Сквозь время

Глава 1

ГЛАВА 1

- Все! Я больше не могу! – отшвырнула я от себя компьютерную мышь. – Давай на сегодня сворачиваться.

- Давай добьем, чтоб на завтра меньше осталось, – возразила мне коллега.

- Меньше все равно не будет. Так что давай закругляться и по домам.

Офис давным-давно опустел, все адекватные и не столь трудоголичные люди уже проводили вечер в свое удовольствие. Только мы с Дашкой, как два стахановца, сидели и проверяли сводные таблицы с данными от структурных подразделений.

Да, охрана труда – это вам не кот чихнул. А организация проведения медицинских осмотров – тот еще квест. Сотрудников почти семь сотен, у каждого свои факторы по вредностям и опасностям трудового процесса. По каждому нужно сверить предоставленные контролерами данные, выписать направление, составить график и отправить на медкомиссию.

По-хорошему, всем этим должна заниматься медицинская служба организации. Но вот беда – зарплату медикам у нас предлагали такую, что идти на нее никто не хотел. Вот и приходится ТэБэшникам тащить все на себе.

- Уверена?

- Уверена, – кивнула я.

Я подошла к висящему на стене зеркалу и стянула резинку с волос, чтобы переплести хвост. Светло-русые, чуть вьющиеся, пряди разной длинны рассыпались по плечам до лопаток. Я запустила в волосы пальцы и с наслаждением помассировала кожу головы, которая отдалась легкой болью от долгого стягивания прически в конский хвост. Быстро соорудила чуть небрежный пучок и подмигнула своему отражению.

Из зазеркалья на меня смотрела миниатюрная блондинка. На мой, безусловно, предвзятый взгляд, довольно симпатичная. Тонкие черты лица, серо-голубые глаза в обрамлении пушистых ресниц. С фигурой тоже никаких проблем. Четко выраженная талия, небольшая грудь и попа. Ну всем хороша! А работать-то как любит… Да уж.

В следующее мгновение меня потеснили у зеркала, и отражение показало короткостриженную шатенку с золотисто-карими глазами. Дашка небрежным движением взлохматила короткие волосы на макушке, распределяя прядки по одной ей понятной системе и задорно улыбнулась.

- Ну что, раз ты настаиваешь на том, что мы на сегодня все, то я тогда побежала?

- Да, давай. Я пока кабинет закрою, – кивнула я в ответ.

- Может, тебя подвезти? – поинтересовалась она. - За мной Марк подъехал.

- Не стоит. Тут не далеко, добегу.

- Ну, тогда, до завтра, – чмокнула меня в щеку подруга, и бодрой козочкой ускакала в сторону выхода.

Я еще раз осмотрела рабочее место, собрала распечатки в стопку, зашвырнула ее в лоток для бумаг и с непередаваемым наслаждением вырубила комп.

А ведь когда-то наивная девочка Вика думала, что работа в офисе – это что-то из разряда «не бей лежачего». Сиди себе за компьютером и стучи наманикюренными пальчиками по клавиатуре. В университете до меня дошло, что к маникюру должна прилагаться еще и голова. Желательно – с мозгами. А чтобы наличие мозгов как-то было подтверждено, пришлось упорно учиться, сдавать ГОСы и защищать диплом. А потом еще бессчетное количество раз тыркаться в поисках работы.

У нас ведь как? Все хотят молодого специалиста с тридцатилетним стажем работы, со взрослыми детьми, которые не болеют. А тут я – девочка двадцати двух лет, со свеженьким дипломом в лапках. Сколько раз меня завернули по причинам «нет опыта», «молодая, замуж выйдешь – в декрет уйдешь» - не счесть. Но, все-таки, я своего добилась и работу нашла. Даже по специальности и даже недалеко от дома! Чудо – не иначе.

***

На город медленно опустились сумерки, затянутое тучами небо вот-вот собиралось разразиться дождем. Да еще и какой-то странный субъект провожает меня от самой остановки. И почему я не согласилось на Дашкино предложение подкинуть меня до дома? Ой и ду-ура!

Становиться жертвой какого-нибудь маньяка совершенно не хотелось, поэтому я максимально ускорилась. Уже подбежала к подъезду и начала подносить «таблетку» к домофону, как чья-то рука ухватила меня за плечо и развернула на сто восемьдесят градусов, параллельно прижимая спиной к подъездной двери.

На голосовые связки я никогда не жаловалась, поэтому визг вышел громкий, пронзительный. Жаль только, короткий. Мне быстро зажали рот ладонью.

«Ну все. Мне хана. – промелькнула и тут же пропала мысль. - Ладно, хоть маньяк симпатичный». - блин! О чем я думаю? Меня тут сейчас расчленять начнут, а перед этим, возможно, используют с другой целью, а я стою и оцениваю внешние данные зажавшего меня типа.

- Я сейчас медленно уберу руку, – это он уже мне. А голос какой приятный. Так, Виктория, собери остатки мозга в кучку! – Орать не будешь?

- Мгумгу, – то ли кивнула, то ли помотала головой.

- Я не сделаю тебе ничего плохого. Обещаю. Мы просто поговорим.

Ладонь начала медленно опускаться. Я только-только набрала побольше воздуха для второго звукового залпа, как она молниеносно вернулась на свое место.

- Успокойся, я тебя прошу. Никто тебя убивать не собирается. Мне просто нужно с тобой поговорить. Я обещаю, что не причиню тебе никакого вреда.

Как же, как же. Так я тебе и поверила. Что там говорят? Маньяка можно попытаться заговорить, отвлечь и предпринять попытку к бегству. А если он меня заговорит и отвлечет? Ладно, попробуем. Главное не спорить, а то, кто знает, что ему в голову стукнет.

- Руку убери! – по крайней мере, именно это я пыталась промычать.

- Хорошо, – настороженный взгляд. - Только не вопи. У меня до сих пор в ушах от твоего визга звенит.

Он медленно убрал руку от моего лица. Отлично! Говорить я уже могу, а вот убежать не получится. Вторая рука продолжает плотно прижимать меня к подъездной двери. Хоть бы вышел кто-нибудь. А то как музыку вечером чуть громче включишь, так сразу разбираться бегут, полицией грозятся. А как убивать начинают, и орешь во всю мощь легких – хоть бы одна зараза высунулась!

И чего он молчит? Поговорить же хотел. И я молчу – страшно. Только глазами хлопаю. Невинно так: хлоп-хлоп.

- Меня Тимофей зовут, – ну наконец-то. - Можно просто Тим.

- Вика, – поддерживаем разговор. Кто этого чокнутого знает.

- Значит, не обознался. Хотя, тебя сложно с кем-то спутать, – замечательно, за мной еще и целенаправленно охотились! Спутать меня сложно? Ага, как же. Да таких как я полгорода. – Ты в магию и перемещения во времени веришь?

- А-а-а-а…Э-м-м-м…

Ну точно – псих. Сейчас покажет мне фокус с летальным исходом.

- Ну-у-у. Я, конечно, люблю фантастику…

- Мдам…Почему-то, именно такого эффекта мы и ожидали.

МЫ?! Их еще и несколько!? А остальные в кустиках прячутся, очереди ждут?

- Слушай, мы можем где-нибудь сесть и поговорить? Что-то мне подсказывает, что разговор будет долгим, а дождик уже начинается, - парень зябко передернул плечами.

И что мне прикажете делать? Домой его тащить? Ага, щаз-з прям! Думай, Вика, думай.

– Тут за углом бар есть, - осторожно внесла предложение.

Бар есть. А в баре люди. Как там в интернетах учили ладошкой знаки подавать, что помощь нужна?

- А у тебя мы поговорить никак не можем? – Тим снова зябко поежился и сморщил нос. – В баре шумно, да и бежать туда под дождем удовольствие не из приятных.

- Нет, - я испуганно округлила глаза. – У меня…У меня…Бардак дома у меня. Вот! – ненавижу беспорядок, но нужно же было что-то ляпнуть.

- Я так понимаю, больше отмазок ты не придумаешь? – он приподнял левую бровь и наградил меня снисходительной улыбкой.

- Ла-а-а-дно. Но учти, меня будут искать, и ты так просто не уйдешь, – эх, умирать, так хоть в родных стенах, а не в грязной подворотне. – Может, отожмешь меня от двери, что бы я могла ее открыть?

***

В подъезде было темно и тихо. Тихо – потому что добропорядочные граждане уже спать легли, а темно – потому что какая-то сволочь опять расколотила светильники. Вопреки всем моим молитвам и ожиданиям, полуночников среди соседей не нашлось. Может заорать опять? Сами не выйдут, так хоть полицию вызовут. Ага, и получу я тут же по темечку чем-нибудь поувесистей.

Замок сухо щелкнул и впустил меня в полумрак прихожей. Маньяк, он же Тимофей, он же просто Тим, зашел следом. Стоило мне оказаться в родных стенах, как я сразу же почувствовала себя увереннее. Может быть, он действительно не из буйных, а послушать чепуху про всякую мистику мне не сложно. Работники, иногда, на экзаменах какую только чушь не несут. Так что я уже привыкла.

И к скандалам тоже привыкла. Технику безопасности у нас нарушать любят, а внеочередные экзамены сдавать – не очень. Чего только я не повидала. Самое меньшее: через заборы прыгали, сосульки с крыши, стоя в ковше трактора, сбивали, болгаркой на весу работали – это когда один держит металлическое полотно у груди, а второй отпиливает излишек. И все это не стесняясь меня. А потом еще и удивляются, чего это я такая нервная, ругаюсь на них, проверки знаний внеочередные устраиваю. А пальчики ваши я потом собирать буду, когда вы триммером для покоса травы в летних тапочках работаете? Так обижаются еще, кричат. Одного как-то даже с охраной выводить пришлось и докладную записку потом писать.

Только вот в моей съемной однушке такой роскоши, как пост охраны, не водилось. У меня даже сигнализации не было, ибо и красть-то особо нечего. Все сбережения лежали в банке на процентном вкладе, а покупать дорогостоящую технику я не видела смысла. Действительно, на кой, если меня дома практически не бывает. А если и бывает, то мне вполне хватает общества небольшого телевизора, ноутбука и читалки.

Читать я любила, то есть люблю (чего это я о себе уже в прошедшем времени?) до умопомрачения. Иногда, сильно увлекшись сюжетом очередного романа, не замечала, как проходила ночь, и из затянувшего книжного мира меня вырывал писк будильника, под который я, по идее, должна была проснуться. В итоге я получала непередаваемое удовольствие от книги, но весь день ходила как красноглазый зомби, периодически выпадая из реальности.

- Проходи на кухню. Я сейчас, сумку в комнату кину.

Говорила мне Дашка: «Купи себе перцовый баллончик или шокер». Но нет же! Я же упертая! Зачем он мне нужен?! Дура, блин!

Когда я зашла в кухню, чайник уже вовсю шумел, а Тим скромненько притулился на стульчике. И кто это ему разрешил тут хозяйничать?! Ладно, проехали. Я разлила кипяток по кружкам, предварительно закинув в них по пакетику, и села напротив.

- Ну давай, рассказывай про своих экстрасенсов и машину времени.

- Что? Про кого рассказывать?

- Ты же сам спросил, верю ли я в магию и перемещения во времени.

- А причем здесь экстрасенсы? И перемещаться во времени можно без машины.

Ага, естественным путем. Но это долго и получается только вперед.

- Тогда рассказывай свою версию. А то мы люди темные, многого не понимаем, – чего-то я расхожусь. Сейчас как психанет, и все, капец мне.

Но Тим, вместо того чтобы начать свои проповедческие речи в духе свидетелей Иеговы, просто протянул мне маленькую бордовую книжицу.

- Что это? – скептически осмотрев предложенный материал, но не прикасаясь к нему, в итоге задала я закономерный вопрос.

- Паспорт.

- Чей?

- Ну явно не твой, – улыбнулся Тим. – Мой. Посмотри.

- Ну если ты так просишь, - с психами лучше не спорить.

Я взяла протянутый мне документ. Так, что тут у нас? Орлов Тимофей Викторович. 2027 года рождения. ЧТО? Какого года?

- Ты меня совсем за идиотку наивную держишь? Я тебе с помощью нейросетей за двадцать минут пять таких паспортов склепаю.

- Вот об этом я и хочу с тобой поговорить, - он серьезно посмотрел мне в глаза. – Паспорт настоящий. Я действительно родился, а точнее еще не родился, в 2027 году. Мне сейчас двадцать шесть лет. То есть попал я сюда прямиком из 2053 для того, чтобы тебя спасти, как бы это банально и сказочно не звучало. А заодно и себя, и кучу другого постороннего народа. Ты только не пугайся и не смейся, но от тебя зависит дальнейшее будущее всей планеты. И если тебя убьют, а тебя убьют без моего вмешательства, то всем придет полный трындец в лице одного нехорошего дядечки с манией величия. Этот…кхм…нехороший человек собрал под свое руководство много таких же нехороших людей, и теперь предпринимает активные попытки к захвату и порабощению мира. Мы, то есть наша команда, должны этому помешать. Твоя роль – ключевая. Не будет тебя, пиши – пропало.

Ну что ж. Я не засмеялась. Нет. Вот вообще ни разу. Я заржала, как та лошадь. Мужик, что куришь? Мне отсыпь.

- Та-а-ак, - протянула я, поборов, наконец, приступ истерического ржача. – И что же я должна такого сделать? Когда планируется этот апокалипсис? Лет через 40, когда я уже буду дряхлой, ни на что не способной старухой?

А фантазия у парня – что надо. Тоже такую хочу! Готовился, наверное, сочинял. Да не на ту напал. Я в подобную ересь не верю. Тоже мне, вселенская битва добра со злом.

- Ты переместишься со мной в будущее, обучишься всему что нужно, поможешь нам, и я верну тебя в тот же день и час. Ты даже ничего не вспомнишь.

- Это чем же я такая особенная? В будущем с девушками дефицит что ли? Или тебе девственница нужна? Ну тогда ты малость опоздал. Я уже давно…того-этого, - я развела руками.

- Нет, девственница мне не нужна, - Тим потер лоб ладонью. – Но у тебя есть определенные способности. Такой дар очень редкий, практически не встречается. В более далеком прошлом искать смысла нет, там народ вообще темный. Еще, чего доброго, на костер кинут. А будущего пока в проекте не предвидится. Вся надежда на тебя. Вик, пойми, это все очень серьезно. Я не сумасшедший и говорю чистую правду. Нам действительно нужна твоя помощь.

- А магия тут причем?

- Да притом, что вся эта катавасия происходит на магическом уровне.

Вот понесло-то парня. Перемещения во времени, колдовство, спасение мира. Бррр! Надо срочно его выкидывать из квартиры, пока буянить не начал. Надо было его вообще не приводить. Балбеска!

- Слушай, Тим, давай я подумаю над всем этим, переварю. Только позже, завтра-послезавтра, – главное сейчас не давить и не вывести его из себя. – Я спать очень хочу. А во сне, как известно, вся полученная информация укладывается по своим местам. Ты где остановился? Может тебе денег дать на гостиницу (что угодно, лишь бы убрался)?

- Нет. Не надо денег. Я пойду, а ты отдыхай. Завтра встретимся и все обговорим, – Тим поставил на стол кружку, из которой так и не сделал ни единого глотка, и вышел в коридор. – Дверь за мной закрой, а то ночь на дворе. Мало ли какой псих может по округе гулять.

Ага, один из них только что вышел из моей квартиры. Это была первая мысль после того, как я захлопнула дверь. Вторая мысль была позвонить в полицию. Но ее я сразу же отмела. Во-первых: пока они приедут, он уже будет далеко, а во-вторых: что я им предъявлю? Кружку с нетронутым чаем? Так я сама ему этот чай налила. И в квартиру, получается, тоже впустила сама. Плохого он мне, действительно, ничего не сделал. А то, что парень малость не в себе и с фальшивым паспортом разгуливает – так это уже его проблемы. Пускай в обезьяннике это все рассказывает, когда его наряд на улице остановит.

Бросив быстрый взгляд на часы, я поняла, насколько сильно устала. А спать осталось всего ничего. Время два часа ночи. Поэтому я быстро помыла кружки, и зарылась с головой под одеяло.

Глава 2

ГЛАВА 2

Утро встретило меня противным воем будильника. Вот не воспринимаю я всякие пения птиц и шумы волн как средства к пробуждению. Мне нужно, чтобы мелодия могла мертвого из могилы поднять и заставить панически метаться, чтобы отыскать источник этих омерзительных звуков.

Кое-как выключив его, попутно скинув телефон с прикроватной тумбочки, я заставила свою тушку сползти с кровати. Прошлепав босыми ногами до ванной, я встала под бодрящие струи душа и полностью отдалась процессу утреннего омовения.

Чего же я так спать хочу? Вроде легла не так поздно, а в глаза хоть зубочистки вставляй. Или веки на скотч приклеивай.

Стоп! Как не поздно!? Воспоминания о вчерашнем вечере хлынули в мою сонную голову волной. Вечер, маньяк у подъезда, на поверку оказавшийся полным психопатом. Рассказывал мне небылицы о какой-то глобальной катастрофе и пытался внушить, что я должна спасти мир. Где была моя голова, когда я его в квартиру пустила? А вдруг бы он меня… Даже подумать страшно. Видимо, я настолько сильно перепугалась, что здравый смысл махнул ручкой и забился в глубины подсознания, только сегодня явив мне свой светлый лик. Слава Богу, что все так благополучно разрешилось! Иначе лежать мне сейчас хладным трупиком с проломленной черепушкой на собственной кухне. Или в каком-нибудь подвале на цепи сидеть. Или… Да много еще всяких «или» можно придумать – была бы фантазия. А она у меня есть, да. И сейчас эта самая фантазия вместе со здравым смыслом и инстинктом самосохранения (где ж вы вчера были, родные?) показывают мне, как неправильно я себя накануне вечером вела.

Меня начало потряхивать, не взирая на горячие, практически обжигающие, струи воды из душа. Так, нужно успокоиться и взять себя в руки, а то так и до банальной истерики недолго. Ничего страшного не произошло. Надеюсь, что это была первая и последняя встреча с Тимофеем-как-то-его-там. Если он вообще, конечно, Тимофей. Паспорт-то явно поддельный.

Наскоро позавтракав, я собралась и отправилась на работу. Сначала решила вызвать такси, но, глянув на часы, поняла, что времени на ожидания машины уже нет. Пока она по утренним пробкам до меня доедет, пока по тем же пробкам доберемся до офиса… Быстрее будет втиснуться в проходящий автобус или маршрутку и как-нибудь доехать на общественном транспорте.

Из подъезда я выходила как партизан из леса, разве что по-пластунски не проползла. Но все бабушки на лавочке (и чего им не спится в такую рань?) удостоились от меня по подозрительному взгляду. Где же вы вчера все были? Почему отвернули от меня свое Око Саурона?

***

Дорога до работы прошла без происшествий. Не считать же происшествием то, что какой-то подросток патлатой наружности оттоптал мне все ноги. Я настолько была погружена в свои мысли, что с начала даже не заметила столь вопиющего издевательства над моими ногами и обувью. Да и сохранять дистанцию в переполненном автобусе довольно сложно, если вообще возможно.

Вывалившись из автобуса, я проскочила в офис, молясь, что бы начальства еще не было на рабочем месте. В итоге чуть не сшибла нашего охранника дядю Васю.

Дядя Вася – добродушный мужчина лет шестидесяти. Всегда вежлив и обходителен. Если нужна помощь – поможет не раздумывая. Коллектив у нас в основном женский и мы его бережем как зеницу ока, периодически балуя всяческими домашними разносолами и прочей стряпней. Так как он мужчина холостой, жена лет десять назад укатила в закат, то отказываться даже и не думает. На все попытки выяснить, почему он за столько лет так и не женился, дядя Вася отшучивается по поводу возраста. Мол, кому он, старая развалина (не такая уж и старая и не такая уж и развалина), нужен. Ага, это он пускай кадровичке Софье Петровне доказывает. Она на него основательно глаз положила.

- Ой, здрасте, дядь Вась! Как у вас дела? Николай Александрович на месте?

- Привет, Виктория. Да вот, пыхчу потихоньку. Нет, начальник еще не пришел. Дарья уже пришла, а его пока нет. Тебе просигнализировать, когда явится?

- Не, не надо. Удачного вам дня!

- И тебе хорошего дня, Виктория.

Я пулей влетела в свой кабинет, махнула рукой Дашке и напоролась взглядом на третий пустой стол. Вспомнила, что Людочка вчера ушла в декрет. Да, тихо и скучно нам теперь будет без нее. Так приятно было с ней поболтать в перерывах между работой.

Людочка у нас самый позитивный и жизнерадостный человек во всем отделе. А после того, как забеременела, вообще прониклась всеобъемлющей любовью ко всему живому. Интересно, кого найдут на ее место? Лишь бы не зануду какую-нибудь. Хотя, в нашем деле без занудства и педантичности никак нельзя, это да.

Не прошло и пяти минут, как нас посетило дражайшее начальство, ведя за собой какого-то парня.

- Здравствуйте, Виктория Алексеевна, Дарья Вячеславовна, – вообще начальник нас исключительно на «ты» называет и без отчества обходится, а тут, видимо, перед этим парнишкой решил построить большого босса.

- Здравствуйте, Николай Александрович. Я как раз собиралась зайти к вам, отчитаться по медосмотрам.

- Подожди с медосмотрами. Я тут вам помощника привел. Знакомьтесь – Максим Андреевич. Пока Людмила Сергеевна в декретном отпуске, он будет работать с вами. Покажите ему рабочее место и объясните, что у нас тут как,к чему, почему и зачем прикладывать, – развернулся и уже в дверях. – Да, и по медосмотрам ко мне через час подойдите.

Я внимательно посмотрела на новоиспеченного коллегу. На вид лет двадцать пять – двадцать семь. Чуть выше меня. Блондин с голубыми глазами. А ничего, импозантный молодой человек. Хоть и не совсем мой тип. Вчерашний маньяк был как-то получше, если не рассматривать его как маньяка. И покрупнее, и плечи шире.

- Ну давайте уже знакомиться нормально, без этого официоза. Максим, – парень улыбнулся мам с Дашкой.

- Дарья. Специалист по охране труда, - Дашка расплылась в одном из своих самых милых оскалов.

- Вика, – ответная улыбка. – я ведущий специалист. Давайте я вам все тут покажу.

- Может быть сразу на «ты»? – еще одна лучезарная улыбка

- Давайте, то есть давай! Вот твое рабочее место, – я подвела его к соседнему столу. – Сейчас прозвоним айтишникам для настройки учетной записи. Пока можешь поизучать документацию и нормативы – шкаф справа от тебя. Начни с должностной инструкции. Потом ОТ, БП, ГОиЧС. Сегодня ознакомишься и распишешься в журналах. А уже в течении месяца сдашь экзамены и получишь внутреннее удостоверение и протоколы. Если будут какие-то вопросы, то обращайся ко мне или к Дарье.

- Понял! Думаю, справлюсь, - Максим с неким трепетом окинул взглядом огромный шкаф, забитый толстыми канцелярскими папками. – Но если что, то буду изводить вас вопросами.

- С удовольствием помогу, чем смогу, - еще шире разулыбалась я.

Он мне определенно начинает нравиться. Нужно как-нибудь аккуратно узнать, есть ли у него кто-то.

Вообще для меня не свойственно такое резкое проявление симпатии к незнакомым людям. Я неизменно обходительна и доброжелательна с ними, но не более. А с Максимом сразу хочется поболтать и вообще находиться как можно ближе. Ну и ладно, а вдруг это судьба? Он красив, я – чертовски красива. Ой, тьфу! Работать, Виктория Алексеевна, не улыбаться!

Вот они, прелести работы в женском коллективе! Новость о том, что новый сотрудник – молодой человек очень даже приятной наружности, облетела офис со скоростью света. Наш кабинет превратился в проходной двор. Каждая, начиная от молоденькой девочки секретаря и заканчивая статной Софьей Петровной, посчитала своим долгом заглянуть к нам на огонек. Причем перманентно зависающий у нас Николай Александрович никого не смущал. Дамы заглядывали в дверь, вылавливали глазами Максима, мило с ним здоровались и тут же закрывали дверь. Если же им посчастливилось попасть в минутку отсутствия высокого начальства, то тут же подсаживались к нему на стульчик и начинали щебетать аки птички. Похоже, у дяди Васи появился конкурент. Не одного его теперь баловать будут, что-то мне подсказывает.

Как и было приказано, ровно через час я понеслась к начальству на ковер с отчетом о проделанной работе. Пройдя в кабинет, максимально четко и развернуто обрисовала сложившуюся ситуацию и уже собиралась уходить, как Николай Александрович меня остановил.

- Вика, присядь, разговор есть, – он был серьезен и о чем-то думал.

Что-то после вчерашнего меня не особо тянет на «поговорить». Ну, раз начальство просит…

- Да, я вас слушаю, – усаживаюсь в кресло у стола.

- Я по поводу Максима. Он у нас человек новый, ты уж присмотри за ним. Подскажи что да как. В общем, парень на твоем попечении.

Что? Видимо, глаза у меня в этот момент были очень выразительные. Николай Александрович аж занервничал, заерзал в кресле и полез за платком вытереть вспотевший лоб.

- Ну, Вик, я тебя прошу. Текучка кадров везде жуткая. Я еле уговорил его пойти именно к нам. А он, между прочим, собирался вообще из города уезжать! Ты не представляешь, чего мне это стоило.

Отчего же, очень даже представляю. Банька, пиво, обещание крупного заработка и замечательных условий работы в цветнике из молодых (в основном) девушек.

- Так что? Возьмешься? Пожалуйста!

- Конечно, – с начальством спорить не хорошо. Тем более он у нас мужик замечательный. И отпустит пораньше, если нужно, и на уступки всяческие пойдет.

***

Я когда только собиралась сюда устраиваться, подружки пугали меня злобными директорами, которые только и мечтают переспать с каждой своей подчиненной. Но Николай Александрович оказался мужиком нормальным. Примерный семьянин, замечательный отец (сама видела, как он с женой и детьми общается). За мои два года работы здесь ни в чем криминальном замечен не был. Да и остальные о нем очень положительно отзываются. У нас в отделе ведь текучки практически нет. Коллектив более – менее постоянный. Если и уходят, то либо как Людочка, либо по другим причинам, никак не связанным с третированием начальства.

Вернувшись на рабочее место, я ненадолго выпала из реальности, обдумывая просьбу начальника.

- О чем задумалась? – Макс выдернул меня из своих мыслей.

- Да так, ни о чем, – сказать или не стоит. Хотя кто захочет чувствовать себя яйцом, с которым будет носиться клушка в моем лице? – День сегодня бешеный предстоит, вот и готовлюсь морально.

И как накаркала! Действительно, такого давно не было. Аврал полнейший. Все от нас резко что-то захотели. И всем надо срочно еще вчера. Справлялись кое-как. Но все имеет свойство заканчиваться, даже такие сумасшедшие дни. Когда все дела на сегодня были завершены и я уже собиралась уйти, меня окликнул Максим.

- Вика, а ты далеко от работы живешь?

- Да не особо. На проспекте. Десять минут на автобусе. А что?

- Я на машине, могу подвезти.

- Ну давай, - а почему бы и нет. – Сейчас, только оденусь.

На выходе из управления одна из девочек проводила меня каким-то странным взглядом. Как бы цветник не превратился в серпентарий. У нас, конечно, коллектив дружный. Но мужчины – дело такое, могут и закадычных подруг сделать злейшими врагами, что уж говорить о просто коллегах.

- Вик, ты давно в тут работаешь?

- Почти два года.

- И как тебе здесь?

- Меня все устраивает. Коллектив хороший, начальство адекватное. Работай – не хочу, все условия. А такие авралы, как сегодня, бывают не сказать, чтобы очень уж часто. В основном все тихо-размеренно. По плану. Так, что, можно сказать, ты сегодня прошел боевое крещение.

- Что ж, надеюсь, я смогу прижиться в столь замечательном коллективе, – Максим задорно рассмеялся. – Не выгоните?

- Будешь себя хорошо вести – не выгоним, – я подхватила его веселый настрой. И усталость как рукой сняло.

- Показывай, куда дальше ехать.

А я и не заметила, как мы выехали на проспект.

- На этом перекрестке на лево, потом сразу на право во дворы, – начала я раздавать инструкции. – А вот и мой дом. Спасибо, что повез! До завтра!

- До завтра! – Макс развернул машину и уехал, помахав мне на прощание ручкой.

А все-таки он милый. И как-то сразу к себе располагает. Не то что вчерашний псих. А вот, кстати, и он. Стоит, караулит у подъезда. И чего ему неймется? Ладно хоть бабушки еще протирают лавочку своими пятыми точками. Может при них он поостережется ко мне приставать.

Не тут-то было. Не успела я подойти к подъезду, как он просто налетел на меня.

- Кто тебя подвозил? – а взгляд как у собаки Баскервилей, того гляди набросится и покусает.

- Твое какое дело?! – ну просто возмутительная беспардонность! – Меня что, до дома никто подвезти не может?

- Ты можешь мне ответить, кто это был? – уже спокойней проговорил он. – Как его зовут и давно вы с ним знакомы?

- А полную биографию тебе не рассказать? – кажется, я начала повышать голос. Бабушки у подъезда тут же навострили ушки. – И вообще, у меня есть своя жизнь, в которую тебе лезть не следует. Ты мне никто. Совершенно чужой человек. Я тебя знать не знаю

- Вик, просто скажи, кто это был, и я от тебя отстану.

И как вот с ним нормально разговаривать? Правильно говорят, нельзя спорить с душевнобольными, у них от этого что-то в голове клинит, и они становятся агрессивными. Проще действительно сказать, может, оставит меня в покое.

- Новый сотрудник. Только сегодня к нам пришел. Зовут Максим. Доволен?

- Твою мать! – вот такой реакции я не ожидала. – Если я не обознался, и это действительно тот, о ком я подумал, то держись от него подальше. А лучше вообще смени работу.

- Что?!

Ну все! Всему есть предел. И моему терпению – тоже.

– А в другой город мне не переехать?! Чего ты вообще ко мне привязался? Я вчера твои сказки послушала, так отстань от меня!

- Да какие, к черту, сказки! – теперь мы уже оба орем. А бабульки прям сияют. Информационный кризис у них, а тут такие страсти. Мексиканские, ага! – Я тебя защитить хочу! От этого типа ничего хорошего не будет! Ты думаешь, он случайно именно к вам устроился?

- Ага, может, он и Людочку в декрет отправил? Хватит нести чепуху. Пропусти меня, я домой хочу, – я попыталась его обогнуть, но ничего у меня не вышло. Тим снова преградил мне дорогу.

- Вика, послушай меня, пожалуйста. Я не желаю тебе зла, я просто хочу тебе помочь и спасти родной мир. Я больше, чем уверен, он попытается тебя прибить.

- Ну все, ты меня достал! Со своими приставаниями, со своим бредом про конец света. Либо ты сейчас даешь мне спокойно уйти, либо я начинаю визжать на весь двор. И тогда уже ты отсюда спокойно не уйдешь, - зашипела я разъяренной змеей.

- Да иди ты куда хочешь! Я с тобой нянчиться не нанимался. Вспомнишь еще мои слова, да поздно будет, – и он, резко развернувшись, ушел. Кажется, я его допекла. Может, теперь отстанет от меня? Знакомы меньше суток, а меня уже трясет от одного его вида.

***

Тимофей влетел в гостиничный номер как разъяренный тигр. Пометался по комнате от стены к стене, попутно сбивая мебель. Стул, стол полетели на пол, перевернутые сильной рукой в прорыве ярости. К счастью, запала на шкаф и кровать уже не хватило, а то сюда весь персонал сбежался бы. Достал из кармана стеклянный шарик и с силой бросил на пол. Половину комнаты заволокло едким дымом. Кода он рассеялся, на месте взрыва появилось лицо мужчины. Лет сорок – сорок пять на вид. Усталые глаза обрамляет тонкая сеточка морщин, на висках седина, губы плотно сжаты. Весь вид говорит о том, что он предельно собран.

- Ну что там у тебя? Ты ее нашел?

- Нашел. А что толку? Она мне не верит.

- Это, как раз, ожидаемо. Подойди ко мне кто с таким рассказом, я бы тоже не поверил. Вызвал бы санитаров и отправил в дурдом. Ты из-за этого такой злющий?

- Возле нее Макс нарисовался. А это уже проблема. Он же угробит девчонку! И откуда только узнал?

- Действительно проблема… А ты уверен, что это он? Ты с ней говорил по этому поводу?

- Не совсем. Он в машине сидел и довольно быстро уехал. Я толком и не разглядел его. Так, силуэт, - Тим взлохматил волосы от челки к затылку. – Пытался говорить. Вика даже слушать ничего не хочет. Послала меня лесом. Что теперь делать то?

- Убедить. Заставить выслушать и поверить. У нас остался максимум год, потом…сам знаешь, что потом. А я еще внуков хочу.

- Все мы хотим жить долго и счастливо. Я постараюсь. А другого варианта точно нет? Вы хорошо искали? Потому что это не девушка, а гарпия какая-то! Чуть не покусала меня сегодня!

- Точно. Да и с каких это пор ты начал отступать от намеченной цели? Или действительно испугался девчонки? – хохотнул мужчина

- Никого я не испугался! Просто не думал, что все будет так сложно. Предполагал, но надеялся, что пронесет. Может, лучше будет аккуратно ее усыпить и закинуть в портал? А обрабатывать будем уже на месте.

- Нет, это не вариант. При переходе она должна быть в сознании. Тим, мы на тебя надеемся. Ты можешь провести там не больше месяца. По окончании этого срока девушка должна быть здесь и начать обучение. Если уж никак не получится убедить, доставишь силой. Но доставишь! Хоть связанную, хоть в ковер закатанную и с кляпом во рту. Только ни в коем случае не усыпляй. Она должна быть в сознании.

- А может сразу так и сделать?

- Нет. Все же попробуй наладить с ней контакт. Вам еще работать вместе.

- Попробую…-Тим хотел еще что-то добавить, но изображение померкло и истаяло сизым дымком.

«Вот и поговорили. И что теперь делать? Как заставить ее поверить? Что делать с Максом? Ясно только одно: Вику не следует надолго выпускать из вида. Макс, если это действительно он, не дурак, и прекрасно знает, что у нас только месяц. И если заметил меня у подъезда, попытается разобраться с ней поскорее. Меня не тронет – побоится. А вот ее… Не допущу! Сам сдохну, но девочка будет жить. И как только они про нее пронюхали? Ведь знали обо всем всего несколько человек».

С такими невеселыми мыслями Тимофей повалился на кровать и забылся беспокойным сном.

Глава 3

ГЛАВА 3

Зайдя в свою квартиру, я, наконец, дала волю эмоциям. В красках и не стесняясь в выражениях расписала потолку, что я думаю о всяких душевно больных, которые ко мне цепляются и несут всякую ахинею. И ладно бы просто сказки рассказывал! Так нет же! Он еще и командует с кем мне общаться, а с кем нет. Совсем крыша поехала на почве своих фантазий.

И почему мне так на мужчин не везет? Вечно не пойми кто цепляется. И ведь на вид нормальный парень. Познакомься мы в других обстоятельствах, я бы точно обратила на него внимание. Да и как тут не обратить, когда он соответствует по всем пунктам моего идеала мужчины. Высокий брюнет с серыми глазами. По фигуре видно, что следит за собой. Руки сильные – как к двери прижал, все ребра затрещали! Спина широченная. А улыбка… Добрая, открытая. И голос такой приятный, бархатистый. По всем параметрам – мечта. Только вот голова подкачала. Винтиков в ней точно не хватает. А раз так, то и нечего заморачиваться. Находиться рядом с психически неуравновешенным человеком опасно для здоровья. А я жить хочу. Желательно долго и счастливо.

И чего он так на Макса отреагировал? Может, его в детстве кто с таким же именем обидел, вот он теперь и видит во всех врагов народа?

Все! Плевать на этого придурка с высокой колокольни! И вообще, я есть хочу, надо бы приготовить что-нибудь.

Но не успела я обосноваться на кухне, как зазвонил мобильник. Номер был мне незнаком. Я подняла трубку и на том конце услышала бодрый мужской голос

- Вика, это Максим. Ты сейчас чем занята?

- А, привет. А откуда у тебя мой номер? – сказать, что я удивлена, это не сказать ничего

- Секрет фирмы! Так что ты делаешь?

- Ужин готовить собираюсь. А в чем дело?

- В общем, сворачивай свой ужин. Я за тобой через полчаса заеду, поедим где-нибудь.

- Ты мне свидание назначить решил? – настроение резко поднялось до той отметки, когда с симпатичным парнем очень хочется пофлиртовать.

- Ну да. А ты против? Посидим, поболтаем. Познакомимся поближе. Или ты боишься? – он меня что, на «слабо» берет?

- Не боюсь. Через полчаса жду, – и отключилась.

А жизнь-то налаживается! Максим произвел на меня хорошее впечатление. Так почему бы и нет? В конце концов, я в любой момент могу развернуться и уйти, если мне что-то не понравится.

Сборы не заняли много времени, и ровно через тридцать минут мне позвонил Макс и сказал, что ждет у подъезда. Какая пунктуальность. Да по нему часы сверять можно.

Он отвез меня в небольшой итальянский ресторанчик. Свободный столик нашелся довольно быстро. Глянув в меню и на цены, до меня дошло, почему здесь так мало посетителей. Сама я бы сюда ни за что не пошла! Хоть у меня и не плохая зарплата, но так шиковать я себе не позволяю.

Максим оказался очень интересным собеседником. Он мог поддержать разговор на любую тему. Кажется, спроси я у него о способах культивирования картофеля в условиях крайнего севера, он бы и здесь нашел что сказать. И чувство юмора у него очень хорошее. Я не заметила, как пролетели несколько часов, и сидела бы так сколь угодно долго. Но всю идиллию обломал официант, сообщивший, что, к сожалению, через двадцать минут ресторан закрывается и нам следует немного поторопиться. Ну что ж, следует, так следует. К слову, Макс, как истинный джентльмен даже не дал заглянуть мне в счет.

Макс довез меня до дома, и галантно поцеловав ручку, пожелал спокойной ночи.

Спать я ложилась в прекрасном расположении духа. А жизнь-то налаживается! Я это уже говорила? Ну тогда готова повторить!

***

Какой странный сон…

Вспышки света, грохот. Темный, незнакомый коридор. Или не темный, а просто закопченный, как после пожара. Не понятно. За спиной что-то грохнуло и все заволокло пылью, убивая и без того слабую видимость.

Через некоторое время в облаке пыли начинают мелькать неясные разноцветные пятна, переливающиеся всеми цветами радуги. Я кашляю и задыхаюсь, но упорно пытаюсь выбраться из пылевого облака.

Замечаю в руке какой-то золотистый клубок, по которому проходят точно такие же радужные всполохи, какие мелькали там, в глубине коридора. Я хочу отшвырнуть от себя эту непонятную хернь и просыпаюсь.

***

На работу я летела как на крыльях, чуть ли не распевая песенки по дороге. Даже странный сон, практически стершийся из памяти, не мог испортить моего настроения. Дядя Вася удостоился от меня пакета с пирожками и поцелуя в щеку. Кажется, я начинаю понимать Людочку с ее безумной любовью ко всему живому и желанием подобрать по дороге всех котят и щенков.

- Доброе утро, Виктория. Да ты ни как влюбилась? – охранник загадочно улыбнулся.

- Не знаю, дядь Вась. Все может быть! – и, наградив его лучезарной улыбкой, пошла в кабинет.

Дашки еще не было, а вот Макс, напротив, сидел за столом и перебирал какие-то бумажки. Увидев меня, он вскочил со стула и подошел.

- Привет, – он обнял меня за плечи и легко коснулся моей щеки губами. – Как спалось?

- Привет, - я не спешила отстраняться. – Замечательно спалось. А тебе?

- Спал, как убитый. Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться после трудового дня? Вечер обещали теплый.

- Обеими руками «за»! И даже ногами – тоже «за». А сейчас хватит расслабляться, нужно работать.

Он медленно отошел от меня, осмотрев с ног до головы. Улыбнулся каким-то своим мыслям и вернулся к своему столу.

До обеда все было тихо. Вымерли тут все, что ли? Или всю работу переработали? Хотя я от этого не особо страдала. Все это время мы болтали с Максимом, выхлебав литра два кофе. Такого количества комплиментов, коими он меня обсыпал, я не слышала за всю свою жизнь. Моя самооценка нежилась и разбухала как на дрожжах.

Дашка хитро поглядывала на наши милые воркования, время от времени бросая на меня многозначительные взгляды. Ближе к обеду она подошла к моему столу, и шепотом, периодически косясь в сторону Макса и подмигивая, сообщила, что нам нужно поговорить.

- Ну нужно, так нужно, – невольно и я перешла на шепот. – Давай во время обеда.

Дашка, довольно улыбнувшись, уцокала назад к своему столу.

Обедали мы в кафе, соседствующим с нашим офисом. Дашка сразу же отконвоировала меня за отдельный столик, и пресекла все возможности вырывания моей особы из ее цепких лапок.

- Так, о чем ты хотела поговорить? – спросила я после того, как нам принесли заказ. – Или, может быть, о ком?

- О ком. Давай рассказывай! – она воззрилась на меня, не скрывая любопытства.

- Что рассказывать? – не поняла я.

- Ой, да ладно! Не поняла она! Весь офис вчера наблюдал, как ты с этим красавчиком уехала. Что у тебя с ним?

- Да ничего у меня с ним нет. Пока нет, как-никак второй день знакомы. Он просто подвез меня до дома, – да, женский коллектив во всей красе. Надеюсь, яда мне в чашку еще не накапали.

- Пока нет? – спросила Дашка, сделав ударение на первом слове. – То есть все возможно?

- Я этого не отрицаю. Максим мне определенно нравится. А ты сама знаешь, когда и какими были мои последние отношения.

***

Мда, мой последний бойфренд – это было что-то с чем-то. Прошло почти полгода, а я до сих пор вздрагиваю от омерзения.

Начиналось все очень даже неплохо и мило. Мы познакомились в гипермаркете. Я засмотрелась на какие-то товары и влетела в него на полном ходу, сбив с ног тележкой. В процессе моих извинений и его заверений, что ничего страшного не произошло, завязалось знакомство.

Саша показался мне очень приятным молодым человеком. Да так оно и было до поры до времени. До первого похода в заведение общепита

Неделю он просто выгуливал меня по улицам города, пытаясь закормить мороженным до полного обледенения внутренних органов. Но потом настал момент икс, и он пригласил меня в кафе. Тогда-то и выяснилось, что у моего кавалера есть недостаток. Патологическая жадность (или это просто идиотизм, уж не знаю, наследственный ли). Я не считаю себя меркантильной. Заплатить за себя самой – вообще не проблема. И материальное положение мужчины не является для меня чем-то первостепенным – я, в конце концов, тоже не дочка Рокфеллера, хоть и не бедствую. Но, все же, на конфетно-букетный период отношений можно потратить что-нибудь, кроме физических сил. Я, конечно, не рассчитывала на ресторан, вроде того, в который вчера водил меня Макс, но подготовилась основательно. Выход в свет, как-никак. Макияж, прическа, эпиляция во всех стратегических местах (нет, ну мало ли, вдруг). Нацепила платье (ладно хоть не вечернее), каблуки. А этот, с позволения сказать, прЫнц, повел меня в чебуречную! Нет, я ничего не имею против чебуреков. Я их люблю. Но не с в положении «стоя», за пластиковым столом, в каком-то клоповнике. Я вытерпела не более получаса. Другая на моем месте тут же развернулась бы и ушла. Но я включила идиотку и поплелась следом. И вот, когда мое, поистине ангельское терпение подошло к концу, я просто встала и направилась на выход. А он даже и не заметил! Чебурек, наверное, вкусный был!

Потом были мольбы и просьбы не бросать его. Обещания, что такого больше не повторится, и впредь я сама буду выбирать куда ходить. А я что? А я ничего. Послушала его нытье и дала второй шанс. Одинокая жизнь тоже не фонтан, а так был хоть какой-то шанс наладить положение на личном фронте.

И действительно, все образовалось. На целых две недели. А потом он завалился ко мне пьяный в дугу и наговорил кучу гадостей. Сказал, что таких как я у него целый гарем. Что я только строю из себя приличную девушку, а на самом деле – ни в какой серьезной организации я не работаю, а чуть ли ни на панели стою. И под конец этой тирады его стошнило прямо у меня в коридоре аккуратно в новые сапоги. В итоге ухажера я вышвырнула за дверь (и откуда только силы взялись?), пол отмыла, а сапожки отправила в помойку. Далее были рыдания на плече у Дашки и причитания по поводу моей фатальной невезучести. Сашу я больше не видела, и ни капли от этого не страдаю. И в магазинах тоже не знакомлюсь. Только вот сапоги жалко до сих пор. Может, стоило их отмыть?

***

- Такое сложно забыть, – хохотнула Дашка. – И ты думаешь, что в этот раз будет лучше? Не боишься опять нарваться на скотину?

- Надеюсь, – буркнула я. – Максим производит хорошее впечатление. Да и ресторан, в который он меня вчера водил, забегаловкой не назовешь даже при самой извращенной фантазии. А самое приятное: никаких сальностей и приставаний!

- Так вы еще и в ресторане были?! Беру свои слова обратно! – она засияла улыбкой. – Давай доедай уже и пойдем. А то перерыв заканчивается.

Я быстро закидала в себя остатки салата и вышла следом за коллегой.

На секунду мне показалось, что за угол свернула знакомая фигура. Надеюсь, что только показалось. Бросаться следом, и выяснять отношения не было никакого желания. Да и выглядеть я буду довольно глупо, если окажется что обозналась. Эх, Вика, Вика… Нервы лечить пора, раз мания преследования началась. Пустырничка что ли попить для начала или валерьяночки?

Остаток дня пролетел незаметно. Работы значительно прибавилось, поэтому скучать нам было некогда.

Макс периодически бросал на меня заинтересованные взгляды. И, если я замечала, то тут же отводил глаза. Лишь один раз нам удалось перекинуться парой слов, и то сугубо по работе.

- Ну что, на прогулку? – спросил он, когда мы вышли из офиса.

- Ага, – я сощурилась теплому вечернему солнышку. – В какую сторону пойдем?

- Как тебе парк недалеко отсюда?

- Одобряю! – я задорно улыбнулась. – Макс, а ты давно здесь? В смысле, в городе.

- Сколько себя помню. Учился, правда, в другом городе. Отец настоял на более престижном ВУЗе. Но после окончания решил вернуться. Здесь все какое-то родное, что ли. А ты давно тут живешь?

- Почти семь лет. Закончила местный университет, да и осталась.

- А родители где?

- У меня только папа, – весь позитивный настрой сразу начал испаряться.

Макс не виноват, это закономерный вопрос. Рано или поздно он бы прозвучал. – Мама попала в аварию, когда мне было девять.

***

Была сильная оттепель, а ночью ударил мороз. Как результат – дороги, покрытые толстой коркой льда. Мама поехала в соседний город. Какие у нее там были дела, я уже и не вспомню. Помню, что напрашивалась с ней, но она категорически была против. Как чувствовала что-то… До города автобус не доехал. Водитель превысил скорость, и его занесло на повороте. На полном ходу автобус, набитый под завязку, снес металлическое заграждение, свалился в глубокий кювет и несколько раз перевернулся. Большая часть пассажиров по больницам округа. Меньшей части так не повезло.

Мама попала в реанимацию с тяжелой черепно-мозговой травмой и множественными разрывами внутренних органов. Ее каким-то чудом успели довезти до больницы. Дальше чудо работать отказалось. На третий день пребывания в коме мама умерла.

Я никогда не видела отца плачущим. Но в тот день он ревел как раненый зверь. У него отобрали любимую жену и оставили с маленькой дочкой на руках. А я не верила. Мне казалось, что это ошибка. Что мама на самом деле жива. Что врачи что-то напутали. Девятилетний ребенок никак не мог осознать, что вот сейчас дверь не откроется и не зайдет самый дорогой в его жизни человек. Не принесет что-нибудь вкусненькое из магазина. Не прочитает книжку и не поцелует перед сном.

Похорон я практически не помню. Помню только плачущего отца, целующего маму в лоб и спрашивающего у кого-то наверху, за что ему это, и почему именно она?

Он очень сильно постарел. В один момент, за каких-то несколько дней. Передо мной уже был не здоровый молодой мужчина, а человек лет на десять старше моего отца. Честь и хвала ему, он не начал пить и не закрылся в себе. Понимал, что кроме него дочь воспитать будет некому. Постоянно работал и каждую свободную минутку посвящал мне, пытаясь заменить собой недостающего члена семьи.

Когда я стала постарше, то как-то спросила, почему он снова не женится. На что папа ответил, что слишком сильно любил и продолжает любить мою мать. Другую женщину он принять просто не сможет.

***

Я говорила и говорила, а Максим слушал, не перебивая и не вставляя жалостливые комментарии.

- Прости, – сказал он, когда мой рассказ подошел к концу. – Я не хотел.

- Ни чего страшного, – пожала плечами я. – Ты задал вопрос и я на него ответила. Это ты извини, что загрузила.

- Ничего не загрузила. Не говори ерунды, – и он прижал меня к себе.

Мне стало так хорошо и уютно рядом с ним. Он не просто выслушал, но и понял меня. И я готова ему верить, что бы там не говорил этот психопат.

Я вспомнила Тима и его вчерашнюю истерику.

- О чем задумалась? – одернул меня Макс.

- Да так, ни о чем, – и чего мне всякая муть вечно в голову лезет? – Тут есть довольно неплохое кафе со столиками под открытым небом. Там очень вкусный чай и пирожные. Зайдем?

- Желание дамы – закон. Показывай свое кафе.

Мы выбрали столик на террасе. Не смотря на открытое пространство, здесь было очень уютно. Сразу же подскочила молоденькая девушка-официантка и приняла у нас заказ.

Мне тут всегда очень нравилось. Тихо и хорошо. И кормят вкусно. Мы частенько после работы сюда с Дашкой заворачивали. Наносили удар калориями по организму. Точнее, я наносила, с удовольствием съедая пару пирожных, а Дашка вздыхала и удивлялась, как так можно издеваться над своей фигурой. А я что? Я ничего. Это она вечно на диете сидит. Вот скажите мне, как можно себе отказать в таких лакомствах? Или это я такая сладкоежка?

Посидев и побаловав себя вкусняшками, мы решили, что пора двигаться домой. На мои попытки оплатить хотя бы половину счета, Макс чуть было не обиделся, и я быстренько заткнулась.

До меня решили идти пешком. Во-первых: погода была отличная, во-вторых: Макс оставил машину дома, а вызывать и дожидаться такси не хотелось. За разговорами дорога прошла незаметно, и я с удивлением поняла, что мы уже стоим у подъезда.

Максим взял меня за руку и развернул к себе. Провел рукой по волосам, щеке. Привлек к себе и поцеловал.

Да что он себе позволяет?!

Это была первая мысль. И единственная, так как она позорно ретировалась спустя секунду.

Через некоторое время Макс отстранился от меня и, пожелав спокойной ночи, ушел. А я стояла и улыбалась, глядя ему вслед.

Что это со мной?

Глава 4

ГЛАВА 4.

Какой прекрасный день! Трам-пам-пам-пам-пам-пам! Парам-пам-пам-пам-пам!

Я летала по квартире и напевала незатейливую песенку. День действительно обещал быть отличным. Лето, солнце, сегодня выходной и мы с Максом планировали съездить на озеро. Точнее, планировал Макс, и заодно, уговорил меня. Что еще нужно для счастья влюбленной девушке? Я сказала влюбленной? Да! Я влюбилась! И что, что так сразу? А, может быть, это с первого взгляда и на всю жизнь?

Сразу вспомнился недавний поцелуй. Такой неожиданный и приятный. Нежный и требовательный одновременно. Я коснулась рукой губ и снова расплылась в счастливой улыбке.

Макс позвонил примерно час назад и предложил съездить искупаться. Я, естественно, была не против. Кое-как откопав купальник в шкафу (не помню, когда в последний раз его надевала), я запихнула его в сумку. Туда же отправились шлепанцы, полотенце, бутылка с водой и несколько бутербродов. Вроде ничего не забыла. А, еще расческу!

Максим не заставил себя долго ждать. Ровно в назначенное время раздался звонок, и я побежала вниз.

Он стоял, облокотившись на машину. Светлая футболка и светлые же штаны шли ему удивительным образом. В руках он держал букет красных роз.

Я застыла в дверях подъезда, глядя на все это великолепие. Прекрасный мужчина, прекрасные цветы. Неужели это все мое? Похоже, удача решила, что хватит стоять ко мне ж…спиной и резко развернулась, осыпая всевозможными благодатями.

- Отомри, – он подошел ко мне и нежно поцеловал. – Ты великолепно выглядишь.

- Спасибо, – я залилась краской. (это все жара, а не хоровой вздох бабушек на лавочке!) – Ну что, поехали?

- Поехали. Кстати, это тебе, – он протянул мне букет.

- Тогда подожди меня пару минут. Я цветы в вазу поставлю. Жалко, если такая красота завянет, – и, всучив ему сумку, я бегом влетела в подъезд.

Через несколько минут мы уже ехали загород по направлению к озеру. Макс о чем-то рассказывал, а я сидела и глупо улыбалась.

- Эй, ты меня вообще слушаешь? – он попытался поймать мой взгляд. – А то у меня складывается ощущение, что ты где-то в облаках, а не со мной.

- Слушаю, конечно. Просто у меня очень хорошее настроение, вот и улыбаюсь, – я наградила его поцелуем в щеку.

- Ну ладно. А то мы уже подъехали, а ты за всю дорогу так ничего и не сказала.

И действительно, среди деревьев уже виднелись блики водной глади.

Мы оставили машину на парковке и направились к озеру. Тому, что следом за нами на парковку въехал еще один автомобиль, я не удивилась. Выходной как-никак. Народ хочет отдыхать, а озеро у нас одно, хотя довольно большое. А вот Макс, обернувшись, заметно напрягся.

- Что-то случилось? – забеспокоилась я

- Нет. Все нормально. Постой здесь, я сейчас, – и направился к стоянке.

Не пройдя и десяти метров, он схватил за грудки какого-то парня и с силой встряхнул. Приглядевшись, я узнала Тимофея, и тут же рванула к ним.

- Ты что здесь делаешь, урод?

- Я… - Тим покосился в мою сторону. – Искупаться пришел. А что, нельзя?

- Что здесь происходит? – я посмотрела на одного и на второго. – Макс, в чем дело?

Я невольно сравнила этих двоих. Тим был не на много, но крупнее, хотя и Макса задохликом не назовешь. Но мускулатура у Тима внушительней. Не как у бодибилдера, но выражена четко, что совершенно не мешает плавности движений и гибкости. Красивое лицо Максима исказила гримаса ненависти и презрения, в то время как его оппонент был предельно спокоен. Только глаза недобро так сощурены и не обещают ничего хорошего. Как жаль, что у такого видного парня такие проблемы с головой. Это я, кажется, тоже уже говорила?

- Ну! Мне кто-нибудь что-нибудь объяснит? – я требовательно посмотрела на Макса. – Вы что, знакомы?

- Нет, – после недолгого молчания ответил он, продолжая сверлить Тима взглядом. – Мне показалось, что он трется у машины. – Макс оттолкнул его от себя и пошел к озеру.

Я еще раз посмотрела на Тима, покачала головой и направилась следом.

***

- Ты с ним раньше не встречалась? – спросил Макс, когда я смогла его нагнать.

- Впервые вижу, – не знаю зачем, соврала я. – А в чем дело?

- Да так… - и он надолго задумался.

Не нравится мне все это. И то, что Тим оказался здесь (хоть это и может быть случайностью), и непонятная злость Максима. Может быть, он действительно отирался у машины? Но с какой целью? Колеса проткнуть? Угнать? Бред… Я взяла Макса за руку и заглянула в глаза.

- Успокойся. Ничего же не произошло. И вообще, мы отдыхать приехали, а ты такой кислый.

- Прости. Я не хотел портить тебе настроение. Завелся на пустом месте, – повинился он. – Давай искать место, где можно сесть, – и он повел меня в глубь пляжа.

***

Еще один стеклянный шарик разлетелся о пол. Дым рассеялся, но ничего не произошло.

- Черт! Черт!! Черт!!! – Тим саданул кулаком по стене. – Тварь! …! …! Скотина! Почему, когда ты нужен, тебя не дозовешься?!

***

Только спустя час мне удалось растормошить Макса и затащить его в воду. Но мое настроение уже бесповоротно испортилось, и немного поплавав, я сообщила ему, что хочу домой. Не проронив ни слова, Максим оделся и направился к выходу с пляжной зоны.

Я понуро поплелась следом, на ходу обдумывая недавний инцидент. В самом деле, чего он так взбеленился? Может быть, Тим действительно пришел искупаться. А может, и нет. Верить в то, что он за мной следил, я категорически отказывалась. И Тим тоже хорош. Если бы умел испепелять взглядом, то от Макса осталась бы горстка пепла. Да и Макс отличился. Ни с чего, по сути, наброситься на незнакомого человека. У машины он терся. Ага. Его машина стояла дальше, а как бы я не была уверена в благородстве своего молодого человека, стреляй меня, не поверю, что он понесся разбираться с подозрительной, по его мнению, личностью у чужого автомобиля. Что-то во всей этой ситуации я упускаю. Чего-то не знаю. Определенно.

***

Дорога до дома прошла в молчании. Ни я, ни тем более, Макс не торопились начинать разговор. Когда мы уже были на месте, я посмотрела на него и взяла за руку.

- Максим, - ноль внимания. – Да не заморачивайся ты так. Ну покрутился какой-то придурок у машины, заметь, у чужой, ничего ведь не сделал.

Он наконец обратил на меня внимание. Повернулся, смерил взглядом, и улыбнулся. Улыбка вышла какая-то злая и перекошенная на одну сторону. Я на секунду испугалась и дернулась от него. Но Макс только крепче перехватил меня за руку и притянул к себе.

- Ты ведь встречала его раньше, – это прозвучало скорее как утверждение, нежели вопрос.

- Макс, я тебе уже сказала, что впервые его вижу. Я знать не знаю, кто это такой! – опять я ему вру, сама не знаю зачем.

- Обманывать нехорошо, – прошептал он, глядя мне в глаза.

В следующую секунду он впился в мои губы поцелуем. Его рука заскользила по талии и выше. Я резко дернулась, отстраняясь от него.

- Да что на тебя нашло? Убери руки! – и пулей выскочила из машины.

Я не святая и не непорочная дева. У меня были мужчины и до Максима. Но не на пятый же день знакомства! Я не хочу форсировать события. Пускай все идет своим чередом. И взгляд Макса мне тоже не понравился. В нем была злость, жестокость, желание…что угодно, но не симпатия. Как будто это был совершенно другой человек, либо маска на месте привычного лица. Только непонятно, надетая или снятая, обнажившая истинную суть. Второй вариант меня пугал. Я не верила, не хотела верить, в то, что он окажется очередным подлецом. Жестоким, себялюбивым тираном.

И на кой черт туда принесло этого психопата? Весь день из-за него наперекосяк! Всю романтику мне обломал.

Я еще с полчаса пометалась по квартире, злясь на все и вся, и решила позвонить Дашке.

- Даш, привет, – начала я тараторить в трубку. – Ты сейчас занята?

- Привет. Что-то случилось? – Дашка почувствовала мой далеко не позитивный настрой.

- Да ничего особенного. Просто хотела, чтобы ты ко мне приехала. Нужно кое-что тебе рассказать. И узнать твое мнение на этот счет.

- Жди, скоро буду, – и она отключилась.

Я действительно хочу выговориться. Дашка единственный человек, кому можно довериться. Несмотря на кажущуюся легкомысленность, она очень серьезно относится к чужим тайнам. С ней можно говорить, не опасаясь, что на следующий день о поведанном будут знать только двое – Дарья и весь город.

Не прошло и двадцати минут, как раздалась трель дверного звонка. На пороге стояла подруга с бутылкой наперевес.

- А вино зачем? – спросила я после того, как Дашка зашла в квартиру.

- Для настроения, – отрезала она. – Ты ведь меня не от большой радости позвала. Макс все-таки оказался козлом? Быстро же он себя раскрыл! Подонок!

- Да все нормально у меня с Максом. Успокойся, – мы прошли на кухню и Дашка, ловко вскрыв бутылку, разлила вино по фужерам. – Я тебе кое-что рассказать хочу.

И рассказала. Про встречу с Тимом, про его непонятные заскоки со спасением мира и фальшивым паспортом. Про истерику по поводу Макса и про сегодняшнюю стычку на пляже. А также про свое вранье относительно знакомства с ним. Дашка слушала не перебивая. Как же я ей благодарна за эту черту характера. Сначала выслушает, а уж потом выскажет все что думает.

- Вик, а ты уверена, что они незнакомы? – она пристально посмотрела на меня. – Чужие люди не бросаются друг на друга посреди улицы.

- В том то и дело, что нет, – с сомнением протянула я. – Я, с одной стороны, верю Максу, а с другой…они смотрели друг на друга, как давние враги. Казалось, что еще секунда, и кинутся друг другу морды бить.

- А зачем ты ему соврала, что впервые видишь этого, как его, Тима?

- Сама не знаю. Как будто что-то заставило меня сделать так, а не иначе, – а действительно, почему? – Почувствовала, что ли… Не знаю, как объяснить.

- А может ты действительно спасительница мира? – сделала большие глаза Дашка. - И это все тайные промыслы судьбы?

- Вот давай хоть ты не будешь всякий бред нести! И так тошно, еще психоза мне не хватало.

- Ладно – ладно! – подняла она руки. – Не заводись ты так. А этот Тим, он симпатичный?

- Ну… - я на секунду задумалась. – Он очень хорош собой… Эй! Не смей! Он не нормальный! Я не хочу потом рыдать у тебя на могилке и рвать на себе остатки волос!

- Ну ты же сама говорила, что на буйного он не похож. А послушать всякие фантастические истории мне не сложно. Я сказки люблю. Может и я в его глазах сойду за спасительницу мира… - мечтательно затянула Дашка. – А что, представь, я – этакая валькирия в кожаном бронелифчике и стрингах, с боевой раскраской и с мечем наперевес. Или с автоматом, но тогда уже в камуфляже.

Если бы это было анатомически возможно, то у меня бы отвалилась челюсть, и с грохотом упала на пол. А так пришлось ограничиться приоткрытым ртом и выпученными глазами. Дашка оценила достигнутый результат и сползла со стула от смеха.

- Ты чего ржешь? – хлопала глазами я. – Даш, он псих, и это не смешно!

- Ой, аха-ха-ха! Видела бы ты свое лицо! – продолжала заливаться она. – Да пошутила я, успокойся. Не нужны мне твои психи, маньяки и прочие радости жизни. У меня свадьба через месяц.

Только что принявшее нормальное выражение лицо снова вытянулось.

- Ка-а-кая свадьба? Ты мне ничего не говорила.

- Вот сейчас и говорю. Мы с Мариком подали заявление, и через месяц я выхожу замуж. Так что подбирай платье. Ты – свидетельница. Макса, если у вас с ним все так хорошо, впишешь в приглашение сама, – и протянула небольшой картонный конвертик с нарисованными цветочками и парой обручальных колец.

- Афигеть… - спустя пару минут обрела я дар речи. – И ты молчала? Тоже мне, подруга называется! Я ей тут душу изливаю, а она про свадьбу сказать не может.

- Поэтому и не могу. Я-то думала, что у тебя разлад с Максом, и не хотела лишний раз сверкать своей неземной любовью.

- Думала она… А приглашение прихватить не забыла. Ну теперь твоя очередь рассказывать, что как и когда.

Дашка щебетала без остановки. Никогда не видела подругу настолько счастливой. Она, словно, светилась изнутри рассказывая про Марка, про планы на дальнейшую семейную жизнь. Расписывала, какое она хочет платье, и какой ресторан собираются заказывать. Грезила свадебным путешествием… А я сидела и понимала, что просто счастлива. Счастлива за нее, лучшую подругу, единственного достаточно близкого человека в этом городе. Просто радовалась, не испытывая ни капли зависти.

Через пару часов Дашка засобиралась домой. Быстренько схватив сумку и чмокнув меня в щеку на прощание, подруга побежала счастливая в свое почти уже семейное гнездышко, оставив после себя легкое умиротворение на душе.

И чего я, действительно, так расстроилась? Это все мужики виноваты – больше некому. Да!

Глава 5

ГЛАВА 5

День начался просто отвратительно. Мало того, что я проспала, так еще и зарядил дождь, который, судя по плотно затянутому тучами небу, грозился идти до самого вечера.

Основательно вымокнув, ибо при сильном ветре зонт особо не спасал, я кое-как втиснулась в автобус. Жуткая давка доделала то, что не успела сделать льющая с неба вода – прическа окончательно утратила первозданный вид, пиджак помялся и вымок от контактов с одеждой других пассажиров. Стоит ли говорить, что на работу я пришла в отвратительном настроении, готовая поубивать всех попавших в поле зрения.

В кабинет я зайти даже не успела. В дверях меня настиг грозный оклик начальства:

- Виктория! Зайдите ко мне! СРОЧНО!

Ну вот! Еще взбучки от начальства мне не хватало! Хотя, за что? Я даже не опоздала, а других прегрешений на сегодняшний день за мной не водилось.

Подхватив бумаги со стола и кое-как поправив растрепавшиеся волосы, я молодой ланью поскакала на ковер к директору.

- Присаживайся, – тон Николая Александровича не предвещал ничего хорошего.

- Спасибо, я постою, – с еще большим удовольствием я бы убежала отсюда куда подальше.

- Сядь! – рыкнул начальник. – Нечего мне тут маячить!

Да что же я такого натворила, что он рвет и мечет? Присяду я лучше в креслице, пока он окончательно не озверел. И аккуратно примостилась на краешек.

- Это что? – передо мной хлопнулись несколько скрепленных степлером листов бумаги. – Что ты себе позволяешь?!

Я притянула к себе листы и с непониманием уставилась в текст. Строчки тут же запрыгали перед глазами, а в голове билась только одна мысль: «Убью!»

- Я не знаю, как такое могло произойти, – постаралась взять себя в руки я. – Вы же сами распределяете задачи отдела. Эта конкретная ко мне не поступала. Проверьте рабочую почту. Информацию я не собирала и, соответственно, не предоставляла. Возможно, в головном управлении что-то напутали. Какой-нибудь сбой в ЭДО.

- То есть, ты хочешь сказать, что я, дирекция филиала и головного управления, – он все-таки сорвался и перешел на крик. – Страдаем коллективными галлюцинациями? Вика, компании грозит масштабная проверка и многомилионный штраф за подачу недостоверной информации. У тебя эта задача неделю в корпоративной системе висит, а ты сейчас делаешь большие глаза и говоришь, что впервые слышишь о ней. Как тогда ты объяснишь эту Филькину грамоту, которую ты отправила выше?

- Это какая-то ошибка. Я не первый год у вас работаю, и вы прекрасно знаете, что я никогда не отправляю ответ на запросы без предварительного согласования. Все поступающие задачи я отслеживаю и отчитываюсь в ходе исполнения, – я очень старалась не сорваться сама, иначе увольнения точно не избежать. – Вы можете спросить у Дарьи и Максима, они все подтвердят. Еще вчера этой задачи в системе не было. Да вы и сами не интересовались ходом выполнения, хотя должны были, учитывая всю серьезность последствий.

- Ну конечно, они подтвердят! Еще бы не подтвердили! Одна – твоя подружка. Про второго вообще молчу. Слышал я, что все управление о вас судачит. Уйди с глаз моих. Позже тебя вызовут.

Твою мать! Да как такое могло произойти? Это точно чья-то подстава. Только вот чья? Дорогу я никому не переходила. В отделе у нас все ровно – никаких конфликтных ситуаций. Выше, к руководству, я вообще не суюсь.

В кабинет я влетела как разъяренная гарпия и сшибла Макса, который как раз собирался выйти. Даже не извинившись, я села на свое место и яростно принялась перебирать бумаги, имитируя бурную деятельность.

- Вик, что-то случилось?

- Ничего. Все нормально, – я была не просто зла, а очень зла. Максу лучше не лезть, а то накричу.

Дашка, вон, сразу поняла, что сейчас нужно помолчать. Дождаться, пока первый поток злости схлынет, и только после этого задавать вопросы.

- Ну я же вижу, что не нормально, – он сел на стул напротив. – Может, объяснишь, что стряслось?

- Что стряслось?! – все-таки перешла на крик я. – Уволят меня сейчас! Вот что стряслось. В системе всплыл запрос на предоставление данных, который до меня так и не дошел, и я в глаза его не видела. Но вот что забавно – ответ, каким-то образом, я умудрилась направить. Причем через голову начальника отдела и дирекции филиала.

- И что с этим ответом не так? – встревожился Макс.

- Все с ним не так. Там такая ересь собрана, что просто мрак, – уже просто орала я. – Теперь нужно ждать крупную проверку. Еще и штрафов на юрлицо понавесят таких, что я без премии ближайшие лет пять сидеть буду. Это если меня не выкинут отсюда к чертовой бабушке.

- Я сейчас, – он выскочил из кабинета.

- Вик, - подала голос подруга. – Подожди, может, все еще образуется. Разберутся во всем. Мы же знаем, что ты не виновата.

- Виновата – не виновата – кого это волнует? – я откинулась на спинку кресла. – В любом случае, сейчас нужен будет козел отпущения. Вернее сказать – коза.

***

Минут через пятнадцать вернулся Макс. Сосредоточенный и задумчивый.

- Где ты был?

- У Николая.

- И? Что ты там делал? – я в тайне надеялась, что ситуация разрешится и я сохраню работу.

- Пытался выяснить, как в систему попал запрос недельной давности, который никто в глаза не видел, – Макс посмотрел мне в глаза. – Не показал. Сказал, что конфиденциальные данные и все такое. Но он уверен, что сам перенаправлял его тебе и контролировал процесс исполнения.

- Как он мог его контролировать, если я в упор не помню, чтобы что-то подобное вообще через нас проходило? Или я ему во сне отчитывалась?

Под гипнозом, - подала голос Даша. – Заколдовали нашего НиколайСаныча, вот ему это все и приснилось.

Под гипнозом. Заколдовали. Знаю я одного, не так давно утверждавшего, что колдовство существует. Только вот я в это не верю. Но есть же всякие техники промывки мозгов? Есть же, правда? Мог ли он сделать что-то подобное?

Да ну, нет. Это уже точно бред. Попытка выдать желаемое за действительное. Назначит виноватого.

- Вик, успокойся. Я попробую все утрясти. Или, может быть, он сам успокоится и все будет хорошо.

- Да ладно, не стоит. Будь что будет.

Дальнейший разговор не сложился. Задачи посыпались, как из рога изобилия. Наверху всем было плевать, что я одной ногой уже уволенный человек – работа сама себя не поработает. Мы не то что поговорить – вздохнуть свободно не могли.

***

В конце дня Николай Александрович пригласил меня к себе. В кабинет я шла как на смертную казнь. Морально я уже настроилась на увольнение и была спокойна как удав.

- Вот, – протянул он мне бумагу и ручку. – Увольнять по статье я тебя не хочу, так что, пиши по собственному. С завтрашнего дня, без отработки.

У меня внутри все оборвалось, и с таким трудом, надетая маска спокойствия дала трещину.

- Николай Александрович, я…

- Вика, давай не будем. При трудоустройстве с тобой все обговаривалось. Один крупный косяк и увольнение. Ты знала об этом. А тут такое. Так что не обессудь.

Трясущимися руками я кое-как написала заявление и чуть ли не плача выбежала из кабинета.

Можно было попробовать что-то доказать, но зачем? Если непосредственный руководитель уверен в том, что я накосячила, то смысла нет оправдываться и доказывать, что не верблюд.

- Завтра заберешь расчет и трудовую, – донеслось мне вслед.

На все попытки Максима и Дашки хоть как-то меня успокоить я не реагировала. Мне было плохо и очень обидно. Вот так и паши, как ломовая лошадь. Оставайся до ночи и помогай всем подряд. А в итоге получишь пинок под зад и никакого спасибо.

- Если хочешь, мы с тобой сейчас куда-нибудь съездим, посидим, развеемся? – заглядывал мне в глаза Макс.

- Не хочу. Прости, но сейчас мне нужно побыть одной. Провожать меня не надо. Я сама дойду до дома, – с этими словами я покинула офис и уныло поплелась в сторону дома, периодически всхлипывая и размазывая слезы вперемежку с косметикой по щекам.

У подъезда меня ждал очередной сюрприз. И, как все сюрпризы сегодня, он был такого же качества – препоганнейший.

- Мразь, – я отвесила Тиму пощечину. – Скотина! Тварь! Я тебя ненавижу!

- Успокойся, – Тим перехватил уже занесенную для новой пощечины руку.

- Пусти меня, козлина, – я пыталась вырваться из стального захвата. - Как у тебя еще совести хватило сюда прийти?

- Я поговорить пришел… И извиниться, - он слегка опустил голову. – Мне пришлось тебя подставить.

- Ах, поговори-и-ить. Ах, извини-и-иться, - зашипела на него я. – Да ты мне всю жизнь сломал. Я из-за тебя с работы вылетела. С какого хрена я еще с тобой разговаривать должна? Я видеть тебя не хочу, – я все-таки смогла вырваться и залепила ему еще одну пощечину. – Пусти меня!

- Только после того, как мы поговорим, – он оставался спокойным.

- А может, тебя еще и домой к себе пригласить? – моя же истерика, напротив, набирала обороты. – И ужином накормить, для полного счастья?

- Не плохо было бы, – эта сволочь еще и улыбается здесь! – Позволь, я тебе все объясню.

- Объясняй. Здесь. Домой я тебя не пущу, – я просто мечтала испепелить его взглядом.

- Тогда обещай выслушать. Обещаешь? – он прислонился спиной к подъездной двери, так что выхода у меня не осталось.

- Слушаю, – прорычала я. – У тебя ровно минута. Время пошло.

- Я понимаю, что ты злишься… Но я вынужден был это сделать. Я не хочу подвергать тебя опасности. А пока ты постоянно рядом с Максом, за твою безопасность не может поручиться никто. Ты не знаешь, что это за человек. Я понимаю, что тебе он кажется милым, замечательным и вообще принцем на белом коне, но это не так. Он очень жестокий человек без жалости и каких-либо моральных принципов. Я хочу оградить тебя от него. Вик, пожалуйста, поверь мне. Я желаю тебе только добра. И я хочу жить. Я надеюсь на твою помощь. А пока ты рядом с ним, он этого не допустит. Именно поэтому я воспользовался своими кое-какими навыками, влез в вашу корпоративную систему и промыл мозги твоему руководству. Это, кстати, было не просто. Менталист я так себе. Я сделал это, чтобы хоть как-то тебя оградить…- он говорил спокойно и не сопротивлялся, когда я оттолкнула его от двери. – Да стой ты!

Но я уже открыла дверь и просочилась в подъезд, краем глаза заметив машину Макса. Не хочу сейчас с ним разговаривать. Ни с кем не хочу разговаривать. Оставьте меня в покое, один со своими утешениями, другой – с манией защитить меня от всего подряд.

***

Тим наблюдал за приближением машины к подъезду, держа руки в карманах старых, потертых джинсов. Он не собирался уходить или наоборот, идти навстречу гостю. Вполне ожидаемому, кстати.

Парень выскочил из машины, и с ходу толкнул в грудь стоящего у подъезда Тима. Тот, в свою очередь, перехватил его за грудки и с силой встряхнул. Оба уставились друг на друга с неприкрытой ненавистью.

- Ты что здесь делаешь? – злобно спросил один из оппонентов, голубоглазый блондин. – Думаешь, что она тебе поверит?

- Поверит, – ответил ему второй, сероглазый высокий брюнет. – Не сейчас, так позже.

- Ха! И ты еще на что-то надеешься? Восторженный, наивный идиот. Ты и твой папаша. Думаете, что хоть что-то сможете? – Макс, открыто насмехался над Тимом. – Да нихрена у вас не выйдет. Ты же по любому ей сразу всю правду выложил. Наплел про будущее, спасение мира и прочую лабуду. К тому же, после этого цирка с увольнением она вообще тебя ненавидеть будет.

- Зато ты, я смотрю, активно ее обхаживаешь. И чего ты хочешь добиться? Перетянуть ее на свою сторону? Так должен понимать, что я этого не допущу, – Тимофей начинал закипать. – Я костьми лягу, но Вика тебе не достанется.

- Слу-ушай. Давай заключим пари, а? Ну, допустим, кто быстрее ее получит, тот с собой и поведет, – он уже чуть ли не смеялся Тиму в лицо. – Или ты еще после предыдущей пассии не очухался и блюдешь верность той, что тебя кинула?

- Заткнись! Я тебя по-хорошему прошу, замолкни, – Тим еще сильнее сжал руки на вороте рубашки Макса, так, что швы затрещали.

- По-хорошему? А то что? Папочке пожалуешься? Или, ого-о-о, морду мне набьешь?

Тим оттолкнул Макса от себя и с силой ударил его по лицу.

- Надо же, мы драться научились, – сказал он, вытирая кровь с губы. – А раньше ты был приверженцем гуманных способов решения проблем и первым в драку не лез. Ай-яй-яй, Тимофей, как же так…

- Да пошел ты, – он рванулся к нему и попытался ударить в живот.

Макс легко уклонился и ударил Тима в переносицу. Следом нанес удар в челюсть. Тима откинуло назад к подъезду. Он быстро очухался и налетел на Макса, нанося удары, один за другим, куда придется. Макс не уступал, хоть они и были разные по комплекции, он оказался очень гибким и быстрым. Часто и сильно наносил ответные удары.

Неизвестно, до чего бы дошла эта драка, если бы они не услышали звуки сирены полицейской машины, въезжающей во двор. Макс прыгнул в свою машину и резко дал по газам. Тиму же бежать было некуда, и он остался встречать наряд. Ладно, хоть настоящий паспорт в гостинице оставил, а с собой была качественная подделка. Лишние вопросы ему сейчас ни к чему. Сейчас главное отбрехаться по поводу драки, и не загреметь в обезьянник на пятнадцать суток.

***

Не успел Тим вернуться в гостиницу, как тут же почувствовал легкое покалывание между лопаток. Именно так он ощущал, что с ним пытаются связаться. Нормальные маги ощущали легкую пульсацию в области виска, кто-то даже слышал мысленный зов будущего собеседника, а он был каким-то неправильным, за что время от времени удостаивался подколок от своих друзей. Ладно хоть зов ощущался спиной, а не задницей. Тогда вообще было бы весело.

Он плюхнулся на стул и сделал незамысловатый жест рукой, открывая канал связи. Неплохо было бы умыться, для начала, но больно уж настойчиво кололись маленькие иголочки. Воздух в центре комнаты сгустился, потемнел, и превратился в изображение мужчины. Того, с которым Тим уже имел счастье беседовать в этих стенах.

Обычно для связи использовалась простая мыслеречь, но для общения сквозь время было удобнее и надежнее использовать каналы со зрительным контактом. Чем больше была брешь в межвременье, и чем больше прилагалось энергии, тем ненадежнее было мысленное общение.

- Ну что там у тебя?

- Ничего хорошего, – зло буркнул Тим. – У меня не получается.

- Должно получиться, – с нажимом в голосе ответил ему собеседник. – И что у тебя с лицом?

- С Максом подрался, – он посмотрел на свое отражение в зеркале.

Мда, видок тот еще. На скуле и губе кровоподтеки, от переносицы под глаза уже плывут синяки. Ладно хоть кровь из носа удалось остановить. Весь всклоченный, глаза грозно сверкают из-под нахмуренных бровей. И как его в таком виде в отделение не загребли? Не ужели поверили в сказку про приезжего, который заблудился в незнакомом городе и нарвался на местную шпану? Тим умел быть убедительным, когда это требовалось. Только вот на Вику это почему-то не действовало…

- Он к Викиному подъезду приперся, а я в это время там был. Ну мы и сцепились…

- Я так понимаю, она сейчас с ним? – нахмурился мужчина.

- Правильно понимаешь. А меня она теперь вообще ненавидит. Я, по дурости своей, крупно ее подставил, и ее вытурили с работы. Хотел хоть как-то оградить ее от Макса.

- И как, получается? – голосом, полным сарказма поинтересовался его собеседник. – Ты ее к себе расположить должен, а не наоборот! Ты что, не понимаешь, чем нам грозят твои фортели? Тебе жить надоело? Раньше она тебя просто психом считала, а теперь еще и козлом конченным.

- Да все я понимаю! – вспылил Тим. – Думаешь, это так просто, взять и убедить человека в чем-то, что не подвластно его пониманию?

- Просто – не просто, но Макс к ней подход нашел. Ты же попер напролом, как баран. Мог бы тоже поухаживать за девушкой.

- Не хочу я за ней ухаживать. Потом не отвяжешься.

- Да ты просто боишься, - бросил мужчина. – Боишься чувств и чего-то серьезного. А все из-за этой…!

- Не надо об этом…- в глазах у Тима заплескалась боль. – Ты же все прекрасно знаешь. Я не могу.

- Не может он… - начал остывать мужчина. – Я тут покопался в кое-каких источниках и нашел записи о таких же способностях, как у нее. По сути, их можно приобрести. Времени на это требуется не так много, но…Но человек может не выдержать нагрузки.

- И ты хочешь попробовать?

- Не знаю. Не хотелось бы, на самом деле. Но если ты не приведешь девочку, то придется. Правда, за успех предприятия я поручиться не смогу. Если что-то пойдет не так, в лучшем случае у нас на руках окажется умалишенный маг, в худшем – его труп. Подумай, пойдешь ты на такой риск. Если да, то возвращайся домой.

- Я не хочу рисковать. Я остаюсь здесь и попытаюсь все решить. У меня еще две с половиной недели.

- Ну, тогда удачи. Я, - мужчина ненадолго замолчал. – Мы все верим в тебя.

Изображение исчезло. Тим прошел в ванную комнату и сунул голову под струю ледяной воды. Затылок обожгло нестерпимым холодом, ссадины на лице защипали, и парень быстро плеснул себе в лицо пригоршню воды и отошел от раковины. Что делать дальше он не знал. Знал, что должен, что если он не сумеет, то ничего не будет... Все разрушится. Он не может, не должен этого допустить.

Забитую раковину быстро заполняла вода, а Тим стоял и продолжал смотреть на свое отражение в зеркале.

«Он прав…Они все правы… Нужно оставить прошлое и идти дальше. Люди не должны гибнуть из-за соплей одного идиота, который все никак не может отпустить, простить и забыть.»

***

В это время на другом конце города проходил точно такой же сеанс связи с будущим. Разница заключалась лишь в том, что собеседники были другие. Молодой красивый блондин беседовал с уже пожилым, чуть полноватым мужчиной. Глядя на него, можно подумать, что это очень милый старичок. Но стоит услышать его голос, и чуть внимательнее вглядеться в глаза, как это впечатление тут же рассеивалось, уступая место чему-то тревожному.

- А я смотрю, ты времени даром не теряешь, - сказал старший. – Уже успел найти приключения на свою пятую точку. Кто это тебя так?

- Не поверите, размазня Тим, – Макс все еще злился. – Не думал, что он так изменится с момента нашей последней встречи.

- Я тебе все время говорю: никогда не нужно недооценивать своего противника. Именно это тебя, когда-нибудь, и подведет, – жестко сказал мужчина. – Что с девчонкой? Она мертва?

- Нет… Я подумал, а не попробовать ли нам воспользоваться ее силой? Тогда эта кучка светлых защитников будет размазана тонким слоем по ландшафту – не соскребешь.

- Я рассматривал этот вариант, - он задумался. - Но наши и ее силы по природе слишком разные. Толку от нее не будет, а вот помешать сможет здорово. Я не хочу, чтобы кто-нибудь отключился в самый важный момент. Поэтому, ты должен от нее избавиться. Скажи уж честно, захотелось поразвлечься.

- Как скажете, Магистр, – именно таким образом он просил себя называть. И это очень бесило многих его сторонников. И добавил с ехидной улыбкой. – Но развлечение бы мне не помешало.

- Думай сам, но потом устрани, – он на мгновение задумался. – А как там дела у наших противников?

- Они полные олухи. Идиот Тим сразу выложил ей всю подноготную, и она, естественно, посчитала его за ненормального, – Макс явно злорадствовал. – Так этот баран еще и увольнение ей обстряпал, так что она теперь его ненавидит. Я думаю, его можно в расчет уже не брать.

- Все же будь осторожнее с ним. Кто знает, что он выкинет в следующий момент.

- Я знаю. Он просто не способен на подлость и обман. Кристально честный, да еще и гуманист законченный. Я вообще не понимаю, зачем его взяли.

- Людям свойственно меняться, – покачал головой Магистр. – А ты сам только что говорил, что он изменился и вместе со всем своим гуманизмом очень качественно тебя разукрасил. Так что не провали задание.

Изображение пропало с легким хлопком, оставив после себя облако сизого дыма.

Макс сидел на стуле и ухмылялся своим мыслям.

«Грохнуть эту курицу не составит труда. Наивная, как чукотская Чебурашка. Пойдет за мной куда угодно, и даже не поймет, что ее водят за нос. Но сначала, я развлекусь в свое удовольствие. Грех не воспользоваться такой возможностью: выполнить задание и окончательно растоптать того, кого ненавидишь всей душой. Посмотреть, как он будет убиваться из-за очередной девки.»

Глава 6

ГЛАВА 6

Ближайшие несколько дней для меня прошли как в тумане. Я съездила на уже вывшую работу за расчетом и трудовой. В офисе я ловила на себе взгляды: от кого сочувственные, а от кого и осуждающие. Доказывать всем и каждому свою невиновность я не собиралась. Большая часть все равно бы не поверила, а оставшиеся жалели бы еще сильнее. А оно мне надо? Правильно, не надо. Поэтому, я молча забрала все мне причитающееся, очистила рабочее место и покинула офис навсегда.

Периодически мне звонили Дашка и Макс. Иногда я даже брала трубку и говорила, что все хорошо, что я не собираюсь выпрыгивать из окна либо совершать еще какие-нибудь глупые поступки.

Казалось бы, ну уволили, и что такого? Девушка молодая, стаж имеется, новую работу найти не проблема. Но мне было обидно, и, следовательно, грустно. Я лишилась работы не по своей вине, меня подставили. Никогда не думала, что шеф, от которого все эти годы я была просто в восторге, так поступит. Не захочет не то, что дать шанс исправить ошибку, пускай и не мою. Даже слушать меня не захотел. У меня ведь ни одного залета не было. Я даже опаздывала очень редко, а если и опаздывала, то не более чем на две-три минуты. Вот тебе и благодарность за безупречную службу, Вика… Трудись в таком же темпе дальше, может еще кто ноги вытрет.

***

Медленно, но, верно, я скатывалась в глубочайшую депрессию. Нужно срочно с этим что-то делать, иначе так и до истерик не долго. Взяв телефон в руки, я набрала номер самого дорогого и важного для меня человека.

- Пап, привет, – на том конце наконец-то сняли трубку. – Можно я приеду?

- Привет, родная. Ну что ж ты спрашиваешь? Приезжай, конечно. Я очень по тебе соскучился, – голос отца был усталым, но он все равно очень ярко выражал радость. – У тебя что-то случилось? Голос какой-то грустный.

- Случилось, пап, - я не выдержала и всхлипнула. – Давай, я приеду, и дома все-все тебе расскажу.

- Конечно, Викуль. Приезжай скорее.

От отца у меня секретов никогда не было. За неимение матери, я делилась с ним всем. Он разделял все мои радости и видел все слезы. Всегда относился с пониманием и утешал. Я ему полностью доверяла, а он верил мне. Поэтому, я знала, что дома в мой адрес не будет ни одного упрека. Папа выслушает и все поймет. Может, присоветует что-то дельное.

Быстро покидав вещи в спортивную сумку, я кое-как привела себя в порядок и поехала на автовокзал. Автобусы к нам ходили часто, и поэтому проблем с отъездом не возникло. Спустя всего пару часов после разговора с отцом я звонила в родную дверь.

Как же я давно здесь не была… Вроде, прошло всего-то два месяца с моего последнего визита, а кажется, что целая вечность. Все-таки, я очень скучаю по дому и по папе…

***

Дверь открылась сразу же, и я кинулась на шею к отцу.

- Приехала, золотце мое, - улыбнулся он. – Ну давай скорее ужинать! Я мясо приготовил, как ты любишь.

Папочка просто читает мои мысли! Я обожаю, когда он готовит. Так как это делает он, не умеет больше никто. Я, по крайней мере, такой вкуснятины никогда и нигде не пробовала.

Вечер прошел в теплой семейной обстановке. Мы отлично поужинали и поговорили. Я, на удивление спокойно, рассказала папе о своем увольнении. Он только покачал головой и попросил не расстраиваться. Сказал, что все образуется. И знаете, я ему верю. Если папа сказал, что все будет хорошо, то именно так оно и будет.

Мы просидели до поздней ночи и говорили обо всем. В основном говорила я. Я рассказала ему про Макса, поделилась Дашкиной радостью. Немного посомневавшись, рассказала и про Тима. Не люблю от него скрывать. Если уж делиться новостями, то всеми и до конца.

- Знаешь, дочь, - после недолгого молчания заговорил отец. – Ты там осторожнее. Волнуюсь я за тебя.

- Не переживай, папуль. Все будет хорошо, – начала я его успокаивать.

- Скажешь тоже… Как я могу не переживать за свою единственную дочь?

- Ну-у-у… Да. Никак. Но я тебе обещаю: все будет хорошо! – я улыбнулась. Отец продолжал на меня смотреть каким-то грустным взглядом.

- Как же ты похожа на Марину. И лицом, и характером. Она тоже всегда говорила, что все будет хорошо… А видишь, как оно все получилось.

- Пап… - я не знала, что говорить дальше.

Он понял меня и так. Молча. В глазах прочитав все невысказанное. Его глаза слегка увлажнились, но он довольно быстро взял себя в руки. У меня же в горле засел тугой ком, не переставая царапал и никак не хотел уходить. Все хорошо, все хорошо, все хорошо… Откуда тогда непонятная тревога и ощущение, что вижу папу в последний раз?

Что-то нервы расшалились. Нужно взять себя в руки и успокоиться. Иначе, так и до дурдома не далеко.

***

Всю неделю я провела здесь. Отдыхала, ходила купаться на речку, встретилась со всеми старыми друзьями и каждый день по многу часов разговаривала с папой.

Все это время мне ежедневно звонили Дашка и Максим. Первая все боялась, что я не захочу возвращаться и ненароком пропущу ее свадьбу. Второй просто скучал (по крайней мене именно так он и говорил). В итоге Макс предложил приехать ко мне и потом вместе вернуться в город. Я была не против, папа тоже. Ему просто не терпелось познакомиться с моим ухажером.

К концу недели Макс, как и обещал, приехал. И тут я поняла, что действительно скучала по нему. Мне не хватало общения с ним, и сейчас я это ощутила наиболее отчетливо.

Я очень боялась, что они не поладят с отцом, но мои опасения оказались напрасными. Мужчины замечательно спелись и частенько общались на непонятные для меня темы. Я, конечно, девушка начитанная, но в технике полный профан. А именно о ней они вечно трепались. Мужики, ага.

Я показала Максу город, сводила на речку. Вроде, ему даже понравилось. «Тихий уголок», как он выразился. Но все имеет свойство заканчиваться. Выходные – не исключение. Максу нужно было выходить на работу (это я пока птица вольная), и он не пожелал оставить меня здесь.

- Ну что, поехали? – спросил он меня.

- Да, – я в последний раз осмотрела квартиру, ничего ли не забыла. – Поехали.

- Приезжай почаще, Викуль, – это уже папа. – Я всегда по тебе скучаю.

- Я тоже скучаю, папуль. Я приеду, обязательно. – и обняв его на прощание, села в машину.

Мужчины обменялись рукопожатиями, и Макс занял водительское место.

- Береги ее, – грустно выдохнул папа.

- Обязательно, – улыбка у него вышла какой-то кривоватой.

Я в последний раз оглянулась и помахала отцу. Он махнул мне в ответ и скрылся в подъезде.

Глава 7

ГЛАВА 7

Дорога легко ложилась под колеса машины. В окошко светило солнышко, мы с Максом непринужденно болтали, и настроение у меня было просто великолепное. Совсем недавняя обида казалась далеко в прошлом и ничего больше не тревожило. В самом деле, чего это я? Можно подумать, работу новую не найду. Найду! Еще и лучше прежней.

За такими рассуждениями и веселой болтовней прошла дорога до моего дома. Макс помог мне выйти из машины и нежно поцеловал.

- Не поможешь мне с сумкой? – спросила я отстранившись.

- С огромным удовольствием, – улыбнулся он. – А чаем напоишь?

- Обязательно, – вернула я ему улыбку.

Мы поднялись в квартиру. Макс наперевес с моей сумкой, а я – налегке, сияя счастливой улыбкой.

Бросив сумку в коридоре, я поскакала на кухню ставить чайник и искать заначки со всякими вкусняшками. Макс стоял в дверном проеме, опершись на косяк и молча наблюдая за мной. Когда все нужные манипуляции были совершены, я пригласила его к столу.

Макс, проигнорировав приглашение, подошел ко мне вплотную, привлек к себе и поцеловал. Легкий и нежный, сначала, поцелуй, постепенно становился горячее, требовательнее и глубже. Я с не меньшим пылом отвечала мужчине на его ласку.

В какой именно момент руки Максима пробрались под футболку и начали скользить по моему телу, я не поняла. Сначала собиралась его оттолкнуть, но поймала себя на мысли, что не хочу этого делать. Сохранять над собой контроль было все сложнее и сложнее.

Он подхватил меня на руки и, не переставая целовать, перенес в комнату. Судорожно сорванная друг с друга одежда разлетелась неопрятными птицами. Вся моя рассудительность и здравый смысл, весело махнув на прощание ручками, скрылись где-то в глубинах подсознания, и возвращаться не собирались.

По коже пробежало стадо мурашек. Все мое тело отзывалось на каждое прикосновение Максима, на каждый его поцелуй.

Макс был не менее возбужден и взбудоражен. Начатое он прерывать явно не собирался, наоборот, с каждым движением-касанием становясь все увереннее и настойчивее. О сопротивлении я даже не думала. Зачем? Я за столь короткий срок успела если не полюбить его, то проникнуться очень сильной симпатией. И да, я хочу этого. Хочу полностью отдаться процессу и раствориться в ощущениях. Хочу чувствовать вес его тела на себе и его в себе. Хочу не думать о том, что с нами будет завтра и как долго продлятся эти отношения. Хочу быть здесь и сейчас. С ним.

Позже, лежа на его плече, я выводила пальчиком на его груди какие-то ведомые одной только мне узоры. Как же мне хорошо и уютно с ним. Лежала бы так вечно. Приятная усталость растеклась по всем мышцам и шевелиться было просто лень.

- А у нас чай уже остыл, – Макс, услышав это высказывание, рассмеялся и поцеловал меня в макушку.

- Что ж, тогда пошли пить, - улыбался он. – А то, что же это получается? Пришел на чай, а чаю так и не попил.

Он провел у меня еще несколько часов, а потом засобирался домой. Я и не думала обижаться. Ему завтра на работу, а костюма он с собой не таскает. Поэтому пришлось отпустить и проводить ночь в одиночестве, ожидая скорейшего наступления завтрашнего дня.

На завтра мы договорились погулять. Макс хотел отвезти меня в какое-то жутко красивое, по его словам, место. Что это за место, я толком и не поняла. Поняла, только то, что оно где-то за городом. Что-то вроде старой усадьбы, давно заброшенной, но с очень красивым садом на участке. Ну что ж, завтра посмотрим, что там за чудо-место. Хотя с Максом я готова ехать куда угодно.

***

Ну вот, стоило оказаться в своей квартире, и организм резко решил, что долго спать вредно. Будильник показывал семь утра.

Вот почему, когда я была у папы, то могла отсыпаться хоть до обеда, а стоило вернуться в город, так нате, получите! Вот что значит привычка. Нужно срочно искать новую работу, иначе, я тут со скуки помру.

До вечера я переделала все, что только можно: провела генеральную уборку, сходила в магазин, посмотрела телевизор и погуляла по интернету. В итоге, к вечеру я чуть ли не танцевала вокруг телефона с бубном, ожидая звонка от Макса.

Когда долгожданный звонок, наконец, раздался, я уже была полностью собрана и тут же побежала к машине.

***

Место действительно оказалось очень красивым. Старая, полуразрушенная усадьба восхищала своей стариной и каким-то давно забытым, ушедшим великолепием. А, ухоженный когда-то, сад, был поистине огромен и красив. При желании можно было увидеть тропинки, выложенные камнем в незапамятные времена, и густо поросшие травой в разъехавшихся стыках плитки сейчас. Солнечный свет мягко проникал сквозь переплетение яблоневых листьев.

То, что это были именно яблони, я не сомневалась. В свое время отец сажал деревце у нас под окном. Носился с ней, как с писаной торбой, поливая, удобряя, покрывая ствол белой краской для защиты от короедов. Все мечтал, как будет здорово, когда она начнет плодоносить. А потом городские власти посчитали, что она не вписывается в программу озеленения города и яблоню убрали, посадив за место нее чахлую березку. Березка загнулась ровно через год. А яблоню было по-настоящему жаль. И сейчас я любовалась этими высокими деревьями, которые занимали всю территорию до входа.

Мы прошли к усадьбе и Макс жестом пригласил меня зайти внутрь.

- А она не обрушится? – с сомнением протянула я, оглядев ветхое строение.

- Не обрушится. Поверь мне, она еще лет пятьдесят тут простоит, – убедил меня Макс. – Так что не бойся, заходи смело.

Я сделала пару шагов и оказалась в полумраке огромного холла. Следом за мной зашел Макс, и входная дверь с жутким скрежетом встала на свое прежнее место.

В спину мне продолжал бить тусклый, какой-то голубоватый свет. Наверное, Макс достал фонарик.

- Ты можешь посветить наверх? – я обернулась к нему, но вместо фонарика увидела какой-то шарик. – Что это у тебя?

Шар был размером с теннисный мячик и чем-то похожий на свернувшегося клубочком ежа. По всей поверхности торчали маленькие иголочки. И он светился, переливался и ШЕВЕЛИЛСЯ!!! Что за…?

- А это, милая моя, - Макс шагну ко мне. – Маленькое, но очень полезное заклинание. Оно надолго выведет тебя из строя.

- Максим, - я пятилась от него, а он подступал ко мне. – Если это шутка, то она вот вообще не смешная. – я действительно начинала его бояться.

- Какие могут быть шутки, сладкая, – он нехорошо сощурился. – Зря ты не поверила Тиму. Он ведь не врал. И про магию, и про будущее и твою в нем роль, и про меня. Он ведь предупреждал, чтобы ты держалась от меня подальше? Глупая девочка Вика. Как жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах и ты ничем, - он гадко ухмыльнулся. – Больше ничем, не можешь быть мне полезна.

- Ты же этого не сделаешь? – я, скорее пыталась убедить себя. – Ведь если бы хотел, то давно бы уже…

- Ну я же имел право на приятный бонус, – еще одна гадкая ухмылка.

Что-либо ответить я не успела. Голубой «ежик» полетел в меня, и я согнулась в приступе нестерпимой боли. Меня, как будто начало выворачивать на изнанку, и я с ужасом поняла, что перестаю чувствовать и контролировать свое тело. Завалившись набок, я больно ударилась головой о половые доски, и свет окончательно померк.

***

Не знаю, сколько прошло времени с момента падения до момента, когда я открыла глаза. Макс сидел предо мною на корточках и нагло улыбался. Я попыталась шевельнуться, но движение отдалось болью во всем теле.

- Не рыпайся, все равно не поможет, – грубо бросил Макс. – Веревочки крепкие, да и заклинание еще не до конца спало.

- Максим, - я могла только шептать. – Что происходит? Это такая шутка, да? Ты же выпустишь меня?

- Сейчас прям! А ты поскачешь к этому недоноску, да еще и помогать ему надумаешь, – последние слова были сказаны с непередаваемой злостью. – Неет, ты останешься здесь навсегда. По крайней мере, пока не помрешь от голода и жажды. Можно было бы, конечно, сразу тебя прихлопнуть. Но, не смотря на специфику своей силы, я не любитель кровавых зрелищ.

- Меня будут искать! Папа, Дашка. И выйдут на тебя. Ты что, этого не понимаешь?

- Да кому ты нужна?! – он расхохотался мне в лицо. – Подсадить ментального паразита всем твоим близким было легче легкого. Тем более тех близких – раз, два и все. Сейчас никто даже и не вспомнит о твоем существовании. Жаль, только, с Тимом провернуть не получилось. Защита у поганца стоит отличная.

- Почему тогда ты не убил меня сразу?

- А я хотел получить свою толику удовольствия, – он ухмыльнулся. – И знаешь, я его получил. Да и избавься я от тебя сразу, начался бы кипишь, подружка твоя безмозглая подняла бы панику. А оно мне надо? Намного приятнее поиграть, втереться в доверие, и уже потом уничтожить, растоптать. Ты себе не представляешь, какое это удовольствие.

Глаза Макса лихорадочно сверкали. Он говорил, и говорил, а мне становилось все страшнее и страшнее. И сделать я ничего не могла. Каждая попытка пошевелиться отзывалась дикой болью, веревки перетягивали запястья и лодыжки так, что при всем желании я не смогла бы вскочить на ноги. Лучше бы я тогда поверила этому ненормальному Тиму. Кто же знал… А может, это действительно шутка? Розыгрыш? И потом мы вместе посмеемся?

- Нет, конечно, если ты хочешь умереть быстро, то я, так уж и быть, сделаю для тебя исключение, – прервал мои размышления Макс. – Но, если есть желание, можешь поцепляться за жизнь? Предупреждаю сразу: цепляться будет больно и неприятно.

Он говорил что-то еще, но его слова потонули в диком грохоте. Все помещение заволокло пылью, поднятой выпавшей дверью. Я судорожно закашлялась, не в силах закрыться от пылевого облака. Макс же, закрыв лицо носовым платком, вскочил, взмахнул свободной рукой, что-то прошептал, и вся поднятая пыль тут же осела на пол, открыв взору стоящего в проеме Тима.

- Быстро отошел от нее, – гаркнул Тимофей. – Иначе, я тебя по стенке размажу!

В его руках засветилось по паре шаров насыщенного зеленого цвета.

- Спешу и спотыкаюсь, – в руках Макса вспыхнули такие же шары, только красные. – Попробуй, отгони. Достанешь меня – попадет и девчонке.

- Еще раз прошу, по-хорошему, отойди от нее.

- Неа, – он засмеялся. – Я лучше прибью тебя, а потом ее. А еще лучше, наоборот. Или вообще оставлю тебя в живых. Интересно, как ты сможешь с этим жить?

Тим зарычал и швырнул оба шара. Один в Макса, а второй…в меня. Я зажмурилась, в ожидании удара и боли, но ничего не произошло. Приоткрыв один глаз, я увидела напротив себя переливающуюся прозрачную стену. Помещение вокруг выглядело так, как будто я смотрела сквозь северное сияние.

Парни остались по ту сторону стены, и рьяно сыпали друг в друга разноцветными пульсарами (я наконец-то вспомнила, как называются эти «ежики» во всяких фэнтезийных книжках). Вокруг них на миг вспыхивали и тут же гасли такие же переливающиеся коконы, как тот, который сейчас окружал меня. Видимо, это была защита, и я сейчас сидела за точно такой же. Спасибо тебе, Тим! Если меня не убьют, то я скажу тебе это вслух, обещаю.

Тем временем схватка между ними набирала обороты. Сверкало и грохотало все ярче и громче. Я ничего не понимала в происходящем, и уж тем более не могла сообразить, кто одерживает верх, а кто проигрывает. Очень надеюсь, что результат будет благоприятным, в первую очередь для меня. Я до сих пор не могла поверить, что Макс меня предал. Что все, что между нами было, оказалось просто игрой. Все происходящее казалось каким-то кошмаром, только вот проснуться не получалось.

В какой-то момент грохнуло так, что с потолка посыпались щепки и остатки штукатурки. Я с ужасом заметила, что Тима приложило о стену и он не шевелится. Макс подходил к нему медленно, крадучись, как хищник к добыче. Между его ладоней разгорался ярко-красный пульсар, размером с хорошее яблоко.

Какое-то чувство подсказывало мне, что на Тиме сейчас не то, что защиты нет, у него и сил-то не осталось. Я попыталась позвать его, но из горла вырвались только хрипы. Этого хватило для того, чтобы он обернулся и мельком посмотрел на меня. Встав на дрожащие ноги Тим попытался выставить защиту, но кокон не смог подняться выше пояса, тут же моргнув и осыпавшись нежно-голубыми искрами.

- Ну же, давай, ты сможешь, – шептала я себе под нос. – Вот бы поделиться с тобой силой, тогда ты точно справишься!

Внезапно перед глазами у меня все задрожало, и я увидела вокруг парней радужное сияние. Вокруг Макса ареол был намного ярче, чем вокруг Тима. Странно, почему? Было бы правильно, если бы и у Тима было яркое сияние. Взгляд снова затуманился, и ареол Тима начал приобретать яркость. И вот его свет, какой-то золотой и очень теплый, уже нестерпим. Я зажмурила глаза и, кажется, потеряла сознание.

***

Тим кружил по лесу вокруг усадьбы и никак не мог понять, куда же делись эти двое.

«Видимо, Макс успел выбросить маскирующее заклинание», – думал парень. – «Только как он смог меня почуять? Или это просто мера предосторожности?»

Что не говори, а Тиму это ой как мешало.

Спустя примерно час блужданий по кругу, Тим вышел на старую заросшую тропинку, ведущую вдоль яблонь к ветхому, чуть покосившемуся строению. Как только он увидел этот дом, то сразу же рванулся к входу. Что-то погнало его туда, и с каждой секундой подгоняло все сильнее и сильнее. Чувство, что еще мгновение, и он не успеет.

Подергав дверь, Тим понял, что она заперта, но сдаваться так просто он не собирался. Сконцентрировав силу между ладоней, он послал мощный импульс в дверь, тем самым снеся ее с петель.

Сначала, из-за поднявшейся пыли, не видно было ровным счетом ничего. Но в одно мгновения вся пыль осела, и он увидел стоящего Макса и лежащую на полу, связанную, но, все-таки, живую Вику.

Кровь прилила к голове и глаза застелила пелена ярости. В руках парня возникло два боевых пульсара. Зеленые, замешанные на чистой силе земли. А вот Макс решил не пренебрегать техникой безопасности и воспользовался огненной стихией. Его пульсары имели ярко-красную окраску.

«Придурок», – подумал Тим. – «Он же все тут спалит».

Нужно было что-то делать. Желательно, очень быстро и так, чтобы девушка не пострадала.

- Быстро отошел от нее, – гаркнул Тимофей. – Иначе, я тебя по стенке размажу!

- Спешу и спотыкаюсь, – с издевкой протянул Макс – Попробуй, отгони. Достанешь меня – попадет и девчонке.

- Еще раз прошу, по-хорошему, отойди от нее.

- Неа, – он засмеялся. – Я лучше прибью тебя, а потом ее. А еще лучше, наоборот. Или вообще оставлю тебя в живых. Интересно, как ты сможешь с этим жить?

После этих слов Тим окончательно вышел из себя и метнул оба пульсара: один в Макса, а второй в лежащую на полу девушку. Еще при формировании он сделал их похожими внешне, но с разной начинкой. Тот, который полетел в Макса, был боевым, а тот, который достался Вике, содержал в себе защитное поле. Неизвестно, куда могут срикошетить заклинания от их собственных щитов. Не хотелось бы, чтобы девушка пострадала от шального пульсара.

Тим в бешеном темпе сыпал заклятиями и попутно еле успевал отбиваться. Парень чувствовал, что силы уже на исходе. А вот у противника, казалось, резерв был нескончаем… В один момент защита просто рухнула, и силовая волна отбросила его к стене, больно припечатав об нее затылком.

На несколько секунд парень потерял ориентацию в пространстве и никак не мог пошевелиться. В себя его привел хрип, доносящийся со стороны Вики. Бросив быстрый взгляд на девушку, он попытался собрать все оставшиеся силы. Но их хватило только на половину щита, да и та тут же осыпалась.

«Ну что ж, видимо, все…» - думал Тим. – «Не оправдал возложенных надежд. Блин, девчонку жалко…»

Он зло посмотрел на Макса, который шел к нему нарочито медленно. Знал, что сил у Тима не осталось, вот и не боялся.

«Что за…» - удивленно распахнул глаза Тим. Бросив взгляд на Вику, он увидел ее бессознательное тело. – «Неужели она догадалась? Но как?» – мысли проносились с бешеной скоростью, а руки в это время выполняли привычные жесты по плетению заклинаний. Резерв Тима был не то, что полным, он был переполнен. Сила просто плескала через край.

Макс метнул в него оба пульсара, но они отскочили от свежего щита, как сухой горох от стены.

- Не понял? – глаза Макса округлились. – Ты как это сделал? Ты же был пуст, я выжал тебя под ноль.

- Не твое дело, – рявкнул Тим и метнул в Макса серию пульсаров, тем самым разбив его защиту в пух и прах.

Сразу же наметился перевес в сторону Тима. Макс едва успевал поставить щит, как Тим тут же его разбивал. В итоге все силы парня уходили на защиту. Об атаке думать и не приходилось – на нее элементарно не было времени.

В какой-то момент Тим метнул два заклинания подряд. Боевое вновь разбило свежий щит и отбросило Макса к стене, а второе, парализующее, обездвижило его на ближайшие три – четыре часа. Черт с ним. Пускай живет. Тим никогда не был убийцей. Главное, чтобы с девушкой все было хорошо.

Подойдя к Максу и убедившись, что он без сознания, Тим подошел к Вике и попытался привести ее в себя. Девушка, на тормошение и легкое похлопывание по щекам не реагировала и Тим, подхватив ее на руки, пошел к выходу.

Глава 8

ГЛАВА 8

Глаза открывались тяжело. Дневной свет доставлял жуткое неудобство, и казалось, лупил прямо по мозгам. Ощущение как с дикого похмелья, да еще и с черепно-мозговой травмой.

- Ты как? – донесся до меня чей-то голос.

Кажется, это был Тим… Да, точно он. Кое-как разлепив глаза, я в этом убедилась.

- Плохо, – слова довались с трудом, язык не слушался и в горле жутко пересохло. – Где мы? Где Макс?

- Макс остался в усадьбе. Нет, нет! Я его не убил, - я облегченно выдохнула. – Просто вырубил на несколько часов. Вик, нужно поторопиться. Заскочим к тебе, соберешь все самое необходимое. Потом ко мне в гостиницу и оттуда уже рванем.

- Что? Куда рванем? Я с тобой никуда не поеду, – попытка встать на ноги чуть не провалилась, но я кое-как удержалась. – Я тебе очень благодарна, за то, что спас меня, но я хочу домой.

- Неужели ты до сих пор мне не веришь?

- Верю, - я опустила глаза. – Теперь верю. Просто… Я боюсь. Мне страшно, понимаешь?

- Пока я буду рядом, тебе бояться нечего. Я смогу тебя защитить. И, кстати, спасибо тебе. Как ты догадалась?

- О чем догадалась? За что спасибо? – я искренне недоумевала. – Это я должна тебя благодарить.

- Если бы ты не поделилась со мной энергией, то он бы меня точно прибил.

- Я? С тобой энергией поделилась? Как такое возможно?

- А вот так, – Тим улыбнулся. – Может, ты чувствовала или видела что-то необычное?

- Ну вообще-то… - а может это просто глюк и не надо о нем рассказывать? – Я видела какое-то сияние или свечение. Не знаю. Как будто радуга перетекала вокруг тебя и Макса.

- Давай так: мы прибудем на место, и ты все расскажешь. Я могу чего-либо не понять, так что лучше, чтоб все слушали.

- Тим, я не хочу никуда ехать, пойми ты! У меня здесь все. Папа, Дашка, у которой свадьба скоро. Да она мне не простит! И папа волноваться будет.

- Я верну тебя назад, и, если хочешь, сделаю так, что ты и не вспомнишь ничего.

- Не вспомню… Стоп! Макс говорил про каких-то ментальных паразитов у отца и Дашки. Что они меня забыли. Такое возможно?

- Возможно, - Тим резко изменился в лице. – И если он действительно это сделал, то даже возвращение в прошлое не поможет. Ты для них останешься незнакомым человеком.

- Но как? – я представила себе этот ужас и судорожно начала рыться по карманам.

- Что ты делаешь? – насторожился Тим.

- Телефон ищу. Ага, вот он, – я быстро нашла нужный номер и из трубки понеслись гудки. – Папуль, привет!

- Извините, вы ошиблись номером, – ответила трубка голосом моего отца.

- Да нет же! Пап, это я, Вика. Ты чего?

- Вы ошиблись, – твердо произнес мужчина. – Моя дочь, вместе с женой, погибла пятнадцать лет назад. Внимательнее нужно номер набирать.

- Извините, - я, все еще не веря в происходящее, смотрела на Тима. – Я, кажется, действительно ошиблась.

Как? Как такое возможно? Я не верю. Папа… Он правда не помнит. Более того, думает, что я погибла тогда, вместе с мамой.

- Вик, - Тим положил руку мне на плечо. – Пойдем дальше. До трассы совсем немного осталось.

- Я не верю! Это не правда! Такого не может быть! – из глаз брызнули слезы. – Я, наверно, ошиблась номером. Ведь не может быть такого. Есть фотографии, вещи, подарки. Он не мог это забыть.

- Послушай меня, – он остановился и заглянул мне в глаза. – Я понимаю, что для тебя это все сложно, нелепо, неправильно, но это так! Ты можешь считать меня бесчувственной скотиной, но для меня сейчас важнее, чтобы ты пошла со мной. Если захочешь, я верну тебя назад, когда все закончится. Только вот родные твои так тебя и не вспомнят. Твой отец думает, что ты погибла, тогда, пятнадцать лет назад, да? Так значит вернись ты хоть на год, хоть на три, хоть на пять назад, тебя все равно для него не будет. Пойми ты!

- Я понимаю, - мы уже подошли к трассе, и нужно было ловить машину. Я начала вытирать слезы. – Я все понимаю… Если ничего нельзя исправить, то поехали ко мне, а потом тащи куда хочешь. Мне уже все равно… И да, ты – бесчувственная скотина.

***

Я быстро побросала кое-какие вещи в сумку и осматривала квартиру на предмет еще чего-нибудь важного и необходимого. Тим молча наблюдал за моими копаниями с кресла и время от времени подгонял. Мол, времени не так много, нужно поторапливаться. Легко ему говорить. А у меня вся жизнь кувырком пошла. Мужчина, которому я верила и любила, оказался очередной тварью, и хотел убить. Родной отец не помнит о моем существовании. Да еще и все эти магические штуки. Что с этим дальше делать, ума не приложу.

Еще раз осмотрев полупустое жилище, я наткнулась взглядом на полочку с фигурками кошек. Это было еще одной моей страстью, на ряду с чтением. Живого зверя не разрешали завести хозяева квартиры, поэтому я начала собирать их изображения. Среди приличной уже коллекции были фарфоровые, фаянсовые и просто стеклянные кошечки. Затесалась даже серебряная. Оставлять их было жаль. И еще это бы означало окончательно проститься со всем, что меня здесь держало, поэтому я откопала небольшую коробочку, в которую сгребла все это добро и запихнула в сумку. Жаль, с книгами такое проделать не получится – их скопилось несколько десятков.

Тим с интересом наблюдал за последними действиями, но решил не встревать. Если беру – значит нужно.

- Все. Больше мне ничего не надо.

-Возьми еще пальто или куртку. Это здесь лето, а там уже поздняя осень.

Я снова распахнула шкаф и запихнула в сумку коротенькое драповое пальтишко и сапожки.

- Замечательно, – Тим легким движением вскочил с кресла. – Пошли скорее. Нужно еще подготовить портал для перехода.

Выйдя из подъезда, я в последний раз подняла взгляд на окна своей, уже бывшей, съемной квартирки. За три года я к ней привыкла и считала чем-то вроде своей персональной крепости, в которой можно найти защиту от всех невзгод и неприятностей. И вот я ее покидаю. Бегу, трусливо оставляя все за спиной. На душе от этих мыслей становилось тоскливо и как-то противно, хотя я и понимала, что ничего меня уже здесь не держит и будь что будет. Я уныло поплелась вслед за Тимом.

***

Он привел меня в маленький гостиничный номер. Обстановка, прямо скажем, спартанская. Можно подумать, ничего лучше найти не мог. Одна комнатка совмещала в себе и спальню и гостиную, настолько плотно была заставлена мебелью, что расстояния для лишних шагов и маневров не было. Кровать, шкаф, стол, два кресла и стул стояли чуть ли не вплотную друг к другу. И, естественно, я тут же чуть не навернулась. Кто бы сомневался.

- А по просторнее ничего не было?

- Во-первых: я здесь только ночевал, а во-вторых: зато тут душ не на этаже, а в каждой комнате, – отпарировал он. – И вообще, тебе какая разница? Мы все равно уходим.

- Да, в принципе, никакой. А там, ну… куда ты меня ведешь, там как?

- В смысле? Если ты про условия жизни, то они очень даже неплохие. У тебя будет своя комната со всем необходимым, – Тим на секунду задумался. – А если ты про мироустройство в общем, то, на самом деле, мало что изменилось. По крайней мере, в нашей стране. Конечно, технический прогресс шагнул далеко вперед, да и магия внесла свой вклад. Но в принципе, все так же. Я лично, особых различий не увидел. У меня даже паспорт несильно от твоего отличается.

- Кстати, а почему? Я имею ввиду паспорт. Столько лет прошло, я думала, к тому времени будет что-то типа мультипаспорта, как в «Пятом элементе», - а действительно, почему? Спустя чуть ли не полвека мы все еще пользуемся бумажками?

- Вводили как-то. Сначала было очень даже здорово и удобно, особенно универсальные, включающие в себя чуть ли не все документы. А потом системы начали периодически сбоить из-за обилия впихиваемых в них данных. Отсюда неразбериха, путаница. Да и с техническим исполнением проблемы возникали: вечно какая-то лажа получалась. В общем, решили вернуться к бумаге. И мороки меньше, и восстановить, если что, проще. Только биометрию добавили. Первая страница, если ты обратила внимание, пластиковая. Как на загранниках в твоем времени. Еще способов защиты от подделок ввели целую кучу.

- А с магией что? Как она вообще появилась?

- Слушай, я все тебе расскажу, только давай чуть позже. Нам уже пора, портал вот-вот откроется. Держись за меня и не пугайся. А еще лучше, закрой глаза, а то по первому разу всех мутит.

Я только сейчас заметила, что на полу гордо красовалась какая-то замудреная загогулина. И когда он успел? Линии рисунка начали светиться. Сначала тускло, а потом все ярче и ярче. Я, как завороженная, пялилась на это зрелище.

- Вик, давай быстрее, портал открывается, - вывел из созерцательного транса меня Тим.

Я подхватила свою сумку, послушно вцепилась в Тимов рукав и зажмурилась как можно крепче. В последний момент во мне взыграло здоровое любопытство, и я приоткрыла один глаз. Ох, зря я это, предупреждали же меня, неразумную. Напольный рисунок вспыхнул нестерпимо ярко и комната вокруг меня как будто начала закручиваться по спирали, пока не превратилась в нечто сплошное разноцветно-размытое. Такое ощущение, что находишься в середине воронки смерча. Ой, как плохо-то, как голова кружится-а-а. Я закрыла глаза, но это не помогло, а, кажется, только усугубило мое, и без того шаткое, состояние. В какой именно момент закончилась эта круговерть, я, естественно, не уловила. В себя меня привел Тим, разрешивший, а скорее попросивший, наконец-то оторваться от его руки, иначе, его бедная конечность не выдержит такого издевательства и оторвется сама. Я поспешно отлепилась от него и тут же грохнулась на пол, больно припечатавшись копчиком. Коврик какой-нибудь подстелить не могли? Или это я такая особенная, что не удержалась на ногах?

- Я предупреждал, что глаза лучше закрыть.

- Мне стало интересно, – сказала я тоном нашкодившей школьницы. – Правда, состояние теперь, как у ежа, которого в стиральной машине покрутили. Я точно не знаю, как чувствуют себя укачанные стираные ежики, но мне кажется, именно так.

- Принимай уже вертикальное положение, Ежик, – рассмеялся Тим. – А что, точно, Ежик.

- Что-о-о?! – я резко вскочила и тут же села назад. – Это еще почему!?

- Ну во-первых, ты сама себя с ежом сравнила. А во-вторых, сейчас ты действительно похожа на ежика. Сердитого ежика. Так же грозно сопишь, – он продолжал веселиться. И волосы местами дыбом – как иголки.

- Ну ты, – я представила себе, как сейчас выгляжу со стороны и не выдержала, рассмеялась.

Наше веселье прервал сурового вида мужчина. При его появлении Тим резко посерьезнел и чуть ли не в струнку вытянулся, разве что честь не отдал. Мне самой стало как-то неловко, и я все-таки подняла свою тушку с пола. Голова уже не кружилась, и переход в стоячее положение дался намного легче.

- Почему ты не сообщил о возвращении, Тимофей?

- Нам пришлось экстренно уходить. Промедление могло выйти боком, – Тим отвечал на вопрос как робот – сухо, официально, без тени эмоций.

- Это, как я понимаю, Виктория? – тон мужчины тоже сложно было назвать мягким и добрым.

- Здравствуйте, – промямлила я

- Отлично. Пройдемте за мной, оба. Мне нужен подробный рассказ о последних событиях. Сумки пока оставьте здесь, – он развернулся и пошел к выходу.

Нормально… Ни тебе здравствуйте, ни как добрались! Что это вообще за мужик такой? Вон, даже Тим в его присутствии словно окаменел, что уж обо мне говорить.

- Не пугайся, он только с виду такой суровый, – прошептал мне в ухо Тим. – А так, нормальный мужик, просто слегка повернутый на субординации.

Он взял меня за руку и повел следом за мужчиной. Сначала я попыталась запомнить дорогу, но на восьмом или девятом повороте сбилась. Мда, брось меня тут одну, я благополучно заблужусь и умру с голоду. А потом к моему скелету будут водить экскурсии и рассказывать детям о врожденном топографическом кретинизме.

Слава Богу, моим опасениям не суждено было сбыться. Спустя несколько минут блужданий мы попали в огромную комнату, чем-то смахивающую на конференц-зал в моем (уже бывшем моем) офисе. В середине стоял длинный стол, а вокруг него были расставлены стулья с высокими спинками. Наш провожатый сразу сел во главе стола и жестом предложил занять ближние места. Я скромненько притулилась на соседний стул с Тимом, ибо одной все же страшно как-то, а тут какой–никакой знакомый человек.

- Ну, что же такого у вас произошло, что вам пришлось убегать? – сурово вопросил мужчина.

- Макс, – в это слово Тим вложил всю свою ненависть. – Он пытался убить Вику. Я ее спас. Макса оглушил. Пришлось быстро собираться и сматываться сюда.

- Та-ак, а вот с этого момента прошу поподробнее. Где, как, и что именно произошло.

Тимофей рассказывал тихо, спокойно, но по лицу было видно, что он очень взволнован недавно произошедшим. Я сидела молча. Вставлять свои комментарии смысла не было. До меня и так очередь дойдет, я в этом не сомневалась. Как только повествование дошло до момента, в который Тим почувствовал прилив сил, внимание слушателя резко переключилось на меня.

- Вика сказала, что видела какое-то свечение, – продолжил он. – Я решил, что будет лучше, если она сразу расскажет это вам.

- Ну хоть что-то ты правильно решил, – хмыкнул мужчина. - Виктория, я прошу, расскажите о том, что вы видели и чувствовали.

- Ну-у я… А как к вам обращаться? – я наконец додумалась поинтересоваться.

- Виктор.

- Просто Виктор? А отчество?

- Я не люблю, когда ко мне обращаются по отчеству, – странное заявление для человека, повернутого на субординации. – Но сейчас не об этом. Я все же хочу услышать о ваших ощущениях.

- Да, конечно, – я почему-то начала нервничать. – Когда Тима ударило об стену, я подумала, что это все и он сейчас проиграет, захотела ему как-нибудь помочь. Я испугалась и увидела… Это было какое-то радужное сияние вокруг них обоих. У Макса оно было яркое, а у Тима еле-еле заметное. Я тогда еще подумала, что это как-то не честно, что должно одинаково светиться. А потом оно, в смысле сияние, вокруг Тима стало очень яркое, и я отключилась. Очнулась уже в лесу, далеко от усадьбы.

- Это все?

- Да, – я задумалась, ничего ли не забыла. – Это все. А что это вообще было и какое оно имеет значение? Тим говорил, что я как будто поделилась с ним энергией. Это возможно?

- Именно это вы и сделали. И это именно то, для чего вы нам нужны.

- В смысле? Для чего я нужна? – чего-то я недопонимаю. - Мне говорили про какую-то магическую заварушку и что у меня какой-то дар, но толком ничего не объяснили. Может, вы проясните ситуацию?

- Вика, ты… Ни чего страшного, что я на «ты»? Ну и отлично. Так вот, ты, наверное, знаешь, что Земля – по сути мир не магический, и магия для нас не свойственна. Но лет двадцать назад наши ученые смогли найти проходы в другие миры. Развитие некоторых из них шагнуло намного дальше нашего, это были сугубо технические миры. У них мы тоже кое-что переняли, но сейчас не об этом. Была найдена пара миров, значительно отстававших от нас, так нам казалось. Мы, все такие умные и добрые, решили им помочь и чему-нибудь научить. А в итоге научили нас. Там была магия. Нам это показалось очень интересным, и мы решили пойти на контакт и начать сотрудничество. По природе магической энергии нам подошел только один мир – Виара. С ним мы и стали работать. Они получали от нас технические знания, мы от них – магические. Велика была вероятность, что на Земле магия не приживется вовсе, но, видимо, в нашем биополе все-таки есть толика магической энергии. Где-то ее больше, где-то меньше, где-то нет вовсе, но все же, она присутствует. И через несколько лет плодотворного сотрудничества в нашем мире открылось четыре магических школы. Сейчас их значительно больше, они есть почти в каждой стране, но на тот момент это было прорывом. Народ повалил туда бесконечным потоком.

Было престижно поступить именно в магическое учебное заведение. Слава Богу, что хоть способности есть не у всех, а лишь у малого процента населения. А то представь, что тут творилось бы. Того что есть, хватает с головой. Только вот в сравнении с магами других миров наши маги очень слабые. Сказывается немагическая природа Земли.

А несколько лет назад к нам пришел человек из другого мира. Он назвал себя Магистром. Сказал нам, что есть способ стать сильнее, выйти на новый уровень, сравняться с другими мирами, чтоб нас перестали считать слабыми и неспособными. Нужно всего лишь изменить природу своей силы. Перейти на темную сторону.

На словах о темной стороне я начала улыбаться. Воображение сразу же нарисовало Дарта Вейдера с красным транспарантом в руках, на котором белыми буквами написан лозунг: «Переходи на темную сторону! У нас есть печеньки!»

- Не надо сейчас улыбаться, я говорю серьезно. И примерно представляю себе, что ты подумала. Так вот, Совет покумекал над его предложением, проконсультировался с магами Виары и решил отказаться. Тут светлые иногда натворят – не расхлебаешь, а что тогда могут наворотить темные? Магистру это не понравилось, и нам было обещано, что мы пожалеем о таком решении. Тогда мы этому значения не предали, зря, как выяснилось. Он довольно быстро нашел сторонников и стал делать из них действительно сильных магов. Ты же видела, на что способен Макс по сравнению с Тимом? Так вот это его школа. Не так давно он начал угрожать нам войной, в которой мы, естественно, проиграем, если не сдадимся добровольно.

Ему уже не нужны были ученики, учеников и так хватало. Он хотел власти. Власти над всем миром. Попытки решить конфликт мирным путем заканчивались боевыми действиями. И результат был не в нашу пользу. Сдаваться мы не хотели и не хотим, но и на победу рассчитывать смысла нет. Точнее, не было. Те же Виарские коллеги дали нам совет, как увеличить магическую силу. Нам всего лишь нужен аккумулятор. Человек, который может брать энергию напрямую из вне, и делиться ей с окружающими магами. Это ты, сама не понимая, провернула с Тимом, с той лишь разницей, что отдала часть своего резерва, потому и отключилась. Такая способность очень редкая и встречается раз в несколько сотен лет. Найти такого человека было очень сложно, тем более что мы просматривали определенный временной пласт, ибо более ранние люди соответственно более дикие, а в нашем времени никого с подобными способностями отыскать не удалось. Поиски увенчались успехом, и мы вышли на тебя. Осталось только привести сюда, обучить необходимым навыкам концентрации и передачи энергии.

Магистру об этом стало известно (предателя, к сожалению, мы пока так и не нашли), и он отправил за тобой Макса. Природа светлой и темной магии очень разнится, и, скорее всего, именно поэтому они решили тебя убить, а не переманить на свою сторону. – я снова хихикнула, чем заслужила строгий взгляд Виктора. А что я? Я ничего. Это все стресс! – Тебе повезло, что Тим оказался упертым и не отступился, иначе…сама понимаешь, что было бы. Вот такое, на сегодняшний день, у нас положение дел. Как долго еще получится сдерживать Магистра, мы не знаем, но чем дольше, тем лучше. Нам нужно подготовить команду и подготовить тебя. Про команду тебе расскажет Тимофей. Он же и познакомит с ребятами. Тебе все понятно, или есть вопросы?

- Мне не понятно, почему вы отказались от усиления и чем так страшна темная магия?

- Темная магия – это магия разрушения. В светлой школе тоже хватает боевых заклинаний, это необходимо для защиты. Но темная сторона на то и темная, что несет зло. Она дает силу, но взамен требует жертв.

- Ага, например руку и обе ноги, – буркнула я себе под нос. На этот раз заулыбался Тим. Кажется, до него дошло, с каким фильмом я провожу аналогию.

- Она требует жизнь, – взгляд мужчины сделался жестким и колючим. – Неважно чью. Если не отдашь чужую, заберет твою. К сожалению, не все это поняли, за что и поплатились.

- Я поняла, - веселье как-то начало сходить на нет. – То есть, я просто батарейка для вас? Или я тоже смогу колдовать?

- К сожалению, просто, как ты выразилась, батарейка, хотя, это не совсем правильно. Это тоже магический дар, только без возможности практического применения. Нам очень нужна твоя помощь, и я надеюсь, что ты не откажешь.

- Я помогу, – я решительно кивнула – Терять мне все равно уже нечего.

***

- Коллеги, вы только представьте себе, что можно получить от контакта с этим миром, – молодой человек в белом халате мерил шагами небольшую лабораторию, заставленную разнообразным техническим оборудованием.

- Да ну. Как по мне – это бред полнейший! Я понимаю еще сотрудничать с прогрессивными, технически развитыми мирами. А с этого средневековья что можно поиметь? – один из мужчин скептически посмотрел на парня, мечущегося по лаборатории.

- Как что? Как это что?! – в его глазах горел фанатичный огонь. – У них же магия! Сколько всего можно сделать полезного, если она у нас приживется. То, на что раньше уходили недели, месяцы, а то и годы будет происходить по мановению волшебной палочки.

- Ага. Оглоблей эта палочка называется. Представляешь, что может начаться, когда люди столкнутся с чем-то раннее неизведанным? И я сейчас не только наш мир имею ввиду, – мужчина нахмурился. – Даже если предположить, что мы вступим с ними в контакт, и он не перейдет в конфликт. Предположить, заметь! То, где гарантии, что с нами захотят чем-то делиться?

- Мы тоже не с пустыми руками туда пойдем. Предложим им взамен технические знания, – на сторону «контактера» встал еще один мужчина.

- На кой они им сдались, если все решается с помощью волшебства? Мы же сами все видели. Ни один месяц за ними наблюдали. Техника этому миру может только навредить.

- Значит так, – хлопнул ладонью по столу четвертый из находящихся здесь мужчин. – Я считаю, что мы слишком рано завели этот спор. Сначала нужно доложить о результатах наблюдения наверх, и там уже решат, что с этим миром делать и что с этого можно поиметь. Сдайте каждый подробные отчеты по своим сменам и точкам наблюдения, и пускай вышестоящие сами обдумываю возможные перспективы.

В верхах идею контакта целиком и полностью оценили. Через какой-то месяц была собрана делегация, которую отправили в сопредельный мир с дружественной миссией «познакомиться, перенять и поделиться опытом».

Главой экспедиции был назначен Виктор, хоть он изначально и был против всей этой затеи. Но приказы начальства не обсуждаются. Сказали: «Надо!», значит надо. И никого не волнует, что тебе вообще все это предприятие не по душе, и ты опасаешься последствий. И пример одной из делегаций, не вернувшийся с прошлого, такого милого и дружелюбного во всех отношениях мира тоже никого не трогает. Издержки производства и несчастный случай. Не досмотрели, не рассчитали. И вообще, ребята сами знали, на что шли. Теперь-то мы умнее, теперь-то мы поняли, с кем и как общаться.

Ну вот. Подружились. Поделились. Как Виктор и предполагал, технический прогресс этому миру был нужен как рыбке зонтик. Делиться своими знаниями соседи тоже упорно отказывались, объясняя это тем, что не знают, куда и кому их дают, и не выйдет ли оно им потом боком. Ведь кроме светлой стороны присутствует еще и темная. А ну как новоявленные друзья решат удариться во тьму и потом пойдут войной на них – своих учителей? Спустя месяцы переговоров было решено пригласить представителей на Землю. Мол, пускай сами посмотрят на наше мироустройство, на людей и решат, можно ли с нами контактировать или оставить все как есть. И вообще неплохо было бы выяснить, пригоден ли наш мир к магии или техника уже успела вытеснить из него все волшебное окончательно и безвозвратно.

Представителям мира Виары (как они сами его называли) у нас понравилось. Волшебники с удивлением заметили, что, не смотря на технический путь развития мира Земли, магия из него не ушла. И пускай было ее не так много, а местами биополе вообще было пустым, но попробовать развить эту ветвь стоило. Люди с магическими способностями рождались, хоть эти способности были довольно слабы. Природа их дара не отличалась от природы Виарских магов, и научить людей им управлять было не сложно.

Виктор с большим удивлением и скепсисом воспринял известие о том, что он, единственный из своих коллег, обладает силой, и что эта сила передалась его маленькому сыну. А вот жена никаких предрасположенностей не имела. Немного поразмыслив, он принял решение обучиться новому искусству.

Постепенно новые знания захватили мужчину до такой степени, что он уже не представлял себе, как вообще мог от подобного отказываться. Вместе с иномирскими наставниками он постигал все новые и новые вершины. И не только он. Его перевели из родной лаборатории и создали группу из таких же магически одаренных людей.

А спустя семь лет открылись первые Школы Магического Мастерства. В одной из них Виктору предложили пост директора. Он согласился, не раздумывая, удачно совмещая обязанности главы учебного заведения, преподавательскую и научную деятельность. Даже спустя столько лет это было необычно, интересно и захватывающе.

И были еще миры и новые открытия. Но, вот что странно, только Виарские маги смогли нас чему-то научить. Только природа их дара была нам близка. Да что там близка – практически идентична. Неизвестно, как бы сложились обстоятельства, окажись мы сильнее. Захотели бы они иметь под боком такого мощного соседа и ежечасно опасаться нападения с нашей стороны? А так, им было выгодно и интересно. Кое-что они все же у нас взяли. Но это была такая малость в сравнении с их вкладом. Тем более, если работу технических приспособлений они все равно переложили на привычную магическую энергию.

Кто же тогда мог предположить и представить, во что выльется эта дружба. Пускай не сразу, а почти через два десятка лет Земле стала грозить нешуточная опасность. Никто не думал, что темная магия окажется чем-то столь мощным и всепоглощающим, особенно для нашего магически слабого и скудного мира. Что с этой бедой мы останемся один на один. Что закон о двухстороннем невмешательстве, принятый после того, как нами была загажена парочка миров выйдет таким боком. Казалось бы, в чем проблема? Попросить магов с Виары помочь и всех делов. А вот нельзя! Все должно идти своим чередом. Не могут жители других миров принимать участие в войнах друг друга. Даже если военная угроза пришла напрямую из их мира. Не могут, и все тут. И, разобравшись по совести, хорошо, что не могут. Отчитываться за смерть чужих людей было бы в десятки раз сложнее, чем за смерть своих. Хоть это так же нелегко. Поэтому и ищем теперь всевозможные выходы и лазейки. Думаем, как бы найти привлечь человека с нужными способностями, проявляющимися раз в сотни лет. Да чтоб этот человек еще и из нашего мира был. Потому что из другого ну никак нельзя. И даже тайком протащить нельзя. Потому что если это выяснится, то будут большие проблемы. А если это выяснится после его гибели, как уже бывало неоднократно, то проблемы будут еще больше.

Только по счастливой случайности тогда удалось сохранить все в тайне и не полетели головы. И если бы погибшие ребята не предупреждали своих наставников, что идут к нам добровольно, а эти наставники не одобрили бы их поступок, то не сидеть сейчас Виктору в этом кресле. Скорее всего, не сидеть ему вообще нигде, кроме как за решеткой.

Больше всего бесило и возмущало то, что маги других стран как будто не понимали, что следом за нами пойдет весь остальной мир. Что в данной ситуации стиль поведения «моя хата с краю – ничего не знаю» не приведет ни к чему хорошему. Неоднократно выносившийся на международных съездах вопрос ничуть не трогал соседние державы. А вот если бы это коснулось их самих, то песня была бы совершенно другой. И уже наш отказ от помощи, если бы таковой имел место быть, воспринялся бы как свинский поступок.

Все эти мысли Виктор прокручивал уже, наверное, в тысячный раз, и в тысячный раз понимал, что все это бессмысленные размышления, не дающие ровным счетом никакого результата. И что единственная надежда сейчас на эту насмерть перепуганную и прибывающую в шоке девочку, которая дала свое согласие, не понимая до конца, во что влезает. И мечущемуся по кабинету мужчине будет в десятки раз хреновее если девочка погибнет. Это на его совести пудовым камнем будет висеть ее смерть, потому что он сам, своими руками отобрал у нее тридцать лет счастливой жизни.

«Она же тебе в дочери годится, сволочь ты бесчувственная! Она даже младше твоего сына. Младше всех ребят из команды. И этих детей ты отправляешь практически на убой? Как же все погано складывается».

Глава 9

ГЛАВА 9

- Ну как тебе все это?

- Пока непонятно. Я еще не осознаю до конца, что со мной произошло. Это все свалилось на меня как снег за шиворот в июльский полдень. Чувствую себя героиней какого-то бредового фантастического фильма. Хочется его выключить и поставить что-то более адекватное, а не получается. Экран завис намертво и хочешь – не хочешь, а досмотреть придется, – вся моя веселость и решительность куда-то испарилась и сейчас я находилась на пути к истерике. – Мне нужно отдохнуть и обдумать все произошедшее.

- Ты же не откажешься нам помочь? – встревожился Тим

- Не бойся, не откажусь. Я же обещала. Только я, по-прежнему, слабо себе представляю, как все это будет происходить.

- Все будет нормально. Не волнуйся, – он остановился у одной из дверей. – А вот и твоя комната. Жить ты будешь одна. Вещи уже там, так что располагайся, отдыхай. Завтра в десять я за тобой зайду. Будем знакомиться с народом и суровыми реалиями магического мира.

- Ага, спокойной ночи. И Тим, спасибо тебе. Если бы не ты, то… В общем, сам понимаешь. Спасибо.

***

- Ты все испортил. Ты понимаешь, что теперь у них есть преимущество, и не слабое? – Магистр метался по кабинету и сыпал всевозможными проклятиями на голову молодого человека.

- Да откуда я мог знать, что он сможет нас выследить и вмешаться! Я вообще не понимаю, как у нее мозгов хватило ему помочь.

- Я тебе говорил, что нельзя недооценивать своего противника! Тебе повезло, что он не довел дело до конца, а просто обездвижил. Теперь вся надежда на нашего «светлого» помощника.

- Думаете, наш «помощник» сможет от нее избавиться? – хмыкнул Макс.

- Не сомневаюсь. А теперь пошел вон!

***

Вот почему я вечно влипаю во всякий бред? Это же чушь несусветная, такого не бывает. А значит, мне пора лечиться, ибо с такими красочными галлюцинациями с людьми общаться нельзя. Лучше смотреть их в чудной комнатке, обитой мягким поролоном, чтоб неуравновешенный пациент, не приведи Бог, не убился головой об стену.

Кстати, о комнатке… Мое временное жилье представляло собой не то, чтобы плачевное, но довольно унылое зрелище. Небольшая комната с нехитрой меблировкой: стол, стул, кровать и маленький шкаф (как раз для моих пожиток, еще и место останется). Чем-то напоминает апартаменты в студенческом общежитии, где я провела несколько веселых лет, прежде чем смотаться на квартиру. Только вот у меня как-то поуютнее было… Ну да ладно, при должном старании и желании и это можно облагородить. Хорошо хоть ванная отдельная, а не на этаже, что не может не радовать. Ладно, дальше будет видно. Надеюсь, я тут надолго не задержусь.

***

Внезапно нахлынули воспоминания бурной студенческой молодости (или юности, это сейчас молодость проходит). В комнатке нас жило трое, и предоставляемая площадь явно не была рассчитана на такое количество народа. В некоторые особо суматошные моменты мы сталкивались всеми частями тела и переругивались.

Да и вообще условия были не ахти. Чего стоил только общий вечно грязный холодильник на этаже. Попытки его помыть особым успехом не увенчались, так как его тут же загаживали по новой (каким образом – для меня до сих пор загадка), а хранимые в нем продукты пропадали с завидным постоянством. В конце концов нам это надоело, мы с девочками скинулись и втиснули к нам собственный маленький хладогенератор, тем самым еще больше урезав и без того мизерное свободное пространство. Но зато можно было не опасаться, что наваренный с вечера суп будет кем-нибудь оприходован, естественно без возвращения тары, в которой хранился. Пару раз я замечала свою посуду у других проживающих, но доказать что-либо и вернуть дорогостоящую утварь было не проще, чум отобрать у пятидесятикилограммовой псины облюбованную кость.

А душевые? Как вспомню этот ужас, в дрожь бросает. Туда не то, что в тапках заходить приходилось, возникало желание одеть на себя полный комплект химзащиты и уже потом мыться. Прямо в нем. Обшарпанные стены и потолок, разбитая кафельная плитка и частые сюрпризы в виде предметов женской личной гигиены. Неужели так сложно убрать за собой? Не девочки – а свиньи! Брррр… А мыться все равно как-то нужно было, поэтому терпели.

Про туалет и связанные с ним ужастики вообще лучше промолчать. Эта тема вот совсем не вкусная.

Как только у кого-нибудь появлялась возможность, сразу же съезжали на квартиру. А возможности были далеко не у всех. На стипендию и в общежитии-то прожить не реально, так что можно говорить о съеме собственного жилья? Как же хорошо, что нищее студенчество далеко позади.

Я при первой же подвернувшейся оказии вышла на работу и, немного подкопив, наскоблила на маленькую квартирку в самой глуши. Ну и что, что до университета час по пробкам? Зато никто не ворует еду, не шумит за стенкой и санузел мой и больше ничей! Уже позже я нашла великолепный вариант, с которым пришлось распрощаться всего несколько часов назад.

***

Наскоро разобрав вещи (было бы что разбирать), я повалилась на кровать. Только сейчас я поняла, насколько сильно я устала и проголодалась. Интересно, а кормить меня тут будут? Я, вообще-то, весь день не ела ничего, а они даже поинтересоваться не соизволили. Может, я тут сейчас в голодный обморок упаду? И Тим только утром появится, а где его искать я без понятия. Не бегать же мне по всей школе, вопя на все лады: «Тим! Тимофей! Тимоша!» Я ведь даже не знаю, здесь он живет или нет. На ученика, вроде, не похож. Скорее, на аспиранта или преподавателя. Я представила, как бы Тим выглядел у доски, объясняя студентам какую-нибудь тему. Мое щедрое воображение тут же наградило его мантией, шляпой-конфедераткой и, почему-то, длинной седой бородой.

Немного похихикав над своими мыслями, я вновь задумалась о своем положении и месте пребывания.

Я вообще слабо понимаю, где я нахожусь. За окном уже темно и толком ничего не видно, понятно только, что оно выходит на какой-то большой двор, и что живу я далеко не на первом этаже. А судя по бессчетному количеству коридоров и лестниц, по которым мне пришлось пройти сначала до кабинета, в котором беседовали с Виктором, а потом от него до комнаты, то это какой-то огромный комплекс, состоящий из нескольких зданий. Либо большой-большой особняк. Это тоже нужно выяснить у Тимофея, как и вопрос пропитания. Но завтра, все завтра-а-а… А то что-то меня в сон клонит. Вот сейчас встану, натяну свою любимую пижамку-у, расстелю крова-а-ать…

***

Да кто же так барабанит? Какая скотина совершенно не уважает чужой покой?. Дайте поспать, изверги! И вообще, где мое одеяло, которое можно натянуть на голову? И почему я сплю одетая? И ГДЕ Я?!

Так, тихо, Вика, спокойно. Дыши глубже.

Фу-у-ух… Где я нахожусь – вспомнила, а вот почему одетая сплю? Я же…а нет, не встала и не разделась. Так и уснула калачиком на застеленной постели.

БАМ! БАМ-БАМ!! БАМ-БАМ-БАМ!!! Еще пара таких ударов и дверь просто-напросто слетит с петель.

- Ничего себе ты поспать! Я уже начал думать, что что-нибудь случилось, и собирался ломать дверь.

- Только собирался? А я думала, процесс уже в разгаре, – я сонно потерла лицо, попутно размазав по нему остатки вчерашней косметики и пропустила Тима в комнату.

- Давай, приводи себя в порядок, и пойдем завтракать. Или ты не проголодалась?

- А вот на этот счет у меня к тебе отдельная претензия, – я уперла руки в бока. – Мог бы мне вчера хоть сухарик какой оставить. Так нет же, ты просто оставил меня голодную!

- Вообще-то, я вчера заходил перед ужином. Только вот кое-кто так крепко спал, что в эту дверь можно было ломиться тараном, а эффекта все равно не добился бы.

- Ладно-ладно, убедил. Я сама устроила себе внеплановое голодание (будем надеяться, что в лечебных целях).

***

Вау! Вот это я понимаю – пищеблок! Грандиозное по вместительности помещение (человек восемьсот накормить можно) было заставлено столами, за которыми сидел народ. Вся столовая тонула в гомоне, и наше появлении прошло незамеченным.

- А-а-а… Тим, я надеюсь, ты не с этим народом меня знакомить собирался? Я же их ни за что не запомню.

- Не паникуй, это студенты, и тебе их знать не обязательно. Наших я сейчас тебе представлю.

- В смысле, студенты? Я думала, что раз это школа, то и учатся в ней дети

- Школа Магического Мастерства (с большой буквы, так как это полноправное название учебного заведения) – это просто формальное название. На самом же деле, это университет, учиться в котором, как и в любом другом, нужно пять лет и только после получения аттестата о полном среднем образовании. Кстати, тебе тоже придется поучиться и походить на некоторые лекции.

- А у меня аттестата с собой нет, – я показала ему язык.

- Не страшно, – хохотнул Тим. – Виктор не обидится.

Я еще раз окинула помещение взглядом и поплелась вслед за Тимофеем.

- Хогвартс, блин… А где же моя сова с письмом заблудилась?

- Что? Какая сова?

- Белая и красивая.

- А-а-а, – Тим озадаченно посмотрел на меня, как бы не понимая, о чем я и все ли с моей головой в порядке. Ну что он, в самом деле? «Гарри Поттера» не читал? И даже не смотрел?

- Не обращай внимания. Это так, мысли вслух. Ну и где твои ребята? – мы уже сели за свободный стол и перед нами тут же материализовалась молодая женщина в передничке и с подносом наперевес.

- Сейчас подойдут. Вик, ты чего так смотришь?

- А почему нас женщина обслуживает?

- А кто должен? Мужчина? Мне кажется, это не принципиально.

- Просто вы мне все говорите про волшебство, про то, что это магическая школа, вот я и подумала… - по ходу, глупость я подумала. – Ну-у… что какие-нибудь домовые будут, ну или все само появится… Не смешно! Мне раньше как-то не приходилось в магических школах бывать, откуда я знаю, что тут и как.

- Ну прости, что не оправдали твоих надежд! – Тим веселился на всю катушку. – А хочешь, я попрошу Виктора, и он что-то подобное устроит?

- Не хочу, – мне уже и самой стало смешно. – А Виктор, он кто?

- Виктор – директор сего учебного заведения, и по совместительству командир нашего «альфа-отряда». Это была его идея, собрать небольшую группу из сильных и молодых (что не маловажно!) магов, и привлечь в эту группу тебя.

- Не забыть бы его поблагодарить за оказанную мне честь, – ну вот, надо было мне спрашивать, а ему говорить? Я только отвлеклась, и вот опять…

***

- Эх, Тима, Тима. Не умеешь ты с девушками общаться, – к нашему столику подошел улыбающийся во все тридцать два парень. – Почему прекрасная дама сидит такая грустная?

- Я не грустная, просто задумалась…

Появление этого веселого молодого человека выдернуло меня из минутного (а может быть и часового) оцепенения.

- Меня Алексей зовут. Можно просто Леша. А для столь милой девушки допустимо, даже, уменьшительно-ласкательное Лешик. А ты, должно быть, Вика? – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал парень. – Тим про тебя вчера рассказывал. Знаешь, я тебя именно так себе и представлял! Правда, думал, что выглядеть ты будешь чуть уверенней. Ну ничего, это из-за резкой смены обстановки. Ты скоро привыкнешь, и тебе все понравится.

Я просто не успевала за словесным потоком, извергаемым Алексеем.

- Тим тебе уже устроил экскурсию по школе? Как нет? Я обязательно исправлю эту досадную оплошность сразу же после завтрака. Тут столько всего интересного, особенно для человека из прошлого. А потом мы тебя еще по городу потаскаем. Вот увидишь, после такого ты возвращаться в свои три-девять-лохматые года не захочешь!

- Ага, – только и смогла выдать я. – Только можно, для начала, я все же позавтракаю?

- Ну конечно, кушай, кушай. Не торопись. Сейчас еще девчонки наши подтянутся, так что, времени у нас еще вагон и…

- Как ты поняла, - Тим перехватил инициативу, буквально заткнув Алексея. – Леша у нас главное трепло. Хлебом не корми, дай кому-нибудь на уши присесть. Что, достал Сашку и решил переключиться на другие, более свободные уши? Ой, смотри, настучу.

- Зато ты у нас господин Серьезность и лорд Суровость, - отбил подачу Алексей. – А еще стукач, тиран и деспот. Довел бедную девушку.

- Да никого я не доводил. Вик, скажи ему! – лицо Тима приобрело такое обиженное и детское выражение, что я не выдержала и засмеялась.

- Мальчики, не спорьте, – к нам подсели две девушки. – Это совершенно бессмысленное занятие. Все равно Лешку не переговоришь.

- Этот фонтан красноречия еще никому перекрыть не удавалось, – рассмеялась вторая девушка. – Ты Вика? А я Яна, сестра этого говорливого. Это вот Саша.

- Наша умница, отличница и просто хорошая девушка, – вставил Леша.

- Именно! А ты без комментариев никак не можешь? – съязвила Яна.

Ребята весело загомонили-заспорили, а я, пользуясь моментом, сидела и рассматривала их. Как будто пыталась найти отличие молодежи будущего от молодежи моего времени.

Сначала мой взгляд упал на Алексея, так как он сидел практически напротив. Довольно симпатичный высокий молодой человек с хорошо развитой мускулатурой. Крупнее Тима. «Тупой качок», так, как правило, называют подобный тип парней при первом взгляде. И частенько оказываются неправы. По крайней мере, на первый взгляд, он производил впечатление довольно образованного молодого человека (да и в маги, наверное, кого попало не возьмут). Каштановые волосы были растрепаны и придавали смеющемуся парню еще более задорный вид. А в живых карих глазах плясали чертята в обнимку со смешинками. У Тима взгляд был более серьезным, но мягким.

Далее я перевела взор на Яну. Надо же, они брат и сестра… Встреть я их на улице вместе, ни за что бы не подумала. Скорее, приняла бы за парочку друзей или влюбленных. Она была совершенно не похожа на Лешу. Миниатюрная девушка с правильными, практически идеальными, чертами лица и копной великолепных длинных волос (спокойно, Вика! Зависть – плохое чувство!) медно-рыжего цвета. Хотя одно сходство между ними было – глаза. У Яны они были такие же живые, как у брата.

Саша… Саша действительно производила впечатление тихой умницы-отличницы. Из всей компании она была самая тихая и спокойная (не считая Тима. Тот вообще сидел, как пыльным мешком стукнутый, время от времени впадая в прострацию). Такая себе милая шатеночка-тихоня с кукольным личиком и огромными голубыми глазищами. Чем-то на Дашку мою похожа. Хотя черты лица не имеют ничего общего.

Дашка теперь для меня (а точнее, я для нее) никто… Она меня не знает. Интересно, кто будет свидетельницей на их с Марком свадьбе? И вообще, было бы любопытно посмотреть, какая она сейчас стала. Как изменилась.

***

Постепенно, мои размышления снова привели к событиям последних дней. Уже, наверное, в сотый раз я вспоминала, анализировала, прокручивала все случившееся раз за разом и пыталась понять, как жить дальше. Даже если предположить, что на ближайшее время досугом меня обеспечили, легче не становилось. А что потом, когда это все закончится? Вернуться домой, где у меня никого больше нет? Пытаться как-то заново выстроить свою жизнь и постараться выкинуть из головы весь этот кошмар (а кошмар ли?)? Кто знает, чем обернется для меня все происходящее после…

- Вика. Вика, блин!

- А? Что? – Тим вырвал меня из пучины мыслей.

- Куда ты залипла? Не дозовешься. Давай поднимайся, пойдем Школу смотреть. Сейчас все на занятиях и нам никто не помешает.

Я огляделась. Столовая была практически пуста. Кроме нас осталось несколько ребят, которые поспешно запихивали в себя остатки завтрака.

- Ну, ведите.

***

Девчонки подхватили меня с двух сторон под руки, и потащили по направлению к выходу. Обязанности гида взял на себя Леша (кто бы сомневался).

- И так, дамы и господа, мы начинаем нашу обширную (и чертовски увлекательную) экскурсию по Школе Магического Мастерства! За своей спиной вы только что оставили прекрасную столовую, к сожалению, без домовых и самоматериализующейся посуды (ну Тим, я тебе это еще припомню!). Но это его совершенно не портит, а, возможно, даже выделяет среди множества подобных ему. Далее маршрут нашей экскурсии поведет нас в западное крыло, а оттуда в восточное. Нам представится прекрасная возможность пройти по всем кафедрам сего учебного заведения. – Алексей вел себя как заправский гид, проводящий обзорную экскурсию по Москве. Не хватало только группы китайцев с фотоаппаратами для антуража. – Заглянуть во все его уголки и, возможно, открыть какую-нибудь страшную тайну, не открытую нами ранее.

Мы прошли через небольшой коридор и «гид» снова начал свой рассказ:

- Сейчас мы находимся на кафедре Травоведения и Зельеварения. Место довольно скучное и унылое, хотя, очень необходимое. Все вечно носятся со всяческими травками-листиками и пытаются приготовить из них идеальные зелья (и иногда у них это даже получается). Нам повезло, что сейчас ни у одной из групп не проходит практикум, иначе, вонь стояла бы невыносимая. Эти травоведы недоделанные вечно что-то не то нахимичат.

- Это ты себя вспомнил? – хохотнул Тим. – На первом курсе травоведение и зельеварение обязательные предметы. И у Лехи с ними, мягко говоря, не срослось. Чего уж он там намешал, я не знаю, а он не признается, но тотальное задымление в сопровождении жуткого запаха выветривалось несколько недель. Преподаватели щадили студентов и себя, что-то мне подсказывает, что больше себя, и все занятия проходили в оранжерее. К концу этого срока, лично я, уже мог назвать каждый куст и количество листьев на нем.

- Ха-ха-ха! Как смешно, – едко вставил Леша. – Все навеселились? Отлично, едем дальше!

А дальше следовали кафедры Ясновидения, Некромантии, Артефактоведения, Бытовой, Стихийной и Боевой Магии. И везде Леша умудрился накосячить, о чем непременно напоминал Тим.

На занятиях по ясновидению при попытке войди в транс он уснул, что, в принципе, не страшно, ибо спит там каждый второй. Косяк заключался в том, что, когда его разбудили, он резко вскочил на ноги и опрокинул столик с хрустальным шаром. Шар, естественно, вдребезги. Преподаватель – бабушка – божий одуванчик – в предобморочном состоянии, Леша «на ковре» у директора.

На некромантии наш деятель вызвал дух какого-то сварливого старикашки, и, не рассчитав силы, слишком сильно привязал его к миру живых. Дедок почти месяц пугал студентов и учил жизни преподавателей, пока его, наконец, развеяли.

История с артефактами вообще чуть не довела его до отчисления. На одном из занятий он активировал и разрядил древнейший артефакт, подаренный школе магами соседнего мира, следовательно, зарядить его можно было только там. Артефакт был предназначен для увеличения плодородия почв, и его мощности хватило бы на десяток полей размером с футбольное. И вся эта мощь рванула в цветочные горшки, стоящие по кабинету. Не сложно представить, что там начало твориться. Бедный Алексей три дня подряд вырубал эти вечнорастущие джунгли, выдирал их с корнем, выкидывал на задний двор, сжигал. Но все было тщетно. Неугомонная растительность и не думала расти как-то помедленнее, пока наш горе-маг не додумался, как собрать всю выброшенную энергию обратно. Что, в итоге, и спасло его от отчисления, но не от очередной выволочки от Виктора.

На бытовой магии универсальным чистящим заклинанием вместо того, чтобы убрать грязь со стола, он убрал стол. Полностью. Сначала превратил его в труху, а потом уже эту труху убрал. Веником и совком, ибо преподаватель испугался, что следующим на уничтожение может оказаться пол. Да и проучить этого балбеса он был не против, ведь вместе со столом были уничтожены папки с планами всех занятий по бытовой магии для всех курсов.

Стихийникам он устроил небольшой потоп. Ну, как небольшой... Уплыла половина корпуса, некоторые аудитории были залиты практически до потолка. А так, дождик, который Леша вызвал, был совсем-совсем маленьким.

А вот на боевой магии наш активный и непоседливый развернулся во всей красе, что, в итоге, стало определяющим с выбором специализации. Леша сгенерировал пульсар такой мощности, что просто снес защиту с полигона. А после этого неделю отлеживался в изоляторе, так как полностью истощил свой резерв и еще неделю еле-еле передвигался держась за стеночку. В этот раз его даже не поволокли на очередное директорское внушение. Виктор сказал, что ему и так досталось, благо, что жив остался.

Так, с шутками и прибаутками мне разъяснили и показали все устройство Школы и привели назад к столовой. Как выяснилось, все корпуса школы образовывали круг. Они были соединены между собой переходами, и в любой из корпусов можно было попасть, не выходя на улицу. Разделения на два крыла было чисто символическим, для удобства навигации и запоминания что где находится. Отдельно от общего комплекса располагались только оранжерея, Музей Развития Магии и полигон. Мне торжественно пообещали, что сразу же после обеда я увижу полигон и оранжерею, а в музей мы пойдем уже завтра, так как прогулка по нему займет не один час.

***

Ну конечно, после обеда никуда мы не пошли. Закон всемирной подлости, в лице Виктора, обломал нам все планы на оставшийся день.

Сразу после обеда Виктор вызвал нас в полном составе к себе и принялся раздавать ЦУ (ценные указания) и ОЦУ (особо ценные указания).

- Ну что, Виктория? Ты уже познакомилась со Школой??

- Да. Ребята мне все показали. Кроме оранжереи и полигона. И музея еще.

- Позже, все позже, – он отвернулся от нас и начал что-то искать у себя на столе. – Вот, ознакомься. Здесь приблизительный план твоих занятий. Коррективы будут вноситься по ходу.

На листе мелким подчерком был расписан «план превращения меня в Дюраселл». А остальных ребят, видимо, в зайцев. Медитации, контроль энергии, теория боевой и стихийной магии. Если первое и второе понятно, то зачем мне магические азы? Колдовать-то я все равно не смогу. Этот вопрос я тут же озвучила.

- Ну как это, зачем? – Виктор смотрел на меня непонимающим взглядом. – Ты же должна знать структуру того или иного заклинания и сколько энергии оно потребляет.

- А на практике я все это применять буду, или оно так и останется в теории? – на листе действительно не было ни слова о практических занятиях. Сплошные лекции, напротив которых были прописаны номера аудиторий.

- Всему свое время. Сначала ты должна понять саму суть магии и научиться управлять своим даром, – лицо Виктора приняло серьезное, как у строгого лектора, выражение. – Энергетические потоки – вещь очень тонкая. Стоит тебе ошибиться в их направлениях или распределениях и может случиться непоправимое. Может получиться так, что ты недостаточно напитаешь резерв одного из ребят или непосредственно готовую матрицу заклинания. Либо отдашь собственный резерв и отключишься в самый неподходящий момент.

- Я поняла. Лекции, так лекции, - будем надеяться, что теория магии окажется интереснее теории экономики.

- Похвально. Теперь, что касается остальных, – он окинул взглядом ребят. – Продолжайте занятия по намеченному плану. Через неделю попробуем включить в них Викторию. И еще, подтяните стихийные заклинания. Насколько я знаю, у каждого из вас есть с ними проблемы.

- Непосредственно с ними проблем нет, – взял слово Тим. – Заклинания выходят такими, какие и должны быть. Стихийная магия очень энергоемкая и нам не хватает энергии. Приходится выбирать между качеством и количеством. Не в пользу качества, как вы понимаете. Я надеюсь, Вика поможет нам в решении этой проблемы.

- Все надеются, – Виктор забарабанил пальцами по столу. – Отведите Викторию в библиотеку и подберите нужную литературу. А ты, Виктория, прямо сегодня начни ее изучать. Тимофей, останься. Поговорить нужно.

***

- Я так понимаю, ты окончательно решил переложить на меня роль ведущего? – спросил Тим после того, как они стались вдвоем.

- А кому я могу доверять больше, чем собственному сыну?

- Раньше ты был другого мнения о моих способностях, как магических, так и лидерских. Если честно, я до сих пор удивлен, что нахожусь здесь, а не в каком-нибудь глухом ауле, развлекая местное население фокусами.

- Я совершил ошибку и признаю это. К тому же, ты – боевой маг, а не балаганный фокусник. И я не понимаю, почему ты удивлен своим пребыванием в команде.

- Ты никогда не интересовался моим мнением. Просто ставил перед фактом, как это произошло сейчас. Тебя не интересовало, хочу ли я вообще быть магом, – Тим начинал закипать. – Ты просто пришел и сказал, что я иду поступать в эту чертову школу. А потом, что я буду в этой команде. Хотя, в твоих глазах я всегда был посредственностью. Потом, что я отправляюсь в прошлое. И в итоге, та-да-а, я – лидер! Пап, тебе не кажется, что нужно хоть иногда спрашивать меня?

- Хватит психовать, – Виктор ударил по столу ладонью. – Ведешь себя как истеричка! Да, я многое решил за тебя, но я сделал это ради тебя. Кем бы ты сейчас был, если бы не я?

- Летчиком, папа, летчиком. Ты знал, что я подал документы в военку.

- Как это прекрасно – ходить строем и выполнять чужие приказы. И, в итоге, разбиться на каком-нибудь самолете к чертям собачьим.

- А чем это отличается от того, что я делаю сейчас? – он уже не сдерживал себя, а кричал. – Разве что, строем ты ходить не заставляешь. А шанс угробить себя здесь даже выше. Вовремя не выставленный щит, и вуаля, меня размазало чьим-нибудь заклинанием, не исключено, что моим же срикошетившим, в неэстетичную лепешку.

- Прекрати орать! Я не за этим тебя оставил.

- Так я могу идти? – съязвил Тим.

- Сидеть! – еще один удар по столу. – Я хотел поговорить с тобой о Вике.

- О чем можно говорить, если она еще не начала обучение?

- Сейчас не о ее способностях. Вчера ты сказал мне, что Макс устроил глубокую амнезию всем ее близким. Это действительно так? Она не проверяла?

- Проверяла. Вика позвонила отцу. Он уверен, что она погибла вместе с матерью много лет назад.

- Значит, все еще хуже… А, может быть, и лучше. Кто знает. Выясни, пожалуйста, где она сейчас. И заметь, это не приказ, а просьба.

- В смысле, где? В библиотеке, надо думать.

- Я имею в виду, не Вика, которая сейчас в школе, а Вика, которая должна жить в настоящем. Проще говоря, что она делала после возвращения в свое время. Если, конечно, вернулась.

- Ты хочешь узнать, не погибла ли она здесь?

- Можно и так сказать. А как она вообще? Осваивается?

- Вроде да. Иногда, правда, впадает в задумчивость, что не удивительно, после такого-то, а так довольно бодрая, – Тим пожал плечами. – Что-то еще?

- Нет, пока все. Можешь идти.

Кивнув на прощание головой, молодой человек вышел из кабинета. Оказавшись в коридоре, он обессилено привалился спиной к стене и потер пальцами виски.

- Твою же мать, – прошептал он. – Вот зачем тебе знать, что с ней случится? Я сам этого знать не хочу. Или просто боюсь узнать что-то страшное?

Отлепившись от стены, он побрел в сторону жилого корпуса. Перепалка с отцом так вымотала его морально, что сейчас Тиму больше всего хотелось свалиться в кровать и проспать до ужина, а еще лучше, до завтрашнего утра. Но желания желаниями, а у него есть четкие указания на сегодняшний день. Нужно идти в город и копаться в справочной базе, выискивая сведения о Вике. Но, для начала, нужно выловить ее саму и узнать фамилию, коей Тим так и не удосужился поинтересоваться. Вполне вероятно, что она вышла замуж и сменила ее, но нужно же от чего-то отталкиваться.

***

- Ну вот Виктор и определился с ведущим, – сказал Леша, после того, как они отошли от кабинета директора.

- Ну а кому он теперь сможет доверить лидерство, как ни сыну? – ответила ему Яна. –Мне кажется, он и на нас теперь смотрит с огро-о-омным подозрением.

- В смысле? Тим что, сын Виктора? – я была очень удивлена, хотя и замечала между ними определенное сходство. – А раньше был другой лидер?

- Тим тебе ничего не говорил? Это не удивительно. Он не любит афишировать родство с директором, – вступила в разговор Саша. – А лидером у нас раньше был Макс. Ты с ним, насколько нам известно, довольно близко знакома.

Меня как будто пыльным мешком из-за угла шарахнули. Макс был в команде, да еще и возглавлял ее. Но как? Он же темный.

- Он не всегда был темным, – видимо, последний вопрос я задала вслух. – Он учился здесь и подавал очень большие надежды. А полгода назад сбежал сам и переманил…

- Не важно, кого, – Яна оборвала Сашу. – Не очень красиво обсуждать это в отсутствии Тима, вам не кажется? Вик, ты можешь сама у него об этом спросить. Я думаю, он тебе расскажет. Единственное, что могу сказать, так это то, что последние полгода ведущего у нас не было, но мы предполагали, что это будет Тим.

- Не забивай пока голову лишней информацией, - оборвал тему Леша. – Тебе сейчас с лихвой хватит того, что ты вычитаешь в учебниках.

Мы зашли в библиотеку и ребята тут же начали диктовать библиотекарю длиннющий список литературы. В итоге меня нагрузили таким количеством книг, что под их весом мне чуть руки не оторвало. И оторвало бы, если бы Леша не помог.

Когда мы уже подходили к комнате, ко мне подбежал Тим:

- Вик, скажи, пожалуйста, свою фамилию, имя и отчество.

- Архарова Виктория Алексеевна. А что случилось?

- Да нет, ничего, – и тут же унесся в неизвестном направлении.

Глава 10

ГЛАВА 10

Все время до ужина я штудировала учебники. Ужас! Как это можно учить и понимать? Многие вещи я просто не воспринимала как таковые. У меня в голове не укладывалось само понятие магии, ее существование наряду с другими науками. А в литературе она представляется именно как наука. Видимо, долго я буду привыкать к местным устоям, и неизвестно, привыкну ли вообще.

От сего полезного занятия меня оторвал стук в дверь.

- Ну что, Ежик, ужинать пойдем или ты на диете? – за дверью стоял улыбающийся Тим (ну кто бы сомневался).

- Еще раз так меня назовешь, дам в глаз, - мрачно пообещала я.

- Ладно, ладно, не бурчи, – он поднял руки и сделал вид, что испугался. – Как гранит науки? Грызется?

- Ага. Половину зубов уже обломала.

- Что поделать? Это уже издержки, которых не миновать. Придется потерпеть.

К счастью, мы вошли в столовую и разговор о моей учебе затух. За столом уже сидели остальные члены команды и что-то весело обсуждали. Леша пересказывал какую-то историю в лицах, а девчонки хохотали на все помещение и вставляли комментарии.

- А вот и наша спасительница!

- Я пока еще никого не спасла, но больно стукнуть могу хоть сейчас, если мне не дадут поесть.

- Вот до чего людей магия доводит, – продолжал хохотать Леша. – А была такая милая девушка.

Я пропустила его высказывание мимо ушей, так как мне уже принесли ужин. На еду я накинулась так, как будто меня месяц голодом морили. Никогда со мной такого не было. Может, тут воздух другой, или это все стресс? Хотя, с учетом того, что после обеда я ничем не перекусывала, не удивительно, что у меня такой аппетит.

- Тима, а куда ты сегодня бегал? – нарушила общую тишину и сосредоточенное жевание Яна.

- Да так… Одно дело было, – он бросил тревожный взгляд на меня и тут же отвел глаза. – Ничего интересного.

Еще один взгляд на меня, на этот раз грустный и задумчивый. Чего-то он темнит. Потом обязательно спрошу. И по поводу Макса поинтересуюсь, а то ребята как-то уж быстро свернули тему и перекинули стрелки на Тима.

- Тим, я с тобой поговорить хотела, – мы уже вышли из столовой и собирались по комнатам.

- Давай чуть позже. Мне нужно к Виктору зайти. Как освобожусь, забегу к тебе, идет?

- Договорились.

***

- Ну что? Ты узнал? – Виктор мерил шагами просторную комнату.

- Да, узнал. Лучше бы и не узнавал.

- И-и-и? Что ты узнал? – мужчина был раздражен. – Я не театральный критик, и паузу передо мной выдерживать не надо. Или из тебя каждое слово клещами тянуть?

- Да, можно сказать, что ничего. О ней вообще ничего нет после увольнения, – парень был растерян. – Написано, что жила такая-то такая, училась, работала, уволилась… И все. Как сквозь землю.

- Может, несовершенство системы?

- Да какое несовершенство в наше время? Она же должна где-то работать, где-то жить. А ее просто нет, понимаешь. Совсем… Пап, а что, если она не вернулась? – глаза Тима наполнились испугом. – Что, если она не выжила? Или все мы…

- Не паникуй раньше времени. Может, она не захотела возвращаться, – Виктор продолжал расхаживать по комнате взад-вперед. – Ты только ей ничего не говори. Девочка и так в шоке, не нужно ее еще больше пугать.

- Что я, совсем дурак? Все понимаю. Могу идти? Я еще к Вике зайти обещал.

- Да-да, конечно, – он снова о чем-то задумался и на прощание только махнул рукой.

***

Тим пришел довольно быстро. Я даже не успела толком вчитаться в очередной трактат о сущности магии и окончательно вскипятить себе мозги.

- Ты хотела поговорить? О магии? Тебе что-то не понятно?

- Да, но… я сейчас о другом спросить хотела, - я не знала, с чего начать, поэтому мялась. – Ты, если не хочешь, можешь не отвечать. Просто, ребята сказали, и мне стало интересно…

- Дай угадаю, они сказали, что Виктор мой отец? – Тим сел на стул и скрестил руки на груди.

- Да. И еще, что…

- Что Макс раньше был с нами? – продолжил он тем же невозмутимым тоном.

- Ага. Если тебе не приятна эта тема, то можешь не говорить, – я уже пожалела о своем любопытстве.

- Скажем так – не в восторге, – он откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на меня, смущенно теребящую край футболки. – Но лучше я расскажу тебе сам, чем кто-нибудь еще, попутно приукрасив несуществующими подробностями. Устраивайся по удобнее, рассказ не из коротких.

Я поспешно плюхнулась на соседний стул и приготовилась слушать.

- Макс был моим лучшим другом, – Тим начал свой рассказ неторопливо. – Мы познакомились на вступительных экзаменах, на которые меня притащил отец, перед этим забрав мои документы из летной академии. Не удивляйся, я действительно хотел летать и шел к этому полжизни. Уже тогда его магические способности здорово превышали мои, и он многим помог мне на экзамене, который я старательно пытался завалить. Сначала я был жутко этим недоволен, но потом успокоился. Если бы не поступил сам, отец все равно бы меня пропихнул, способности то у меня есть… Так и началась наша дружба.

Мы были не разлей вода. Сначала на общем потоке, потом он уговорил меня идти вместе на отделение боевой магии. Там мы сдружились еще больше. Часто работали в паре и научились технике двойных заклятий. Это что-то типа спаренного заклинания, когда энергия двух магов сливается в одно заклинание и делает его в два раза сильнее. Мне все больше и больше нравилось быть магом, и к выпуску я практически перестал обижаться на отца. И даже сказал ему спасибо.

После выпуска мы остались в школе. Поступили в аспирантуру. Преподавателей по-прежнему не хватало, и школа нуждалась в новых кадрах.

Все шло по накатанной. Чисто и гладко. А через некоторое время началась эта заварушка с Магистром и темной магией в целом. Макс изредка начал заводить тему о том, что зря мы отказались, и что ничего страшного в темных искусствах нет. В конце концов, мы сами изучаем некромантию и все живы-здоровы.

И ладно, если бы он сам себе это тихо думал. Так нет! Он начал забивать этим голову Лизе. Кто такая Лиза? Лиза – это моя девушка, на данный момент бывшая. Что ты такие глаза делаешь? Я здоровый нормально ориентированный парень, и мне не чуждо все человеческое, включая любовь. Или ты думала, что я этакий белый, пушистый и целомудренный мальчик? В мои-то двадцать шесть. Нет? Ну и хорошо.

Так вот, он начал усердно гадить ей в голову фразами типа: «А у темных это было бы мощнее». «А темный вариант этого заклинания интереснее», и тому подобное.

Через некоторое время я начал замечать, что она проводит с ним все больше и больше времени. Слушает его рассказы с все возрастающим интересом, и вообще, как-то отдаляется от меня. Да и сам Макс стал каким-то мутным. Пропадал ни с того ни с сего непонятно куда, потом так же внезапно появлялся.

Наши тренировки все чаще проходили без него, хотя он был лидером.

Отец действительно сделал его ведущим. Способностей у Макса выше крыши, а он ценит силу. Это я постоянно был в его глазах посредственным магом, и странно, что он вообще меня взял. Скорее всего, просто не хотел терять надо мной контроль и держать как можно ближе к себе, опасаясь, что я могу наворотить дел. Могу-могу, не сомневайся. Сделать финт ушами, послать все и свалить в неизвестном направлении. Для отца это было бы как нож в спину. Но я не полный засранец и так не сделаю. Но сейчас не об этом.

Через некоторое время мы расстались с Лизой. Я закатил банальную сцену ревности, и она, дав мне по морде, ушла. А еще через некоторое время я дал по морде Максу, потому что узнал, что ушла она к нему. Для меня это было шоком. Я-то думал, что у нас все в серьез и надолго. Лопух несчастный. А видишь, как оно вышло.

Я всегда был приверженцем гуманного способа решения споров (странно для боевого мага, правда?), но тогда во мне что-то оборвалось, и я просто кинулся на него с кулаками. И огреб, как это не прискорбно, тоже в основном я… Ты не подумай, драться я умею. Но с практикой как-то туговато. У Макса в этом деле опыта гораздо больше. В то время, когда я решал все словами, он любил помахать кулаками.

После этого я думал развернуться и уйти к чертовой матери из этой команды и из школы вообще. В одночасье я потерял любимую девушку, лучшего друга, и мне было глубоко фиолетово, что там будет дальше. А самое обидное, это то, что все время после нашего расставания ребята знали, что она ушла к Максу. И ни одна сволочь мне об этом не сказала. Жалели втихую, перешептывались за спиной. Потом уже Леша не выдержал и все мне выдал, за что ему огромное, человеческое спасибо. Так что на уход я был настроен серьезно. Но отец в очередной раз обломал мне все планы, и, как видишь, никуда я не делся.

Зато ушли Макс и Лиза. К Магистру. Об этом я узнал спустя примерно неделю на очередных переговорах, которые, как и все предыдущие и последующие, закончились боевыми действиями.

Как я тогда выбрался живым, ума не приложу. Я был настолько шокирован и обижен открывшимся мне зрелищем, что пропустил боевой пульсар, который чуть не размазал меня тонким слоем. Да и размазал бы, если бы не отец.

Он выставил щит и сам кинулся под удар, успев каким-то чудом его отбить. Остаточной волной меня проволокло несколько метров и вывихнуло плечо. Отец тоже пострадал, хоть и не показал вида. Но я-то заметил, как его штормит и ведет при резких движениях, видимо, сотрясение он получил хорошее. До сих пор чувствую себя за это виноватым…

В моей голове в очередной раз что-то перемкнуло, и я твердо решил остаться в команде и сделать все возможное, дабы уделать этих темных выродков.

Ну а потом мы нашли способ, и нашли тебя. Откуда об этом пронюхали темные, до сих пор не ясно. Посвящены в это были только члены команды. Отец даже наверх сообщать не стал, а сделал все втихаря. Думать на кого-то из наших не хотелось. Да и они постоянно на виду были. Хотя папа их и проверил по всем статьям. И меня тоже проверил, на всякий случай. А также всех и вся на магические способы прослушки. Но «крыса» все же есть, и самое поганое, что мы ее так и не нашли.

- Вот, в принципе, и вся история. А дальше ты сама все знаешь, - он развел руками.

- Теперь ты можешь представить, в каком бешенстве я был, когда узнал, что ты с ним? Ничего удивительного, что я сорвался тогда на тебя. Кстати, прости меня за это, – Тим покаянно опустил голову и заглянул мне в глаза. – Но на сколько же они сильны, что смогли запудрить мозг целой куче народа и создать Максу чуть ли не всю прошлую жизнь. Да и стереть все следы твоего пребывания из жизни близких – та еще задачка. На тот момент я был просто на грани отчаяния. Но, видимо, удача повернулась ко мне нужным местом, и я все-таки смог тебя выдернуть. Ты не переживай сильно. Мы что-нибудь придумаем и вернем тебя в твою прошлую жизнь. Не просто в прошлое…

- Прости, - это единственное, что я смогла сказать на тот момент.

- За что? – он поднял на меня удивленный взгляд.

- За то, что заставила все это вспомнить и рассказать.

- Не бери в голову, все нормально. И, в конце концов, я, наконец, выговорился. Так что, это тебе спасибо, что выслушала, – Тим поднялся со стула. – Уже поздно, ложись отдыхать.

- Ага. Спокойной ночи… Тим! – проорала я, когда он уже почти вышел из комнаты. – Спасибо…

Дверь закрылась, чуть слышно стукнув о косяк. А я еще долго сидела и переваривала только что рассказанную историю.

***

Мысли бешено метались в голове не давая уснуть. У меня никак не укладывалось то, что я узнала от Тима. Я снова и снова прокручивала его рассказ и думала, думала, думала. Как же жестоко может вывернуться жизнь, что близкие люди в одночасье станут злейшими врагами. И какими же жестокими могут быть сами люди, если для них ничего не стоит сломать чужую жизнь. Наплевать на чужие чувства, вытереть об них ноги. Поиграть и выбросить на помойку как старую, ненужную вещь.

Постепенно мои раздумья перешли в мои же воспоминания. Перед глазами стоял Макс в белом костюме с букетом красных роз. В тот день, когда мы ездили на озеро. Я четко видела его лицо, счастливое, улыбающееся. А потом так же четко увидела жестокую гримасу, которая была при прощании. Каким же нужно быть лицемером, чтобы вот так, запросто врать человеку, которого ты собираешься убить? Нужно быть лишенным малейших зачатков совести для того, чтобы лгать в лицо, играть в любовь, и, в итоге, чуть не свернуть мне шею.

И я тоже хороша. Обрадовалась, побежала, да еще и в койку прыгнула. Знала же, что не бывает все чисто и гладко. Чувствовала, что получу щелчок по носу. Вот и получила. Не то что щелчок, а хороший такой удар кулаком.

Хочется верить, что все, что ни делается, то к лучшему. Только верить уже страшно. Меня ведь сюда не на увеселительную прогулку привели. На мои плечи пытаются взвалить груз, который я могу и не выдержать. О том, что будет в этом случае, думать не хотелось. Перед глазами до сих пор всплывала картина бойни, учиненной Максом и Тимом. И это были всего два мага. А что ожидать от двух десятков? Сотен? Тысяч? О таких масштабах даже думать страшно, а каково при этом присутствовать? Если от пульсаров, посылаемых двумя волшебниками, воздух гудел и трещал, то какая жуть должна происходить при более масштабных действиях, страшно представить.

***

Позже я все-таки смогла уснуть. Снилась мне, чего и следовало ожидать, полнейшая ересь. Будто я стою посреди выжженного коридора. Рядом со мной, держась за окровавленный бок, стоит Тим. И не понятно, кто кого пытается защитить: я его или он меня. Напротив нас стоят трое: высокая девушка с красивым, но каким-то капризно-брезгливым лицом; пожилой мужчина в темном балахоне и… Макс. Макс и эта девица спорят, пытаясь уступить друг другу право первого удара. У обоих в руках переливается по черному глянцевому пульсару. Их спор прерывает пожилой и говорит, чтобы били вместе, мол, так надежнее. И вот в меня и Тима уже летят два шара, несомненно, несущих в себе смерть…

***

- Можно уже смотреть?

- Нет! Не смей открывать глаза, сюрприз испортишь!

В комнате были двое: парень и девушка. Парень сидел с закрытыми глазами, а девушка бесшумно суетилась у стола, раскладывая фрукты, ставя бутылку с вином и зажигая свечи.

- Все, можешь смотреть, – глаза девушки горят восторгом и ожиданием похвалы.

- Вау! –после секундной паузы сказал парень. – А по какому поводу пиршество?

- Тимош, ты что, забыл? – из глаз девушки медленно испарялась радость, и они начали наполняться слезами. – Сегодня же…

- Ровно год, как мы вместе, – это они уже сказали в унисон. – Я помню, просто не думал, что ты даже стол решишь накрыть.

- Ты! Ты! Бесчувственный чурбан! Тебе на меня вообще плевать! – девушка отвернулась надув губки и уставилась в окно.

- А вот и не правда, – Тим мягко обнял ее за плечи. – И вовсе я не чурбан, да еще и бесчувственный. Я, вообще-то, тебе подарок приготовил. Ну, Лиз. Не дуйся.

Тим поцеловал Лизу за ушком, параллельно застегивая на шее тонкую цепочку.

- Это мне? – девушка вертела в пальчиках серебряный кулончик в виде дракона, держащего в своей пасти кусочек аквамарина. – Какая прелесть! А у меня тоже есть для тебя подарок. Вытяни руку.

- Красиво! – Тим разглядывал массивный серебряный браслет, украшавший теперь его запястье. – Иди сюда, поцелую.

Молодые люди были полностью поглощены собой, никого и ничего не видя вокруг. Тим бы самым счастливым мужчиной, ведь обладание такой девушкой как Лиза было самым большим счастьем и самой крупной удачей в его жизни.

Их знакомство было до ужаса банальным. Она училась вместе с Яной – Лешкиной сестрой, и как-то напросилась вместе с ними на прогулку. Долгое время молодые люди не уделяли друг другу практически никакого внимания: Тим был увлечен девушкой с параллельного курса, а Лиза пыталась активно обхаживать Лешку. На протяжении нескольких лет они общались просто как хорошие друзья и не видели друг в друге ничего стоящего внимания. В какой именно момент все изменилось – ни он, ни она точно сказать не могли, просто поняли, что жить не могут друг без друга и это осознание вылилось в бурный и безумно красивый роман.

Здесь было все: романтика, нежность, ссоры, истерики, бурные примирения. Тим левитировал у нее под окном с букетом цветов в зубах, так как руки были заняты удерживанием веревки, которую свесил ему Лешка (левитация левитацией, а потерять концентрацию и ухнуться с третьего этажа – сомнительное удовольствие). Лиза организовывала всяческие посиделки в различных необычных местах, будь то крыша Школы или центр полигона, с бегущими по защитному барьеру переливающимися заклинаниями. Одним словом – идиллия, которую, казалось, ничем невозможно нарушить. Так было и в тот вечер.

А ровно через три месяца Лиза смотрела в другие глаза и целовала другие губы.

Разговор с Викой разбередил только начавшую заживать рану. С одной стороны, ему стало легче, и не было больше того нестерпимого желания закричать, завыть. Но с другой, он снова и снова прокручивал в памяти сцены встреч и расставаний, и от этого становилось тоскливо и тяжело на душе.

Глава 11

ГЛАВА 11

Обучение началось настолько быстро, что ни о какой раскачке речи и не шло. На нее просто не было времени.

Сутра меня разбудил звук, похожий на помесь церковного колокола с взбесившимся будильником. Я думала, меня звуковой волной с кровати сбросит. Или инфаркт хватит с перепугу. Это что, тут постоянно так? Бедные студенты!

Не успела я как следует прийти в себя, и собрать в кучу разбежавшиеся глаза, как тут же раздался стук в дверь. Ну конечно, это был Тим. Кому же еще придет в голову барабанить в дверь с такой силой?

Он чуть ли не бегом потащил меня в столовую, где уже сидели ребята.

- Ну как тебе пробуждение? – Саша жевала булку, и поэтому смысл сказанного до меня дошел не сразу. – Вижу, ты еще под впечатлением.

- Тут каждое утро так? Раньше я этого грохота не слышала.

- Ага. За исключением выходных, на которые тебе посчастливилось сразу же попасть. Привыкай.

- А у меня есть выбор?

- Нет, – девушка пожала плечами.

- Тогда буду привыкать.

Наскоро забросав в себя завтрак, я достала лист с расписанным планом занятий.

- Ребят, а где аудитория 320 «Е»?

- Основы боевой магии? – спросил Леша. И, получив от меня утвердительный кивок, продолжил. – Сейчас вместе пойдем. Давай сюда свою бумажку.

Он недолго поизучал лист с планом моих занятий, и вернул обратно.

- Ты будешь заниматься со вторым курсом. Базу ты сможешь разобрать самостоятельно. Остальное, что выходит за рамки их программы, мы расскажем тебе сами. Позже, когда ты будешь приходить на наши тренировки. А сейчас хватит рассиживаться. Погнали, а то опоздаем.

Леша протащил меня по коридорам и чуть ли не втолкнул в одну из аудиторий. Сам он зашел следом. От звука хлопнувшей двери все резко замолчали. Я ждала, что народ снова загомонит, но тишина осталась гробовой. Вместо этого заговорил Леша.

- Ребята, знакомьтесь! Это Вика. Она будет посещать с вами некоторые занятия. Вика здесь человек новый и касательства к магии раньше не имела, поэтому прошу отнестись с пониманием, и, если что, просветить в некоторых вопросах. Проходи и занимай любое свободное место.

Мда… Представил так представил… Как первоклашку какую-то. Не удивительно, что во время его речи с одной из парт доносились фырканья и ехидные смешки.

Я заняла место в первом ряду и с любопытством воззрилась на Лешу, который занял место у преподавательской кафедры. Так он что, преподает? Или просто место караулит? А, нет… Преподает… Ну ничего себе! А все ребята преподают? Вот было бы здорово. Точно! Тим же говорил про аспирантуру. То-то они сегодня не в футболках и джинсах, как до этого. Хотя вон Лешка так и остался в любимых штанах, только футболку на рубашку сменил.

Леша рассказывал интересно и доступно. Я даже практически все поняла. Кое-какие вопросы остались, но это мелочи. Потом спрошу. Главное, суть уловить, а там уже проще будет.

Как только закончилась лекция ко мне подошла девушка, ну прямо-таки королевского вида.

- Так ты у нас новенькая? – ой, а тон какой надменный. Откуда у этой мелюзги столько гонора?

- Ну типа того. Примете?

- А это уже от тебя зависит, – девушка осматривала меня с ног до головы. Так смотрят на заведомо неприятных людей. Либо на полное ничтожество. – Меня зовут Анастасия. Я староста этой группы. Так что советую прислушиваться к тому, что я говорю и не высовываться лишний раз.

- Вика, – ну да, очень умно. Я даже не сразу нашла, что ей ответить. Норма-а-альный прием, ничего не скажешь. Познакомиться не успели, а меня уже пытаются заткнуть на определенное место.

- Чего ты вылупилась? Видела я, как ты с преподами тусовалась. Если думаешь, что они тебя сюда привели, и ты резко стала какой-то особенной, то ты ошибаешься. Особенная здесь я. И правила диктую тоже я. Ну и те, кто со мной. Так что, решай для себя сразу, с кем ты: с нами или со всякими, – она неопределенно махнула рукой себе за спину.

Да кто ты, мать твою, такая?!

- Слушай, Настя…

- Анастасия! – прервала меня эта краля.

- Так вот, - я продолжила, пропустив мимо ушей ее замечание. - Я не хочу начинать свое обучение с конфликтов. Но мне не нравится такое к себе отношение. Я сама в состоянии решить с кем и как мне лучше. И кто здесь «всякие», а кто нет, я тоже решу сама.

Ну, Виктор, ну, удружил! Мало того, за парту усадил, да еще и с такими соседями. Если тут все пляшут под дудку этой цацы, то ссор мне точно не избежать. Развела диктатуру. Нашлась, пися-королева. Мне и без нее в жизни дерьма хватает.

Я уже неслась по коридору к следующей аудитории, когда меня догнала компания ребят.

- Эй, стой! Новенькая! Вика!

- Чего еще? Не понятно, что я не собираюсь никому тут подчиняться? Или мне в других выражениях объяснить? – рыкнула я на троих приближающихся ко мне ребят.

- Нам все понятно, – парень вскинул руки в примирительном жесте. – Это Настька кобенится. Она у нас из крутой семейки, папа какой-то правительственный чин. Вот и привыкла, что ей все кругом должны подчиняться. Не обращай внимания. Если пропускать все, что она говорит мимо ушей, то жить можно.

- Ага, успокоили… - я немного поутихла. – А вы типа аппозиции?

- Типа того. Мы просто ее не боимся. Я Егор, это Юля-Юла, это Лена. Мы еще со школы дружим, и поступать решили вместе. Теперь вот держимся. Будет совсем тяжко, присоединяйся к нам. В обиду не дадим.

- Спасибо. Буду иметь в виду.

Мдам… Будем надеяться, что надолго я тут не задержусь. Еще войнушек мне не хватало. Одной предстоящей выше крыши.

***

Остальные занятия в этот день прошли спокойно. Правда, косые взгляды и смешки, бросаемые в мою сторону Настькой и компанией, уже начинают бесить. Еще чуть-чуть, и у меня глаз дергаться начнет. Либо я на кого-нибудь наору.

Никого из ребят я сегодня больше не встретила. Их даже на ужине не было. Интересно, куда они запропастились? Я как раз хотела спросить по поводу медитаций. Занятие вела сухонькая бабулька, из объяснений которой я вообще ничего не поняла. Как концентрироваться? О чем думать? Да я чуть не уснула! Сомневаюсь, что здоровый он – это именно то, чего она хотела от меня добиться.

***

В целом, первая неделя занятий прошла очень даже неплохо. Я прояснила для себя многие моменты, которые раньше понять никак не получалось. Оказывается, если правильно к этому подойти, то все не так уж и сложно. Магия – очень даже интересная наука. Жаль только, что я не маг, а недоделок какой-то. И заклинания мне показывают в теории, даже на практику пока не пускают. Один черт, колдовать не могу. Но посмотреть все равно интересно! А то в усадьбе как-то не до созерцаний было.

Не смотря на всю нудоту, положительные моменты определенно были. Например, я сдружилась с Егором, Юлей, попросившей называть ее Юлой – ей, так привычнее. И с Леной. Ребятами они оказались шебутными и веселыми.

Услышав о том, что я так и не была в оранжерее и музее они взяли себе цель обязательно туда сходить и сходили же.

***

Оранжерея – это нечто! Огромное здание со стеклянными стенами и крышей. Такого количества растений я в жизни своей не видела. Там было все, начиная от обычной ромашки, заканчивая Венериной мухоловкой и росянками. Была даже парочка небольших деревьев, которые периодически заменяли на новые, такие же, когда они слишком сильно разрастались. Как такие разные растения уживаются вместе, толком мне никто объяснить не смог, но все дружно сослались на магию, ибо она способна на многое. Так же была куча растений, которых, как мне казалось, вообще не может быть в природе. А если еще учитывать, что некоторые из них вообще не росли из земли, а просто плавали по воздуху, не выходя за пределы строго отведенного участка. Чудеса, да и только.

Практически все растения использовались в созданиях эликсиров. При чем не только лечебных. Одна невзрачная с виду травка с непроизносимым названием, об которое язык сломать можно, активно использовалась для создания взрывчатой смеси. Небольшого пучка должно было хватить, чтобы сравнять Школу с землей, поэтому она строго учитывалась, ежедневно пересчитываемая вплоть до мельчайшего лепестка и засохшей былинки.

Несколько часов пролазив среди этого зеленого великолепия и с трудом удержавшись от того, чтобы не надрать себе букетик, я вышла из оранжереи довольная донельзя! Садовник тут же кинулся проверять ту самую взрывоопасную растительность. Мало ли наглые студенты под шумок нарвали и собираются совершить террористический акт!

Нужно узнать, можно ли держать в комнатах растения. Если да, то моя обитель превратится в филиал ботанического сада. А если попросить Лешу колдануть с уже известным артефактом – то в густые джунгли.

***

А потом был музей. Вот это поистине колоссальное зрелище. Небольшое здание содержало в себе что-то типа пространственного кармана, и внутри оказалось в три, а то и в четыре раза больше, чем снаружи.

Здесь было все! Большинство экспонатов не имели к нашему миру никакого отношения, но как нельзя лучше отображали историю развития магического искусства. Фолианты, гобелены, экспозиции рассказывали свою, родную и близкую им историю. Отдельные предметы ярко говорили о своей магической сущности и манили к себе. Если бы не стекло, я перетрогала бы там все. Даже если бы осталась поле этого без половины пальцев. Да хоть и без всех – это же так интересно!

Я никогда не любила исторические музеи, но этот конкретный захватил меня с головой. Ребятам пришлось силой волочь меня от экспоната к экспонату, а потом и на выход, ибо я наотрез отказывалась покидать пропитанную магическим духом и тайной обитель прошлого.

Больше всего меня поразили восковые фигуры мифических существ. Я так думала, что мифических. На самом деле, все они существовали, только не на Земле, а в соседних, более богатых магией мирах. Каждый из них был необычен и интересен, многие походили на тех, что изображали на картинках в детских книжках. Многие, но не все. Русалки, например, были страшными, как атомная война. Как они с такой рожей умудрялись привлекать и топить мужчин – мне лично не понятно, но они это делали и очень активно. Или они только слепых к себе заманивали? Любой зрячий, разглядев этакую полуобнаженную красоту, томно вздыхающую в воде, перепугается до полной потери потенции.

Лешие и кикиморы отличались друг от друга только типом растительности на одинаково маленьких бочонкообразных телах: у одного преобладали лиственные растения, перемежающиеся травками; вторая же больше была похожа на болотную кочку – мох и редкие вкрапления ягод, напоминающих обычную клюкву.

Егор сказал, что сейчас эти два представителя магической фауны активно просачиваются в наш мир и им здесь очень даже нравится. Так что по лесам и болотам теперь нужно ходить осторожнее. А то леший заведет куда-нибудь, например, в болото. Кикимора с превеликой радостью в нем же и утопит. А добычу поделят пополам. Какую добычу? Свежую человечинку, какую же еще? Это ты так думаешь, что не едят. Детских сказок начиталась, вот и думаешь. А они едят. Еще как едят! И добавки просят!

Гномы, как я и думала, были низенькими и широкими. Этакие тумбочки, поросшие бородой. Причем борода у них начинала расти с младенчества. И у девочек, и у мальчиков. Как они сами друг друга отличают, и как их отличают представители других рас – для меня загадка. Потому что они даже одевались практически одинаково. Не удивлюсь, если конфузы, связанные с определением половой принадлежности данного народа, возникали неоднократно.

Эльфы оказались чуть выше гномов, хоть и намного изящнее, и бороды у них не было, лишь острые ушки явно выделялись на покрытых густой шевелюрой головах. Цвет волос варьировал от канонического блондинистого до угольно-черного. Так же, как и цвет глаз и кожи. Хотя, касательно цвета кожи меня просветили: те, что совсем черные и вдобавок красноглазые – это дроу. Темные эльфы, то есть. И живут они под землей. А почему они тогда не белые, из-за недостатка солнечного света? А шут их знает. Такие вот они уродились.

Не подкачали только драконы и единороги. Первые были также величественны, а вторые также грациозны. И безумно красивые. И первые, и вторые. Дракончика бы я себе не завела – мяса на эту тушу не напасешься. А вот единорога завела бы. Как нет? Как, только с девственницами общаются? Ну что за несправедливость! А как их тогда ловят и разводят? Никак. За это в других мирах головы рубят. Жаль.

Оборотни, орки, гоблины, тролли проносились мимо меня, впечатляя и завораживая, пугая и восхищая. Я даже представить себе не могла, что когда-либо увижу такое, грандиозное по своим понятиям и массивности, зрелище.

Оборотни были разные. Наверное, потому что из разных миров. Некоторые были точь-в-точь похожи на зверей, только гораздо крупнее. А некоторые были как бы смесью человека и животного. А почему тогда оборотни? А потому что для людей все, что хоть немного похоже на зверя – оборотень.

Орки – страшные. Эльфов напоминают. Формой ушей. И больше ничем. Из-под нижней губы торчат внушительные клыки, что в комплекте с развитой мускулатурой, лысыми черепушками и всевозможным колюще-рубящим оружием выглядит устрашающе.

Тролли – гора мышц и шерсти. А также клыки размером с мою ладонь и дубина больше меня. Жуть. А они к нам не просачиваются? Ну и хорошо! Ну и не надо! Пускай лучше единороги просочатся, я хоть из далека на живого посмотрю.

Гоблины – маленькие морщинистые зелененькие человечки с непомерно длинными руками и большими пальцами. Им бы уши чуть больше – и вылитый магистр Йода. Да что вы все? Один «Гарри Поттера» не знает, другие про «Звездные войны» не слышали. Сами вы – старье! Что б вы понимали, ценители долбанные! Вот Тим, то есть, Тимофей Викторович смотрел и ему понравилось. А «Гарри Поттера» я потом найду и тоже заставлю посмотреть и почитать. И «Властелина колец» с «Хоббитом» заодно.

А вот, кстати, и хоббиты. А они что, тоже магические существа? Да? Ну ладно? Такие же маленькие и с кривыми волосатыми ножками. На гномов чем-то похожи, только без бороды.

***

Неделя пролетела в мгновение ока и в ее конце сбылась мечта идиотки, то бишь – моя. Саша забрала меня с одной из Лешиных лекций.

- Эй, ты это куда ее? – его возмущению не было предела. – У нас вообще-то важная лекция.

- Твою лекцию она потом в учебнике прочитает. Я ей даже нужные страницы покажу, – съязвила Саша. – Тем более, это первый курс, и здесь ей находиться совсем не обязательно. Или ты ее на все свои пары сводить решил?

И потащила меня в сторону выхода. Я даже вякнуть не успела.

- Саш, а куда мы?

- На полигон. Ты же его еще не видела? Вот на практике и посмотришь.

- На какой практике? Я же не колдую.

- А тебе и не надо. Там сейчас твоя группа развлекаться будет. Посмотришь, как выглядят уже сформированные заклинания.

- Это Виктор так сказал?

- Ну… Вообще-то нет. Виктор не знает. Просто мы с Яной подумали, что тебе полезно будет посетить еще и практику до того, как ты с нами на полигон попадешь, чтоб хоть какие-то наглядные примеры иметь. А лекцию ты потом восстановишь. Если что, Лешка тебе все доступно объяснит.

***

Ну что ж… Полигон – вещь, конечно, внушительная, но я ожидала другого. В моем представлении это было что-то вроде военных стрельбищ с мишенями и полосой препятствий. На деле же это оказался участок земли, накрытый переливающимся, словно хрустальным, куполом. Как объяснила Саша – это защитное поле. При желании его можно оттягивать и делить полигон на секции. Но делается это когда практика проходит у нескольких групп сразу. Либо при отработке особо убойных заклинаний. Сейчас же там были только второкурсники, и нужды в делении не возникало.

- И так, сегодня мы будем отрабатывать парализующие заклятия. Они бывают двух видов: то, которое просто обездвиживает, и то, которое отключает сознание полностью, – Саша рапортовала хорошо поставленным голосом, попутно совершая пассы руками. – А отрабатывать будем на этом, – рядом с ней возникло несколько фантомов (так вот чего она жестикулировала). – При попадании заклинания в цель фантом будет светиться красным. Естественно, при условии, что заклинание сплетено верно.

Еще несколько пассов, и перед ней образовалось два кружевных шара.

- Вик, это по большей части для тебя. Смотри, вот это матрицы заклинаний, или просто клубки, которые мы сейчас будем использовать. Здесь и здесь, - она ткнула в линии на каждой из матриц, и они засветились зеленым. – Находятся энергетические нити. Их можно напитать, и, тем самым, усилить уже сформированное заклинание, либо в процессе его плетения. Сейчас тебе ничего делать не надо. Просто смотри, как они выплетаются.

- Вот курица, – до меня донесся едкий комментарий Настьки. – Элементарных вещей не знает, зато в магическую школу поперлась. Да еще и сразу на второй курс.

Саша начала вызывать студентов по одному и смотреть за выполнением задания. У некоторых получалось сразу, у некоторых нет. Одна девчушка пыхтела напротив фантомов минут двадцать и так ничего из себя не выдавила. За что тут же была обхаяна вредной Настькой, до которой, кстати, очередь еще не дошла, и она пока, кроме как на словах, свое мастерство показать не могла.

Я внимательно следила за плетением, ловила каждое движение, но так и не могла понять, как мне увидеть это самое плетение, и, тем более, энергетическую нить, которую нужно подпитывать. Я вообще ничего не видела. Ребята мне как-то объясняли, что каждый маг может видеть структуру заклинания и буквально разобрать его по составляющим ниточкам. Но я-то не маг! Я о существовании магии узнала чуть больше месяца назад, так что можно говорить об остальных примочках?

Я вынырнула из своих мыслей и увидела, что к фантомам пошла Настька. С видом королевы, готовая показать всем и каждому, что она тут самая-самая.

Девушка встала в изящную позу, пошевелила наманикюренными пальчиками и резко повернулась ко мне.

- Лови, новенькая! – и тряхнула руками в мою сторону.

В один момент время замедлилось и стало тягучим, как смола. Я вдруг увидела летящий на меня, переливающийся золотом кружевной клубок, Настьку в радужном сиянии с перекошенным от злости лицом, Сашу, в таком же, но более блеклом сиянии, пытающуюся что-то выкрикнуть.

На автомате я выставила руки перед собой, ладонями вперед, как будто собиралась отбить летящий мяч.

«Это не поможет» - мелькнула, и тут же ушла мысль.

Я закрыла глаза. Секунда, две, три… Ничего… По идее, я должна сначала загнуться от боли, а потом перестать чувствовать собственное тело – плавали, знаем. Но я же его чувствую. Или она чем-то другим в меня зарядила? Сейчас открою глаза, а я – лягушка. И останется мне до конца своих дней прыгать по болоту, ловить комаров и дружить с кикиморами, пока какой-нибудь заезжий принц не поцелует.

Звуки ворвались в сознание одной мощной волной. Гомон, крики, ахи-вздохи. Пытаюсь вычленить хоть один голос. Получается.

- Ты как? Как ты это сделала? – кажется, Юла.

Нужно попытаться открыть глаза. Что бы я там не увидела, даже если это будут лягушачьи лапки или обгоревшие культяпки – нужно. Открываю. Сначала правый, потом левый. Время вернулось в свой привычный темп. Вокруг меня столпились студенты, все с ошарашенными лицами и наперебой задающие вопросы. Перевожу взгляд на руки, А ТАМ… Клубок! Я держала в руках матрицу заклинания! Я видела ее! Каждую ниточку! И так же отчетливо я видела ауру каждого здесь находящегося. Блеклые у студентов, чуть ярче у Саши, и, самую яркую – у Настьки. Чем-то она отличается от остальных, и дело не в яркости… Что-то еще… Только вот что, понять не могу. И ощущение, что я подобное уже видела.

Тут до меня, наконец, дошло, какую пакость я держу в руках. Взвизгнув, отбрасываю от себя клубок, и ближний фантом тут же светится синим. Замечательно. Еще и заклинание неизвестно каким было.

- Ты совсем сдурела?! – всегда тихая и спокойная Саша налетела на ошарашенную Настьку. – У тебя мозг есть, или он на метр от головы находится?! Ты понимаешь, что натворила? Швыряться заклинаниями в людей!

- Т-т-ты п-поймала его руками? – она совершенно не обращала внимания на орущую Сашу, а во все глаза смотрела на меня. – Но это невозможно. Никто не может.

- Тебе очень повезло, что я могу, – я уже отошла от шока и медленно надвигалась на девушку. – Или не повезло, это еще как посмотреть.

Я подошла к ней практически вплотную и отвесила звонкую оплеуху. Может, колдовать я и не умею, но вот махать руками у меня получается хорошо.

- Да ты! Да ты знаешь, кто мой отец?! – от удара она тут же пришла в себя и перестала заикаться. – Ты себе не представляешь, что тебе будет за то, что подняла на меня руку!

- А мне плевать с высокой башни на тебя и на твоего папашу. И ничего мне за это не будет. А будешь орать, я еще и ногу на тебя подниму. Сопля зеленая! – я снова собиралась ее ударить.

Мне не дали завершить начатое. Чьи-то крепкие руки обхватили меня сзади и начали оттаскивать от противницы.

- А ну пусти! – я брыкалась изо всех сил.

- Ага, щаз-з прям! Чтоб ты ее тут по полигону размазала, а нам потом отчитываться.

- То есть, если бы она меня размазала, то все нормально? Ну конечно, за меня отчитываться не перед кем!

- Успокойся, – парень развернул меня к себе, и я узнала Тима. – С ней сейчас разберется Виктор. Я его вызвал, и он уже идет сюда.

- А тебя кто вызвал? – я все еще пыталась вырваться и вернуться к прерванному занятию.

- Саша. И хорошо, что я был недалеко, а то смертоубийства было бы не избежать.

- А его и так не избежать, – я на взводе, и остановить меня не так-то просто. – Рано или поздно ты меня отпустишь, и я все равно до нее доберусь!

- Что здесь происходит? Я жду объяснений! – наконец явился Виктор и его голос, не иначе, как магически усиленный, разнесся по всему полигону. Ну, погодите, сейчас я все скажу! – Тимофей, отпусти Викторию.

- Неа, – он развернул меня спиной и еще крепче прижал к себе. – Если я ее сейчас отпущу, то на одну студентку в школе будет меньше. Соскребать задолбаемся.

- Ну раз так нравится, то держи, – он пожал плечами. – Так все же, кто-нибудь мне объяснит, что здесь случилось и для чего меня сюда выдернули в срочном порядке?

- Я в этом виновата, я и объясню, – Саша выступила вперед. – Я привела Вику на полигон, подумала, что ей будет интересно посмотреть на практическое занятие. Мы отрабатывали парализующие заклинания. И все шло хорошо, пока… Пока к фантомам не вышла Анастасия. Она кинула заклинанием в Вику. А Вика его поймала.

- То есть как, поймала? – Виктор явно не понимал происходящего. – Руками что ли?

- Ну да, руками. А что, так нельзя? – я попыталась подать голос.

- До сегодняшнего дня считалось, что нет. А дальше, что произошло?

- А дальше Вика выкинула клубок в ближайший фантом и пошла бить лицо Настьке, – встрял Егор, сияя улыбкой. – И очень даже преуспела!

- Та-а-ак! Александра и Анастасия, ко мне в кабинет. Тимофей, сопроводи Вику в ее комнату и никуда не выпускай. С ней я поговорю позже.

Глава 12

ГЛАВА 12

- Ну а теперь я слушаю вашу версию событий, – Виктор сидел за директорским столом, сцепив руки в замок и прожигая взглядом Сашу и Настю. – Как Вика оказалась на полигоне?

- Я… Мы с Яной подумали, что ей полезно будет поприсутствовать… - Саша говорила неуверенно и старалась не смотреть в глаза директору.

- Ну да, польза на лицо, – хмыкнул Виктор, гладя на синяк, наливавшийся у Анастасии под глазом. – Только вот на чье, не понятно.

- Кто же мог знать, что что-нибудь произойдет. Раньше никаких происшествий не было, да и заклинание не такое сложное. Я даже защитное поле оттягивать не стала. Ребята не в первый раз находились на полигоне и прекрасно знали технику безопасности, – в голосе девушки прибавилось уверенности. – Это был не рикошет. Она намеренно кинула матрицу в Вику.

- Это правда? Ну что же вы молчите, Анастасия? Я жду объяснений вашему поступку.

- Я… Я не знаю… Мне сказали, что я должна.

- Даже так? И кто же вам это сказал?

- Я не знаю… То есть, я знала, а сейчас не помню. Мне сказали, – она пошла на второй круг.

- Шизофренией попахивает, вам не кажется? Кто-то говорит вам, что нужно заколдовать одну из студенток, и вы не помните кто. Либо, вы мне лжете, либо нужно пересмотреть вопрос о вашем психическом состоянии.

- Нет. Я говорю правду! – Настька начала плакать. – Я правда не знаю. Я не хотела! Да, она мне не нравилась, мы спорили, но я бы никогда. Никогда! Я себя в этот момент как будто со стороны видела, а когда она меня ударила, словно вернулась назад. Я даже не поняла сначала, за что мне прилетело.

Истерика девушки набирала обороты.

- Что теперь будет? Меня отчислят? Папа меня убьет!

- Вопрос о вашем дальнейшем нахождении в школе будет обсуждаться. Лично я буду добиваться вашего отчисления, и, по возможности, блокирования магических способностей. Вы совершили преступление, пускай все и обошлось без жертв. Но это преступление. И я крупно сомневаюсь, что ваш всемогущий отец сможет в этот раз вас отмазать. Это не мелкая шалость. До вынесения решения магическим советом вы будете находиться под домашним арестом. Из комнаты ни шагу. Еду вам будут приносить. Саша, проводи ее до комнаты и запри. И охранное заклинание навесь. Потом найди Вику, и приведи ее сюда.

Саша увела всхлипывающую и размазывающую по лицу слезы девушку. Рядом с кабинетом уже столпилась группа любопытствующего народа. Новости по школе разносятся быстро, и эта не стала исключением. Только глухой на данный момент не знал, что «одна из студенток пыталась убить другую», а «та другая поймала заклинание». И только немой об этом не говорил.

***

- Может, ты все-таки меня отпустишь, или так и потащишь до общаги? – я болталась на плече у Тима, как мешок с картошкой. – Люди же смотрят.

- Да пускай смотрят, мне все равно. А тебя сейчас отпускать опасно. Ты ж ее догонишь и еще раз наваляешь. Ногой, как и грозилась. И мой отец тебе будет не помеха, – он впервые назвал Виктора отцом, вот так, просто. – Вот доберемся до комнаты, там и отпущу.

- Ну вот только не надо из меня делать кровожадное чудовище, жаждущее мести. И вообще, это была самооборона. Да отпусти ты меня!

- Неа. Может, мне нравится тебя нести, – эй, а руки куда тянешь? Быстро опустил на место!

Мы наконец дошли до комнаты (ну как дошли), и Тим поставил меня на пол.

- Охранять меня собрался?

- Да нет. Просто скоро тебя вызовет директор, вместе и пойдем, – он с любопытством посмотрел на меня. – Может, расскажешь, как у тебя это получилось? Ну, поймать матрицу.

- Да я откуда знаю? Получилось и все. Меня другое сейчас беспокоит. Я опять видела ауру. Как тогда, когда вы с Максом дрались. И матрицу я тоже видела. Слушай, вы мне рассказывали, что все маги могут видеть матрицу заклинания, так? Так. А ауру вы тоже видите?

- Нет. Ауру могут видеть только очень сильные маги. В нашем мире таких просто нет. Ее можно просмотреть при помощи специальных амулетов, но они очень редкие. У нас такой всего один, им просвечивают студентов при зачислении. Здорово экономит время. На самом деле, то, что ты видишь, это не совсем аура. Ее так называют для удобства, но она этим не является. Это как бы уровень магических способностей. Если посмотреть на человека, у которого этих способностей нет, то не увидишь ничего. Радужное свечение есть только вокруг магически одаренных. И чем оно ярче, тем выше уровень мага.

- Исходя из этого, у Настьки очень высокий уровень…

- В смысле? Она никогда не отличалась от всех. Возможно, осваивала программу чуть быстрее, чем остальные, но только и всего. Сильные заклинания у нее не получались.

- Но я же видела, - я пожала плечами. – Или ты мне не веришь?

- Да верю, верю… - он задумался. – Да ну, не может быть! Откуда? Это бы выяснилось еще при поступлении.

- Ну, значит, не выяснилось. Что ты от меня-то хочешь? Я здесь без году неделя, и вообще мало что понимаю в ваших магических делах. Я даже не знала, что заклинания нельзя ловить руками.

Интересно, а если бы знала, то поймала бы?

- Об этом раньше действительно никто не слышал. Заклинание можно отбить с помощью щита, или впитать в тот же щит. Но чтоб поймать голыми руками… Это что-то. Готовься к массе вопросов на одну и ту же тему.

В дверь постучали, и тут же всунулась голова Саши. Она, в смысле Саша, сообщила, что Виктор уже ждет меня. И что Тиму идти совсем не обязательно. И что не надо ему цепляться следом. И что Виктор, если посчитает нужным, сам его вызовет. Но разве мужчину переспоришь? Так мы и ввалились в кабинет дружной толпой.

***

Я рассказала Виктору ровно то же самое, что говорила Тиму. Он задавал какие-то уточняющие вопросы, но я толком не могла на них ответить, так как сама не понимала, как это произошло. Мы пришли к выводу, что мои способности срабатывают только в экстремальных ситуациях, что не есть хорошо. Правильно, что хорошего в том, что от меня никакого толку, пока убивать не начнут?

Особое внимание он уделил аурам, или как там их, которые я увидела. Ему стало очень интересно, с чего это вдруг у моей обидчицы такие способности, и не привиделось ли это мне с перепуга и большого стресса. Я уже и сама начинала думать, что это какой-то глюк. Но я же видела!

Итогом всего разговора стало то, что меня, наконец, решили допустить до тренировок ребят. Так что, с завтрашнего дня приступим. Хоть посмотрю, что они там делают.

- Очень хорошо, что все закончилось именно так, – сказал Виктор после всего. – Но руки распускать все же не стоило.

- А если я не могу ответить магически, то почему бы мне не ответить физически? Или я должна была в нее швырнуть ту пакость что находилась у меня в руках?

- Нет-нет, – взгляд у него сделался испуганным. – Лучше уж бей!

***

- Я же говорила, что она не сможет ее убить.

- А она и не должна была. Это провокация. Пускай не думают, что если закрыли ее в школе, то этим обезопасили. Даже родные студенты могут взбеситься.

- Не боишься, что все всплывет, и нас тупо сдадут?

- Не боюсь. Мозги я ей прочистила хорошо. Пока не дам команду, она вообще ничего не вспомнит. Пускай и дальше думает, что крыша поехала.

- Какая ты у меня, оказывается, жестокая. Мне нравится! Но, может, рановато мы ее обратили? Если будут проверять, то могут заметить нестыковку в магических способностях на сегодняшний день в сравнении и теми, что были на момент зачисления. Возникнут проблемы.

- А это будут уже не наши проблемы, ты так не думаешь?

- Ну не знаю. Может, ты и права.

- Мне вот что интересно: кто вообще такой наш Магистр? Как он сюда попал и почему не смог развернуться в Виаре? Или там маги настолько круты, что у него шансов не было?

- Маги там действительно в разы сильнее здешних. А он тебе разве не рассказывал?

- Максик, это ты у нас личность особо приближенная, а я пока так, на побегушках. С такими делиться не принято. А ты, значит, в курсе?

- Типа того. Рассказать?

- Естественно!

***

- Магистр Деймир, магистр Деймир! Смотрите, у меня получилось! – русоволосый мальчишка лет десяти держал в руках изумрудный пульсар, светившийся мягким светом.

- Молодец, Кендор, – его наставник, пухлый мужчина с только проклюнувшейся лысиной, которая делала и без того добродушное лицо еще более открытым и дружелюбным ласково потрепал мальчика по волосам. – А теперь попробуй втянуть его назад. Если не получится, то просто слей энергию в накопитель, как раньше.

Мальчик сосредоточенно засопел и чуть пошевелил пальцами. Зеленый шар медленно растекся по его ладоням и втянулся в кончики пальцев.

- Ура-а! – ребенок запрыгал на стуле. – Покажите мне что-нибудь еще. Или пока тренироваться с этим?

- Знаешь что? На сегодня, думаю, достаточно. Иди домой, а то мама будет волноваться.

- Ладно, – Кендор вздохнул, показывая всем своим видом, как он не хочет уходить. – А вы?

- А я еще немного побуду здесь. У меня важный эксперимент.

- Что это будет? – глаза ребенка загорелись любопытством, и он попытался заглянуть за спину учителя.

- Если сегодня все получится, то завтра узнаешь, – Деймир мягко улыбнулся. – А сейчас иди и не заставляй мать переживать. На завтра прочитай пятнадцатую и шестнадцатую главы.

- Это те, в которых про заклинания «Солнечный ветер» и «Хрустальная лоза»?

- Именно, – мужчина слегка удивился такой осведомленности ученика.

- Я их уже прочитал, – мальчик гордо задрал носик. – И про «Звездную пыль» тоже.

- Вот как… Ну тогда просто отдыхай. Поиграй с сестренкой, почитай что-нибудь резвлекательное.

- Хорошо. Я могу идти?

- Конечно можешь.

- До свидания! – Кендор взвился со стула и побежал в сторону выхода.

- Тише. Не свали ничего, – мужчина покачал головой. – Вот непоседливый ребенок.

Магистр Деймир, а ныне просто Магистр повернулся к своему столу и продолжил изучать разложенные по всей поверхности листы пергамента, испещренные схемами и мелкими пометками к ним.

- Где же здесь ошибка? – пробормотал он себе под нос. – Почему не выходит? Должно же получиться.

Он уже не первый месяц бился над этим экспериментом. Создание артефакта, заключавшего в себе светлую и темную энергию, должно было стать прорывом в современной магии. Не будет больше запрещенных школ, некромантов или истинно светлых. Все будут серыми. Маг с равной легкостью сможет обращаться ко всем стихиям. К жизни и смерти. Пока ему удалось только преобразование светлой ауры в темную. Но такой расклад Деймира не устраивал. Так как опыты он ставил исключительно на себе, то сейчас кусок его собственного магического поля глянцево блестел чернотой, резко выделяющейся на общем фоне серебра. Чудо, что получилось запечатать этот процесс на определенном участке, иначе проблем с коллегами была бы масса. Попробуй, докажи, что ты все еще свой и светлую сторону покидать не собираешься. А вот когда у него будет готовый артефакт, тогда можно будет не скрываться, а показать всем результаты своих трудов. Часть магов, естественно, не поймет и не одобрит этого. Но со временем их можно будет убедить. Потом открыть «серые» факультеты в Школах, а там и сами школы.

- Так вот в чем дело! – Деймир раскрытой ладонью хлопнул себя по лбу. – Точно! Второе и пятое преломления идут не туда. А если их направить чуть под углом, то все должно выйти, как надо.

Не откладывая в долгий ящик, Магистр светлой магии шестой ступени Деймир, заслуженный преподаватель Высшей Магической школы Веары, склонился над кубическим кристаллом. По его граням разливались радужные блики, перемежаясь с золотом и серебром. Три точно таких же, только с чернотой, были отставлены на край стола. Это неудавшиеся эксперименты. Испорченные артефакты, с помощью которых можно было сделать лишь истинно темных магов. Такой вариант его, естественно, не устраивал. Как уже говорилось – цель была другой.

Плавный речитатив перемежался с резкими выкриками и сопровождался плавными движениями пальцев, выплетающими матрицу заклинания. В какой именно момент все пошло наперекосяк, он так и не понял. Золотистый остов заклинания вдруг начал дрожать, не разваливаясь, а наоборот, обрастая новыми, посторонними конструкциями. Резко оборванное плетение и попытки втянуть в ладони уже вплетенную энергию результатов не принесли. Заклинание все больше и больше выходило из-под контроля.

- Магистр Деймир! – от двери раздался знакомый мальчишеский голос.

- Уходи отсюда! Быстро!

- Сейчас. Я только курточку заберу, а то мама заругает.

Ребенок побежал через кабинет к стулу, на котором весела коричневая куртка. Сильно поношенная и потертая. Местами в заплатах. Для бедной семьи было огромным счастьем, что у младшего из пятерых детей открылся магический дар. И в то же время, это было большой неприятностью. Ребенка нужно было отдавать на обучение, а денег на него не было. Только чудо помогло выбраться из, казалось бы, безвыходной ситуации. Живший через улицу Деймир заметил мальчишку, и, зная о бедственном положении семьи, отец которой пропал несколько лет назад, а мать крутилась на трех работах, чтобы хоть как-то прокормить ораву детишек, взял мальчика на обучение. Просто так. Не требуя ни гроша за свои труды. Кендор был очень сообразительный и с первых занятий показывал отличные результаты. Заниматься с ним было легко и приятно. И если в дальнейшем не возникнет никаких трудностей, то мальчика ждет великое будущее.

Ждет… Ждало.

Кендор добежал до стула и подхватил висевшую на нем одежду. Еще несколько секунд и мальчик успел бы убежать хотя бы из эпицентра. Еще немного. Совсем чуть-чуть.

Ужасающей силы взрыв сотряс, казалось, все здание и несколько соседних. Деймир кинулся к мальчику, пытаясь хоть как-то прикрыть его собой, но было слишком поздно. Нужно было закрыть дверь, не пускать. Перехватить раньше и выкинуть его из дома за шкирку. Что угодно, только не это.

Лаборатория была практически полностью разрушена. Что не сделал взрыв, то доделали выпущенная из накопителей энергия. В углу тлела куча пергаментов с записями, колбы и реторты с зельями были разбиты на миллион осколков и дикая смесь, вытекшая из них, пузырилась по полу, дымилась и издавала ужасающую вонь. Тяжелый дубовый стол, за которым обычно занимался мальчик, был разворочен взрывной волной. А сам ребенок безжизненной тряпочкой висел на руках у наставника.

- Кендор. Кендор, малыш. Очнись, пожалуйста, – Деймир теребил плечо ребенка, пытаясь привести его в чувство. – Кендор!

Тщетно. Мальчик был мертв. Наставник горько, пронзительно вскрикнул и из его глаз полились слезы. Заклинание, сдерживающее темный участок на его ауре, лопнуло, и чернота залила все, до чего смогла дотянуться.

Мертвое секунду назад тело трепыхнулось в державших его руках и упало на пол. Неуклюже подтягивая руки и ноги, мальчик, точнее то, что им когда-то было, встал и уставился мертвыми глазами в бывшего учителя. В того, кто его поднял, сам того не осознавая и не желая. Темная энергия плескалась вокруг бывшего Магистра светлой магии. А глазами недавнего ученика на него смотрела сама смерть. Послушный зомби, готовый выполнить любой приказ своего создателя.

Когда в помещение ворвался отряд магов, привлеченных колоссальным всплеском темной силы, Деймир был практически спокоен. Ужас, отразившийся на их лицах при виде открывшейся картины, не поддавался никакому описанию. В разрушенной лаборатории на единственном уцелевшем стуле сидел темный маг, расплескивая вокруг себя волны страха и черноты. А рядом с ним стоял ребенок. Мертвый, вне всяких сомнений, ребенок. Ни один человек не сможет жить, если у него снесена половина затылка, а из разорванного бока торчит кусок сломанного ребра.

Маг даже не сопротивлялся, когда кое-как совладавшие с собой мужчины упокоили ребенка и запаковывали его самого в магические кандалы, блокирующие любые действия со стороны волшебника. Такое ощущение, что он вообще не понимал, что происходит вокруг. «Я не хотел» - было единственным, что он сказал за последующие несколько суток тюремного заключения.

А потом был суд. Не обычный, каким судят простых преступников, а высший, магический. Немного пришедший в себя Деймир пытался объяснить, как такое могло произойти. Рассказывал суть своих исследований, искал себе оправданий. Но, как он и предполагал, темного мага никто не стал слушать. Для начала его уволили с занимаемой должности, лишили чина и выгнали из Совета Магов. Следующим шагом должно было быть принудительное лишение способностей и изгнание. Но тут чернота, дремавшая в сердце, проснулась и воспротивилась. Из зала суда не вышел никто. Точнее сказать, не вышел живым. Отряд зомби, поднятый Магистром (теперь он был просто Магистр – имя у него тоже отобрали) прошелся по зданию совета, убивая на своем пути всех. Как только путь был свободен, он сам упокоил верных слуг, собрав вышедшую из них энергию, и скрылся в неизвестном направлении.

Телепорт отследить так и не удалось. Обычное прочесывание также не принесло результатов. Спустя несколько месяцев бессмысленных поисков маги уже подумали, что он исчез бесследно и больше о нем никто не услышит, но ошиблись. Прибывшая с Земли делегация рассказала о мужчине, темном маге, называющем себя Магистром. После подробного описания внешности те, кто знал Деймира раньше, тут же его опознали, в свою очередь рассказав, что учинил этот маг в родном мире. К сожаленью, в силу действия договора и в связи с большими потерями они ничем не могли помочь соседям. Лишь настоятельно попросили не связываться с этим человеком и ни в коем случае не принимать его предложений, какими бы заманчивыми они не казались. Здесь же была объяснена природа темной магии, и каких жертв она требует от ее носителя. Слава Богу, что люди все оказались здравомыслящие и сразу уяснили для себя всю опасность происходящего. Только вот теперь встала другая проблема: как убрать этот опасный объект из этого мира в частности и из жизни вообще?

Магистр недвусмысленно дал понять, что на мирное сосуществование он категорически не согласен. Либо ему подчиняются добровольно, либо также подчиняются, только уже в виде послушных зомби. Одна из попыток решить конфликт и прийти к соглашению уже закончилась несколькими трупами. Жертв было бы на много больше, если бы маги вовремя не открыли телепорт и банально не сбежали с поля боя. Тут-то и выяснилось, насколько земные волшебники слабы и беззащитны, что противопоставить им темному магу практически нечего.

После недолгих размышлений было выдвинуто предложение использовать Дающих. В Виаре так называли людей, не обладающих магическими способностями в традиционном понятии, но способных делиться энергией с классическими магами. Вся беда была в том, что такие способности очень редки. Даже в изначально волшебной Виаре таких людей рождалось всего несколько сотен на поколение, а обнаружить удавалось и того меньше, так как этот дар практически никак себя не проявлял. А на Земле, где магии почти не было, Дающие рождались раз в несколько сотен лет. В настоящее время не было ни одного человека, обладающего этим даром. Может, еще не родился, а, может, уже умер. Кто знает.

Земляне терпели поражение за поражением, а Виарцы кусали локти от досады, что ничем не могут им помочь, пока один из молодых Дающих не выдвинул свою кандидатуру и не предложил тайно помочь соседям. Простое имя Лиоран легко перекладывалось в обычное русское Лев, так что проблем возникнуть не должно.

Парень легко влился в маленький, сформированный на базе Школы отряд. И так же легко погиб в первом же крупном бою. Потом были Альсамар – Саша, Тионель – Толик и Риорелла – Рита. После четвертой смерти Виктору это надоело, и он отказался от помощи добрых соседей. Благо, что Совет Магов не знал о том, кем на самом деле были эти люди и об их истинных способностях. И Виктор, и поставленные в известность ребята держали все в тайне, иначе конфликта было бы не избежать. В лучшем случае, его бы уволили и лишили магических способностей. О том, что было бы в худшем – думать даже не хотелось.

Каково же было их удивление, когда с помощью Виарских магов прочесав временной отрезок на сорок лет в прошлое, удалось найти Вику. В настоящем времени ее определенно не было. А даже если бы и была, куда пожилой женщине воевать наравне с молодыми? Было принято решение забрать ее из своего времени, пока она молодая и переместить в будущее. Главным условием таких путешествий была добровольная основа. Насильно перенести человека во времени было нельзя. Девушка должна была дать согласие сама. И на получение этого согласия был всего месяц. Дольше человек из будущего в прошлом находиться не мог, его просто выносило назад. А для повторного путешествия должно пройти не менее полутора месяцев, либо нужно было посылать кого-нибудь другого. А вот с пребыванием человека из прошлого в будущем таких проблем не было. Путешественник во времени мог задержаться в будущем на сколь угодно долгий срок и, при желании, даже остаться там жить. С чем связаны эти принципы – непонятно по сей день, но факт остается фактом.

Через несколько месяцев подготовки сын директора Школы Магического Мастерства отправился в путешествие в прошлое.

***

Вернувшись в комнату, я бухнулась на кровать и растерянно уставилась в потолок. Интересные дела творятся, однако. Еще совсем недавно я считала себя заурядной жительницей не менее заурядного города. В меру симпатичная, в меру умная и начитанная. О всяких магических-фантастических событиях могла только мечтать, с головой закопавшись в очередную книжку. Кто бы мог подумать, что совсем скоро я окажусь в центре подобного круговорота, причем совершенно не зная, как из него выбраться.

В первые несколько дней меня посещала кощунственная мысль собрать манатки и смыться под шумок. Но если меня смогли найти в прошлом, то где гарантия, что не найдут в настоящем? Правильно, нет такой гарантии! Зато есть стопроцентная уверенность, что найдут и за шкирку притащат назад, предварительно настучав по пустой голове и противоположной ей части тела, чтоб неповадно в следующий раз было. И это в лучшем случае. А вот если я наткнусь на кого-нибудь из темных (того же Макса, ибо других я знать не знаю), то так просто я не отделаюсь.

Да и куда я подамся в непонятном для меня мире? Больше, чем уверена, что за тридцать лет все кардинально поменялось и любой, повнимательнее ко мне присмотревшийся прохожий, поймет, что что-то со мной не так, и тогда уже мне придется сочинять всякие небылицы по поводу отсутствия документов и полного незнания местности. Интересно, а здесь прокатит песенка, типа: «Сами мы не местные, отстали от поезда»? Лучше все же не проверять. Ну его, от греха подальше. Сомневаюсь, что гости из прошлого являются чем-то самим собой разумеющимся.

Окончательно оставив мысли о побеге, я прокрутила в голове события, произошедшие несколько часов назад. То, что я поймала матрицу, стало шоком не только для меня, но и для остальных магов. Я, прямо, уникум какой-то! А что дает мне моя уникальность? А нифига она мне пока не дает. Природа моих способностей и раньше была для меня загадкой, а теперь все стало еще запутаннее. Как я уже успела уяснить из прочитанного и прослушанного, управлять заклинаниями могут только люди с магическими способностями, полноценные маги. Я же не тянула даже на самого хиленького, ибо нет у меня никакой предрасположенности к колдовству. Виктор уже объяснил, что одно с другим ну никак не вяжется. Но даже при наличии их, способностей в смысле, я все равно не смогла бы проделать подобный фокус. Отразить, впитать в щит – пожалуйста, но не поймать.

Потянувшись всем телом, я наткнулась рукой на книги, мирно покоящиеся на прикроватной тумбочке. Взяв первую попавшуюся, я наугад ее раскрыла и пробежалась глазами по тексту.

Вот что они от меня хотят? Чтобы я все это выучила-запомнила? Максимум, что я могу сделать с этой абракадаброй, так тупо задолбить ее как дятел, и так же тупо все забыть после первого же вопроса. Но некую пользу она определенно имела, действуя на меня как отличное снотворное.

***

Опять этот долбанный будильник! Кто придумал эту адскую машину для издевательства над людьми? Не иначе какой-нибудь особо извращенный садист. Ай, один черт, поспать не дадут. Сейчас заявится Тим (интересно, а кто-нибудь другой ко мне заходить будет?) и потащит на тренировку. Там, надеюсь, меня никто угрохать не попытается. Хотя, от этих полоумных можно ожидать чего угодно. А ну как вздумается им создать мне экстремальные условия для пробуждения способностей? Что я тогда делать буду, не знаете? А я знаю! Я за Тима спрячусь! Он большой и сильный, и они его друзья.

***

- Попытайся сосредоточиться, - Яна с видом великомученицы ходила вокруг меня, уже минут сорок пыхтевшей и морщившей лоб, но так ничего и не видевшей. – Вспомни свои ощущения на полигоне. Что ты тогда чувствовала?

- Злость и непреодолимое желание съездить кому-нибудь по морде.

- А до того?

- Испугалась я, вот и все. Я не знала, что делать, и оно как-то само собой получилось. Мне что, нужно постоянно трястись как перепуганный заяц? Да и чего я сейчас могу испугаться?

- Хотя бы, вот этого? – с рук Тима сорвался маленький зеленый шарик и понесся в мою сторону. Ему что, так нравится зеленый цвет? Или это обосновано природой заклинания? В Макса, помнится, он тоже такими кидался.

Я кое-как увернулась, но даже возмутиться не успела, как он тут же отправил в полет следующий, за ним еще и еще. Я скакала по полигону как коза по кочкам. Пульсары летели в корпус, в голову, под ноги. Хорошо, хоть остальные не присоединялись, а наоборот пытались его утихомирить. В перерывах между приступами истерического смеха от созерцания моих пируэтов. Ну все, засранец, ты меня достал! Я резко остановилась и вперилась глазами в летящий точно мне в голову пульсар. Резкий выпад и он уже у меня в руках. Маленький зеленый шарик, изнутри оплетенный золотым кружевом. Ребята, все в радужном сиянии, ошарашено смотрят на меня. Один Тим нагло ухмыляется. Ну сейчас я тебя твоим же оружием!

- Вика! Вика, успокойся! Я как лучше хотел, – роли поменялись, и теперь Тим улепетывал от меня по кругу.

- Иди сюда, подлый трус! Как в меня пульсарами кидаться, так можно, а как я хочу ответить тем же, так сразу драпать? Слабак! Тряпка! Остановись, и веди себя как мужчина!

- Если я начну вести себя как мужчина, то тебе это может не понравиться, и буду я, как и Настька, сверкать бланшем на всю Школу, - он наконец остановился. – Выкинь каку!

- А ты веди себя как настоящий мужчина, а не как козлина! – я размахнулась и выкинула-таки каку прямо в него. Ничего страшного, увернется.

Не увернулся. Щит выставил, поганец!

- Вот видишь, помогло. Я правильно все рассчитал, – тоже мне, великий стратег и комбинатор!

- И что, вы теперь всегда в меня будете чем-нибудь кидаться?

- Если ты не научишься себя контролировать, то да, – лыбится еще! Гад!

- Ты сейчас что-нибудь видишь? – ко мне подошел Леша.

- Уже нет, я успокоилась.

- Так тебя снова накрутить?

- Я тебе накручу! Я тебя потом накручу! Сама попробую, подождите пару минут.

Я закрыла глаза и попыталась всколыхнуть в себе испытанные ранее чувства. Сначала я вспомнила Настьку – ноль эмоций. Потом то, как Тим только что гонял меня по площадке – эффект тот же. Нужны эмоции, сильные. Сами собой начали всплывать воспоминания недельной давности. Макс, его предательство, увольнение, звонок отцу. Во мне начала подниматься горячая волна злобы и отчаяния. Она накрывала меня все сильнее и сильнее, пока не захлестнула полностью, вытиснив все остальные чувства. Резко открываю глаза и вижу перед собой столпившихся ребят. Все, как один, сияют и переливаются.

- Получилось. Тим, убери пульсар! Хотя нет, не убирай. Его можно потрогать? Меня не убьет?

- Ну до этого же не убило, – он пожал плечами и вытянул его перед собой на ладони.

- До этого я не пробовала в нем ковыряться. Вот это энергетическая нить? – я дотронулась до самой толстой и яркой линии. Как же ее подпитать? По идее, я должна взять энергию из вне. Только где это загадочное, богатое энергией «вне»? И должна же эта энергия как-то выглядеть. Стоило мне об этом подумать, как я тут же увидела тонкую золотистую ниточку, кружащеюся рядом с матрицей. К ней она отношения явно не имела. Я попыталась ухватить ее пальцами и у меня получилось.

- Вик, ты что там делаешь?

- Ниточку держу, – это прозвучало так просто и обыденно, как будто я не в заклинании ковырялась, а крестиком вышивала.

- Какую ниточку? Клубок сантиметров на пятнадцать ниже, – Тим, кажется, начал сомневаться в моей адекватности.

- А это не из клубка. Она просто тут летала. И вон еще летают. Везде. Вы что, не видите?

- Нет, – Леша отрицательно помотал головой. В тебя точно пульсаром не попало? Голова не болит? В глазах не двоится?

- Да иди ты! В смысле, не мешай.

Я поднесла свою находку к энергетической нити, и она ее впитала, после чего засветилась чуть ярче. Я моментально поймала еще одну и повторила операцию. С каждым разом клубок становился крупнее и ярче, пока Тим не откинул его от себя.

Грохнуло так, что земля под ногами вздрогнула.

- Ох нифига себе! Вот это я понимаю, мощь! – ребята стояли с вытаращенными глазами. – Ты как себя чувствуешь? Голова не кружится?

- Нормально я себя чувствую, – я пожала плечами. – Вы что, правда этих ниточек не видите? Они же везде.

Сейчас я отчетливо видела ауры всех ребят и огромное количество золотых ниточек, летающих в воздухе. Особенно много их было вокруг меня. Я только сейчас обратила на это внимание. У меня не было радужного сияния, как у ребят, но его с успехом заменял практически кокон из этих ниток. И почему я раньше этого не замечала?

- Не забывай, мы просто маги, а ты нечто большее, не понятное.

- Ага… Только вот много ли от меня будет толку, если я буду каждое заклинание так пополнять? На это уходит время, которого у нас может и не быть. Или вы в очередь будете ко мне выстраиваться и просить темных «чуть-чуть подождать, пока Вика нас подзарядит».

- Это действительно проблема, – Тим поскреб начинающий зарастать щетиной подбородок. – Поэтому тебе придется научиться ими как-то управлять.

- А вы как энергией управляете? У вас же есть свой резерв, он как-то пополняется.

- Есть. Мы его чувствуем, но пополнить не можем. Он восстанавливается сам, со временем. Когда он истощается, это отражается на общем физическом состоянии. Так было у тебя, когда ты отдала мне свою собственную энергию. Ты после этого отключилась почти на два часа. За это время он восстановился. Что тоже очень быстро и, следовательно, необычно. Мне, например, потребовались бы минимум сутки. А при полном истощении до недели валяния в постели. Видимо, ты притягиваешь и аккумулируешь энергию вокруг себя, но воспользоваться ей, за неимением магических способностей не можешь. Но зато, ты можешь ей делиться и направлять туда, куда тебе нужно. Например, в матрицу. Думаю, на сегодня с тебя хватит. Ты и так многого добилась. Я, если честно, не ожидал такого прогресса в первый же день занятий. Радовался, что хотя бы раскочегарить тебя получилось. Не надо делать мне страшные глаза! Я больше не буду кидаться в тебя заклинаниями, обещаю. Тем более, что это и не нужно. Можешь идти к себе, или, если есть желание, посмотреть на наше занятие.

Я решила остаться и посмотреть, чем занимаются ребята на полигоне. А посмотреть было на что. Сначала я просто наблюдала, как они разносят фантомы разными заклятиями, отрабатывают связки, нападения, щиты. Потом я попробовала посмотреть на это своим особенным зрением, и, О ЧУДО, у меня получилось. Я видела, как ниточка за ниточкой образуются клубки. Только нити брались не из воздуха, а выходили прямо из ладоней. Приглядевшись, среди радужных бликов я увидела тонкие золотистые прослоечки. С каждым выброшенным заклинанием они становились тоньше. Пару раз я заметила, как находящиеся поблизости золотые ниточки втягивались и занимали свое место в этих прослоечках. Но это происходило очень медленно и редко. Наверное, именно так восстанавливался потраченный резерв. Тогда не удивительно, что на это нужны целые сутки, с такой-то скоростью. А из одной из рассказанных история я помнила, что Леша восстанавливался неделю. Это как же он истощился! Видимо, как сказал Тим, полностью.

Еще пару раз я пробовала то отключиться, то заново подключиться. С каждым разом у меня получалось все лучше и лучше. В последний раз мне понадобилось просто сосредоточиться, и перед глазами тут же возникла привычная уже картина.

Еще бы научиться управлять энергией, не прикасаясь к нитям, и будет вообще замечательно! Если это вообще возможно…

***

- Пап, ты представляешь, у нас получилось! – Тим вихрем ворвался в комнату отца. – Она не только увидела, она еще и с энергией поработала!

- Видел я, как ты ее по полигону гонял. А потом она тебя, – Виктор был доволен, как никогда. – Так девочка действительно может ловить и удерживать заклинания? Впервые о таком слышу, и тем более, вижу. Я читал о таких как она, но там ни слова нет об этой способности. Она еще полезнее, чем кажется…

- Может, хватит воспринимать ее как вещь, пускай и полезную? – взвился Тим. – Она – человек! Человек, попавший в непривычные, тяжелые условия. Ей нужно помогать, а не требовать того, что нужно тебе. Тогда у нас что-то получится. А если на Вику постоянно давить, то мы вообще ничего не добьемся. Пошлет нас всех куда подальше и уйдет.

- Я вижу, ты увлекся…

- Да причем тут это? Давай хоть сейчас не будем ругаться, тем более приплетать сюда Вику и мои к ней чувства.

- Заметь, о чувствах ты сам сказал. Я имел в виду твое увлечение ее обучением, не более. И если бы ты меня не перебил, то это бы и услышал. А тут вот оно что…

- Блин! Никаких чувств нет! Мы дружим. И мне просто ее жалко, чисто по-человечески. Девушка оказалась одна в чужом, можно сказать мире. Поставь себя на ее место и тоже сможешь пожалеть. Все, закрыли тему!

- Ну закрыли, так закрыли, – директор пожал плечами. – Так что ты там говорил о работе с энергией?

- Я создал пульсар, а она напитала его энергией. Да так напитала, что я чуть пол полигона не снес. Она видит энергетические нити. Не те, которые в матрице, а окружающую энергию, и может с ней работать. Правда, только при непосредственном контакте, и это занимает время. Но то, что она сделала сегодня – это уже огромный прогресс. Если она и дальше будет развиваться такими темпами, то можно будет попробовать включить ее в связки.

- Ты хочешь, чтобы она работала с готовыми заклинаниями сама? – Виктор с любопытством посмотрел на сына. – А что, это может быть интересно. В любом случае, ты лидер и тебе решать. Я только координирую и, если нужно, корректирую.

- Значит, так и сделаю. Я вот еще что спросить хотел, - Тим почесал макушку. – Что с Настькой? Ну, которая на Вику напала. Ее еще не числанули?

- Нет. Этот вопрос будет обсуждаться завтра. А почему тебя это так волнует?

- Я хотел с ней поговорить. Странно как-то это все. То, что она ее невзлюбила, еще как-то можно объяснить. Вика сразу поставила девицу на место и отказалась действовать по указке. Кстати, я заметил, что она вообще терпеть не может, когда командуют те, кому этого делать не следует. Но то, что она открыто на нее напала, а потом сослалась на амнезию, это уже вызывает сомнения. Ты ее ментально не проверял? В мозгах не копался?

- За кого ты меня держишь? – возмутился директор. – Проверял, конечно.

- И что?

- И ничего. Там такой блок стоит, что мне не пробиться. Уровень не позволяет. В любом случае, в школе я ее не оставлю. А по возможности еще попытаюсь добиться блокировки способностей.

- Если уж ты не смог, то мне точно в ее мозгах делать нечего, – Тим снова почесал макушку. – Думаешь, темные постарались? Но как она могла с ними спутаться? Ничего не понимаю.

- Я тоже. Иди спать, завтра все решится.

***

«Чувства! Да какие чувства? Скажет тоже. Взрослый мужчина, а несет полную ересь. А я почему про чувства сказал? Нет у меня к ней никаких чувств. Или есть? Вика, конечно, очень милая, интересная девушка, но я все еще… Или уже нет? Остыл? И снова загорелся? Так быстро? Нет, не может быть. Или может? Блин! Я сам в своей же голове разобраться не могу».

Тим метался по комнате, периодически натыкаясь на мебель. Ладно, хоть, ему, как преподавателю, выделили отдельную комнату, а то соседу пришлось бы не сладко. У него никак не укладывались в голове брошенные в запале слова. Ведь действительно, ни о каких чувствах отец не говорил. Это он, Тим, сам почему-то так решил. Не мог же он вправду заинтересоваться Викой не просто как другом, а как девушкой?

«Она же с Максом была! Да и что с того? Была и была. Он ей по ушам наездил, вот и все. Я, между прочим, тоже не новенький, только что из магазина. Парень с пробегом, ага. А вдруг, она его любит? Хотя, кто после такого любить сможет? Ну я же любил… Или люблю… Или любил? Вконец запутался! Нужно срочно разобраться в себе».

Остановившись у стола, молодой человек побарабанил пальцами по его крышке, сощурившись, кивнул каким-то своим мыслям и вышел из комнаты. Он не направился ни к отцу, ни к кому-нибудь из ребят, а уверенно прошел в конец коридора к комнате, в которой держали Настю.

Просканировав дверь и обнаружив на ней охранку, он без труда ее разблокировал и просочился в комнату, не забыв снова запечатать вход. Девушка, сидевшая с книгой на стуле, испуганно встрепенулась и исподлобья глянула на ночного гостя.

- Что вам нужно? – высокомерно задрав тоненький носик, дрожащим голосом проговорила она.

- Правду, – Тим стоял, скрестив на груди руки и подпирая дверь.

- Я уже рассказала все, что знаю.

- Сомневаюсь. Знаешь ты намного больше, чем говоришь.

- Даже если так, все равно все эти знания заблокированы, даже от меня самой. Уходите.

- Я не уйду, пока не докопаюсь до истины. У меня есть теории на счет твоих подстрекателей, хотелось бы убедиться в их правильности.

- К-как? – девушка испуганно вжалась в спинку стула, глядя на приближающегося к ней парня.

- Расслабься и не дергайся, – он положил ладони ей на голову и прикрыл глаза, сливаясь с чужим сознанием.

Сначала ничего необычного, воспоминания и не более. Но спустя время он увидел перед собой плотную завесу тумана. Попытка ее коснуться больно ударила по мозгам и чуть не выбила его наружу, но Тим каким-то чудом сумел удержать концентрацию и продолжил методично обследовать возникшую на пути преграду.

В ментальной магии он понимал немного больше, чем отец, но из-за слишком слабого уровня взлом блоков, особенно сильных, являлся для него сложной задачей.

«Должен быть выход. Хоть какая-то лазейка, способ вскрыть эту стену!»

Еще раз оглядев преграду, он заметил тонкую, практически незаметную черту. Как бы чуть разошедшийся шов или же огрех в плотной ткани. Направив всю доступную ему сейчас энергию, он ударил в едва видимый просвет. Упал, держась за голову и постанывая. Девушка, взвизгнув, скатилась в обморок.

Поднявшись с пола и вытерев тыльной стороной ладони сочившуюся из носа кровь, он подошел к Насте и несколько раз хлопнул ее по щекам, приводя в чувства. Открыв глаза, девушка сильно дернулась, моргнула и расплакалась. Блок был снят. Она все вспомнила.

***

-А мне точно за это ничего не будет? – Настя теребила в пальчиках бумажную салфетку.

- Ну сколько можно повторять? Никто ничего тебе не сделает, – сидевшая напротив девушка раздраженно допила остатки кофе.

- Лиза, поймите меня правильно, с ней все носятся, как с писаной торбой. Не пойму только, почему. Девица так себе – взглянуть не на что. А Тимофей Викторович от нее ни на шаг не отходит. И остальные периодически рядом отираются. Я не хочу попасть под раздачу.

- О бо-оги! – Лиза страдальчески закатила глаза. – Если боишься и отказываешься, то я так и передам Магистру! Только вот если он разозлится, сомневаюсь, что ты когда-нибудь вообще сможешь колдовать. Он дал тебе силу и так же легко сможет забрать, причем не только дарованное, но и то, чем ты располагала раньше. Пойми девочка, пути назад уже нет. Шагнувши на эту тропу, обратно не повернешь. Так что, я говорю ему о твоем отказе?

- Нет! – на ее вскрик обернулись несколько человек, но увидев, что ничего не происходит, вернулись к прерванным делам. – Я все сделаю.

- Вот и умница, – Лиза поднялась из-за стола, бросила купюру и вышла из кафе.

Настька еще некоторое время посидела, обдумывая сложившуюся ситуацию. Ей пообещали, что эту выскочку приведут на полигон, останется только бросить определенное заклинание, естественно, не в фантом. Если что, она без колебаний сдаст заказчиков и сбежит из Школы в неизвестном направлении, а влиятельный отец сделает все, чтобы защитить единственную дочь.

Глава 13

ГЛАВА 13

Я думала, раз начала заниматься с ребятами, то от лекционных занятий меня освободят. Ха! Наивная чукотская девочка! Наоборот, нагрузки у меня только прибавилось. Меня не только к моему второму курсу таскали, но и к старшим, под предлогом того, что у них информация для меня сейчас более полезная. Несомненно, там давалось все намного подробнее, но это все мне и мои девчонки, Яна с Сашей рассказать могли.

Зато я побывала на занятиях у Тима. Лекцию он вел совсем не так, как Леша. Объяснял не хуже, но как-то более серьезно, что ли. Девочки-старшекурсницы, глядя на него, чуть ли не слюной капали. А когда он запросто подошел ко мне и заговорил, у меня за спиной прямо-таки змеиное шипение раздалось.

Да сдался мне ваш Тим. Нашли секс-символ. У меня вон… а что у меня? А у меня учеба. Вот! И о парнях мне думать некогда. Я домой вернуться хочу. К папе и Дашке.

Я вообще сейчас ни о чем не думала, кроме занятий. Меня выматывали так, что я с ног валилась, и стоило голове коснуться подушки, как я тут же вырубалась. Хотя, польза от этого была. Я стала лучше разбираться в структуре заклинаний и переключаться на магическое зрение в считанные секунды. А вот работать с нитями, не прикасаясь к ним, так и не выходило. Как бы я не старалась, но для того, чтобы что-то сделать, я должна была держать их в руках. А это медленно, очень медленно.

***

- Ну и где ты ходишь? – Саша стояла, уперев руки в бока. – Мы только тебя ждем.

- Учебники в комнату скидывала. Лень мне с ними таскаться, тяжелые они. А чего ждете? Могли бы и без меня начать.

- Тим не хочет. Он вообще не любит работать неполным составом. Если все, так значит с самого начала.

- Ну вот она я, давайте работать, – я с легкостью перешла на свое супер-зрение. – Саш, ты сегодня какая-то дохлая. Где потратилась?

- Практику проводила, все занятие пришлось магичить. Дубовые студенты какие-то, никак усвоить не могли.

- Подойди сюда, сейчас кое-что попробуем, – я, конечно, не уверена, но если так можно с матрицами, то почему бы не попробовать с людьми? Тем более, Тиму же я смогла тогда помочь…

Саша посмотрела на меня настороженно, но все-таки подошла. Так, теперь сосредоточимся. Чуть поднапрягшись, я отчетливее разглядела энергетические прослойки в ауре девушки. Ухватила ближайшие к нам ниточки и поднесла их к девушке, и…. И ничего. Никакой реакции. Совсем. Странно, как-то же они должны сливаться. Может, я не туда вплетаю? Да нет, я же сама видела, как они втягиваются в любой участок. Я внимательнее пригляделась к ауре и заметила, что прослойки переплетены между собой и напоминают матрицу заклинания. Значит, должно быть и какое-то подобие энергетической нити. Осталось только ее найти. По идее, она должна отличаться от остальных. И точно, стоило мне только об этом подумать, я сразу же заметила одну выделяющуюся. В отличие от всех, она была прямая, как стрела, и от нее уже отходили более тонкие, паутинообразные прослойки. Я поднесла ниточку к ней, и она сразу же ее впитала. Ура! Получилось! Я начала медленно, одну за другой, подносить ниточки, и они тут же втягивались. Прослойка становилась толще, а свечение ярче.

- Вика, ты гениальна! – Саша расцвела улыбкой. – У меня никогда не было столько энергии!

- А мне? – тут же подлетели остальные.

- В очередь! Я, как главный, имею полное право быть первым, – Тим мягко подвинул Сашу.

- Зато я умнее и красивее, – его тут же отпихнул Леша и показал язык.

- Отошли оба, девушкам нужно уступать, – Яна влезла между ними.

- Все успеете, - рассмеялась я. – А девушкам и вправду нужно уступать. Так что пока я подзаряжаю Яну, вы между собой как-нибудь разберитесь. Померяйтесь чем-нибудь, или на камень-ножницы скиньтесь.

Во второй, и все последующие разы дело пошло быстрее. Ребята отходили от меня сияющие, в прямом смысле этого слова. Я и сама светилась как стоваттная лампочка, от чувства полного удовлетворения. Занятие магией, хоть и такие ограниченные, мне нравились все больше и больше. А осознание того, что я единственная в своем роде – заставляло гордиться собой, и чувствовать собственную пользу и уникальность.

Когда все было сделано Леша, Саша и Яна отошли на другую половину полигона и вытянули защитный барьер, оставив за ним меня и Тима.

- Эй, а мы? – через этот барьер нельзя было пройти. Я уже как-то пробовала. В итоге уткнулась носом, как в обычную стену. Ребята тогда долго надо мной ржали. А откуда мне было знать? Я думала, он только заклинания тормозит, как и обычные щиты, а от физического воздействия не защищает.

- А у нас с тобой другая программа.

- Какая?

- А вот такая, – Тим создал фантом и тут же кинул заклинание. В меня!

- Ты совсем сдурел?! – я держала в руках пульсар немаленьких размеров. – А если бы я не поймала?

- Ну тогда тебя бы ненадолго оглушило, – он стоял с таким видом, как будто кинул в меня не боевым заклинанием, а подушкой. – А теперь попробуй бросить его в фантом.

- Я его сейчас в тебя брошу, – не брошу, конечно, но порычать имею право.

- Отлично, – сказал он после того, как фантом покраснел. – Значит, будем отрабатывать связки. Я подумал, что можно использовать твое умение ловить заклинания. Всякое может случиться. Поэтому, если ты сама сможешь работать с матрицами, пускай и с готовыми, это здорово облегчит нам жизнь. Тебе можно будет давать самые слабые заклинания, а ты уже самостоятельно доведешь их до нужного уровня. Попробуем?

Я пожала плечами. А почему бы и нет? Идея хорошая.

Тим кинул мне очередной клубок. Я сразу же нашла энергетическую линию, вплела в нее целый пучок и тут же кинула заклинание в фантом.

Ох, ё! Нужно было или вплетать поменьше, или, отходить подальше. От получившегося взрыва фантом разнесло в клочья, а нас отбросило на несколько метров. Я сидела, мотала головой и ошарашено смотрела на дело рук своих. А именно на воронку, оставшуюся на месте фантома.

- Что это было?

- Боевой пульсар, – Тим был ошарашен не меньше меня. – Ты как? Жива?

- Ага. Кажется.

- Больше так не делай.

- Ага. А ты чего ржешь? – из ступора меня вывело хихиканье Тима, переходящее в громкий смех.

- А ты посмотри на этих балбесов, – он уже хохотал, держась за живот.

Я повернулась в сторону остальных членов команды и тоже начала смеяться. Ребята стояли, впечатавшись в защитный барьер, как дети в стекло, отчего у них сплющились носы. Армия пекинесов. Пустите их на любого врага, и победа будет наша! Противники сами умрут. От смеха. Леша, посмотрев на нас, валяющихся на земле и, оттого, выглядевших не менее идиотски, покрутил пальцем у виска и отвернулся. Девочки дружно последовали его примеру.

- Давай продолжать, – простонал Тим, отсмеявшись. – Только еще раз прошу, не делай ТАК больше, а то полигон у нас всего один. Что будем делать, если ты его разнесешь?

- Искать полянку попросторнее, – буркнула я.

Больше я таких фортелей не выкидывала. Сначала я так перепугалась, что добавляла всего по одной ниточке, но это не давало практически никакого эффекта. Постепенно, я начала добавлять побольше, и остановилась на небольшом пучочке из семи-восьми ниточек. Для полигона это было оптимально по мощности. Вроде и достаточно сильно, но не до такой степени, чтобы разбомбить тут все и украсить пейзаж живописными воронками. Тим был просто счастлив. У него это было крупными буквами на пол-лица написано.

- А если попробовать выдавать заклинания очередью? Ты сможешь их быстро ловить и подпитывать? – у него горели глаза.

- А, может, уже в следующий раз? – я повернулась и в упор посмотрела на него. – Ты истощен до минимума. Как еще не падаешь не понятно.

- А ты на что? Подзаряди меня, и продолжим, – отступать он не собирался. – Вик, ну пожалуйста, давай еще немного. У нас все так здорово начало получаться. Надо закрепить.

- Ну давай, – я подошла к нему и начала ловить ниточки. – А вот мне интересно, если я могу ловить заклинания, то почему Макс тогда смог меня заколдовать? Или у меня это только на ладони распространяется? Ты только представь, на меня нельзя воздействовать магически, все заклинания просто зависали бы вокруг или вообще отскакивали назад.

- Не знаю. А интересный вопрос… - между пальцами Тима промелькнула маленькая молния и тут же впилась мне в… чуть пониже спины.

- Ай! Больно же, – я потирала травмированное место. – Ты чего творишь?

- Зато теперь мы знаем, что со спины ты точно не защищена, – еще ряд молний в ногу, живот и плечо. – И в других местах тоже.

- Естествоиспытатель. Ты меня такими темпами сам угробишь.

- Так я же ничем смертельным в тебя не кинул. Будем считать это электростимуляцией нервных окончаний.

- Вот спасибо. Все, можем продолжать, – я отошла от него и внимательно рассмотрела энергетические прожилки, которые теперь были достаточно толстые, ауру, сияющую ярко, как никогда. Я только сейчас заметила, что вокруг нее есть как бы граница, светящаяся мягким серебристым светом. А раньше я ее не замечала. В подсознание толкнулась какая-то мысль, но ухватить ее я не смогла. Что-то не давало мне покоя, только вот, что, понять пока не получалось.

- Ты чего?

- А? Нет, все нормально. Задумалась просто. Давай работать.

***

Тим начал забрасывать меня заклинаниями. Некоторые были похожи на пульсары – разноцветные, оплетенные матрицей изнутри. Некоторые были невидимы обычным глазом, и представляли собой просто клубок. Такие я ловила только потому, что могла их видеть. Такое я поймала в свой первый раз. А некоторые были похожи друг на друга внешне, но матрицы в них были разные. Это даже я видела и понимала. Тим объяснил, что в некоторые заклятия можно запихнуть еще какую-нибудь начинку. Например, сделать два совершенно одинаковых внешне пульсара, только один будет боевым, а другой может содержать в себе что угодно. Тот же щит. Иногда это может быть очень полезным, как тогда, в усадьбе. Главное – не перепутать что и где.

Ну да, если бы он тогда перепутал свои заклинания, то притащил бы Виктору горстку ошметков в пакетике. И то, при условии, что смог бы их соскрести со стены.

Мы работали все быстрее и быстрее. Если поблизости не было достаточного количества нитей, то я брала их из собственного резерва, и на их место тут же вставали другие. Работать в связке было просто и интересно, главное, не зазеваться и ничего не пропустить. Тим бросал в меня далеко не шуточные заклинания, и, пропусти я хоть один, от меня останется кучка пепла в кроссовках. Либо очень качественный фарш. Все зависит от того, чем он в меня кинет.

На улице начало темнеть, и ребята давно разошлись по комнатам. На их попытки утянуть нас на ужин Тим выдал пару непечатных слов, имевших смысл «отстаньте от нас и идите домой» а я добавила что-то вроде «нечего тут мешаться и доставать нас всякими глупостями» и мы продолжили наше занятие. Я еще два раза подпитывала Тима, потому что параллельно с моими, «слабыми» заклинаниями, он отбрасывал еще и свои, «сильные». А от этого энергия уходила в два раза быстрее.

- Ладно, давай по домам, - наконец решил Тим. – А то темно, так, что фантомов не видно.

***

Он проводил меня до дверей комнаты. После событий двухнедельной давности они вообще опасались куда-либо отпускать меня одну, и кто-нибудь из ребят обязательно сопровождал. В принципе, их опасения понятны. Настьку хоть и отчислили, но мало ли что еще. А я даже постоять за себя толком не могу. Не успею поймать брошенную в меня пакость, и все, пиши – пропало.

Несмотря на то, что заказчик учиненного безобразия был вычислен, добиться блокирования магического дара для нее не удалось, пришлось довольствоваться лишь отчислением, которое, при наличии столь влиятельного папочки уже можно считать победой. Виктор по своим каналам пытался вычислить ее дальнейшие передвижения, но она как в воду канула. Скорее всего, ее запрятали куда подальше, ибо гнев Магистра не заставил бы себя долго ждать. Ну и фиг с ней, лишь бы больше не появлялась в моей жизни. Не до нее сейчас.

Жила себе спокойно. Работала, никого не трогала. И тут на тебе! Втянули, не пойми во что. Но самое страшное, что это «не пойми что» начинало мне нравиться. Всесильным магом я себя, естественно, не чувствовала, да и какой из меня маг. Но мне нравилось находиться среди них, наблюдать за работой. А сегодня выяснилось, что и принимать участие в этой работе. Я совсем не думала о доме, о том, что осталось в прошлом. Теперь мне это казалось чем-то далеким, прошлой жизнью, которая, как будто и не моей была. Если бы прямо сейчас передо мной поставили выбор: вернуться домой или остаться здесь, я, не раздумывая, выбрала бы второе. Здесь у меня появились друзья, а там меня никто не ждал. Там меня НИКТО НЕ ЗНАЛ. Благодаря одному, всем нам известному ушлепку, я осталась без прошлого. У меня больше не было близких. Пятнадцать лет назад я потеряла мать, а три недели назад отца и подругу. Заявись я сейчас к папе и сообщи, что я его дочь, он покрутит пальцем у виска. Я бы точно покрутила. Еще и наряд полиции вызвала бы. То же самое было бы с Дашей.

Дашка… Единственная моя подруга. Вот-вот должна выйти замуж. Даже находясь за десятки лет от нее, я безумно радовалась ее счастью.

Она всегда говорила, что у каждого человека свое место в жизни и свое предназначение. Кому-то суждено стать ученым и сделать великое открытие, кому-то нарожать ораву ребятишек, кому-то всю жизнь провести в захолустной деревушке на огороде. Кто-то проживет свою жизнь тихо и спокойно, ни во что не вмешиваясь и плывя по течению, а кто-то будет все время бороться с судьбой.

Я себя относила к первой категории. Моя жизнь была тихой и размеренной, я не сопротивлялась. Мне нравилось то, как все шло. Хорошая работа, родные люди рядом. А сейчас? Почему я не барахтаюсь сейчас, когда меня выдернули из всего размеренно-привычного? Почему не стремлюсь назад? Может, потому что чувствую себя нужной здесь? Потому что мне это нравится? Не знаю… Но менять ничего не хочу. Пускай все будет, как будет и идет своим чередом. Виктор и Тим обещали что-нибудь придумать с моим возвращением. Может, у них получится вернуть мне мою прошлую жизнь. А захочу ли я в нее возвращаться? В серый немагический мир, в котором не попрешь против законов природы. В котором нет такой науки «Магия». В котором все обыденно и можно объяснить, а что нельзя, так значит, не было такого. Захочу ли я? Это уже другой и очень сложный вопрос.

За этими мыслями я не заметила, как уснула.

***

Мне снился папа. Сон был настолько живой, что все эмоции и чувства я ощущала как наяву.

Я пришла домой. Я стояла перед дверью и сердце отбивало бешенную чечетку у меня в груди. В голове билась мысль: «Что ты здесь делаешь, дурочка? Он тебя не помнит. Ты – чужой человек». Но я все-таки нажала на пимпочку звонка. В кармане звенели ключи, но я решила не пользоваться ими. Зачем пугать человека? Пускай лучше сам откроет дверь и спросит кто я такая и что мне нужно. А я просто посмотрю на него, такого родного и скажу, что ошиблась адресом. Да, именно так и сделаю.

За дверью раздалась трель звонка и послышалось шарканье тапочек. Я всегда его ругала за то, что он шаркает ногами. Говорила, что он похож на дедушку, когда так делает. Но сейчас этот звук был приятнее любой музыки. Щелкнула задвижка. Опять он толком не закрывается! И дверь с тихим скрипом отворилась. Я уже собиралась выпалить заготовленный ответ, но папа заговорил первым:

- Вика, дочка. Ты вернулась!

- Пап, ты меня помнишь? – еле пролепетала я. Горло сжимали спазмы и слова застревали в нем.

- Помню, милая. Я сразу вспомнил. Еще когда ты позвонила. Сразу после этого. Пробовал звонить сам, а ты недоступна была, – отец улыбнулся так, как умел только он, мягко и как-то породному. – Ну что же ты стоишь? Заходи скорее, чай пить будем.

- Папа, папочка! – я с рыданиями кинулась на шею отца. – Я так боялась приходить. Так боялась!

Мы стояли в коридоре, отец гладил меня по голове, пытаясь успокоить. Когда, наконец, мои рыдания стихли мы прошли на кухню, и папа тут же разлил по чашкам крепкий душистый чай.

- Ну, рассказывай, милая, как живешь?

Я рассказала, как обычно, все без утайки. Отец, как обычно, все выслушал. Не перебивая и не задавая лишних вопросов. Вопросы будут потом, и, надеюсь, не о моем психическом здоровье.

- Интересно там у тебя. Жаль, я уже староват для таких приключений.

- Так ты мне веришь?

- Конечно, верю. Ты же меня никогда не обманывала.

- Никогда… А ты тут как? Совсем один.

- Ну что ты, не один я. У меня же друзья есть. Ты есть, хоть и так далеко. Я знаю, что у тебя все хорошо и радуюсь.

- Может, все-таки найдешь женщину, женишься? Все же лучше, чем вот так.

- Не хочу я, ты же знаешь. Я маму твою люблю.

- Знаю, пап, знаю.

- Ты за меня не переживай. Я еще долго проживу. Может, найдешь меня там, в будущем этом. И за подругу свою, Дашку, тоже не переживай. Она скоро замуж выйдет. Все у нее хорошо будет, дочку родит. Сашенькой назовут. Александра Марковна будет. Красивая девочка, на папу похожа.

- А… А ты откуда знаешь?

- Знаю, и все. Не спрашивай сейчас лишнего. Давай просто посидим и чаю попьем, как раньше.

Так мы и сидели, пили чай, молчали. Я потеряла счет времени, как мне было хорошо и уютно в родных стенах с родным человеком рядом.

- Дочь, пора тебе уже.

- Куда пора? Я не хочу никуда. Мне тут, дома хорошо.

- Ты там нужна. А я здесь сам. Справлюсь, не переживай за меня.

Папа встал из-за стола и проводил меня до двери. Я стояла и плакала. Как? Почему я должна уходить? Я же не хочу. Может, и без меня там смогут? Нет… Не смогут. И я это прекрасно знала и понимала.

- А ты, все-таки меня найди. Я ждать тебя буду.

Дверь закрылась за моей спиной, а я так ничего и не сказала папе.

- Я тебя люблю, – сказала я, повернувшись к двери и прислонившись к косяку.

- И я тебя, дочь, – раздалось с той стороны. – Иди, пора тебе.

***

Лицо заливали горячие слезы. Так я и проснулась, содрогаясь от собственных рыданий. За окном только-только начал заниматься рассвет, но спать мне больше не хотелось. Я пролежала так до самого утра, время от времени всхлипывая и глотая слезы.

Что это было? Сон, навеянный воспоминаниями? Подсознание выдало то, что я так хотела увидеть? Каким же он был ярким! Как наяву. Жаль, что это всего лишь сон.

***

Весь день я ходила как пришибленная. Кое-как слушала лекции, периодически забывая писать, кое-как работала на полигоне. Постоянно отвлекалась.

- Вика, твою мать! – Тим выдернул меня прямо из-под летящего заклинания, брошенного мне Сашей. – Да что с тобой сегодня? Ты вообще работать думаешь? Витаешь весь день в облаках.

Я стояла, уткнув взгляд в землю, и невидяще отряхивала штаны, хотя отряхивать там уже было нечего. Я упала на колено и пропахала по твердой, утоптанной земле. На месте удара зияла огромная дыра и содранная кожа.

- Что ты туда уткнулась? – он продолжал на меня кричать.

Я подняла на него полные слез глаза, и он тут же стушевался. Взгляд со злого переменился на испуганный.

- Больно? Сейчас сходим в медпункт.

- Нет, не больно, – я не могла сдерживать слезы, и они катились по моим щекам. – Я могу работать.

- Вижу я, как ты можешь, – пробурчал Тим. – Все на сегодня. По домам. А ты – он в упор посмотрел на меня. – В медпункт! Хотя, какой медпункт из-за этой царапины. Ко мне пойдем. У меня аптечка в комнате была.

- Ага, – я захромала в сторону выхода из полигона.

Ребята, за это время не сказавшие ни слова, так же молча поплелись следом.

- Иди сюда, горе луковое, – Тим подхватил меня на руки. – Не дойдешь же сама.

- Пусти, – вялая попытка сопротивления не принесла успеха. – Я сама дойду.

- Куда ты дойдешь? Сиди уж, и не брыкайся, а то уроню.

Тим принес меня в свою комнату и аккуратно усадил в кресло.

- Штанину придется снять, иначе я не смогу обработать и перевязать рану.

Я безропотно стянула с себя одну брючину. Ногу было больно сгибать, и колено, кажется, слегка припухло. Тим в это время достал и раскрыл аптечку и критически осматривал мое «боевое ранение».

- Может, расскажешь, что произошло? Ты сегодня сама не своя, – он проворно обрабатывал ссадину. – Тебя кто-то обидел?

- Нет. Меня никто не обижал. Просто… просто сон приснился…

- Сон? И ты из-за этого так расстроилась? – он посмотрел мне в глаза. – Что тебе снилось? Расскажи.

- Папа… Как будто я пришла к нему, а он меня вспомнил. Сказал, что еще после звонка меня вспомнил. Мы с ним говорили. Я ему все-все рассказала, а он поверил, и попросил найти его, – я снова заплакала. – Тим, а вдруг, он и правда меня вспомнил, еще тогда? Вдруг, это не просто сон? Он был такой реальный.

- Я не знаю… Все может быть, – он уже закончил перевязывать мою несчастную конечность. – Но думаю, что это обычный сон.

- Он даже про Дашку рассказал потом. Сказал, что все хорошо, что дочка у нее.

- Вик, пойми, это просто сон. Ты устала, надумала себе, вот тебе и приснилось.

- Хорошо. Сон, так сон… - я продолжала всхлипывать.

- Не плачь, - Тим поднялся с колен и сел на подлокотник кресла рядом со мной, притянул к себе и обнял – Все будет хорошо. Я обещаю, мы найдем способ все вернуть.

Я уткнулась ему в грудь и разрыдалась еще сильнее. Он сидел и тихо гладил меня по голове. Совсем, как папа. И рядом с ним я почувствовала себя в полной безопасности, как за каменной стеной. Поняла, что ничего не страшно, что защитит, поможет, утешит. Просто посидит рядом и помолчит, как сейчас. Я закрыла глаза и посильнее зарылась в его футболку.

Глава 14

ГЛАВА 14

Когда я открыла глаза, за окном уже светало. В кресле напротив сидя спал Тим. Когда я успела уснуть, и что он делает в моей комнате? Стоп! У меня же нет кресла. Я осмотрелась и поняла, что это я у него в комнате. Видимо, во время рыданий я умудрилась заснуть, а он не стал меня будить и положил на свою кровать. А сам остался в кресле, бедняга.

Я лежала, не шевелясь, и рассматривала его. Сейчас я могла это сделать, не нарвавшись на вопросительный взгляд. Красивый, высокий, мужественный. Взъерошенные волосы. Руки, сейчас расслабленные, но такие сильные. Донести меня от полигона до комнаты – это надо еще суметь. Я хоть и легкая, но все же не невесомая.

Я все-таки шевельнулась и кровать предательски скрипнула. Тим тут же встрепенулся. Захлопал глазами (какие они у него красивые – серые, теплые), и сфокусировал взгляд на мне.

- Почему ты меня не разбудил? – мягко спросила я.

- Мне было жалко. Ты так сладко спала, и я решил оставить тебя здесь, – он встал и потянулся всем телом, разминая затекшую спину.

- Ну и зря. Промучился всю ночь на кресле, а мог бы нормально в постели поспать. Тоже мне, благородный рыцарь.

- Ничего не зря. Тебя нельзя было будить. Опять бы начала думать, плакать. Так хоть успокоилась. Кстати, как себя чувствуешь?

- Нормально, - пожала плечами я. – Может, и правильно, что не разбудил.

- А нога как?

- Нога? – я пошевелила травмированной конечностью. – Хорошо, не болит уже.

- Давай, заголяйся. Нужно ппосмотреть, что там у тебя.

- Г-где? – я подавилась воздухом.

- На ноге. А ты о чем подумала?

- Ни о чем, – я залилась краской и быстро стянула штанину.

Тим размотал повязку, и я в недоумении уставилась на свою ногу. По идее, здесь должна быть не хилых размеров болячка или, хотя бы, синяк, но их не было. Вообще ничего не было! В смысле, нога была, но никаких следов травмы на ней не обнаружилось. Даже шрамов. Чистая кожа и ничего больше.

- А ты уверен, что вчера перебинтовал мне ту ногу? – с сомнением протянула я.

- Уверен. Я ее просто одной очень хорошей мазью намазал, вот все и зажило, – он смотрел на меня с улыбкой, как на маленького ребенка, который спросил почему небо голубое, а трава зеленая.

- А-а-а… - до меня как-то туго все доходило. – И что, любые раны заживают за одну ночь?

- Не любые, - еще одна снисходительная улыбка. – А только небольшие. Чем больше рана, тем дольше она будет заживать. А синяки, уж не знаю почему, этой штукой вообще не лечатся. Ну и оторванные части тела она тоже не приращивает.

- А-а-а, – новое глубокомысленное высказывание.

- Сегодня выходной, занятий нет, мы тоже расслабляемся. Думали, сходить в город, прогуляться. Ты как?

- Я только «за»! Интересно посмотреть, как будут выглядеть города спустя тридцать лет.

- Так. Значит, сейчас завтракать, а потом сразу на прогулку.

***

Так и сделали. Когда мы пришли в столовую, ребята смотрели на меня обеспокоенными взглядами.

- Ты как? – Саша первая, кто решился спросить.

- Все хорошо, – я улыбнулась. – Прекрасно себя чувствую, как физически, так и морально. Вы меня извините, что сорвала вам тренировку.

- Да черт с ней, с тренировкой, -махнула она рукой. – Я безумно перепугалась, когда ты не поймала матрицу. Ладно, хоть, Тим среагировал быстро.

- Да, он вообще, как мой ангел-хранитель. За что ему огромное спасибо. Если бы не он, я бы уже давно где-нибудь глину сторожила.

- В смысле? – не поняла Яна.

- В смысле, закопали бы меня уже давно.

- А куда ты с утра пораньше делась? – ехидно спросил Леша. – Мы за тобой зашли, на завтрак позвать хотели, а комната закрыта.

- А она провела ночь у своего ангела-хранителя, – мы дружно подавились компотом, а Тим смотрел на меня такими невинными глазами, что мне убить его захотелось. – Храпела в моей постели в то время, как я, согнувшись в три погибели, маялся в кресле.

- Я не храплю! – возмутилась я.

- А про постель, значит, не отрицаешь?

- Да ну вас, – я насупилась и сделала вид, что полностью поглощена завтраком.

Ладно, хоть не сказал, что под боком у ангела-хранителя! А мог бы и вообще промолчать. Неймется ему. И вообще, чего я из-за этого завелась? У нас же ничего не было. А могло бы? НЕТ! Не могло! Хватит с меня отношений. Наотношалась уже, еле ноги унесла.

Я вспомнила, как разглядывала Тима утром, и как он нравился мне в это время. И снова начала краснеть. Чего это со мной? Веду себя как девчонка в пубертатный период.

- А чего это мы покраснели? – это не укрылось от всевидящего Лешки. – Или Тим врет по поводу кресла и сам он сладко сопел у тебя под боком?

- ОТ-ВА-ЛИ! Где хочу, там и сплю! Хочешь, сегодня у тебя переночую, а ты в кресле помаешься? – я с вызовом посмотрела на него.

- Нет, спасибо! – Леша в очередной раз подавился компотом, а Саша и Тим как-то сразу напряглись. Одна Яна продолжала веселиться. – Я лучше на слово поверю.

- Тогда не докапывайся.

***

После завтрака, как и было запланировано, мы отправились в город. Я ходила и разглядывала все, как завороженная. Чистые и красивые улицы поражали своим великолепием. Кругом высотные здания, сверкающие на солнце зеркальными окнами. Проезжая часть делилась на несколько уровней: нижняя обычная дорога, выше подобие моста, по которому так же сновали машины и еще выше… ОГО! Монорельс, по которому взад-вперед сновали поезда типа «электричка». Хотя, на те электрички, которые я видела в своем времени они походили мало. Скорее напоминали супер-поезда из какой-нибудь фантастики, штампованной умелыми американцами. Вот это я понимаю, прогресс! Я таращилась на все это великолепие, и ребятам буквально приходилось меня волоком тащить.

- А что это за город?

- Не узнаешь? Это твой город.

- Да ла-а-адно? Не может быть.

- А почему нет? За тридцать лет все изменилось. Я же говорил, что прогресс шагнул далеко вперед.

- Я как-то не подумала, что настолько далеко.

- Если человек, скажем, из семидесятых годов прошлого века попал бы в твое время, он сказал бы то же самое, – Тим рассмеялся. – Так что подбери челюсть, верни глаза на положенное им место, и пошли гулять.

Я заново узнавала родной мне город. Как же здесь все изменилось… Обновленные старые здания и рядом с ними совершенно новые постройки. Все такое красивое, сверкающее, и какое-то неземное. Такое ощущение, что я попала на другую планету.

- Я сейчас, – Леша забежал в один из домов и через пару минут вышел с тремя цветочками. Один для Яны, один для Саши и один для меня.

- А не завянет, пока гулять будем?

- Не завянет. Он еще почти месяц простоит в вазе.

- Вот это я понимаю, экономия. Подарил раз в месяц букетик, и пускай дама сердца не возмущается, что хочет цветов. У нее еще старые не завяли.

- Точно! – парни развеселились. – И мы этим внаглую пользуемся!

- Эгоисты.

- Именно.

Прогресс прогрессом, а палатки с фастфудом стояли так же, как и тридцать лет назад. Тим подошел к одной такой и начал выгребать из карманов мелочь. Упитанная женщина, стоящая под зонтиком и наблюдавшая сей сбор пожертвований хмурилась прямопропорционально росшей на ладони парня горки монет. И где он столько мелочевки насобирал? Копилку разбил?

Спустя минут десять копошений, когда мы уже начали не просто подхихикивать, а в открытую ржать (Леша еще свою мелочь ему предложил, чтоб громче громыхало), Тим, наконец, вернулся с пакетом пирожков: по два каждому.

- Фух! Наконец-то от этого металлолома избавился.

- Неа.

Облегченно вздохнувший парень вновь помрачнел. Так как угощаться пирожками бесплатно мы посчитали несусветной наглостью, с радостью выгребли мелочь уже из своих кошельков и сбагрили ему. Хмурый и звенящий на каждом шагу как свинья-копилка (да, мы – гады – специально выбирали монетки помельче) Тим раздал нам пирожки.

- Этот с яблоком, а этот с мясом, – подтверждая последнее, он тут же вгрызся в один из пирожков.

- На еще мой. Я только с яблоком буду.

- С каких это пор ты в вегетарианки заделалась?

- Ни с каких. Просто я не фанат выпечки с невинно убиенными Бобиками.

Саша скинула еще не надкусанный пирожок назад в пакет и внимательно осматривала яблочную выпечку на предмет следов пребывания Бобика там.

- Почему с Бобиками?

- Ну, может, с Мурзиками – разница не столь принципиальна.

Яна благоразумно решила последовать Сашиному примеру.

- Да ладно тебе! Тут говядина и свинина, я спрашивал.

- Ага, так она тебе и сказала, что хрюшки раньше мяукали, а коровки заливались лаем. Хотя, эти виды мяса могли там присутствовать, - и, глядя на просветлевшее лицо Тима, добила. – Еще при жизни, как соседи милых зверюшек на какой-нибудь ферме.

- Ну и что? Мясо как мясо, – хлопнул его по плечу более морально устойчивый Леша. – Не все ли равно, какие звуки оно издавало при жизни? Лишь бы не глупые вопросы задавало, и ладно. Вкусно же.

Тим еще раз аккуратно надкусил пирожок, тщательно разжевывая и попутно подозрительно принюхиваясь к начинке. Потом махнул на меня рукой и с аппетитом продолжил трапезу, предварительно убедившись, что мы от своей доли отказываемся, и застолбил себе еще один пирожок, пока прожорливый Леша не утянул весь пакет.

Я не исключаю варианта, что за тридцать лет принципы торговли поменялись, и у каждого уличного торгаша сейчас есть возможность покупать отборную свинину и говядину, не вредя при этом своему кошельку, но слишком свеж в памяти собственный печальный опыт и голодное студенчество.

***

В студенческие годы, когда денег было ну о-очень ограниченное количество, а стипендии хватало впритык до конца месяца, мне частенько приходилось перебиваться такими перекусами. Пока в один прекрасный момент я не укусила купленный у точно вот такой же тетеньки пирожок, кажется, с печенью, и обнаружила там миленькое волосатое ушко, по виду оттяпанное у бедной дворняжки. Сначала я даже не поняла, что произошло, и что за подозрительный хрящик попал в фарш. Но когда до меня, наконец, дошло…. Ка-а-ак же меня потом полоскало! Я еще около полугода на мясо не могла смотреть даже по телевизору, и еще полгода с подозрениями ковырялась вилкой во всех мясных продуктах, будь это тот же фарш или отбивная в каком-нибудь кафе. Одно время всерьез подумывала удариться в вегетарианство, но хищническая природа взяла свое, и я вновь понемногу начала есть мясо, утоляя белковый голод, кажется, за все полгода.

14.1

***

Мы прогуляли до самого вечера и в Школу вернулись только к ужину. Ноги приятно гудели от усталости, а голова от новых впечатлений. Мне безумно понравился «новый» город. Даже не верится, что я могла бы дожить до такого и наблюдать своими глазами, как все это появлялось. Интересно, а старики так же тяжко ладят с техникой, как и в мое время? Наверное, да. Ведь это только время меняется, а люди остаются такими же.

Помню, как пыталась подружить папу с интернетом, чтобы не тратить огромные суммы на мобильные счета, а болтать с ним по видеосвязи. То, что затея изначально провальная, я, к сожалению, поняла не сразу. Мужчина, с грехом пополам освоивший написание СМСок на мобильном дружиться с более сложной техникой наотрез отказывался. При виде ноутбука он задал лишь пару вопросов: «Как эта сатанинская машина выключается?», и «Когда ты заберешь ее назад?». Забирать «сатанинскую машину» я наотрез отказалась, так как работала на протяжении четырех месяцев как ломовая лошадь, отказывая себе практически во всем для того, чтобы сделать на день рождения отцу дорогой и очень полезный подарок. Кое-как уломав его хотя бы попробовать, я начала сложный процесс обучения. После недели взаимных упреков и проклинания всей современной техники, ее создателей и меня, ее купившую, в частности, папа смог уверенно включать компьютер, играть в предварительно скаченные и установленные нарды и, о чудо, заходить в интернет. Я была горда собой, как никогда! И, стребовав с него клятвенное обещание поговорить со мной, как только вернусь в общежитие, я отправилась в город.

Обещание папа сдержал, но постигать азы обращения с компьютером дальше наотрез отказался, зарубив на корню мою идею купить ему пособие типа «Windows для чайников».

Как же хорошо, что позже появились смартфоны и мессенджеры. Там дело с видеозвонками пошло намного бодрее. Хотя, сначала и пришлось побороться с отцом, чтобы он поменял свой кнопочный «тапочек» на современный аппарат.

***

- Ой, а у меня даже банки никакой нет, чтобы цветок поставить, – я стояла возле своей комнаты и растерянно смотрела на Сашу и Лешу. Яна уже была у себя, а Тим пошел к отцу.

- Зайди ко мне, я тебе дам вазу, – предложила Саша.

- Хорошо. Зайду, чуть позже. Переоденусь только.

Первым делом я кинулась не переодеваться, а под душ. Вода смывала с меня всю накопленную за день усталость. Я чувствовала себя просто прекрасно. Сон казался просто сном, а вчерашний срыв детской глупостью. Чего, спрашивается, ревела?

Под душем я простояла минут тридцать. Потом, так же не торопясь высушилась и переоделась в эквивалент домашней одежды, щедро подаренный мне девочками – свободные мягкие штаны и футболку, и только после этого пошла за вазой.

На первый стук в дверь мне никто не открыл. Уснула или ушла? Я уже собиралась возвращаться в комнату, как услышала шорох и сдавленные голоса. Насколько я знала, Саша живет одна, может, кто из ребят зашел? Тут дверь распахнулась, и моему виду открылся встрепанный, в одних штанах Леша.

- А, это ты, заходи.

- А… Я, наверно, дверью ошиблась, – я в растерянности смотрела на парня. – Я к Саше шла.

- Не ошиблась, не переживай, – он запустил меня в комнату. – Я же говорил, что это Вика за вазой.

- Сейчас, секундочку, – она стояла за дверцей шкафа и судорожно застегивала на себе кофту.

- Упс! – до меня наконец дошло, почему мне так долго не открывали, и почему, в итоге, открыл полуголый Леша. – Я, кажется, не вовремя.

- Нормально все, – он махнул рукой. – Не одной же тебе по чужим комнатам ночевать. Стой, так ты что, не знала?

- Не-ет, – я продолжала тупо хлопать глазами. – Мне никто не говорил.

- Ну ты, мать, даешь! – расхохотался Леша. – Да только слепой и глухой в Школе не знает о наших отношениях. Я-то еще, дурак, удивлялся, почему ты за завтраком отмочила про ночевку у меня в комнате. А ты, оказывается, и есть тот слепой и глухой.

Ну да. А еще, видимо, и тупой. Только сейчас поняла, что ребята, хоть и не выставляли свои отношения на всеобщее обозрение, всегда были рядом. Периодически касались друг друга. Да и взгляды тоже были далеки от просто дружеских. Видимо, я на столько была погружена в свои переживания, что не замечала вообще ничего вокруг.

- Блин, ребят, простите, – я не знала, куда себя деть от стыда, а сквозь пол, как назло, провалиться не получалось. – Я, правда, не знала.

- Теперь будешь знать и не предлагать мне всякие непристойности, – продолжи этот зубоскал. – Сашка у меня, конечно, спокойная, но лучше лишний раз не провоцировать.

- А Тим с Яной случайно не встречается? – я на всякий случай решила спросить. – Как-то не хочется снова попасть в такую глупую ситуацию.

- Не переживай, Тимошка у нас холостой, – сказала Саша, протягивая мне вазу и загадочно улыбаясь. – А Янка та еще фурия, ее ни один адекватный мужчина не выдержит.

Леша согласно закивал в подтверждение

- Она же твоя подруга. А тебе вообще сестра! – это заявление повергло меня в шок.

- И что? Кто еще, кроме нас, скажет ей и окружающим правду. Ты тоже моя подруга, так что это нормально, – она улыбнулась и, как и в первый день знакомства, напомнила мне Дашку. Нет, она совершенно не была на нее похожа внешне, не считая шатенистости и выражения глаз. Просто было что-то такое в этих глазах. Недаром говорят: «Все люди братья, все бабы – сестры».

- Ну, я пойду. Еще раз, извините.

- Да ну, брось. Все нормально, – наверно, уже в сотый раз успокоили меня ребята. – Заходи в любое время дня и ночи.

- Ага, спасибо.

Я пулей вылетела из комнаты и понеслась к себе. У дверей меня уже поджидал Тим.

- Ну и где ты шляешься? – прям строгая мамаша, ругающая непутевое чадо. – Я уже минут двадцать под дверью торчу, как тополь у поле.

- Я…вот…за вазой к Саше ходила… - неуверенно промямлила я.

- А чего такая потерянная?

- Там… Леша. И не надо упрекать меня в слепоте и глухоте! Я, правда, не знала, что они вместе, – я открыла дверь и впустила его в комнату. – Заходи уже, страдалец. Кстати, чего ты вообще пришел?

- Соскучился. Сейчас возьму, и уйду, – он сложил руки на груди и сделал вид, что надулся, но надолго его не хватило. – Переодевайся, хочу тебе кое-что показать.

- Что?

- Увидишь. Но, думаю, тебе понравится.

- Тогда отвернись, – я набрала воды из-под крана и поставила цветок.

- Пффф… Что я там не видел.

- Что-о-о? Ну ты и, - я задохнулась в возмущении

- Что, «что»? Вообще-то я тебя на пляже в купальнике видел, – он все-таки отвернулся. – Женская логика: на пляже в купальнике из трех веревочек – все нормально, а в белье – не смотри, я голая.

Я быстро переоделась в купленные сегодня, взамен порванным, джинсы. Стипендии, выплаченной мне в школе, хватило как раз на них. Ничего в нашей стране не меняется, студентов как ущемляли, так и продолжают.

- Можешь поворачиваться, я все.

- Куртку еще накинь и пойдем.

- А мы далеко?

-Не очень. Сама все увидишь.

Тим повел меня по коридорам Школы, периодически поднимаясь выше. Я уже знала все корпуса, но этой дорогой мне ходить еще не приходилось. Сейчас как заведет куда-нибудь и бросит. А я потом обратный путь неделю искать буду. Если вообще найду.

Наконец мы дошли до места. Как я это поняла? Просто подниматься выше уже было некуда. Мы оказались в круглом помещении с огромными панорамными окнами. Вместо одного из окон был выход на балкон, туда он меня и повел.

- Смотри, – Тим подвел меня к самому краю. – Ты высоты не боишься?

- Не боюсь. Ух ты! – у меня захватило дух от открывшегося мне зрелища.

Мы стояли наверху одной из четырех школьных башен. Безумно высоко и безумно красиво. Впереди и внизу лежал город. Он переливался множеством огней, занимал все охватываемое взглядом пространство и терялся далеко за линией горизонта.

- Как здесь красиво!

- Это мое любимое место. Тут можно постоять и подумать обо всем на свете, не опасаясь, что тебя кто-то побеспокоит. Днем здесь не так красиво, а вот когда стемнеет, глаз не оторвать. Раньше я часто сюда приходил, а потом перестал.

- Почему сейчас пришел? – я повернулась к нему и посмотрела в упор.

- Захотелось показать, – он смотрел мне прямо в глаза. – Подумал, что тебе должно понравиться.

- Мне нравится, – прошептала я и снова повернулась к нему спиной.

Тим мягко, и как-то робко, как будто боялся, что я его оттолкну, обнял меня за талию и зарылся носом в мои волосы. Я посильнее прижалась спиной к его груди и обняла себя поверх его рук. Так мы и стояли, молча, потеряв счет времени, любовались прекрасным видом.

Мне было хорошо и спокойно в его объятиях. Я готова была отдать все на свете, лишь бы этот момент длился вечно.

Мы были как одно целое, но каждый думал о своем. Я в очередной раз думала о том, как все сложилось, куда забросила меня жизнь. О чем думал в это время Тим, я не знала. Да и не стремилась узнать. Это его мысли. А его мысли – это его личное пространство. Может, в это время он ни о чем не думал, или думал о своей бывшей девушке. От этого меня передернуло, и по коже прошел озноб.

- Замерзла? – я кивнула, не говорить же ему, в самом деле, от чего меня дергает. – Пошли. Уже поздно и действительно похолодало.

***

Тим проводил меня до комнаты. Мы стояли у дверей и смотрели друг на друга. Я молчала. И он тоже молчал. Каждый ждал чего-то от другого.

- Спасибо за прекрасный день и не менее прекрасное его окончание, – все-таки нарушила я молчание, начавшее становиться неловким.

Затем приподнялась на носочки и легонько коснулась его щеки губами.

- Это тебе спасибо, – он провел пальцами по моей щеке. – Спокойной ночи.

***

Я снова не могла уснуть, но, на этот раз вовсе не от тревожных мыслей. Мне было хорошо. Нет, не так. Мне было ОЧЕНЬ ХОРОШО! Я чувствовала себя отдохнувшей и до безобразия счастливой. Вроде, и не было ничего, но одно то, что мы стояли вот так просто, обнявшись, уже вызывало бурю эмоций.

В голове снова промелькнула мысль о бывшей девушке, и меня продрал холод. Может, да нет, даже наверняка, он с ней туда приходил и так же стоял. Был в этот момент счастлив, мечтал о будущем. О будущем с ней. От этих мыслей снова становилось тоскливо. Что это? Неужели ревность? Я повнимательнее прислушалась к себе и поняла, что действительно ревную. Ревную Тима. Твою мать! Этого еще мне не хватало. От одной неудавшейся любви очухаться не успела, как на тебе следующую. А, может, это вовсе и не любовь была, тогда, с Максом. У меня давно никого не было, а он вихрем ворвался в мою жизнь и сразу же окружил вниманием. И я повелась на эти цветы и прогулки. Типичный женский поступок.

Да, мне с ним было хорошо. Ровно до тех пор, пока он не попытался меня ухайдакать. Я чувствовала себя счастливой. Но это было другое счастье, не такое, как сейчас. Сейчас я спокойна, а тогда меня все будоражило. Я, как будто, сама его себе накрутила. Только сейчас я начинала это понимать. А также не понимать, как я вообще повелась на Макса. Да, он довольно симпатичный молодой человек, но совершенно не в моем вкусе. Внешность, манера общения, все не мое. Но, тем не менее, я думала, что влюбилась в него. Очень быстро влюбилась. Чего в принципе со мной раньше не бывало.

И тут меня прямо-таки подкинуло! В памяти всплыла картинка: Макс сделал мне кофе. Я еще удивлялась, что у него очень интересный вкус, а он пошутил, что это секретный ингредиент. И уже вечером я готова была прыгать вокруг него как щенок на задних лапках. Неужели он мог меня чем-то опоить? Или я себя просто накручиваю и ищу каких-то оправданий? Нужно будет потом поинтересоваться, бывают ли вообще приворотные зелья и имеют ли они какой-нибудь вкус.

***

Тим очень давно не был наверху этой башни. Это было его любимое место, потом это стало их с Лизой местом. А потом, когда Лиза ушла, он так и не смог туда больше прийти. Слишком многое там напоминало о ней.

И вот сегодня он решился. Даже не решился, а его непреодолимо потянуло туда. А еще возникло такое же безумное желание пойти туда именно с Викой. Только с ней, ни одному и ни с кем-нибудь другим.

«Как же здесь хорошо. Тихо, спокойно… Можно стоять вечно», – это были первые мысли, после того как они вышли на балкон.

А потом он захотел обнять девушку, стоящую сейчас рядом с ним. Ему было очень страшно в этот момент. Он боялся, что Вика не примет его объятий, оттолкнет, и поэтому оно вышло таким неуверенным. Но, к счастью, страх остался всего лишь страхом.

И все же, почему именно она? Тим сам не мог точно ответить на этот вопрос, но его к ней тянуло. После недавнего разговора с отцом и его вспышки это чувство окончательно оформилось и прочно угнездилось в его душе. Вика становилась для него чем-то большим, чем коллега или просто друг, а во время совместных тренировок они сблизились еще сильнее. И ему было от этого страшно. Он не знал, как повлияют их отношения на дальнейший ход событий, не знал, ответит ли она ему взаимностью (хотя на объятия она ответила с готовностью). И, в конце концов, он просто боялся ее потерять. Ее дальнейшая судьба неизвестна. Неизвестно, останется ли она здесь, возможно даже с ним, или же она не вернется по другой причине. Мысли о «другой причине» Тим гнал из головы. Если Вика погибнет, он этого не переживет. Тоже погибнет. Если не в бою, так залезет на эту самую башню и отправится в яркий, но кратковременный полет вниз головой.

Была глубокая ночь, но обитатели трех комнат никак не могли уснуть. Вика думала о Тиме, Тим думал о Вике, и только двое в третьей комнате ни о чем не думали, а были полностью поглощены друг другом.

14.2

***

Утро началось со стандартного грохота. Я уже успела привыкнуть к этому чудо будильнику, и меня больше не сбрасывало с кровати. Я вообще уже ко многому успела привыкнуть: к местным порядкам, к занятиям в бешеном темпе и сумасшедшим нагрузкам. Я даже к магии привыкла и воспринимала ее как должное.

Сегодня меня ждали несколько лекций, а потом полигон до победного конца. То есть, пока не стемнеет окончательно, либо кто-нибудь из нас не упадет, что с моей замечательной способностью не грозило. Даже дождь не был нам помехой, ибо купол полигона не пропускал осадки. Кстати, об осадках, сегодня мне обещали показать заклинания из разряда стихийных.

Какой же меня ждал облом. Я уже неслась к своей аудитории, как на моем пути неожиданно выросла преграда в виде Виктора. В него-то я и влетела на полном ходу, не успев затормозить. Меня отбросило назад, но от падения уберегла сильная рука, схватившая за химок.

- Вот ты-то мне и нужна.

- Я на лекцию опаздываю, – я попыталась продолжить движение, но рука не отпускала.

- Перебьешься без лекции. У меня к тебе серьезный разговор, – он приподнял меня над полом и развернул на сто восемьдесят градусов (силен мужик!). – Ко мне в кабинет, живо!

Так, нужно срочно вспомнить, успела ли я накосячить, и если да, то где именно.

Упорная работа мысли результатов не дала. Косяков я за собой не видела, а, значит, разговор пойдет о чем-то другом.

- Присаживайся, – директор указал на стул сбоку от себя. С другого боку уже сидел какой-то мужчина. В школе я его не видела, так что вполне вероятно, что это даже не преподаватель.

- Это, - он указал на мужчину. – Анатолий Геннадьевич – глава Совета Магов. Все дальнейшее – его инициатива, так что я тут не причем.

А вот это мне уже не нравится. Что еще они придумали? На мои хрупкие плечи и так взвалили невозможное, хоть я и благополучно с этим «невозможным» справляюсь.

Тем временем мужчина откашлялся и начал свою речь, от которой у меня волосы по всему телу встали дыбом.

- Виктория, нам известно о ваших необычных способностях, и, в связи с этим, у нас есть к вам предложение.

- У кого это у вас? – ну не понравился он мне с первого взгляда.

- У Совета Магов, – Анатолий, как его, Геннадьевич наградил меня тяжелым взглядом. – Мы хотим, чтобы вы ушли из Школы, и перешли на обучение в постоянный магический отряд, созданный Советом.

- Ага, бегу – волосы назад, – Виктор пнул меня под столом и сделал «страшные глаза», хотя сам еле сдерживал улыбку. – Меня полностью устраивает мое пребывание в Школе.

- Вы, кажется, до конца не поняли, чего я от вас хочу. Там вам создадут все условия для дальнейшего проживания, обучения и развития дара. Это совершенно другой уровень и другие масштабы. Здесь вы помогаете всего четверым, а там сможете помочь четырем десяткам, а то и сотням первоклассных магов.

- Вот именно это меня и не устраивает. Я вам не неиссякаемый источник и моим возможностям есть предел. Я могу поддерживать четверых, но не факт, что осилю большее количество людей. Я элементарно не буду успевать.

- А зачем вы тогда вообще нам нужны? – он сощурил глаза. – Не проще ли будет отправить вас назад?

- Да пожалуйста. Такой вариант развития событий меня более чем устроит. Только тогда вы потеряете даже призрачные шансы на благоприятный исход. Так что это вы подумайте, так ли вам необходимо перетягивать меня из Школы? – ну не могу я молчать, когда мной пытаются манипулировать. И Виктор может хоть все ноги об меня отбить, а я один фиг не заткнусь.

- Вы осознаете, что в таком тоне разговариваете не с кем-нибудь, а с главой высшей магической инстанции? – его лицо пошло багровыми пятнами. – В конце концов, я могу вам просто приказать и вы, как маг, обязаны будете мне подчиниться.

- А вот тут ошибочка вышла. Я – не маг, – злобно прошипела я в ответ. – И если вы такие могущественные и всесильные, то какого хрена вы допустили эту ситуацию? Сами упустили проблему, довели ее до таких масштабов, а когда Виктор нашел выход, пытаетесь перетянуть одеяло на себя. Я. Никуда. Отсюда. Не уйду. И это мое окончательное решение. Что-то не устраивает – отправляйте меня назад и хоть танцы с бубном танцуйте, но справляйтесь сами.

- Ну знаете ли! – он уже был не пятнистый, а полностью багровый. – Не в вашем праве обвинять Совет и меня лично в бездействии! Но вы еще пожалеете о том, что отказали. Все пожалеете.

Он взвился со стула и вихрем вылетел из кабинета, на прощание хлопнув дверью.

- Спешу и падаю жалеть, – крикнула я в закрытую дверь. – Что вы на меня так смотрите? Или я должна была быстренько собрать вещи и поскакать следом?

- Я в шоке! Ты послала председателя Совета. Чего от тебя еще ждать?

- Он сам нарвался, – я сложила руки на груди и откинулась на спинку стула. – Или вы сами позвали его, потому что хотите от меня избавиться?

- Думай, что говоришь, – он подорвался со стула и начал расхаживать взад-вперед. – Я надеялся на твой отказ, но не думал, что он будет таким грубым. Этот мужик злопамятный, как черт. Как бы нам это все не аукнулось.

- Ну если хотите, давайте ему позвоним, и я извинюсь.

- И это будет выглядеть, как тот же посыл, но чуть более вежливый? Нет уж. Будь что будет. Просто на будущее: общайся со столь высокими чинами почтительнее. Мне же ты не грубишь, хотя я всего лишь директор Школы.

- Вас я уважаю. А этот мне сразу не понравился. Ненавижу, когда считают себя выше и круче всех. Пускай найдут свою батарейку, и пользуются на здоровье. А меня трогать не нужно. К тому же, я привыкла к ребятам, сработалась с ними, а что за упыри в этом их отряде, еще нужно посмотреть. Вы сами посудите: если бы мне просто было предложено некоторое время уделять другим магам, то я бы еще подумала. Хотя тут и свои выматывают до предела. Он же чуть ли не в приказном порядке потребовал, чтобы я бросила Школу. С моей стороны это было бы очень некрасиво, хотя бы по отношению к Тиму, который из-за меня рисковал своей жизнью.

- Ладно, это твое решение, и я им доволен. А теперь, у меня есть к тебе еще один разговор.

- Только не говорите, что сейчас сюда еще кто-нибудь зайдет и начнется очередная пропаганда на тему «вступайте в СС».

- Не скажу. Тут вот в чем дело… Сегодня назначены очередные переговоры с, нашими проблемными оппонентами. Ты хотела бы пойти с нами?

- А не рано мне посещать такие мероприятия? – я с сомнением посмотрела на Виктора. – Вдруг все опять пойдет не по плану и беседа перерастет в потасовку?

- Все может быть… Поэтому я и спрашиваю твоего мнения. Если ты откажешься, никто не осудит. Раньше же без тебя справлялись.

- А Тим пойдет? – тут же стала серьезной я.

- Вся команда пойдет.

- Тогда и я пойду. Я, как-никак, часть этой команды и моя помощь может пригодиться.

- Ты твердо это решила? Не испугаешься?

- Твердо. И я не боюсь. Хорошо, что вы предложили мне это. С темными у меня теперь есть и свои, личные счеты.

- Тогда сразу после лекций встречаемся в зале телепортаций. Помнишь, где он?

Я кивнула и вышла из кабинета. И так, одну лекцию я благополучно прогуляла, но у меня осталось еще две. Туда-то я и направлюсь.

***

- Тимофей меня убьет. Я же только ради приличия предложил, - Виктор смотрел на закрывшуюся вслед за девушкой дверь. – Но мне определенно нравится, что в первую очередь она поинтересовалась, будет ли там он.

***

Я влетела в аудиторию, чуть ли не выбив головой дверь. На меня удивленно смотрел Леша.

- Ну и где мы шарахаемся? Занятие уже началось.

- Извини…те. Я у директора была.

- Потом объяснишь, где ты была и почему такая взвинченная.

Он надел маску строгого преподавателя, через которую предательски просвечивали улыбка и задорный взгляд, и продолжил читать лекцию. У меня никак не получалось сосредоточиться на материале. Я все думала о предстоящей встрече. Как она пройдет? Разойдемся ли мы мирно (в чем, учитывая последние опыты, я сомневаюсь)? Как к моему присутствию отнесутся Тим и остальные члены команды?

Под конец второй лекции я окончательно убедила себя в своей необходимости. За последние три недели я многому научилась, и, случись что, мое участие может быть не лишним.

Кое-как дождавшись окончания очередного медитативного, и, к сожалению, бесполезного для меня занятия, я поскакала в сторону телепортационного зала. И все равно опоздала. Ребята были уже в сборе и ждали только меня.

- Ты тут что забыла? – или не ждали…

- Я с вами, – я встала напротив Тима и отступать не собиралась. – Мне Виктор разрешил.

- Что? Пап, ты это серьезно? – он гневно воззрился на отца, – Это и есть тот человек, которого мы дожидаемся? Ты с ума сошел? Она не готова. Это опасно!

- А, может, ты меня спросишь? – я развернула его к себе. – Или мое мнение тут никого не интересует?

- Интересует! Конечно, интересует! Только чем ты думала, когда принимала это решение? Если с тобой что-нибудь случится…

- Да-да, знаю, вы потеряете последний шанс на благоприятный исход Сколько можно? Я только и слышу о своей необходимости, а как доходит до дела, ты пытаешься запихнуть меня подальше. Это не может продолжаться вечно.

- Дура! – взвился Тим. – Ты хоть понимаешь, на что идешь? А если опять начнется бойня?

- Сам дурак! Я все понимаю. Хватит трястись надо мной, как над хрустальным яйцом.

- Да нихрена ты не понимаешь! Я не хочу тебя пускать, потому что боюсь за тебя.

- Я тоже за тебя боюсь, - я резко успокоилась и перестала повышать голос. – Так что, давай забьемся в дальний угол, и будем бояться вместе?

- Ты за меня боишься? – его запал как рукой сняло.

- Да, –я пожала плечами.

- Все решили, голубки? – вмешался довольный чему-то Виктор. – Выдвигаемся.

Он сделал несколько пассов, и перед нами заклубилось светло-серое облако.

- Тим, - я дернула его за рукав. – А это что?

- Телепорт.

- А почему мы сюда не телепортом добирались, а при помощи этой центрифуги?

- Потому что мы скакали сквозь время. А для перемещений в рамках одного мира, одного временного отрезка и небольшой группы людей достаточно простого телепорта, – парень пустился в объяснения. – А вот если бы нас было не шесть, а, скажем, шестьдесят, то проще было бы открыть портал.

Директор вошел в телепорт первым. Следом пошли Леша, Саша, Яна, и, в самом конце Тим и я, вцепившаяся в его руку. Никакой разноцветной круговерти перед глазами. Только плотный туман, в котором невидно даже собственных рук. Ощущения тоже были иными и немного неприятными. Ладно хоть голова от этого не кружилась, а то вот было бы весело, если бы я выпала из телепорта как куль с мукой.

Мы оказались на большой, залитой солнцем поляне. Здесь уже находилась небольшая группа людей, среди которых был давешний председатель. Он посмотрел на меня с нескрываемым удивлением, а потом злобно сощурился и направился в нашу сторону. Я тут же спряталась за спину Тима.

- Ты чего? – удивился он.

- Я сегодня с этим дядькой поругалась.

- Ты поругалась с главой Совета Магов? – он выпучил на меня глаза.

- Ага. Этот хрен с бугра пытался переманить меня к себе в какой-то элитный отряд. А мне это не понравилось.

- Ну ты даешь! Да о вступлении в первый отряд магов мечтает каждый.

- И ты хотел бы, чтобы я ушла?

- Нет конечно. Они же тебя там заездят.

- Ну да. А ездить на мне – это только твоя привилегия.

Глава уже переговорил с Виктором и направлялся ко мне. Тим покрепче взял меня за руку.

- Кого я вижу, – с его слов прямо капал яд. – Не боитесь случайно попасть под раздачу?

- Не боюсь.

- Под какую раздачу? – сказал Тим в унисон со мной.

- Ах да, вас же не предупредили… Мирных переговоров не будет, – он говорил это таким тоном, как будто рассказывал о погоде. – Мы решили нанести удар. Небольшой эффект неожиданности для темных. Видите, ту группу людей? Это часть магического отряда, в который я вас приглашал, но вы неблагоразумно это приглашение отклонили. Не передумали?

- Не передумала. Если это все, что вы хотели сказать, то не могли бы оставить нас наедине.

Анатолий Геннадьевич фыркнул как зажравшийся кот, которому вместо свежего мяса предложили консервы, и с гордым видом удалился.

- Кажется, зря я не запер тебя где-нибудь, – сказав это, Тим побежал к отцу.

Они о чем-то спорили, и в конце этого спора Тим вернулся злющий, как цепной пес.

- Что-то случилось? – я обеспокоенно заглянула ему в глаза.

- Случилось. Отец не может сейчас отправить тебя назад в Школу.

- А кто тебе сказал, что я сейчас туда вернусь? – я снова начинала закипать.

- Ты что, не слышала, что сказал Анатолий Геннадьевич? – он и так был раздражен.

- Слышала. И именно поэтому никуда не уйду, - я сложила руки на груди. – Я буду помогать.

- А если…

- Никаких «если», – я грубо его перебила. – Если не хочешь, чтобы со мной что-нибудь случилось, охраняй лучше.

- Настырный Ежик, – он покопался в кармане и вытащил тонкую цепочку с небольшой подвеской. – Вот, думал отдать позже, но лучше уж сейчас.

- Что это? – я вертела в пальцах презент, забыв привычно уже огрызнуться на «Ежика».

- Это, своего рода, маячок. С помощью него мы сможем тебя найти. А также это средство связи. Ты не можешь общаться также как мы, магическим способом, но я, покопавшись в литературе, сделал для тебя это. Сейчас он настроен только на меня. На остальных еще не успел. Хорошо, хоть додумался с собой захватить.

- Круто! А как им пользоваться?

- Все очень просто. Сожми его в ладони и подумай о том, с кем хочешь связаться, в данном случае, обо мне, и позови. Я почувствую сигнал и отвечу. Связь осуществляется на ментальном уровне, поэтому вслух говорить не нужно. Давай попробуем, – он застегнул цепочку у меня на шее.

Я тут же сжала кулон в ладони.

- «Тим?», - долгую секунду ответа не было.

- «Я тебя слышу», – раздался где-то в голове его голос. – «Попробуй сказать еще что-нибудь».

- «Портал открывается».

- «Какой...» Какой портал? – он посмотрел на меня

- Большой, – Я уже показывала пальцем на противоположный край поляны. – Очень большой и нехороший, – чем отличались хорошие порталы от нехороших, я не знала. Но этот определенно относился ко вторым.

На том конце поляны развернулась огромных размеров воронка, из которой показались люди. Много людей. Раза в два, а то и в три больше, чем нас.

Мы подошли к остальным и Тим тут же оттеснил меня за спину, накрыв при этом щитом.

- Не высовывайся, – я послушно осталась стоять за его спиной. Сейчас был не тот случай, чтобы ерепениться.

Но любопытство все-таки пересилило здравый смысл, и я высунулась из-за Тимовой спины, не забыв переключиться на магический диапазон восприятия. Отряд Совета тут же дал дружный залп по противнику. Эффект неожиданности… не сработал. Все выпущенные пульсары впитались в щит огромных размеров.

- Вы что, и правда думали, что мы вот так вот, без защиты, явимся к вам? – заговорил мужчина в черном балахоне. – Какие же вы, светлые, наивные.

Я во все глаза уставилась на этого субъекта, и по моей спине пробежало стадо мурашек. Именно его я тогда видела во сне! И так же, как и тогда, рядом с ним стояли Макс и эта девица.

Ой-ой! Во что я влипла? Я внимательно осмотрела членов нашей команды. Бестолочь, надо было не болтать, а подпитать ребят. Оглядевшись, я начала хватать ближайшие ниточки и вплетать их в ауру Тима. Стоило только посмотреть на них и нас, сразу было видно, кто тут сильный, а кто так, погулять вышел.

- Вик, что ты делаешь? – не поворачивая головы в полголоса спросил он. – Меня же сейчас разорвет от переизбытка энергии.

- Замолчи и не мешай, – я закончила с ним и переместилась поближе к Саше.

Тим еще пробовал пошикать на меня, и загнать назад к себе за спину, но я послала его далеко и надолго. Я выполняю то, для чего меня готовили. Иначе, что я тут делаю?

Накачав до предела всех ребят, я попробовала пробраться к Виктору, но Тим бесцеремонно ухватил меня за шиворот и спрятал за себя.

- А кого это вы там прячете? – взгляд Магистра (я не сомневалась, что это был он) устремился прямо на меня. – Покажитесь, милая леди.

Он щелкнул пальцами, и меня на чудовищной скорости проволокло сквозь наши редкие ряды чуть ли ни ему под ноги.

- А сколько щитов на вас понавешано, – он покачал головой. – Максим, убери лишний балласт с девушки. Ей же с таким грузом ходить тяжело.

- Только тронь ее, – Тим вырвался вперед и попытался закрыть меня собой. – Я тебе руки переломаю!

Его отшвырнуло мошной энергетической волной, и он пару метров проехался на спине.

- Тимош, ну что же ты? Не уже ли она тебе так дорога? А я думала, что у нас с тобой все серьезно, – отошедшая от Магистра девушка капризно надула губки. – Какой ты не постоянный.

Я перевела взгляд на Макса. Он срывал с меня щиты один за другим, и они лопались, как мыльные пузыри. Лопнул последний. В руке у Макса уже формировался пульсар, когда мне в голову пришла безумная идея. Я подскочила к нему вплотную и запустила руки в ауру. Если я могу давать, то почему бы не попробовать отобрать? Ухватившись за веревку из энергетических нитей, я резко дернула ее на себя. Все тело на секунду прошила острая боль, но веревка поддалась и начала покидать пределы радужного сияния. Только вот на вид она была не такая, как та, с которыми я имела дело, и ощущения от прикосновения с ней были неприятными. Такое чувство, как будто я с головой окунулась в помойную яму. Нити были намного темнее, грязно-коричневые, и пополнялись не из вне, как у ребят, а шли прямо из тела Макса. Как будто у него внутри стоял свой аккумулятор. Даже аура отличалась. При ближайшем рассмотрении оказалось, что обрамляет ее не легкое серебристое свечение, как у светлых, а темный, матово светящийся контур.

По мере вырывания энергии из ауры взгляд Макса менялся с насмешливого на удивленный, и, следом, на испуганный. Я одной рукой продолжала рвать нити, а другую поднесла к груди и ухватилась за кулон.

- «Тим!», - что есть мочи мысленно завопила я. – «Скажи остальным, пускай атакуют!»

- «Нельзя», - он тут же откликнулся на мой зов. – «Ты слишком близко».

- «А потом будет поздно!»

Я с силой рванула энергетическую веревку на себя и отскочила. Как раз вовремя. Макс закатил глаза и завалился вперед. Его аура еле-еле просматривалась, а энергетических прожилок практически не было видно.

Наши доблестные маги, увидев, что даже я смогла справиться с темным, решили наконец атаковать. Темные, незамедлительно, ответили тем же. Я, вместо того чтобы бежать под защиту светлых магов, кинулась под градом пульсаров к Тиму. Они с этой девицей кружили по небольшому пятачку и забрасывали друг друга боевыми заклятиями. Улучив момент, когда она повернется спиной ко мне, я побежала к ней и похлопала по плечу. Девица отвлеклась на меня, за что сразу же поплатилась разбитым носом. Тим добил ее парализующим заклинанием, и мы вместе понеслись к нашим.

Правда, уже было не особо понятно, где «наши», а где «чужие». Ряды постепенно смешивались, и все больше было парных потасовок, либо стычек типа все на одного. В роли одного, за счет численного дефицита, выступали наши бойцы.

Тим быстро понавесил на меня с десяток новых щитов.

- Вик, ты можешь где-нибудь спрятаться? – он взял меня за плечи и заглянул в глаза.

- Ты же знаешь, что нет, – я не глядя хватала энергетические нити и запихивала в него. – Все будет хорошо. Хуже уже просто некуда.

Не знаю, что он сделал, но меня отнесло к краю поляны. Я попыталась было рвануться назад, к нему, как меня тут же отбросило невидимой упругой преградой.

- «Прости», - в голову толкнулся голос Тима. – «Это энергетическое поле, за его пределы ты не выйдешь. И размотать его тоже не пытайся – долбанет, – В его последних словах я тут же убедилась, хватанув первую попавшуюся нить. – Так будет лучше».

Я бессильно билась в края поля и наблюдала, как он ломанулся в самую гущу.

Энергия быстро убывала, как у своих, так и у чужих. Только у чужих ее было намного больше, и это не столь сильно им вредило. А я не могла ничего сделать.

- «Тим! Выпусти меня!»

- «Нет!»

- «Убью!»

- «Убьешь. Но позже».

Самодовольный засранец! И почему я так и не научилась управлять энергией на расстоянии? Самое время поучиться сейчас.

Я выцепила взглядом тонкие, едва заметные с такого расстояния ниточки и попыталась мысленно приблизить их к кому-нибудь из ребят.

Ну, миленькие мои, ну пожалуйста! Ближайшие ниточки поддались. Или мне это только кажется? Да нет же, точно не кажется! Я сосредоточилась, и нити, под моим взглядом потекли в резерв Тима.

- «Это ты?»

- «Я. Не мешай, а то собьюсь».

Я судорожно начала искать в этой толчее Сашу, Лешу, Яну и Виктора. Не сразу, но мне это удалось. Осталось повторить то же самое на них.

Со второй попытки у меня начало получаться. Я разговаривала с нитями, как с маленькими детьми. Уговаривала их помочь. И они, как будто, откликались на мой зов и шли туда, куда я им указывала. Ребята в недоумении оглядывались и никак не могли понять, где я, и как им помогаю.

Разобравшись с командой, во мне проснулась бешеная жажда деятельности, и я начала заряжать всех подряд (светлых, конечно). Люди не понимали, откуда у них берутся силы, но отказываться явно не собирались.

- Найдите эту тварь! Живо! – над поляной разнесся многократно усиленный голос Магистра.

- На ней полог невидимости. Ее нигде нет, – ему также громогласно ответили.

Эти идиоты что, мысленно общаться не могут? Им же хуже, мне же лучше! Кто-нибудь меня обязательно прикроет.

От общей свалки отделилась Яна и побежала в мою сторону. Что она творит? Увидят же! И точно, следом за ней рванула магисторская девица (уж не знаю, как ее). Яна на ходу щелкнула пальцами, и я увидела, как один из покрывающих меня куполов растаял тонкой дымкой. Путем нехитрых размышлений я поняла, что это приказала долго жить моя невидимость. Еще один щелчок – и прощай силовое поле.

Яна подбежала ко мне, а следом подлетела вторая девушка.

- Лизка, не смей, – так это и есть бывшая Тима? То-то она пела ему про непостоянство.

- Да ну, брось. Она нам и так много чего пообломала. Макс в отключке валяется.

- Еще не время.

Казалось, спорщицы не замечали меня, чем я и попыталась воспользоваться, прошмыгнув мимо как мышка. К сожалению, мои габариты далеки до мышиных. Лиза резко подалась вперед и вытащила меня за волосы из-за Яниной спины.

- Куда собралась, лахудра?

- Пусти!

- А больше ничего не сделать? – она смеялась надо мной, а Яна молча за этим наблюдала.

- Сделай. Исчезни, будь так добра.

- Ам-м-м… Нет. С вами веселее.

- Лиз, пусти ее, – подала голос моя подруга. – Магистр тебя по головке не погладит, если ты ненароком убьешь девчонку.

- А я не собираюсь ее убивать. Пока. Ты же знаешь, она еще нужна. Этот экспериментатор до чего-то додумался.

- Яна, да тресни ты ее чем-нибудь! – я взвыла от боли, когда эта овца в очередной раз дернула меня за волосы. – Или мне дай, я сама тресну.

- Прости, – она опустила глаза и отошла. – Делай, что считаешь нужным.

В следующую секунду меня сбило с ног и ударило об землю. Воздух резко вышел из легких, и я никак не могла загнать его назад. К нам бежал Леша, прикрываясь щитом от летящих в него пульсаров и кидая в нас (надеюсь, не в меня конкретно) своими.

- Отдохни! – Лизка довольно быстро очухалась и запустила в его сторону какой-то дрянью, отчего он упал и потерял сознание. Даже щит не помог.

- Ты что творишь? Он же мой брат! – заорала Яна.

- Да мне плевать. Он мешается. Но ты же мешать не будешь?

- Я? С чего? – взгляд у нее сделался ну о-очень не хороший. – Я даже помогу.

На меня обрушилась очередная волна боли и сознание померкло.

Глава 15

ГЛАВА 15

Голова гудела как церковный колокол, а по всему телу разливалась тупая боль. Связанные руки и ноги не давали толком пошевелиться и страшно затекли.

Попытка сообразить, где я нахожусь, не принесла никаких результатов. Полутемное помещение с каменными стенами и каменным же полом с маленьким окошком под потолком навели только на мысль, что я не в Школе. Не слишком умная мысль, но хоть какая-то.

О том, чтобы дотянуться до кулона и связаться с Тимом не шло и речи. Руки были связаны настолько туго, что я еле могла шевелить запястьями, не говоря уже о том, чтобы перекинуть их вперед. Ну что ж, рано или поздно меня придут проведать, для чего-то же меня здесь закрыли. Будем ждать и попробуем что-нибудь придумать.

Подождать и как следует подумать мне не дали. Дверь отворилась с ужасающим скрипом и впустила в мое обиталище Магистра. Низенький старичок подошел ко мне в плотную и поднял за ворот рубашки.

- При моем появлении ты должна стоять.

- Я вам ничего не должна. Выпустите меня отсюда!

- Какая резвая, посмотрите только. Ты, видимо, не поняла кто перед тобой, – он приосанился и посмотрел на меня, как на насекомое. – Я – сильнейший маг этого мира. Магистр Темной магии и будущий правитель!

- Ага. А я Королева Виктория, – надо же, какая у дедушки мания величия.

- Ерничай, ерничай, пока можешь. Потом тебе будет не до этого. Вот, - он щелкнул пальцами и на полу появились кружка с водой и миска с чем-то полужидким (надеюсь, с кашей) и воткнутой в это «нечто» ложкой. – Я сегодня добрый, поэтому можешь поесть.

- Интересно, каким образом? Может, руки развяжете.

- Выйду за дверь и развяжу, – вот старый хрыч!

Как только за ним закрылась дверь веревки с рук и ног сползли, как змеи и свернулись аккуратными колечками у стены. Я пинком отправила их к двери. Размяв затекшие запястья и ступни, я села на драный матрац, валявшийся здесь же, у стены, и первым делом ухватилась за кулон. То ли я не так представила Тима, то ли не так звала, но он так и не откликнулся.

И что мне теперь делать? Я посмотрела на миску с едой и решила, что травить меня им не выгодно. Хотели бы – убили сразу. А кушать и правда хочется.

Это действительно оказалась каша. Перловая. Ненавижу. Кое-как затолкав в себя порцию (черт знает, когда я опять поем), я облокотилась на стену и продолжила попытки связаться с Тимом.

После получаса, а может и больше, кто знает, мне в голову полезли нехорошие мысли. А вдруг с ним что-нибудь случилось? Там такая мясорубка была, он мог пострадать. Я поднялась и начала судорожно расхаживать по камере. Пять шагов вперед – пять назад, пять вправо – пять влево. Попыталась допрыгнуть до окошка, но куда мне. Да даже если бы и получилось, я при всем желании туда не протиснусь, оно максимум на кошку рассчитано.

Дверь снова заскрипела. Я ожидала, что снова приперся Магистр, но это был Макс. Он подошел ко мне вплотную и наотмашь ударил по лицу.

- Это тебе за выходку на поле. А это, - он еще раз меня ударил. – Просто так, для профилактики.

- Все? – я вытерла кровь с разбитой губы – А теперь можно мне немного помстить?

Я потянулась к его ауре, но он перехватил меня за руку и до хруста вывернул пальцы. От боли потемнело в глазах, и я упала на колени. Кажется, пару пальцев он мне сломал.

- Че развалилась? Вставай, тебя ждет Магистр.

- Да пошел твой магистр, вместе с тобой, в …!

- Ай-ай, как грубо, – он схватил меня за волосы, рывком поднял и толкнул к двери. – Пошла, я сказал! И только попробуй что-нибудь выкинуть, я тебе вторую руку сломаю.

Я, почему-то не сомневалась, что он приведет свою угрозу в действие, и безропотно поплелась на выход.

Он привел меня в большую комнату, заставленную шкафами доверху забитыми книгами. У окна стоял огромный письменный стол, за которым восседал его сиятельство Магистр Темной магии, будущий правитель всея Руси. Он сразу обратил внимание на то, что правую руку я баюкаю у груди.

- Максим, ну я же просил, без увечий. Хотя, будем считать это маленьким воспитательным моментом.

Он сделал пасс рукой, и я взвыла от боли. Пальцы выпрямились и кисть окутало белой дымкой, которая через секунду затвердела и превратилась в подобие гипса.

- Я сегодня очень добрый, – он откинулся на спинку высокого кресла.

- Что вам от меня нужно?

- Маленькая услуга.

- Перебьетесь.

- А вот хамить не советую. Или тебе одной сломанной руки мало?

Я униженно замолчала. Мне было страшно. Страшно находиться здесь, в одной комнате с этими людьми. Я не знала, чего они от меня хотят, и эта неизвестность страшила больше всего. Понятно было одно – живой меня отсюда не выпустят.

- Я вспомнил свои старые эксперименты, и придумал, как использовать тебя в своих целях, – сказал это так, как будто я тотчас должна запищать от восторга и радостно запрыгать. – Как преобразовать светлую энергию в темную. Жаль, что это возможно только один раз, – он печально вздохнул. – Потому что, после этого ты сразу умрешь.

У меня похолодело все внутри, и от затылка промаршировал отряд мурашек.

- Но, повторюсь, я сегодня необычайно добрый, поэтому ты проживешь еще два дня. Можешь за это время попрощаться со всеми близкими, жаль, что только мысленно, – он рассмеялся своей остроте и ему вторил смех Макса.

О да! Ты, сволочь, даже не представляешь себе, как далеко пойдут мои мысли. Лишь бы только с Тимом все было в порядке.

Магистр подошел ко мне и сделал несколько пассов руками, отчего меня сковало так, что я даже пальцем на ноге пошевелить не могла.

- Это будет не больно. Больно будет потом, – он гаденько захихикал и начал производить рядом со мной какие-то манипуляции. – Максим, смотри внимательно. Я делаю слепок с ее ауры. Он нужен для калибровки некоторых инструментов.

Лишь бы он не заинтересовался кулоном. Тогда мои шансы на вызволение будут равняться нулю. Но, видимо, жизнь решила, что на сегодня с меня дерьма достаточно, и кулон не привлек магисторского внимания. Через несколько минут с меня спало оцепенение, и Магистр брезгливо отряхнул руки.

- Отведи нашу гостью назад, в ее шикарные апартаменты, – тоже мне, остряк-самоучка. – Ей нужно отдохнуть и набраться сил.

***

Макс отвел меня назад в камеру и сам вошел следом, плотно прикрыв дверь.

- Не хочешь расслабиться напоследок? – он прижал меня к стене и провел рукой по лицу. – Или тебя Тим расслаблял?

- Руки убери. Ты мне противен.

- Зря, - он отодвинулся от меня. – Но разве нам было плохо вместе? Тогда я тебе противным не казался, даже наоборот.

- Как ты это сделал?

- Что?

- Как смог влюбить меня в себя? Может, перед смертью утолишь мое любопытство?

- Хм… А почему бы нет? – он отошел в другой конец камеры. – Это было не сложно. Пару капель афродизиака в кофе – и ты моя на веки. Нужно лишь не забывать время от времени давать новую дозу. Признаюсь, когда ты почувствовала его вкус, я немного испугался. Но, так как ты ничерта не смыслишь в магии и подобных вещах, обмануть тебя ничего не стоило. И ты даже не задумалась о том, что так быстро в меня влюбилась. Что-что, а мозги тебе запудрить элементарное дело.

- Зачем ты это сделал? Меня же нужно было просто убить.

- Знаешь, мне показалось забавным сначала заставить тебя почувствовать счастье, а потом все отобрать. Да и позлить этого лопуха Тима тоже непередаваемое удовольствие. Отобрать у него одну девушку, потом из-под носа увести другую. А он даже не подозревает, что его ждет еще один удар. Как жаль, что Яночка так и не смогла его охмурить, а то это было в два раза приятнее.

- Какая же ты мерзкая тварь!

- Возможно. Но очень хорошо, что я так тебя и не убил. Теперь ты нужный элемент в нашем деле. Мы уже думали, как выкрасть тебя со Школы, но кто же знал, что Анастасия так обломается.

Ах ты ж! Теперь все встало на свои места. Вот почему мне показалась, что ее аура другая. Она была темная. Такая же, как у Макса.

- Она кинула в тебя заклинание телепортации. Маломощное, но за пределы школы оно бы тебя выбросило, а там уже ждали мы. Затащить тебя на полигон было делом техники. Яна убедила Сашу, что тебе необходимо присутствовать на практике. И все бы получилось, но ты не вовремя проявила свои способности. Как хорошо, что Лиза перестраховалась, и устроила ей маленькую амнезию, которая дала нам неплохую фору. И как только вы смогли пробиться через столь мощный блок? Мы разработали новый план, но он не пригодился. Ты сама приперлась на поляну, прямо к нам в руки. Как была дурой, так дурой и помрешь, – он подошел к двери. – Счастливо оставаться.

Дверь с грохотом захлопнулась и по ту сторону заскрежетал засов. Я села на матрац и привалилась к стене. Что ж, теперь пазл сложился. Ответы на все вопросы получены, осталось выяснить, зачем я им. То есть, зачем, тоже уже понятно, но смысл от разового использования? Видимо, есть смысл. Лучше бы сразу убили.

***

Я снова пыталась связаться с Тимом и снова безуспешно. Чувство, что с ним что-то случилось меня не только не покидало, а теперь многократно усилилось. Сердце опутал липкий страх. Не за себя – за него.

За этот месяц он стал для меня очень близким. Я не соврала, когда сказала, что боюсь за него. И то, что он стал для меня больше, чем просто другом, тоже было правдой. В этом я призналась себе еще после прогулки на башню. После нее же появилась надежда, что он тоже что-то ко мне чувствует. Благодаря ему я поверила, что все будет хорошо, что мы сможем все преодолеть. И сейчас эта вера разбилась вдребезги. Я не пойми где, с Тимом связи нет, жить мне осталось два дня. А ведь планировался год и возвращение. Облом, Виктория Алексеевна. Утрите сопли и смиритесь с неизбежным.

Я легла на матрац и позорным образом разревелась, да так и уснула, время от времени всхлипывая во сне.

***

- Ну как он? – Виктор стоял в коридоре у закрытой двери и разговаривал с женщиной в белом халате.

- Только что пришел в себя. Куда вы? Туда нельзя, он еще очень слаб.

Но Виктору было плевать на предостережение врача. Там, за дверью, на протяжении суток боролся за жизнь его сын, и все эти сутки он ничем не мог ему помочь, даже зайти. Но когда он, наконец, одержал победу над Костлявой, Виктор должен был его увидеть. Убедиться, что сын действительно жив. Что его не обманывают. Что мальчик дышит. Следом попытались пробиться Яна, Саша и Леша, но их не пустили.

- Сынок, ты как? – отец сел на стул у постели и обеспокоенно посмотрел на сына.

- Хреново, – голос Тима был слабым и тихим. – Но, кажется, живой. Чем все закончилось? Где Вика?

- Мы еле унесли ноги. У нас большие потери. Главу Магического Совета теперь проще засыпать свежей землей, чем соскрести со старой. Половину элитного отряда развеяло по ветру. Тебя вытащил Леша. А Вика… - Виктор замолчал, не зная, как сообщить сыну печальную новость.

- Что с ней? – Тим побледнел еще сильнее и по цвету слился с наволочкой. – Она жива?

- Мы не знаем. Яна видела, как Лиза открыла телепорт и утащила ее. Она ничем не смогла помешать, сама чудом не напоролась на заклинание.

Тим закрыл глаза, казалось, он сейчас заплачет. Как же так получилось? Она была невидима, она помогала им.

Он заподозрил неладное, когда его резерв перестал пополняться, но отвлечься и проверить все ли в порядке не мог. На него с двух сторон наседали темные, щиты трещали по швам, энергии было практически на нуле. На поле уже лежало несколько бездыханных тел. Темные брали верх, а светлые, оставшись без поддержки, все сильнее сдавали позиции. Последнее, что помнил Тим – это ослепительная вспышка, сопровождаемая взрывом. Его и противников разметало по разным сторонам и бросило на землю. Щиты лопнули. Лицо начала заливать горячая кровь. Он еще пытался что-то сделать, но перед глазами все поплыло, и молодой человек отключился. Включился он уже здесь, в школьном лазарете, с перемотанной головой и обожженными руками. От виска к подбородку, пересекая щеку, шла рана с уже запекшейся кровью. Врач проверила его реакции и вышла за дверь. Тут же вломился отец, не обращая внимания на ее протестующие крики.

Ему было плевать, что там с остальными. Его волновала только Вика. Тим корил себя, за то, что не уберег, за то, что вообще позволил ей идти с ними. Нужно было настоять на своем. Пускай бы они поругались, пускай бы она обиделась, но сейчас она была бы здесь, рядом с ним. Живая и невредимая. Пыталась улыбаться сквозь слезы и гладила бы по волосам. Ругала, обижалась, но все равно была бы рядом. Все было бы хорошо.

- Пап, позови, пожалуйста, Яну, – попросил он через некоторое время. – Я хочу с ней поговорить.

- Она уже все рассказала мне.

- А теперь пускай расскажет мне, как посторонний маг умудрился расколоть полог невидимости и силовое поле, замкнутые на членов нашей команды.

- Так ты…

- Да. Я перестраховался. Заклинания мог снять я, либо кто-то из вас четверых. Я специально это сделал. Только ей пока ничего не говори.

Виктор понимающе кивнул и пригласил Яну. С ней зашли и остальные ребята. Они тут же кинулись к Тиму и начали расспрашивать о его самочувствии.

- Жить буду, – Тим попытался сесть, и отец помог ему, подставив подушку в нужное положение. – Ян, что там произошло?

- Лиза уволокла Вику телепортом.

- Это я уже слышал от отца. Как я понял, ты все видела. Расскажи подробнее, как это вообще получилось? – Тим прожигал девушку взглядом.

- Я не знаю как, но она ее обнаружила. Когда я подбежала, было уже слишком поздно. Я видела лишь, как она уводит ее в облако.

- Не понял, – в разговор влез Леша. – Ты же там с самого начала находилась. Я видел, как ты бежала, следом неслась Лиза. На мою попытку вмешаться она меня чем-то так огрела, что я чуть конечности не растерял.

- Ну да, точно, – Яна бросила на брата уничижительный взгляд. – Я действительно была там, но я не могла ничего сделать. Попробуй я влезть, она убила бы Вику.

- А кто снял с нее невидимость и силовое поле?

- Как кто? Лиза конечно! Ты что, мне не веришь? – у нее начиналась натуральная истерика со слезами. – Я не могла ничего сделать! Она чуть не убила Лешу. Она убила бы нас всех, и меня и Вику. Я не могла, не могла!

Девушка в слезах выбежала из палаты.

- И как это понимать? – Леша смотрел вслед сестре. – Сначала соврала, теперь вообще истерику строила. Ну не смогла ты помешать, испугалась, так скажи правду. Загадочная женская душа…

- Я не знаю зачем, но невидимость и поле сняла твоя сестра.

- Эй, ты говори, да не заговаривайся. Янка, конечно, дурында, но этого она сделать не могла. Да и зачем? Не смотри так на меня. Я в своей сестре уверен. Она не темная, она наша.

- А вот я уже ни в чем не уверен… Ребят, не обижайтесь, но я хочу побыть один, – Леша и Саша, понимающе кивнув, вышли из палаты. – Пап, один – значит один. Тебя это тоже касается. Прости, но мне нужно подумать.

- Хорошо. Если что, вызывай, – Виктор вышел из палаты вслед за ребятами.

Вызывай… Точно! Можно же попробовать связаться с Викой! Лишь бы сил хватило, и лишь бы она была в сознании. Лишь бы была жива.

Тим сосредоточился на ее образе, представить нужно было как можно точнее. Первая попытка не принесла успеха. Либо она слишком далеко, либо зов слишком слабый. Можно попробовать какое-нибудь яркое воспоминание, связанное с ней. Эмоции дают более сильный эффект. Он начал вспоминать. На ум сразу пришла их прогулка на башню, балкон. В сознании всплыли чувства, которые он тогда к ней испытал: нежность, теплота, желание защитить от всех и вся… Любовь… Да, именно любовь, которая только сейчас приобрела форму и вошла в силу, больно резанув по подсознанию своей яркостью.

- «Вика», - он тихо позвал, возможно, даже прошептав ее имя.

- «Тим? Тим, это ты?», - в голове так же тихо отозвался ее голос. Только бы это не оказалось галлюцинацией.

***

- «Вика», – Я проснулась от того, что до боли знакомый и родной голос произнес мое имя.

- «Тим? Тим, это ты?»

- «Да, я», – голос был слабым и доносился как будто сквозь вату.

- «Тимочка! Миленький! Я звала, звала тебя, а ты не откликался. Я так испугалась», - по моим щекам потекли слезы.

- «Не плачь, теперь все будет хорошо. У нас мало времени, я могу отключиться в любой момент. Где ты?»

- «Я не знаю. Какой-то подвал. Я у Магистра. Он что-то задумал, как-то меня использовать. Сказал, что мне осталось два дня», – я посмотрела на окошко. Когда засыпала, было уже темно, а сейчас в него било солнце. – «Кажется, уже один… Тим, ты в порядке? Я так боялась, что с тобой что-нибудь случилось».

- «Живой, но не невредимый. Мы вытащим…», - парень закатил глаза и сполз по подушке.

- «Тим! Тимочка! Милый мой, любимый!», - связь оборвалась, и он не отвечал на мой зов.

Он жив! Но почему он так быстро отключился? Что с ним? Не важно, главное, что он живой и нашел меня. Теперь все будет хорошо! Я уверена в нем.

Снова заскрипела дверь и в камеру вошла… Лиза. Ну правильно, старый хрыч и молодой подонок у меня уже были, осталась только юная стерва.

- А тебе тут что надо?

- Поболтать зашла. Тебе здесь, наверно, скучно, вот я и решила развлечь, – ну прям сама любезность. – Заодно завтрак принесла.

- Спасибо за заботу, – не менее любезно отозвалась я (задушила бы гадину). – Но мне не скучно.

- А мне плевать. Мне скучно. Решила тебя рассказами потешить, сама заодно развеюсь, – она щелкнула пальцами и перед ней материализовался стул, который она тут же оседлала задом наперед. – Ешь давай, а то еще в обморок с голодухи грохнешься.

У меня возникло желание грохнуться в обморок прямо сейчас, ей на зло, но я все-таки взяла тарелку с бутербродами и чай.

- И что же ты мне такого интересного можешь рассказать? Как Тима бросила и с Максом закувыркалась?

- Вижу, тебя уже просветили, чьей девушкой я была? Кто-то из ребят или не уж то сам Тимоша разоткровенничался? А давай я расскажу свою версию событий. Ты не против? Отлично. Мы познакомились с ним, давно. Я училась на курс младше Тима, вместе с Яной и Сашей. Он всегда выделялся из толпы. Такой красивый, сильный. Ну ты знаешь. По нему сохло, да и сейчас сохнет, половина Школы. А повезло мне. Правда, пришлось попотеть. Сначала он вообще меня не видел, поэтому я решила за Лешкой поувиваться. Но тут меня быстренько Саша на место поставила. Зато потом Тимоша все-таки обратил на меня свой взор. Ах, какая у нас была любовь!

Вот нахрена она мне это все рассказывает? Но затыкаться эта крыса явно не собиралась.

- Бурный роман, зависть женской половины Школы. Как же, отхватила такого красавца, да еще и директорского сынка. Он хоть и не говорит об этом, но не заметить сходство между ними сложно. Тим просто копия своего папаши. И идеалист он такой же, аж противно! Мухи без дела не обидит, а о том, чтобы подраться, вообще речи идти не могло. Хотя, слышала, сейчас он поступился своими принципами. С ним было спокойно, слишком спокойно, и со временем меня начало это бесить. А потом я сдружилась с Максом. Это начало бесить уже его. Я как энергетический вампир жила на вспышках его ревности. Сама их провоцировала, и допровоцировалась… Поняла, что нахрен мне твой драгоценный Тимоша не нужен, когда есть Макс с большими перспективами. Он на тот момент уже был темным и ждал удобного случая, чтобы уйти окончательно. Когда он позвал меня с собой, я ни секунды не сомневалась. Тут же порвала с Тимом и начала встречаться с ним. А этот телок еще две недели ничего не знал. Зато, когда узнал… Ммм… Любо дорого было посмотреть, как он кинулся бить морду Максу и как Макс его разукрасил. Чем не подходящий момент, чтобы свалить из этой компании неудачников? Мы и свалили. Как же Тимоша страдал. Еще месяц назад на нем лица не было, когда он меня видел, а теперь значит, ты появилась… Заняла, так сказать, нишу. Я бы на твоем месте сто раз подумала, прежде чем связываться с этой семейкой и конкретно с Тимом. Он все равно все еще любит меня. Не веришь? Зря. Он даже браслет, мой подарок, до сих пор носит. Подумай-подумай… Так на чем я остановилась?

Макс привел меня к Магистру. Препротивный, я тебе скажу, старик, но силен как Бог. Если бы наши, точнее уже ваши, не брыкались, а добровольно сдались, то весь мир бы уже преклонялся перед его могуществом. Я сразу же приняла темную сторону дара. Тоже противное ощущение. Как будто тебя сначала выворачивают наизнанку и рвут на куски, а потом собирают заново. Но оно того стоило. Пока не нашли тебя, ни один из светлых мне и в подметки не годился. А потом явилась ты, вся такая из себя всемогущая добродетель. Макс жутко злился, когда Тим увел тебя прямо у него из-под носа. Кстати, это была моя идея, чтобы ты влюбилась в Макса. Не удивляйся, темная энергия накладывает определенный отпечаток на мировосприятие. Я хоть и безумно его люблю, но совершенно не против, чтобы для благого дела он с кем-нибудь покувыркался. Он имел право на свою долю удовольствия.

Но теперь все встанет на свои места. Ты у нас и вот-вот умрешь, поработав напоследок на благо общества. А мы нападем на Школу в ближайшее время. Мы бы и так напали, просто с тобой, точнее без тебя, это будет проще.

- Ты мне все ваши планы выдать решила? – сразу вспомнились толпы киношных злодеев, которые обстоятельно выкладывают свои планы противоборствующей силе.

- А какая разница, ты все равно завтра сдохнешь, а так хоть будешь знать, что и дружки твои долго не протянут.

- Меня все вопрос мучает: почему Яна помогла тебе? Она не темная, я бы это увидела, но все же.

- Янка-то. Она действительно пока светлая. Мы решили, что пока не время ее преобразовывать. Зачем терять такого прекрасного шпиона, который еще и людей вербует. Ты думаешь, Настя одна в Школе была? Да там треть наших, просто работают не в полную силу, чтобы не выделяться до поры до времени. А через неделю, плюс-минус пара дней, мы разнесем светлую кучку с двух фронтов. Виктор меньше всего ожидает подляны от своих учеников, и, тем более, от Яны. Жаль, Лешку и Сашу перетянуть не вышло. Они даже слышать о темной магии ничего не хотят – принципиальные.

Янка связалась со мной сама, через неделю после моего ухода. Сказала, что надоело ей это светлое воинство до чертиков. Перспектив ноль, а погибнуть или попасть в пожизненное рабство ей не улыбается. Я сначала не поверила, думала, что это уловка, но нет. Она с завидной периодичностью сливала нам всю информацию. Про тебя тоже она нам настучала.

Но, как бы то ни было, Школа является самой крупной проблемой на нашем пути. Сначала мы уничтожим ее, а потом возьмемся за Совет. К тому моменту они будут напуганы, как котята, и, возможно, сдадутся без боя. А там и до мирового господства рукой подать.

- Тебе-то с какого боку это господство? Господствовать будет Магистр.

- А мы с Максом вторые лица после него, так что и нам перепадет.

- Хорошо… А я зачем нужна? Заряжать вас, как светлых я не могу, так на что пойдет моя энергия?

- Твоя энергия пойдет в накопитель, который преобразует ее в темную. Тебя выкачают до последней капли, и ты умрешь от истощения. А оставшаяся энергия пойдет на создание портала в тот мир, из которого пришел к нам Магистр. Там уже дожидается его темная армия, осталось только перебросить ее сюда. Накапливать энергию слишком долго, поэтому мы выкачаем твою. Портал получится мощным и постоянным. Его хватит для переброски всего войска. Так что, копи силы, девочка, они нам пригодятся, – Лиза встала со стула, и он тут же исчез. – Мне пора. Не скучай.

Как только за ней закрылась дверь, я сразу же попыталась связаться с Тимом. Только-только я настроилась, как дверь вновь распахнулась. Лиза подошла ко мне, взяла в руки кулон и дернула за цепочку.

- Это тебе больше ни к чему. Свое место положения ты все равно назвать не сможешь, а рассказывать о наших планах я тебе не позволю.

- Верни! Это просто кулон.

- Ой ли! А то я след Тимовой магии не различу. Да от него так и разит колдовством.

Девушка ушла окончательно, закрыв дверь на засов.

Твою мать! Магистр не заметил, а она заметила. Глазастая какая. Стерва! Остается только надеяться, что ребята подоспеют вовремя и смогут меня отсюда вытащить.

Рассказ Лизы не то, чтобы меня шокировал. Скорее, шокировали отдельные элементы. Если все пойдет так, как они планируют, то от Школы камня на камне не останется. А я даже предупредить их не могу. Да и толку от моего предупреждения, что от козла молока. С поддержкой из другого мира Магистр будет всесильным. Они не выстоят. Ни за что не выстоят… Даже мое присутствие не дало бы никакого эффекта. Я чисто физически не смогу продержаться.

Да еще и этот ее рассказ о Тиме. Никогда не буду называть его Тимошей! Бррр… А ведь браслет он действительно носит. Серебряный, массивный, красивый. Ее подарок. Значит, не забыл… Значит, мне все показалось. Дура! Ой и дура наивная!

И папу я так и не нашла. На глаза навернулись злые слезы и ручьем покатились по щекам. Прости меня, папочка. Я ничего не смогла сделать, хоть ты и верил в меня.

Во мне крепла уверенность, что тогда это был не просто сон. Все было слишком естественным, натуральным. Я ощущала тепло папиных рук, вкус и температуру чая, которым он меня поил. Все эмоции были яркими до предела. Такого во сне не бывает, по крайней мере, со мной.

Следующим образом, вставшим перед глазами, был Тим. Вспомнилась наша первая встреча. Тогда я приняла его за душевнобольного и крупно ошиблась. Как бы все повернулось, если бы я сразу поверила? Но какой здравомыслящий человек поверит в ахинею, которую он мне рассказывал. На тот момент я все еще причисляла себя к здравомыслящим.

Сейчас же в моей адекватности легко можно было усомниться, стоило лишь посмотреть, чем я занималась в Школе. Да ученые моего времени, увидев нечто подобное, тут же упекли бы меня в какую-нибудь жутко секретную лабораторию в жутко секретном НИИ и с горящими фанатизмом глазами кинулись бы ставить на мне опыты. Как же хорошо, что я не в своем времени!

А Тим… Тим так и не узнает, что мои к нему чувства очень далеки от дружеских. Завтра меня пустят в расход. А потом и всех остальных. Я-то ладно, поделом мне. Нечего было соваться туда, куда не просили. А вот ни в чем не повинных людей было по-настоящему жаль.

Стоило мне тогда послушать Тима (читай, разругаться с ним в пух и прах), и сейчас я сидела бы не в этих застенках, а в своей уютной комнатке общежития. Но, с другой стороны, как бы все повернулось, не окажись меня с ними? Их разбили бы в первые пять минут, и вполне вероятно, что сейчас я поливала бы слезами труп кого-нибудь из друзей.

Кстати, о друзьях… Лиза окончательно убедила меня в том, что друзей оказалось на одного меньше, чем я считала. В голове до сих пор до конца не укладывалось, что Яна оказалась той самой «крысой», которую так и не смогли вычислить. А сейчас она с ребятами. Возможно, рассказывает свою печальную и душераздирающую версию событий. И, скорее всего, они ей всецело верят. Как же, столько времени работать бок обок. Бедный Лешка! Какой удар его ждет, когда все всплывет и встанет на свои места. А оно всплывет и встанет, даже без моего участия, через какую-то неделю. Удара в спину, тем более от членов своей же команды, ждут меньше всего. Вот это я понимаю, эффект неожиданности будет.

Ну нет! Не на ту напали! Я сделаю все, но выберусь отсюда. Либо постараюсь загнуться раньше, чем попаду в руки к этому старому хрычу с прогрессирующей манией величия. Мирового господства ему захотелось, ага. Я тебе такое мировое господство устрою, сам не рад будешь.

В мой воспаленный мозг так сильно засела мысль, что я ни в коем случае не должна достаться врагам живой, что он тут же начал искать пути решения проблемы, то есть способы срочного прекращения моей жизнедеятельности. К сожалению, или к счастью, все идеи разбились о стену конструктивной критики. Отравиться мне было не чем, вскрыть вены тоже (разве только перегрызть). Розеток в помещении не было, поэтому идея самоубиться током тоже отпала. Осталось только повеситься на ремне от брюк. Я даже приметила подходящий крюк в стене, видимо, раньше там крепились кандалы (уж больно моя камера походила на тюремную-средневековую, как я их себе представляла), но и тут пришлось обломаться. Ремня я не носила, а рвать на лоскуты одежду у меня элементарно не хватит сил.

Что ж, раз не получилось огорчить тюремщиков трупом в камере, будем лезть напролом. Ну а что? Попытаюсь сбежать. Если повезет – сбегу, а не повезет… В любом случае, рано или поздно меня лишат жизни.

Ох… Моя решительность начала пугать меня саму. Суицидальных наклонностей я за собой никогда не замечала, а тут прям проперло. Нужно было меньше смотреть триллеров и фильмов ужасов. Моя жизнь сейчас и так похожа на ужастик. Хреновый какой-то ужастик. Но ведь, в девяноста процентах главные герои оставались живыми. Причислять себя к остальным десяти, не смотря на недавние мысли, совершенно не хотелось.

Вот сейчас откроется дверь, в камеру зайдет прекрасный рыцарь – в лице Тима, само собой – и спасет меня от нехороших дяденек и тетенек. Я даже закрою глаза на этот треклятый браслет, который он до сих пор носит.

Дверь действительно раскрылась, и моему полному надежды взгляду предстал ухмыляющийся Макс. Мда… Этот не то, что на рыцаря не походил, он и до рыцарского коня не дотягивал. По моему мнению, животинка должна быть чиста помыслами не менее, чем ее хозяин. О помыслах Макса можно было только догадываться, но чистотой они явно не сверкали. Это бегущей строкой было написано у него на лбу.

- Скучаешь? – продолжая так же гадко ухмыляться, спросил этот тип.

- Нет. Вы упорно не даете предаться этому унылому занятию. Сначала Лиза занятной историей развлекла, теперь вот ты явился. Чем порадуешь? Только учти, слушать по второму кругу о ваших дьявольских планах мне будет не интересно.

- Вот зараза! Так и знал, что эта базарная баба распустит свой язык. Хотя, тебе это ничем не поможет, а нам не повредит. И как я только сам не заметил ту занятную вещицу, которую она у тебя отобрала. В любом случае, воспользоваться ей ты не сможешь, как и рассказать дужкам о нашей задумке.

Я с надеждой посмотрела через его плечо, прикидывая, успею ли добежать до двери раньше, чем меня испепелят, но Макс поймал мой взгляд и захлопнул дверь. По стыку с косяком прошли голубые молнии.

- Это, чтобы нас точно никто не побеспокоил и не услышал, – пояснил он свои действия.

- Что тебе от меня нужно? – я пятилась к стене от медленно надвигающегося Макса.

- Тебе вслух сказать, или сама догадаешься? – он практически прижал меня к кирпичной кладке.

- Иди Лизку свою… пользуй! – я боком выскользнула и отступала к другой стене.

- Дура ты, и мысли у тебя дурацкие, – беззлобно и даже с сочувствием(!) сказал он. – Я поговорить пришел. Может, даже хочу тебе помочь.

- Ха! Конечно, тоже мне помощничек выискался. Говори и выметайся. Раз это мое временное жилище, то я имею полное право фильтровать список гостей, – наглость – второе счастье!

- Хорошо. Ты должна мне помочь, – Макс тоже вовсю пользовался этой благодатью. – Не делай большие глаза, сначала выслушай. Мне действительно нужна твоя помощь. Взамен я оставлю тебя в живых. Тебе всего-навсего нужно будет провернуть с Магистром такой же фокус, как со мной на поляне. Я не дам до конца вычерпать твою энергию, тем самым оставив жить, а ты, в свою очередь, лишишь энергии его.

- Тебе оно зачем?

- Видишь ли, он обещает, что мы будем править вместе. Править я согласен, а вот быть правой рукой – нет. Мне нужна вся власть, полностью. Пока он будет обниматься с полом, я его добью. А ты, так уж и быть, сможешь валить на все четыре стороны.

- Дай честное слово.

- Честное слово. Ну так что, по рукам? – он протянул мне ладонь.

- По рукам.

Щелкнув напоследок пальцами и оставив мне поднос с тарелками, Макс удалился.

Естественно, я не поверила его честному слову, ибо чести у человека, задумавшего подобное нет по определению. После его слов у меня сформировался свой план, и мне он нравился намного больше. Максово обещание отпустить не стоило и ломаного гроша. Я не сомневалась, что «четыре стороны» ограничатся максимум дверью. Оставлять у себя за спиной противника, пускай и такого хилого, как я, не станет ни один уважающий себя боец. А Макс, к тому же, был злодеем.

Власти ему захотелось! Единоличной! Жадность – плохое чувство и сгубило не одного фраера.

Я обратила внимание на тарелки и их содержимое. Кормят как на убой. В смысле, от одного вида сих яств хотелось умереть голодной смертью.

То, что они расщедрились на первое и второе ситуацию ничуть не скрашивало. Суп представлял собой нечто коричневое с плавающей в этом нечто картошкой, причем, кажется, даже не чищеной. Второе блюдо ничем не отличалось от вчерашней каши, которой потчевал меня Магистр. Ткнув в нее ложкой, я поняла, что вчерашняя она в прямом смысле этого слова. Ложка, с глухим чавком погрузившаяся в кашу, застряла там намертво. И как это есть? Грызть? Боюсь, с моей челюстью будет нечто подобное, что и с ложкой.

Если вчера я еще как-то затолкала в себя ужин, то сегодня на столь мужественный поступок мне не хватило духу. Выхлебав холодный чай и заев это хлебом (слава Богу, не черствым) я отодвинула поднос подальше, чтобы он не портил и без того унылую картину. Интересно, а сами они тоже этим питаются, или это спецменю для меня? Я с ностальгией вспомнила плотные обеды и ужины из Школы, тяжко вздохнула и откинулась на матрац.

Глава 16

ГЛАВА 16

В лазарете стоял такой ор, что туда потихоньку начали стягиваться находившиеся поблизости студенты и преподаватели. Тим во всю глотку доказывал, что он здоров и не собирается здесь больше прохлаждаться и занимать так необходимое кому-то койко-место. Тот факт, что больше половины медсанчасти пустовала, его не совершенно волновал. А нездоровый зеленоватый цвет лица ему очень даже идет и вообще, так изначально задумано матушкой-природой.

Молодая женщина, исполнявшая функции лечащего врача, доказательствам упорно не верила, и грозилась привязать его к кровати, либо вызвать директора, который тоже с превеликой радостью выполнит эту миссию.

Накануне его посетил отец, и они также чуть не поругались. После того, как Тим рассказал о разговоре с Викой и попытался покинуть лазарет, отец почему-то этому воспротивился. Мол, они сами прекрасно справятся, а толку от него сейчас не то, что ноль, а даже отрицательное значение.

Тим стоял на своем. Но, видимо, упорство – это семейная черта Орловых, и на провокации сына Виктор упорно не поддавался, пообещав приковать его к постели, если тот попробует выползти дальше лазаретского туалета. Этим сейчас вовсю пользовалась врач, ни в какую не выпуская его за пределы палаты.

Изначально Тим думал послушаться отца, так как чувствовал себя не многим лучше покойника, коим он чуть не стал. Но после того, как не смог связаться с Викой, на свое здоровье ему стало глубоко наплевать, и он рьяно рвался спасать девушку прямо сейчас. Немедленно. Не задерживаясь ни на секунду.

В самый разгар перепалки, когда доктор начала отступать под напором молодого человека, заявился Виктор. Одним движением руки уложив сына на постель и для верности закрепив ремнями, которые возникли из ниоткуда, он сел на стул рядом с ним и только после этого поинтересовался, по какому, собственно, поводу, истерика.

- Вика не отвечает! Нужно срочно идти туда и спасать ее! – парень бился на кровати как зверь в силках, и с тем же успехом.

- Для начала, нужно выяснить, где она, – Виктор чуть повысил голос. – У меня никак не получается засечь, где окопался наш дражайший противник.

- Да я уже давно ее засек. Маячок исправно работает. Видимо, они посчитали его не больше, чем средством связи, и ограничились тем, что просто отняли, а уничтожать не стали.

- И где же? – он с интересом посмотрел на Тима.

- Выпусти меня, и я все покажу.

- Нет, и это не обсуждается. Ты слишком слаб, и останешься здесь до полного выздоровления.

- Тогда я не скажу, где они держат Вику, – парень отвернулся к стене.

- Скажешь. Ты не будешь рисковать девочкой, – Виктор говорил спокойно, как будто обсуждал не человеческую жизнь, а цены на картошку. – И дело не только в чувстве долга, не так ли?

- Ну надо же, какие мы проницательные, – ехидно протянул Тим. – Тогда ты тем более должен понимать, что мне нужно идти с вами.

- А потом я буду утешать рыдающую над твоим телом, или тем, что от него останется, девушку? Тимофей, пойми, сейчас от тебя вреда будет больше, чем пользы. Ты не сможешь ни достойно нападать, ни защищаться. Ты будешь только мешать.

Подумав над словами отца, он все же признал его правоту.

- Хорошо. Неси карту. И ремни убери, не убегу.

Карта принесла себя сама, возникнув перед лицом молодого человека. Ремни, чуть погодя, тоже испарились. Прикрыв глаза и сверившись со своими ощущениями, он уверенно ткнул пальцем недалеко от города.

- Здесь.

- Точно?

- Точно. Пап, может…

- Не может, – отец резко оборвал очередную просьбу – Лежать и лечиться.

- Да понял я, - скривился Тим. – Я хотел попросить, если возможно, не берите с собой Яну.

- Не понял? – он воззрился на сына, как будто тот предложил, по меньшей мере, отрубить ему руку. – Так ты в кого влюбился, в нее или Вику?

- Пап! Я ей не доверяю, не уже ли непонятно.

- С чего это вдруг? Раньше ты такой подозрительностью не отличался.

- Меня смущает то, что она была рядом в момент похищения и ничего не сделала. И щиты она сняла – больше просто некому. А изначально вообще соврала, и если бы Лешка не вмешался, то мы бы об этом так и не узнали.

- Хорошо, – недолго подумав ответил Виктор. – Надеюсь, это будет правильным решением.

Виктор, скатав карту в рулон, поспешно вышел из палаты. Тим рванулся следом, но напоролся на невидимую стену в дверном проеме. Вот блин! Отец перестраховался и поставил силовой контур, который впустит и выпустив всех, кроме самого Тима. Размотать можно даже не пытаться. Точно таким же он удерживал Вику, поэтому прекрасно знал, что долбанет так, что с его нынешним состоянием он еще долго не сможет прийти в себя.

Немного пометавшись по комнате, он устало повалился на кровать. Да, хорош боец, ничего не скажешь. Если его так вымотало простое хождение, то что можно говорить о магических действиях? Резко заболели все отбитые места и недавно затянувшиеся, не без помощи магии, раны.

Он как никогда ощущал свою никчемность. Любимая девушка в беде, а помочь ничем не может, ибо сам еле-еле отрывается от постели. Остается только молиться, хотя, с его убежденным атеизмом это вряд ли поможет.

Спустя примерно час к нему залетел взмыленный Леша. Как и предполагалось, контур пропустил его беспрепятственно. Он оглянулся на дверной проем, почувствовав магическое возмущение и тут же напустился на Тима:

- Какая шлея твоему отцу под хвост попала? Нас и так мало, а он еще и Яну с собой брать не хочет. Мало того, что он на пушечный выстрел не подпустил ее к своему кабинету, так еще поставил такую защиту от прослушки, что хрен пробьешь! Что происходит?

- Не знаю, – Тим напустил на себя непонимающий вид.

- Ой ли? Все ты знаешь, давай колись.

- Тебе это не понравится.

- Переживу, выкладывай.

- Я предупреждал… - сначала он хотел соврать, но потом решил, что будет лучше сказать правду. – Это я его попросил.

- Что? – казалось, удивиться сильнее Леша уже не мог.

- Что слышал. Мне не понравилось то, что произошло на поле. Почему она ничего не сделала, да еще и защиту с Вики сняла?

- Так ты что, ей не доверяешь? – наконец дошло до парня. – Ты вконец одурел, или тебя так круто башкой приложило, что ты своих от чужих не отличаешь? Яна – моя сестра!

- А Лиза была моей девушкой и Макс – лучшим другом!

- Ну знаешь ли! Это уже перебор. У тебя паранойя разыгралась, во всех видишь предателей.

- А тебе самому это не кажется странным? – Тим внимательно посмотрел на друга. – Ты же там был и все видел.

- Да ну. Она просто испугалась.

- Янка-то испугалась? Твоя сестра сама кого хочешь испугает.

- Ну ты же сам видел истерику, которая у нее случилась, – уже не так уверенно продолжил отпираться Леша. – Не думаешь же ты, что она могла спутаться с ними.

- Я пока ничего не думаю, просто перестраховываюсь. Если мы, точнее вы, вытащите Вику, тогда мы все узнаем точно. А пока пускай это будет мерой предосторожности. Когда вы идете?

- Ночью. Будем надеяться, что в это время нас там меньше всего ждут, а еще лучше, если вообще не ждут, – он сел на стул рядом с кроватью. – Но я все равно остаюсь при своем мнении. Сам посуди: ты десяти шагов сделать не можешь, чтоб в стену не вмазаться, и без Яны нам придется тяжко.

- А еще тяжелее придется, если я окажусь прав… Я никогда так не боялся своей правоты, как сейчас, и искренне надеюсь ошибиться.

- Я не менее искренне желаю твоей ошибки.

Молодые люди еще немного поговорили, и Леша ушел собираться. Уже в дверях он обернулся и спросил:

- А силовой контур тут на кой? Не для защиты, это точно.

- Почему же? Для защиты. От меня. Отец не поверил моей покорности и решил перестраховаться, – молодой человек вздохнул. – И правильно сделал.

***

- Ты зачем ей все вытрепала? – Макс подошел к Лизе и встряхнул за плечи.

- А что? Кулон я у нее отобрала, так что со своими не свяжется, а трупы разговаривать не умеют. Если только Виктор резко не получил степень по некромантии, а он ее не получил, на сколько я знаю, и разумных зомбей лепить не научился.

- А ты не боишься, что что-нибудь сорвется и она сбежит?

- Не боюсь. Колдовать она не умеет, а лишить энергии всех не сможет. Попробует сбежать – догоню и прибью.

- Твоя самоуверенность когда-нибудь тебя погубит, – молодой человек вздохнул и отвернулся.

- Да ладно, Максик, не злись, – девушка подошла вплотную и обняла его. – Через несколько часов все закончится, и нам останется прикопать ее под ближайшим деревцем.

- Сама копать будешь?

- Ну нет конечно. Копать будешь ты, а я буду тебя вдохновлять.

- И как только Тим тебя терпел, эксплуататорша?

- У него терпения больше, и вообще, он мямля.

- Не скажи… Не такая уж он и мямля. Твое предательство его хорошо закалило. Я удивлен, как он еще верит остальным.

- Если я хорошо знаю Лешу, а я его знаю хорошо, то он уже рассказал, что произошло на поле. Так что сомневаюсь, что Тим, а также его папаша, по-прежнему доверяют Янке.

- Вот далась тебе эта Янка! Хотя польза от нее существенная.

- Тебе она нравится?

- Кто? Яна?

- Ага. Я же помню, как ты на нее смотрел раньше.

- А на кого мне было смотреть? Ты с Тимом, Саша с Лешей, оставалась только она.

- Если бы я не ушла от Тима ты был бы сейчас с ней?

- Вполне вероятно, – он пожал плечами. – Постой, ты что, ревнуешь?

- Конечно ревную! Ты мой и больше ни чей. Я с Викой тебе разрешила только потому, что это было нужно. Если бы это была твоя инициатива – кастрировала бы на месте.

- Какая ты, оказывается, кровожадная.

- Это ты меня такой сделал, – Лиза произнесла это с горечью в голосе.

- Жалеешь?

- Нет. С угрызениями совести слишком сложно жить.

- Ну тогда хватит трепаться. У нас еще есть время, и нужно провести его с пользой.

- Кстати, если я не ошибаюсь, а, как тебе известно, я практически никогда не ошибаюсь, наш Тимоша оттаял и вновь готов впустить в свое сердце светлое и прекрасное чувство.

- Недолго ему это чувство лелеять осталось.

Молодые люди засмеялись и упали на кровать, попутно потушив свет в комнате.

***

Завтра наступило как-то слишком быстро. Я только-только успела задремать, как в мое обиталище ворвались, нахально подняли меня за шкирку и вытолкали за дверь. За окошком была непроглядная темень, из чего можно было заключить, что проспала я действительно недолго и сейчас глубокая ночь.

Я примерно запомнила дорогу, которой вел меня первый раз Макс. Как только мы покинули подвальное помещение, я развернулась и, наплевав на последствия, саданула его по уху загипсованной конечностью.

Ой, что-то часто я стала руки распускать.

Конечность столь жесточайшему обращению с собой не обрадовалась и отомстила болью, прострелившей руку до самого плеча. Аналог гипса оказался ничуть не хуже и не мягче гипса настоящего, и, дико взревев от боли, Макс осел, держась за поврежденную голову.

Я ломанулась туда, где, по моему мнению, должен был располагаться выход. Выскочив в просторный холл, я увидела две лестницы и ни одной двери. Обе лестницы вели наверх. И по какой из них бежать? Испытывать на них детские считалочки типа «эники-беники» времени не было, и я решила подняться по правой. Она вывела меня в длинный коридор, который на выход ну никак не походил. Услышав за собой топот, я благоразумно решила не возвращаться и побежала вперед.

Я ожидала встретить кого угодно: начиная от взбешенной толпы магов, заканчивая жуткими созданиями – пораждениями темной магии. Но все здание, казалось, вымерло, и тишину нарушал только стук ботинок Макса по дощатому полу, да мое учащенное дыхание.

В коридор по обе стороны выходили двери. Безрезультатно подергав парочку, я припустила что есть мочи к окну, которое скорее угадывалось, чем просматривалось на фоне ночного неба. Распахнув раму (слава тем, кто вовремя смазывает задвижки и петли!) я глянула вниз и обомлела. Либо я выше, чем на втором этаже, либо этажи непомерно высокие. Перспектива переломать при прыжке ноги меня ничуть не радовала, но другого выхода не было. Либо вниз, либо к Магистру. Оттуда я живой точно не выберусь, не смотря на заверения Макса.

Набрав побольше воздуха в грудь и зажмурившись, я перемахнула через подоконник и прыгнула. По моим расчетам земля уже должна была ударить меня в пятки. Раскрыв глаза, я увидела, что зависла примерно в полуметре от поверхности. Так как раньше способностей к левитации за мной не наблюдалось, я перевела взгляд на окно, из которого только что выпрыгнула. Надежда сбежать окончательно растаяла. Из окна, злющий как собака, на меня смотрел Макс. Он сделал вращательное движение кистью, как будто наматывал веревку, и меня потянуло наверх. Застрять в оконной раме тоже не получилось, невидимая веревка оплела меня так, что я стала похожа на гусеницу и могла так же извиваться, что пользы никакой не несло.

Подтянув меня к себе, он нанес удар в живот. Я согнулась, пытаясь вдохнуть, но воздух застревал где-то на полпути.

- Считай, что свою свободу ты упустила, – зло прошипел он.

Можно подумать, ты дал бы мне уйти!

Скрюченную и еле дышащую, на невидимом аркане он притащил меня в просторную комнату. В ответ на удивленный взгляд Магистра Макс рассказал про попытку побега.

- Не сбежала, и ладно. Укладывай ее на стол.

Предварительно обездвиженную меня поместили на подобие жертвенника, закрепив руки и ноги в металлических кольцах. От колец шли провода, как мне вначале показалось. Приглядевшись, я поняла, что это полые трубочки. Они кровь с меня качать собрались? Не надо! Я вида крови боюсь!

Трубочки переплетались между собой, одни входили в другие и в конце объединялись в одну достаточно толстую, с мое запястье. Она была подсоединена к верху ромбовидного сосуда. Рядом с ним стоял большой письменный стол, заваленный всяческими бумагами, возле которого суетился Магистр, сверяясь с какими-то записями.

Шея, в отличие от остального тела, двигалась прекрасно, и я смогла повернуть голову. Сбоку от меня висела доска, на которой была расчерчена схема. Тело в прямоугольнике, видимо, обозначало мое собственное. От него шли стрелочки к ромбу – не сложно догадаться, к какому. Над стрелочками было крупными буквами написано «ЭНЕРГИЯ», а дальше шел ряд непонятных мне формул.

- Максим, выйди за дверь и никого не подпускай к лаборатории, – приказал Магистр.

- Но, как же...? – Макс растерянно хлопал глазами. – Разве я не буду вам ассистировать?

- Это лишнее. В теории процесс преобразования энергии ты знаешь отлично, а с практикой я справлюсь сам. Покинь помещение, не заставляй меня применять силу по отношению к тебе.

Несколько раз открыв и закрыв рот, как выброшенная на берег рыба, Макс вышел из комнаты, хлопнув на прощание дверью, по которой тут же зазмеилось заклинание, не пускающее непрошенных гостей.

- А чего это вы его выгнали? – эх, помирать, так с музыкой! – Может, перед смертью я хотела видеть не только вашу лысину, но и его блондинистую шевелюру.

- Помолчи. Ты меня сбиваешь, – раздраженно откликнулся Магистр.

- Разве? А я так хотела поболтать, – с осознанием приближающегося конца меня несло все сильнее. – А можно, я вам песенку спою? Ну пожалуйста? Мне всегда говорили, что у меня нет ни слуха, ни голоса, а я так мечтала петь. Вдруг, они это только от зависти говорили, а на самом деле у меня замечательные вокальные данные.

Данные у меня были всевозможные, а вот вокальные действительно подкачали. Мне еще в младенчестве медведь не то, что на ухо наступил, он на нем степ сплясал. А так как площадь у уха маленькая, он прошелся и по голосовым связкам. На это мне тактично намекнули, когда я, будучи нежным ребенком-ангелочком пришла пробоваться в школьный хор, перед этим обломавшись с музыкальной школой. Преподавательница мужественно пыталась остановить перекос лица, а находившиеся с нами в одном кабинете дети, не отличавшиеся такой тактичностью, тупо заткнули уши. Домой я пришла вся в слезах-соплях и родители, на тот момент еще оба, долго меня утешали и заверяли, что все они дураки и ничего не понимают. Но все-таки попросили петь пореже, или, хотя бы, не так громко. Петь, естественно, я не прекратила, просто со временем осознав, насколько сильно это вредит барабанным перепонкам окружающих, стала делать это себе под нос.

Магистра мне не было жалко ни капельки. Он же меня не жалеет. И я развернулась во всю мощь своих голосовых связок и легких, на редкость немузыкально и фальшивя на каждой ноте заорав:

«Ой, мороз, моро-о-оз!

Не морозь меня-а-а!

Не морозь меня-а-а,

Мо-о-о-его-о коня-а-а!»

Продолжить мне не дали, нагло оборвав на середине куплета. У меня пропал голос. Вообще. Я еще пробовала беззвучно открывать рот, изо всех сил напрягая горло, но заклинание оказалось качественным. Сделав вид, что смертельно обижена, я отвернулась и громко засопела. Как ему не стыдно?! Даже приговоренные к смертной казни имеют право на последнее желание. Магистру было на это плевать, а мое сопение его нисколько не раздражало и возникновению жалостливых чувств не способствовало.

Еще немного покопавшись в своих бумагах, он посмотрел на часы, выглянул за окно и, удовлетворенно кивнув, подошел ко мне с раскрытым фолиантом.

Прочистив горло, он нараспев начал читать какую-то абракадабру. Я автоматически перешла на магический диапазон зрения и мои глаза расширились от ужаса. От браслетов, скрепляющих руки-ноги, по трубкам потянулись энергетические нити из резерва. Их место тут же попытались занять те, что крутились в воздухе рядом со мной, но скорость убывания значительно превышала скорость пребывания. Да и ниточек было так ничтожно мало, что совсем скоро прибывать стало нечему. Я и раньше, сидя в камере, замечала, что энергии здесь не особо, но не думала, что на столько «не особо». Темная магия отпугивала от себя все светлое. Этим ребятам было бы значительно выгоднее сражаться на своей территории, но подкидывать столь ценную идею я не собиралась.

Я перевела взгляд на ромб и увидела, что попадающие в него светлые ниточки закручиваются вихрем и опадают на дно уже темными сгустками. Интересно, надолго ли меня хватит? «Кокон» уже заметно истончился, и меня понемногу начинало мутить. Ромб напротив, заполнялся, и уровень вот-вот достигнет середины.

Головокружение усилилось и к нему прибавилась тошнота. Было бы не плохо, если бы напоследок меня вывернуло этому старому недомагу на мантию. Я уже повернула голову, собираясь сделать задуманное, как вдруг мне стало настолько плохо, что пропал даже рвотный рефлекс. Перед глазами все поплыло, и я почувствовала, что начинаю «отлетать». Краешком ускользающего сознания я еще успела заметить, что ниточек на моем теле осталось ничтожно мало. Потом комната (или это была моя голова?) потонула в диком грохоте, и я окончательно отключилась, из последних сил мысленно прощаясь со всеми близкими.

***

- Что за…? – плавный речитатив Магистра грубо прервала распахнувшаяся двухстворчатая дверь.

То есть, как распахнувшаяся. Одна створка вылетела с корнем, а вторая болталась на одной петле. Следом в комнату ласточкой влетел Макс, и, ударившись о край стола, потерял сознание.

Магистр резко развернулся к двери, выронив уже ненужный фолиант, и принял боевую стойку. Долгую секунду из коридора не доносилось даже шороха, но тут тишину прервал пульсар, со свистом пролетевший у старика над головой. Не успей тот пригнуться, голову снесло бы как яблоко с ветки. Он быстро выстроил вокруг себя множество щитов и продолжил выжидать.

Вскоре терпение нападавших лопнуло. А, может, так было задумано. И в проеме показались трое: мужчина лет сорока на вид и молодые девушка и парень. Они держали в каждой руке по боевому пульсару.

- Вы что, пришли сюда втроем? – Магистр расхохотался им в лицо. – Истинно говорят, что ума у светлых, как у домашней курицы. Причем светлых много, а куриные мозги – одни на всех.

- Рот закрой и отойди от девушки, – Виктор не намерен был шутить.

- Девушка мертва. Уже мертва. Так что убирайтесь подобру-поздорову, пока я не отправил вас следом. У вас есть пять секунд – до поворота добежать успеете.

- Да пошел ты, – зло процедил Леша.

- Что ж, это ваше дело, была бы честь предложена.

С ладоней Магистра сорвались два черных пульсара, которые, впрочем, не нанесли никому вреда, срикошетивши от щита.

- Вам не хватит сил со мной тягаться. Мои запасы неистощимы, а вот над вашими можно только поплакать.

Никто из троицы не посчитал достойным далее отвечать на реплики Магистра. Девушка и парень начали слаженно забрасывать его небольшими точечными пульсарами, которые довольно успешно крошили щиты, а мужчина занялся сложным плетением. Как только последний щит на Магистре лопнул, а новый еще не появился, Саша ударила в грудь пульсаром, а Виктор отбросил свою матрицу, в полете развернувшуюся в сеть. Она окутала Магистра с ног до головы, и пустила по его телу судорогу. Магистр тяжелым мешком упал на пол, да так и остался там лежать.

Странно было то, что на шум битвы никто не сбежался. Да и Магистра они одолели слишком уж легко. Но, в данный момент, им было не до странностей поведения темных. Саша и Виктор повернулись к двери приняв боевые стойки (мало ли какие гости пожалуют), а Леша кинулся к столу с распростертой Викой и быстро начал размыкать удерживающие ее браслеты.

Девушка была жива. Дыхание еле-еле заметное, сердцебиения практически не слышно, но, тем не менее, она жива, и это сейчас было главным.

Подхватив ее на руки, Леша направился к двери. В это время Виктор развернул телепорт, и они по очереди в него зашли: сначала Леша с Викой на руках. Следом Виктор чуть ли не пинком втолкнул Сашу, порывавшуюся остаться и прикрыть, если что, и потом уже сам директор. Облако беззвучно рассеялось за его спиной.

***

Когда Тим увидел Лешу, входящего в палату с не подающей признаков жизни Викой на ругах, у него внутри все похолодело. Сердце, гулко стукнув, оборвалось и полетело куда-то в район пяток, попутно путаясь в кишках. Он кинулся к ним и попытался принять девушку к себе на руки. Леша бесцеремонно его отпихнул и сам положил Вику на кровать.

- Что с ней? – взревел Тим.

- Да жива она, жива, не ори, – он устало отмахнулся от парня.

В палату забежала Саша, чуть ли не волоком, таща неуспевающую за ней женщину. Только через несколько секунд Тим узнал в ней врача и подпустил к Вике.

- Вышли все отсюда. Быстро, – хорошо поставленным голосом скомандовала женщина.

Все присутствующие, за исключением Тима, потянулись на выход. Врач удивленно глянула на него. В глазах читался вопрос: «Ты какого хрена тут торчишь? Особое приглашение нужно?»

- А мне нельзя покидать палату, – язвительно ответил он на немой вопрос.

Виктор подошел к сыну, ухватил его за шею и вытолкал за дверь, предварительно сняв с проема силовое поле. Женщина закрыла дверь перед любопытствующими, чуть не съездив Тиму по носу.

Тянулись долгие минуты ожидания, казавшиеся ему часами. Он нервно расхаживал по коридору взад-вперед, время от времени пытаясь заглянуть в комнату, но неизменно оттаскиваемый от двери бдительным родителем.

Сначала он ждал, когда же вернутся ребята и отец, меряя шагами палату. Ему казалось, что те часы были самыми страшными в его жизни. Как же он ошибался! Страшно было не тогда, а сейчас. Он не знал, что происходит за закрытой дверью, не знал, что с Викой, когда она очнется. И эта неизвестность пугала до подгибающихся коленей. О том, что она может так и не прийти в себя Тим старался не думать.

Немного отвлек рассказ ребят о прошедшей операции. На удивленный возглас Тима, почему этого старого козла оставили в живых Виктор ответил, что пришлось выбирать. Либо они добивают Магистра, либо вытаскивают оттуда Вику. Или мощное боевое заклинание, или телепорт. Энергии хватало на что-то одно. А ребята вообще были выжаты практически в ноль.

Спустя час, а может, и все десять, счет времени был давным-давно потерян, дверь отворилась, выпуская уставшего лекаря. Под глазами у нее залегли темные круги, а весь вид говорил о том, что она сама вот-вот упадет в обморок.

- Я сделала все от меня зависящее, – ее голос был уставшим и каким-то бесцветным. – Девушка очень слаба. Такое ощущение, как будто ее неделю морили голодом, попутно выматывая физическими нагрузками. Со временем она восстановится, но как долго будет проходить процесс, зависит только от нее самой. Сейчас же ей нужен полный покой.

На последних словах она многозначительно посмотрела на Тима, уже пробиравшегося ко входу в палату, и молодой человек смущенно потупился, промямлив что-то типа: «Я должен быть там».

- Иди уже, – махнул рукой Виктор, понимая, что с сыном спорить бесполезно. Все равно найдет лазейку и проберется.

Он вошел в палату, аккуратно притворив за собой дверь. Вика лежала на постели с вытянутыми поверх одеяла руками. На бледном лице не осталось и следа от украшавшего его обычно румянца, под глазами залегли темные тени кругов, на губе кровоподтек.

«Узнаю, какая сука ударила – башку оторву!»

Кисть правой руки до середины предплечья была закатана в гипс

«И руки переломаю!»

Молодой человек опустился рядом с ней на колени, взял тонкую, холодную девичью кисть в свои ладони и прижался к ней губами.

- Прости меня, - девушка не могла его слышать, но эти слова были очень важными для него самого. – Это я во всем виноват. Не нужно было тебя туда пускать. Я очень-очень за тебя боюсь. Я знаю, ты сильная, ты выкарабкаешься. Мы вместе это сделаем. А если у нас не получится, то мне незачем будет жить. Я не смогу без тебя, слышишь? Не смогу.

Он еще очень долго сидел на коленях, держа ее ладонь в своих и шептал, просил, уговаривал потерпеть, набраться сил. Убеждал и ее, и себя, что все будет хорошо. Потом, так же, не выпуская ее руки, уронил голову на кровать и забылся беспокойным сном.

Глава 17

ГЛАВА 17

Свет проникал даже через плотно сомкнутые веки. Я уже ярко представила себе тоннель, в конце которого этот самый свет брезжит, и, раскрыв глаза, немало разочаровалась, увидев напротив себя всего лишь окно, в которое заглядывало ярко светившее солнце.

Попытка шевельнуться успехом не увенчалась. Во-первых: по всему телу разливалась дикая слабость, намертво пригвоздившая меня к моему ложу; во-вторых: мою руку (здоровую) что-то крепко удерживало.

Переведя взгляд на источник дискомфорта, я наткнулась на спящего Тима. Он сидел рядом со мной, прямо на полу, положив голову на кровать и сладко посапывая. Его ладонь, с зажатой моей, покоилась у него же под щекой. Аккуратно ее вытянув, изо всех сил стараясь не разбудить парня, я провела пальцами по его волосам, тонкому шраму, пересекавшему щеку наискось. В последний момент бессовестная ослабевшая конечность сорвалась и мазнула его пальцами по подбородку.

Тим встрепенулся и, сонно хлопая глазами, попытался сфокусировать их на предмете беспокойства. Наконец, поймав в поле зрения мое лицо, он улыбнулся и облегченно прошептал:

- Ты очнулась.

- Долго я здесь? – я не узнала свой голос, до того он был тихим и слабым.

- Ночью тебя принес Леша. Сейчас, – он нашарил взглядом циферблат настенных часов. – Уже обед. Ты провалялась почти двенадцать часов. Как себя чувствуешь?

- Как покойник. И что-то мне подсказывает, что выгляжу не лучше.

Тим еще раз улыбнулся и порывисто меня обнял, зарывшись лицом в волосы. Я, приподнявшись на кровати, уткнулась лицом в его грудь и в который раз за последние дни расплакалась. В отличие от предыдущих – это были слезы радости и облегчения. Тима не убили, меня не добили – жизнь продолжается!

Он отстранился, взял мое мокрое от слез лицо в свои ладони и начал покрывать его поцелуями. Мимолетные, чуть заметные касания губ, не задерживающиеся на коже более чем на секунду. Казалось, он даже не замечал, куда меня целует, просто целует и все, пока его губы не наткнулись на мои. Он дернулся, отшатнулся, словно я ударила его током, и испуганно посмотрел мне в глаза. Не найдя в них никаких негативных эмоций, лишь непонимание, он вновь приблизился ко мне, и робко, как бы пробуя на вкус, поцеловал. Я коснулась ладонью его щеки, провела пальцами к виску и запустила их во встрепанные волосы, отвечая на поцелуй, который становился все смелее и настойчивее, но не терял нежности и легкости.

Никогда раньше я не чувствовала таких сильных эмоций. Сердце забилось в груди, как пойманная в силки птица. Сердце Тима вторило моему не менее бешеным ритмом. Казалось, весь окружающий мир распался и потерял свою значимость, оставив только нас двоих. Двух самых важных и необходимых друг другу людей.

- Я люблю тебя, – чуть отстранившись, прошептал Тим.

- Я люблю тебя, – выдохнула я перед тем, как снова найти его губы своими.

***

- Как думаете, это можно считать признаком полного выздоровления? – раздался над ухом ехидный голос.

Мы отшатнулись друг от друга и, смущенно опустив головы, уставились в одеяло. У моей кровати возвышалась вся честная компания, в лицах ухмыляющихся Виктора, Леши и Саши.

- Эх, нужно было спорить на деньги, – сказала Саша и засветила Леше щелбан.

- Мы просто поспорили, когда вы перестанете смотреть друг на друга и перейдете к активным действиям, – тут же пустился в объяснения Лешка. – Я был уверен, что никогда. А заметь, Саш, подходящая парочка. Один краше другого! Зомби и то живее выглядят.

Тим действительно выглядел очень бледно, из чего можно было заключить, что досталось ему сильно, раз он так и не восстановился. И дело тут не в магическом резерве – он-то как раз почти в порядке, я проверила – а в общем физическом состоянии. Хотя, судя по едва заметному шраму на щеке, раны ему залечили.

- Это все, конечно, очень хорошо, - вмешался Виктор. – Но у нас плохая новость.

- А где Яна? – наконец оправившись от смущения, выдавила я.

- А это и есть плохая новость, – все благодушие Виктора как рукой сняло. Он стал похож на грозовую тучу, а лица ребят приобрели обеспокоенное выражение. – Яна пропала.

- То есть, как пропала? – мы с Тимом попеременно переводили взгляд с одного на другого.

- Вот так. Со вчерашнего вечера ее никто не видел, утром она не вышла к завтраку. Я заходила к ней в комнату – там пусто, половины вещей нет.

Народ, наконец, решил, что стоять над нами не самый лучший выход. Ибо этой процессии, заставшей нас за столь приятным занятием, только свечек в руках не хватало. Причем, как витых – праздничных, так и церковных, как на поминках. И все тут же расселись кто куда. Виктор подтянул себе стул; Тим, предварительно прислонив меня к спинке кровати, приподнял мои ноги и уселся на кровать, обхватив мои же колени руками; Леша с размаху приземлился туда, где минуту назад эти самые ноги и находились; а Саша угнездилась у него на коленях. Впервые за все время пребывания в Школе и знакомства с ними я видела столь открытую демонстрацию их отношений (не считая памятного похода за вазой), а ребята, видимо, рассудили, что здесь все свои и стесняться некого. Тем более и так все в курсе.

- Вик, я понимаю, что тебе, возможно, не очень приятно об этом вспоминать, - Виктор смерил меня внимательным взглядом. – Но расскажи, пожалуйста, что произошло на поляне, и что было потом.

- Эти двое, - Леша кивнул переменно на Виктора и Тима. – Втемяшили себе в голову, что Янка может быть перебежчиком. Но это же бред полный!

Я посмотрела на Лешу, в его полные надежды глаза и мотнула головой из стороны в сторону.

- Нет… - он правильно истолковал мой жест. – Не может этого быть. Она же все время была на виду. Она же моя сестра.

- Прости… - я почувствовала себя виноватой в прегрешениях рыжей бестии. – Это она была той «крысой», которую вы никак не могли вычислить.

- Откуда ты знаешь? – нет, он не кричал. В тихом голосе сквозила такая боль и безысходность, что у меня защемило сердце.

- Мне Лиза рассказала.

Я боялась реакции Тима при упоминании ее имени. Несмотря на недавнее признание в любви, у меня промелькнула шальная мысль, что у него могли остаться к ней чувства. Тим не отреагировал. Вообще никак не отреагировал. Даже бровью не повел, лишь погладил меня по колену и чуть улыбнулся, как будто прочитал мои мысли.

- Там, на поле, она пыталась уговорить Лизу, чтобы она меня не убивала раньше времени. Утверждала, что Магистру это может не понравиться. Это она сняла с меня невидимость и защиту, а потом преспокойно смотрела, как меня тягают за волосы и зашвыривают в телепорт.

На второй день моего пребывания у них Лиза пришла и рассказала все. Она была уверена, что я не выживу. Это лысый… экспериментатор… нашел способ преобразования светлой энергии в темную. Правда, действие одноразовое, и для этого нужен был источник, то есть – я. После его эксперимента меня осталось бы прикопать под каким-нибудь кустом, и дело сделано. Если бы вы не подоспели вовремя, так бы оно и было. Он выкачал меня практически под ноль.

- А зачем ему столько энергии, она не объяснила? Насколько я знаю темных, их резерв и так в разы превышает наш.

- Магистр хочет пробить портал в свой мир и перебросить к нам, точнее себе, подкрепление в виде очень темной и не менее злющей армии. С ее помощью он сначала Школу по кирпичику разнесет, а потом примется за Совет.

- В Школу нужно сначала попасть, – возразил Тим.

- Попадут. Из ее рассказа я поняла, что темных здесь предостаточно. Часть из них еще не прошли инициацию, а часть уже щеголяет с темной аурой, усиленно сдерживая рвущуюся наружу энергию.

- Абалдеть! – только и смогли в один голос сказать ошарашенные ребята во главе с директором.

- А планируется это все где-то через неделю. Плюс-минус пара дней, – убийственным тоном добила я.

-Уверена?

- Если она намеренно меня не обманула, в чем я сомневаюсь, то да.

- Хреново…

- Меня вот что смущает, - задумчиво протянул Виктор. – Когда мы туда вломились, в коридорах было пусто. Только Макс дверь в лабораторию подпирал. Такое ощущение, что нас ждали и намеренно расчистили путь. Но зачем? Не проще ли было нашпиговать здание магами, которые в считанные минуты растерли бы нас в пыль.

- Мне это тоже показалось странным. Я пробовала сбежать и не встретила никого. И двери в коридорах были закрыты. Как будто, Магистр, Макс и Лиза – единственные обитатели. Они же по очереди и приходили ко мне на «поболтать, покормить и сломать руку». Причем, если кормили меня все, то на разговор сподобилась одна Лиза. А Макс осчастливил только переломом. Правда, он пытался запудрить мне мозги тем, что отпустит, если я помогу ему. Я должна была вырубить Магистра, а Макс бы его добил. Власти ему захотелось. Тогда отсутствие людей в доме можно объяснить.

При упоминании о сломанной руке Тим глухо зарычал и пообещал ему самому руки переломать, чтобы неповадно было.

Только после явной демонстрации травм они сообразили осведомиться моим самочувствием. Как ни странно, чувствовала я себя действительно не плохо. Резерв быстро восстанавливался. Сказывалось обилие светлой энергии. Леша нахально предположил, что это все живительная сила поцелуев, и посоветовал попробовать более активные, но не менее целебные и приятные действия, тем самым вогнав нас в краску. Не думала, что болезненно-бледные люди способны покраснеть, но у нас это получилось. Виктор, глядя на нас, сиял счастливой улыбкой.

- Ну раз вы на столько здоровы, то предлагаю больше не чахнуть в лазарете, а перебраться по комнатам. Сейчас я позову врача для контрольного осмотра, и, если она не будет против, то так и поступим.

Врач была не против. Более того, она удивилась столь резкому восстановлению, и моему и Тима, вызвав у Леши новый поток шуточек про «целебное времяпрепровождение».

Саша веско попросила его заткнуться, иначе ее «целительские способности» станут временно недоступны, впрочем, не поясняя, как долго это «временно» затянется, чем еще сильнее напугала Лешку. Типичный мужик, что с него взять. Но угроза «отлучения» подействовала, и он благоразумно замолчал.

***

Мы побрели к общежитию. Никогда еще я не чувствовала себя такой хрупкой и всем нужной. Буквально через каждые пять метров кто-нибудь обязательно интересовался моим самочувствием и предлагал свою помощь в виде подставленной руки. Тим, скрепя зубами, заверил всех по очереди, что его рука достаточно надежна для выполнения этой миссии, и уж меня она точно выдержит.

- Тимофей, - обратился Виктор к сыну, когда мы уже подошли к общежитию. – Не мог бы ты ненадолго зайти ко мне? Поговорить нужно.

- Сейчас, - откликнулся он. – Только Вику провожу.

- Я сама смогу дойти. Иди.

- Точно?

- Точно.

Он, удостоверившись, что я твердо стою на ногах, кивнул и направился вслед за отцом. А я, добравшись до комнаты, первым делом побежала мыться, перед этим заглянув в зеркало и ужаснувшись. И как только у Тима хватило духу не то, что не убежать от такой кикиморы, а еще и целовать ее?

Я дотронулась кончиками пальцев до своих губ. В памяти тут же всплыли его касания, и на душе стало хорошо, спокойно и светло.

А еще я поняла, что больше не боюсь сходиться с людьми. Последний месяц многому меня научил, в том числе определять искренность окружающих по отношению ко мне. В том, что Тим был искренен, никаких сомнений не возникало.

***

- Я, конечно, рад за вас, но что ты будешь делать, если она захочет вернуться в прошлое?

- Отправлюсь следом.

- И будешь наведываться к ней от случая к случаю? Ты сдал теорию времени на «отлично», и прекрасно знаешь, что человек из будущего не может прижиться в прошлом. А вот человек из прошлого в будущем – за милую душу.

- Так ты не против? – Тим недоверчиво уставился на отца.

Честно признаться, он боялся именно его неодобрения, хоть все равно наплевал бы на него с высокой башни.

- Издеваешься? Да я только «за»! Вика – прекрасная девушка, и любит тебя. Это было видно невооруженным глазом, причем даже тогда, когда она сама еще этого не осознала. Твои чувства тоже сомнению не подлежат, я правильно понял?

- Правильно.

- Вот и отлично! – он хлопнул ладонями по столу. – Если все закончится благополучно, то я, наконец, дождусь внуков.

- Папа!

- Что папа? Я уже не так молод, мне почти пятьдесят.

- Тебе сорок семь, а выглядишь ты и того моложе.

- Не важно. Я внуков хочу.

- Будут тебе внуки, только отстань, – как маленький, честное слово.

- Хорошо, – он победно улыбнулся и тут же посерьезнел. – А теперь к менее радостной части разговора: что делать будем?

- В смысле?

- В прямом. Если конкретно «отемнившихся» с Викиными способностями вычислить проще простого, то как быть с остальными? Подходить к каждому и спрашивать: «А что вы думаете о Магистре, будущем правителе нашем?» Так они нам и ответят.

- Разберемся по ходу. Главное – вычислить явных, а побочные могут выдать тебя сами. Согласись, массовая пропажа студентов незамеченной не пройдет. Останется только вычислить из общей массы наиболее дергающихся.

- А если дергаться будут все?

- Значит, будем смотреть на характер волнений. В любом случае, темные хоть как-то себя выдадут. Всех вычислить не получится, но с основной массой, думаю, справимся.

- Тогда можешь начинать водить ее по школе. Для начала в столовую, там собираются практически все. Да и Вику покормить лишним не будет. Сомневаюсь, что у Магистра ее баловали разносолами.

На том и порешили. Виктор остался сидеть за столом, напряженно переваривая недавно поступившую информацию, а Тим побежал в общежитие. Если они поторопятся, то успеют на ужин.

***

Свежая и вымытая я растянулась на кровати. Чувство брезгливости и отвращения к своему грязному телу сменилось острым чувством голода. Не успела я подумать о том, что сейчас как раз время ужина, как дверь без стука распахнулась, и в комнату влетел Тим. Как к себе домой! Я даже возмутиться не успела.

- Не понял, - он удивленно посмотрел на меня. – Хватит разлеживаться, ужин пропустим.

- Подожди, - если одеться я уже успела, то голова сохнуть в таком же темпе наотрез отказывалась. – У меня волосы мокрые.

- Нашла проблему, – он щелкнул пальцами и мокрые сосульки тут же превратились в сосульки сухие. И как я это раздирать буду? – Ой, перестарался. Сейчас расчешем.

Он уже приготовился щелкнуть пальцами во второй раз, но я, опасаясь за свою шевелюру, сжала его руку, и сама взялась за расческу. Лучше немного потереть, чем смотреть, как твои волосы осыпаются с головы красивым водопадом прямо под ноги.

За каких-то пять минут справившись с нерасчесываемыми, на первый взгляд, волосами я собрала их в хвост на затылке, и первая выбежала из комнаты, целенаправленно направляясь к пищеблоку.

От утреннего недомогания не сталось и следа. Придирчиво оглядев себя и в зеркале, и в магическом диапазоне, я поняла, что не все так плохо. Мертвенная бледность сменилась просто бледностью, на щеках начинал играть легкий румянец. А в энергетическом плане все было еще лучше: резерв был практически полным. Осмотрев Тима, я так же заметила благоприятные сдвиги. Предложила было его немного подпитать, но он отказался, тем не менее, попросив не отключаться, а под шумок осмотреть ужинающих студентов.

Чуть задержавшись в дверях столовой, я внимательным взглядом обвела всех там находившихся, и только после этого направилась к нашему столу.

- Пятнадцать.

- Что пятнадцать? – не поняла Саша.

- Пятнадцать темных аур.

- Уверена?

- Нет, - я отрицательно мотнула головой. – Проблем с математикой у меня никогда не было, но здесь могут быть не все.

- Я-я-ясно, – протянул Леша. – Где?

- Трое слева через два стола от нас, еще пятеро за соседним справа. Остальные раскиданы по всей столовой. Они не кучкуются. Либо не знают друг о друге, либо пытаются конспирироваться, либо их светлые соседи не такие уж и светлые. Все с разных курсов, парочка со второго, с которыми я занималась. Удивительно, как меня раньше в бетон не закатали с таким обилием «засланных казачков». Достаточно было сказать «фас», как меня тут же порвали бы на сувениры.

- Раньше ты была нужна, – не согласился со мной Тим. – Команды «фас» стоит опасаться теперь. Даже если они уже в курсе что ты выжила, похищать тебя вторично не решатся. Проще дождаться пока ты останешься одна и по-тихому шлепнуть.

- Вот утешил! И что мне теперь, из комнаты без сопровождения не выйти?

- Угадала. В комнате одной тебе тоже находиться опасно, поэтому…

Договорить, что «поэтому» Тиму не дал заржавший Леша. Саша гневно пихнула его локтем в бок, а Тим, как ни в чем небывало продолжил:

- Поэтому на твоей двери будет висеть охранное заклинание, пропускающее только нас троих и Виктора. И не надо так похабно ржать! Я же не говорю, чем вы занимаетесь, попеременно закрываясь то в твоей, то в Сашкиной комнате.

- А мы этого и не скрываем, – отпарировал Леша. – И не краснеем как монашки при упоминании…Оу! Саш, хватит уже меня бить. Мы все взрослые люди, и прекрасно знаем, чем могут заниматься мужчина и женщина наедине.

- Хватит издеваться над людьми, – она посмотрела на нас с сочувствием, которое, впрочем, тут же сменилось таким же ехидным выражением лица, как и у Леши. – Они и без нас разберутся. Там действия не сложные.

Два сапога – пара! Я махнула на них рукой и занялась ужином. И чего им неймется? Подумаешь, целовались! Мы же ничем таким не занимались. Мелькнувшее следом: «Пока» отозвалось сладкой истомой.

Есть левой рукой оказалось жутко неудобно. Гипс мне сняли, перелом магическим путем срастили, но тугую повязку пока еще оставили. Я периодически проливала с ложки суп (ладно, хоть назад в тарелку), а ребята мужественно пытались сдержать рвущийся наружу смех и по очереди предлагали меня покормить. В итоге, проковырялась я дольше всех, и когда, наконец, покончила с ужином, столовая практически опустела.

***

В общежитии ребята пожелали нам спокойной ночи и удалились в комнату. В одну. В Лешину. Тим проводил их взглядом и задорно улыбнулся.

Убедившись, что коридор пуст, он сделал несколько пассов возле моей двери.

- Все. Теперь сюда никто чужой не попадет.

Я поспешила перескочить порог и в ожидании смотрела на него. Он не заставил долго себя ждать или упрашивать, и, глядя мне прямо в глаза, вошел следом, тихо прикрыв за собой дверь и опечатав ее еще одним заклинанием. Я уже видела такие же синеватые молнии на других дверях, и знала, что теперь сюда никто не войдет еще и по причине крепко запертой двери. Но в данной ситуации, это не причиняло никакого дискомфорта, а напротив, успокаивало.

Нервно хихикнув, я шагнула к нему навстречу. Он, одновременно со мной, тоже сделал шаг. Мы оба прекрасно понимали, что последует за этим, и остановились в полуметре друг от друга, глядя глаза в глаза.

По моему телу пробежали мурашки, и я с удивлением поняла, что волнуюсь. Присутствие Тима будоражило во мне море эмоций, которых раньше я за собой не замечала не только с ним, вообще ни с кем, хотя была уверена, что любила и не единожды. Аж трижды!

***

Первая моя «любовь» брала свое начало со школьной скамьи и длилась на протяжении трех лет, пока мы оба не поняли, что слишком сильно устали от взаимных упреков и попыток перевоспитания как меня, так и его. Взрослые, пытающиеся жить самостоятельно люди, не поддаются никакому воспитанию. Этим нужно было заниматься раньше, пока мы еще были школьниками.

Вторая любовь длилась на протяжении двух последних курсов университета. Тогда он мне казался принцем на белом коне, вихрем ворвавшемся в мою жизнь и поставившем все с ног на голову. Окружившим вниманием со всех сторон. Я наивно рассчитывала на «долго и счастливо» и «умерли в один день», пока не вернулась с пар чуть раньше положенного и не застала его в объятиях соседки по комнате. Так я лишилась и «принца», оказавшегося обыкновенным кобелем, и закадычной подруги, которая, оказывается, этого самого принца упорно охмуряла с первого дня знакомства.

Третьей своей «любовью» я считала Макса. Как выяснилось, нифига это была не любовь, а безумное влечение, вызванное ударной порцией приворотного зелья.

***

А любил ли Тим? Любил, конечно…

Какой же нужно быть дурой, чтобы предать такого мужчину, как он? Я, наконец, смогла смотреть и любоваться им в открытую. Высокий, сильный, красивый. Жесткие вихры черных волос слегка растрепаны. Серые глаза смотрят ласково, и, кажется, прожигают насквозь. И такая родная, мягкая улыбка, за которую можно было отдать все на свете. Даже если бы она была последним, что я увижу в своей жизни.

Он подошел ко мне вплотную и положил руку мне на талию, притягивая к себе плотнее. Пальцами второй руки чуть приподнимая мой подбородок. Мои руки скользнули вверх по его груди и сомкнулись на шее. Ощущение было такое, как будто они всю жизнь там и находились, настолько удобно и комфортно я себя почувствовала. Чуть сильнее сжав меня в объятиях, он наклонился к моим губам и поцеловал. Мягко, нежно, ничего не требуя взамен. В его поцелуе не было никакой настойчивости, все происходило как будто в тысячный и в то же время в первый раз.

Я отстранилась сама, для того, чтобы взять его за руку, и потянуть в сторону кровати. Он пошел. Медленно, не торопясь, вновь привлек меня к себе. Вторая волна мурашек накрыла уже нас обоих, передавшись от меня к нему легкой дрожью и обратно. Я откинула голову назад, подставляя поцелуям шею. Руки Тима аккуратно скользнули под футболку, и меня накрыло волной сладкой дрожи.

Невольно и совсем не к месту на ум пришло сравнение их двоих: Тима и… Макса. Макс был настойчив, сразу прыгнув с места в карьер Тим – напротив. Все его действия как бы нуждались в продолжении. Он словно спрашивал разрешения, и в то же время не было ни единой заминки. Мы, сами того не замечая, были продолжением друг друга. Я завершала каждое его движение, он – мое. Как будто мы были не двумя половинками целого, стремящимися соединиться, а изначально целым. Это было самым прекрасным чувством, когда любимый мужчина владеет тобой, а ты им, и вы доверяете, растворяетесь в нахлынувшем чувстве полностью.

Нас обоих накрывали волны страсти и желания, тщательно сдерживаемого до поры. Если ускориться раньше времени, то все возникшее вокруг нас волшебство тут же развеется.

Я упивалась им и никак не могла насытиться, в то же время, отдавая себя полностью, без остатка. Мы словно изучали друг друга, узнавая с новой, ранее неизвестной стороны, по крупице-капельке открываясь все больше и больше. Да, так оно и было. Каждое движение, каждый сантиметр кожи казался необычным и волнующим открытием. Я таяла под нежными касаниями чутких пальцев и нежных губ, которые, казалось, не пропускали ни одного участочка моего тела. Взамен также дарила ласку и поцелуи. Во всем мире сейчас не существовало никого кроме нас двоих. Только я и только он.

Комнату затоплял лунный свет, озаряя серебром разбросанную абы как по полу одежду и два тела на постели, переплетающихся в одно.

С моих губ сорвался последний стон, и я обессилено обмякла в его руках. Чуть погодя, тяжело дышащий, Тим откинулся на подушку рядом, нежно привлек меня к себе и зарылся носом в растрепанные волосы.

- Я люблю тебя, – мы прошептали это в унисон.

- Никогда и никому тебя не отдам, – секундой позже прошептал он, серьезно глядя мне в глаза, и припал губами к моим губам. – Я не смогу без тебя жить, ведь ты и есть вся моя жизнь.

Высокопарно? Пафосно? Возможно. Но честно и безумно приятно.

***

- Как же все быстро случилось… - думал Тим, разглядывая лицо безмятежно спящей на его плече девушки. – Еще утром я боялся ее поцеловать, а сейчас она лежит рядом, такая маленькая, беззащитная, нежная. Любимая.

Не пожалеет ли она о столь поспешном шаге? Или не поспешном, а очень даже своевременном? Желанным и необходимым для них обоих. Правы ребята: сколько можно было ходить вокруг да около? Мужчина я, в конце концов, или размазня какая-то? Дождался бы, когда она вернется назад, в свое прошлое-настоящее и всю оставшуюся жизнь рвал бы на себе волосы от досады. Называл бы себя идиотом и корил за трусость. А сейчас есть хоть небольшой шанс на счастье. Пускай даже оно будет недолгим, но оно будет. И уже ни он сам, ни кто-либо другой не скажет, что Тим не пытался.

На губах еще сохранился вкус ее губ, а волосы хранили движение ее пальцев. Тим изо всех сил старался не задеть поврежденную, так и не залеченную до конца, правую руку девушки. Но, казалось, она сама забывала о том, что у нее есть какие-то там травмы, пока слишком резкое движение не отзывалось болью и не заставляло кривиться красивое личико. Лишь на секунду, а потом она вновь забывала обо всем, кроме него.

Вика очень красивая, но, такое ощущение, что сама этого до конца не понимает. Как там поется в одной старой песне? «Ты даже не знаешь, как ты прекрасна…» Только вот Тим полюбил ее совсем не за красоту, которая, скорее, была просто приложением. В ней было что-то большее… Душа? Несомненно. Ум? Еще бы. Характер? Сильный, твердый… И, в то же время, мягкий и покладистый. Более разностороннего и противоречивого человека он никогда не встречал. И это была вовсе не двуличность. Просто она знала, когда, как и с кем себя вести. И он знал, что с заведомо неприятным человеком она расшаркиваться не будет, а за друзей перегрызет глотку кому угодно. С тем же Лешей она общалась на равных, отвечая на все его подколки остро и с большой долей юмора. С ним самим же была мягкая и пушистая, как котенок. Особенно сегодня, сейчас.

Полная противоположность Лизы… И если раньше он, надев розовые очки, не замечал в ней ни одного недостатка, то со временем они всплывали все больше и больше. Слишком уж стремительно, не смотря на долгое знакомство, начался их роман. Совершенно не присмотревшись друг к другу, они сразу заиграли в «любовь». И так же быстро растеряли весь запал, оставаясь вместе по привычке. Но он ее любил. Сильно, всем сердцем. Даже после ухода он продолжал любить и…ждать. Пока два месяца назад не встретил эту девушку. Маленького, встрепанного воробушка, так нелепо смотрящегося на фоне безмолвного двора многоэтажек и хмурого неба. Сразу захотелось собрать ее в охапку и защитить от всего враждебного мира. А врать ей, напротив, не хотелось, поэтому Тим сразу выложил всю правду о себе и о цели своего пребывания.

Он вспомнил ее сначала испуганное выражение лица, там, у подъезда. Да любая бы на ее месте испугалась, когда какой-то незнакомый парень сначала преследует тебя до самого дома, а потом еще и хватает. Следом растерянность, а потом скептически-недоверчивый взгляд и сомнение в его психическом здоровье, когда она рассматривала его паспорт. Тим и сам понимал, что выглядел как полный психопат, но пудрить девушке мозги как…этот, не хотел. А позже, когда все встало на положенные места, он тупо боялся. Боялся, что она его оттолкнет, боялся, что сам вновь обожжется….

Сейчас те страхи казались далекими и глупыми. Но это сейчас. Тогда же он был обозлен на весь женский род, и когда Яна предприняла попытку его…хм… утешить, чуть ее не прибил. Знал бы, кем она окажется, прибил бы!

За своими душевными терзаниями он совершенно забыл о главной проблеме. Неделя! Всего неделя, и, если Вика не ошиблась, то их попытаются раскатать по свежеразрушенной Школе. В том, что у Магистра хватит мозгов, а теперь еще и сил, выдернуть из сопряженного мира толпу экзальтированных приспешников, сомнений не возникало. А вот в том, что они сами смогут выдержать и выстоять сомнения были, и ой какие крупные. Даже с Викиными способностями они не смогут работать на два фронта, когда им ударят в спину. А удар непременно будет, всех темных выб…выродков из Школы выкинуть не удастся при всем старании. Упросить Совет прислать «сводную дружину» для подкрепления – тоже дохлый номер. Они еще не очухались от смерти своего «бравого» командира, хоть уже и выбрали нового, и потеряли чуть ли не половину отряда, поэтому силы дробить не будут, даже при посуле смертной казни. А вот Вику с удовольствием отхапают. Не дураки же они, прекрасно понимали, откуда в их резерве бралась энергия, и от такого бонуса не откажутся ни за какие коврижки.

Голова, от крутящихся в ней мыслей, гудела как растревоженный улей, и заснуть получилось, только когда за окном забрезжил рассвет. И почему завтра не выходной?

Глава 18

ГЛАВА 18

Как же я рада слышать эту дикую какофонию звуков! Как же я счастлива, что разбудил меня не грубый рывок, а, ставший таким родным, школьный будильник! Подняв взгляд, я увидела Тима, через силу разлепляющего глаза, и, кажется, бубнящего что-то нецензурное в адрес «извергов, которые поспать нормальным людям не дают». Только начавшийся день сразу заиграл красками и приобрел особую прелесть.

- Доброе утро.

- Привет, – он наклонил голову и поцеловал меня.

Спать в обнимку на узкой общажной кровати оказалось дико неудобно, и следующие несколько минут мы пытались размять затекшие части тела.

- Все, переезжаем ко мне, – сказал Тим, после борьбы с рукой, висевшей бесполезной плетью. – У меня кровать шире, и вдвоем там намного удобнее, чем здесь. И не скрипит ничего. И звукоизоляция в комнате лучше. Мне кажется, мы все общежитие переполошили. Ты всегда так крышесносно стонешь?

- Только когда мне очень хорошо, – я попыталась улыбнуться как можно мягче. – А тебя это раздражает?

- Ни чуть, – он придвинулся ближе и поцеловал меня в плечо. – Наоборот, сильнее заводит. Просто непривычно немного.

Ну конечно, он-то знает, где удобнее спать вдвоем. А еще что ему привычно, а что непривычно. Я закусила губу и отвернулась, выворачиваясь из объятий, уже начавших терять свою целомудренность. Не привык он! Конечно! Естественно, я знала, что у него есть материал для сравнения, но говорить девушке, с которой ты только что провел ночь, подобные вещи вслух все равно не стоило. Во мне проснулась жгучая ревность, и я дернула плечами, сбрасывая его руки.

- Вик, ты чего?

- Ничего. Давай одевайся, на завтрак опоздаешь.

Я подала пример и начала копошиться в куче вещей, выбирая свои, после чего направилась в ванную.

Молодой человек остался в постели, недоуменно глядя мне вслед.

«Не понял. И что это только что было? Неужели жалеет?»

Ну что это я, в самом деле? Тим просто сказал, что думал и все. Он же не назвал имен и не сравнил. Какая разница, где и с кем он спал до меня. Я, между прочим, тоже не так давно была с другим мужчиной, но он же ничего по этому поводу не говорит. Я живо представила себе Тима, возвышающегося надо мной, и гневно вопрошающего: «Кто осмелился побывать в твоей постели до меня?» и раздражение начало потихоньку проходить. Сказал и сказал, ничего страшного. Тем более, я ведь действительно во время секса веду себя громковато. Так что, из ванной я вышла очень даже довольная собой и жизнью в целом.

Мое место тут же занял Тим, все так же удивленно глядя, прошмыгнув мимо.

Пока он плескался и фыркал под прохладными струями душа, я успела привести себя в порядок и уже ждала молодого человека.

- Пошли?

- Пошли, – он отвел глаза, опасаясь встретиться со мной взглядом.

И как это понимать? Из всех возникших мыслей женская голова приняла за умную только: «воспользовался, не понравилось, теперь жалеет».

Лично я о случившемся не жалела ни грамма. И мне плевать, что я меньше суток назад узнала о его чувствах! Нам, возможно, жить всего неделю осталось, так почему я должна отказываться от любимого мужчины из-за того, что кто-то что-то о нас подумает? Неплохо было бы узнать, что об этом думает сам Тим, но заводить разговор посреди коридора, а, тем более, в битком набитой столовой, мне не хотелось. Такие вопросы решаются тет-а-тет, и, как правило, заканчиваются либо дальнейшим совместным времяпрепровождением, либо окончательным разрывом отношений (так толком и не начавшихся).

- Чего это вы такие смурные? – Леша, напротив, сиял как начищенный рубль. – Эй, ребят, случилось что?

- Все нормально, – Тим прорычал так, что я испуганно вжалась в стул, а студенты за соседними столами оглянулись.

- Все хорошо, Леш, – добавила я тише. – Не бери в голову.

Парень пожал плечами, переглянулся с рядом сидящей Сашей и уткнулся в тарелку с кашей. Фу… перловая!

Я и раньше особой любви к ней не питала, а после темномаговской кормежки меня трясло от одного ее вида, поэтому я ограничилась чаем и булкой, брезгливо отодвинув тарелку подальше от себя

Покончив с трапезой, я встала из-за стола и направилась к выходу из столовой.

- Ты куда? – вопрос задал Леша, а Тим даже головы не поднял.

- К себе, – я бросила это на ходу, не пожелав останавливаться.

- Мы же договорились, что ты одна по Школе не ходишь, - напомнил молодой человек.

- Я пойду с ней, – Саша вылезла из-за стола и побежала за мной.

***

- Я не понял, что у вас стряслось? – Леша непонимающе смотрел на друга. – Вчера же все нормально было. Вы прямо светились оба.

- Было… Даже слишком нормально…

- Вы…? Хотя, чего я спрашиваю – слышали, - хмыкнул Леша.

- Да. А утром она ни с чего взбеленилась. Вот что я сделал не так? Все же хорошо шло, она сама захотела. Или я настолько хреновым любовником оказался, что со мной даже говорить после такого не хочется?

- Не пори горячку! В смысле, я не знаю, какой из тебя любовник, но дело тут явно не в этом. Может, ты что-то не то сказал?

- Да нет… Все то, - Тим задумался. – Вроде…

- Не нравится мне это твое «вроде». Лучше подойди и спроси у нее сам, что не так и с чего обиды. Я в Сашке иногда разобраться не могу. А в последнее время она вообще странной становится. Так что можно говорить о чужой девушке? Или на утро ты пожалел о проведенной с ней ночи?

- Сдурел? – возмутился Тим. – Я ее люблю.

- Раз любишь – найдешь причину и помиришься.

***

- Вик, да что случилось? – Саша, молча шедшая рядом все это время, зашла следом в комнату.

- Все нормально.

- Эту версию я уже слышала. Теперь давай правду.

Она скрестила руки на груди и стала напоминать Дашку еще сильнее. Даже тембр голоса такой же.

«Сашенькой назовут. Александра Марковна будет».

- Саш, а какое у тебя отчество?

- Марковна, – вопрос явно поставил девушку в тупик. – А что?

- То есть, как Марковна? Точно? – ага, умнее вопроса не придумаешь.

- Да что я, имени собственного отца не знаю? Ты это вообще к чему? Сейчас речь не обо мне и моих родителях, а о ваших с Тимом непонятных размолвках.

Меня как будто пыльным мешком по голове стукнули. Перед глазами все завертелось.

- А маму у тебя как зовут? – с замиранием сердца спросила я. Отчество, хоть и редкое, могло просто совпасть.

- Даша, - Саша явно не понимала, что происходит. – Что за допрос?

Совпадение номер два?

- Назаренко?

- Вообще-то Герман, – что ж, нет и нет… - Девичья была – Назаренко.

- Не может быть! – я ошарашено посмотрела на подругу. – Это не реально…

- Ты можешь по-человечески объяснить, на кой тебе сдались данные моей мамы?

- Я… я, кажется, с ней знакома…

- Когда успела?

- Тридцать лет назад. Даже, чуть больше.

С Дашкой я познакомилась, когда пришла работать на предыдущее место, и как-то сразу пошла на контакт. Дружить с ней было легко и просто.

- Да ла-а-адно? – теперь настала ее очередь удивляться. – Уверена?

- Нет. Поэтому и спрашиваю. Но все совпало…

- С чем? На сколько я знаю, я родилась позже твоего…кхм…твоей встречи с Тимом.

- Ага. В том году они только собирались пожениться.

- Нифига… Вот мама обрадуется! Она как-то рассказывала, что в молодости у нее была подруга, которая потом куда-то пропала. Мама даже домой в соседний город к ней ездила, полицию к поискам подключала – все без толку. Девушка как сквозь землю провалилась. Я даже подумать не могла, что это можешь быть ты, - Саша выглядела не менее ошарашенной, чем я.

- Саш, ты понимаешь, что это значит? Я могу вернуться! И не просто куда-нибудь, а к своим близким, - восторженно зашептала я.

Так они меня помнят! Искали! Ждали все время.

- Получается, что можешь. А как же Тим? – она села напротив и испытующе посмотрела на меня.

- А что Тим? Он, похоже, считает все случившееся ошибкой, – на глаза навернулись слезы. – И страдать точно не будет.

- Вот еще! Что за глупости?

- А почему тогда он даже в глаза мне посмотреть не может? Сначала все нормально было, а утром… - я рассказала Саше содержание нашей с Тимом беседы. – Я как представила, что он на этой кровати с Лизой, уж не знаю, с каким именно звуковым сопровождением! А еще и браслет, ее подарок, до сих пор носит. Мне аж тошно стало. Всю скрутило, передернуло. Сбежала от него в душ. Когда вышла, он даже смотреть на меня боялся.

- О господи! Ну, подруга, ты даешь. Пойми ты, что Лиза давно в прошлом, а к цацке он, скорее всего, просто привык. Сейчас у него есть ты, и он тебя безумно любит. Уж поверь мне, я знаю, что говорю, – по ее глазам было видно, что она с трудом сдерживается, чтобы не отвесить мне затрещину. – И по поводу возвращения. Ты, главное, сейчас не пугайся, и не подавай виду, что знаешь. Я вообще не должна тебе это говорить, но тебя нет в прошлом.

- То есть как, нет?

- Вот так. Как только ты сюда попала, Тим пробил тебя по базе. До определенного момента ты прослеживаешься, а потом, как раз после того, как он утянул тебя сюда, ты пропала. Это может значить что угодно: от того, что ты не захотела возвращаться, до того, что… не выжила. Я не знаю! Но, если все будет хорошо, ты подумай: а надо ли оно тебе? Тим не сможет жить в прошлом, это против законов времени.

- А я смогу в будущем? Этому законы не противоречат?

- Ты – сможешь. Только для начала разберись с ним, а то наворотишь дел и всю оставшуюся жизнь жалеть будешь.

- Я подумаю…

- И Тиму ни слова! Он мне голову оторвет, если узнает, что я тебе рассказала.

- Договорились.

- Забавно получается, - продолжила Саша после недолгого молчания. – Подруга моей мамы стала моей подругой. Здорово же! При первой же возможности едем ко мне в гости, радовать родительницу.

- Ага! Слушай, а любого человека можно найти по базе?

- Ну да. Нужен только выход в сеть. Основная база в свободном доступе. А кого ты хочешь найти?

- Папу. Понимаешь, он мне снился… И это он мне про тебя рассказал. Я сначала подумала, что это просто сон, но теперь, когда все так совпало, я в этом не уверена.

- Да? А ты раньше за собой ничего подобного не замечала? Сбывающихся снов, обостренной интуиции?

- Было дело. Интуиция у меня и впрямь очень развита. А по поводу снов… не знаю… Снился тут один…

Я рассказала Саше о кошмаре, в котором видела Магистра, Макса и Лизу, и она надолго задумалась, покусывая губу.

- Значит так, сейчас идем к Виктору. У него в закромах есть один очень любопытный артефакт. Попробуем определить, есть ли у тебя способности к предвидению.

- Да какие там способности, – я махнула на нее рукой. – Подумаешь, приснилось пару раз.

- Не скажи. С этого, как правило, все и начинается. Правда, в более раннем возрасте, а никак не в двадцать с гаком.

- Тебе, как магу, лучше знать. И не с гаком, а с хвостиком!

***

Мы вошли в кабинет директора, постучав чисто символически. Этого хватило как раз на то, чтобы они с Тимом прекратили друг на друга орать, заткнувшись на полуслове.

- Девушки, вас стучаться не учили? – директор сложил руки на груди и гневно вперился в нас взглядом.

- Я постучала, - Сашиной невозмутимостью можно было гвозди забивать. – Виктор, а где тот амулет, который вам подарили? Ну, когда вы еще факультет пифий открывать собирались.

- Зачем он тебе?

Открытие Факультета Пифий провалилось за отсутствием самих пифий. То есть, они, конечно, были, но их было настолько мало, что выделение целого факультета оказалось нецелесообразным. Поэтому ясновидение просто включили в общую программу и на этом успокоились.

- Да, кажись, у нашей искорки до кучи еще и эти способности прорезались. Сны ей ну о-о-чень интересные снятся.

Саша вкратце пересказала нашу беседу, упуская момент, касающийся Тима, так как тот никуда не ушел и все слушал.

Виктор, на секунду задумавшись, хмыкнул. Обронил заинтересованное: «А чем черт не шутит!» и полез в сейф, стоящий за его креслом.

Покопавшись в нем недолго, он вытащил на свет маленькую коробочку, из которой извлек камушек вроде кошачьего глаза на длинной цепочке.

- Расслабься, – приказал мне мужчина. Ага, спасибо, я ночью уже расслабилась! – Хм-м… Интересно… Виктория, а часто тебя посещают видения или приступы обостренной интуиции?

- Бывает иногда.

- Судя по этому камушку, это должно быть не «иногда» а «постоянно». У тебя очень мощные способности. Вполне вероятно, что раньше они просто спали, а сейчас, в магической среде, начали усиленно развиваться.

- То есть, я смогу знать все наперед?

- Н-нет… Не думаю. Судя по тому, что я уже о тебе знаю, они проявляются стихийно. Время от времени сны, и, если тебе предстоит важный выбор, либо грозит какая-либо опасность, интуитивные всплески. При желании их можно развить, твой уровень позволит, но на это уйдет много времени. Да и достойных профессионалов, специализирующихся именно на этой части магии, у нас нет. Ясновидение и то довольно посредственный маг преподает, слабый даже для нашего мира.

- Ну и ладно, все знать вредно для здоровья, – я пожала плечами.

Как бы я сейчас хотела еще и способности к мыслечтению в себе открыть! Залезть бы в голову к Тиму, и узнать, что он обо мне думает. Или, лучше не знать? Мдам… По ходу, разговора нам не избежать. Вон как глазами сверкает. Того и гляди набросится и покусает.

Представила, как и за какие места он теперь меня может покусать, и к щекам начал приливать жар.

***

На самом деле, он смотрел на девушку заинтересованно. Просто взгляд снизу вверх исподлобья портил всю картину. Смотреть же на Вику прямо парень наотрез отказывался – слишком свежа еще обида (сам не понял, на что), которую разговор, точнее скандал, с отцом только подстегнул. Это нормально, полностью встать на ее сторону и обозвать сына конченным идиотом? А как все мирно начиналось…

- Пап, раскидай наши лекции и практики по другим преподавателям.

- Не тупее паровоза. Уже раскидал. Вы занимаетесь по личной программе. И покажи, наконец, Вике стихийные заклинания.

- Ага, – Тим уже подошел к выходу, где его настиг вопрос отца.

- Кстати, как она?

- Нормально, – вторая попытка движения закончилась тем же крахом.

- Зная твое нормально, мне стоит опасаться. И сейчас ты объяснишь, чего конкретно.

- Да все нормально, - он немного нервно пожал плечами.

- Это ты студентам своим расскажешь, - Виктор наградил сына цепким взглядом. – Мне врать бесполезно. Я же вижу, что ты уже успел проштрафиться.

- Б.. блин! Пап! Это наше личное дело, мы сами во всем разберемся, – не выдержал, сорвался.

- Не ори! – и уже более спокойно. – Давай рассказывай, чем ты ее обидел.

- Я-а-а? – у него практически пропал дар речи от такого заявления. – А причем тут я? Она сама.

- Ага. Именно. Взяла и сама себя обидела. Ей же обид в жизни мало. Рассказывай давай. Желательно дословно, а то не побрезгую и не посмотрю, что ты мой сын, и сам покопаюсь в твоих стрясенных мозгах.

Ну он и рассказал. Практически все, и почти дословно, упустив лишь подробности случившегося ночью.

- Ну ты и идиот… Конченный идиот… Кого я воспитал?

- Что-о?

- То-о! – он передразнил сына. – Ладно, вы переспали. Этого следовало ожидать. Но какого черта ты потом повел себя как придурок? «В глаза ей посмотреть не могу! Бла-бла-бла!» Ты хоть понимаешь, что она понадумать себе могла? Просыпается в одной постели с мужчиной, а мужчина в ее сторону и не смотрит!

- Она первая отвернулась!

- Естественно! Ты же еще и наговорил такого, что хоть стой, хоть падай! Тебе самому понравились бы подобные речи, да еще и после проведенной совместно ночи? Ничего удивительного, что девушка приревновала и обиделась.

- О бо-оже, дай мне сил понять женскую душу и не упокоить мужскую. Одну – конкретную!

- Женскую душу понять невозможно, ее нужно просто любить.

- Да я и люблю. А ты…

Что «а ты» он сказать не успел, так как в дверь постучали, и сразу после стука вошла Саша, волоча на буксире предмет спора.

Предмет спора смотреть в его сторону активно отказывался. Ну и ладно! Мы тоже гордые.

Ага, гордый и виноватый придурок – это что-то новенькое.

Тем временем Саша кратко ввела директора в курс дела, и он занялся выявлением новых способностей у одной милой особы, именуемой любимой девушкой сына.

Как ни странно, способности были, да еще какие! Тут обычным предсказыванием погоды не ограничится. Вика – просто кладезь для современной магической науки. Ее бы в лаборатории закрыть и изучить. Естественно, с условием, что изучать будет он сам.

«Кто же ее родители, если дитятко настолько талантливое уродилось? И в кого: папа или мама? Или оба?

Вполне вероятно, что никто. Магический дар мог передаться через поколение, а то и несколько. По крайней мере, способностью концентрации и передачи энергии не обладал ни один из родителей, иначе, мы бы их засекли еще раньше, чем саму Вику. Это вообще очень редкая способность. В прочесываемом временном участке ей обладали только двое: данная талантливая особа и древняя бабулька, привлекать которую смысла уж точно не было. В лучшем случае, она бы меня святой водой окатила, в худшем – сама схлопотала сердечный приступ. А Вика всего лишь подпортила мне половину нервных клеток…»

***

Обретение новых способностей поставило меня в тупик. С этими магами не знаешь, чего ожидать. Кое-как пробужденная способность видеть ауру и работать с энергией сначала вылилась в допспособность работы с заклинаниями, а теперь еще до кучи выяснилось, что я и предвидеть могу. Пускай во сне или же на уровне интуиции – сам факт. Интересно, больше у меня ничего не вылезет? С одной стороны: было бы не плохо; а с другой: я с этим-то не знаю, что делать. Как же спокойно было Архаровой Вике – рядовой работнице рядового предприятия. Но тогда я не встретила бы этого… этого… любимого и такого родного, на которого смотреть даже не хочу! Который и сам на меня не смотрит. У-у-у-у, изверг!

Все! Нафиг-нафиг! Не хочешь – не надо. Я лучше послушаю, что Виктор говорит.

- … на полигон и до упора, пока не свалитесь. А свалитесь – Вика вас поднимет.

- Если сама не свалится, – буркнула я.

Они меня в могилу сгонят. Найдут некроманта, поднимут, и потом еще раз сгонят.

На полигоне уже находилась группа студентов. Это были мои, ставшие уже родными, второкурсники. От общей группы отделились трое и направились в нашу сторону. Я моментально перешла на магический диапазон, но, увидев девственно светлые ауры, расслабляться все же не стала. Когда ребята подошли ближе, я узнала Егора, Юлу и Лену.

- Привет! Ты куда пропала? – тут же налетели на меня ребята.

- Да так, дела были, – я не собиралась отвечать на их вопрос.

Кто знает, не перебежчики ли они? То, что за все время нашего общения никто из них не попытался меня угробить еще ни о чем не говорило. А вот двое из темной шайки-лейки смотрели на меня с нескрываемым презрением. Ясно-понятно, уже донесли и команду дали, но связываться с группой светлых и более опытных магов они побоятся. Надеюсь. В том, что я прекрасно осведомлена об их истинной сущности, я думаю, они тоже знали. Как же все-таки хорошо, что эти двое не присоединились тогда к Настьке. Если судить по тому, что я вижу, а вижу я многое, то от меня, а также всех присутствующих, и горстки пепла бы не осталось.

- Ты к нам на занятие? – ребята тем временем продолжали сыпать вопросами.

- Нет, не к вам. Я сегодня по отдельной программе с преподавательским составом.

- Жа-а-алко, – протянул Егор. – А как ты смотришь на вечерние посиделки в нашей компании?

- В нашей, хи-хи! Ты уж сразу скажи, что в компании тебя, бутылочки красного полусладкого и нескольких свечей, – Юла и Лена перемигнулись.

- Ну да… - смутился и слегка покраснел парень, и уже с вызовом продолжил. – А что, я девушку пригласить не могу? Вика, ты пойдешь со мной на свидание?

О-ой-е-о! Еще тебя мне на мою бедную голову не хватало! Мальчик, куда же ты лезешь? Я же старше.

- Ну так что? – настаивал парень. – Ты говори прямо, нет – так нет, постараюсь пережить.

Ну вот на кой? Хорошо же общались! Лучше Юлю пригласи, вон как она на тебя смотрит.

Только я сформулировала вежливый отказ и набрала побольше воздуха в грудь, как меня нагло прервал неслышно подошедший Тим. Егор, при виде него, аж пятнами пошел.

- На сегодняшний вечер, а также все последующие Вика занята, – спокойно обрубил парень.

- Это чем же? – ну прям петух бойцовской породы! Куда же ты прешь, малыш, против этого танка?

- Это мной же, – громкости он не повышал, но проскользнувший в голосе металл заставил содрогнуться даже меня. – Пошли.

Я виновато пожала плечами и потащилась вслед за вцепившемся в мою руку Тимом.

- Пусти, руку оторвешь.

- Я лучше кое-кому голову оторву, чтобы думал, прежде чем подходить к кому не следует, и клеиться к чужим девушкам. Сопляк! Пускай сверстниц окучивает, Казанова непризнанный.

- Ну на-адо же, как мы заговорили! Собственнические чувства проснулись?

- При чем тут собственнически чувства? – он удивленно посмотрел на меня. – Думать надо, прежде чем с кем попало болтать. А вдруг они на побегушках у темных?

- А…Э… - я задохнулась от возмущения.

Я-то думала, он меня ревнует, а он! Ну это уже слишком! Я к нему, я с ним! Да как он вообще…! Я гневно сверкнула на Тима глазами и отошла к Саше и Леше. Лешка одной рукой приобнял меня за плечи, а пальцем второй покрутил у виска и махнул головой в сторону Тима, стоявшего столбом.

- Не обращай внимания, перебесится, – попыталась успокоить меня Саша.

- Да пошел он, – я сказала это громче, чем следовало, и у Тима дернулась щека. – Давайте работать.

Леша быстро оттянул силовое поле, тем самым отгородив нам часть полигона. Саша в это время хаотично накидала фантомов, которые, к тому же перемещались по одной им понятной траектории.

- Воссоздаем боевые условия, – пояснила свои действия девушка.

- Смотри, - на протянутой ладони Тима крутился маленький смерчик. – Это заклинание, относящееся к воздушной стихии. Привычной матрицы оно, как и все остальные стихийные заклятия, не имеет. Но примерно по центру проходит энергетический стержень. Попробуй его подпитать и перехватить.

Мда… И как с этим работать? Матрицы, какой я ее привыкла видеть, тут действительно не было. Был, скорее, бутон, из непрестанно двигающихся лепестков-ниточек. В середине колыхалось что-то неоформленное, которое стержнем назвать можно было с большой натяжкой. Сконцентрироваться на нем никак не получалось. Стоило мне задержать взгляд и подтянуть к нему ниточки, как он тут же извивался в другую сторону, и энергия проходила мимо. После, наверное, десятка неудачных попыток у меня, наконец, получилось.

Здесь отдельные ниточки мне были не помощницы. Работать нужно было пучком переплетенных нитей. Захватив какую-то его часть, он втягивал остальные и бутон рос.

Перехватив заклинание в свои руки, я впихнула в него еще пару пучков, кода до меня донесся вопль Саши:

- Вика, не так много!

Получившийся ураган уже находился не у меня в ладонях, а скакал рядом, поднимая клубы пыли с утоптанной земли. Я оттолкнула его от себя и он, извиваясь, зигзагом пошел на фантомы. Сосредоточившись на энергетическом стержне, я начала задавать направление урагану. Сначала вправо, потом влево, еще немного вперед и развернуть на меня. Он слушался меня, как корабль штурвала в руках опытного капитана, подчиняясь малейшему приказу.

Мои способности с каждым разом все возрастали и возрастали. Казавшееся невозможным совсем недавно управление энергией на расстоянии сейчас получалось автоматически, как само собой разумеющееся. Поигравши с ним немного, я сама вытянула энергетическую составляющую и бутон рассыпался на отдельные ниточки, так и оставшиеся висеть в воздухе.

- Ты как это сделала?

- Что сделала?

- Нейтрализовала его.

- Да никак… Просто выдернула стержень.

- Круто! – Леша был в восхищении. – А пульсар развалить сможешь?

- Не знаю. Но пробовать, учитывая их скорость, не хочу. Даже не думай!

Поздно. Он, как правило, сначала делал, а потом уже думал. Кого-то мне это напоминает! Мне в лицо летел красный сгусток. А где клубок?

Твою мать! Это тоже была не привычная матрица, а какое-то ее подобие. Клубок пульсировали и мерцал, как гирлянда или… или, как угли в костре. Время снова растянулось и я, как в замедленной съемке, наблюдала, летящий на меня пульсар. И тут мое внимание привлекла точка в центре, которая, при общем мерцании оставалась такой же яркой. А, была – не была. Не разрушу, так поймаю. В лицо дохнуло жаром и пульсар осыпался искрами мне под ноги. Подозрительно запахло палеными волосами.

- А это был пример огненной стихии и агрессивного метода обучения.

- Ах приме-ер, – протянула я, параллельно ощупывая лицо на предмет наличия бровей и ресниц (Ура! На месте!). – А предупреждать тебя не учили, Макаренко недоделанный? Или тебе так хотелось понаблюдать мою прожаренную тушку, саботажник?

- Зато ты быстро разобралась в структуре, – он уже находился на противоположном конце площадки. – Я же не в упор кидал, меня бы самого взрывной волной задело.

- Ну ты… - я даже не знала, что сказать. – Саш, как ты его вообще терпишь? Убила бы!

- И не говори, - кивнула она. – Леш, ну серьезно, думать надо, прежде чем делать.

- Да понял я, понял. Но действенно же!

- Леша! – мы выкрикнули это втроем.

- Все-все.

Каждая из показанных мне стихий отличалась своей, особенной матрицей.

Воздушная напоминала бутон; огненная – россыпь угольков; водная была похожа на тканное полотно; а матрица для стихии земли уходила в нее как бы копьями. Спустя несколько часов работы я худо-бедно научилась различать их еще на стадии плетения и запитывать не до конца сформированные матрицы.

Перехватывать их было не сложнее, чем обычные, боевые. Последние разы я даже не касалась их руками, принимая управление еще в движении. Правда, перед этим меня сдуло ветром, чуть не проткнуло ледяными иглами, прожгло куртку, и поваляло по земле маленьким землетрясением.

Удовлетворенно хмыкнув, Тим решил, что нужно поработать уже над привычной программой. Большинство стихийных заклинаний хороши на открытой местности, а в замкнутом пространстве лучше работать с обычными пульсарами. Тот же пущенный воздушный поток или огненный пульсар в коридоре разметает как чужих, так и своих, а воздействовать на землю вообще не стоит – могут и не откопать потом.

Для начала я заново подпитала ребят (это в который уже раз за сегодня?). Имея такую чудную батарейку, они совершенно не жалели энергии, и, пока кто-нибудь один истязал меня, остальные развлекались по полной, сжигая, сдувая и топя фантомы.

Попадать в движущиеся мишени оказалось сложнее, но, согласитесь, просить врагов постоять на месте пока я прицелюсь, будет глупо. Поэтому я стоически терпела и слушала бесконечный поток замечаний Тима.

- Не нравится – сам попробуй попасть.

Он выдал очередь из заклинаний, которые безошибочно находили цель. Тоже мне, стрелок Ворошиловский.

Я, тряхнув головой, собралась, и из последующих серий пульсаров, по крайней мере, треть попала туда, куда нужно.

На небе уже начали поблескивать первые звезды, и я чувствовала себя как выжатый лимон. Сегодня мы даже обед и ужин пропустили, а успехов было – кот наплакал.

Ребята вполне успешно чередовали боевую магию со стихийной и мне приходилось очень тяжело. Успевая ловить и отражать заклинания, я должна была еще не забывать работать с энергетическим уровнем ребят. Когда я в очередной раз полностью сосредоточилась на первом, Саша чуть не упала в обморок. Пришлось срочно прерваться и заняться пополнением сил девушки. Вскоре это перестало помогать, так как сказывалось не энергетическое истощение, а банальная физическая усталость. Пропахать почти двенадцать часов без перерыва – это надо еще суметь.

Очередная серия, отбитая мной, прошла «в молоко». Перед глазами уже плыли разноцветные круги и фантомы теряли свою четкость.

- Все, я больше не могу, – я села на землю, поджав под себя ноги.

- Можешь. Вставай, – Тим попытался взять меня за плечи и поднять.

- Нет, не могу! Я устала!

- Тим, ну правда. Может, хватит на сегодня? – ребята были измучены не меньше моего.

- А когда на нас нападут, вы тоже скажете, что хватит и мы устали?

- Всему есть предел! Если ты сейчас не остановишься, то нападать уже будет не на кого. Ты как хочешь, а мы с Сашкой спать.

Он злобно посмотрел в спину удаляющимся с полигона ребятам, перевел взгляд на меня, по-прежнему сидящую на холодной земле.

- А ты чего расселась? Либо вставай и работай, либо вали отсюда!

От такого обращения меня подбросило на месте.

- Да какая муха тебя укусила? Хватит уже рычать на всех!

- Я не рычу на всех!

- Ну да, только на меня! Что я тебе такого сделала, что ты так со мной обращаешься? – горло сжало спазмом и последние слова протолкнулись через него с трудом.

- Ну что ты, ты ничего не сделала. Вообще! Только отвернулась от меня и не разговариваешь весь день.

- То есть, это я накосячила?

- Ну а кто? Не я же!

- Да пошел ты!

Я развернулась и ушла с полигона.

- Да пошла ты сама! Истеричка! – донеслось мне в спину.

Кое-как сдерживаемые слезы обильным потоком полились из глаз, как только за мной закрылась дверь в комнату. Где я ошиблась? Что сделала не так? Чем заслужила такое к себе отношение? За весь день он сказал мне от силы пару десятков слов, половина из которых содержали в себе ругательства и недовольство. Я что, прошу что-то сверхъестественное? Черт с ней, с моей ревностью, я уже успокоилась, но почему, когда я попыталась с ним заговорить и все объяснить, извиниться, в ответ получила сухое: «Работай»?

Может, стоит сейчас пойти к нему и снова поговорить? Хотя бы попробовать… Да, решено, схожу в душ и пойду мириться.

***

- Идиот! Кретин! Придурок! – парень бомбил фантомы, стремительно истощая резерв и сыпал ругательствами в свой же адрес.

Вот что тебе стоило успокоиться и выслушать Вику? Ведь пыталась же она начать разговор. Так нет же, мы занятые, мы работаем! Стой теперь тут в гордом одиночестве и психуй сам с собой. Хуже бабы, честное слово! Я ее люблю? Люблю! Все, сейчас сам пойду к ней мириться! Только прилягу на секунду, а то что-то шатает…

***

Выйдя из душа и стянув мокрые волосы в хвост, я пошла заключать перемирие. Несколько секунд помявшись перед дверью, я все же решилась постучать. Раз, второй, третий… Тишина… Может, он еще на полигоне? Подергала дверь – закрыто. Ла-адно, мы не гордые, подождем.

Одна минута, вторая, третья, десятая, двадцатая… Да что, в конце концов, происходит? Стою тут, как тополь на плющихе, жду, не пойми чего. Кто из нас вообще мужик: я или он? Я развернулась и пошла назад к себе, так грохотнув дверью, что стекла задребезжали.

Не хочет мириться, ну и не надо! Я пыталась.

***

Ну нифига себе, прилег на минутку. Вот это меня вырубило.

Молодой человек повернулся на кровати и со всего маху грохнулся об пол. Умудрился во сне перекатиться на самый край. Ночью, сквозь сон, он слышал какой-то невнятный грохот, но усталость взяла свое, и подниматься, и смотреть, кто это такой громкий было банально лень. Мозг даже до конца не осознал услышанный звук и погрузился обратно в сон, крепкий и здоровый.

Сейчас же вместе с пробуждением до него доходило, что он так и не сходил к Вике. А, может, она сама приходила, и, не сумев до него достучаться, в сердцах так хлопнула своей дверью? Нет, нужно заканчивать эту молчаливую войну и самому идти с покаянием. Вдруг простит?

Или упрется рогом и еще, чего доброго, пойдет на свидание с этим сопляком. Нет, определенно с извинениями затягивать не нужно.

***

К завтраку я вышла первая. За нашим столом, как и во всей столовой, еще было пусто, что не удивительно…. Я так и не смогла толком уснуть этой ночью. Все прислушивалась к шагам в коридоре, в надежде, что Тим все это время был на полигоне и вот-вот должен был вернуться. Желанных шагов так и не раздавалось, из чего можно было сделать вывод, что он давно был дома и просто не хотел со мной разговаривать.

- А где второй? – из раздумий меня вырвала Саша, как обычно подошедшая вместе с Лешей.

- Не знаю…

- Вы так и не помирились?

- Как видишь…

Ребята синхронно вздохнули и уселись напротив.

- А в Школе есть выход в сеть?

- Нет. Раньше был зал, но студенты не пользовались им, так как у всех свои компы и модемы, и Виктор убрал его и лишнюю статью из расходов. А тебе зачем?

- Надо. А где можно выйти?

- В городе куча интернет-кафе.

- Скажете Тиму, что я не приду сегодня на тренировку. Мне срочно нужно найти одного человека.

- Вот сама ему сейчас об этом и скажешь, – Леша указал на появившегося в дверях парня.

- Ну уж нет. Он опять разорется как потерпевший, а оно мне надо?

Я встала из-за стола и пошла в общежитие собираться. Мимо встреченного по пути Тима я прошла не задерживаясь.

***

- Не понял, - Леша в задумчивости почесал затылок. – Кого она собралась искать.

- Отца.

- Куда она пошла? – Тим, услышав их разговор, округлил глаза.

- В город, кажется…

- А меня в известность почему не поставила?

- Потому что ты затретировал девушку до такой степени, что она разговаривать с тобой боится.

- Ну зашибись! Вы-то чем думали? Ее нельзя отпускать одну, – он подорвался из-за стола и побежал следом.

***

- Ты куда намылилась? – Тим влетел в комнату, не утруждая себя стуком.

- Не твое дело.

- Как раз таки мое. Я тебе запрещаю.

- А я игнорирую твой запрет. И вообще, стучаться не учили? Вдруг я тут голая.

- Да что я там не видел? Не увиливай от темы. Ты никуда не идешь.

- Спорим? – я злобно зыркнула на него, и, увидев слегка растерянный взгляд, пошла на попятную. – Тим, пойми, для меня очень важно найти папу.

- Зачем? Убедиться, что он тебя не помнит и ты для него чужая?

- Даже если и так. Я должна.

- А давай, ты выполнишь свой дочерний долг после того, как мы разберемся с нашей проблемой.

- Вот именно, с ВАШЕЙ! – я сорвалась на крик. – Это вы меня в нее втянули, это вы порушили всю мою жизнь! Так дай мне найти хоть крупицу того, что у меня когда-то было!

- Хорошо. Но я иду с тобой.

- Зачем?

- Хотя бы за тем, что ты сама ничего не сможешь сделать.

Из комнаты мы вышли вместе. Тим связался с ребятами и предупредил, что его тоже не будет. Я позволила идти ему вместе со мной потому, что с ним действительно будет проще во всем разобраться. Да и спокойнее как-то.

Забежав в медпунк и убедив врача, что повязка на руке больше мешает, чем приносит какую-либо пользу, я уломала ее снять, клятвенно заверив, что буду беречься и, «если что, пенять только на себя».

Ближайшее интернет-кафе оказалось совсем рядом со Школой (с учетом того, что она находилась в стороне от города). Заплатив и сев за свободный стол, я не обнаружила ничего, похожего на привычный мне компьютер или ноутбук. Напротив меня лежал продолговатый тонкий цилиндр, к которому тонким шнурком была прикреплена миниатюрная мышка.

- И как, стесняюсь спросить, этим пользоваться? – я ткнула пальчиком в мышку и ничего не произошло.

- А я стесняюсь спросить, как ты собиралась справляться сама, если даже не знаешь, как компьютер включить?

Тим нажал на еле выступающую пимпочку на грани цилиндра и из него выскочило две проекции: клавиатура, светящаяся красным, и черный матовый экран, по которому забегали строчки загрузки.

Система тоже не имела ничего общего с той, к которой я привыкла в свое время. Я, как никогда, ощутила себя человеком из прошлого.

В пределах Школы это не особо бросалось в глаза из-за практического отсутствия там технических приборов – все держалось на магии. Студенты даже мобильной связью не пользовались, предпочитая ей магическую. Да и внешне они, то есть студенты, особо не отличались от студентов прошлого. Те же джинсы, те же футболки, те же разговоры, в которых, время от времени, все же проскальзывали непонятные мне жаргонизмы. Самые обычные студенты, не считая направления их обучения. Если я все-таки решу вернуться домой, то, пожалуй, никому об увиденном здесь рассказывать не буду – мигом в дурку упекут. Другой вопрос – а захочу ли я возвращаться?

- И что дальше? – я тупо смотрела в монитор.

- Это у тебя надо спросить. Ты же собиралась самостоятельно на поиски отправляться, вот и ищи. – Тим, откинувшись на стул и скрестив руки на груди, смотрел на меня.

- Ну-у, я бы кого-нибудь попросила помочь.

- И на тебя посмотрели бы, как на умственно отсталую.

- А, может, я из села.

- Сейчас во все селах детей с первого класса учат информатике.

- А я с очень глухого села. Там компьютеры тридцатилетней давности.

- Они их что, по свалкам собирают? – поднял бровь парень.

- Почему по свалкам? – я почувствовала обиду за обитателей неизвестного, и вряд ли существующего, села. – Они аккуратно обращаются со старыми.

К одной поднятой брови присоединилась вторая, и он рассмеялся. Как всегда, легко и беззаботно.

- Сейчас все найдем.

Тим сдвинул меня вбок, а сам занял место напротив монитора и начал стучать по клавиатуре.

- Фамилия, имя и отчество отца? И дата рождения.

- Архаров Алексей Степанович. 20.11.1966.

- Та-ак, что тут у нас? Вот он! Жив-здоров. Даже фото прикреплено.

Я уставилась в монитор и увидела небольшую анкету, украшенную фотографией в левом верхнем углу. Папа… А вот адрес был мне незнаком. Мало того, что городом проживания значился этот, а не мой родной, так еще и улица какая-то левая.

- Тим, а это где? – я ткнула пальчиком в монитор и тут же испуганно одернула, так как он прошел насквозь.

- Это…хм… - он на мгновение задумался. – На другом конце города. Километрах в тридцати отсюда, примерно.

- Где-е? – не думала, что он так разросся. Раньше примерно такое расстояние было до моего дома.

- Ну а что ты хочешь? Города растут, подгребают под свою территорию соседние. Чтобы избежать путаницы сходные по названиям улицы переименовывают. Иногда такие попадаются – язык сломаешь. Могу только позавидовать фантазии их придумавших.

- Поехали!

- Может, в другой раз?

- Тим, другого раза может и не быть. Даже если его не будет дома, я буду ждать. Чудо, что он в свои… - я произвела в уме нехитрые расчеты. – Восемьдесят семь еще жив.

- Ну это, как раз, не чудо. Медицина шагнула далеко вперед, и технология продления жизни отработана на диво хорошо. Так что восемьдесят семь – это вовсе не возраст. Многие еще работают (а куда им деваться, если пенсионная реформа такая, что на пенсию и двух недель не проживешь). Вот если сто семь, то уже да, там ничем не продлишь…

- Значит, едем. Либо ты со мной, либо я поеду одна.

- И заблудишься в первые же полчаса. Нет уж, лучше я сам тебя отвезу.

Глава 19

ГЛАВА 19

Такую вещь, как такси либо рейсовый автобус Тим отмел сразу: и первое и второе слишком долго ждать. А частники такую цену заломят, что лучше пешком добежать. По ступенькам мы перешли на железнодорожный мост и с него уже сошли на станцию.

Электричку, при таких размерах города я перестала удивляться их наличию, мы практически не ждали. Подошедший поезд гостеприимно распахнул перед нами вагон и пригласил вовнутрь. Мелодичный женский голос объявил об отправлении и название следующей станции. Благодаря утреннему часу, когда основной поток пассажиров схлынул, сидячих мест было в изобилии. Заняв кресло в середине вагона, мы отправились в путь.

По мере продвижения и приближения к цели меня все сильнее охватывал мандраж. Сердце колотилось как бешенное, а руки никак не могли найти себе место и поочередно теребили то край футболки, то верхнюю пуговицу курточки. Во время очередного приступа паники, когда мучаемая мной пуговица покинула предназначаемое ей место, Тим взял меня за руку и слегка ее сжал.

- Не переживай, все будет хорошо.

- Сколько нам еще ехать?

- Еще около получаса. Без остановок было бы быстрее, но это, как-никак, общественный транспорт.

У-у-у, всего полчаса! Ну почему не два или три? Одна моя часть рвалась на встречу с отцом, другая же (видимо, более здравомыслящая) отчаянно боялась и твердила, что можно было бы и подождать. Под конец я вообще начала подумывать о том, как хорошо было бы, если поезд сломается и мы никуда не попадем.

- Пошли.

- А? Что? – я встрепенулась и посмотрела на Тима.

- Пошли, говорю. Приехали.

- Ага…

Мы вышли из вагона перед самым закрытием дверей. Поезд, постояв еще секунду, тронулся, стремительно набирая скорость.

- Куда дальше?

- Сейчас разберемся. Я эту часть города плохо знаю. Смотри по сторонам, может, осталось что-нибудь тебе знакомое.

Я внимательно огляделась. В отличии от той части города, где мне уже доводилось гулять, здесь все было по-другому. Во-первых: удивляло обилие зеленых деревьев. У нас и раньше было зелено, но не до такой степени. Во-вторых: многополосное движение центра ближе к окраине сливалось в две полосы. Такое ощущение, что техническим благоустройством занимались, как правило, только в центральной части, оставив окраине право жить так, как она хочет. Нет, тут все так же сверкало чистотой, новыми зданиями и обилием витрин, но было как-то… тише, что ли… Спокойнее.

Тем временем Тим выловил какого-то мальчугана и выспрашивал на предмет интересующего нас адреса. Мальчишка оглянулся, посмотрел название улицы на ближайшем доме и махнул рукой куда-то вправо. Будем надеяться, что этот Сусанин не послал нас в какую-нибудь глухомань к черту на рога. Сама пару раз так косячила, а потом боялась встретить заблудившихся благодаря мне, но далеко не благодарных, людей.

По дороге Тим еще пару раз уточнил направление (мальчик не ошибся) и, свернув с общей дороги, мы уткнулись в маленький дворик.

Здесь практически ничего не изменилось… Глянцево-сверкающее великолепие было только на проезжих частях, сохранив уют дворовых территорий.

- Это здесь? – то ли спросил, то ли подтвердил Тим.

- Да, – я направилась к одной из пятиэтажек.

Деревянная дверь на пружине была заменена на новую металлическую с домофоном.

- Ну? Домофоны в твое время уже были. Или ты резко забыла, как им пользоваться?

- Нет, – я говорила короткими фразами, так как боялась, что и без того хрипло звучащий и дрожащий от волнения голос сорвется окончательно. – Я помню.

Ну же, Вика, всего три кнопки: номер квартиры и вызов. Давай, ты сможешь!

- Мне страшно.

- Ну хочешь, не пойдем, – он повернул меня к себе и заглянул в глаза. – Но потом ты будешь корить себя за эту трусость.

Он прав – буду. Поэтому нужно собрать всю смелость в кулак и нажать эти несчастные кнопки. Идея, вот так, с бухты-барахты, приехать к папе уже не казалась мне такой замечательной. А вдруг я ошиблась? А вдруг, Сашка ошиблась, и ее мама меня не искала, или, искала, но вовсе не меня. Мало ли Даш Герман, в девичестве Назаренко, живет в этом городе? Мало… Мы как-то, ради интереса, искали в интернете девушек с таким же именем и фамилией, и убедились, что в нашем городе Дашка – уникум.

Только я протянула руку к домофону, как он запиликал и дверь открылась, выпустив во двор молодую девушку, окинувшую меня и Тима подозрительным взглядом. Точнее, меня подозрительным, а Тима – заинтересованным и чуть задержалась.

- А вы к кому? – голосок тихий и чуть писклявый.

- В шестнадцатую, – Тим ответил за меня.

- К дедушке Леше? – к дедушке… Ну да, для нее он дедушка.

- Именно, – Тим придержал закрывающуюся дверь. – Не знаете, он дома?

- Дома. А вы ему кто? – хватит смотреть на моего мужчину, гляделки повыцарапываю!

- Родственники, – слишком резко, чтобы это казалось дружелюбным, ответила я.

- Какие такие родственники? – эта девица начала меня бесить. Вот что за подозрительная особа? – У него никого нет. Я сейчас полицию вызову!

- Девушка, милая, не надо полицию, – Тима этот разговор тоже начал напрягать. – Мы действительно родственники, дальние.

- Ну смотрите, я вас запомнила, – ага, особенно Тима.

- Наконец отстала, – сказала я после того, как она скрылась за углом. – Стоит тут, понимаешь, пялится. Чуть все глаза об тебя не стерла.

- Ревнуешь? – сощурившись, он посмотрел на меня.

- Нет, блин, завидую, что на тебя девушки смотрят, а на меня нет!

- Чудо ты мое, – беззлобно засмеялся Тим. – Давай, заходи.

Глянув за гостеприимно распахнутую дверь в ярко освещенный подъезд, я снова сжалась в комок. Тим взял меня за руку и первый вошел в подъезд. Хватка у него была – что надо, поэтому мысли типа «вырваться и убежать» только мелькнув, сразу ретировались.

Ну почему папа живет на первом этаже? За те три шага и пять ступенек, что отделяли меня от родной двери, сердце попыталось смыться дважды: сначала через горло, а потом через другое отверстие, расположенное значительно ниже. И, в итоге, испуганно замерло на месте, забыв о том, что ему, как бы полагается биться и гонять кровь по данному трусливому организму.

Что я ему скажу? «Здравствуй, папа»? А если он меня не узнает? «Извините, обозналась»?

Я в неуверенности остановилась перед новой металлической дверью (такую и тараном не возьмешь), украшенной витыми цифрами один и шесть. Колени подкашивались. Недавно отпустивший спазм, вернувшись, с новой силой продолжил сжимать горло. Тим, посмотрев на меня и поняв, что так медитировать я могу еще очень долго, сам нажал на кнопку звонка. За дверью раздалась мелодичная трель, знакомая еще с детства и, чуть погодя, шарканье тапок. Эти звуки сейчас были для меня самыми прекрасными на свете. Тим, продолжавший держать меня за руку, чуть сильнее сжал ладонь.

Дверь открылась, и из квартиры выглянул… дедушка… Его лицо избороздили морщины, глубокие у рта, и сеточкой у уставших глаз. Голову украшала седина.

- Вам кого? – окинув нас взглядом, спросил он.

Сердце, в последний раз глухо стукнув, совершило головокружительный кульбит и оборвалось, затерявшись где-то в брюшной полости. Я стояла, ни жива – ни мертва, пытаясь сдержать рвущиеся на свободу слезы и хрип из горла, который должен был обозначать ранее задуманное «извините».

Прошла долгая секунда, прежде чем мужчина еще раз посмотрел на меня и его глаза расширились от удивления.

- Вика? – он недоверчиво смотрел на меня. В глазах читалась надежда, перемешанная со страхом ошибиться.

- Папа! – я вырвала свою ладонь из ладони Тима и бросилась к отцу на шею. – Папулечка, родной мой, любимый!

- Дочка… Я так ждал тебя, все эти годы ждал, и не верил… Ну проходите же, проходите.

Он впустил нас в квартиру. Тим за моей спиной облегченно вздохнул, а я разрыдалась с новой силой.

Мы прошли на кухню. Здесь практически ничего не изменилось, разве что обои новые и техники побольше.

- Вы, наверное, голодные, – папа начал колдовать у плиты, разжигая конфорку под сковородой. – Я как чувствовал, побольше наготовил.

- Пап, да забудь ты про еду, – я утирала слезы. – Лучше расскажи, как ты тут?

- Как видишь, живу потихоньку. На пенсию недавно вышел. Не то уже у меня здоровье, работать как раньше. А какая может быть жизнь у одинокого старика? Серая и скучная. Лучше расскажи, как ты живешь. С кавалером своим познакомь.

Я, наконец, вспомнила о присутствии Тима, который сидел тише воды, ниже травы.

- Это Тимофей – мой… молодой человек, – глаза Тима на этих словах неуловимо просветлели. – Тим, а это, как ты понял, мой папа – Алексей Степанович.

- Очень приятно, – мужчины пожали друг другу руки.

- Зять, значит? – папа лукаво улыбнулся. – А предыдущий куда делся?

- Не спрашивай… Сама все расскажу…

- Если честно, он мне и не нравился. Скользкий какой-то.

Скользкий – не то слово. Меня больше поразило, что спустя столько времени папа об этом помнил. Это для меня прошло чуть больше месяца, а для него – тридцать лет!

Папа все же решил накормить нас жареной картошечкой с грибами, и, пока еда разогревалась, я неторопливо начала свой рассказ. С того самого момента, как видела его в последний раз. Все как раньше, когда мы вдвоем сидели на кухне за чашкой чая и делились друг с другом последними новостями.

Тим не только не нарушал тихую семейную идиллию, но и как-то сразу в нее вписался. Как будто он был здесь к месту… Как член семьи. На папино «зять» он совершенно не обиделся, а вот упоминание о Максе заставило его сжать кулаки.

Я рассказывала все без утайки, зная, что он ничему не удивится. Это для меня магия была в диковинку, а он уже больше десятка лет живет среди этого. Папа молча слушал, в некоторых моментах качая головой и вздыхая.

- В будущее, значит… - задумчиво протянул папа после того, как я закончила свой рассказ. – То есть, моя маленькая дочь, такая же маленькая?

- Не маленькая, а молодая, – я горделиво задрала носик.

- Да какая ты молодая? Маленькая, – рассмеялся отец. – Знаешь, когда по телевизору рассказывали про покорение новых миров и про открытие магии, я чувствовал, что ни к чему хорошему это не приведет… Но что все будет до такой степени плохо, я даже подумать не мог. Вы уж там аккуратнее.

- Не переживай, все будет хорошо, – слишком бодро и наигранно отозвалась я. И папа это сразу понял…

- Волнуюсь я… - он заново наполнил кружки. – Не за себя. Черт с ним я, я свое пожил, а вот ты…

- Алексей Степанович, я сделаю все, чтобы Вика не пострадала, – заверил его Тим. – Сам погибну, но ее в обиду не дам.

- А вот этого не надо. Боюсь, что если не станет тебя, то она сама жить не захочет, – горько усмехнулся отец. Так что вы уж берегите друг друга.

Мы синхронно кивнули.

- Пап, а у тебя альбом с фотографиями остался?

- А как же! Принести?

- Неси!

Отец прошаркал в комнату и оттуда донеслись шорохи.

- Просканируй его, – шепнул мне Тим.

- В смысле? – я чуть не подскочила от удивления и оскорбления. – Ты на что намекаешь?

- Я намекаю на наличие у него магического дара! – прошипел он мне прямо в ухо.

- А-а. Сейчас.

Отец вернулся с огромным альбомом, в котором были собраны все семейные фотографии. Я положила альбом перед собой на стол, папа и Тим придвинулись поближе.

Переключившись на магический диапазон, я посмотрела на отца, и осталась приятно удивлена увиденным. Его аура неярко переливалась всеми цветами радуги, вбирая в себя прожилки магической энергии. Я повернулась к Тиму и кивнула. Он довольно улыбнулся и пробуробил себе поднос что-то вроде «ятакидумал».

Альбом легко открылся на первой странице. С нее на нас смотрели двое молодых людей, стоящих на фоне фонтана. Фотография была черно-белая и поблекшая от времени, но все так же передававшая теплоту солнечного летнего дня. Платье девушки развивалось под порывом ветра, а молодой человек легко обнимал ее за талию.

- Это папа и мама сразу после свадьбы.

- Ты очень похожа на маму, – сказал Тим.

- И не только внешне. Характер точь-в-точь Маринин, – с улыбкой дополнил отец.

- И как вы с этой женщиной только справлялись? – восхитился Тим, и тут же прикусил язык, вспомнив о том, что мама давно умерла.

- Да как, - папа, казалось, не обратил на это внимание. – Сложно, вот как! Никогда не поймешь, на что она обиделась и обиделась ли. Но, на всякий случай, прощения лучше попросить.

Тим посмотрел на меня, а потом, с пониманием, на отца. Ну надо же, какое единодушие! И вообще, я уже не злюсь. Еще со вчера. Это кто-то другой, не будем показывать пальцами, ведет себя как маленький ребенок.

Я перелистнула страницу дальше, открыв взору еще ряд черно-белых фотографий поменьше. На их были изображены родители в компании различных людей. Поясняя, кто есть кто, и при каких обстоятельствах была сделана та или иная фотография (мне об этом в свое время папа рассказывал), мы добрались до середины альбома. Ее венчала моя, уже цветная, фотография с витиеватой рамкой.

- Это ты? – хохотнул Тим.

- Я. Что ты так улыбаешься?

- Смешная ты, лопоухая, – он отодвинул прядь моих волос и внимательно оглядел предоставленное ему ухо. – А сейчас нет.

- Так лучше? – я оттопырила ухо пальцем, чем вызвала взрыв смеха уже у обоих мужчин.

Дальнейший десяток страниц, если не больше, был посвящен мне, запечатленной в различных ракурсах. Особенно Тима заинтересовала фотография мамы со мной, маленькой и спеленованной, на руках. Он смотрел то на нее, то на меня.

- Тимочка, ты что там высмотреть пытаешься? – с реальным беспокойством в голосе проговорила я.

- Ты будешь смеяться, но я никогда, кроме как в кино, не видел грудных детей и понятия не имею, как с ними обращаться и даже, как держать.

- А зачем тебе сейчас эта информация?

- На будущее, – безапиляционно заявил этот обормот и сам перелистнул страницу.

Далее последовал приступ смеха, и вызвала его моя фотография в подростковом возрасте. Лопоухость к тому времени уже прошла, но ее успешно компенсировали торчащие в стороны куцые косички.

Когда-то у меня были волосы длиной до… ниже поясницы, но, путем долгих истерик и уговоров, я обстригла их (вот дура!) до модной и казавшейся мне безумно красивой стрижки каре. Через три дня стрижка мне надоела, и я снова заскучала по длинным красивым волосам. Послушав мое нытье по поводу утерянной красы и гордости, папа предложил побрить меня налысо. Щеголять черепушкой мне хотелось еще меньше, поэтому я стоически терпела и отращивала волосы, так что, эти косички мне тогда казались чем-то уже безумно длинным и красивым. До прежней длины я отрастить их так и не смогла, остановившись на уровне чуть ниже лопаток, но больше над своей шевелюрой не издевалась.

- Стой, не переворачивай, – Тим удержал мою руку, готовую вот-вот перелистнуть очередную страницу. – Это кто?

- Это моя подруга – Даша.

- Эта твоя подруга очень сильно похожа на маму нашей общей подруги.

- Ну да, это Сашкина мама.

- Да ну? Уверена?

- На девяносто девять процентов! А ты ее видел?

- Конечно. Саша как-то знакомила нас всех.

- Она и меня обещала в гости пригласить.

- Если обещала – значит, пригласит, – заверил меня Тим. – Неожиданный поворот… Я как-то видел ее мельком, еще тогда, когда за тобой приходил, но особого значения не предал. А вот оно как оказывается… Тесно же ты с нами переплетена… Не удивлюсь, если вы когда-то и с моим отцом контактировали.

Я все хотела спросить, где его мама, но подходящего случая так и не представлялось. Этот я тоже не сочла вполне удачным и вновь промолчала. Зато не промолчал папа:

- А кто твой отец?

- Директор Школы Магии, – со вздохом выдавил Тим. – Если бы не он, то я бы туда ни за что не пошел!

- А имя у этого директора есть?

- Виктор Александрович Орлов. Кстати, он родился в этом городе, когда тот еще был отдельным населенным пунктом.

- Хм-м… - папа призадумался. – А по какому адресу, ты, конечно, не знаешь?

- Ну это, как раз, не проблема, – сказав это, Тим ушел в себя.

- Мыслесвязь, – авторитетно шепнула я.

- Советская восемь, квартира двадцать один, – примерно через минуту сказал он.

- Ага… И ему сейчас в районе пятидесяти лет?

- Да-а…

- Ну точно! – отец хлопнул себя по коленям. – Викуль, а помнишь ли ты маленького мальчика Витю, с которым тебя частенько оставляли в няньках наши соседи сверху?

- Да ну, пап! Не может быть!

- Ну адрес-то наш, только квартира на этаж выше.

Я расхохоталась. Да ну нафиг! Как такое вообще возможно? Я нянчилась и утирала сопли отцу своего любимого мужчины. Вот это поворот!

Тим сидел в шоке, выпучив глаза, и тоже слабо верил в происходящее.

- Ну ни… ! – наконец смог выдавить он, и тут же зажал рот рукой. – Ой, простите.

Глядя на его растерянное лицо, я засмеялась еще громче и, немного подумав, Тим ко мне присоединился.

- Вот папаня обрадуется! Кстати, - он резко посерьезнел. – Нам обещана выволочка, за то, что ушли, не поставив его в известность.

- Я думаю, хи-хи, мы это переживем. О-о-о, не могу! – новый приступ смеха заставил согнуться меня пополам и схватиться за живот. – Ты не представляешь, каким он был смешным в детстве! Мелкий, пухленький, с насупленными бровками и губками, тихо лопочащий: «Тетя Вика, пошли играть».

- Представляю, – не выдержал и рассмеялся Тим. – Сейчас у него так не получится.

Наконец отсмеявшись, я обратила внимание на время. Вот это мы посидеть! Полвосьмого вечера. За окном уже наступили вечерние сумерки. Пора бы выдвигаться в сторону Школы, а то Виктор нам такой нагоняй устроит, что мама не горюй!

Услышавший об этом отец заметно погрустнел, но, при всем моем желании, остаться я никак не могла.

- Вы, как только сможете, приходите вместе, – сказал он уже в дверях. – И папу захватите.

- Ага, - я снова хихикнула. – Обязательно, папуль!

Обняв и поцеловав отца на прощание, сдерживая снова накатывающие слезы, вышла за порог. Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями.

- Береги ее. Я тебе доверяю.

- Обещаю. Я ее люблю, – неожиданно и для меня, и для папы признался Тим.

- Я вижу, – печально улыбнулся отец. – Удачи вам.

Дверь закрылась и я, спокойная и удовлетворенная, вышла из подъезда.

- Ну вот, а ты боялась, – мы остановились напротив подъезда.

- Спасибо тебе.

- За что?

- За то, что ты есть и за то, что ты со мной.

Я обняла Тима и уткнулась носом ему в грудь. Он обнял меня за плечи и поцеловал в макушку.

- Ну куда же я тебя отпущу? – он немного отстранился. – Я так понимаю, мир?

- Мир. Поехали в Школу, а то нам Виктор быстро этот мир в локальную войну превратит. Хотя стой, дай руку. Не эту другую, – я взяла его за запястье, на котором болтался браслет. – Скажи, ты будешь сильно скучать по этой штучке?

Тим внимательно посмотрел на меня и улыбнулся, прочитав ответ на невысказанный вопрос в глазах.

- Ну и отлично!

Я расстегнула массивную застежку, цепочка легко упала мне в ладонь. Посильнее размахнувшись, я запустила ее далеко в кусты.

- Я лучше сама тебе новый подарю.

Он также молча поцеловал меня, взял за руку и пошел к выходу со двора, глупо улыбаясь и радуясь тому, что все недомолвки теперь должны остаться в прошлом.

***

- Ну и где вы весь день шарахались? – директор нависал над нами огромной грозовой тучей. – Уехали незнамо куда, меня в известность не поставили. Вы хоть понимаете, что это могло быть опасно?

- Извините, – промямлила я. – Это моя вина, Тим здесь не при чем.

- Оба хороши, – он махнул на нас рукой и сел в свое кресло. – Может, расскажете, где вы были?

- У моего отца.

- Да? – он удивленно поднял бровь. – И как?

- Хорошо. Попили чаю, посмотрели фотографии. Он меня помнит.

- То есть как, помнит? – мужчина был ошарашен. – А как же…

- Сам в шоке, – Тим встрял в разговор. – Не вероятно, но факт. Видимо, заклинание оказалось нестабильным.

- Ну и хорошо.

- Па-а-ап, тут такое дело… - в глазах у Тима заплясали смешинки, и он отчаянно пытался сдержать улыбку. – Ты случайно не помнишь соседку, которая с тобой в детстве нянчилась?

- Смутно, но помню, – Виктор задумался. – Столько лет прошло… Где она сейчас – представления не имею.

- Она перед тобой.

- В смысле?

- Ну я же спрашивал у тебя твой старый адрес. Так вот, Вика жила там же, только на этаж ниже.

Директор во все глаза уставился на меня.

- Да нет, ты что! Сколько мне лет, а сколько Вике. Та девчонка была меня старше.

- Пап, а ты не забыл, что Вика у нас гостья из прошлого?

- Елки-палки… Точно! У меня это совершенно из головы вылетело. Ну, нормально. Сижу тут и воспитываю свою няньку. Как вы вообще до этого додумались?

- Это не мы, это папа. Он когда о вас услышал, сразу же предположил такой вариант, и попал в точку. Кстати, он в гости приглашал.

- Обязательно, как только разгребемся с проблемами…

- Случилось что-то?

- А тебе мало настоящего положения вещей? – он задумался. – Случилось… Я вызвал к себе нескольких студентов, из тех, на которых указала Вика. Студенты до меня не дошли. Они просто пропали. Их нет в Школе, это совершенно точно. Через проходную они тоже не выходили.

- Телепорт?

- Ну не улетели же они, – при упоминании о проблемах Виктор сразу помрачнел и начал злиться.

- А сколько пропало?

- Трое. Пока трое. Я хотел их блокировать по-тихому, да не получилось Умные, смылись. Если об этом узнают остальные, а они узнают, то скоро уйдут все. Я уже дал приказ никого не выпускать, блокировал Школу от телепортации, но это может и не помочь. В конце концов, у нас еще и окна есть, которые просто так не заколотишь.

- Завтра разберемся, – заверил его Тим.

- Разберемся… Вик, ты нас прости, что втянули тебя во все это. Мы рассчитывали на год, а видишь, как получается. Самое страшное, что дальше, чем на неделю будущее не просматривается, а то, что просматривается, настолько смутно и не понятно, что не разберешь, как все начнется и чем закончится. Я давно заметил, что ни одно важное событие из грядущих нельзя детально отследить… А тут вообще никак не выходит. Как будто мешок черный на голову надевают.

- Виктор, вы не переживайте. Это даже к лучшему, что мы не знаем исхода…

Правильно, к лучшему… Если, допустим, нам показали бы, что мы победим, могло получиться так, что мы расслабимся и все полетит в тар-тарары. Если же наоборот, то это может грозить преждевременным отчаянием. Так что, это очень даже хорошо, что мы ничего не знаем.

Но вот почему все настолько ускорилось? Я помнила, как Тим говорил мне про год. Тут же прошел всего месяц. То, что это я послужила в роли катализатора, думать не хотелось, хотя, это могло оказаться так. Зачем им ждать, когда я наберусь сил, если можно нанести удар сейчас.

Если все будет так, как расписала мне Лиза, то у нас есть еще три-четыре дня. Всего лишь три или четыре. Я как никогда чувствовала себя слабой и бесполезной. Да, меня многому научили, но многому и не научили. Некоторые мои навыки очень слабы, и подтянуть их за три дня будет нереально сложно.

Блин! Да я наизнанку вывернусь, но сделаю все от меня зависящее. Я не хочу снова потерять отца, я его только что заново обрела. И Тима я тоже потерять не хочу. Я вообще не хочу никого терять.

***

- Так значит, эта заноза выжила. Я был уверен, что она мертва, – голос Магистра грохотал на весь кабинет. – Как же она мне надоела. Решено, завтра я вызываю армию.

- Но это неразумно, – Макс вальяжно сидевший в его кресле, встрепенулся. – Завтра совсем неподходящая ночь, нужно еще выждать.

- Выждать что? Пока они натаскают эту девчонку еще лучше? Ты вообще на чьей стороне? Сначала тебе удалось уговорить меня убрать из дома всех на время обряда, теперь отговариваешь от наступления. Я начинаю жалеть о том, что приблизил тебя.

- Я просто забочусь об успехе нашего мероприятия. Лишние люди во время обряда могли помешать.

- Конечно, могли. Только не нам, а этой светлой шайке. Уму непостижимо, три дохлых светлых мага разнесли всю мою лабораторию и сорвали обряд. Ты еще здесь? Пошел вон!

- Я бы на вашем месте еще раз все обдумал, – Макс не торопясь вышел из кабинета.

Старый хрыч! Каких трудов ему стоило убедить его убрать лишних людей. Яна вовремя смогла с ним связаться и рассказать о запланированном вторжении. Если бы не излишнее благородство Виктора, то сейчас он, Макс, на правах приемника был бы здесь главным. Они обязаны были его убить. Он предоставил им все условия. Так нет же. Светлые, мать их.

И этому тоже приспичило начать раньше. Макс уже почти все подготовил. Если бы обряд проводился вовремя, то Магистра должно было убить на месте первыми же строчками. Теперь же весь план летит коту под хвост.

***

- Знаешь, я все больше и больше убеждаюсь, что оказалась здесь не просто так, – в комнате было темно и единственным источником света служила заглядывающая в окно луна. – Мой дар мог оказаться у кого угодно другого.

- Что конкретно ты имеешь в виду?

- Ну смотри, получается так, что с каждым из вас я каким-либо образом связана. Сашка – дочь моей лучшей подруги, ты – сын моего бывшего соседа и подопечного, а Леша… С этим мне еще не понятно…

- Ну тут все просто: Леша – парень Саши. Они, можно сказать, семья.

- В принципе, да… - я глубоко вдохнула и выпалила. – Тим, а где твоя мама? Ты никогда о ней не упоминаешь. Даже когда о детстве рассказывал, там только отец фигурировал.

- Мама… Хотел бы я знать это сам, - он замолчал, и я подумала, что больше ничего не услышу на эту тему. – В последний раз она звонила откуда-то из Европы.

- Так с ней все в порядке?

- Более чем. Она бросила нас. Собрала вещи и уехала.

Они с отцом рано поженились. Им казалось, что это раз и навсегда. Через пару лет совместной жизни родился я, и семья стала идеальной во всех смыслах. Жена – умница-красавица, муж – начинающий, но жутко перспективный ученый, сынишка просто лапочка. А потом появилась магия… У отца выявился мощный дар, у меня тоже были способности, а вот мама оказалась пустышкой. Папа полностью зарылся в работу, корпел над книгами, писал свои, развивал магические способности и пытался чему-то научить меня. Нет, он не забыл про маму. Он ее безумно любил и уделял кучу времени, но ей этого казалось мало. Она все чаще и чаще злилась из-за того, что не такая как мы, кричала на отца, чтобы он прекратил все эти занятия, что хочет обычной жизни без всякой иномирской дребедени.

А мне занятия магией нравились. Я уже мог выплетать простейшие заклинания и всерьез вознамерился стать великим волшебником.

А потом мама ушла, напоследок выкрикнув, что магия разрушила ее семью, и что она знать не желает нас. Обычно, если матери уходят из семей, то забирают детей собой. Моя же прикасаться ко мне не хотела. Постоянно смотрела на меня и папу как на прокаженных. Это сейчас я понимаю, что она просто завидовала, но шестилетний мальчик этого понять не мог. После ее ухода я полностью забросил занятия и во всем винил отца. Мне казалось, он вообще не заметил, что она с нами больше не живет, настолько обыденно он себя вел, пока я не застал его ночью хлещущего коньяк чуть ли не из горла и проклинающего все на свете.

Я перестал на него злиться, но отношения так толком и не наладились. О магии я тоже слышать не хотел. Отец сутками пропадал на работе, я его толком не видел, только слышал бесконечные указания и наставления. Мама так и не вернулась, вскоре оформив развод и опять выскочив замуж. Она звонит раз в год, поздравляет меня с Днем рождения. На этом все наше общение заканчивается. Я до сих пор не могу понять, что же должно быть в голове у той женщины, которая бросила своего ребенка и совершенно не интересуется его жизнью. Для меня семья – это святое. Даже не смотря на все споры и разногласия с отцом, я его никогда не брошу. И магию не брошу… Хоть она и отобрала у меня мать (достаточно спорный вопрос), она дала мне тебя.

Тим говорил легко, так, как будто эта тема его совершенно не тяготила. Только вот глаза говорили обратное. Я видела, как ему тяжело и грустно. Передо мной словно был шестилетний мальчик, так и не понявший, почему мама ушла, но изо всех сил пытавшийся в этом разобраться. Как ни странно, но обиды в его голосе я не слышала. Скорее, печаль и непонимание, но никакой обиды. Он ее простил… За все простил… Я бы тоже простила и что угодно отдала, лишь бы мама сейчас была жива и просто от нас ушла.

***

- Все! Мне это надоело! – молодая женщина скидывала вещи в разложенный посреди комнаты чемодан. – Я ухожу от тебя!

- Наташ, не ерунди. Давай сядем и спокойно поговорим. Ты своими криками сына пугаешь.

- Ах, сына я пугаю! Удивительно, что ты еще помнишь о его существовании, – взвизгнула женщина. – А спросить, почему я ухожу, ты не хочешь?

- Хочу. Я хочу все спокойно выяснить, без твоих истерик, которые уже приобрели завидную регулярность, – мужчина изо всех сил старался не сорваться на крик. – Тимофей, иди в свою комнату!

- То есть, сына ты мне не отдашь? Да и не больно-то и хотелось! Сам его воспитывай, как хочешь. Ты сам становишься чудовищем и Тимофея таким же делаешь.

- Как ты можешь такое говорить? Это же твой ребенок.

- Нет, это твой ребенок. Мне не нужен такой сын. Знаешь, что он сделал, когда поранился? Любой нормальный мальчик в его возрасте испугался бы, заплакал, а он первым делом начал выплетать какое-то заклинание. Надо мной уже все подруги смеются.

- Что ты несешь? – он все же сорвался. – Тебе подруги дороже собственного ребенка, про мужа я вообще молчу?

- Вот и молчи! Лучше уж никакого мужа, чем такой. Я выходила замуж за перспективного ученого, но никак не за повернутого колдуна. Ты же кроме своей магии ничего вокруг не видишь, даже Тиму ей голову заморочил.

- У мальчика способности и их нужно развивать. Пойми ты, что магия – это такая же наука, как и все остальные. И к ней так же нужно иметь талант.

- Ну дава-ай, заводи свою шарманку. Ты мне всю жизнь сломал! Денег нет, живем в двухкомнатной халупе, за то с ма-а-агией! Так давай, наколдуй мне двухэтажный дом. Что? Не можешь? Да ты вообще ничего не можешь!

- Наташа, - Виктор ошарашено посмотрел на жену. – Я тебя не понимаю. Какие деньги? Тебе чего-то не хватает?

- Ха-ха-ха! Господи, на кого я потратила свою молодость? Ради кого я обивала пороги? Да если бы не я, хрен бы кто тебя в эту исследовательскую группу взял. Что, удивлен? Это я тебя туда пропихнула, это мне ты всем обязан. Я рассчитывала, что ты пробьешься в верхушку, а ты застрял на одном уровне с этой гребаной магией, с этими гребаными исследованиями.

- Ты меня вообще любила?

- Хм… Знаешь, сначала любила.

- Так что же случилось?

- Не знаю… Пойми, Вить, я не хочу всю жизнь прожить вот так. Мне нужен рост и простор. А с тобой этого нет. Скорее всего, я просто не создана для семейной жизни. Такой жизни. Ты прекрасно знал, кем я была и как жила до того, как вышла за тебя.

- А я думал, что знаю тебя… Умная, нежная, любящая. А на самом деле меркантильная и подлая. Помочь вещи собрать?

- Без тебя разберусь, – выкрикнула женщина, рывком застегнула битком набитый чемодан и потащила его к двери.

- С сыном хоть попрощайся.

- Зачем расстраивать ребенка? Не хочу, чтобы он ждал меня домой, я не вернусь. Запомни, это ты виноват и твоя чертова магия! Пропади она пропадом!

Дверь громко хлопнула о косяк, оставив в квартире двоих подавленных людей: молодого растерянного мужчину, не знающего, как жить дальше; и маленького мальчика, выглядывающего из-за косяка и беззвучно глотающего слезы. Уверенного, что это папа во всем виноват и возненавидевшего то, что раньше доставляло столько радости и удовольствия всей своей маленькой, но такой широкой душой.

Глава 20

ГЛАВА 20

Наутро обнаружилась пропажа еще восьми студентов. Как им удалось выскользнуть из Школы, миновав сторожа и телепортационную блокаду – ума не приложу. Видимо, предположение про окна имело определенный смысл. И того мы имели еще четверых темных, которых я легко обнаружила за завтраком. Если раньше они всегда сидели порознь, то сегодня скучковались за общим столом и постоянно косились на нас.

- Тим, мне плохо, – еле прошептала я.

Меня начало заваливать на бок и перед глазами все поплыло. Летя на пол, я встретилась глазами с жадным взглядом Юли. Удара я уже не почувствовала.

Перед вновь открывшимися глазами на фоне белого потолка плыли разноцветные круги. Опять лазарет. Я тут становлюсь частым гостем. Слишком частым.

Среди разноцветной круговерти материализовались испуганные лица ребят.

- Вик, что произошло?

- Я не знаю. Меня вдруг резко замутило, и голова закружилась. Обычный обморок, что вы так распереживались.

- Да нет. Не обычный, – задумчиво протянула Саша.

- Ты заметила что-нибудь странное? Может, слышала шепот, на тебя кто-то смотрел?

- Шепот нет, среди столовского гама я его и не разобрала бы… Взгляд… Юла! – я так резко подорвалась на кровати, что заехала лбом Леше в подбородок.

- Уй, больно же!

- Какая юла? Игрушка? Ты что-то потеряла?

- Не игрушка, а девушка. Помните ту троицу, что ко мне на полигоне подходила? Парень и две девушки.

- Это тот, который на свидание тебя уговаривал?

- Да. Так вот, одну из девушек зовут Юля, но все ее Юла называют, очень подвижная, потому что. В столовой она на меня смотрела и, я не уверена, но, кажется, ждала чего-то.

- Она темная?

- Нет.

- Уверена?

- Да что я, темную ауру от светлой не отличу!

- Это все усложняет. Мы не уверенны, но, похоже, тебя пытались проклясть. Сейчас врач придет и все скажет.

- А она может определять такие вещи?

- Естественно. Она тоже маг, причем маг не наш, а из соседнего мира. Целители такого уровня даже там редкость. Полное слияние с объектом и глубочайшая диагностика. При желании она количество эритроцитов у тебя в крови посчитать может. Когда мы только начали сотрудничать, она влюбилась в кого-то из местных, да так и осталась. Хотя замуж до сих пор не вышла, а личность возлюбленного по сей день держится в тайне. Гениальная женщина, подобные вещи распознает на раз. Если повезет, то, вполне вероятно, точно скажет, что с тобой пытались сотворить и какие были мотивы.

- А как ее хоть зовут?

- Герлиера.

- Как? Герлиера?

- А что ты хотела? Она же из другого мира. Между прочим, это еще очень простое для них имя. Некоторые вообще не произносимы, язык узлом завяжешь, пока выговоришь. Хотя, что-то мне подсказывает, Герлиера – это упрощенное сокращение для таких как мы.

Она не заставила себя долго ждать, и явление врача народу произошло в ближайшие минуты. Эта была та же тетечка, что выхаживала меня и Тима. Я тут же попыталась распознать в ней выходца из другого мира. Женщина меня разочаровала: такая же, как и наши, земные. Вообще ни одного отличия, не считая имени. И говорила она совершенно без акцента. Даже не интересно как-то…

- Все вышли отсюда, – приказному тону этой дамы позавидует любой генерал. – Все – это значит все, Тимофей! Вы будете фонить и сбивать меня.

Тим, решив, что спорить с этим цербером себе дороже, послушно удалился вслед за остальными и закрыл дверь.

- Ляг ровно, вытяни руки вдоль тела и молчи. Говори только в том случае, если я сама буду задавать вопросы. Отвечать честно. Поняла?

- Поняла, – я приняла требуемое положение и максимально расслабилась.

Герлиера несколько раз провела надо мной руками и что-то зашептала. Она периодически стряхивала кистями, как будто стирала с меня пыль. Плавный речитатив то ускорялся и набирал громкость, то сходил практически на нет. Слова были мне совершенно не знакомы и сливались в один сплошной гул.

Ни одного вопроса в ходе своих действий она так и не задала. Как только рукоплескания вокруг меня закончились, она внимательно посмотрела и хмыкнула.

- Ну слушай. Друзья оказались правы и тебя действительно попытались проклясть. Девушка. Ты с ней знакома. Мотив точно не скажу, но, по-моему, банальная ревность. Ты должна была умереть на месте, но все закончилось обычным обмороком. Проклятие отскочило от тебя и откатилось к проклинающему. Судя по всему, в ближайшее время мне принесут еще одно обморочное тело.

- А почему оно отскочило? – мне это все напомнило сеанс у гадалки. Хрустального шара только не хватало.

- Скажи мне, девочка, у тебя критические дни в последний раз когда были? – она с прищуром посмотрела на меня.

- А-а-а… Какое это имеет значение?

- Ну все же?

- Где-то через пару недель должны начаться.

- Если я не ошибаюсь, а я не ошибаюсь, то уже не начнутся.

- В смысле? – я подпрыгнула на постели. – Что значит, не начнутся?

- А то и значит. Ты беременна.

Я потеряла дар речи. То есть, как беременна? Этого не может быть. После Макса, я совершенно точно помню, месячные были. С Тимом все произошло несколько дней назад. Между ними у меня никого не было.

- Какой срок? – кое-как совладав с собой, выдавила я.

- Три-четыре дня.

- Ну не-ет, вы ошибаетесь. На таком сроке ни один тест беременность не определит.

- Тест нет, а я могу. Не забывай, что я маг-целитель высшей квалификации. Такие вещи я могу видеть. Именно эта, пока еще только зарождающаяся беременность и не дала тебя убить. Скорее всего, у будущего ребенка обнаружатся не хилые магические способности.

- Ну охренеть теперь… И что мне дальше делать? Говорил же мне папа: «Вика, пользуйся контрацептивами!»

- Я могу избавить тебя от нее. На таком сроке ты даже ничего не почувствуешь и не поймешь.

- Нет! – мысль о том, чтобы убить ребенка, даже представляющего собой всего несколько клеточек, повергла меня в ужас. – Нет.

- Тогда не задавай глупых вопросов. Сейчас это тебе ничем не грозит. Срок практически никакой, так что никаких ограничений для тебя быть не может. Живи как жила.

- Ага…

- Отец, как я понимаю…?

- Да, – я поняла, что она имеет в виду именно Тима.

А как же ему об этом сказать? Или пока не стоит? Вдруг он испугается и сбежит? Мои душевные терзания прервала Герлиера, разрешившая всем войти в палату, и повторяющая то же, что говорила мне, за исключением новости про нежданную и не совсем желанную сейчас беременность.

- А почему проклятие отскочило? – а я так надеялась, что он не задаст этого вопроса.

- Отскочило, и фиг с ним, – я быстро встряла, пока она ничего не ляпнула. – Со мной все хорошо, даже голова уже не кружится.

Подтверждая свои слова, я бодро вскочила с кровати и целенаправленно потопала на выход.

- Спасибо вам, – я развернулась в дверях и слегка кивнула головой Герлиере. – За все спасибо.

- Береги себя, девочка. Теперь у тебя на один повод жить больше, – она сказала это тихо и после того, как все покинули палату. – Не знаю, как Тимофею, а вот Виктору об этом стоит узнать прямо сейчас.

***

В кабинет директора постучались, и в приоткрывшуюся дверь показалась врач.

- Можно к тебе?

- Да, конечно. Что-то случилось?

- А ты еще не в курсе? Тоже мне, директор. Не знаешь, что у тебя в Школе творится! Викторию пытались убить проклятием.

- Кто? – мужчина стал максимально серьезным.

- Какая-то девчонка. Не темная. Скорее всего, она ее просто к кому-то приревновала и решила разобраться с соперницей раз и навсегда.

- Так что же ты тут сидишь? Бегом в лазарет, нужно спасать Вику.

- Не нужно уже никого спасать. Тихо, тихо! Да не паникуй ты. Проклятие отскочило, и Вика просто упала в обморок.

- То есть, как отскочило? Такое возможно?

- Возможно, при определенных обстоятельствах и… кхм… особенностях организма.

- Ох, эта девочка просто кладезь талантов. Ее еще и проклятия не берут.

- Это – временное явление, и обязана она этим твоему сыну.

- Не понял?

- Если ты проболтаешься, я тебя самого прокляну, понял? – женщина грозно посмотрела на директора.

- Да что такое? Ты можешь по-человечески сказать, как она отразила проклятие и причем тут вообще Тим?

- Могу. А еще могу тебя поздравить.

- Гера! – только ему позволялось так к ней обращаться. – Не тяни! Ты меня пугаешь!

- У тебя будет внук, или внучка. Еще не знаю, – женщина улыбалась.

- А… Э… Как? Откуда?

- Понимаешь, когда мужчина и женщина любят друг друга… - пустилась в объяснения врач.

- Да знаю я, откуда дети берутся! Они же совсем недавно… ну… это…

- И что? Я могла определить это уже на следующий день.

- Афигеть… - совершенно не по-директорски выдохнул Виктор и плюхнулся в кресло. – И как на это Тим отреагировал?

- А мне откуда знать? Вика сама скажет ему, когда посчитает нужным. И ты не смей говорить! И эту идиотскую сияющую улыбку с лица сотри, хотя бы при них, – она тоже была единственной, кто мог позволить себе такое обращение к директору, не считая, естественно, Тима. – Вить, ты меня понял?

- Ага! Гер, а давай мы тоже родим? Вот как только вся эта кутерьма закончится, так сразу, а?

- Совсем сдурел на радостях? Тебе двоих сыновей мало?

- Ну почему сразу сдурел? В конце концов, мы – взрослые люди. Столько лет прошло, все прячемся как пионеры. А один из них, между прочим, вообще не в курсе того, что он мой сын.

- Кто такие пионеры?

- Как бы тебе объяснить… - он поскреб подбородок. – Раньше это была, своего рода организация ребят, относящаяся к коммунистической партии. Не спрашивай про коммунизм, это уже история, в которой я не особо силен. Пионерами были ребята с высокими морально-этическими принципами, активисты, отличники. Сейчас это просто крылатое выражение и пионерами называют таких скромников, как мы с тобой.

- А давай еще чуть-чуть побудем этими… пионерами?

- Ты все еще боишься реакции окружающих?

- Плевать на окружающих. Я боюсь реакции твоего сына и моего. А вдруг им не понравится.

- То есть, они могут себе женщину выбрать, а мы всю жизнь должны в одиночку жить? Ну уж нет. Хватит! Сообщим при первой же возможности.

- Ладно, – Герлиера махнула на него рукой, поняв, что спорить бесполезно. А он еще удивлялся, в кого сынок такой настырный. Пускай в зеркало заглянет! – Только про Вику ни слова. Незачем сейчас им мешать, сами разберутся – не маленькие.

- Да понял я, понял, – он поднял руки в защитном жесте. – А когда будет понятно, мальчик там или девочка?

- Когда надо, тогда и будет.

***

- Так, а кормить меня кто-нибудь собирается? Я, между прочим, без завтрака сегодня осталась.

- Не одна ты, – горестно вздохнул Леша. – Сейчас попробуем пробиться в столовку, может, что и перепадет.

- Как-то у вас тут все не продуманно. Ни одного буфета нет. А если кто-нибудь перекусить захочет?

- Студент должен быть голодным!

- А на преподавателей это тоже распространяется? Ну ребя-ат, попросите поесть! Вам же по любому дадут.

- Да сейчас попросим. На крайняк Тим припугнет их грозным папой-директором, – Саша заискивающе заглянула ему в глаза.

- Вот еще!

- Ты что, способен оставить… - я чуть не ляпнула беременную. – Любимую девушку голодной?

- Любимую – нет, а этих обжор – запросто!

- Садюга! Вика, бросай его, он тебя голодом заморит.

- Он же сказал, что меня нет, – я показала им язык.

Всю дорогу до столовой Тим поддерживал меня за талию (не обнимал, а именно поддерживал), опасаясь, что я снова шандарахнусь. А что было бы, если бы он узнал о беременности? На руках бы понес? С него станется…

У меня в голове до сих пор не укладывалось: как так-то? Я – и вдруг беременная! Нет, безусловно, сама беременность была в моих планах, годков так через несколько. Но не так же быстро. Все только начинается, а мы уже ругались. А вдруг мы характерами не сойдемся? И вообще, может он ничего такого не планировал, а я – наивная Чебурашка – размечталась… Может, Герлиера все-таки ошиблась? Хотя, сомневаюсь, что маг ее уровня, если верить ребятам, может ошибиться. Но Тиму я пока точно ничего говорить не буду. Зачем? Если учитывать, что для нас приготовил Магистр, то лишние волнения будут ни к чему. Он же меня закроет где-нибудь поглубже. И плакала тогда моя помощь, так нам необходимая. Буду сидеть на руинах и оплакивать безвременно ушедшего возлюбленного.

***

На полигоне было пусто. Даже странно, обычно здесь полно занимающихся студентов. Ребят это тоже удивило, и Саша незамедлительно озвучила возникшие у меня мысли.

- Сам не понимаю… - Тим окинул взглядом пустынный полигон, на котором только перекати-поля не хватало. – Потом поинтересуемся. Хватит трепаться, нужно работать. Времени мало.

- Да над чем работать? – Леша с непониманием уставился на него. – У нас уже все до автоматизма выработано.

- А должно быть еще лучше. И не забывай, что это ты дипломированный специалист-практик, а на Вику эта погань только месяц назад свалилась. Сейчас нужно работать в первую очередь на нее и ее способности.

- Бедная наша девочка… - вздохнула Саша. – Как же ей тяжело.

- Эй, а, может, хватит разговаривать, как будто меня здесь нет? Сами вы бедные девочки!

- Извини. Ты как? Нормально себя чувствуешь?

- Лучше всех!

***

Это была та же самая поляна, на которой они встречались со светлыми. По размеру она подходила идеально, а место было глухое, со всех сторон закрытое лесом.

Магистр стоял, воздев руки к небу, и нашептывал последние строчки заклинания, которое должно было поглотить все магические возмущения от открытия портала в другой мир. Рядом с ним стояли Макс и Лиза, чуть поодаль группа людей в таких же черных одеждах, как и он.

Все – молодые ребята – люди постарше на его посулы не велись, ибо мозгов в их головах было значительно больше. А вот эти шальные малолетки напротив, рвались к власти и мировому господству. Часть из них умрет во время нападения, часть убьет он сам, чтобы не путались потом под ногами. Десятку особо отличившихся наградит как-нибудь. От остальных толку нет. Порядок будут поддерживать те, кого он сейчас собирался призвать. Этим людям, хотя, какие они люди – половина из них была оборотнями, он доверял больше, чем шайке земных перебежчиков.

Он подошел к сосуду, наполненному энергией, и положил на него руки. Закрыв глаза, глубоко вдохнул и начал нараспев читать заученные накануне строчки. Обычный телепорт тут не годился – слишком нестабильный для прохода между мирами. Нужно было пробить брешь в ткани междумирья и растянуть ее до стабильной воронки. Для этого и требовалась ранее собранная энергия.

Постепенно из кристалла потянулись темные нити и, исчезая, появлялись на краю поляны уже в виде воронки, увеличивающейся и закручивающейся все быстрее. Вскоре она приобрела колоссальные размеры и рост замер. Туман в центре постепенно рассеялся, явив взору собравшихся стройные ряды армии. Первая шеренга двинулась, выстраиваясь в цепь, и люди начали проходить сквозь портал. Перед тем как вновь выстроиться на поляне они кланялись и отдавали честь Магистру.

Макс порадовался тому, что все-таки не убил старика. Не будь его рядом – их бы уже разорвали. Часть из вышедших выглядела как обычные люди, другие же отличались тем, что из-под верхней губы у них торчали острые клыки, а массивные кисти рук украшали когти. Да и лица больше напоминали звериные морды. Оборотни. Раньше он видел их только на картинках и в Школьном музее, но прекрасно знал, что жалости эти существа не ведают. Даже не обладая магическим даром один такой отряд способен разорвать на куски роту хорошо подготовленных боевых магов. Скорость и регенерация у них были бешеные, а для части заклинаний они были неуязвимы.

А вот остальные были явно магами. Зачем нужны простые солдаты, когда есть эти машины смерти?

Неожиданно что-то пошло не так. Кристалл пустел слишком быстро, а большая часть войска до сих пор находилась по ту сторону. Ускорить перемещение было невозможно, иначе переход разрушится. В последний раз полыхнув, кристалл угас, и воронка начала стремительно сжиматься, пока не исчезла совсем. Что стало с теми, кто в это время был в состоянии перехода – не известно. Должно быть, застряли между мирами.

Магистр оглядел тех, кто успел пройти и заметно разочаровался – здесь не было и пятой части. Бойцов шестьдесят – семьдесят от силы. Мало, очень мало. Радует то, что светлых, достойных светлых, еще меньше, а зеленых недоучек задавить не составит труда. Да и оборотней прошло достаточно. В этом мире они не водились, поэтому, как с ними бороться никто толком не знает. Пока будут пытаться достать хотя бы одного, другие уже порвут достаточно народу.

Он уверен в своей победе. Этот мир будет подчиняться ему и только ему. И даже девчонка им не поможет – ее уберут в первую очередь.

***

Снова грохот от попадающих в стены снарядов. Упавший с потолка кусок бетона со штукатуркой погреб под собой какого-то неудачливого мага. Меня отшвыривает к стене и больно прикладывает об нее спиной, вышибая весь воздух из легких. Из горла выходит слабый хрип вперемежку с кашлем от поднятой пыли.

- Я все равно тебя достану! – по коридору разносится злобный голос. – Наслаждайся последними мгновениями своей никчемной жизни!

Сквозь пыль на меня летит сгусток пламени, опаляя жаром даже на расстоянии. Инстинктивно выставляю вперед руки и не могу сдержать крик, настолько это горячо и больно.

***

- Вика! Вика, да проснись же ты! – Тим тряс меня за плечи и испуганно заглядывал в глаза.

- Сон. Опять сон, – меня сотрясала мелкая дрожь и по щекам ручьем текли слезы.

- Ты кричала. Я так испугался, – он прижал меня к себе. – Ш-ш-ш, маленькая моя, успокойся. Это всего лишь сон.

- Нет, Тим, это не просто сон. Я снова это видела. Не так, как в прошлый раз, по-другому. Но это не просто сон, – я всхлипывала, не в силах унять рыданий.

- Все хорошо. Я рядом, никто тебя не обидит.

- Это было страшно. Их было много, все жуткие, – я начала рассказывать, чтобы хоть как-то успокоиться. – Пульсары огромные, горячие. Все взрывалось. С потолка кусок упал и кого-то придавило. Тим, мне страшно. Я боюсь.

***

К завтраку я вышла разбитая и подавленная. Уснуть так и не получилось и оставшуюся половину ночи я лежала у Тима на груди и прислушивалась к успокаивающему биению родного сердца. Он тоже так и не смог уснуть, пытаясь успокоить меня, поэтому выглядел не многим лучше, а беспокойство так и сквозило во взгляде.

Один раз – случайность, два раза – совпадение, а три – это уже система. И он прекрасно понимал, что мои кошмары не были случайностью, они были вещими снами. Самое страшное, что в жизнь они должны воплотиться в ближайшее время, и он не знал, как это предотвратить и как меня от этого защитить.

Я боялась лишний раз моргнуть, лишь бы снова не увидеть картин, пришедших мне во сне. Чисто автоматически окинув взглядом переполненную столовую, я не увидела ни одной темной ауры – все ушли. Но зато сразу наткнулась взглядом на Юлу.

Она сидела, как обычно, с Леной и Егором. Ты-то мне и нужна!

Я решительно направилась к их столу и без разговоров вздернула ее со стула за шкирку.

- Пошли, поболтаем, – я волоком потащила девчонку за собой к нашему столу.

- Эй, что происходит? – у меня на пути возник Егор.

- Не лезь, – полное спокойствие в голосе, но оно заставило его испуганно попятиться и сесть на свое место.

- А теперь рассказывай, - я толкнула девушку на свободное место и села напротив. – Зачем ты это сделала?

- Ч-что с-сделала?

- Не прикидывайся. Я видела, как тебя обморочную несли в лазарет. Это откат от проклятия, которое ты на меня наслала, – губы девушки запрыгали. Казалось, она вот-вот разревется. – Что это было за проклятие, я в курсе. Мне интересно: за что?

- Я… я не хотела. Я не думала…

- Не думала что? Что я выживу? Или просто думать нечем?

- Нет! – Юла взвизгнула и все-таки разревелась. – Я просто хотела, чтобы он перестал на тебя смотреть. Почему тебе все, а я как серая мышь – незаметная ни для кого? Тебя все любят, и Егор, и Тимофей Викторович от тебя не отходит. А меня никто не любит. Вон как тебя все защищают, беспокоятся.

- Ой ду-ура. Молодец, нашла выход – убить!

- Почему убить? Я не хотела тебя убивать, – либо в ней пропала актриса, либо она сама не знала, чем в меня запустила.

- А что ты хотела? – от вкрадчивого голоса Тима у меня по спине пробежало стадо мурашек.

- Я… я просто хотела… - девушка замялась. – Меня Лена накрутила. Сказала, что ты со своим преподом, извините, преподавателем, разругалась и сейчас возьмешься за Егора. А Тимофей Викторович ему потом жизни не даст. Предложила сделать что-нибудь. Это было что-то вроде «Венца безбрачия». От тебя просто должны были шарахаться мужики и все. Я не хотела тебя убивать. Я даже не думала, что ты в обморок упадешь.

Мы уставились на нее, выпучив глаза. Господи, кого набирают в эту Школу? Тут все такие альтернативно одаренные, или только мне на них так везет?

- Ты где это проклятие взяла?

- Купила.

- Не ври! Ни один маг не продаст тебе такого. Его сначала лицензии лишат, а потом посадят на пожизненное.

- Я не в лавке купила. Там мне не продали. На выходе какая-то девушка стояла, она и предложила мне его.

- Какая девушка?

- Я… Я ее не помню. Помню, что была девушка, а как выглядела не знаю.

- Так и есть, – Саша утвердительно кивнула. – У тебя в мозгах хорошо поковырялись и подчистили всю ненужную информацию.

- Ох-х… Все, иди отсюда, – я поняла, что больше мы от нее не добьемся ничего.

- Вик, прости меня, – она еще раз всхлипнула. – Я его люблю, а он тебя на свидание приглашал.

- А говорить ты с ним не пробовала?

- Нет, – судя по удивленным глазам, такой путь решения проблемы для нее был неизвестен. – Я не знаю, как.

- Словами, через рот, – вся злость на Юлу разом испарилась. Как можно злиться на глупую влюбленную девчонку? – Попробуй – отличное решение многих проблем.

- Вик, а если проклятие было смертельным, то как ты его отразила?

- Не важно. Или ты жалеешь, что у меня получилось?

- Нет! Что ты! – она, испуганно глянув на меня, убежала за свой стол.

- Ну и нахрена ты ее отпустила? – на меня напустился Леша.

- А смысл? Девочка не врала. Она правда думала, что всего лишь отпугнет от меня своего дорогого Егора. И Тима заодно. И, в принципе, любого представителя мужского пола.

- С чего такая уверенность.

- Я просто это знаю… - я пожала плечами. – Не спрашивай.

- А почему ты не объяснишь, каким образом от тебя отскочило это проклятие? Герлиера ведь наверняка все тебе рассказала, и механизм действия по полочкам разложила.

- Потому, что это сейчас не имеет никакого значения. Но явление это временное. Так сказать, благоприобретенная способность, которая скоро, - ага, всего через девять месяцев. – Пропадет.

- То есть, не скажешь?

- Скажу, но позже. Когда придет время.

- У-у-у! Вредина!

***

- А что, проклятия можно купить? – спросила я после того, как прожевала завтрак.

- Проклятия – нет, обычные заклинания – да. Вместе с магией к нам просочилось много торговцев, открывающих различные магические лавочки. Часть из них обычные шарлатаны, но другая часть очень неплохие маги, – Тим неторопливо рассказывал. – Не у всех ведь есть магические способности, большая часть населения планеты обычные люди, а магия бывает не только боевой, но и бытовой. Есть целая куча полезных заклинаний, которые помогают нашим хозяйкам наравне с техникой. Так же пользуется спросом охранная магия и различные эликсиры. Амулеты тоже в ходу. В подобной лавке можно купить что угодно, лишь бы оно не вредило окружающим. Для этого существует отдельный пункт в контракте. Если какой-нибудь лавочник будет замечен за продажей запрещенного, а случаи были, его тут же лишают лицензии и сажают в тюрьму. За этим следят не только наши власти, но и власти сопредельного мира. Им ни к чему скандалы и полная изоляция Виары. Подобные лавочки – хороший доход в казну обоих миров и государства, на территории которого находится предприниматель. Тут все строго. Никто не решился бы продать ей проклятие.

- Кто-то все-таки решился.

- Этот кто-то явно не имеет отношения к легальному бизнесу. А вот к темным – запросто. Другой вопрос: как они могли узнать, что ей нужно и для кого…

- Этому я как раз таки и не удивляюсь, если учесть, сколько темных здесь было. Кстати, сейчас нет ни одного. И меня это пугает.

Меня это действительно пугало. В душе росло предчувствие чего-то нехорошего и неотвратимо близкого. В голове как будто тикали невидимые часы, отсчитывая время в обратном порядке, но уловить, сколько осталось до нулей, я не могла, как ни старалась. Более того, чувство тревоги, изначально смутное, крепло все сильнее и сильнее, а заглушить его ничем не получалось. Я знала, что времени оставалось мало, но меня не покидало ощущение, что его еще меньше, чем мы думаем.

Глава 21

ГЛАВА 21

- Вик, пошли, посекретничаем, – мы возвращались с полигона, и Саша ухватила меня за руку перед самой дверью. – У меня есть отличная бодрящая настоечка. Алкоголя и химии ноль, одни травки.

Я посмотрела на Тима, уже открывшего дверь в нашу комнату. Ах да, я окончательно перебралась к нему и даже вещи перенесла, а в мою комнатушку уже подселили какую-то студентку.

- Пошли-пошли. Мальчикам тоже нужно пообщаться и посплетничать, – и утянула меня к себе.

- Я так рада, что вы наконец сошлись, – Саша засуетилась у стола, расставляя бокалы и выуженную откуда-то бутылку. – А то ходили как детсадовцы, вздыхали. Хотя нет, детсадовцы и то смелее!

- А я как рада, – я рассмеялась и плюхнулась в кресло. – А что за настоечка?

- Прекрасная вещь! Тут целый сбор различных трав. Бодрит, тонизирует и никаких токсинов. А главное – вкусная. Правда, градус в ней все же есть, но не больше чем в кефире.

Я засомневалась. С одной стороны, Герлиера сказала, что никаких ограничений для меня сейчас нет; с другой – это все же алкоголь, хоть и слабый. Да и неизвестно, как могут повлиять травы. Я слышала, что отвары и настои некоторых являются абортивными.

- Саш, я, наверно, не буду настойку. Мне лучше чего-нибудь другого.

- Почему? – она растерянно посмотрела на меня.

- Понимаешь, тут такое дело… - замялась я, не зная, с чего начать. – Это связано с тем, как я отразила проклятие.

- В смысле? Герлиера же сказала, что все в порядке.

- В порядке-то в порядке, да не совсем… - ай, была – не была. – Ты только Тиму не говори о том, что я сейчас тебе скажу.

- Ви-ик, ты меня пугаешь, – она присела на соседнее кресло и испуганно посмотрела на меня.

- Она проводила полную диагностику, и… - я зажмурилась и выпалила. – В общем, я беременна.

Бутылка, которую Саша все это время держала в руках, стукнула о ковер.

- То есть как, беременна? От кого?

- А много вариантов, с учетом того, что беременности всего несколько дней и знаю я о ней только благодаря нашему чудо диагносту? Как думаешь, она могла ошибиться?

- Кто? Герлиера? Она никогда не ошибается… - девушка растерянно смотрела на упавшую бутылку и вдруг резко подорвалась, уставившись на меня. – Ты что, правда беременна?!

- Нет, это я так прикалываюсь! Учти, если Тим узнает – ты мне больше не подруга!

- И когда ты думаешь ему сказать? – Саша уже совладала с собой и начала задавать адекватные вопросы.

- Не знаю… Не сейчас… Когда все закончится.

- А если… - девушка замялась. – А если говорить будет некому?

- Об этом я стараюсь не думать. Меня и так весь день трясет. Что-то приближается. Предчувствие отвратительное. Кошмар ночью приснился, и на полигоне потом привиделось. Помнишь, когда я чуть не пропустила молнию, а потом еще два пульсара были?

Девушка утвердительно кивнула, тем самым дав мне знак продолжать.

- Когда мы отрабатывали очередную связку, я как бы начала выпадать из реальности. Как будто резко уснула. Перед глазами вместо полигона всплыло изображение коридора. Это школьные коридоры. Пускай не сразу, но я это поняла. На одной из дверей была табличка с номером аудитории. Все в каком-то дыму, грохот, стены, пробитые в нескольких местах. Чье-то тело и его кто-то жрал… Как вспомню, тошнить начинает. Рядом со мной стояла Юла, а потом свист, хлопок и она исчезла. Мне казалось, что это длилось целую вечность, по факту же, я на мгновение закрыла глаза и открыла их уже на полигоне. Потом было еще два раза. Меня так же накрывало, и я видела ужасающие картины. Я не понимаю, что это. Похоже на галлюцинации. Очень правдоподобные галлюцинации. Полное погружение.

Я должна была выговориться. Надеялась, что после этого чувство тревоги хоть немного отступит, но оно, напротив, только усилилось. На душе не то, что кошки – тигры скребли. Хотелось завыть, закричать, забиться в самый дальний угол и не вылезать оттуда никогда. Мне было страшно. Нет, не так… Мне было СТРАШНО ДО ЖУТИ.

- Твоя настойка точно не опасна?

- Точно. Никакого вреда беременности, уж поверь мне… - и резко добавила. – В смысле, я сама ее делала.

- Наливай.

Я пригубила настойку и снова посмотрела на подругу. Она сидела, сжавшись в комок, руки слегка подрагивали.

- Если я не ошибаюсь, это работает твой дар предвидения.

- Почему он резко пробудился? Раньше только сны были, и то редко – три за все время. А тут весь день… И одна погань видится. Как только в меня летит какая-то дрянь видение резко обрывается, и я не могу понять, то ли я с этим справлюсь, то ли это просто различные варианты развития событий.

- Я не знаю… Хорошо было бы спросить у Виктора, он в таких вещах лучше разбирается. Но и то не факт, что даже он что-то поймет, - она замолчала, погрузившись в свои мысли, а потом начала говорить, медленно, как бы подбирая слова. – Когда все поняли, что конфликт просто так не сгладить и напряжение от «мирных» переговоров только возрастает, Виктор и маги с Виары приняли решение привлечь тебя. Точнее, не тебя, а кого-то с таким даром. Мы не знали, кто это будет, и вообще найдем ли мы такого человека. Сначала пробовали привлечь иномирского Дающего. Парнишка погиб в первой же схватке. Полез под пульсар закрывая собой Яну. От него только обугленные головешки остались. Мы тогда чудом выбрались. А потом был еще один, и еще, и еще одна девушка. После этого Виктор отказался от помощи Виарских магов. Тут за своих совесть душу рвет, а за чужих – вдвойне. Потом начались проблемы с Советом. Их интересовало, почему вокруг нас гибнут все, кто только можно, а мы отделываемся легкими повреждениями. Как заговоренные… Виктор сам этого не понимает, не знает. Знаю только я и Леша. Лешка – он не наш, понимаешь? То есть, не совсем наш. Мать с Виары а отец с Земли. И у него есть какой-то дар… Он Защитник. Те люди, которые рядом с ним, которые ему близки никогда не умирают…не умирали, до того случая. Раньше он думал, что его способность распространяется только на родственников и любимых, но в эту теорию никак не вписывались Тим с Виктором. Но факт остается фактом: ребята гибли. Может, это произошло из-за того, что они пробыли с нами слишком мало, я не знаю. Ясно одно – все погибли в первых же крупных стычках, и когда Виктор отказался принимать еще людей со стороны, Леша всецело его поддержал, надеясь, что с человеком из мира, в котором он прожил большую часть своей жизни, повезет больше. Так мы вышли на тебя. Сначала планировали послать меня: девушкам найти общий язык проще, но потом Виктор резко изменил решение в пользу Тима. Сейчас я понимаю, что оно было правильным, я не смогла бы защитить тебя от Макса. А он смог. Защитил, уговорил, привел к нам. Лешка сразу же на тебя настроился и поймал хоть и слабенькую, но волну, так он это называет.

Ты не бессмертна, никто из нас не бессмертен, но шансов на выживание значительно больше, чем у других магов. Поэтому мы и работаем только в команде, хотя остальные этого не понимают и не видят смысла от столь малой группы людей. Лешка держит это в тайне, мне сказал только потому, что любит до сумасшествия. Он как-то пробовал настроиться на других магов, даже хорошо знакомых, но ничего не вышло. Он сам до конца не понимает, как работает эта способность и почему на одних его влияние распространяется, а на других нет. Герлиера тоже не знает, но говорит, что между нами всеми какая-то связь. И да, Герлиера – мама Леши. Ну а отец, как я уже говорила, неизвестен. Понятно только, что он из местных. Лешка его ни разу в жизни не видел.

Все встало на свои места. Пазл сложился. То есть, это у меня в голове он сложился, после того как прошел шок от рассказанного Сашей, и от вспыхнувшей в голове картинки. Мы все связаны! Прошлой жизнью и настоящей.

- Саш, - прошептала я. – Видение. Точнее, знание, из прошлого. Отведи меня к Виктору, срочно!

Что-то мне подсказывает, что со своим отцом Леша знаком очень хорошо! И я намерена это выяснить прямо сейчас.

- Что ты видела?

- Мне нужно к Виктору. Я не уверена. Поговорю с ним и все расскажу.

Девушка поняла, что сейчас со мной лучше не спорить и отвела в комнату к директору. Как только дверь открылась на достаточную ширину, я вошла в комнату, нисколько не заботясь о том, что передо мной директор и непосредственное начальство. Саша протиснулась следом и замерла как мышь под веником, всем своим видом показывая, что все дальнейшее – это моя личная шиза и она здесь не причем.

- Леша ваш сын? – спросила я прямо в лоб, повергнув Виктора в немалый шок. – Так ведь?

- Что?

- Леша ваш сын, – я уже не спрашивала – утверждала. – Ответьте честно.

Виктор внимательно посмотрел на меня, тяжело вздохнул и предложил присесть.

- Так да или нет? У меня было очередное видение, для разнообразия из прошлого, а не из будущего.

- Не отстанешь, да? Упрямая… Ну тогда слушай, - он сел напротив и сцепив пальцы в замок на уровне подбородка начал рассказывать. Слишком много откровений за один вечер меня ждет. - Не понимаю, как это возможно, но ты права. Леша действительно мой сын, только он об этом не знает. Это инициатива Геры…Герлиеры. Она не хочет никоим образом афишировать наши отношения...

- Как такое возможно? Они же с Тимом ровесники.

- Тебя не учили, что старших перебивать не хорошо? – буркнул директор.

- Извините. Я просто не понимаю…

- А чего тут непонятного? Меня занесло налево. Единственный раз в жизни. Девушка резко появилась, а потом так же резко исчезла, возникнув почти через десять лет с маленьким мальчиком и девочкой. Девочка не моя, - он резко вскинул руки. – Она сирота, которую Гера подобрала чуть ли не с улицы, причем сирота из нашего мира. Я только потом узнал, что она могла приходить к нам, когда того пожелает. Такой вот побочный эффект от целительских способностей – возможность путешествия между мирами.

Это было как наваждение. Когда я впервые ее увидел, маленькую, растерянную, у меня в голове как будто что-то помутилось и перемкнуло. Захотелось взять ее в охапку и никогда не отпускать. Я уже тогда был женат и более того, Наташа была беременна, но меня даже это не остановило. Я провел лучшую неделю в своей жизни, а потом она исчезла…

Когда она снова возникла, я уже был разведен. На все мои попытки возобновить отношения она отвечала решительным отказом. Только спустя время я снова добился ее расположения и уговорил остаться, но при условии строжайшей тайны. Никто не должен был о нас узнать. Я не понимал, почему она этого не хочет и почему она сознательно оставляет ребенка без отца, когда он почти все время рядом, но принял правила. Слишком сильно я полюбил эту женщину и не смог ей ни в чем отказать. Леша ни разу не видел нас вместе и до сих пор уверен, что отец их бросил. Я помогал, как мог. Деньги она брать отказывалась, поэтому на правах директора я устроил ее в Школу, потом зачислил Лешку, хотя тут моя протекция не требовалась, у парня и так магический дар. Вот так мы и живем: прячемся ото всех, скрываемся. Я не могу обнять сына, сын воспринимает меня как директора Школы. Скажу ему – поругаюсь с Герой, поругаюсь с Герой – потеряю сына. Вот такой вот заколдованный круг. Да и как Тим на это отреагирует тоже не известно.

- Они должны знать.

- Узнают. Как только все закончится, так сразу узнают. Мы решили больше не прятаться.

- Это правильно… - и тут меня как черт за язык дернул. – Дедушка.

- Ты, вы… - Виктор поднял на меня взгляд, полный изумления.

- Два раза дедушка… - донесся тихий вздох из угла. А я и забыла о Сашином присутствии. – Пять недель.

Виктор откинулся на спинку стула и расхохотался.

- Ой, не могу! Ну, сынки! Ну, обрадовали! Вы им хоть сообщили?

- Нет, – мы синхронно покачали головами.

- Ну и зря, – Виктор посмотрел на притихших нас. – Мда… сюрприз, однако… Если о Викином, кхм, положении я уже знал, то Саша меня удивила.

- Что значит, уже знали?

- А то и значит: Гера мне рассказала. А ты чтобы завтра же сходила к ней на диагностику!

- Я там уже была.

- Не понял. А почему тогда ни я, ни Леша не в курсе?

- Потому что она пообещала никому не говорить. Вообще никому, включая вас.

- Конспираторши!

Вот теперь все окончательно прояснилось. Мы точно связаны! Леша может защитить только тех, кто состоит с ним в родстве или к кому он питает сильные положительные чувства. Яна – сестра, хоть и сводная; Тим – брат; Виктор – отец; Саша – любимая девушка. А я… Я мать будущего племянника или племянницы.

- Виктор, тут вот еще какое дело… - продолжила я. – У меня видения…

***

- Девушка, вам помочь? – молодой мужчина вышел из магазина и сразу же увидел девушку, растерянно глядящую по сторонам.

Она была одета немного странно и резко выделялась среди общей массы. А еще в ней самой, в ее глазах, движениях, во всех чертах милого личика было что-то не здешнее, не земное. Сердце Виктора громко ударилось о грудную клетку в попытке выскочить и замерло.

- Да, пожалуйста, – тихий и такой мелодичный голос отозвался мурашками по всему телу. – Где здесь улица Светлая, дом три? Я недавно в городе и немного заблудилась.

- Это совсем рядом, – парень не мог оторвать взгляд от огромных, безумно красивых карих глаз. – Хотите, я вас провожу.

- Хочу, – девушка кокетливо улыбнулась.

- Виктор, – он протянул ей свободную от пакета руку.

- Гер… - она на секунду задумалась. – Гера.

- Очень приятно, – Виктор нежно пожал кончики пальцев протянутой руки.

- Взаимно, – мягкая полуулыбка и блеск глаз.

Не торопясь и беззаботно болтая обо всем и ни о чем, они дошли до нужного адреса. Новая знакомая вызвала в душе Виктора такую бурю эмоций, которой не было никогда. Он старался идти как можно медленнее, лишь бы продлить сладкие мгновения как можно дольше. Он даже забыл о ждущей дома беременной супруге, так ему было хорошо и легко с этой странной девушкой.

- Гера, а ты не оставишь мне свой номер телефона? – он даже не заметил, когда они отбросили официальное «вы».

- У меня нет телефона, – так же легко улыбнулась девушка.

- Как? Совсем? – Виктор шокировано посмотрел на нее.

- Совсем, – она рассмеялась. – Он мне просто не нужен.

- Тогда… Тогда мы можем договориться о встрече? – ну встречались же люди раньше, без телефонов и общения в интернете.

- Вить, ты же женат, – она посмотрела на него с легким укором. – Зачем тебе это нужно?

- Я… Я не знаю. Да, я действительно женат, и она ждет ребенка. Мы вместе со школы, и я люблю ее, – он говорил быстро, периодически сбиваясь. – И… И со мной никогда такого не было… Я даже не думал. Не хотел никогда. А тут встретил тебя, и вот.

Он беспомощно развел руками.

- Нет, так нет. Я не в праве настаивать.

- Ох… - она качнула головой. – Ладно. Завтра в это же время на этом месте. Если ты не придешь, то я не обижусь.

Он пришел. И завтра, и послезавтра и всю последующую неделю. Ему было очень совестно врать жене о задержках на работе и внеурочных сменах, но к Гере его тянуло непреодолимо. И побороть это влечение было выше его сил.

А потом она исчезла. Просто испарилась. Не пришла на встречу ни в этот, ни в последующие дни. Хозяйка квартиры, у которой она снимала комнату, ничего не могла сказать и находилась в не меньшем удивлении. Девушка как сквозь землю провалилась.

На протяжении нескольких лет, гуляя по городу с женой и сыном, Виктор все искал в толпе знакомую фигуру. Искал и не находил.

- Кого ты все время высматриваешь? – как-то не выдержала Наташа.

- А? Что? Нет, никого, – он приобнял жену. – Тебе показалось.

- Мне это уже не в первый раз кажется, – она нахмурила красивые брови. – Ты вечно вглядываешься в толпу, пытаясь кого-то увидеть.

- Я же сказал: тебе показалось! – рыкнул Виктор.

- Ладно, не ори. Ребенка напугаешь.

А спустя еще несколько лет Наташа ушла сама. Выставила крайним его, бросила сына и ушла. Воспоминания о Гере к тому моменту практически стерлись из его памяти. Он уже не помнил ни ее лица, ни голоса. Лишь иногда маленькая иголочка колола сердце, напоминая о самой счастливой неделе его жизни.

И вот, по прошествии десяти лет со дня их первой встречи, он увидел в толпе знакомую фигуру. Первой мыслью было, что ему просто показалось. Второй: что не может этого быть. А третьей: подойти и обнять. Зарыться лицом в пушистые волосы и вдыхать такой знакомый и родной аромат.

Она практически не изменилась. Повзрослела немного, не более. Все та же мягкая полуулыбка, все тот же взгляд. Те же маленькие ладошки с тонкими пальчиками. И дети. Мальчик девяти лет и девочка на год младше.

- Ты замужем? – это был один из первых заданных вопросов. Разрушать счастливую семью ему хотелось меньше всего.

- Нет. И не была, – она внимательно посмотрела на него. – А ты почему снял кольцо?

- Жена ушла. Бросила меня и сына. Сейчас она счастлива с другим мужчиной, – усмешка вышла кривой и какой-то горькой. – А я один ращу ребенка, который смотрит на меня, как на врага народа и считает во всем виноватым.

- Это пройдет. Мальчик просто еще не понимает всего.

- Надеюсь…

- А твои дети? Где их отец?

- Яниного отца я не знаю, – у Виктора округлились глаза. – Как и мать. Я ее удочерила. Практически нашла на улице, как маленького, брошенного котенка. Только в вашем мире люди могут добровольно отказываться от своих детей.

- В смысле, в нашем мире? Это и твой мир тоже.

- Нет, – она качнула головой. – Я тебе не говорила, но я с Виары.

- То есть как, с Виары? А как же ты…

- Обычно. Такой вот побочный эффект от моих целительских способностей. Могу перемещаться между мирами, не прилагая никаких усилий. Если тебя это утешит, то ваш мир мне нравится больше всего.

- Отрадно слышать, – Виктор хмыкнул. – Ну а Леша? Тоже найденыш?

- Нет, – Гера внимательно посмотрела ему в глаза. – Леша – твой сын.

- М-мой? Ты в этом уверена?

- Хочешь провести генетическую экспертизу? – она подняла правую бровь.

- Нет. Не нужно. Я верю, – он обхватил руками голову. – Почему ты не сообщила мне? Почему так резко пропала?

- Потому что почувствовала беременность. Практически сразу же. Целители моего уровня это могут. А у тебя уже была семья. Я решила, что так будет лучше.

- Зачем же вернулась сейчас?

- Привезла детей на экскурсию.

- Оставайся. Насовсем. Поженимся, будем жить вместе. Ребята найдут общий язык, я в этом уверен.

- Не стоит, Вить. У тебя и так напряженные отношения с сыном. Не нужно усугублять их еще больше. Мальчик явно не дурак и легко сложит два и два.

- Но я не хочу снова потерять тебя. Оставайся, прошу.

- Хорошо, – через минуту кивнула она. – Но при одном условии.

- Я согласен на любые твои условия! – запальчиво ответил мужчина.

- Наши отношения останутся в тайне. Алексей не должен узнать, что он твой сын.

- То есть как?

- То есть так. Либо ты это принимаешь, либо я ухожу.

- Хорошо. Я согласен. А где ты будешь жить?

- По тому же адресу. Ты ведь его еще помнишь?

- Да уж не забыл.

Сказать, что Виктор был в шоке – это не сказать ничего. Спустя десять лет девушка, от которой он потерял голову, вернулась к нему, да еще и с ребенком. С его, Виктора, ребенком. После чего понеслась череда лет тайных встреч и совместной работы. Как же тяжело ему было наблюдать, как растет мальчик, собственный сын, к которому он не может даже подойти и познакомиться по-человечески. Да и не верилось, что они с Тимофеем не нашли бы общий язык. И пускай у мальчишек были совершенно разные характеры, все равно они могли бы сдружиться. Ну не говорили бы они им пока про родство, ничего страшного. Позже, когда мальчишки бы пообвыклись, можно было бы как-нибудь аккуратно их к этому подвести.

Но Гера, вот упертое создание, стояла на своем. И ведь до сих пор стояла! Даже их многолетний роман скрывался тщательнейшим образом, и дети понятия не имели, что у родителей кто-то есть. Точнее, понятие-то они имели, а вот кто же этот загадочный кто-то даже не представляли.

«Ну пускай теперь только попробует оградить меня от внука или внучки! Сам подойду к мальчишкам и все им расскажу. Пускай хоть обижаются, хоть убивают, но я не собираюсь отказываться ни от одного из своих внуков!»

21.1

***

- Ну, подруга, ты даешь… - выдохнула Саша, когда мы вернулись в комнату.

- Кто бы говорил! Сама не лучше. Почему Лешу до сих пор не обрадовала?

- Потому же, почему и ты от Тима тихоришься. Не хочу, чтобы он лишний раз переживал, пока не закончатся проблемы.

- Так проблемы начались не так давно, а срок у тебя уже далеко не такой мелкий, как у меня.

- Ну ла-адно, я боюсь! Довольна?

- Довольна. Давай бояться вместе! – мы рассмеялись.

Когда смех утих повисла тишина, отозвавшаяся волной липкого страха, который окутал меня с ног до головы. Воздух, казалось, звенел от напряжения, как натянутая струна. Невидимые часы оглушительно тикнули, и стрелки замерли на цифре двенадцать. В следующий миг все здание сотряс дикий грохот.

- Что за нахрен?! – мы выскочили в коридор одновременно с ребятами.

- А я знаю? – Саша пыталась затереть пятно от расплескавшейся настойки.

- Я, кажется, знаю, – на меня повернулись три пары любопытных глаз. – Не хочу вас огорчать, но я думаю, началось.

В коридор высыпали студенты и преподаватели, жившие в Школе. Гомон и перешептывания сливались в сплошной шум, так, что невозможно было ничего разобрать. Пол сотряс еще один удар и несколько девушек испуганно вскрикнули.

- Тих-ха! – громоподобный голос Виктора разом установил тишину. – Кто боится – попрячьтесь по комнатам, а еще лучше телепортируйтесь куда подальше. Остальные же, если таковые будут, должны отдавать себе отчет в том, что они могут не выжить. На Школу напали. Я никого не держу – не имею права. Если вы уйдете, никто вас не осудит.

В коридоре воцарилось гробовое молчание, длившееся, казалось, целую вечность.

- Я остаюсь, – первым нарушил тишину парень-старшекурсник.

- И я. И я. И я, – никто не пожелал остаться в стороне.

- Я надеюсь, вы хорошо подумали… Особенно те, кто не имеет отношения к боевой магии.

- Хорошо, – от лица студентов вновь выступил тот же парень. – Нас всех учили боевым заклинания, так что польза будет. А при должном старании можно и бытовую вывернуть так, что мало не покажется, я уж не говорю о стихийной. Целители и травники тоже могут пригодиться.

- Значит, все кто имеет отношение к медицине, могут сразу отправляться в лазарет. Мы не знаем, что конкретно происходит, и чем оно закончится, но врачи в любом случае будут нужны.

Виктор организовывал людей так, как будто неоднократно участвовал в боевых действиях. Сомнений не было: он сразу же понял, что происходит и чем нам это грозит. Более того, он готовился к нападению. Мой рассказ о участившихся приступах ясновидения заставил его сильно напрячься. По нашим расчетам у нас еще было пару дней, а тут не вышло и пары часов.

Мы были не готовы… Хотя, даже будь у нас лишние дни и месяцы, мы все равно были бы не готовы. К таким вещам нельзя подготовиться. Это сравни сидению на пороховой бочке, каждую минуту ожидая взрыва, но один фиг он прозвучит пугающе и неожиданно.

- Вика, Саша, - он подошел к нам. – Если вы сейчас попросите вас отсюда убрать, то я это сделаю без раздумий.

- Не попрошу. Я не предатель, – я твердо посмотрела ему в глаза и Саша подтвердила мои слова решительным кивком.

- Никто не говорит о предательстве. Просто…

- Не вздумайте сказать Тиму, – прошипела я. – Он меня даже спрашивать не будет, в отличии от вас.

- Хорошо… Саша, как я понимаю, думает точно так же?

- Правильно понимаете, – девушка не менее твердо посмотрела на директора.

- Пап, а что это вы тут шепчетесь? Что я не должен знать?

- Я тебе потом все объясню, – я погладила его по руке. – Обещаю.

В следующую секунду по коридорам раскатился многократно усиленный магией голос.

- Ну где же вы прячетесь? Я пришел, а никто меня не встречает. Где же ваше гостеприимство? А еще светлыми называются.

- Пошел ты! – так же усиленный голос Виктора грохнул прямо у меня над ухом.

- Ай-ай, как не красиво… Я даю вам последний шанс без боя покинуть Школу. В этом случае, обещаю, смерть ваша будет легкой, – как же меня бесит эта напыщенность и театральщина! – В противном же случае вы все умрете в страшных муках. Мои мальчики очень голодные, – последние его слова в усилении уже не нуждались.

В конце коридора показалась темная фигура в развевающемся балахоне. Отставая на шаг, шли Макс и Лиза, далее группа наших недавних студентов.

Широкий и огромный минуту назад коридор стал невероятно тесным. Как они собираются вести здесь боевые действия – не понятно.

- Быстро к другой лестнице, – Тим зашептал мне прямо в ухо. – Помнишь, как идти к башне? Спрячешься там.

- Тим, я не уйду. Ты же знаешь. И разве не для этого вы меня сюда привели?

- Сейчас я слишком сильно за тебя боюсь. Я не хочу тебя потерять.

- А я не хочу терять тебя, поэтому никуда я не пойду. Просто прикрой меня щитами. Только руки свободными оставь, иначе я не смогу ловить заклинания.

- Уже. И резерв почти истощил.

Я перешла на магическое зрение и увидела вокруг себя многослойный кокон, закрывающий все тело, кроме кистей рук. Вот это он на меня понавесил! На Тиме защиты практически не было, сил уже не хватало. Как он вообще на ногах держится? Я быстро начала подпитывать резервы всех здесь находящихся: сначала ребят и Виктора, потом остальных светлых.

Магистр шел медленно и не предпринимал никаких действий. С его стороны это выглядело как издевательство. Сзади послышались звуки тихих шагов. Резко обернувшись, я увидела поднявшихся по второй лестнице людей: небольшая группа в таких же черных одеждах.

- Вот вы и в ловушке. И что делать будете? Бежать вам некуда, поэтому еще раз великодушно предлагаю вам сдаться и принять легкую смерть. Не всем… Девчонку отдайте мне. Жаль будет, если такой прекрасный источник энергии пропадет.

- Перебьешься, – протянул Тим и ребята заслонили меня своими спинами.

Он отвел левую руку за спину и в мою ладонь ткнулся маленький шарик. Пульсар. Нужно будет только напитать до нужного размера. В следующее мгновение несколько пульсаров сорвались с рук и полетели в обе стороны. Часть нашей группы развернулась назад и пыталась отбить нападение с тыла. Учитывая, что давили нас с двух сторон, тыл был везде.

- Телепорты не работают! – испуганно заверещала девочка.

Я видела ее несколько раз в столовой. Кажется, это была первокурсница.

- Естественно не работают. За пределы Школы вам не выбраться. Вы сами решили остаться, – в гадкую рожу Магистра захотелось вцепиться ногтями.

За пределы… А в пределах?

- Виктор, вы можете телепортировать людей в другое место? Желательно раскидать группы по всей Школе, – учитывая, что пульсары свистели над головой с ужасающей частотой, отвлекать его было чревато.

- Можно попробовать, – не глядя на меня обронил он. – Только не всех сразу, а небольшими группками.

Среди нашей разношерстной толпы то там то тут начали возникать небольшие дымные облачка, а когда дым рассеивался стоящих там студентов уже не было на месте.

- Какие вы хитрые! Да, в пределах Школы телепортацию блокировать не удалось. А жаль, придется теперь вылавливать…

Что он говорил дальше, я не услышала, так как следующее облако окутало меня и перенесло в коридор, ведущий к столовой. Вместе со мной там оказались та самая истеричная девочка, три парня со старшего курса – кажется травники (и чего им в лазарет не шлось?), и Юла.

Тишина, нарушаемая редкими разрывами со стороны общежития пугала. Ребята напряглись, вслушиваясь, не раздаются ли где-нибудь шаги. Я надеялась, что никто из темных не решится воспользоваться телепортом, не зная планировки корпусов. Либо же решится и впечатается в какую-нибудь стену, украсив ее живописным барельефом.

- Вик, прости меня за все.

- Нашла время! – я прикрикнула на Юлу.

- Другого может и не быть…

За поворотом раздался топот, пока еще далекий, но приближающийся с каждой секундой.

- Так, слушаем сюда, – пока было время нужно проинструктировать тех, кто попал в портал со мной. – Как боевой маг – я ничто. Я – энергетический блок, батарейка, проще говоря. Пока вы живы (как же это страшно звучит), я буду поддерживать вашу магическую энергию. Если у кого-нибудь будет возможность, кидайте мне слабые пульсары. Я могу их ловить. Все всё поняли?

Поняли все, более того, один из парней тут же вручил мне внушительных размеров пульсар.

- Я же сказала – слабые! До нужного уровня я доведу их сама. Не надо попусту растрачивать силы.

В конце коридора показались первые люди. Я, не раздумывая, запустила в них свой пульсар.

По движущейся мишени попадать сложнее, но не зря я выматывалась на полигоне целыми днями. Мага отбросило на несколько метров и размазало о стену. Размазало в прямом смысле. То, что от него осталось опознанию уже не подлежало. Ребята перехватили у меня эстафету, закидывая группу нападающих разнообразными заклинаниями и отражая летящие в нас.

Я могла только позавидовать их выдержке. Ладно еще Юла, она планировала продолжить обучение как боевой маг, но парни… Травников к таким поворотам судьбы не готовили, и боевая магия им давалась постольку поскольку. Одним словом – мужчины. Сильные, смелые, готовые на все. Такими и должны быть настоящие волшебники.

А вот девочка перепугалась не на шутку. Я не заметила, в какой именно момент она кинулась наутек. Так как за спиной был тупик, эта дурында ломанулась вперед, надеясь проскочить через группу темных магов. Не проскочила… Ее и одного из парней, кинувшихся на перехват, обдало волной пламени. Запахло горелым мясом. Никогда не думала, что сгоревшие люди пахнут столь отвратительно. Никогда не думала, что почувствую этот запах и увижу такое!

С трудом поборов рвотный позыв я перехватила летевший прямо на меня пульсар. Наполненное темной энергией заклятие в моих руках преобразилось и заиграло светлым золотом. Я максимально его увеличила и запустила в одного из нападавших. Вопреки моим ожиданиям он увернулся, распластавшись в прыжке. В неровном свете ламп влажно блеснули клыки и когти. Он ударил второго парня и тот упал, закрывая рукой располосованную шею. Брызнувшие капли крови попали мне на лицо и футболку. Существо, в том, что он не был человеком я уже убедилась, забыв о нас с Юлой и игнорируя вопль оставшегося в живых мага, кинулось на поверженного парня и принялось разрывать плоть еще живого человека. Парень дико закричал, и крик потонул в бульканье крови и рычании.

Отлетевший пульсар срикошетил от защиты одного из магов и ударил в потолок прямо за нашими спинами. Обвалившийся кусок бетона и штукатурки упал на голову третьего травника.

Что же вам, ребята, в лазарете не сиделось?!

Я взяла за руку остолбеневшую Юлу и, пятясь, потащила к противоположной стене, как завороженная, глядя на то, как поедают человека, совсем недавно стоявшего со мной рядом. Волосы на голове зашевелились и явно попытались встать дыбом. Я ведь даже имени его не узнала… Ни его, ни двух других парней, ни девчонки…

Я уперлась спиной в стену. Все. Идти дальше некуда. На нас наступал маг. Коридор заволокло дымом после огненной волны. В горле неприятно першило. Вцепившуюся в мою руку Юлу колотила дрожь.

- Вика, это конец, я знаю… Мне страшно, мне очень страшно.

- Мне тоже страшно…

Я не видела смысла успокаивать ее и уверять, что все будет хорошо, что злобный дяденька просто погрозит нам пальчиком и растворится в воздухе. Хорошо не будет… Я это уже видела. Сейчас что-то произойдет и ее не станет. А потом и меня…

- А я ему сказала. Представляешь, сказала, что люблю! – в голосе девушки проскочили истеричные нотки. Меня и саму трясло не меньше. – И он меня любит. И мы будем вместе!

Она бросила в мага два пульсара. Тот с легкостью их отразил, чуть взмахнув рукой.

В ответ с его пальцев сорвалось маленькое заклинание. Я попыталась его перехватить, но Юла меня оттолкнула, подставившись сама. Хлопок, взрыв и к моим ногам осыпается сизый пепел, выдавая новую порцию дыма и отбрасывая меня к стене.

Все как во сне. Взрыв, исчезновение девушки, боль от удара о стену и удушающий кашель вперемешку с хрипом.

- Я все равно тебя достану, – тот же голос, что и во сне. – Наслаждайся последними мгновениями своей никчемной жизни.

В облаке дыма показался силуэт мага и в меня полетел огромных размеров огненный пульсар. Время растянулось, как жвачка, давая мне во всех ракурсах разглядеть надвигающуюся на меня смерть. Взгляд автоматически упал на одну из дверей. Номер аудитории.

Жар от летящего заклятия все ближе и сильнее. Вытянуть руки. Как же больно и горячо! Я закрыла глаза и закричала. Мой вопль потонул в грохоте, ответном крике мага и рыке-визге животного.

Не знаю, сколько я просидела зажмурившись, но, когда я открыла глаза, мага уже не было. Как не было и того, кто ел тело студента. От моих обожженных кистей шел дым. Пальцы с трудом шевелились, покрытые красной коркой и волдырями. А попытка опереться о стену отозвалась дикой болью.

Нужно бежать. Пока никого нет, пока коридор пуст. Бежать, найти ребят, найти хоть кого-то, кому нужна моя помощь.

На подкашивающихся ногах я пошла по коридору. Когда проходила мимо растерзанного обгоревшего тела, не выдержала и согнулась в приступе рвоты. Как же плохо… Желудок скручивают спазмы, в нос бьют запахи крови и паленой плоти. Кое-как совладав с собой, подозревая, что это просто желудок опустел окончательно, я двинулась дальше, периодически пошатываясь и опираясь на стену.

Заслышав первые звуки, я перешла с бега на шаг. Это не были звуки боя. Разговаривали двое: парень и девушка. Кто это, с расстояния было не понять, поэтому я притаилась за углом. В «своем» коридоре, находясь в полузабытье, я умудрилась каким-то образом подобрать осколок бетона от свалившегося потолка, и сейчас нервно сжимала его в руке. Как только из-за поворота показался первый человек, я размахнулась и запустила в него булыжником.

Как хорошо, что у Егора оказалась хорошая реакция. И у меня тоже… Брошенный пульсар я поймала в самый последний момент практически у самого лица.

- Это вы… - облегченно выдохнула я.

- Ты нас напугала!

Ребята выглядели отвратительно. Оба помятые и растрепанные. Испуганно озирались по сторонам.

- Ты не знаешь, где Юля? – обеспокоенно спросил Егор.

- Юля… - и как ему сказать? – Нет, не знаю.

- А разве вы не попали в один телепорт? – Лена внимательно посмотрела на меня.

- Нет. Нас раскидало. Я не знаю где она.

Ну не могу я им сказать. Хоть режь меня, не могу! Как сообщить людям, что их подруги и любимой девушки уже нет в живых? Лучше пускай пока не знают.

- А остальные где? Не одну же тебя перебросило.

- Остальные погибли.

Я вспомнила сожженного и съеденного парней и меня снова чуть не вывернуло.

- А ваши?

- Тоже… Наверное… Мы сбежали. Ленка побежала, а я следом.

- Вы Тима… Тимофея Викторовича и остальных не видели?

- Нет. Когда нас телепортировало они еще там оставались.

- А давайте спрячемся где-нибудь? – внесла предложение Лена. – А когда войнушка стихнет, выйдем.

- Прячься, если хочешь. Я должна найти Тима, – я обошла ребят, подобрала брошенный осколок и двинулась дальше по коридору.

- Вик, не дури! Их уже, наверно, убили, – Лена перехватила меня за руку. – Давай лучше с нами.

- Да пошла ты! – гневно зашипела я, вырываясь. – Они живы, слышишь? Живы! Я должна их найти, им нужна моя помощь.

- Ну сама подумай, чем ты им поможешь? Я же видела, ты не умеешь ничего. За время ваших занятий ты самостоятельно не создала ни одного заклинания. Вика, это не наша война!

- Отвали от меня, – я трудом подавила в себе желание ударить ее по голове сжимаемым в руке осколком. Зря, потому что в следующий момент не выплеснутая физически злость вылилась в словесный поток и меня понесло. – Если ты такое никчемное и трусливое создание, то прячься, а еще лучше, беги, поджав хвостик, к темным, глядишь, пожалеют. А я ныкаться по углам не собираюсь! Может, это и не твоя война, но это – моя война! И на этой войне прямо сейчас может погибать МОЙ любимый мужчина, отец МОЕГО ребенка! Я не допущу этого, либо погибну сама. Ты сбежала, струсила, а я до последнего была там и видела, как убивали тех, кто был рядом. Как заживо сгорел парень, кинувшись защищать такую же долбанутую истеричку, как и ты. Как какая-то неведомая зверушка располосовала горло второму, а потом кинулась его жрать, не обращая внимания ни на что! Как кусок потолка свалился на голову третьему. Как Юля боролась до последнего! Она не струсила, в отличии от некоторых!

- Что Юля? – побелевшими губами прошептал Егор.

Черт! Черт-черт-черт! Я заткнулась на полуслове, понимая, что последнее сказанное было лишним. Он видел, что ее телепортировали со мной, он поймет, ели я сейчас попытаюсь соврать. Он и так понял, что я врала.

- Юла погибла, пытаясь защитить меня. Это я виновата… Прости, Егор. Она тебя очень любила, – как же глупо сейчас звучало все, что я говорила.

- Я знаю, – парень опустил голову и его плечи вздрогнули. Он резко повернулся к Лене. – Хочешь – уходи одна. Я пойду с Викой.

- Совсем придурок, да? Из-за нее люди гибнут, из-за нее Юла погибла, а ты с ней идти собрался? Тебе последние мозги отшибло? Правильно мне говорили, нужно было делать отсюда ноги, пока была возможность.

Она резко развернулась и побежала прочь от нас. Сделав несколько шагов, резко замерла, схватилась за горло и начала подниматься над полом подрыгивая ногами. Навстречу ей, вытянув правую руку, шел один из темных магов. Одним движением он подкинул ее еще выше в воздух и пустил пульсар. Девушка упала и больше не поднялась.

- Какая птичка попала в мои сети, – он приближался вальяжно, не опасаясь удара. – А Магистр с ног сбился, тебя ищет живую или мертвую. Я бы предпочел мертвую. А тебе что больше нравится?

Я промолчала, наблюдая, как он приближается к нам.

- Не подходи, – протянул Егор, формируя два пульсара, один из которых передал мне.

- А то что? Неужели ты, недоучка светлая, думаешь, что у тебя хватит сил тягаться со мной? Не смеши.

Он швырнул пульсар, Егор тоже. Заклинания встретились и срикошетили друг о друга в стены, выбивая из них рой крошки и осколков. Я успела прикрыть глаза рукой, и осколки бетона больно впились в обожженную кожу и открытую щеку. По щеке, вниз к подбородку, потекло что-то горячее. Тут же отбросила свой пульсар, предварительно напитанный до предела. На полигоне пульсаром чуть меньшего размера и мощности я чуть не сбила защиту. Здесь же такого мощного силового поля не стояло. Мага вместе со щитом смяло в неопрятный комок, протащило несколько метров и только после этого разметало взрывом, живописно украсив ошметками весь коридор.

На этот раз вывернуло Егора, а у меня в голове что-то переключилось, и я взирала на получившееся месиво с ужасающим хладнокровием.

Мне больше не было страшно. За себя не было. Сейчас я боялась только за Тима. В голове настойчиво билась мысль, во что бы то ни стало разыскать его. В конце концов, он должен узнать, что у него будет ребенок. Сын. Должно быть, в очередной раз сработал мой дар предвидения, либо это была банальная женская интуиция, но я совершенно точно знала, что у меня будет сын. У нас будет сын! И у него будут оба родителя. Я наизнанку вывернусь, но сделаю для этого все возможное.

Не проявляя никаких эмоций, я подошла к Лене и перевернула ее на спину. Немигающие глаза девушки смотрели в потолок, лицо было удивленно вытянутым. На шее виднелся след как от толстой веревки. Как бы дико это не звучало, но ее смерть ровным счетом ничего не всколыхнула во мне. Да, мы хорошо общались, возможно, даже сблизились, хотя до дружбы было далеко. Но мне было ее совершенно не жаль. Спустя минуту я сама ужаснулась своим же мыслям, но это было как бы из глубины подсознания. Хладнокровие и спокойствие никуда не ушли, еще сильнее окрепнув во мне, накрыв все чувства ледяным куполом и не выпуская их наружу. Все верно. Сейчас лишняя эмоциональность будет только мешать. Поплачем потом.

- Пошли, – я тронула за плечо опершегося на стену и глотающего воздух Егора.

- А Ленка как же?

- А Ленки больше нет, – я развернулась и пошла туда, откуда совсем недавно пришли ребята.

Обожженные руки больше не саднили, попавшая на лицо и шею кровь начала засыхать, стягивая кожу. Еще одно видение сбылось…

21.2

***

Егор догнал меня не сразу. Побледневший, с трясущимися руками он схватил меня за плечо и развернул к себе. Я даже замахиваться не стала – знала, что это он.

- К-куда теп-теперь? – чуть заикаясь спросил он.

- Не знаю. Туда, – я махнула рукой себе за спину. – Там какие-то звуки.

- Я ничего не слышу, – он напряженно смотрел мне в глаза.

- А я слышу. Пошли.

- Вик, стой. То, что ты сказала про Юлу, правда? – в его глазах читалась надежда.

- Правда, – как бы мне не хотелось соврать, я не могла. – И то, что она погибла, и то, что она тебя любила безумно.

- Я тоже ее любил. Дураком был, боялся подойти раньше.

- Я знаю. Она сказала.

- Знаешь, я восхищаюсь тобой, твоей выдержкой и смелостью. Ради любимого человека ты готова очертя голову броситься в самое пекло, и тем, кто попытается тебе помешать, крупно не поздоровится.

- Однажды, не так давно, я уже теряла все и не хочу пережить это вновь. Слишком свежи еще воспоминания. Пошли, – повторила я и потянула его за собой.

Скоро вы будете вместе. Навсегда. Это я тоже видела. Два из моих видений уже сбылись, остались еще три. Теперь я понимаю, что это были именно предсказания, а не варианты развития событий. Они сбывались, постепенно, в различном порядке, но сбывались. Самое страшное было то, что гибли люди, а я оставалась жива не понятно каким образом. Если со вторым колдуном все было ясно, то как я умудрилась угробить первого вместе с тем мутантом – загадка. Меня должно было испепелить на месте. Из целого вороха понавешаных на меня щитов уцелело всего три. Сейчас они матово блестели в магическом диапазоне, с одной стороны успокаивая своим наличием, а с другой внушая опасения быть разрушенными в любой момент. Достаточно только Тиму истощить резерв, как они все полопаются. Действующие щиты были гарантией того, что он еще жив, но чем быстрее я его найду, тем лучше. Когда я уходила, его резерв был переполнен, но, зная как энергоемки заклинания, он мог закончиться в любой момент.

Шум очередной стычки был все ближе и ближе. Выглянув из-за угла, я увидела группу незнакомых мне студентов, пытающихся удержать на расстоянии взрыкивающих и бросающихся на них существ.

- Егор, кто это? – спросила я, по ходу подпитывая практически нулевой резерв ребят.

- Это оборотни. Мы видели таких в музее. Ты не помнишь?

- Теперь вспомнила. Чем их бить? – три студента уже лежали растерзанные и только один труп оборотня слегка дымился.

- Они неуязвимы для многих заклинаний. Их можно либо сжечь, либо отрубить голову. Но перед этим они положат достаточное количество народу, ибо регенерация у них бешенная.

- Будем жечь. Ты можешь пустить маленькое огненное заклинание к ним? Желательно дорожку по полу.

- А толку то?

- Будет толк. Так можешь или нет?

Он без слов пустил миниатюрную огненную змейку, почти незаметную. Вычленив энергетическую составляющую, я провела ее практически до группы оборотней, потом резко направила в заклинание всю энергию, которая в это время находилась рядом. Поднявшийся до самого потолка столб пламени выжег двоих. Трое успели отскочить, и, воя и корчась, извивались по полу. Сожженная кожа и плоть стремительно восстанавливались.

После столь явного вмешательства дальше прятаться не было смысла. Вручив мне два огненных пульсара и наколдовав пару себе, Егор первым вышел из-за угла.

- Ну что, собаки сутулые, потанцуем?

Посмотрев на его лицо, я испугалась. Ни тени страха, лишь безумное отчаяние и готовность к чему угодно.

Начало сбываться третье видение.

Три оставшихся оборотня остервенело кинулись в бой, понимая, что если дадут нам хотя бы лишнюю секунду, то от них останутся одни головешки. Двое кинулись на оставшихся студентов. Один из парней не успел среагировать и упал с разорванным животом, другой попытался отбиться, оно брошенное им заклинание всего лишь откинуло оборотня.

- Бей огнем! – выкрикнула я, запуская оба своих пульсара в несущееся на нас существо.

Егор сделал то же самое и оборотень опал горящими останками. Недавно вернувшийся нервный мандраж вновь сменился пустотой и хладнокровием. Я приняла еще пару пульсаров от Егора, на ходу разращивая их до размера футбольного мяча.

Оставшихся парня и девушку оборотни теснили по направлению к нам. Ребята воспользовались моим советом и сыпали пламенем как взбесившиеся огнеметы. Одного из чудовищ удалось поджарить, но он по-прежнему был быстр и мог увернуться. Резким выпадом руки (лапы?) он достал горло девушки. Мощные когти практически отделили голову от тела, и она упала, захлебываясь собственной кровью. Парень взревел не хуже зверя.

Твари были сильны, очень сильны. Последняя увернулась от целого веера брошенных пульсаров и огненной дорожки, резко рванулась вперед расславляя руки и одним движением вгоняя когти в живот Егору и тому, второму парю. Уже оседая на пол, он сплел слабенький пульсар и толкнул мне. Заклинание сорвалось с его ладони и по низкой дуге полетело на пол. Я успела его поймать в последний момент.

Теперь вы вместе. Юля-Юла и Егор. Теперь вы всегда будете вместе. Я отрешенно смотрела на осевшие у моих ног тела погибших парней, на оборотня, медленно поднимающегося с колен и неотрывно смотрящего на меня. Я смотрела на него и растила в своих руках последнее данное мне заклинание. Последний шанс на жизнь.

Как и все прочие, это видение оборвалось, так и не показав мне, что будет дальше. Тогда я осталась один на один с непонятной тварью, сейчас все повторилось с точностью до движения. Либо я его, либо он меня.

Оборотень не нападал, я тоже медлила.

- Отпусти меня, – мой голос прозвучал неожиданно даже для меня самой. – Пожалуйста, отпусти.

- У меня прриказ, – рыком выделяя звук «р» проговорил оборотень. – Я не могу.

- Почему вы нас убиваете? Что мы вам сделали? – что я несу? Зачем? Выкраиваю лишние мгновения жизни?

- У нас прриказ, – тупо повторил… зверь? Человек?

- Зачем вы ему подчиняетесь?

- Если не подчинимся, убьют наши семьи. Мы не хотим этой войны. Я не хочу.

- Поэтому ты убиваешь наших мужчин и женщин? Мы тоже сражаемся друг за друга. Мы тоже не хотим воевать. Эта война не нужна никому, потому что она уносит жизни близких и дорогих людей.

- Но ты же хочешь меня убить.

- Так же, как и ты меня. Ты сражаешься, чтобы выжила твоя семья, я сражаюсь, чтобы выжил мой мужчина, а он сражается, чтобы выжила я.

- Ты необычная человечка. Ты стрранный маг, не колдуешь сама. Ты не испугалась со мной заговоррить. Почему?

- Я не знаю. Я просто хочу жить. И хочу, чтобы жили другие.

Оборотень по-звериному склонил голову на бок и осмотрел меня с ног до головы. Я сжимала в побелевших пальцах огромный огненный шар, против обыкновения не причинявший мне никакого вреда.

- У тебя будет щенок, – спустя некоторое время проговорил он. – Еще не скорро, но я это чувствую. Это не ты не боишься, это он не дает тебе бояться. Моя парра тоже вынашивает щенка.

- Откуда ты знаешь? Это же еще незаметно. Даже мой мужчина… моя пара… - немного подумав, я перешла на понятия оборотня. – Еще не знает об этом.

- Ваши самцы не умеют чувствовать так, как мы, – оборотень замолчал и спустя пару секунд продолжил – Ты мне понрравилась. В тебе сила. Я не хочу с тобой воевать. И еще я не воюю с самками, тем более, вынашивающими детенышей.

- Тогда отпусти меня.

- Я не могу. У меня прриказ.

- Да что ты заладил, приказ да приказ! – я сорвалась, но тут же попыталась потушить вспышку гнева. – Есть в тебе хоть что-то человеческое?

Оборотень задумался, я испугалась, что он так и не ответит, а молча разорвет меня на лоскутки. Наплюет на свои принципы не воевать с беременными бабами и располосует на дюжину маленьких Вик.

- Как тебя зовут?

- Виктория. Вика.

- Ви-ка… - он попробовал произнести необычное для него имя. – Я Ррешррак.

Он меня жрать собрался или знакомиться? Или от того, что он будет знать имя жертвы, у него аппетит лучше?

- Это был твой самец? – он указал когтем на уже мертвого Егора.

- Нет. Это был мой друг.

- А где твоя парра? Он жив?

- Не знаю где, но, - я оглядела свои щиты. – Знаю, что еще жив. Я должна пойти к нему и помочь.

- Я не хочу срражаться, – в который уже раз повторил Решрак. – Но я не хочу, чтобы убили мою самку.

- Может, я могу чем-то тебе помочь? – я хваталась за его слова, как утопающий за соломинку.

- Можешь, – немного подумав изрек оборотень. – Если ты и твои собрратья меня не убьют, то я помогу вам. Я и дрругие оборротни. Нас много, тех, кто не хочет войны, кого заставили. Если ты дашь клятву, что не прричинишь вреда, то я позову остальных.

- Я клянусь! – без раздумий выдала я. – Я клянусь, что не причиню тебе вреда и сделаю все возможное, чтобы никто тебя не тронул.

- Клятва прринята. Я клянусь, что не прричиню врреда тебе и твоим дррузьям, если вы сами не наррушите данную тобой клятву.

- Клятва принята, – по примеру оборотня повторила я.

Вот так, среди трупов и крови я поклялась оборотню, чуть меня не укокошившему, что ничего ему не сделаю. Радует то, что в ответ я тоже получила клятву.

- Ты не могла бы убррать эту штуку? – Решрак покосился на пульсар в моих руках. – Она неррвиррует.

- Прости, но нет. Я не хочу остаться безоружной, если мы встретим кого-нибудь из темных.

- Хоррошо. Я буду веррить твоей клятве.

***

Еще два. Я чудом умудрялась выворачиваться из смертельно опасных ситуаций. Там, где другие гибли, я выкарабкивалась. Это одновременно пугало и радовало. И пугало от того, что радовало.

- Мне нужно идти дальше. Я должна найти своих друзей.

- Я с тобой. Там дальше, - оборотень указал на коридор впереди. – Был бой. Там могут быть твои дррузья.

Первые несколько пролетов и корпусов мы прошли в гробовой тишине. Решрак вел меня вперед, на звук одной ему слышимой битвы. О том, что он тащит меня прямиком в ловушку, думать не хотелось. Я поверила этому странному и прямолинейному до сумасшествия существу, поверила его клятве и дала свою. Изначально, у меня даже мысли не возникало, что кто-то из них может действовать против своей воли, но если это действительно так, то с помощью Решрака можно перетянуть к нам часть темного войска. Лишь бы суметь убедить остальных…

Оборотень не обманул, и вскоре я сама услышала взрывы и свист пульсаров. Кубарем скатившись с лестницы, я увидела ребят, отбивающихся от двух темных магов. Предельно сосредоточившись, я наполнила энергетический резерв каждого из них. Сама в тот же миг ломанулась вперед и бросила пульсар в одного из нападавших. Второго тут же уложили Тим с Лешей, спарено ударив заклинанием.

Резко развернувшись ко мне, они просияли улыбками, которые тут же сошли с их лиц, сменившись озлобленными гримасами. В руках каждого начали формироваться огненные заклинания.

- Нет! Не смейте! Не трогайте его, он мне помог! – завопила я что есть мочи, бросаясь прямо на ребят и заклинания, вот-вот готовые сорваться в несущий смерть и разрушения полет. – Я прошу, не трогайте его.

- Что? Вика, ты с ума сошла? Это оборотень!

- Я знаю. Я сейчас все объясню.

- Куда ты денешься, – Тим сгреб меня в охапку и прижался губами к моему виску. – Ты вся в крови. Ты ранена? Где болит?

- Это не моя, – я провела пальцами по его щеке, стирая грязь, перемешанную с кровью, надеюсь, тоже чужой. – Все в порядке.

- Ну раз все в порядке, то соизволь объяснить, что здесь творится, и что эта шавка делает рядом с тобой? – Леша по-прежнему держал в руках пульсар.

- Решрак, подойди, пожалуйста, сюда. Не бойся.

- Этот самец хочет меня убить.

- Этот самец к тебе пальцем не притронется, – я в упор посмотрела на Лешу, и тот нехотя деактивировал заклинание. – И второй тоже. Ребята, знакомьтесь, это Решрак. Решрак, это Тим, Леша и Саша. Он не убил меня и более того, согласен помогать, если мы не убьем его. Он и часть других оборотней не хотят воевать и готовы перейти на нашу сторону.

- Ага, как же. Видели мы, как они не хотят. Еле ноги унесли.

- Да поймите же, их заставляют. Если они не будут драться, то их семьи, их детей и женщин…

- Самок, – поправил меня оборотень.

- Их самок убьют.

- Это он тебе сказал? – я утвердительно кивнула. – И ты ему веришь?

- Он поклялся.

- Поклялся? – ребята вытаращились на меня и Решрака. – Если то, что мы знаем о них – правда, то клятва оборотня, данная добровольно, нерушима.

- Так и есть, – подтвердил Решрак. – В отличии от вас, людей, мы не брросаем пустых слов и не наррушаем данные клятвы. Не важно, кому мы их прриносили – они неррушимы.

- Ну тогда другое дело, – ребята расслабились, но не на столько, чтобы перестать следить за окружающей обстановкой.

- Решрак, - обратился к нему Тим. – А ответь мне, если у тебя был приказ, был же? Ну так вот, если был приказ, то почему ты не убил Вику? Как так вышло, что ты ее пожалел?

Ой-ой! Сейчас это чудо прямолинейное все выдаст. Он уже и к Сашке присмотрелся.

- Я не хочу войны, – та-ак, остановись на этом, пожалуйста! – Тем более я не хочу воевать с самками, вынашивающими детенышей. Это подло, жестоко и бесчеловечно. Какие вы после этого самцы, если посылаете своих берременных самок на войну? Как вообще можно пррятаться за их спины?

- Стоп, стоп! Во-первых: никто ни за кого не прячется. Сам бы попробовал их спровадить, а я бы посмотрел, как это у тебя выйдет. А во-вторых: где ты здесь беременных самок, тьфу ты, женщин увидел?

Ну все. Попали.

- Вот они, – он указал на меня и Сашу. – Обе ваши самки вынашивают ваших детенышей, а вы даже не знаете об этом.

Я высвободилась из объятий Тима, подошла к Саше и уже вдвоем мы попытались ужаться в маленький незаметный комок. К сожалению, для незаметности у нас слишком заметные габариты.

- И как это понимать? – Леша первый справился с шоком.

- А я когда об этом узнать должен был? – тут же подключился Тим.

- Мальчики, не ругайтесь, – протянули мы в один голос.

- Не ругаться? НЕ РУГАТЬСЯ?! Да если бы я знал, то ты в ту же минуту отправилась бы под бок к папе, а ты к маме! Девочки, где ваше благоразумие?

- Ну понимаешь, - я робко подошла к Тиму. – Я сама об этом только от Герлиеры после обморока узнала. Она сказала, что ограничений никаких нет, так как беременности всего несколько дней. Вот я и подумала…

- Чем, стесняюсь спросить, ты подумала? Потому что этой частью тела была явно не голова!

- А еще я испугалась, – я заглянула ему в глаза снизу вверх. – Вдруг ты не захочешь этого ребенка.

- Совсем дурная, да? – он сжал меня в объятиях и поцеловал в макушку. – Как же я могу его не захотеть? Я люблю тебя и хочу детей.

- Правда?

-Правда-правда.

- А теперь ваша версия событий, леди, – Леша в упор смотрел на Сашу, сложив руки на груди. – Или ты тоже только что узнала?

- Нет, – она сжалась еще сильнее и попыталась провалиться сквозь пол. – Я давно знаю. Уже пять недель. Но тоже боялась, как и Вика.

- Вот за что нам это, а? – он со страдальческим лицом посмотрел на Тима. – Самки неразумные! Давай их в какой-нибудь подвал телепортируем, пускай посидят, подумают.

- Нет! – в один голос взвыли «неразумные самки». – Не надо в подвал! Вообще никуда не надо. Мы будем себя хорошо вести.

Откуда-то сбоку раздался сдавленный прерывающийся рык. Обернувшись, мы увидели Решрака, держащегося за живот.

- Какие же вы люди стрранные и смешные, – перестав взрыкивать проговорил он. – Вы можете рругаться во врремя любви и любить во врремя войны. Мне никогда вас не понять.

- Наша жизнь слишком коротка и нужно успеть все, – серьезно ответил Тим.

- Как ты собирался нам помочь? – Саша внимательно посмотрела на оборотня.

Решрак задрал голову к потолку и протяжно взвыл. Вой прокатился над нашими головами и затерялся в обширных коридорах Школы. Долгое время ничего не происходило, и мы уже собирались уходить, но оборотень поднял вверх руку и заставил нас остановиться.

Через некоторое время в коридор вбежали около десятка оборотней. Увидев нас, они резко затормозили, после чего ближние попытались наброситься. Тем же движением Решрак остановил и их.

- В чем дело? – раскатисто прорычал один из них, крупный самец с хищным волчьим лицом. – Зачем ты созвал нас? Где остальной отрряд?

- Остальные погибли. Я созвал вас для того, чтобы помочь этим людям.

- Помогать людям? Ты совсем ума лишился? Я не хочу террять жизнь за тех, кто нас ненавидит.

- Они дрругие. Они, также как и мы, не хотят этой войны. Если мы им поможем, нас оставят в живых.

- Людям веррить нельзя, – он был непреклонен. – Все люди одинаковы.

- Нет, Шоррар, не все. Я дал клятву этой девочке, - он указал на меня. – И она поклялась мне в ответ.

- Что ты сделал? – тот, кого он назвал Шораром, раскатисто рассмеялся. – Клятву? Человечке?

- Да. И если в тебе больше человеческого, чем зверриного, то ты тоже ей поверришь. Я не хочу прреврращаться в чудовище, как остальные. Я хочу веррнуться домой к своей самке и щенку. Те, кто думают так же – оставайтесь, а те, кто стал такими же жестокими, как наши собрратья могут уходить. В этом случае за их жизнь никто не порручится.

Оборотни задумались и начали перешептываться, сбившись в кучку. Решрак не отходил от нас ни на шаг, готовый в любую секунду кинуться в бой.

Через пару минут от группы собравшихся отделился оборотень, разговаривающий с Решраком.

- Мы прриняли ррешение. Если люди дадут клятву, то мы остаемся. Кто ваш вожак?

- Мой отец, – вперед выступил Тим. – Его сейчас здесь нет, но он всецело поддерживает мои решения. Я клянусь, что ни один светлый маг не тронет оборотней из вашего отряда, если на него не будет совершено нападение. Как только кто-либо из ваших нападет ни на того, на кого надо – клятва аннулируется.

- Клятва прринята. Я, на прравах вожака отрряда, клянусь, что ни один из моих солдат не нападет на светлого мага, если того не потрребует самооборрона. Как только на нас нападет кто-либо из ваших – клятва аннулируется.

Шорар говорил четче и грамотнее, чем Решрак. Чувствовалось, что главный здесь он. Никто из оставшихся оборотней не смел с ним спорить, и они безоговорочно подчинились.

- Это все оборотни, что проникли в Школу? – Тим пытался максимально прояснить обстановку.

- Нет. Часть из них вы уже убили, дрругая часть рработает с Магистрром добрровольно. И я попррошу не называть нас оборротнями. Это не совсем прравильно. Мы на половину люди, на половину зверри. Мы не можем прринимать вид кого-то одного, в отличие от истинных оборротней.

- Как вас тогда называть?

- По именам, – клыкасто ухмыльнулся Шоррар. – Я Шорар. С Решрраком вы уже знакомы. Это Кррам, Соррк, Моррорр, Гларрс, Фррим, Тррам, Дррогар и Бррогар. Они близнецы.

- У вас у всех имена с таким обилием буквы «эр»? – с детской непосредственностью осведомилась Саша.

- Только у самцов. У самок имена мягкие: Шата, Лесла, Ялана.

Я испугалась, что Сашино любопытство может обидеть оборотня, или кто он там, но он лишь посмотрел на нее как на неразумное дитя и спокойно ответил на вопрос. У меня отлегло от сердца. Может, нам в кои-то веки повезло, и мы нарвались на нормальных… хммм… особей? Точнее, это я нарвалась. Если бы я не решилась заговорить с Решраком, то, вполне вероятно, лежала бы в коридоре рядом с Егором. А Тим так бы и не узнал, что станет отцом.

При мысли о неразлучной троице на глаза навернулись слезы. Двое из них погибли, защищая меня, то есть по моей вине. Я никогда не смогу себе этого простить. Еще долго мне будут сниться Юла, закрывшая меня своим телом, и Егор, с непоколебимой решимостью в глазах шагнувший навстречу когтям. Даже Ленку, которая предала и уговаривала предать, мне было очень жалко.

Жалость, сострадание, любовь. Вот что отличает нас от животных и делает людьми. Стоит только задушить в себе эти чувства, как ты тут же перестаешь быть человеком и превращаешься в безжалостное чудовище, наполненное гневом и питающееся страданием и болью других. Причем не важно, какая у тебя внешность. У оборотней, в которых только половина от людей, человеческого оказалось больше, чем у тех, кто привел их сюда и заставил убивать. Подло, шантажом, угрозами. Они, так же как и мы, сражались за то, что им дорого: за свой дом, за свои семьи, за своих любимых. Только поклясться в верности они не могли. Клятвы должны даваться добровольно, а не под принуждением. Магистр рассчитывал только на грубую силу и шантаж жизнями близких, заставляя их проливать кровь людей. И он ошибся. Капитально просчитался. Силовые методы не ведут и никогда не вели к плодотворному сотрудничеству. В один момент те, на кого он надеялся, взбрыкнули и вышли из-под контроля. И уже не нам, а ему следует опасаться за целостность своей шкуры.

Будь на месте Решрака один из темных магов – людей, или же из тех представителей его народа, кто сотрудничает на добровольной основе, меня бы уже не было в живых. Он, не раздумывая ни секунды, подчинился бы приказу Магистра. А этот странный и загадочный полузверь, в котором человеческого оказалось больше, чем во многих людях вместе взятых, услышал меня и захотел помочь. Не зря говорят: «Самый страшный зверь – это человек. Только он убивает себе подобных».

***

- Куда теперь? – мы вопросительно уставились на Тима

- Нужно разыскать отца. Он телепортировался последним… Если успел…

- Успел, – успокоил его Леша. – Я чувствую, что он еще жив.

- Может, расскажешь, как это у тебя получается?

- Что получается?

- Чувствовать нас. Я еще понимаю связь с Сашей, вы как никак вместе… Но почему ты так остро чувствуешь меня и отца?

- Не знаю… Мне самому это кажется странным… Я даже Янку так не чувствовал, а как только она переметнулась, то вообще перестал ощущать. Не знаю, с чем это связано… А вот Вику примерно последние дней пять наоборот стал ощущать также сильно, как тебя и Виктора. Точнее, не ее саму, а какую-то часть. И эта часть дает полную картину о ней.

Мы с Сашей переглянулись, но решили, что откровений на сегодня и так предостаточно. Это нам такое обостренное чувство казалось логичным и само собой разумеющимся, а Леша даже не догадывался, чьим сыном является. Сколько же неожиданного ждет их с Тимом. Если учесть, что парни они вспыльчивые, то опасения Виктора и Герлиеры вполне понятны. Даже Тим, изначально показавшийся мне мямлей и рохлей, отличается твердым характером и ослиной упертостью. Только поближе его узнав, я поняла, насколько он сильный и волевой человек и на что он способен.

Настоящий мужчина должен уметь не только махать кулаками, но и решать конфликты мирным путем. Из вторых получаются отличные мужья и отцы, а первые начинают распускать руки при первом же удобном случае, уступая место гневу. Зачастую, они даже не понимают, на кого сбрасываю свою злость. Отсюда семьи с отцами-тиранами, периодически поколачивающими жену и детей.

Находясь бок о бок рядом с ними двумя, я начала искать сходства. Характеры у них были совершенно разные, не считая настырности. Это, видимо, семейное по отцовской линии. Леша – балагур и хохмач, Тим всегда предельно собран и серьезен. Внешне парни тоже были совершенно разные. Кареглазый шатен Леша и сероглазый брюнет Тим. Тим – точная копия Виктора, Леша больше похож на мать. Разве что подбородки у них одинаковые: резко очерченные, волевые.

Если бы я не знала наверняка, то ни за что не подумала бы, что они братья. В родство Яны и Леши верилось гораздо охотнее, хотя, как выяснилось, они вообще друг другу никто. Просто так совпало, что совершенно чужие люди могут обладать таким сходством.

Мдам… Странная штука – жизнь… Загадочная… На пару с судьбой они вытворяют такие фортели, что ни один нормальный человек не смог бы придумать сценария запутаннее. Прославленные Голливудские сценаристы моего времени, услышь они подобную историю, сгрызли бы себе все локти от зависти, что не в их гениальные головы пришла история с такими лихими поворотами сюжета.

-Слушай, Решрак, а может, пока мы идем, ты расскажешь вкратце, как так получилось, что вы связались и этой поганью? С Магистром, то есть.

- С поганью. Ты прравильно его назвал. Рраскажу. Он сам прришел в наш мирр, – начал после небольшой паузы оборотень.

***

Поселения оборотней находились вдали от городов людей. Большая часть из них была мирной и никогда не конфликтовала с людьми. Меньшую часть сами оборотни презирали и ненавидели, в случае чего вставая на сторону человечества.

Это был обычный день. Такой же, как и тысячи дней до него. Никто не ожидал беды. Внезапно на краю поселка образовалась воронка портала и из нее вышел человек. Вид у него был настолько добродушный, что никто бы и не заподозрил в этом милом пухлом человечке темного мага. Но оборотни умели видеть. Одним только им понятным образом они видели, что внутри у человека. За секунды отличали свет от тьмы. В этом же мужчине была не то, что тьма, непроглядная чернота, за которой не было видно даже его собственной души.

Он говорил спокойно и размеренно. Не угрожал, а как бы просил, просил принять его сторону в великой битве. Просил помочь истребить неугодных ему людей, мешающих жить, обижающих и притесняющих. Упрашивал, пытался втереться в доверие тихим и вкрадчивым голосом. Не учел, что этот народ способен видеть суть человека. Естественно, ему не поверили и сразу же отказали.

- Мы миррное племя. Не воюем с людьми. Не убиваем их.

- Это ваше окончательное решение? – в голосе человека прорезались металлические нотки.

- Да.

- Ну что ж, раз вы не хотите сотрудничать добровольно, мне придется вас заставить, – мужчина пожал плечами и выпустил из рук серию заклинаний по ближайшим домам.

Через рев пламени был слышен леденящий душу вой запертых внутри обитателей. Несколько самцов тут же кинулись на человека, остальные попытались прорваться в горящие дома.

Те, что рванули к Магистру, были убиты заклинание на месте. Те, что побежали к домам не смогли ничего сделать. Двери и окна как будто превратились в сплошную стену. А через несколько секунд от обиталищ остались лишь обгорелые остовы. Магическое пламя очень быстро справилось со своей работой, уничтожив строения и тех, кто в это время находился внутри.

- Ну так что? Будем сотрудничать или мне убить всех?

- Будем, – зло выплюнул вожак стаи.

- Вот и чудненько, – мужчина потер маленькие пухлые ручки и не менее радостно добавил. – А чтоб у вас не возникло соблазна отказаться от нашего плодотворного союза и сбежать я возьму некий залог. К примеру, скажем, ваших милых женщин и детей. Пока вы мне служите, их никто не тронет. Но как только задумаете предать, я лично перебью каждую сучку и каждого щенка. Понятно?

- Понятно. Мы будем тебе служить, человек.

- Магистр. Отныне и впредь ко мне обращаться только так.

- Мы поняли тебя, Магистрр. Нам нужно прроизносить клятву?

- Да что я, дурак? Я прекрасно знаю, что клятва, данная под давлением, не имеет для оборотня никакой силы. Жизни баб и детей привяжут вас гораздо лучше, чем всякий пустобрех.

А потом были другие поселения. В одних, так же как в поселении Решрака, он действовал силой и угрозами. В других, с ним сотрудничали добровольно. С них он взял подобающие клятвы, поэтому даже если им надоело бы воевать и убивать, ничего исправить уже было нельзя.

А потом человек переправил их в этот мир и натравил на людей. Обычных, простых, светлых душой и поступками. И люди, вынужденные защищаться, убивали их. А они убивали людей. Пока Решрак не встретил эту странную смелую девочку, которая не испугалась. И даже осмелилась попросить о помощи. Его Алдау была такая же отчаянная. И эта девочка чем-то напомнила оборотню жену. А еще, она носила щенка. И именно поэтому он решил помочь и принести клятву.

***

- Вик! Вика!

- А? Что?

- Что – что? – Тим схватил меня за локоть и прижал к стене впритык к углу, за который я собиралась повернуть, и сдавленно зашептал – Хватит витать в облаках! Ты что, не слышишь грохота? А если бы тебя сейчас каким-нибудь заклинанием ударило? О себе не думаешь, так хоть подумай о малыше и обо мне!

Я растерянно посмотрела на него и только сейчас поняла, от чего он меня уберег. Мимо нас пролетали и с грохотом врезались в стену боевые заклинания. Вот это я задумалась! Еще чуть-чуть, и пришлось бы отскребать от стены кляксу, когда-то бывшую девочкой Викой. И то сильно сомневаюсь, что то, что останется не будет проще смыть в ведро и закрасить испачканную стену.

Леша выглянул из-за угла и тут же нырнул назад.

- Там Виктор и пара преподов – кто именно, не успел разглядеть. Их атакуют маги и три оборотня. Не ваши братки? – он посмотрел на Шорара и компанию.

- Все наши уже здесь. Там только те, кто воюет добрровольно.

- Значит, жалко никого не будет, – пришел к выводу он. – Девочки остаются тут, а мальчики идут бомбить плохих дядей.

- Девочки все поняли? – Тим внимательно посмотрел на нас с Сашей.

- Нет. Девочки дуры и не хотят слушать мальчиков, – отпарировала я. – Более того, они отправятся наводить шухер вместе с ними.

- Девочки действительно дурры, если не думают о том, что сейчас им нужно защищать не только свою жизнь, – ребята с благодарностью посмотрели на Решрака. – Вам лучше остаться здесь.

- Ежик, послушай, я очень боюсь за тебя. И, с некоторых пор, не только за тебя, – он положил руку мне на живот.

- Я не Ежик! И боюсь за тебя не меньше!

- Так! Хватит! – вспылил Леша. – Ладно еще Сашка – боевой маг, но ты куда лезешь?

- А разве не для этого вы меня сюда притащили? Я спокойно жила в прошлом, пока не появился один чокнутый маг! Как, стесняюсь спросить, я должна вам помогать, если вы меня и на пушечный выстрел не подпускаете? Я беременная, но не калека и способности мои работают отлично. Причем все!

Именно что все. Это я тоже видела и не хотела отпускать туда парней точно так же, как и они нас. Как и во всех видениях, там гибли люди, а если туда ломанутся ребята, то, скорее всего, погибнут и они. Вот этого я себе точно никогда не прощу!

- Перрвыми пойдем мы. У нас прреимущество в скоррости и в том, что они еще не знают о нашем дезерртиррстве.

- Вот именно. Наши ведь тоже не знают, – Саша посмотрела на оборотней, как на родных. Разве что по холке трепать не кинулась и целовать в лобастые головы.

- Уже знают. Я связался с отцом пока мы шли.

- Тогда вам тем более нечего перреживать. Наше появление будет неожиданным для темных, а когда мы начнем их ррвать, они тем более ррастерряются.

- Вы их… съедите? – с ужасом спросила Саша. Она-то, счастливая, не видела того, что довелось увидеть мне.

- А ты ешь людей? – вопросом на вопрос ответил Шорар.

- Это же каннибализм!

- А зачем нам прредлагаешь? Мы же наполовину люди.

- Я видела как один из ваших… - робко подала я голос.

- Значит, он был не из наших, – он сделал ударение на последнем слове. – Мои солдаты никогда не станут есть человека, каким бы плохим он не был. Убить – дрругое дело.

Саша еще что-то хотела спросить, но не успела, так как по коридору раскатился крик, потонувший в бульканье. Кого-то из магов достал оборотень. Надеюсь (ужас какой, на такое надеяться!), не Виктора. Больше ждать было нельзя.

Первыми, рыча, выскочили оборотни. Их встретил дружный возглас магов и собратьев, в следующую секунду сменившийся криками ужаса и ответными боевыми рыками.

Парни кинулись следом, на ходу формируя заклинания. Как только они скрылись за поворотом, мы с Сашей ломанулись следом, дружно наплевав на все запреты.

Все закончилось в считанные секунды. Виктор стоял, тяжело привалившись к стене, и удерживал на плече выжившего преподавателя. Точнее, женщину, готовую вот-вот скатиться в спасительный обморок. Все три оборотня и двое магов ничком лежали на полу в луже крови.

Мертвы. Нет. Один жив. Время снова растянулось, и я, как в замедленной съемке увидела, как выживший темный встает на одно колено и, прежде чем снова упасть сраженный оборотнем, успевает бросить в нашу сторону заклятие, растянувшееся кляксой практически на всю ширину коридора. Не думая о последствиях, точно так же, как и в видении, я вырываюсь вперед. Тим пытается удержать меня за локоть, Виктор что-то кричит. Вырываюсь. Не слышу. Черная клякса, встретив на пути препятствие в моем лице, опутывает меня с ног до головы, выдавливая весь воздух из легких. Судорожный вдох и тысячи игл протыкают мое тело. Крик-хрип – единственное, на что я сейчас способна, и неземная, необыкновенная легкость во всем теле.

Время вернуло свой привычный ход. Мои колени подломились, и я полетела на пол, чувствуя, как куда-то уходит сознание.

Глава 22

ГЛАВА 22

Я открыла глаза и уставилась в обшарпанный, со следами гари потолок. Боковой обзор мне закрывали столпившиеся люди и оборотни.

- Ну слава Богу! – облегченно выдохнула Саша. – Я уж подумала…

- Не дождетесь, – как тихо и слабо звучит мой голос. – Что произошло?

- Что произошло? – тихо спросил Тим. Его голос постепенно начал набирать силу и прибавлять в децибелах – Что произошло?! И она еще спрашивает! Ты какого хрена полезла? Кто тебя просил? А если бы…?

- Кто-нибудь может мне адекватно ответить? – я повернула голову, лежащую у Тима на коленях, и посмотрела на Виктора.

- Ты в очередной раз нас удивила, девочка, – он вздохнул. – Я боюсь себе даже представить, на что ты еще способна, но безмерно рад, что ты на нашей стороне. Я не понял до конца, что это было за заклинание, но оно должно было убить тебя на месте. Сначала, когда оно тебя оплело, я так и подумал. Но потом ты вся засветилась. Кокон разлетелся под напором лучей света, которые от тебя исходили, и ты упала. Тим чудом успел тебя подхватить, чтобы ты не хряснулась об пол. Это все очень странно… Магических способностей у тебя по-прежнему нет, но вот общий магический фон сильно повышен.

- Это может быть из-за него? – я положила руку на живот.

- Хм… Вполне вероятно, – он посмотрел на Тима. – Сынок, она тебе все потом объяснит.

- Да не надо уже ничего объяснять, – он махнул рукой. – Я в курсе. Этих конспираторш Решрак сдал с потрохами.

- А… О… Ну тогда ладно… - он задумался и посмотрел на меня, Сашу, перевел взгляд на Лешу и снова на меня.

Я качнула головой, давая понять, что он еще не знает.

- Тем лучше, – непонятно к чему, пробормотал Виктор. То есть, для парней это было непонятно. Нам с Сашей все было предельно ясно.

По итогам короткой схватки потерь у нас не было, если не считать раненного Виктора. Его правая рука болталась плетью, с кисти капала кровь. При каждом движении он болезненно морщился.

- Пап, телепортируйся в лазарет.

- Вот еще. Я в порядке.

- Я вижу. У тебя рука сломана и разорвана. Если сейчас же не замотать ты либо истечешь кровью, либо упадешь, либо и то, и другое. Телепортируйся сам, или это сделаю я.

- И оставить вас одних?

- Они не одни. Мы останемся с ними до конца, – Шорар выступил вперед и коротко поклонился Виктору. – Я поклялся. Если вы не можете телепорртирроваться, то несколько моих бойцов вас прроводят.

- Со всех сторон обложили! Сам телепортируюсь, – он махнул рукой и зашел в образовавшееся облако.

***

- Не ужели так сложно, обладая дарованным мной могуществом, перебить кучку светлых?! – Магистр злился и кричал на собравшихся. – Я дал самую легкую задачу! Я призвал магов и оборотней, но вы и сейчас умудрились облажаться!

- Магистр...

- Молчать! Не сметь меня перебивать! – он махнул рукой в сторону подавшего голос паренька и тот рассыпался пеплом. – Как? Как, я вас спрашиваю, можно было такое допустить?

Секундное молчание стало знаком к тому, что теперь можно говорить.

- Часть оборотней перешло на сторону светлых, – Макс внутренне съежился, опасаясь повторить судьбу незадачливого паренька. – И девчонка… Ее несколько раз пытались захватить и убить, но она все время выживает и выбирается. Как заговоренная!

- Никому нельзя верить! Даже оборотням!

- Я говорил, что нельзя их заставлять. Эти существа слишком своенравны. Вы сами мне говорили, что обещания, произнесенные под давлением, для них не имеют никакой силы. Возможно, если начать убивать их самок, они вернутся.

- Не вернутся, – Лиза рассматривала аккуратные ноготки. – Эти шавки переметнулись окончательно. Я не знаю, что им наобещала эта выскочка, но они все, чуть ли не виляя хвостиком, кинулись ей помогать. Все-таки не нужно было разделять силы, а сделать так, как планировалось изначально: захватить Школу, а потом уже Совет.

- Совет практически наш. Новый глава сдался без боя, бунтуют отдельные маги.

- Стоит заметить, что эти отдельные маги перебили практически всех наших. Глава – единственный, кто сидит и трясется в уголке. В критической ситуации светлые показали себя с лучшей стороны. Не думали, что они настолько сильны?

- Заткнись. Правильно говорят: если хочешь что-то сделать хорошо, то сделай это сам, – Магистр щелкнул пальцами и из всех его окружающих остались только Макс и Лиза. – От этих бездарей никакого толку.

***

И так, сбылось уже четыре видения из пяти. Точнее, пять из шести. Я вспомнила свой первый неясный сон, где в пыли были видны только светящиеся ауры магов и матрица в моей руке. Это случилось в самом начале. Когда обвалился кусок потолка и все было в пыли. Осталось одно. Все происходящее сейчас напоминало мне какую-то компьютерную игрушку, в которой нужно было проходить миссии и в конце убить «босса». Убивать его мне совершенно не хотелось, так как не хотелось вообще с ним встречаться.

Перед глазами стоял самый первый четкий кошмар, осталось только дождаться, когда он реализуется. В голове снова раздавалось тиканье невидимых часов, и, как и тогда, невозможно было уловить положение стрелок. В любой момент стрелки могли прекратить свой бег, замерев на двенадцати, и тогда уже всем не поздоровится.

Я кое-как поднялась с пола и попыталась отряхнуться. Занятие заведомо обреченное на провал. Вся моя одежда была перемазана грязью и кровью. Если я выживу, то сожгу ее на костре, если нет – то мне будет уже все равно.

Мы были вымотаны до предела. Немного постояв и прислушавшись к окружающей тишине, больно бьющей по ушам, я плюнула на все и села у стены.

- Толкнете, когда придут убивать, – я прикрыла глаза.

Нет, спать я не хотела, да и не уснула бы при всем желании. Перед глазами до сих пор стояли отдельные картины боя. Взрывы, кровь, останки. Крики и хрипы.

Это была война. Самая настоящая, какой ее показывают в фильмах или новостных репортажах. Только над головой вместо пуль и снарядов свистели пульсары, заставляя содрогаться стены и замертво падать людей, попавших в зону поражения. И я каждый раз неизменно оказывалась в ее эпицентре. Вокруг меня гибли все, но я каким-то чудом выворачивалась. Такое ощущение, что не будь, меня не было бы и всего этого. Осознание того, что этот кошмар происходит наяву, а не на экране, больно било по мозгам, в которых никак не укладывалось, что такое вообще возможно.

А самым пугающим было, что сейчас, в этой школе, гибли дети. Ребята, младше меня, только шагнувшие во взрослую жизнь складывали свои жизни под заклинаниями и когтями полузверей.

Мы живем в мире технологий и магии. Планета сделала огромный шаг вперед, но так и не избавилась от главной своей болячки – войны. И пускай сейчас воевали не государства, воевали миры. Мир темной и светлой магии. Не останови эту войну здесь, и она поглотит собой всю планету. Темных магов будет становиться все больше. Они будут занимать новые города, страны, континенты, пока весь мир не накроет черной пеленой хаоса и разрухи.

Я настолько явно представила себе, что случится, если не остановить Магистра сейчас, что резко открыла глаза, напугав пытавшегося присесть рядом Тима.

- Мы должны это остановить.

- Что? – не понял он.

- Мы должны остановить Магистра. Если мы уберем его, то темным будет не за кого воевать.

- Это не возможно, – качнул головой Решрак. – Он очень силен.

- А мы сильнее! В сказках добро всегда побеждает зло, нужно только решить для себя, на чьей стороне ты выступаешь. Светлая магия на то и светлая, чтобы нести добро и благодать. А какими способами она это добро принесет – это уже наше дело.

- Вик, ты что, в серьез намерена его убить? – Саша заглянула мне в глаза.

- Я – да, потому что я хочу жить. Желательно, долго и счастливо. Хочу выйти замуж и родить ребенка. Хочу дожить до внуков и умереть в своей постели в обнимку с любимым мужчиной.

- А любимому мужчине тоже нужно будет умереть? – поинтересовался претендент на его роль.

- Вот ты никак промолчать не мог, а? Такую речь обгадил!

- Ну извини. У меня немного другие планы на жизнь.

- Да-а? И какие же, позволь узнать? – вот только скажи сейчас что меня в этих планах нет. Убью на месте! И тут же озвучила последнюю мысль. – Или меня там не присутствует в принципе?

Ребята, услышав мой, полный яда голос, заметно напряглись. Оборотни, не знающие, во что может вылиться мирная с виду беседа, не обращали на нас внимания.

- Ребята, а может не надо? – робко протянула Саша.

-Нет надо! Давай, говори, что ты там напланировал.

- Не говори глупостей. Ты единственная, с кем бы я хотел планировать. Естественно, и свадьба, и ребенок в моем плане присутствуют, просто не сейчас, а потом когда-нибудь.

- Когда потом? Когда у меня пузо на нос полезет? Или я должна собрать всю силу воли в кулак и уговорить будущего малыша пока не расти, а чуть-чуть подождать, пока его папочка созреет для серьезных отношений с мамочкой? Тим, я УЖЕ беременна и назад это не отмотаешь. Хотя нет, ты же у нас путешественник во времени! Вот и вернись в прошлое и уговори себя того не спасть со мной, а еще лучше, вообще ничего общего не иметь и ближе, чем на пушечный выстрел, не приближаться, – я резко вскочила и рванулась по коридору. И плевать что меня там могут угрохать, этому герою-любовнику же легче и будет

- Вика, блин! Ну почему ты все переворачиваешь?

- Что в твоих словах «не сейчас, а потом когда-нибудь» можно перевернуть? – я резко обернулась к нему.

- Я просто имел в виду, что сначала нужно разобраться с тем, что на нас сейчас свалилось. К тому же, я ведь даже не знал ни о чем и даже предположить не мог, что так получится!

- Да? А вот я этого не услышала. Такое ощущение, что ни я, ни, тем более, ребенок тебе даром не нужны! Поверь мне, я тоже в шоке от того, что все так быстро получилось. И это никоим образом не входило в мои планы. Кто же знал, что ты у нас таким метким окажешься?

- О Бо-о-оже! Ну неужели всего несколько дней беременности способны сделать из милой девушки злобную фурию?

- Не нравится – ищи другую!

- Да не хочу я другую! Я тебя хочу, потому что я тебя люблю. И ребенка этого я тоже хочу. А если ты родишь мне несколько детей, то я вообще буду счастлив до колик.

- Может, тебе еще за раз родить, как кошка, одним пометом?

- Вика!

- Да что Вика?

- Все сказала? А теперь прекрати орать и выслушай, пожалуйста, МОИ планы на НАШУ дальнейшую жизнь.

- Внимательно, – я сложила руки на груди и приготовилась к выдаче новой порции ругани.

- Я хочу на тебе жениться, я хочу, чтобы ты родила мне детей: мальчика и девочку. Или двух мальчиков и двух девочек – тут уж как получится. Я хочу прожить с тобой долгую и счастливую жизнь. Но я пока просто не осознаю того, что произошло. Я не понимаю, как так получилось, что у нас будет ребенок. Не через несколько лет, не когда-нибудь, а вот-вот.

- Тебе объяснить, откуда дети берутся и что мы для этого сделали, или ты прекратишь задавать глупые вопросы?

- Я понял. Я – болван. Я не так выразился. Довольна? – Тим вспомнил совет моего отца и понял, что проще признать свою вину, чем спорить с разозленной девушкой.

- Я просто не понимаю, чем то, что ты мне сказал, отличается от моих слов.

- Наверно тем, что со мной спокойной жизни у тебя не будет. Я маг, боевой маг, и я намерен посвятить свою дальнейшую жизнь борьбе со всякой нечистью. Если ты согласна на такое, то я только рад.

- А у меня есть выбор? Тем более теперь.

- Есть… - он затравленно посмотрел на меня. – Накануне мы с отцом додумались, как вернуть тебя в прошлое так, что ты ничего из происходящего здесь не вспомнишь, и все в твоей жизни будет как раньше.

- Ага… - я не знала, что на это сказать. – А внезапно появившуюся беременность я спишу на разгулявшийся ветер?

- Если ты вернешься, то никакой беременности уже не будет. И меня в твоей жизни тоже не будет. Я хотел тебе рассказать, но не успел.

- Тим, ты меня любишь?

- Люблю, – он потерялся от столь резкого поворота беседы.

- А если любишь, то зачем мне сейчас все это говоришь?

- Потому что люблю. Я хочу для тебя лучшей жизни, чем с полоумным магом, который, так же, как и его отец, будет повернут на своей работе. Ты можешь все изменить, стоит только попросить.

- А ты не думал о том, что полоумный маг для меня и есть вся жизнь и другой я не хочу?

- Не думал… Я помнил, как тебе не нравилось все здесь происходящее, и не переставал искать выход для тебя.

- И ты действительно хочешь, чтобы я им воспользовалась? – я посмотрела ему прямо в глаза, пытаясь сдержать слезы.

Если сейчас он скажет «да», я уйду. Навсегда уйду. Забуду все здесь происходящее как страшный сон и знать не буду о том, что был в моей жизни некий Тимофей Орлов, перевернувший всю мою жизнь с ног на голову, в которого я влюбилась до беспамятства.

- Нет. Я не хочу. Я всего лишь хочу, чтобы ты была счастлива. В идеале – со мной. Если ты решишь по-другому, то я это приму и постараюсь пережить.

- Тогда о чем речь? Если ты не хочешь меня потерять, то ни о каких других решениях и речи быть не может.

То ли я дура, то ли лыжи не едут… Я решительно не понимала того, что пытался донести до меня Тим. В моем понимании, если любишь человека, то должен пытаться всеми силами удержать его рядом с собой, он же, такое ощущение, пытается от меня избавиться. Что я сделала не так? Где я ошиблась? Я готова, да что там готова, я уже ради него распрощалась со своей прошлой спокойной жизнью. Я хочу остаться здесь, рядом с ним. Я даже готова рожать ему пачками и сутками стоять у плиты варя борщи. Как он этого не понимает?

***

Прости меня, моя девочка, что наговорил тебе всего этого. Я должен был сказать, предоставить выбор. Ты представить себе не можешь, как я рад тому, что встретил тебя, что ты рядом, что у нас будет ребенок. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, со мной или без меня. Ты должна была сама выбрать. И ты выбрала. Я сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела о своем решении. Только магию я не брошу, ты уж прости. Я уже не смогу жить иначе, слишком большую роль она сыграла на сцене моей жизни… В конце концов, она дала мне тебя. И только за это стоит не бросать выбранный путь.

***

- Ребята, мне безумно жаль прерывать столь трогательное выяснение отношений, но у нас проблемы, – Леша смотрел на замерших в боевой стойке оборотней и прислушивался сам.

Через секунду и мы услышали звук шагов, гулко разносящийся по коридорам.

Магистр. Больше некому. По полученной от других магов информации остальные либо перебиты, либо захвачены в плен.

Мои худшие опасения оправдались, и на поле появилась ключевая фигура в этом нелепом спектакле. Макс и Лиза, так же как во сне, шли по правую и левую стороны от него. Чуть сзади, пытаясь спрятаться за их спинами, шла Яна.

Оборотни тут же кинулись на них всем отрядом, но с воем отскочили от невидимой стены. Двое упали и больше не шевелились.

- Телепортируй их отсюда, – шепнула я Тиму. – Пока он не перебил всех.

Тим согласно кивнул головой, и оборотни истаяли в сизом облачке.

- Зря. Очень зря, – проговорил Магистр. – Они могли отсрочить вашу гибель. Ну раз так, то незачем больше тянуть. Отдайте мне девчонку и катитесь на все четыре стороны, если успеете, конечно.

- Да пошел ты, – окрысился Тим.

- Ой, как грубо. Это у вас семейная черта? Хамство, глупость… Я предлагаю отличный вариант и хорошо подумал бы на вашем месте. Одна жизнь в обмен на многие. Заманчиво, не так ли?

- Тим, он тянет время. Посмотри на Макса, Лизу и Яну.

Эти трое сгрудились за спиной говорящего, и что-то выплетали. Это что-то явно нам не понравится.

- Я вижу, – сквозь зубы протянул он. – Уйди за спину и не отсвечивай.

Я беспрекословно его послушалась и занялась своими прямыми обязанностями. Проверила и пополнила резервы ребят и попыталась договориться с темной энергией. Силовое поле вокруг них ужасно фонило и сосредоточиться получилось не сразу. Все это время Магистр разгонял свою гиперважную речь, а троица приспешников продолжала темное плетение. Наконец у меня получилось зацепить нужный пучок, и энергия медленно потекла из ауры Магистра. Не успела я обрадоваться, как меня тут же невидимым молотом шибануло по голове.

- Не хорошо, не хорошо… Это, милая леди, как минимум подло.

- Кто бы говорил о подлости, – огрызнулась я, кое-как собрав в кучку расползающиеся мозги.

- Моя подлость оправдана. Я, как-никак, темный. А вот вы – светлые и не должны так поступать. Не подобает, – он еще учить меня будет как подобает, а как нет!

- Да пошел ты! – проговорили ребята и слаженно долбанули пульсарами.

Заклятия впитались в темный щит и осыпались золотыми искорками. Леша грязно выругался и ударил повторно с тем же результатом.

- Мой черед, – Магистр отошел в бок и в нашу сторону полетела выплетаемая до этого пакость.

Она ударилась о щит и прогнула его. В первую секунду я подумала, что она срикошетит обратно или разнесет щит вдребезги. Ни того, ни другого не произошло. Заклинание, как огромный осьминог начало опутывать нашу защитную сферу, постепенно ее разъедая. То там, то тут появлялись бреши, которые никак не получалось залатать. Ответные заклинания через него не проходили, а только впитывались, делая черную, похожую на смолу, дрянь больше и сильнее. Матрица второго выстраиваемого щита потемнела и резко втянулась в «осьминога». Колдовать дальше смысла не было.

Я прижалась к Тиму и зарылась носом в его перепачканную рубашку.

- Вот и все, – прошептала я. – Прости. Толку от меня сейчас ноль.

- Ты не виновата. Никто не виноват. Просто в этот раз зло оказалось сильнее и хитрее добра.

- Я тебя люблю, – я подняла голову и заглянула ему в глаза.

- А я тебя, – он одной рукой сжал меня в объятиях, а другой нежно провел по щеке к подбородку. – Я тебя очень-очень люблю, и это я должен просить у тебя прощения. За то, что ввалился в твою жизнь, за то, что все сломал и перевернул с ног на голову, за то, что втянул тебя во все это, подверг такому риску и не смог защитить, спасти.

Я еще крепче прижалась к нему, приподнялась на цыпочки и поцеловала, успев заметить, как защита окончательно рухнула, и черное нечто устремилось к нам.

Я ждала боли, но она не приходила. Тишину нарушал только стон Тима, которому больно как раз таки было. Спустя несколько секунд стих и этот звук. Я открыла глаза, ожидая увидеть что угодно, начиная от райских кущ, заканчивая адским пеклом с чертями. Все тот же школьный коридор привел меня в ступор. Тим, бледный, но довольно-таки живой, также непонимающе смотрел на меня. Потом его взгляд переместился мне за спину, и непонимание сменилось испугом.

Я резко повернулась и увидела лежащих практически в обнимку Сашу и Лешу. Напрочь забыв о существовании магистра, я подбежала к ребятам и попыталась нащупать у обоих пульс. Слабый, но он все же прощупывался. Тим понял меня без слов, по одному только взгляду и телепортировал ребят.

- Вот ведь, какие живучие. Ничем вас не возьмешь. – Магистр покачал головой.

Он был спокоен, и, казалось, ничуть не удивлен. Все происходящее напоминало мне дурной боевик, в котором злодей стоит и тупо ждет, когда главный герой уже наконец начнет его убивать, и чтоб не так скучно было, выкладывает все свои планы. Ощущать себя тем самым главным героем было обидно и неинтересно.

Они ударили вместе, Тим и Макс. Заклятия, встретившись примерно на середине пути, срикошетили и полетели, ударяясь об стены и вышибая каменную крошку. Максов пульсар, в очередной раз отскочив от стены, угодил прямиком в наблюдающую за ним и не успевшую уклониться либо выставить щит Яну. Взвизгнув, девушка упала на пол и ее тело постепенно начало проседать, как бы растворяясь. Вскоре на полу осталась сиротливо лежать только ее одежда.

Магистр, без видимых усилий сдерживая атаку Тима, и отбивая один пульсар за другим, равнодушно скользнул по ней взглядом и отвернулся как от пустого места, коим она теперь и являлась.

Мне стало ее жаль. Чисто по-человечески жалко. Такое ощущение, что девушка сама до конца не осознавала, во что именно она впуталась, и что взамен приобретенной силы рано или поздно придется отдать нечто большее. А еще мне было жалко Герлиеру, растившую девочку как собственную дочь. Я вспомнила слова Виктора, сказанные в самом начале, о том, что темная магия за обращение к ней всегда требует плату жизнью. Не важно чьей. Если вовремя не принести ей эту жертву, то она заберет самого мага. Янкину смерть сейчас можно списать в счет этой платы. Только расплатился ей Магистр. Сейчас ей, потом нами, потом еще кем-то. Сколько жизней он уже загубил и сколько еще загубит, если его не остановить?

Он ударил. Один раз. Мощно, сильно. Вложив в этот удар практически всю свою злость. Тим вовремя успел выставить щит, тренькнувший под напором темной энергии и разметавший нас по стенам. Неимоверно извернувшись и чудом сумев уберечь голову от удара, я кое-как поднялась на колени и под градом пульсаров поползла к Тиму, сидящему у стены и выстраивающему один щит за другим. Когда вы уже выдохнетесь, уроды темные?

Я подползла к нему, и он тут же запихнул меня к себе за спину. Тиму повезло меньше, чем мне. У него был разорван бок, рубашка и джинсы стремительно пропитывались кровью.

- Помоги мне подняться, – шепнул он.

Я обхватила его вокруг груди и изо всех сил напряглась. Лишь бы не надорваться. Тим здоровый, как лось, поднять его – занятие явно не для хрупкой девушки. Он помогал мне, как мог, одной рукой продолжая выстраивать тут же разрушаемые щиты, а другой придерживаясь за стену. Кое-как мы смогли подняться и встали напротив Магистра и компании.

Все как во сне. Растрепанная, грязная я, и не менее помятый, вдобавок держащийся за располосованный бок, Тим. Стоим бок обок, пытаясь прикрыть друг друга.

- Уходи. Я попытаюсь их задержать, – практически не разжимая губ протянул он.

- Я никуда не уйду, ты же знаешь. Я сделала свой выбор и останусь с тобой до конца, чтобы не произошло.

В это время Макс и Лиза спорили, отдавая друг другу право первого удара.

- Хватит! – прервал их Магистр. – Бейте вместе.

Переглянувшись и на редкость пакостно улыбнувшись, они слаженно ударили черными пульсарами. От них нет защиты. Мы оба это понимали. Выстраиваемые Тимом на пути заклинаний щиты разлетались один за другим. Сил на то, чтоб отскочить уже не было. Каждое движение грозило закончиться падением.

Я закрыла глаза и шагнула вперед. Тим обхватил меня сзади и прижал к себе. Попытался развернуться, подставив под удар свою спину. Но я уперлась, не дала.

Слаженный рык-вой раздался сразу со всех сторон. Пущенные в нас заклятия приняла на себя пара оборотней, появившихся, казалось, прямо из воздуха. Попавшие под удар полулюди упали замертво. Игра принимала новый, неожиданный оборот.

Оборотни, остервенело ревя, пробивались сквозь сдерживающий их щит и с бешенной скоростью уклонялись от выбрасываемых заклинаний. О нашем существовании, казалось, забыли напрочь. Не до того сейчас было темным. Предельно сосредоточившись, я пробилась сквозь фон щита и резко дернула на себя пучок энергетических нитей из ауры Магистра.

Он не успел ответить очередным ментальным ударом. Он вообще не понял, что произошло. Выстроенная и сдерживаемая им защита несколько раз мигнула и полностью пропала. Ближайший оборотень тут же вогнал когти ему в живот и вытащил уже на уровне горла, раскроив грудную клетку так легко, как будто она была сделана из бумаги. Магистр, удивленно хлопнув глазами и выплюнув изо рта хлынувшую кровь, несколько секунд смотрел на выпавшие внутренности. Второй удар оборотня пришелся прямо в еле трепыхавшееся сердце. Глаза мага остекленели, и он упал лицом вниз. Другие оборотни дорывали тела Макса и Лизы.

***

Все закончилось. Хотелось бы сказать, что просто, но это было не так. Мы потеряли слишком многих, сами еле выжили. Еще неизвестно, как там Сашка и Леша, как остальные раненые. Всех ли удалось спасти? Я надеюсь на профессионализм Герлиеры и других лекарей, но они не боги. Смертельно раненых не спасти, а мертвых уже не оживить.

Тим снова прижал меня к себе, и перед нами заклубилось облако телепорта.

Глава 23

ГЛАВА 23

В светлых стенах лазарета мое самообладание окончательно меня покинуло, и я первым делом кинулась в туалет. Перед глазами стоял Магистр с выпавшими внутренностями и захлебывающийся кровью. Меня полоскало около получаса. Желудок был пустой и на рвотные позывы отзывался дикой болью. Во рту присутствовал отвратительный вкус желчи.

Наконец придя в себя, я сунула голову под кран с холодной водой. В раковину полился поток, окрашенный грязью и кровью с моих волос и лица. Поцарапанную щеку сильно защипало.

- Ты как? – Герлиера беззвучно зашла в туалет.

- Плохо, – слова с трудом выходили из горла. – Есть что-нибудь чистое?

- Сейчас принесу, – женщина вышла и прикрыла за собой дверь.

Я отжала в раковину мокрые волосы и направилась в душевую. Хотелось смыть с себя всю грязь и усталость.

Бросив одежду у входа, я прошла в кабинку, сделала максимальный напор воды и встала под струи живительной влаги. Под ноги потекла бурого цвета вода, смывая с меня всю грязь и кровь. Чужую кровь. У меня на теле не было ни одной крупной раны, не считая царапин и ожогов на руках. Зато синяки пестрели практически везде. Боли я совершенно не чувствовала. Физической боли. Ее заглушала душевная. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь успокоиться и забыть увиденный, пережитый ужас. Хотя бы успокоиться, потому что забыть весь этот кошмар не реально. На моих глазах гибли люди. Кто-то из них был мне близок, кого-то я даже не знала, каждого из них мне было жаль. Я, не раздумывая, отдала бы свою жизнь за любого из них, но где-то на небесах решили, что моя жизнь им сейчас без надобности и взамен они забрали десятки чужих.

За одну эту ночь темные маги собрали кровавую жатву для своей богини, платя чужими и своими жизнями. Она насытилась и теперь надолго отстанет от нашего мира, а мы в свою очередь сделаем все возможное, чтобы такого больше не повторилось. Все что угодно, лишь бы в нашем мире вновь не появился какой-нибудь Магистр, жаждущий власти и крови. Кровавой власти, путь к которой будет выстлан телами защитников и нападавших.

Сегодня ночью мы доказали, что светлая магия в нашем мире стоит очень многого и не менее жестоко отплачивает тем, кто с этим не согласен и собирается ее уничтожить. В нас поселилась надежда, что после сегодняшних событий кто бы то ни был, тысячу раз подумает перед тем, как попробовать наводить здесь свои порядки. Его встретит достойный отпор.

Возле душевой кабины, аккуратно сложенные на стуле, меня ждали чистое полотенце, штаны и рубашка пижамного типа и халат. Тщательно обтеревшись, я оделась и намотала полотенце на мокрые волосы.

Коридор был пустым. Ни студентов, ни докторов… Вообще никого. Заглянув в первую же дверь, я увидела несколько постелей, занятые студентами. Все молодые люди лежали без сознания. Судя по бинтам и капельницам, с ними уже поработали. Я открывала все двери подряд, пытаясь найти хоть кого-нибудь знакомого и близкого. Никогда не думала, что у нас настолько большой и вместительный лазарет. Никогда не думала, что такое количество мест может пригодиться единовременно.

На пятой или шестой двери мне повезло. Я увидела лежащих на соседних кроватях Сашу и Лешу. Живы. Слава Богу, живы. Случись что с ними, не факт, что я смогла бы это пережить. Решив не заходить и не тревожить ребят, я отправилась дальше, на поиски Тима и Виктора. Оба нашлись в перевязочной у Герлиеры.

Она уже распустила студентов, помогавших ей все это время, и мужчинами занималась сама. Рука Виктора была перебинтована и покоилась на перевязи, боком Тима она до сих пор занималась. Врач зашивала огромную рваную рану на ребрах у парня. Судя по сдавленному шипению и вырывавшимся время от времени стонам, операция проходила практически на живую.

Зайдя в кабинет, я притулилась на край кушетки. Тим, сначала рванувшийся ко мне, получил подзатыльник от доктора и остался сидеть смирно.

- Все в порядке с твоей зазнобой, не дергайся, – Герлиера словесно подкрепила свое действие. – Будешь дергаться, я тебе что-нибудь не туда куда надо пришью.

Закончив с наложением швов, она смазала рану уже знакомой мне мазью и принялась за перевязку. Когда и это было сделано, женщина посмотрела на меня и приказным тоном велела лечь на кушетку для обследования.

Как и в первый раз, она долго водила надо мной руками, особое внимание уделив животу.

- Везучие вы девчонки, – встряхнув руками протянула женщина. – Что у тебя, что у Саши не вижу никаких отклонений в плане беременности. Чудо, что все закончилось настолько гладко.

- Вы прекрасно знаете, кто является этим чудотворцем, – я внимательно посмотрела на нее и перевела взгляд на Виктора. – Если бы не Лешина способность оберегать родственников и близких им людей, то черта с два мы бы так легко отделались.

Дверь тихо отворилась и держась за стену в кабинет вошел Леша.

- Так ты знаешь? – еле проговорил он.

- Знаю. О даре мне рассказала Саша, а об остальном я догадалась сама. Виктор лишь подтвердил мои предположения.

- Что же… Мы все равно хотели вам рассказать. Мальчики должны узнать.

- Что рассказать? Что узнать? – не понял Тим.

- О чем еще, кроме моей способности, ты могла догадаться? – вдогонку спросил Лешка.

- Понимаешь, Тимофей, дело вот в чем… - начала женщина, казалось для одного Тима. – Ты, наверно, заметил, что близкие для Леши люди практически никогда не страдают физически. Из всех передряг вы выбираетесь целыми и почти невредимыми, но неизменно живыми. Это его дар. Дар Защитника. Но распространяется он не на всех, только на родственников и людей, связанных с ними чувствами, такими как любовь, например.

- Та-ак. Этим можно объяснить везение Саши и Яны. А остальные здесь причем?

Женщина опустила глаза, тем самым дав Виктору знак продолжать дальше.

- Мы с Герой знакомы намного дольше, чем кажется. И намного ближе… Когда твоя мать только была беременна тобой, я встретил ее и потерял голову. Это был единственный случай моей измены. Не надо на меня так смотреть, я мужчина, человек и мне не чужды пороки. Когда она появилась вновь, у нее уже был сын. Лешка. Только спустя время я узнал, что он является моим ребенком.

- А… Э… - Тим с Лешей переглянулись и растерянно уставились на родителей.

- То есть, я во всю мог пугать народ тем, что мой папашка – директор? – нашелся Леша, не утративший чувства юмора даже в столь плачевном состоянии. – Мам, а ты чего молчала все это время?

- Ты не злишься?

- А с чего? Я всегда знал, что мой отец кто-то из местных, так почему бы не Виктор. А Янка чья? Тоже его работа? – он махнул головой в сторону директора.

- Я не знаю. Ты этого не помнишь, но Яну я нашла практически на улице и воспитала как свою дочь и твою сестру.

- Вот это поворот… - выдохнул ошарашенный Тим.

- Так вот из-за чего она такая бракованная, – добил Лешка. – А я-то думал, почему на нее толком настроиться не получалось и откуда у нее такая страсть к предательствам.

- Не говори так о сестре! – прикрикнула Гера. – Я воспитывала вас обоих, и она такой же мой ребенок, как и ты.

- Понял-понял. Мда… День открытий прям… И как мне теперь вас называть? – он обратился к Виктору.

- Да как хочешь, – он махнул рукой. – Я не смею рассчитывать на твою сыновью любовь, так как не принимал в твоем воспитании ровно никакого участия. Если ты решишь, что я недостоин находиться рядом с тобой и твоей матерью, которую вообще-то люблю, то я все пойму.

- От чего же. Я все понимаю, кроме одного. Какого лешего вы все это скрывали? Неужели мы с Тимом не поняли бы? А, Тим?

- Ты мой брат… - ошарашено протянул он.

- Эу! Кого из нас сильнее приложило? Ты чего тупишь?

- Я перевариваю. Охренеть. У меня все эти годы был брат, которого от меня скрывали.

- Почему скрывали? Вы же общались и даже дружили.

- Пап, ты не сравнивай! Леха, это что же получается, наши дети тоже будут родственниками?

- Получается так, – он пожал плечами.

- Два брата – акробата, – махнул на них рукой Виктор. – Даже детей почти одновременно заделали.

- Это все твои гены, – отпарировал Тим. – У нас с Лешкой тоже разница в несколько месяцев. Коль размножаться, так уже коллективно. Вы сами не планируете нас осчастливить? Чего мнетесь? Вы еще молодые, так почему бы нет? Я всегда хотел младшую сестренку.

- Вот! – Виктор посмотрел на Гуру. – И я тебе что говорю. Давай, тоже родим!

- И будет у нас ребенок – ровесник внуков.

- И что? Веселее растить будет!

- Да ну тебя. И так проблем по горло.

- Эй, мамы-папы дедки-бабки, вы о моем существовании еще не забыли? – в кабинет ввалилась бледная как полотно Сашка.

- Ты чего встала? – Леша кинулся ее поддерживать и усадил рядом со мной.

- Скучно мне, вот и встала. Я смотрю, вы все заново перезнакомились.

- Ну типа того.

- Я надеюсь, теперь все поняли, как и чем мы связаны?

- Не совсем, – задумался Леша. – Я не понял, каким образом мы связаны с Викой. То есть, почему у нас была какая-то связь раньше. Сейчас мне все понятно – это я племяша так чувствовал. А до этого? Или это все любовь?

- Ну теперь и по-родственному, ты верно заметил. А до этого связь была основана на прошлых знакомствах. С моей мамой они были подругами, а вашего папу она нянчила в сопляческом возрасте. Ну да, их с Тимом чувства тоже сыграли определенную роль. Хоть эти двое упорно не желали признавать, но полюбили они друг друга давно.

Тим с Лешей переглянулись и заржали. Постепенно к их смеху присоединились и остальные. Побитые, перебинтованные, в ссадинах и синяках, мы смеялись так, как никогда до этого. Осознание того, что мы теперь одна большая семья медленно накатывало и крепло все сильнее и сильнее. Осталось познакомить их всех с папой и встретиться с Дашкой.

Также у меня крепла уверенность, что дальше все будет хорошо, и что никуда я отсюда не денусь. Мое место здесь, в будущем, среди этих сумасшедших магов, потому что я и сама такая же сумасшедшая, хоть и не совсем маг.

Эпилог

ЭПИЛОГ

За огромным столом расположилась большая разновозрастная компания. Я уложила Артемку спать и зашла в зал.

- Тихо вы, детей разбудите, – погрозила пальцем Гера, второй рукой придерживая большой уже живот.

- Не разбудим. Я немного помагичил, – виновато опустил глаза Виктор.

- Папа, я же вас просила не колдовать над детьми! – возмутилась Сашка.

- Да ладно, я же чуть-чуть совсем, чтоб крепче спалось.

- Сейчас чуть-чуть, а потом мы с ними что делать будем? Растить таких же колданутых, как и папашки?

- Но им же все равно предстоит жить в магической среде, – он пожал плечами. – От этого не уйти. У Артема и Киры очень сильный дар. Такие дети в нашем мире еще не рождались.

- Да-да, знаем. Но это не значит, что они с пеленок должны подвергаться магической обработке. Вот подрастут, тогда и будем их учить.

Я перестала вслушиваться в идущий по тысячному кругу спор и села за стол между отцом и… мужем. Мы поженились через месяц после событий полуторагодичной давности. Устроили тройную свадьбу: я – Тим; Сашка – Лешка и Виктор – Гера. На торжество созвали всех родственников и друзей. Оборотни, кстати, там тоже присутствовали, в первые несколько часов нагоняя страх и ужас на неподготовленных. Потом все свыклись, и папа даже заспорил с одним по поводу режущих способностей их когтей. Отец утверждал, что с такой формой это невозможно, оборотень опровергал, располосовав скатерть и несколько блюд. Сошлись на ничью, каждый оставшись при своем мнении.

После того, как все закончилось, нанятые рабочие еще долго ремонтировали стены школьных коридоров, а я еще долго не могла спать спокойно, периодически будя Тима своими криками и слезами.

Зданию совета досталось меньше, но и там пришлось потрудиться, отскребая от стен размазанного Главу. К слову, размазали его собственные маги, которых он сдал без боя.

Новость о гибели Яны все восприняли удивительно спокойно, хотя в глазах каждого читалось сожаление. Только Гера позже, закрывшись в кабинете, прорыдала ночь напролет. Как-никак она была ее дочерью, хоть и приемной.

Когда, наконец, разобравшись со всеми делами, мы назначили торжественную и судьбоносную дату, все были вымотаны до предела и никакой свадьбы не хотели. Радовалась только Дашка, ставшая значительно старше, но не растерявшая своей девичьей прыти.

Встреча с ней проходила бурно и слезливо. Она действительно пробовала меня искать, но не найдя никаких следов, подумала, что Макс оказался маньяком и убил меня. В принципе, она не далеко ушла от истины… А вот новость о том, что я беременна и отец ребенка тот самый «сумасшедший» она восприняла неожиданно спокойно и без удивления. Раз притащил, так женись – все правильно! И, конечно, не изменяя себе, снова проехалась по поводу моей внешности. Сказав, что она, хоть и сохранила фигуру, но все равно выглядит как старая морщинистая развалина. А я, зараза такая, и здесь умудрилась ее обскакать. И фигура не пострадала, по крайней мере, пока пузо на нос не полезло, и молодость сохранила.

- Мам, ну а что ты хотела? – засмеялась Сашка. – Ты двигалась в будущее естественным путем, а Вика на Тимофей-экспрессе.

И вот, сейчас, за столом собрались все-все. Я, Тим, Виктор, папа, Лешка, Гера, Сашка, Дашка, Марк. Дети мирно спали в детской, слегка околдованные одним из дедушек.

У каждой из наших семей было собственное жилье, но мы любили собираться все вместе в загородном доме, который нам подарило правительство за предотвращение потусторонней магической угрозы, а Виктору еще и орден дали, который он тут же закинул на полку и предложил вообще распилить его на всех: и живых, и мертвых. Он еще помнил глаза матерей погибших учеников, которые хотели разорвать всех и каждого, имеющего отношение к этой бойне, на куски. И понимал, что никакие благодарности и компенсации их не утешат. Ведь никто не способен дать им самого дорогого: вернуть детей к жизни.

Постепенно все, что произошло тогда, стало не то, чтобы забываться, но отходить на второй, а то и третий план. Свадьба, развивающаяся беременность и резко начавшийся токсикоз выметали из головы все мысли. Я даже на Тима иногда смотреть не могла. В такие моменты мы собирались с Сашкой, а перед самыми родами к нам еще и Гера присоединилась, и плакали о загубленной молодой жизни, хая на все лады мужчин. И со временем все как-то само собой утряслось и успокоилось, вошло в нормальное привычное русло.

Школу отремонтировали, панихиду по погибшим провели, слезы высохли, и нужно было жить дальше. Речь о моем возвращении в прошлое никто больше не заводил, понимая, что услышь я подобное в перерывах между едой и резко накатывающей тошнотой могу и покалечить. Причем даже магически. Растущий малыш давал не хилый фон, за счет которого я могла генерировать простейшие, но очень мощные заклинания. К сожалению, а может и к счастью, после родов мои способности вернулись на прежний нулевой уровень, не считая тех, что у меня были и раньше. И, безусловно, к огромному счастью, я перестала предвидеть. Для меня этот дар означал приближающиеся неприятности, и его резкая потеря нисколько не расстроила.

Я смотрела на всех собравшихся и на глазах от счастья наворачивались слезы. Кажется, я становлюсь слишком сентиментальной. Или это все малыш? Интересно, а как воспримет Тим новость о том, что скоро у нас будет двое детей? В конце концов, он сам говорил, что хочет дочку. А в том, что это будет именно девочка, я не сомневалась ни секунды.

Дорогие читатели!

Спасибо всем, дошедшим со мной до финала. Я была бы очень Вам благодарна, за лайк и оставленный отзыв. Ваша поддержка, это – то, что дает мне стимул к работе!