах за покупки.

А уже со своего счёта заказать автоматическую доставку одежды, известных размеров, и предметов первой необходимости было совсем уже делом десятка минут.

Кстати, о предметах первой необходимости: заказать доставку оружия, боеприпасов и брони опять же оказалось просто: через само приложение, в котором была-таки функция «Магазин» с весьма широким ассортиментом, между прочим.

Только дождавшись доставки, одевшись, водрузив на переносицу очки, на пальцы обеих рук кольца-манипуляторы, прикрепив на пояс ноутбук, состыкованный с коммуникатором, закрепив в специальных креплениях на ноге боевой нож, а на спине, в районе поясницы тонкий и компактный ЛПС, бросив в карманы пару свето-шумовых гранат, Тома, наконец, смог «выдохнуть», перестав ощущать себя голым и беззащитным.

Теперь можно было и выйти из квартиры, посмотреть, что же успело произойти за время его отсутствия.

***

Глава 32

***

Самым первым, что сделал Тома, выйдя из квартиры, это позвонил Момотару. На вызов коммуникатора ответила вежливая медсестра и сообщила, что Момотару-сан находится в палате, жизни его ничто не угрожает, но он всё ещё без сознания.

Этот звонок успокоил Тому. Но, вот что делать дальше, он не представлял. Поэтому, пошёл в школу, благо время пробуждения давало ему возможность не опоздать к началу занятий.

Пришёл в школу, и что? Ничего. Совсем ничего. Никто не удивился, не испугался, не засуетился… Классный руководитель только спросил, как он себя чувствует, и прошла ли его простуда. Словно бы ничего и не случилось!

Куда больше ажиотажа вызывала новость о падении Момотару Дзюбея из окна пятого этажа дома, квартира в котором, которой принадлежало окно, была зарегистрирована на некую даму… Которую теперь ищет Полиция в связи с этим делом… а ещё тем, что там же, в квартире был найден труп разыскиваемого преступника, наёмного убийцы! Которого забили насмерть бокеном!

Более, чем странная и непонятная ситуация.

Ещё интересней, что сам Тома в этой ситуации совершенно никак не фигурировал: проболел себе дома, и не при делах.

Такие странности заставляли Тому хмуриться. Странности = неприятности. Просто отодвинутые по времени. А от всей ситуации неприятностями буквально разило.

Пользуясь тем, что о нём все забыли, Тома на перемене полез в «приложение» своего коммуникатора, чтобы попытаться хоть как-то прояснить свои скопившиеся вопросы… и незаметно для себя, с непонятной естественностью и лёгкостью, влез в базы данных Полиции, где быстро нашёл нужное дело и отчёты следователей по нему.

Отчёты были, мягко говоря, странными для Томы, который был непосредственным участником событий.

Начать с того, что его квартира оказалась вовсе не его, а какой-то Нисиро Майи, двадцати шести лет от роду, уроженки планеты Токио, города Канто, незамужней, не имеющей определённого места работы, что жила в квартире всего с неделю. И исчезла после инцидента. Разыскиваемая Полицией по подозрению… в нескольких предумышленных убийствах, произошедших здесь, в Киото, в последние несколько месяцев. Момотару Дзюбей проходил по делу исключительно, как потерпевши тире свидетель. Никаких обвинений в его сторону даже не выдвигалось.

Само дело зияло дырами и отсутствием логики в версии следствия. По их мнению, убийца «Тесак» выслеживал убийцу Майю. Она же скрывалась от него в этом доме, в этой квартире, которую сняла совсем недавно. Что делал в квартире Дзюбей, объяснялось лишь предположением, что Майя… грубо говоря, «сняла» его на ночь, так как имела пристрастие к молоденьким мальчикам. Далее, по версии следствия, в квартиру начал ломиться «Тесак», Момотару от страха полез в окно, а предприимчивая Майя устроила «Тесаку» ловушку «на скорую руку», в которую, справившись с дверью, тот и попал, получив поражение электрическим током. Ну и по голове бокеном.

И следствие совершенно не смутили ни сила девушки, что умудрилась сломать добротный дубовый бокен, ни отсутствие отпечатков девушки на орудиях убийства, ни наличие там отпечатков Томы, ни наличие в квартире полного набора вещей Томы…

Вообще, дело выглядело, как торопливая и не очень удачная отписка, единственным достоинством которой было нахождение трупа этой самой Майи двумя днями позже произошедшего. И дело – закрыто!

Грубо говоря: «следак» списал «висяк» на «жмура» и успокоился. Это… расстраивало Тому, как патриота своей страны, но радовало его, как конкретного человека Нагору Тому, который выскользнул из ситуации без проблем с Законом из-за халтурного отношения к своим обязанностям конкретного следователя.

Хотя, трудно его в этом винить, учитывая количество преступлений, совершаемых в последнее время в городе «Игроками», бандами, «Хитокири», просто обнаглевшими и распоясовшимися бандитами. А уж, если вспомнить «ценник» за голову Полицейского в «приложении»… То удивительно, как они вообще-то ещё хоть как-то работают.

***

Всё было хорошо и спокойно ровно до того момента, как коммуникатор оповестил сигналом через динамик, встроенный в дужку очков, о поступлении нового уведомления с «приложухи».

Уведомления о том, что ему, Томе «ОЯШу» брошен вызов Игроком с ником «Шино». И у этого «Шино» значился один «фраг», что не могло не насторожить.

Первое же «Сканирование» при этом показало, что этот «Шино»… находится с Томой в одном здании. В его школе! Это ударило по нервам не хуже разряда электрического тока.

Тома тут же, как прочитал уведомление, вскинул руку и отпросился у учителя выйти в туалет. Тот неохотно его отпустил. Тома быстрым, даже торопливым шагом пересёк кабинет и вышел за дверь.

Вот только, оказавшись за дверью, он бросился не в туалет, а к двери на крышу здания.

Дверь была заперта, но замок легко поддался «приложению», которым Тома пользовался на ходу, практически не снижая скорости. Почему-то «дополненная реальность» теперь казалась ему простой и естественной вещью, без которой было неуютно и неудобно.

Оказавшись на крыше, Тома выбрал себе место для засады за одним из выходов вентиляционных труб, так, чтобы иметь максимальный обзор, но самому при этом в глаза не бросаться. Он засел и принялся перебирать школьные камеры вокруг того места, где во время «сканирования» «засветилась» точка местонахождения «Шино». Одна за другой, одна за другой. Вот только сама точка находилась в «слепой зоне» камер. А на ближайших к месту, никого не находилось. Это означало лишь то, что «Шино» неплохо успел разобраться с функционалом «приложения» и прекрасно научился прокладывать путь таким образом, чтобы всё время оставаться в «слепой зоне» для средств наблюдения.

Что ж, это было не так уж и необычно, учитывая, что сам Тома, так же во время движения на крышу, нигде не «засветился».

Вот только у Томы на «аватарке», стараниями Момотару, красуется его собственная фотография, а у этого «Шино» - картинка из Сети, с изображением классического, закутанного во всё чёрное, «ниндзя». Точнее, если правильно, то «шиноби». Видимо, отсюда и ник.

Плохо. Это даёт «Шино» преимущество, которого нет у самого Томы.

Ксо! Почему они не могут оставить его в покое? Он же обычный школьник! Не адреналиновый наркоман. Не хулиган и не фанатик всякого там убивающего железа. Ему совсем не нравится то, что с ним происходит. Ни эти новые, непонятно откуда взявшиеся навыки, ни странные мысли в голове, ни «робот», который опять включился, стоило Томе выбежать из класса, и так же внезапно отключился сейчас.

Да: крыша прекрасное место для засады на противника, которого не знаешь в лицо, которым может оказаться кто угодно. Но сидеть тут вечно… не получится. Да, даже и до следующего «сканирования» не выйдет, ведь его отпустили в туалет, а не в медицинский кабинет тот же, а задержаться в туалете на час, такое себе…

Тома со вздохом встал и двинулся обратно к классу. В жопу этого «робота»! С его «тактически верными решениями». В жопу! Нагору Тома будет жить своей простой жизнью, короткой ли, длинной, но своей. Он не будет играть по их правилам, кто бы эти «они» не были.

Придёт за ним убийца – он его встретит. Суждено будет умереть – умрёт. Дрожать и прятаться… «Смелый умирает один раз, трус умирает сотни».

Не назвал бы себя Тома смелым, но… Игроки, убийцы, Турниры – это всё не его. Не его мир. Его мир: школа, учёба, клуб Кендо и прогулки на велике по выходным. Потом будет университет, работа, любимая девушка, в последствии жена, дети, внуки. Какое-нибудь простое хобби, вроде рыбалки или плавания на маленькой яхте…

Стрела, что вонзилась в стену, в том месте, где секунду назад была его голова, прервал поток благостных мечтаний Томы. Если бы в последний момент, он что-то не почувствовал, и не дёрнулся назад, то стрела, короткая, толстая, черная арбалетная стрела, пробила бы ему висок.

«Робот» включился мгновенно. Пистолет буквально сам собой прыгнул Томе в руку, пока он разворачивался и прыжком-перекатом уходил с возможной линии обстрела.

Тома успел заметить, как, спиной вперёд, выпала из открытого окна закутанная в чёрное фигура с арбалетом. Успел заметить и навести пистолет. Стрелять не стал – было уже поздно для этого. Шанс на хоть сколько-то удачное попадание колебался в районе двух процентов, а выстрел могли заметить снаружи. Да и дальность, на которой луч из ЛПС остаётся опасным, больше пяти сотен метров, а там, за окном жилые дома…

Тома подбежал к окну и «маятником» быстро глянул вниз, за карниз. Внизу уже никого не было. Зато возле окна болталась верёвка, закреплённая в открытом окне на этаж выше.

«Ксо! Этот «Шино» будет куда опаснее «Тесака»!», - думал Тома, продолжив свой путь к кабинету, где ещё не закончился его урок.

***