Слав. Эпоха викингов

Глава 1

-Слаааав! Вставай! Опоздаем! - Крикнул Рорих, мой отец.

- Уже выхожу - сказал я в ответ и закончил натягивать рубаху.

Выскочив я увидел отца, который был уже в кольчуге, сидел на пеньке и придерживал руками два копья и щита. Я взглянул на нашу землянку. Она была небольшой, несмотря на то, что папа был крайне уважаемым в племени человеком. Сам он о себе не любил много рассказывать, поэтому большую часть информации узнавать приходилось у соплеменников. Как они мне рассказали отец был вождëм викингов, славным на весь север. И вот, однажды, во время набега отбил пленную деву у работорговцев. И влюбился в неë невероятно. И спросил у девы, что может сделать для любви своей. И ответила она, что очень хочет вернуться на Родину в своë племя и жить там спокойной жизнью. И тогда, назначив себе приемника ушëл он из хирда, отвëз ненаглядную в родное селение, женился на ней и стал жить припеваючи. Не сразу, но вскорости смог он найти с соплеменниками жены своей общий язык. Родились у него несколько детей, две девочки и мальчик. Но не долго ему было в мире жить суждено. Напало соседнее племя на городище ночью и начало разбой чинить. Из-за того что поселился Рорих относительно недавно, то его землянка находился за частоколом. И из-за рока злого был в тот день Рорих в отлучке, ушëл на охоту. И поругались чужие над его женой и девочками, только маленького мальчика успела мать спрятать в подпол. Но соплеменники жены не были трусами, и сражаться умели. Через короткое время собрались они за частоколом в стену щитов и вышли из-за укрытия. С утра пришëл Рорих в городище и зол был без меры. И поклялся тогда он сделать с чужим племенем то, что это племя сделало с его женой. И пошëл вместе с племенем мстить, ибо всех мужей побили. Пришли в село врагов и охолопили детей и жëн вражьих. Поделили поровну холопов среди всех, Рориху досталось две девы невинные. И увидев их взгляд стало Рориху жаль их, ибо напомнили они ему жену его мëртвую. Не выдержал он, освободил их. Нашëл им мужей и отдал замуж. Тем ребëнком выжившим был я, а женой Рориха была моя мать.

Не смотря на то, что о себе отец не любил говорить, но об оружии, кораблях, а особенно битвах и истории любил мой отец разговор вести.

"Давным-давно существовала Империя Танг" - начал он как-то монолог, к которому совершенно не помню что привело - "И победила она врагов своих ближних, и разрослась безмерно. Современные Королевства Данков и Скифария находятся на бывших некогда имперскими землях. Была у Империи особая армия. Они могли позволить, что бы с утра и до позднего вечера войны в ней могли тренироваться. Бились они строем и все до одного имели мечи и одеты были в лучшие кольчуги. Но сила их была не в мечах и щитах, сила была в умении метать огромные копья-гарпуны. Копья эти они переносили каждый по 3-4 штуки. Они имели огромную выучку и могли делить свой строй на много маленьких, окружать врага и кидать в него эти копья, после чего отступать и смыкать свой строй вновь. Закрывшись огромными прямоугольными щитами пережидали огонь врага пока задние ряды над их головами метали дротики... "- я прервал своего отца. - "А ты мне никогда не говорил, как воюют сейчас, мне не с чем сравнивать" - "Что же, справедливо"- ответил отец - "Сейчас воюют по-разному. Основу войска Севера, как много веков назад составляет стена щитов, которую раньше в Империи и в Деспотии нынче называют фалангой. Войны в ней вооружены копьями, стоят все близко друг к другу, почти коснувшись друг друга плечами, но не касаясь. За каждым войном стоит ещë один, а за тем ещë один, и так до шести - восьми воинов, но не более. Все в мире используют этот строй. Кто меньше, кто больше, но сейчас кроме как так пехоту строить никто не умеет. Иногда в Деспотии используют отряды которые строятся в стену щитов, но вооружают их мечами, для того, что бы прикрыть фланг копейщиков, ибо известно, что меч при разбитом строе гораздо эффективнее копья. Но меч очень дорог и поэтому всë реже и реже используются такие отряды. Так же используют лучников и пращников, но их используют по ситуации. И самые страшные в бою войны - войны на конях. Но конь дорогой зверь, поэтому на севере нет их почти, но вот на юге, где почвы более плодородны используют их и в больших количествах. У Данков почти пять сотен всадников, все они имеют кольчуги и даже мечи. И около пяти тысяч пеших воинов, этих сил хватило бы на завоевание всего мира, но нет среди них единства. Страну поделили множество наследников великого короля. Существуют всадники двух типов. Первый тип - это конные копейщики, они идут на сближение и бьют копьями из сëдел. А есть конные лучники... С ними я встречался лишь единожды, но этого раза хватило что бы понять, шутки с ними плохи. Хоть у них нет обычно ни кольчуги ладной и скакун их хлипок и низок, но они метко бьют из седла, а потому опасны. Против них одна тактика, сбиться по плотнее и идти до места в коем они не смогут вокруг тебя кружить и стрелами усыпать. Но пакость в том, что конные лучники почти всегда кочевники, которые живут в степях, где негде спрятаться от них. Мне повезло, мой хирд сумел прижать к реке гадов и там без жалости перебить. И что самое поскуднее, кроме множества никому не нужных слабосильных луков мы взять с них не смогли. Поэтому помни сынок, делай что угодно, но никогда, запомни, никогда не зимуй в степи. Гиблое это место." - закончил отец так же неожиданно, как и начал.

Бабье лето. Погода стояла просто прекрасная, яркое солнце высушило опушку, на которой под брань вождя строилось ополчение. Я впервые был на Сборе и поэтому с любопытством озирался вокруг, сразу после того, как занял своë место. Я стоял во втором ряду где-то в середине строя. Снова встаю на цыпочки и осмотриваюсь. Вроде построились все, края строя выровнялись. И тут мне прилетает подзатыльник из четвëртого ряда от низкого жилистого и лысого мужика. Заслужено. Дружина нашего вождя закончила промывать стрелы в кипячëной воде, для того что бы не убить своих соплеменников на учении. Слышится предупреждающий вопль, все поднимают щиты, затем наступает тишина, которую прерывает только свист стрел и тетивы луков, которые спускают дружинники и их добровольные помощники из охотников. Идею, что мол дабы ополчение не боялось обстрела и люди понимали, что если все встанут как один, потери будут не значительны их нужно обстрелять из луков предложил мой отец. Он сказал, что делал так со своим хирдом. Идея надо отметить правильная и интересная, но это легко говорить, но когда по тебе не бьют из лука и в щит не впивается стрела... Да, она со специальным наконечником, который легко вытаскивается из раны, да, наконечник надëжно закреплëн на древке стрелы, да, наконечник промыли в кипячëной воде, но кто же его знает. Где-то рядом кто-то громко ругнулся, вероятно, его задело. Вот и в мой щит впилось две стрелы. "Кажется всë, отбой" - подумалось мне через некоторого времени после последнего звука впивающейся в щит стрелы. Все не торопясь опустили щиты. "Врачевателя! Врачевателя! " - закричали откуда-то сбоку. Я бросился к источнику звука. Окружëнный соплеменниками лежал бледный мужик. Он был рослым, широкоплечим, а из раны на бедре, торчала стрела. История ранения была достаточно комичной. В строю прямо под обстрелом у человека зачесался нос. Не опуская щита, тот почесал его, но локтем правой руки задел соседа. Тот от неожиданности слегка наклонил щит в бок. Как раз в это время в него прилетела стрела, но вместо того что бы застрять в щите стрела ушла в рикошет, итогом которого стало попадание в ногу. Знающий человек подсказал, что до прихода врачевателя ни в коем случае нельзя трогать стрелу, возможно поэтому мужик оказался жив. Вскоре прибежал Рорих и достаточно ловко вытащил стрелу из раны. Всего раненых было несколько штук, да и у всех кроме этого мужика раны были безопасными. Потом дружинники учили нас разворачивать строй, вставать круговой обороной и прочее, прочее, прочее...

Чрез год пришлось сразится по настоящему. Соседнее племя - геруны пошли атакой на нас, славное племя гревтунгов. Началось всë неожиданно, сразу после снятие урожая. Мы готовились с папой к завтрашним Сборам, как началось что-то не ладное. К нам во двор ворвался посыльный от вождя и передал, что тот хочет видеть его у себя. Взяв меня отец отправился к вождю. Вождь встретил его у ворот и без приветствия сразу перешëл к делу:- Патрули только пришли. Говорят в двух-трëх часах пути находится войско герунов. Хотели напасть неожиданно, а потому почти что бегут. Числом их около сотни.

- Думается мне что надо выступать немедленно, пока они не отдохнули - начал отец - . Скорее всего они попробуют войти через наши главные ворота, так как идут споро, а значит надеются нас застать с голым задом. Но если мы закроем ворота и укрепимся, то брать нас они не рискнут и уйдут к себе. Но позволять им уйти нельзя. Поэтому думаю нужно делать так. Надо срочно звать всех мужиков, особенно лучников. Снарядить наблюдателей. Бабы пусть остаются в поле, но их надо предупредить, что бы по сигналу наблюдателей бежали за частокол, дабы создать видимость нашей не готовности. Выходим из-за частокола только когда они подходят к нему близко, встаëм стеной щитов. Если враг не дурак, то должен догадаться, что бегство в таком случае равносильно смерти, ибо разбив строй для бегства он сделает себя лëгкой добычей. - Дружина и еë вождь слушали внимательно, не прерывая. Отца уважали - С правого фланга ставим большинство дружинников. Дальше держим строй, в это время лучники под прикрытием совсем небольшого отряда попробуют зайти сбоку, с нашего правого и с их левого фланга, дабы поразить стрелять по ним. - А почему с левого фланга? - спросил один из дружинников. - Ты щит какой рукой держишь? - ответил вопросом на вопрос папа - Левой... - не понимая подвоха сказал дружинник. - Они тоже - продолжил гнуть свою линию отец. - Ну конечно... - как и все не дружинник совсем не понимал причину выбора фланга. - О боги! - вскрикнул викинг, после чего быстро взял лежащий на земле около калитки вождя камень - Стой как стоишь. - отрезал Дружиннику папа. После этого он зашëл со стороны правого плеча дружинника. - Представь что у тебя в руке, прямо в кулаке щит. Представил? Хорошо, теперь представь, что я сейчас метну в тебя камень. Молодец. Как ты поставишь щит? Удобно? - удобно войну определëнное не было, вопросы у всех отпали. Всего мужиков способных держать оружие было всего человек пятьдесят, из них лучников девять человек. Мы встали в два ряда, в то время как враги в четыре. Войны в кольчугах у них были примерно равномерно размазаны по всему строю, у нас же на левом фланге были все войны в кольчугах. Я стоял в центре стены в первом ряду. Хотя лес был метрах в ста от нас, под ногами был ковëр из жëлтых листов. Это вызывало двоякие ощущения. С одной стороны, можно поскользнуться, с другой, враг тоже может поскользнуться. Поняв, что мы не собираемся разбегаться враги пошли в атаку. По щитам начали стучать острия копий. Теперь были слышны только удары, шаги ругань и проклятья. Однако, вскоре ругань и проклятья были сменены тяжëлым, слышным отовсюду дыханием. Вскоре и дыхание ушло на второй план, его заглушили удары сердца, которые молотили по ушам. Прикрываюсь щитом, затем удар, снова прикрываюсь. Сосед справа ранен, брешь закрывает человек из заднего ряда. Поймав момент я делаю длинный выпад и ударом в живот наношу рану врагу. Его быстро оттаскивают назад и на его место встаëт другой противник. Он в кольчуге. Это очень плохо, так как человек в кольчуге гораздо меньше переживает о своей безопасности, а потому активнее и нахальнее действует, делает более опасные выпады, да и носитель кольчуги - это всегда потомственный воин, которого учили сражаться с детства. В руках он держал доброе копьë, явно боевое, а на боку висел боевой одноручный топор, украшеный какими-то каменьями и рунами. "Вождь герунов" - шепнул мне сосед. С вождëм мы обменялись ударами всего ли несколько раз, прежде чем вдруг с тыла на врагов обрушился удар дружины. Геруны ничего не могли поделать, вставать спина к спине было уже слишком поздно и один за одним они начали падать. Поняв что что-то идëт не так вождь обернулся на секунду, чем я и воспользовался. Ударом копья я перебил ему позвоночник в районе шеи. Вот и всë. Вскоре в Вальгалу вслед за своим вождëм отправились и все геруны. Те кто смыслил в врачебной деле сразу бросились к нашим раненым. Кто не смыслил бросились добивать раненых чужих. Все были злы на герунов, ведь те без предупреждения и причины напали на нас. Если бы они нас предупредили, то тогда бы к ним относились лучше бы. Я, перешагивая через уже безжизненые тела подошëл к одному из герунов. Он ещë был жив, но у него была ударом ранено бедро из которого ручьëм текла кровь. Я задумался. Зачем им понадобилось на нас нападать? Мы же не трогали их, не занимали их угодья, вожди наши хорошо общались. Мы не оскорбляли их богов. Имели много общих богов. Что же произошло? Одним ударом я закончил муки раненого. Я решил найти отца. Но его нигде не было. Тогда, найдя нашего вождя я спросил: -Где мой отец? -Он там, - показав на небо сказал вождь - в Вальгале... На меня начало какое-то отчаяние. Всë-таки отца я любил и уважал, хотя никогда на прямую ему это не говорил. Я отошëл в сторону, присел на какой-то пенëк и так и сидел на нëм. Я посмотрел на частокол. За ним была моя деревня. Мне не хотелось туда возвращаться. Мужики принялись рубить деревья, чтобы сжечь тела герунов. Что бы отвлечься от своих мыслей я бросился им помогать. Мы и не заметили как наступил вечер. Пересчитавшись оказалось что погибло одиннадцать человек. Их семьям было решено помочь ближайшей зимой, так как без кормильца они могли погибнуть. Все разошлись по домам, завтра предстоял длинный бросок на деревню, в которой жили геруны, с целью еë ограбить и охолопить всех его жителей, а вернее жительниц, так как абсолютно вся мужская часть герунов ушла на войну. Даже двенадцатилетнии юноши. Вождь решил так: каждому войну по ровну с остальными достанется холопок. В ними тот может делать всë, что заблагорассудится. Всех стариков и детей, оставшихся в селе перебить, потому как их племя напало без предупреждения. Трофеи было решено поделить потом. Через три дня я смотрел на своих холопок в доме, в котором раньше жил вождь герунов. Первая была совсем маленькая, ей было от силы лет 8, вторая, еë мать была лет двадцать от роду, ну и третья была около шестнадцати лет. Это было семейство вождя герунов, которого лично убил, за это их и присудили мне. Пышная грудь, умеренный живот, симпатичное лицо, длинные волосы. Я даже забыл про маленькую девочку, глядя на них. Тут старшая из них бросилась на колени и заплакала, прося не трогать еë дочку. Я улыбнулся. Следующие три дня для них превратяся в ад. За моего отца.

Конечно я оставил их в живых. Что бы они портом мучились ещë сильнее. Никто не захочет с ними общаться после того что я с ними сделал. Их крики слышали далеко за пределами деревеньки в которой раньше жили наши враги. Нет, не то что бы мои соплеменники не насиловали своих жертв, но я делал это так, что бы мои пленницы не получили ни капли удовольствия. Больше меня ничего не держало. здесь. Взабравшись на холм около моего селения я в последний раз взглянул на него. Городище стояло на берегу реки и окружено полями. Внутри дымили кузни. Все дома кроме дворца вождей и некоторых дружинников были землянками. На улице поздняя осень, через недели две или три выпадет снег. Какой же маленькой казалось городище с холма. Вокруг был мир, полный богатств и славы. Несколько раз я слышал от отца фразу: "Родина тесна". Кажется только сейчас я понял значение этого слова. Действительно, родина - колыбель. Тëплая, уютная, удобная. И тесная. Пора вылазить из неë. Будущее не в колыбели. И даже не в доме, в котором стоит колыбель.

Уважаемые читатели завëл себе телеграмм канал, буду там иногда что-то писать: t.me/Dom_picaki